Ранобэ: Новая жизнь перерождённой девушки

Описание: В начале он сказал: "Чанге, когда мы с тобой встретились, с первого взгляда я полюбил тебя на всю жизнь". Потом он пообещал: "Ты родила для меня ребенка, я буду заботиться о семье, помогу тебе достичь власти и обрести богатство". Но в конце им было произнесено: "Чанге, ты хороша во всем, но, к сожалению, ты не Чанлэ".

После десяти лет обмана она утратила свою власть в семье Гу, попала в автомобильную аварию и потеряла ноги. Она поклялась не умирать, убежденная, что, пока она жива, она не проиграет. Однако, в итоге ее сердце вырезали на операционном столе. Он сказал: «Чанге, Чанлэ больна, твое сердце может спасти ее, не вини меня». Она скрежетала зубами, ее обиженные глаза кричали: «Ты хочешь моё сердце сегодня, я хочу твоей жизни. Только дождись!» Он слегка улыбнулся, презрительно выплюнув :« Я буду ждать тебя ». После этого он взял скальпель. Деловая женщина в Юньчэне была подобна нефриту, но даже ее кости были сожжены. Пепел же развеяли над морем.

Однако, никто и подумать не мог бы, что за тысячи километров от операционного стола проснулась девушка, спасшаяся в серьезной автомобильной аварии. Голос рядом с ней обеспокоенно произнёс: «Юнь, ты не спишь?» На что она холодно улыбнулась, и ее слова были как нож: «Я - Гу Чанге!»

Кол-во глав: 1-87

Глава 1. Он хочет её жизни

В светлой операционной Гу Чанге лежала на больничной койке.

Её сосредоточенный взгляд был устремлён в потолок так, будто она пытается выжечь в нем дыру.

Дверь палаты со скрипом открылась, и до нее донесся звук разговора между ее мужем Шао Тяньцзэ и доктором.

«Мистер Шао, ваша жена в довольно хорошем состоянии».

Мужчина по имени Шао был высоким и красивым, на лице у него были золотые очки с тонкой оправой. Глазами, скрытыми за линзами, он наблюдал за женщиной на больничной койке. Показывая тревожное и обеспокоенное выражение, он спросил: «Моя жена что-нибудь говорила недавно?»

«Миссис Шао не сказала ни слова с момента ампутации ее ног».

«Как насчет ее диеты?»

«Она регулярно ест и хорошо питается».

"Она плакала?"

«Нет, миссис Шао очень сильная, и она никогда не плакала».

"В самом деле?"

Мужчина обнажил улыбку и, кажется, напряжение в его сердце немного ослабло.

Он посмотрел на женщину на кровати, которая ничего молчала, и вздохнул: «Так что я могу вздохнуть с облегчением. Я пойду и увижу ее».

Доктор похвалил его: «Мистер Шао действительно хороший муж. Мисс Гу, у которой есть такой муж, как вы, наверняка избавится от боли при ампутации и выживет».

Шао Тяньцзэ вежливо кивнул, попрощался с доктором и вошел в палату, закрывая дверь. Внезапно он стал холодным и свирепым, вместо того, чтобы быть взволнованным.

Гу Чанге повернула голову и холодно посмотрела на него: "Шао Тяньцзе, почему ты здесь?"

«Ты - жена, с которой я в браке уже десять лет. Мы очень любим друг друга. Теперь, когда тебе ампутировали ноги в результате автомобильной аварии, мне, естественно, нужно тебя увидеть».

Гу Чанге стиснула зубы, когда услышала слова «автомобильная авария» и «ампутация».

В тот день она обнаружила, что Шао Тяньцзэ и Гу Чанлэ, ее сводная сестра, прогуливались, находясь в тесном контакте друг с другом. В ярости она вышла из машины, чтобы допросить их.

Неожиданно, когда она вышла из машины, неуправляемый грузовик, пролетевший мимо, переехал ей ноги.

Перед комой она отчетливо услышала разговор водителя грузовика с Шао Тяньцзэ.

«Мистер Шао, на этот раз ноги миссис Гу должны быть искалечены».

«Отлично, я внесу деньги на твой счет и позабочусь о твоих родителях и дочерях».

Шао Тяньцзэ!

Шао Тяньцзэ!

Когда она слышит это имя, ей едва ли удается сдержаться и не заплакать кровью.

Она никогда бы не подумала, что ее муж, который был влюблен в нее с колледжа, после десяти лет брака и рождения детей, лишит её ног!

Однако, это не имеет значения.

Неважно, она, Гу Чанге, все время стояла на пике власти в своей семье и уже научилась прокладывать путь сквозь преграды, идя против течения.

Пока она жива, у нее будет шанс вернуться.

Как будто он смог понять ее мысли, Шао Тяньцзе протянул руку, чтобы приподнять ее подбородок, и посмотрел в её глаза: «Когда я женился на тебе, ты также ничего не сказала, как моллюск, и никому не поклонилась ради получения помощи».

"Однако, мне ясно, что, хотя ты была сведена к такому состоянию, ты на самом деле была проницательна и глубока. В противном случае, как ты могла победить всех членов семьи, которые жаждут власти, и так же легко, как нарезка дыни, стать председателем правления семьи Гу и известной бизнес-легендой в Юньчэне? "

Гу Чанге прищурилась, стиснула зубы и посмотрела на Шао Тяньцзэ: «Шао Тяньцзэ, однажды я верну тебе все, что ты сделал со мной!»

Шао Тяньцзэ улыбнулся своими черными глазами: «Так? Хорошо, я подожду».

Сказав это, он провел пальцами от ее подбородка вплоть до левой груди, разорвал её одежду в области сердца и, схватив шприц со стола, вогнал его в ее тело: «В следующей жизни не забудь не выйти за меня замуж, но в этой жизни, отдай свое сердце Чанлэ!»

Чанлэ?

Чанлэ!

Ей насильно ввели транквилизатор.

Она смотрит на кружащуюся операционную, погружаясь в транс.

Вдруг к ней приходит осознание. Да!

Приемная дочь семьи Гу, ее сестра Гу Чанлэ, страдает врожденным пороком сердца.

Хотя она прекрасна как фея, она не может жить долго.

Шао Тяньцзэ - известный гений в медицинской отрасли. Оказывается, он отказывается от своих долгосрочных отношений с Гу Чанге и выбирает ее сводную сестру.

Это не только финансовая сила семьи Гу, но и сердце Гу Чанге!

Он хочет ее жизни!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Возрождение в семье Сун

Проснувшись Гу Чанге почувствовала боль во всем теле.

Но больше всего ее беспокоила душераздирающая боль, исходящая от правой ноги.

Не успев до конца очнуться, она услышала чей-то удивленный вскрик: "Мисс!"

Медленно открыв глаза, Гу Чанге посмотрела на источник звука.

Она лежала в яркой и ослепительной палате с белоснежными стенами и белыми занавесками, которые были аккуратно задернуты.

На тумбочке у окна стояли термосы, контейнеры с едой и эмалированные кастрюли.

"Мисс, Мисс, наконец-то вы проснулись!" - произнесла женщина лет пятидесяти, наклонившись к ней со слезами на глазах.

Она была озадачена.

Как раз в этот момент она увидела карточку на шкафчике рядом с больничной койкой, на которой четко напечатана информация о пациенте:

Имя пациента - Сун Юньсюань.

Возраст - 18 лет.

Симптом - перелом правой ноги.

- Правая нога ... - ее сердце внезапно начинает биться, глаза расширяются в неверии, и редкий страх вспыхивает в ее глазах. - Правая нога? Моя правая нога все еще там?

Услышав ее взволнованный голос, женщина протянула руку и торопливо опустила ее. - Мисс, Мисс, не бойтесь. У вас все ноги на месте. Несмотря на то, что авария была серьезной, место, где вы сидели, позволило вам увернуться от пули. У вас просто сломана правая нога. Не бойтесь ... - не бойтесь ..."

Несмотря на все попытки этой женщины успокоить ее, она все еще не могла скрыть своего потрясения.

Нахмурившись, а затем развернувшись, она протянула свою руку к талии, а затем медленно спустилась к бедрам.

Затем она спустилась ещё немного.

Ещё и ещё...

Спустившись ещё немного, Гу Чанге почувствовала свои ноги. Это ее одновременно напрягло и шокировало.

Возможно, из-за испуга, она вдруг заплакала.

Увидев ее слезы, женщина, сидящая рядом с ней, тут же обняла ее: "Мисс, не бойтесь, не бойтесь, Ама всегда будет рядом с вами, я ни в коем случае не позволю этим задиристым барышням и мастерам семьи Сун снова причинить вам боль!"

Причинить мне боль?

Это Шао Тяньцзе причинил мне боль!

Но... неужели я умерла?

Независимо от того был ли кто в палате или нет, она разорвала одежду, что бы прикоснуться к левой части груди.

На гладкой коже не было шрамов.

Внезапно кончики ее пальцев пробила дрожь, а уголок рта скривился.

- Принеси мне зеркало.

Аму удивила просьба Мисс.

Гу Чанге повторила снова слегка дрожащим голосом: "Принеси мне зеркало."

Ама, не понимая, что происходит и чего хочет Юньсюань, достает из ящика сложенное пластиковое зеркало.

Не обращая внимания на сломанную ногу, молодая мисс садится, подпирая себя руками.

Она просто хочет хорошенько рассмотреть свое лицо.

Ама переворачивает зеркало и протягивает ей.

Гу Чанге протягивает руку и забирает его.

В зеркале она видит шокированное лицо.

Девушка по ту сторону зеркала была прекрасна, даже синяки на ее лице не могли скрыть ее красоту.

Лицо девушки в зеркале не было похоже на лицо Гу Чанге.

Это действительно странно, видеть в зеркале 18-ти летнее лицо.

Чувство радости наполнило ее тело.

Держа в руках маленькое зеркальце, и, глядя на девушку в зеркале, она ласково щурится, втайне приговаривая: "Хоть я и не знаю, что случилось, но спасибо, что подарила мне это тело."

Она протягивает маленькое зеркальце Аме: "Ама, я не могу четко вспомнить, что было до аварии. Расскажи мне об этом."

Ама не сомневалась в личности этой молодой девушки.

- Мисс, вы младшая дочь семьи Сун.

- Это та семья Сун, которая живет в Юньчэне?

Ама радостно кивает: "Мисс, когда доктор сказал, что вы повредили свой мозг, это ранило меня до смерти. Я рада, что вы вспомнили Юньчэн."

На лице Гу Чанге появилась улыбка: "Итак, я Сун Юнсюань, младшая дочь семьи Сун в Юньчэне."

Глава семьи Сун в Юньчэне ведет разгульный образ жизни, и имеет большое количество незаконнорожденных детей.

Среди них Сун Юньсюань - та, кого меньше всего любят и ценят.

Это потому, что Сун Юньсюань была рождена от третьесортной звезды, которую в социальных кругах называли "ночной бабочкой".

Более того, ее мать теперь мертва, поэтому она стала легкой добычей, которую каждый может запугать.

Она откинулась на спинку кровати, и задала Аму, казалось бы легкомысленный, но глубоко проницательный вопрос: "Я попала в аварию на машине, когда мой брат вез меня обратно в Юньчэн?"

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Возвращение к семье Сун в Юньчэн

Ама кивает: "Мисс, вы не хотели возвращаться, но мастер Юньцян просто хотел забрать вас обратно. Не волнуйтесь, Ама здесь, и я сделаю все возможное, чтобы помешать мастеру Юньцяну забрать Вас."

Гу Чанге вздохнула с облегчением и даже саркостично ухмыльнулась.

Когда она была еще жива, она уже слышала об ужасном беспорядке в семье Сун.

Несмотря на то, что семья Сун имеет большое состояние, несколько сыновей не оправдали ожиданий. Для того, чтобы дать возможность семье достичь успеха тем или иным способом, старый глава семьи Сун вернул всех своих дочерей, которые родились после разгульного периода его юности, а начал выдавать их замуж для создания связей в бизнесе.

Если бы не Гу Чанге, которая в то время отвечала за семью Гу, глава Сун мог бы также бросить взгляд на ее семью.

Однако, даже если семья Сун не смогла послать женщину в ее семью, чтобы настроить бизнес связи, они никогда не забывали ухаживать за ее мужем Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе и Сун Юньцзя, старшая дочь семьи Сун, вместе учились в колледже и изучали медицину.

Говоря об этом, кажется, что когда Шао Тяньцзе готовил ее к операции по пересадке сердца, она также видела персиковые глаза Сун Юньцзя.

Эта мысль успокаивает Гу Чанге: "Ама, теперь, когда я могу жить хорошей жизнью в Юньчэне, почему мы должны жить в таком маленьком городке? Пойдем в Юньчэн. Не беспокойте моего брата. Когда моя рана заживет, поедем в Юньчэн сами."

"Но, Мисс ..." Ама попыталась отговорить её.

Гу Чанге подняла руку, чтобы прервать ее: "Ама, у нас много знакомых в Юньчэне, не так ли?"- произнесла она со слабой улыбкой

Она Гу Чанге возродилась в новом обличье и посетит каждого один за другим.

Каждому воздастся по заслугам. Как говорится - "око за око, зуб за зуб"!

Ама на миг почувствовала, что леди семьи Сун, о которой она заботилась, изменилась, но независимо от того, как сильно она поменяется, ее лицо и кровь - все это Сун Юньсюань, эти мысли не позволили ей пуститься в полёт в мир фантазий.

Ама уже несколько дней заботилась о Гу Чанге, в течение всего этого времени Гу Чанге пыталась выяснить прошлое Амы и предпочтения Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань действительно незаконнорожденная дочь третьесортной звезды. А Ама - няня, которую ее мать наняла до своей смерти, заплатив много денег.

Поскольку двое детей, которых Ама родила за всю свою жизнь, рано погибли , она воспитывала Сун Юньсюань, как родную дочь.

Но Гу Чанге все ещё не полностью доверяла Аме.

Она занялась бизнесом в возрасте 15 лет и заняла пост президента семьи Гу в возрасте 18 лет, вышла замуж за Шао Тяньцзе, когда ей было 21 и стала первой женщиной-директором семьи Гу и четырех больших семей Юньчэна. Когда она умерла, ей было 32 года.

После 17 лет ведения бизнеса она понимала, что никто не заслуживает полного доверия.

Потому что ее жизнь оказалась в руках мужа, которому она так доверяла.

Сейчас она находится в городе Цинчэн, в 800 милях (около 1300 км) от Юньчэна на побережье, где по утрам очень сильный туман.

Она отдыхала в течение месяца, чтобы набраться сил и энергии.

В течении всего этого времени телефонные звонки от семьи Сун не прекращались.

В тот день, когда прошла операция по удалению металлоконструкций после остеосинтеза* Ама передала ей телефон со словами: "Мастер Юньцян звонит лично."

(*операция, которая выполняется при переломах с целью соединить костные обломки с помощью фиксирующих средств. т.е ей в ногу вставили железяку, а после того как кость срослась ее вытащили.)

При этом не забыв ей напомнить проявить почтение и быть осторожной.

Когда Гу Чанге была еще жива, ей доводилось иметь дело с Сун Юньцянем.

Высокий, толстый и озорной глава семьи - вот все, что можно было о нем сказать. У него мало способностей, но он действительно задумал женить всех своих младших сестёр в качестве инструмента для деловых связей.

Действительно глупо думать, что семья, имеющая много связей через брак, может обладать силой.

Можно ли построить настоящие чувства в деловых кругах?

Люди не будут помогать вам без собственной выгоды, если только они ничего не замышляют.

Взяв трубку, она придала своему голосу мягкость, стараясь казаться слабой: "Брат ..."

- С твоими ногами все в порядке?

- Да.

- Я заеду за тобой завтра.

Гу Чанге, нет, теперь ей следует превратиться в Сун Юньсюань.

Она слегка закатила глаза и посмотрела в окно: "Не нужно. Я уже на пути в Юньчэн."

На другом конце провода почувствовалась паника: "На каком поезде ты едешь?"

Сун Юньсюань улыбнулась: "Брат, чтобы безопасно добраться до Юньчэна, я думаю, что не скажу тебе. Когда я приеду в город, я вернусь домой самостоятельно."

Прежде, чем Сун Юньцян успел что-то сказать, она решительно нажимает клавишу сброса, чтобы закончить разговор.

Ама почувствовала себя очень странно: "Мисс, почему вы солгали мастеру Юньцяну?"

Сун Юньсюань мило улыбнулась: "Это просто шутка."

На самом деле, это просто способ спасти свою жизнь.

Из последней автомобильной аварии видно, что некоторые люди действительно хотят покончить с ее жизнью до того, как она вернется в семью Сун.

Но кто же, черт возьми, этот человек?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Чу Мочен возвращается домой

Ама не знала, о чем думала Сун Юньсюань.

Ей ничего не оставалось кроме как пойти покупать билеты на самолет, следуя инструкциям Сун Юньсюань.

Она чувствовала себя немного расстроенной по дороге: "Мисс, мы потратили столько денег на билеты на самолет. После того, как мы вернемся в Юньчэн, если семья Сун уменьшит наше содержание, наших расходов на жизнь в этом месяце будет недостаточно."

Сун Юньсюань мягко улыбнулась, напомнив Аме, чтобы та поставила их багаж на проверку безопасности, и объяснила ей: "Семья Сун имеет большое состояние и занимает одно из первых мест в Юньчэне. Я не думаю, что мой брат должен быть жесток к нам, не говоря уже о том, что он этого не сделает."

Говоря об этом, она ухмыльнулась, а в глазах ппромелькнул холодок.

Сун Юньцянь размышляла обо всех своих сестрах, которыми хотела воспользоваться семья Сун. Несомненно, он все еще хочет сначала сжать мягкую хурму (имеется в виду запугивание честных людей).

Других незаконнорожденных дочерей защищали мамы, которые всегда были рядом, в то время как у Сун Юньсюань не было ни кого.

Она понимала, что Сун Юньцян хочет обмануть её, взяв под контроль её финансовое и материальное состояние.

А затем убедить ее на брак, дав понять, что после него она может наслаждаться богатством вечно.

Исходя из этого, даже если она потратит все свои сбережения сейчас, Сун Юньцян все равно всё возместит.

Ещё в теле Гу Чанге Сун Юньцян хотел на ней жениться, поэтому ей известны все его уловки.

Возвращаясь, она, естественно, понимала, что Сун Юньцян отправит ее в постель к мужчине, что бы поскорее выдать ее замуж.

Всю дорогу Сун Юньсюань почти ничего не говорила, а Ама внимательно за ней наблюдала.

Когда самолет начал взлетать, возник легкий толчок.

Ама испуганно вскрикнула.

Сун Юньсюань, которая всё это время притворялась спящей, открыла глаза, чтобы успокоить ее: "Ама, не бойся, это просто обычная тряска при взлёте самолёта."

- Но, Мисс, мы не попадем в авиакатастрофу на таком самолёте, как Malaysia Airlines?

Глядя на испуганный вид Амы, Сун Юньсюань не смогла удержаться от смеха: "Ама, ты слишком много думаешь, авиакатастрофы Malaysia Airlines случаются нечасто, и, кроме того, на нашем самолете не должно быть важных шишек."

Когда она это говорила, то случайно заметила, что на неё смотрит мужчина, сидящий рядом.

Сначала она была озадачена, но потом её лицо озарила нежная и милая улыбка.

Она знала, что у Сун Юньсюань красивое и запоминающееся лицо, именно благодаря этому лицу мать Сун Юньсюань вошла в развлекательный бизнес.

Теперь, когда она обладает лицом Сун Юньсюань, это означает лишь одно - небеса протянули ей руку помощи для свершения мести!

Она и мужчина недолго смотрели друг другу в глаза. Равнодушный взгляд останавился на ее лице лишь на несколько секунд. Затем он отвернулся и продолжил чтение журнала, который держал в руке.

Рядом с ним молодой телохранитель, похожий на секретаря, заметил его взгляд и тихо спросил: "Господин, что случилось?"

- Ничего.

Телохранитель не осмеливался спрашивать дальше.

Только открыв журнал, его пальцы слегка замерли.

Опустив свой взгляд ниже, он заметил заголовок в журнале: "Необыкновенная леди, бизнесвумен из Юньченя, отдала своё сердце для пересадки младшей сестре после ампутации ног".

- Гу Чанге такая добросердечная?!

Он с сарказмом закрыл журнал.

Услышав его слова Сун Юньсюань, немного помолчав, смело спросила: "Сэр, можно мне взять ваш журнал?"

Человек, которого ранее назвали "Господином" посмотрел в её сторону.

Внезапно он увидел, что 18-летняя девушка смотрит на него с улыбкой на лице.

Эта девушка естественна и грациозна, когда говорит с другими, и она совсем не похожа на девушку из маленького местечка, как Цинчэнь.

Он почувствовал что-то странное в сердце, и его глаза слегка потемнели.

Его пальцы замерли.

Увидев, что он поворачивается к ней спиной, Сун Юньсюань решает не мешать ему: "Если вы не хотите, забудьте об этом."

Если он не хочет, нет необходимости требовать.

Это всего лишь журнал. Когда она доберется до Юньчэна, она может купить его в любом книжном магазине.

- Подойди и возьми.

Сун Юньсюань удивилась и странно посмотрела на мужчину.

Мужчина протянул руку и крепко сжал журнал своими тонкими пальцами: "Подойди и возьми его."

Поскольку ее место у иллюминатора, она не может дотянуться до него, не вставая со своего сиденья.

Видя это, Ама протягивает руку, чтобы помочь ей.

Мужчина тихо повторяет свои слова: "Подойди и возьми его сама."

Аму потряс этот низкий и ледяной тон.

Даже Сун Юньсюань на мгновение замерла.

У этого человека такой странный характер, и телохранитель назвал его "господином".

Это... это Чу Мочен?!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Гу Чанге вернулась

Сун Юньсюань решилась сесть на самолет, потому что предыдущая автокатастрофа уже убила настоящую Сун Юнсюань.

Если она хочет вернуться в Юньчэн без проблем, она должна сделать это неожиданно.

Однако это путешествие оказалось неожиданным и для неё.

Почему из всех людей на земле именно Чу Мочен должен был оказаться в этом самолёте.

Она дважды встречалась с Чу Моченом, когда была еще Гу Чанге.

Первый раз она встретилась с ним, когда ей было четыре года, а потом - в восемь лет.

Когда ей было четыре, Чу Мочен, ее ровесник, пришел к ней домой поиграть. Он подумал, что она очень милая, поэтому украл у нее куклу, чтобы она заплакала.

Но она не только не заплакала, но и приказала своей Хаски укусить Чу Мочена.

В результате старый глава семьи Чу отказался от брака Чу Мочена со старшей дочерью семьи Гу.

В восемь лет Чу Мочен был назначен первым наследником семьи Чу.

Она пошла с отцом поздравить его от имени следующего наследника семьи Гу.

Чу Мочен тогда много чего сказал, но когда он провожал ее, внезапно прильнул к ее уху и сказал мрачным голосом: "Я проглочу семью Гу."

Следуя хорошим манерам, которым учила ее семья, она с гордостью кивнула и произнесла: "Жду с нетерпением."

Она не боялась ни его, ни кого-либо другого.

С самого рождения в семье Гу, влиятельной семье в Юньчэне, она была одним из кандидатов на следующего преемника высокопоставленной семьи.

В то время она просто думала, что Чу Мочен очень обидчивый человек.

Иначе он не стал бы говорить ей такие необдуманные слова в восемь лет.

Конечно, когда она вышла замуж , он почти разрушил семью Гу и помог единственному незаконнорожденному ребенку ее отца узурпировать власть семьи Гу.

В результате, она пожертвовала своим первым ребенком и посадила в тюрьму своего незаконнорожденного единственного брата.

А в следующем году она довела эту "смертельную болезнь" до конца, не оставив никакого следа.

Позже, чтобы получить власть семьи Гу в свои руки, она выдала замуж всех своих незаконнорожденных сестер, оставив их неспособными поколебать ее положение до самой смерти.

Чу Мочен знал бы обо всём, даже если бы находился за границей.

Однако ее властная жизнь преждевременно оборвалась в возрасте 32 лет.

Её погубил собственный муж.

Думая об этом, она немного расстроилась.

Когда она потянулась за журналом, самолет снова затрясло.

Ее тело потеряло равновесие. Она поцеловала бы пол, если бы не Чу Мочен, который протянул к ней руку и, схватив за запястье, притянул к себе.

На мгновение она почувствовала легкое головокружение, пока самолет не стабилизировался.

Только после этого она заметила, что лежит в его объятиях, и хмуро посмотрела на него.

Присмотревшись она увидела, что мужчина имеет красивые и элегантные черты лица, дерзкие брови, изящные губы и бледную кожу.

Глядя в его глаза, казалось, что в них глубоко спрятано что-то безмятежное и темное.

Она почувствовала себя очень неловко: "Сэр ..."

- Меня зовут Чу Мочен.- исправил её он.

В душе она уже была готова разреветься. Он действительно Чу Мочен!

- Мистер Чу, пожалуйста, позвольте мне сначала встать.

Она села на его колени и почувствовала себя плохо.

Чу Мочен мягко приоткрыл губы, и в уголках его глаз мелькнуло презрение: "Думаю, ты пришла ко мне нарочно."

Сун Юньсюань испугалась и рассердилась одновременно, но всё-равно не смогла сдержать усмешки: "Господин Чу, вы действительно слишком много думаете."

Затем она встала с его колен, придерживаясь за спинку сиденья. Размахивая добытым журналом, она подошла к своему месту. - Спасибо за Ваш журнал, Мистер Чу.

Чу Мочен молча устремил свой острый орлиный взгляд на Сун Юнсюань.

Она, действительно, не похожа на обычную девушку.

Ее слова и поступки напоминают ту женщину.

Рейс прибудет в Юньчэн в 9 часов вечера.

Самолет медленно приземлился на взлетно-посадочную полосу. Неоновые огни освещали ночной Юньчэн.

Она посмотрела в окно на шумный город и почувствовала прилив крови.

Она сжала свои тонкие белые пальцы в кулак, в ее глазах мелькнул пронзительный холодок, ее красивые брови сощурились: "Шао Тяньцзе, я вернулась."

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Протяни мне руку помощи

Она вышла из самолета и выключила безвучный режим на телефоне.

Уведомления о пропущенных звонках и непрочитанных сообщениях разрывали телефон, находящийся у неё в руках.

Чу Мочен, летевший с ней в одном самолёте, холодно посмотрел на нее, проходя мимо.

Ама обеспокоенно прошептала Сун Юньсюань: "Мисс, этот молодой человек, кажется не так уж и прост."

Сун Юньсюань кивнула в знак согласия: "Ама, ни один из наследников семьи, который может занять кресло главы в Юньчэне, не может быть простой личностью."

Ама поинтересовалась: "Мисс, вы знаете этого человека?"

Сун Юньсюань улыбнулась и отрицательно покачала головой: "Нет, не знаю."

Да, Сун Юньсюань его не знает.

Но знала Гу Чанге.

Ама почувствовала себя странно: "Тогда откуда Вы знаете, что он наследник семьи Юньчэн?"

Сун Юньсюань открыла одолженный журнал и протянула его Аме: "Там есть колонка с его интервью."

Ама взяла журнал и погрузилась в чтение.

Чу Мочен.

Через десять лет после эмиграции в США он неожиданно вернулся домой.

Это очень странно.

Очевидно, что активы семьи Чу в Юньчэне составляют менее одной десятой его активов в штаб-квартире США.

Тогда почему он вернулся?

Она хотела бы знать, что он задумал, но в данный момент у неё не было настроения думать об этом.

Сейчас главным приоритетом для нее является возвращение в семью Сун.

А затем...

Она прищурилась, в голове замелькали многочисленные варианты интриг, которые она может провернуть, и в глазах появился хитрый и задорный огонёк.

Семья Сун - это довольно хорошая ступенька на пути к свершению мести.

Улыбка появилась в уголках губ Сун Юньсюань, и она повернулась, чтобы позвать Аму: "Ама, ты помнишь дорогу к дому семьи Сун в Юньчэне? Давай возьмем такси."

Ама несколько раз кивнула: "Хорошо, Мисс Юньсюань."

Когда Сун Юньсюань и Ама добрались до дома семьи Сун, Сун Юньцян в панике вышел к ним на встречу.

Увидев, что Ама тащит чемодан, он нахмурился и спросил у Юньсюань: "Ама уже не так молода, как ты можешь заставлять ее служить тебе?"

Затем он бросил презрительный взгляд на Аму.

Ама замерла. Сун Юньсюань с улыбкой на лице взяла чемодан из рук Амы: "Брат, я здесь новенькая. Если бы обо мне не заботилась Ама, боюсь, я причинила бы много неприятностей семье Сун. Кроме того, я приехала из маленького городка, одна таща свой багаж. Другие молодые леди и молодые мастера увидев меня, могут подумать, что я вовсе не дочь семьи Сун."

После того, как Сун Юньцян услышал это, пара его больших волосатых бровей сморщилась.

Сун Юньсюань права. Люди захотевшие заключить договор о браке, захотят жениться на благородных дамах семьи Сун, а не на деревенских девушках, которых семья Сун обманывает.

В результате, присутствие няни рядом с Сун Юньсюань поднимет её статус, доказывая, что она действительно благородная леди из семьи Сун, и что она настолько хрупка, что нуждается в помощи слуги.

Однако эта Ама верна только Сун Юньсюань. Такая слуга может помешать ему и разрушить его план.

Но Сун Юньцян решил, что не увольнять Аму сейчас. Позже будет много возможностей и поводов уволить ее.

Приняв счастливое выражение лица, он подошёл к Сун Юньсюань, чтобы взять её за плечо: "Дорогая сестра, это действительно хорошо, что ты приехала в целости и сохранности."

Сун Юньсюань промолчала, и Сун Юньцян повёл её вперед: "На протяжении многих лет моя дорогая сестра была обижена, живя в маленьком городке. Однако теперь, когда ты вернулась в семью Сун, мы позаботимся о тебе."

Сун Юньсюань взволнованно закивала: "Брат, почему ты так торопился забрать меня?"

Сун Юньцян не ожидал, что Сун Юньсюань сразу перейдет к делу. Он немного откашлялся, прежде чем поправить выражение лица, и сказать с достоинством: "По правде говоря, отец серьезно болен, и компания в настоящее время столкнулась с некоторыми трудностями. Возможно, только ты, Юньсюань, можешь помочь."

Протянуть руку помощи?

Но как?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Вторая сестра Сун Юньин

Как только Сун Юньцян попросил у неё помощи, она почувствовала, что у неё появилась возможность для исполнения своей мести.

Как бизнесвумен, она в состоянии оценить любую возможность на своем пути.

Поэтому она приложит все усилия, чтобы воспользоваться этой возможностью и извлечь для себя наиболее значительные выгоды.

Как Гу Чанге, она использовала все свои инстинкты, поэтому смогла подняться на вершину бизнеса. С ней не могла сравниться ни одна женщина в Юньчэне.

Хотя теперь она стала Сун Юньсюань, её инстинкты все еще живут глубоко в ее сердце.

Она без колебаний согласилась на просьбу Сун Юньцяна: "Брат, я дочь семьи Сун, а ты - моя семья. Если у тебя возникнут какие-либо трудности, я обязательно помогу."

Ама удивилась, услышав от нее эти слова.

Она не ожидала, что Сун Юньсюань, которая прежде всегда была подобострастной, добровольно скажет такие добрые слова, проявив уважение к ее семье.

Сун Юньцян был доволен словами своей сестры ещё больше.

Он протянул руку, схватил ее за запястье и пошёл прямо к роскошному парадному залу семьи Сун: "Юньсюань, поскольку ты живешь в городе Цинчэн уже более десяти лет и не знакома с членами семьи, я отведу тебя сначала к ним."

К семье?

Со спокойным выражением лица Сун Юньсюань взглянула на роскошную трехэтажную виллу семьи Сун . В ее сердце возникло сильное желание захватить власть в этой семье.

Она проследовала за Сун Юньцянем к дому, как хищный зверь за глупым кроликом, показывающим путь в своё логово.

Она захватит эту семью.

Дом, в который её завели, был шикарен, к сожалению, люди, жившие в нём, были богатыми, но безмозглыми.

Хотя эта семья по сравнению с семьёй Гу не так сильна и богата, это все еще хорошая возможность для нее, чтобы получить власть.

Насколько ей известно, дела семьи Сун не так уж плохи, к сожалению, эта семейка слишком безмозглая.

В этой семье слишком много незаконнорожденных детей, каждый из которых хочет принять единоличную власть после смерти старого главы, поэтому борьба между ними особенно ожесточенная, что затрагивает всю семью.

К тому же человек, который стал причиной автокатастрофы, в которую она попала, тоже должен быть в семье Сун.

Сун Юньцян потянул ее к главному входу виллы. Войдя, она увидела рыжеволосую женщину в обтягивающей красной юбке, сидящую на диване в европейском стиле.

Женщина выглядела лет на двадцать пять. Одежда, в которую она была одета, подчёркивала её сексуальную фигуру. С первого взгляда можно было понять насколько она сногсшибательна.

Сун Юньцян позвал ее: "Юньин, подойди и познакомься со своей младшей сестрой."

Сун Юньин.

Сун Юньсюань молча повторила ее имя. Прежде чем Сун Юньин подошла к ним, она улыбнулась ей и произнесла: "Сестра!"

- Кого ты назвала сестрой? Ты просто дочь суки третьесортной звезды! - Очевидно, Сун Юньин ее совсем не любила.

Сун Юньин сдерживаясь от криков, повернулась к Сун Юньцяну и спросила его неохотно и обиженно: "Брат, ты можешь выбрать меня, если хочешь, чтобы заключить брачный договор с семьёй Сюэ. Почему ты выбрал эту маленькую сучку?"

Закончив свою тираду, она сердито указала на Сун Юньсюань пальцем, мечтая заколоть её до смерти на месте.

Но Сун Юньсюань она показалась лишь забавной, правда теперь ей не очень то и смешно.

Потому что человек, который желает ей смерти, очевидно, Сун Юньин.

Ее вторая сестра.

Она притворилась испуганной и прислонилась к Сун Юньцяну, тихо спросив у него: "Брат, моя сестра ненавидит меня?"

Сун Юньцяну, очевидно, не понравилось заявление Сун Юньин, поэтому, похлопав Юньсюань по плечу, он ответил: "Иди наверх с Амой в третью комнату, это твоя спальня. Твоя сестра в последнее время в плохом настроении, поэтому оставь ее в покое."

Сун Юньсюань послушно кивнула.

Она бросила взгляд на Аму и стала подниматься по лестнице.

Сун Юньин расстроенно бросилась к Сун Юньцяну, громко спрашивая его: "Почему ты не хочешь, чтобы я вышла замуж за Сюэ Тао?!"

"Сюэ Тао хочет жениться, Иньин. Тебе должно быть ясно, что женитьба на жене дома отличается от игры на улице. Он хочет жениться на чистой леди из семьи Сун."

Хотя Сун Юньцян старался говорить как можно тише, когда произносил эти слова, Сун Юньсюань обладала превосходным слухом.

Сун Юньсюань все ясно слышала.

Она слегка покосилась на лицо Сун Юньин.

Высокомерное и сердитое выражение лица Сун Юньин полностью исчезло, остались только удивление и разочарование.

Думаю, излишне говорить, что ее отношения с Сюэ Тао не так уж просты.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Брак по расчёту

После того, как Ама помогла привести в порядок багаж и комнату, ее вызвала экономка семьи Сун...

Сун Юньцян пришёл около одиннадцати часов, с его жирного лица так и струился пот.

Увидев это, Сун Юньсюань торопливо подала ему бумажное полотенце и с беспокойством спросила: "Брат, что с тобой? Почему ты так сильно вспотел?"

Сун Юньцян взял бумажное полотенце, вытер пот со лба, затем схватил её за запястье и выбежал из комнаты: "Сюэ Тао слишком много выпил, и требует встречи с тобой, его невестой, прежде чем пойти домой, что бы обсудить ваш брак с дядей Сюэ и тетей Сюэ. Пожалуйста, следуй за мной, чтобы поскорее увидеть его."

Сюэ Тао не сильно известен в Юньчэне.

Несмотря на то, что он немного моложе ее, Гу Чанге, он избалован, как ребенок. Его мать была известной певицей, но позже бросила актерскую карьеру и вышла замуж за семью Сюэ.

После рождения сына супруги Сюэ делали всё, чтобы угодить ему.

В результате Сюэ Тао стал настолько избалованным. Он всю свою жизнь тратит деньги как воду, став одним из четырех развратников в Юньчэне.

Он имел сексуальные отношения почти со всеми ведущими актрисами в Юньчэне.

Проще говоря, он просто подонок, который портит женщин.

Несомненно, она не хочет выходить замуж за Сюэ Тао.

Однако, очень интересно посмотреть на то, как Сюэ Тао выставляет себя дураком.

Пожалуй, пусть Сюэ Тао, который собирается на ней жениться, протрёт свои глаза и увидит, что он не достоин её.

Сун Юньцян потянул Сун Юньсюань в машину. Сев в белый внедорожник "Порше" Сун Юньцян несколько раз вздохнул, прежде чем посмотреть на нее с некоторым смущением: "Юньсюань."

- Брат, в чем дело?

Уши Сун Юньцяна слегка покраснели, кажется, он собирается сказать что-то неловкое.

Сун Юньсюань мягко и заботливо улыбнулась: "Брат, я твоя сестра, ты можешь сказать мне все, что захочешь."

Услышав её слова, Сун Юньцян почувствовал некоторое облегчение и завёл свою машину: "Юньсюань, по правде говоря, ты родилась в городе Цинчэн и, вероятно, не знаешь, как теперь развит Юньчэн."

Сун Юньсюань слегка приподняла брови, и слабо улыбнулась.

У нее есть сильное предчувствие, что Сун Юньцян сейчас расскажет ей об отношениях мужчины и женщины и об открытости детей из богатых семей.

Как будто для того, чтобы убедиться, что ее предсказание верно.

Как и ожидалось, Сун Юньцян сделал паузу и произнёс: "Юньсюань, если ты довольна хозяином семьи Сюэ, не будь слишком сдержанной, как благородная леди, и просто будь щедрой на свидании с мастером Сюэ."

Улыбка Сун Юньсюань застыла, и устремив ясный взгляд на Сун Юньцяня, она произнесла: "Брат, что это значит?"

Несомненно, она знает, что подразумевает Сун Юньцян.

Сун Юньцян искренне желает, чтобы, увидев Сюэ Тао, она бросилась в его объятия и вступила с ним в половую связь. Таким образом, даже если Сюэ Тао не будет удовлетворен ею, заставить семью Сюэ жениться на ней будет полностью в его власти.

До тех пор, пока брак сестры с семьей Сюэ будет успешным, у него будет гарантия удержать власть семьи Сун.

Ведь, живя в такой большой семье, все должно быть рассчитано точно.

Сун Юньцян подошел к бару, где остановился Сюэ Тао, слегка наклонился и прошептал Сун Юньсюань: "Сюэ Тао молод и горяч. Если после выпивки у него появится небольшой порыв, просто удовлетвори его. Всё равно ты выйдешь за него замуж."

Услышав это, Сун Юньсюань слегка опустила веки, как будто она находилась в затруднительном положении.

Сун Юньцян не заметил этого. Коварство, скрытое в ее глазах, так же остро, как нож, вытащенный из ножен.

Сун Юньцян хочет взять под свой контроль всю семью Сун.

Не так ли!

Подчиниться Сюэ Тао?

Возможно ли в таком случае, чтобы она взяла на себя единоличный контроль над семьей Сун?

Брат действительно шутит с ней.

Сегодня она позволит Сюэ Тао отказаться от идеи жениться на ней раз и навсегда.

Нет, она намерена не просто позволить Сюэ Тао отказаться от идеи жениться на ней, но и воспользоваться этим шансом, чтобы завоевать сердца людей.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Грязные трюки

ГУ Чанге уже давно знает о распутной репутации Сюэ Тао.

Теперь, как Сун Юньсюань, она следует за своим братом в лучший бизнес-отель «Юньтин» в Юньчэне, но она не оглядывается удивленно вокруг, чтобы воскликнуть о роскоши «Юньтин».

Даже Сун Юньцян чувствует, что эта сестра, которая приехала из маленького городка, на самом деле многое повидала в жизни.

В противном случае для нее невозможно было войти в самое роскошное и топовое место развлечений Юньчэна, не моргнув глазом или не проявив некоторого любопытства.

Более десяти этажей «Юньтина» занимает бизнес-отель. В то время как на первом этаже находится престижный бар «Yese».

Гу Чанге приезжала сюда на отдых несколько раз, когда она все еще была президентом семьи Гу, но ей запретил приходить сюда снова её муж, Шао Тяньцзэ.

Потому что в этом клубе много богатых молодых людей из высшего класса и звезд мужского пола из развлекательного круга.

Она, Гу Чанге, всецело посвятила себя Шао Тяньцзэ. Целью прихода в бар «Yese» было просто попробовать все средства, чтобы захватить бар «Yese».

Но она не ожидала, что до того, как она захватит «Yese», Шао Тяньцзэ, который раньше был нежным мужем, отбросит все притворства сердечности.

Теперь она превратилась в Сун Юньсюань и снова пришла в этот бар, чувствуя, что дорогое и роскошное место развлечений действительно стоит его завоевания.

Всего в нескольких шагах от того места, куда шел Сун Юньцян, ещё не доходя до двери, они услышали мужчину, пьющего и смеющегося в первой комнате.

“Мастер Сюэ, пойдемте выпьем еще! Иначе, после того как вы поженитесь, мы не посмеем уговорить вас пить вот так.”

“Какое это имеет значение? Даже если я женюсь на маленькой дочери семьи Сун, ты все равно можешь сопровождать меня, как сегодня.”

“Этого не может быть, а вдруг маленькая дочка семьи Сун - тигрица? Разве мы не будем разорваны ею?”

“В этом Юньчэне, за исключением того, что Гу Чанге - тигрица, все остальные женщины - бумажные тигры. Не бойтесь!”

Сказав это, он, почувствовал, что не совсем доволен, и добавил еще одно предложение насмешливо: “Даже если Гу Чанге - тигрица, она даже не может быть похоронена после смерти. Муж выбросил ее прах в открытое море, что показывает, как сильно он ее ненавидит!”

Убийственное намерение внезапно проявилось в глазах Сун Юньсюань, и она крепко сжала руки в кулаки.

Вены на тыльной стороне ее ладоней вздулись внезапно и резко, выделяясь на белой коже.

Какой сюрприз - Шао Тяньцзэ настолько ненавидит её, что даже после смерти, он не позволил ей быть похороненной на кладбище семьи Гу.

Может быть, Шао Тяньцзэ выбросил прах в открытое море из страха, что она вернется, чтобы отомстить за себя как призрак?

Какая жалость.

Даже если он развеет ее прах до края земли, она, Гу Чанге, все равно вернется, несмотря на ветер и волны!

Она резко хлопнула дверью.

Сун Юньцян и люди, пьющие и смеющиеся в комнате, вздрогнули от резкого звука, но внезапно успокоились, увидев Сун Юньсюань, стоящую в дверях.

“Откуда взялась эта маленькая сучка?” Грубо заметил Сяо Тао.

Сун Юньсюань слегка отвела холод в ее глазах и повернулась, чтобы посмотреть на Сун Юньцяна.

Сун Юньцян быстро подошел к Сюэ Тао и шепнул ему на ухо, тихо смеясь: “Мастер Сюэ, это моя младшая сестра Сун Юньсюань.”

Как только он услышал «Сун Юньсюань», Сюэ Тао с его желтыми волосами и длинным лицом, полным прыщей, закатил глаза и оглядел Сун Юньсюань с головы до ног.

Оценив ее, он кивнул с похотливым видом, говоря: "Она действительно унаследовала красоту своей матери. Даже если она все еще молода, у нее действительно есть собственный особый и уникальный стиль!”

С этими словами он протянул ей руку и позвал: “Пойдем, сестра, пойдем выпьем со мной.”

После того, как Сун Юньцян услышал это, он подмигнул рыжеволосой женщине, которая пила с Сюэ Тао.

Женщина кивнула, понимающе улыбнулась ему, взяла бокал и, наливая вино, незаметно положила в него пилюлю.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Дать урок Сюэ Тао

Сун Юньсюань краем глаза посмотрела на позу женщины, разливающей вино, и почувствовала, что что-то не так.

Когда Сюэ Тао позвал ее, она осталась стоять неподвижно.

Сун Юньцян был встревожен. Он подошел, чтобы взять ее за руку и тихо стал умолять: "Юньсюань, теперь семья Сун срочно нуждается в помощи семьи Сюэ. Смогут ли они помочь нам или нет, зависит только от тебя.”

Брат действительно говорит все эти вещи в альтисонантной манере. (*громкий звонок для гаджета altisonant melody)

Он просто толкает ее в объятия Сюэ Тао, не проявляя никакой жалости.

И она упала в объятия Сюэ Тао.

Сюэ Тао перевернулся, прижал ее к своему телу, и приподнялся к ее губам. От него жутко несло перегаром.

Бросив холодный взгляд, Сун Юньсюань с отвращением отвернулась.

Поцелуй Сюэ Тао упал на ее волосы.

Неожиданно Сюэ Тао потерпел неудачу, но все еще чувствуя запах ее волос, он слегка приподнялся, схватил ее за подбородок одной рукой и повернул: “Юньсюань, я немного нетерпелив, мы ведь впервые встречаемся. Почему бы нам сначала не выпить, а потом уже, не спеша, познакомиться друг с другом?”

Сун Юньсюань не стала утруждать себя знакомством с ним.

Она собиралась заговорить, но не ожидала, что Сюэ Тао поддержит ее и поднесет бокал вина. Когда бокал коснулся ее зубов, он насильно влил вино ей в рот.

- Пуф!”

Она выпила полстакана вина, а затем выплюнула все это на лицо Сюэ Тао.

После того, как вино было выплюнуто, лицо Сюэ Тао оказалось полностью им залито.

Сунн Юньсюань не могла поверить, что этот Сюэ Тао тот ещё урод.

Однако, он не рассердился, а с большим интересом высунул язык и облизал вино на своем лице. Затем он взял бокал и выпил все вино, которое она еще не допила.

Этот внешний вид так же отвратителен, как и он сам.

Но красивые молодые модели вокруг него, которых он купил за деньги, дружно ему аплодировали:

“Мастер Сюэ такой веселый.”

"Несмотря на то, что вы не выпили вино (сексуального) блаженства, наш мастер все еще может напоить невесту один глоток за другим!”

Эти молодые модели, очевидно, хотят увидеть, как она сделает из себя дуру.

Она слегка сжала пальцы.

Вдруг она почувствовала, что напиток у нее во рту немного странный.

На ее лице промелькнуло сомнение.

Видя ее такой, Сюэ Тао наклонился, чтобы прижать ее: "Дорогая, это просто кое-что для удовольствия. А теперь, может быть, я исполню твое желание?”

Он снова повернулся к молодым моделям и сказал: “Уходите.”

“Мы хотим посмотреть на веселье!”

“Хотя я также хочу, чтобы вы смотрели веселье, эта маленькая красавица не хочет. Вы же видите, как вы ей противны.”

“У…”

Модели потянулись к выходу, сгорая от любопытства, пока последняя из них не закрыла за собой дверь.

Сон Юньсюань расслабилась и лениво легла на диван.

Перед ней возникло непристойное лицо Сюэ Тао.

Она не сопротивлялась, а мягко и льстиво улыбнулась: “Спасибо, что так обо мне заботишься. Это мой первый раз, и я очень застенчива. Можно мне еще выпить?”

Видя, что она мгновенно изменила свое отношение, Сюэ Тао стал диким от радости.

Он встал и потянулся к бокалу.

Именно в этот момент Сун Юньсюань, бросив холодный взгляд, потянулась к пустой винной бутылке, лежащей рядом, и быстро схватила ее. Взмахом руки она разбила бутылку о голову Сюэ Тао.

С грохотом осколки стекла разлетелись во все стороны.

Прежде чем Сюэ Тао успел повернуться, он упал вперед, прямо на стол, полный фруктов и закусок.

Сун Юньсюань холодно посмотрела на него несколько секунд, затем отбросила разбитую бутылку вина и подняла правую руку, чтобы потереть левое плечо.

Когда она почувствовала себя комфортней, она наклонилась и схватила желтые волосы Сюэ Тао, холодно глядя на его лицо: “Какая жалость, Сун Юньсюань, для своего первого раза, вы не можете себе позволить ЭТО.”

Закончив, она ослабила хватку.

С грохотом Сюэ Тао упал головой на стол.

Прозвучало немного пугающе.

Чу Мочен, который находился в кабинете президента «Юньтина», смотрел на экран монитора компьютера. Вдруг он скрутил угол своих губ в насмешку: “Эта женщина не плоха!”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Вы хотите, чтобы я вам помог

Сун Юньсюань выпила стакан пива, чтобы преодолеть шок.

Затем, чувствуя себя взволнованной, она вылила еще один бокал вина на голову Сюэ Тао, чтобы дать выход своему гневу.

После этого она показыла слабую усмешку и взяла мобильный телефон Сюэ Тао, чтобы проверить его адресную книгу.

Когда ее палец скользнул по экрану, она не удивилась, обнаружив имя Сунн Юньин на мобильном телефоне Сюэ Тао.

Она прочитала сообщения между ними.

Сюэ Тао отправил сообщение, чтобы отречься от Сун Юньин.

Так как он выбрал Сун Юньсюань, младшую дочь семьи Сун, которая чище, моложе, красивее и послушнее, чем Сун Юньин.

Он планирует жениться на послушной "кошечке".

Однако Сун Юньин настолько упряма, что отказывается отпускать его.

Последнее сообщение было отправлено Сун Юньин десять минут назад, в котором говорится, что у неё есть важная информация для него.

Сун Юньсюань набрала номер телефона в ожидании, когда Сун Юньин взволнованно подключится.

Примерно через три секунды Сун Юньин взяла трубку и возбужденно выпалила: "Сюэ Тао, я беременна, и это твое!”

Сун Юньсюань была слегка ошеломлена, ее глаза и губы засияли улыбками: “Ну, сестра, приходи в бар «Yese».”

Сун Юньин на другой стороне телефона была явно шокирована, а затем закричала: “Сун Юньсюань! Почему ты держишь в руках мобильный телефон Сюэ Тао?!”

Сун Юньсюань почувствовала, что Сун Юньин увлечена ревностью, поэтому она немного замедлила свой тон и холодно произнесла: “Сестра, если ты все еще хочешь выйти замуж за Сюэ Тао, тогда приходи быстро, и я сделаю тебе большой подарок.”

Да, она хочет отправить Сун Юньин большой подарок.

Но этот подарок - всего лишь сахарное начало.

Теперь Сюэ Тао превратился в кусок рыбы на разделочной доске, который нужно растоптать. Если она не поспешит что-то сделать с ним, не будет ли это пустой тратой времени?

Кроме того, забитая рыба не всегда лежит на разделочной доске.

Как человек, который был в деловом кругу более десяти лет, она совершенно знала ясно, что она должна разделать рыбу своевременно, чтобы получить съедобные части.

Сун Юньин была просто ошарашена.

Сун Юньсюань не стала ждать ее ответа, она злорадно улыбнулась и повесила трубку.

Почувствовав запах алкоголя от своей одежды, она нахмурилась с отвращением и пошла в ванную комнату.

Дизайн частных комнат в «Yese» довольно внимательный и гуманизированный.

Похоже, что некоторые богатые молодые люди любят искать волнения по случаю, поэтому каждая комната оборудована ванной комнатой, а ванная комната также снабжена халатами как для мужчины, так и для женщины.

Она, Гу Чанге, имела серьезный болезненный страх испачкаться с раннего возраста, и теперь она не может выности запах тяжелого зловония алкоголя.

Она заперла дверь, а затем подошла к ванне, чтобы отрегулировать температуру воды.

Настроив температуру воды, она разбрызгала розовое эфирное масло в ванне. Вдыхая слабый запах эфирного масла, она почувствовала, что кровоток в ее теле начал ускоряться, а конечности стали слабыми и горячими.

Быстро ополоснувшись, она легла в ванну. Чувствуя, что ее тело становится все горячее, она сделала температуру воды более холодной.

Однако это все еще не смогло подавить безумие в ее теле.

Ее глаза сузились от негодования. Она схватилась за край ванны, стягивая полотенце и вылезая из воды. Завернувшись халат, она внезапно начала тяжело дышать.

“Сюэ Тао, вот сволочь! Как ты посмел меня одурманивать!”

Она крепко вцепилась в занавеску, обиженно стиснув зубы.

Взглянув на зеркало в ванной, она вдруг увидела, что дверь ванной комнаты распахивается большой мужской рукой с длинными пальцами.

“А это еще кто?”

“Чу Мочен.”

Ответил ей спокойно мужской голос.

Немного ошарашенная, она поспешно отступила на два шага, прижимаясь к стене и настороженно глядя на человека, который толкнул дверь и вошел.

Как и в прошлый раз, Чу Мочен выглядел прохладно и сдержанно.

Однако, посмотрев на ее раскрасневшиеся щеки, на этот раз он надел насмешливую улыбку, появившуюся в уголках его красивого рта: “Тебе нужна моя помощь?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12. Он делает это специально

Почему Сун Юньсюань нужен этот человек, чтобы помочь ей?

Как она может снова доверять мужчинам в этой жизни?

Шао Тяньцзэ разорвал ее на куски. Теперь, когда она переродилась в этом мире, она больше не будет полагаться ни на кого, кроме себя самой.

Она верит только в себя.

“Мистер Чу, если вы появились в моей ванной, мне следует сказать, что это совпадение, или я должна немедленно позвонить в полицию?”

Она знала, что богатые люди больше всего озабочены сохранением лица.

Особенно молодые наследники вроде Чу Мочена, которые обязательно унаследуют семейный бизнес, не выдерживают критики со стороны общественности.

Чу Мочен не мог удержаться от смеха, когда услышал это.

Он вошел своими длинными ногами, слегка наклонился вбок и открыл дверь, чтобы показать ей Сюэ Тао, лежащего на столе в комнате: “Мисс Сун, мастер Сюэ так избит, я должен немедленно отдать вас в руки правосудия? Или помочь тебе закончить план? ”

Белое миловидное лицо Сун Юньсюань вспыхнуло от отвращения, и ее босые ноги отступили ещё на полшага.

Но это только полшага.

Она носила решительную и гордую душу Гу Чанге.

Гу Чанге никогда не отступает.

Никто не может запугать ее и заставить отступить назад.

Несмотря на то, что это тело принадлежит Сун Юньсюань, оно не может скрыть присущей ей гордости.

Настороженный и слегка испуганный взгляд в ее глазах постепенно подавляется ее спокойным и решительным характером.

В ее красивых глазах присутствует лишь гибкое и интеллигентное спокойствие.

“Мистер Чу, чего вы хотите от меня, когда так угрожаете?”

Она очень умна и говорит с ним прямо.

Мы все люди, которые с детства соприкасались с коммерческой экономикой и отдавали первостепенное значение интересам.

Чу Мочен - преемник бизнес - группы, и, возможно, он хочет того же, что и она.

Вот это и есть интерес!

Чу Мочен, чего же он хочет?

“Мисс Сонг, я хочу знать, каков ваш следующий план?”

Чу Мочен заинтересованно наблюдал за нею, когда заметил, что ее щеки вспыхнули.

“Ты плохо себя чувствуешь?”

“Мистер Чу, благодарю вас за заботу. Я хочу вернуться сейчас же.”

Чу Мочен слегка нахмурился: "Но твоя сестра еще не пришла. Что ты будешь делать с Сюэ Тао?”

Сун Юньсюань подумала, что Чу Мочен слишком много знает.

У него нет причин знать так много, но почему он все это знает?

Может ли быть, что в этой комнате есть мониторинг?

При мысли об этом Сун Юньсюань не могла удержаться и слегка оглянулась.

Чу Мочен выпрямился и огляделся вокруг, он не стал скрывать это: “В комнате действительно есть мониторинг, потому что я не в ладах с клиентами, такими как Сюэ Тао.”

“Бар «Yese» твой?”

Сун Юньсюань была очень удивлена.

Чу Мочен слегка поправил ее: “«Юньтин» - моя дочь.”

Сун Юньсюань внезапно замолкла, глядя на Чу Мочена с легкой враждебностью: "Когда ты приобрел «Юньтин»?”

"«Юньтин» изначально являлся собственностью семьи Чу, но она всегда объявлялась собственностью моей матери.”

Сун Юньсюань почувствовала, что она недооценила Чу Мочена.

Оказывается, семья Чу имеет не меньше промышленности, чем семья Гу в Юньчэне.

Если это так, то это будет короткий путь, если использовать силу семьи Чу для нападения на Шао Тяньцзэ, который сейчас находится у власти в семье ГУ.

Однако она не хочет иметь слишком много отношений с этим человеком.

Она погрузилась в свои мысли, ее длинные, как перышко, ресницы опустились и закрыли текучий взгляд ее глаз.

Как раз в этот момент снаружи неожиданно зазвонил сотовый телефон Сюэ Тао.

Вздрогнув, она поспешила в комнату.

Должно быть, это звонит Сун Юньин, желая узнать, где находится Сюэ Тао.

Однако, когда она проходила мимо Чу Мочена, он внезапно протянул руку и крепко потянул ее за запястье, притягивая в свои объятия, а затем прикрыл поцелуем.

Этот поцелуй взорвал линию источника тепла в ее теле.

Действие препарата внезапно стимулировалось.

Чу Мочен! Он сделал это нарочно!

И что же этот человек собирается делать?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13. Предложи себя мне

Чу Мочен мастерски поцеловал её, использует свой язык, чтобы запутать и сделать неспособной убежать.

Его большие руки нежно обняли ее за талию.

Ее кожа чувствовала тепло его пальцев даже сквозь одежду.

В ее глазах читалось крайнее отвращение. Когда он поцеловал ее в шею, она внезапно отталкнула его, а затем дала ему пощечину с внезапным взмахом руки.

Она, Гу Чанге, ненавидит, когда мужчины играют с ней и принуждают грубой силой.

Ни один человек не может сделать это!

Пощечина издала четкий звук.

После этого наступила внезапная тишина.

В то время как отклоненное красивое лицо Чу Мочена внезапно показало странную улыбку.

“Ты действительно Сун Юньсюань?”

Он повернул голову, слегка приподняв брови, и спросил ее с большим интересом.

"Я все больше чувствую, что вы очень похожи на моего старого друга, Сун Юньсюань.”

Гу Чанге не хотела говорить с ним, оттолкнула его и пошла прямо вперед.

Чу Мочен отказался отпустить ее, схватил за запястье и сильно потянул назад. Он наклонился к ней своим высоким телом и склонил голову, чтобы встретиться с ней взглядом. “Хотя ты выглядишь по-другому, ты точно такая же, как Гу Чанге. Это стиль Гу Чанге - зставлять людей хотеть съесть ее.”

Сун Юньсюань слегка приподняла брови: "Господин Чу, вы думаете, что пощечины недостаточно?”

“Я думаю, что если у вас есть сила, не стесняйтесь использовать ее позже, иначе вы пожалеете о том, что использовали ее.”

Она нахмурилась: "Мистер Чу, вам лучше уважать себя.”

“Но, Мисс Сун, разве вы не должны отправить Сюэ Тао и вашу сестру в ту комнату рядом?”

Лицо Сун Юньсуань омрачилось.

Черт возьми, этот человек действительно знает, что она собирается делать.

Видя, что она еще глубже сдвигает свои красивые тонкие брови, Чу Мочен нежно прильнул к ее уху, напоминая ей низким, хриплым голосом: “Я знаю контактную информацию всех средств массовой информации в Юньчэне. Если я попрошу, они могут прийти в течение десяти минут, а затем помочь вашей сестре выйти замуж за семью Сюэ гладко.”

С дрожащими глазами Сун Юньсюань недоверчиво посмотрела на Чу Мочена: "Ты …”

“Откуда мне знать, что ты собираешься делать?”

Чу Мочен рассмеялся, и его грудь слегка задрожала. Сексуальный смех и голос заставили Сун Юньсюань почувствовать себя разгоряченной.

Но Сун Юньсюань хотела немедленно покинуть объятия этого человека.

Чу Мочен вообще не позволил ей этого сделать.

Он обнял ее сзади, прижимаясь грудью к ее тонкой и прямой спине, положил подбородок на ее тонкое плечо и нежно вдохнул ее слабый аромат: “Вы с Чанге действительно похожи, а Чанге больше всего нравится играть с другими таким хитрым способом.”

Она все еще хотела что-то сказать.

Чу Мочен прикусил губами ее нежную мочку уха.

Она ничего не могла с этим поделать. Ах, с тихим криком она изо всех сил попыталась вырваться из его объятий.

"Отдайся мне, и я помогу тебе взять под контроль семью Сун.” – прошептал он ей на ухо.

Это предложение заморозило Сун Юньсюань. Она всегда взвешивала всю свою жизнь с прибылями и потерями.

Она перестала сопротивляться.

Глаза были полны ненависти.

Если она может взять реванш шаг за шагом и разорвать Шао Тяньцзэ на куски, это всего лишь тело.

Если она может получить большие преимущества и помощь, то просто позволь Чу Мочену взять его, если он хочет.

Это просто ... …

“Я дам тебе только один раз, и ты должен пообещать, что никогда не попросишь меня выйти за тебя замуж.”

Она обернулась и посмотрела на Чу Мочена.

Чу Мочен посмотрел в ее черные глаза и внезапно почувствовал, что взгляд женщины слишком глубок, чтобы увидеть его дно.

У нее определенно есть другая цель.

Он почувствовал, что не может угадать, о чем она думает.

Но теперь, когда она готова предложить себя…

“А почему бы и нет?”

Она хочет воспользоваться им, и он позволит ей это сделать.

Он хотел бы посмотреть, насколько амбициозна эта женщина.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14. Чанге, не бойся

Чу Мочен держал ее на своих руках, с сердцем, бьющимся немного быстрее в его сильной и мощной груди.

Он протянул руку, чтобы открыть дверь.

За дверью ждали телохранители.

- Чжан Вэй, отправь Сюэ Тао в комнату на третьем этаже «Юньтин» и отдай карточку номера Сун Юньин, которую остановили у стойки регистрации.

Одетый в черное телохранитель по имени Чжан Вэй кивнул: “Да, господин.”

Сун Юньсюань чувствовала, что в приказе Чу Мочена чего-то не хватает. Она дотронулась пальцами до его плеча и слегка согнула пальцы.

Чу Мочен заметил ее легкие движения и посмотрел на неё.

Сун Юньсюань закусила губу и не смотрела прямо на него, прикрыв глаза длинными густыми черными ресницами.

Он снова напомнил мягким голосом: "Чжан Вэй, не забудьте уведомить средства массовой информации. Это нужно для совместного брака между семьей Сюэ и семьей Сун.”

- Будьте уверены, Господин, я знаю, как это сделать.

Чжан Вэй следовал за Чу Моченом уже более десяти лет, с детства до зрелого возраста, и, естественно, он понимал, что Чу Мочен хочет, чтобы он сделал.

Приказ будет выполнен.

Чу Мочен опустил голову и мягко спросил Сун Юньсюань: "Вы удовлетворены?”

Сун Юньсюань не двигалась, и ее кусающий губы вид был очень привлекателен.

Видя ее молчание, Чу Мочен почувствовал себя чрезвычайно счастливым.

Женщина в его объятиях была спокойна, замкнута и хитра.

Ее проницательность гораздо глубже, чем ее поверхностный возраст.

Он держал ее в своих объятиях всю дорогу до своего офиса в «Юньтине».

Сун Юньсюань обняла его и не сказала ни слова отказа.

Однако, когда ее посадили на диван в кабинете, она нахмурилась и подсознательно положила руки на воротник.

“Ты хочешь отказаться? - Чу Мочен улыбнулся, его красивое лицо выглядело несколько злым, - или ты хочешь сопротивляться?”

Сун Юньсюань тщательно обдумывала, должна ли она бороться, следуя инстинкту психологического отвращения к мужчинам.

Но когда Чу Мочен поцеловал её, тело под действием лекарственного эффекта приняло каждое движение Чу Мочена легче, чем ее разум.

Он поцеловал ее в уголок рта, а затем шаг за шагом приблизился к ее губам.

Она все еще непроизвольно щелкнула губами, отказываясь его поцеловать.

Она не может позволить мужчине поцеловать ее в губы.

Она ненавидит тех мужчин, которые предают и обманывают в любви.

Нет, я не хочу, чтобы ты целовал меня в губы.

Она нахмурилась и отворачивалась снова и снова, когда он пытался поцеловать ее в губы.

“Тебе не нравится, когда мужчины целуют твои губы?”

Она отвернулась и уставилась на мебель в кабинете, безразлично отвечая ему: "Тебе просто нужно тело. Откуда столько требований?”

Ясно, что она спрашивала его в ответ, но это был явный отказ из глубины ее сердца.

Чу Мочен поднял руки, чтобы ослабить галстук, и энергично кивнул: “Ты права. Так как ты пользуешься мной ценой своего тела, то тебе не позволено кричать от боли. Если я хочу, чтобы ты плакала, ты должна плакать для меня, понимаешь?”

Пока она плачет, он будет останавливаться.

У него нет привычки заставлять женщину плакать.

Более того, всегда было так, что те женщины, которые хотят сохранить своих любовников, охотно платят. Когда же он заставлял женщину принять его пленение?

Ошеломляющие поцелуи упали на ее шею и плечи, а его большие руки скользнули к её талии.

Невыносимо низкий стон был сильно сдавлен между ее губами и зубами. Хотя ее тело кажется обожженным огнем, она не произнесла ни слова.

Его техника мягче, чем кажется на первый взгляд.

Только когда он действительно вошел в ее тело, она почувствовала себя так, как будто ее ударили ножом, и сгорбившись в агонии и страхе, она даже хотела вскочить с кровати, чтобы убежать от него.

Он прижал ее к себе, останавливая все движения, нежно целуя её между бровей и успокаивая с некоторой нежностью: “Чанге, не бойся, я сделаю это осторожно.”

Он произнес эти слова так, что ей показалось, будто в нее ударила молния.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15. Чанге, я люблю тебя

Слова Чу Мочена заставили Сун Юньсюань внезапно остолбенеть с широко открытыми глазами.

Она посмотрела на Чу Мочена с испугом и даже ужасом.

Она не могла в это поверить. Этот человек знает, что она - Гу Чанге?

Нет, это невозможно.

У этого человека нет причин знать, что она - душа ГУ Чанге.

Никто не поверит такому странному перерождению.

Тогда есть только одна возможность.

“Кто такая Чанге?- Она посмотрела ему в глаза, пытаясь увидеть что-нибудь в похотливых глазах этого мужчины.

Чу Мочен улыбнулся, наклонился к ее уху и хрипло прошептал: “Это та женщина, которую я хотел.”

“Ты не можешь ее заполучить?”

“Это не значит, что я не могу ее заполучить, - Чу Мочен поцеловал ее в щеку. Только когда поцелуй опустился на ее нежную шею, она услышала слова, которые едва могут раскрыть его чувства: “Просто она умерла.”

Гу Чанге умерла.

Чу Мочен действительно не знает, что душа Гу Чанге живет внутри Сун Юньсюань.

Она нашла слова Чу Мочена несколько смешными: "Насколько я знаю, у ГУ Чанге был муж. Ты чувствуешь себя больным из-за замужней женщины?”

“Этот человек недостоин ее.”

“Тогда почему она вышла замуж за этого человека?”

“Она слишком ценила свои интересы, как и ты.”

Сун Юньсюань внезапно замерла, как будто ее засунули в могилу. Как раз когда она собиралась разозлиться, Чу Мочен приложил свои силы.

“Ах, как больно!”

“Я же сказал, что заставлю тебя плакать.”

Сун Юньсюань не стала останавливать Чу Мочена. Гнев, наполняющий его, невозможно излить.

Просто позволь ему выплеснуть весь свой гнев на нее.

Она была подобна маленькой лодке, плывущей и качающейся в море. Со всё более и более интенсивными волнами и столкновениями, она, наконец, дрейфовала вниз в состоянии ошеломленного транса.

В самом конце Чу Мочен прижался к ее уху и прошептал ей на ухо: “Я люблю тебя, Чанге.”

Чанге …

Чу Мочен любит Гу Чанге?

Эта шутка действительно немного великовата.

Она находилась в трансе всю ночь.

Когда она проснулась на следующий день, было уже 9 часов утра.

У нее все болело, а тело было слишком слабым, чтобы она могла стоять прямо.

Она коснулась своих волос, они были все еще немного влажные.

Звук открывающейся двери мягко достигает ее ушей.

Затем пришла молодая женщина в униформе «Юньтин» для обслуживания номеров.

Женщина посмотрела на неё с улыбкой в глазах и в уголках рта и помогла ей сесть: "Мисс Сун, вы проснулись?”

Сун Юньсюань оглянулась и не нашла никаких следов Чу Мочена.

“У мистера Чу рано утром назначена встреча, и он уехал первым. Перед отъездом он велел мне передать это тебе.”

Закончив, она передала ей коробку с таблетками.

Сун Юньсюань посмотрела на неё и не смогла удержаться от смеха. Она достала таблетки, положила их в рот и проглотила.

Бросив коробку на прикроватный столик, она подняла глаза на дежурную: "Я возьму на себя инициативу купить и съесть противозачаточные таблетки без вашего напоминания.”

Она не собиралась рожать ребенка для мужчины, с которым провела только одну ночь. Кроме того, самое главное на данный момент - это не любовь, а убийство Шао Тяньцзе.

Ее глаза сверкнули острым холодным светом обиды.

Увидев, что она приняла таблетки, служащая вежливо передала ей несколько слов Чу Мочена и ушла.

Сун Юньсюань приподнялась и натянула на себя одежду, в которой была вчера.

Она с удивлением обнаружила, что одежда, испачканная спиртным, была постирана в химчистке и выглядела как новая.

И ее собственное тело тоже было вымыто.

Внезапно она почувствовала себя очень смешно: "Редко можно увидеть такого Чу Мочена, который понимает, что такое забота о женщинах.”

Хорошо, она оделась и долго не задерживалась.

Она должна поспешить обратно в семью Сун, чтобы увидеть ситуацию дома.

Если люди Чу Мочена, хорошо выполнили ее план, то семья Сун уже должна была быть в большом беспорядке в данный момент.

Думая об этом, она не могла не чувствовать себя лучше.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16. Как бы ты мне отплатила?

Сун Юньсюань отсутствовала всю ночь.

После того, как она вернулась, Сун Юньцян потянул ее в сторону с мрачным лицом. “Где ты была вчера вечером?- спросил он.

Как только Сун Юньсюань вспомнила прошлую ночь, она сразу же сделала вид, что напугана, и дала всхлипывающий ответ: “Прошлой ночью мне было очень жарко, а потом...”.

“Что потом?”

Сун Юньцян не мог ждать, чтобы расспросить ее дальше.

Он не мог не прервать ее комментарием: “Мы не знаем, кто лишил ее девственности. Тем не менее, она теперь не имеет право выйти замуж в семью Сюэ из-за ее нечистоты.”

Сун Юньсюань посмотрела на свою сестру Юньин сквозь слезы.

Глядя в ее глаза, Сун Юньин фактически обнаруживает след предупреждающей ухмылки. И она бессознательно замолкает.

“Юньсюань, где ты проснулась сегодня утром?”

Счеты потрескивали в сердце Сун Юньцян. Он считал, что ей не повредит, если она проснулась рядом с сыном из богатой семьи, это даст возможность соединиться браком с богатой семьей.

Может получиться еще одна свадьба в семье Сюэ.

Однако Сун Юньсюань разрушила все его фантазии: "Брат, я проснулась в больнице этим утром. Врач сказал, что я потеряла сознание из-за высокой температуры и была отправлена в больницу официантом из бара «Yese».”

“Вот моя медицинская карта, - она показала Сун Юньцян поддельные документы, которые она сделала в больнице сегодня утром для того, чтобы доказать свое пребывание в больнице прошлой ночью.

Сун Юньцян поспешно взял бумаги, чтобы посмотреть, не скрывая своего сильного разочарования.

Он понял, что его младшая сестра потеряла хорошую возможность познакомиться с любыми богатыми наследниками.

И Сун Юньин…

Сун Юньин также сожалела о сложившейся ситуации. Она утешала своего брата, говоря: "Брат, ты должен положиться на мой брак, чтобы связаться с семьей Сюэ.”

Сун Юньцян чуть не лопнуть от гнева.

Он схватил утренние газеты на столе, а затем бросил их все в Сун Юньин: “Посмотри, что ты наделала. Теперь весь город знает, что ты поймана с Сюэ Тао за прелюбодеяние. Поскольку семья Сун ранее объявила, что Юньсюань выйдет замуж за Сюэ Тао, какое нелепое поведение для вас, чтобы отобрать у своей сестры жениха.”

Пренебрежение появилось на лице Сун Юньин: “Брат, чтобы спасти репутацию семьи Сун, вам просто нужно объявить, что это не младшая дочь семьи Сун Юньсюань, а их вторая дочь Сун Юньин собиралась выйти замуж в семью Сюэ.”

Эти слова свели Сун Юньцяна с ума.

Он пристально посмотрел на Сун Юньин, желая разорвать ее из-за ее высокомерия.

Хотя Сун Юньин прямолинейна, ее мать - коварная женщина.

Патриарх семьи Сун планировал отдать Сун Юньин и ее матери половину семейного имущества.

Если Сун Юньин выйдет замуж в семью Сюэ, будет трудно гарантировать, что она и ее мать не будут конкурировать за трон семьи Сун, объединившись с семьей Сюэ, что являлось основной причиной, по которой Сун Юньцян мешал ее браку с семьей Сюэ.

И вот теперь он потерял контроль.

Ради чести, семья Сюэ обязательно женится на Сун Юньин.

Во всяком случае, для них нет никакой разницы, на какой сестре жениться. Всё это полирует внешнюю поверхность, маскируя порочную сущность.

Сун Юньцян яростно злился. Он постоял там несколько секунд, прежде чем повернуться и уйти: ”Я пойду к патриарху."

Сун Юньин презрительно фыркнула, не выказывая никакого страха.

Однако Сун Юньсюань стояла на месте. Когда ее брат ушел, она медленно повернула голову, чтобы посмотреть на Сун Юньин:“Сестра моя, я помогла тебе исполнить твое желание. Как бы ты мне отплатила?”.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17. Просьба о вознаграждении

Сун Юньин поменялась в лице, и посмотрела на Сун Юньсюань.

“Что ты имеешь в виду?”

Сун Юньсюань знала, что она хочет притвориться смущенной. Она сделала несколько шагов, чтобы приблизиться к Сун Юньин, наклонилась и прошептала ей на ухо: "Сестра, будь мудрой. Я могу не только помочь вам выйти замуж за семью Сюэ, но и позволить семье Сюэ выкинуть вас за дверь.”

”Ты...” - Сун Юньин немного испугалась внезапной перемены личности своей сестры. “Как ты можешь стать такой?”

Сун Юньсюань встала со спокойным выражением на лице. - Сестра, я всегда жила в маленьком городке под названием Чинчен. Как ты можешь знать какая я, если мы почти не общались?”

Сун Юньин ничего не могла сказать. По ее мнению, ее сестра всегда была никем, живущим в городе Цинчэн.

Если бы семья Сун не хотела вернуть ее в качестве инструмента для делового брака, она, возможно, никогда не смогла бы вернуться в семью Сун.

И Сун Юньсюань права, как она могла знать, каким человеком была Сун Юньсюань, ведь они встретились не так давно.

Возможно, эта сестра всегда притворялась невинной и ребячливой внешне, в то время как внутренне она хитра и расчетлива.

Сун Юньин решила, что к ней лучше относиться с осторожностью.

“Что ты хочешь сделать, Юньсюань?”

Сидя на диване, Сун Юньсюань потянулась своим пальцами к лонгану в тарелке с фруктами: "Сестра, я уже все объяснила по телефону. Я собиралась послать тебе замечательный подарок. Так вот, ты его получила. Пришло время показать свою благодарность.”

Сун Юньин нахмурилась, она не могла поверить своим глазам: “Ты собираешься подставить Сюэ Тао?”

“Нет, нет, нет. Я просто чувствую, что это несправедливо, тебе нравится Сюэ Тао, и ты сказала, что зачала его ребенка, а он пытается бросить тебя. Итак, я просто помогла тебе выйти замуж в семью Сюэ.”

Услышав об этом, Сун Юньин промолчала, потому что знала, что ее сестра ещё не всё сказала.

Сун Юньсюань бросила на нее косой взгляд: “Тебе не нужно быть такой бдительной. Тебе легко ответить мне взаимностью. Я просто хочу, чтобы ты пообещала мне одно условие.”

“Что это за условие?”

“Это не будет стоить тебе жизни, но заберет немного денег из твоих рук.”

“Сколько ты хочешь?”

“Эквивалент твоего приданого.”

Сумма шокировала Сун Юньин.

В тот самый момент, когда она собиралась встать и отругать Сун Юньсюань, слуга наверху внезапно спустился и сказал: “Дамы, господин Сун просит вашего присутствия.”

С милой улыбкой на ее лице, Сун Юньсюань кивнула в ответ: “Я буду там через секунду.”

Слуга ушел.

Сун Юньсюань сразу же покинула комнату, прекратив спорить с Сун Юньин.

Только одна ее фраза осталась для Сун Юньин: “Если ты не веришь, что я могу заставить тебя опуститься, ты можешь попробовать.”

Это предложение может сказать о ее твердой уверенности.

Когда она имеет дело с такими людьми, как Сун Юньин, она совершенно уверена, что может манипулировать ею в соответствии с любыми условиями, которые она поставила.

Переговоры с ней - не более чем способ проверить ее отношение.

Мистер Сун жил в большой комнате на втором этаже. Он был серьезно болен уже в течение длительного времени.

На пороге смерти старик поддерживал свою жизнь, постоянно потребляя семейные богатства.

Проходя через дверь, Сун Юньсюань увидела тощего старика в постели. Она назвала его отцом.

Мистер Сун открыл свои мутные глаза. Когда он случайно взглянул на Сун Юньсюань, его взгляд сразу переместился на Сун Юньин.

Сун Юньин поспешила к нему, становясь на колени перед кроватью Мистера Суна. - Папа, ты хорошо себя чувствуешь?”

Ранее до нее доходили слухи, что мистер Сун отдает большую часть своих предпочтений своей второй дочери. Сегодняшняя сцена это доказала.

Господин Сун посмотрел Сун Юньин в глаза и сказал: "Ты твердо решила жениться на Сюэ Тао?”

На мгновение поколебавшись, Сун Юньин, наконец, кивнула головой. - Я уже зачала его ребенка, отец, - она ответила, не думая о том, как будет разочарован Мистер Сун.

Сун Юньсюань ясно увидела разочарование в глазах Мистера Суна.

Она показала невидимую улыбку, вздыхая в своем сердце: "Сун Юньин, ты обречена.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18. Жертвуя «инструменты»

Гу Чанге, которая была в центре борьбы за власть семьи Гу, хорошо знала, что означает деловой брак.

Деловой брак мужчины заключается для того, чтобы заручиться помощью матриарха своей жены.

В то время как в деловом браке девушки, она будет использоваться только как инструмент, чтобы быть покинутой.

Потому что с того дня, как она выходит замуж вне дома, будучи коронованной фамилией своего мужа, она безжалостно исключается из рядов наследников семьи.

С личностью Гу Чанге, она не вышла замуж в другую семью, это Шао Тяньцзе женился на ней и жил с семьей Гу.

Она была старшей дочерью семьи Гу, которую строго учили с самого детства.

Ей предельно ясно: наследование семьи и ведение ее бизнеса требует, помимо благожелательной внешности, жесткой дипломатии.

Поэтому, она была готова пожертвовать многим, чтобы выиграть достаточно преимуществ, и, наконец, перевернуть стол.

В семье Сун, Сун Юньин, очевидно, недостаточно.

Господин Сун медленно отвел глаза от ее лица и вздохнул слабым и усталым голосом: "Какая жалость, Юньин…”

“Папа, о чем ты жалеешь?”

“У тебя есть свой собственный выбор. Отец очень этому рад. И папа даст тебе солидное приданое.” – Продолжил он.

Как только Сун Юньин услышала эти слова о приданом, на ее лице появилась простодушная и тронутая улыбка.

Но она не знала, что приданое - это последнее, что она сможет получить от семьи Сун, которое является лишь крошечной вещью по сравнению с активами семьи Сун и правами наследования.

“Иди, поговори с мамой о своем браке. А что касается твоего приданого, то я передам его твоей матери.”

“Спасибо тебе, папа!”- Сун Юньин повторила это несколько раз, чтобы выразить свою благодарность.

Однако Мистер Сун больше не был в настроении слушать то, что она говорит. Он закрыл глаза, прося Сун Юньин уйти своим слабым голосом:”Ты иди первой".

Сун Юньин, казалось, не поняла, что ее отец несчастен, она встала и вышла, не оглядываясь.

Неудивительно, что обещание отца о щедром приданом - это достаточно хорошая вещь, чтобы сделать ее счастливой.

Что еще стоит ее внимания, кроме приданого?

Сун Юньсюань тоже собиралась развернуться и выйти из комнаты. Но вдруг она услышала, как старик зовет ее: "Иди сюда, Сюань-Сюань.”

Она почувствовала себя немного смущенной.

Старик с мутными глазами, кажется, был способен видеть сквозь ее разум. Он снова закричал: "Иди сюда, Сюань-Сюань. У папы есть слово для тебя.”

Сун Юньсюань была уверена в том, что она слышала. Она подошла, наполовину опустившись на колени у кровати, глядя на старика, которого ей следовало бы называть отцом.

Господин Сун посмотрел на ее лицо, словно вспоминая внешность матери, и вздохнул: "Ты действительно похожа на Цяо-Цяо. Какая красивая девушка!”

Сун Юньсюань не ответила. Она знала, что Цяо-Цяо должна быть ее матерью.

Сун Юньцян стоял рядом с ними.

“Я слышал, что твой брат собирался выдать тебя замуж за члена семьи Сюэ. Но теперь твоя сестра заняла твое место. Ты не возненавидишь ее за это?”

Ненавидишь ее?

Почему?

Она очень этому рада.

Она покачала головой, схватила отца за руку и искренне посмотрела на старика: “Отец, я не буду ненавидеть свою сестру, и я чувствую себя счастливой за нее.”

“Почему ты счастлива?”

“Потому что она любит Сюэ Тао, и у Джека будет Джилл.”

“Тогда за кого же ты выйдешь замуж?”

“Отец, я ни за кого не выйду замуж. Я всегда буду рядом с тобой. Это нормально?”

Она никуда не пойдет.

Сейчас она живет в семье Сун.

Пока она остается в семье Сун, она может приблизиться к трону шаг за шагом и заставить Шао Тяньцзэ заплатить свой долг крови.

В глазах Мистера Суна появилось редкое выражение.

Он, кажется, был неожиданно тронут, но после этого не произнес ни слова.

Спустя долгое время, когда и Сун Юньцян, и Сун Юньсюань подумали, что старик уснул, господин Сун вдруг сказал тихим голосом: “Девочка в конце концов выйдет замуж.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 19. Чем ты мне угрожаешь?

Сун Юньсюань понимала, что г-н Сун действительно отвергает ее, после того, как она на некоторое время задумалась над его словами.

Он предпочел бы, чтобы его вторая дочь осталась с ним и заставила его младшую дочь выйти замуж.

Этот отец действительно имеет сильную привязанность к своим детям.

Не говоря больше ни слова, Сун Юньсюань слегка кивнула головой.

“Если у тебя есть любимый человек, Пожалуйста, скажи своему брату, он поможет тебе.”

“Да, Отец. Спасибо!”

Старик посмотрел на свою послушную дочь, которую он считал совсем не плохой.

“А теперь иди. Позволь мне поговорить с твоим братом наедине.”

Сун Юньсюань должна уйти.

Тем не менее, она намеренно оставляет зазор, когда тихо закрывает дверь.

Изнутри донесся очень низкий голос старика, который она едва слышит: "Твоя младшая сестра родилась красавицей. Ты можешь найти ей хорошего мужа.”

“Да, отец.“

“Но остерегайся ее.”

Сун Юньцян застыл в немом недоумении.

“Но почему, отец?”

Мистер Сун отвернулся. Никто не знал, куда он смотрел, бормоча: “Я чувствую, что этот ребенок не прост.”

Сун Юньцян не понимал, что на самом деле имел в виду его отец.

Он просто принял приказ своего отца, остерегаться этой сестры.

Несколько дней спустя, независимо от того, что она делала, всегда были слуги, следующие за Сун Юньсюань.

Конечно, это раздражало.

В противном случае, ее брат был бы тем, кого беспокоят.

День свадьбы Сун Юньин устанавливался в спешке.

Услышав, что Сун Юньин беременна, семья Сюэ слегка поменяла свое отношение, не пытаясь помешать Сун Юньин выйти замуж за Сюэ Тао.

Но Сюэ Тао по-прежнему пренебрежительно относился к любви Сун Юньин.

Сун Юньин попросила Сун Юньсюань составить ей компанию для покупки свадебного платья, чтобы продемонстрировать публике свою привязанность к сестре.

Сун Юньсюань скучала во время мероприятия, в то время как Сун Юньин все еще помнила слова, сказанные Сун Юньсюань в последний раз.

“Юньсюань, что отец сказал тебе в прошлый раз?”

“Ничего.”

Она, конечно же, не откроет ей всего содержания разговора с отцом.

Сун Юньин перестала расспрашивать ее, понимая, что ее усилия будут напрасны.

Пока она спокойно ждала примерки её свадебного платья, Сун Юньсюань неоднократно набирала номер телефона.

Она вешала трубку прежде, чем мужчина поднимал ее.

В конце концов, раздраженный мужчина послал ей сообщение, чтобы спросить, в чем проблема.

Только после этого она отправила ему фотографии Сун Юньин в свадебном платье.

Затем номер замолк, и больше никаких новостей.

В это время Сун Юньин вышла из примерочной комнаты. Расчесывая свои рыжие волосы, она очаровательно пропела продавщице: "Я хочу заказать это винно-красное свадебное платье, полностью усыпанное настоящими бриллиантами.”

Сун Юньсюань скривила губы, но ничего не сказала.

Потрясенные расточительным поведением Сун Юньин, продавцы кивали головами, как будто идет дождь.

Когда они вышли из магазина, Сун Юньсюань спросила: “Сестра, отец обещал тебе щедрое приданое. Кажется, он держит свое слово.”

“Это не твое дело.”

Сун Юньсюань остановилась: "Сестра, ты забыла, что это должно быть моим?”

Сун Юньин впала в ступор.

Сун Юньсюань рассмеялась: “Сестра, это не шутка. Пожалуйста, обменяй все своё приданое на доллары США, а затем передай их мне.”

“Сун Юньсюань, не испытывай судьбу?!”

Сун Юньин указала пальцем на нос Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань мягко оттолкнула ее пальцы и посмотрела на нее со спокойной улыбкой: "Сестра, в мире есть только интерес, и нет чистой любви. Если ты хочешь выйти замуж в семью Сюэ гладко, ты должна послушно согласиться с моей просьбой. В противном случае, у тебя может не быть шанса надеть это красное платье с бриллиантами.”

Сун Юньин была раздражена. Вместо этого она улыбнулась своими ярко-красными губами и спросила: “Чем ты мне угрожаешь?”

“Ты так одержима, сестра.”

Сун Юньсюань беспомощно покачала головой и показала ей номер своего мобильного телефона.

“Все дело в этом человеке.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 20. Я хочу на тебе жениться

Сун Юньин никогда бы не догадалась, что ее секрет будет ясно известен Сун Юньсюань.

Контактный номер на мобильном телефоне Сун Юньсюань заставил ее чувствовать себя крайне потрясенной.

Она не могла, но очень хотела протянуть руку и схватить этот мобильный телефон, а затем безжалостно бросить его на землю и растоптать.

Однако, когда она действительно попыталась схватить его, Сун Юньсюань ловко отступила назад и напомнила ей: “Если ты сделаешь это, может случиться так, что этот человек позвонит Сюэ Тао, чтобы бороться за опеку над ребенком.”

Лицо Сун Юньин мгновенно побледнело.

Как будто ее сильно ударили кнутом, она неуверенно отступила назад. “Откуда у тебя номер телефона Ван Ци?”

“Как тетя ребенка в твоем животе, я, конечно, должна выяснить, кто его биологический отец.”

Да, у Сун Юньин раньше было несколько бойфрендов. Сюэ Тао - один из них.

Еще один человек, по имени Ван Ци, также имел тесные отношения с ней.

Если бы Сюэ Тао узнал, что биологическим отцом ребенка был не он, как он мог бы жениться на Сун Юньин?

Однако, чтобы узнать секрет, она сломала графический замок сотового телефона Сун Юньин, что действительно потребовало от нее много усилий.

Раньше она очень интересовалась такими сложными вещами.

Когда модель секретного кода мобильного телефона Шао Тяньцзе менялась снова и снова, она всегда могла взломать его менее чем за десять минут.

Всякий раз, когда Шао Тяньцзе узнавал, что она подсматривала за его мобильником, он смеялся, обнимал ее и спрашивал, нашла ли она что-нибудь.

Она не могла ничего найти.

Но она всегда обращалась с ним сурово, притворяясь, что нашла что-то.

Он совсем не сердился.

Теперь подумайте об этом, Шао Тяньцзе уже предал ее в то время. Как он мог выложить все свои секреты на мобильный телефон?

Мобильный телефон, который ей показали, был всего лишь прикрытием.

Сун Юньин была безмолвна и шокирована телефонным номером, который она выдала.

Сун Юньсюань подошла и улыбнулась: “Сестра, запомни, что я сказала. На следующий день после твоей свадьбы я получу эквивалент твоего приданого. В противном случае, не вини меня.”

Последние несколько слов она произнесла мягко, но с леденящим душу эффектом.

Со слезами на глазах Сун Юньин выдавила: "Юньсюань, откуда у меня столько денег?”

“У тебя нет такой суммы денег, но это не значит, что у твоей матери их нет. На протяжении многих лет ваша мать растрачивала средства семьи Сун.”

Сун Юньсюань прошла мимо Сун Юньин, которая стояла там, чувствуя себя испуганной, и слова, которые она сказала, заставили Сун Юньин чувствовать, что ей были известны все их секреты.

Сун Юньсюань продолжала идти, искоса поглядывая на мужчину, сидящего за рулем синего спортивного автомобиля порше. Он опустил окно до середины, улыбаясь ей.

Сун Юньсюань была шокирована: "Чу Мочен.”

Прежде чем она успела ответить, в кармане у нее неожиданно зазвонил сотовый телефон.

Она подняла трубку, а затем услышала знакомый магнетический голос мужчины: “Сюань-Сюань.”

Ее губы слегка надулись, а брови нахмурились. “Чу Мочен, откуда ты знаешь номер моего мобильного телефона?”

“Твой старший брат сказал мне.”

Брови Сун Юньсюань поползли вверх.

Это значит, что Чу Мочен уже встречался с Сун Юньцяном.

Согласно личности Сун Юньцяна, до тех пор, пока он знает, что Чу Мочен имеет какую-либо привязанность к его сестре, он позволит ей выйти за него замуж сразу же.

И что же этот человек собирается делать?

“Ты помнишь, что обещал мне в тот день?”

“Ты уже моя женщина. Я хочу на тебе жениться.”

Сун Юньсюань улыбнулась и едва заметно посмотрела на синий порше с опущенным окном: “Я не буду общаться с мужчиной, который хочет жениться на мне. До свидания, Мистер Чу.”

После этого она нажала кнопку завершения вызова.

Этот человек хотел ее тело.

Она же хотела воспользоваться связями этого человека.

Теперь, когда взаимное использование закончилось, она не планирует встречаться с ним снова.

Чу Мочен хочет жениться на ней?

Давайте посмотрим, может ли она быть затронута его мастерством.

Получив урок от Шао Тяньцзе, она испытывала крайнее отвращение к этим безжалостным низшим животным и к браку.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 21: Прощай, Шао Тяньцзэ

Сун Юньин, второй ребенок семьи Сун, привлекательная женщина, повсеместно известная в Юньчэне.

Многие богатые молодые люди знают ее прекрасный вид.

Поэтому на ее свадьбу пришло очень много людей, особенно наследники деловых семей из высшего сословия Юньчэна.

Немногие, кто не смог присутствовать, отправили дорогие подарки с помощью специального посланника.

Одетая в красивое белое свадебное платье, Сун Юньин была полна беспокойства.

Сун Юньсюань в светло-фиолетовом платье расхвалила перед зеркалом красоту своей сестры и с улыбкой отвернулась. Маленькое платье усыпано не бриллиантами, а кристаллами. Серебристо-белый хрустальный пояс завязан вокруг, подчеркивая ее тонкую талию и красивую верхнюю окружность. Она не только чиста, но и сексуальна.

Юные леди из высшего общества и богатые молодые люди бродили по свадебному залу.

Большинство из них хотели использовать эту возможность, чтобы получить любую информацию, которая принесет им пользу.

Тем временем Сун Юньсюань пила коктейль за неприметным фонтаном.

Аромат коктейля слегка раскрывал ее вкусовые рецепторы. Она подняла глаза, наблюдая за теми далекими незнакомцами, которые ей всегда были знакомы. Она подняла голову, на ее губах заиграла легкая усмешка.

Итак, придет ли Шао Тяньцзе?

Интересно, придет ли на свадьбу тот, чья жена только что умерла?

В конце концов, существуют кооперативные отношения между семьей Гу и семьей Сун.

Шао Тяньцзе любит быть элегантным, а также порядочным, он всегда относится ко всем с вежливостью. Теперь он должен притворяться, что оплакивает свою жену.

Пока Сун Юньсюань размышляла, из толпы снаружи донесся шепот.

Это какие-то молодые девушки в платьях. Они шептались на улице усадьбы: "Смотри! Это Чу Мочен, наследник семьи Чу.”

“Ну и что же? Я слышалf, что он был за границей. Так почему же он вернулся?”

“Говорят, он вернулся, чтобы выразить соболезнование своему старому другу.”

“Кто же это?”

"Гу Чанге, женщина, которая все еще обсуждается общественностью, даже умерев.”

“Ты хочешь сказать, что это тигрица из семьи Гу?”

Вдруг люди услышали, как с треском разбился бокал вина.

Две говорящие девушки были потрясены, глядя на осколки стекла, упавшие к их ногам. Они поморщились, но все равно не смогли избежать ликера, пролившегося на их платья.

“Да что с тобой такое?”

“Разве у тебя нет глаз?”

Девушки грубо кричали. Хотя они происходили из богатых и благородных семей, их невежливое отношение ясно показывало их сущность.

Сун Юньсюань посмотрела на разбитое стекло на земле и подняла глаза на двух девушек.

“Мне очень жаль. Но я только что услышала, что вы говорили о Гу Чанге, которая умерла, я просто немного удивлена.”

Слова Сун Юньсюань предупреждали этих двух говорящих девушек. Они спросили: "Вы её родственник?”

Сун Юньсюань улыбнулась: “Нет, нет, моя фамилия Сун, а ее - Гу. Как мы вообще можем быть родственниками?”

Обе девушки посчитали, что это разумно.

Одна из девушек предупредила другую: "Мы всегда должны быть осторожны, когда обсуждаем Гу Чанге. В конце концов, хотя Гу Чанге уже мертва, ее муж жив.”

Они не были заинтересованы в том, чтобы снова обсуждать Гу Чанге. Они направились в ванную, бормоча что-то о своих платьях.

Сун Юньсюань покачала головой. Она чувствовала, что это очень смешно, что кто-то боится мужа Гу Чанге после ее смерти.

Шао Тяньцзе действительно замечательный актер.

Он замечательный муж в глазах всех.

С изящным поворотом назад, Сун Юньсюань обнаружила, что мужчина, стоящий недалеко от неё, внезапно оглянулся.

Когда она посмотрела на этого человека, выражение ее лица изменилось. Она почувствовала, как все ее тело застыло на месте.

Её сердце, замерзнув на некоторое время, снова начало биться, безумно быстро.

Это же Шао Тяньцзе!

Он здесь, Шао Тяньцзе!

Шао Тяньцзе - нежный и красивый мужчина.

Даже издалека Сун Юньсюань ощутила некую мрачность на его улыбающемся лице. На его лице явно проступает небрежное выражение - Сун Юньсюань знала, что Шао Тяньцзе устал притворяться.

Все молча вздыхали в душе, сочувствуя Шао Тяньцзе, потому что знали, что он огорчен потерей жены.

На самом деле, Шао Тяньцзе был доволен смертью своей жены, что дала ему возможность завладеть собственностью семьи Гу.

Более того, если она права, Шао Тяньцзе успешно пересадил её сердце Гу Чанлэ.

Иначе, он не соизволил бы явиться на свадьбу Сун Юньин.

Сун Юньин хорошо ладит с Сун Юньцзя.

Сун Юньцзя помогла Шао Тяньцзе выполнить операцию по пересадке сердца, и теперь она наблюдает за послеоперационной ситуацией Гу Чанлэ в больнице.

Шао Тяньцзе очень ценит Сун Юньцзя, поэтому он пришел на эту свадьбу.

Она издали оглядела Шао Тяньцзе с ног до головы и удивилась, что этот человек стал еще тоньше, чем раньше.

С легкой улыбкой на губах она смотрела на красное вино в своем бокале, внезапно ей захотелось поговорить с Шао Тяньцзе.

Она задалась вопросом, сможет ли Шао Тяньцзе узнать свою ужасную жену, которая живет в теле Сун Юньсюань, чтобы отомстить за своё убийство.

Она держала свой бокал, с великолепной улыбкой в уголке рта, и шла шаг за шагом к Шао Тяньцзе.

Все вокруг нее, кажется, не имело к ней никакого отношения. В ее глазах, в ее сердце был только Шао Тяньцзе.

Её глаза, наполненные враждебностью из самой глубины, пристально смотрели на Шао Тяньцзе. Она хотела бы соскрести кожу Шао Тяньцзе с головы до ног, а затем использовать острые лезвия, чтобы разрезать её на полоски.

В этот момент она чувствовала, как сильно бьется ее сердце. Она сжала бокал в руке.

“Сюань-Сюань!”

Внезапно воскликнул знакомый мужской голос:

Она резко остановилась, увидев идущего ей навстречу мужчину. Мужчина обнял ее за талию и повернул в сторону, чтобы обойти Шао Тяньцзе.

“Зачем ты здесь, Чу Мочен?- спросила она.

Что именно он хочет сделать?

Она останавливается прямо перед разговором с Шао Тяньцзе, но только на мгновение.

“Я пришел поздравить твою сестру с замужеством. Разве ты меня не поприветствуешь?”- Сказал Чу Мочен.

На его губах играла блестящая улыбка, а мягкий свет глаз выдавал его беспокойство.

“Что ты хочешь сделать?”

“Я очень помог твоей младшей сестре недавно выйти замуж за члена семьи Сюэ. Разве ты не помнишь?”

“Я обменяла равную награду на твою помощь. Не торгуйся со мной. В моем словаре нет слова “ненасытный"!

Услышав ее забавные замечания, Чу Мочен не смог удержаться от смеха. Он с силой обнял ее за талию. Затем он подошел вплотную к ее ушам и шепнул ей на ухо: “Если я не ошибаюсь, ты хотела бы сейчас поздороваться с Шао Тяньцзе?”

Сун Юньсюань хмуро посмотрела на него: “Это не твое дело.”

“Он только что потерял свою жену. И он, конечно же, не заинтересован в вас.”

Сун Юньсюань усмехнулась: "Я тоже им не интересуюсь.”

“Хорошо, пусть будет так.”

“А что, если он меня заинтересует?- на ее лице появилось слегка агрессивное выражение.

Чу Мочен легонько поцеловал ее волосы и сказал: “Это зависит от того, заинтересован ли он в тебе.”

“Может быть, мы влюбимся друг в друга.”

Он осторожно придвинулся к ней и сказал холодным тоном: "Я предупрежу его особым образом, что он должен держаться от тебя подальше, потому что ты моя девушка.”

“Ты пригласишь Немезиду, если разрушишь любовь других людей.”

“Но ведь ты - моя.”

Сердце Сун Юньсюань замерло, и улыбка на ее лице увяла. Она протянула руку, чтобы оттолкнуть Чу Мочена: "Я никому не принадлежу.”

После этого она направилась к официанту с подносом.

Но она не увидела, что Шао Тяньцзе заметил ее гордое выражение безразличия на лице.

“Господин Шао, вы что-то ищете?”

“Ничего.” - Отвечает Шао Тяньцзе.

Он чувствовал себя так, как будто увидел Гу Чанге в какой-то иллюзии.

Когда они боролись за права собственности семьи Гу, Гу Чанге сияла с тем же самым гордым выражением лица, как Сун Юньсюань.

Гу Чанге никогда никому не доверяла и всегда относилась к людям с холодными манерами.

На самом деле, она не была бессердечной, когда была студенткой.

Сун Юньсюань не осталась во дворе усадьбы, а зашла в комнату для гостей, чтобы отдохнуть.

Проходя мимо второго этажа, она услышала беспомощный голос Сун Юньин: "Мама, дай мне эти 80 миллионов юаней, пожалуйста.”

Женщина средних лет холодно отказалась: “Никогда! Я приложила большие усилия, чтобы получить 80 миллионов юаней путем подделки ложных счетов. Это единственное спасение, которое мы можем получить в результате борьбы в течение многих лет в семье Сун.”

“Но, мама, если я выйду замуж за Сюэ Тао, он поможет мне завладеть частью имущества семьи Сун, и папа так меня любит.”

Едва услышав это, мать Сун Юньин усмехнулась: "Ты знаешь, что тебя исключат из списка преемников, как только ты вступишь в брак с семьей Сюэ?”

Очевидно, Сун Юньин не поняла, что сказала ее мать.

Ее мать продолжила: "Я думала, что Сун Юньцян делал только поверхностную практику, и он никогда не будет иметь большого значения. Я надеялся, что ты унаследуешь семейное состояние. Но я никогда не ожидала, что ты забеременеешь и выйдешь замуж в семью Сюэ. Даже если твой отец ценит тебя, он не позволит тебе управлять семейной собственностью, если ты выйдешь замуж.”

“В конце концов, я дочь этой семьи, мам.”

“Ты также невестка семьи Сюэ.”

Сун Юньсюань прислонилась к стене, ожидая, сможет ли Сун Юньин получить 80 миллионов юаней из рук своей матери.

Сун Юньин, похоже, поняла, что сказала ее мать, и прошептала: “С тех пор как отец отказался от меня, я безнадежна.”

“Нет, это совсем не то, что ты думаешь. Разве ты не собираешься выйти замуж за Сюэ Тао?”

Ее мать не спешила с выводами: “Пока у тебя есть ребенок Сюэ Тао и в будущем ты будешь носить первого внука семьи Сюэ, даже если ты не сможешь удержать собственность семьи Сун, ты все равно сможешь прочно обосноваться в семье Сюэ.”

“Мама...” - Сон Юньин скривила улыбку.

“Что случилось?” - озабоченно спросила мать Сун Юньин, когда заметила что-то необычное в своей дочери.

В этот момент Сун Юньин посмотрела на свою мать и сказала: "Я не беременна от Сюэ”

“Что?" - мать Сун Юньин схватила свою дочь за плечо, - “о чем ты говоришь?”

“Если Сюэ Тао узнает, он не женится на мне! Тогда я все потеряю!”

Излишне говорить, что мать Сун Юньин понимала истину, что достоинство матери зависит от ее дочери, поэтому, когда она услышала слова своей дочери, ее лицо стало белым.

‘Мам, кое-кто обещал обязательно рассказать Сюэ Тао эту тайну. Она вымогает у меня 80 миллионов юаней в качестве условия для сохранения тайны! Дай мне деньги, пожалуйста.”

Услышав это, Сун Юньсюань не имела никакого удовольствия продолжать слушать.

Мать Сун Юньин будет сопротивляться.

Но как бы долго она ни боролась, пока она ясно мыслит, она отдаст восемьдесят миллионов.

Потому, что Сун Юньин может войти в семью Сюэ, только сохраняя этот секрет.

И если она выйдет замуж за члена семьи Сюэ и укрепится в своем положении, 80 миллионов юаней станут для нее небольшой жертвой.

Без сомнения, для Сун Юньсюань это означало, что она станет на один шаг ближе к уничтожению Шао Тяньцзе.

В руках бизнесмена, который вступил в деловой круг в пятнадцать и имеет семнадцатилетний опыт, восемьдесят миллионов юаней могут быть полностью использованы, создавая огромные прибыли, которые невообразимы для других.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 22. Трудоустройство Шао Сюэ

Сюэ Тао на самом деле не проявлял счастливой внешности даже в тот день, когда он женился на Сун Юньин.

Напротив, Сун Юньсюань смотрела на них с улыбкой, как зритель, с благоговейным выражением благословения на лице.

За долгие годы работы в бизнесе, кажется, что каждое ее выражение лица превратилось в маску.

Наиболее часто используемая маска - это улыбка на лице.

Как говорится, никто не будет бить улыбающееся лицо.

Многие люди настраиваются на улыбающиеся лица.

В конце свадьбы Чу Мочен хотел отправить ее домой. – “Мистер Чу, я больше не хочу вас видеть.”

“Тогда я лично навещу Сун Яня и попрошу его разрешения жениться на его маленькой дочери.”

После этого, прежде чем Сун Юньсюань успела отказаться, он уехал.

Стильный спортивный автомобиль порше исчез.

Она осталась злой на обочине дороги.

Этот человек, кажется, любит портить ее бизнес, подумала Сун Юньсюань.

У нее не было времени думать о том, что он хочет сделать. На второй день свадьбы Сун Юньин она планировала попросить денег.

Неожиданно, 80 миллионов юаней появились на ее счету с такой быстрой скоростью, что она почувствовала себя нелепо.

Можно было с уверенностью понять, что ребенок, которым беременна Сун Юньин, действительно не принадлежал Сюэ Тао.

В противном случае, она не стала бы раздавать эти деньги так быстро.

Сун Юньсюань уже давно интересовалась офисом издательства, которое вот-вот рухнет. Издательство «Чжао». Их главные журналы были полны сплетен и информации в сфере развлечений.

Но, в Юньчэне есть бесчисленное количество компании, которые являются экспертами в сборе информации о круге развлечений.

В результате издательство «Чжао»» было на грани банкротства.

Она отправилась в редакцию в выходные, обнаружив, что сотрудники тихо ждут, когда компания обанкротится.

Когда она вошла в офис издательства в качестве молодой леди группы Сун, президент с поклоном приветствовал ее первым.

Войдя в кабинет президента, даже не выпив предложенного ей кофе, она сразу перешла к делу: “На этот раз я собираюсь купить ваш журнальный бизнес.”

Президент уже давно мечтал избавиться от этого убыточного бизнеса, поэтому он радостно заулыбался: “Купит ли его Мисс Сун от имени компании Сун?”

Ее губы надулись, а глаза сверкнули зрелостью и безразличием, что не соответствовало ее возрасту: “Президент должен знать, что если бы я встречалась с вами от имени группы Сун, то это называлось бы не приобретением, а слиянием.”

Президент никогда не думал, что 18-летняя молодая девушка будет объяснять ему значение каждого слова, поэтому он смутился.

“Тогда что хочет Мисс Сун?”

“Я покупаю ваш журнал на свое имя. Вы говорите мне цену сразу.”

Президент был погружен в свои мысли.

Если бы журнал приобретался от имени компании Сун, то компании Сун было бы все равно, завышена цена или нет.

Если барышня покупает журнал на свое имя, то поднять цену слишком высоко будет невозможно.

Ведь индивидуальные приобретения делаются, исходя из собственных возможностей.

Если цена, предложенная журналом, будет слишком высока, а перспективы прибыли журнала неопределенны, другая сторона, безусловно, не примет это.

Так…

“Мисс Сун, можно мне немного подумать об этом?”

“Я дам Вам только три минуты.”

Сун Юньсюань сидела в кресле напротив президента, ее веки были слегка опущены. Она невозмутимо запустила синхронизацию в своем мобильном телефоне.

Как говорится, долгая ночь навевает дурные сны.

Если другая сторона не уверена или все еще думает о других хороших способах, то она обращает внимание на то, чтобы запугать другую сторону, пусть другая сторона примет самое быстрое и, по-видимому, самое благоприятное решение в краткосрочной перспективе.

“Президент, вы же знаете, что ваш журнал скоро закроется. Если я не возьму его в свои руки сейчас, ваши сотрудники, вероятно, покинут компанию в ближайшем будущем.”

Вместо того чтобы смотреть на все более встревоженного президента, сидящего напротив нее, она проанализировала для него реальную ситуацию в журнале.

“Я слышала, что вы уже два месяца не выплачиваете зарплату своим сотрудникам. Если вы будете продолжать в том же духе, люди будут думать по-другому. Кто-то рано или поздно уйдет в отставку первым.”

“Мисс Сун.”

Президент не мог не прервать ее.

Сун Юньсюань приподняла веки, но все еще сохранила добрую и мягкую улыбку на лице: “Что? Теперь у Вас есть ответ?”

“Если Мисс Сун сможет хорошо управлять журналом, я хотел бы передать журнал Мисс Сун по низкой цене 10 миллионов юаней.”

“Это будет хорошо? Ведь журнал имеет более чем двадцатилетнюю историю, и ему было нелегко стать тем, чем он является сегодня.”

Издательство «Чжао»» начало расширятся не журналами, а утренней газетой.

Позже появилась Утренняя газета Юньчэн. Конкуренция между двумя компаниями привела к превращению ««Чжао»» в журнал.

Журнальная индустрия, похоже, имела тот же процесс, что и утренние новости, но на самом деле, содержание совершенно другое.

Журнал имел единый тип аудитории.

А содержание журналов - самое дотошное и ориентированное на качество.

Например, красота, одежда, стиль, и иногда он вставлял некоторых горячие сплетни, чтобы привлечь внимание.

Ветераны-редакторы журнала «Чжао» настаивали на том, что они не желают обсуждать моду с молодыми редакторами, что сделало журналы «Чжао» неудачными в привлечении внимания молодых людей.

Так что журнальная компания год от года становится все хуже, и в конечном итоге она оказалась на грани банкротства.

Президент очень хорошо знал ситуацию в самом издательстве, поэтому он умолял Сун Юньсюань: "Пожалуйста, не увольняйте мой персонал.”

"Президент, вы можете быть уверены, что после того, как я возьму его на себя, я не только не уволю ваших сотрудников, но и помогу Вам погасить задолженность по зарплате за два месяца.”

Таким образом, сотрудники будут чувствовать себя хорошо при своем новом боссе.

Сотрудники не будут иметь плохого мнения о своем начальнике, поэтому им легче ладить с ним в будущем, и руководить ими тоже будет проще.

Хотя президент «Чжао» не хотел отказываться от журнала, он кивнул в соответствии с успешным планом, выдвинутым Сун Юньсюань, и обещал передать журнал Сун Юньсюань.

Прежде чем Сун Юньсюань ушла, президент «Чжао» протянул свою руку для рукопожатия. Но ассоциируя ее с незамужней дочерью семьи Сун, которая, возможно, не привыкла пожимать руку старикам, он почувствовал себя неловко и хотел убрать руку.

Сун Юньсюань улыбнулась и протянула руку: “Мистер Сон, мне очень приятно познакомиться с Вами. Завтра я сама приду и подпишу контракт.”

Она взяла на себя инициативу и великодушно протянула руку с естественной и достойной улыбкой на лице.

Зрелость и интеллигентность в ее глазах сделали ее еще более красивой и ослепительной.

Президент «Чжао» был ошеломлен на мгновение, прежде чем осторожно протянуть руку.

Сун Юньсюань легонько пожала его ладонь - ни легко, ни тяжело.

Когда она убрала руку, самоуверенность в ее глазах ясно показала ее личность.

Садясь в автобус, она слегка улыбнулась, глядя на небоскреб Шао Билдинг напротив нее.

Безмятежные зрачки её глаз отразили здание, как будто там есть рябь, перемешанная водоворотами, которые тянули здание глубоко в темные и туманные глаза.

Мистер Шао.

Я лично вырастила и управляла бизнес-империей, но теперь в ней доминирует коварный вор…

Подожди минутку, я скоро все верну. И все тут!

Никто не может забрать мои вещи

Даже если этот человек был моим близким другом.

Все это отразилось в ее глазах. На следующий день состоялось приобретение журнала «Чжао».

Редакционный отдел журнала «Чжао» был переименован в журнал «Фаньсин»*. Хотя редакция журнала сохранила старых сотрудников, Сун Юньсюань начала набор новых редакторов по своему желанию.

Она сама ходила в рекрутинговый отдел редакции в качестве интервьюера.

В поле ее зрения попала девушка с короткими волосами, одетая в темно-фиолетовый свитер с рукавами в три четверти.

Она слегка подняла голову и увидела бледное лицо с темными зрачками, похожими на дынные зернышки, с нежной улыбкой на лице Сун Юньсюань сказала: “Садитесь, пожалуйста.”

Вместо того, чтобы носить профессиональные черно-белые костюмы, как другие кандидаты, девушка была в простом свитере, укороченных брюках и паре случайных плоских туфель, показывая свою непринужденную личность.

Внезапно она почувствовала, что эта молодая девушка чем-то похожа на неё саму в молодости.

“Как Вас зовут?”

Даже если ее имя есть в резюме, она спросила, прежде чем проверить документы.

“Шао Сюэ.”

“Ваша фамилия Шао?”

Сун Юньсюань была немного удивлена, потому что теперь она очень чувствительна к китайскому иероглифу Шао.

Но всякий раз, когда появится этот персонаж, она будет уделять ему больше внимания.

Женщина кивнула головой. Лицо у нее чистое и красивое, а брови холодные и отстраненные.

Сун Юньсюань не стала открывать её резюме. Вместо этого она положила резюме под руку, сложила ладони, выпрямила спину и ласково спросила: “Вам не кажется, что Ваш наряд немного неуместен для сегодняшнего интервью с редактором журнала?”

“Я здесь, чтобы подать заявку на должность редактора сбора данных.”

Сун Юньсюань улыбнулась ей: "Да? Это не обычная работа.”

Честно говоря, редакторы по сбору данных - не более чем папарацци.

И они делают свою работу под дождем и ветром.

Как правило, выпускники не будут претендовать на эту должность добровольно.

Это очень тяжелая работа. Если вы часто находитесь на улице, ваша нежная кожа неумолимо загорит.

Вы также можете столкнуться с несчастными случаями в неожиданных местах.

“Вы обычно работаете в сандалиях?”

“Я не думаю, что сбор данных подходит для ношения высоких каблуков.”

Сун Юньсюань посчитала девушку очень интересной.

Вы знаете, очень немногие девушки в свои двадцать лет могут отказаться от высоких каблуков и юбок, но у этой девушки нет длинных волос, а также привычки носить высокие каблуки и юбки.

Глядя на ее легкий макияж, можем увидеть, что девушка очень практична.

Такая девушка не сможет стать квалифицированным редактором моды для журнала, но она считала, что есть своего рода настойчивость и энергия в ее сердце, что не может сравниться ни с чем другим.

“Я записала вашу контактную информацию. Вы можете уйти и подождать моего уведомления.”

Шао Сюэ встала, вежливо поклонилась, сказала «спасибо» и вышла.

Старый редактор рядом с Сун Юньсюань, действующий как интервьюер, собирался бросить профиль Шао Сюэ прямо в мусорное ведро.

Сун Юньсюань взяла его за запястье одной рукой: “Эта девушка, мы можем нанять ее.”

Тридцатилетний редактор искоса посмотрел на нее, и она встретила его взгляд своими безжалостными глазами.

Холодное спокойствие отражалось в глубине ее глаз.

Редактор был в шоке. Ему пришлось смущенно положить резюме обратно на стол.

Сун Юньсюань устала продолжать выступать в качестве интервьюера. Она встала и вышла. Старый и хорошо воспитанный сотрудник последовал за ней: "Мисс Сун, разве вы не продолжаете следить за интервью новых сотрудников?”

“Нет, в моей семье что-то случилось. Позвольте мне сейчас вернуться домой.”

Она не знает, что хочет сказать ей больной старик.

Сегодня рано утром, когда она выходила из дома, мистер Сун позвал её.

_________________________________________________

* 繁星 fánxīng [фаньсин] - звездное скопление

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 23. Пригласите волка в дом

Сун Юньсюань не знала, почему ее отец и брат просят ее вернуться домой в такой спешке.

На обратном пути она не могла удержаться, чтобы не посмотреть на улицу снаружи автомобиля и не спросить водителя: “Дядя Чжан, вы знаете, почему мой отец и старший брат попросили меня вернуться домой раньше?”

Лао Чжан, водитель в семье Сун, работал уже более десяти лет. Гу Чанге видела его раньше. Однако у такого человека не могло быть никаких отношений с ней. Так что в прошлом она не воспринимала его всерьез.

Теперь она возродилась как Сун Юньсюань, нанимая этого человека средних лет, который выглядит прямым и честным, чтобы быть ее собственным водителем, она вспомнила о ее предыдущем впечатлении о нем.

Сун Юньсюань назвала Лао Чжана дядей Чжаном, что заставило его чувствовать себя польщенным.

“Мисс, я бы хотел, чтобы вы называли меня Лао Чжан." Когда водитель закончил, он увидел, что Сун Юньсюань улыбается.“Я не очень хорошо знаю о мистере Суне и его сыне, но сегодня утром Мистер Сун сказал, что приезжают гости, поэтому мы должны вернуться раньше.”

Сон Юньсюань спокойно кивнула и посмотрела в окно на уличный пейзаж, который быстро сдвигался назад.

Но большинство гостей, приглашенных Сун Юньцян, - волки.

Кто бы это ни был, она должна собраться с силами, чтобы иметь дело с ним или с ней, и не быть ослабленной и проданной своим старшим братом.

В такой аристократической семье, если вы не будете защищать себя шаг за шагом, вы можете стать только рыбой, которую можно разделать на доске.

Как Гу Чанге, она разделывала других рыб в течение стольких лет. И она никогда не позволит другим иметь возможность сделать это с ней.

Когда она думала об этом, то опускала глаза, чтобы спрятать глубокий холодный свет в них.

Когда Сун Юньсюань вернулась домой, водитель первым вышел из машины, чтобы открыть ей дверь.

Сун Юньсюань вышла из машины, прихватив свою сумку, и сказала водителю: "Дядя Чжан, если мой старший брат спросит, вы просто скажите, что я ходила в «Чжао», чтобы встретиться со своими одноклассниками. Вы меня понимаете?”

Лао Чжан кивнул в ответ: “Мисс, не беспокойтесь, я сделаю все, как вы скажете.”

Сон Юньсюань мило улыбнулась и кивнула, как старшеклассница, возвращающаяся домой из школы, мягко идущая к большому дому семьи Сун.

Когда водитель увидит, что она отошла достаточно далеко, он закрыл дверь и сел за руль, чтобы уехать.

Но прежде чем двинуться с места, он увидел в зеркале заднего вида неподалеку от своей машины высокого мужчину, который стоял, засунув руку в карман брюк, и с улыбкой смотрел по сторонам.

“Это ... Чайлд Чу?”

Водитель был удивлен. Что еще более пугало, так это то, что старший сын семьи Чу, кажется, стоял там уже долгое время.

И стоя там, он видел ... это была Сун Юньсюань, которая только что приехала.

Водитель вздрогнул — старший сын семьи Чу смотрел на Мисс Юньсюань из семьи Сун.

С этой идеей водитель не смел думать дальше. Он, вероятно, удивился, поняв причину просьбы юного мастера Юньцяна о раннем возвращении Мисс Юньсюань.

Вероятно, они хотят рассматривать Мисс Юньсюань как инструмент брака, чтобы связать другую влиятельную семью.

“Ну что ж, Мисс Сун, очень жаль.”

…

Сун Юньсюань вошла в дверь и с первого взгляда увидела, что Сун Юньцян ходит взад и вперед в гостиной.

Увидев Сун Юньсюань, он быстро попросил прислугу отнести ее сумку.

Сумку Сун Юньсюань забрала служанка, и она не удержалась от улыбки: "Брат, почему ты так нервничаешь?”

Сун Юньцян подошел к ней, ворча: "Разве я не говорил тебе вернуться раньше? Почему ты только сейчас здесь? Чайлд Чу вот-вот потеряет свое терпение из-за того, что ждал тебя.”

Когда Сун Юньсюань чутко уловила титул «Чайлд Чу», улыбка на ее лице мгновенно исчезла.

“Брат, кто, ты говоришь, пришел?”

“Чайлд Чу, Чу Мочен, разве вы не знаете друг друга?" Сун Юньцян чувствовал себя немного странно.

Глядя на то, что улыбка на лице Сун Юньсюань уже исчезла, он сразу же понял, что выражение лица его сестры говорит о том, что что-то не так. И он спросил ее с легким страхом: "Что случилось? У вас ведь хорошие отношения с Чайлдом Чу?”

Хорошие отношения?

Сун Юньсюань едва сдержалась, чтобы не усмехнуться.

Определенно, у нее есть отношения с Чу Моченом, которые не могут быть хуже.

В последний раз Чу Мочен ловил рыбу в ее мутной воде, о чем она никогда не забудет. Она сказала ему, чтобы он больше не связывался с ней. Но он действительно позвонил и сказал, что хочет жениться на ней, как будто он глупый.

Неужели Гу Чанге так легко выйдет за него замуж?

Чайлд Чу такой наивный.

Сун Юньсюань заметила, что ее старший брат смущен выражением ее лица. Поэтому она успокоила его улыбой: “Я встречалась с ним только один раз. Он не является моим близким другом. Что заставило тебя пригласить его в качестве гостя в наш дом?”

Идея пригласить Чу Мочена - это не то, что решила Сун Юньцян.

Дружба семьи Сун с семьей Чу - это лишь так себе. Чтобы пригласить Чу Мочена приехать, престижа Сун Юньцяна недостаточно. Только его отец, Сун Ян, может сделать это сам.

Конечно же, Сун Юньцян немного смущенно покашлял: “Вообще-то это не моя идея. Я только что сказала отцу, что Чу Шао позвонил мне и попросил номер твоего мобильного телефона. Мой отец лично позвонил домой Чу и пригласил Чайлда Чу приехать к нам домой.”

Сун Юньсюань все еще улыбалась, но ее глаза были холодны.

Надо сказать, что Сун Ян, который всю свою жизнь ползал и катался в коммерческих кругах, действительно обладал мощной дипломатией.

Он знает, где находится рыба, когда чувствует легкий рыбный запах.

Теперь, когда пришел Чу Мочен, она не сможет от него избавиться.

Вместо того чтобы вести себя как ребенок, запирающийся в комнате и отказывающийся видеть посетителей, было бы лучше посмотреть, какую пьесу Сун и Чу Мочен собираются исполнить.

“Брат, почему я не вижу Чу Шао?”

Сун Юньцян тревожно посмотрел на дверь гостиной: “Ты идешь слишком медленно. Он сказал, что выйдет прогуляться один.”

Сун Юньсюань оценила на выражение лица своего старшего брата и сказала со знанием дела в соответствии с его идеей: “Тогда я пойду и верну Чайлда Чу.”

Как только Сун Юньцян обнаружил, что его младшая сестра настолько изысканна и разумна, он немедленно надел на себя улыбку признательности: “Если ты найдешь Чу Шао, пожалуйста, пригласи его на обед. Папа пригласил иностранных шеф-поваров, которые приготовят любимое итальянское блюдо Чу Шао.”

Сон Юньсюань кивнула и отправилась на поиски Чу Мочена.

Семья даже приглашала иностранных поваров, требуя их изобретательности для Чу Мочена.

Она уже могла знать, чего хотят ее отец и брат.

Но она боялась, что ее старший брат и отец будут разочарованы.

Она шла по ровной цементной дороге на задний двор. И в пределах дюжины шагов она почувствовала, что кто-то смотрит ей в спину.

Остановившись, она повернулась. Искоса глядя, ее зрачки наполнились холодом.

Ее действия вызвали у мужчины легкий смех: "Я просто несколько раз посмотрел на твою спину сзади, почему ты показываешь такой пугающий взгляд?”

Чу Мочен.

"Почему ты здесь?”

“Твой отец и брат пригласили меня в свой дом.”

Его ответ так же естественен, как бегущая вода.

Но Сун Юньсюань не могла сдержать усмешки при взгляде на мужчину, стоящего перед ней. Она очень несчастна: "Ты мог полностью отказаться, ваши отношения с нашей семьей лишь так себе.”

“Но у меня с тобой особые отношения.” Он слегка наклонился, прикрывая ее своим высоким телом, и его губы почти коснулись ее уха.

Даже во время разговора Сун Юньсюань отчетливо слышала легкую хрипотцу в его голосе.

Сун Юньсюань испуганно оттолкнула его своими руками.

Чу Мочен никак не ожидал, что она оттолкнет его изо всех сил.

Неожиданно, он не оказался в трудном положении, сделав всего несколько шагов назад, что остановило импульс.

Сун Юньсюань сделала глубокий вдох и предупредила его с мрачностью в ее глазах: “Пожалуйста, будь вежлив со мной и не подходи ко мне внезапно.”

“У тебя мизофобия, или ты ненавидишь мужчин?”- он говорил медленно, стоя неподвижно и глядя на нее так, словно его глубокие глаза могли заглянуть прямо в ее сердце. “Тебя когда-нибудь обижал мужчина?”

Сун Юньсюань не потрудилась ответить ему и начала двигаться вперед: “Пожалуйста, господин Чу, пойдемте со мной. Мой отец и старший брат специально пригласили иностранных поваров, чтобы развлечь Мистера Чу. Не дайте посуде остыть.”

Она должна была пройти мимо Чу Мучена, чтобы вернуться в большой дом семьи Сун.

Но она никак не ожидала, что в тот самый момент, когда она пойдет мимо него, Чу Мочен внезапно обнимет ее сзади.

Она нахмурилась, пытаясь оттолкнуть мужчину, который прижался грудью к ее спине.

Сила этого человека гораздо больше, чем у нее.

Его голос отчетливо звучал в ее ушах, с оттенком горькой холодности и подавленности: "Тебе всего восемнадцать лет. Почему ты так сильно ненавидишь мужчин?”

Сезон цветения, как 18 лет - это просто хорошее время для романтики.

Если вы не приспособитесь к тенденции любви в этом возрасте, будучи заинтересованы в противоположном поле, вы будете считаться странным.

И Сун Юньсюань просто считалась неполноценным человеком в глазах Чу Мочена.

“Мистер Чу, вы не обращаете внимания на мои слова.”

“Кто тебя обидел?”

Сун Юньсюань закрыла глаза. И тут же в ее сознании появилось лицо Шао Тяньцзе.

Когда она снова открыла глаза, холодные и кровожадные чувства в них были пугающими.

Чу Мочен не мог видеть выражение ее лица, потому что он стоял позади нее.

“Мистер Чу, даже если все члены семьи Сун увидят, что вы меня обнимали и все они будут знать, что вы меня обнимали, я не выйду за вас замуж.”

Высокое тело Чу Мочена стало слегка напряженным.

Глядя вдаль, Сун Юньсюань сделала свое заявление мудро и спокойно: “Вы не знаете, чего я хочу больше всего.”

Она подняла руку и убрала руки Чу Мочена со своей талии.

У этого человека очень тонкие пальцы, длинные кости и сильные руки.

Когда она дотронулась до его руки, всплыли вспоминания той ночи, когда она сдалась ему. И прикосновение к его руке заставило ее прикусить красные губы.

Те ощущения, когда ее крепко и страстно обнимали, перехватывали у неё дыхание. Как и Гу Чанге, она никогда не получала таких грубых объятий.

Шао Тяньцзэ всегда был очень нежным, будь то в повседневной жизни или в мягкой постели, даже ночью.

Однако именно такой мягкий человек обладал волчьими амбициями.

Напротив, если нежные люди способны разорвать тебя на куски, то что хорошего может сделать такой могущественный человек, как Чу Мочен?

Проще говоря, все мужчины одинаковы.

Используют свою нижнюю часть тела, чтобы думать о том, как получить женщину.

Или, используют свое сердце, чтобы думать о том, как получить финансовую власть.

Она - Гу Чанге.

Она являлась первым наследником семьи Гу и настоящим правителем власти ГУ.

Ее учили контролировать все вокруг, как мужчину.

Однажды выйдя из-под контроля, как женщина, она будет полностью опустошена.

Она попробовала вкус того, чтобы быть уничтоженной Шао Тяньцзе, добрым и бессердечным человеком.

Так что на этот раз она никому не позволит себя обидеть.

Она завоюет все вокруг себя.

Что касается мужчин вокруг нее, то если он не может быть под контролем, она должна держаться от него подальше.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 24. Я не выйду замуж

Когда Сун Юньсюань вернулась, Сун Юньцян разговаривал с Сон Яном в гостиной.

Как только Сун Ян заметил, что она вернулась, он нахмурился: “Разве ты не нашла Чайлда Чу?”

Сун Юньсюань промолчала, вместо этого Чу Мочен, который шел следом за Сун Юньсюань, сказал с улыбкой: “Дядя Сун.” Он последовал за Сун Юньсюань и только что вошел в комнату.

Сун Ян сразу же показывал добрую улыбку и протянул ему руку, чтобы поприветствовать: “Я думал, что Юньсюань не нашла тебя, я как раз собирался отругать ее.”

Чу Мочен бросил взгляд на Сун Юньсюань, которая стояла рядом с ним. Его улыбка осталась неизменной, с жалостью и любовью.

Подойдя к Сун Яну, Чу Мочен объяснил: “Я встретил Юньсюань, как только она вышла. Мы перекинулись несколькими словами на улице, поэтому задержались. Дядя, ты голоден?”

Сун Ян использовал эту возможность, чтобы достичь своей цели, кивая: "Да. На самом деле, так оно и есть.”

Чу Мочен проявил большое уважение к Сун Яну. Он держал на лице улыбку, показывающую, что он вежливый потомок благородной семьи.

Сун Юньсюань была не в настроении видеть, как он разговаривает и смеется с ее отцом.

Четыре человека заняли свои места, и деликатесы, приготовленные итальянскими поварами, стали подавать один за другим.

Сун Юньсюань оценила, что гусиная печень соответствует ее вкусу, поэтому взяла её немного больше.

В этот момент она подняла голову и увидела, что Чу Мочен смотрит на нее своими ясными глазами.

Это застало ее врасплох, и гусиная печень застряла у неё в горле.

Сун Юньсюань начала кашлять.

"Юньсюань!" - Сун Юньцян поспешно передал ей чашку воды.

Однако в этот момент Сун Ян слегка закашлял.

Сун Юньцян приостановил свои руки, которые держали чашку с водой, а затем резко повернул ее в другом направлении. Он взял стоявшее рядом красное вино и быстро протянул его Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань подумала, что это вода и проглотила его залпом.

Поняв, что это вино, она хотела выплюнуть его, но не сделала этого. После стольких лет обучения манерам благородной женщины в семье Гу, она сохранила в памяти социальные правила.

Чтобы не выставлять себя за столом дурой, она проглотила это вино.

Через некоторое время вино ослабило ее симптомы кашля, но оно также вызвало румянец, проступающий на ее щеках

Чу Мочен заметил ее смущение и протянул ей стакан воды. Но Сун Юньцян помешал ему своей рукой.

В этот момент Сун Ян сказал с улыбкой: "Чайлд Чу, Юньсюань - великий пьяница, и я позволю ей выпить тост за вас.”

Затем он обратился у Юньсюань: "Давай, Юньсюань, наполни его бокал.”

Сун Юньсюань чувствовала, что из неё пытаются сделать бар-девушку семьи Сун.

Если бы она была ГУ Чанге, никто не осмелился бы попросить ее налить вина, если только он не отказался от семейного имущества.

С другой стороны, она знала, что она больше не ГУ Чанге.

“Я - Сун Юньсюань.” Она понимала, что в некоторых особых ситуациях ей придется сдаваться. В противном случае, с бесполезным высокомерием, ей рано или поздно будут мешать во всех местах.

Она успокоила дыхание, стерпев дискомфорт, а затем послушно взяла бутылку. Она встала со стула и подошла к Чу Мочену, чтобы налить ему вина.

Красное вино наполнило чашу на две трети, рубиновая жидкость в его хрустальном бокале была яркой и великолепной.

Чу Мочен не обратил на это внимания, но увидел, как побелели костяшки ее пальцев, когда она крепко сжала кулаки, чтобы вынести свою обиду.

Сун Ян и Сун Юньцян были удивлены.

Чуть позже потрясенное выражение лица Сун Яна смягчилось, и он приказал Сун Юньсюань еще раз налить вино Чайлду Чу.

Сун Юньсюань опустила глаза и подошла к нему. Ее глубокие глаза сковал холод.

Чу Мочен встал со своего стула: “Я закончил, я думаю, что должен вернуться.”

Сун Юньсюань остановилась и бесстрастно посмотрела на Чу Мочена.

Ей не терпелось убрать его, SVIP*, поскорее. Но что случилось с Чу Моченом сегодня? Он действительно следует ее путём.

Она молча смотрела на него.

Но Чу Мочен этого не видел. Он встал, чтобы уйти.

Сун Юньцян и Сон Ян также быстро встали. Очевидно, что Сун Ян хотел удержать его и Сун Юньцян хмурился, чтобы придумать способ сделать это.

Внезапно Чу Мочен пошатнулся, и его тело слегка покачнулось.

Сун Юньсюань в это время находилась рядом с Чу Моченом. Наблюдая, как он наклоняется к ней, Сун Юньсюань испугалась, что он ударит ее, поэтому она неосознанно протянула руки, чтобы удержать его.

В этот момент она ясно увидела, как Чу Мочен ухмыльнулся.

Она хотела немедленно отпустить его. Но Чу Мочен сказал: "Я еще не оправился от гриппа, могу ли я попросить Мисс Сун об одолжении?”

Сун Юньсюань оглянулась на Сун Яна, почувствовав себя довольно смущенной.

И Сун Ян серьезно кивнул ей.

“Я отведу тебя вниз, чтобы ты забрал машину.”

Сун Юньцян прервал ее: "Как Чайлд Чу может ехать в таком состоянии? Я попрошу водителя отвезти его обратно.”

Для Сун Юньсюань это было удачей, ведь и её отец и её брат знают, что она может водить машину, и они могли приказать ей отправить Чу Мочена домой.

Она ухмыльнулась про себя, а Сон Ян начал играть в свои трюки.

“Чайлд Чу, тебе лучше отдохнуть в комнате для гостей, потому что ты неважно себя чувствуешь. Я вызову для тебя врача.”

Сун Юньсюань была ошеломлена тем, что сказал ее отец. Сун Ян действительно хорош в том, чтобы воспользоваться возможностью создать проблемы.

Чу Мочен перестал улыбаться и повернулся к Сон Яну: “Прости, что побеспокоил тебя, дядя Сун.”

“Это не имеет значения.”

Чу Мочен посмотрел на Сун Юньсюань, которая скрежетала зубами от ненависти, а затем улыбнулся: “Пожалуйста, зовите меня Чу, дядя Сун, или я почувствую, что мы недостаточно близки.”

Его слова дали Сун Юньцяну и Сун Яну чувство удовлетворения.

Но Сун Юньсюань смотрела на него своими враждебными глазами.

Чу Мочен просто не мог удержаться от радости, но он пытался не показывать этого: "Извините, вы проводите меня в комнату для гостей, Мисс Сун?”

Сун Ян был очень доволен происходящим: "Просто зови ее Сюань-Сюань.”

Поддерживая Чу Мочена, она ничего не сказала. Сун Юньсюань шагнула к двери, кивнув Сун Яну.

Когда они оба ушли, Сун Ян остался сидеть на своем месте в хорошем настроении.

“Папа, Чайлд Чу, кажется, действительно интересуется Юньсюань.”

Сун Ян посмотрел на своего старшего сына: “Это должно быть так, иначе что бы он делал с номером мобильного телефона Юньсюань?

Сун Юньцян подсчитывал в уме. Его удивило серьезное лицо отца: "Папа, а почему ты не радуешься?”

Лицо Сун Яна стало мрачным: "Как простая девушка может получить благосклонность Чу Мочена? Тебе не кажется это странным, Юньцян?”

Сун Юньцян утешил своего отца: "Папа, может быть, красота Юньсюань привлекает его. Мужчины любят красивых молодых девушек, не так ли?”

Глаза Сун Яна были полны мрака, как будто покрытые невидимым туманом. Но Сун Юньцян не мог этого понять.

Сун Юньсюань отпустила Чу Мочена, как только они вышли.

Мочен выпрямился: "Ты меня не поддерживаешь?”

“Тебе не кажется, что это самоуничижение - играть в такие игры, которые предпочитают только женщины?”

Сун Юньсюань продолжала идти вперед.

Чу Мочен следовал за ней по пятам.

Когда Сун Юньсюань открыла дверь гостевой комнаты, чтобы впустить его, Чу Мочен повел ее за собой.

Он протянул свою большую тонкую руку, чтобы закрыть дверь и прижал к ней Сун Юньсюань. У нее не было другого выбора, кроме как встретиться с ним лицом к лицу, с человеком, который поймал ее в ловушку.

Чу Мочену тридцать два года, столько же, сколько и ей. Его зрелый и стабильный имидж всегда заставлял СМИ признавать, что он является лучшим представителем среди наследников влиятельных семей.

Однако никто не знает, что Чу Мочен имеет такой злой и хитрый взгляд.

И он только что поймал 18-летнюю дочь семьи Сун.

Сун Юньсюань постепенно привела свое сердцебиение под контроль. Она успокоилась, и Чу Мочен увидел безразличие, отраженное в ее глазах.

“Что бы ни случилось, похоже, ты всегда остаешься в стороне.”

Сун Юньсюань пристально посмотрела на него: “А что мне еще делать?”

“Ты не знаешь, почему я принял приглашение твоего отца?”

“Я не выйду за тебя замуж!- она ответила без малейшего колебания.

Положив руки на дверь, он заключил ее в объятия, а затем сказал серьезным тоном: “Я не хочу такого ответа.” - У него был такой отсутствующий взгляд.

“Ну что ж, я тебя удовлетворю.”

Ее глаза отразили его лицо. Она сказала спокойно и медленно: "Я никогда не выйду замуж.”

В его глазах вспыхнуло удивление. Его брови нахмурились: "Ты что, с ума сошла?”

“Я никогда не выйду замуж! Никогда! Никогда!”

Она подняла руку, чтобы оттолкнуть его.

Услышав это, Чу Мочен на несколько секунд застыл совершенно неподвижно. Но вскоре он немного наклонился, с тревогой смотря на нее: “Так или иначе, ты должна когда-нибудь выйти замуж.”

“Никто не может жениться на мне.”

“Ты действительно честолюбива!- Чу Мочен усмехнулся.

Сун Юньсюань почувствовала себя несколько странно.

Она подумала, что Чу Мочен продолжит разговор о том, стоит ли ей выходить замуж или нет, но вопреки ее ожиданиям, он немедленно поменял тему.

Его слова точно указывали на голос сердца Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань сделав паузу, пристально посмотрела на Чу Мочена: “Что это значит?”

Чу Мочен рассмеялся. Он убрал руку, которая только что держала дверь, и поднес ее к ее подбородку.

Она хотела поднять руку, но Чу Мочен быстро схватил ее за запястье, а затем приподнял подбородок. Его глаза светились опасностью, которая традиционно присуща мужчине. Сун Юньсюань чувствовала, что он похож на свирепого зверя, следящего за ней.

“Сун Юньсюань, ты всего лишь восемнадцатилетняя девушка из семьи Сун. Как ты думаешь, ты можешь получить всю их собственность?

Сун Юньсюань вздернула подбородок, и ее глаза наполнились гневом.

“В Юньчэне никогда не будет другой Гу Чанге. Тебе лучше не следовать ее примеру.”

Кажется, он о чем-то задумался. Он улыбался все шире и говорил с нарастающей насмешкой в глазах: “У таких женщин, как Гу Чанге, всегда плохой конец! Она никогда не сможет быть похоронена в родовой могиле семьи Гу, так как ее любимый муж развеял ее прах в море. Она так ценила деньги и интересы вплоть до своей смерти, но в конце концов потеряла все. Она была просто женщиной, которая продала свою душу ради прибыли!”

____________________________________________________________

*SVIP – торговая марка, являющаяся лидером среди товаров для уборки.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 25. Вы не квалифицированы

“Ах ты придурок!”

Она с такой силой ударила Чу Мочена по лицу, что тот отвернулся.

Чу Мочен получил сильную пощечину от Сун Юньсюань.

Брови Сун Юньсюань все еще такие же незрелые и нежные, как у молодой девушки, но беспощадность в черном зрачке ее глаз чрезвычайно пугает.

“Ты не имеешь права так говорить, Чу Мочен.”

Сун Юньсюань оттолкнула его в сторону, обнаружив, что его пальцы касаются половины лица, которую она только что ударила. Ее глаза были холодны: "Так как ты не получил ее, это значит, что ты вообще не понимаешь ее сердца. Теперь, когда ты даже не понимаешь ее сердце, ты имеешь право комментировать ее?”

Она смотрела на Чу Мочена, и ярость в ее глазах постепенно утихала. “Мистер Чу, Гу Чанге мертва. Пожалуйста, не говори больше о мертвых. Извини меня.”

Прежде чем Чу Мочен полностью освободился от боли, Сун Юньсюань глубоко вздохнула, потянула дверь и вышла.

Через некоторое время Чу Мочен посмотрел на дверь со странной улыбкой на лице. Он пробормотал почти неслышно: “Ты реинкарнировалась в другом теле?”

В комнате было тихо, и только легкий самоироничный смех.

…

Сун Юньсюань провела тяжелую ночь. Всю ночь напролет она боролась с кошмаром, в котором происходили автомобильные аварии, ампутации, и наконец, ее сердце было пронзено Шао Тяньцзе ножом в его собственной руке.

Проснувшись среди ночи, она подняла руку, чтобы коснуться своего лица. Слезы мгновенно увлажнили её пальцы.

“Гу Чанге... - она назвала свое имя, крепко сжимая кулаки, и ненависть в ее глазах почти превратилась в несокрушимый острый нож. “Гу Чанге, ты должна отомстить! Шао Тяньцзе должен быть убит!”

Она вернет всю свою боль и страдания Шао Тяньцзе, а также Гу Чанлэ, сука!

…

Ранним утром следующего дня она наложила очень толстый слой макияжа, чтобы скрыть темные круги и ее бледный цвет лица.

Когда она спустилась вниз, Сун Юньцян выглядел несчастным. “Юньсюань, когда вчера уехал Чайлд Чу?”

Сун Юньсюань оглянулась на Сун Юньцяна: “Я не знаю.”

“Ты не знаешь?…”

“Я просто помогла ему добраться до гостевой комнаты, но не спала с ним. Откуда мне было знать, когда он уехал?”

Когда Сун Юньсюань обернулась и обнаружила, что Сун Юньцян все еще хочет поговорить, она не могла не показать мягкую улыбку: “Старший брат, если незамужняя дочь семьи Сун спит в постели с больным человеком без разрешения, это будет вредно для чести семьи Сун и будет называться посторонними как — деградация!”

“Ты…”

Услышав последние слова, Сун Юньцян чуть не задохнулся, не в силах дышать.

Сун Юньсюань мило улыбнулась и подошла к своему старшему брату. Она протянула руку, чтобы помочь ему почувствовать себя лучше. “Не сердись, старший брат. Мне всего восемнадцать лет. Независимо от того, серьезен ли Чайлд Чу или он просто флиртует, потребуется еще несколько дней, чтобы увидеть это. Как говорится, как расстояние проверяет силу лошади, так и время раскрывает сердце человека.”

Конечно, то, что она сказала, вполне разумно.

Сон Юньцян задумался на некоторое время, прежде чем неохотно вернуться к столу за завтраком.

Молоко папайи на столе заставило Сун Юньсюань нахмуриться. Молоко папайи, как говорят, хорошо для увеличения груди женщины.

Сун Юньцян и она сели по обе стороны стола. Она читала газеты во время еды, не обращая внимания на чашку молока папайи. Сун Юньцян нахмурился: "Юньсюань, твое тело все еще растет. Выпей эту чашку молока.”

Сун Юньсюань посмотрела на Сун Юньцяна, а затем бросила взгляд на молоко перед ней, вздыхая: “Старший брат, диетотерапия мало влияет на увеличение груди, и прогресс очень медленный. Если ты думаешь, что моя фигура не очень хороша, тебе лучше позволить мне пойти в салон «Вейфан», чтобы сделать спа с эфирным маслом. Я слышала, что у них есть несколько массажистов из Таиланда с первоклассными техниками.”

У нее была умная улыбка на лице, которая заставила Сун Юньцяна чувствовать себя ошеломленным.

Его младшая сестра всегда несет в себе некий благородный дух, который должен принадлежать утонченным женщинам из высших социальных слоев.

Однако ясно, что она всего лишь незаконнорожденная дочь, подобранная в маленьком городке.

Почему эта сестра родилась с таким достоинством?

Сун Юньцян удивлялся.

"Юньсюань, когда ты была в Цинчэне, ты дружила с каким-нибудь ребенком с серебряной ложкой?”

“Ребенок с серебряной ложкой?- Глаза Сун Юньсюань были полны блеска. "Брат, ты должен знать, что в отдаленных районах Цинчэна нет никого, кроме детей рыбаков или обычных людей, как может кто-то родиться с наследием”

Сун Юньцян также считал, что в Цинчэне не будет богатой семьи.

Он покачал головой и понял, что действительно слишком много думает.

Сун Юньсюань не взяла эту чашку молока из папайи. Уходя, она сказала Аме: “Если мой старший брат спросит вас о моей жизни в Цинчэне, вы просто расскажите, насколько мы были бедны, понимаете?”

Ама кивнула головой.

Только тогда Сун Юньсюань вышла на улицу.

Как только она покинула дома, она заметила новый черный роллс-ройс перед фонтаном, в котором сидел ее старший брат, оценив ее одетой должным образом, он помахал ей рукой.

Она подошла и спросила: “Брат, в чем дело?”

“Юньсюань, куда ты идешь?”

Сун Юньсюань улыбнулась и ответила: “Хотя я закончила среднюю школу в Цинчэне, я еще не получила уведомление о приеме. Я хочу поступить в университет Юньчэн.”

Сун Юньцян подумал о текущей ситуации Сун Юньсюань и сразу же принял решение: “Не беспокойся о поступлении, я помогу тебе с процедурой приема.”

Сун Юньсюань благодарно кивнула: "Спасибо, брат.”

“Оставайся дома. Может быть, Чайлд Чу придет к тебе.”

Конечно, Сун Юньсюань была несчастна, но она не показала этого на поверхности. Когда Сун Юньцян уезжал, она все еще говорила: “Старший брат, будь осторожен на дороге.”

Сун Юньцян уехал. Сун Юньсюань вернулась в свою комнату, чтобы надеть повседневное платье, а затем вышла из боковой двери со своей холщовой сумкой.

Она вызвала такси и поехала прямо в журнал «Фаньсин».

Утром офисные работники шли на работу небольшими группами.

Сун Юньсюань попросила водителя припарковать машину у входа в издательство. Когда она уже собиралась выйти из машины, то заметила знакомую фигуру в дверях Шао Билдинг, разговаривающую лицом к лицу с Шао Сюэ.

Шао Сюэ пристально посмотрела на мужчину. Когда мужчина потянулся к ее плечу, она сердито оттолкнула его в сторону.

Она пошла к журналу «Фаньсин», все еще преследуемая мужчиной.

Определенно, этот человек - Шао Тяньцзе.

В противном случае, как могут глаза Сун Юньсюань сузиться, показывая острые чувства, такие же как лезвие?

“Мисс, вы не хотите выйти здесь?”

“Раздави его.”

Сжав пальцы, она смотрела на Шао Тяньцзе и шептала: "Раздави его!…”

“Мисс?”

Водитель был в шоке. Он поспешно обернулся и закричал: “С вами все в порядке, Мисс?”

От крика водителя Сун Юньсюань внезапно очнулась: “Что случилось?”

“Мисс, вы действительно напугали меня до смерти. Вы хотели, чтобы я кого-то раздавил!”

Сун Юньсюань дотронулась до ее головы: "Правда?”

Она была очень смущена: "Я это сказала?”

“Вы это сказали.”- Водитель очень уверен.

Сун Юньсюань печально склонила голову: "Извините, я страдаю от последствий дорожного происшествия. Иногда я бессознательно бормочу слова. Пожалуйста. не говорите другим о моих ненормальных симптомах.”

Увидев, как Сун Юньсюань сворачивается калачиком, водитель поспешно успокоил ее: “Не бойтесь, барышня, я никому не скажу, можете быть уверены, что я не выдам вашу болезнь.”

Услышав, что сказал водитель, Сун Юньсюань почувствовала себя спокойно. Она поблагодарила водителя и оплатила проезд.

Когда водитель уехал, она бросила чек в ближайшую мусорную корзину. Неся свою холщовую сумку, она зашла в «Фаньсин».

Будучи отвергнутым Шао Сюэ, Шао Тяньцзе беспрепятственно вошел в «Фаньсин».

Конечно же, как только человек становится человеком с деньгами и властью, он будет желанным гостем, куда бы он ни пошел.

Сун Юньсюань вошла в дверь, и два охранника кивнули, приветствуя ее: “Мисс Сун.”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Человек, который только что вошел, похоже, не был одним из наших сотрудников.”

Охранник ответил: "Это председатель правления компании Гу, которая находится напротив нашего здания.”

“Оказывается, это мистер Шао, - кивнула она и спросила: - я разве согласилась объединить журнал «Фаньсин» с компанией Мистера Шао?”

Два охранника покачали головами: “Конечно, нет.”

“Тогда заблокируйте его!”

Голос Сун Юньсюань внезапно стал холодным, и улыбка на ее лице полностью исчезла.

Оба охранника были напуганы.

Сун Юньсюань серьезно смотрела на них: “Если вы не сможете остановить его в следующий раз, идите прямо в охранники компании Шао. Мне здесь не нужны праздные люди.”

Два охранника постепенно поняли, что она говорила, а затем быстро кивнули: “Мисс Сун, мы обязательно обратим на это внимание в следующий раз.”

Сун Юньсюань выглядела сурово и серьезно. Получив их заверения, она повернулась и зашла внутрь.

Сотрудники, которые видели эту сцену, вежливо кивали ей и пытались изобразить улыбки, но они казались замерзшими.

Особый темперамент этой 18-летней начальницы угнетал их и заставлял прятать их глаза.

Вместо того, чтобы искать Шао Сюэ, Сун Юньсюань ждала с кофе в коридоре, листая журнал.

Шао Тяньцзе прошел мимо неё.

Она слегка скосила глаза, а Шао Тяньцзе слегка покосился на нее.

Вот как они смотрели друг на друга.

Шаги Шао Тяньцзе внезапно стали жестче.

В глазах Сун Юньсюань холодный и мрачный слой злого духа быстро рассеялся, сменяясь нежной и сладкой улыбкой.

Чистые глаза, слегка изогнутые губы, красивое лицо.

Всего лишь один взгляд, и все ее привлекательные черты были зафиксированы в глубоком зрачке Шао Тяньцзе.

По воле случая, Шао Тяньцзе был опьянен ее очаровательной внешностью.

В ее глазах было что-то мягкое и притягательное.

Ее губы слегка надуты, как весенний цветок персика.

Шао Тяньцзе снова повернул голову и ушел прочь.

Сун Юньсюань отвернула свое лицо с опущенными длинными ресницами. В одно мгновение ее улыбка превратилась в холодное пугающее выражение.

“Шао Тяньцзе, если небеса не погубят тебя, я уничтожу тебя сама.”

После этого она поставила кофе рядом с собой, оставляя его остывать, и пошла в сторону редакции.

Войдя в дверь, она обнаружила, что сотрудники перед их соответствующими компьютерами заняты своей работой. Некоторые из них, чье зрение иногда встречалось с ее кивком, вежливо приветствовали её.

Когда она остановилась перед Шао Сюэ, Шао Сюэ задумчиво сжала пальцы в кулак, и ногти глубоко впились в ее плоть.

Сун Юньсюань увидела, что ее руки кровоточат, и напомнила ей мягко: “Шао Сюэ, твои руки кровоточат.”

Голос Сун Юньсюань прозвучал около ее уха, и Шао Сюэ внезапно проснулась от ее созерцания.

Ища источник голоса, она сразу же заметила Сун Юньсюань и быстро встала: "Мисс Сун…”

“Садитесь, я думаю, что вы в плохом настроении. Мистер Шао приходил к вам только что?”

Услышав вопрос, глаза Шао Сюэ быстро затуманились глубоким туманом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 26. Чжан Сяо бьет людей

Слой тумана в глазах Шао Сюэ был наполнен сильной ненавистью.

Сун Юньсюань довольно хорошо знакома с таким взглядом.

Потому что, когда она смотрит в зеркало, она часто видит это в своих собственных глазах.

“Извините, Мистер Шао обознался, поэтому он последовал за мной в журнал.”

“Вот именно.- Сун Юньсюань улыбается. “В мире слишком много похожих людей. Он просто ошибся на мгновение. Он смутил тебя?”

“Нет-нет.”

Шао Сюэ неохотно рассказывала всю историю между ней и Шао Тяньцзе.

Сун Юньсюань не спешила спрашивать. Она кивнула: "В первый рабочий день, я надеюсь, вам понравится ваше пребывание здесь.”

“Да, Мисс Сун. Вы можете быть уверены, что я буду усердно работать.”

Сун Юньсюань улыбнулась и ушла. Вернувшись в кабинет, она достала из ящика стола аптечку и отдала бинт и дезинфицирующее средство редактору, который принес документ в кабинет. - Передай это Шао Сюэ.”

“Мисс Сун, вы очень внимательны.- Редактор Тао Цзин не мог не похвалить ее.

Она улыбнулась: “Я только что возглавила журнальную компанию, и мне нужно больше советов от вас в будущем.”

“Если бы не Мисс Сун, нас всех скоро уволили бы. Вы купили «Чжао», чтобы дать нам возможность остаться здесь и работать. Вы можете быть уверены, что я сделаю хорошую работу.”

У Сун Юньсюань улучшилось настроение. После того как Тао Цзин вышел, она подошла к французскому окну офиса, наблюдая за офисным зданием Шао.

Такое великолепное и высокое офисное здание взмывает в небо. Во всем городе Юньчэн нет более высоких офисных зданий, чем это.

Сидя в председательском кресле Гу, будет ли Шао Тяньцзе думать о том, кто сосредоточил права Гу в его руках?

Это она, Гу Чанге.

Этот человек никогда не будет думать о ней.

С улыбкой на лице она посмотрела на дом Гу и протянула к нему руку.

Затем она сжала пальцы один за другим в кулак, прищурив глаза, как будто хотела крепко сжать всю компанию Гу в своей ладони.

…

Прежде чем уйти с работы в полдень, Сун Юньсюань позвонила в дом Сун и узнала, что у Сун Юньцяна обеденное собрание, так что он не вернется домой.

Значит, она может оставаться в «Фаньсин» со спокойной душой.

Позвонив сотрудникам отдела сбора данных, она попросила отправить ей вчерашние новости.

Прочитав несколько статей, она зафиксировала свое внимание на новости о том, что Гу Чанлэ, сестра бывшего председателя Гу, была выписана из больницы.

После тщательной записи больницы, в которой находилась Гу Чанлэ, и проверки и записи имен людей, ответственных за больницу и главного врача Гу Чанлэ, она встала и сделала телефонный звонок главному редактору.

Главный редактор взяла трубку и почтительно спросила: “Мисс Сун, в чем дело?”

“Передайте Шао Сюэ все задания по сбору информации о Гу.”

Главный редактор колебалась, прежде чем сказать: “Да, но Мисс Сун, до этого Чжан Сяо был поручен сбор информации о Гу. Если бы, внезапно, это было передано Шао Сюэ, было бы слишком трудно для нее, так как работа Гу по обеспечению безопасности очень хороша.”

“Вот почему я отдаю его Шао Сюэ. Разве вы не видели, как Мистер Шао ворвался в наше здание сегодня утром, чтобы найти Шао Сюэ?”

Сяо Хонг, главный редактор, работала в журнале «Чжао» уже более десяти лет. Она являлась старожилом журнала. У нее было изящное лицо и быстрый ум.

Услышав это, она знала, что Сун Юньсюань имеет свои собственные мысли. Она мягко улыбнулась и сказала: “Все будет сделано в соответствии с договоренностью, Мисс Сун. Задание Чжан Сяо будет передано, чтобы она взяла на себя ответственность за сбор информации Сюэ.”

Сун Юньсюань кивнула своими тусклыми глазами, в которых блуждал холодный свет, “Семья Сюэ имеет относительно меньше информации, поэтому бонус для Чжан Сяо будет значительно уменьшен. Вы меня понимаете?”

Главный редактор ответила: "Мисс Сун, предоставьте это мне.”

“Вы должны сделать это хорошо.”

“Да.”

“Если вас спросят, почему урезана премия, что вы скажете?”

Главный редактор задумалась на мгновение, а затем сказала: “Я так решила.”

Сун Юньсюань удовлетворенно улыбнулась: "Ваш бонус будет увеличен на 30%.”

Эта главный редактор обладала большим умом. Это счастье, что журнал «Фаньсин» имеет ее в качестве главного редактора.

Сун Юньсюань заказала еду на обед, а затем села перед компьютером, просматривая предыдущее направление производительности и развития «Чжао», читая статистические записи, сделанные другими журналами.

Работа журнала «Фаньсин» становилась более активной после того, как Сун Юньсюань взяла на себя руководство.

В обеденный перерыв сотрудники часто ходили в столовую в цоколе, чтобы перекусить.

Шао Сюэ не являлась исключением после того, как она присоединилась к работе. Чтобы сократить свои расходы, она купила трехмесячную карту питания в столовой.

Сразу после приготовления своей порции, она заметила, что на противоположной стороне стола тяжело поставили поднос.

Его поставили так внезапно, что суп пролился наружу.

Шао Сюэ спокойно посмотрела вверх и увидела женщину с длинными вьющимися волосами, одетую в узкую черную юбку.

Женщина выглядела очень зрелой, с полностью развитой грудью и тонкой талией. А маленькая черная юбка - это как раз то, что нужно, чтобы очертить ее очаровательную фигуру.

Глаза Шао Сюэ на мгновение остановились на ее лице, обнаружив, что она накладывает густой макияж. Хотя это не модный макияж, ее макияж очень деликатный для ее профессии, характеризующийся шармом, а также блеском.

Шао Сюэ проигнорировала ее и склонила голову за супом.

Женщина напротив нее усмехнулась: “Я слышала, что ты здесь новенькая.”

“Я только недавно присоединился к журналу «Фаньсин»." Шао Сюэ подумала, что ей нужно иметь хорошие отношения со старшим персоналом, чтобы она могла хорошо ладить со своими коллегами. - Меня зовут Шао Сюэ, и я надеюсь, что мои предшественники будут больше заботиться обо мне в будущем.”

“Вы очень благоразумны. Вы также знаете, что я сотрудник журнала с одного взгляда на меня.”

Шао Сюэ держала ложку в руке: "У вас самые длинные волосы в нашем журнале.”

“Меня зовут Чжан Сяо.”

“Если вы не возражаете, я могу называть вас сестрой Чжан?”

” Конечно.” - Огненно-красные губы Чжан Сяо очертили холодную улыбку.

Однако на следующий её вопрос было трудно ответить: "Поскольку вы знаете, что я ваша предшественница и что меня следует называть сестрой Чжан, тогда почему вы вообще лишили меня моей работы?”

Чжан Сяо отвечала за сбор информации о семье Гу в течение длительного времени. А поскольку у нее хорошие отношения с генеральным директором компании Гу, ей гораздо проще получить информацию.

Как крупнейший предприниматель в Юньчэне, семья Гу имела много сплетен рядом с бизнес-леди у власти.

Как только новость появлялась в журнале, она привлекала большое внимание.

В результате журнал генерировал для нее очень щедрый бонус.

Однако сегодня в полдень главный редактор неожиданно сказала ей, что она не будет отвечать за семью Гу в будущем, а за новости о семье Сюэ, которые являются отвратительными.

Это действительно раздражает. Существует большой разрыв между премией для семьи Сюэ и для семьи Гу.

Как можно двусмысленно решить этот вопрос о зарплате и премиях?

Она расспросила главного редактора прежде, чем узнала, что теперь Шао Сюэ отвечает за сбор информации о семье ГУ.

Как мог главный редактор дать ей такое жирное занятие, если бы не просьба этого нового человека к главному редактору?

Когда она думала об этом таким образом, она не могла не злиться.

Она сидела напротив Шао Сюэ со злорадной улыбкой, показывая свое плохое настроение.

Шао Сюэ тоже почувствовала, что у Чжан Сяо есть проблема с ней. Услышав ее заявление о том, что она лишила ее работы, Шао Сюэ быстро объяснила: “Сестра Чжан, это устроено главным редактором, а не мной.”

В это время женщина присела позади Чжан Сяо со своей тарелкой еды.

Слова женщины прозвучали очень саркастично: "Некоторые люди более утонченны, чем их молодой возраст. Если вас лишают работы другие, вы должны вести себя как глупый человек, который принимает дозу горького лекарства - страдая от унижения в одиночку, и не говоря об этом.”

Это, казалось бы, призывало Чжан Сяо быть спокойной, но на самом деле, оно подливало масла в огонь.

Лицо Чжан Сяо стало немного искаженным. Она пристально посмотрела на Шао Сюэ. “Вы пойдете и скажете главному редактору, что не должны отвечать за сбор информации о компании ГУ.”

Шао Сюэ спокойно посмотрела на нее: “Извините, меня интересует информация семьи Гу и их скандалы.”

“Маленькая сучка, ты хочешь сделать это самым трудным способом!”

Чжан Сяо встала и внезапно бросила тарелку с лапшой на тело Шао Сюэ.

Шао Сюэ не ожидала, что Чжан Сяо будет настолько вспыльчива, что забрызгает её всю супом.

Суп был налит из кипящей кастрюли. Это сделало ее лицо горячим и болезненным.

Она неловко подняла руку, чтобы прикрыть лицо.

Женщина за спиной Чжан Сяо немедленно встала и в ужасе посоветовала ей: "Чжан Сяо, тебя выгонят из компании за это!”

“Сегодня мне все равно. Эта маленькая сучка посмела захватить мою работу. Даже если меня сегодня уволят, я преподам ей суровый урок. Или она подумает, что старые сотрудники на рабочем месте все слабые трусы!”

У Чжан Сяо был свой план.

Если бы Шао Сюэ сопротивлялась, когда ее били, это переросло бы в драку.

Согласно новым правилам журнала «Фаньсин», все сотрудники будут отчислены за драки друг с другом.

Теперь, когда она начала неприятности, нет никакой причины, чтобы позволить Шао Сюэ избавиться от неё, не будучи затронутой.

Она дралась сегодня, и она собиралась вовлечь в это Шао Сюэ.

Женщина-клерк позади Чжан Сяо притворилась, что сдерживает ей, но на самом деле она не использовала всю свою силу.

Чжан Сяо помчалась к Шао Сюэ, как беглый дикий конь.

Шао Сюэ тоже читала правила и инструкции журнала «Фаньсин» в свой первый день в компании. Она также знала, что пока она будет сопротивляться, это станет дракой, и она, вероятно, потеряет свою работу.

Поэтому, хотя ее волосы были разорваны в клочья, она неуклюже повалилась на землю и не сопротивлялась.

Чжан Сяо была совсем не удовлетворена избиением ее таким образом.

Заметив, что кто-то рядом ест горячий суп, она сразу же схватила горячую миску со злобным взглядом в глазах.

Затем она подняла руку и выплеснула горячий суп.

Горячий суп все еще дымился.

Если его вылить на чье-то лицо, даже если оно не будет обезображено, оно будет ошпарено.

Шао Сюэ увидела это своими испуганными глазами, но было слишком поздно прятаться.

Внезапно перед ней мелькнула стройная фигура.

Затем раздалось шипение.

Горячий суп тут же разлился по фигуре.

Шао Сюэ посмотрела на человека, который блокировал суп.

Она удивленно открыла глаза: "Мисс Сун!”

В это критический момент, это была Сун Юньсюань перед ней, которая утром уже прислала ей мазь и повязку.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 27. Исповедь

Кипящий суп пролился на Сун Юньсюань.

Суп такой горячий, что тонкая одежда совсем не защитила ее от жара.

Сквозь шифоновую рубашку он обжег кожу Сун Юньсюань. Она наморщила лоб от боли и не смогла сдержать стон.

Это действительно так неожиданно.

Чжан Сяо вообще не знала, когда Сун Юньсюань появилась в столовой. Более того, она была поражена тем, что в самый ответственный момент она поспешила, чтобы защитить Шао Сюэ от этого супа.

Все сотрудники, которые были в столовой, впали в состояние паники.

Они собрались вокруг Сун Юньсюань, чтобы проверить ее травму.

Кто-то сорвал с нее ткань, прикрывающую плечо, на которое пролился горячий суп. Она изменилась в лице. “Вызовите быстро скорую! Мисс Сун ошпарена. Это довольно серьезно!”

Шао Сюэ встала с пола и поспешно подошла, чтобы проверить раны Сун Юньсюань. Увидев, что ее шея и плечи были красными, она побледнела и нервно спросила: “Мисс Сун, как Вы себя чувствуете? Вы в порядке?”

Вскоре вернулся сотрудник, набравший номер телефона скорой помощи. Он поддержал Сун Юньсюань: "Мисс Сун, держитесь! Скорая уже едет! Подождите! Я собираюсь найти для Вас немного холодной воды.”

Некоторые сотрудники вокруг нее искали холодную воду и полотенца, чтобы облегчить ее боль, в то время как другие сопровождали ее.

Хотя Сун Юньсюань чувствовала, что это очень больно, она сжала зубы, чтобы выдержать боль. Она слышала голос Шао Сюэ. Обернувшись, она спросила: "С тобой все в порядке?”

“Я в полном порядке. Я в порядке…”

Шао Сюэ так нервничала, что всхлипывала от этих слов.

Сун Юньсюань кивнула ей: "Отлично.”

В скорую помощь её провожали многие люди. Хотя ей было очень больно, она продолжала стискивать зубы, чтобы сдержать слезы.

По дороге к машине скорой помощи врач заметил ее белую искусанную нижнюю губу, и успокоил её: “Расслабьтесь. Если будет больно, позовите меня.”

Сун Юньсюань по-прежнему молчала. Хотя боль заставила вспотеть всё её тело, она продолжала идти.

Она пережила то, что было более болезненно, чем это, так что теперь миска горячего супа не могла заставить ее плакать.

На самом деле, в этом мире вся физическая боль лучше, чем умственная.

Она очень выносливая.

Когда она расстегнула рубашку, доктор случайно коснулся ее ошпаренной кожи.

Внезапно она отключилась, теряя сознание из-за огромной боли.

Шао Сюэ следовала за ней к машине скорой помощи. Увидев, что Сун Юньсюань внезапно начала падать, она встревоженно посмотрела на доктора: “Доктор, что с ней не так?”

“Она потеряла сознание. Кажется, она очень чувствительна к боли.”

Шао Сюэ печально и обеспокоенно смотрела на лицо Сун Юньсюань, не в силах сдержать слезы.

…

Был уже вечер, когда Сун Юньсюань проснулась.

Шао Сюэ сидела рядом с кроватью. Увидев, что Сун Юньсюань просыпается, Шао Сюэ вытерла слезы на ее опухших глазах, и сразу же схватила руку Юньсюань: " Мисс Сун, как вы себя чувствуете сейчас?”

Сун Юньсюань не ответила, она чувствовала, что ее разум был хаотичен.

Наблюдая за обеспокоенным выражением лица Шао Сюэ, она медленно вспоминала, что произошло раньше.

Она помнила, что упала в обморок.

Да, она упала в обморок.

Она помнила, как помогла Шао Сюэ, закрыв собой от горячего супа, но не могла поверить, что упала в обморок от боли.

Как я могла быть такой слабой?

Шао Сюэ держала ее за руку: “Как Вы себя чувствуете сейчас? Если будет очень больно, я сразу же позову врача.”

Сун Юньсюань покачала головой: "Нет, спасибо. Я в порядке.”

Шао Сюэ посмотрела на нее, а затем опустила голову, не в силах помочь, со слезами на глазах.

В глазах Сун Юньсюань на мгновение мелькнула печаль.

“Ты что, плачешь?”

“Извините, - говорит Шао Сюэ, одной рукой держа Сун Юньсюань, а другой закрывая половину ее лица. Она чувствовала, как будто ком встал у нее в горле. - Кроме моих родителей, никто с самого детства не защищал меня так, как Вы.”

Сун Юньсюань молча смотрела на нее.

Она права. Действительно, в этом мире мы не можем доверять никому, кроме наших родителей.

Даже мужья могут быть теми, кто убьет тебя в любое время.

Ее отец, Гу Юн, однажды сказал, что в огромной семье или в сфере бизнеса, где деньги выходят на первый план, вы потеряете все, если будете милосердны.

Предприниматели, которые терпят неудачу в бизнесе, часто выбирают самоубийство, выбрасываясь из здания, потому что они не могут погасить свои колоссальные долги.

Богатые дети, которые теряют жилье и деньги своих родителей, обычно страдают от значительного снижения своего социального статуса после такой смены семьи. Они будут высмеяны другими, и некоторые из них могут даже быть отнесены к низшему классу, что заставляет их терять волю к жизни.

В этом мире, поскольку вы родились с идентичностью, вы должны хорошо ее поддерживать.

Гу Чанге - девушка из большой деловой семьи. Железный кулак ее отца создал несокрушимую силу, которая оставила неизгладимое впечатление в ее незрелом уме.

То есть - побеждай или умри!

Она желала успеха!

Она должна была победить!

Холодные глаза выдали решимость в ее глубоком сердце.

Сун Юньсюань чувствовала, что рука Шао Сюэ слегка дрожит, она успокаивала ее мягким голосом: “Ты, должно быть, очень скучаешь по своим родителям?”

Шао Сюэ энергично кивнула.

Сун Юньсюань слабо улыбнулась, она предложила: "Если вы скучаете, вы можете взять их в Юньчэн, вашей зарплаты должно быть достаточно, чтобы поддержать их жизнь.”

Она очень хотела вложить эти 8 миллионов в человека, который этого заслуживал.

Ей было легко платить Шао Сюэ высокую зарплату.

Однако, Шао Сюэ покачала головой, со слезящимися глазами. Она всхлипнула: "Нет, я не могу.”

Со слезами, катящимися по ее светлому лицу, она продолжила: “Они все мертвы... больше нет... у меня больше нет родителей…”

Сун Юньсюань удивилась: “Что?”

“Они умерли семь лет назад…”

Шао Сюэ крепко сжала свой кулак, что заставило Сун Юньсюань чувствовать, что агония Шао Сюэ передается ей.

Шао Сюэ шмыгала носом, пытаясь успокоиться, но ей это не удавалось. Ей нужно время.

“Ваши родители умерли от болезни?”

Шао Сюэ подняла глаза на Сун Юньсюань. В ее глазах появилось печальное выражение.

“Нет, даже если они умерли во время операции, они вовсе не были неизлечимы. Им поставили неверный диагноз!”

Шао Сюэ скрежетала зубами. В ее глазах появилась ненависть: “Мой брат - придурок! Он просто зверь! Мои родители вообще не страдали раком желудка, но он обманул их и привел в операционную! Они все погибли во время операции! Он убил моих родителей! Я его ненавижу!”

Шао Сюэ не могла сдержать дрожь, когда вспоминала прошлое, и ее пальцы становились холодными, поскольку они были сжаты слишком сильно.

Сун Юньсюань схватила ее за руки: "Успокойся, Шао Сюэ, ты не должна слишком грустить, иначе это повредит твоему здоровью.”

Шао Сюэ это не волновала. Ненависть в ее глазах была холодна и пронзительна: "Шао Тяньцзе - зверь! Мои родители забрали его из детского дома, воспитали и отправили в колледж. Но как он мог укусить руки, которые его кормили? Он женился на богатой девушке, и чтобы избежать презрения к своему бедному происхождению, убил моих родителей, пытаясь скрыть тот факт, что он сирота.”

Сун Юньсюань на мгновение была ошеломлена.

После долгого молчания она спросила: “Он действительно сирота из Цинчэна?”

Ее тон очень тонкий.

Она была замужем за Шао Тяньцзе в течение семи лет, до этого они учились в одном колледже в течение четырех лет, но она вообще не знала, что Шао Тяньцзе сирота.

Он сказал, что был младшим сыном семьи Шао, которая являлась медицинской семьей в Хайчэне. Поскольку его брат и родители поселились за границей, он мог жениться на ней и жить в семье Гу.

Шао Сюэ дрожала от гнева.

Глядя на Шао Сюэ, Сун Юньсюань поняла, что ее сильная ненависть - это все правда. В этот момент у нее действительно появилось желание усмехнуться.

Она совершенно не ожидала, что Шао Тяньцзе был фантастическим лгуном с самого начала.

Поэтому, когда она попросила проверить его прошлое, он был готов заранее.

Более того, чтобы помешать другим раскрыть его фальшивую личность, он убил своих приемных родителей.

Шао Тяньцзе ... он такой жестокий и беспощадный.

Гу Чанге действительно недооценила его безжалостность.

Шао Сюэ была погружена в печаль, по ее щекам катились слезы.

Сун Юньсюань схватила ее за руку и сильно потрясла, что привлекло внимание Шао Сюэ.

Когда Шао Сюэ подняла глаза, на лице Сун Юньсюань появилась ободряющая и сострадательная улыбка: “Шао Сюэ, Бог накажет его.”

Шао Сюэ покачала головой. “Нет, я в это не верю. В этом мире хорошие люди всегда умирают молодыми. Я не могу ждать!”

Сун Юньсюань пристально посмотрела на нее: “Тогда что ты собираешься делать?”

“Я хочу отомстить!- Ненависть в глазах Шао Сюэ была так же свирепа, как наводнение, “Я накажу Шао Тяньцзе! Он убил моих родителей, и я никогда его не отпущу! ”

“Но ты не можешь отомстить ему сейчас.”

Хотя Шао Сюэ хотела отомстить за смерть своих родителей Шао Тяньцзе, это было абсолютно невозможно сделать своими собственными силами.

Не говоря уже о том, что если Шао Тяньцзе осознает сильную ненависть Шао Сюэ, он может найти предлог, чтобы убить ее.

В конце концов, богатые люди ужасны.

Вы даже не представляете, насколько полезны эти деньги в их руках.

Вы никогда не узнаете, сколько злодеев побуждается его деньгами.

Люди всегда сходят с ума по деньгам.

Деньги заставляют бесчисленное множество людей защищать его от невезения.

Сун Юньсюань тихо сказала: "Успокойся, Шао Сюэ. В конце концов, он же твой старший брат. Поскольку он чувствует себя виноватым, ты должна хорошо ладить с ним.”

Шао Сюэ нахмурилась и вырвала свою руку из рук Сун Юньсюань: “Я не могу этого сделать!”

Сун Юньсюань удержала ее руки. Ее глаза такие темные, а улыбка на губах очень смущает. Затем она сказала медленно и решительно: “Только этим путем ты сможешь найти возможность убить его!”

Обиженный взгляд Сун Юньсюань как будто пронзил Шао Сюэ.

Все вокруг мгновенно замолкло.

Кажется, она понимала то, о чем сказала Сун Юньсюань.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 28. Косметическая авария

Шао Сюэ хотела ясно увидеть жестокость в глазах Сун Юньсюань.

Но в мгновение ока, когда она снова внимательно посмотрела на неё, она обнаружила, что в глазах Сун Юньсюань отражается только ее фигура.

Кроме этого, ничего не осталось.

Шао Сюэ неуверенно попросила: "Госпожа Сун, вы можете помочь мне сохранить этот секрет?”

Сун Юньсюань мягко кивнула: "Пожалуйста, будь уверена, что никто, кроме тебя и меня, не узнает эту тайну.”

Шао Сюэ очень благодарна, но после того, как она снова вспомнила слова Сун Юньсюань, она все еще осторожно позвала: "Мисс Сун…”

Затем она замолчала сразу после того, как назвала её имя.

Сун Юньсюань странно посмотрела на нее: “Что?”

“У меня есть просьба. Может ли Мисс Сун помочь мне?”

Сун Юньсюань выглядела озадаченной в ее глазах, но она, вероятно, имела просьбу Шао Сюэ в своем уме.

Она сделала чистую и ясную улыбку: “Скажи, пожалуйста, если я смогу сделать это, я помогу тебе.”

Шао Сюэ сделала глубокий вдох, как будто набиралась храбрости.

Через две или три секунды она посмотрела на Сун Юньсюань со страстью в глазах и торжественно сказала: “Мисс Сун, не могли бы вы помочь мне отомстить?”

Сун Юньсюань взглянула на нее с удивлением и хмурилась: “Я?”

“Я знаю, что у госпожи Сун нет претензий к Шао Тяньцзе, но, - она стиснула зубы, - если госпожа Сун сможет помочь мне отомстить, я хотела бы использовать свою жизнь, чтобы отплатить госпоже Сун. Я готова стать вашим рабом, служа госпоже Сун всю жизнь, и у меня никогда не будет никакого диссидентства с вами.”

Сун Юньсюань тщательно обдумывала ее слова.

Если впереди есть верный спутник, некоторые вещи, естественно, будет легче сделать.

Более того, этот человек - сестра Шао Тяньцзе?

Слова Шао Сюэ звучали с чувством крайней ненависти.

Сун Юньсюань знала, что Шао Сюэ не будет лгать в это время.

Она также считала, что в этот момент обещание Шао Сюэ идет из глубины ее сердца. Но она никогда не верила легко в других людей.

Подумав об этом, Сун Юньсюань слегка надула губы, спрашивая Шао Сюэ, как будто она не понимала, что она имела в виду: “Что ты имеешь в виду, говоря, что не будет диссидентства со мной?”

Шао Сюэ стиснула зубы, разжала руку Сун Юньсюань, опустилась на колени перед ее кроватью, искренне посмотрела на нее и подняла руку к небу, давая клятву: “Я клянусь небом, что если Мисс Сун поможет мне отомстить, я буду следовать за Мисс Сун всю свою жизнь и буду верна Мисс Сун. Если я предам госпожу Сун, то в будущем меня наверняка ударит гром, и я умру в своих сапогах!”

Клятва, произнесенная Шао Сюэ, умерила холод в глазах Сун Юньсюань.

Ее пальцы слегка пошевелились.

Быстро, в ответ, она протянула руку, чтобы помочь Шао Сюэ: "Вставай, это не стоит твоей клятвы.”

Шао Сюэ отказалась вставать: "Нет, Мисс Сун, я ненавижу человека, который убил моих родителей. Если Мисс Сун согласна помочь мне отомстить, я могу дать клятву в сто раз хуже этой!”

Глядя на Шао Сюэ, Сун Юньсюань сказала мягким голосом: "В конце концов, Шао Тяньцзе - твой брат, даже если он просто усыновлен вашими родителями, ваши родители имеют к нему привязанность. Твои родители на небесах, конечно же, не хотят, чтобы ты дралась с Шао Тяньцзе всю жизнь.”

Шао Сюэ схватила за руку Сун Юньсюань со слезами, застывшими в ее глазах, которым она решительно отказывалась позволить упасть. “Мисс Сун, мои родители питают нежные чувства к Шао Тяньцзе, но Шао Тяньцзе может лгать, не моргнув глазом, убивая моих родителей. Пока я думаю о его предательстве, мне будет грустно за своих родителей. Шао Тяньцзе вовсе не человек, а животное!”

Ненависть Шао Сюэ к Шао Тяньцзе уходит глубоко в ее кости.

Она держала руку Сун Юньсюань, в ее глазах менялись разные чувства, а потом в них надолго застыл холод.

Это заняло некоторое время, прежде чем Сун Юньсюань медленно кивнула, наблюдая за Шао Сюэ: “Я помогу тебе.”

НЕТ

Не только для того, чтобы помочь тебе!

Я тоже хочу отомстить за себя!

Шао Сюэ, я надеюсь, что ты не будешь винить меня за то, что я воспользовалась твоей ненавистью после того, как ты узнаешь правду в будущем.

Потому что такая ненависть разбудит тебя посреди ночи и заставит потерять аппетит. Каждую ночь это будет превращаться в кошмар, от которого ты не сможешь убежать. Это заставит тебя страдать и разрыдаться.

…

Новость о пребывании Сун Юньсюань в больнице была заблокирована.

Сяо Хонг, главный редактор журнала, неоднократно предупреждала сотрудников журнала не распространять новости об ожоге Сун Юньсюань.

Хотя люди чувствовали себя расстроенными из-за Сун Юньсюань, они не имели ни малейшего представления о её состоянии.

Сун Юньсюань прошла через больничные формальности, и была выписана во второй половине дня. Шао Сюэ взяла на себя весь процесс и даже оплатила лечение самостоятельно.

Сун Юньсюань не вернулась в издательство. Она просто перекинулась парой слов с Сяо Хонг, а затем взяла такси и поехала домой.

Когда она вернулась домой, было уже больше четырех часов.

Сун Юньцян вернулся раньше нее. Вероятно, потому что он напился в полдень, его зрение немного затуманилось.

Увидев, что Сун Юньсюань входит в дверь, его лицо было полно неудовольствия.

Сун Юньсюань увидела Аму, стоящую рядом с Сун Юньцяном в панике, как будто ее только что строго упрекнули.

Когда Сун Юньсюань наблюдала за этой сценой, ее брови слегка приподнялись, губы сжались, а лицо застыло с ледяным выражением.

Увидев свою младшую сестру такой ужасающе холодной, Сун Юньцян заподозрил, что у него что-то со зрением, поэтому быстро протер глаза.

Оглянувшись еще раз, он обнаружил, что Сун Юньсюань беспомощно смеялась и мягко качала головой. “Ама, что ты сделала такого, что рассердило моего старшего брата?”

“Мисс Юньсюань, младший учитель не смог найти вас, когда вернулся, а я не знала, где вы…”

Когда Сун Юньцян вернулся и обнаружил, что его младшая сестра считает его слова пустым звуком, свободно выходя из дома, он, конечно же, очень рассердился.

И он также почувствовал, что его сестра не принимает своего старшего брата всерьез.

Сун Юньсюань знала причину этого и деловито растягивала сладкую улыбку. Она подошла, чтобы помассировать плечи Сун Юньцяна. “Старший брат, это все моя вина. Я тебя разозлила. Ты можешь простить Сюань-Сюань на этот раз?”

Она взяла на себя инициативу, чтобы признать свою ошибку, и Сун Юньцян не мог продолжать надевать холодное лицо.

Глядя на вежливость своей младшей сестры, Сун Юньцян чувствовал себя уже не так плохо, как раньше. Но он только пристально посмотрел на Аму: “Вы даже не знаете, куда пошла Мисс. Если вы потеряете ее, должен ли я продолжать нанимать вас?”

Сун Юньсюань понимала смысл, заключенный в этом замечании. Сун Юньцян ищет повод, чтобы уволить Аму.

Она поспешно взяла вину на себя: “Брат, не вини Аму. Когда я уходила, я действительно не сказала ей, куда иду, так что не сердись.”

” Юньсюань, почему бы мне не нанять для тебя кого-то другого... " Сун Юньцян хотел поговорить с Сун Юньсюань о замене служанки.

Сун Юньсюань улыбнулась и попросила Аму: "Пойди и поменяй чай для моего брата. Я думаю, что его чай остыл.”

Ама быстро берет со стола дымящийся чай и уходит.

После ухода Амы Сун Юньсюань объяснила: "Мой старший брат, в общем-то, Ама воспитала меня. Она знает много моих маленьких секретов, некоторые из которых для меня неблагоприятны. Если ты уволишь ее, и она случайно выдаст их, что повредит моей репутации, разве я не пострадаю?”

Сун Юньцян внимательно выслушал анализ своей сестры, и мысль об увольнении Амы в его голове исчезла из-за беспокойства и угрызений совести.

После некоторого раздумья, хмурясь, Сун Юньцян просто поменял тему разговора: "Юньсюань, с кем ты тайно встречалась?”

В своем сердце Сун Юньцян надеялся, что его сестра не смогла вынести своего одинокого сердца и отправилась в Чу Мочену.

К сожалению, почему бы Сун Юньсюань делать такую скучную вещь?

Глядя на выражение лица старшего брата, и улыбаясь, она сказала: "Старший брат, угадай, пожалуйста.”

Сун Юньцян старше своей сестры более чем на десять лет. Он не мог оставаться равнодушным к тому, что ему улыбалась 18-летняя девушка.

Он просто искренне ответил: "Как я могу знать, где ты развлекалась? Я просто надеюсь, что ты не связалась с каким-нибудь крутым парнем.”

Сун Юньсюань покачала головой: “Нет, абсолютно нет.”

Затем она перестала массировать его плечи и села рядом с ним. Ее лицо цвета персика слегка покраснело: “Брат, я ходила на уход с эфирным маслом и массаж спины, гм, и…”

Загибая пальцы, она хотела перечислить своему старшему брату все уходовые процедуры, которые она когда-либо делала.

Сун Юньцян не имел много терпения слушать ее разговоры обо всех вариантах обслуживания, которые нравятся женщинам.

Он просто спросил ее: “Как ты себя чувствуешь?”

Нет ничего плохого в его сестре, если она любит экстравагантную жизнь.

В конце концов, женщины! Они все любят тщеславие, BMW и людей высокого социального статуса.

Иначе какой смысл быть живым для них в этой жизни?

Сун Юньцян считал, что женщины любят деньги и тщеславие, поэтому он классифицировал Сун Юньсюань, которая ускользнула, чтобы сделать уход, в эту категорию.

Сун Юньсюань спросили о том, как она себя чувствовала. Но она не так счастлива, как он себе представлял.

Вместо этого она сидела на диване с беспокойным лицом, опустив голову и играя пальцами. Она сказала несчастно и нерешительно: “Я думала, что это будет красиво, но... это очень неудобно.”

Сун Юньцян был в шоке. Неужели его сестра отправилась в какое-то странное место и там ее …?

Когда он подумал об этом, он изменился в лице и спросил: “В каком месте ты была? Сейчас ты в порядке?”

В конце концов, она собиралась выйти замуж в семью Чу. Было бы очень плохо, если бы с ней что-то случилось.

Чу Мочен хотел, чтобы девушка была девственницей.

Более того, некоторые салоны красоты действительно контролируются неизвестными силами.

Сун Юньсюань подняла голову и положила пальцы на шею, чтобы развязать пуговицы одну за другой: “После массажа, на мне появилось много красных отпечатков. Это отвратительно…”

Чем больше она говорит, тем сильнее Сун Юньцян чувствовал, как поднимается его сердце.

Глядя на то, как она расстегивала пуговицы своего воротника, зубы Сун Юньцян скрипели из-за нервозности, ожидая, когда ее шея появиться.

Если его сестру кто-то оскорбил, как семья Чу сможет позволить себе взять её в жены. И если это испортит брак между Сун и Чу, он непременно снесет лавку!

Глядя на выражение лица своего брата, Сун Юньсюань расстегнула воротник и показала ему обожженное место: "Смотри, брат.”

Сун Юньцян был очень сердит. Но когда он заметил красное пятно на ее шее, то облегченно вздохнул: “Это просто аллергия. В какой салон ты ходила?”

Глаза Сун Юньсюань заблестели, а на ее губах появилась едва заметная улыбка. Она произнесла название салона, который вот-вот будет оформлен ею самой…

“Салон Тяньсян*.”

__________________________________________________________

* "甜香" [tiánxiāng] - сладкий запах, аромат

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 29. Ночной посетитель в спальне

Лицо Сун Юньцяна внезапно стало очень забавным.

Он хотел встать со своего места от злости, но ему не хватило уверенности.

Сун Юньсюань смотрела на своего старшего брата своими полными слез глазами: “Брат, это станет шрамом?”

Сун Юньцян нахмурился. У него было очень сложное выражение лица.

К счастью, это ранило ее тело, а не лицо. Иначе она действительно была бы обезображена.

Сун Юньцян изобразил дружелюбие, чтобы уверить Сун Юньсюань: “Юньсюань, это всего лишь аллергия. Завтра я поеду с тобой в больницу, хорошо?”

“Но разве это не косметический несчастный случай? Если бы это было сделано на моем лице, я была бы обезображена!" Сун Юньсюань коснулась ее шеи и почувствовала недовольство по этому поводу.

Сун Юньцян хотел успокоить свою сестру: “Юньсюань, ты пойдешь принять ванну и отдохнуть, брат проконсультируется с врачом для тебя, хорошо?”

Сун Юньсюань временно успокаивается под уговорами своего брата.

Сун Юньцян поднялся наверх в комнату своего отца, увидев, что Сун Юньсюань возвращается в свою комнату для отдыха.

Сун Ян играл в шахматы в своей комнате в одиночестве. Хотя и не особо интересно, но редко бывает так тихо.

Сун Юньцян открыл дверь. Сун Ян бросил на него быстрый взгляд, а затем снова посмотрел на свою шахматную доску.

Сун Юньцян не посмел беспокоить своего отца.

В конце концов, хотя его отец уже давно болен, власть семьи Сун все еще твердо находится в руках старика.

Старик проводил всю свою жизнь на рынке, пытаясь воспитать сына, но не отказался от своих прав, как только заболел.

Из-за этого Сун Юньцян не осмеливался опровергать своего отца без разрешения.

И ему необходимо проконсультироваться с Сун Яном о семейных решениях, независимо от того, является ли это значительным или тривиальным.

Сидя в инвалидной коляске, Сун Ян щипал пальцами шахматные фигуры, колеблясь, прежде чем расставить шахматные фигуры, досрочно завершая игру.

Рядом с ним Сун Юньцян протянул руку, чтобы переместить инвалидное кресло, и обратился к Сун Яну с сыновним благочестием: “Папа, не хочешь чашечку чая?”

Сун Ян издал какое-то жужжание.

Сун Юньцян тут же толкнул коляску к длинному столу из душистого розового дерева.

Сун Ян получил чашку горячего чая. Он сделал глоток, затем поднял веки и лениво посмотрел на своего старшего сына: “В чем проблема?”

Судя по тону его отца, Сун Юньцян знал, что его отец устал, что он не может принимать свои собственные решения.

Однако если бы он взял на себя инициативу делать вещи, которые не соответствуют намерениям его отца, результат будет столь же плохим.

Вместо того чтобы позволить старику думать, что он бедный работник, лучше попросить у него совета и быть спокойным сыном в его глазах.

Когда Сун Юньцяна спросили, он подумал и осторожно ответил: “На самом деле, папа, на этот раз это не мое дело, это касается Юньсюань.”

Очевидно, что господин Сун не принимает Сун Юньсюань всерьез. Он думает, что дочь - это молодая служанка, которая свободно тратит время.

“Юньсюань, что с ней такое?”

Сун Юньцян выглядел обеспокоенным: "Юньсюань пошла в салон красоты, чтобы сделать спа-уход. У нее вдруг появилась аллергия. Большой участок кожи был обожжен. Что…”

В конце концов, Сун Ян - отец Сун Юньсюань, а Сун Юньсюань - дочь семьи Сун. Если она пострадала от несчастного случая во время процедуры ухода, как семья Сун может не жаловаться на это, разве это не заставит людей подумать, что семья Сун стала трусами?

Сун Ян - это человек с сильным чувством чести. Слушая слова своего старшего сына, он очень рассердился. Он тяжело поставил свою чашку на стол и спросил Сун Юньцяна с серьезным лицом: “Где она это сделала? Тебе все еще нужно спрашивать меня об этом?”

Сун Юньцян не осмелился говорить.

Сун Ян пробормотал: "Купите этот салон, пусть он будет немедленно закрыт!”

Сун Юньцян ждал, пока Сун Ян немного успокоится, прежде чем осторожно сказать ему в очень тонком тоне: “Папа, я тоже думаю об этом, но... «Салон Тяньсян» раньше был собственностью Гу Чанге.”

Сердитые глаза Сун Яна тут же немного успокоились. Он повернул голову, глядя на своего старшего сына черными зрачками.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина.

Сун Юньцян не осмеливался заговорить.

Через некоторое время Сун Ян открыл рот, и его голос был немного усталым и тихим: “Гу Чанге, как и женщины гегемонии в Юньчэне, теперь исчезла. Ее собственность теперь попала в руки ее мужа Шао Тяньцзе, Шао Тяньцзе... он тоже не является энергосберегающей лампочкой.”

”Это...”- Сун Юньцян, пришедший с вдохновением, осторожно спросил: "Папа, ты имеешь в виду…”

“Шао Тяньцзе тоже честолюбивый человек. Юньсюань пошла в его салон красоты, чтобы сделать спа, возможно, косметолог намеренно сделала Юньсюань аллергию.”

Услышав слова своего отца, Сун Юньцян сказал: "Папа, ты имеешь в виду, что Шао Тяньцзе боялся, что семья Чу породнится с нами, намеренно навредив Юньсюань и помешав ей выйти замуж в семью Чу?”

Сун Ян кивнул: "В деловом кругу даже небольшая вибрация может вызвать бурю. Юньцян, ты должен подумать, прежде чем прыгать.”

Слова Сун Яна наводили на размышления.

Сун Юньцян несколько раз кивнул.

"Юньцян, завтра ты отвезешь Юньсюань в больницу, где работает Юньцзя. И кстати наведайся к Гу Чанлэ, приемной сестре Гу Чангэ, чтобы проверить ее выздоровление. Хотя дружба между нашей семьей и Гу Чанлэ не очень хороша, поверхностные усилия все еще нужно сделать.”

Сун Юньцян деловито кивнул: "Папа, ты можешь быть уверен, что завтра я навещу Чанлэ.”

Сун Юньцян мог понять причины, по которым его отец просил его посетить Гу Чанлэ. Подразумеваемый смысл заключался в том, чтобы исследовать отношение Шао Тяньцзе к семье Сун.

…

Сун Юньсюань вытерлась после принятия ванны, а затем бросила большое белое банное полотенце на полку рядом с ней.

Она стояла перед зеркалом в ванной, изучая свое собственное тело.

То, что она рассматривала, - это очень стройное и нежное тело. На первый взгляд, можно было обнаружить, что тело имеет скелет девушки-девственницы. Даже на щеках есть немного детского жира.

У нее красивое лицо, но оно все равно хуже, чем у Гу Чанлэ.

Она сделала глубокий вдох.

Она подняла руки, посмотрела вверх, потом обернулась и оделась.

Каждое ее движение было легким и плавным, как облака и потоки.

Она больше не смотрела на незабываемую красоту своего тела.

Со свободным поясом вокруг талии, она оделась, оставляя свой воротник открытым, чтобы обнажить ее обожженную кожу для нанесения мази.

Она добралась до своей кровати и прежде чем успела затянуть крышку мази в своей руке, заметила, что мобильный телефон, который небрежно брошен на кровать, вибрирует и звонит.

Она бросила нетерпеливый взгляд на номер звонившего.

Она медленно затянула крышку мази и положила ее обратно в ящик.

Мобильный телефон, который она игнорировала, продолжал звонить.

Так как в первый раз она не ответила на звонок, телефон начал звонить непрерывно.

В третий раз ей пришлось поднять руку и нажать кнопку ответа: “С кем ты хочешь поговорить?”

Раздалось мужское притягательное и элегантное хихиканье: "Ну почему так серьезно? Юньсюань.”

Сун Юньсюань приподняла брови, узнав, что это говорил Чу Мочен, она тут же повесила трубку.

Чу Мочен действительно преследующий призрак. Урок, который он выучил в прошлый раз, когда его ударила Сун Юньсюань, был недостаточно жестким для него. Он осмелился позвонить ей снова.

Она приподняла одеяло и легла спать.

Кончик ее носа пах мазью.

Когда она повернулась посреди ночи, то почувствовала, что дверь слегка скрипнула.

Внезапно ее охватило возбуждение, и она щелчком зажгла лампу у окна.

Оранжевый свет полился наружу, согревая всю комнату.

Но в комнате все равно было холодно.

Она осторожно оглядела комнату, но ничего не нашла.

Она встала с постели и, не надевая тапочки, и проверила замок своей комнаты.

Каждый раз, когда она спала, у нее была привычка запирать дверь, которую она сформировала, когда была Гу Чанге.

Она сохранила её до сих пор.

Изучая дверной замок, она протянула руку, чтобы повернуть его несколько раз, прежде чем поняла, что он действительно заперт.

Она вздохнула с облегчением, а затем бессильно вернулась в постель, взяла чашку на прикроватном столике, налила снотворное из пузырька и проглотила его.

Был не очень хороший сон прошлой ночью.

Она ворочалась снова и снова. Она почувствовала, как кто-то нежно прикоснулся к ее обожженной шее и коже ниже ключицы.

Она застонала от боли, когда к ней прикоснулись.

Кажется, кто-то крепко укусил ее за кончик уха, и бранил несчастным и сердитым голосом: “Что за сумасшедшая! Для того, чтобы купить сердца людей, ты осмеливаешься практиковать такой самоуничтожающий способ!”

Она такая сонная, что ей только кажется, что она спит, но этот голос был очень похож на голос Чу Мочена.

На следующее утро она с грустью проснулась и посмотрела на будильник на прикроватной тумбочке. Сейчас только пять часов, но свет на занавеске такой яркий.

Она неловко легла и снова заснула, чувствуя, что ночь еще только начинается.

Когда ее разбудил стук в дверь, она бросила взгляд на будильник, который показывал чуть больше семи.

Она встала и открыла дверь.

За дверью Ама, неся поднос с завтраком, удивленно спросила ее: “Мисс Юньсюань, почему ты проснулась так поздно? Ты что, заболела?”

Сун Юньсюань потерла её шею: “Я чувствовала себя немного неудобно, поэтому случайно проспала до 7 часов.”

Она обычно вставала рано, в 6 часов, умывалась и спускалась вниз, чтобы позавтракать в 7 часов.

Сейчас уже больше семи часов. Неудивительно, что Ама принесла завтрак.

Однако Ама удивленно сказала: "Мисс Юньсюань, сейчас уже больше десяти часов.”

Когда ее рука перестала тереть шею, Сун Юньсюань подозрительно посмотрела на Аму: “Сколько ты сейчас говоришь?”

“Больше десяти часов.”

Ама повторила это снова.

Сун Юньсюань быстро вернулась к своей кровати, чтобы проверить будильник. Механическая стрелка на будильнике двигалась по кругу.

Но часовая стрелка явно находилась на семи.

Она достала свой мобильный телефон, чтобы снова проверить время, и обнаружила, что время 10:35 утра.

Сун Юньсюань сжала пальцы один за другим, и ее тонкие брови холодно нахмурились.

Затем она подняла руку и коснулась обожженной кожи под воротником. Она спросила, не поворачивая головы: “Ама, кто-нибудь приходил в наш дом прошлой ночью?”

“Нет, мисс, в чем дело?”

Сун Юньсюань слегка приподняла голову, ее острый подбородок поднялся вверх, а глаза непроизвольно сузились.

“Я думаю, что нашу семью действительно вчера посетил гость.”

Она всегда была дисциплинированным человеком. Если бы кто-то не сделал это сознательно, она бы никогда не проспала больше 7 часов утра.

Прошлой ночью кто-то посетил ее комнату.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 30. Увольнение Чжан Сяо

Сун Юньсюань сегодня утром была в плохом настроении.

После того, как она закончила завтракать, Сун Юньцян постучал в ее дверь.

Сун Юньсюань осторожно открыла дверь и увидела своего старшего брата. Выражение ее глаз сразу изменилось, а потом на лице появилась улыбка: “Брат, прости, я сегодня поздно встала.”

Без сомнения, Сун Юньцян не винил ее.

Вместо этого он сделал вид, что обеспокоен: “Юньсюань, это не имеет значения, так как ты все еще молода. Но вам нужно хорошо заботиться о себе, иначе Чу…”

Сун Юньсюань хотела бы, чтобы он продолжил.

Но Сун Юньцян сразу же остановился, как будто встретил какие-то табу.

Глаза Сун Юньсюань наполнились разочарованием, и она спросила его: "Брат, почему ты пришел ко мне?”

“Тебе лучше пойти со мной к врачу после обеда. Мы пойдем в дерматологическое отделение Народной больницы Юньчэна, чтобы вылечить твои раны. В противном случае, шрамы могут остаться.”

Сун Юньсюань кивнула ему, но все еще удивлялась: "Брат, почему бы нам не пойти в дерматологическую больницу? Люди в Юньчэне всегда идут туда лечить аллергию кожи.”

Сун Юньцян вспомнил приказ своего отца, а затем сказал сдавленным голосом: “Я знаю хорошего врача в Народной больнице Юньчэна. Только доверив тебя врачу, которого я знаю, я могу чувствовать себя спокойно.”

Сун Юньсюань благодарно кивнула: "Спасибо.”

Когда он ушел, она закрыла дверь, и благодарный взгляд исчез из ее глаз.

Затем она бросила в корзину непунктуальный будильник, стоящий на ночном столике.

Прислушиваясь к приглушенному звуку, она пошла переодеваться и готовиться выйти после обеда.

Она никогда не была сентиментальной девушкой, поэтому она не будет держать эти непунктуальные часы.

Она показала ледяной взгляд и усмехнулась: “Дерматологическое отделение этой больницы не очень хорошо известно, вместо этого есть кардио-мозговое отделение.”

Сун Юньцян должен пойти туда, чтобы посетить Гу Чанлэ.

Более того, Сун Юньцзя, ее старшая сестра, все еще работает там врачом.

Сун Юньцзя! Эта влюбленная девушка!

Переодевшись, она позвонила Сяо Хонг, главному редактору журнала.

Как только Сяо Хонг увидела ее номер, она сразу же ответила на звонок нетерпеливым тоном “Мисс Сун, как ваша рана?”

Сун Юньсюань улыбнулась и ответила успокаивающим тоном: "Сейчас намного лучше. Не волнуйтесь, госпожа Сяо.”

“Это так любезно с вашей стороны, Мисс Сун.”

Сун Юньсюань снова спросила: "Чжан Сяо была уволена?”

Сяо Хонг сразу же почувствовала себя смущенной, а затем начала изворачиваться: “Хотя она нарушила правила нашего журнала, она наш старший коллега. Она ... все еще отказывается уходить.”

Сун Юньсюань не могла не усмехнуться про себя.

Она очень назойлива.

Она никогда не напрягала свои мозги. И, попав в трудные времена, она могла только причинять вред невинным людям.

Сун Юньсюань никогда не жалела таких людей.

Однако,

“Поскольку Чжан Сяо - наша старшая коллега, увольнять ее действительно не стоит.”.

“Это правда.” - Сяо Хонг вторила ее мнению.

Услышав это, Сун Юньсюань подняла уголки своих губ. Затем она продолжила тему: “Но мы не можем допустить, чтобы она избивала других коллег. Если мы не уволим ее на этот раз, наши правила журнала будут существовать только номинально.”

“Госпожа Сун, мы должны изгнать Чжан Сяо. Она оказала плохое влияние на нашу компанию.” После прослушивания слов Сун Юньсюань, отношение Сяо Хонг стало твердым мгновенно.

Сун Юньсюань сказала ей: "Она намеренно причинила боль другим людям. Такое поведение должно быть наказано по закону.”

Сяо Хонг понимала, о чем говорила Сун Юньсюань, и удивлялась тем средствам и схемам, которые есть у этой молодой девушки.

Однако Сун Юньсюань не совсем безжалостна. Она направляла Сяо Хонг, чтобы та передала Чжан Сяо: “Если она послушно покинет нашу компанию, вы позволите ей поместить свое резюме в моду ZUI, я обещаю, что она будет нанята, поскольку у нее такой хороший вкус.”

Мода ZUI принадлежала семье Сун, но Сун Ян передал её Сун Юньин как ее приданое.

Так что, это должна быть Сун Юньин, которая управляет ей сейчас.

Если Чжан Сяо будет нанята, то ей не нужно будет беспокоиться о том, чтобы что-то организовывать. Если же нет, то ей придется только попросить Сун Юньин.

В конце концов, она поймала Сун Юньин, и пока она хранит её тайну, Сун Юньин будет подчиняться ее приказам.

И предложение Чжан Сяо другой работы являлось разумным выходом. В конце концов, она не смогла бы узнать прошлое Шао Сюэ без пролитого супа Чжан Сяо.

Сун Юньцян повез ее в Народную больницу Юньчэна. По дороге она наслаждалась знакомыми пейзажами этого города.

Гу Чанге выросла в Юньчэне. Так что она знает несколько известных больниц и известных врачей в этом городе.

Даже если бы она не знала другие больницы, она должна знать Народную больницу Юньчэна, поскольку именно там она потеряла свои ноги и сердце.

Когда она открыла дверь машины, Сун Юньсюань прищурилась и крепко сжала пальцы.

Сун Юньсюань не могла не поднимать губы в счастливой улыбке, сопровождаемой ее сильным сердцебиением. Эта улыбка выглядела блестяще для других.

Только она знала, насколько ужасна эта больница.

Это настоящее чистилище.

Именно в этой больнице Гу Чанге закончила свою жизнь.

Но теперь, когда она переродилась, она обязана уничтожить её и разорвать монстров в этом чистилище!

“Пошли, Юньсюань.” – Позвал её Сун Юньцян.

“Я уже иду.” - Она улыбнулась. Свирепый взгляд, вспыхивающий в ее глазах, показывал, что она не испытывала жалости.

Она следовала за Сун Юньцяном всю дорогу до больницы.

Сун Юньцян сделал несколько телефонных звонков в зале, но безуспешно.

Он не мог не быть немного расстроен.

Только глядя на лицо Сун Юньцяна, она знала, что он звонил Сун Юньцзя.

Она так долго ждала в коридоре, что ей становится скучно.

Сун Юньцян неоднократно набирал номер телефона Сун Юньцзя, но не мог дозвониться.

В конце концов, он подошел прямо к стойке регистрации в вестибюле и спросил у медсестры номер телефона в кабинете Сун Юньцзя.

Он получил номер, но все равно не мог дозвониться.

Сун Юньсюань становилась нетерпеливой. После того, как Сун Юньцян повесил трубку, она с любопытством спросила: "Брат. Она всегда занята? Почему бы ей не вернуться домой и не навестить отца?”

Сун Юньцян тоже становился нетерпеливым, так как он не мог дозвониться по телефону. После того, как она спросила, он не мог не ругаться, не щадя чувства Юньсюань: “Она ослепла с жиру. Должно быть, она сошла с ума.”

На самом деле, это предложение обычно использовал Сун Ян, чтобы ругать Сун Юньцяна.

Но теперь, слушая Сун Юньцяна, ругающего так сердито Сун Юньцзя, Сун Юньсюань не могла удержаться от смеха.

Она не могла согласиться с ним слишком сильно, Сун Юньцзя на самом деле влюблена в Шао Тяньцзе.

Она любила Шао Тяньцзе с тех пор, как они учились в колледже.

Кроме того, она была лучшим партнером Шао Тяньцзе.

Не только партнером во время операций, но и в некоторых других отношениях тоже…

Думая об этом, Сун Юньсюань почувствовала себя грустно. Она сорвала зеленые листья с декоративного растения, и яростно раскрошила их в пальцах.

“Не трогай его. Разве ты не знаешь, ЧТО ТАКОЕ гражданский долг?”

Кажется, что вся кровь Сун Юньсюань свернулась. Она подняла голову и пристально посмотрела на входящую женщину.

Она носила белые матерчатые туфли. Она высокая, у нее стройные и хорошо сложенные ноги.

Белый халат скрывал ее фигуру. Однако ее рост более 1,7 метра, плюс красивые черты лица делали ее более привлекательной.

У Сун Юньцзя были длинные черные волосы, которые достигали ее талии. Очки в черной оправе, обрамляющие её яркие глаза, и губы, похожие на лепестки сакуры.

Когда она увидела Сун Юньсюань, свою младшую сестру, она совсем не была взволнована. Вместо этого она недовольно нахмурилась. Она прошла мимо нее так, словно Сун Юньсюань здесь не было, а затем посмотрела на Сун Юньцяна: “Это тот самый незаконнорожденный ребенок, которого ты привез из маленького городка?”

Сун Юньцян напомнил ей: "Остановись. Она же твоя сестра.”

“А ...” - Сун Юньцзя не могла удержаться от насмешки. Она повернула голову, чтобы взглянуть на одежду Сун Юньсюань, а затем снова посмотрела на Сун Юньцяна. - Брат, отец любил Фан Кэйди только за ее красивое лицо. Сун Юньсюань - всего лишь дочь старлетки! Ты не должен был привозить ее!”

Похоже, что Сун Юньцзя имела больше опыта, чем Сун Юньин, с точки зрения неприятного разговора.

Но Сун Юньсюань не сердилась и не хотела с ней спорить. Она, молча, думала, что это абсурд, и не могла сдержать улыбку.

Когда Сун Юньцзя говорила это, она абсолютно не ожидала, что душа Гу Чанге была в теле Сун Юньсюань. Гу Чанге, старшая дочь семьи Гу - это девушка, с которой она никогда не могла сравниться.

Она просто осмелилась сказать это Сун Юньсюань.

Посмела бы она сделать это, столкнувшись с Гу Чанге?

На самом деле, это совсем не раздражало Сун Юньсюань. Она просто смотрела вокруг своими яркими глазами.

Эта больница очень скоро потеряет все, чем она владеет сегодня.

Не вините ее. Это просто потому, что больница нанимала аморальных людей в качестве своего медицинского персонала.

Такая больница не могла вылечить болезнь и помочь пациенту. Вместо этого она только вредила людям.

Она схватилась за руки и отвернулась.

Увидев улыбку на ее лице, Сун Юньцзя почувствовала, как ее веки подпрыгивают. У нее было дурное предчувствие.

“Юньцзя, наш отец попросил меня навестить Мисс Гу Чанлэ. Может, ты заберешь нас отсюда?”

Сун Юньцзя изо всех сил пыталась преодолеть свое отвращение к Сун Юньсюань. Она сдержалась и сказала без тени иронии: “Тогда пойдем со мной, брат.”

Сун Юньцзя пошла вперед.

Проходя мимо Сун Юньсюань, она на мгновение остановилась и встретилась с ней взглядом.

Что ее испугало, так это крайняя холодность в глазах сестры.

Эти глаза похожи на темную бездну, которая может заставить людей дрожать с первого взгляда.

Сун Юньцзя быстро отвела взгляд, но почувствовала себя озадаченной.

Почему восемнадцатилетняя девушка заставляла ее так бояться?

Сун Юньсюань последовала за Сун Юньцяном, чувствуя себя немного самодовольной.

Гу Чанлэ…

Скоро она увидит Гу Чанлэ.

Гу Чанлэ, её приемная сестра, которая заставляла её мужа показывать свою жестокость, всегда притворяясь доброй.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 31. Посещение Гу Чанлэ

Сун Юньцзя остановилась перед VIP-палатой на одиннадцатом этаже и тихонько постучала в дверь.

Внутри раздался слабый, шелковистый голос: "Входите, пожалуйста.”

Входите, пожалуйста.

Брови Сун Юньсюань слегка изогнулись.

Эта сестра на пять лет моложе ее самой. У нее овальное лицо, большие глаза, рост 1,65 метра, а также нежное и хрупкое тело. Она выглядит чистой и безобидной. Она заставляет людей чувствовать ее такой же святой и чистой, как белый цветок лотоса.

Она уже давно ее не видела. Она действительно хотела бы знать, изменила ли она мягкую внешность после того, как ее сердце было заменено на сердце Гу Чанге в ее груди.

Сун Юньцзя открыла дверь и позволила Сун Юньцяну зайти первым.

Когда подошла Сун Юньсюань, Сун Юньцзя внезапно подняла руку, останавливая ее: “Ты не знаешь Чанлэ, просто подожди снаружи.”

Сун Юньсюань посмотрела на Сун Юньцзя, но в ее глазах не было никаких эмоций.

Сун Юньцзя понятия не имела, хотела ли Сун Юньсюань войти или нет, поэтому она посмотрела на свою сестру и жестко встала в дверях.

В это время в коридоре внезапно раздался звук шагов, доносящийся издалека.

Затем раздался приятный и низкий мужской голос: "Юньцзя, что ты делаешь?”

Лицо Сун Юньцзя изменилось. Когда она услышала этот голос, то сразу же с удивлением посмотрела, как будто она ждала кого-то, по кому долго тосковала: “Тяньцзе, ты здесь.”

Тяньцзе... Шао Тяньцзе!

Кровь Сун Юньсюань бурлила в ее сердце. Она повернула голову и посмотрела на Шао Тяньцзе.

Взгляд Шао Тяньцзе вначале упал на Сун Юньцзя. Когда он увидел человека, которого останавливала рука Сун Юньцзя, его зрение переместилось на лицо Сун Юньсюань.

“Вы…”

Он неосознанно произнес это тихим голосом. Узкие глаза на его красивом лице скрыли вспышку удивления в его глазах.

Он сделал шаг вперед, чтобы встать перед Сун Юньсюань и Сун Юньцзя, улыбаясь: "Юньцзя, кто эта леди?”

Сун Юньцзя бросила взгляд на Сун Юньсюань и дала Шао Тяньцзе краткое представление: “Это маленькая дочь моего отца, которая была воспитана в маленьком городке раньше, и только что вернулась несколько дней назад, её имя Сун Юньсюань.”

Шао Тяньцзе вежливо кивнул Сун Юньсюань, а затем с беспокойством перевел взгляд на палату: “Мне показалось, что я только что видел твоего старшего брата, не так ли?”

Сун Юньцзя опустила руку и открыла дверь, чтобы впустить Шао Тяньцзе. “Мой старший брат знает, что Чанлэ разрешили навещать её в эти дни, поэтому он пришел, надеясь, что она скоро поправится.”

Шао Тяньцзе улыбнулся Сун Юньцзя. “Ваша семья очень внимательна и гостеприимна.”

Постоянно холодное лицо Сун Юньцзя приняло нежное выражение. И выражение ее глаз стало очень мягким. Когда она услышала слова Шао Тяньцзе, она мягко кивнула.

Шао Тяньцзе прошел в палату, приглашая их по пути: "Чанлэ можно посетить на короткое время. Заходи.”

Шао Тяньцзе мягко кивнул Юньсюань.

Сун Юньсюань посмотрела на его милую и нежную улыбку, которую она хорошо знала, но никак не могла на нее ответить.

Холод в ее сердце закипал, собираясь выплеснуться из глаз. Но она старалась сдержать его так, чтобы в конце концов не показать свою горькую ненависть.

Конечно же, Сун Юньцзя хотела последовать за ним.

Но Сун Юньсюань не двигалась.

В комнате прозвучало внимательное приветствие Шао Тяньцзе к Гу Чанлэ.

“Сегодня все еще больно?”

“Теперь уже лучше.”

“Если будет больно, позови меня, и я буду рядом.”

“Действительно, почему ты пропустил свою работу и снова пришел ко мне? Разве ты не говорил, что должен управлять компанией моей сестры и хорошо работать?”

“Ты больна, это не имеет значения.”

“Ха…”

Сун Юньсюань издала смешок.

Она стояла в дверях и обернулась, чтобы увидеть Сун Юньцзя, которая остановилась в дверях, не сделав ни шагу.

Она обнаружила, что красивое лицо Сун Юньцзя покрыто темными облаками печали и слабости.

Как она может не быть грустной в это время?

Она всегда любила Шао Тяньцзе с тех пор, как она была в колледже, но он отказался от Гу Чанге ради Гу Чанлэ.

Она помогла Шао Тяньцзе избавиться от Гу Чанге без жалоб и сожалений. Однако, Гу Чанге умерла, а у Гу Чанлэ всё хорошо.

Видя печальное выражение лица Сун Юньцзя, Сун Юньсюань почувствовала жалость к ней.

Она всегда стояла рядом с человеком, которого любила. Что бы он ни делал, она всегда старалась изо всех сил помочь ему, но мужчина, кажется, не замечал, что она всю жизнь стоит рядом с ним.

Сун Юньсюань отошла от палаты и села на стул в коридоре. Она тихо и безмолвно улыбалась, глядя на Сун Юньцзя в отчаянии и печали.

Она достала свой мобильный телефон, чтобы проверить его, найдя сообщение от Сяо Хонг, что Чжан Сяо была успешно уволена.

Она отправила ответное сообщение Сяо Хонг, прося ее поручить сотрудникам сделать отчет и статистику по известным агентствам красоты Юньчэна, а также подготовить специальный выпуск о красоте для следующей публикации.

Сяо Хонг пообещала ей, что она всё будет сделано хорошо, так что она может быть уверена.

И все же Сун Юньсюань знала, что есть еще некоторые вещи, с которыми ей нужно иметь дело лично.

Вскоре после того, как Шао Тяньцзе вошел в палату, Сун Юньцян вышел с широкой улыбкой на лице.

Сун Юньцян и Сун Юньцзя направились к лифту вместе.

"Гу Чанлэ - это действительно женщина, подобная Лин Дайю (персонаж китайской классики, Red Mansion, которая является благородной возлюбленной, известной своим нежным, но болезненным телом). Она очень сентиментальна. Она была очень печальна с тех пор, как умерла ее сестра.”

“Да.- Сун Юньцзя кивнула. “Она говорила, что в последнее время постоянно думала о своей сестре.”

“Может быть, это проблема с сердцем. В конце концов, это орган ее сестры.”

Сун Юньсюань просто слушала их, не перебивая.

После прибытия вниз, Сун Юньцян и Сун Юньцзя отделились друг от друга. Прежде чем уйти, он все еще не мог удержаться, чтобы не сказать ей: “Юньцзя, папа был серьезно болен, поэтому ты должна вернуться, когда у тебя будет время.”

Сун Юньцзя небрежно кивнула: "Я вернусь домой, когда буду свободна.”

Сун Юньцян больше ничего не мог сказать. Он повел Сун Юньсюань, чтобы уехать.

Проследив, как они уезжают, Сун Юньцзя сразу же вернулась в больницу. Похоже, она испытывала к своему пациенту более глубокие чувства, чем к своей семье.

Сун Юньсюань смотрела в окно на спину своей старшей сестры, входящей в больницу, и недоуменно спросила: “Брат, почему старшая сестра не живет дома?”

Сун Юньцян завел машину: "Отец спокоен за твою старшую сестру. У нее были хорошие оценки в школе, а также красивое лицо, и она не будет возиться по пустякам. Наш отец нашел ее личность довольно мирной, так что он отдал ей двухэтажный дом рядом с больницей в качестве подарка на день рождения. Она живет там с тех пор, как окончила интернатуру.”

“Она замужем?”

Конечно, она знала, что Сун Юньцзя просто ждет, когда Шао Тяньцзе женится на ней, но она все еще хотела услышать мнение Сун Юньцяна по этому вопросу.

Сун Юньцян, похоже, не имел никакого мнения по этому вопросу, но ответил небрежно: “Хотя твоя старшая сестра не молода, она не собирается выходить замуж.”

После этого он добавил еще один интересный комментарий: “Возможно, у твоей старшей сестры есть хорошая перспектива выйти замуж за Шао в будущем.”

“Но жена господина Шао только что умерла.”

Хотя Гу Чанге мертва, она не могла поверить, что Шао Тяньцзе женится на другой жене в течение трех лет, выставляя себя дураком, так как это не очень хорошо для него, чтобы контролировать семейный бизнес.

Если бы он захотел жениться, то остатки Гу Чанге должны были быть убраны до того, как он сможет это сделать.

Сун Юньсюань посмотрела в окно на уличную сцену, слегка приподняв уголки рта.

…

Когда вечером она вернулась домой, рядом с фонтаном была припаркована красная спортивная машина.

Сказали, что Сун Юньин вернулась домой. Сун Юньсюань почувствовала усталость. Когда она пришла домой, она нашла свою вторую сестру Сун Юньин в комнате отца. И не стала её ждать.

На ночь она заперла дверь и поставила пузырек со снотворным на видное место. Но она легла в постель только после того, как выпила чашку крепкого кофе.

В середине ночи она все еще не могла заснуть.

За дверью не было никакого движения.

Ей казалось странным, что если бы кто-то действительно вошел в ее комнату прошлой ночью, возможно, он пришел бы сегодня вечером.

Итак, она ждала до 3 часов ночи.

Сотовый телефон рядом с подушкой внезапно зазвонил, заставляя ее вздрогнуть. Она взяла его, нахмурившись. На экране был странный номер.

Подумав об этом, она быстро нажала кнопку ответа.

С другой стороны донесся знакомый мужской голос.

“Ты так медленно подходишь к телефону. Ты же еще не спишь!”

Сун Юньсюань была очень раздражена: "Чу Мочен, почему ты звонишь мне посреди ночи?”

После этого она внезапно поняла, что есть что-то неправильное в том, что сказал Чу Мочен.

Что же это такое «ты еще не спишь»? Знает ли этот человек, что она сегодня ночью лежала без сна?

Возможно, потому что он услышал ее учащенное дыхание и почувствовал ее гнев, он сказал забавным тоном: “Не сердись, милая, я действительно ходил к тебе домой прошлой ночью, но я просто подумал, что ты не спала допоздна и встанешь рано. Боясь, что ты слишком устала, я перенастроил твой будильник, чтобы дать тебе дольше поспать.”

“Зачем ты приходил в мою комнату?!”- Она вдруг стала суровой.

Она вообще не любит, когда кто-то вторгается на ее частную территорию.

На другом конце провода голос Чу Мочена стал слегка хрипловатым: “Знаешь, ты вчера вечером перед сном приняла снотворное. Даже если я что-то с тобой сделаю, ты не сможешь устоять.”

“Чу Мочен!” Она помнит, что вчера вечером кто-то укусил ее за кончик уха и поцеловал в шею, а также в грудь. Она не могла удержаться, чтобы не предупредить его сурово: "Тебе лучше не возиться в будущем. В следующий раз, если ты войдешь в мою комнату, я заставлю тебя заплатить ужасную цену!”

Чу Мочен на мгновение замолк, потом хрипло засмеялся.

Сун Юньсюань была готова повесить трубку от гнева.

Внезапно отчетливо раздался мужской голос: "Не делай себе больше больно.”

Она нахмурилась и не повесила трубку.

Голос Чу Мочена стал мягким и нежным: “Всё, чего ты хочешь, я тебе дам.”

Сердце Сун Юньсюань внезапно сильно забилось.

С момента вхождения в тело Сун Юньсюань, в первый раз, она действительно почувствовала сердцебиение так ясно.

Выражение ее глаз слегка изменилось. И она немного потерялась в молчании, которое никто другой не сможет понять.

Однако ее пальцы отреагировали быстрее, чем мозг, щелкая и обрывая связь.

Никто не может дать ей то, что она хочет, только она может получить это.

Чу Мочен вздохнул, прислушиваясь к монотонному гудку на другом конце провода.

Сидя рядом с ним, его отец смотрел на него сурово и ласково: “Ты уверен, что хочешь жениться на маленькой дочери семьи Сун?”

Чу Мочен посмотрел на своего отца с горькой улыбкой, поднимающейся на его красивом лице: “Хотя я мог бы сначала жениться на ней, прежде чем заставить ее полюбить меня, все же ты знаешь, папа, я бы провел безвкусную жизнь без нее как моей жены.”

Слегка наклонив голову, отец не мог удержаться от улыбки: "Тебе нелегко встать в такую рань, чтобы сказать мне это. Я думал, что ты потерял свой аппетит к женщинам после смерти Гу Чанге.”

Без единого слова улыбка Чу Мочена исчезла. Цвет его зрачков стал темнее.

Гу Чанге……

Он чувствовал, что Сун Юньсюань - это еще одна Гу Чанге.

Такое похожее чувство заманивало его в ловушку.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 32. Начинается месть

После того, как журнал Фаньсин классифицировался как личные активы Сун Юньсюань, первый выпуск журнала прошел плавно.

Пересмотренный журнал назывался "ZUI Queen“, который разделяет один общий китайский иероглиф с журналом Сун Юньин ”ZUI Fashion".

Большинство людей думали, что журналы Сун Юньин имеют новые публикации, поэтому они покупали их один за другим.

Продажи журнала росли.

Его продажи в первый же день превысили продажи “ZUI Fashion". Многих читателей привлек “ZUI Queen” из-за его стратегий, таких как создание статей о влиятельных женщинах на рабочем месте.

Журнал «Фаньсин» собирался провести банкет в корейском ресторане, чтобы отпраздновать продажу своей первой публикации.

Сун Юньсюань также сообщила, что будет присутствовать на нем. Но когда она уже собралась выйти из здания редакции, то увидела красный лимузин, припаркованный у входа в редакцию.

У нее хорошее зрение и хорошая память.

Внезапно ей пришло в голову, что это тот самый роскошный автомобиль, припаркованный у фонтана во дворе дома семьи Сун, когда она вернулась домой той ночью.

Она сделала два шага вперед, в то время как человек внутри автомобиля собирался открыть дверь и немедленно выйти.

Но был слышен только звук открывающейся двери, и человек внутри не вышел.

Она догадалась, что это должна быть Сун Юньин, которая решила уехать при виде ее.

Она предвидела, что случится что-то плохое, поэтому деловито позвонила Сун Юньин.

После того, как Сун Юньин взяла трубку, первое предложение Сун Юньсюань ясно сказало, что это не приветствие ее сестре, а серьезное предупреждение: “Сестра, к чему такая спешка? Ты хочешь, чтобы я раскрыла твой секрет?”

Сун Юньин остановила машину, не говоря ни слова.

Сун Юньсюань вышла вперед со стальными глазами, открыла пассажирскую дверь роскошного автомобиля и наклонилась, чтобы сесть.

Когда ее сотрудники проходили мимо, она намеренно опустила окно и сказала своим коллегам: “Скажите моим коллегам, что меня не будет сегодня вечером, потому что я собираюсь поужинать с моей сестрой.”

Сотрудники журнала с удивлением увидели, что водитель - это Сун Юньин.

Некоторые даже начали обсуждать: "Сестра мисс Сун на самом деле вторая дочь семьи Сун!”

“Тогда Мисс Сун ... …”

“Младшая дочь семейства Сун!”

Все почувствовали, что они открыли большой секрет, но Сун Юньин, которая находилась за рулем, закрыла окно в досадной манере, затем сдала назад, ускоряясь через ворота журнала «Фаньсин».

Во время движения на высокой скорости Сун Юньин сказала довольно саркастическим тоном: “Юньсюань, я не могла себе представить, что ты осмелишься создать свою собственную журнальную компанию, купив ее.”

Сун Юньсюань возразила: "Сестра, Сун – это большая семья бизнесменов. Как дочь семьи Сун, я делаю свой собственный бизнес, который является очень распространенной вещью, что никого не должно удивлять, не так ли.”

Сон Юньин усмехнулась: "Но, знаешь, папа не хочет, чтобы ты занималась бизнесом.”

“Вот почему я позволила своей сестре остановить машину", - сказала Сун Юньсюань, глядя искоса на Сун Юньин с улыбкой, но холодным голосом. - Чтобы моя сестра не донесла на меня отцу.”

Мысли Сун Юньин были видны насквозь, так что она больше не скрывала их. Она просто сняла солнечные очки с лица и отбросила их в сторону. - Я специально приехала, чтобы встретиться с главой журнала. Так как ты человек ответственный, я просто скажу, что мой журнал называется “ZUI Fashion”, в то время как ты также назвала свой журнал “ZUI Queen”, что явно вводит аудиторию в заблуждение, чтобы купить твой продукт, используя влияние нашей компании для улучшения ваших продаж.”

Сун Юньсюань не отрицала: "Сестра, это просто маркетинговая стратегия, которая является законной”

“Но ты ... …”

Сун Юньсюань прервала ее спокойным голосом, убеждая решительно: “Сестра, вместо того, чтобы обсуждать со мной работу компании, самое важное для вас сейчас - сохранить здоровье и затем благополучно родить старшего сына семьи Сюэ. В противном случае, вы станете неудачником в браке, даже если вы превратите офис журнала в бизнес гегемонии Юньчэн.”

После этого она не могла удержаться от смеха. “Я не думаю, что Сюэ Тао - честный человек. Ты не можешь удовлетворить его из-за своей беременности сейчас. Но не забывай внимательно следить за ним. Не обманывайтесь яблоком Содома*.”

Она имела в виду что-то другое.

Все знают, что Сюэ Тао - плейбой, который часто встречается с красивыми женщинами в Юньчэне. До женитьбы Сюэ Тао был окружен бесчисленными красивыми женщинами. После женитьбы ... все еще возможно его беспорядочное поведение.

Сун Юньин намекнули таким образом, что ее лицо мгновенно побледнело. Но ее тон все еще был тверд: “Не говори так о Сюэ Тао, он не такой человек.”

Сон Юньсюань неторопливо посмотрела вперед и сказала: “Ты знаешь, является ли он таким человеком или нет.”

Сун Юньин больше не собиралась жаловаться на нее. Она резко съехала на обочину, повернула голову и яростно попросила ее выйти: “Выметайся!”

“Сестра, не надо много болтать.” Когда она вышла, то слегка напомнила Сун Юньин.

Сун Юньин была расстроена: "Я слишком ленива, чтобы заботиться о твоем дерьме!”

Сун Юньсюань кивнула и закрыла дверь. Она смотрела, как спортивный автомобиль Сун Юньин мчится все дальше и дальше по шоссе: “Хотя ты сейчас смотришь свысока на мои дела, однако, - ее глаза внезапно вспыхнули, - одна искра может вызвать пожар в прерии!”

Ее голос был едва слышен, но в нем была какая-то смелость и властная сила, которую нельзя игнорировать.

Когда она посмотрела на свои часы, она обнаружила, что все еще может успеть на праздничный банкет журнала. Но когда она обернулась, то заметила напротив себя салон красоты.

Внезапно ей в голову пришла одна мысль. Она достала свой мобильный телефон и позвонила Шао Сюэ.

“Шао Сюэ, ты где?”

Голос Шао Сюэ донесся из микрофона: "Ну, я не пошла на банкет.”

Она удивилась: "Ты не пошла на банкет?”

“Ну, - сказала Шао Сюэ с легким смущением, - я думаю, что должна взять инициативу на себя и встретиться с Шао Тяньцзе. Он еще не закончил работу.”

Сун Юньсюань была на мгновение ошеломлена, но очень быстро, из глубины ее глаз появился намек на признательность: “Ты еще не ела, верно? Я куплю ужин и поделюсь им с тобой.”

“Благодарю вас, Мисс Сун.”

“Всегда пожалуйста. Просто зови меня Юньсюань.”

“Хорошо.”- Голос Шао Сюэ был немного неуверенный и немного взволнованный.

Сун Юньсюань купила фаст-фуд в снэк-баре. Хотя она не знала, запланировала ли Шао Сюэ так, как она думала, инициатива Шао Сюэ приблизиться к Шао Тяньцзе - хорошее начало.

Когда она вернулась в компанию, Шао Сюэ уже ждала ее у дверей. При виде бенто в ее руках, она быстро подошла к Сун Юньсюань, чтобы помочь.

Они болтали всю дорогу до офиса, где они могли смотреть через окно на дверь офисного здания Гу.

Сон Юньсюань слушала объяснение Шао Сюэ, пока ела бенто.

“Я заметила, что Шао Тяньцзе уходит с работы в 5:30 вечера каждый день и иногда работает на полчаса сверхурочно. Прежде чем он уйдет с работы, перед воротами будет припаркована черная частная машина, которая позже отвезет его домой.”

Сун Юньсюань посмотрела на свои часы: “Сейчас 5: 50 вечера.”

“Пойдемте вниз, Мисс Сун.”

Сун Юньсюань подняла брови: "Хм? Как ты меня только что назвала?

“Что ж, Юньсюань, нам пора спускаться.” Еле смогла сказать Шао Сюэ.

Только когда Сун Юньсюань получила удовлетворительный ответ, она легко спустилась вниз с Шао Сюэ.

Как только они спустились вниз, они обнаружили, что черный Роллс-Ройс медленно остановился у ворот офисного здания Гу.

Глядя друг на друга, они даже не потрудились догадаться - это личный автомобиль Шао Тяньцзе.

Сун Юньсюань заметила автомобиль, а также несколько цифр на номерных знаках.

После ее смерти Шао Тяньцзе, похоже, боялся, что автомобиль, который она использовала, будет невезучим, поэтому он заменил автомобиль и даже номерной знак.

Она разговаривала с Шао Сюэ о разных пустяках. Увидев номерной знак автомобиля, она замолчала и продолжала молчать.

Чувствуя себя очень странно, Шао Сюэ спросила ее: "Юньсюань, что случилось?”

Сун Юньсюань покачала головой. Глядя на номер личного автомобиля Гу, стоящего перед офисным зданием, она улыбнулась: “Этот номер машины - день рождения моей сестры.”

Да, это день рождения Гу Чанлэ.

521 (его омофон на мандаринском языке - "wo ai ni", что означает "Я люблю тебя".)

Я люблю тебя!

Какой это день рождения, который так легко запомнить из-за подразумеваемого значения его числа.

Шао Тяньцзе поменял номерной знак своего частного автомобиля на день рождения Гу Чанлэ, показывая свою любовь каждый день. Это действительно драгоценная любовь.

Она надула губы и улыбнулась. Она выглядела счастливой, при этом была полна холодности.

Шао Сюэ больше не задавала никаких вопросов, и она не знала, что у Сун Юньсюань вообще нет сестры.

Едва увидев вдалеке фигуру Шао Тяньцзе, она склонила голову и сказала: “Он здесь.”

Как только ее предложение закончилось, она услышала крик боли от Шао Сюэ.

Сун Юньсюань наклонилась, чтобы взять ее за руку. “С тобой все в порядке?”

Шао Сюэ украдкой подмигнула ей. Сун Юньсюань поняла это и быстро коснулась ее лодыжки. Она с тревогой спросила: "У тебя болит лодыжка? Я отвезу тебя в больницу.”

“Нет, нет, все в порядке…”

Шао Сюэ изо всех сил пыталась подняться с земли с помощью Сун Юньсюань несколько раз, но терпела неудачу.

Когда Сун Юньсюань обнаружила, что ей трудно поднять Шао Сюэ, она просто повернулась и наполовину присела на корточки: “Залазь, я понесу тебя.”

Вдруг знакомые шаги торопливо приблизились к ним.

Вскоре мужчина протянул руку, чтобы поднять Шао Сюэ с земли, а затем поднял ее на руки.

И Сун Юньсюань, и Шао Сюэ были поражены.

Именно Шао Тяньцзе поддерживал ее.

На лице Шао Тяньцзе не было никакого беспокойства. Вместо этого он шагал вперед, держа ее на руках.

Будучи шокирована, она тут же гневно закричала: “Ты, отпусти меня! Отпусти меня!”

Шао Тяньцзе нахмурился, наблюдая за борьбой Шао Сюэ. Он должен был оглянуться на Сун Юньсюань, которая стояла на том же самом месте. Он сказал теплым голосом: "Мисс Юньсюань, вы можете проводить мою сестру в больницу?”

Сун Юньсюань ничего не ответила, но она действительно хотела этого.

А почему бы и нет? То, чего она ждала, - это именно того момента, когда две параллельные линии, наконец, соединятся внешними силами.

И это только начало ее грандиозного плана мести.

Она кивнула и подошла к нему с нежным и умным видом.

Это так же просто, как бежать к нему в первый раз в кампусе много лет назад.

Но на этот раз это обречено не быть счастливым и красивым результатом.

На этот раз Гу Чанге не приведет Шао Тяньцзе в брак, что сделает его высоко оцененным образцовым мужем в высшем обществе Юньчэна.

На этот раз Гу Чанге лично отправит Шао Тяньцзе в могилу, пусть он навсегда потеряет свою репутацию!

Она шагнула вперед, как будто у нее была способность сотрясать землю.

Вместе с ним она сидела в частном автомобиле, который, как предполагалось, принадлежал ей.

Взглянув на волнение в глазах Шао Тяньцзе, она тихо улыбнулась - начинается месть.

__________________________________________________________________

* «Когда Бог разгневался на города Содом и Гоморра, каждое живое существо было уничтожено, за исключением одного растения - Яблока Содома» Содомское яблоко только внешне кажется съедобным, но стоит взять его в руки и оно превращается в пепел.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 33. Визитная Карточка

У Сун Юньсюань не было времени смотреть на уличную сцену из окна, она сидела, просто уставившись на Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе постоянно поворачивал голову, чтобы с тревогой посмотреть на Шао Сюэ.

У Шао Сюэ, похоже, было реальное растяжение лодыжки. У нее белая полупрозрачная кожа, но теперь ее длинные тонкие брови были сморщены, что делало ее слабой и жалкой.

Сон Юньсюань утешала Шао Сюэ: "Мы сразу же доберемся до больницы.”

Затем она повернула голову к Шао Тяньцзе, который смотрел на Шао Сюэ: “Большое спасибо, сэр.”

Шао Тяньцзе ответил: "Вовсе нет. Я …”

“Не лезь не в свое дело!- Шао Сюэ внезапно перебила Шао Тяньцзе громким голосом, и выражение ее лица показало ему некоторое отвращение.

Сун Юньсюань была шокирована: “Шао Сюэ, не говори так. Этот джентльмен помог нам.”

“Мне не нужна его помощь. Если бы не он, как бы я оказалась сегодня в такой ситуации! Юньсюань, ты не знаешь, он же живот…”

“Шао Сюэ!”

Внезапно Шао Тяньцзе закричал.

Это заставило Шао Сюэ со слезами на глазах прекратить обвинять Шао Тяньцзе в преступлениях.

Шао Сюэ печально посмотрела на него: “Почему ты сейчас кричишь на меня?”

Шао Тяньцзе стал косноязычным, но вскоре ответил: "Шао Сюэ, то, что ты знала раньше, односторонне, правда не такова.”

Что-то темное мелькнуло в его глазах за стеклами очков в металлической оправе.

“Так скажи мне правду.” - попросила Шао Сюэ.

Шао Тяньцзе нахмурил брови и посмотрел на Сун Юньсюань, которая почувствовала себя смущенной. Он сказал: "Я тебе потом все объясню. Сначала мы должны поехать в больницу.”

“Мне не нужно, чтобы ты отвозил меня!”

Шао Сюэ действительно ненавидела Шао Тяньцзе. Она потянулась к двери: “Стой! Я хочу выйти прямо сейчас!”

Шао Тяньцзе, внезапно впадая в панику, протянул руку, чтобы схватить ее.

Сун Юньсюань обняла Шао Сюэ сзади: “Успокойся, Шао Сюэ!”

Услышав это, Шао Сюэ замерла.

Сун Юньсюань оглянулась на Шао Тяньцзе и извинилась: "Простите, сэр, моя подруга немного взволнована. Не волнуйтесь. Я успокою ее.”

Шао Тяньцзе тоже почувствовал себя смущенным, так как Шао Сюэ испытывала к нему отвращение. Он кивнул Сун Юньсюань и отвернулся.

В этот момент Шао Сюэ посмотрела на Сун Юньсюань со слезами.

Сун Юньсюань слегка покачала головой, показывая, что этого достаточно.

Однако, похоже, что Шао Сюэ о чем-то задумалась. Она опустила голову, и слезы начали капать из ее глаз.

Сун Юньсюань похлопала ее по спине и нежно утешила: "Не плачь, Шао Сюэ, успокойся, хорошо?”

Возможно, Шао Сюэ действительно не могла контролировать себя, она начала задыхаться и горько плакать. Наконец, она бросилась в объятия Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань смотрела вдаль. Никто не знал ее сентиментального состояния.

Ее чувства были скрыты где-то глубоко в ее сердце, что приводило людей в замешательство, и не позволяло никому увидеть её насквозь.

Шао Тяньцзе наблюдал за этой красивой молодой девушкой, утешающей Шао Сюэ, и внезапно почувствовал, что она милосердна и изящна.

Но она все еще слишком напряженная, чтобы к ней можно было подойти.

Голос Сун Юньсюань был мягок и нежен: "Не плачь, Шао Сюэ…”

Почему ты плачешь?

Мы не можем плакать, пока не отомстим ему.

Как ты могла плакать, когда человек, убивший твою семью, еще не был наказан?

Гу Чанге ненавидела слезы, потому что это признак трусости и некомпетентности.

Она всегда считала, что сильная воля полезнее слез.

С ее сильной волей, поддерживающей всю ее жизнь, она могла устроить возвращение и разрушить маскировку и будущее этих бессердечных людей.

Когда они добрались до больницы, Шао Сюэ отказалась от компании Шао Тяньцзе.

В сопровождении Сун Юньсюань, Шао Сюэ пошла к врачу. Внезапно Шао Тяньцзе протянул руку, чтобы схватить Сун Юньсюань: “Мисс Сун, пожалуйста, позаботьтесь хорошенько о моей сестре.”

“Она моя сестра."

Личность Шао Сюэ, наконец, получила признание самого Шао Тяньцзе, Сун Юньсюань почувствовала себя немного расстроенной.

Шао Тяньцзе не знал, что его сестра собиралась погубить его.

В противном случае, Шао Тяньцзе не волновался бы так, он сказал бы своим доверенным последователям: “Никогда не позволяйте Шао Сюэ существовать в этом городе.”

Думая об этом, Сун Юньсюань показала счастливую улыбку: “Она мой друг; я буду хорошо заботиться о ней.”

Шао Тяньцзе кивнул ей.

Шао Сюэ вошла в консультационный кабинет с помощью Сун Юньсюань.

Доктор приподнял лодыжку Шао Сюэ, осмотрел ее и касался снова и снова. Затем, держа одной рукой толстые очки в черной оправе, он сказал серьезным тоном: "Мисс, кажется, ваша лодыжка не растянута…”

Стопка банкнот крупного достоинства легла на стол перед врачом. В то же время Сун Юньсюань твердо и холодно сказала: “Это растяжение связок.”

Доктор с удивлением посмотрел на пачку купюр. Когда толстые очки в черной оправе сползли вниз, он словно впал в транс.

Когда Шао Сюэ заметила, что глаза доктора жадно уставились на банкноты в руках Сун Юньсюань, она стиснула зубы от ненависти.

Это так называемая медицинская этика!

Сун Юньсюань удалось подкупить врача, который лечил лодыжку Шао Сюэ и обмотал ее бинтом. Затем он выдал диагностический сертификат Шао Сюэ.

Сун Юньсюань посмотрела на доктора, когда она уходила. Доктор несколько удивился, и в этот момент он твердо верил, что хотя эта девушка выглядела молодой, она была далеко не проста.

Он засунул деньги в карман, решив, что ни в коем случае не покажет того факта, что девушка по имени Шао Сюэ вовсе не вывихнула лодышку.

Шао Сюэ выглядела не очень хорошо, даже после выхода из смотровой комнаты, ее лицо было немного бледное.

Шао Тяньцзе ждал их перед больницей, рядом с которой стоял частный автомобиль семьи Гу. Прохожий, который хорошо знал Шао Тяньцзе, остановился, чтобы поговорить с ним.

Когда Шао Тяньцзе увидел, что Сун Юньсюань выходит с Шао Сюэ, он поспешил вперед, чтобы спросить: "Что случилось с лодыжкой? Это серьезно?”

Шао Сюэ терпела боль и шла вперед, холодно отвечая: “Это не твое дело.”

Шао Тяньцзе замер с ошеломленным лицом.

Сун Юньсюань утешила его: "Господин, это несерьезно. Я помогла ей принять лекарство, расслабьтесь.”

Сказав это, она намеревалась пойти за Шао Сюэ.

Шао Тяньцзе резко сказал ей: "Подождите минутку, пожалуйста.”

Сун Юньсюань остановилась и повернулась к нему.

Шао Тяньцзе вышел вперед и торопливо достал из внутреннего кармана пиджака золотую визитную карточку. “Это моя визитная карточка. Если есть какие-либо проблемы с травмой Шао Сюэ, пожалуйста, сообщите мне.”

“Хорошо.” Сун Юньсюань кивнула ему, а затем посмотрела на имя на визитной карточке, показывая немного удивленное выражение. “Вы председатель правления компании Гу?”

“Да.” Шао Тяньцзе кивнул. “Ты можешь прийти ко мне в любое время. Просто скажи моей секретарше свое имя.”

“Вы знаете мое имя, господин Шао?”

“Да, ты сестра Юньцзя.”

Сун Юньсюань засияла улыбкой на ее лице, но в глубине души она вздохнула - у него такая хорошая память, но нет пары мудрых глаз, которые могли бы заставить его видеть через умы людей.”

“Ладно, я собираюсь найти Шао Сюэ.”

“Будь осторожна.”

Сун Юньсюань обернулась и поспешила в погоню за Шао Сюэ. Она сжала эту карточку, пытаясь принять ее за кого-то другого, а затем раздавила.

Шао Тяньцзе наблюдал, как Сун Юньсюань уходит.

Внезапно к нему быстрым шагом подошла высокая женщина.

Она заметила, что Шао Тяньцзе смотрит куда-то вдаль. Она не могла удержаться, чтобы не посмотреть в ту же сторону. “На кого ты смотришь?”

Как только она разглядела две далекие фигуры, ее сердце бешено заколотилось, и она не смогла удержаться, чтобы не воскликнуть тихим голосом: “Сун Юньсюань!”

Ее голос вернул Шао Тяньцзе на землю. Он спросил: "Почему ты здесь?”

“Ну” - она покраснела, - я слышала от директора Чжана, что он видел тебя в дверях, и пришла найти тебя. Почему ты здесь? Ты не поранился?”

Шао Тяньцзе качает головой: "Нет, я в порядке.”

Сон Юньцзя немного успокоилась: "Итак, кто пострадал? Что ты здесь делаешь?”

Сун Юньцзя вспомнила выражение глаз Шао Тяньцзе, обращенных к Сун Юньсюань только что.

Он никогда не обращал внимания на второстепенных женщин. Но он только что так долго смотрел на ее сестру.

Шао Тяньцзе улыбнулся: "Это Шао Сюэ. Я привез ее в больницу к доктору.”

Сон Юньцзя удивилась: "Кто такая Шао Сюэ?”

Улыбка на его лице постепенно исчезла. Он ответил: "Она моя сестра.”

Прежде чем Сун Юньцзя оправилась от удивления, что у Шао Тяньцзе есть сестра, он повернулся к больнице и сказал: “Так как я здесь, я собираюсь навестить Чанлэ.”

Выражение лица Сун Юньцзя внезапно стало мрачным.

Чанлэ, Чанлэ.

Что? Он должен был специально приехать навестить Чанлэ. Все, что он имел в виду - это Гу Чанлэ.

Его глаза могут видеть только ГУ Чанлэ.

Сон Юньцзя стояла перед зданием больницы. Дул ветер, и ей становилось немного холодно.

Она подняла руку, чтобы поднять воротник, а затем вернулась в больницу.

Сун Юньсюань вызвала такси, чтобы отправить Шао Сюэ домой. Шао Сюэ все время была рассеянной.

Сун Юньсюань догадывалась, о чем она думала. Она сказала спокойным голосом: "Деньги могут свести людей с ума. Это предложение уже давно начало популяризироваться.”

Шао Сюэ кивнула: "Я знаю.”

Вот почему ее родители были убиты.

Теперь она должна принять правду. Только с помощью Сун Юньсюань она могла отомстить за своих родителей и упокоить их с миром.

Сун Юньсюань вернулась домой сразу после отправки Шао Сюэ.

Во второй половине дня Сун Юньцян отправился домой, чтобы сопровождать своего отца, если он не занят.

Чтобы помешать Сун Юньцяну узнать ее план, она должна была оставаться в своей комнате как можно больше, когда Сун Юньцян находился дома.

Когда она прошла через ворота, она увидела черный частный автомобиль на стоянке, роскошный автомобиль известной марки.

Она не проявила никакого интереса к этой машине и просто пошла в комнату, чтобы отдохнуть.

Служанка взяла ее пальто, с улыбкой напомнив Сун Юньсюань, которая поднималась наверх: “Мисс, Чайлд Чу пришел.”

Сун Юньсюань нахмурилась: "Почему он пришел сюда?”

Служанка тоже нахмурилась, изо всех сил стараясь вспомнить: “Кажется, он пришел для выяснения отношений.”

Услышав это, сердце Сун Юньсюань начало биться энергичнее. Она выглядела мрачной, а затем сразу же пошла к комнате Сун Яна на втором этаже.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 34. Сделать тебя женщиной

У Сун Юньсюань было очень неприятное чувство в ее сердце в связи с прибытием Чу Мочена.

Чу Мочен пришел для выяснения отношений.

Если бы старик знал, что Сюэ Тао был оглушен ею с бутылкой вина, он определенно отнесся бы к ней как к вредителю семьи Сун и убрал ее.

Нет, нет, абсолютно нет.

Она - Гу Чанге. Она никогда не позволит, чтобы ее план мести был разрушен подобным образом.

С грохотом она распахнула дверь.

Громкий звук резко отдался эхом в комнате старика.

Сун Ян и Чу Мочен, которые очень весело болтали в комнате, одновременно повернули головы к двери.

Сун Юньсюань стояла в дверях, свирепо глядя на Чу Мочена своими стальными глазами.

Чу Мочен встретился с ней взглядом. И он заметил явную враждебность в ее глазах. Он слегка покачал головой с чувством удивления: "Ты вернулась.”

Сун Юньсюань игнорируя его, прошла прямо в комнату. Чтобы успокоиться, она как можно тише закрыла дверь и подошла к своему отцу, Сун Яну.

- Юньсюань, почему бы тебе не поговорить с Моченом?- Сун Ян обвинил ее таким образом, что бы скрыть свою большую неприязнь к ней.

Он мог сказать, что Чу Мочен действительно интересуется этой маленькой дочерью. Если он проявит какое-либо отвращение к ней перед Чу Моченом, семья Чу будет иметь плохое впечатление о семье Сун после того, как они свяжутся браком.

Из-за этого отношение Сун Яна к Сун Юньсюань было намного добрее, чем обычно.

Услышав голос своего отца, Сун Юньсюань слегка удивилась. Вскоре после этого она поняла, о чем думал ее отец.

Раньше она столько лет крутилась в коммерческом кругу Юньчэна. Так что она юыла слишком хорошо знакома с играми в больших семьях. Сун Ян сегодня изменил свое отношение. Она легко догадалась, что это из-за Чу Мочена.

Она повернула голову, намеренно глядя на Чу Мочена.

У Чу Мочена красивое лицо, мускулистые плечи и прямая спина. Когда он заметил, что Сун Юньсюань смотрит на него, он мягко приподнял свои губы и улыбнулся гармонично и очаровательно.

Мужчины лет тридцати или около того, которые происходят из известной семьи, имея все три фактора, которым девушки не могут сопротивляться, действительно привлекательны и превосходны.

Однако, это не для Сун Юньсюань.

Ее отец сидел в инвалидном кресле с мягким одеялом на ногах. Она аккуратно закуталась в юбку и опустилась на колени перед его инвалидной коляской, но не со смиренной позой, а с сыновней.

- Папа, ты сегодня выглядишь гораздо лучше.

Вступительные слова очень скучны, но она считала, что Сун Яну должны очень понравиться ее строки, которые могут показать сыновнее благочестие его детей, а также их нежность и деликатность.

Таким образом, это оценит Чу Мочен, когда увидит.

В более глубоком смысле, семья Чу предпочтет его, пока они смотрят на это.

Сун Ян кивнул и добродушно улыбнулся: "Юньсюань, папа сегодня намного лучше. Почему ты вдруг вошла, не постучав в дверь?”

“Я…”

Как только она собиралась заговорить, Чу Мочен сказал мягким голосом: “Боюсь, что Юньсюань знала, что я здесь, поэтому она забыла постучать в дверь.”

Этот ответ очень обрадовал Сун Яна: "Мочен, ты знаешь ее личность лучше, чем я. Она все еще держит меня в неведении.”

Смех Сун Яна действительно показывал его большую любовь к дочери, но то, что он сказал удивило Сун Юньсюань: “Папа, что ты имеешь в виду?”

Сун Ян покачал головой. Он сердился на преднамеренный обман своей дочери: “Юньсюань, так как жребий брошен, почему бы тебе не сказать папе? Папа не будет тебя винить.”

“Хм ... - она нахмурилась, удивляясь, почему ее отец так счастлив. - Папа, что ты хочешь этим сказать?”

Сун Ян серьезно посмотрел на Чу Мочена. - Мочен сказал мне, что вы познакомились в ту ночь, когда отправились на встречу с Сюэ Тао.”

Лицо Сун Юньсюань стало бледным.

Она откинулась назад в некотором удивлении. Чу Мочен тут же поддержал ее сзади, мягко говоря: “Пол холодный, вставай, продолжим наш разговор.”

Движения Чу Мочена были очень нежны, но лицо Сун Юньсюань казалось бледным от холодного зимнего ветра.

Смысл предложения Сун Яна понять не так уж и сложно. Очевидно, он уже знал, что произошло той ночью.

Чу Мочен рассказал ему все.

Чу Мочен поддерживал Сун Юньсюань, чьи глаза мгновенно наполнились слоем тумана и гнева, как будто кто-то ударил ее по спине.

Она подняла руку, чтобы накрыть его ладонь своей. С негодованием в ее сердце, которое превратилось в силу, приложенную к ее ногтям, она сжала его большую руку так сильно, что рука Чу Мочена начала кровоточить.

Однако, несмотря на то, что она так старалась, Чу Мочен все еще сохранял приличную улыбку. Даже когда ее ногти впились в его кожу, он не хмурился.

Сун Ян не мог не кивнуть удовлетворенно, когда он обнаружил, что жест Чу Мочена, поднимающего ее, очень нежен.

Чу Мочен увидел бледное лицо Сун Юньсюань. Держа ее на руках, он сказал Сун Яну: “Я не думаю, что Юньсюань очень удобно, поэтому я лучше отправлю ее в комнату, чтобы она сначала отдохнула.”

“Все в порядке.” Сун Ян кивнул, глядя на бледное лицо Сун Юньсюань. Он заметил, что опущенные длинные черные ресницы слегка дрожат, как будто она испугана, скрывая выражение ее глаз. Он уверил ее, говоря: "Юньсюань, Мочен - ответственный человек. Поэтому тебе не нужно беспокоиться. Он сделал тебе предложение.”

Услышав это, тело Сун Юньсюань сильно задрожало. И она с подозрением посмотрела на Чу Мочена.

Чу Мочен заметил, что на ее бледном маленьком личике нет и следа удовольствия, зато есть чистый шок и легкая хмурость.

Так как Сун Ян был здесь, он должен был похлопать ее по спине и нежно утешить. “Хорошо, я расскажу тебе это наедине. Сначала я отправлю тебя обратно в твою комнату для отдыха.”

Сун Юньсюань не сопротивлялась. Ее вели, как овцу в сарай.

Сун Ян смотрел, как эти двое выходят. Любящая улыбка на его лице постепенно исчезла, а выражение глаз стало расслабленным и усталым.

- Мальчик из семьи Чу, кстати говоря, влюблен в дочь Кэйди.

Впечатление от матери Сун Юньсюань исчезло в его сознании, но он все еще смутно помнил прекрасный внешний вид маленькой звезды, когда она впервые появилась 18 лет назад.

Дочь семьи Сун выходила замуж за семью Чу, что также можно назвать восхождением на высокую ветвь. Дочь Фан Кэйди несколько полезна.

…

Когда Чу Мочен привел Сун Юньсюань в комнату, она была тиха и нежна, что так редко бывало.

Увидев ее в таком жалком виде, Чу Мочен не мог удержаться, чтобы не обнять ее сзади и нежно поцеловать в мочку уха после того, как он закрыл дверь.

С таким поцелуем, отпечатанным на мочке уха, Сун Юньсюань сразу же вернула ее разум.

Она развернулась и подняла руку, чтобы дать Чу Мочену большую пощечину.

К сожалению, в тот момент, когда она только подняла руку, Чу Мочен схватил ее за запястье своей сильной рукой, а затем толкнул, прижимая всем телом к стене.

“Ты, отпусти меня! Черт возьми! Хм ... А…”

Как бы она ни сопротивлялась, Чу Мочен схватил ее за руки и поднял их над головой. Он прижал свои тонкие губы к ее лицу и коже, даря ей обжигающие поцелуи.

Кожа у нее нежная, как фарфор.

Однако Сун Юньсюань отказывалась отвечать так же, как и другие женщины, которые жаждут быть поцелованными им.

Она избегала его поцелуя, крепко стискивая зубы и отказываясь позволить его поцелую вторгнуться в ее рот.

Когда Чу Мочен держал ее за мочку уха, Сун Юньсюань не смогла сдержать болезненный стон.

Вот как это было в ту ночь.

Во сне Чу Мочен также поцеловал ее в мочку уха.

С небольшой яростной ненавистью, он осыпал ей горячими и сексуальными поцелуями, как будто хотел проглотить ее.

С ней еще никогда не обращались так жестоко. Она повернула голову, желая что-то сказать.

Чу Мочен вдруг хрипло спросил: "Ты выйдешь за меня замуж?”

“Ты с ума сошел.”

Голос Сун Юньсюань слегка дрожал.

Она действительно чувствовала, что Чу Мочен сошел с ума.

Согласно обычаям семьи Чу, семья Чу объявляет о женитьбе на девушках только из влиятельных выдающихся семей в Юньчэне.

А Сун Юньсюань - просто незаконнорожденная дочь из семьи Сун.

Почему Чу Мочен мог сойти с ума? Это действительно потому, что ему нравится лицо Сун Юньсюань?

Как будто для того, чтобы понять ее внутренние мысли, Чу Мочен перестал целовать ее. Он слегка отстранился от нее с глазами спокойными и загадочными, как озеро, глядя в ее глаза: “Я хочу жениться на тебе, и это не из-за твоего лица.”

“Чу Мочен, - выдохнула она, даже с некоторым компромиссом, который не так легко было найти, - я знаю, что не могу изменить твое мнение сейчас. Если ты хочешь обнять меня, я не откажусь. Но ты все равно не можешь на мне жениться.”

“Я хочу жениться на тебе!” У него решительный голос.

Сун Юньсюань посмотрела на него так, словно не могла понять, почему он принял такое странное решение.

“Тебе нравится мое тело?”

“Конечно.” Чу Мочен не отрицал.

Сун Юньсюань сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Она начала раздеваться и сказала: "Я отдам его тебе.”

Чу Мочен сжал пальцами ее крошечный подбородок, чтобы заставить ее посмотреть ему в глаза. - Сун Юньсюань, ты не та женщина, которая пристает к мужчинам на улице. Прежде чем вы продадите свое тело, подумайте об этом!”

Глаза Сун Юньсюань были пусты, как будто это не он отражался в ее зрачках, хотя она смотрела прямо в его глаза.

- Ты можешь быть уверен, что с тех пор, как ты взял мою девственность, мое тело принадлежит только тебе. Ни один мужчина, кроме тебя, не может прикоснуться ко мне.

Да, так как она была дана этому человеку в первый раз.

Если позже этот человек не будет беспокоить ее, мешая ей отомстить, то можно ли дать ему еще несколько объятий?

Это просто игра во флирт, в которой нет настоящей любви.

Всегда будут жертвы на пути вперед. Это просто стоит или не стоит быть принесенным в жертву.

И Чу Мочен ... даже если он получит ее тело сегодня бесплатно, возможно, ему все равно придется заплатить за него позже.

Ее глаза сузились, в них промелькнул холодный свет.

Чу Мочен уловил холодный свет в ее глазах, стискивая зубы от ненависти: "Сун Юньсюань, ты вообще не женщина!”

Сун Юньсюань почувствовала себя смешно: “Кто же я тогда?”

“Дьявол.” Он раздвинул свои тонкие губы и с силой выдавил слова.

После секундного колебания Сун Юньсюань рассмеялась: “Ты прав, Чу Мочен.”

Чу Мочен ненавидел ее так сильно, что взял на руки, подошел к кровати и тяжело бросил ее на кровать.

Не дожидаясь ее сопротивления, он наклонился и прижал свои тонкие губы к ее шее, которая напряглась, когда она тупо смотрела вверх. “Я сделаю из тебя настоящую женщину.”

Нежную и счастливую женщину, которая будет только учить своего сына и служить её мужу, и которая не будет вовлечена в дотошный расчет других.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 35. Воплощение дьявола

Действия Чу Мочена становились бессознательно грубыми.

Скованная им, Сун Юньсюань не могла не кусать нижнюю губу от болезненных ощущений его пальцев на тонкой фарфоровой коже.

Обжигающий поцелуй Чу Мочена упал на ее гладкое и чувствительное плечо. И нежный укус его прекрасных зубов заставил ее вскрикнуть.

Она особенно чувствительна к боли.

Хотя плечо слегка покусано, кожа покраснела, когда Чу Мочен встал и посмотрел на него.

В глазах Чу Мочена горело жгучее желание, когда он разглядывал ее полуобнаженное тело и растрепанные волосы.

Сон Юньсюань хотела свернуться калачиком. Но Чу Мочен снова прижался губами к ее шее и спросил: “Тебе больно?”

“Отпусти меня... - выдохнула она. Она была похожа на рыбу, вытащенную из воды. Он снова поцеловал её. Она подавила слезы, упрямо требуя: "Отпусти меня.”

“Ты хочешь, чтобы я был нежным?”

“Отпусти меня! - Она громко закричала хриплым и усталым голосом: "Отпусти меня!”

Она попыталась вырвать свои руки из его рук и вырвать свое тело из-под его контроля.

Глядя на ее бешеную сопротивляющуюся внешность, Чу Мочен увидел, что ее глаза которые редко бывают красными, сверкают слезами. Это заставляло людей чувствовать, что она так же жалка, как оторванный цветок после дождя.

"Юньсюань…”

“Отпусти меня!- Она просто слепо повторяла эту фразу.

Чу Мочен неохотно продолжил. В конце концов, ей всего восемнадцать лет, она невинная девочка. Нет никакой необходимости завоевывать ее таким грубым и жестоким способом.

Однако до тех пор, пока жалкие слезы в ее глазах не рассеются, она станет железной леди, которая слишком холодна, чтобы к ней подходили, как будто у нее нет личных желаний.

Его пальцы медленно разжались.

Сун Юньсюань встала с постели, ее одежда растрепана, а нижнем белье почти расстегнуто.

Она быстро накинула одежду на плечи, пытаясь вскочить с кровати и выйти из комнаты, даже не поправив растрепанные волосы.

Как только она встала с постели, из ее кармана внезапно выпала золотая карточка.

Она бессознательно посмотрела вниз и наклонилась, чтобы поднять её.

Но он взял золотую карточку своими длинными пальцами раньше нее.

Мгновение она колебалась, а затем посмотрела на человека, который взял карточку.

То, что она встретила - это пугающие глаза Чу Мочена, полные гнева.

На мгновение ей кажется, что мужчина хотел до смерти задушить её.

Впервые с момента своего перерождения у нее появилась идея убежать.

Она невольно сделала шаг назад.

Слегка прищурившись, Чу Мочен ясно прочитал слова на карточке.

После этого он не приблизился к ней с подавляющим давлением, но сказал холодно: “Где ты взяла визитную карточку Шао Тяньцзе?”

Она остановилась, упрямо и высокомерно: "Мне не нужно объяснять тебе это.”

“Приезжай, и я дам тебе свою визитку.- Он посмотрел на карточку. И в уголках его губ появилась улыбка. Это слабая улыбка, как будто он хочет сделать все возможное, чтобы быть нежным, но в его глазах лишь кровожадное желание дикого животного.

Сун Юньсюань не хотела ни возвращаться, ни убегать из этой ситуации.

Она медленно протянула руку и подняла ее дюйм за дюймом.

Тонкие пальцы, белые, как лук-шалот, несли в себе мягкую и грациозную женственность. Но обладательница руки была полна решимости испортить естественную красоту своего тела.

Когда она протянула руку, чтобы попросить эту визитную карточку, пламя в сердце Чу Мочена вырвалось наружу.

Как только он бросил карточку и схватил ее за руку, она оказалась в его объятиях. - Ты не пожалеешь усилий, чтобы соблазнить Шао Тяньцзе? - его голос был мрачен, как темные тучи, грохочущие возле ее ушей.

Сердце Сун Юньсюань внезапно сжалось, и ее зрачки сильно затряслись. Затем, медленно, она ответила: “Да.”

Этот ответ стал взрывателем, который измельчил оставшуюся нежность сердца Чу Мочена в пепел.

Чу Мочен использовал свои мощные руки, чтобы поднять ее, но она изо всех сил пыталась сбежать от него.

Однако в этот момент человек сорвал с себя всю свою учтивую маскировку, делая молчаливое осуществление самого выгодного действия.

Она отказывалась подходить к кровати. Поэтому он просто прижал ее к стене. Держа ее за талию, без всякой жалости, он проник прямо в ее мир.

Она почувствовала головокружение, как будто потолок завращался, плача хрипло и отчаянно, и прося мужчину отпустить ее.

Но то, что звенело в ушах - все более отчетливый тяжелый вздох.

Хриплый и безумный.

Воздух был полон совершенно безумного человеческого рева хрипоты.

Сун Юньсюань не выдержала боли, и в конце концов потеряла сознание.

Перед тем как упасть в обморок, она запомнила, как к ее бровям прилипли теплые губы. И он хрипло пробормотал: "Ты сводишь меня с ума... Чанге.”

Чанге…

Гу Чанге.

Когда она была еще Гу Чанге, она никогда до конца не понимала, что за человек Чу Мочен. Даже она не могла себе представить, что у него может быть такая пугающая сторона.

Просто потому, что он мужчина.

Человек, который диаметрально отличался от Шао Тяньцзе.

И снова она страдала от своего кошмара. Растерянная, извиваясь всем телом, она пыталась прикрыть сердце обеими руками.

Она чувствовала, как кто-то режет ей сердце ножом, оставляя большую дыру, в которую дует холодный ветер.

Она плакала и печально кричала: "Нет... нет! Нет!”

Рядом с ней кто-то держал ее за руку. Она чувствовала, как к ее лицу прикасается теплая ладонь. И голос настойчиво звал ее: “Юньсюань, Юньсюань?”

“Чанге? Чанге?”

Когда эти два имени перекрывались, она понятия не имела, кто называл ее Гу Чанге или Сун Юньсюань.

Она просто пыталась увидеть глаза человека с окровавленным лицом и ножом в руке.

“Нет... нет, я убью тебя... я убью тебя!”

“Юньсюань!”

Внезапно раздался резкий крик.

Она внезапно открыла глаза.

Парой глаз, словно возродившихся после смерти, она посмотрела на мужчину, чьи плечи были обнажены перед ней.

Мужчина вздохнул с облегчением, заметив, что она просыпается. Он дотронулся пальцами до ее щеки, успокаивая ее так нежно, как только мог: “Тебе приснился кошмар? Не бойся, я с тобой…”

“Бах…”

Без всякого предупреждения она быстро встала и дала мужчине пощечину. Она просто ударила мужчину, который был спокоен, и только что разбудил ее от кошмара.

Чу Мочен вздрогнул, чувствуя на лице жгучую боль.

Это уже не первый раз, когда Сун Юньсюань ударила его.

Сон Юньсюань успокоила свое расстройство дыхания, вызванное кошмарами. Она подняла простыни, подобрала с пола одежду и начала ее надевать. - Ты получил то, что хотел, а теперь иди, я не хочу тебя видеть.”

“Ты так громко кричала вчера вечером, что твоя семья уже знает, что произошло.”

Сун Юньсюань крепко стиснула зубы, и ее ресницы опустились вниз. Она на мгновение встала в ступор и не знала, что ответить.

Это просто чувство стыда, с головы до пят.

Похоже, Чу Мочен не хотел одеваться и уходить. “Даже если бы раздался твой плач, никто не постучал бы в дверь, чтобы остановить меня.”

“Никто не может остановить животных.”

“Они вообще о тебе не заботятся.”

Он дошел до сути, разоблачая слабость Сун Юньсюань.

Она повернула голову с сердитым выражением лица. Резкий свет в ее глазах почти съел Чу Мочена живьем.

Чу Мочен вздохнул, и его густые черные волосы беспорядочно упали на лоб. Несколько прядей покрыли его глаза.

“Если ты выйдешь за меня замуж, я позабочусь о тебе.”

“Не говори больше ничего. Если ты сейчас же не уйдешь, я вызову полицию. И они арестуют тебя за изнасилование!”

Чу Мочен не мог сдержать смешок. “Если только ты не хочешь уничтожить себя.”

Да, ее единственная ценность сейчас - это выйти замуж за Чу Мочена.

Если она потеряет свою ценность, семья Сун покинет ее без колебаний.

Сун Юньсюань была поймана, стоя на месте в течение некоторого времени и не в состоянии двигаться.

Чу Мочен играл против нее с самого детства. Наконец, он победил.

Он встал с кровати. Его тело сильное, стройное и сексуальное. Тем не менее, в глазах Сун Юньсюань, это не являлось привлекательным.

Чу Мочен накинул ей одежду на плечи и потянул обратно к кровати. Она села на кровать, и он наклонился, чтобы посмотреть на нее сверху внизу. “Юньсюань, я знаю, что ты не обычная женщина.”

Конечно, она особенная женщина. Она прожила достойную жизнь, но закончила ее со сломанными ногами и вырванным сердцем. Как она могла хотеть снова стать обычной?

"Но Юньсюань, ты не можешь достичь своей конечной цели своими собственными силами.”

Сун Юньсюань не могла удержаться от смеха и посмотрела на него с презрением: "Неужели я должна зависеть от тебя?”

“Ты хочешь всю семью Сун, не так ли?”

Улыбка Сун Юньсюань на ее лице стала сдержанней.

Она знала, что этот человек видел ее насквозь, он мог остановить ее.

“Я не буду стоять у тебя на пути.”

Сун Юньсюань спросила: "Чего ты хочешь?”

“Не разрушай себя.”

Чу Мочен сделал серьезное выражение в своих глазах.

Глядя на его лицо, Сун Юньсюань вспомнила, что когда ей было восемнадцать лет, она улыбалась под пристальным вниманием СМИ, держа в руках соглашение о разделе имущества, подписанное ее отцом.

В это время Чу Мочен, который пришел на ее день рождения, посмотрел на нее мрачным взглядом и ничего не сказал.

Она была так счастлива. Но в конце мероприятия, когда он пронесся мимо нее, он оставил ей несколько простых слов: "Не разрушай себя.”

Однако в конечном итоге она была разорена.

Она была уничтожена мужем, человеком, который жаждал колоссального состояния ее семьи.

Никто не помог ей и не остановил ее падение.

Теперь, когда она не верила в мужчин, как она могла уничтожить себя?

Она не могла понять это.

Однако Чу Мочен поднял руку и нежно поцеловал её безымянный палец: “На этот раз я остановлю тебя.”

Сун Юньсюань посмотрела на мужчину, который смотрел на нее сверху вниз. На мгновение она забыла убрать свою руку от него.

Чу Мочен.

Он говорит, что остановит ее.

Как он может остановить ее?

Ее ненависть заставляет ее броситься вперед, даже если она будет раздавлена на куски.

Ее жажда мести слишком сильна, чтобы ее можно было остановить. Она похожа на летящую бабочку, бросающуюся в огонь.

Если только кто-нибудь не сломает ей крылья.

Но, возможно, ее крылья давно исчезли, и она стала непобедимым дьяволом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 36. Подарок для нее

Сун Юньсюань не выходила из комнаты до следующего дня.

Но когда она вышла поесть, слуги дома проявляли к ней больше уважения. Сун Юньин намеренно ждала на диване в гостиной, когда она вернулась в родительский дом.

Когда Сун Юньин разговаривала со своим старшим братом, она заметила Сун Юньсюань, идущую в столовую. Поэтому она поспешно встала и последовала за ней с саркастическим выражением лица.

Сун Юньцян хотел остановить Сун Юньин, но напрасно.

Сун Юньсюань пришла на кухню. Служанка достала из холодильника ее обед и поставила его в микроволновую печь, чтобы разогреть.

Без макияжа на лице Сун Юньсюань сидела за обеденным столом и читала газету.

Прежде чем она закончила читать заголовки, Сун Юньин вытащила стул и села напротив. Тонким голосом она насмехалась: "Юньсюань, как ты все еще можешь читать газету в это время?”

Сун Юньсюань подняла голову и посмотрела на нее. “Сестра, я не такая, как ты. С моей стороны, тут особо не о чем беспокоиться.”

Сун Юньин улыбнулась и сказала: “Да, похоже, ты собираешься замуж в семью Чу. Такая великая семья стоит выше, чем семья Сун. О чем ты беспокоишься?”

После этого она раздраженно вздохнула: "Я не могу с тобой сравниться, но…”

Она обернулась и улыбнулась: "Сюэ Тао также не может сравниться с Чайлдом Чу. Посмотри на свои опухшие глаза. Ты сильно плакала прошлой ночью?”

То, что она говорила, действительно раздражало Сун Юньсюань, которая закрыла газету, глядя в глаза Сун Юньин. “Сестра, если у тебя есть время, тебе лучше потратить его на размышления о том, как жить в будущем, а не сплетничать здесь. Кроме того, ты беременна. Вы должны хорошо использовать свою энергию, чтобы сделать некоторый дородовой уход вместо того, чтобы насмехаться надо мной, чтобы ваш ребенок не стал плейбоем, который обманывает свою жену в будущем.”

Ее замечания подразумевали мужа Сун Юньин, Сюэ Тао.

Выражение лица Сун Юньин изменилось. Она хлопнула ладонью по столу: "Юньсюань, хватит говорить мне о Сюэ Тао. Во время беременности я буду терпеть его измены. Но ты. Ты потеряла девственность еще до свадьбы. Позже…”

Сун Юньцян поспешил на кухню. Он знал, что его сестра, Юньин, обязательно скажет какие-нибудь гадкие слова.

В спешке он хотел закрыть рот своей сестре. К сожалению, Сун Юньсюань встала и вылила всю чашку молока на лицо Сун Юньин, прежде чем она закончила говорить предложение.

Молоко пролилось на ее лицо. Вторая половина предложения Сун Юньин застряла в ее горле. Она была на грани истерики.

Но Сун Юньцян прикрыл рот Сун Юньин, не давая ей говорить: “Успокойся. Юньсюань - это твоя сестра. Не стоит говорить о ней гадости.”

Сун Юньсюань бросила взгляд на Сун Юньцяна, и ее лицо похолодело: “Старший брат, моя сестра говорила не очень хорошие вещи. Может быть, это неуместно для меня?”

Сун Юньцян поспешно кивнул: "Нет, все в порядке. Твоя сестра действительно говорила грубые слова. Наслаждайся своим обедом, я пойду с твоей старшей сестрой первым.”

Сун Юньцян насильно утащил Сун Юньин прочь.

Увидев, что оба человека уходят, Сун Юньсюань села на стул, ее пальцы слегка дрожали.

Она не была поймана на этом виде проблемы в своей предыдущей жизни, когда она была Гу Чанге. Но теперь именно из-за Чу Мочена она стала посмешищем.

Заметив, что Сун Юньсюань находится в плохом настроении, служанка поставила перед ней поднос с обедом: “Хорошо поешьте.”

А потом она сознательно ушла.

Сун Юньин была вытянула Сун Юньцяном. Её глаза были красными от ненависти и ревности.

После того, как Сун Юньцян был уверен, что он достиг места, где его слова не будут услышаны Сун Юньсюань, он отпустил свою руку.

Сун Юньин потянула руку Сун Юньцяна вниз и сердито посмотрела на своего старшего брата. “Ты видишь, что Сун Юньсюань, маленькая сучка, так высокомерна? Как она посмела пролить на меня молоко?!”

Говоря это, она коснулась своих волос и воротника.

Действительно, этот стакан молока, пролитый на тело Сун Юньин, сделал ее мокрой насквозь. С ней так не обращались уже больше двадцати лет.

Ее грудь сильно вздымалась от гнева.

Сун Юньцян вышел, чтобы взять полотенце для нее, вздыхая и мягко советуя ей: “Ты знаешь, семья Сун не может позволить себе оскорбить семью Чу вообще! Поскольку Юньсюань стала любовницей единственного сына семьи Чу, ты должна перестать беспокоить ее и следить за своим ртом, когда разговариваешь с ней.”

Сун Юньин усмехнулась: "Кто знает, что не так с единственным сыном семьи Чу? Разве ты не говорил также, что слышал, как она плакала в своей комнате прошлой ночью?”

Сун Юньцян почувствовал себя немного неловко из-за того, что он подслушал разговор других людей прошлой ночью. Потирая нос, он объяснил: "Юньин, просто подумай об этом. Единственный сын семьи Чу никогда не имел никакого сексуального скандала или сплетен. Возможно, он все еще девственник. Так что, если ему понравилась Юньсюань, он постарается заполучить ее любыми средствами. Юньсюань все еще молода, и это могло ей не понравиться.”

Сун Юньин тихо сказала: "Возможно, единственный сын семьи Чу хочет испытать что-то новое. Если ему надоест играть, она больше не понадобится.”

"Юньин, - сказал Сун Юньцян, - семья Чу официально объявила сегодня утром, что их единственный сын собирается обручиться с младшей дочерью семьи Сун.”

Рука Сун Юньин, которая вытирала волосы, стала жесткой, как будто ее ударил гром. Она посмотрела на своего старшего брата невероятно подозрительно: "Он серьезно?”

Сун Юньцян кивнул со сложными чувствами: "Я только что сказал, что ты должна подумать о нашей семье. Не будь ее врагом, так как текущая ситуация отличается от прошлого.”

Сун Юньин почувствовала, что в одно мгновение весь мир превратился в черноту.

…

Пресс-конференция только что закончилась.

Чу Мочен, одетый в приталенный костюм, сидел в частном автомобиле, который уже давно был подготовлен.

Водитель на переднем сиденье спросил: "Чайлд Чу, ты хочешь поехать в семью Сун?”

Чу Мочен, немного удивленный, улыбнулся: “Не сегодня, давай сначала пойдем к Гу.”

Сун Юньсюань не хотела бы его сейчас видеть. Когда он ушел сегодня утром, Сун Юньсюань все еще спала со слезами, выступившими из ее глаз и увлажнившими ее подушку.

Он не знал, действительно ли она спит, но она вздрогнула, когда он нежно поцеловал ее в щеку.

Может быть, то, что случилось прошлой ночью, заставит Сун Юньсюань очень сильно его ненавидеть.

Однако он ясно знал, что если бы он этого не сделал, Сун Юньсюань вообще не оставила бы имя Чу Мочен в своей жизни.

Она очень похожа на Гу Чанге.

Он знал Гу Чанге более десяти лет, она бессмысленно планировала свою жизнь, и решительно отказывалась позволить кому-либо критиковать себя.

Но он чувствовал, что она не чувствовала себя защищенной в течение всей своей жизни.

Она все делала сама, преодолевая препятствия в одиночку. И никто никогда не стоял перед ней и не подавал ей руки.

Когда она умерла, ей было очень одиноко.

Когда Чу Мочен подумал об этом, его ресницы слегка опустились и в глазах на мгновение появилось сострадание, которое быстро рассеялось, как порыв ветра.

Он знал, что в его жизни имя Гу Чанге может быть похоронено только в его сердце.

Потому что эта женщина мертва и никогда больше не появится.

Однако с Юньсюань он чувствовал, что Гу Чанге ожила.

У него было сильное побуждение встать перед ней, гарантируя ей счастливую жизнь, которая диаметрально отличалась бы от той, что была у Гу Чанге.

Он хотел, чтобы эта женщина провела свою жизнь по-другому.

В какой-то степени он считал, что Гу Чанге - это Сун Юньсюань.

Она еще не умерла.

Мысли медленно унеслись прочь, когда машина медленно остановилась.

Голос водителя донёсся спереди: “Чайлд Чу, мы приехали к дому Гу.”

То, что он называл домом Гу, - это не дом Гу, а офисное здание Гу.

Когда Чу Мочен вышел из машины, Шао Тяньцзе просто спускался вниз.

Это идеальное совпадение.

Чу Мочен даже подумал, что Шао Тяньцзе намеренно создал такое совпадение.

Шао Тяньцзе имел элегантный и красивый внешний вид. Увидев Чу Мочена, он подошел к нему, чтобы нежно пожать ему руку.

Пальцы обоих мужчин были сжаты вместе, что казалось прекрасной картиной для людей рядом с ними, но оба они не могли не испытывать благоговения друг перед другом.

Четыре глаза встретились, Шао Тяньцзе начал первым: “Давно не виделись, Чайлд Чу.”

Чу Мочен отвел руку: "Не совсем так. У меня просто была своего рода дружба с бывшим председателем Гу.”

Глаза Шао Тяньцзе потускнели:” Извините, что не сообщил вам, Чайлд Чу, когда умерла моя жена.”

“Ну и ладно. Поскольку человек мертв, соболезнование - это просто тривиальный ритуал, который не может вернуть ее обратно.”

Чу Мочен не проявлял много сантиментов, это безразличие впечатлило Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе протянул руку: "Чайлд Чу, сюда, пожалуйста. Что касается слияния косметических агентств, то я предложил акционерам подождать в конференц-зале для обсуждения.”

Чу Мочен кивнул, сопровождаемый профессиональными секретарями и персоналом, он вошел в офисное здание небоскреба Гу.

Встреча длилась уже более часа. И многие акционеры решительно выступали против слияния Агентства красоты Тяньсян. Однако люди, привлеченные Чу Моченом, плавно решили проблему несколькими предложениями.

Шао Тяньцзе всю дорогу хмурился.

Собрание затягивалось, Чу Мочен внезапно встал и сказал: “Поскольку вы не можете принять решение, давайте на этом закончим. Чу не нужно брать это агентство красоты.”

Как только люди, привезенные Чу Моченом, услышали его слова, они начали собирать документы.

Шао Тяньцзе вышел вместе с Чу Моченом. Когда он уходил, то смотрел на истощенных акционеров, которые потели над отрицанием слияния. Он слегка сдерживал выражение своих глаз.

После ухода Чу Мочена и Шао Тяньцзе, все акционеры вздохнули с облегчением: “Наконец-то мы не разочаровали председателя Шао.”

Рядом кто-то пил чай. Он вздохнул: " Я действительно не знаю, насколько Чу сумасшедшие, чтобы вдруг взяться за Агентство красоты.”

Люди рядом с ним покачали головами, не в силах угадать идею единственного сына семьи Чу.

Шао Тяньцзе покинул конференц-зал вместе с Чу Моченом, несколько смущенный: “Чайлд Чу, эти акционеры, оставленные Чанге, в основном упрямые старые люди. Они считают, что промышленность Чанге не может быть объединена с другими компаниями.”

Чу Мочен кивнул: "Я понимаю стиль Чанге, и я также ожидал, что ваши акционеры не отпустят это так легко.”

“Простите, что ваши усилия напрасны.- Шао Тяньцзе притворился, что ему жаль.

В это время Чу Мочену передали звонящий телефон. Чу Мочен повесил трубку, издав несколько согласных звуков. Но когда он снова посмотрел на Шао Тяньцзе, его глаза сияли от удовольствия: “Хорошо, это не все бесплодно.”

Шао Тяньцзе на мгновение смутился: “Я не знаю, зачем Чайлду Чу нужно это Агентство красоты?”

Чу Мочен слегка приподнял губы: "Я хочу сделать подарок на помолвку моей невесте.”

Шао Тяньцзе еще не до конца понял, кто такая невеста Чу Мочена, как Чу Мочен попрощался и ушел.

Сразу после этого появился помощник, который торопливо прошептал Шао Тяньцзе на ухо: “Председатель Шао. Чу только что купили салон красоты, о цене которого вы вели переговоры с владельцем в течение трех месяцев.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 37. Салон «Венера»

Шао Тяньцзе мгновенно посинел лицом.

Он повернул голову в ту сторону, где исчезла машина Чу Мочена, и внезапно осознал: “Он просто сделал ход.”

Чу Мочен знал, что он не в состоянии успешно купить салон Тяньсян. И он приехал сюда только для того, чтобы сорвать поездку Шао Тяньцзе, в то время как его люди покупали то агентство красоты, которое ему нравилось.

Секретарь рядом с ним сказал с сожалением: "Если вы сдержите свое обещание, посетив встречу вовремя, возможно, мы сможем успешно купить салон Венера.”

“А теперь что толку жаловаться на это?”

Он негодовал на своего помощника.

Помощник тоже посинел лицом. Когда его так критиковали, он должен был склонить голову.

Шао Тяньцзе ушел прочь. Взглянув на его спину, помощник не мог не сожалеть: "Если бы председатель Гу все еще была здесь, она никогда бы не изменила свое расписание ради Чайлда Чу.”

Были причины для того, чтобы Шао Тяньцзе изменил свой план для Чу Мочена.

По крайней мере, когда он лично приветствовал Чу Мочена, он мог ясно увидеть, как относится Чу Мочен к новому владельцу семьи Гу.

Но теперь казалось, что Чу Мочен не хочет мирно сосуществовать с ним.

Он безжалостно лишил его верного шанса в первом же раунде.

Шао Тяньцзе был немного раздражен и его глаза показывали его пламенные эмоции. В его увлеченных глазах не было видно никаких умеренных чувств.

Шао Тяньцзе больше не появился в конференц-зале, где ждали акционеры. Только помощник пришел сообщить, что встреча окончена.

…

Сун Юньсюань на некоторое время зависла в столовой после ужина, а затем вернулась в свою комнату с непроницаемым лицом.

Сун Юньин сердито вернулась в дом своей свекрови. Она задыхалась от безмолвной ярости, прежде чем уйти.

В конце концов, семья Чу - это большое дерево, на которое семья Сун хотела взобраться.

Семья Чу имела прочную основу в Юньчэне. За исключением индустрии Гу, чьим мастером была Гу Чанге, другие отрасли промышленности являлись просто тривиальными факторами по сравнению с семьей Чу.

Это шокировало, что единственный сын семьи Чу полюбил младшую дочь семьи Сун.

Считалось, что дамы из высшего общества должны заскрежетать своими серебряными зубами от зависти, когда они услышат эту новость.

Однако счастливая собака кажется несчастной.

Увидев, что Сун Юньсюань возвращается в свою комнату с холодным лицом, Сун Юньцян пошел в комнату своего отца, чтобы поговорить с ним.

“Папа, Юньсюань совсем не выглядит счастливой.”

Сун Ян ответил холодным тоном, как будто избавляясь от мусора: "Счастливая или нет, у нее нет выбора”

“Хорошо.” Сказал Сун Юньцян, а затем рассказал Сун Яну о том, что Сун Юньсюань пролила стакан молока на Сун Юньин.

Сун Ян сказал с презрением: "У Юньин нет мозгов, как она могла небрежно сказать такую гадость. Ведь она еще очень молода.”

Сун Юньцян озабоченно кивнул: "Папа, ты думаешь, что Юньсюань не любит Чу? Я слышал ее прошлой ночью ... громко кричащую…”

Лицо Сун Яна было холодным: "Она очень молода. Если бы она росла в Юньчэне, то не была бы такой невежественной, как сейчас. И она должна быть счастлива выйти замуж за Чу Мочена, о чем мечтают все женщины в Юньчэне. Глупо с ее стороны отвергать его любовь.”

Сун Юньцян просто согласился со словами своего отца.

Устав от сидения, Сун Ян лег в постель с помощью Сун Юньцяна. Прежде чем отправить Сун Юньцяна, он сказал ему: “Семья Чу опубликовала объявление о браке. Но, не говорите Юньсюань ничего об этом.”

Сун Юньцян кивнул: "Папа, не волнуйся. Я буду следить за своим языком.”

Сун Ян удовлетворенно кивнул.

Вечером Юньчэн транслировал новости о раскрытии семьёй Чу брачных новостей.

В одно мгновение многие люди сделали телефонные звонки семье Сун, чтобы выразить свои поздравления.

Сун Ян лично ответил на несколько звонков, неявно выражая свою радость.

Сун Юньцян стал все более показным и высокомерным после получения поздравлений от своих друзей, которые являлись официальными лицами, детьми семей, занимающих официальные должности в течение нескольких поколений.

В одночасье, из-за брака, семья Сун подняла свой классовый статус.

В семье Сун Сун Юньсюань стала молодой леди, которая пользовалась дополнительной заботой семьи.

Ночью Сун Юньсюань снова страдала бессонницей. Она встала и подошла к ящику, ища снотворные таблетки.

Но она не смогла найти их. Она нетерпеливо смела все вниз с рабочего стола.

Звук падающих на землю предметов привлек внимание слуг снаружи, и вскоре в дверь постучали.

Сун Юньсюань не обратила на это внимания, но служанка за дверью тихо сказала: “Мисс, я принесла вам теплое молоко.”

Только тогда Сун Юньсюань открыла дверь. Когда она взяла молоко, она обнаружила, что это была служанка, которую она никогда не видела раньше.

У нее появились некоторые сомнения.

Служанке было за тридцать, у нее было круглое лицо и кроткие глаза, и она казалась доброй и честной женщиной.

Будучи тщательно изученной Сун Юньсюань, она сказала: “Я служанка, которая только что прибыла сюда сегодня. Я раньше была слугой в семье Чу.”

Сун Юньсюань сразу же подумала о Чу Мочене.

Она вернула молоко в руку служанки и холодно сказала: “Убери его, я не буду пить.”

После этого она захлопнула дверь.

Она не могла заснуть ночью. Ей пришла на ум визитная карточка Шао Тяньцзе. Она искала её в коробках и шкафах, а также на полу под кроватью.

Когда она встала на следующее утро, она была в плохом состоянии.

Сун Юньцян поприветствовал её.

Сун Юньсюань сказала несколько слов, а затем ушла, прихватив сумку.

Сун Юньцян внезапно сказал: "Юньсюань, в последний раз, когда ты сказала, что хочешь поступить в университет, я уже поспрашивал других об этом для тебя. Чайлд Чу сказал, что он может помочь с Бизнес-школой Юньчэна.”

Лицо Сун Юньсюань помрачнело только от слов «Чайлд Чу»: “Брат, давай поговорим об этом позже.”

Ей не нужно посещать бизнес-школу снова. И в последний раз, когда она упомянула об этом, она просто использовала это как предлог, чтобы выйти.

Со своей стороны, ее десятилетний практический опыт более полезен, чем посещение бизнес-школ.

Кроме того, она окончила известную школу.

После завтрака она надела пальто и отправилась в журнал Фаньсин. Когда она прибыла туда, она увидела автомобиль Шао Тяньцзе, припаркованный у двери.

Шао Тяньцзе разговаривал с секретарем перед зданием офиса. Он прервал разговор, чтобы подойти к ней, увидев, как Сун Юньсюань выходит из такси.

“Мисс Сун?”

Сун Юньсюань удивилась.

Шао Тяньцзе быстро пересек улицу. Заметив ее удивленный взгляд, он улыбнулся и сказал: “Извините, что беспокою вас. Передай это Шао Сюэ, спасибо.”

Затем он протянул бумажный пакет.

Заглянув в бумажный пакет, Сун Юньсюань увидела новый мобильный телефон, выпущенный за рубежом, который настолько дорог, что пользователи сети шутят, что им почти приходится продавать свои почки, чтобы купить его.

Она не могла удержаться от смеха: “Председатель Шао действительно заботится о своей сестре.”

Когда же будет разорвана маска нежного старшего брата Шао Тяньцзе?

Пока она думала об этом, она не могла не ждать с нетерпением этого дня.

Шао Тяньцзе кивнул, отдавая бумажный пакет. - Благодарю вас!”

“Всегда пожалуйста.”

Сун Юньсюань направилась в журнал Фаньсин.

Шао Тяньцзе вернулся, чтобы продолжить давать поручения своему секретарю. Но когда Шао Тяньцзе собирался сесть в машину, секретарь неожиданно неуверенно сказал: "Эта девушка, вероятно, самая младшая дочь семьи Сун.”

“Да.”

Шао Тяньцзе кивнул.

“Так это была невеста Чу Мочена, она хорошенькая.”

Услышав это, Шао Тяньцзе удивленно сощурился на секретаря.

Секретарь почувствовал, что взгляд председателя не является хорошим знаком, поэтому он резко замолчал.

Шао Тяньцзе обернулся и посмотрел на журнал напротив. Глаза у него темно-черные. “Она что, невеста Чу Мочена?”

Казалось, что вещи начинали становиться интересными.

Он делал свой хитрый расчет, вращая глазами. Секретарь ничего не ответил.

Сун Юньсюань вручила Шао Сюэ бумажный пакет, который передал Шао Тяньцзе.

Глядя на новый мобильный телефон внутри, Шао Сюэ не проявила никакого интереса.

Сун Юньсюань напомнила ей: "Только обезьяны в зоопарке не имеют тщеславия. Ты меня понимаешь?”

Шао Сюэ беспомощно взяла мобильный телефон и начала его проверять.

Сун Юньсюань была очень довольна, Шао Тяньцзе надеялся, что его сестра будет куплена предметами роскоши.

Тогда он не будет предвидеть кризис, по крайней мере, он не будет чувствовать, что его сестра враждебна к ему, чтобы отомстить за родителей.

Он действительно "хороший" брат, который знал, как использовать высококачественные предметы роскоши, чтобы рассеять ненависть своей сестры.

Сун Юньсюань вошла в кабинет. Сяо Хонг, главный редактор, пришла к ней на разбор работы журнала за последние дни и с последним отчетом, который Сун Юньсюань запросила.

Переворачивая бумаги, Сяо Хонг объясняла ей: "Наиболее известное агентство красоты Юньчэна - это не что иное, как салон Тяньсян, потому что он принадлежит промышленности Гу. Председатель Гу, Гу Чанге, придавала большое значение салону Тяньсян и почти сделала его монополией в косметической промышленности.”

Сон Юньсюань кивнула: "Я слышала, что Венера тоже делает хорошую работу.”

Сяо Хонг согласно кивнула: "Салон Венера также является известным агентством красоты в Юньчэне. Но из-за несчастного случая, случившегося ранее, он уже два года находится в судебном разбирательстве. Так что, его популярность снизилась. Даже сейчас он не полностью восстановился. А в последнее время ходят слухи, что Венера будет куплена компанией Гу.”

Сун Юньсюань посмотрела холодно: "У Гу, кажется, хороший аппетит.”

Сяо Хонг улыбнулась: "Потому что у нового председателя Гу есть хорошие стратегии.”

Сон Юньсюань усмехнулась: "Рейтинг салонов красоты будет показан в следующем номере. Идите, чтобы обсудить с редакторами, но…”

Она посмотрела на Сяо Хонг и сказала: "Сосредоточьтесь на несчастном случае в салоне Венера. Знаете, люди в одной профессии любят намеренно очернять друг друга, не так ли?”

Сяо Хонг нахмурилась: “Но…”

Сун Юньсюань улыбнулась, и ее глаза были так же глубоки и спокойны, как озеро: “Единственным противником Венеры можно считать салон Тяньсян, который выиграл свой рынок, когда Венера упала.”

Сяо Хонг удивилась. Глядя на Сун Юньсюань, она мгновенно поняла значение её слов.

В глубине ее сердца поселился холодок.

Она не знала, что эта молодая девушка действительно хотела сделать, взяв за цель салон Тяньсян.

Сяо Хонг, конечно, не будет просить многого.

Тем не менее, в тот момент, когда дверь офиса закрылась, Сун Юньсюань слабо улыбнулась: “Причина, по которой Венера идет вниз, заключается именно в том, что салон Тяньсян тайно размазывает его.”

Она все еще могла легко найти двух уродов, которые так упорно боролись против Венеры.

Однако она никак не могла предвидеть сегодняшнюю ситуацию, когда она изо всех сил пыталась испортить салон Венеры несколько лет назад.

Похоже, что ей нужно потратить некоторые усилия, чтобы исправить то, что она сделала в прошлом.

В противном случае она потеряет свой козырь в сделке с Шао Тяньцзе.

Пришло время для Шао Тяньцзе почувствовать вкус того, как Гу Чанге поднимает и опускает его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 38. Влюбленные соперники

После того, как журнал задал суть следующего номера, сотрудники были заняты.

Когда Сун Юньсюань собиралась покинуть офис во второй половине дня, Шао Сюэ скучала, оставив новый мобильный телефон в стороне.

Сун Юньсюань подошла к ней, взяла мобильный телефон, включила камеру и наклонилась к ней. Она показала на камеру и сказала: “Улыбнись, Шао Сюэ.”

Шао Сюэ, вероятно, нечасто улыбалась. Глядя в камеру, она натянуто улыбнулась.

Щелчок.

Фотография сделана. Сун Юньсюань посмотрела на изображение на экране своими черными зрачками, чувствуя, что две молодые девушки на картинке выглядели очень близкими друзьями.

На самом деле, никто не знает, сколько ненависти они имели, когда эта фотография была зафиксирована.

Не успела она положить телефон, как раздался звонок.

На нем нет имени звонившего, но это номер из этого города.

Сун Юньсюань уже догадалась, кто звонил, поэтому она сигнализировала Шао Сюэ, чтобы она ответила на звонок.

С сомнением Шао Сюэ сдвинула экран, чтобы ответить на вызов.

Раздался голос Шао Тяньцзе. Сун Юньсюань потянула ее в свой кабинет, заперла дверь и позволила ей включить динамик телефона.

Голос Шао Тяньцзе звучал очень отчетливо.

Сон Юньсюань была очень хорошо знакома с голосом Шао Тяньцзе. Даже когда она слышала первую половину его предложения, она могла догадаться, какой будет вторая половина этого предложения.

Голос Шао Тяньцзе был теплым: "Шао Сюэ, ты на работе?”

Шао Сюэ бросила взгляд на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань кивнула ей, прежде чем она ответила холодным голосом: “Только что закончила.”

“Может быть, я отвезу тебя домой и по дороге приглашу на ужин?”

У Шао Сюэ были подозрения, но Сун Юньсюань покаазала, что она должна согласиться.

“Хорошо.”

Ее голос все еще холоден.

Шао Тяньцзе спросил с беспокойством: “Тебе неудобно?”

“Нет, нет, я просто ухожу с работы и сейчас собираю вещи.”

Шао Тяньцзе улыбнулся: “Тогда я не буду тебя беспокоить. Я буду ждать у дверей вашего здания.”

“Хорошо.”

Шао Сюэ хотела повесить трубку. Но Сун Юньсюань услышала, что Шао Тяньцзе ещё не повесил трубку. Итак, она жестом попросила Шао Сюэ поговорить ещё.

Когда Шао Сюэ заметила, что палец Сун Юньсюань указывает на ее мобильный телефон, она добавила еще одно предложение: “Спасибо за сотовый телефон.”

Шао Тяньцзе ответил с улыбкой: "Я рад слышать это.”

Его был голос так нежен, что стучал по сердцам двух девушек. Но Шао Сюэ не могла не скрипеть зубами, вешая трубку.

Сун Юньсюань похлопала ее по плечу и сказала: “С этого момента ты должна помнить, что он твой брат. Ты можешь просто относиться к нему как к своему брату.”

“Но ... - возразила Шао Сюэ.

Сун Юньсюань холодно перебила ее: "Если ты даже не можешь нормально ладить с ним? Как мы можем жить дальше, пока не отомстим?”

То, что сказала Сун Юньсюань, не лишено смысла.

Терпение - это не признак трусости, а процесс сохранения силы.

Рим не строился за один день.

Чтобы осуществить месть, нужно очень долго планировать и переваривать.

То, что они предпринимают, похоже на шахматную игру, в которой игроки должны сделать тщательный расчет шаг за шагом.

Слушая ее слегка резкие слова, Шао Сюэ на мгновение потеряла рассудок. Затем ее глаза начали наполняться слезами.

Сун Юньсюань знала, что она все еще не могла отказаться от идеи отомстить за своих родителей. Она больше ничего не стала говорить, но напомнила ей: “Ты должна вести себя естественно, когда пойдешь обедать с ним позже.”

Шао Сюэ кивнула.

Сун Юньсюань протянула ей платок. Шао Сюэ смущенно вытерла слезы, прежде чем выйти, чтобы собрать свои вещи.

Через полчаса они вместе вышли на улицу.

Конечно же, Шао Тяньцзе ждал в своей машине у дверей журнала. Когда он увидел, что Шао Сюэ и Сун Юньсюань выходят вместе, он вышел из машины и улыбнулся: “Шао Сюэ, Мисс Сун.”

Сун Юньсюань кивнула: "Председатель Шао может называть меня Юньсюань.”

Шао Тяньцзе мягко кивнул, когда его взгляд переместился с лица Сун Юньсюань на лицо Шао Сюэ.

Шао Сюэ сохраняла невозмутимое выражение лица, когда заметила Шао Тяньцзе.

Сун Юньсюань ясно видела, как ее пальцы крепко сжимают сумку. Она подняла руку, чтобы прикрыть тыльную сторону ладони, и осторожно сказала: “Шао Сюэ, я пойду первой. Наслаждайтесь вашим временем с председателем Шао.”

Сун Юньсюань не собиралась вмешиваться.

Тем не менее, Шао Тяньцзе посмотрел немного в сторону, посылая свое вежливое приглашение: “Юньсюань, присоединяйся к нам.”

Шао Тяньцзе приглашает Сун Юньсюань так естественно, что она слегка шокирована его шагом.

Нет ничего плохого в том, чтобы встречаться с Шао Тяньцзе.

Это просто ... …

“Мы с Шао Сюэ не виделись уже много лет. Это может быть неловко, чтобы выйти в одиночку. Поскольку вы ее хороший друг, почему бы вам не пойти с нами, если нет ничего срочного.”

“Хорошо…”

Заметив ее нерешительность, Шао Тяньцзе мягко улыбнулся на своем красивом лице: "Шао Сюэ нуждается в твоей компании.”

Услышав, что он сказал, Сун Юньсюань не нашла причин отказываться.

Шао Сюэ посмотрела на нее и позвала: “Пойдем, Юньсюань.”

Сун Юньсюань кивнула: "Благодарю Вас, председатель Шао, за ужин заранее.”

С улыбкой Шао Тяньцзе открыл им дверь, чтобы сесть в машину.

Но Шао Сюэ вовсе не собиралась сидеть на пассажирском сиденье. Таким образом, Сун Юньсюань должна была сесть на него, чтобы избежать смущения.

Шао Тяньцзе слегка вздохнул, когда увидел Шао Сюэ, сидящую на заднем сиденье. Вдруг он заметил, что Сун Юньсюань улыбается ему, как будто поощряя.

Шао Тяньцзе почувствовал себя удивленным, прежде чем завести машину.

Он искоса поглядывал на Сун Юньсюань несколько раз за рулем, как будто хотел увидеть какое-то знакомое выражение на ее лице.

Сун Юньсюань знала, что за ней наблюдают. Поэтому, когда он снова посмотрел в её сторону, она посмотрела ему прямо в глаза: “Председатель Шао, у меня что-то на лице?”

Прикасаясь к собственному лицу, она выглядела взволнованной.

Шао Тяньцзе слабо улыбнулся: "Нет.”

“Тогда почему Вы смотрите на меня?”

“Я думаю, что ты не очень похожа на свою сестру.”

Но это ложь.

Когда Сун Юньсюань услышала его ответ, она усмехнулась в ее сердце.

Она действительно отличалась от Сун Юньцзя. Но, учитывая чувства Шао Тяньцзе к Сун Юньцзя, он не будет обращать никакого внимания на то, похожа ли ее сестра на нее.

Тем не менее, думала она, Шао Тяньцзе мог подумать, что ее улыбающиеся глаза похожи на глаза Гу Чанге.

Шао Тяньцзе колебался мгновение и, кажется, понял, что Сун Юньсюань ему не поверила. Тогда он сказал с грустным лицом: "На самом деле, вы несколько напоминаете мою жену, когда вы смеетесь.”

“Неужели?- Она протянула руку, чтобы коснуться своего лица.

Шао Тяньцзе горько кивнул, как будто он скучал по Гу Чанге: "Это очень похоже.”

Сун Юньсюань посмотрела вниз и улыбнулась.

Конечно, они были похожи, потому что это действительно один и тот же человек. Неудивительно, что они заставили его почувствовать то же самое.

Это редкость, что Шао Тяньцзе все еще помнил свои чувства, когда убитая им женщина смеялась..

Сун Юньсюань поинтересовалась: "Председатель Шао, что вы чувствовали, когда ваша жена улыбалась вам?”

Шао Тяньцзе задумался, а потом сказал: “Когда она улыбнулась мне в колледже, я почувствовал, что она очень умная девочка. Это было подобно лучу света, сияющему в моем сердце.”

“А что потом?”

Тяжелая дымка вспыхнула в глазах Шао Тяньцзе, но он ясно произнес слова: “Как солнце.”

Да, как солнце.

Оно такое горячее и ослепительное, что, кажется, сжигало его дотла.

Без всяких нежных чувств она была так сильна.

Весь свет собирался на ней, заставляя его скучать.

Он чувствовал, что слава всего мира была отнята ею, и в конце концов осталась только холодная тьма.

Сун Юньсюань не продолжила спрашивать, она полностью замолкла.

Шао Тяньцзе повез их на ужин прямо в западный ресторан.

Движения Шао Сюэ, держащей нож и вилку, были несколько неуклюжи. Шао Тяньцзе лично учил ее пользоваться ножом и вилкой.

Но манера еды Сун Юньсюань была элегантна и достойна, как будто она давно привыкла к западной сервировке.

Шао Тяньцзе посмотрел на Сун Юньсюань в середине трапезы. “Ваша сестра говорила мне, что вы выросли в Цинчэне?”

“Да, - сон Юньсюань кивает, - Цинчэн - хорошее место. Вы когда-нибудь были там, председатель Шао?”

Пальцы Шао Сюэ совсем окоченели.

Когда она упомянула Цинчэн, в глазах Шао Тяньцзе появилось странное чувство. Но его улыбка осталась неизменной. - Моя семья живет в Хайчэне, а я никогда не был в Цинчэне.”

Сун Юньсюань спросила Шао Сюэ: “Шао Сюэ, ты когда-нибудь была в Цинчэне?”

Шао Сюэ посмотрела на Сун Юньсюань, а затем повернула голову, чтобы посмотреть на Шао Тяньцзе своими разъяренными глазами. Наконец она неохотно сказала: "Нет, я там не была. Я тоже из Хайчэна.”

Сун Юньсюань не могла удержаться от смеха. “Мы должны посетить Цинчэн вместе в будущем. Люди там очень простые и добрые.”

Они очень просты и добры на самом деле, в противном случае, они не были бы уничтожены Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе действительно ненавидит свое семейное происхождение. Чтобы скрыть свое бедственное происхождение, он даже убил своих приемных родителей.

После того, как тема была закончена, ужин трех человек подошел к концу.

Среди них царила тишина.

Когда Шао Сюэ снова подняла взгляд, её глаза внезапно стали неподвижными. Она посмотрела прямо на человека, стоящего за Сун Юньсюань, и нахмурилась: “Юньсюань, тот, что позади тебя ... ”

Сун Юньсюань повернула голову и внезапно обнаружила Чу Мочена, который в своей рубашке и жилете спокойно смотрел на нее вдалеке.

Ее веки подскочили, потому что у нее было очень плохое чувство.

Но выражение его лица не изменилось.

Она знала, что Чу Мочен ненавидел ее общение с Шао Тяньцзе и думал, что она пытается всеми способами соблазнить Шао Тяньцзе.

Но если она не может сбить с ног Шао Тяньцзе за всю свою жизнь, то почему она живет?

Ее глаза холодны, а пальцы сжимают в руках серебряную посуду.

Стоя в отдалении, Чу Мочен нахмурился и посмотрел на лицо Шао Тяньцзе, и лишь потом перешел на зрительный контакт с Сун Юньсюань.

Улыбка Шао Тяньцзе - это совершенство.

Как будто эта сцена была предвидена им давно, Шао Тяньцзе спокойно ждал, чтобы увидеть, что в ответ сделает Чу Мочен.

Чу Мочен, естественно, был очень несчастен. Даже ассистент позади него шептал, чтобы напомнить ему: "Чайлд Чу, Мисс Юньсюань, может быть…”

Секретарь знал, что любой мужчина, который увидит женщину, которую он любит, обедающей с его любимым соперником, будет несчастен, и он стремился дать Сун Юньсюань оправдание.

Но Чу Мочен шагнул к креслу, на котором сидела Сун Юньсюань, прежде чем помощник закончил свои слова.

С приближением уверенных шагов Чу Мочена, сердце Сун Юньсюань забилось быстрее, а ее пальцы онемели.

Чу Мочен, что ты здесь делаешь?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 39. Чего ты хочешь?

Сун Юньсюань чувствовала, как дико бьется ее сердце, и даже появилась легкая одышка.

Она услышала звук приближающихся шагов, который заставил ее напрячься.

Она выпрямила спину и сжала столовые приборы.

Она пыталась представить, насколько же раздраженным должен быть мужчина.

Но это не так уж плохо - дать ему знать об этом факте, это может позволить ему отказаться от намерения жениться на ней.

Думая об этом, она попыталась расслабиться.

Звук шагов затих в ее ушах.

Взгляды Шао Сюэ и Шао Тяньцзе упали в ее сторону.

Она поняла, что Чу Мочен остановился рядом с ней, и тогда она повернула голову вбок.

“Как еда? - раздался ровный голос Чу Мочена. - Это соответствует вашему вкусу?”

Сон Юньсюань ошеломленно кивнула: "Очень хорошо.”

“Ну, тогда развлекайся, пожалуйста.”

Внезапно Сун Юньсюань почувствовала, как его рука мягко обняла ее тело, а затем легкий поцелуй упал на ее лоб.

Она нахмурилась и удивленно посмотрела на Чу Мочена. Это удивительно.

Мужчина целует ее в лоб в ресторане.

Он не сердится?

Он не сердится, что я тайком ем с Шао Тяньцзе?”

Глядя на ее удивленный взгляд, Чу Мочен показал мягкую улыбку: "Извините, у меня есть другие дела, поэтому я не могу отправить вас домой. Хорошо вам провести время.”

После этого он выпрямился, чтобы притянуть ее плечо в свои объятия, и посмотрел на Шао Тяньцзе. - Пожалуйста, позаботьтесь о моей невесте, председатель Шао.”

Лицо Шао Тяньцзе смягчилось: "Чайлд Чу, ты можешь быть уверен. Мисс Юньсюань - мой хороший друг.”

Чу Мочен кивнул. Он улыбнулся Сун Юньсюань, а затем ушел с помощником.

После того, как он ушел, Сун Юньсюань ещё долго не могла оправиться от удивления. Шао Тяньцзе заметил ее пустое выражение лица, а затем погрузился в мрачные раздумья.

Это так неожиданно, что Чу Мочен отреагировал именно так. Он думал, что этот человек рассердится, узнав, что его одурачили.

Казалось, что еда стала безвкусной, так что Сун Юньсюань потеряла аппетит. Глядя на Сун Юньсюань, Шао Сюэ начала беспокоиться о ней.

Но Сун Юньсюань пришла в себя после ужина. Шао Тяньцзе предложил отправить ее домой.

Она отказала ему и взяла такси в том месте, где вышла Шао Сюэ.

Прежде чем она ушла, Шао Тяньцзе пошутил с ней: “Юньсюань, ты беспокоишься, что Чайлд Чу может относиться ко мне как к своему сопернику, поэтому ты не позволяешь мне отвезти тебя домой, верно?”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Председатель Шао, я боюсь, что вы неправильно поняли это. Я просто боюсь, что это заставит мою старшую сестру неправильно понять.”

После этого она вышла из машины.

Шао Тяньцзе выглядел немного напряженным: "Сон Юньцзя и я – просто коллеги.”

Сун Юньсюань слабо улыбнулась: “Она расстроится, если услышит это. Мои родные думают, что вы скоро объявите о помолвке.”

Шао Тяньцзе выглядел грустным: “Моя жена только что умерла. Я не бессердечный человек, так что сейчас не ищу себе новую жену.”

Сун Юньсюань поджала губы и вздохнула: “Председатель Шао, вы действительно очень любите свою жену.”

Ее слова, кажется, взбудоражили его память.

Но Сун Юньсюань не могла не насмехаться над ним, молча.

Шао Тяньцзе всегда такой. Независимо от того, с кем он сталкивается, он всегда может действовать соответствующим образом, чтобы заставить людей сочувствовать ему.

Потом она уехала на такси.

Когда она вернулась домой, её встретила в дверях взволнованная Ама: “ " Мисс Юньсюань, почему вы опаздываете?”

Сун Юньсюань бросила взгляд на гостиную, и спросила приподняв вопросительно брови: "Что случилось? Есть ли кто-нибудь из гостей дома?”

Сестра Ван кивнула, но все еще выглядела обеспокоенной: "Чайлд Чу здесь.”

У Сун Юньсюань замерло сердце. Она тут же расстроилась.

Глядя на ее печальное лицо, Ама взяла ее сумочку и пальто, прошептав: "Мисс Юньсюань, поскольку Чайлд Чу говорит, что собирается жениться на вас, вам лучше постараться поладить с ним.”

Сун Юньсюань была огорчена ее словами: “Это неправда. Должно быть, это мой старший брат просил вас сказать мне это.”

Ама не ответила.

Сун Юньсюань также перестала спрашивать, подумав, что раз Чу Мочен пришел, будет лучше увидеться с ним.

В любом случае, он должно быть пришел поговорить только о том, что встретил их в ресторане.

Она думала, как ответить, если ее позже спросит Сун Юньцян. Как только она вошла в гостиную, Сун Юньцян, слегка удивленный, крикнул: “Смотрите! Юньсюань вернулась, Чайлд Чу.”

Это предложение, похоже, означало, что Чу Мочен не упоминал ресторан.

Таким образом, ей нет нужды оставаться здесь.

Чу Мочен посмотрел на нее снизу вверх, и она остановилась в дверях гостиной с теплой улыбкой на лице.

Чу Мочен красив и высок, и его брови показывают своего рода зрелость молодого взрослого.

Он смотрел на Сун Юньсюань с такой улыбкой, что заставлял Сун Юньцяна чувствовать, что его неискушенная сестра, должно быть, была очарована им с головы до ног.

Но на самом деле это не так хорошо, как думал Сун Юньцян.

Взгляд Чу Мочена встретился с ее взглядом. Но она только слегка поджала губы, а потом небрежно сказала: "Брат, мне очень жаль, но я чувствую себя немного неловко и собираюсь отдохнуть.”

Это заставило Сун Юньцяна смутиться. Он протянул руку, чтобы позвать ее: “Юньсюань, пожалуйста, сядь и поговори с Чу Шао некоторое время!”

Сун Юньсюань проигнорировала его взгляд, просто посмотрев на Чу Мочена перед уходом.

Кажется, Чу Мочен снова смотрит ей в глаза.

На самом деле, ее глаза темны, даже наполнены некоторым разочарованием.

Сун Юньцян поспешно пытается объяснить свою сестру: "Мне очень жаль, Чайлд Чу, Юньсюань молода. Должно быть, она стесняется тебя видеть.”

Чу Мочен выдавил слабую улыбку: "Я знаю.”

Сун Юньцян кивнул ему.

Глаза Чу Мочена опустились на чашку кофе. Его черные густые ресницы скрывали выражение его глаз.

Сун Юньсюань почти так же упряма, как и Гу Чанге.

Вернувшись в свою комнату, Сун Юньсюань достала журналы, которые она подобрала. Она просматривала их один за другим, чтобы найти новости о секторе красоты Юньчэна.

В десять часов она ещё не закончила, но все еще не могла заснуть.

В этот момент она услышала стук в дверь, и голос Амы прорезал тишину: "Уже десять часов, Мисс Юньсюань. Пожалуйста, выпейте молока и ложитесь спать.”

Сун Юньсюань закрыла журнал. Надев тапочки и пижаму, она пошла открывать дверь.

Она повернула ключ, и почувствовала что-то странное.

Через дверной глазок она увидела, что за дверью стоит Чу Мочен, а не Ама. Она была ошеломлена. Но Чу Мочен протянул руку и открыл дверь: “Впусти меня.”

“Вы…”

Она не могла его остановить. Мужчина толкнул дверь, чтобы войти, одной рукой держа стакан молока, а другой естественно закрывая дверь.

Сун Юньсюань хмуро посмотрела на него: “Почему ты еще не ушел?”

Чу Мочен поднял глаза, своим красивым лицом уставившись на Сун Юньсюань: “Я боюсь, что ты потеряешь сон.”

Сон Юньсюань удивилась: "Я не сплю только тогда, когда ты здесь. Если ты уйдешь, я буду спать спокойно.”

Чу Мочен сжал губы, чтобы слегка улыбнуться: "Ты всегда лжешь.”

Веки Сун Юньсюань начали подергиваться.

“Я послал к тебе одного из своих слуг, - продолжил он. - она должна быть здесь. Она сказала мне, что у тебя проблемы со сном. Ты часто страдаешь бессонницей и иногда имеешь симптомы биполярного расстройства.”

Сун Юньсюань сморщилась и подумала о той женщине, которая доставила ей молоко прошлой ночью. Она холодно сказала: "Отошли ее, пожалуйста. Мне это не нужно!”

У Чу Мочена очень тонкие пальцы. Он осторожно берет стакан молока и протягивает ей: “Выпей, пожалуйста, оно еще теплое.”

Сун Юньсюань посмотрела на молоко с озадаченным хмурым взглядом, она отказалась: “Спасибо. Но я не люблю пить молоко перед сном.”

Чу Мочен не убрал руку: "Выпей молоко, пожалуйста. Употребление слишком большого количества снотворного повредит твоей памяти.”

Это настолько непостижимо, что сердце Сун Юньсюань подпрыгнуло от шока. Ее пронзительный взгляд вцепился в него: “Ты следишь за мной?!”

Чу Мочен сунул ей в руку стакан с молоком и беспечно сказал: “Разве ты забыла ту ночь? Когда я пришел, то увидел, что ты принимаешь снотворное. Тебе всегда снятся кошмары по ночам?”

Сун Юньсюань держа стакан, отвернулась с холодным взглядом: “Это не твое дело.”

Чу Мочен не ответил. Сун Юньсюань хмуро посмотрела на молоко и выпила всё, как будто хотела отослать его как можно скорее.

Выпив весь стакан молока, она открыла дверь. “Хорошо, пожалуйста, уходи.”

Чу Мочен не ушел, а сел на край кровати и посмотрел на одинокую подушку: “Почему ты положила только одну подушку? А как насчет второй?”

“Я её выбросила!- Она сказала прямо, без всяких эмоций.

Чу Мочен ошеломленно повернулся к ней. Улыбка на его лице исчезла: “ Юньсюань, как сильно ты меня ненавидишь!”

Сун Юньсюань по-прежнему смотрела на него с безразличным лицом, не говоря ни слова.

Она не ненавидит Чу Мочена.

Она просто ненавидит мужчин.

Как говорится, однажды укушенный вдвойне пуглив. Как бы она ни была крута, после того, как ее предали, она все еще не может сразу же посвятить себя другой любви.

Некоторые вещи не стоят риска, в опасности и отчаянии.

Было бы глупо и непоправимо падать в одно и то же место снова и снова.

Сун Юньсюань придерживала пальцами косяк двери.

Чу Мочен встал и подошел к ней.

Она думала, что он вот-вот уйдет, поэтому немного отступила назад. Но Чу Мочен не ушел. Вместо этого он закрыл дверь и попытался нежно обнять ее.

Сун Юньсюань почувствовала, что ее прижимают, и подняла голову.

Чу Мочен нежно поцеловал ее в лоб.

Это как поцелуй стрекозы на воде.

Когда она нахмурилась, его поцелуй упал на ее брови.

Она хотела бороться, но когда он обнял ее сзади за талию и нежно приподнял, она невольно прижалась к нему.

Сун Юньсюань знала, что ее сопротивление бесполезно, поэтому она сохраняла невозмутимое выражение лица, даже если Чу Мочен нежно целовал ее.

Постепенно Чу Мочен прекратил поцелуи, просто уткнувшись подбородком в ее шею, чтобы почувствовать тепло ее тела: “Юньсюань, чего ты хочешь сейчас?”

“Я ничего не хочу.”

Он не настаивал, но нежно прижал ее затылок одной рукой и прошептал ей на ухо: “Юньсюань, я могу дать тебе все, что ты хочешь, пока ты говоришь, что хочешь этого.”

Сун Юньсюань была ошеломлена этим.

Чу Мочен поцеловал ее в мочку уха, а затем отпустил.

Она долго стояла на месте, словно размышляя над тем, что он сказал.

Однако после того, как Чу Мочен вышел, он положил контракт на передачу активов, который он намеревался отдать Сун Юньсюань, на пассажирское сиденье своего спортивного автомобиля. Блеск смеха озарил его глаза: “Я думаю, что ты скоро придешь, чтобы спросить меня об этом, Юньсюань."

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 40. Убить её!

Сун Юньсюань провела тяжелую ночь.

Но когда она проснулась посреди ночи, то почувствовала холодный пот на лбу и волосах. Когда она вспомнила свой сон, ей снился не Шао Тяньцзе и ГУ Чанлэ, а Чу Мочен.

Во сне Чу Мочен целовал ее.

На ее свадьбе именно Чу Мочен надевал ей на палец кольцо и обещал священнику, что он будет сопровождать ее вечно.

Ей также снилось, что когда она рожала своего первого ребенка, именно Чу Мочен поцеловал ее в щеку и печально сказал: “Не рожай больше.”

Она улыбалась ему: "Как мы можем остановиться, прежде чем у нас родится дочь?”

Да, она хотела иметь дочь и заставить ее быть такой же сильной, как и она сама.

Однако, когда у нее появляется дочь, она не могла смотреть, как ее дочь вырастает в такую женщину, как она.

Она закрыла лицо руками, свернулась калачиком в постели, тихо ожидая рассвета.

Она даже думала, что если бы Гу Чанге вышла замуж за Чу Мочена вместо Шао Тяньцзе, было бы сейчас всё по другому?

Но в мире нет никакого «если».

Нежное лицо Шао Тяньцзе становилось таким же свирепым и искаженным, как у дьявола, в ее повторяющихся размышлениях, которые снова и снова разбивали ее сердце, сокрушая все ее уязвимые места в порошок.

Ее кровь в теле становилась холодной и стальной, и она начинала становиться жесткой и твердой.

На следующее утро она встала к завтраку, а затем готовилась к выходу.

Сун Юньцян постоянно оглядывался.

Сун Юньсюань могла понять, кого ищет Сун Юньцян. По всей видимости её старший брат думал, что там должен быть Чу Мочен, который провел с ней ночь.

Но на самом деле Чу Мочен уже ушел прошлой ночью.

Такой мужчина просто чувствовал, что женщина, которую он не может заполучить, очаровательна. И если бы он получил ее, то волнение могло бы продлиться всего несколько дней.

Когда она была готова выйти, телевизор в комнате все еще транслировал деловой канал Юньчэн.

"Вчера фондовый рынок пережил большой шок с некоторым ростом оборота акций. Некоторые эксперты шутят, что все акционеры спешат купить акции Чу и Сун на бирже ... из-за предстоящей свадьбы между единственным сыном Чу и младшей дочерью Сун.”

Голос диктора внезапно вошел в уши Сун Юньсюань.

С чувством шока в глазах она внезапно обернулась.

Одновременно удивился и Сун Юньцян. Он поспешно выключил телевизор.

Сун Юньсюань нахмурилась: "Брат, почему бы тебе не сообщить мне перед публикацией новости о моей свадьбе?”

“Юньсюань, ты вообще слушаешь объяснения старшего брата, Юньсюань? Юньсюань!!!

Сун Юньсюань вышла.

Подсознательно чувствуя себя плохо, Сун Юньцян собирался преследовать ее снаружи.

В это время внезапно раздался голос со второго этажа: “Теперь, когда она знает, отпусти ее. Я не думаю, что она будет смущена своим положением в семье Сун.”

Сун Юньцян должен был остановить свой шаг: “Но, папа, что, если Юньсюань будет решительно настаивает на том, чтобы не выходить замуж за Чу Мочена…”

Сун Янь прервал его: "Хотя Юньсюань молода, она не будет достаточно глупа, чтобы сделать это.”

Сун Юньцян не имел другого выбора, кроме как отпустить Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань сделала более десятка телефонных звонков Чу Мочену, но никто не отвечал.

Она просто взяла такси до компании Чу.

Заметив ее встревоженное и взволнованное лицо, таксист ехал очень быстро.

Когда машина проезжает мимо Народной больницы, Сун Юньсюань на мгновение была ошеломлена. Неожиданно она сказала: "Остановите.”

Водитель не смел медлить, поэтому сразу остановился.

После оплаты счета, Сун Юньсюань вышла из машины. Она посмотрела на большие китайские иероглифы, висящие наверху на стене поликлиники, и в ее сердце родилась злая идея.

Многие люди ропщут, когда они входят в больницу…

“Я слышал, что здесь лежит сестра Гу Чанге.”

“Это та самая девушка, которой пересадили сердце ее сестры?”

“Да, я слышал, что у нее хорошие отношения с шурином.”

Кто-то начал хмуриться: “Могут у них быть романтические отношения?”

Кто-то рассмеялся и объяснил: “Даже если у них роман, беспокоиться не о чем. Гу Чанлэ - приемный ребенок, который разделяет другую кровь со своей сестрой. До тех пор, пока отношения по усыновлению не будут прекращены, она не имеет права выходить замуж за своего бывшего зятя.”

Тогда некоторые люди начинают сомневаться в истине.

Сун Юньсюань не прислушивалась к сплетням этих людей, поэтому она опустила веки, сдерживая стальное чувство в глазах, и направилась в стационарное отделение больницы.

Она когда-то была в палате Гу Чанлэ, поэтому у нее сложилось глубокое впечатление об этой палате.

На этот раз, без Сун Юньцзя, показывающей путь, она все еще в состоянии найти местоположение подопечного.

Она шла вперед без малейшего колебания или неуверенности.

Когда она вошла в лифт, кто-то громко плакал, она просто равнодушно посмотрела.

Каждый день в этой больнице умирают люди. Во всяком случае, умершего нельзя вернуть к жизни слезами его родственников.

Но посторонним кажется, что лучше, чтобы кто-то плакал.

Когда она умерла, никто не пролил по ней слез.

До того, как она умерла, единственным человеком, которого она видела, был Шао Тяньцзе, который с нетерпением ждал ее смерти. Почему он должен плакать?

Она вышла из лифта и сделала несколько шагов к двери палаты Гу Чанлэ. Это было время для посещений. Глядя на ее спокойное лицо, другие видели в ней назначенного родственника, который пришел навестить пациента. Ни врач, ни медсестра ее не останавливали.

Сун Юньсюань положила свою руку на ручку двери и открыла ее с мягким поворотом.

Воздух внутри тихий, чистые шторы и изысканное украшение делали эту палату очень здоровой без какого-либо чувства болезненности.

В палате стоял изысканный и роскошный диван из белой кожи, несколько журналов и чашка на изящном стеклянном чайном столике.

Журнал - финансовый, а чашка - кружка.

Она может уверенно сказать, что эти две вещи принадлежат Шао Тяньцзе.

Похоже, что Шао Тяньцзе был здесь прошлой ночью. Он только сегодня утром уехал.

Сейчас уже больше восьми часов утра. Доктор только что осмотрел комнату. Гу Чанлэ, похоже, уснула.

Сун Юньсюань осторожно закрыла дверь и шаг за шагом приблизилась к кровати Гу Чанлэ.

Она страдала от боли в сердце, как будто ее кусали бесчисленные насекомые, что заставляло ее кулаки сжаться, а глаза начинали медленно краснеть.

Гу Чанлэ лежала на боку. Она неловко перевернулась на другой бок, чтобы найти более удобное положение, и продолжила спать.

Сун Юньсюань смотрела на нее своими стальными глазами, словно острым ножом, которым можно проделать дырку в шее Гу Чанлэ, которая истечет кровью до смерти.

Она шла вперед, легкая, как привидение.

В окне комнаты, из которого дул ветерок, открывалась щель, шевеля углы ее одежды и волос.

Она смотрела на женщину в постели своими черными глазами.

Она не смогла удержаться, чтобы не поднять руки, как будто дьявол овладел ею.

Пальцы у нее тонкие и чистые, а ногти круглые, как ярко-розовые ракушки на пляже.

В это время, однако, ее пальцы вытягивались один за другим.

Она кладет их на шею Гу Чанлэ свободно, готовясь затянуть их позже…

“Папа, а когда мама вернется?”

Внезапно раздается голос маленького мальчика.

Сун Юньсюань ошеломленно застыла.

Затем раздается голос маленькой девочки: "Папа, ты поссорился со мамой?”

“Мяомяо, как ты можешь так говорить о папе? - раздается нежный голос Шао Тяньцзе. “Разве ты не знаешь? Мама - это папин ребенок. Мама - папина любимица.”

Ложь.

Шао Тяньцзе лжет.

Сун Юньсюань отвела руки, сделала шаг назад с холодными и ядовитыми чувствами в глазах: "Такой лжец.”

Гу Чанлэ все еще спала. Разъяренные глаза Сун Юньсюань медленно успокоились, когда она услышала голоса двух своих детей.

Как добрая сестра, она подняла руки, положила их на лоб Гу Чанлэ и нежно раздвинула волосы. Но ее глаза по-прежнему остры и холодны, как тонкий нож: “Ты не имеешь права позволить мне убить тебя в одиночку, мои дети не захотят иметь такую импульсивную мать, как я.”

Гу Чанлэ все еще спала.

У нее был низкий голос. Гу Чанлэ только хмурилась и трясла головой, как в кошмарном сне, чтобы проснуться.

Сун Юньсюань наклонилась к ее уху. Как бы смешивая слова в воздухе, она медленно открывала рот, говоря нежным голосом: “Скоро ты пожнешь то, что посеяла. Из своего милосердия, я просто сообщаю тебе об этом.”

После этого она согнула губы, отводя назад руки с доброжелательностью в глазах. Потом она повернулась и ушла.

Как только она вышла из комнаты, в дверях палаты появился Шао Тяньцзе со своими двумя детьми.

Обнаружив, что дверь приоткрыта, Шао Тяньцзе остановился. Затем он открыл ее, не встретив ни одного посетителя внутри.

Его старший сын Гу И держит его за левую руку, а младшая дочь Гу Мяомяо - за правую.

Красивый и прекрасный детский возраст соответственно 7 и 6.

Сун Юньсюань стояла в углу, глядя на двух детей.

Она едва избежала рождения детей, что истощило всю ее женскую нежность.

Однако двое детей ничего не знают о том, что их мать уже была убита.

Какие причины придумал бы Шао Тяньцзе, чтобы обмануть двух детей?

Она чувствовала любопытство, но не позволяя своим мыслям распространяться дальше.

Ее ноги неподвижно стояли на земле, но она хотела согнуть свои ноги, чтобы дать двум детям обняться с ней.

В ее глазах менялись разные чувства. Наконец, она сопротивляясь этому импульсу, стала холодной.

Подошла медсестра, которая заметила ее и спросила: "Мисс, вы собираетесь навестить какого-нибудь пациента?”

Сун Юньсюань повернула голову с ее безжалостными глазами. “Я закончила.”

После этого она повернулась и равнодушно ушла.

В дверях палаты Гу Чанлэ семилетний Гу И рассеянно смотрел в угол, откуда выходила медсестра.

Гу Мяомяо странно посмотрела на своего брата. - Брат, ты не видел маму?”

Гу И обернулся и схватил ее за руку. Глаза у него были ласковые: “Мама пока не может вернуться. Ты должна терпеливо ждать ее, не так ли?”

Надув губы, Гу Мяомяо хотела закричать от обиды: "Но куда же мама пошла?”

Гу И тоже чувствовал себя очень неловко. - Папа сказал, что мама уехала в далекое место по делам, так что мы можем не увидеть ее в течение нескольких лет.”

Гу Мяомяо с ее шелковистыми черными волосами, рассыпанными по плечам, выглядела очень грустной.

Гу И коснулся ее волос и потянул ее в палату. - Ну, похоже, маленькой тетушке приснился кошмар. Подойди и утешь ее.”

Гу Мяомяо повернула голову, чтобы посмотреть на Гу Чанлэ, которая внезапно встала с кровати. Затем она нахмурилась.

Гу Чанлэ нервно проснулась, она была напугана кошмаром. Она схватила Шао Тяньцзе за руку своими потными ладонями. И её губы были бледны от страха в её сердце.

Шао Тяньцзе озабоченно спросил: "Ты в порядке? Кошмарный сон?”

Она повернула голову и посмотрела на него с испугом в глазах: "Гу Чанге вернулась! Гу Чанге вернулась! Она – не…”

Прежде чем она произнесла слово “умерла”, Шао Тяньцзе прервал ее, говоря: “Следи за своим ртом, так как И и Мяомяо здесь.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 41. Ненависть

В глазах Гу Чанлэ - страх и нервозность.

Когда Шао Тяньцзе увидел слезы в ее глазах, он почувствовал жалость к ней, и его тон также немного смягчился: “И и Мяомяо пришли, чтобы увидеть тебя. Ты должна быть счастлива.”

Гу Чанлэ кивнула, но она все еще не могла успокоить свое сердце.

Гу И - милый и спокойный мальчик. Он не такой непослушный, как другие дети его возраста. Он подошел к Гу Чанлэ и спросил ее, стало ли ей лучше.

Гу Чанлэ посмотрела на его внешность, а затем на Шао Тяньцзе. Она чувствовала, что ребенок имел лишь несколько общих черт с Шао Тяньцзе в их внешности. Но мальчик вовсе не уродлив. Итак, она разговаривала с ним с приятным лицом.

Тем не менее, сестра Гу И, Гу Мяомяо, отказывалась говорить что-либо, стоя рядом с ним, как немая.

Гу Чанлэ заметила ее и спросила с улыбкой: "Мяомяо, давно не виделись. Ты скучаешь по своей маленькой тетушке?”

Гу Мяомяо подняла голову и поджала розовые губы. Ее большие водянистые глаза были такими же милыми, как у котенка.

Гу Чанлэ посмотрела на нее с улыбкой, но девочка по-прежнему молчала.

Улыбка на лице Гу Чанлэ исчезла из-за смущения. Заметив перемену в лице своей тети, Гу И деловито ущипнул сестру за руку.

Затем Гу Мяомяо с большим усилием произнесла одно слово: “Да.”

“Я знаю…”

У Гу Мяомяо было еще несколько слов, но прежде чем она закончила, Гу И прервал её и сказал Гу Чанлэ: “Маленькая тетя, Мяомяо сказала, что хочет увидеть попугая доктора Вана. Может быть, он принес его сегодня?”

Гу Чанлэ, похоже, не хотела разговаривать с двумя детьми. Когда она услышала вопрос Гу И, она захотела, чтобы двое детей поторопились. “Пойди и спроси доктора Вана вместе с твоей сестрой. Кабинет доктора Вана совсем рядом.”

Гу И взял сестру за руку и ушел.

Прежде чем уйти, он обернулся и перекинулся парой слов с Шао Тяньцзе, который с любовью отослал их и напомнил ему, чтобы он позаботился о своей сестре.

Как только двое детей ушли, красивые брови Гу Чанлэ сдвинулись вместе. Пристально глядя на Шао Тяньцзе, она сказала: “Ты очень добр к этой дочери!”

Ее замечание кислое и немного колючее.

Шао Тяньцзе подошел к ее кровати, сел на стул и посмотрел на ее несчастное лицо. - А что, ты ревнуешь к ребенку? Она же моя дочь.”

Гу Чанлэ усмехнулась, очень недовольно: "Посмотрите на лицо Мяомяо, оно почти вырезано в той же самой форме, что и Гу Чанге. Ты говоришь, что она твоя дочь. Но я не нахожу на ее лице никаких унаследованных от тебя черт.”

Шао Тяньцзе смотрит на сердитое лицо Гу Чанлэ и говорит легким тоном: "Тебе не нравится Мяомяо?”

“Разве ты не ненавидишь ее? Она так похожа на Гу Чанге, что люди пугаются, когда видят ее.”

Шао Тяньцзе понизил свой голос, как будто он устал: “Мяомяо всего шесть лет. Она ничего не знает.”

Когда Гу Чанлэ вспомнила, что мужчина перед ней - муж Гу Чанге, у которого есть сын и дочь, она почувствовала себя так же неловко, как если бы ее укололи иголками: “Поскольку она очень похожа на мою старшую сестру, трудно гарантировать, что в будущем она не вырастет в железную женщину, как ее мать.”

После этого на лице Шао Тяньцзе появляется легкое недовольство. Она нахмурилась, печально посмотрела на него и пробормотала: “Я думала, ты не позволишь ей забеременеть.”

Шао Тяньцзе поднял руку, чтобы дотронуться до ее волос, и слабо улыбнулся: “Чанлэ, ты столько лет был дома с Чанге. Разве ты не знаешь, что она за человек?”

Гу Чанлэ замолкла. Конечно, она хорошо знает Гу Чанге.

Она всегда откладывала деньги на черный день, строя долгосрочные планы, как будто все будет просчитано и предвидено ею. Кроме того, у нее ко всему есть серьезные подозрения.

Она подозрительна и порочна. Она будет использовать жестокие средства, чтобы достичь того, что она хочет, не оставляя ни малейшего следа.

Даже если Шао Тяньцзе захочет ее подставить, он также должен будет составить большой план, который продлится несколько лет.

Шао Тяньцзе подошел, наклонился и потянул ее в свои объятия. Он нежно поцеловал ее в лоб: “Я знаю, что ты ненавидишь меня за то, что я женился на Гу Чанге. Но если бы я не женился на ней и не имел с ней детей, какие бы качества у меня были, чтобы стоять в семье Гу?”

В целом, самая большая роль двух детей - это сделать его квалифицированным, чтобы стоять в деловом зале семьи Гу.

Без детей, рожденных переменой Гу, никому не было бы дела до его личности как мужа Гу Чанге.

Родственники Гу Чанге имеют достаточно оснований, чтобы изгнать его из своего дома.

Однако с детьми Гу Чанге все обстоит совсем по-другому.

Никто не смеет связываться с ним, потому что первое право наследования семьи Гу находится в руках детей Гу Чанге.

Даже если бы Шао Тяньцзе был изгнан из своего дома, эти родственники не смогли бы поколебать важное положение его детей.

Как первый опекун для своих детей, он считал само собой разумеющимся, что он управляет семьей Гу, прежде чем они стали взрослыми.

Но……

Стиснув зубы, Гу Чанлэ прошептала: "Тяньцзе, я хочу, чтобы ты отдал семью Гу нашему сыну.”

Шао Тяньцзе обнял ее и нежно сказал: "Конечно, Чанлэ, только наши дети квалифицированы, чтобы быть правителями этой огромной промышленности.”

Только когда Гу Чанлэ услышала это, она слегка приподняла улыбку в объятиях Шао Тяньцзе.

Однако глубоко в её глазах было леденящее и ядовитое чувство.

Дети Гу Чанге не должны продолжать стоять на пике бизнеса Гу, считала она.

Теперь, Гу Чанге мертва. Все должно принадлежать им.

Иначе все их многолетние усилия были бы напрасны.

…

Сун Юньсюань покинула больницу.

На дороге рядом с ней погудела машина. Она обернулась, но никого не увидела. Она пошла дальше.

Но уже через несколько шагов ее догнал сапфирово-синий Ferrari.

Сун Юньсюань посмотрела в сторону. Оконное стекло медленно опустилось, и красивое лицо Чу Мочена появилось как в замедленной съемке.

Сун Юньсюань холодно посмотрела на него. “Я ищу тебя, - сказал он.”

“Садись в машину.- Чу Мочен нежно улыбнулся ей.

Сун Юньсюань хмурилась, глядя на его улыбку.

Чу Мочен, кажется, почувствовал ее несчастье. Вместо того чтобы сразу же сесть за руль, он наклонился, чтобы помочь ей пристегнуть ремень безопасности.

Глядя на его поведение, она испытывала некоторое отвращение: “Я сделаю это сама.”

“Ты до сих пор ничего не знаешь о свадебном объявлении?”

Как только Сун Юньсюань услышала его слова, она поняла, что Чу Мочен уже знает причину, по которой она искала его.

И причина, по которой Чу Мочен знает все, заключалась в том, что её старший брат заранее позвонил Чу Мочену, опасаясь, что его младшая сестра оскорбит его, когда она встретится с ним.

Сун Юньсюань не отрицала: "Почему бы вам не рассказать мне про объявление о свадьбе?”

“Я женюсь на тебе, если только моя семья выдаст брачное письмо, твой отец согласен. Тебе не нужно быть информированной.”

Утверждение Чу Мочена очень упорядоченно и разумно, и в нем нет ничего плохого.

Что касается деловых семей, где преобладают конфликты интересов, то каждый брак должен рассматриваться с точки зрения преимуществ и недостатков от планирования в начале до завершения подготовки, и два человека, которые вступают в брак, - это всего лишь две куклы перед средствами массовой информации.

Последнее слово о том, должны ли они пожениться, принадлежит не невесте или жениху, а двум семьям, которые имеют хорошее предвидение.

Конечно, Чу Мочен - это совсем не кукла в семье Чу.

Чу Мочен может полностью контролировать свою собственную жизнь без внешнего давления, и ему не нужно опускаться до того, чтобы жениться на женщине, которая ему не нравится, ради коммерческих интересов.

В противном случае ему было бы нелегко в том возрасте, когда он женится и создает свою собственную семью.

В то время как Гу Чанге, чей возраст совпадает с ним, уже являлась матерью двух детей, у него даже нет подруги-сплетницы.

Ранее сплетни в Юньчэне все еще обсуждали, есть ли у единственного сына Чу какие-то особые увлечения, мешающие ему быть любовником.

Теперь, единственный сын семьи Чу выбрал свою невесту в одночасье.

Кроме того, супруга не является правильной.

Сун Юньсюань не могла опровергнуть то, что он сказал.

“Чу Мочен, это неуважение по отношению ко мне - выпускать свадебные новости, не посоветовавшись с моим мнением.”

Чу Мочен помог ей пристегнуть ремень безопасности, тронулся вперед и нажал на педаль акселератора: “Я оставлю тебя в порядке уважения.”

Сун Юньсюань хмуро посмотрела на Чу Мочена. “Зачем ты это сделал? Я могу дать тебе все, что ты хочешь от меня, но я не могу выйти за тебя замуж. Ты меня понимаешь?

Глядя на дорогу впереди, Чу Мочен был поглощен вождением.

Услышав рядом с собой голос Сун Юньсюань, который становился взволнованным, он посмотрел на ее лицо сбоку. Внезапно он дал неуместный ответ: "Ты прекрасна.”

Сун Юньсюань была ошеломлена.

Затем Чу Мочен сказал: "Ты, конечно же, не посмотрела в зеркало тщательно.”

Сун Юньсюань возмутилась: "Что ты на самом деле хочешь сказать?”

Чу Мочен вел машину к прибрежному шоссе Юньчэн, и пейзаж за окном менялся, быстро двигаясь назад. Глядя вперед, Чу Мочен, кажется, думал о чем-то: “Я знал красивую женщину, но ее стиль действия был таким же, как у мужчин, чтобы все мужчины держались от нее подальше из страха. И мне казалось нелепым пытаться завоевать ее.”

Сун Юньсюань знала, что он говорит о Гу Чанге.

Чу Мочен немного опустил стекло, и свежий морской бриз подул с прибрежного шоссе.

Он слегка сощурилась на далекие горы, синее море, мелкий песок и рифы.

Пейзажи Юньчэна настолько красивы, что заставляют людей задержаться и забыть вернуться в свой дом.

Однако Чу Мочен не был опьянен этой сценой, в его глазах слегка теплилось сочувствие: “Но эта красивая женщина не остановилась, чтобы посмотреть, что еще есть вокруг нее, кроме денег, власти и интересов.”

Сон Юньсюань странно хихикнула. Глядя вдаль, она мрачно сказала: “Ненависть.”

Хотя она говорит это тихим голосом, Чу Мочен отчетливо услышал ее.

Чу Мочен резко затормозил и съехал на прибрежное шоссе.

Из-за его внезапного торможения Сун Юньсюань неуверенно нырнула вперед.

К счастью, на ее теле был ремень безопасности, иначе такой внезапный тормоз наверняка ударил бы ее головой о переднее стекло, что, безусловно, заставило бы ее умереть или отключиться.

Автомобиль с превосходной производительностью внезапно остановился после быстрого броска.

Волосы Сун Юньсюань упали с ее уха и закрыли половину ее лица. Она подняла руку, чтобы заправить их за ухо.

Она повернулась к Чу Мочену и спросила: “Что? Я что, ошибаюсь?”

“Ты права, - Чу Мочен крепко сжал руль обеими руками. Он, кажется, сердился, но не мог легко выплеснуть это.

Понимая его плохое настроение, Сун Юньсюань сама расстегнула ремень безопасности: “Я чувствую, что ты сейчас не в состоянии вести машину. Позволь мне выйти первой, тогда ты сможешь расслабиться.”

Чу Мочен схватил ее за руку, которая отстегивала ремень безопасности. Он внезапно поднял голову, глядя ей прямо в глаза своим стальным взглядом: "Какие у тебя отношения с Шао Тяньцзе?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 42. Кольцо Дэрри

“Нет, точнее, почему ты ненавидишь Шао Тяньцзе?”

Сун Юньсюань посмотрела на Чу Мочена и обнаружила, что он серьезен, она улыбнулась: “Я не ненавижу его.”

Ей легко говорить это, и Чу Мочен почти поверил ей.

Однако внезапно глаза Сун Юньсюань потускнели, а ее яркая улыбка исчезла. Ее взгляд стал стальным: "Я просто хочу, чтобы он потерял все.”

Я позволю ему потерять все!

Я хочу, чтобы он почувствовал свою беспомощность!

Она хочет причинить Шао Тяньцзе всю ту боль, которую ей пришлось вытерпеть. Она хочет, чтобы он испытал ту же муку, что и она, когда умерла.

Сун Юньсюань стиснула зубы, и ее взгляд стал ледяным.

Чу Мочен в трансе смотрел на ее лицо, как будто видел лицо Гу Чанге.

“Юньсюань.” Он назвал ее по имени.

Сун Юньсюань пришла в себя и повернула к нему голову.

Чу Мочен внимательно смотрел на ее лицо, словно пытаясь что-то узнать. Наблюдая в течение долгого времени, он нашел себя действительно причудливым. Он не смог удержаться от насмешки над самим собой и беспомощно покачал головой: “Ты всегда заставляешь меня чувствовать, что она все еще жива.”

Сон Юньсюань тихо спросила: “Гу Чанге?”

Чу Мочен не отрицал: “Да.”

Сун Юньсюань не могла сказать, что она чувствует. Она просто думала, что это интересно, что Чу Мочен так часто может вспоминать Гу Чанге, хотя она мертва.

Изначально у Чу Мочена вообще не было романа с Гу Чанге. Но теперь, похоже, он никогда ее не забывал.

Она смотрела, как волны бьются о берег: “Надеюсь, ты не объявил о нашей помолвке.”

“Для семьи Чу делать торжественные обещания жизненно важно. Поскольку новость о нашей свадьбе была распространена, нет никакого способа изменить ее. Ты меня понимаешь?”

Семья Чу всегда наслаждалась хорошей репутацией в Юньчэне. Если их предложение будет отвергнуто семьей невесты, это сделает из них дурака.

Сун Юньсюань понимала его слова. Глядя на него, она тихо сказала: “Если ты боишься потерять лицо, то можешь объявить, что это ты отказываешься от нашего брака из-за моей неполноценности.”

На его губах появилась легкая улыбка, Чу Мочен бросил взгляд на нее, а затем сфокусировал свой пристальный взгляд на сцене за окном: “В таком случае, я буду тем, кто причинит тебе боль.”

Сун Юньсюань удивилась, но твердо сказала: “В любом случае, я не выйду замуж, пока не уничтожу семью Гу.”

Когда эта фраза была произнесена, ветер вокруг, кажется, утих на несколько секунд.

Чу Мочен почувствовал, что это невероятно. Он повернул голову и посмотрел на Сун Юньсюань.

Похоже, Сун Юньсюань тоже поняла, что она не смягчила свои слова только что. В спешке она собиралась выйти.

Чу Мочен держал ее за руку своими большими руками: "Я тебя не отпущу.”

Удерживаемая им, она нервно нахмурилась, так как знала, что ей не пойдет на пользу, если все будет продолжаться в том же духе. - Чу Мочен, я знаю, что то, что я только что сказала, кажется тебе смешным, но ты никогда не поймешь моих планов. Отпусти меня, в этом мире есть много других красивых девушек, которые заслуживают твоей любви.”

Она изо всех сил пыталась освободиться. Но когда он потянул свою руку, которая удерживала ее, она снова была схвачена.

Быстрыми и мощными движениями он схватил ее за запястье, чтобы затащить в машину.

Чу Мочен повернулся и прижал ее к сиденью машины. Окно было поднято на одну треть, просто блокируя вид снаружи.

“Что ты делаешь?”

Сун Юньсюань зорко смотрела на него.

Как орел, Чу Мочен искренне посмотрел ей в глаза, как будто он мог видеть сквозь ее сердце.

Сун Юньсюань почувствовала, что его глаза настолько интенсивны, что она не может понять, чего он хочет.

“Сун Юньсюань, как бы я тебя ни преследовал и как бы сильно ни любил, ты всегда безразлична. Тебе не кажется, что ты слишком горда?”

Сун Юньсюань сохраняла невозмутимое выражение лица: "Я никогда не позволю тебе ухаживать за мной, Чу Мочен.”

Она всегда хотела идти вперед одна, без всякой помощи других.

До тех пор, пока шипы на дороге не прорезают ее ноги, она может закончить путешествие сама.

Независимо от того, сколько крови она прольет, она может стиснуть зубы и продолжать, пока не закончит план мести.

“Чу Мочен, я не та женщина, которая тебе нужна. Я не выйду за тебя замуж, не стану твоей женой и не буду помогать тебе воспитывать твоих детей. Я не буду делать то, что ты хочешь от меня.”

Глядя на ее невозмутимое выражение лица, он почувствовал, что даже при том, что Сун Юньсюань подавлена в своих действиях, ее сердце все еще не изменилось.

"Юньсюань…”

Чу Мочен сделал глубокий вдох, как бы подавляя свои внутренние чувства.

Сун Юньсюань смотрела на него, она все еще была тверда: “Я надеюсь, что ты сможешь разорвать помолвку со мной.”

“Это уничтожит тебя. Без меня ты была бы никем в семье Сун.”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Нет. Поскольку меня никто не сажает в тюрьму, я могу получить все имущество семьи Сун.”

Ее холодное и честолюбивое сердце трудно завоевать.

Однако с того самого дня, как она вошла в семью Сун, у нее появилось такое честолюбие, что уже одного этого было достаточно, чтобы шокировать его.

Чу Мочен посмотрел на нее, выгнув темные кустистые брови. Он разочарованно отдернул руки.

Сун Юньсюань избавившись от его тела, попыталась толкнуть дверь и выбраться наружу.

Внезапно он обнял ее сзади.

Он обнял ее за талию, и его тонкие губы прижались к ее шее.

Сун Юньсюань уже не раз целовалась с ним. Хотя она несколько удивлена, она быстро успокоилась после короткого шквала.

Спокойно глядя вдаль, она протянула руку, чтобы развязать его руки, которые держали ее за талию.

Но когда ее ладонь легла на его руку, Чу Мочен сжал ее пальцы и надел что-то прохладное на безымянный палец правой руки.

От удивления она опустила глаза.

Чу Мочен поцеловал ее в мочку уха. “Это для тебя.”

Она продолжала смотреть вниз.

Его мягкий и сексуальный голос звучал у нее над ухом: "Это наше обручальное кольцо.”

Сун Юньсюань нахмурилась: "Я же сказала, что не хочу выходить за тебя замуж.”

Чу Мочен тут же поцеловал ее в губы и отказывался отпускать, как бы она ни сопротивлялась.

Горячий поцелуй, кажется, передал всю его страсть к ней, которая задержалась в ее сердце. Он неохотно покинул ее губы, когда она почти задыхалась.

Сун Юньсюань покраснела из-за нехватки кислорода. Она подняла руки, чтобы оттолкнуть его, а затем коснулась своих губ.

Серебряное кольцо на ее указательном пальце появилось прямо перед глазами.

Это кольцо Дэрри.

Это обручальное кольцо, которое можно купить только один раз в течение своей жизни с его ID-картой?

Она просто онемела.

Чу Мочен, однако, поднял руку, чтобы осторожно заправить ее упавшие волосы за уши. Затем он помог ей вытереть рот и искренне улыбнулся.

Сун Юньсюань едва ли понимала, что хотел сделать Чу Мочен.

“Но почему? Это кольцо…”

“Может быть, я и не могу жениться на тебе сейчас, но это не значит, что я не женюсь на тебе в будущем. Ты же моя жена. Я всегда буду держать эту должность в семье Чу для тебя.”

Сун Юньсюань покачала головой и почувствовала удивление - он действительно своенравен.

Он пристегнул ее ремнем безопасности и отправился обратно в семью Сун, когда ее разум все еще был в смятении.

Когда они подъехали, он открыл перед ней дверцу машины и помог выйти.

Видя, как Чу Мочен заботился о Сун Юньсюань с нежностью, Сун Юньцян был очень удивлен.

Чу Мочен - это мужчина, который никогда не проявляет слишком большого интереса к женщинам. И даже если он есть, Сун Юньцян никогда не видел, что бы он был так значителен для Сун Юньсюань раньше.

Лицо Сун Юньсюань показывало незаметное выражение.

Сон Юньцян заметил, что Сун Юньсюань не улыбается, и поспешно попросил Аму помочь ей: “Иди и помоги Юньсюань, ей неудобно.”

С извиняющейся улыбкой Чу Мочен тихо сказал: "Я взял ее покататься вдоль побережья, и теперь у нее кружится голова.”

Хотя Чу Мочен объяснил, Сун Юньцян ясно видит двусмысленный засос, выставленный на шее его сестры.

Сун Юньцян отвел глаза от ее воротника и не разоблачил ложь Чу Мочена, просто попросив Аму проводить Сун Юньсюань обратно в ее комнату.

Глаза Чу Мочена остановились на Сун Юньсюань, пока ее провожали наверх.

Сун Юньцян спросил: “Чайлд Чу, не хочешь ли чашечку чая?”

“Нет, спасибо, я хочу навестить Мистера Суна.”

Сун Юньцян немедленно повел Чу Мочена в комнату Сун Яна.

Сун Юньцян не остался с Чу Моченом в комнате. Через некоторое время Чу Мочен вышел из комнаты Сун Яна и уехал.

Сун Юньцян не знал, что Чу Мочен сказал Сун Яну. Он подождал, пока Чу Мочен уйдет, прежде чем войти и увидеть отца.

“Папа, что сказал Чайлд Чу?”

Глаза Сун Яна были окружены темными кругами. Он плохо спал прошлой ночью. После того, как Сун Юньцян спросил его, что Чу Мочен сказал только что, его пристальный взгляд стал острым: “Я не думаю, что Юньсюань может сосредоточиться на Чу Мочене.”

Сун Юньцян был в шоке: "Папа, что ты имеешь в виду?”

Сун Ян был немного сердит: "Чайлд Чу сказал мне, что их свадьба будет отложена. Я спросил его, как долго это продлится, и он даже сказал мне, что не собирается жениться в ближайшие пару лет.”

С замиранием сердца Сун Юньцян спросил: "Неужели он отказывается от Юньсюань?”

Глаза Сун Яна казались покрытыми тенями: "Если семья Чу объявит, что они отказываются от Юньсюань, нам будет легко справиться, нам просто нужно выдать Юньсюань за кого-то другого, но Чу Мочен…”

Сон Ян вздохнул и не смог продолжить.

“Папа?- Сун Юньцян ждал, когда Сун Ян заговорит.

Сун Ян нахмурился, выглядя сердитым и беспомощным: “Я никогда не думал, что Чу Мочен откажется разорвать помолвку.”

Сун Юньцян поджал губы и не мог понять истинных мыслей Чу Мочена.

Затем Сун Ян взял пакет с файлами и протянул его Сун Юньцяну: “Он сказал, что это подарок на помолвку для Юньсюань. И позволил мне передать его Юньсюань. Открой его и посмотри, что в нем.”

Хотя Сун Юньцян считал невежливым открывать подарки своей сестры без ее разрешения, он подчинился приказу своего отца.

Открыв пакет, и вытащив из него стопку документов, он переворачивал их страницу за страницей, а затем широко раскрыл глаза от шока.

Сун Ян увидев удивленное выражение лица Сун Юньцян, тоже стал взволнованным: “Что это?”

“Папа, папа, папа, - Сун Юньцян был слишком потрясен, чтобы закрыть рот, - это актив Чу Шао, переданный Юньсюань. Это салон Венера!”

Сун Ян долго не мог прийти в себя от неожиданности.

Поскольку подарок на помолвку являлся таким ценным активом для него, как Чу Мочен мог отказаться от Сун Юньсюань?!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 43. Вклад в семью Сун

Сун Юньцян и Сун Ян были в ужасе.

Сун Юньцян держал в руке соглашение о передаче активов, и в одно мгновение он был несколько смущен и ошеломлен. Он обратился за помощью к отцу. - Папа, ты не думаешь, что Венеру надо отдать Юньсюань?”

Конечно, он не хотел отдавать её Юньсюань в своем сердце.

Хотя Венера сейчас страдала от негативных отзывов, так или иначе она когда-либо также занимала большую часть рыночной доли индустрии красоты в Юньчэне.

Теперь его кто-то легко купил, и так драматично отдал молодой девушке из его семьи.

Сун Юньцян одновременно был завистлив и сердит.

“Папа, Юньсюань всего восемнадцать лет, только восемнадцать.…”

Сун Ян мог понять значение слов своего сына, он холодно сказал: "Ты думаешь, что семья Чу глупа? Чу Мочен на несколько лет моложе тебя, но его мозг намного сильнее твоего. У него есть тесные отношения с Юньсюань. Разве он не знает, что Юньсюань только отпраздновала свой восемнадцатый день рождения?

Сун Юньцян смущенно закрыл рот, но он все еще был непримирим: “Папа, хотя Венера начала спускаться вниз, это не маленькая индустрия. Тощий верблюд больше жирной лошади. Если мы отдадим Венеру Юньсюань, я боюсь, что сама Юньсюань не сможет её контролировать?”

Лицо Сун Яна посинело, как будто он был раздражен идеей своего сына: "Юньцян, ты уже не молод, подумай хорошенько. Что же на самом деле делает Чайлд Чу?”

Сун Юньцян сдвинул брови, и некоторое время он ничего не говорил: “Давая Юньсюань такой большой подарок, он не только демонстрирует финансовые ресурсы семьи Чу, но и говорит, что Юньсюань очень важна для него.”

Сун Ян яростно посмотрел в глаза своего сына. Услышав это от своего сына, он почувствовал, что у его старшего сына вообще нет мозга.

“Ты думаешь, что семья Чу все еще должна показать нам свои финансовые ресурсы? Активы семьи Чу несравнимы ни с одной семьей в Юньчэне, за исключением семьи Гу. Ему вообще не нужно показывать свои деньги нашей семье.”

”Тогда почему он... " - хотел спросить Сун Юньцян.

Но отец не сводил с него глаз.

Держась за подлокотник инвалидной коляски, Сун Ян мрачно сказал: "Что касается Чу Мочена, только старшая дочь Гу может быть достойной быть его супругой. Но Гу Чанге, принцесса семьи Гу, не являлась обычным человеком, который не выбрал его в то время. И вот теперь она мертва. Он хочет жениться на Юньсюань, что считается самоуничижением со стороны посторонних, так как две семьи не очень хорошо сочетаются.”

“Ну, он выступает за Юньсюань. У него нет выбора” - Сун Юньцян открыл рот.

Сун Ян так не думал: “Хотя он увлекся Юньсюань, голос публики все еще незаменим. Он дает Юньсюань такую большую индустрию, которая идет под уклон. Несомненно, он хочет, чтобы Юньсюань снова возродила Венеру. Таким образом, Юньсюань докажет свою способность, что также показывает, что у него есть хорошее предвидение. Хотя кто-то все еще может сказать, что Юньсюань - Золушка, никто не подумает, что она неспособна выйти замуж за семью Чу. По крайней мере, если Юньсюань заставит Венеру воскреснуть, это будет означать, что она мудрая женщина, в отличие от тех богатых дам, которые могут только есть, пить и играть.”

Сун Юньцян слушал своего отца, и он, наконец, начал понимать смысл действий Чу Мочена.

Он также почувствовал, что документы на собственность в его руках стали немного тяжелее: "Но папа, Юньсюань - всего лишь маленькая девочка, как она может взять на себя Венеру?”

Сун Ян вытянул лицо и сказал: “Ты просто отдашь Юньсюань документы этой собственности в ее первоначальном виде. Если она преуспеет, ты должен быть настороже против нее. Если она не сможет этого сделать, ты... сожмешь Венеру в своей собственной руке дюйм за дюймом.”

Сун Юньцян понимал, что имел в виду его отец: “Папа, ты имеешь в виду, независимо от того, выйдет ли Юньсюань за семью Чу или нет, Венера - наша?”

"Юньсюань получила Венеру, что также является преимуществом нашей семьи Сун.” Сун Ян вздохнул: "Теперь, когда Чу Мочен отдал нам залог, Юньсюань не повредит остаться в семье Сун еще на два года.”

Сун Юньцян кивнул: "Я отдам бумаги Юньсюань.”

Сун Ян издал гул и наблюдал, как Сун Юньцян выходит.

Только когда Сун Юньцян вышел, он не смог удержаться от вздоха: “Старший сын действительно не создан для делового круга.”

…

В дверь Сун Юньсюань постучался Сун Юньцян. Она открыла дверь и увидела, что Сун Юньцян протягивает ей пакет с документами. Его лицо было полно радости.

Она была в недоумении: "Старший брат, что это такое? Почему ты так счастлив?”

Сун Юньцян протянул пакет с документами вперед: "Юньсюань, ты действительно скрашиваешь нашу семью. Ты позволяешь Чайлду Чу так много тратить даже на помолвку. Мы видим, что Чайлд Чу искренен с тобой, ты можешь относиться к нему лучше.”

Сун Юньсюань была в замешательстве. Но глядя на радость на лице Сун Юньцяна, она также знала, что пакет документов содержит что-то, что является благоприятным для семьи Сун.

Она кивнула, потом взяла пакет и проводила старшего брата.

После того, как Сун Юньцян ушел, она закрыла дверь, вернулась в постель, и открыла бумажный пакет, вынимая бумаги из него.

Прочитав несколько страниц, ее сердце было поражено, а брови сдвинулись.

Она почти сомневалась в своих глазах.

Когда все бумаги были тщательно просмотрены, она разразилась смехом и положила все важные документы по соглашению о передаче на кровать. Затем она сделала телефонный звонок Чу Мочену.

Прошло некоторое время, прежде чем Чу Мочен взял трубку.

Сун Юньсюань звонила ему впервые по собственной инициативе. Первой фразой было не мягкое приветствие от девушки, а смешной и сердитый вопрос: “Чу Мочен, почему ты отдаешь Венеру мне?”

“Ты звонишь мне в первый раз по собственной инициативе, - сказал он очень мягким голосом. “Я очень рад, Юньсюань.”

Сун Юньсюань сделала глубокий вдох, чтобы остудить огонь в ее груди: "Чу Мочен, не вмешивайся в мои дела, я хочу сделать все без твоей помощи, я могу сделать это сама.”

Чу Мочен слабо улыбнулся, и его голос стал мягок и сексуален: "Юньсюань, ты слишком упряма. Даже если У Цзэтянь хочет занять трон, она все равно должна полагаться на Ли Чжи. Вы не можете сделать слишком много в одиночку.” (У Цзэтянь - единственная императрица в Древнем Китае. Ли Чжи - ее муж и император в династии Тан.)

“Но мне не нужно, чтобы ты это делал.”

Чу Мочен слегка улыбнулся и сказал: “Юньсюань, эту вещь должен был взять Шао Тяньцзе. Но я думаю, что тебе это может очень понравиться, так что я схватил его до того, как он это сделал.”

Его замечание просто эффективно захватило более поздние замечания Сун Юньсюань.

С большим мягким белым полотенцем вокруг шеи, Чу Мочен только что принял ванну. И капли воды все еще стекали с его темных волос.

Он носил повседневную и удобную одежду. И без спокойствия и безразличия его глаза становились ласковыми и теплыми: “Что? Ты все еще собираешься обвинять меня?”

Губы Сун Юньсюань сжались в прямую линию, она была недовольна, но не продолжила разговор.

Заметив ее молчание, Чу Мочен не спешил вешать трубку. Он прислушивался к ее тихому дыханию.

Через некоторое время он спросил: “Тебе нравится кольцо, которое я тебе подарил?”

Голос Сун Юньсюань прозвучал мрачно через две секунды: "Не забудь объявить о переносе свадьбы завтра.”

После этого, не попрощавшись, она щелчком повесила трубку.

Чу Мочен уже привык к ее грубости.

Он проверил телефон с беспомощным смехом.

Хотя женщина все еще не может обращаться с ним мягким голосом, как котенок, это хороший прогресс, чтобы позвонить ему по своей собственной инициативе.

С легкой улыбкой на губах он положил сотовый телефон на одну сторону шкафа, а затем стал вытирать влажные волосы полотенцем.

Сун Юньсюань повесила трубку и отбросила ее в сторону.

Лежа на кровати, она читала содержание соглашения о передаче имущества.

Чу Мочен прав, это именно то, что ей нужно.

До тех пор, пока это то, что хочет Шао Тяньцзе, она хочет забрать это у него.

Чу Мочен действительно знает ее сердце.

Но разве это не опасно для мужчины - знать ее такой?

Она отложила бумаги в сторону и посмотрела на свой тонкий белый правый безымянный палец.

Немного подумав, она снова встала, подошла к ящику прикроватной тумбочки и достала оттуда серебряное кольцо.

На нем нет бриллианта, но даже простое серебряное кольцо более заметно на безымянном пальце, чем все кольца с драгоценными камнями.

Просто потому, что это кольцо является самым уникальным среди звездных колец, каждый человек может купить только одно в своей жизни с его ID-картой.

Она не знала, как Чу Мочен отнесся к покупке кольца.

Тем не менее, она вдруг почувствовала, что это нормально, чтобы носить кольцо на руке.

Она осторожно надела кольцо на безымянный палец.

Внезапно она ощутила, как сильно бьется ее сердце.

Ощущение того, что она жива, было ясным и очевидным.

Палец с кольцом был прижат к ее правой груди, где бьется ее сердце.

Сун Юньсюань слушала, как сильно бьется сердце. Затем она медленно закрыла глаза.

Она жива.

Это здорово.

Все изменится так, как она пожелает.

Включая изменение светлого будущего Шао Тяньцзе.

…

Когда на следующий день Сун Юньсюань пришла в редакцию журнала Фаньсин, главный редактор журнала уже ждала ее в дверях кабинета.

Увидев ее приближение, она сделала свое лицо и поприветствовала ее. - Мисс Сун, я проверила все, что вы мне сказали.”

“Ну и как?” - Сун Юньсюань надула губы и открыла дверь кабинета.

Как только она протянула руку, Сяо Хонг, главный редактор, посмотрела на ее палец. Она подняла глаза и сказала: "Мисс Сун, кольцо на вашей руке?”

“А, это?”

Сун Юньсюань подняла свою руку без намерения скрыть ее. Она была достаточно великодушна, чтобы показать Сяо Хонг: "Мой друг привез его из-за границы. Он подумал, что это хороший подарок для меня. Это красиво?”

Сяо Хонг кивнула. - Это выглядит красиво и замечательно.”

Сяо Хонг все еще сомневалась. Глядя на мирное выражение лица Сун Юньсюань, она отмела свою догадку и последовала за Сун Юньсюань в офис.

"Мисс Сун, что касается инцидента с потребительским обезображиванием Венеры в позапрошлом году, мы выяснили происхождение и развитие этого инцидента и всю информацию о сообщениях на тот момент. Давайте посмотрим.”

Сун Юньсюань просто посмотрела на плотный документ и сказала: “То, что я хочу, - это не комментарий СМИ, который люди слышали в то время. То, что я хочу, - это факты. Вы меня понимаете?”

Лицо Сяо Хонг стало красным: "Мисс Сун, салон Тяньсин принадлежит Гу. Если мы опрометчиво раскроем истину для Венеры в это время, я боюсь…”

“Ну, вы все это проверили, это уже хорошо, - Сун Юньсюань закрыла документы и протянула их ей. - Я уже выяснила адрес потребителя. Пойдем со мной сегодня днем. Давай нанесем ей визит.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 44. Невинность Венеры

Слова Сон Юньсюань удивили Сяо Хонг.

Она повернула голову и посмотрела на Сун Юньсюань в изумлении.

Хотя глаза Сун Юньсюань были ясны, эмоции в них были размыты.

“Что случилось? Мисс Сяо?”

Сяо Хонг обнаружила, что ее мысли блуждают, поэтому она поспешила ответить: “Нет, все в порядке, Мисс Сун.”

Хотя Сяо Хонг ничего не показала на ее лице, ее сердце было подобно лодке в бурном океане.

Она и представить себе не могла, что восемнадцатилетняя девушка может так хорошо спланировать свои дальнейшие действия.

Связывая семейное происхождение Сун Юньсюань, Сяо Хонг имела больше доверия к ней.

В конце концов, маленькая дочь семьи Сун не из тех, с кем можно шутить.

Сяо Хонг подчинилась договоренности Сун Юньсюань и повезла ее по указанному адресу во второй половине дня.

Сун Юньсюань привела туда же и Шао Сюэ.

По пути Шао Сюэ переворачивала информационные листы, сидя рядом с Сун Юньсюань, и обнаружила, что информация в папке касается случая споров в Юньчэне два года назад. И потерпевшие, и обвиняемый были четко указаны.

Самое удивительное, что на последней странице были четко напечатаны лица и адреса двух уродов.

Эти два человека, соответственно, Хань Руцзя и Йи Сяонин.

Сун Юньсюань посмотрела на их адреса и обратилась к Сяо Хонг: “Мисс Сяо, давайте сначала поедем к дому Йи Сяонин.”

Сяо Хонг поколебалась мгновение, и она все еще не смогла удержаться, чтобы не повернуть голову и не напомнить Сун Юньсюань: “Мисс Сун, хотя имя Йи Сяонин звучит деликатно и красиво, она сложный человек. Чтобы бороться с судебным иском против Венеры, она целый год ничего не делала, а только ходила вокруг двери Венеры, чтобы показать людям свое изуродованное лицо.”

Сун Юньсюань посмотрела на фотографии Йи Сяонин до и после ее обезображивания на документе и нежно коснулась изображения на бумаге пальцами: “Йи Сяонин действительно твердый орешек. Но именно из-за этого я должна начать с нее.”

Крепкие орешки не страшны, потому что они обычно жадные. Независимо от того, что она любит деньги или товары, у нее есть свои слабости, пока у нее есть дополнительные желания.

Будет гораздо легче поймать ее, если у нее есть какой-либо недостаток.

Сяо Хонг посмотрела на лицо Сун Юньсюань в зеркале заднего вида и увидела, что Сун Юньсюань читала с расчетливым взглядом и легкой улыбкой на губах.

У Сяо Хонг появилось чувство угнетения от того, что она не смела действовать свободно, и она перестала спрашивать.

Шао Сюэ, обдумав слова Сун Юньсюань, осторожно спросила ее: “Ситуация Хань Руцзя полностью отличается от ситуации Йи Сяонин?”

Сун Юньсюань посмотрела на Шао Сюэ, улыбнулась и кивнула: “Это совсем другое.”

Глядя на фотографии Хань Руцзя до и после обезображивания, Шао Сюэ обнаружила, что Хань Руцзя действительно была красавицей до происшествия, но в результате ее лицо было ужасно деформировано.

Это разумно, что Сун Юньсюань решила не посещать Хань Руцзя первой.

Потому что лицо Хань Руцзя действительно было разрушено, и это не подделка.

Более того, причина, по которой лицо Хань Руцзя испорчено таким образом, заключалась не в том, что ею манипулировала Гу Чанге, а в Гу Чанлэ.

Сун Юньсюань погрузилась в воспоминания. Сяо Хонг ехала вперед, тщательно наблюдая за дорогой впереди.

После подтверждения того, что адрес Йи Сяонин находится рядом, Сун Юньсюань попросила Сяо Хонг: “Мисс Сяо, остановитесь здесь и ждите меня. Я пойду с Шао Сюэ.”

Сяо Хонг остановила машину. Она все еще беспокоилась: "Мисс Сун, если Йи Сяонин узнает, что вы здесь ради Венеры, я боюсь, что она может смутить вас. И вам еще предстоит реабилитировать Венеру.”

Сун Юньсюань вышла из машины: “Мы обе не знаем фактов этого дела. Сначала я пойду и посмотрю на ее отношение.”

Сяо Хонг не имела другого выбора, кроме как сказать Шао Сюэ действовать осторожно и защищать Сун Юньсюань от причинения вреда.

Путь лежал в гору. Здания на этой территории в основном были бунгало. У каждой семьи был свой небольшой внутренний дворик. Окружающая среда была чистой. И морской бриз пронизывал воздух.

Сун Юньсюань шла вперед, пока Шао Сюэ проверяла название улицы и номера дверей.

Пройдя мимо двух кварталов, Шао Сюэ вдруг сказала: "Юньсюань, небольшой магазин напротив, кажется, управляется Йи Сяонин.”

Сун Юньсюань посмотрела вверх и обнаружила, что недалеко есть небольшой продуктовый магазин. Она сделала глубокий вдох и последовала за Шао Сюэ.

Это правда, что Йи Сяонин управляла небольшим супермаркетом после ее обезображивания.

Но когда они подошли к двери, то обнаружили, что это не продуктовый магазин, а магазин секс-игрушек.

Глядя на слоган продукта у входа в магазин, лицо Шао Сюэ покраснело от смущения: "Юньсюань, мы все еще незамужние девушки. Ты не думаешь, что нам было бы неуместно заходить в такой магазин?”

Сун Юньсюань посмотрела на нее со слабым выражением лица: “Некоторые места выглядят чистыми, но на самом деле они даже грязнее, чем здесь.”

После этого она перестала смотреть на Шао Сюэ и толкнула дверь внутрь.

Увидев, что Сун Юньсюань толкнула дверь, Шао Сюэ неохотно последовала за ней.

Автоматически включился механический голос от куклы робота, чтобы приветствовать гостей.

Сун Юньсюань затошнило от густого дыма, который рассеивался по комнате, поэтому она подняла руку, чтобы обмахнуть его.

Когда она уже почти повернула голову, послышался ленивый голос неподалеку от двери: "Что вам нужно, дамы?”

Поискав источник голоса, Сун Юньсюань нашла женщину с вьющимися волосами до плеч в обтягивающей мини-юбке и черных чулках.

Тоненький женский голосок. Судя по ее фигуре, ей около 28 лет. Когда она заметила Сун Юньсюань и Шао Сюэ, в ее глазах появился сарказм: "Две молодые цыпочки, вас сексуально оскорбили лицемеры? Или вам просто нужны некоторые маленькие игрушки, чтобы украсить вашу возбужденную и одинокую ночь.”

Шао Сюэ почувствовала отвращение, когда она посмотрела на лицо женщины.

Схватив Сун Юньсюань за руку, она подсознательно хотела вытащить Сун Юньсюань из этого места.

Но Сун Юньсюань стояла твердо, как скала, неподвижно глядя на уродливую женщину с саркастическим тоном и уродливым лицом.

Глаза этой женщины никогда не проходили через операцию. Они были прекрасны. Но из-за неправильного использования инъекций мышцы вокруг ее глаз были скручены вверх. Ее лицо было нескоординированным, а губы так сильно обвисли, что все лицо вообще не могло улыбаться. Самое страшное, что у нее щеки затекли под кожей. Как марионетка, она выглядела онемевшей и отвратительной, когда говорила.

Сун Юньсюань открыла папку в своей руке, а затем равнодушно посмотрела вверх. - Мисс Йи Сяонин?”

Женщина нахмурилась: "Это магазин секс-игрушек, а не приют для бездомных, и не место, где вы можете кого-то найти.”

После этого она повернулась, чтобы уйти.

Когда Сун Юньсюань увидела, что она хочет уйти, она не стала преследовать ее. Вместо этого она повернула голову и осмотрела маленький магазинчик. “Когда вы воспользовались возможностью получить так много преимуществ от Гу Чанге, вы просто спрятали миллионы юаней и создали такой магазин?”

Женщина остановилась, как будто ее тело замерло, когда она услышала имя, Гу Чанге.

Сун Юньсюань вырвалась из рук Шао Сюэ и сказала: “Мисс Йи Сяонин, теперь я отвечаю за Венеру. Так как косметическая операция, которую вы сделали два года назад в салоне Венера, была сильно раскритикована общественным мнением, сейчас я нанесла ответный визит, чтобы проверить вашу текущую ситуацию.”

Когда женщина услышала, что они из Венеры, она обернулась со злорадством в глазах: “Что? Разве Венера еще не рухнула?”

Сун Юньсюань подобающе улыбнулась: "Мисс Йи Сяонин, из-за ваших усилий Венера рухнула. Но я её купила.”

Йи Сяонин усмехнулась: "Так как вы купили его, вы можете просто изменить его название и вернуться снова. Почему вы пришли ко мне, я не буду продолжать обвинять Венеру.”

Сун Юньсюань посмотрела на ее внешний вид и кивнула: “Мисс Йи Сяонин, хотя я и купила Венеру, я не собираюсь переименовывать ее.”

Йи Сяонин улыбалась, почувствовав себя забавно: "Какая молодая тупая цыпочка. Может быть, вы хотите, чтобы я извинилась перед Венерой и сказала несправедливо, что они не обезображивали мое лицо?”

Сун Юньсюань посмотрела вниз и сказала дружелюбным и нежным тоном: "Мисс Йи Сяонин, миллионов юаней, которые Гу Чанге дала вам в то время, было недостаточно для азартных игр вообще?”

Йи Сяонин была очень удивлена.

Она посмотрела на Сун Юньсюань и почувствовала себя невероятно от того, что она сказала.

Сон Юньсюань сразу же обратилась к последней странице документов в ее руке: “Это то, как вы выглядели раньше. Подумайте об этом, вы вернетесь к своей прежней внешности, переедете в другой город с сотнями тысяч юаней и квартирой, чтобы начать все сначала, что будет держать вас подальше от ваших кредиторов и вашей низкой жизни сейчас.”

Брови женщины приблизились друг к другу.

Сун Юньсюань наблюдала за изменением выражения ее лица и внимательно следила за выражением ее глаз.

Йи Сяонин действительно крепкий орешек.

Она не только женщина Тиффани, но и игрок.

Она отправилась в Венеру для пластической операции. Чтобы подставить Венеру и получить с них огромную компенсацию, чтобы у нее были деньги для погашения своих долгов, она попросила нелицензированную клинику красоты дать ей лекарство для инъекций.

Но салон Венера имел хорошую репутацию в отрасли, это было Агентство красоты, которое человек не может просто так снести.

Венера планировала примириться с ней, подарив ей десятки тысяч юаней.

Но как раз перед тем, как они это сделали, Йи Сяонин была обнаружена Гу Чанге.

В это время Гу Чанге увидела, как она подняла табличку на двери отделения Венеры, чтобы попросить компенсацию. Она просто позволила водителю остановиться, а затем сказала водителю уехать, проследив за ней в течение нескольких минут.

Позже она сама отправилась на поиски Йи Сяонин и гарантировала ей десятикратную сумму компенсации, обещанную Венерой, до тех пор, пока она не отпустит Венеру.

Поэтому Йи Сяонин продолжала бороться с Венерой и кусала ее так же сильно, как бешеная собака.

Венера в конце концов пообещала ей выплату в размере 900 000 юаней.

На следующий день после этого Гу Чанге дала Йи Сяонин девять миллионов юаней, чтобы она покинула город и никогда не возвращалась.

К сожалению, после погашения своих игорных долгов, Йи Сяонин потеряла все свои оставшиеся сбережения в одночасье в казино.

Когда она снова захотела шантажировать Гу Чанге, Гу Чанге нашла доказательства того, что она проигралась в азартные игры и вводила лекарства в маленькой клинике, которые вызвали воспаление ее лицевых мышц и изуродовали ее лицо, и предупредила ее, что если она посмеет сказать что-нибудь не так, она немедленно подаст на нее в суд за клевету и отправит ее в тюрьму.

Следовательно, Йи Сяонин, независимо от того, насколько она жесткая, не осмеливалась сказать правду, что она была поддержана Гу.

Но теперь ей предлагали такие щедрые условия, чтобы вернуться к публике.

Она посмотрела на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань медленно искушала ее: “Гу Чанге мертва, пока ты говоришь, что это Гу заставили тебя подставить Венеру в тот год, я попрошу кого-нибудь дать тебе новое лицо, отправить тебя из этого города, держать тебя подальше от твоих кредиторов, а также дать тебе квартиру и небольшое состояние.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 45. Фотографирование

Слова Сун Юньсюань были нежны, и они звучали для Йи Сяонин, как волшебные звуки.

Шао Сюэ стояла позади нее и слушала. На мгновение она была ошеломлена.

Сун Юньсюань достала из сумочки свою визитную карточку и положила ее на стойку рядом с Йи Сяонин: “Мисс Йи, если вы хотите, пожалуйста, звоните мне в любое время.”

Йи Сяонин смотрела на нее со странным выражением лица.

Странное выражение в глазах Йи Сяонин никак не могло повлиять на настроение Сун Юньсюань. Она продолжала мирно улыбаться от начала и до конца.

Может быть, Йи Сяонин некрасива. Однако до тех пор, пока она может помочь сбить Шао Тяньцзе на землю, Сун Юньсюань будет улыбаться ей, независимо от того, насколько она уродлива и отвратительна.

Потому что самое страшное в мире - это не уродливое лицо.

Это сердце такое же злобное, как змеи и скорпионы.

Она повернулась, чтобы уйти, и потрясенная Шао Сюэ покинула магазин с ней.

Как только они вышли, прозвучал щелчок камеры.

Прежде чем Шао Сюэ отреагировала, тень удалилась.

Сун Юньсюань тут же настороженно обернулась, чтобы посмотреть, откуда доносится звук. Внезапно она увидела фигуру, которая забежала в переулок и исчезла.

Шао Сюэ нахмурилась и закрыла глаза руками. Сун Юньсюань тоже нахмурилась. “Ты смогла разглядеть этого человека?”

Шао Сюэ не могла ясно увидеть этого человека. Однако, проследив за взглядом Сун Юньсюань, она увидела фигуру: "Это мужчина. Кажется, у него есть фотоаппарат.”

Лицо Сун Юньсюань стало холодным: “Это должно быть газетный репортер. Давай сначала сядем в машину.”

Услышав это, Шао Сюэ вернулась к тому магазину секс-игрушек, она начала беспокоиться: “Юньсюань, если тебя сфотографируют выходящей из этого магазина, это будет вредно для твоей репутации. Ты ведь являешься дочерью семьи Сун и собираешься вступить в брак с семьей Чу.”

Сун Юньсюань подумала об этом раньше, чем Шао Сюэ. Оглядываясь на большую вывеску магазина секс-игрушек Йи Сяонин, она усмехнулась: "Кто-то пытается получить негативные новости обо мне.”

В то же время она продолжила: “Во-первых, нам нужно найти Сяо Хонг. Мы должны вернуться.”

Шао Сюэ все еще чувствовала себя неловко: “Может быть, мы будем преследовать этого репортера?”

“Нет. Но уже слишком поздно.”

Раз он смог последовать за ними сюда, значит Сун Юньсюань, должно быть, уже давно была замечена, и фотограф, должно быть, строил планы для дилемм.

Теперь он гладко получил фотографии. Она боялась, что он уже уехал.

Возможно, в это время фотографии уже были отправлены в газету.

Она вернулась вместе с Шао Сюэ. Увидев, что она возвращается, Сяо Хонг открыла перед ней дверь. Кажется, она была чем-то обеспокоена. - Мисс Сун, вы нашли Йи Сяонин?”

Сон Юньсюань кивнула и села в машину. "Лицо Йи Сяонин было сильно повреждено. Это ее фотография. Вы должны отвезти ее к самому известному косметическому хирургу в Китае и спросить врача, как восстановить ее лицо.”

Сун Юньсюань передала информацию Сяо Хонг.

Сяо Хонг внимательно посмотрела на фотографии. Она усмехнулась: "Она действительно сильно изуродована.”

Сун Юньсюань хмыкнула: "Женщин, которые могут действовать, не будучи затронутыми комментариями других, не так много. Трудно найти такую девушку, как Йи Сяонин.”

Сяо Хонг понимала скрытый смысл ее слов, но она не говорила откровенно…

Шао Сюэ тоже не отвечала.

Однако после того, как она услышала условия, поднятые Сун Юньсюань для Йи Сяонин, она почувствовала, что Йи Сяонин, вероятно, согласится, если она не безумна.

Сяо Хонг отправилась в путь. Сун Юньсюань смотрела на пейзаж, подперев голову руками. Всю дорогу она гадала, кто мог бы послать человека, чтобы сфотографировать ее.

Сяо Хонг некоторое время молчала, а затем протянула руку, чтобы включить радио.

Сун Юньсюань проследила за ее движениями и слегка нахмурилась. Сяо Хонг немедленно убрала свою руку.

Сун Юньсюань подумала, что Сяо Хонг довольно рассудительна. Ее выражение смягчилось: "Госпожа Сяо, вы уже определились с содержанием этого вопроса?”

Сяо Хонг кивнула: "Да, но…”

Сун Юньсюань заметила ее колебания, она улыбнулась: "Что случилось? Просто скажите мне. У меня немного болела голова. Но я помассировала её, так что теперь мне намного лучше.”

Когда Сяо Хонг обнаружила, что отношение Сун Юньсюань изменилось, она сказала: “Это потому что ZUI Queen всегда публикует некоторые горячие актуальные темы в Юньчэне на первых трех страницах.”

Она смутилась, проводя рукой по губам.

Сун Юньсюань знала, что она колеблется, поэтому она ответила: “Новости Юньчэна всегда сообщались другими журналами. Мы должны сообщать об этом, иначе наши продажи упадут, и читатели скажут, что мы недостаточно информированы.”

Сяо Хонг сразу же кивнула: "Да, Мисс Сун, наш редакционный отдел тоже так думает, но ... на самом деле, самая горячая тема для этого вопроса …”

Похоже, что она попала в беду. Глядя на лицо Сун Юньсюань в зеркале заднего вида, она выдавила несколько слов: “На самом деле, это брак между семьей Чу и семьей Сун.”

Глаза Сун Юньсюань прыгнули один раз, а затем потускнели.

Сяо Хонг понимала, что ее слова создали напряженную атмосферу.

Однако всего через несколько секунд Сун Юньсюань подняла глаза и спросила ее: “Семья Чу объявила об отмене помолвки?”

"Нет, - поспешно объясняет Сяо Хонг, - они просто утверждают, что откладывают дату свадьбы. Точное время свадьбы еще не решено, но многие люди строят догадки…”

Сун Юньсюань легко сказала: "С точки зрения версий, вам нужно сохранить то же самое с другими журналами. Не волнуйтесь, хотя я владелец журнала Фаньсин. Даже если журнал Фаньсин не будет сообщать обо мне, остальные журналы все равно сделают это.”

Сяо Хонг согласилась и успокоила ее: “Мисс Сун, если вы все еще чувствуете головную боль, вы можете отдохнуть некоторое время, поскольку нам все еще нужно некоторое время, чтобы доехать.”

Место, где пряталась Йи Сяонин, было действительно далеко. Хотя оно все еще находится в Юньчэне, оно находилось рядом с окраиной.

Шао Сюэ молча сидела рядом. Только когда Сун Юньсюань закрыла глаза и задремала, она заговорила с Сяо Хонг тихим голосом.

"Госпожа Сяо, вы видели видео в прямом эфире, которое касается объявления семьи Чу об отсрочке свадьбы?”

Сяо Хонг кивнула: "Да, когда я ждала вас, я смотрела его на своем мобильном телефоне.”

Шао Сюэ спросила, хмуря брови: "А вы не знаете, какие журналы посылали репортеров на место событий в это время?”

Сяо Хонг была редактором СМИ, поэтому она всегда наблюдала за своими коллегами. После того, как ее спросили, она тщательно размышляла некоторое время, а затем ответила: “Самые впечатляющие для меня - это ZUI Fashion и Ku Mao Entertainment.”

Как только Сяо Хонг намеревалась подумать об этом снова, Сун Юньсюань прервала ее: “Госпожа Сяо, пожалуйста, остановитесь у здания редакционного отдела журнала ZUI Fashion.”

“… Окей.”

Шао Сюэ перестала спрашивать, но Сяо Хонг чувствовала, что они довольно странные.

На обратном пути в город, Сяо Хонг остановилась у здания редакционного отдела журнала ZUI Fashion, как просила Сун Юньсюань.

Шао Сюэ последовала за Сун Юньсюань, выходя из машины: “Ты хочешь, чтобы я сопровождала тебя?”

Сун Юньсюань пристально посмотрела на это офисное здание, которое принадлежало ее старшей сестре, а затем сузила глаза: “Нет, спасибо. Теперь ты можешь вернуться с госпожой Сяо. Если кто-то позвонит мне в офис, возьми трубку.”

Шао Сюэ понимала ее намерение.

Только Йи Сяонин могла позвонить ей, и только ее звонок заслуживал ответа.

Подумав об этом, Шао Сюэ снова спросила: “Юньсюань, нам нужно найти Хань Руцзя, женщину, которая также были обезображена как Йи Сяонин?”

Сун Юньсюань поджала губы. И в ее глазах появилась яркая улыбка. Она выглядела счастливой: “Нет, мне просто нужно написать ей письмо.”

Так как они убедили Йи Сяонин, это не трудно сделать с Хань Руцзя.

У нее был четкое представление, что делать дальше.

После того, как Шао Сюэ и Сяо Хонг уехали, она пошла прямо в здание.

Администратор посмотрела на нее, а затем на мобильный телефон, чтобы сравнить ее с фотографиями. После этого она поспешила ей навстречу: “Простите, Мисс, Вы Сун Юньсюань?”

Сун Юньсюань с легкой улыбкой мягко посмотрела на секретаршу и спросила: "Моя старшая сестра знала, что я приеду навестить ее?”

Секретарша поспешно покачала головой: "Нет, нет, некоторое время назад Мисс Сун сказала нам, что у нее есть младшая сестра. И она надеется, что мы вас узнаем. Она напомнила нам, что если вы приедете сюда, то сможете посетить ее без предварительной записи. Вы можете пойти в VIP-приемный зал и ждать ее там.”

Сун Юньсюань кивнула ей.

Администратор думала, что Сун Юньсюань хочет пойти в VIP-зал для приема гостей, поэтому она сделает шаг вперед, чтобы показать путь.

Но когда секретарша наклонилась в сторону, чтобы попросить Сун Юньсюань подняться наверх, Сун Юньсюань даже не посмотрела на нее. Она просто пошла прямо в противоположную сторону, чтобы на лифте подняться на шестой этаж.

Ошеломленная администратор поспешила за ней: “Мисс, VIP-зал для приемов находится на девятом этаже.”

В этот момент открылась дверь лифта. Сун Юньсюань вошла в него, с улыбкой: "Неужели? Итак, пойдемте вместе.”

Администратор вошла в лифт.

Сун Юньсюань уже нажала кнопку шестого этажа.

Администратор выглядела смущенной.

На шестом этаже дверь лифта открылась.

Сун Юньсюань собиралась выйти, но администратор торопливо протянула руку, чтобы удержать Сун Юньсюань: “Мисс Сун, нам нужно подняться на девятый этаж.”

Улыбка на лице Сун Юньсюань исчезла. Она холодно посмотрела на её руку, удерживающую ее.

Администратору было примерно двадцать шесть лет. Но когда Сун Юньсюань смотрела на нее таким образом, она чувствовала холод в глубине своего сердца. Она поспешно отдернула руку, как будто чем-то обидела Сун Юньсюань.

Она собиралась извиниться, но Сун Юньсюань вышла прямо из лифта и направилась в редакцию фотографий на шестом этаже.

Редакция была очень занята в этот момент, и там стоял молодой человек с двумя камерами известной марки, висящими у него на шее.

Его окружали шесть или семь человек, чьи голоса звучали взволнованно.

“Ду Бай, у тебя большие новости. Может быть, Мисс Сун даст тебе повышение.”

“Да ладно тебе, он же сфотографировал сестру Мисс Сун. Может быть, Сун сразу же уволят его.”

“Нет, Мисс Сун надеялась, что в обществе ее сестры возникнут какие-нибудь скандалы. Послушай, эта девушка действительно красива. Но в таком юном возрасте, зачем ей идти в тот магазин секс-игрушек? Может быть, прежде чем она достигла возраста 18 лет, у нее …”

Их слова превращаются в невнятный смех.

Несколько человек собрались в круг, и лицо администратора стало бледным.

Она посмотрела на Сун Юньсюань со страхом, но внезапно нашла мрачную и холодную улыбку, медленно появляющуюся на губах Сун Юньсюань.

И в ее глазах блеснул пронзительный свет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 46. Извлечение карты памяти

У администратора сжалось сердце, и она поспешила попросить Ду Бая и его коллег заткнуться.

Но она никогда не предполагала, что прежде, чем она заговорит, Сун Юньсюань мягко скажет: “Господин Ду.”

Ее голос был холоден, и слова “Господин Ду” на мгновение ошеломили Ду Бая.

После этого, несколько человек вокруг Ду Бая с любопытством приготовились наблюдать, что произойдет дальше.

Но как только они увидели Сун Юньсюань, они не могли не изменить свое отношение. Никто бы не подумал, что та, о ком они сплетничали, вдруг появится у них за спиной.

Пальцы Ду Бая стали жесткими. Он тупо уставился на Сун Юньсюань и вдруг спрятал камеру за спину.

Ду Бай не думал, что Сун Юньсюань может появится в это время и в этом месте, на его работе.

Однако девушка, кажется, спустилась с неба и застала его врасплох.

Все на месте ахнули при виде Сун Юньсюань, а наступившая тишина холодила воздух.

Улыбка все еще висела на губах Сун Юньсюань. Но когда администратор хотела остановить ее, она безразлично оттолкнула администратора и холодно пошла вперед.

Ду Бай хотел отступить, но почувствовал, что это слишком позорно для большого мужчины отступить перед восемнадцатилетней девушкой. Он не двигался.

С улыбкой Сун Юньсюань подошла к нему. “Мистер Ду, хотя мы с вами встречаемся в первый раз, вы, должно быть, видели меня не один раз, верно?”

Ду Бай нахмурился: "Юная леди, я вас не знаю.”

Когда Сун Юньсюань услышала это, она знала, что он не хочет отдавать ей камеру.

Она не спешила, глядя на него своими чистыми и яркими глазами, которые были похожи на утреннюю росу: “Тогда вы должны знать, что я сестра мисс Сун, верно?”

Ду Бай неуверенно кивнул.

Сун Юньсюань перевела взгляд с его лица на руки за спиной, её голос звучал холодно. “Моя сестра просила тебя сосредоточиться на мне?”

“Мисс Сун, я не понимаю, о чем вы говорите.”

Сун Юньсюань не могла удержаться от смеха. Люди в компании Сун Юньин довольно хорошо справлялись с неожиданными несчастными случаями. Это хорошее время, чтобы притвориться невинным.

При виде того, что Сун Юньсюань не хочет легко уходить и поймала Ду Бая на месте, администратор почувствовала, что с этой вещью будет очень трудно справиться.

Когда Ду Бай столкнулся с Сун Юньсюань, администратор, стоящая в поле его зрения, отчаянно подмигивала ему, чтобы он продолжал удерживать камеру в руках.

После того, как Ду Бай понял ее намерение, она быстро повернулась и сделала телефонный звонок Сун Юньин.

Сун Юньин надела счастливое лицо в тот момент, когда она узнала, что Ду Бай сделал скандальную фотографию с Сун Юньсюань. Но когда ее сотрудник сообщил ей, что Сун Юньсюань лично пришла в компанию, она сразу же сказала: “Держите ее, не позволяйте Ду Баю дать ей карту памяти, я скоро буду там.”

После телефонного звонка администратор протянула чашку горячего кофе Сун Юньсюань: “Мисс Сун, это, должно быть, недоразумение. Выпейте чашечку кофе, чтобы успокоиться, пожалуйста. Мисс Сун уже идет сюда.”

Сун Юньсюань прислушалась к словам секретарши. Она спокойно отвела взгляд от Ду Бая. Словно успокоившись, она обернулась, чтобы взять чашку кофе из рук администратора.

Присутствующие вздохнули с облегчением.

Именно тогда Сун Юньсюань внезапно выплеснула кипящий кофе в чашке на лицо и шею Ду Бая.

Ду Бай не ожидал такой внезапной аварии. Невыносимая боль на лице заставила его закрыть лицо руками.

Камера в его руках была выброшена.

“Вот дерьмо! Это же горячо!”

Сун Юньсюань наблюдала, как он закрыл лицо обеими руками. Она прищурилась, и в ее глазах вспыхнул резкий холодный свет.

Протянув руку, она взяла камеру, которую Ду Бай держал в руках несколько секунд назад, затем повернулась и пошла к выходу.

В одно мгновение присутствующие люди изменили свое мнение об этой, казалось бы, слабой девушке, увидев равнодушные действия Сун Юньсюань и жестокое обращение.

Ду Бай, вытер кофе с лица и увидел, что Сун Юньсюань уходит с его камерой.

Он торопливо шагнул вперед и схватил ее за руку. “Мисс Сун, вы только что ошпарили меня, но даже не извинились. Вы собираетесь уйти с моими вещами?”

Сун Юньсюань холодно посмотрела на свою руку, которую он держал, а затем подняла глаза: “Итак, вы хотите, чтобы я отвезла вас в больницу или в бюро?”

Лицо Ду Бая, ошпаренное красным, мгновенно стало бледным.

Сун Юньсюань оторвалась от его руки и подняла зум-камеру в своей руке. “Это неправильно, что ты фотографируешь меня без моего разрешения. Вы все еще хотите использовать мои фотографии, чтобы принести пользу своей карьере?”

Ду Бай смотрел на камеру в ее руке и хотел схватить ее.

Но Сун Юньсюань вовремя убрала свою руку: "Если вы опубликуете фотографии с нереалистичными словами, чтобы сфабриковать скандал против меня, моя репутация будет повреждена. Таким образом, для меня не будет пользы навещать вас сегодня.”

“Мисс Сун, если вы вернете мне камеру, я обещаю, что не буду распространять фотографии.”

Сун Юньсюань бросила на него холодный взгляд: "Я тебе не верю.”

После этого она вынула карту памяти из фотоаппарата.

Ду Бай все еще хотел взять свои слова обратно, но внезапно позади него раздался голос: “Что вы делаете? Больше нет работы?!”

Это говорила не кто-то иной, а Сун Юньин.

Сун Юньсюань, не оборачиваясь, бросила в руки Ду Бая фотоаппарат, из которого была вынута карта памяти, и предупредила его: “Я надеюсь, что это в последний раз, Мистер Ду.”

У Ду Бая все ещё было синее лицо. Его облили кофе на глазах у коллег и отняли карту памяти, что являлось для него настоящим позором.

Но это действительно его вина.

Хотя он и зол, у него не было другого выбора, кроме как уйти с фотоаппаратом в руках.

Сун Юньсюань крепко сжала пальцами карту памяти в своей руке.

Сун Юньин была разочарована, увидев, что спор закончился, и что карта памяти была отобрана Сун Юньсюань.

“Юньсюань, что ты делаешь в моей компании?”

Сун Юньин плохо относилась к Сун Юньсюань с прошлого раза. Теперь, когда две сестры встретились, она вообще не могла притворяться, что близка с ней.

Сун Юньсюань не волновало отношение ее сестры. Она просто положила карту памяти в карман и посмотрела на Сун Юньин. “Сестра, я надеюсь, ты все еще помнишь, что моя фамилия Сун.”

Она произнесла это предложение слабым голосом, но в нем была сила, которую нельзя игнорировать.

Сун Юньин смотрела, как Сун Юньсюань собирается уходить, и не смогла удержаться, чтобы не сказать: “Стой спокойно.”

Сун Юньсюань остановилась.

Сун Юньин подошла к ней с несчастным видом: "Что ты имеешь в виду, говоря это?”

Сун Юньсюань улыбнулась ей и сказала: “Сестра, это, повредит семье Сун, независимо от того, что скандал указывает на тебя или меня. Что ты думаешь будет с твоим положением в семье вашей свекрови, если на семью Сун будут смотреть свысока?”

В глазах Сун Юньин тотчас же появилось удивление, как будто ее ударили в самое сердце.

Она знала, что коммерческий брак - это всего лишь взаимное использование. Если семью ее матери преследуют скандалы, то ее будут презирать в семье свекрови.

Сун Юньсюань протиснулась мимо нее и сказала слабым голосом: "Сестра, если ты хочешь твердо стоять в семье Сюэ, ты должна надеяться, что семья Сун не пойдет под гору.”

То, что она сказала, действительно стучало в сердце Сун Юньин. После того, как она ушла, Сун Юньин медленно повернулась в направлении, в котором она уходила.

Когда администратор увидела, что она отвлеклась, она поспешила к ней: “Мисс Сун?”

Сун Юньин не отвечала.

Администратор невольно дотронулась до ее плеча и озабоченно повторила: "Мисс Сун?”

Сун Юньин внезапно пришла в себя, когда ее похлопали по плечу.

“Мисс Сун? С вами все в порядке?”

Ресницы Сун Юньин опустились на ее расстроенное лицо: “Идите и скажите отделу кадров о переводе Ду Бая в филиал Сюйчэн.”

“Но, Мисс Сун, зарплата в отделе Сюйчэн вдвое ниже, чем в штаб-квартире Юньчэн, - безразлично произнесла администратор, - Ду Бай является одним из самых эффективных фотографов в журнале. Если вы переведете его в филиал…”

Глаза Сун Юньин потускнели, а губы печально опустились: "Ду Бай был так беспечен. Как только он решил заснять Юньсюань, он должен был сделать это втайне. Как только Сун Юньсюань узнает об этом, мне придется отослать его прочь. Иначе у меня будут неприятности.”

Администратор замолкла и передала сообщение в отдел кадров.

В своем сердце Сун Юньин знала очень ясно, что то, что сказала Сун Юньсюань, правильно, более того, она должна быть в страхе перед ней.

Ее руки были крепко зажаты Сун Юньсюань.

Хотя Сун Юньсюань не угрожала ей постоянно, она сама должна быть скромной в некоторых вопросах.

В противном случае, в конце концов, она будет сама страдать, проигрывая.

Она не может позволить себе пойти на такой риск.

Думая об этом, Сун Юньин подняла руки, чтобы прикрыть живот.

Пока этот ребенок рождается, она может получить твердое положение в семье Сюэ.

Есть тысячи способов скрыть происхождение ребенка, но единственным условием является то, что он может выжить.

После завершения своей работы, Сун Юньсюань нанесла визит в Венеру. Когда она вернулась в редакцию журнала Фаньсин, Сяо Хонг прервала свою работу и вышла ей навстречу, чтобы поговорить:

“Мисс Сун, что касается страницы этого номера журнала, как вы думаете, это подойдет?”

Пока она говорила, она подвела ее к компьютеру, чтобы показать ей формат набора текста.

Сун Юньсюань посмотрела на стиль набора текста и кивнула: “Это хорошо.”

Получив одобрение Сун Юньсюань, Сяо Хонг сказала: "Мисс Сун, у вас гость.”

“Гость?”

Сон Юньсюань почувствовала себя как-то странно. Но думая, что это может быть Йи Сяонин, которую она посетила сегодня, она ускорила темп до своего офиса.

Сяо Хонг следовала за ней с некоторым смущением: "Мисс Сун.”

“Что? Разве ты не разрешила ей подождать в моем кабинете?

Сяо Хонг схватила Сун Юньсюань с несколько сложным выражением лица. Она оттянула Сун Юньсюань в сторону и прошептала: “Посетитель …”

“Юньсюань.”

Прежде чем Сяо Хонг закончила фразу, дверь офиса раскрылась с щелчком.

Сон Юньсюань прислушалась к его знакомому голосу и удивленно повернула голову.

Она просто встретилась взглядом с Чу Моченом.

На красивом лице Чу Мочена появилась легкая улыбка.

Сун Юньсюань была ошеломлена, увидев Чу Мочена, она быстро убирала правую руку за спину.

Сяо Хонг со знанием дела сказала: “Мисс Сун, я приготовлю вам кофе.”

Сяо Хонг ушла. Тем не менее, Сун Юньсюань, кажется, не хотела идти в офис, стоя в дверях и глядя на Чу Мочена. Она спросила: "Что ты здесь делаешь?”

Чу Мочен открыл дверь: “Входи, давай поговорим.”

Сун Юньсюань стояла неподвижно.

Чу Мочен поджал губы и шутливо сказал: "Ну же, чего ты боишься?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 47. Драма для Шао Тяньцзе

Сун Юньсюань нахмурилась: "Шао Сюэ ждет телефонного звонка внутри от моего имени, ты…”

Чу Мочен протянул руку, чтобы схватить ее за запястье. Он притянул ее к себе. - Шао Тяньцзе пригласил ее на ужин после работы. Она не вернется сегодня. Входи же.”

“Ты... Хмм…”

Прежде чем слова заканчиваются, дверь захлопывается с щелчком.

Как только дверь закрылась, мужчина поцеловал ее в губы, борясь с некоторым неудовольствием. Он держал ее руки прижатыми к своей груди.

Ее заставили поцеловаться несколько раз, но прежде чем ему удается разжать ее зубы, она отказалась: “Отпусти.”

Чу Мочен поцеловал ее в щеку и сказал: “Было объявлено о переносе свадьбы. Это следует за вашим заказом. Неужели ты не можешь мне помочь?”

Сун Юньсюань не смотрела на него: "Ты можешь остановиться.”

Чу Мочен поцеловал ее в бровь и затем отпустил, но он все еще держал ее пальцы и использовал свой большой палец, чтобы нажать на тыльную сторону ее руки: “Ты видела Венеру?”

Сун Юньсюань кивнула: “Я только что видела это.”

Чу Мочен держал ее за руку своими пальцами и говорил теплым голосом: “Поужинай со мной сегодня вечером.”

“Мне нужно дождаться важного телефонного звонка сегодня вечером. Я не могу сопровождать тебя.”

Если Йи Сяонин позвонит, она должна будет ответить.

Чу Мочен чувствовал, что она пыталась вырвать свою руку из его руки. Он невольно скривил тонкие губы и наклонился к ее уху, рядом с которым тихонько подул: “Кольцо, оно очень подходит, не правда ли?”

Уши Сун Юньсюань внезапно слегка покраснели, и она с большим усилием выдернула свою руку из его руки: “Не делай ничего из ничего.”

После этого она собиралась снять кольцо с пальца.

Чу Мочен обнял ее сзади, одной рукой придерживая за талию, а другой сжимая безымянный палец. Сексуально улыбаясь, он пробормотал влюбленно: "Не снимай, я немедленно женюсь на тебе, если ты это сделаешь.”

“Ты…”

“Не ругайся, - сказал Чу Мочен, который обожал ее, и не мог вынести ее равнодушного отказа и сопротивления. Целуя ее чувствительную и нежную мочку уха своими губами, он мягко шептал: "Это кольцо-обещание. Если ты его наденешь, я буду знать, что ты моя. Я не могу жениться на тебе сейчас, но ты всегда должна говорить мне, что будешь моей в будущем.”

Сун Юньсюань молчала в его объятиях.

Поцелуй Чу Мочена был нежен и мягок, в нем была обжигающая температура, сила и тирания, которая делала людей неспособными сопротивляться.

Но в его голосе все еще есть какая-то необъяснимая теплота, и какая-то надежность, что позволяло временно отложить свою любовь к защите и расслабиться.

Когда Чу Мочен целовал ее, она никогда не отвечала.

Для нее самое отвратительное, что Чу Мочен целует ее в губы.

Чу Мочен приспособился к ее безразличию. Но пока она не сопротивлялась, послушно и нежно принимала его объятия и временно сдерживала свои острые чувства, он тоже чувствовал себя счастливым и удовлетворенным.

Губы Чу Мочена скользили по мочке ее уха. И когда он поцеловал ее шею, Сун Юньсюань была несколько озадачена и бессознательно дала стон удовольствия.

Этот звук заставил Чу Мочена, который держал ее сзади, внезапно напрячься и стать твердым, как камень.

Две-три секунды тихо тикали вдали.

В следующий момент Сун Юньсюань внезапно отреагировала, и растерянный взгляд внезапно прояснился. Она хотела вырваться из объятий Чу Мочена.

Чу Мочен крепко обнимал ее.

Он сделал несколько шагов к столу перед ним. Вещи на нем были подхвачены его длинной рукой, так что многие документы с грохотом упали на пол.

Сун Юньсюань начала нервничать и паниковать. “Что ты делаешь? Отпусти меня!”

Несмотря на ее сопротивление, Чу Мочен прижал свои руки к ее голове, покрывая ее своим мускулистым телом. И его горячие губы начали двигаться вниз от ее ключицы.

“Отпусти меня! Это же мой кабинет!- Голос у нее резкий, но не очень громкий. Чтобы люди снаружи не услышали ее, она говорила очень тихо.

“Послушай. Никто не узнает, если ты не будешь плакать, как в прошлый раз.”

“Не делай этого! Нет!”

Она все еще сопротивлялась, но Чу Мочен вообще отказывался ее отпускать.

Подавленная им, глаза Сун Юньсюань становились красными и влажными, потому что она очень нервничала. Поначалу движения Чу Мочена были немного тревожные, но когда он протянул руку и обнял ее за талию, они внезапно стали нежными.

Его поцелуй упал на ее ухо, и кончик его языка нежно коснулся мочки уха Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань сжала свое тело и внезапно почувствовала боль.

“А!”

Ее крик боли резко оборвался за дверью.

Кто-то шокировано постучал в дверь, несмотря на вежливый тон.

Сун Юньсюань была ошеломлена, когда она услышала голос.

Она услышала торопливый голос Шао Сюэ: "Юньсюань!”

Когда звук приближающихся шагов стал ближе, Чу Мочен оставил ее без спешки и смущения, и потянул от стола.

Шао Сюэ крутила бровями и помогала Сун Юньсюань поправить ее открытый воротник. Она сердито посмотрела на Чу Мочена: "Этот джентльмен ... …”

После этого Шао Сюэ, кажется, поняла, что человек, с которым она разговаривала - это Чу Мочен. Она вздохнула и замолчала.

“Шао Сюэ.”

Позвал элегантно голос.

Шао Сюэ неловко обернулась: "Брат, я думаю, нам лучше уйти, это... жених Юньсюань.”

Сердитая торжественность на лице Шао Сюэ превратилась в смущенный румянец. Она хмурилась, как будто выставила себя дурой и хотела поскорее уйти из офиса.

Сун Юньсюань встала из-за стола, поправила воротник и посмотрела на дверь холодным взглядом.

Там, действительно, стоял Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе слегка удивился, видя ее растрепанные волосы, лицо, пылающее от гнева, и ее свирепый взгляд на него.

Он с беспокойством посмотрел на Чу Мочена: “Чайлд Чу, Юньсюань еще молода. Чайлд Чу должен быть внимателен к своей невесте.”

Одежда Чу Мочена была опрятна. Он удовлетворенно кивнул с улыбкой на губах: "В будущем господину Шао лучше сначала постучать в дверь.”

Шао Тяньцзе посмотрел на Чу Моченая без всякого выражения на лице. Но когда Шао Сюэ проходила мимо, он сказал: “Шао Сюэ, пойдем, я отправлю тебя обратно.”

“Но сегодня вечером…”

Миссия ожидания телефона все еще находилась в уме Шао Сюэ.

Сун Юньсюань опустила глаза: “Тебе не нужно сегодня работать сверхурочно. Ты можешь идти.”

Шао Сюэ кивнула и ушла вместе с Шао Тяньцзе.

Когда Шао Тяньцзе обернулся, он бросил глубокий взгляд на Сун Юньсюань.

Он был удивлен, что Чу Мочен испытывает глубокую привязанность к такой маленькой девочке, Сун Юньсюань.

В этом случае Чу Мочен получит еще одно мягкое ребро?

Со своей стороны, Шао Тяньцзе в будущем, возможно, придется сблизиться с Сун Юньсюань.

Как только Шао Тяньцзе последовал за Шао Сюэ, лицо Сун Юньсюань начало медленно бледнеть.

Она особенно чувствительна к боли. Она протянула руку, чтобы коснуться мочки уха, куда Чу Мочен внезапно укусил её в момент страсти. Она не только скрежетала зубами, но и пристально смотрела на Чу Мочена: “Чу Мочен, ты сегодня принял не то лекарство? Как ты можешь приходить сюда и валять дурака?!”

Губы Чу Мочена изогнулись вверх, он стоял в дверях и смотрел наружу. После того, как Шао Тяньцзе ушел далеко, он закрыл дверь. Он вернулся к ней, взял ее за руку и нежно ущипнул за мочку уха: “Если бы я тебя не укусил, ты бы закричала?”

Сун Юньсюань хмуро посмотрела на Чу Мочена, который был аккуратно одет. Внезапно она почувствовала что-то неладное.

Прямо сейчас, хотя действия Чу Мочена были настолько яростными, что она почувствовала панику, он не стал слишком сильно расстегивать ее одежду, и даже не предпринял действий, чтобы расстегнуть пуговицу своей одежды.

Если он действительно хотел ее изнасиловать, то ему незачем оставаться в этом наряде.

Она закусила губу и нахмурилась: “Что ты пытаешься сделать?”

“Ты когда-нибудь слышала поговорку, что человек теряет весь свой ум из-за романтики?”

Сун Юньсюань села на стол. Чу Мочен помог ей привести в порядок одежду. Когда он застегивал ее одежду, он почувствовал, что Сун Юньсюань все еще нервничает. Затем он протянул руку, и нежно коснулся кольца. “Я слышал, что на безымянном пальце есть кровеносный сосуд, который напрямую соединяется с сердцем. Это кольцо знает все, что существует в твоем уме.”

Сун Юньсюань поджала губы, и выражение ее глаз становилось все более сложным: "Ты хочешь сказать, что знаешь, о чем я думаю?”

Чу Мочен наблюдал, как она кусала нижнюю губу, оставляя на ней след. Он не мог удержаться от улыбки, наклоняясь, чтобы посмотреть на нее: “Салона Венеры и журнала Фаньсин недостаточно, когда дело касается Гу. Если бы Шао Тяньцзе узнал, что Венера - это то, что ты изначально хотела, прежде чем я дал его тебе, он направил бы свое оружие на тебя. Просто догадайся, поможет ли тебе семья Сун, когда он будет против вас?”

Сун Юньсюань вообще не нужно об этом думать.

Семья Сун будет лебезить перед высшим классом, как семья Чу и семья Гу.

После того, как Гу захочет уничтожить ее Фаньсин и Венеру, семья Сун никогда не поможет ей.

Поскольку Чу Мочен дал ей Венеру, чтобы позволить ей сделать свои собственные достижения, они не могут вмешиваться слишком много. Иначе это станет грандиозным фарсом, если Сун Юньсюань сумеет возродить Венеру при поддержке могущественной семьи. Публика будет думать, что Чу просто позволил Сун Юньсюань делать поверхностные работы, и на самом деле, все находится под контролем Чу.

Сун Юньсюань замолчала.

Чу Моче помог ей одеться, и протянул руку, чтобы погладить ее губы большим пальцем: "Ну, губы почти кровоточат, и в будущем нельзя кусаться.”

Сун Юньсюань подняла руку, чтобы прикоснуться к губам. Чу Мочен помог ей отойти от стола: “Шао Тяньцзе только что видел эту сцену. Может быть, он подумал, что я действительно опьянен твоей красотой, поэтому я отдал тебе Венеру. Если бы он хотел сломить меня, то принял бы тебя за мою слабость, чтобы напасть.”

Сун Юньсюань опустила веки: "Шао Тяньцзе действительно такой человек, но чем больше он контактирует со мной, тем скорее он обнаружит, что настоящий человек, с которым нужно иметь дело, - это на самом деле я.”

Чу Мочен не удержался от смеха: "К тому дню, когда он узнает, возможно, ты уже будешь достаточно сильна, чтобы конкурировать с ним.”

Сун Юньсюань подняла голову и пристально посмотрела на него.

Чу Мочен хотел ее поцеловать.

Она вытянула палец и закрыла ему рот. “Ты ошибаешься. В тот день, когда он узнает, вся семья Гу уже станет моей.”

Сун Юньсюань искоса посмотрела в окно кабинета.

Офисное здание небоскреба Гу находилось напротив.

Это Гу, за которым она бегала много лет. Хотя сейчас он находился под контролем Шао Тяньцзе, она заберет то, что принадлежит ей.

Ее ресницы были опущены, скрывая выражение глаз.

Чу Мочен держал ее за руку, чувствуя температуру ладони, и внимательно смотрел ей в лицо. Внезапно, самоуверенность Сун Юньсюань ослепительно засияла.

Если Сун Юньсюань действительно однажды получит семью Гу, как семья Чу может сковать ее?

Гу может стать ее крыльями и забрать ее из дома Чу.

Тем не менее, это не имеет значения, если она захочет оставить его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 48. Звонок

Сун Юньсюань уснула в офисе журнала Фаньсин. Именно Чу Мочен позвонил по телефону семье Сун.

Сун Юньцян был очень взволнован получением телефонного звонка от Чу Мочена, он осторожно спросил: “В чем дело, Чайлд Чу?”

Глядя на Сун Юньсюань, которая дремала, подперев голову руками, Чу Мочен сказал с улыбкой: “Юньсюань не вернется домой сегодня вечером. Она будет спать здесь.”

На другом конце провода Сун Юньцян быстро сделал глубокий вдох. Через некоторое время он ответил бессвязно из-за чрезмерного возбуждения.

Совершенно неожиданно, что семья Сун смогла отправить девочку в постель Чу Мочена. Сун Юньцян считал, что если его сестра сможет иметь гармоничные отношения с Шао Тяньцзе семьи Гу и выйти замуж в семью Чу, семья Сун будет почтена.

Сун Юньцян радостно повесил трубку, а затем поднялся наверх, чтобы пересказать содержание телефонного разговора своему отцу.

Выражение лица Сун Яна было мрачным. Он сказал: "Юньин сказала мне, что Юньсюань сегодня ходила в ее компанию. Говорят, что Юньсюань была тайно сфотографирована, и она пришла лично, чтобы попросить фотографию.”

Лицо Сун Юньцяна стало мрачным. Он тревожно предположил: "Папа. Возможно ли, что Юньсюань слишком молода, чтобы противостоять всевозможным искушениям в Юньчэне, и была подставлена злодеями? Кроме того, ее отношения с Чайлдом Чу... не так хороши.”

Сон Ян тоже вздохнул: "Я тоже так думаю. Пошлите кого-нибудь посмотреть за Юньсюань, я хочу знать, что она делает.”

Сун Юньцян несколько раз кивнул: “Папа, не волнуйся. Завтра я пошлю кого-нибудь следить за Юньсюань.”

Сун Ян нахмурился: "Я хочу, чтобы кто-то наблюдал за ней с сегодняшнего вечера.”

"Но Юньсюань находится в доме Чайлда Чу.”

Сун Юньцян напомнил Сун Яну. Он обдумывал это некоторое время и сказал: “Тогда человек начнет свою работу завтра.”

Сун Юньсюань дремала, положив голову на стол из красного дерева. Глядя на ее поникшую и дремлющую голову, Чу Мочен хотел забрать ее, чтобы уйти.

Он как раз протянул руку, когда Сун Юньсюань проснулась. Она хмуро посмотрела на Чу Мочена: “Почему ты не уходишь?”

“Я позвонил дяде согласно вашим инструкциям. Может быть, кто-нибудь подъедет к дому семьи Чу и будет ждать завтра утром.”

Сун Юньсюань знала, что она должна остаться с Чу Моченом на ночь, чтобы загладить свою ложь.

Однако без такого повода семья Сун не позволит ей остаться на ночь без присмотра.

Сидя на кожаном вращающемся стуле, она зевала, а затем повернула голову, чтобы подумать, как отослать Чу Мочена прочь.

Увидев, что она ждет звонка в офисе, он презрительно сказал: “Вы оставили ей только номер телефона вашего офиса?”

Сун Юньсюань не отрицала: "На визитке есть только номер моего офиса. Поскольку мой отец и старший брат до сих пор не знают, что Фаньсин является моим, визитка не может быть напечатана с моим личным номером.”

Если бы ее отец и старший брат знали, что Фаньсин принадлежит ей, они, конечно, спросили бы ее, откуда деньги, на которые она купила Фаньсин. И как только они проведут расследование, тот факт, что она вымогала 80 миллионов у Сун Юньин, будет раскрыт.

Сейчас не время сообщать им об этом, поэтому журнал Фаньсин должен храниться в секрете. И она должна ждать подходящего времени, чтобы опубликовать свое право собственности на журнал Фаньсин.

Если Салон Венера сможет получить прибыль в первом и втором квартале непрерывно, то она сможет сказать, что она использовала прибыль Венеры, чтобы заработать на покупку активов журнала Фаньсин.

В сопровождении Чу Мочена она ждала телефонного звонка в офисе. Видя, как она постоянно зевает в легком сне, он не мог не нахмуриться: "Твоя бессонница очень серьезна?”

Сун Юньсюань не ответила. Никто не знает, что когда она закрывает глаза, то, что она может видеть, станет теми вещами, которые когда-либо случались с Гу Чанге.

Она потеряла ноги в автомобильной аварии, которая была подстроена специально, и ее грудь также была вскрыта лично Шао Тяньцзе.

Эти вещи вспоминаются так ясно, что они становятся монстром, крепко сжимающим ее, как только она закрывает глаза.

Каждый раз, когда она спит, ей кажется, что она умерла на операционном столе. Если она не просыпается в холодном поту и не видит в зеркале лицо Сун Юньсюань, то просто не может поверить, что она все еще жива.

Такие сны заставляют ее бояться закрыть глаза.

Она боится, что если заснет, то никогда больше не проснется.

Ночь действительно очень длинная.

Она закрыла глаза, чтобы подремать, но ее фигура постепенно сжимается. Это действие привлекло внимание Чу Мочена.

В следующую секунду он встал, подошел к ней, положил руку ей на спину и схватил ее за руку: “Давай я подожду звонка, чтобы ты могла спокойно спать.”

Сун Юньсюань хотела вырвать свои руки из его рук, но потерпела неудачу после нескольких попыток.

Взглянув на Чу Мочена, она немного рассердилась.

Чу Мочен мирно сказал: "Температура в комнате, установленная кондиционером, гарантирует, что ты не простудишься, если заснешь.”

Ее руку крепко держал Чу Мочен. И тепло его тела проходило к ней через пальцы.

Тепло, кажется, обладало удивительной силой, медленно вводя ее в транс, и ее веки начали тяжелеть.

Она сама не знала, как заснула.

Когда она снова проснулась, мужчина рядом с ней просто держал телефон. Его длинные мужественные брови были слегка наморщены, а тонкие губы сжаты в прямую линию.

“Извините?”

Сун Юньсюань внезапно проснулась, услышав его холодные слова, она выхватила телефон из его рук: “Я Сун Юньсюань.”

Тут раздается сердитый голос: "Мисс Сун, ваш мужчина действительно пугает.”

Сун Юньсюань была озадачена. Она не знала, что это значит.

Внезапно Йи Сяонин, которая говорила на другом конце провода, повесила трубку.

Сун Юньсюань ждала этого звонка всю ночь, но теперь другая сторона внезапно повесила трубку. Она почувствовала, что ее план внезапно нарушен в этот ключевой момент, как будто весь план должен был быть разрушен.

Она нахмурилась, медленно положила телефон обратно, а затем повернула голову, чтобы посмотреть на Чу Мочена, который стоял рядом с ней. Она спросила его: "Что ты сказал Йи Сяонин?”

Чу Мочен должно быть что-то сказал Йи Сяонин, когда она заснула. Так и должно быть.

Выражение лица Чу Мочена стало ледяным. Он повесил пиджак на спинку стула, пристально глядя на нее: “На телефонный звонок уже ответили спокойно. А теперь иди домой.”

Сун Юньсюань не могла не злиться, когда увидела, как он выходит на улицу. Она сделала два шага вперед, чтобы схватить его за руку, пристально глядя на него “ " Чу Мочен, что ты сказал Йи Сяонин?”

Посмотрев вниз на ее руку, сжимающую его руку, Чу Мочен почувствовал, что она так сильно сжимает его кожу, как будто ее ногти вонзаются в его плоть.

"Йи Сяонин согласилась на ваши требования, но она хочет покинуть Юньчэн, прежде чем давать показания против Гу.”

Красивые брови Сун Юньсюань были все еще сморщены.

Чу Мочен потянул её руку, которой она сжимала его, и мягко направил, чтобы освободить ее: “Я сказал ей, что до момента её свидетельства против Гу, ей не разрешается выходить из Юньчэна. В противном случае, она никогда не сможет покинуть город всю свою жизнь.”

Выражение лица Сун Юньсюань сразу стало спокойным, и ее пальцы расслабились.

Немного успокоившись, она пожаловалась ему: "Ты не должен ей угрожать. Будь осторожен, когда загнанный в угол зверь будет делать что-то отчаянное.”

Чу Мочен вытаскивает ее из кабинета. Когда они шли по коридору компании, он надел свой пиджак на ее тело: “Ты должна быть скрупулезной во многих вещах, но я этого не делаю.”

Сун Юньсюань не ответила.

То, что сказал Чу Мочен, верно. Она не более чем незаконная дочь семьи Сун, которая теперь должна действовать тайно. Поэтому она должна быть скрупулезна во многих вещах и во множестве людей.

Но Чу Мочен не должен этого делать. Поскольку он является единственным наследником семьи Чу, мало кто осмелится связываться с ним в Юньчэне, и не только изуродованная женщина.

Сун Юньсюань последовала за Чу Моченом. Он высок и силен, когда он держит ее в своих объятиях, он действует так же, как стена, удерживающая ее от дуновения ветра.

Она не произнесла ни слова, пока они не вышли из журнала Фаньсин и не сели в машину Чу Мочена. Она посмотрела на него: "Ты отвезешь меня домой?”

Чу Мочен улыбнулся, искоса глядя на нее: “Семья Чу - это также и твой дом.”

Она не возражала, как будто уже смирилась с этим фактом.

Человек, который останется рядом с ней, не сможет блокировать весь холодный ветер для нее, но он всегда может дать ей объятие, чтобы согреть ее.

Лучше пусть Чу Мочен останется с ней, чем не будет никого.

Чу Мочен привез ее в семью Чу. Когда они вошли, слуга на мгновение озадачился.

После этого слуга засобирался сообщить мистеру Чу с радостью в глазах.

Сун Юньсюань сжала рукав Чу Мочена.

Осознавая ее хватку, Чу Мочен наклонил голову, чтобы спросить ее: "Что случилось?”

Сун Юньсюань отвела от него взгляд. Она прикусила нижнюю губу, шепча: “В это время дядя и тетя должны были уже заснуть, так что нам лучше не перебивать их…”

Чу Мочен притянул ее к себе и нежно поцеловал в волосы: “Только один раз.”

Она подняла голову, услышав, как Чу Мочен сказал слуге: “Не сообщайте моим родителям.”

Слуга сознательно ушел, а затем продолжил свою работу на кухне.

Чу Мочен повел Сун Юньсюань в комнату. Она обнаружила, что это не гостевая комната, когда вошла в дверь.

“Почему ты отвел меня в свою комнату, а не в комнату для гостей?”

Когда Чу Мочен попытается снять пальто, она сделала шаг назад и сказала: “Я хочу в комнату для гостей.”

Она хмурилась и шаг за шагом отступала назад, когда он подходил ближе.

Хотя Чу Мочен заметил ее нервозность, он не останавливался, приближаясь к ней медленно.

В тот момент, когда их лица почти встретились, Чу Мочен прямо прошел мимо нее. Он наклонился, чтобы открыть шкаф, из которого достал розовую подарочную коробку.

Сун Юньсюань почувствовала облегчение, думая, что она была слишком напряжена только что.

Чу Мочен не смог сдержать улыбки при виде изменения выражения ее лица. Он положил ей в руки подарочную коробку и сказал: “Это ночнушка. Надень её после душа. А потом ложись и спи.”

“Ты…”

Чу Мочен прервал ее прежде, чем она закончила свои слова: “Я - глава этой семьи. Я не буду спать в комнате для гостей или на диване, но могу заверить тебя, что не буду тебя принуждать.”

Сун Юньсюань хмурилась, пристально глядя на него. Ее уши начали нагреваться по неизвестным причинам.

Под пристальным взглядом Сун Юньсюань Чу Мочен попытался схватить ее за плечо.

Сун Юньсюань, однако, ушла прежде, чем он это сделал. По пути в ванную она раздраженно сказала: “Лжец.”

Это замечание показывало ее недоверие к Чу Мочену. Приняв душ в ванной, она достала из подарочной коробки ночную рубашку.

Стиль ночной рубашки не являлся ни причудливым, ни сексуальным. Дизайн элегантный и благородный, а ткань очень удобная, светло-белого цвета с перламутровой текстурой..

Одев ночную рубашку, она вышла с большим полотенцем на плече.

Чу Мочен принял ванну в другой ванной комнате. Он заметил, что она выходит и помахал ей рукой: “Ты умеешь играть в шахматы? Подойди и посмотри.”

Когда Сун Юньсюань нашла шахматы на столе, она остановила пальцы, которыми расчесывала волосы. Затем она подошла к кровати: “Ты можешь играть сам, я не знаю как.”

Шахматы могут разоблачить очень много мыслей. Ей лучше прятаться, когда она общается с таким человеком, как Чу Мочен.

Дипломатия этого человека не так горяча, как кажется.

Услышав ее отказ, глаза Чу Мочена слегка потемнели.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 49. Сун Юньсюань необычна

Сун Юньсюань легла спать, не обращая внимания на Чу Мочена.

Длинные и красивые пальцы Чу Мочена держали шахматы из слоновой кости, и он заканчивал игру. Обернувшись, он увидел, что Сун Юньсюань перевернулась, он положил свои шахматные фигуры и подошел, чтобы помочь ей натянуть одеяло, которое соскользнуло с ее тела.

Сун Юньсюань еще не заснула. Когда ее вот так задели, она тут же повернула голову, чтобы зорко посмотреть на него.

Он смотрел на нее со слабой улыбкой в темных глазах, нежно и ласково: "Ты проснулась.”

“Ты меня разбудил.”

“Я только вернул для тебя одеяло.”

Сун Юньсюань не согласилась: "Кондиционер в этой комнате не вызовет у меня гриппа, даже если одеяло соскользнет.”

Чу Мочен слегка улыбнулся: "Я простужусь.”

Сун Юньсюань нахмурилась, как будто ее высмеивали. Она натянула одеяло на свое тело и крепко закрыла глаза.

Чу Мочен чувствовал, что Сун Юньсюань, должно быть, поняла его смысл.

Каламбур.

Ее фигура также очень красива, когда она спит на боку. Это заводит его с первого взгляда.

Однако, судя по ее характеру, она не собиралась прижиматься к нему.

Это действительно женщина, которая не знает, как угодить мужчине.

Он обернулся и посмотрел на фигуры на шахматной доске.

Сун Юньсюань плохо спала. Когда она проснулась посреди ночи, Чу Мочен спал рядом с ней без какого-либо намека на сексуального поведение по отношению к ней.

Она протянула руку и помогла ему натянуть одеяло. Когда она пришла в себя, то схватила себя за руку, чувствуя, что сделала слишком много.

Понятно, что в этой комнате никто не простудится. Почему она так поступила?

Она перевернулась на другой бок и попыталась заснуть, ворочаясь с боку на бок.

Вдруг сильная рука потянула ее к широкой груди мужчины.

Испугавшись, она хотела избавиться от его объятий.

Голос мужчины был совершенно трезв: "Веди себя хорошо, не двигайся.”

Она смущенно нахмурилась. Обнявшись с ним, она действительно больше не осмеливалась пошевелиться.

Мужчины - это низшие животные. Если их небрежно возбудить, она не была уверена, что сможет вырваться.

Во второй половине ночи Сун Юньсюань действительно уснула крепко.

На следующее утро, когда она перевернулась, ее нежно поцеловали в щеку.

“Чайлд Чу, а как насчет Мисс Юньсюань?” - раздался тихий голос служанки…

“Она вчера допоздна не спала. Не буди ее сейчас.”

Получив двусмысленный ответ, слуга ушла со спокойной улыбкой.

Только в 9 утра Сун Юньсюань встала, поддерживая голову руками, когда кто-то просто открыл дверь.

“Проснулась?”

Это голос Чу Мочена.

Сун Юньсюань перевела взгляд на Чу Мочена.

Чу Мочен, кажется, собрался выходить из дома, одетый в строгие брюки от костюма. Белая рубашка обхватывала его широкую и сильную грудь. У него темные волосы, черные глаза и легкая улыбка на губах.

Глядя на его элегантные черты, пальцы Сун Юньсюань немного нагрелись.

Она бессознательно вцепилась в одеяло, укрывающее ее тело. Чу Мочен закрепил серебряные запонки на белой рубашке, прежде чем сесть на кровать и поцеловать ее в щеку.

Поцелуй был нежным, просто позволяющим людям чувствовать себя избалованными.

Нахмурившись, Сун Юньсюань подняла руку, чтобы прикрыть то место, где ее коснулись. Ее большие глаза все еще были затуманены, потому что она только что проснулась.

Чу Мочен посмотрел в ее ясные и влажные глаза. Пристально глядя на нее, он напомнил: “Люди твоего старшего брата ждут снаружи.”

Она вздрогнула. Она вдруг всхлипнула и поспешила переодеваться.

Она вдруг повернула голову и посмотрела на Чу Мочена.

Чу Мочен мягко улыбнулся: "Ничего, я отвернусь.”

Сун Юньсюань прикусила нижнюю губу, чувствуя некоторое отвращение. Она взяла свою одежду и пошла в ванную.

У Чу Мочена не было другого выбора, кроме как покачать головой и подождать, пока она переоденется.

Когда она вышла, то вела себя прилично. Хотя она и не пользовалась косметикой, ее простенькое личико было по-прежнему прекрасно и восхитительно.

Чу Мочен повел ее вниз завтракать.

Она боялась встречи с родителями Чу Мочена, но Чу Мочен опередил её: “Мои родители ушли сегодня утром. Ты должна позавтракать перед отъездом.”

Сун Юньсюань вежливо отказалась: "Поскольку мой старший брат послал кого-то, чтобы забрать меня, должно быть что-то срочное. Так что сегодня я здесь завтракать не буду.”

После этого она направилась к воротам.

В результате ее поймал Чу Мочен: "Не капризничай. Это плохо для твоего желудка, если ты не съешь завтрак.”

“Мой старший брат…”

“Я узнал, что твой старший брат прислал кого-то шпионить за тобой, - перебил ее Чу Мочен.”

Глаза Сун Юньсюань потускнели, и ее лицо на мгновение стало холодным.

Неужели Сун Юньцян начал сомневаться в ней?

Нет, не Сун Юньцян. По словам самого Сун Юньцяна, он никогда бы так не поступил.

Это, должно быть, Сун Ян, отец Сун Юньсюань.

Она вернула себе спокойный вид. “Тогда я уйду после завтрака.”

Ее настроение быстро поменялось. Она отвергла его, как восемнадцатилетняя девушка в последнюю секунду, но в следующую секунду она была спокойна, как будто она привыкла к этой сцене.

Чу Мочен смотрел, как она идет в столовую, и в его глазах появилось смущение.

Когда она вошла, Чу Мочен спросил слугу: “Кто сказал ей, что столовая находится там?”

Слуга посмотрел на Чу Мочена, глаза которого были холодны и серьезны, а лицо бледно. Он покачал головой. “Я не знаю.”

Чу Мочен смотрел в ту сторону, куда она уходит, как будто в его глазах был бурлящий водоворот. Так как никто никогда не говорил ей, что столовая была там, и она никогда не была в доме Чу, как она может знать это?

Расположение столовой в доме Чу всегда было секретом для новичков, так как дизайн дома Чу отличается от обычного.

Чу Мочен вдруг почувствовал, что Сун Юньсюань... необычна.

Чу Мочен ничего не сказал во время завтрака. Даже нежность, которую он проявил к ней утром, стала немного холодной.

Ей на это было наплевать. После завтрака она попрощалась и ушла.

Чу Мочен не повез ее лично, вместо этого он попросил водителя отправить ее обратно домой.

Вскоре после того, как водитель уехал, Чу Мочен позвонил в секретную службу, своим доверенным сотрудникам: “Пошлите кого-нибудь следить за моей женой.”

Человек на другом конце почувствовал себя ошеломленным, неуверенно спросив: "Мисс Юньсюань?”

“Смотрите за ней внимательно.”

“Да, да, конечно.”

Сотрудники секретной службы были очень профессиональны. В условиях, когда Сун Юньцян посылал людей следовать за Сун Юньсюань, они могли позволить делать свою работу, не будучи обнаруженными людьми Сун Юньцяна и целью.

Сун Юньсюань заметила, что отношение Чу Мочена изменилось, но это её не волновало. Она отправилась в журнал Фаньсин и дождалась, пока водитель уедет, прежде чем войти в здание.

Сяо Хонг приветствовала её внутри: "Мисс Юньсюань…”

“Сегодня я как гость, и вы решите всё на следующие три дня. Когда кто-нибудь придет спросить, кто владелец журнала, вы скажете, что фамилия владельца - Чу.- сказала она тихим голосом.

Затем она взяла случайную копию из стопки журналов перед ней и улыбнулась: “Помните, что я сказала, скажите всем в нашей компании повторить это, включая охранника.”

Сяо Хонг не знает почему. Но она старше и опытнее на рабочем месте, она догадывается, что что-то может случиться с семьей Сун после прослушивания этих слов песни Юньсюань. Она кивает: "Мисс сон, не волнуйтесь.”

Сяо Хонг немедленно изменила свое направление. Сун Юньсюань была очень довольна своим выступлением. Она оставила журнал Фаньсин только после того, как получила образец журнала.

Сразу после того, как она уехала на такси, кто-то в припаркованной черной машине сделал телефонный звонок Сун Юньцяну. "Мастер, Мисс Юньсюань покинула журнал Фаньсин после того, как взяла там несколько журналов. Она уже возвращается в дом Сун.”

Сун Юньцян ответил: "Так как она на пути домой, она вернется примерно через полчаса, так что ты не следуй за ней, чтобы она не узнала и не устроила мне неприятности.”

Человек в черном автомобиле приказал повернуть машину в другую сторону.

Как и ожидалось, Сун Юньсюань вернулась в семью Сун через полчаса. Как только она вошла в дом, она увидела, что Сун Юньцян выходит.

Когда Сун Юньцян заметил ее возвращение, он великодушно улыбнулся: "Юньсюань, это Чайлд Чу отправил тебя обратно?”

Сун Юньсюань показала немного печали на ее лице. Она переобулась и угрюмо пошла к лестнице. – Чайлд Чу был занят. Я сама уехала домой на такси.”

Глядя на фигуру своей сестры, идущей наверх, Сун Юньцян не чувствовал себя обеспокоенным, но покачал головой и улыбнулся, говоря самому себе: “Посмотри на ее несчастный внешний вид, просто маленькая влюбленная девочка.”

После того, как Сун Юньцян вышел, Сун Юньсюань закрыла дверь и сменила свой унылый взгляд, глядя на открытую занавеску на окне.

Она спешно задернула двойные занавески и плотно закрыла окна во всей комнате.

Затем она достала ручку и бумагу для письма, написав имя получателя, она заполнила весь лист бумаги бегущей рукой (тип китайской каллиграфии).

Проверив содержимое письма, она сложила его и вложила в журнал “ZUI Queen”, который привезла с собой.

Чтобы письма не выпадали, она склеила две страницы, спрятав конверт внутри.

Когда она оделась и снова вышла, служанка поприветствовала ее: “Мисс Юньсюань, куда вы идете?”

Сун Юньсюань знала, что это был Сун Юньцян, который сказал своей семье, чтобы следить за ней, прежде чем он уйдет. Она невольно сморщила брови и достала из сумочки экземпляр журнала "ZUI Queen".

“Только что я купила несколько журналов в Фаньсин. Когда я вернулась, то обнаружила, что один из них не тот. Поменяйте его для меня.”

Служанка взяла его и кивнула: "Тогда пусть наша юная леди хорошо отдохнет. Я сообщу Вам, когда вернусь.”

“Хорошо.”

Сун Юньсюань кивнула головой и смотрела, как она уходит, прежде чем она случайно произнесла: “Есть ли какая-нибудь закуска на кухне?”

“Мисс Юньсюань, сестра Лю, которая готовит закуски, сегодня вернулась в свой родной город, - мягко ответила служанка. Позвольте Аме сделать что-нибудь для Вас. Она сейчас на заднем дворе.”

Сун Юньсюань кивнула головой без всякого выражения в глазах.

Она нашла Аму. После того, как они зашли на кухню, Сун Юньсюань протянула ей журнал. - Ама, я хочу перекусить. Дома нет сахарной пудры. Вы пойдете, чтобы купить немного сахарной пудры. Кстати, передайте этот журнал Сяо Хонг из журнала Фаньсин и попросите ее отправить его. Если она спросит вас, вы скажете, что в журнале неверный номер страницы. Я не хочу такой журнал. Пусть она вернет деньги.”

Ама кивнула и ушла с журналом.

Сун Юньсюань позвала ее: “Ама, журнал только для Сяо Хонг. Никто другой не может его взять.”

Услышав это, Ама немедленно спрятала журнал в пальто.

Сун Юньсюань кивнула с улыбкой: “Ама, сделай это быстро. Я жду твоих закусок.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 50. Ама попадает в больницу

После ухода Амы Сун Юньсюань вернулась в свою комнату, чтобы отдохнуть, но она находилась в беспокойном настроении.

Лежа на кровати, она заснула.

Внезапно она услышала стук в дверь, в то время как ей снились эти болезненные и знакомые сны.

Надев тапочки, Сун Юньсюань подошла, чтобы открыть дверь. Она встретила знакомую горничную в белом фартуке и с маленьким блюдом ароматного сдобного печенья.

Взглянув на лицо служанки, Сун Юньсюань обнаружила, что это та самая служанка, присланная семьей Чу. Она не могла не чувствовать себя немного несчастной: "Когда я сказала, что хочу есть печенье?”

Служанка еще очень молода, она робко сказала: “Сестра Ли, которая пошла менять журналы, сказала, что Мисс хочет десерт.”

Глядя на острое печенье с маслом, Сун Юньсюань сделала глубокий вдох и потянулась к нему: “Я возьму печенье, спасибо.”

Когда горничная увидела, что мисс унесла блюдо с печеньем, на ее лице появилась мягкая и счастливая улыбка, она закрыла дверь и ушла.

Сон Юньсюань принесла печенье в комнату, чувствуя тошноту. Прежде чем добраться до кровати, она выбросила все сливочное печенье в черный мусорный мешок и завязала его. После этого она открыла все окна в комнате, чтобы выпустить сладкий запах печенья.

Она росла в семье Гу на протяжении десятилетий, и все они знали, что она ненавидит слишком сладкие вещи, особенно печенье.

Как только она почувствует запах печенья, ее желудок перевернется вверх дном, не говоря уже о том, чтобы попробовать его. Она все равно не может его съесть.

Она пошла в ванную, чтобы умыться, и выпила полстакана воды. Только после того, как запах печенья медленно исчез, она подошла, чтобы закрыть окно.

Закрывая окно, она вдруг заметила синий спортивный автомобиль порше, выезжающий со двора.

Это…

Машина Чу Мочена.

Ее сердце сразу же начало дрожать.

Она поспешно вышла и спросила служанку: "Чу Мочен только что приходил сюда?”

Служанка тупо покачала головой. “Нет, его здесь не было.”

“А как насчет машины, которая только что стояла во дворе?”

“О, это молодой хозяин семьи Ронг, который пришел сюда, чтобы послать приглашение. После этого он ушел. Машина даже не припарковалась.”

Взгляд Сун Юньсюань немного успокоился.

Увидев бледность Сун Юньсюань, служанка встревожилась: "Мисс Юньсюань, с вами все в порядке?”

“Все хорошо. Я пойду отдыхать. Когда Ама вернется, скажи ей, чтобы она не готовила десерт, потому что у меня есть печенье.”

Служанка кивнула, она смотрела на изящную спину Сун Юньсюань, которая направлялась обратно в свою комнату.

В синем спортивном автомобиле порше, который только что отъехал от дома Сун, сидел красивый мальчик семнадцати или восемнадцати лет. Он странно смотрел на человека в зеркало заднего вида: “Брат Чу, твоя невеста - дочь семьи Сун, не так ли? Ты только что приехал в семью Сун, почему же ты ее не навестил?”

Выражение лица Чу Мочена было глубоким и холодным: "Это не обязательно.”

“Большой Брат Чу, ты очень плохой.- рассмеялся подросток. “Ты не должен был красть ее сердце, а потом бросать, потому что устал играть.”

Подросток красив, с яркими влюбленными глазами, тонкими губами и белоснежной кожей. Он высокий, но стройный, не такой сильный и мускулистый, как взрослый мужчина.

Он смотрел на Чу Мочена с недобрым намерением. - Брат Чу, я слышал, что маленькая дочь семьи Сун - редкостная красавица, которая редко выходит на улицу. Она должна быть очень честной и, по-видимому, очень чистой.”

Чу Мочен вдруг рассмеялся, медленно поднял глаза и посмотрел на подростка в зеркале: “Шестой Чайлд Ронг, я советую тебе не провоцировать ее. Она так же чиста, как и Гу Чанге.”

В зеркале заднего вида подросток по имени Ронг Шестой явно задрожал. Затем улыбка на его лице немедленно исчезла, и его тонкие губы поджались: “Меня не интересует этот тип красоты, но у тебя есть особый вкус, брат Чу.”

Хотя мальчик называет это "особым вкусом", есть довольно много сановников, которые любили Гу Чанге.

Однако такая женщина, как Гу Чанге, - это не та, которую обычные сановники могут держать в своих объятиях, не говоря уже о том, чтобы контролировать ее.

Теперь, все мужчины в Юньчэне будут злорадствовать над смертью Гу Чанге, когда они говорят о ней, но на самом деле, их замечания - просто кислый виноград.

Чу Мочен опустился на заднее сиденье машины, положив пальцы на кожаный подлокотник, и в его глазах появилось холодное выражение.

Ронг Шестой несколько раз бросал на него взгляд, но в конце концов, он не мог не сказать: “Брат Чу, наша секретная служба мирового класса. Вы видите, что вся информация, которую вы хотели, была перехвачена. Как вы справитесь с этим человеком?”

Чу Мочен молчал.

Подросток медленно съехал на обочину. А затем он открыл свой ноутбук и показал ему файл, который он только что получил: “Брат Чу, вы видите, это перехваченный материал, который был тайно сканирован.”

Во время разговора он передал ему компьютер.

Чу Мочен потянулся к компьютеру. Но он замер при первом же взгляде на него.

Подросток почувствовал что-то неладное и сказал: “Брат Чу, с тобой все в порядке?”

Длинные брови Чу Мочена были сморщены, а его глаза холодными, как сталь: “Это... почерк Чанге.”

Эта фраза заставила Ронга Шестого на сиденье водителя на мгновение впасть в шок. Как будто он не верил в то, что услышал, он нахмурился и сказал: “Ты имеешь в виду, что Гу Чанге все еще жива?”

Его слова были подобны удару грома без предупреждения.

Чу Мочен смотрел на почерк на сканированных фотографиях, будучи пораженным на месте. Даже Ронг Шестой внезапно окаменел.

Это как видеть призраков днем. Лицо Ронга Шестого было бледным, и он спросил Чу Мочена: “Брат Чу, ты уверен?”

Чу Мочен пристально смотрел на почерк, как будто рыл дыру в экране компьютера. Когда его спросил Ронг шестой, он медленно дышал, подавляя эмоции. Он мрачно спросил: “вы можете сказать, когда было написано письмо?”

Ронг Шестой несколько смутился: "На мой взгляд, это было сделано не более полугода назад.”

Его слова не имели никакого значения. Гу Чанге умерла около полугода назад. Неясно, написала ли она его перед смертью.

Чу Мочен молча смотрел на почерк, словно пытаясь что-то понять, он не долго молчал: “Может быть, это мои глаза ослеплены.”

Ронг Шестой ничего не сказал, но он понимал, что это может быть оправданием, которое Чу Мочен дает себе сам.

В конце концов, Гу Чанге действительно мертва, это хорошо известно. Даже ее прах выбросили в открытое море.

Неохотно, но если это был почерк Гу Чанге, это можно было бы назвать ее наследием.

Или…

“Брат Чу, может быть, этот писатель подражает почерку Гу Чанге. В противном случае, нет никаких причин для появления этого письма сейчас.”

Это все, что Ронг Шестой смог придумать.

Чу Мочен ничего не сказал. Он продолжал молчать.

Глядя на его внешний вид, Ронг Шестой хотел принять решение без разрешения: "Брат Чу, неужели хитрая леди из семьи Сун…”

“Отвези этого посыльного в больницу.”

Ронг Шестой был потрясен, оглядываясь назад, чтобы увидеть темные глаза Чу Мочена. Он немного испугался: "Ты имеешь в виду…”

“Отправь ее туда.”

Его голос звучал холодно.

Ронг Шестой некоторое время колебался, после кивнул: “Понятно.”

…

Сун Юньсюань дремала в постели в течение получаса. Картина в ее голове была настолько запутана, что это тревожило. Когда она наконец проснулась, то услышала снаружи торопливые шаги.

Нахмурившись, она встала, чтобы открыть дверь.

За дверью собрались несколько слуг, которые уже много лет жили в семье Сун. Когда они услышали, как Сун Юньсюань открывает дверь, они сразу же перестали говорить, как будто они приклеили ленту на свои рты.

Сун Юньсюань увидела рассеянный вид этих людей, она сразу же поняла, что что-то не так. Она холодно окликнула одного из них: “Сестра Ли, вы вернули мой журнал?”

Сестра Ли подошла к столу в гостиной, чтобы взять журнал, и поднялась наверх, чтобы вручить его.

Но Сун Юньсюань не взяла. Она просто потерла брови, которые немного болели, и сказала: "О чем ты только что говорила?”

Лицо Сестры Ли посинело. Глядя на Сун Юньсюань, она выглядела несколько нервной. Затем она в смятении сказала: "Ама, которая вышла купить сахарную пудру…”

“Ама?" Сун Юньсюань захватила ключевые слова.

Ли Ма смущенно посмотрела на Сун Юньсюань, затем наклонила голову: "Ама... ее сбила машина, когда она возвращалась.”

“Дорожно-транспортное происшествие?!” - Голос Сун Юньсюань внезапно стал мрачным.

Сестра Ли кивнула с некоторым страхом.

Услышав это, полупрозрачное лицо Сун Юньсюань стало еще бледнее. Как только она услышала, что Ама была ранена, она повернулась и пошла в комнату за своим пальто и сумочкой, ничего не говоря.

Увидев, что она быстро одевается, чтобы выйти, сестра Ли, которая ждала ее в дверях, поспешила сказать: “Мисс Сун, не волнуйтесь, Ама была отправлена в больницу.”

“Я сама пойду и посмотрю, в какой больнице.”

Сестра Ли немного колебалась. Прежде чем Сун Юньцян ушел, он велел ей присматривать за юной леди и не выпускать ее случайно.

Но…

Когда Сун Юньсюань заметила ее молчание, ее тон стал холодным: “Сестра Ли, Ама заботится обо мне с тех пор, как я была ребенком. У меня с ней хорошие отношения. Теперь, когда она ранена, это нормально для меня, чтобы нанести ей визит, не так ли?”

С растерянным лицом сестра Ли сообщила название больницы: "Вторая больница.”

Сун Юньсюань почувствовала себя странно, потому что она думала, что ее следовало бы отправить в Народную больницу, если бы что-то случилось по пути в журнальную компанию.

И все же она не выказала своих подозрений.

Она вышла со своей сумочкой и взяла такси прямо до второй больницы.

Когда она приехала в больницу, то увидела перед собой отделение неотложной помощи, где врачи и медсестры останавливали кровотечение у человека, который только что попал в автомобильную аварию.

Сун Юньсюань бросилась туда и с тревогой спросила: "Простите, фамилия этой пациентки Ван*?”

Пациентка была серьезно травмирована по всему ее телу, особенно голова, где все её лицо было повреждено.

Сердце Сун Юньсюань замерло, но она не паниковала. Было только внезапное появление многих возможностей в ее сердце из-за условного рефлекса.

Это просто не большая поездка. Как могла произойти какая-либо авария?

В том месте, где есть светофоры на каждом перекрестке, нет ни эстакады, ни другой опасной транспортной ситуации.

Она нахмурилась, пытаясь следовать за пациенткой вперед, но врач в маске, который заботился о пациенте, остановил ее: “Молодая леди, фамилия пациента - Ван, 56 лет. Вы ее родственник?”

Сун Юньсюань кивнула: "Доктор, она серьезно ранена?”

“Необходима операция. Пожалуйста, распишитесь здесь.”

Врач показал ей договор, вовремя переданный медсестрой позади него, и прямо указал на бланк подписи.

Сун Юньсюань взяла соглашение и просканировала его бегло, чтобы убедиться, что с ним нет проблем. А потом она собиралась подписать его.

Но когда кончик ручки коснулся бумаги, ее пальцы остановились. И тогда она, движимая некоторой настороженностью, изменила свою обычную ручную каллиграфию на обычный стиль письма.

Доктор бросает взгляд на ее подпись, взял договор и направился в операционную.

___________________________________________________

* Ван – фамилия Амы

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 51. Кто ты такая?

Сун Юньсюань видела, что врач идет к операционной, и хотела последовать за ним.

Именно в этот момент позади нее раздался знакомый голос.

- Мисс Юньсюань, почему вы здесь?”

- Ама?- Сун Юньсюань узнала этот голос и удивленно обернулась.

Недалеко от нее стояла Ама, у которой не было серьезных ран на теле, а только синяк на лбу, и ее платье было немного испачкано.

Сун Юньсюань повернула голову, чтобы посмотреть на нее. Ама быстро подошла к ней и сказала: "Мисс Юньсюань, почему вы здесь? Я просила твою семью сказать тебе, что я только слегка ударилась. И вообще, зачем ты сюда пришла?”

Но, когда она были дома, сестра Ли не сказала ей, насколько сильно пострадала сестра Ван. Кроме того, фамилия и возраст тяжело раненной пациентки, упомянутой врачом, совпадали с фамилией и возрастом сестры Ван.

А теперь сестра Ван, целая и невредимая, стоит здесь. Значит, кто-то хотел ввести ее в заблуждение?

Ама винила себя: “Это все моя вина. Когда я возвращалась, то не очень хорошо разглядела дорогу. Сзади меня сбил аккумуляторный велосипед. И я получила глубокую рану на лбу. Если бы я не упала в обморок, мне вообще не пришлось бы ехать в больницу.”

С некоторым огорчением Сун Юньсюань посмотрела на сестру Ван: "Ама, журнал…”

“Мисс, вы можете быть уверены. Журнал был передан Сяо Хонг, и деньги также были возвращены. Вот они.”- С этими словами сестра Ван показала ей больше дюжины юаней, вынутых из кармана.

Сун Юньсюань не заботилась о деньгах, но чувствовала, что вся эта история - заговор.

Видя, что Сун Юньсюань молчит, сестра Ван подумала, что она все еще беспокоится о ней, поэтому она уговаривала её, что с ней всё хорошо. - Мисс Юньсюань, по чистой случайности, когда я упала, там случайно оказался Чайлд Чу. Это он договорился, чтобы кто-нибудь отправил меня в больницу.”

Когда она упомянула Чайлда Чу, лицо Сун Юньсюань стало серьезным. Она спросила стальным голосом: "Ты сказала, что видела Чу Мочена?”

“Да.”- Сестра Ван была в шоке.

Сун Юньсюань ясно понимала, что её беспокоило: “Какого цвета была машина, на которой он ехал?”

“Синий Порше, это тот, на котором он всегда ездит, когда приезжает в семью Сун.” Сун Юньсюань помнила синий Порше, который выехал из семьи Сун раньше. Она также вспомнила слова слуги, поэтому она спросила: "Был ли кто-нибудь еще в его машине?”

“Водитель выглядел как подросток лет шестнадцати-семнадцати.” Сестра Ван держалась за голову. “Но тогда я была немного смущена. Я не могу вспомнить его внешность. Может быть, он уже взрослый. В конце концов, люди не могут водить машину до 18 лет…”

Сун Юньсюань совершенно не волновало, как выглядел молодой водитель в глазах сестры Ван. Ей достаточно было знать, что Чу Мочен действительно сидел в том синем Порше.

Значит человек, который дал ей печенье, тоже должен быть частью заговора.

Она выглядела несколько удрученной: “Ама, давай сначала вернемся домой.”

Она повернулась, чтобы уйти вместе с сестрой Ван, но уже через несколько шагов увидела высокого красивого мужчину, выходящего из соседнего коридора.

“Чайлд Чу... “- прошептала Ама, чтобы напомнить Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань встретила его взгляд, холодный, как бездна.

Ей было совершенно ясно, что к ней приближаются неприятности.

Она остановилась, и Чу Мочен тоже встал на своем месте. Они смотрели друг на друга издалека, и атмосфера становилась напряженной.

“Мисс Юньсюань...” - забеспокоилась сестра Ван.

“Ама, ты вернешься первой. Это действительно невероятное совпадение, чтобы встретить Чайлда Чу здесь.”

Она знала, что это точно не совпадение.

Потому что Чу Мочен вовсе не выглядел удивленным. Судя по выражению его лица, он уже давно ждал ее здесь.

Когда Сун Юньсюань приказала Аме, у нее не было другого выбора, кроме как кивнуть и уйти. Но через каждые несколько шагов она останавливалась, чтобы обеспокоенно оглянуться на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань пошла прямо к Чу Мочену с холодным взглядом, после того как сестра Ван вышла из дверей больничного зала: “Чайлд Чу, зачем ты вовлекаешь Аму в свой заговор? Она всего лишь служанка.”

Она прошла мимо него и двинулась дальше, пытаясь вывести его наружу.

Чу Мочен внезапно протянул руку и схватил ее за запястье, разворачивая к себе.

Черные волосы развевались в воздухе. Сун Юньсюань развернулась под действием его руки. Она не могла сдержать гнева: "Тебе лучше пойти и поговорить со мной.”

Зрение Чу Мочена было будто затуманено чернилами. Она не могла видеть, сколько выражений смешалось в его глазах.

Сун Юньсюань подняла голову и сердито посмотрела на него. Она чувствовала, что взгляд этого человека определенно не являлся чистым гневом. Было много выражений и чувств. Однако, как бы они ни были сильны, одна лишь вещь подавляла их, не смотря на их силу.

Вот в чем причина.

Сун Юньсюань чувствовала, как его пальцы с силой сжимали ее запястье. Он был так энергичен, как будто вот-вот раздавит ей запястье. Она сердито напомнила ему: “Слишком сильно, ты причиняешь мне боль.”

После того, как он долго смотрел на нее, ему вдруг стало смешно. Он смотрел на нее острым взглядом: "Ты чувствуешь боль?”

Сун Юньсюань почувствовала себя странно и нахмурилась: “Конечно.”

Конечно, она чувствует боль, потому что все еще жива и в сознании.

Глаза Чу Мочена, глядящие на нее, постепенно становились менее равнодушными и утомленными, а его руки, держащие ее, постепенно расслабились.

Сун Юньсюань отошла, растирая запястье. Но в этот момент он снова схватил ее и потащил вперед.

“Я могу пойти сама, Чайлд Чу.”

Он молчал, но упрямо держал ее за запястье.

Сун Юньсюань была вытащена им и втиснута в этот синий Порше.

Увидев молодую девушку, сидящую сзади, подросток сначала удивился, а затем посмотрел на Чу Мочена, который шагал, чтобы открыть дверь водителя, закрыв другую автомобильную дверь: “Брат Чу, я... или мне выйти?”

Подросток уточнил у Чу Мочена.

Когда Сун Юньсюань снова посмотрела на говорившего, она узнала в нем молодого хозяина семьи Ронг. На самом деле, она не очень хорошо его знала.

Его называли молодым мастером не потому, что есть еще другие старшие мастера, а потому, что он занимал особое положение в семье Ронг. Как единственный ребенок семьи Ронг, он родился после смерти своих пяти братьев и сестер.

Когда она была Гу Чанге, то последовала за своим отцом на стодневный банкет этого молодого человека.

Более того, в то время она была подростком, а этот молодой мастер был младенцем. Ей посчастливилось обнять его на несколько секунд. Хотя он и родился симпатичным, но был действительно своенравным.

Она просто обняла его, но не улыбнулась ему в соответствии с инструкциями няни, и тогда ребенок не смог удержаться от слез.

Тогда же отец посоветовал ей: "Чанге, ты его напугала. Этот ребенок очень ценен, будь осторожна и не урони его. Верни его миссис Ронг.”

В тот момент она была еще очень молода. Она просто выполняла формальности для формальностей, и чтобы показать близость. Когда отец попросил ее вернуть ребенка, она послушалась.

Но времена прошли, и обстоятельства изменились. Увидев Чайлда Ронга снова, она обнаружила, что этот ребенок действительно вырос.

Сун Юньсюань бросила взгляд на Ронга Шестого, а затем повернулась, чтобы посмотреть вперед.

Ронг Шестой чувствовал себя неловко. Чу Мочен ответил ему: "Нет, ты можешь остаться здесь.”

Сун Юньсюань не думала, что здесь что-то не так. Глядя на внешность Чу Мочена, она знала, что он намеренно досаждает ей. Но если здесь присутствует посторонний человек, он не зайдет слишком далеко.

Чу Мочен не позволил Ронгу Шестому выйти, но Ронг Шестой необъяснимо дрожал.

Чу Мочен нажал на акселератор, и машина помчалась вперед, как челнок.

Роскошный автомобиль имел превосходную производительность и мог быстро ускоряться.

Сун Юньсюань спокойно застегнула свой ремень безопасности, в то время как Ронг Шестой сзади также застегнул свой ремень безопасности и смотрел вперед с большой осторожностью.

“Брат Чу, я вдруг вспомнил, что мне все еще нужно кое с чем разобраться, иначе... теперь ты можешь высадить меня на обочине?”

Чу Мочен не ответил, но Ронг Шестой хорошо умел наблюдать за чужими словами и поведением. Он тут же прижал пальцем свой мобильный телефон.

Через три секунды его телефон громко зазвонил.

Сун Юньсюань слегка приподняла брови, и Чу Мочен заставил машину замедлить ход.

Машина подъехала к обочине прибрежной дороги. Как только он остановился, Ронг Шестой быстро открыл дверь и вышел: “Меня немного укачало, я выйду первым.”

Это действительно хорошее оправдание.

Сун Юньсюань отстегнула ремень безопасности и не спешила выходить. Она просто смотрела на пейзаж впереди, а затем повернулась, чтобы посмотреть на Чу Мочена: “В прошлый раз ты тоже говорил со мной в этом месте.”

Это правда, что в последний раз он говорил с ней здесь - на прибрежной дороге, и в тот раз он был немного взволнован, потому что думал о Гу Чанге.

Сун Юньсюань знала, что ему есть что сказать, поэтому она молчала всю дорогу, чтобы подумать о том, как ответить ему.

Пальцы Чу Мочена ослабили руль: "Я думал, в прошлый раз я думал, что ты была похожа на ГУ Чанге.”

“Ну, и что на этот раз?”

Сун Юньсюань ждала его ответа.

Чу Мочен протянул руку и достал из шкафчика автомобиля отсканированную копию документа. “Я хочу услышать твои объяснения. Это почерк Чанге.”

Сканированная копия была брошена в руки Сун Юньсюань.

Она нахмурила брови и сморщила лоб.

Когда она была еще Гу Чанге, никто не смел обращаться с ней так, не говоря уже о том, чтобы бросать документы ей в руки. Даже если они разговаривали с ней, они были почтительны.

Конечно, она также помнила, что теперь она Сун Юньсюань, а не Гу Чанге.

Так что ... теперь она не может казаться сердитой.

Она подняла документ перед собой, посмотрела на почерк на нем и узнала, что это письмо, которое она написала. Оригинал этого письма уже должен был быть доставлен.

Но как сканированная копия попала в руки Чу Мочена?

Она бессознательно пристально посмотрела на фигуру Ронга Шестого, отражающуюся в зеркале.

Он - молодой хозяин семьи Ронг, а также, тайный агент семьи Ронг.

Сун Юньсюань слегка скорректировала свое отношение, бесстрастно закрыла документ и повернула голову: "Чего ты добиваешься, перехватывая мое письмо?”

Чу Мочен тоже повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Его глаза такие же темные, как старый колодец: “Ты ведь не настоящая Сун Юньсюань, не так ли?”

Хотя Сун Юньсюань много раз думала, что другие узнают, что она сама не Сун Юньсюань, она никогда не думала, что ее личность будет раскрыта.

Она подумала, что если бы она закончила мстить всем тем, кто убил Гу Чанге, то сказала бы другим, что Гу Чанге не умерла.

Однако, тот факт, что Гу Чанге не умерла, а живет в теле Сун Юньсюань, не может быть раскрыт в это время.

Она еще не наказала тех, кто ее убил. Как она могла дать им понять, что в мире действительно есть Мстители, которые возвращаются из ада?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 52. Дай мне повод помочь тебе

Сун Юньсюань только на мгновение задумалась, прежде чем скривить губы, как будто она чувствует, что это смешно: “Чу Мочен, ты шутишь?”

Чу Мочен смотрел на нее своими яркими глазами: "Ты не Сун Юньсюань.”

Сун Юньсюань сделала глубокий вдох, расценивая это как нелепое замечание: "Чу Мочен, почему ты думаешь, что я не Сун Юньсюань?”

При условии, что она находится в теле Сун Юньсюань, никто не может раскрыть ее секрет.

Никто в мире больше не сможет ее разоблачить.

И что, если это ложь? Она, наконец, станет истиной, если все в нее поверят.

В этом мире никогда не было ничего неизменного. То, что истинно, может на самом деле стать ложным, и наоборот.

До тех пор, пока у вас есть достаточно силы и способности, чтобы обратить черное и белое.

Она не знала, что в ее глазах упрямство превратилось в свет, который был крепко приколот к ее сердцу и душе, как гвоздь.

Никто не может вытащить ее из этого тела.

Чу Мочен просто смотрел на нее со всем своим вниманием, как будто пытаясь найти в ней какие-то недостатки, чтобы доказать, что она не Сун Юньсюань.

Но, к сожалению, ее совершенство не подлежало сомнению.

Сун Юньсюань улыбнулась ему: "Чу Мочен, слова - это всего лишь ветер, но видеть - значит верить. Не говори ерунды, когда у тебя нет достаточных доказательств. Если вы подозреваете, что я не дочь семьи Сун, вы можете взять мои волосы, чтобы сделать тест на отцовство.”

Сун Юньсюань являлась подлинной дочерью семьи Сун. Прежде чем Сун Юньцян забрал ее обратно в Юньчэн, глава семьи Сун уже сделал тест на отцовство.

В противном случае Сун Юньин не стала бы нанимать кого-то, кто убьет ее на обратном пути в Юньчэн.

Глядя на ее самоуверенную фигуру, Чу Мочен тонким пальцем достал из шкафчика еще один документ: “Это имя ты только что написала в больнице. Доктор сказал мне, что первое движение, которое ты сделала, чтобы написать свое имя, не было написанием Сун.”

“А что я собиралась написать?”

“Ты собиралась написать Гу и даже в стиле бегущей руки.”

Сердце Сун Юньсюань бешено колотилось - черт, этот врач должен был наблюдать так скрупулезно!

Хотя тело - это Сун Юньсюань, душа - это все еще Гу Чанге, которая настолько искренна, что она все еще сохраняет свой кодекс поведения, образ мышления и личные привычки.

Даже если она пишет, штрихи и почерк - все соответствует привычкам Гу Чанге.

Ее существование в этом теле не безупречно, потому что все еще есть детали, которые предают ее.

Она привыкла к своему собственному имени, Гу Чанге, написанному энергичным и безудержным стилем бегущей руки.

Теперь, с ее новым именем, она должна была моргнуть глазом, чтобы предупредить себя не совершать ошибок.

Зная о ее молчании, Чу Мочен положил соглашение рядом с ней. Он осторожно опустил окно, чтобы насладиться морским бризом. Он спросил ее: “У тебя лицо Сун Юньсюань, но кто ты на самом деле?”

Она молчала, но кончики ее пальцев начинали неметь: “Если ты не хочешь жениться на мне, то можешь просто бросить меня. Почему ты находишь такой предлог подставить меня?”

В глубине ее глаз внезапно вспыхнула буря, но она слегка опустила глаза, стараясь казаться спокойной.

“Вы когда-нибудь бывали в моем доме?”

“Нет.”

“Дом Чу отличается от других. Моя семья построила его под руководством тайского мастера. Расположение столовой не так легко найти для новых посетителей.”

Сун Юньсюань, нахмурившись, молчала.

Она действительно забыла об этом. Когда Чу Мочен был молод, у него болел живот. Он был очень ценен для своей семьи, и глава семьи Чу специально нашел тайского мастера, чтобы переделать архитектурные чертежи семьи Чу. Старый дом был перестроен, и столовая была перенесена в особое положение.

После завершения строительства дома Чу она последовала за своим отцом в дом Чу, чтобы принести свои поздравления.

“Ты знаешь Ронга Шестого?”

“Да, я слышала о нем.”

Чу Мочен посмотрел вниз и улыбнулся.

Сун Юньсюань с отвращением спросила: "Над чем ты смеешься?”

“Смеюсь над своей ложью.” Он смотрел прямо перед собой. “Если бы ты только слышала о Ронге Шестом, ты бы знала, что он шестой ребенок, родившийся после своих пяти братьев и сестер, которые умерли молодыми. Когда обычные люди встречают его, они некоторое время смотрят на него с любопытством. Когда ты познакомилась с ним, ты совсем не была любопытна. Ты только слегка взглянула на него.”

Глаза Сун Юньсюань были такие же мрачные, как и пасмурное небо.

Этот человек действительно создал так много незаметных ситуаций, чтобы испытать ее.

“Кроме того, когда я только что передал тебе перехваченное письмо, твоей первой реакцией был взгляд на Ронга Шестого. Ты уже знаешь его прошлое, и то, что семья Ронг - лучшее конфиденциальное агентство по розыску.”

Брови Сун Юньсюань становились все более морщинистыми и скрученными, и она почти чувствовала холод во всем своем теле.

“И…”

Сун Юньсюань не могла вынести чувства разочарования от того, что ее постепенно раскрыли. Она вдруг открыла дверцу и вышла из машины. - Довольно, Чу Мочен, если ты подозреваешь, что я не дочь семьи Сун, ты можешь отменить помолвку. Мой отец уже проверял меня на отцовство, и я больше не хочу тебя видеть.”

Она зашагала прочь, выпрямив спину, и ее волосы мягко развевались на морском ветру.

Ронг Шестой, который все это время наслаждался морским пейзажем, был шокирован, когда увидел ее сердито выходящей из машины: “Мисс Сун, вы уезжаете?”

Сун Юньсюань проигнорировала его и накинув ремешок своей сумочки на плечо, двинулась вперед.

Она совсем не была раздражена, но ей нужно немедленно уйти от этого человека и подумать о том, как справиться с надвигающимися проблемами.

Если Чу Мочен уже начал сомневаться в её истинной личности, ее наверняка тщательно проверят. Она не боялась пройти тест на отцовство. Однако, когда она будет иметь дело с Гу в будущем, Чу Мочен может вообще не помочь ей. Так что ей нужно изменить свой план.

Это была ее самая большая ошибка - связаться с Чу Моченом, нарушителем спокойствия.

Это было Божье предпочтение, чтобы Гу Чанге не была связана с Чу Моченом в ее предыдущей жизни.

Она шла вперед против морского бриза, не обращая внимания на движение позади себя.

По прибрежному шоссе одна за другой проезжали частные машины. Она подняла руку, чтобы остановить такси после довольно долгого ожидания.

Внезапно кто-то удержал ее за запястье, и ее тело без всякого предупреждения оказалось в его объятиях.

“Почему ты так раздражена, что уходишь по-французски прежде, чем я закончу свое слово?”

Голос Чу Мочена звучал совсем рядом с ее ухом.

Но Сун Юньсюань холодно отбросила его руки: "Отпусти меня!”

После того, как она закончила предложение, он внезапно удержал ее затылок так, что бы заставить ее посмотреть вверх. И вдруг ее губы покрылись парой горячих тонких губок.

От такого крепкого поцелуя ей было трудно дышать и казалось, что ее вот-вот раздавят.

Таксист с удивлением сбавил скорость, когда высокий мужчина схватил девушку, которая только что махала ему рукой, и страстно поцеловал ее.

Автомобиль был припаркован вдоль прибрежного шоссе. Ронг Шестой уже давно смотрел неподвижно, как деревянная статуя. Затем он внезапно пришел в себя. Он открыл дверцу такси и сказал: “Отвези меня обратно в город.”

Он считал, что позже Сун Юньсюань будет гневно бунтовать, и она будет втянута в машину Чу Мочена, чтобы продолжить её изнасилование. В это время он не сможет смотреть, как ее насилуют, не подав ей руки.

Сун Юньсюань крепко обнимал Чу Мочен. Два тела давили друг на друга. Но ее лицо было красным от гнева.

Когда ее отпустили, она пристально посмотрела на него парой глаз, похожих на ножи, и сказала: ”Пока нет…”

У неё был хриплый голос.

Когда Сун Юньсюань собиралась оттолкнуть Чу Мочена, он снова удержал ее в своих объятиях, так что она была вынуждена прижаться щекой к его груди.

Чу Мочен приблизился к ее уху и сказал: “Кроме того, Чанге не любит сладкие вещи. Больше всего она ненавидит сдобное печенье. Она почувствует тошноту, как только почувствует его запах.”

Сун Юньсюань крепко сжала его одежду. В ее глазах было удивление…и печаль.

Когда она жила как Гу Чанге, она не знала, что за тысячи миль от нее будет человек, который помнит то, что она ненавидела больше всего, не говоря уже о том, что она не знала, что это был Чу Мочен.

Но какой смысл знать это сейчас?

Гу Чанге уже давно мертва.

Как Сун Юньсюань, она должна отличаться от Гу Чанге.

Она не должна быть постоянно в сравнении с Гу Чанге или рассматриваться как ее замена.

“Чу Мочен, я тебе не нравлюсь.”

Она почти не стеснялась сказать ему об этом утвердительно.

“Ты мне нравишься.”

“Ты просто нуждаешься во мне. Этот человек в твоем сердце мертв, поэтому тебе нужен кто-то очень похожий на нее, чтобы парализовать себя, кто-то вроде меня.”

“Что случилось? За исключением разных лиц, ты ничем не отличаешься от нее. Даже почерк у тебя такой же.”

“Это написано Гу Чанге, а не мной.”

“А как ты это раздобыла?”

Она ответила гладко, что невероятно: "Шао Сюэ - сестра Шао Тяньцзе. Шао Сюэ украла его для меня, когда Шао Тяньцзе разбирался со своими старыми вещами.”

“Шао Тяньцзе уничтожил бы такую важную вещь, так как это правда об уродстве Хань Руцзя.”

Сун Юньсюань пожала плечами: "Потому что Шао Сюэ - мой человек.”

Ее слова были мягки, но заставили Чу Мочена замолчать. Чтобы сломить Гу Тяньцзе, она действительно не жалеет сил и реализует свои планы шаг за шагом.

Сун Юньсюань, кажется, знала, о чем он думает. Она взглянула на него: "Чтобы сбить с ног Шао Тяньцзе, я сделаю все, что угодно, тебе не нужно удивляться.”

Чу Мочен тоже некоторое время молча смотрел на нее.

Что касается этой женщины, то он действительно не может видеть ее ясно, не говоря уже о том, чтобы понимать ее.

“Теперь, когда ты мне все рассказала, не боишься, что я расскажу об этом Шао Тяньцзе?”

“Я уверена, что ты этого не сделаешь, если я тебе ещё нужна.” Если Чу Мочен все еще хочет ее, он не будет сотрудничать с Шао Тяньцзе.

В конце концов, Шао Тяньцзе - не его хороший друг, а конкурент.

Они будут только конкурировать за выгоды, а не делиться ими.

Чу Мочен улыбнулся: "Ты права. У меня действительно нет причин идти к Шао Тяньцзе, но…”

Он сделал деликатную паузу и посмотрел на нее с улыбкой в глазах. “У меня так же нет причин помогать тебе.”

Сун Юньсюань в смятении посмотрела на него.

Но уже через мгновение она не смогла удержаться от смеха: “Мне не нужно, чтобы ты мне помогал, и мне не нужно, чтобы ты вмешивался. Ты просто вмешиваешься в мои дела без моего разрешения.”

Да, она не добавляла семью Чу в свой план с самого начала.

Однако после того, как появился Чу Мочен, все стало отклоняться от ее графика.

Чу Мочен покачал головой при виде ее безразличной реакции. Он не был согласен: "Ты можешь дать мне повод помочь тебе.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 53. Я хочу, чтобы ты родила мне ребенка

Последнее предложение Чу Мочена заставило Сун Юньсюань холодно рассмеяться и сказать: “Ты предъявляешь мне требования.”

Как Гу Чанге, она провела много лет в деловом кругу. Таким образом, она может легко узнать статус, личность и природу человека после того, как она просто будет иметь с ним контакт три раза.

Чу Мочен отнюдь не простой человек.

“Юньсюань, если ты хочешь победить Гу, тебе нужен покровитель.”

Сун Юньсюань молчала. Ей действительно нужна сильная поддержка. Если никто не поддержит ее, как она сможет конкурировать с Шао Тяньцзе?

Сколько десятилетий потребуется, чтобы сделать Венеру престижной и Фаньсин достаточно сильным, чтобы конкурировать с Гу?

Нет, это вовсе не вопрос десятилетий.

Но скорее это заблуждение.

Все три последовательных поколения Гу занимаются бизнесом. Его почти можно рассматривать как столетнюю престижную семью Юньчэна. Такая семья не будет легко сбита с ног.

Если она хочет отомстить, она не может ждать. По крайней мере, она не может ждать бесконечно.

Она опустила веки, и мрак в ее зрачках был подобен мощному водовороту черной воды. Ее бурное настроение проникало в ее сердце слой за слоем.

Глядя на неё, Чу Мочен вдруг прошептал: "Юньсюань, я даю тебе повод убедить меня помочь тебе.”

Удивленная его словами, Сун Юньсюань медленно подняла голову, чтобы посмотреть на него.

Голос Чу Мочена был ясен и серьезен, и он медленно произносил своими тонкими губами предложение: “Ты должна родить ребенка, которого будет носить фамилию Чу.”

Ребенок должен быть биологическим потомком Чу Мочена!

Сун Юньсюань внезапно ощутила, как онемели ее пальцы.

Чу Мочен мирно убрал её длинные волосы с её лица. Он посмотрел ей в глаза: “Если тебе удастся родить ребенка семьи Чу, он или она будет твоим самым выгодным покровителем.”

Глаза Сун Юньсюань внезапно затряслись.

Затем она быстро опустила взгляд и оттолкнула руку Чу Мочена. “Не прикасайся ко мне.”

Она не хочет больше рожать детей ни от одного мужчины.

Так что, не трогайте ее.

Она не хочет использовать своих детей в качестве разменной монеты для собственной мести.

“Я дам тебе время подумать об этом.”

Чу Мочен был терпелив. Он смотрел на ее опущенные ресницы и крепко сжимал ее пальцы, чтобы успокоить. - Сначала иди домой, на улице холодно.”

Сун Юньсюань кивнула: "Здесь действительно холодно.”

Чу Мочен отправил Сун Юньсюань домой. Она всю дорогу молчала. Она была похожа на фарфоровую куклу без души.

Но в ее глазах ясно читались расчеты, которые другие не могли бы легко воспринять.

После того, как она вышла из машины, Сун Юньцян вышел, чтобы приветствовать их. Он посмотрел на лицо Сун Юньсюань, прежде чем подбежать к Чу Мочену: “Чайлд Чу, так удачно совпало, что ты встретил Юньсюань.”

“Я просто пошел в больницу навестить друга и встретил Юньсюань.”

Когда сестра Ван вернулась, Сун Юньцян заставил ее признаться во всем, что касалось ее пребывания в больнице.

Когда сестра Ван сказала, что у Чайлда Чу было синее лицо, когда он встретил Юньсюань, Сун Юньцян почувствовал, что что-то может пойти не так, и поспешил позвонить семье Чу.

Но слуга, ответивший на звонок, сказал ему, что Чайлд Чу еще не вернулся. Поэтому он нетерпеливо звонил им каждые полчаса. В последний раз трубку снял Ронг Шестой из семьи Ронгов.

В телефонном разговоре Сун Юньцян был нетерпелив, но Ронг Шестой любезно успокоил его: “Не волнуйся, твоя сестра и Чайлд Чу немного поссорились, но Чайлд Чу не был очень сердит.”

Лучше бы он этого не говорил. Но когда он это сказал, в его словах было сильное чувство злорадства.

Учитывая, что семья Чу будет приносить много пользы семье Сун, а также поднимать их социальный статус, Сун Юньцян, безусловно, не позволит своей сестре капризно расстаться с Чу Моченом.

С улыбкой на лице Сун Юньцян провожал Чу Мочена после обмена любезностями. Затем он поспешил постучать в дверь комнаты Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань открыла дверь с бледным лицом.

Сун Юньцян выразил свое беспокойство, спрашивая: “Почему твое лицо выглядит так плохо?”

Сун Юньсюань просто не хотела ничего говорить. Тогда Сун Юньцян серьезно спросил ее: “Ты поссорилась с Чайлдом Чу? Разозлила его?”

Измученная, Сун Юньсюань ослабила хватку на двери: “Старший брат, ты слишком много думаешь.”

“Я так не думаю.- парировал Сун Юньцян, как брат, который заботится о своей сестре. - Юньсюань, ты же знаешь, Чайлд Чу вырос в семье Чу как единственный ребенок. Он более знающий, чем ты. И у него больше предвидения, чем у тебя. Ты не должна идти против воли Чайлда Чу. Вместо этого тебе следует прислушаться к его словам. Это для твоего же блага.”

Сун Юньсюань не показывала никакого выражения на ее лице, но она усмехнулась в своем сердце. Люди, которые суетились в деловом кругу в течение длительного времени, все ориентированы на прибыль. Никто не будет действовать во благо другого, не принимая во внимание свои собственные интересы.

Чу Мочен, кажется, очень любит ее, но на том основании, что он не может получить Гу Чанге. Согласно победоносному желанию мужчин, он должен хотеть попробовать еще раз, когда встретит женщину, подобную Гу Чанге.

Чу Мочен, просто скучал слишком долго и хотел сыграть в игру.

У него есть власть играть на большие фишки.

А для Сун Юньсюань единственным козырем является она сама.

Может быть, это хорошее решение, чтобы зачать детей с Чу Моченом.

Она опустила взгляд с кажущимся послушанием и молчала, как ребенок, который признается в своих ошибках.

Когда Сун Юньцян заметил, что она так послушна, он перестал проповедовать ей.

В конце концов он сказал: "Это твое счастье, что ты наслаждаешься любовью Чайлда Чу. Ты можешь воспользоваться возможностью жениться на Чу, который является мечтой всех молодых леди в Юньчэн.”

“Да.”

Сун Юньсюань издала простой звук согласия.

Только тогда Сун Юньцян ушел.

В ту ночь ей все еще было трудно заснуть.

В своем сне она вернулась в тот год, когда была беременна своим первым ребенком, когда она была еще молода и ей было всего двадцать лет.

Шао Тяньцзе спал с ней один раз, и оказалось, что она беременна.

Впервые в жизни ее охватила паника. В то время семья Гу столкнулась с большим кризисом. Поскольку отец Гу Чанге был болен, его единственный внебрачный сын и несколько внебрачных дочерей вернулись в Юньчэн из разных мест со всего мира, пытаясь разделить имущество семьи.

Ее мать умерла, когда она была еще ребенком. Отец воспитывал ее совсем один. Чтобы сохранить целостность семьи Гу, она не тратила много энергии на первого ребенка, которым она была беременна.

Даже она никогда не думала использовать этого ребенка, чтобы поймать Шао Тяньцзе, или заставить Шао Тяньцзе жениться на ней.

Ее беременность держали в секрете до тех пор, пока однажды она случайно не обедала с Шао Тяньцзе, и тогда ее вырвало едой, которую она съела.

Как она помнила, в тот день Шао Тяньцзе была просто удивлен, увидев, что она не может остановить рвоту, но не проявил намерения помочь ей.

Затем он сдержал свое волнение и спросил ее: “Ты беременна?”

Она сжала губы и сохранила серьезное лицо, пытаясь скрыть все свои хрупкие эмоции.

Однако Шао Тяньцзе крепко держал ее за руку, целовал в брови и успокаивал нежным голосом: “Не бойся, я женюсь на тебе.”

Она нахмурилась: "Я не выйду замуж.”

Как дочь семьи Гу, единственная законная дочь своего отца и следующий правитель семьи Гу, как она могла позволить себе выйти за дверь семьи Гу и стать собственностью других?

Но Шао Тяньцзе, казалось, видел ее насквозь. Он сказал: "Это не имеет значения. Это все твое. До тех пор, пока ты готова родить ребенка, он или она будет следовать вашей фамилии.”

Согласно китайской традиционной культуре, передаваемой из поколения в поколение, действие брака в семье невесты рассматривается как символ унижения и бесчестия для жениха.

Она никогда не думала о том, чтобы позволить Шао Тяньцзе жениться в семью Гу. Но когда она оказалась в самом мрачном положении, столкнувшись с врагами со всех сторон, он сказал, что хотел бы жениться и войти в семью Гу.

В это время она чувствовала, что была не одна на пути вперед. Люди вокруг нее начали охотно сопровождать ее в путешествии через дебри.

Но…

Но, в конце концов, Шао Тяньцзе подвел ее.

Теперь она тщательно обдумывала это, и обнаружила, что сюжет Шао Тяньцзе был действительно тщательно продуман, так как он терпеливо ждал в течение многих лет.

Он являлся студентом-медиком и известным ученым-медиком.

Ему было легко сделать ей ребенка. Он подсчитал ее беременность, время, когда она забеременеет, и даже то, что может вызвать у нее рвоту, когда она увидит или понюхает это.

Шао Тяньцзе действительно является элитой медицины.

Она медленно открыла глаза в темноте ночи. Она смотрела в пустоту, и ее глаза сужались дюйм за дюймом.

Шао Тяньцзе удалось начать план кражи семьи Гу, потому что она была беременна ребенком.

Почему она не может начать свою месть по уничтожению Шао Тяньцзе с ребенка?

Как говорится в старой поговорке, настоящий мужчина будет применять безжалостные методы для достижения своей цели.

Так как она была воспитана своим отцом в течение многих лет в семье Гу, она держала это высказывание в своем уме, но она никогда еще не применяла его к себе.

Теперь на её лице медленно проступал след жестокости. Стиснув зубы, она сказала себе: "Всего лишь ребенок.”

Это всего лишь ребенок, все в порядке.

Она сделает ставку!

Пока она может достать Шао Тяньцзе, она будет играть в эти азартные игры!

…

В отличие от особняка Сун, ночь все еще молода для Чу Мочена в его доме.

Он сидел перед баром в своей синей пижаме и пил в одиночестве.

Золотистый ликер издал мягкий звук, когда его вылили из драгоценной и изысканной бутылки.

Приближающиеся шаги заставили Чу Мочена слегка поднять голову. - Хочешь выпить?”

Подросток отразился в стеклянном шкафу напротив бара. Он подошел к барному стулу рядом с ним и сел с улыбкой. - Брат Чу такой скупой. Я редко бываю в доме Чу. Почему ты должен пить один посреди ночи? Ты боишься, что я лишу тебя твоего напитка?

Чу Мочен улыбнулся и взял чистый шестиугольный хрустальный бокал, чтобы налить ему ликер: “Нет, я просто боюсь, что ты к этому не привык.”

Чувствуя себя презираемым, Ронг Шестой приподнял свои красивые длинные брови. Он потянулся к бокалу и выпил залпом.

Затем выражение его лица изменилось. После того, как ему удалось проглотить напиток, первое что он произнес - это название вина: “SMIRNOFF?”

Чу Мочен кивнул и спросил его: “Каково оно на вкус?”

Ронг Шестой, вытирая рот, слегка пододвинул стакан вперед. "Мой отец говорит, что я еще не достиг 18-летнего возраста, так что мне не полагается пить такой крепкий напиток. Ты должен выпить его сам.”

Чу Мочен не мог не давиться от смеха, он пил спиртные напитки, происходящие из Москвы и обогащенные в США.

Этот вид ликера на вкус мягкий и чистый, но он очень крепкий. Люди, которые не могут привыкнуть к этому, будут чувствовать удушье вместо этого.

Чу Мочену это начало нравиться на второй год после того, как он уехал в Соединенные Штаты.

Но после первого глотка он поставил свой бокал, подумав, что если бы Гу Чанге когда-нибудь выпила его, ей бы очень понравился вкус.

Он думал о том, что случилось много лет назад.

Ронг Шестой редко находил такое мягкое выражение на его лице, поэтому он немного испугался: “Почему ты так счастлив сегодня? Ты угрожал маленькой девочке?”

Чу Мочен покачал головой: "Нет, это не угроза.”

“Тогда что же ты заставил ее сделать?- Ронг Шестой был очень любопытен.

Чу Мочен пристально посмотрел на него: “Я сказала ей, чтобы она родила мне ребенка.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 54. Я ждала Вас

Ронг Шестой почти рывком поднялся с барного стула, как только он услышал, что сказал Чу Мочен: “Нет, ей всего 18 лет! Разве это не угроза, что ты просишь 18-летнюю девушку родить тебе ребенка?

Чу Мочен не согласился: "Гу Чанге была беременна своим первым ребенком в возрасте 20 лет, всего на два года старше ее.”

Ронг Шестой удивленно сказал: "Сколько богатых дам в Юньчэне можно сравнить с Гу Чанге? Она же знаменитая мегера! Вышла бы она замуж, если бы не была беременна?

К Гу Чанге Ронг Шестой относится не с любовью, а с благоговением. В конце концов, она была слишком легендарной женщиной в Юньчэне.

Чу Мочен бросил на него взгляд и продолжил пить: “Я ее не заставлял. Она могла бы отказаться, если бы захотела.”

Ронг Шестой чувствовал, что Чу Мочен был зловещим: “Поскольку ты счастливо пьешь здесь посреди ночи вместо того, чтобы спать в постели, ты должен быть уверен, что она согласится, не так ли?”

Услышав его слова, Чу Мочен повернул голову и посмотрел ему в лицо: “Ронг Шестой, твой отец может чувствовать облегчение, передав вам семейный бизнес.”

Ронг Шестой откинулся назад: "Я все еще молод. Мир взрослых слишком сложен для меня. Я бы предпочел провести еще два легких года, готовясь к этому.”

Ронг Шестой - единственный сын семьи Ронг. Независимо от того, когда старик передаст власть, нет никаких сомнений, что Ронг Шестой - его единственный вариант.

Ронгу Шестому вообще не нужно бороться за трон. В этом случае он предпочитал бы оставаться праздным в течение нескольких лет, пока глава семьи Ронг действительно не захочет отречься от престола.

Чу Мочен смотрел на его внешность и слегка напомнил ему: “Хотя Гу Чанге - девушка, она стала генеральным директором Гу в возрасте, который моложе твоего сейчас.”

Ронг Шестой мгновенно почувствовал себя униженным, теряя свое лицо.

Однако это факт.

Гу Чанге действительно достигла этого положения, когда ей было шестнадцать лет.

А ее дипломатия была такой жестокой и утонченной, что она совсем не походила на шестнадцатилетнюю девушку.

Думая о Гу Чанге, Ронг Шестой чувствовал, что есть что-то подозрительное: “Ты думаешь, что Сун Юньсюань не выйдет замуж, если она не беременна?”

Чу Мочен замолк, держа стакан в руке, потом поднял голову и сделал глоток: "Наверное.”

Сун Юньсюань примерно такая же, как и Гу Чанге.

Однако за Гу Чанге хлопотали с самого детства. Она очень рано поняла, что если хочет стоять на вершине горы Гу и смотреть на толпу, то должна оставаться сильной и хладнокровной.

Но Сун Юньсюань с самого начала знала, что она находится на самом дне, и что она должна низко нагнуться, чтобы шаг за шагом повышать свой статус.

По сравнению с Гу Чанге, путешествие Сун Юньсюань будет сложнее.

…

Гу Чанге оставалась дома в течение трех дней.

Во второй половине четвертого дня Сун Юньцян постучался в ее дверь и спросил: “У тебя назначена встреча сегодня вечером?”

Сун Юньсюань покачала головой. “Нет, брат, в чем дело?”

Прислушиваясь к советам своего отца, Сун Юньцян послал кого-то следить за Сун Юньсюань. Но, начиная со дня несчастного случая с сестрой Ван, Сун Юньсюань никуда не выходила.

Он чувствовал, что это немного странно. И только когда Чу Мочен позвонил ему вечером и спросил, дома ли Сун Юньсюань, он осторожно предположил: "Юньсюань поссорилась с тобой?”

“Немного.”

Сун Юньцян внезапно понял, почему Чу Мочен не позвонил Сун Юньсюань напрямую, а сделал телефонный звонок в дом семьи Сун.

Он считал, что Сун Юньсюань дулась дома в течение последних трех дней, не отвечая ни на один телефонный звонок и не выходя из дома.

Теперь, когда он ответил на телефонный звонок Чу Мочена, он стучал в ее дверь и говорил с ней как можно спокойнее: “Чайлд Чу приглашает тебя сегодня на ужин. Пожалуйста, мирно поговори с ним, если у вас есть какие-либо недоразумения друг о друге, хорошо?”

Сун Юньсюань задумалась, прежде чем задумчиво кивнуть.

Сун Юньцян вздохнул и ушел.

Примерно в 17: 30 вечера Чу Мочен приехал к ней домой на своей машине.

Сун Юньцян позвал Сун Юньсюань вниз и запихнул свою медлительную сестру в машину Чу Мочена. Улыбка на его лице появилась только тогда, когда он увидел, что они уезжают.

Сун Юньсюань молчала после посадки в машину.

Глядя на состояние дороги впереди, Чу Мочен напомнил ей: “В эти дни холодно. Когда ты выходишь, не забудь надеть теплую одежду.”

Сун Юньсюань искоса посмотрела на него и сказала: “Я никуда не ходила.”

Она всегда оставалась в семье Сун все эти дни. Как она могла простудиться из-за холодного ветра снаружи?

Чу Мочен выехал за пределы второго транспортного кольца. И наконец, он припарковал машину возле знаменитого французского ресторана.

Когда Сун Юньсюань вышла из машины, она нашла много мужчин и женщин, одетых в роскошные и изысканные одежды у входа в ресторан.

Она была знакома с некоторыми из них.

Шао Ли, скандальная звезда первой линии. И Пей Ши, председатель семьи Пей.

Лин Хуа, молодая модель, которая еще не достигла возраста 20 лет. И Ван Сиюань, плейбой из влиятельной семьи.

И…

Ее шурин, Сюэ Тао, и ее бывшая подчиненная, Чжан Сяо.

Спустя несколько месяцев после её исчезновения Чжан Сяо стала ещё более соблазнительной. В эту зимнюю ночь она носила красную мини-юбку с белоснежным мехом, обернутым вокруг ее плеч. Воздух вокруг нее становился возбужденным, когда мех слегка скользил вниз по ее плечам, что делало ее кожу открытой.

Сюэ Тао смотрел на ее лицо своими глазами, полными смеха.

Длинные черные волнистые волосы Чжан Сяо сочетали в себе классическую красоту Востока, а также дикость и жару Запада.

Так или иначе, Сун Юньсюань внезапно захотела рассмеяться, когда она увидела этих двух людей, приближающихся к французскому ресторану.

Она поджала губы и тихо, презрительно и беспомощно усмехнулась.

Посмотрев с ее точки зрения, Чу Мочен также увидел Сюэ Тао и Чжан Сяо. Он легко спросил ее со спокойным выражением в глазах: "Ты сердишься за свою сестру?”

“Нет, Сун Юньин пожинает то, что посеяла.”

Ей хотелось развернуться и уйти. Но Чу Мочен остановил ее, держа за плечи: “Хорошо. Прежде чем ты уйдешь, ты должна пообедать со мной в этом прекрасном ресторане, так как это прекрасный вечер.”

Этот французский ресторан был очень известен в городе Юньчэн. В переводе с французского языка на китайский его название означает «Замок свиданий».

Неудивительно, что такая романтическая нация будет иметь рестораны, названные в романтическом стиле.

Но Сун Юньсюань, кажется, не имела к этому никакого интереса. Войдя в ресторан и увидев старомодно украшенный камин, а также красный ковер внутри, она повернула голову и посмотрела на Чу Мочена: “То, о чем ты упоминал в прошлый раз…”

“Сегодня никаких дел.”

Чу Мочен перебил ее.

К нему подошел иностранный официант, который поприветствовал его на беглом китайском языке.

Обменявшись несколькими фразами, он вежливо пригласил их подняться наверх: “Номер на 3-м этаже, пожалуйста.”

Из любопытства Сун Юньсюань бросила взгляд на нижний этаж, найдя Чжан Сяо и Сюэ Тао, разворачивающих свои салфетки после того, как они разместились за столиком.

Затем она увидела, что кто-то вошел и прошел несколько шагов, прежде чем повернуть назад. Человек, который уходил, точно был отправлен Сун Юньцяном, чтобы наблюдать за ней.

Заметив, что за ней наблюдают, она повернула голову, чтобы посмотреть на Чу Мочена.

Чу Мочен слегка улыбнулся: "Что случилось?”

“Ничего, все в порядке.”

Она последовала за ним наверх и вошла в элегантно обставленную комнату, в которой темно-красные нежные узоры на ковре заставляли ее чувствовать себя как в великолепном замке средневекового европейского аристократа.

Однако главными героями не являются ни деликатная еда, поставленная на длинный стол в комнате, ни зажженная свеча.

Сун Юньсюань стояла в комнате три минуты. Чу Мочен подошел к длинному столу и зажег свечи на серебряном подсвечнике. - Дело Венеры еще не закончено. За тобой внимательно следили все эти дни, так что ты не могла справиться с этим. Но сегодня ты будешь свободна, я отпущу тебя на десять минут.”

Сун Юньсюань хмурилась с сомнением: "Ты меня отпускаешь?”

Чу Мочен зажег свечу и пошел к выключателю в комнате. Он легонько нажал на него.

Внезапно комната погрузилась в темноту.

Он поднял с дивана подарочный пакет и достал из него большой красный шарф. Прежде чем она сделала шаг назад, он схватил ее за плечо и закутал в шарф. - Сейчас холодно, следи за своим телом, когда выходишь.”

Кончики пальцев Сун Юньсюань начали нагреваться. У нее было странное чувство по поводу шарфа вокруг ее шеи.

Чу Мочен, однако, сохранял естественное лицо. И улыбка на его губах становилась мягче в теплом свете свечи. - Сделай это быстро. Я надеюсь, что ты сможешь вернуться до того, как свеча догорит.”

Сун Юньсюань поправила руками красный шарф вокруг шеи, глядя на Чу Мочена ясными и задумчивыми глазами.

Она привыкла думать, что полностью знала, каким парнем был Чу Мочен из-за их десятилетнего знакомства. Но сегодня она поняла, что никогда не знала, что за человек - Чу Мочен.

Заметив, что она задумчиво смотрела на него, Чу Мочен ущипнул ее за кончик носа и сказал: "Теперь я тебе нравлюсь?”

“Ты слишком много думаешь.”

Голос Сун Юньсюань был необычайно спокоен.

Предполагалось, что Чу Мочен будет сердиться и смущаться из-за такой неожиданной иронии. Но он этого не сделал. Вместо этого он многозначительно повернул голову, чтобы посмотреть на большую мягкую кровать в комнате. - Возвращаться или нет, решать тебе. Но я буду тебя ждать.”

Проследив за его взглядом, Сун Юньсюань увидела большую кровать, покрытую розами, что заставило ее широко раскрыть глаза от удивления.

Затем она привычно опустила веки и обернулась с безразличным видом, который скрыл ее глаза: “Не жди меня, я всегда была медленной в важных вопросах.”

Она повернулась и ушла. Тем не менее, когда она закрывала дверь, она прикоснулась к кончику пальца Чу Мочена своими пальцами.

Услышав, как закрылась дверь, она на секунду остановилась перед ней. Затем распустила волосы и вышла на улицу, прикрыв лицо шарфом.

Вероятно, потому, что она жила напряженной жизнью после возвращения в семью Сун, у Сун Юньсюань начали размываться понятия сезона.

Она прибыла в пункт назначения на такси. Когда она стояла у двери человека, которого искала, то вдруг поняла, что было на удивление холодно.

Юньчэн - типичный южный город с четырьмя различными сезонами года. Зима здесь не такая холодная, как на севере.

Но когда сегодня вечером она стояла в дверях дома, то случайно обнаружила, что воздух, который она выдыхала, становился белым.

Она постучала в дверь.

Через тридцать секунд кто-то открыл дверь.

Женщина напротив нее была бледна и грациозна, но её лицо, напоминающее гусиное яйцо, заставляло людей чувствовать холод после того, как они посмотрят на неё.

У нее не было бровей. А еще у нее был длинный шрам, тянущийся от носа до левого уха, и большой шов на лбу.

Каким бы красивым ни был человек, пока на его лице остаются два хирургических шрама длиной более 10 сантиметров, он будет выглядеть уродливо.

Приведенное выше утверждение все еще в полной мере действует, даже когда речь заходит о Хань Руцзя, главном студенте английского языка из школы рядом с Медицинским колледжем.

Сун Юньсюань посмотрела на ее страшное и пугающее лицо в ночи без какой-либо паники или крика: “Мисс Хань, я недавно отклонила вашу просьбу прийти ко мне в связи с моими семейными делами. А теперь я пришла сюда одна, чтобы дать Вам объяснение, надеясь, что Вы не будете винить меня.”

Хань Руцзя улыбнулась и сказала: “Нет.”

Затем она добавила: "Я ждала Вас.”

Услышав это, Сун Юньсюань изобразила на губах улыбку.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 55. Возмездие

Хань Руцзя не шутила. Она действительно ждала автора письма.

Она хотела найти человека, который написал письмо, когда она впервые получила его, и она не могла дождаться, чтобы увидеть этого человека, потому что писатель сломал то, во что она верила в течение многих лет.

Кроме того, ее гнев разгорался из глубины ее сердца, подобно огню, который почти сжигал ее мозг.

Сун Юньсюань вошла в комнату.

Комната была маленькая, но теплая и аккуратная.

Она невинно улыбнулась: "Мисс Хань, а что в этом письме?”

Хань Руцзя была шокирована. “Разве не ты написала это письмо?”

Сун Юньсюань покачала головой. - Мисс Хань действительно переоценивает мои способности. Я самая младшая дочь в семье Сун. В этом году мне только исполнилось восемнадцать лет. Меня забрали из маленького городка несколько месяцев назад.”

Глядя на нее, Хань Руцзя помрачнела, и ее прекрасные глаза покрылись унынием: "Тогда кто же написал это письмо?”

Сун Юньсюань задала вопрос: "Разве письмо не имеет подписи? Мисс Гу поставила свою подпись, когда передавала его мне.”

Хань Руцзя нахмурилась. Но с тех пор, как она потеряла брови, ее лоб все еще оставался гладким и голым.

Она всегда оставалась в своем доме, где даже не было зеркала с момента ее уродства.

Теперь она хмурилась без бровей, что заставляло людей чувствовать себя напряженными.

Хань Руцзя не заботилась о чужих впечатлениях о себе, через некоторое время она сказала: “Конечно, это было написано Чанге.”

Сун Юньсюань сделала вид, что озадачена ее словами: "Мисс Хань, вы знали Гу Чанге?”

После недолгого молчания Хань Руцзя молча кивнула.

Она замолчала, уставившись на письмо, не сводя с него глаз, сжимая кулаки и словно впиваясь ногтями в деревянный стол.

Поскольку она молчала, Сун Юньсюань также заботливо прекратила говорить.

На самом деле, Хань Руцзя действительно знала Гу Чанге. Потому что, строго говоря, Гу Чанге - соперница Хань Руцзя в любви.

В то время Шао Тяньцзе был хорошо известен в медицинском колледже, что заставило бесчисленных красивых девушек взять на себя инициативу, чтобы преследовать его.

Хань Руцзя была одной из них. Шао Тяньцзе был очень нравственным человеком с отличной академической успеваемостью, а также мирной личностью. Его улыбка была такой же теплой, как солнце зимой.

Любая девушка, которая встречалась с ним, была бы от него под глубоким впечатлением.

Потому что Шао Тяньцзе в то время был похож на звездных актеров из мыльных опер. Казалось, что он будет сиять, как звезда, когда солнце прольет на него свой свет.

Такой милый джентльмен был похож на идеальный нефрит, который привлекал внимание людей и заставлял их хотеть владеть им.

К сожалению, многие люди ужасно пострадали от этого хорошего, но вредного куска нефрита.

Гу Чанге - одна из них. И Хань Руцзя тоже.

Спокойно и безмолвно она смотрела на Хань Руцзя, которая медленно склоняла голову. Через некоторое время она спросила ее: “Где Гу Чанге? Так как Гу Чанге может сказать правду, разве она не может прийти сама?

Сун Юньсюань была слегка удивлена: “Мисс Хань, а вы разве не знаете?”

“Что же?” Она повернулась, спрашивая.

Сун Юньсюань ответила: "Гу Чанге мертва уже несколько месяцев.”

Хань Руцзя внезапно уставилась на Сун Юньсюань, не мигая глазами: “Она мертва?”

Как будто это была невероятная новость, Хань Руцзя тупо смотрела на Сун Юньсюань. Она погрузилась в размышления на некоторое время, бормоча: "Гу Чанге мертва... она умерла…”

Она повторяла это предложение снова и снова, хотя это не беспокоило Сун Юньсюань.

Она просто спокойно наблюдала за всеми реакциями Хань Руцзя.

Наконец, Хань Руцзя не смогла удержаться и медленно скривила губы. А потом она безумно расхохоталась: "Как такая сильная женщина, как Гу Чанге могла умереть молодой! Это просто смешно!”

Она привыкла считать Гу Чанге своим главным соперником и противостоять ей во всех отношениях. Теперь, когда Гу Чанге умерла, она, безусловно, была счастлива.

Это просто ... …

“Ты хочешь знать, как она умерла?”

Сидя под лампой, Сун Юньсюань внезапно спросила ее вслух.

Хань Руцзя перестала смеяться: "Избавь меня от подробностей о ее смерти.”

Убрав письмо, Хань Руцзя внимательно изучила лицо Сун Юньсюань. “А теперь ты отвечаешь за Венеру?”

Сун Юньсюань кивнула: "Да.”

Хань Руцзя скривила губы и сказала: "Почему я должна верить словам Гу Чанге, чтобы помочь вам свидетельствовать против семьи Гу?”

Сун Юньсюань покачала головой: “Нет, Мисс Хань, вы все неправильно поняли. То, что вы должны сделать, это не помогать мне, не слушать слова Гe Чанге, а помогать себе.”

Она сидела на своем месте так же мирно, как Будда с ясным и чистым лицом. Она не выказывала никакого намерения лоббировать или каких-либо признаков неудовольствия. Слабым голосом, как лед, плавающий на поверхности воды, она прямо сказала: “Я не читала содержание письма. Но я помню старую поговорку в одной книге, которая звучит так: когда человек находится на пороге смерти, он говорит от всего сердца. Она хотела помочь тебе, или быть честной с тобой, я так думаю.”

Схватив письмо, Хань Руцзя застыла с улыбкой, прищурила глаза и сказала: “Я попрошу вас уйти.”

Сун Юньсюань посмотрела на нее и обнаружила, что улыбка в ее глазах медленно исчезает. Затем она встала со своего места: “Мисс Хань, я подожду вас.”

Хань Руцзя не ответила, и она не встала, чтобы проводить ее.

Когда Сун Юньсюань вышла из дома Хань Руцзя, она посмотрела на полную луну, медленно покрытую темными облаками в небе, сощурила глаза и улыбнулась.

Хань Руцзя, я верю, что ты будешь на моей стороне.

Потому что я не верю в то, что она будет говорить от всего сердца, когда умрет, потому что я все еще жива.

Поскольку я еще не умерла, я должна заставить тебя сражаться против Гу, не важно, говоря правду или фабрикуя ложь.

Я хочу, чтобы ты направила дуло на человека, которого ты втайне любила.

Потому что он не заслуживает тебя.

Он также не достоин моей милости.

Она перестала смотреть вверх, а затем медленно пошла по дороге в лунном свете, одетая в драгоценное пальто из верблюжьего кашемира и ярко-красный шарф.

На холодном ветру ее фигура медленно сжималась в крошечную точку на хорошо освещенной дороге, когда она уходила вдаль.

Хотя точка была небольшой, она, казалось, зафиксировалась на этой картине зимы, и не может быть удалена.

Поздно ночью.

Свеча догорала. И последний свет умирал после нескольких схваток.

В сумерках господин с красивым лицом остановил свой нож и вилку и поднял голову: “Разве ты не идешь?”

В его глазах было выражение такое же спокойное, как вода в холодном колодце.

Но его губы слегка изогнулись от удовольствия.

Как раз в этот момент раздался звук пролистывания карты.

Человек, открывающий дверь, держал в руках маленький фонарик, луч которого, словно меч, ударил Чу Мочена в лицо.

Ослепительный свет засиял в глазах Чу Мочена, и он беспомощно поднял руки, чтобы прикрыть глаза. “Ну что, готово?”

Она кивнула, и ее голос все еще был холоден и отстранен: “Все сделано.”

“Тогда как насчет следующего?- спросил он.

Она закрыла за собой дверь и подошла к нему. - Хотя свеча почти догорела, ты не должен позволять мне сопровождать тебя с пустым желудком.”

Чу Мочен обнял ее за талию и притянул к себе. Он позволил ей сесть к себе на колени и положил подбородок ей на плечо. “Ты ведь сказала, что не вернешься, не так ли?”

“На улице очень холодно. У меня нет машины.”

“У тебя есть деньги.”

“Она уже закончились.”

“А что потом?”

“Если ты взял меня с собой, то отвезешь обратно.”

Чу Мочен не мог удержаться от смеха. Он без всяких объяснений забрал фонарик у нее из рук, прежде чем отшлепать её и поцеловать в щеку. Его голос был так же соблазнителен, как магические заклинания: “Ты хочешь, чтобы я отослал назад мать, беременную моим ребенком?”

Сун Юньсюань молчала, но в следующую секунду она протянула руку, чтобы взять его за шею, и губами заблокировала его слова.

Тело мужчины на мгновение застыло в темноте.

Поцелуй девушки страстный, но странный, и ему не хватает мастерства.

Но он все еще может чувствовать, что вся его кровь течет быстро.

Он положил руки ей на спину и обнял ее.

Он бросил ее на большую кровать, которая не должна была использоваться для секса.

За окном дул ночной ветерок, и неоновые огни вспыхивали на улицах Юньчэна.

Что-то назревало в темноте.

Многое может измениться за эту ночь, что может перевернуть город Юньчэн с ног на голову.

Когда Сун Юньсюань встала на следующее утро, она обнаружила, что за ней наблюдает мужчина, который поддерживал голову руками, одетый в свою белую пижаму.

Она чувствовала, что глаза этого человека пронзительны. Поэтому она нетерпеливо отвернулась и накрыла голову одеялом.

Мужчина только рассмеялся, но не стал вынимать ее из одеяла.

Номер семьи Сун тихо появился на экране мобильного телефона Сун Юньсюань.

Она осталась на ночь вне дома, что заставляет семью Сун начать строить догадки.

Напротив, семья Чу не имеет намерения допрашивать Чу Мочена по поводу его отсутствия.

Но утром, когда он вышел из комнаты отеля, молодой телохранитель, который защищал его в течение многих лет, вручил ему коробку с лекарством: “Чайлд Чу, Ю-Тинг (бренд оральных контрацептивов).”

Чу Мочен даже не потрудился потянуться за ним. Он только сказал: "Выбрось это.”

Телохранитель понизил голос: "Чайлд Чу, это то, что приказала мадам.”

“Выброси его.”

Телохранитель должен был выбросить его в мусорную корзину неподалеку.

Затем Чу Мочен вернулся в комнату и закрыл дверь.

В это время Сун Юньсюань еще не проснулась. Он обнял ее поперек одеяла и погладил по плоскому животу. Это просто заставляло его чувствовать себя прекрасно, когда его пальцы касались кожи ее живота.

Сделать так, чтобы Сун Юньсюань родила ребенка семьи Чу, возможно, не самая лучшая идея, но самая быстрая.

Разве Гу Чанге не вышла замуж за Шао Тяньцзе только потому, что была беременна ребенком Шао Тяньцзе?

Если женщина может использовать своих детей и бросить их, она должна быть по-настоящему жестокосердной и не иметь слабостей.

Если Сун Юньсюань была такой женщиной, то с его стороны было бы очень мило просто сломать ей полностью выросшие крылья.

Думая об этом, он протянул руку и убрал её волосы с лица.

Затем он встал с постели и пошел в ванную умываться.

Выйдя из душа, он включил в номере ЖК-телевизор.

Как только экран включился, он услышал, как ведущий объявляет утренние новости:

“Согласно последним новостям из информационного агентства Синьюнь, две женщины загрузили аудио и видео на различных интернет-форумах в это раннее утро, ссылаясь на доказательства, чтобы раскрыть правду об обезображивании в салоне Венера три года назад. После более позднего исследования их, было подтверждено, что они являются жертвами случаев обезображивания в Венере три года назад, Йи Сяонин и Хань Руцзя. Обе заявили, что этими случаями манипулировал председатель корпорации Гу, который купил их с целью намеренно подставить салон Венера.”

Все еще завернутая в одеяло, Сун Юньсюань открыла глаза и усмехнулась, услышав эту новость.

Шао Тяньцзе, возмездие пришло!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 56. Это только начало

Улыбка Сун Юньсюань на ее губах была расслабленной и счастливой.

Но никто этого не замечал.

Чу Мочен слегка искоса смотрел на нее, спящую на боку, и в его глазах застыли какие-то эмоции.

Сун Юньсюань справилась лучше, чем он себе представлял, и сделала это быстро, как вспышка.

В ресторане отеля для Сун Юньсюань сервировали завтрак, а затем Чу Мочен отправил гостью обратно домой.

На этот раз в машине, вместо того чтобы сохранять бесстрастное выражение лица, она всю дорогу смотрела вперед.

Чу Мочен внимательно наблюдал за ней и заметил, что ее глаза мерцают от удовольствия и счастья.

Ее улыбка была похожа на белую розу ранним утром. Хотя она прекрасна и бледна, она чиста, легка и яростна.

Чу Мочен схватил ее за запястье, когда она собиралась выйти из машины.

Сун Юньсюань посмотрела вниз на его руку, которой он держал ее запястье, а затем подняла глаза: "Что случилось?”

“Похоже, ты в хорошем настроении.- Чу Мочен смотрел на нее.

Сун Юньсюань задумалась об этом на мгновение и не стала отрицать.

“Неужели ты не выказываешь мне никакой благодарности?”

Вся его заслуга в том, что она сумела ускользнуть из поля зрения тех, кто следил за ней прошлой ночью.

Сун Юньсюань понимала, что он имел в виду, она не поцеловала его покорно и не поблагодарила.

Она просто убрала его руку с запястья: "Я не привыкла, чтобы меня шантажировали. Я могу сделать это по своей собственной инициативе, но ты не можешь просить об этом.”

Рука Чу Мочена была убрана с ее запястья. Она быстро, как легкий ветерок, упорхнула прочь.

Чу Мочен беспомощно рассмеялся, покачал головой и уехал.

Сун Юньсюань была высокомерна и упряма, что заставляло даже обычных мужчин чувствовать ее неприемлемой.

Но главная причина, по которой мужчинам было трудно принять ее, заключалась в том, что этой женщиной не возможно овладеть в совершенстве.

У мужчины есть примитивное желание победить, особенно заставить женщину подчиниться ему.

А Сун Юньсюань может просто пробудить в мужчинах желание завоевания.

Она похожа на изящную благородную очаровательную кошку. Но она никогда не потеряет своих внутренних острых шипов и лезвий.

Из-за этого многим людям приходится отпускать ее.

Но Чу Мочен не хотел так легко сдаваться.

По его мнению, дикий и гордый котенок - это все ещё не более, чем молодая кошка.

Независимо от того, насколько остры его когти, они не могут противостоять львам и гепардам.

Он захватит ее тело так же, как и сердце, и полностью овладеет ею.

…

Когда Сун Юньсюань вернулась домой, Сун Юньин сходила с ума.

Сун Юньсюань просто вошла и услышала треск нефритового украшения.

С холодным лицом она посмотрела на женщину с взъерошенными волосами в гостиной.

Женщина не замечала ее, а только истерически кричала: “Сюэ Тао, ублюдок! Как он посмел подцепить такую суку за моей спиной! ”

Сун Юньсюань это не волновало. Глядя на разбитые нефритовые украшения на земле, она не выказала никакой жалости.

Напротив, когда Сун Юньин безумно подняла следующую сине-белую фарфоровую вазу династии Юань рядом с ней, чтобы бросить ее на землю, она сказала: “Сестра, посмотри на цену вещей, которые ты собираешься разбить. Это сокровище, которое наш брат только что купил с аукциона «Кристи», который стоил ему более 10 миллионов юаней. Может ли Сюэ Тао стоить такой цены?”

Сун Юньин остановила свои руки и свирепо оглянулась на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань стояла неподвижно на том месте, где она стоит.

Так уж получилось, что в это же время дверь на втором этаже открылась.

Сун Юньин не обратила на это внимания, ругаясь: ”Ты маленькая сучка, рожденная от третьесортной звезды. Что ты имеешь в виду? Сюэ Тао, он…”

“Он не стоит больше этой вазы.”

С третьего этажа донесся тихий голос.

Сун Юньин застыла в шоке. Слабая улыбка появилась на губах Сун Юньсюань, когда она посмотрела на Сун Яна, который находился в своем инвалидном кресле, управляемом Сун Юньцяном.

Лицо Сун Яна было серьезным и холодным. Когда он заметил вазу в руке Сун Юньин, его глаза стали еще более холодными. Он приказал ей: "Положи её!”

Сун Юньин собиралась сказать, что Сюэ Тао стоит в сотни раз больше, чем такие вазы, как эта. Но когда на нее смотрел отец, она почувствовала себя бессильной и поставила вазу на то место, где она была первоначально со слезами на глазах.

Сун Ян посмотрел на Сун Юньсюань, и его голос был все еще серьезен: "Юньин, посмотри, как ты сейчас выглядишь? Если ты пережила обиду в доме своей свекрови, ты не должна сходить с ума, когда возвращаешься домой. Вместо этого, ты должна объяснить нам это в мирной манере.”

Сун Юньин ничего не ответила. Сун Ян нетерпеливо упрекнул ее: “Посмотри, что ты разбила о землю. Как тебе не стыдно!”

Разбитые чайные чашки, чайники и нефритовые украшения на земле имели большую ценность для обычных семей, но они ничего не значили для семьи Сун.

Причина, по которой Сун Ян говорил таким образом, заключалась не в том, что он чувствовал, как его сердце кровоточит, когда сокровища разбиваются о землю, но ему не нравился тот факт, что его дочь теряла свое лицо в доме своей свекрови.

Сун Юньин этого не понимала. После того, как отец отругал ее, она сразу же села на диван в угрюмом настроении и начала плакать с салфетками в руке: “Папа, разбитые вещи не имеют ценности, но то, что сделал Сюэ Тао, действительно слишком много. Почему мой брат не дает мне фотографии этой шлюхи, я пойду и спрошу Сюэ Тао, кто эта сука! ”

Сун Юньцян смущенно посмотрел на Сун Яна: "Папа, этот вопрос все еще нуждается в твоем совете. Я думаю, что было бы слишком иррационально со стороны Юньин идти прямо к Сюэ Тао.”

Сун Юньцян был очень внимателен. Он считал нормальным, что у потомка влиятельной семьи есть несколько сексуальных компаньонов, пока он не приводит их домой и не связывается с ними. Его сестра действительно суетится из-за пустяка.

Но он не может этого сказать, чтобы не раздражать Сун Юньин. Он должен показать фотографии и видео своему отцу, Сун Яну, ища его мнение.

Когда Сун Ян увидел это, его лицо было мрачным. Так что, он должен был выйти, чтобы преподать Сун Юньин урок.

Сун Ян не проповедовал Сун Юньин и не критиковал ее сурово. Он просто сказал нежным голосом: "Юньин, ты не ребенок, ты должна подумать, прежде чем прыгать, особенно когда ты сейчас беременна.”

Сун Юньин посмотрела на отца со слезами на глазах.

Сун Ян задумчиво посмотрел на ее живот: "Оставь в покое эти тривиальные вещи. Пока ты рожаешь ребенка Сюэ Тао, тебе не нужно бояться, будет ли Сюэ Тао связываться с цыпочками или нет.”

Сун Юньин прикусила нижнюю губу. Хотя она знала, что ее отец говорил правду, она действительно любила Сюэ Тао.

Она вообще не хотела останавливаться.

“Но папа, а что, если Сюэ Тао сделает эту женщину беременной?…”

Ее лицо побледнело, и она выглядела испуганной.

Сун Юньсюань знала, почему Сун Юньин беспокоилась, ведь Сюэ Тао не являлся биологическим отцом ребенка в животе Сун Юньин.

Если секрет будет раскрыт другими, в то время как женщина Сюэ Тао окажется беременной, Сун Юньин, вероятно, не сможет остаться в доме Сюэ.

Сун Юньин была в семье Сун в течение многих лет, а также взяла на себя некоторые отрасли промышленности семьи Сун. Естественно, она знала, что все должно быть сделано без ошибок.

Видя, как она кусает губы, Сун Ян успокаивал ее тихим и нежным голосом: “Если она забеременеет, то не сможет безопасно принести своего ребенка в этот мир. Почему ты так сильно переживаешь?”

Слушая их разговор, Сун Юньсюань стояла рядом с ней с улыбкой на губах, которая была настолько легка, что практически невидима на расстоянии.

Сун Юньин в конечном итоге поняла смысл сказанного отцом. Она была в шоке. Немного поразмыслив, она опустила глаза, вытерла слезы и кивнула: “Прости, папа, брат, это я виновата.”

Поскольку Сун Юньин взяла на себя инициативу извиниться, а Сун Ян всегда баловал свою дочь, он кивнул и попросил Сун Юньцяна отвезти его обратно в комнату.

Прежде чем уйти, он задумчиво бросил взгляд на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань, кажется, заметила это и осмотрела на Сун Яна с непроницаемым лицом.

Сун Ян посмотрел на ее ясные зрачки, затем он отвел глаза, ничего не говоря.

В последнее время он всегда чувствовал, что эта маленькая девочка, возможно, не так проста, как кажется. Но когда он видел ее ясные зрачки, он думал, что они такие чистые, что их обладатель не должен быть расчетливым человеком.

Он действительно не любил эту маленькую дочь. Если бы Чу Мочен не влюбился в нее, он бы никогда больше не позволил ей остаться в семье Сун.

После того, как Сун Ян вернулся в комнату, Сун Юньин погрузилась на диван, как сдутый воздушный шар.

Когда Сун Юньсюань собиралась развернуться и уйти, Сун Юньин внезапно подняла глаза и сказала: "Ты смеешься надо мной?”

Сун Юньсюань не улыбалась, и ее голос звучал тихо и очень холодно: “Сестра, ты можешь винить только себя за свою слепоту при выборе супруга.”

Сун Юньин с ненавистью, растущей глубоко в ее глазах, прикусила нижнюю губу и не ответила.

Сун Юньсюань почти не разговаривала со своей сестрой. У нее еще были более важные дела на сегодня.

Что касается вопроса Сун Юньин, ее отец дал ей краткую инструкцию о том, что делать дальше.

Если Сун Юньин не дура, она может помешать Чжан Сяо родить ребенка Сюэ, или даже предотвратить ее беременность.

Сун Юньсюань поднялась наверх, открыла дверь и вошла в свою аккуратную спальню.

Сун Ян и Сун Юньцян оставили ее в стороне, чтобы разобраться с делами Сун Юньин.

В любом случае, им не нужно было с ней разговаривать. Сун Ян и Сун Юньцян должны были знать, что она провела ночь с Чу Моченом.

Причина, по корой они сделали утром так много телефонных звонков - просто показать, что семья Сун заботится о маленькой девочке, чтобы Чу Мочен мог подумать, что эта девочка действительно имеет значение в семье Сун.

Если бы она подняла трубку, семья Сун стала бы расспрашивать ее о том, как у неё дела. Они явно предпочитали, чтобы она не отвечала.

Сун Юньсюань много знала об их лицемерном кодексе поведения. Вернувшись в свою комнату, она умылась и включила компьютер.

То, что было показано на экране - это электронное письмо от Сяо Хонг.

Только три слова появляются после того, как она нажала на него - все в порядке.

Когда Сун Юньсюань наблюдала за словами, ее глаза светились мрачным светом, как будто они окутаны ледяным туманом.

Она хитро улыбнулась и щелкнула мышкой, чтобы немедленно удалить письмо.

Когда она просматривала интернет, она нашла много новостей на тему салона Венеры и Гу.

В одночасье Йи Сяонин и Хань Руцзя опубликовали сообщения о том, что Гу купили их и подставили Венеру. Эти новости были размещены на главных страницах крупных веб-сайтов.

Все хотели увидеть, как Гу, абсолютная власть в Юньчэне, которая никогда не имела никаких скандалов, будет иметь дело с двумя потребителями, которые вышли вперед, чтобы обвинить их в саботировании своих конкурентов.

Такие новости привлекли столько общественного внимания, что даже новость о женитьбе богатого второго поколения была вытеснена из заголовков газет.

Сун Юньсюань была в восторге от такой огромной волны общественного мнения, когда она прокручивала свою мышь, чтобы просмотреть веб-страницы.

Она считала, что сейчас в семье Гу должна быть хорошая пьеса.

Она не знала, что почувствовал Шао Тяньцзе, когда узнал, что Хань Руцзя и Йи Сяонин вышли, чтобы прояснить этот вопрос.

Сун Юньсюань уже чувствовала себя очень счастливой, просто подумав об этом.

Она удовлетворенно улыбнулась: "Шао Тяньцзе, ты должен держаться, это только начало.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 57. Обвинения акционеров

Как Сун Юньсюань и думала, в семье Гу сейчас разворачивалась хорошая драма.

Гу Чанлэ еще не выписали из больницы. Изучив заголовки "Юньчэн Морнинг Пост", она попросила людей позвонить Шао Тяньцзе из больницы и узнать подробности.

Шао Тяньцзе был застигнут врасплох этим неожиданным инцидентом, но он не воспринимал его слишком серьезно: “Чанлэ, тебе не нужно беспокоиться. Позволь мне разобраться с этим.”

Гу Чанлэ кивнула: "Тяньцзе, с Йи Сяонин легко справится, но Хань Руцзя…”

“Это я знаю. Я навещу ее лично.” Йи Сяонин может быть удовлетворена деньгами, но Хань Руцзя отличается.

Думая об этом, красивое и элегантное лицо Шао Тяньцзе стало немного холодным.

Гу Чанлэ была удивлена, когда он сказал, что лично встретится с Хань Руцзя. - Тяньцзе, Хань Руцзя - моя хорошая подруга, которую я не видела уже давно. Почему бы тебе не подождать моей выписки из больницы? Я навещу ее вместе с тобой.”

Шао Тяньцзе недвусмысленно сказал: "Теперь, когда Хань Руцзя осмелилась появиться и выдвинуть обвинения против Гу, она, должно быть, узнала правду того года. Чанлэ, ты не должна навещать ее.”

В палате Гу Чанлэ сощурила глаза, в которых появился злобный холодный блеск. Но ее голос был неизменно мягок: "Я виновата в том, что сделала тогда. Я думаю, что если сейчас я извинюсь перед ней и покаюсь, возможно, она простит меня и снимет обвинение с Гу. Ты же совсем недавно стал председателем правления Гу. Ты не можешь допустить никакого скандала. Я…”

Услышав, что все ее слова предназначены для его же собственного блага, Шао Тяньцзе смягчился. Он успокоил ее: "Не волнуйся. Пусть бегство будет бегством. Во всяком случае, именно Чанге была козлом отпущения для урегулирования этого вопроса.”

“Но…”

“Ладно, Чанлэ, береги себя. Я могу справиться с делами Гу. Я позвоню тебе, когда все будет готово.”

“Хорошо.”

Шао Тяньцзе положил трубку после того, как Гу Чанлэ отключилась.

На другом конце провода, после того, как Гу Чанлэ повесила трубку, она крепко сжала свой мобильный телефон пальцами, и ее глаза покрылись холодом: “Хань Руцзя, сука! Она - призрак, который никогда не исчезает, отказываясь отпустить свое уродство!”

Она четко произнесла это предложение, показывая свою великую ненависть к Хань Руцзя.

Она думала, что эта женщина никогда больше не появится, так как ее лицо было обезображено.

Неожиданно, теперь, она появилась снова.

Она до сих пор очень хорошо помнит момент обезображивания Хана Руцзя.

Это случилось на третий год после их выпуска, когда Гу Чанге и Шао Тяньцзе поженились.

По мнению Гу Чанлэ, Хань Руцзя получила хорошо оплачиваемую работу, и единственным плохим моментом было то, что она часто связывалась с Шао Тяньцзе.

В то время Гу Чанге хотела, чтобы Шао Тяньцзе попытался взять на себя часть бизнеса Гу, поэтому она дала Шао Тяньцзе должность в компании.

Хань Руцзя, с другой стороны, отказалась от хорошей возможности работать в качестве государственного служащего и стала сотрудником Гу в качестве внешнеторгового переводчика.

Гу Чанге шутила с ней: “Чанлэ, ты думаешь, что Хань Руцзя все еще жаждет любви от твоего зятя?”

Гу Чанлэ грациозно улыбалась: "Да, сестра, ты должна быть настороже против нее.”

Несмотря на то, что Гу Чанлэ так сказала, Гу Чанге проигнорировала ее слова, лично приказав своим помощникам завербовать Хань Руцзя, которая утверждала, что она ее друг, не посоветовавшись с Шао Тяньцзе.

Лицо Гу Чанлэ улыбалось, но ее сердце - наоборот.

Она уже задыхалась, когда Шао Тяньцзе был украден Гу Чанге, не говоря уже о Хань Руцзя.

Как только она увидела контакт Хань Руцзя с Шао Тяньцзе, она почувствовала, как кровь в ее пальцах закипает от ярости.

При этом у нее не было никаких причин ревновать, и она даже не могла сделать какие-либо плохие замечания о Хань Руцзя перед Гу Чанге.

Поскольку Гу Чанге была очень чувствительным человеком, до тех пор, пока Гу Чанлэ говорила, что Хань Руцзя не была хорошей, она не только думала о Хань Руцзя, но и думала о том, почему она сказала, что она нехороша.

Она не осмеливалась говорить или проявлять ревность.

Итак, после того, как ее день и ночь мучила ревность, она взяла на себя инициативу приблизиться к Хан Руцзя и пригласила ее пойти в салон красоты и пройтись с ней по магазинам.

И ей удалось организовать ограбление Хань Руцзя на улице.

Банда не только отняла у нее деньги, но и изнасиловала ее и уничтожила ее лицо.

Она была отправлена в больницу для лечения, и это было именно отделение пластической хирургии салона Тяньсин.

Гу Чанлэ пришла навестить ее, как только услышала о ее несчастном случае. Увидев ее лицо, она нахмурилась и посоветовала ей лечь в больницу Венеры.

В то время салон Тяньсин не мог выполнить лучшую пластическую обработку для лица Хань Руцзя, которая была известна своим персоналом, но элитные пластические хирурги, нанятые недавно, еще не вступили в должность.

Хань Руцзя, утешенная Гу Чанлэ, обратилась в Венеру за пластической операцией. Затем ее лицо было полностью уничтожено в Венере.

В то время все люди Юньчэн наблюдали, как Хань Руцзя боролась с судебным иском против Венеры.

Но только Шао Тяньцзе знал, что Гу Чанлэ купила косметического хирурга Венеры, чтобы уничтожить лицо Хань Руцзя.

Шао Тяньцзе намеренно скрыл участие Гу Чанлэ и посоветовал Гу Чанге: "Чанге, Венера определенно способна выполнить успешную пластическую операцию для Хань Руцзя, но они просто разрушают ее лицо, это может быть потому, что они знают, что Хань Руцзя - одна из сотрудников Гу.”

Гу Чанге не собиралась вмешиваться в это дело. Но из-за этого данного утверждения она все еще наняла группу адвокатов, чтобы помочь Хань Руцзя выиграть судебный процесс.

Гу Чанлэ, однако, сказала Хань Руцзя, когда она выиграла судебный процесс: "Спасибо за помощь моей старшей сестре с салоном Тяньсин. Из-за судебного иска Венера больше не может конкурировать с салоном Тяньсин.”

И тут Хань Руцзя поняла. Она настаивала, что салон Тяньсин был полностью компетентен, чтобы восстановить ее лицо, но с самого начала они просто купили инсайдеров Венеры, чтобы сделать ее обезображенной, и повредить репутации Венеры.

Хань Руцзя была очень зла в то время, но она ясно знала, что не может бороться с Гу Чанге, которая занимала высокий пост.

Она могла только спрятаться в Юньчэне, ожидая удобного случая.

Гу Чанлэ уничтожила Хань Руцзя и успешно переложила вину на Гу Чанге.

Гу Чанге узнала об этом только перед своей смертью.

Но…

Теперь Гу Чанлэ снова думала об этом - Гу Чанге та, кого ненавидит Хань Руцзя. С тех пор как Гу Чанге умерла, у нее нет причин мстить Гу. Но теперь она снова появилась, готовая бороться против Гу, поэтому очевидно, что она действительно узнала правду.

Однако, только она и Шао Тяньцзе знали всю историю, за исключением Гу Чанге, которая умерла. Она и Шао Тяньцзе никогда не расскажут правду об этом деле. Итак ... как могла Хан Руцзя знать правду и вдруг захотеть свидетельствовать против Гу?

Гу Чанлэ не могла этого понять.

И Шао Тяньцзе тоже чувствовал, что это очень странно.

Когда он прибыл в офисное здание Гу, там его уже поджидали несколько старых акционеров.

Увидев его приближение, они подошли к нему и спросили: “Председатель Шао, почему дела Венеры вдруг оказались связаны с делами Гу?”

“Вот именно. Председатель Гу скончалась не так давно.”

"Председатель Шао, почему такая вещь должна была произойти сразу после того, как вы заняли место главы Гу. ”

Эти старики просто использовали разные высказывания, чтобы смутно намекнуть, что он не квалифицирован, чтобы владеть Гу.

Он бросил взгляд на стариков.

Он находил, что все эти старики являются акционерами, которые имели хорошую дружбу с Гу Чанге, когда она была в компании Гу.

Сегодня, хотя Гу Чанге мертва, в акционерах Гу все еще есть ее приспешники.

В глазах этих людей, которые пессимистично относятся к руководству Шао Тяньцзе, он должен быть обвинен во всех дерьмовых вопросах, возникших сейчас.

Остановившись в дверях кабинета, Шао Тяньцзе посмотрел на них без следа тревоги и замешательства: “Как только Чанге умерла, эти люди подумали об избиении Гу. Как старшие члены Гу, все вы опытные люди. Поскольку я новый лидер, мне нужно, чтобы вы присоединились ко мне в решении этой проблемы. Только так мы сможем оправдать ожидания Чанге.”

Старики на мгновение замолкли, когда их похвалили.

Один из них медленно сказал: “Председатель Шао, вы действительно поднимаете нас. Вы - муж председателя Гу. Вы должны знать ее способ делать вещи лучше всего. Согласно ее способностям, она могла бы решить эту проблему в течение одного дня. Я думаю, что председатель Шао сделает то же самое.”

Шао Тяньцзе хотел вовлечь в это дело стариков. В случае неудачи он воспользуется возможностью отсеять этих стариков.

Наоборот, эти старички действительно достаточно искушенные.

Услышав его слова, несколько других акционеров согласно закивали.

Обнаружив, что их мнения единодушны, Шао Тяньцзе кивнул с улыбкой на губах, которая была столь же теплая, как нефрит: “Чанге ушла. Как ее муж, я буду бороться, чтобы сохранить ее собственность. Вы можете быть уверены.”

Он говорил это в кажущейся честной манере, но он не пригласил акционеров войти вместе с ним в офис.

Несколько стариков стояли в дверях некоторое время, затем обернулись и вышли на улицу, вздыхая и болтая: “Муж Гу - это действительно элита, которая обладает необыкновенным умом и изощренной дипломатией. Он знает, как выкинуть нас из игры. Я думаю, что Гу скоро изменит свое имя на Шао.”

Другой сказал с горькой улыбкой: "К сожалению, дочь Гу Юна имела короткую продолжительность жизни, хотя ей удалось самостоятельно пробиться к трону. Гу Чанге провела так много лет, управляя и расширяя Гу, но теперь это оказался вкусный торт, который она сделала для других.”

Их слова были верны. Тем не менее, это действительно не так просто, чтобы стащить Шао Тяньцзе с места председателя.

Акционеры ушли со вздохами. Похоже, что их продали в рабство другому хозяину.

Но один из них вдруг сказал: “Хотя председатель Гу мертва, ее сестра все еще жива.”

“Ты имеешь в виду, Гу Чанлэ?”

Он кивнул: "Да.”

Но над ним посмеялись другие акционеры: "Забудь об этом, может ли эта слабая задница быть так же хороша, как председатель Гу?”

Шао Тяньцзе вошел в офис спокойно с улыбкой, но улыбка на его лице исчезает, когда он сел за стол.

С невозмутимым видом он позвал секретаря, чтобы та вошла.

Секретарь доложила ему о сегодняшней ситуации: "Председатель Шао мы звонили руководителям крупных сайтов и форумов, как вы сказали, надеясь, что их сайты смогут заблокировать эти сообщения, но только некоторые из них ответили на наши звонки и отказали в нашей просьбе.”

“ Какие именно?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 58. Подозрение в отношении Чу

"Цюаньшоу, Цзюин, Мэйху, Хайцзяо, Цзионту."Секретарь перечислила все интернет-форумы, которые отказываются скрывать соответствующую информацию о клевете Гу на своих коллег со своей домашней страницы.

Голос Шао Тяньцзе звучал холодно без малейшего намека на беспокойство: "Найди каких-нибудь хакеров.”

Действительно, в это время, если другие стороны не хотели дружелюбно отзывать информацию или удалять её, Гу должны были использовать хакеров.

Лицо секретаря стало ещё мрачнее: "У них хорошие брандмауэры. Хакерская группа, которую мы использовали раньше, теперь работает на семью Чу, поэтому они просто вежливо отклонили нашу просьбу.”

Услышав слова секретаря, красивое лицо Шао Тяньцзе стало холодным: "Какой сайт первым загрузил контент?”

Подумав об этом, секретарь ответила: “Председатель Шао, несколько больших форумов начали загружать одновременно. Здесь нет никакого порядка. И как только информация будет загружена, она сразу же получила высокочастотные щелчки. В течение часа она достигла 100 миллионов кликов.”

Когда секретарь говорила это, глаза Шао Тяньцзе тускло светились. Он сказал резким и холодным голосом: "Такая высокая громкость щелчка ненормальна, должно быть, кто-то манипулирует за сценой.”

Секретарь также согласилась с тем, что сказал Шао Тяньцзе: “Председатель Шао, как вы думаете, что нам теперь делать?”

Шао Тяньцзе сидел в кресле с мрачным лицом в умеренной манере. Он действительно знаком с тем, как Гу Чанге справлялась с делами компании, так как они были женаты в течение многих лет. И он также умный человек, который многому научился у Гу Чанге, бизнес-гения.

Секретарь была обеспокоена: "Председатель Шао, если мы сейчас не остановим быстрое распространение общественного мнения, это окажет значительное влияние на репутацию Гу.”

Шао Тяньцзе поднял голову и холодно посмотрел на секретаря. “Все не так плохо, как ты думаешь. Салон Тяньсян малая индустрия под управлением Гу. Он не может представлять Гу в целом. Даже если мы сейчас откажемся от салона Тяньсян, это не окажет большого влияния на репутацию ГУ.”

"Но ..." секретарь находилась в дилемме. "Но оборот салона Тяньсян очень значителен. Председатель Гу придавала большое значение Тяньсян при ее жизни. Председатель Шао, будет ли уместно, если вы откажетесь от него таким небрежным способом?”

Секретарь сомневалась и была не уверена в том, что Шао Тяньцзе откажется от салона Тяньсян.

Лицо Шао Тяньцзе понемногу напрягалось. Его мягкое и красивое лицо становилось холодным и серьезным.

Глядя на его глаза за стеклами очков, секретарь чувствовала, что она сказала что-то не то: “Господин Шао, я не хотела говорить об этом только что. Не будьте таким грустным.”

Левая рука Шао Тяньцзе была сжата в кулак, который естественно свисал с его бока. Поскольку его левая рука не лежала на столе, секретарь не могла видеть движения его рук.

В противном случае, секретарь знал бы, как сильно Шао Тяньцзе сжался, когда она упомянула “председатель Гу”. На мгновение его бледные руки приобрели четкие выпуклые вены.

Секретарь была очень осторожна.

Шао Тяньцзе все еще спокойно сказал: “Салон Тяньсян - это не только промышленность Чанге, но и неотделимая промышленность Гу. Я уж точно не откажусь от него из-за каких-то публичных сплетен.”

Секретарь кивнула и больше ничего не говорила.

Обнаружив её нервозность, Шао Тяньцзе сказал ей выйти и продолжить свою работу: “Поскольку сайты отказываются снимать этот вопрос со своей домашней страницы, нам лучше пока промолчать. Иногда некоторые вещи не нужно объяснять срочно, иначе они будут все более и более неясными.”

Секретарь скромно кивнула: "Да, председатель Шао.”

После того как секретарь ушла, Шао Тяньцзе горько прикрыл глаза.

Стиснутые пальцы были разжаты один за другим, но подбородок остался напряжен, а лицо не было таким мягким, как обычно.

Она всегда повторяет это слово - председатель Гу…

Хотя Гу Чанге мертва, эти люди все еще помнят ее.

Почему?

Только потому, что Гу Чанге носит фамилию Гу, первоначальный владелец Гу?

Шао Тяньцзе ухмыльнулся и раскрыл свой кулак палец за пальцем. Положив руки на стол, он посмотрел на фотографию Гу Чанге на столе и покачал головой. - Гу Чанге, ты мертва. Почему эти люди все еще помнят тебя?”

Гу Чанге на фото была все еще молода, около 26 лет. Она красивая и элегантная. Она такая же белая, как плывущее по небу облако, которое нельзя испачкать.

Своими тонкими белыми пальцами он гладит фотографию так же нежно, как прикасался к щекам женщины. Но его слова холодны и безжалостны: “Чанге, не будь слишком гордой. Даже если все сотрудники Гу помнят тебя, это не может помешать им следовать моей фамилии, Шао, с этого момента.”

Женщина на фотографии все еще улыбалась.

Шао Тяньцзе почувствовал, что женщина, похоже, смеется над его высокомерием, высмеивая его некомпетентность. И он не смог удержаться, чтобы не отбросить рамку с фотографией.

Щелчок.

Хрустальная рамка упадала на землю, и осколки раскололи улыбку женщины на фото.

Он улыбнулся с горькой холодностью и ненавистью в глазах.

Секретарь снаружи услышала шум в кабинете и позвала с тревогой: “Что случилось, господин Шао?”

“Я просто случайно уронил кое-что, войди и наведи порядок.”

Секретарь быстро зашла и начала убирать осколки. Но когда она протянула фотографию Шао Тяньцзе, Шао Тяньцзе бросил взгляд на человека на ней, а затем поместил фото между страницами неважной книги.

После того, как секретарь ушла, он бросил книгу в мусорное ведро: “Чанге, тебе пора уходить от Гу.”

Как и эта фотография, которая больше не должна появляться на столе председателя.

Потому что ты больше не председатель правления Гу.

Гу тебе больше не принадлежит.

…

В этот шумный день семьи Гу Сун Юньсюань была чрезвычайно спокойна.

Это было только во второй половине дня, когда Шао Сюэ внезапно сделала ей телефонный звонок.

Голос Шао Сюэ доносился с другого конца провода, очень отчетливо: "Юньсюань, ты приедешь в Фаньсин в эти дни?”

“Это зависит от обстоятельств." Ребята, посланные Сун Юньцяном и Сун Яном, все еще оставались на своих постах.

В это время Гу подвергался критике со стороны общественности. Ей лучше оставаться в семье Сун, никуда не ходить, чтобы не попасть под огонь и не дать людям возможность думать, что Венера действительно отдана умной женщине.

Шао Сюэ кивнула, прежде чем прошептать: “Мой брат позволил мне переехать жить к семье Гу.”

Веки Сун Юньсюань удивленно приподнялись, и кровь на кончиках ее пальцев слегка застыла.

По телефону она просто сделала паузу и спокойно ответила: “Слушай его и хорошо ладь с ними после переезда.”

После того, как Шао Сюэ согласилась, Сун Юньсюань повесила трубку, больше ничего не сказав.

Сразу после того, как телефон отключился, она не удержалась и холодно произнесла: “Это мой дом.”

Семья Гу принадлежит ей, Гу Чанге. Но теперь Шао Тяньцзе должен полностью рассматривать всю семью Гу как свою собственность.

Тот факт, что он позволил Шао Сюэ жить в семье Гу - это именно то, что она хотела.

Тем не менее, она думала, что такой амбициозный человек, как Шао Тяньцзе, будет тщательно обдумывать, прежде чем позволит своей сестре жить рядом с ним, но не ожидала, что Шао Сюэ так доверяла ему.

Кажется, что это движение будет правильным.

Но что подумает завистливая Гу Чанлэ, когда там будет жить Шао Сюэ?

При мысли о своей сестре, которая притворялась кроткой более двадцати лет, она не могла не выказать презрения в ее глазах.

Во время ужина Сун Юньцян вернулся с улицы покрытый потом с головой.

Слуга помогла ему снять пальто, и Сун Юньцян настойчиво спросил: "Где Юньсюань?”

Слуга ответила тихим голосом: "Мисс Юньсюань была дома и никуда не уходила.”

В удивлении, Сун Юньцян пошел наверх, чтобы найти Сун Яна.

Сун Юньсюань спрятала все выражения в своих глазах и продолжила есть.

Похоже, что такое событие с Гу также повлияло на семью Сун.

Она была права в том, что скандал вокруг семьи Гу также влиял на семью Сун.

Только когда фрукты были поданы, Сун Юньцян переоделся и спустился вниз, чтобы поесть.

Сун Юньсюань с любопытством спросила его: "Брат, когда ты только что вернулся, ты весь вспотел. Что случилось?”

Сидя в своем кресле, Сун Юньцян нахмурился: "Индустрия красоты Гу была оклеветана. Прибыль Гу на акции упадет в эти дни. Я задаюсь вопросом, должен ли я выйти из капитала Гу на следующем проекте.”

Хотя сила семьи Сун очень отличалась от силы семьи Гу, они также сотрудничали в некоторых проектах.

Например, Гу только что ступил на участок земли в восточном пригороде Юньчэна и подписала контракт о сотрудничестве с семьей Сун после его принятия.

После того, как Сун Юньцян сказал это, Сун Юньсюань решила остаться безмолвной на данный момент.

Она вела Гу более чем десять лет, пока она была в компании. За эти десять лет она увидела взлеты и падения многих предприятий от начала до конца.

Теперь Гу переживает кризис. И то, что было оклеветано, - это салон Тяньсян. Естественно, первое, что приходит в голову людям, - это то, что он подставлен своим конкурентом, людьми той же профессии.

И Венера - первая, кого можно заподозрить.

Сун Юньцян был очень недоволен: "Я собирался спросить об этом папу. Но состояние отца не очень хорошее, поэтому он позволил мне справиться с этим самостоятельно.”

Услышав это предложение, Сун Юньсюань поняла, что Сун Ян просто хочет проверить способность своего сына суетиться в деловом кругу.

Она задумалась на мгновение, потом продолжила спрашивать его: “Что ты хочешь с этим сделать, старший брат?”

Сун Юньцян говорил явно. Но он смотрел на нее с каким-то странным чувством. "Хотя семья Гу велика, тот факт, что Тяньсян использовал потребителей для клеветы на Венеру, действительно очевиден. Согласно текущей ситуации, в течение нескольких дней репутация Гу будет серьезно повреждена. Если это правда, то против Гу будут поданы судебные иски.”

Сун Юньцян сделал глоток жидкого супа, поданного перед ним. Затем он продолжил: "Семья Сун и семья Гу только начали свое сотрудничество несколько месяцев назад. Я думаю, что назначение Шао Тяньцзе не является стабильным. Нет никакой необходимости, чтобы семья Сун продолжала сотрудничать с ним, иначе мы можем понести убытки.”

Сун Юньсюань сделала вид, что сомневается: "Брат, если что-то случится с семьей Гу, почему мы будем страдать?”

Сун Юньцян вздохнул: "Юньсюань, это определенно не несчастный случай. Некоторые люди появляются, чтобы бороться против Гу с информацией двухгодичной давности. Вероятно, кто-то хочет сбить с ног Шао Тяньцзе.”

Брови Сун Юньсюань вытянулись в непринужденной позе: "Кто, по мнению брата, должен быть тем самым?”

Сун Юньцян нахмурился и хотел что-то сказать. Но когда он посмотрел на лицо Сун Юньсюань, он сдержал свои слова.

“Брат, ты можешь сказать мне все, что угодно. Я буду держать это в секрете.”

Выражение лица Сун Юньцяна стало сложным: "Информация распространяется так быстро. И многие веб-сайты разместили сообщение на своей домашней странице в течение не 24 часов. Все эти симптомы не могут быть сделаны без поддержки конкурента Гу.”

Это внезапно озарило Сун Юньсюань: "Брат, ты подозреваешь Чу?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 59. Семья Сун выбирает команду

Всюду по Юньчэну хорошо известно, что только Чу имеет власть конкурировать с предприятиями Гу.

Отвечая на вопрос Сун Юньсюань, Сун Юньцян не скрывал: “Юньсюань, ты знаешь, способности Чу похожи на Гу, и Чу Мочен - это тот человек, который купил Венеру. Если кто-то хочет, чтобы Венера снова поднялась, он должен сначала реабилитировать ее.”

Сун Юньсюань сделала вид, что смущена: "Но Венера теперь моя.”

Сун Юньцян удивился: "Чайлд Чу дал тебе Венеру только как шоу для публики. Для тебя невозможно в таком юном возрасте с небольшим опытом сделать процветающей Венеру. Конечно, Чайлд Чу не стал бы смотреть, как Венера умирает у тебя в руке. Итак, он помог тебе тайно.”

Сун Юньсюань почувствовала, что это невероятно, нахмурившись и глядя на Сун Юньцяна в ужасе. “Если это так, то разве вам не нужно выбирать между Гу и Чу, чтобы иметь сотрудничество?”

Сун Юньцян печально кивнул: "Вот почему я расстроен.”

Голос Сун Юньсюань стал немного ниже: "Прости, старший брат, что у меня есть отношения с Чайлдом Чу, которые заставляют старшего брата так смущаться.”

Сун Юньцян покачал головой: "Ты много думаешь, Юньсюань. Даже если наш отец надеется, что Юньцзя может выйти замуж за Шао Тяньцзе, их брак - это не то, что можно решить за одну ночь.”

” Но... "- парировала Сун Юньсюань, - Если я не буду иметь ничего общего с Чайлдом Чу, семья Сун сможет сотрудничать с семьей Гу и отказаться от семьи Чу. Может быть, Шао Тяньцзе передумает и женится на моей старшей сестре.”

Сун Юньцян усмехнулся: "Я слышал, что Гу Чанлэ, сестра Гу Чанге, имеет хорошие отношения с Шао Тяньцзе... может ли он жениться на Юньцзя или нет, зависит от Чанлэ.”

Сун Юньсюань недоумевала: "Гу Чанлэ? Разве ты не говорил, что она просто невестка Гу Чанге? Если ее зять хочет жениться на ком-то, ему все еще нужно ее разрешение?”

Сун Юньцян сделал глоток воды, и выражение его лица стало холодным: “Возможно, это не то, о чем ты думаешь. Гу Чанлэ и Гу Чанге вообще не имеют никакого родства. Гу Чанлэ была принята из приюта отцом Гу Чанге. Я слышал из больницы, что у Шао Тяньцзе роман с Гу Чанлэ.”

Сун Юньцян перестал сплетничать об их отношениях.

Но из слов Сун Юньцяна, Сун Юньсюань услышала подтекст.

Сун Юньцян хочет стать членом команды Чу Мочена, потому что он думает, что его младшая сестра выйдет замуж за Чу успешно, в то время как он рассматривает старшую сестру, выходящую замуж в семью Гу, как нереальную иллюзию.

Съев фрукты после ужина, Сун Юньсюань снова побеседовала со своим старшим братом. А потом она в замешательстве поднялась наверх, чтобы умыться.

Ей не нужно быть слишком умной перед своим старшим братом, или даже консультироваться с ним о любых действиях, которые могут помешать семье.

Она просто должна быть в темноте, направляя семью Сун мало-помалу.

Да, она не хочет, чтобы семья Сун поддерживала семью Гу.

Что касается тех, кто поддерживает семью Гу, а точнее, кто является подчиненными Шао Тяньцзе, она заставит их всех поклясться в верности себе.

Пусть Шао Тяньцзе наконец останется один.

…

После 48 часов критики со стороны своих конкурентов, Гу провели пресс-конференцию в 8 утра на третий день.

На пресс-конференции известному корпоративному лицу было поручено заявить, что Гу был опорочен, и собирается привлечь к ответственности двух человек, которые опорочили Гу.

Если эти два потребителя не извинятся перед салоном Тяньсян в течение 72 часов, они получат иск.

Какое-то время в индустрии красоты шло много разговоров.

Шао Тяньцзе, который контролировал всю семью Гу, после просмотра всех оставшихся записей Гу Чанге и документов, которые она обрабатывала, обнаружил к несчастью, что ни один из документов не касается Йи Сяонин и Хань Руцзя.

Стоя перед своим столом, он просматривал последние документы строчка за строчкой.

Затем он отбросил бумаги в сторону и сел за сандаловый стол.

“Гу Чанге, на самом деле, никогда не раскрывает свои секреты.”

Даже ее муж не может найти никакой информации об этом.

Если Гу Чанге удалила все ее секреты, то откуда же тогда два потребителя, которые обвинили салон Тяньсян в подставе Венеры, получили свои бумаги?

Шао Тяньцзе позвонил по телефону в Гу Чанлэ. Она подумала об этом, прежде чем ответить: “Ты спал с ней так много лет, разве ты не знаешь ее привычки?”

“Какие еще привычки?”

Гу Чанлэ сказала: "Я также подслушала, что моя старшая сестра - человек, который любит сомневаться. Ее конфиденциальная информация хранится международными агентствами по обеспечению конфиденциальности семьи Ронг. Итак, может ли дело о Йи Сяонин и Хань Руцзя также быть отдано в это агентство?”

Семья Ронг не является странной для превосходящих деловых семей. Это семья, которая хранит секреты для поколений в качестве услуги.

Теперь эта многовековая семья перешла в третье поколение.

Говорят, что в четвертом поколении есть только 17-летний мальчик.

Услышав слова Гу Чанлэ, Шао Тяньцзе спланировал: "Я свяжусь с семьей Ронг.”

Гу Чанлэ издала звук согласия, затем мягко спросила: “Я очень хорошо поправляюсь, доктор Ванг сказал, что меня могут выписать завтра. Ты приедешь, чтобы забрать меня?”

“Конечно, сегодня ты хорошо отдыхай. Завтра я хочу увидеть твою здоровую внешность.”

Гу Чанлэ ответила застенчиво, а затем повесила трубку.

Шао Тяньцзе послал проверить информацию о семье Ронг, и вскоре он получил номер телефона.

Когда слуга передал ему номер, он сказал: “Председатель Шао, Чайлд Ронг имеет тесные отношения с Чу Моченом.”

Когда Шао Тяньцзе услышал это, его сердце слегка задрожало. Но он кивнул головой с умиротворенным выражением на лице. Затем он попросил слугу выйти и позвонил Ронгу Шестому.

Ронг Шестой взял трубку очень быстро, как будто он ждал этого звонка. Он сказал с улыбкой: "Сэр, вы нуждаетесь в услугах семьи Ронг? Пока вы уважаете частную жизнь других людей и правила семьи Ронг, я могу помочь вам решить проблему.”

Ронг Шестой знал, что это Шао Тяньцзе на другом конце провода. Поскольку секретные агентства семьи Ронг находятся по всему миру, они четко знают частные номера мобильных телефонов высокопоставленных деловых людей в Юньчэне.

Шао Тяньцзе сказал прямо: "Господин Ронг, я Шао Тяньцзе из семьи Гу.”

“Гу?”

Другой конец телефона повторил это, а затем внезапно спросил: "Почему Гу Чанге не звонит мне лично?”

Шао Тяньцзе не знал, что Ронг Шестой подмигивал в это время Чу Мочену, сидящему рядом с ним.

С непроницаемым лицом Чу Мочен сделал глоток черного кофе из фарфоровой чашки.

Шао Тяньцзе колебался мгновение, прежде чем сказать: “Гу Чанге была моей женой. Она умерла несколько месяцев назад.”

“Мертва?” Тон и голос Ронга Шестого были очень преувеличены, как будто он был хорошим компаньоном Гу Чанге, который вообще не знал о ее смерти.

Шао Тяньцзе кивнул: "Да.”

“Очень жаль, господин Шао. Пусть она покоится с миром.- Голос Ронга Шестого явно стал немного мрачным.

Шаг за шагом Шао Тяньцзе попросил предоставить ему необходимую информацию: “У моей жены были тесные отношения с вашей компанией при ее жизни. Я надеюсь, что вы можете расшифровать конфиденциальную информацию моей жены, хранящуюся в вашей компании, и показать её мне.”

Ронг Шестой тихо улыбнулся на другом конце провода. Прикрывая микрофон, он обратился к Чу Мочену: “Шао Тяньцзе действительно пришел за документами Чанге при ее жизни.”

Чу Мочен поднял голову и спокойно посмотрел на Ронга Шестого.

Ронг Шестой, кажется, застыл от холода в его глазах. Он тут же закашлялся и ответил: “Господин Шао. Мне правда очень жаль. Согласно правилам, если человек не является лицом, которому принадлежат секретные файлы, он не имеет права на доступ к ним. Спасибо, что сообщили мне, что Гу Чанге скончалась. Я немедленно пошлю кого-нибудь, чтобы уничтожить все ее конфиденциальные документы в соответствии с процедурой.”

Ответ Ронга Шестого был настолько свободен, что казалось, будто он практиковал его десятки раз.

Вот и все, Шао Тяньцзе почувствовал, как напряглось его тело.

Затем Ронг Шестой вежливо попрощался и положил трубку.

Но Шао Тяньцзе держал телефон в своих руках.

Он только чувствовал, что весь мир был против него. Даже при том, что Гу Чанге мертва, она все еще окутывает его, как огромная тень, блокируя его солнечный свет, заставляя его задыхаться и помещая его в темноту.

Температура его напряженного тела слегка упадала, пока он не повернулся и не посмотрел в окно на небо.

Он шагает по всему Гу под его ногами, но конфиденциальная информация о нем все еще подобна плоду, покрытому твердой корочкой.

Он видит его, но все еще не может ощутить его вкус.

Ему потребовалось довольно много времени, чтобы положить свой мобильный телефон, в котором нет звука.

Он опустил ресницы: "Гу Чанге, ты оказалась более расчетливой, чем я думал.”

На самом деле, Гу Чанге не была более расчетливой, но просто принимала меры предосторожности.

Она была единственной, кто знал о ней все.

Даже по отношению к своему мужу, она все еще оставалась немного уединенной.

Именно этот секрет заставлял Шао Тяньцзе спотыкаться.

На следующий день все медиа-компании в Юньчэне уделили более пристальное внимание Гу Чанге. И они спрашивали Шао Тяньцзе, почему Гу не подавили все негативные новости о себе в течение трех дней.

Все газеты делали сравнение между Гу Чанге и Шао Тяньцзе. Одна показала ее совершенные и сложные навыки, когда она отвечала за Гу, в то время как другой просто шарил вокруг, чувствуя себя смущенным, когда он вступил в должность.

Гу провели небольшое собрание внутри компании, в котором участниками являлись несколько старых акционеров, которые были в курсе несчастного случая с обезображиванием в то время.

Они прямо признались: "Председатель Шао, председатель Гу сделала это при ее жизни, и доказательства, представленные Йи Сяонин, верны.”

Шао Тяньцзе сидел на стуле за столом для совещаний и усмехался: “Менеджер Лю, вы знаете, о чем говорите?”

На лице менеджера Лю было много морщин. И волосы у него тоже поседели на висках. Он следовал за Гу Чанге с тех пор, как она стала членом Гу. Теперь, хотя Шао Тяньцзе хотел избавиться от него как и от старых последователей своего предшественника, он не нашел никакого подходящего оправдания.

Менеджер Лю кивнул: "Председатель Шао, я знаю, о чем говорю, но теперь, если вы хотите защитить салон Тяньсян и попытаться восстановить его потерю, вы не должны сосредотачиваться на моих грамматических ошибках, а думать о том, как закрыть рот двум людям, которые обвиняют Гу.”

Наконец, мужчина добавил предложение: "Если бы председатель Гу была жива, она бы сделала это.”

Лицо Шао Тяньцзе на мгновение омрачилось.

Он жил в тени Гу Чанге.

Все это время он был подавлен Гу Чанге.

Вот дерьмо!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 60. Лицо Бодхисаттвы и сердце змеи и скорпиона

На мгновение Шао Тяньцзе ясно понял, что причина, по которой он сидит на председательском месте Гу, - это не стремление людей, а их решение, принятое, когда не было другого выбора.

Если бы сын Гу Чанге вырос, это был бы ребенок, которого эти старые ребята поддержали вместо него.

Кровь обладает такой чудесной и мощной силой.

Он просто муж Гу Чанге. Но ребенок действительно биологический потомок Гу Чанге, половина ее крови течет в его теле.

С мрачностью в глазах он закончил встречу.

После бессонной ночи некоторые акционеры жаловались, что фондовая биржа Гу резко упала, и многие люди спешат продать акции Гу в испуге.

Другие компании, которые сотрудничали с Гц, начинали затягивать подписание контракта по самым разным причинам.

За одну ночь ложь людей развилась до такой степени, что такая большая группа, как Гу, могла рухнуть в одно мгновение.

Глядя на утреннюю газету Юньчэн на столе для завтрака на следующее утро, Сун Юньсюань тщательно изучала недавние фотографии Шао Тяньцзе, опубликованные в газете. Она саркастически улыбнулась: “Председатель Шао не похудел с тех пор, как умерла его жена, и у него есть лучшие перспективы.”

Сун Юньцян, который наслаждался своим обедом напротив, посмотрел вверх. "Гу Чанге была слишком сильна в своей жизни. Живя в ее тени, даже её мужчина задыхался. Теперь, когда Гу Чанге умерла, её муж наверняка будет жить с большей легкостью.”

- Вот именно.” Сун Юньсюань задумчиво кивнула. А потом она вдруг спросила Сун Юньцяна: "Брат, как ты думаешь, Шао Тяньцзе возненавидит Гу Чанге?”

Сун Юньцян на мгновение задумался и небрежно ответил: “Все мужчины ненавидят женщин, которые слишком могущественны. С ее жесткой дипломатией, с Гу Чанге слишком трудно. Она привыкла затмевать Шао Тяньцзе перед публикой. Если Шао Тяньцзе на самом деле не любил ее, конечно, он будет очень сильно ненавидеть ее.”

Сун Юньцян поднял голову: “Следовательно, Чайлду Чу понравится такая женщина, как ты. Тебе также нужно думать о маленьком бизнесе. Как только вы поженитесь с Чу, тебе не придется беспокоиться о деньгах. Все, что тебе нужно делать, это помогать мужу, учить вашего ребенка и делать SPA.”

Сун Юньсюань улыбнулась: “Да, я буду слушать своего старшего брата.”

Сун Юньцян остался доволен. Он кивнул и залпом выпил молоко.

После того, как Сун Юньсюань прочитала несколько страниц газеты, она нашла дело об убийстве в Юньчэне. Она нахмурилась: "Брат, посмотри на эту новость. Мужчина нанес женщине более двадцати ударов ножом после того, как они расстались. Какой жестокий человек.”

Сун Юньцян пожал плечами: "Иногда пары будут считать друг друга врагами.”

След невинности был в глазах Сун Юньсюань. Глядя на Сун Юньцяна, она спросила, как будто угадывая: "Брат, по-твоему, будет ли Шао Тяньцзе против Гу Чанге?”

Сун Юньцян был шокирован и несколько растерян. И даже его глаза на мгновение казались странными.

Он взрослый человек и, конечно же, понимал, о чем спросила Сун Юньсюань.

“Ты подозреваешь, что Шао Тяньцзе убил Гу Чанге?”

Сун Юньсюань быстро отодвинулась назад. Она дала объяснение, как бы демонстрируя свою невиновность: “Брат, не говори так. Мне просто интересно, мог ли Шао Тяньцзе поссориться со своей любимой женой.”

Хотя Сун Юньцян был доволен своей едой, он внезапно почувствовал себя немного жутко под руководством Сун Юньсюань.

У Гу Чанге не было наследственного заболевания. Телохранители следовали за ней, даже когда она просто гуляла по улице. Как могла она вдруг попасть в автомобильную аварию, которая привела бы к ампутации ноги?

Очевидно, что многие люди посетили Гу Чанге после операции. Но они сказали, что Гу Чанге не чувствовала себя подавленной и уставшей от мира после ампутации. Вместо этого она очень старалась выжить. Но почему она вдруг согласилась пересадить сердце своей сестре Гу Чанлэ?

Сун Юньцян посчитал, что это очень странно, независимо от ее психологического состояния.

Но…

- Юньсюань, ты можешь просто подумать об этом. Но ты никогда не должна упоминать об этом, когда выходишь. Гу Чанге - жена Шао Тяньцзе. Как Шао Тяньцзе мог убить свою жену?”

Сидя в своем кресле с опущенными глазами, Сун Юньсюань пила воду.

Сун Юньцян внезапно поднялся наверх, чтобы найти Сун Яна, как будто что-то происходило с ним.

Когда Сун Юньсюань услышала шаги Сун Юньцян на пути наверх, ее губы очертили презрительную улыбку - разве это странно, что пары совершают взаимное убийство? При некоторых обстоятельствах даже братья и сестры захотят прикончить друг друга.

До тех пор, пока есть споры интересов, которые достаточно заманчивы, некоторые люди не будут заботиться о чувствах, но станут безжалостными.

Она медленно успокоила свои злые и стальные глаза. Схватив чашку, она выпила из нее молоко.

Этот завтрак был очень приятным. Она думала, что Сун Юньцян скоро превратит то, что она только что сказала, в свои собственные слова и скажет это Сун Яну.

Затем он попросит Сун Яна дать ему представление о том, за какое большое дерево семья Сун должна цепляться в будущем.

В конце концов, они должны сделать выбор между Гу и Чу.

Однако этот выбор означал, что семье Сун предстоит пройти долгий путь, поэтому они должны быть очень решительными.

В противном случае, левые всегда будут иметь ненависть в своих сердцах, ожидая дня, чтобы стереть семью Сун в пепел.

Выпив молоко, Сун Юньсюань слегка скривила губы. Она вытерла руки салфеткой, встала и вышла из-за стола.

…

После завтрака Шао Сюэ из журнала Фаньсин получила телефонный звонок.

Это от Сун Юньсюань.

“Сегодня у тебя будет выходной.”

“Но у меня еще очень много работы.”

Трудолюбие и ответственность Шао Сюэ хорошо известны в компании.

Голос Сун Юньсюань был мягок: "Не обращай внимания, передай свою работу сегодня Сяо Хонг, она закончит ее за тебя. Ты просто следуй за Шао Тяньцзе сегодня.”

Шао Сюэ слегка удивилась: "Но Шао Тяньцзе не встречался со мной, так как он поедет в больницу, чтобы забрать Чанлэ, которую должны выписать сегодня.”

“Когда он отвезет тебя к семье Гу?”

Шао Сюэ подумала о том, что сказал Шао Тяньцзе в тот день: “Он сказал, что я должна упаковать свой багаж и после того, как Гу Чанлэ покинет больницу, он отвезет меня к семье Гу.”

Нежная улыбка появилась в уголках губ Сун Юньсюань. И ее глаза сверкали хитрыми огоньками: "Шао Сюэ, Гу Чанлэ можно назвать хозяйкой семьи Гу. Если ты хочешь жить в семье Гу, прежде всего, ты должна спросить согласия Гу Чанлэ.”

Шао Сюэ была очень умна: “Ты имеешь в виду, что Гу Чанлэ повлияет на решение моего брата?”

Сон Юньсюань кивнула: "Чанлэ - очень мягкий человек.”

Шао Сюэ слегка удивилась. И тогда она услышала, как Сун Юньсюань, подавляя свой голос слегка неопределенной улыбкой, сказала: "Она также женщина со змеиным и скорпионьим сердцем, скрытым под ее лицом Бодхисаттвы.”

Услышав слова Сун Юньсюань, Шао Сюэ почувствовала холодный ветер, дующий ей в спину без всякой причины.

“Шао Сюэ, ты должна хорошо заботиться о Гу Чанлэ, понимаешь?”

Шао Сюэ успокоилась и сказала: “Я справлюсь с этим хорошо. Поскольку Шао Тяньцзе такой лицемер, люди вокруг него должны быть такими же.”

Лицо Сун Юньсюань было спокойным.

- Вот именно!

Шао Тяньцзе ампутировал конечности Гу Чанге, вырвал ее сердце и убил ее, все из этого неизбежно проходило с помощью Гу Чанлэ.

…

Шао Тяньцзе не собирался пускать Шао Сюэ в больницу, чтобы забрать Чанлэ.

Но когда он прибыл в народную больницу, он встретил Шао Сюэ, которая долго ждала у дверей больницы.

Было холодно, и прогноз говорил о том, что днем будет дождь и снег. Погода была мрачной с самого утра.

Одетая в верблюжье пальто, Шао Сюэ ждала у дверей Шао Тяньцзе. Ее нос покраснел из-за низкой температуры.

После того, как Шао Тяньцзе вышел из машины, она быстро подбежала к нему. И она выглядела очень счастливой: “Отлично, брат, я наконец-то поймала тебя.”

При виде ее губ, побагровевших от ледяного холода, он сморщил брови, и на его красивом лице вспыхнуло заботливое выражение. Он протянул руку к двери и достал из машины свое черное кашемировое пальто. Он накрыл ее своим пальто. “Ты что, совсем дура? Почему ты ждала за дверью, а не в холле с кондиционером?”

Хотя предложение, которое он только что сказал, показывало его заботу о ней, Шао Тяньцзе очень подозрительно отнесся к ее намерениям.

Если бы Гу Чанге была здесь, она бы знала, что Шао Тяньцзе подозревал, что у Шао Сюэ есть другая цель.

Улыбка на лице Шао Сюэ была искренней: "Я думала, когда мой старший брат придет в больницу, он может быть непосредственно направлен в палату. В зале так много людей. Ты не можешь увидеть меня с первого взгляда. Но если я буду ждать тебя в дверях, где так холодно, что мало людей, ты можешь заметить меня, как только приедешь.”

На самом деле, причина, по которой Шао Сюэ сделала это, заключалась в том, что она когда-то случайно услышала Сун Юньсюань, сказавшую, что легко узнать кого-то с первого взгляда в местах с меньшим количеством людей, в то время как переполненные места будут ослеплять глаза людей, создавая камуфляж для вас.

Теперь то, что сделала Шао Сюэ, действительно заставило выражение лица Шао Тяньцзе немного измениться.

Он ясно помнил, как Гу Чанге решила постоять на центральной платформе Т в течение нескольких десятков секунд, чтобы найти его на банкете.

Позже он странно спросил ее: “Разве ты не ненавидишь ходить на подиум больше всего?”

- Там всего несколько человек, - небрежно бросила она. - я не знаю, кто они такие. Зато ты можешь увидеть меня с первого взгляда.”

В это время он был ошеломлен на месте.

Даже на мгновение он не понял, была ли его неприязнь к этой женщине глубоко внутри него.

Когда Шао Сюэ нашла Шао Тяньцзе рассеянным, она мягко позвала его: "Брат?”

Шао Тяньцзе внезапно отвлекся от своих мыслей. С улыбкой он поправил на ней одежду. Обнаружив, что кончики ее пальцев слегка порозовели, он обвинил её: “В следующий раз позвони мне. Не будь такой глупой.”

Шао Сюэ последовала за ним в больницу: “Я узнала из газеты, что Мисс Гу Чанлэ будет выписана сегодня, и что мой брат лично приедет, чтобы забрать Мисс Чанлэ. Итак, я захотела нанести визит Мисс Гу Чанлэ.”

Шао Тяньцзе кивнул: "Тебе действительно нужно увидеть ее, потому что в будущем ты будешь жить вместе с Чанлэ под одним карнизом.”

Шао Сюэ кивнула и последовала за Шао Тяньцзе в больницу.

За пределами больницы было только несколько журналистов с микрофонами и камерами, но все они были заблокированы телохранителями.

В зале больницы ситуация была совершенно другой. Десятки людей спешили к Шао Тяньцзе со своим оборудованием и вопросами…

"Господин Шао, как новый председатель правления Гу, каково ваше объяснение случаев, когда салон Тяньсян Гу саботировал своего конкурента Венеру?”

“Господин Шао, ваша жена, Гу Чанге, рассказывала вам что-нибудь о соревновании между Тяньсян и Венерой, когда она была жива?”

"Господин Шао, поскольку Гу не смогли представить убедительных доказательств для опровержения показаний Йи Сяонин и Хань Руцзя, согласны ли они с фактом диффамации своего коллеги Венеры?”

“Господин Шао, такое злонамеренное соревнование нанесло Венере большие убытки. Вы бы пошли на компромисс с Венерой, если бы они подали иск о компенсации?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 61. Он целует Гу Чанлэ

Репортеры направили свои камеры на Шао Тяньцзе.

Различные символы на их микрофонах показывают, что репортеры из разных веб-сайтов, телевизионных станций и новостных программ.

Шао Сюэ немного отодвинулась от Шао Тяньцзе. Когда репортеры почти оттеснили Шао Сюэ от Шао Тяньцзе, Шао Тяньцзе вдруг вытянул руку, прижал Шао Сюэ обратно к груди и сказал: “Все, что касается вопроса о Венере и ГУ, я попрошу законного представителя Гу ответить на ваши вопросы. Пожалуйста, дайте мне пройти, я спешу.”

Он сказал это без всякого беспокойства или гнева, спокойно и мирно.

У Сун Юньсюань, которая смотрела их в прямом эфире перед телевизором, появился намек на холод в ее глазах.

Шао Тяньцзе - отличный человек. Хотя он начал входить в контакт с деловым кругом после окончания колледжа, он достаточно умен, чтобы соответствовать званию академического вундеркинда в Медицинской школе.

Он всегда спокоен. Даже когда кто-то держит нож и указывает на его спину позади него, он будет уравновешенным и поймет, как выбраться.

Именно из-за этого спокойствия он, наконец, преуспел в том, чтобы иметь все имущество семьи Гу и начать управлять промышленностью семьи Гу в кратчайшие сроки.

Однако он слишком амбициозен. Его способ обращения с вещами довольно жесток, потому что он хочет, чтобы все было сделано раз и навсегда.

Поэтому он убил Гу Чанге.

Из-за этого у него, Шао Тяньцзе не будет хорошего конца.

Потому что сама Гу Чанге этого не допустит.

Увидев, что Шао Тяньцзе, окруженный репортерами, хотел уйти, Сун Юньсюань приподняла один уголок рта. Она включила только что купленный телефон и позвонила Миссис Сяо: “Скажите репортеру вашей газеты, что в центре внимания находится девушка.”

Человек на другой стороне телефона ответил, и Сун Юньсюань повесила трубку.

Она подняла голову и посмотрела на телевизор, в ее глазах была какая-то злоба.

Как и ожидалось, в течение тридцати секунд молодая женщина-репортер с микрофоном бросилась в толпу и встала на пути Шао Тяньцзе в прямом эфире. Слова репортера были чрезвычайно прямолинейны и относились прямо к Шао Сюэ: “Мистер Шао, кто эта красивая девушка рядом с Вами?”

Шао Тяньцзе ответил: "Это моя…”

- Она Ваша новая любовница? - Слова Шао Тяньцзе даже не закончились, кто-то тут же перебил. - Господин Шао, не могли бы вы объяснить это? Ходят слухи, что Вы по уши влюблены в свою покойную жену. Могу я спросить вас, как эта девушка попала к вам так скоро? Что тут происходит?”

- Мистер Шао, не могли бы Вы объяснить?”

С некоторой угрюмостью в глазах Шао Тяньцзе сказал: "Это моя младшая сестра!”

- Но господин Шао, председатель правления Гу Чанге, ваша жена, ранее объявляла, что у вас нет младшей сестры. Какое отношение она имеет к Вам, кузина или младшая сестра без кровного родства?”

Кузина - это все еще нормальная догадка, но младшая сестра без кровного родства неизбежно заставляет людей иметь некоторые другие предположения.

Руководствуясь двумя репортерами, которые задают вопросы, другие репортеры вокруг них переключили свое внимание на девушку.

Поскольку коммерческие обиды между салоном Тяньсян Гу и Венерой не получили прямого ответа от Шао Тяньцзе, журналисты неизбежно выбрали другой путь, чтобы получить некоторые ценные новости.

Не имеет значения, даже если это сплетня, пока они не возвращаются с пустыми руками.

Мигающие огни репортеров сияли, соперничая друг с другом. Шао Сюэ подняла руку, чтобы прикрыть глаза. Она не могла удержаться, чтобы не спрятаться за Шао Тяньцзе.

Неудивительно, ведь она никогда не была в такой ситуации - будучи сфотографированной столькими людьми. Она чувствовала, что ее глаза почти ослепли.

Шао Тяньцзе, который был немного раздражен, потянул Шао Сюэ за собой, чтобы защитить ее.

Помощник рядом с Шао Тяньцзе был немного встревожен. Увидев гнев в глазах Шао Тяньцзе, он протянул руки и встал перед Шао Тяньцзе, чтобы остановить тех репортеров, которые собирались преследовать Шао Тяньцзе наверх. - Все, все, я отвечу на ваши вопросы.”

Репортеры не интересовались помощником. Они хотели последовать за Шао Тяньцзе наверх.

Телохранители, которые охраняли Шао Тяньцзе, также не могли заставить этих репортеров остановиться. Секретарь отчаянно объяснял: "Пожалуйста, послушайте меня, девушка рядом с председателем Шао действительно его сестра. Она - двоюродная сестра председателя Шао, которая раньше была за границей и только что вернулась домой.”

В какой-то степени информация, выдуманная секретарем, погасила энтузиазм репортеров.

Однако в мире развлечений и сплетен, даже если люди получили объяснение от секретаря сейчас, нельзя избежать того, что кто-то сообщит, что у Шао Тяньцзе есть новая любовница менее чем через полгода после смерти его жены, прямо сейчас или завтра.

Шао Тяньцзе и Шао Сюэ сделали некоторые усилия, чтобы войти в лифт. Сопровождающие его секретарь и телохранители были заблокированы снаружи толпой.

Лифт медленно поднимался вверх. Шао Сюэ все еще находилась в состоянии шока: “Старший брат, почему эти репортеры... такие... свирепые?”

Шао Тяньцзе разгладил свою одежду и ответил апатичным тоном: “Они этим зарабатывают себе на жизнь. Вот почему они такие раздражающие.”

Гу и Чу - это две богатые и влиятельные семьи в провинции Юньчэн. Первый был возглавлен женщиной в течение десяти лет, а председатель последнего является единственным сыном Чу, который, несомненно, унаследует все активы семьи Чу.

Репортеры одержимы идеей, будет ли муж председательницы Гу искать новую любовницу после её смерти.

Они также уделяли особое внимание последнему, желая узнать, какая прекрасная женщина вышла бы замуж за Чайлда Чу, этого довольно богатого человека.

Что касается последнего, то, похоже, все уже решено. Он собирается жениться на младшей дочери семьи Сун. В то время как первому было уделено пристальное внимание все время.

Потому что когда любящий человек, только что потерявший жену, влюбляется в другую женщину, публика сурово критикует его.

Шао Тяньцзе глубоко знал эту истину, поэтому он жил один, притворяясь аскетом.

Кроме того, некоторые семьи подозревали, что его отношения с сестрой Гу Чанге Гу Чанлэ не просты, но в основном не было никаких слухов о нем.

Лифт продолжал подниматься. Когда он прибыл на этаж, где находится палата Гу Чанлэ, он зазвенел, и дверь открылась.

Снаружи стояла Сун Юньцзя, которая была немного взволнована.

У Сун Юньцзя длинные прямые волосы до плеч. Она выглядела встревоженной и озабоченной. Как только она заметила Шао Тяньцзе, она улыбнулась с облегчением.

Но улыбка длилась недолго, прежде чем она исчезла с ее лица. Причина в том, что рядом с Шао Тяньцзе была девушка, которая намного моложе ее, светловолосая и красивая.

Сун Юньцзя выглядела неловко на некоторое время.

Шао Тяньцзе вышел из лифта и извинился: “Я был окружен репортерами в холле. Как насчет Чанлэ? Она уже собрала вещи?”

Сун Юньцзя пристально посмотрела на Шао Сюэ: “Кто она?”

Выражение ее лица было точно таким же, как у жены, видящей любовницу своего мужа.

Шао Тяньцзе невольно улыбнулся: "Юньцзя, позволь мне представить.”

Сун Юньцзя была расстроена. Ее красивые глаза впились в Шао Сюэ, как острые когти.

Шао Сюэ все еще носила кашемировое пальто Шао Тяньцзе. Оно специально сделано за рубежом. Сун Юньцзя подарила его Шао Тяньцзе.

Сун Юньцзя не стала ждать, пока Шао Тяньцзе продолжит, и спросила: “Почему она носит твоё пальто?”

Шао Тяньцзе немного удивился, а затем улыбнулся и объяснил: “Юньцзя, это моя двоюродная сестра, её зовут Шао Сюэ.”

Вероятно, потому что его секретарь сфабриковал эту связь для него, Шао Тяньцзе подсознательно намеревался использовать её.

Во всяком случае, он не мог сказать ей или кому-либо другому, кем является истинная личность Шао Сюэ, и что на самом деле он, Шао Тяньцзе, не член большой семьи в Хайчэне, а сирота из маленького города.

Шао Сюэ посмотрела на Шао Тяньцзе и почувствовала себя неловко.

Шао Тяньцзе представил: "Это мой друг, доктор Чанлэ, Сун Юньцзя.”

Услышав, что ее имя похоже на имя Сун Юньсюань, она слегка вздрогнула. Затем она улыбнулась: “Сестра Юньцзя”.

Лицо Сун Юньцзя, узнав, что Шао Сюэ - сестра Шао Тяньцзе, стало ярче.

Теперь она вернулась к нормальному состоянию. Она повела Шао Тяньцзе вперед и рассказала ему о состоянии Гу Чанлэ во время ходьбы: “Чанлэ почти выздоровела. Я дала ей вчера различные рецепты. Казалось, что противотуберкулезные препараты подействовали хорошо. Сердце Чанге хорошо приспосабливается к телу Чанлэ.”

Шао Тяньцзе кивнул.

Сун Юньцзя гордилась этим: "Я говорила, что сердце Чанге будет пригодно для пересадки Чанлэ. Ты же мне не верил. Теперь, когда Чанлэ выздоровела, не должна ли я взять на себя ответственность за это?”

Глаза Шао Тяньцзе стали задумчивыми: "Я действительно не думал, что сердце Чанге будет подходящим для Чанлэ, так как они не являются биологическими сестрами.”

Сун Юньцзя покачала головой и с улыбкой объясняла: “Медицинская наука - это замечательная вещь. Вы изучали медицину в течение стольких лет. Вы, должно быть, видели много чудес в истории медицины. Может быть, сердце Чанге существовало, чтобы спасти Чанлэ. Иначе, почему Чанге не погибла сразу в автокатастрофе?”

Шао Тяньцзе выглядел спокойным, но в глубине его глаз незаметно появилась глубокая мрачность: “Чанге - крепкая женщина.”

Сун Юньцзя не согласилась: "Теперь она мертва.”

Шао Тяньцзе на мгновение остановился. Кажется, что его сердце пропустило преждевременный удар в этот момент, а затем восстановилось.

Все трое вместе направились к палате Гу Чанлэ. Сун Юньцзя шла бок о бок с Шао Тяньцзе. Что бывало очень редко, и ей это действительно нравилось.

Тем не менее, Шао Сюэ позади них была немного смущена. Она опустила глаза и подумала: "Сердце ГУ Чанге очень подходит для Гу Чанлэ?”

“Гу Чанлэ и Гу Чанге не являются биологическими сестрами?”

Пока она думала, входная дверь щелкнула и открылась.

Шао Тяньцзе вошел в комнату первым. Раздался мягкий женский голос: "Тяньцзе?”

Голос был мягок, как звуки рояля, и приятен, как весенняя река.

Шао Сюэ почувствовала себя удивленной на некоторое время, а затем вошла в комнату.

Гу Чанлэ внутри уже сменила одежду пациента и оделась.

Ей уже двадцать девять лет. Однако, вы не сможете увидеть это по ее лицу вообще. Напротив, она очаровательна, как девушка восемнадцати-девятнадцати лет.

Шао Сюэ стояла там и чувствовала удивление, когда она увидела, что Шао Тяньцзе держит Гу Чанлэ, которая покраснела, в своей руке и целует ее протянутую руку.

Он спросил ее с беспокойством: "Ты чувствуешь себя счастливой, что тебя выписывают сегодня?”

Длинные ресницы Гу Чанлэ были похожи на черные тонкие перья. Она посмотрела на лицо Шао Тяньцзе, и ее красивое лицо засияло привлекательной улыбкой: "Да, очень счастлива, можно я тебя поцелую?”

Шао Тяньцзе взял ее за подбородок и взял инициативу на себя, чтобы поцеловать ее.

Шао Сюэ, на мгновение была поражена, будто громом.

Шао Тяньцзе ... поцеловал сестру своей жены?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 62. Я принадлежу тебе в первую очередь

Рядом с Шао Сюэ, которая была шокирована, стояла Сун Юньцзя, очень расстроенная.

Ее руки медленно сжались, с прозрачными голубыми венами на тыльной стороне ладоней, которые, казалось, вот-вот прорвутся сквозь бледную кожу.

Но через некоторое время владелец рук постепенно расслабил их.

Это уже не первый день, когда Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ ведут себя подобным образом.

Хотя это кажется невозможным для нее, чтобы стать женой Шао Тяньцзе, Сун Юньцзя твердо верила, что Гу Чанлэ может скоро умереть, и у нее все еще будет шанс.

Ранее она вырезала сердце Гу Чанге, чтобы спасти Чанлэ. Так вот, Гу Чанлэ жива. Но как долго она сможет прожить с сердцем Гу Чанге?

Это невозможно предвидеть. Возможно, из-за оставшейся ненависти в сердце Гу Чанге, Гу Чанлэ умрет через несколько лет.

Пока Сун Юньцзя так думала, она чувствовала себя лучше.

- Что же, мы - чужаки, все еще здесь, не могли бы вы немного сдержаться? Вы двое такие неженки, что мы, одинокие люди, могли бы ревновать.”

Шутя, Сун Юньцзя слегка повернула голову и задумчиво посмотрела на потрясенную Шао Сюэ.

Выражение лица Шао Сюэ было довольно неестественным.

Поцеловав Гу Чанлэ, Шао Тяньцзе наконец отпустил ее. Гу Чанлэ показала сладкую улыбку на ее изысканном лице.

Вспомнив о Сун Юньцзя, Гу Чанлэ обернулась и увидела Шао Сюэ. Она с удивлением обнаружила, что в этой комнате есть еще одна женщина, которая, кроме того, носит пальто Шао Тяньцзе.

Гу Чанлэ сделала паузу на некоторое время, а затем еще глубже зарылась лицом в руки Шао Тяньцзе: “Это так неловко. Почему ты не сказал мне, что есть другой человек?”

Шао Сюэ нахмурилась. Она думала про себя, что ГУ Чанлэ - великолепная женщина, которая должна быть превосходной социальной бабочкой, и что ее голос настолько сладок, что опьяняет людей.

“Шао Сюэ, иди сюда.”

Шао Сюэ услышала и сделала шаг вперед в сторону Шао Тяньцзе.

Шао Тяньцзе познакомил ее с Гу Чанлэ: "Чанлэ, это моя двоюродная сестра Шао Сюэ.”

“Шао Сюэ? - Красивые глаза Гу Чанлэ засияли. Кажется, ей так понравилось это имя, что она невольно воскликнула: “Какое красивое имя!”

На самом деле, Шао Сюэ знает, что это просто распространенное имя. По ее мнению, Гу Чанлэ просто хотела угодить Шао Тяньцзе, сказав это.

Затем Шао Тяньцзе представил Гу Чанлэ Шао Сюэ: "Шао Сюэ, ты можешь называть ее сестрой Чанлэ.”

Шао Сюэ сладко позвала: "Сестра Чанлэ.”

Гу Чанлэ дружелюбно кивнула: "Ты хорошо выглядишь. У тебя есть парень?”

Шао Сюэ покачала головой: "Меня отправили на работу в Юньчэн некоторое время назад. У меня еще не было времени его найти.”

Гу Чанлэ закрывала рот руками и затем улыбнулась. Она нежно посмотрела на Шао Тяньцзе: “Тяньцзе, Шао Сюэ - красивая девушка. Как насчет того, чтобы позволить ей осесть в Юньчэне в будущем? Мы найдем ей хорошего мужа. Тогда она сможет жить ближе к нам, так что у меня тоже будет сестра, с которой я смогу поговорить.”

Шао Тяньцзе кивнул: "Шао Сюэ только что прибыла в Юньчэн. Все это ей незнакомо. Поскольку дом, который она снимает, находится немного далеко от ее рабочего места, я хочу, чтобы она жила в нашем доме. Что ты об этом думаешь?”

Гу Чанлэ моргнула своими красивыми глазами: "Правда?”

Шао Тяньцзе улыбнулся: "Ты не возражаешь?”

Гу Чанлэ покачала головой: "Ты, должно быть, шутишь. Ты глава семьи Гу, а не я. Делай то, что ты хочешь сделать. Кроме того, я действительно хочу, чтобы Шао Сюэ жила в нашем доме. Теперь, когда меня выписали из больницы, я снова должна жить одна. Это должно быть скучно.”

Гу Чанлэ согласилась без колебаний, что немного удивило Шао Сюэ.

Сун Юньсюань сказала ей раньше, что Гу Чанлэ может не согласиться, чтобы она жила в особняке Гу. Теперь все прошло гораздо более гладко, чем она думала.

Шао Сюэ сопровождала Шао Тяньцзе, чтобы помочь Чанлэ покинуть больницу.

Сун Юньцзя теперь совсем не казалась расстроенной. Когда Шао Тяньцзе сел в машину с Гу Чанлэ, она сказала: “Если Чанлэ почувствует себя плохо, обязательно позвоните мне немедленно. Я поспешу к вам.”

Гу Чанлэ кивнула и благодарно посмотрела на Сун Юньцзя: "Спасибо тебе, что я смогла сделать эту операцию. Я никогда не забуду того, что ты сделала для меня.”

Сун Юньцзя покачала головой и улыбнулась: "Мы хорошие друзья. Я должна была это сделать.”

Сун Юньцзя, Гу Чанлэ и Шао Тяньцзе провели свои дни в колледже вместе. Их отношения, кажется, были не так уж плохи.

Шао Сюэ села в машину первой и ждала их там. Сун Юньцзя и Гу Чанлэ разговаривали некоторое время. Затем Шао Тяньцзе поддержал Гу Чанлэ, чтобы сесть в машину.

На обратном пути домой Гу Чанлэ продолжала хоронить себя в объятиях Шао Тяньцзе.

Солнечная пленка автомобиля односторонняя, поэтому сцена в автомобиле невидима снаружи.

Шао Сюэ сидела на переднем пассажирском сиденье, а Гу Чанлэ и Шао Тяньцзе - на заднем.

Было много репортеров, которые фотографировали, когда они выходили из больницы. Когда они вернулись домой, в дверях их тоже поджидали несколько репортеров.

Кованые железные ворота медленно открылись, когда автомобиль приблизился. Шао Сюэ, с широко открытыми глазами, была поражена великолепным особняком.

Этот особняк намного больше и намного красивее, чем она себе представляла.

Здесь есть три пятиэтажные виллы одинаковой высоты. Перед ними находится скульптура, вырезанная из белых камней, которая представляет собой красивую Римскую девушку, держащую чайник, инкрустированный драгоценными камнями, чтобы собрать воду.

Вода в фонтане течет непрерывно. Хотя сейчас уже зима, в этом особняке все похоже на весну.

Когда они вошли в главный дом, она увидела через окно, что позади него есть большой бассейн, который составлял около нескольких сотен квадратных метров. Вода внутри была чистая и прозрачная.

Шао Сюэ некоторое время смотрела на бассейн. Гу Чанлэ улыбнулась и сказала: “Бассейн большой, не так ли?”

Он действительно очень большой, даже для семей высшего класса. Мало кто из них может построить такой бассейн. К тому же сейчас зима. Разве люди не ходят в крытый бассейн зимой? И почему в бассейне есть вода, а вода не замерзает при таких низких температурах?

Гу Чанлэ последовала за Шао Сюэ, чтобы остановиться и посмотреть на бассейн: "Ты смущена тем, что вода не замерзает, верно?”

Шао Сюэ кивнула: "Сегодня температура уже на шесть градусов ниже нуля.”

Гу Чанлэ улыбается: "Вода там циркулирует день и ночь. Это проточная вода.”

Шао Сюэ безмолвствовала.

Гу Чанлэ знала, что Шао Сюэ собиралась сказать: “Ты должна думать, что это пустая трата денег. Но для семьи Гу это совсем не важно.”

“Но почему они позволяют воде течь день и ночь, если там некому плавать?”

Гу Чанлэ задумчиво посмотрела на Шао Тяньцзе, который смотрел на бассейн за окном: “Потому что говорили, что этот бассейн мог принести удачу моей сестре.”

“Ты имеешь в виду Гу Чанге?”

Гу Чанлэ кивнула: "Этот бассейн был построен, когда моей сестре было восемь лет. Прошло уже двадцать четыре года.”

Шао Сюэ поразилась: "Так экстравагантно.”

Гу Чанлэ покачала головой: "Моя сестра - старшая дочь семьи Гу. Отец смотрел на мою сестру как на зеницу ока. Он давал ей все, что она захочет. Семья Гу может оплатить сбор за воду. Это не экстравагантно.”

Закончив, она повернулась, чтобы посмотреть на Шао Тяньцзе: “Так ли это? Тяньцзе?”

Шао Тяньцзе выглядел мрачно. Он повернулся, чтобы взять ее за руку: "Ну, давай отдохнем. Нам не нужен этот бассейн, так как на улице холодно. Я попрошу кого-нибудь слить воду и залить его цементом завтра.”

Гу Чанлэ была немного раздражена: "Ты не можешь этого сделать. Он был построен для моей сестры. Пока существует семья Гу, этот бассейн не может быть заполнен.”

Шао Тяньцзе ответил бесстрастно: "Теперь она мертва.”

Гу Чанлэ услышала его слова, когда они поднимались наверх, и улыбнулась, как будто она была очень довольна.

Шао Сюэ не последовала за ними наверх. Она смотрела на бассейн через окно, долгое время оставаясь неподвижной.

Эта Гу Чанге...что она за человек?

Шао Сюэ интересовалась ею.

Гу Чанлэ вошла в свою комнату после того, как они поднялись наверх. Убранство комнаты теперь изменилось, но это все еще та комната, в которой она жила раньше.

С помощью Шао Тяньцзе она забралась на кровать и благодарно посмотрела на него: “Тяньцзе, спасибо тебе за то, что ты всегда был со мной.”

Шао Тяньцзе улыбнулся: "Никогда не говори мне спасибо, я всегда буду рядом с тобой.”

Он использовал свои большие руки, чтобы обернуть маленькие руки Гу Чанлэ. Температура ее тела смягчила сердце Шао Тяньцзе.

В глазах людей Гу Чанлэ гораздо красивее, чем Гу Чанге. На самом деле, они обе привлекательны, но по-разному.

Гу Чанге - это жесткий, энергичный и решительный человек. Люди начинали нервничать, когда видели ее.

Однако Гу Чанлэ очень нежна. Она так же приятна, как весенний ветерок. С ней все просто.

Гу Чанлэ вынула свои руки из рук Шао Тяньцзе, положила их вокруг его шеи, наклонила свое тело вперед и затем поцеловала его своими сочными губами.

Поцелуй зажег их, как огонь.

Окружающее становилось для них неясным. Большая и мягкая кровать - это единственная удобная вещь.

Худощавое тело Шао Тяньцзе давило на Гу Чанлэ, и чтобы не причинить ей боли, он использовал свои руки, чтобы поддержать себя.

Гу Чанлэ держала его за шею своими мягкими руками. Затем она начала медленно снимать с него одежду одной рукой.

Шао Тяньцзе посмотрел на ее лицо и почувствовал, что его одежду снимают. Время на мгновение остановилось.

Голос Гу Чанлэ был низким и мягким: "Что случилось, ты думаешь о Гу Чанге?”

“Нет." Шао Тяньцзе, который был очарован Гу Чанлэ, смотрел на ее лицо и улыбался. “Я наконец-то могу заполучить тебя после стольких лет.”

Гу Чанлэ ласково смотрела на него: “Я принадлежу тебе в первую очередь, Тяньцзе.” Изгиб ее губ был чрезвычайно привлекателен.

Дверь была открыта. Шао Сюэ наблюдала, как они сплетаются, и холодно щурилась.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 63. Шао Сюэ угощает коллег ужином

Вид в особняке Гу прекрасный.

Однако Шао Сюэ уехала оттуда очень рано.

На обратном пути в редакцию журнала она взяла на себя инициативу позвонить Сун Юньсюань: “Гу Чанлэ согласилась, чтобы я жила в особняке Гу.”

Сун Юньсюань пила кофе дома, когда Шао Сюэ позвонила. Услышав, что сказала Шао Сюэ, она улыбнулась: “Это неожиданно.”

Шао Сюэ прикусила нижнюю губу, раздумывая, стоит ли рассказывать ей о том, что она видела в особняке Г. Но каждый раз, когда она хотела это сказать, она колебалась.

В конце концов, именно Сун Юньсюань подняла эту тему: "Отношения между Мисс Гу Чанлэ и председателем Шао очень близки, не так ли?”

Шао Сюэ неловко кивнула: "Это сложнее, чем мы думали.”

Взгляд на лице Сун Юньсюань все еще был очень спокоен: “Тебе не нужно беспокоиться об этом. Гу Чанлэ и Гу Чанге - не настоящие сестры. Даже если Шао Тяньцзе имеет тесные отношения с Гу Чанлэ, тебе не нужно чувствовать себя слишком обеспокоенной из-за этого.”

С другой стороны телефона, Шао Сюэ не могла не сжать кулаки. В ее глазах был намек на сочувствие: “Хотя Гу Чанге мертва, если бы она знала, что ее приемная сестра сразу же переспала с ее мужем, она должна была бы чувствовать себя ... очень грустно.”

Глаза Сун Юньсюань наполнились мраком: “Более того, она может быть слишком разъярена, чтобы умереть.”

Шутливый тон Сун Юньсюань немного удивил Шао Сюэ: "Юньсюань, мне действительно нужно переезжать в особняк Гу и смотреть, как они проявляют свою привязанность каждый день?”

Сун Юньсюань кивнула: "Да, тебе нужно помнить, что он может жить в особняке Гу и иметь его сейчас, потому что он убил твоих родителей. Другими словами, он наступил на кости твоих родителей, чтобы добраться туда.”

Шао Сюэ замолчала. Спустя довольно долгое время она сказала: “Мои родители не захотят, чтобы он наступал на кости других людей, чтобы добиться успеха.”

Сун Юньсюань никак на это не отреагировала. Она услышала, как Шао Сюэ добавила: "Я помогу своим родителям преподать Шао Тяньцзе урок.”

Сун Юньсюань прищурилась. Есть некий урок, который люди не выучат, если им не причинят серьезного вреда.

Как и Шао Тяньцзе, он получил Гу от Гу Чанге, но в конце концов испытывал глубокую ненависть к ней. Было недостаточно, что он забрал у нее все. Он тоже хотел ее жизнь.

Она ненавидела его так сильно, что не могла спокойно умереть.

Поэтому она хотела сказать ему, что он не может отнимать у других драгоценные вещи так, как ему хочется.

***

Когда Шао Сюэ пришла в офис на следующий день, было уже десять часов. Сяо Хонг подошла поприветствовать ее: “Я слышала, что ты переехала.”

Она кивнула: "Да, я переехала в дом моего брата.”

Сяо Хонг восхищалась: "Лом председателя Шао из Гу через дорогу?”

Шао Сюэ кивает: "Да.”

Сотрудники офиса все выражали свои поздравления Шао Сюэ. В результате они попросили Шао Сюэ организовать ужин, чтобы отпраздновать.

Сяо Хонг обвиняла: "Ты слишком хитрая. Когда ты переехала, ты не дарила ей подарки. Теперь ты настолько бесстыдна, что просишь Шао Сюэ заплатить за твой ужин!”

Сяо Ван в офисе шутила: "Если она кто-то другой, мы не можем спросить. Но она же Шао Сюэ! Видите ли, двоюродный брат Шао Сюэ - это не кто иной, как Шао Тяньцзе, довольно богатый человек!”

Держа ее чашку с водой и прислонившись к стене, Сяо Тао рядом прервала: "Председатель Шао - не обычный человек. Если мы хорошо поладим с его двоюродной сестрой, то в будущем сможем получить высокую зарплату, работая у Гу через дорогу.”

Сяо Хонг ругалась: "Теперь, когда вы думаете таким образом, как насчет того, чтобы упаковать вещи и подать заявку на работу в Гу прямо сейчас?”

Толпа разразилась хохотом.

В конце концов, сотрудники офиса решили поужинать в ресторане под названием «Ваш Анжу» на улице Фуронг, Тяньцяо-Роуд.

Думая, что это может стоить ей почти месячной зарплаты, Шао Сюэ чувствовала себя расстроенной. Но тот факт, что так много коллег готовы сопровождать ее, поднимал ей настроение.

С тех пор как умерли ее родители, она уже давно не чувствовала себя такой счастливой.

Прежде чем отправиться, кто-то в офисе позвонил Сун Юньсюань. Но она отказалась.

Когда они прибыли на улицу Фуронг, они внезапно обнаружили, что автомобиль Чу ждет на светофоре.

Человек, предположительно водитель Гу, вышел вперед и спросил их: “Вы работаете в журнале Фаньсин?”

Сяо Хонг кивнула: "Да, это так.”

Мужчина улыбнулся: "Чайлд Чу сказал мне спросить, будет ли Мисс Юньсюань обедать с вами сегодня вечером.”

Человек, который звонил Сун Юньсюань раньше, быстро ответил: "О, Мисс Сун отказалась и сказала, что есть что-то еще, что ей нужно сделать сегодня.”

Услышав его слова, Сяо Хонг не могла дождаться, чтобы разорвать его рот.

Сун Юньсюань обычно просила персонал не говорить другим людям, что журнал Фаньсин принадлежит ей.

Увидев, что Сяо Хонг сердится, водитель быстро ушел, не спрашивая больше.

Когда водитель сел в роскошный классический автомобиль Rolls-Royce, они начали задаваться вопросом, сидит ли там единственный ребенок семьи Чу, легендарный Чайлд Чу.

Этот вопрос очень беспокоил. Когда они прибыли в ресторан, они начали заказывать еду.

Сяо Хонг ругала этого длинноязыкого сотрудника: "Никто не будет считать вас тупым, даже если вы не говорите. Вы можете говорить после того, как тщательно подумаете?”

Этот сотрудник выглядел расстроенным.

Шао Сюэ рядом с Сяо Хонг хотела утешить: "Чайлд Чу хорошо ладит с Юньсюань. Это не вызовет проблем.”

Сяо Хонг еще не успокоилась: “Что, если он причинит нам неприятности?”

Сидя у окна, они увидели синий спортивный автомобиль порше, проезжающий рядом.

Молодая сотрудница, увлекшийся роскошным спортивным автомобилем, закричала: "Посмотрите на машину! Так здорово!”

Сотрудники, которые были немного старше, просто взглянули на машину, а затем отвернулись. Только те молодые девушки, которые мечтают когда-нибудь выйти замуж за богатого человека, смотрели в окно.

Машина остановилась. Из неё вышел мужчина.

Несколько женщин покачали головами: "Какой красавец!”

- Такой солидный!”

- Так элегантно!”

- Какая нежность!”

- Эмм? Женщина, которая выходит из машины, выглядит такой знакомой.”

Это привлекло внимание Сяо Хонг и Шао Сюэ. Наконец они вдвоем встали и протиснулись поближе, чтобы посмотреть на женщину за окном.

Она одета в юбку, пару черных кожаных ботинок и большое красное кашемировое пальто, модно и оживленно. С ее светлым лицом и черными волосами, она выглядела очаровательной и милой в такой холодный день.

Мужчина подошел к ней, чтобы что-то сказать. Затем он обнял ее за плечи и поцеловал в брови. После этого он наблюдал, как она входит в главный вход ресторана.

Им потребовалось некоторое время, чтобы среагировать на то, что произошло. Затем кто-то удивленно спросил: “Это Мисс Сун, верно?”

Шао Сюэ и Сяо Хонг кивнули: "Да.”

Как и ожидалось, только через несколько десятков секунд официант открыл дверь и провел Сун Юньсюань внутрь.

- Мисс Сун, сюда, пожалуйста.”

Сун Юньсюань вошла.

Все сотрудники в комнате смотрели на нее с недоумением.

Сун Юньсюань улыбнулась: "Что случилось, вы меня не приветствуете?”

Сяо Хонг ответила первой: "Вовсе нет, мы очень хотели, чтобы вы пришли.”

Затем Шао Сюэ сразу же потянула ее к главному сиденью: "Сегодня это мое угощение. Поскольку вы не часто ужинаете с нами, на этот раз вы заказываете первой.”

Сун Юньсюань вскоре оказалась в окружении сотрудников журнала. Нахмурившись, она заказала несколько блюд из меню. Затем она посмотрела в горящие глаза других людей: "Почему вы смотрите на меня так, словно собираетесь съесть?”

Одна сотрудница, примерно того же возраста, что и Шао Сюэ улыбнулась: "Босс, человек, который послал вас сюда…”

“Это мой жених.”

Хотя ее голос не громкий, все слышали его отчетливо.

Несколько молодых сотрудниц во взгляде отразилось разбитое сердце. Они ревновали, и решили тоже найти красивого мужчину, чтобы выйти замуж.

Эта трапеза закончилась раньше, чем они думали. Шао Сюэ и Сяо Хонг сидели слева и справа от Сун Юньсюань соответственно.

Когда они разговаривали, другие сотрудники уже начали обсуждать какие-то незначительные вещи. Только, когда Сун Юньсюань собралась уходить, они, наконец, подняли главную тему - поздравление Шао Сюэ с переездом в особняк Гу.

Сун Юньсюань дала Шао Сюэ красный конверт с деньгами, мягко улыбаясь: "Поздравляю с переездом в новый дом.”

"Юньсюань, я не могу принять твой красный конверт, пожалуйста …”

“Держи его.”

Сун Юньсюань не дала ей шанса отказаться. Попрощавшись с другими, она ушла.

Этот приморский город столкнулся с холодным фронтом несколько дней назад. В эти дни стало очень холодно.

Когда Сун Юньсюань вышла, воздух, который она выдыхала, становился белым. Она закрывает рот руками, чтобы хоть как-то защититься от холода.

Вдруг кто-то обнял ее сзади.

Мужчина закутал ее в свое пальто и мягко сказал: “Я думал, что ты останешься там еще на некоторое время.”

Сун Юньсюань ответила, не поднимая головы: "Ты ждал меня снаружи. Я не могу позволить тебе ждать слишком долго.”

“Я не буду возражать. Если уже поздно, ты можешь переночевать у меня.”

Сун Юньсюань покачала головой: "Спасибо, но нет.”

Услышав, что она отвергает его, и видя, что она завернута в его пальто, не двигаясь, Чу Мочен нежно поцеловал ее ухо.

Сон Юньсюань хотела избежать поцелуя, потому что она знала, что этот человек собирается сделать некоторые другие вещи.

Однако этот человек больше ничего не сделал, а просто внезапно спросил: “Как ты думаешь, пойдет ли снег этой зимой?”

Вспомнив, что снег в Юньчэне выпадает только раз в семь-восемь лет, Сун Юньсюань ответила: “Наверное, нет.”

Чу Мочен держал ее в своих объятиях и смотрел на черное небо: "Если пойдет снег, позволь мне взять тебя поесть горячего и пряного Чаошоу, хорошо?”

Сердце Сун Юньсюань на секунду перестало биться, и она вспомнила сцену, которую почти забыла.

В тот год ей исполнилось шестнадцать. Семья Гу и семья Чу сотрудничали в первый раз. Это была очень холодная зима, и шел снег.

Чу Мочен представлял семью Чу для подписания контракта. После того, как они обменялись контрактом, они пожали друг другу руки из вежливости.

Когда она уже собиралась уходить, Чу Мочен вдруг спросил: "Я слышал, что горячий и пряный Чаошоу залива Сима хорош на вкус, вы хотите попробовать?”

Гу Чанге, которая в то время был молодой, но зрелой, без колебаний отказалась. Она никогда не ела в этом месте. Она ответила: "Я уже заказала ресторан под названием «Babaorou» на улице Чаньань.”

Подразумевалось, что она не хотела есть придорожную еду.

В глазах Чу Мочена мелькнуло разочарование.

Теперь она передумала. Похоже, что в том юном возрасте она уже была ослеплена деньгами.

Но, что касалось Чу Мочена, то он не потерял себя. Он знал, что в этом мире есть что-то еще, кроме денег.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 64. Погубить репутацию ГУ Чанге

Когда Шао Сюэ закончила ужин и хотела вернуться, было уже десять часов вечера.

Шао Тяньцзе уже сделал три звонка.

Последний звонок был сделан десять минут назад. Шао Сюэ пила вино, и у нее кружилась голова.

Шао Сюэ снаружи поддерживали люди. Сяо Хонг не пила слишком много. Видя, что Шао Сюэ шатается, Сяо Хонг гладила ее по лицу: “Шао Сюэ, проснись.”

Шао Сюэ махнула рукой: "Я могу пить еще!”

Кто-то сказал: "Госпожа Сяо, Шао Сюэ напилась. Лучше найти кого-нибудь, чтобы отправить ее домой. Теперь уже слишком поздно и ей небезопасно возвращаться одной.”

Когда они разговаривали, спереди раздался звук автомобильного клаксона.

Шао Сюэ заметила машину и повернулась, чтобы посмотреть на нее, только чтобы обнаружить, что автомобиль немного знаком.

Когда она снова посмотрела на него, то увидела красивого мужчину в черном длинном пальто и очках в золотой оправе, выходящего из машины.

Затем он нахмурился и бросился к ней.

Сяо Хонг была немного шокирована и сразу же сказала: “Господин Шао, зачем вы пришли сюда?”

“Я звонил Шао Сюэ, но она не отвечала.”

В то время как он говорил с другими, он протянул руку, чтобы поддержать Шао Сюэ, которая собиралась споткнуться.

Сяо Хонг неловко улыбнулась: "Я не знаю, почему, но Шао Сюэ не могла перестать пить сегодня вечером. Мы изначально хотели отпраздновать ее переезд в новый дом. Тем не менее, она оказалась в состоянии алкогольного опьянения.”

Шао Тяньцзе вежливо кивнул: "Спасибо, что позаботились о ней, сейчас я отправлю ее домой. Будьте осторожны по пути домой.”

Сяо Хонг кивнула и наблюдала, как Шао Тяньцзе держал Шао Сюэ, которая шаталась, сел в мерседес и затем уехал.

Женщины-служащие в задней комнате все завидовали: "Почему мы видели так много золотых холостяков сегодня вечером?”

“И у них у всех есть подружки.”

Сяо Хонг слушала обсуждение этих молодых людей и вздыхала.

***

Шао Сюэ действительно много выпила. Раньше она немного пила, но на этот раз не могла удержаться, чтобы не выпить еще несколько чашек.

Когда Шао Тяньцзе вытягивал ее из машины, Шао Сюэ наклонилась и её вырвало, вероятно, из-за того, что её укачало в машине.

Шао Тяньцзе нахмурился, и на его красивом лице появились холод и беспомощность.

Вытерев ей губы салфеткой, он повел ее к дому.

Однако Шао Сюэ еще не успокоилась. Когда она шла, то протянула руку и закричала: "Давай! Давайте выпьем, чтобы пригласить Луну!

Она потянулась к небу, когда говорила это.

Шао Тяньцзе был нетерпелив и собирался вытащить свою руку. В следующую секунду Шао Сюэ закричала: "Папа, мама! Я бы хотела предложить тост за вас! На небесах, пожалуйста, благословите меня и моего брата Тяньцзе.”

Шао Тяньцзе на некоторое время остановил свои руки. Его глаза помрачнели: "Шао Сюэ, ты пьяна. Будь тише. Я провожу тебя наверх.”

Услышав его голос и повернув голову, она повела себя так, словно только что нашла его. Она бросается к нему в объятия и заплакала, как брошенный ребенок: "Брат! Брат! Где ты был все эти годы? Знаешь ли ты, что я искала тебя много лет? Мама и папа мертвы! Мне так страшно... мне так страшно!”

Она плакала так душераздирающе, и ее голос проникал в пятиэтажное здание.

Услышав этот звук, домашние слуги подошли посмотреть, что происходит.

Шао Тяньцзе обнимал Шао Сюэ и нежно гладил ее по спине: "Ну вот, я вернулся.”

“Ты не знаешь? - Он гладил Шао Сюэ, но она схватила одежду у него на груди. Ее глаза были полны слез, и она спросила: “Брат, ты не знаешь? Мои родители умерли. Они ведь мертвы, понимаешь?”

Шао Тяньцзе считал, что Шао Сюэ сильно пьяна.

Помахав рукой, он позволил слугам, которые пришли, вернуться первыми.

Одна из них отказалась идти и спросила с беспокойством: “Господин Шао, Мисс Шао Сюэ начала говорить пьяные разговоры. Пожалуйста, позвольте мне отправить ее обратно в комнату, чтобы она отдохнула. Вы пойдете к Мисс Чанлэ.”

Шао Тяньцзе небрежно ответил: "Шао Сюэ пьяна, и ты не знаешь, как о ней заботиться. Я сам позабочусь о ней.”

Служанка, видя, что Шао Тяньцзе настаивает, замолчала и вышла.

Однако служанка не вернулась в свою комнату, а пошла в комнату Гу Чанлэ.

Служанка тихо сказала ей: ”Господин Шао настоял на том, чтобы позаботиться о Мисс Шао Сюэ самостоятельно, я... "

Видя ее неловкий вид, ГУ Чанлэ нахмурилась со страшным взглядом и смела горячее молоко на землю.

Служанка была потрясена.

Грудь Гу Чанлэ вздымалась, а глаза сжимались. Со злым взглядом она сказала: "Не будь такой глупой! Убери мусор...”

Услышав ее слова, служанка наклонилась, чтобы собрать осколки. Но она случайно поранила пальцы во время уборки и издала низкий крик.

Гу Чанлэ холодно сказала: "Ты такой бесполезный человек.”

Сказав это, она вышла с накинутым на плечи свитером.

Шао Сюэ была сильно пьяна. Поддержанная Шао Тяньцзе, она отказывалась ложиться спать. Вместо этого она крепко сжимала руками рукава Шао Тяньцзе и смотрела на него с открытыми глазами. Она спрашивала его: "Брат. Брат, ты не знаешь, как умерли мои родители?”

Шао Тяньцзе вздохнул. На его лице не было ни нетерпения, ни жалости, ни сострадания.

Шао Сюэ пристально посмотрела на него, и он попытался успокоить ее: “Ложись и отдохни. Ваши родители будут покоиться с миром, видя, что вы живете хорошей жизнью.”

Шао Сюэ заплакала и покачала головой: "Нет, нет. Они не будут покоиться с миром. Ты же не знаешь. Ты этого не видел. Когда они умерли, их глаза были широко открыты. Я помогла им закрыться, но они не хотели.”

Шао Тяньцзе пристально смотрел на Шао Сюэ, не говоря ни слова. Кажется, что он хотел найти что-то в глазах Шао Сюэ.

Под его пристальным взглядом глаза Шао Сюэ наполнились слезами, и она замолкла.

Но атмосфера становилась серьезной и опасной.

Точно так же, как леопард смотрит на ягненка, пока он находит лазейку, он разорвет ягненка на куски.

Когда они смотрели друг на друга, Шао Сюэ, кажется, была зафиксирована Шао Тяньцзе.

В тишине внезапно зазвонил телефон Шао Сюэ.

Шао Тяньцзе нахмурился и посмотрел на мобильный телефон Шао Сюэ.

Свет на экране мигал. Шао Сюэ на некоторое время была шокирована, и она посмотрела на телефон.

Но она просто смотрела на него нокаутированная алкоголем. Даже если телефон продолжал звонить, она не хотела отвечать на него.

Шао Тяньцзе взял трубку, и вскоре раздался знакомый женский голос: "Шао Сюэ?”

Шао Тяньцзе легко распознал голос: "Шао Сюэ пьяна и уже отдыхает. Я - брат Шао Сюэ, Шао Тяньцзе.”

"Господин Шао, - Сун Юньсюань слегка улыбнулась и извинилась, - я ушла немного раньше, поэтому не смогла позаботиться о Шао Сюэ. Она что, пьяная?”

Шао Тяньцзе посмотрел в пустые глаза Шао Сюэ: "Она просто немного ошеломлена и говорит тарабарщину.”

Сун Юньсюань снова спросила его: "Мне нужно навестить ее? В последнее время она кажется несчастной.”

Шао Тяньцзе отказался: "Нет, Шао Сюэ заснула. Когда она проснется, я попрошу ее перезвонить тебе.”

Сун Юньсюань кивнула: "Извините, что беспокою вас, чтобы заботиться о Шао Сюэ.”

Шао Тяньцзе кивнул и пожелал ей спокойной ночи, прежде чем положить телефон на прикроватный столик.

Шао Сюэ по-прежнему лила слезы, не говоря ни слова. Шао Тяньцзе посмотрит на нее и коснулся ее волос, успокаивая: “Не плачь. Хотя твои родители умерли, я буду хорошо заботиться о тебе.”

Шао Сюэ посмотрела на него со слезами и не смогла сказать ни слова.

За дверью послышались легкие шаги.

Слезы в глазах Шао Сюэ продолжали течь вниз. Шао Тяньцзе попытался вытереть слезы с ее лица. Однако Шао Сюэ внезапно бросилась в его объятия и обняла его за талию.

Это действие произошло слишком внезапно, поэтому Шао Тяньцзе немного опешил.

Гу Чанлэ стояла снаружи комнаты. Ее веки судорожно подергивались, а руки невольно сжимались в кулаки.

Когда Шао Тяньцзе вернулся, было уже 11 часов вечера. Он пропах запахом вина от Шао Сюэ.

Гу Чанлэ шмыгнула носом, подняла глаза и мягко улыбнулась в его объятиях. - К счастью, от тебя пахнет вином. Если бы это были женские духи, я бы сошла с ума.”

Шао Тяньцзе задумчиво посмотрел на нее: “Ты испортила лицо Хань Руцзя из-за этого?”

Гу Чанлэ нахмурилась и выпрямилась из его объятий: “Ты обвиняешь меня?”

Шао Тяньцзе покачал головой: "Нет.”

Гу Чанлэ смягчилась и прижалась к его рукам: “Я не была ни с одним мужчиной больше десяти лет. Я только хочу быть с тобой, ты знаешь, что я чувствую?”

“Мне совсем не нравится Хан Руцзя, так что тебе не о чем беспокоиться.”

Гу Чанлэ прошептала: "Разорение лица Хань Руцзя не было бесполезным. По крайней мере, это позволило Гу Чанге победить Венеру.”

"Но теперь мы были укушены обратно из-за этих вещей.”

Глаза Гу Чанлэ были прекрасны, но немного порочны: "Тяньцзе, подумай об этом. Все думают, что Гу Чанге - хорошая женщина, легенда в коммерческом мире, хороший помощник своего мужа и хорошая мать. Она - идеальный человек, когда появляется на публике. Однако сегодня Йи Сяонин и Хань Руцзя совместно дают показания против ГУ. Это покажет общественности, что Гу Чанге на самом деле порочная женщина с хорошей внешностью.”

Шао Тяньцзе бросил пристальный взгляд на Гу Чанлэ, которая улыбалась в его объятиях.

Гу Чанлэ продолжила: "Вы можете использовать эту возможность, чтобы раскрыть обратную сторону Гу Чанге всем, так что старые акционеры Гу не будут использовать ее, чтобы подавить вас. Разве я не права?”

Шао Тяньцзе схватил Гу Чанлэ за подбородок и заставил ее посмотреть на него: "Ты хочешь погубить ее репутацию?”

Гу Чанлэ тихо сказала: "Она уже мертва. Когда люди умирают, от них ничего не остается. Репутация для нее бесполезна.”

Шао Тяньцзе разжал пальцы один за другим, а Гу Чанлэ обняла его за талию: “Подумай хорошенько, Гу Чанге всегда была эгоистичным человеком. Она никогда не думала о твоих чувствах. Теперь ты взял на себя Гу. Ты можешь получить эту позицию, полностью свергнув Гу Чанге. Видишь ли, Йи Сяонин и Хань Руцзя уже показались. Это хорошая возможность разрушить репутацию Гу Чанге и позволить другим увидеть, насколько она была ядовита.”

Гу Чанлэ сказала это и не смогла удержаться от улыбки. В ее глазах постоянно горел злобный огонек.

Гу Чанге была полна славы, когда она была жива. Однако Гу Чанлэ хочет, чтобы она была печально известна и презиралась публикой, когда она была мертва!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 65. Пристрастность отца

После того, как Шао Сюэ проснулась на следующий день, она почувствовала головокружение. Когда она спустилась вниз, чтобы поесть, она встретила Гу Чанлэ за обеденным столом.

Гу Чанлэ одарила ее нежной и чудесной улыбкой: "Спустись вниз и позавтракай. Сегодня утром есть консервированное яйцо и свиное ассорти. У него очень хороший вкус.”

После этого она приказала слуге рядом с ней: “Пойди и дай Шао Сюэ миску отвара.”

Слуга бросилась к миске с вареной говядиной.

Шао Тяньцзе уже некоторое время ел. Увидев, что Шао Сюэ подошла, он попросил ее сесть: "Как ты себя чувствуешь сейчас? Чувство похмелья – это не очень хорошо, верно?”

Шао Сюэ коснулась ее головы и почувствовала себя смущенной: "Мне действительно стыдно. Вчера я была пьяна. Разве я доставила кому-нибудь неприятности?”

Шао Тяньцзе еще ничего не сказал, а Гу Чанлэ заговорила первой: "Моя дорогая сестра, о чем ты говоришь? Тяньцзе - твой старший брат. Ты просто была пьяна и не причинила бы никаких проблем.”

Шао Сюэ посмотрела на Шао Тяньцзе и извинилась: "Прости, брат, я случайно вчера слишком много выпила. Я больше не буду пить. Тебе не нужно беспокоиться.”

Она подняла руку и дала обещание. Гу Чанлэ покачала головой с улыбкой: "Молодые девушки очень энергичны. Вы снова становитесь энергичными после ночного сна. Разве я не права, Тяньцзе?”

Шао Тяньцзе посмотрел на Гу Чанлэ и кивнул.

Гу Чанлэ положила бутерброд на тарелку Шао Сюэ: "Что за родня тебе Тяньцзе?”

Шао Сюэ повернулась, чтобы посмотреть на Шао Тяньцзе, который только что закончил есть сэндвич. Он выпил горячее молоко из чашки и ответил: “Она родственница моей матери.”

Гу Чанлэ кивнула и внимательно посмотрела на лицо Шао Сюэ: “Это правда, что ты не похожа на Тяньцзе.”

Шао Тяньцзе снова сказал: "Она моя дальняя родственница. Потому что мы жили рядом, когда были молоды, поэтому мы очень хорошо знакомы друг с другом.”

Гу Чанлэ задумчиво кивнула: "Вот почему вы двое не похожи.”

Шао Тяньцзе закончил трапезу и надел пальто. Перед уходом он спросил Шао Сюэ: "Ты уже закончила свой завтрак? Я отправлю тебя на работу.”

Шао Сюэ быстро запихнула оставшийся бутерброд в рот и вышла из-за стола: “Подожди минутку. Я собираюсь взять свою сумку.”

Фигура Шао Сюэ отпечаталась в глазах Гу Чанлэ. В ее глазах застыла непреходящая холодность.

Шао Тяньцзе задумчиво посмотрел на Гу Чанлэ, но Гу Чанлэ быстро показала нежную улыбку.

Когда она улыбнулась, она была нежна и добра, как будто холодность - это просто иллюзия.

Шао Сюэ встретилась с Шао Тяньцзе. Когда они приехали в компанию, были коллеги, которые приходили и спрашивали ее, хорошо ли она себя чувствует, так как она слишком много выпила вчера вечером.

Шао Сюэ отвечала, что чувствует себя очень хорошо. Она заходила в офис Сун Юньсюань несколько раз и видела, что внутри никого нет.

В последний раз, она встретила Сяо Хонг в дверях.

Сяо Хонг показала ей план журнала в ее руке: “Это проект журнала, который мы недавно сделали по просьбе Мисс Сун. Мисс Сун сказала, что тема – элитные мужчины города. Как насчет мужской элиты, которых я выбрала для первого выпуска?”

Шао Сюэ открыла и обнаружила, что около семи человек - это все мужчины, которые находятся на вершине различных отраслей в Юньчэне. Был элитный юрист, который быстро пришел к власти после появления, молодой архитектор в строительной отрасли и популярная звезда в развлекательном кругу, наследник компании, который только что вернулся из-за рубежа, молодой пианист, художник, который вернулся из-за рубежа и таинственный музыкант с низким профилем.

Шао Сюэ посмотрела на фотографии этих людей и кивнула: “Все они очень хорошие люди.”

Сяо Хонг согласилась: “Я думаю, что да, Мисс Сун сказала, что этот журнал можно назвать “Men’s Wear”. Наши целевые читатели - это мужчины, а затем уже женщины.”

Шао Сюэ улыбнулась: "Всем этим красивым элитам будут завидовать мужчины. Только женщины будут покупать его и читать.”

“Это не относится к тем, у кого есть муж.”

“Они могут скрыть свою покупку.”

Сяо Хонг и Шао Сюэ радостно обсуждали новый журнал, но все равно не могли не сменить тему на Сун Юньсюань.

“Как она поживает в последнее время?”

Сяо Хонг вернулась к теме разговора: "Мисс Сун не появлялась в офисе в последнее время. Она связывается со мной и рассказывает мне все процессы. Я слышала, что семья Сун в последнее время немного запуталась. Лучше бы Мисс Сун вообще никуда не выходила. И вещи о Венере очень чувствительны для Мисс Сун.”

Многие люди знали, что Чу дал Венеру Сун Юньсюань.

Теперь кто-то хочет обелить Венеру. Первое, о чем все думают, это - кто за этим стоит.

Осмеливаясь провоцировать Гу и иметь Гу в качестве противника, это не может быть маленькая компания.

Все считали само собой разумеющимся, что Чу тайно планирует, и некоторые из инсайдеров Гу также были непоколебимы в своей вере, что Чу принимает Гу как бельмо на глазу.

Однако только Сяо Хонг и Шао Сюэ знали, что тем, кто запланировал все это и ввел всех в заблуждение, чтобы иметь Чу в качестве зачинщика, на самом деле являлась Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань взяла под свой контроль этот огромный заговор, но была способна оставаться в стороне от этого, когда это стало чувствительной темой.

Причина не в чем ином, как в том, что она была хороша в убийстве человека одолженным ножом.

И так как нож был взят взаймы, всё, что она может делать - это наблюдать за изменениями.

В этот момент, конечно же, она не вернется, чтобы покрасоваться. Это было бы хлопотно для нее, чтобы люди узнали, что Сун Юньсюань не невинна.

Сяо Хонг нахмурилась и вздохнула: "Это трудно для Мисс Сун. Если она не спрячется сейчас, люди будут подозревать ее. Она не в состоянии справиться с врагами со всех сторон.”

Семья Сун рассматривает ее как инструмент для брака, потому что Чу имеет большую власть в Юньчэне.

Если она не выйдет замуж за члена семьи Чу, и что-то пойдет не так, они ей не помогут.

Она должна держаться в тени.

Сяо Хонг и Шао Сюэ знали об этом деле, поэтому все они держали рот на замке.

Тем не менее, Сун Юньсюань внимательно наблюдала за своей семьей.

Сун Юньцян поговорил с Сун Яном о своей догадке, что Шао Тяньцзе повернулся против Гу Чанге, а затем убил её. Он думал, что Сун Ян будет недоволен этим и сделает ему выговор, когда он будет говорить об этом.

Однако, выслушав его слова, он просто задумался на некоторое время и спросил его: “Кто это сказал?”

Сун Юньцян ошеломленно сказал: “Это только мое предположение.”

Сун Ян был немного нетерпелив: "Тебе трудно подумать об этом.”

Когда Сун Юньцян услышал его, он почувствовал, что его отец завуалировано похвалил его. Но он также явно пренебрегал им.

Сун Ян некоторое время молчал, затем сказал так, как будто только что подумал об этом: “Вещи других людей не имеют к нам никакого отношения. Мы можем заботиться только о себе.”

“Но, папа, теперь у Гу есть такая проблема, и он не может предоставить веские доказательства, чтобы доказать, что они подставлены. Значит, это должно быть правдой. Если мы продолжим следовать Гу, понесем ли мы потери? ”

Сун Ян был очень проницателен: "Ты имеешь в виду, что мы должны отказаться от Гу и обратиться к поддержке Чу?”

Сун Юньцян не отрицал: "Нет никаких сомнений, что Юньсюань станет одним из семьи Чу, потому что у них есть только один сын. После того, как Юньсюань выйдет хамуж, мы не можем проявлять пристрастие к Гу.”

Сун Ян сказал с усмешкой: "Ты думаешь, что в этом нет никаких сомнений. Однако другие так не думают. Похоже, что Юньсюань собирается стать одной из семьи Чу, но сможет ли она сделать это или нет, зависит от ее судьбы.”

Сун Юньцян сделал глубокий вдох: "Это более вероятно, чем женитьба Юньцзя и Шао Тяньцзе.”

Сун Юньцян не очень верил в Шао Тяньцзе: "Если Шао Тяньцзе действительно убил Гу Чанге, то он не будет хорошо относиться ни к кому. Гу Чанге родила ему двух детей, дала ему статус и всё Гу. Если он убил даже такого человека, будет ли он хорошо относиться к Юньцзя?”

Сун Ян нахмурился: "Заткнись!”

Получив упрек от своего отца, Сун Юньцян замолчал.

Сун Ян предупредил его: "Как ты можешь быть уверен, что Шао Тяньцзе убил Гу Чанге? Ты не должен рассказывать другим об этом без каких-либо доказательств. Брак между Шао Тяньцзе и Юньцзя все еще возможен. Семья Сун будет продолжать заключать контракт с Гу. Что касается Чу, то мы должны поддерживать хорошие отношения с ними поверхностно.”

“Но, папа, мы должны сделать выбор между Чу и Гу.”

Сун Ян не согласился с ним: “В этом деловом мире нет никаких твердых отношений. Мы всегда выбираем ту сторону, которая подходит нам.”

Лично он проявлял пристрастие к своей старшей дочери Сун Юньцзя.

Что касается Сун Юньсюань, то она всего лишь инструмент для заключения брака.

Если бы в то время не было необходимости в возвращении дочери, которая имеет четкое происхождение из семьи Сун, то у Сун Юньсюань не было бы шанса вернуться из Цинчэна всю свою жизнь.

Сун Юньцян знал, что его отец придает большее значение его сестре Сун Юньцзя. Поскольку ум его отца был настроен решительно, он больше ничего не говорил.

Сун Юньсюань начала бегать трусцой каждое утро. Она вставала в шесть часов, пробегала пять километров и возвращалась около семи часов.

Сун Юньцян очень беспокоится о ней и все еще посылал людей, чтобы посмотреть на нее.

Увидев утром газету, она удивилась: "Почему после стольких дней мы все еще позволяем этим двум людям говорить глупости?”

Сун Юньцян фыркнул: "Идет процесс подготовки к разбирательству о мошенничестве, и Шао Тяньцзе только начал. Я думаю, что он не справился хорошо с отношениями внутри Гу. Как они могут объединиться, чтобы сражаться против других?”

Сун Юньсюань сказала: "Я действительно не понимаю, что происходит в этом деловом кругу. Когда Чайлд Чу повел меня той ночью, он сказал, что после того, как мы поженимся, он хочет, чтобы я родила ему ребенка. После того, как я выйду замуж, я не смогу контролировать Венеру. Так что мне нужна твоя помощь, брат.”

Сун Юньцян выслушал ее слова, остановил свои действия и посмотрел на Сун Юньсюань, которая улыбалась: “После того, как вы поженитесь, Венера, естественно, будет возвращена Чу.”

Сун Юньсюань покачала головой и положила свою руку с обручальным кольцом на стол: “Чайлд Чу сказал, что это свадебный подарок для меня. Я - дочь семьи Сун. Конечно, я должна передать его семье Сун после свадьбы с Чу Моченом.”

Сун Юньцян услышал эти слова, и был немного шокирован.

Но он больше ничего не сказал: “Ты должна поддерживать хорошие отношения с Чайлдом Чу, чтобы не быть похожей на свою сестру, которая вышла замуж в другую семью и всегда имеет проблемы.”

Сун Юньцян говорил о Сун Юньин. Сун Юньсюань нахмурилась и спросила его: “Старший брат, сестра не возвращалась уже несколько дней, это потому, что у шурина роман?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 66. Я хочу, чтобы ты ушла от него

Сун Юньцян нахмурился: "Ты должна навестить свою вторую сестру, когда будешь свободна.”

Однако, сказав это, Сун Юньцян почувствовал, что его слова бесполезны, потому что для Сун Юньин она как бельмо на глазу.

Зная, что с ней обращаются как с бельмом на глазу, Сун Юньсюань, вероятно, не захочет посещать свою сестру добровольно.

Неожиданно, но Сун Юньсюань согласилась: "Старший брат, я собираюсь навестить сестру сегодня днем. Ты как думаешь?”

Сун Юньцян уже не мог остановить ее от посещения. Но он беспокоился, что Сун Юньин будет сердиться за то, что её приняли за шутку после того, как она увидит Сун Юньсюань. Он сказал: "Я подброшу тебя.”

Они доели свой завтрак в хорошем настроении.

Сун Юньцян утром отправился на работу в компанию семьи Сун. Он не возвращался к обеду в полдень. Во второй половине дня он сказал Сун Юньсюань, что отвезет ее в семью Сюэ, чтобы навестить ее сестру.

После обеда Сун Юньсюань получила звонок от Чу Мочена.

Голос Чу Мочена был привлекателен своим магнетизмом. Сняв трубку, она задумалась о том, почему он ей звонит.

Однако он заговорил о Гу напрямую.

“Как ты себя сегодня чувствуешь?”

“Не плохо.”

“Ты хорошо поработала с Венерой.”

Держа телефон, Сун Юньсюань вернулась в свою комнату: “Это правда.”

“Но ты же не превратила это в идеальное убийство чужим ножом.”

Сун Юньсюань немного удивилась. Затем Чу Мочен продолжил: "Если Шао Тяньцзе немного изменит свою цель, Гу Чанге станет единственным козлом отпущения в деле разрушения репутации Венеры.”

Сон Юньсюань улыбнулась: "Не волнуйся слишком сильно. Я очень ценю Мисс Гу. Хотя она и мертва, я не стану портить ее репутацию.”

Чу Мочен кивнул: "Это хорошо.”

Сун Юньсюань повесила трубку первой, не прощаясь. Прислушиваясь к гудкам в телефоне, Чу Мочен слегка покачал головой: "Она ревнует?”

Ронг Шестой, который стоял в стороне, как бродячий призрак, сказал: "Конечно, женщина не примет того, что ее мужчина заботится о другой женщине.”

То, что сказал Ронг Лю, на самом деле было правильно.

Потому что Сун Юньсюань не единственная, кто заботился об этом, Гу Чанлэ заботилась гораздо больше, чем она.

Когда Шао Сюэ пришла домой во второй половине дня, она вошла вместе с Шао Тяньцзе.

Гу Чанлэ ставила ужин на стол. Увидев их, она улыбнулась: “Добро пожаловать домой.”

Они оба кивнули ей в ответ.

Еда хорошо пахла. Шао Сюэ счастливо улыбнулась: "Еда кажется очень вкусной.”

ГУ Чанлэ мягко посмотрела на Шао Тяньцзе: "Я приготовила еду лично. Вымойте руки и садитесь есть.”

Шао Сюэ вернулась в свою комнату, положила вещи и пошла в ванную, чтобы вымыть руки. Проходя мимо окна, она увидела, что большой плавательный бассейн снаружи осушен. Она стояла там неподвижно.

Это типичный пример того, что все изменилось с тех пор, как один человек ушел.

Гу Чанге умерла, и ее дом был изменен до неузнаваемости. В течение недели бассейн, вероятно, исчезнет.

Шао Тяньцзе тоже вымыл руки и пришел. За обеденным столом Гу Чанлэ убрала свои черные волосы за уши и представила блюда: “Это цыпленок Кунг Пау. Вы должны быть знакомы с этим блюдом. Я добавила еще немного сахара. Я не уверена, нравится вам это или нет.”

Шао Сюэ взяла немного для Шао Тяньцзе: “Старший брат, попробуй это.”

Шао Тяньцзе взял кусочек и съел.

Гу Чанлэ тут же сжала кулаки, и ее глаза наполнились гневом.

Но тут же Шао Тяньцзе кивнул: "Это вкусно. Чанлэ, попробуй это.”

Сказав это, он выбрал немного для Гу Чанлэ.

Немного шокированная, Гу Чанлэ попробовала.

Вкус действительно хорош.

Затем она представила другие блюда. Шао Сюэ больше не предлагала еду Шао Тяньцзе. После еды она была удовлетворенной и похвалила стряпню Гу Чанлэ.

Гу Чанлэ мягко улыбнулась: "Ты готовишь?”

Шао Сюэ покачала головой: "Я не научилась готовить, потому что не нашла человека, которого люблю.”

Гу Чанлэ задумчиво посмотрела на Шао Тяньцзе: “Я научился готовить, чтобы убить время. В прошлом моя сестра никогда не готовила. Иногда Тяньцзе и двое детей были голодны, и тогда они выходили, чтобы поесть. Я не думаю, что это хорошо для них, поэтому я научилась готовить.”

Она говорила о двух детях, что привлекло внимание Шао Сюэ: "Дети?”

Шао Тяньцзе закончил трапезу и вытер губы салфеткой. Его движения были изящны: "Это Гу И и Мяомяо. После смерти Чанге я отправил их в детский сад-интернат, потому что я слишком занят и у меня нет времени, чтобы заботиться о них. Они приезжают домой раз в месяц.”

Шао Сюэ посмотрела на улыбку Гу Чанлэ и немного занервничала.

Хотя Шао Тяньцзе являлся отцом двух детей, он все еще отказывался сопровождать своих детей из-за Гу Чанлэ.

Увидев, что Гу Чанлэ и Шао Тяньцзе собираются посидеть некоторое время после еды, Шао Сюэ поднялась наверх.

Закончив свою работу, принесенную из офиса, она не ложилась спать до 9 часов вечера.

Почувствовав жажду, она спустилась в столовую, чтобы выпить немного воды.

Было неожиданно, что в девять часов, когда вся семья уже спит, Гу Чанлэ все еще сидела на стуле в столовой.

Когда Шао Сюэ вошла, она удивилась. Видя, что у Гу Чанлэ отсутствует её обычная улыбка, она немного странно сказала: “Сестра Чанлэ, что ты здесь делаешь?”

“Я не могу уснуть.”

“А где же мой брат?”

Если с ней будет Шао Тяньцзе, она не скажет, что не может спать.

Как и ожидалось, Гу Чанлэ сделала короткую улыбку и посмотрела на нее: “У Тяньцзе есть что-то, с чем нужно иметь дело. Ему позвонили и он ушел.”

Взяв воду, Шао Сюэ собиралась попросить Гу Чанлэ пойти спать.

Гу Чанлэ постучала по столу и сказала ей жестко, словно приказывая: "Мне так скучно. Поговори со мной немного.”

Шао Сюэ подумала, Гу Чанлэ сегодня странная.

Раньше она была человеком, который не мог говорить без улыбки. В свете, который так же холоден, как свет луны, ее лицо выглядело зловеще.

Шао Сюэ выдвинула стул и села.

Перед Гу Чанлэ стоял стакан молока, которое казалось холодным.

Шао Сюэ сказала: "Ты только что выписалась из больницы. Пить холодное молоко вредно для твоего здоровья. Я помогу тебе разогреть молоко.”

Гу Чанлэ отказалась: "Я не собираюсь пить молоко. Я здесь, чтобы поговорить с тобой.”

Шао Сюэ смутилась: "Что ты хочешь мне сказать?”

- Я хочу, чтобы ты кое-что сделала. - Гу Чанлэ холодно посмотрела на нее.

Шао Сюэ внезапно напряглась: “Что?”

Глаза Гу Чанлэ стали мягкими, но ее слова были чрезвычайно холодны: “Я хочу, чтобы ты ушла от него.”

- Он? - Шао Сюэ была совершенно сбита с толку.

- Шао Тяньцзе.

Шао Сюэ недоумевала: "Почему?”

- Без причины, - Гу Чанлэ посмотрела на нее с презрением. Она достала чековую книжку из низкого шкафчика рядом с обеденным столом. Затем она открыла колпачок ручки, собираясь писать, - Сколько ты хочешь, чтобы оставить его добровольно?”

Шао Сюэ усмехнулась: "Мисс Гу, вы не можете так мной командовать. Если вы хотите, чтобы я ушла, пусть Шао Тяньцзе скажет мне. Я буду следовать его словам.”

Сказав это, она встала, желая уйти.

Но вдруг на Шао Сюэ выплескивается белая жидкость.

Когда Шао Сюэ заметила это, весь стакан холодного молока уже был опрокинут на неё.

Гу Чанлэ встала и презрительно посмотрела на нее. - Я сказала, что хочу, чтобы ты ушла, поэтому ты должна уйти.”

На мгновение Шао Сюэ почувствовала себя крайне неловко и сердито.

Рассердившись, она хотела дать Гу Чанлэ пощечину.

Однако, успокоившись за пять секунд, она полностью поменяла свое мнение.

Ее мокрые от молока волосы прилипли ко лбу, но глаза блестели. Она щурилась на Гу Чанлэ: "Мисс Гу, вы сердитесь, потому что мой брат относится ко мне хорошо. Разве я не права?”

Гу Чанлэ, которая снова повернулась к ней, ненадолго замолчала: “Когда-нибудь я тебя выгоню.”

Шао Сюэ улыбнулась: "Ну, я буду ждать этого.”

Сун Юньсюань была права. Гу Чанлэ - это действительно вирулентная* женщина с добрым внешним видом.

Но на этот раз она, кажется, слишком быстро разоблачила себя.

Почему?

Она делает это только потому, что Шао Тяньцзе хорошо к ней относится?

Она действительно ревнивая женщина.

Выйдя из столовой, Гу Чанлэ вернулась в свою комнату. Но когда она просто легла спать, она почувствовала боль в своем сердце.

Она нахмурилась, медленно положила руки на сердце и сказала: "Сестра, тебе тоже больно?”

Сердце Гу Чанге билось в ее груди, но Гу Чанге была мертва.

Думая об этом факте, она не могла удержаться от улыбки: “Сестра, я в конечном итоге выиграю игру после стольких лет.”

Да, Гу Чанге мертва.

Шао Тяньцзе наконец-то принадлежит ей.

Однако, поскольку Шао Тяньцзе уже принадлежал ей, как она может позволить другой женщине забрать его?

Шао Сюэ его двоюродная сестра?

Они дальние родственники?

Они совсем не похожи друг на друга. Она не верила, что эта девушка по имени Шао Сюэ является родственницей Шао Тяньцзе.

У этой девушки должны быть какие-то скрытые цели. Шао Сюэ, должно быть, хочет забрать Шао Тяньцзе, человека, с которым она была вместе после стольких лет ожидания.

“Я никому не позволю забрать его.”

Она мрачно смотрела вперед: "Никому.”

Другие могут подумать, что она порочна и ревнива, но это не имеет значения. Она не будет отрицать этого, потому что она действительно такой человек.

Никто не знал, что она чувствовала, когда смотрела на мужчину, которого она любит, в браке с другой женщиной в течение 12 лет.

Никто не знал, как она была печальна и ревнива, когда видела, как любимый ею мужчина целует другую женщину прямо перед ней.

Она ждала Шао Тяньцзе двенадцать лет, пропустив свои лучшие годы. Наблюдая, как он счастливо живет с другой женщиной день за днем, год за годом, она чувствовала боль, когда ее сердце было словно пронзено ножом.

Наконец, Гу Чанге умерла, и она забрала своего мужчину у Гу Чанге.

Как она могла позволить молодой девушке так легко разрушить все ее кропотливые планы?

Нет, определенно нет.

Теперь она хотела убить девушку по имени Шао Сюэ.

____________________________________________________________

* вирулентный (лат. virulentus - ядовитый) (мед.). Обладающий ядовитой болезнетворной силой (о микробах).

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 67. Родители Сюэ Тао

Когда Сун Юньсюань прибыла в семью Сюэ, Сун Юньин слушала музыку и казалась расслабленной.

Сун Юньцян пришел поговорить с ней: “Юньин, я пришел навестить тебя с Юньсюань.”

Взглянув на прислугу дома, Сун Юньин улыбнулась и приветствовала их. - Большой Брат, это так мило с твоей стороны, что ты навещаешь меня, когда так занят.”

Сун Юньцян кивнул, сел и посмотрел на Сун Юньсюань: "Юньсюань беспокоится, что ты в плохом настроении, поэтому мы пришли, чтобы составить тебе компанию.”

Сун Юньин считала ее бельмом на глазу с тех пор, как Сун Юньсюань вошла в дом. Но сейчас она не в семье Сун, где она выросла, а в семье Сюэ. За ее словами и поступками в семье Сюэ будут следить окружающие слуги.

Эти проклятые слуги сразу же расскажут о каждом ее проступке, и это заставит ее родственников, которые не удовлетворены ею, так как она вышла замуж, еще больше не любить от нее.

Она устала от семьи Сюэ, потому что она должна быть осторожна, когда она делает каждый шаг.

Однако, поскольку она вышла замуж, она не может получить развод.

В противном случае, это оскорбление для семьи Сун, и это также сделает насмешку над ней самой.

Видя, что ее сестра стала более внимательной в семье Сюэ, Сун Юньсюань призвала своего старшего брата: “Старший брат, не забудь забрать меня вечером. Может быть, сестра пригласит меня поужинать с ней, так что тебе не нужно приходить слишком рано.”

Сун Юньцян кивнул и встал: “Я не могу сопровождать тебя, потому что мне нужно кое-что сделать. Ты можешь поговорить с Юньсюань. Не запирай все внутри. Это не очень хорошо для твоего здоровья.”

Сун Юньцян заботился о Сун Юньин только потому, что они выросли вместе.

Так как Сун Юньсюань уже пришла, она не могла прогнать ее, она кивнула и отправила своего старшего брата, чтобы уйти.

Сун Юньсюань оглядывалась вокруг после того, как Сун Юньцян ушел: "Ты одна дома? А где же дядя Сюэ и тетя Сюэ?”

Сун Юньин первоначально хотела сказать: "Ты думаешь, что они так же ленивы, как и ты?" Однако, когда она собиралась произнести это, она посчитала, что это неуместно в семье Сюэ.

Она ответила косвенно: “Твой шурин в эти дни уехал по делам, поэтому они все пошли в компанию.”

Услышав, что родителей Сюэ Тао нет дома, Сун Юньсюань почувствовала себя более непринужденно и улыбнулась: “Ты не шутишь? Вчера я слышал от брата, что он встретил шурина в Санментайе.”

Санментай - это бизнес-отель в городе Юньчэн. И назван он в честь горы Санментай, расположенной поблизости.

Все в Юньчэне знают, что Санментай - это место развлечений для плейбоев. Он предоставляет им универсальные развлечения, такие как купание, массаж, питье, караоке и маджонг.

По сравнению с баром «Yese» в центре Юньчэна, этот Санментай еще более загадочен.

Услышав о Санментайе, Сун Юньин сжала кулаки. Она выглядела разъяренной, как и ожидалось.

Сун Юньсюань вздохнула и положила свою руку на тыльную сторону ладони Сун Юньин: “Сестра, не вини шурина. Ты знаешь, что человек будет просто рассматривать это как игру и не будет относиться к ней серьезно.”

Сун Юньин не сказала ни слова, но скрежетала зубами.

Сюэ Тао не прикасался к ней с того дня, как она вышла замуж, не говоря уже о том, чтобы спать с ней.

Она могла смириться с тем, что Сюэ Тао играет на улице. Однако в последнее время он зашел слишком далеко.

В прошлом вокруг Сюэ Тао было много женщин. Однако уже через неделю они ему надоедали. С тех пор как Чжан Сяо соблазнила Сюэ Тао месяц назад, Сюэ Тао не устал от нее до сих пор.

Сун Юньин была очень раздражена и даже начинала задаваться вопросом, будет ли Чжан Сяо угрожать ее статусу.

Видя, что Сун Юньин отказывается взять на себя инициативу, чтобы сказать о Сюэ Тао, Сун Юньсюань улыбнулась и спросила: “Мой маленький племянник был непослушным в последнее время?”

Сун Юньин почувствовала себя очень неудобно в гостиной. Глядя на улыбку на лице Сун Юньсюань, она вдруг сказала: "Я сделала пару маленьких носков для него. Пойдем ко мне в комнату и посмотрим.”

Сун Юньсюань поддержала Сун Юньин, чтобы встать: "Ты умна и ловка, поэтому вещи, которые ты соткала, определенно хороши. Дайте-ка подумать.”

Сун Юньин считала, что Сун Юньсюань также хорошо притворяется доброй.

Они поднимались наверх, как будто они действительно были близко. Когда они вошли в комнату Сун Юньин, Сун Юньин выдернула свою руку из рук сестры. Она сердилась: "Как ты можешь смеяться надо мной?”

Сун Юньсюань закрыла дверь и мягко заперла ее, войдя внутрь: “Сестра, ты приняла меня за такого плохого человека. Я действительно просто пришла навестить тебя.”

Сун Юньин усмехнулась: "Ты действительно пришла посмеяться надо мной.”

Сун Юньсюань прошла по спальне Сун Юньин и открыла шторы в спальне, позволяя солнцу осветить комнату: “Даже если ты спишь одна, тебе не нужно закрывать шторы весь день. Ты не должна допустить, чтобы о семейном скандале узнали другие люди.”

Как только она закончила, Сун Юньин рассердилась: “Какого черта ты здесь делаешь?”

Сун Юньсюань повернулась, чтобы посмотреть на свою сестру, и ее улыбка исчезла: “Сестра, твоя мать уехала за границу после того, как ты вышла замуж. И она не вернулась до сих пор. Ты чувствуешь себя одинокой, да?”

Сун Юньин кусала губы, не говоря ни слова. То, что сказала Сун Юньсюань - это нормально.

В начале, она дала Сун Юньсюань 80 миллионов юаней. Это все сбережения, которые они с матерью скопили в семье Сун в течение многих лет. Хотя это не было сделано достойным образом, они зависели от них, когда ее мать постареет.

Однако, они были обнаружены Сун Юньсюань. Столько лет прошло, ее мать и Сун Ян были равнодушны друг к другу. Теперь они потеряли 80 миллионов юаней. Она боялась, что когда семья Сун проверит аккаунт, они найдут что-то не так и накажут ее и мать.

Поэтому ее мать поспешно уехала за границу. Она отдала своей матери все деньги, которые она собрала в семье Сюэ после того, как она забеременела.

Она одна в семье Сюэ. Единственное, на что она может положиться - это компания, контролируемая ее братом и сестрой.

Но теперь компания, ее старший брат и сестра, никто из них не сможет помочь ей, если что-то случится.

Единственное, на что она может положиться - это на себя.

Правильно будет сказать, что она находится в изоляции.

Видя, что Сун Юньин не произносит ни слова, Сун Юньсюань повернулась, чтобы посмотреть книги о беременности в комнате: "Сестра, ты очень обеспокоена этим ребенком, верно? Ты купила так много книг.”

Сун Юньин почувствовала слабость. Она на четвертом месяце беременности и ей неудобно перемещаться. Она очень осторожна, чтобы не случилось чего-нибудь плохого с ребенком. Как только этот ребенок родится, у нее будет хорошая поддержка в семье Сюэ.

Она была очень сердита, потому что у Сюэ Тао был роман с Чжан Сяо. Она потеряла аппетит на несколько дней, и ей не с кем было поговорить. Что она может сделать, кроме чтения?

Увидев, что Сун Юньин держится за талию, Сун Юньсюань заботливо пришла ей на помощь: “Почему у тебя такая тяжелая враждебность ко мне? Я не могу начать свой собственный журнал без твоей помощи. Сестра, ты помогла мне, и я помогу тебе.”

Последнее предложение очень тонкое.

Сун Юньин, поддерживаемая ею, чтобы сесть, невольно посмотрела ей в глаза: “Что ты имеешь в виду, говоря это?”

“Я имею в виду его буквальный смысл.- Она невинно улыбнулась.

Сун Юньин понимала ее подтекст. Когда она хотела вытащить свою руку обратно, Сун Юньин внезапно схватила ее за руку: “Юньсюань, хотя мы не ладим друг с другом, мы одной крови, если ты можешь мне помочь……”

Сун Юньсюань подняла руку и приложила палец к губам Сун Юньин. Ее глаза вдруг стали немного ярче: "Сестра, эту мысль надо держать в голове, а не во рту.”

Сун Юньин посмотрела на ее лицо и внезапно поразилась. Что-то постепенно распространилось в ее сердце. Сун Юньсюань заставила ее почувствовать себя немного озябшей.

“Что ты хочешь делать?”

Сун Юньсюань покачала головой: "Сестра, я ничего не хочу делать.”

“Тогда почему же ты ... …”

Сун Юньсюань схватила Сун Юньин за руки и смотрела на свадебную фотографию, висящую над кроватью: “Сестра, это нормально, что есть женщины, которые влюбляются в зятя, потому что он выдающийся. Дело не в том, что я хочу сделать, а в том, что ты хочешь сделать.”

Вспоминая Сун Юньсюань, Сун Юньин нахмурилась: "Я беременна сейчас, что я могу сделать?”

“Как могут помочь тебе другие, если ты сама не можешь помочь себе?”

“Но…”

Видя, что она колеблется, Сун Юньсюань улыбнулась: “Сестра, независимо от того, что ты хочешь сделать, у тебя должен быть помощник. То же самое и с делом шурина-зятя. Когда твои родственники вернутся домой, чтобы поужинать? Я хочу поужинать с ними.”

Сун Юньин посмотрела на выражение лица Сун Юньсюань и сделала паузу на мгновение, прежде чем сказать: “В пять часов.”

Сун Юньсюань действительно ждала до пяти часов.

В шесть часов родители Сюэ Тао вернулись из компании на машине. Услышав, что младшая дочь семьи Сун приехала навестить свою сестру, они оба удивились.

Сун Юньсюань болтала с Сун Юньин. Услышав, что кто-то возвращается, она быстро встала и сказала: “Дядя Сюэ, тетя Сюэ, вы вернулись.”

“Это и есть Юньсюань?" Отец Сюэ Тао указал на Сун Юньсюань и спросил Сун Юньин.

Сун Юньин кивнула: "Да, папа.”

Отношения между семьей Сюэ и семьей Сун были не очень близкие. Хотя они являются родственниками, родители Сюэ первоначально не соглашались с замужеством Сун Юньин в семье Сюэ. Они не должны были хорошо относиться к Сун Юньсюань.

Увидев Сун Юньсюань, они с встретили её с энтузиазмом. "Мисс Сун действительно хорошенькая. Неудивительно, что Чайлд Чу влюбился в Мисс Сун с первого взгляда." Мать Сюэ Тао посмотрела на Сун Юньсюань и похвалила ее.

На самом деле, Сун Юньсюань очень хорошо знала, что семья Сюэ всегда хотела сотрудничать с Чу, но Чу были безличны, и ставка всегда была справедлива.

Теперь, видя невесту Чу Мочена, они хотели знать, может ли эта невеста помочь им.

Они ходили вокруг да около, когда разговаривали с Сун Юньсюань, так как большая часть интереса была связана с Чу.

Когда они ужинали, Сун Юньсюань потянулась за едой, и кольцо истинной любви на ее пальце немного шокировало их.

“Мисс Сун, это то самое кольцо, которое вам подарил Чайлд Чу?”

Сун Юньсюань улыбнулась и ответила: "Да. Он дал его, чтобы позабавить меня.”

Она сказала это спокойно. Тем не менее, это поразило родителей Сюэ Тао.

Обычные люди могут купить только одно такое кольцо на всю жизнь. Он дал его ей только для того, чтобы позабавить?

Эта маленькая девочка действительно скромна и невинна.

Однако именно ее невинность может принести им некоторую пользу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 68. Посещение Хань Руцзя

Родители Сюэ Тао много говорили с Сун Юньсюань во время ужина.

Сун Юньсюань всегда отвечала с улыбкой, что заставляло родителей Сюэ Тао иметь хорошее впечатление о ней.

Когда они ели фрукты после ужина, Сун Юньсюань выбрала лонган и отложила его в сторону: “Ты слишком неосторожна, сестра. Как беременная женщина может есть лонган?”

После этого она небрежно спросила мать Сюэ Тао: “Я права, тетя?”

Мать Сюэ Тао сразу же бросила лонган, который взяла со стола Сун Юньсюань, в корзину для мусора рядом с ней. Она позвала и обвинила слугу: "Как ты можешь так поступать? Юньин беременна, и как вы можете выбирать фрукты так небрежно? Может она съесть лонган?”

Слуга быстро забрала тарелку: "Я сейчас же поменяю некоторые фрукты. Мне очень жаль, госпожа Сун.”

Сун Юньин не сердилась на это, а просто вежливо кивнула.

Сун Юньсюань положила нарезанные яблоки на небольшую тарелку и поставила перед Сун Юньин: “Моя вторая сестра слишком небрежна. Она ведет себя так же дома, поэтому мой папа сказал, что моя старшая сестра издевалась над ней, когда она была ребенком.”

Родители Сюэ Тао улыбнулись: “Юньцзя стала очень нежной, когда выросла.”

Сун Юньсюань кивнула: "Но моя вторая сестра не изменилась. Будет ли второй шурин издеваться над моей сестрой?”

Отец Сюэ Тао сразу же стал отрицать: "Это невозможно. После того, как люди поженятся, мужчина всегда будет хорошо заботиться о своей жене. Он может запугать любого, кроме своей жены, не говоря уже о том, что Юньин все еще носит ребенка семьи Сюэ.”

Сон Юньсюань кивнула: "Верно, Мочен тоже мне так сказал.”

Родители Сюэ Тао улыбались. Но тут же Сун Юньсюань спросила: "А где второй шурин? Разве он не вернулся?”

Отец Сюэ Тао был немного смущен. Мать Сюэ Тао быстро ответила: "Сюэ Тао занят своим бизнесом. Он сказал, что сам воспитает своего сына. Мы не можем помешать ему зарабатывать деньги для собственного ребенка.”

” Шурин действительно хороший муж, - сказала Сун Юньсюань, - если есть что-то в бизнесе шурина, чем я могу помочь, пожалуйста, дайте мне знать.”

Услышав это, родители Сюэ Тао сразу же рассмеялись. И тема напрямую перешла от Сун Юньин и Сюэ Тао к официальному бизнесу.

“Я слышал, что Чайлд Чу только что захватил землю для научно-технического проекта в Юньчэне. Интересно, Чайлд Чу уже выбрал, какая компания будет строить этот проект?”

Сун Юньсюань некоторое время выглядела шокированной: “Я не могу вам этого сказать. Он сказал, что это коммерческая тайна. Я не могу раскрывать никакой информации до принятия решения.”

Услышав это, глаза родителей Сюэ Тао стали яркими.

В ее словах была большая лазейка. Первая половина предложения показывала, что секрет не может быть раскрыт. Последняя часть этого предложения случайно указывала на то, что этот вопрос ещё не был урегулирован.

Отец Сюэ Тао воспользовался случаем, чтобы сказать: “Юньсюань, твоя вторая сестра вышла замуж в семью Сюэ и стала хозяйкой нашей семьи Сюэ. Вся семья Сюэ будет принадлежать твоей второй сестре. Вы должны помочь нам с Чайлдом Чу. Мы также намерены принять участие в тендере на строительство этого научно-технического проекта.”

Сун Юньсюань пообещала: "Я сделаю это. Это будет подарок для моего племянника.”

Она сказала это небрежно, но родители Сюэ Тао были в восторге.

Когда Сун Юньсюань собиралась уходить, они все еще планировали.

Сун Юньсюань пошутила, когда прощалась: "Дядя, тетя, вам нужно напомнить моему шурину, чтобы он пораньше приходил домой, чтобы другие женщины с дурными намерениями не забрали его у моей второй сестры. Моя вторая сестра не может победить других женщин.”

Лицо отца Сюэ Тао стало серьезным: "Сюэ Тао не сделает этого. Если он это сделает, мы сначала накажем его. Сюэ Тао будет иметь только твою сестру в качестве жены на всю жизнь. Мы не будем принимать других женщин.”

Сун Юньсюань кивнула: "Сестра, ты видишь, дядя и тетя так добры к тебе.”

Сон Юньин кивнула и показала почти истинную улыбку.

Сун Юньсюань заставила этих родственников стать ее сторонниками.

Пока родители Сюэ Тао чувствуют, что она полезна семье Сюэ, они будут защищать ее. Как только она станет бесполезной, они больше не будут ее защищать.

Теперь родители Сюэ Тао думают, что ее младшая сестра собирается стать богатой и влиятельной. Они будут хорошо относиться к ней и принимать ее, потому что они хотят ездить на фалдах Сун Юньсюань.

После того, как Сун Юньсюань ушла, Сун Юньин сказала: "Папа, мама, Юньсюань - это просто маленькая девочка перед Чайлдом Чу. От ее слов не будет никакой пользы. Вам лучше не питать больших надежд.”

Мать Сюэ Тао была счастлива: "Твоя младшая сестра так мила, что неудивительно, что она так нравится Чайлду Чу.”

“Она слишком невинна. Боюсь, что ее слова не смогут изменить мнение Чайлда Чу.” Она чувствовала себя неловко, когда говорила, что Сун Юньсюань невинна.

Сун Юньсюань не имела ничего общего с невинностью.

Отец Сюэ Тао покачал головой: "Я думаю, что Чайлд Чу очень любит ее. Ее слова должны быть полезны.”

Сун Юньин покачала головой, но ничего не сказала двум старикам, так как они были обмануты Сун Юньсюань.

В 12 часов ночи Сюэ Тао вернулся к своим родителям.

Впервые в своей жизни он спал вместе с Сун Юньин на одной кровати.

Однако, чувствуя сильный запах чужих женских духов на Сюэ Тао, Сун Юньин была очень сердита.

Пролежав в постели всю ночь без сна, она вышла на следующий день очень рано с ее беременным животом.

Сун Юньсюань отправилась в журнал в тот же день, когда вышла Сун Юньин. Она обнаруживает, что группа людей, которая следовала за ней, внезапно исчезла.

В журнале лицо Шао Сюэ было бледным. Сун Юньсюань оставалась в своем офисе всё утра.

Когда Сун Юньсюань собиралась уходить во второй половине дня, Сяо Хонг внезапно пришла: "Мисс Сун, Гу провели пресс-конференцию о клевете Венеры. Они утверждают, что Гу Чанге подкупила Йи Сяонин и Хань Руцзя самовольно, когда она была у власти.”

“А как отреагировали Йи Сяонин и Хань Руцзя?”

Сяо Хонг покачала головой: "Они еще не ответили.”

“Они действительно хотят, чтобы Гу Чанге взяла на себя всю ответственность”, - вздохнула Сун Юньсюань и встала: “Сяо Хонг, вы ведете машину. Давай навестим Хань Руцзя.”

Они надели пальто, выходя через заднюю дверь и сели в машину. Прежде чем они выехали с парковки, их остановила Шао Сюэ.

Сяо Хонг опустила стекло автомобиля: "Зачем ты сюда пришла? Тебе надо было пойти домой.”

“Я хочу пойти с вами.”

Сяо Хонг повернулась, чтобы посмотреть на Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань кивнула: “Пусть.”

Шао Сюэ в конце концов села в машину, но она не заговорила сразу.

Видя, что выражение ее лица немного неестественно, Сун Юньсюань спросила ее: “Ты чувствуешь себя комфортно, живя в особняке Гу?”

Шао Сюэ неловко улыбнулась: "Гу Чанлэ меня не любит.”

Сун Юньсюань смотрела в окно: "Это нормально. Она легко поддается ревности. Если она воспитывает собаку, то это должен быть самец собаки. Это единственный способ сделать ее спокойной. Это естественно для нее, чтобы не любить вас, потому что женщина внезапно появилась в ее доме.”

“Но я же сестра Шао Тяньцзе.”

Сун Юньсюань улыбается: "Вы настоящие родственники?”

Шао Сюэ тут же закрыла рот.

Сун Юньсюань спросила ее: "Сколько Гу Чанлэ дала тебе, чтобы ты покинула особняк Гу?”

Шао Сюэ очень удивилась: "Откуда ты знаешь, что она дала мне чек?”

Сун Юньсюань ответила не задумываясь: "У Гу Чанлэ есть только Шао Тяньцзе и ее деньги. Она не может отдать тебе Шао Тяньцзе. Так что, она может использовать только деньги, чтобы позволить тебе уйти.”

То, что сказала Сун Юньсюань, абсолютно верно, и заставляет Шао Сюэ чувствовать себя немного странно: “Почему ты так хорошо ее знаешь?”

“Я знаю ее, потому что только что познакомилась с ней.”

Шао Сюэ не понимала, что означает это предложение.

Сун Юньсюань больше не объясняла это, потому что она знала, что это значит. Она привыкла считать Гу Чанлэ нежной и доброй девушкой в последние десять лет, пока не увидела Гу Чанлэ в ее истинном цвете в день своей смерти.

Гу Чанлэ умеет скрывать свое внутреннее желание, когда сталкивается с трудностями. Она даже притворялась доброй больше десяти лет.

В какой-то степени она такая же, как Шао Тяньцзе. Они оба сдержанны.

Тем не менее, цель Гу Чанлэ состоит в том, чтобы изгнать женщин вокруг Шао Тяньцзе, а затем полностью завладеть Шао Тяньцзе.

Цель Шао Тяньцзе - избавиться от Гу Чанге, а затем взять под свой контроль Гу.

На поверхности один человек получает выгоду от любви, а другой - любовь ради выгоды.

Но что такое истина?

Она все еще не может полностью разобраться в этом.

Они покинули Юньчэн и устремились к восточным пригородам.

В то же время, роскошный автомобиль Гу также мчался в сторону восточных пригородов.

В роскошном автомобиле ГУ Чанлэ спокойно любовалась пейзажем за окном. Увидев здания в восточных пригородах города, которые вот-вот будут снесены, Гу Чанлэ вздохнула: “Тяньцзе, ты знаешь, когда я был молода, я жила с мамой в таком же ветхом доме?”

Шао Тяньцзе вел машину и смотрел на дорогу впереди. Он просто посмотрел в окно и сказал: “Дом, в котором ты сейчас живешь, в сто раз лучше, чем эти дома.”

Брови Гу Чанлэ растянулись: "Моя сестра жила в таком хорошем доме с тех пор, как она родилась, в то время как я вернулась к Гу, когда был подростком.”

“Она единственный ребенок жены Гу Юна.”

“Она так много лет гордилась тем, что является дочерью жены Гу Юна.”

Шао Тяньцзе ничего не сказал.

Гу Чанлэ больше не разговаривала. Глядя на мелькающую за окном уличную сцену, она улыбнулась: “Я не знаю, сколько Хан Руцзя захочет на этот раз.”

“Если она узнает правду, то, вероятно, не станет просить денег.”

Гу Чанлэ рассмеялась над ним: "Тяньцзе, в этом мире деньги могут решить любую проблему. Гу Чанге была такой могущественной только потому, что у нее были деньги и удача.”

В настоящее время у нее есть все, что было у Гу Чанге. И у нее могут быть те же деньги и удача, что и у Гу Чанге.

Гу Чанлэ прожила двадцать девять лет. И она никогда не могла сравниться с Гу Чанге.

С того дня, как она вошла в особняк Гу и увидела, что вся эта огромная семья принадлежит Гу Чанге, она почувствовала, что мир несправедлив.

Почему все принадлежит Гу Чанге, и почему у нее ничего нет?

Ей приходится терпеть это, потому что у нее нет хорошего отца с властью?

Она вынуждена терпеть это, потому что ее мать не является прекрасной леди?

Нет, она не готова принять это.

Она должна получить то, чем владела Гу Чанге.

Она не только хотела получить все, что принадлежало Гу Чанге, но и хотела разрушить Гу Чанге.

Даже если Гу Чанге умерла, она погубит её репутацию.

Ее руки бессознательно сжались в кулаки. Глядя на пейзаж за окном, она невольно сощурила глаза.

Уже в полдень они добрались до места, где живет Хан Руцзя.

Гу Чанлэ вышла из машины и посмотрела на затянутое тучами небо. Она чувствовала себя немного раздраженной.

Однако Шао Тяньцзе удержал ее за плечи руками и прошептал: “Что ты скажешь, когда встретишь Хань Руцзя?”

Гу Чанлэ улыбнулась: "Успокойся. Если другие смогут подкупить ее, чтобы она дала показания против Гу Чанге, я также смогу убедить ее нацелиться на Гу Чанге.”

Она была уверена, что справится с Хань Руцзя.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 69. Аудио-доказательства

Гу Чанлэ тихонько постучала в дверь.

Внутри раздались шаги.

Гу Чанлэ нахмурилась и усмехнулась: "Эффект звукоизоляции этой двери действительно плохой. Разве люди, которые подкупили ее, не дали ей чек или наличные?”

Шао Тяньцзе не ответил и просто смотрел на дверь.

Будучи заблокированным его очками в золотой оправе, никто не видел мрачности в его глазах.

Он думал, что причина, по которой Хань Руцзя вышла вперед и дала показания против Гу, определенно не только из-за пустого чека.

Он гадал, кто поручил ей давать показания.

За дверью отчетливо послышалось шлепанье тапочек. Веки Гу Чанлэ внезапно судорожно сжались в тот момент, когда открывалась дверь.

Затем она закричала: "Цзяцзя!”

Она прикрыла рот ладонью и посмотрела на Хань Руцзя. Она сразу же начала плакать, как будто она увидела старого друга после стольких лет и не могла контролировать себя, потому что смешанные чувства пришли к ней.

Хань Руцзя посмотрела на Гу Чанлэ широко раскрытыми от шока глазами. Но она постепенно успокоилась и повернулась, чтобы посмотреть на Шао Тяньцзе позади Гу Чанлэ.

В последний раз, когда она видела Шао Тяньцзе, ему было 29 лет. Теперь, 3 года спустя, Шао Тяньцзе был все еще красивым и элегантным джентльменом.

На Хань Руцзя нахлынул поток чувств.

Кажется, что за одно мгновение прошло уже много лет. Она помнила очень многое.

Она посмотрела на Шао Тяньцзе спокойно, без всякой ненависти. В конце концов, она даже показала легкую горькую улыбку: "Вы меня ищете?”

Шао Тяньцзе кивнул: "Я ищу тебя.”

Хань Руцзя не сразу отступила в сторону от входной двери, со слабой улыбкой на своем уродливом лице, она посмотрела на Гу Чанлэ: “Чанлэ, ты пришла ко мне одна или с Тяньцзе?”

Хань Руцзя все еще дружелюбна с Гу Чанлэ после стольких лет.

Гу Чанлэ рассеянно ответила: “Конечно, я пришла, чтобы увидеть тебя с Тяньцзе.”

Хань Руцзя иронически улыбнулась: "Я помню, Шао Тяньцзе, кажется, женился на твоей сестре Гу Чанге? Уместно ли тебе оставаться с твоим шурином весь день?”

Гу Чанлэ была шокирована, потому что это был первый раз, когда ее предупредили другие.

Другие люди обычно не говорили с ней так прямо. Они даже лебезили перед ней из-за Шао Тяньцзе.

Видя, что она шокирована, Хань Руцзя улыбнулась и посмотрела на Шао Тяньцзе: “Шао Тяньцзе, войди один и позволь своей невестке подождать снаружи.”

“Цзяцзя?”

Хань Руцзя подняла руку: "Гу Чанлэ, не называй меня так. Тебе лучше подождать снаружи, потому что я не гожусь тебе в друзья с таким уродливым лицом.”

Сказав это, Хань Руцзя посмотрела на Шао Тяньцзе: “Не хочешь ли войти?”

Шао Тяньцзе кивнул и вошел: “Извините, что беспокою вас.”

“Нет, я ждала тебя много лет.”

Услышав это, Гу Чанлэ позади Шао Тяньцзе внезапно сжала кулак. Ее глаза были так холодны, что люди, наблюдающие за ней, могли бы почувствовать, словно их ужалили.

После того, как Шао Тяньцзе вошел в дверь, он повернулся, чтобы посмотреть на Чанлэ: “Ты не в добром здравии. Не стой за дверью, иди к машине и жди меня. Я найду тебя сразу же после разговора.”

Он обращался с ней нежно и ласково, как с ребенком.

Услышав его голос и увидев выражение его лица, Гу Чанлэ медленно разжала пальцы.

Ее бесстрастное лицо было похоже на цветущую белую розу. Она показала мягкую улыбку: "Ну, выходи пораньше.”

Услышав ее слова, Хань Руцзя усмехнулась и закрыла потрепанную дверь изнутри.

Гу Чанлэ заскрежетала зубами, желая немедленно разорвать Хань Руцзя на части.

Хотя Хань Руцзя была изуродована, она очень любила Шао Тяньцзе в течение многих лет.

Она действительно беспокоится о том, что они останутся вдвоем!

……

Комната за дверью опрятная и аккуратная. Хотя большая часть мебели изношена, владелец очень тщательно ухаживал за мебелью.

Шао Тяньцзе высокий. Он не садится сразу же после того, как вошел в комнату. Вместо этого он посмотрел на Хань Руцзя и спросил ее: “Как ты поживаешь последние несколько лет?”

“Из-за того, что ты сделал со мной, я скорее умру, чем буду жить.- Сказав это, она указала на диван. - Садись, пожалуйста, хочешь чаю или кофе?”

Шао Тяньцзе горько улыбнулся: "Ты плохо выглядишь. Употребление чая и кофе приводит к бессоннице. Ты должна пить кипяченую воду или молоко.”

‘Я дам тебе немного кофе.- Хань Руцзя произвольно решает и наклоняется, чтобы поставить перед ним чашку растворимого кофе.

Шао Тяньцзе не побрезговал этим. Он сделал глоток из кружки, а затем перешел к сути: “Ты, должно быть, очень нас ненавидишь.”

“Нас? - Хань Руцзя рассмеялась. “О ком ты говоришь?”

“Я имею в виду нас с Чанге.”

Хань Руцзя села на диван напротив Шао Тяньцзе: "Почему ты не думаешь, что я ненавижу Гу Чанлэ?”

“В прошлом, только Гу Чанге смогла бы сделать это, но ты сомневаешься в Чанлэ?”

Хань Руцзя посмотрела на него, и улыбка на ее лице почти исчезла: “Это дело Гу Чанге, что она хочет быть козлом отпущения Гу Чанлэ. Я вольна ненавидеть того, кого хочу.”

"Теперь ГУ принадлежит не Гу Чанге и не Гу Чанлэ, а мне. Ты хочешь сделать мне больно?”

“Моя любовь к тебе никогда не менялась, и я никогда не думала о том, чтобы причинить тебе боль.”

“Тогда почему ты делаешь это сейчас?…”

“Я делаю это, потому что давно тебя не видела. Если бы я этого не сделала, ты бы пришел ко мне?”

Шао Тяньцзе внезапно нахмурился.

Хань Руцзя с улыбкой дотронулась до ее лица: "Разговор с кем-то вроде меня, кто так уродлив, должно быть, оскорбляет тебя, и это вызывает у тебя тошноту, верно?”

Шао Тяньцзе вздохнул: "Нет, я сожалею, что не остановил Чанге, чтобы сделать это с тобой.”

Хань Руцзя улыбнулась: "Все в порядке. Я все еще могу выздороветь, потому что она обещала отправить меня сделать лучшую косметическую операцию за границу.”

“Кто это сказал?- Шао Тяньцзе внезапно пришел в возбуждение.

До тех пор, пока он знает, кто этот человек, он будет знать, кто хочет свергнуть Гу. Она является человеком Чу?

Хань Руцзя покачала головой: "Прости, я не могу тебе сказать.”

Шао Тяньцзе не продолжил спрашивать, кто этот человек, потому что Гу Чанге однажды сказала - чем больше вы хотите узнать о проблеме, тем больше вероятность, что другие не скажут вам.

Он знал, что Гу Чанге была права.

Он успокоился и посмотрел вниз: "Теперь я глава Гу. Я также могу отправить вас, чтобы сделать лучшую операцию за рубежом. Гу раньше поступал неправильно. Я готов принять решение о том, чтобы отправить вас за границу.”

Хань Руцзя улыбнулась и посмотрела на него: "Итак, почему ты хочешь это сделать?”

“Я просто чувствую себя виноватым за то, что Чанге сделала с тобой.”

До тех пор, пока Хань Руцзя обещает и заявляет, что она готова принять помощь и компенсацию, предоставляемые Гу, Шао Тяньцзе скажет общественности, что он чувствует себя смущенным и компенсирует Хань Руцзя, потому что Гу Чанге причинила ей такой глубокий вред.

В это время им не нужно ничего больше говорить, чтобы возложить вину на Гу Чанге, которая уже мертва.

Гу Чанге - деловая женщина. Он может косвенно сказать другим, что эта деспотичная и порочная женщина, которая сделает все, что угодно, ради своей выгоды.

Он спокойно ждал, когда Хань Руцзя даст ему ответ.

В спальне Хань Руцзя раздался тревожный сигнал электронной почты.

Хань Руцзя поставила чашку с кофе и улыбнулась, извиняясь: "Я собираюсь проверить свою электронную почту.”

Затем она вошла в спальню.

Через три минуты Хань Руцзя вернулась.

Выходя из своей спальни, Хань Руцзя казалась еще более слабой. Она тупо посмотрела на Шао Тяньцзе.

“Что случилось?”

Хань Руцзя обхватила голову руками и сказала: “Я просто случайно посмотрела в зеркало и испугалась самой себя.”

“Я знаю, что вещи в прошлом причинили тебе большой вред, поэтому, пожалуйста, пообещай мне помочь тебе в любом случае.”

Держась за лоб и слушая его, она вдруг усмехнулась.

Затем она медленно подняла голову и посмотрела на него: “Шао Тяньцзе, я не видела твоего настоящего цвета так много лет. Теперь я, наконец, вижу это ясно.”

“Что ты имеешь в виду?” У Шао Тяньцзе внезапно появилось плохое предчувствие.

Хань Руцзя убрала руку со лба: “Я не приму твоей помощи и сейчас же покину тебя.”

“Руцзя, ты ... …”

Будучи названа по имени, Хань Руцзя немного удивилась.

Как будто вдруг вспомнив что-то много лет назад, она медленно показала горькую улыбку: “Ты, должно быть, думаешь, что я не отличаю хорошее от плохого, потому что я отпустила тебя и отказалась от твоей помощи. Но у меня есть на то причина. Давай посмотрим на мою причину, прежде чем ты снова назовешь мое имя.”

После этого она встала и пошла в спальню, чтобы взять свой ноутбук.

Наушники, вставленные выше, внезапно были вытащены, и из громкоговорителя донесся звук, который заставил Шао Тяньцзе похолодеть до мозга костей.

“Чанге, уродство Хань Руцзя не так уж плохо для нас. Мы можем воспользоваться этой возможностью, чтобы оклеветать Венеру. Венеру осудят за то, что она уродует своих потребителей. Кто еще поедет в Венеру для пластической операции?”

“Но человек, который подкупил доктора, чтобы тот изуродовал Хань Руцзя, кто-то из Гу! Кто же этот человек?!”

“...это я.”

Это простое предложение заставило всё вокруг успокоиться.

Шао Тяньцзе только почувствовал, что рядом с его ушами гремит гром. Затем он посмотрел на ноутбук, который воспроизводил звук, его глаза были расширены от шока.

Это невозможно!

Это абсолютно невозможно!

Как же этот диалог можно было записать и сохранить до сих пор? И это случайно появилось на компьютере Хань Руцзя?

Как такое могло случиться?

Хань Руцзя нажала пальцем на кнопку аудиопрограммы и посмотрела на Шао Тяньцзе: “Это причина, по которой я отказываю тебе, Шао Тяньцзе.”

Она все еще размышляла о том, стоит ли ей принять помощь Шао Тяньцзе, чтобы сделать пластическую операцию.

Однако это электронное письмо, отправленное ей, полностью поменяло ее мнение.

Он такой утилитарный человек, даже когда пытается быть добрым.

Как она может принять его помощь?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 70. Конец первого раунда

Когда Шао Тяньцзе покинул дом Хань Руцзя, нос Гу Чанлэ был красным от холода.

Увидев Шао Тяньцзе, она сразу же подошла к нему и спросила: “Готова ли Цзяцзя принять помощь Гу?”

Шао Тяньцзе устало покачал головой, и чувство шока от того, что все его нервы были напряжены, все еще оставались в его уме.

Кто-то пришел к Гу с полной неприязнью.

Этот человек - не Чу Мочен.

Он чувствовал, что человек очень опасен, но он не знал, кто этот человек.

Услышав, что Хань Руцзя отказалась от них, Гу Чанлэ внезапно нахмурилась: “Я собираюсь поговорить с ней.”

Сказав это, Гу Чанлэ собиралась войти в дверь, но ее внезапно схватил Шао Тяньцзе.

Гу Чанлэ странно посмотрела на него: "Что случилось?”

“Не ходи. Эту ситуацию нельзя спасти.”

“Но почему же?”

Шао Тяньцзе поднял флешку в руке: "Из-за этого.”

Гу Чанлэ не понимала. После того, как они вернулись в машину, Гу Чанлэ, которая находилась в замешательстве, вставила USB-накопитель в автомобиль, подключила плеер и нажала кнопку.

“Чанге, уродство Хань Руцзя не так уж плохо для нас. Мы можем воспользоваться этой возможностью, чтобы оклеветать Венеру. Венеру осудят за то, что она уродует своих потребителей. Кто еще поедет в Венеру для пластической операции?”

“Но человек, который подкупил доктора, чтобы тот изуродовал Хань Руцзя, кто-то из Гу! Кто же этот человек?!”

“...это я.”

Этот разговор нарушил спокойную атмосферу в машине. Гу Чанлэ нахмурилась и плюхнулась на спинку сиденья. Она была внезапно потрясена с головы до ног.

Шао Тяньцзе схватил руль руками: "Я не знаю, когда Чанге записала это. Как только запись будет выпущена, я более не буду популярным в Гу.”

Гу Чанлэ покачала головой: "Нет, это невозможно. Я не верю, что сестра будет это записывать. Кроме того, ты признался в этом, потому что боялся, что моя сестра нападет на меня. Ты - мой козел отпущения.”

Шао Тяньцзе перевел дух и завел машину: “В любом случае, эта вещь не так проста в обращении, как мы думаем.”

“Как насчет этого аудио?”

Шао Тяньцзе нажал на акселератор, разгоняя машину и сворачивая с улицы, где живет Хань Руцзя: “Эту запись мне передала Хань Руцзя. Она сказала, что до тех пор, пока Гу не обвинит ее в клевете, она не повернется против нас и не выпустит аудио.”

Гу Чанлэ нерешительно кивнула: "Это хорошо... всегда есть способ, всегда есть способ справиться с этим…”

Хотя она говорила, что выход есть всегда, этот вопрос уже не мог быть спасен.

Автомобиль Шао Тяньцзе постепенно исчез после поворота с улицы. Когда его почти не было видно, из-за угла вышла черноволосая женщина в красном кашемировом пальто.

Женщина, стоящая рядом с ней, одетая в профессиональную одежду, похлопывала себя по груди: “Это было в горячей спешке, Мисс Сун.”

Сун Юньсюань посмотрела на машину, которая находилась уже далеко, и улыбнулась: “Мы, наконец, догнали.”

Сказав это, она повернулась к Сяо Хонг: “Спасибо за вашего друга, который занимается озвучкой.”

Сяо Хонг покачала головой: "С удовольствием. Он мой близкий друг. Я потом угощу его едой.”

“Разве этого достаточно, чтобы держать рот на замке?”

Сяо Хонг кивнула: "Конечно, он может сохранить секрет.”

Сун Юньсюань протянула Сяо Хонг банковскую карту из бумажника: "Я заплачу за еду. Пароль - 666666.”

Сяо Хонг хотела отказаться, но Сун Юньсюань сказала: “Я отплачу всем, кто помог мне.”

Относительно человека, который причинил мне вред, я буду мстить ему.

Сун Юньсюань не произнесла вторую половину предложения и просто позволила Сяо Хонг уйти первой. Она посмотрела на фигуру Сяо Хонг, постояла некоторое время, а затем постучала в дверь Хань Руцзя, но обнаружила, что дверь не закрыта.

Дверь была не заперта. Она мягко толкнула дверь, и та открылась.

Войдя в гостиную, она увидела Хань Руцзя, сидящую на диване.

Услышав звук, Хань Руцзя подняла голову. Увидев Сун Юньсюань, она ничего не сказала, только снова опустила голову.

Сун Юньсюань достала чековую книжку и дала ей чистый чек: “Правда бесценна. Вы печальны из-за правды. Я хочу наверстать упущенное. Вы можете выбрать, сколько вы хотите для психологической компенсации.”

Хан Руцзя взяла чистый чек и разорвала его на две части, а затем разорвала его на четыре части. Она разорвала его на кусочки размером со снежинку, а потом улыбнулась и бросила их: “Мне не нужны твои деньги. Благодарю вас за то, что вы сказали правду и показали мне истинный цвет Шао Тяньцзе, Мисс Сун.”

“Чего ты хочешь сделать?”

Она медленно протянула руку и коснулась своего ужасного лица: “я... хочу свое лицо.”

В конце концов, Сун Юньсюань дала ей билет за границу и чек на миллион юаней.

Она как-то пообещала Йи Сяонин, пока та рассказывает правду, что Венера была подставлена Гу, она отправит ее на пластическую операцию, поможет уехать из города, чтобы избежать кредиторов, подарит ей дом и несколько сотен тысяч юаней.

Когда она уезжала, она чувствовала, что Хан Руцзя не будет нуждаться в собственности, потому что она должна хотеть покинуть этот города и Шао Тяньцзе.

Поэтому недвижимость лучше выбирать ей самой.

Ее жизнь может начаться снова, как только косметическая операция увенчается успехом, и черная туча не накроет ее навсегда.

Когда Сун Юньсюань покидала дом Хань Руцзя, подошла Шао Сюэ. Увидев ее, она просто спросила: “Ну что, решила?”

Сун Юньсюань кивнула: "Я решила эту проблему.”

На самом деле, дело было решено успешно.

На следующий день.

В Утренней газете Юньчэна появилось фото Хань Руцзя в маске и солнцезащитных очках, которая, как сообщалось, собирается лететь в Лос-Анджелес.

Йи Сяонин и Венера подписали контракт, в котором Венера обещала восстановить лицо Йи Сяонин. Об этом также сообщалось впоследствии.

Прочитав отчет на столе, Сун Юньцян спросил Сун Юньсюань: "Я слышал, что Йи Сяонин задолжала огромную сумму игорных долгов.”

Сун Юньсюань показала пять пальцев, Сун Юньцян догадался: "50 миллионов?”

“Не так много, пять миллионов, я отпустила Чайлда Чу, чтобы вернуть долг.”

Сун Юньцян покачал головой: "Пять миллионов можно назвать огромной суммой? Она действительно бедна.”

Прочитав финансовый раздел утренней газеты, Сун Юньсюань отложила газету и начала есть: “Пять миллионов - это огромная сумма для обычных людей, но не для вас.”

"Использование топ-модели будет стоить всего пару миллионов юаней. Почему бы тебе не предложить Чайлду Чу найти топ-модель для поддержки Венеры? Венеру все равно обелили.”

Сун Юньсюань усмехнулась: "Может ли топ-модель позволить мне испортить ее лицо, а затем восстановить его?”

Сун Юньцян безмолвствовал.

Несмотря на то, что Венера была обелена, существовала острая необходимость в создании бренда и общественной репутации.

Если лицо Йи Сяонин будет восстановлено, это будет лучший шанс поднять Венеру.

Сун Юньсюань четко продумала все плюсы и минусы этого дела, поэтому она заплатила пять миллионов игорных долгов за Йи Сяонин.

Она сказала другим, что Чайлд Чу заплатил деньги, потому что она хотела, чтобы семья Сун думала, что это идея и действие Чайлда Чу.

Шао Тяньцзе не отказался от опровержения подозрений в уничтожении конкурентов салона Тяньсян. Но идея уничтожить репутацию Гу Чанге была оставлена.

Шао Тяньцзе нашел врачей, которые делали операции Йи Сяонин и Хань Руцзя, и подкупил их, чтобы они объявили, что допустили ошибку. Они извинились перед Йи Сяонин и Хань Руцзя соответственно и попросили их не понимать неправильно Гу.

Гу также великодушно объявили, что они не будут подавать в суд на Йи Сяонин и Хань Руцзя за клевету на них.

Журналисты проанализировали слова и поступки двух врачей и не доверяли им. Они все еще считали, что Гу обманывает людей, чтобы защитить салон Тяньсян.

Венера была оправдана и подписала косметический контракт с Йи Сяонин.

Общественность начала обращать внимание на подъем Венеры. Напротив, из-за ущерба репутации салон Тяньсян постепенно начал терять популярность, и люди стали относиться с подозрением к способностям и характеру нового председателя Гу.

В первом раунде Сун Юньсюань не причинила большого ущерба Гу, но то, что она сделала, вызвало проблемы для Шао Тяньцзе. Венера тоже начала подниматься в свободном полете.

Пятнадцать дней спустя, Йи Сяонин привлекла внимание внешних СМИ после первой косметической операции. Ее лицо претерпело огромные изменения и улучшение по сравнению с обезображенным ранее внешним видом.

СМИ даже предположили, что Йи Сяонин может практически вернуться к своему первоначальному внешнему виду после косметической операции в Венере и даже стать еще красивее, чем раньше.

Когда у Чу Мочена было свободное время, он слушал, как исполнительный директор Венеры говорил с ним о недавних действиях Венеры. Он не может удержаться от улыбки: "Юньсюань очень хороша в управлении бизнесом.”

Исполнительный директор сначала не был оптимистичен в отношении Сун Юньсюань. Однако после ряда изменений он признал способности 18-летней девушки.

“Чайлд Чу, Мисс Сун - очень компетентная девушка.”

Чу Мочен кивнул: "Думаю, что да.”

Сказав это, он вдруг сказал: “Я давно ее не видел.”

Исполнительный директор улыбнулся: "Чайлд Чу, я слышал от персонала, который связался с Мисс Сун несколько дней назад, что День Рождения Мисс Сун приходится на Рождество.”

Чу Мочен был немного удивлен: "Это так?”

Исполнительный директор кивнул: "Женщины-служащие Венеры уже начали готовить подарки для Мисс Сун и хотят пригласить Мисс Сун на ужин в ее день рождения.”

“Боюсь, что она не будет свободна. Помогите ей отказаться.”

“Ок.- Исполнительный директор немедленно кивнул.

……

Когда Сун Юньсюань получила звонок от Чу Мочена, она только что приняла ванну и от скуки читала газету. Она вдруг увидела новости о семье Сюэ.

Заголовок выше: Жена встретила любовницу. У миссис Сюэ был сильный сторонник, чтобы полностью выиграть игру.

Сун Юньсюань улыбнулась, звонок от Чу Мочена прошел, когда она хотела позвонить Сун Юньин.

После того, как она подняла трубку, Чу Мочен спросил первым: “Ты ужинала?”

Сун Юньсюань находилась в необычно хорошем настроении и кивнула: "Я только что поела.”

Видя, что она в хорошем настроении, Чу Мочен спросил: "Почему ты так счастлива?”

“Это моя личная жизнь.”

Чу Мочен был заблокирован словами Сун Юньсюань.

На мгновение воцарилась тишина, и Сун Юньсюань со скукой посмотрела на газету: "Есть что-нибудь еще? Я собираюсь повесить трубку.”

“Конечно, что-то есть.”

“Тогда давай поговорим об этом.”

“Я внизу. Одевайся и выходи.”

Сун Юньсюань внезапно нахмурилась, хлопнула газетой, резко встала с кровати и подошла к окну, чтобы открыть шторы.

Внизу стоял мужчина, прислонившись к синему "Порше" и смотрел на нее снизу вверх.

Силуэт лица мужчины был очень красив, потому что телефон возле уха освещал его изогнутые губы.

Такой красивый мужчина, что даже актеры не могут с ним конкурировать.

Сун Юньсюань посмотрела на него из окна. Глядя в его красивые глаза, она вдруг начала злиться: "Ты действительно раздражаешь!”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 71.Зачем соблазнять его

Еще через десять минут.

Сун Юньсюань поторопил Сун Юньцян и, наконец, она спустилась вниз.

“Ты так неспешна. Это редкость для Чайлда Чу, выкроить время, чтобы увидеть тебя. И ты здесь принимаешь позу?”

Сун Юньсюань выглядела довольно несчастной.

Сун Юньцян подтолкнул ее к Чу Мочену: "У моей сестры гипогликемия. После еды она любит вздремнуть, как это делают старики. Видите ли, она родилась не в богатой семье, но имеет дорогостоящую болезнь.”

Чу Мочен подтолкнул Сун Юньсюань, которая еще не села в машину, сказал «Спокойной ночи» Сун Юньцяну, а затем быстро уехал.

Сун Юньсюань чувствовала себя сонной, сидя на переднем пассажирском сиденье. А поскольку она только что приняла ванну, то немного устала, держась за голову и слегка прищурив глаза. Она выглядела очень привлекательно в этом смысле.

Чу Мочен остановил машину на берегу реки. Ночная сцена перед окном не заставила Сун Юньсюань взбодриться.

Чу Мочен не будил ее, просто наблюдал, как она держит голову руками и слегка щурится. Эта женщина выглядела так великолепно в его глазах.

Она похожа на нежный цветок, который только что распустился и заставлял людей хотеть хорошо заботиться о нем. Кожа у нее светлая, губы алые, а брови такие же, как у красавиц на картине.

Можно пожалеть ее. Однако, если вы хотите прикоснуться к ней, вы будете ранены и остановлены ее шипами.

Он вспоминал очень осторожно. Это первый раз, когда он столкнулся с такой нежной леди.

Чу Мочен долго смотрел на нее.

Сун Юньсюань, кажется, просыпалась. Она медленно приподняла веки, чтобы посмотреть на него: "Почему ты все время пялишься на меня?”

"Ночной вид на реку очень красивый. Почему бы тебе не взглянуть?”

“Это было одно и то же в течение стольких лет."Это не ново для Сун Юньсюань. Ночной вид Юньчэна так же красив, как и обычно.

Чу Мочен протянул руку и большим пальцем погладил Сун Юньсюань по светлым щекам. Сун Юньсюань постепенно проснулась.

Когда Чу Мочен наклонился, чтобы надавить на нее, Сун Юньсюань немедленно повернула голову: “Смотри, неоновый свет Жемчужной башни горит!”

Атмосфера, которую Чу Мочен только что создал, была разрушена ею. У него не было другого выбора, кроме как отступить.

Сун Юньсюань, кажется, влюбилась в ночную сцену на улице. Она была поглощена тем, чтобы оценить его.

Чу Мочен сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

Сун Юньсюань смотрела на неоновый свет на Жемчужной башне. Когда Жемчужина на вершине Жемчужной башни стала яркой, она вдруг улыбнулась: "Я никогда не находила эту башню такой красивой.”

“А что ты делала раньше?”

Сун Юньсюань обернулась и посмотрела на него: "Ничего.”

Раньше она была занята анализом всех " за " и "против" и заставляла Гу быстро развиваться. Она чувствовала, что с тех пор, как ее отец оставил ей дом Гу, она должна была заставить его работать хорошо, даже в одиночку.

Она не могла быть ленивой даже на некоторое время, и она не могла плакать, когда она падала, но должна была встать и двигаться дальше.

Даже если бы дорога впереди была полна шипов, она все равно пошла бы дальше, даже встав на колени.

Эта вера всегда поддерживала ее.

Она не осмеливалась расслабиться, отдохнуть и играть, как ее сверстники.

Она вернулась на работу, даже когда ее сыну не было еще и трех лет.

Она сделала так, что люди в Юньчэне должны были смотреть вверх, чтобы увидеть небоскреб, где находится офис Гу.

Люди восхищались ею так же, как и Гу.

Она не только унаследовала Гу от своего отца, но и сделала его более процветающим.

Однако она не успела передать Гу до своей смерти.

Жизнь ее была так коротка. Она все время много работала, но никогда не ценила окружающий пейзаж.

Теперь у нее есть шанс снова жить. Она огляделась вокруг и обнаружила, что придорожный пейзаж намного лучше, чем то, что находится перед ней.

Чу Мочен сидел в машине и смотрел на неоновый свет перед собой.

Сун Юньсюань притихла.

Она молчала около получаса, прежде чем снова пришла в норму: “Весь Юньчэн знает, что ты выиграл проект по строительству научно-технического города.”

Чу Мочен посмотрел на нее. Он был недоволен, потому что она внезапно заговорила про работу.

Сун Юньсюань потеряла интерес к созерцанию ночной сцены. Сидя в кожаном кресле, она сказала: "Не мог бы ты сказать мне, что думаешь о торгах семьи Сюэ?”

Чу Мочен нахмурился: "Семья Сун не участвовала в этих торгах.”

“То, что я спросила, было семьей Сюэ.”

Чу Мочен покачал головой: "Ты хочешь вмешаться в бизнес семьи Сюэ?”

Сун Юньсюань повернула свою голову назад, чтобы посмотреть на него: “Невестка семьи Сюэ - моя вторая старшая сестра. Она член семьи Сун, так что ее бизнес ... это мой бизнес.”

В глазах Чу Мочена появился намек на холодность: "Тогда подожди, пока ты не станешь невесткой семьи Чу, чтобы спросить меня о моей работе.”

“Хорошо.”

Сун Юньсюань кивнула, протянула руку, чтобы открыть дверь, и хотела выйти.

Чу Мочен почувствовал, что он ведет себя не разумно, когда она открыла дверь.

Она всегда так безжалостна к нему, что никогда не идет с ним на компромисс.

Это действительно расстраивает и раздражает.

Он протянул руку, чтобы схватить ее за запястье: "Куда ты идешь?”

“Если ты мне не скажешь, я спрошу кого-нибудь другого. В любом случае, ты не единственный в команде оценки ставок.”

“Но ты должна знать, что именно я играю решающую роль.”

Сун Юньсюань подумала об этом и затем спросила его: “Тогда, пожалуйста, скажи мне, что я должна сделать, чтобы угодить тебе, и ты дашь мне знать об этом?”

Чу Мочен пристально посмотрел на нее: “Стоит ли твоих усилий угодить другим, чтобы узнать такую незначительную вещь?”

“Да. - Сун Юньсюань кивнула, возвращаясь в машину и закрывая дверцу. Она слегка двигалась своим телом и скакала на нем одновременно. “А как насчет того, чтобы я угождала тебе вот так?”

“Ты когда-нибудь доставляла такое же удовольствие другим мужчинам?” Он сказал это холодно. В его глазах появился намек на мрачность.

Сун Юньсюань покачала головой: "Я не заставила тебя чувствовать себя удовлетворенным, делая это?”

Чу Мочен слегка оттолкнул ее от своего тела. Его глаза мерцали, когда он видел ее распущенные волосы.

Сун Юньсюань в это же самое время смотрела на него.

Чу Мочен почувствовал тяжесть этой хрупкой женщины на своем теле и сказал напряженным голосом: “Сойди, пожалуйста.”

“А что, тебе не нравится, когда я так с тобой поступаю?”

“Это совсем не то, что ты собираешься делать.”

Сун Юньсюань кивнула: "Поскольку ты знаешь, что я редко делаю это, пожалуйста, не приводите меня больше смотреть ночную сцену в 10 часов вечера. Я очень занята. У меня есть много вещей, с которыми нужно иметь дело. Если ты не можешь дать мне то, что мне нужно, зачем ты тратишь мое время?”

Сун Юньсюань хотела вернуться на свое место.

Чу Мочен своими большими руками взял ее за подбородок, заставляя поднять голову, и поцеловал.

Этот обжигающий поцелуй заставил ее нахмуриться. Она попыталась оттолкнуть его назад.

Но он схватил ее за руки и рявкнул: "Я не могу тебе помочь? Если бы я не помог тебе, ты бы уже стала невесткой семьи Чу. Если бы я не помог тебе, ты все еще могла бы так себя вести?”

Схватив ее за запястья, Чу Мочен начал снимать с нее одежду вдоль тонкой талии.

Сун Юньсюань нахмурилась, чувствуя, что мужчина целует ее в плечо. Она изо всех сил пыталась высвободить руку и взять его за плечо: “Я не твоя жена. Не надо мне грубить.”

“Ты хочешь знать, может ли семья Сюэ выиграть торги?”

Сун Юньсюань на мгновение задумалась: "Я не собираюсь влиять на твое решение. Я только надеюсь, что ты скажешь мне, соответствует ли их предложение вашим намерениям, чтобы я могла лучше справиться с семьей Сюэ.”

Чу Мочен прижался к ней всем телом: "Это зависит от тебя сегодня вечером…”

“Подожди, мне кто-то звонит.”

Только когда Чу Мочtн закончил свои слова, Сун Юньсюань подняла руку, чтобы прикрыть грудь, и повернулась, чтобы спокойно ответить на звонок: "Привет, сестра?”

Чу Мочен не двигался. Лежа под Чу Моченом, Сун Юньсюань приложила палец к его губам, чтобы намекнуть ему на то, чтобы он замолчал.

Чу Мочен хотел сделать глубокий вдох. Однако Сун Юньсюань, вероятно, боялась, что его дыхание будет услышано кем-то другим, поэтому она использовала свою руку, чтобы прикрыть его рот и прошептала: “Успокойся.”

Сун Юньин говорила на другой стороне телефона: “Юньсюань, спасибо за твою идею.”

“Я очень рад, что ты сохранила свой брак. Тебе не нужно меня благодарить.”

Сун Юньин собиралась сказать что-то еще, когда Сун Юньсюань лукаво улыбнулась и сказала: “Но, моя сестра, ты должна помнить, что хотя мы заключили мир друг с другом, на этот раз ты должна мне.”

Сун Юньин кивнула: "Определенно, я не забуду того, что ты сделала для меня. Не беспокойся.”

Сун Юньсюань закончила и хотела повесить трубку. Сун Юньин вдруг спросила: "Юньсюань, что касается предложения семьи Сюэ…”

“Я помогу тебе в этом деле. Как насчет того, чтобы встретиться лично и поговорить об этом?”

Сун Юньин сказала: "Ну, я действительно скучаю по нашему отцу. Я приду к тебе сегодня вечером.”

Должно быть, она знала, что Чу Мочен пригласил ее куда-то сегодня вечером.

Сун Юньсюань посмотрела на Чу Мочена, чей рот был прикрыт ее рукой, и нахмурилась: “Хорошо, я буду ждать тебя дома.”

Повесив трубку, она отдернула руку. Но Чу Мочен схватил ее за запястье и бросил мобильный телефон на заднее сиденье.

Сун Юньсюань, качая головой, обвинила его: "А что, если мой мобильный телефон сломан? Почему ты такой грубый?”

Чу Мочен покрутил своими красивыми бровями.

Сун Юньсюань освободила свою руку, чтобы погладить его брови, обняла его за шею и наклонилась к нему.

К сожалению, этот поцелуй очень короткий. Сун Юньсюань быстро высвободилась из его объятий. Слишком поздно для Чу Мочена было тянуть ее обратно. Затем она извинилась: "Я забыла сказать тебе, что у меня менструация. Я не могу сопровождать тебя сегодня вечером.”

Лицо Чу Мочена внезапно омрачилось.

Сун Юньсюань увидела, что он одурачен ею, улыбнулась и отодвинулась от него. Она взяла телефон с заднего сиденья, а затем начала пристегивать ремень безопасности на пассажирском сиденье: "Мой день рождения на Рождество. Ты хочешь быть со мной?”

Чу Мочен почти выдавил слова изо рта: "Конечно!”

Сун Юньсюань мягко кивнула: "Отлично. А теперь, пожалуйста, отправь меня домой. Я видела, как кто-то с камерой в руках пробежал около машины. Я надеюсь, что они ничего не получили.”

Чу Мочен сел на водительское сиденье, повернулся к Сун Юньсюань и мрачно сказал: "Ты знала, что за нами следили, когда мы отправлялись?”

“Вот почему я соблазнила тебя.”

Чу Мочен завел машину, а затем крепко сжал на руле руки.

“Эта женщина такая хитрая.” Подумал он про себя.

Сун Юньсюань, сидя в машине, опять задремала.

Тот, кто послал людей следовать за ними, не принадлежал к семье Сун. Он или она, вероятно, из семьи Гу.

В конце концов, семья Гу конкурировала с семьей Чу. А женитьба Чу Мочена - это одна из тем, которыми так одержимы СМИ.

Гу много страдал из-за дела Венеры. Это нормально, что Гу хочет позволить семье Чу заплатить такую цену.

Если люди узнают, что это не она, Сун Юньсюань, а кто-то другой занимался любовью в машине с Чу Моченом, это будет не только дискредитацией для Чу Мочена, но и дискредитацией для нее, Сун Юньсюань.

Это не будет хорошо ни для семьи Чу, ни для семьи Сун.

В этом случае ей будет лучше хорошо ладить с Чу Моченом.

Она может положиться на Чу Мочена. Она будет поддерживать его репутацию и характер и использовать их в своих интересах.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 72. Шао Сюэ была запугана

Чу Мочен повез Сун Юньсюань обратно. Неоновый свет по пути освещал лицо Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань была тиха, как безобидная фарфоровая кукла.

Когда она выходила из машины, Чу Мочен внезапно схватил ее за руку, взял за подбородок и наклонился, чтобы поцеловать.

Сун Юньсюань не двигалась, позволяя ему поцеловать ее.

Закончив целоваться, он спросил ее: "Почему ты не сопротивлялась?”

“Это для тебя компенсация.”

“Компенсация?”

Сун Юньсюань кивнула, вытащила свою руку из его большой ладони и улыбнулась: “Это компенсация за то, что я обманула тебя раньше.”

Он увидел, как она улыбается, и его веки слегка задергались. Он не стал спорить с ней.

С тех пор, как он встретил Сун Юньсюань, он знал, что она знакомится с людьми с намерением. Она совсем не изменилась.

Однако со временем он, кажется, привыкал к этому.

До тех пор, пока женщина не зайдет слишком далеко, он будет терпеть ее.

После того, как Сун Юньсюань вышла из машины, улыбка на ее лице исчезла. Она протянула руку, чтобы прикоснуться к своим губам. Казалось, что поцелуй Чу Мочена задержался там.

Он был очень нежен.

Для него это большая редкость.

Она любит нежных людей и нежные поцелуи. Такой поцелуй не является ни угнетающим, ни агрессивным. Кроме того, это не заставляет ее чувствовать себя усталой, поэтому ей это нравится.

Но поцелуи Чу Мочена, по большей части, грубы и настойчивы.

Поэтому она сопротивляется, отталкивает и обижается на эти поцелуи.

Чу Мочен вошел в дом вместе с Сун Юньсюань. Увидев, что они приближаются, Сун Юньин, которая сидела на диване и болтала с Сун Юньцяном, немедленно встала и сказала с улыбкой: “Какое совпадение. Чайлд Чу тоже пришел сюда.”

Чу Мочен был немного недоволен: "Когда мы встречались, Юньсюань внезапно получила ваш звонок, поэтому мы вернулись вместе.”

Подразумевалось, что Сун Юньин позвонила в неподходящее время. Они наслаждались своим временем, когда позвонила Сун Юньин, и она нарушила встречу.

Сун Юньин была очень умна. Она знала, что имел в виду Чу Мочен, поэтому немедленно извинилась: “Чайлд Чу, мне действительно жаль, что я помешала вашему свиданию.”

Чу Мочен не ответил. Сун Юньсюань улыбнулась: "Мы собирались вернуться, когда ты позвонила. Ты нас не потревожила.”

Сказав это, она задумчиво посмотрела на Чу Мочена.

Глядя на улыбающееся лицо Сун Юньсюань, Чу Мочен чувствовал себя немного раздраженным.

Увидев все это, Сун Юньцян предложил Чу Мочену выпить чашечку чая. Чу Мочен склонил голову и ушел.

Сун Юньин увидела, что Чу Мочен уходит, и почувствовала себя немного обеспокоенной: “Юньсюань, ты расстроила Чайлда Чу?”

Сун Юньсюань кивнула: "Я спросила его о предложении семьи Сюэ. Он сказал, что это не мое дело.”

Сун Юньин немного поколебавшись, а затем стала успокаивать ее: “Большинство мужчин не любят, когда женщины спрашивают их о своей работе.”

Сун Юньсюань кивает: "Но я очень осторожно спросила о семье Сюэ. Чайлд Чу сказал, что это еще не решено. Но «Строительство Сюри», которые хорошо ладят с Гу, также претендует на это. Их архитектурный план так же хорош, как и ваш.”

Сун Юньин удивилась. Она нахмурилась и спросила: “Что значит "так же хорош, как и наш"?”

Сун Юньсюань покачала головой: "Я просто хотела спросить его об этом, когда ты позвонила. И вот, он отправил меня обратно. Мне очень жаль, сестра. Я не могу тебе помочь.”

Сун Юньин бормотала: “Строительство Сюри.” Похоже, она отвлеклась и ничего не говорила.

Сун Юньсюань была в замешательстве. Она спросила: "Сестра, ты знакома с Сюри?”

Сон Юньин покачала головой: "Нет, вовсе нет. Но это звучит знакомо.”

Сказав это, она посмотрела на Сун Юньсюань, которая все еще выглядела смущенной, и сразу встала: “Сюэ Тао может вернуться раньше этим вечером. А теперь я собираюсь уйти. Увидимся позже.”

Сказав это, Сун Юньин ушла со странным взглядом.

Сун Юньцян проводил Сун Юньин. Когда он вернулся в гостиную, он обнаружил, что Сун Юньсюань уже поднялась в свою комнату.

Он только сейчас задумался о том, как его младшие сестры стали лучше ладить друг с другом. Теперь, видя, что Сун Юньсюань ушла в свою комнату сразу же после ухода Сун Юньин, он понял, что они не так близки, как кажется.

Никто не будет знать, что они могут сделать для семьи Сун, если объединятся вместе.

Их отец так и не оправился.

Он скоро напишет завещание.

Думая об этом, Сун Юньцян сощурился.

У их отца осталось всего несколько дней. Как единственный сын семьи Сун, он должен воспользоваться возможностью стать главой семьи.

……

Вернувшись в свою комнату, Сун Юньсюань просматривала новый журнал издательства Фаньсин - Дзюнзимоу. В первом выпуске была представлена суперзвезда Юньчэна - Ло Си.

Из-за этого журнал сразу же охватил весь Юньчэн, как только он был выпущен.

Причина, по которой Ло Си согласилась дать интервью Фаньсин, заключалась в том, что Сун Юньсюань написала ему письмо почерком Гу Чанге.

Когда Ло Си был молод, он получил финансовую поддержку от Гу Чанге.

Другие периодические издания и еженедельные журналы моды не смогли взять у него интервью.

Но Сун Юньсюань просто написала письмо длиной в пятьдесят слов, а затем получила драгоценную возможность взять у него интервью.

Ло Си - это благодарный человек. Он не принял позы, но сделал интервью бесплатно. Он также потратил на него целый день.

Этого дня ему было бы достаточно, чтобы снять рекламу, которая принесла бы ему миллиард юаней.

В конце интервью он настоял на встрече с человеком, который отправил письмо. Сун Юньсюань попросила Сяо Хонг отклонить его просьбу.

Ло Си дал Сяо Хонг свой номер телефона и затем ушел.

Просматривая журнал, Сун Юньсюань вспоминала номер телефона Ло Си. Она нашла его номер и записала на свой мобильный телефон.

Может быть, этот номер телефона когда-нибудь пригодится.

Ведь в этом мире человек может быть полезен независимо от того, как далеко он находится.

Например, она использовала Ло Си.

И теперь она собирается использовать «Строительство Сюри».

Она невольно заулыбалась, когда подумала о «Строительстве Сюри».

«Строительство Сюри» является номинальной компанией Чэн Сюри. Однако, когда ей, Гу Чанге, было двадцать семь лет, она намеренно начала контактировать со всеми архитекторами «Строительства Сюри» и наняла некоторых элитных архитекторов с высокой зарплатой.

После того, как элитные архитекторы «Сюри» ушли, «Строительство Сюри» должно было принять Гу Чанге в качестве акционера.

Поскольку Гу хотели купить большую часть акций, «Строительство Сюри» в конце концов отказалось после рассмотрения этого вопроса.

Однако через полгода «Строительство Сюри» было объединено и контролировалось компанией Гу.

Чэн Сюри - это человек с высокой самооценкой. Он не хотел сдаваться Гу. Ему было стыдно, что компания "Строительство Сюри", которую он унаследовал от своей семьи, была объединена с Гу. Он был так несчастен, что решил спрыгнуть с крыши своего офиса.

В конце концов, его отговорила Гу Чанге. Гу Чанге позволил ему все еще быть президентом «Строительства Сюри» и пообещала, что она не будет объявлять о слиянии.

После стольких лет, только члены сердечника Гу знают что «Строительство Сюри» уже принадлежала к Гу.

Аутсайдеры думают, что «Сюри» хорошо ладит с Гу. Они не знают, что это на самом деле собственность Гу.

После того как «Строительство Сюри» влилась в Гу, она выиграла точку опоры в строительной промышленности для Гу.

Плацдарм в строительной индустрии довольно важен для Гу.

Когда-то она очень ценила «Строительство Сюри» и чувствовала, что это слияние сделало Гу более мощным.

Однако сейчас она уже не Гу Чанге.

Чтобы победить Гу и заставить Шао Тяньцзе уйти с поста председателя Гу, она должна пересмотреть ситуацию и отделить «Строительство Сюри» от Гу.

Другими словами, она собиралась ослабить субкомпании Гу.

Она сказала Сун Юньин сегодня, что «Сюри» конкурировала с семьей Сюэ. Таким образом, семья Сюэ будет стараться, чтобы победить «Строительство Сюри».

Чтобы победить Шао Тяньцзе, ей нужна помощь.

Когда семья Сюэ займется «Строительством Сюри», она сможет сделать что-то еще.

Она улыбнулась и почувствовала, что ее настроение становится все лучше и лучше.

На следующее утро Утренняя газета Юньчэна сообщала, что Чу Мочен занимался сексом с Сун Юньсюань в машине, как и ожидалось.

Кроме того, на нем есть фотография, на которой они спорили в машине.

Сун Юньцян послал отцу экземпляр газеты, а затем вернулся и сел за обеденный стол. Он прочистил горло и затем спросил: "Юньсюань, отец сказал, что так как ты еще не вышла замуж, тебе следует постараться избегать таких новостей в будущем.”

Сун Юньсюань кивнула: "Брат, пожалуйста, скажи отцу, что это неправда. Чу Мочен ничего мне не сделал прошлой ночью. Вы можете спросить его, если не верите этому.”

Сун Юньцян ответил неловко: "Я не буду вмешиваться в ваши личные дела. Хотя Чайлд Чу собирается жениться на тебе, отец считает, что ты еще не объявила официально о своей помолвке с ним и такие скандалы нанесут ущерб твоей репутации.”

Сун Юньсюань раздраженно нахмурилась: "Я чувствую, что за мной следили в последние несколько дней. Чайлд Чу также обнаружил это, когда встречался со мной вчера. Он спросил меня, знаю ли я людей, которые следуют за мной. Брат, все это должно быть сделано людьми, которые следовали за мной. Пожалуйста, помогите мне выяснить, кто они такие.”

Сун Юньцян выглядел мрачно: "Не волнуйся. Позволь мне помочь тебе избавиться от этих людей.”

Сун Юньсюань кивнула, а затем серьезно сказала: "Чайлд Чу сказал, что, если эти люди продолжат следовать за мной, я могу вызвать полицию.”

Холодный пот сочился со лба Сун Юньцяна. Однако он сказал ей с улыбкой: "Ну, Юньсюань, не беспокойся об этих вещах. Я помогу тебе справиться с этим, хорошо?”

Сун Юньсюань кивнула, а затем перестала спрашивать.

Сун Юньцян понимал, что люди, которых он послал, чтобы следовать за Сун Юньсюань, должны быть отозваны. Если обнаружится, что он, брат Сун Юньсюань, послал людей следовать за своей сестрой, это принесет ему неприятности.

Если СМИ преувеличат это, то это приведет к дискредитации семьи Сун.

Закончив трапезу, Сун Юньцян позвонил человеку, который отвечал за слежку за Сун Юньсюань: "Как насчет того, чтобы найти другие дела в эти дни?”

Человек, который ответил на звонок, согласился: "Да.”

Сун Юньсюань получила телефонный звонок от Сяо Хонг, которая, кажется, беспокоилась: "Мисс Сун, вы можете прийти в офис сегодня?”

Сун Юньсюань почувствовала, что тон Сяо Хонг странный и спросила с сомнением: "Что случилось?”

Сяо Хонг понизила свой голос: "Шао Сюэ была запугана семьей Гу.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 73. «Строительство Сюри»

Не закончив трапезу, Сун Юньсюань отправилась в журнал Фаньсин.

Шао Сюэ выглядела усталой.

Увидев Шао Сюэ, глаза Сун Юньсюань потемнели. Она холодно обратилась к Шао Сюэ: “Сегодня на работе ты выглядишь вялой. Ты больше не хочешь работать? Пойдем ко мне в кабинет.”

Сказав это, она ушла. Многие коллеги бросали сочувственные взгляды на Шао Сюэ.

После того, как Шао Сюэ ушла, коллеги сразу же прекратили работать и начали гадать, что же произошло.

“В последнее время состояние Шао Сюэ очень плохое. Неужели ей тяжело жить в доме своего брата после переезда?”

“Это невозможно. Ее брат - Шао Тяньцзе, признанный добродушный человек. Он не сделает ее сестру несчастной.”

“Значит, ее беспокоит что-то еще.”

“У нее очень хорошая работа и она живет в хорошем доме, какие у нее могут быть проблемы?”

Кто-то тут же предположил: “Может быть, она перешла дорогу в любви?”

“А почему я не видела ее парня?”

Каждый говорил о своей догадке, почему Шао Сюэ была в плохом состоянии в эти дни.

Сун Юньсюань, однако, спросила непосредственно после того, как Шао Сюэ вошла в офис: “Гу Чанлэ плохо обращалась с тобой?”

Шао Сюэ сидела в кресле перед письменным столом Сун Юньсюань и выглядела очень уставшей. Она кивнула: "Она мне завидует.”

“Она тебе завидует?”

Шао Сюэ почувствовала себя неловко: "Она подозревает, что я собираюсь соблазнить Шао Тяньцзе в особняке Гу и что я не сестра Шао Тяньцзе.”

Сун Юньсюань рассмеялась, дала Шао Сюэ чашку горячего кофе, посмотрела ей в лицо, и через некоторое время спросила: “Так ты позволяешь ей запугивать себя, не сопротивляясь?”

Шао Сюэ покачала головой: "Она никогда не показывает свою ревность, когда она с Шао Тяньцзе.”

Сун Юньсюань сделала себе чашку кофе, затем села, чтобы выпить его. Она спросила Шао Сюэ: "Что ты собираешься делать?”

“Я не могу обращаться с ней так, как она обращалась со мной. Может ты мне что-нибудь посоветуешь.”

Сун Юньсюань сделала глоток кофе из своей кофейной чашки, ощутив горечь этого напитка, а затем медленно сказала: “Я дам тебе свой совет. Но ты должна следовать ему тщательно, если ты хочешь поладить с Гу Чанлэ позже.”

Шао Сюэ услышала это, и ее глаза загорелись: "Что ты посоветуешь?”

Сун Юньсюань жестами попросила Шао Сюэ подойти поближе.

Потом она что-то прошептала ей на ухо.

После того, как Шао Сюэ услышала, что сказала Сун Юньсюань, выражение лица Шао Сюэ изменилось: "Она умрет от этого?”

Сун Юньсюань покачала головой и улыбнулась: "Нет, она не умрет. Гу Чанлэ намного сильнее, чем ты думаешь.”

Ваш враг всегда жестче, чем вы думаете. Гу Чанлэ этому отличный пример.

Хотя она только что перенесла свою операцию на сердце и была выписана из больницы, она все еще может доставать Шао Сюэ, что показывает, что она очень хорошо восстановилась.

Когда Шао Сюэ ушла с работы и вернулась домой, она увидела, что Гу Чанлэ, одетая в куртку, спускается со второго этажа с помощью Шао Тяньцзе.

Шао Сюэ посмотрела на Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ: "Брат, сестра Чанлэ, вы уходите?”

Счастливо улыбаясь, Гу Чанлэ повернулась, чтобы посмотреть на Шао Тяньцзе: "Мастер фэншуй сказал, что когда бассейн на заднем дворе будет заделан, мы должны предложить ладан Чанге, и рассказать ей об этом. И мы идем в храм Тяньсян, чтобы сделать это.”

Пепел Гу Чанге был разбросан в открытом море. На кладбище нет надгробной плиты, но есть мемориальная доска в храме Тяньсян в Юньчэне.

Услышав это, Шао Сюэ кивнула. “Тогда будьте осторожны.”

Шао Тяньцзе напомнил ей: "Не забудь поужинать дома. Мы вернемся поздно.”

Шао Сюэ ответила неловко: "Брат, на самом деле, наши коллеги собираются сегодня поужинать вместе. Нам был выдан бонус, так как конец года. Все идут в караоке. Я вернулась, чтобы сказать тебе это. И я собираюсь отправиться после того, как переоденусь.”

Шао Тяньцзе не сказал ей, чтобы она не ходила. Но он почувствовал себя немного обеспокоенным, когда вспомнил, что она напилась в прошлый раз: “Тогда не пей много вина, и возвращайся пораньше.”

Шао Сюэ ответила «да», а затем проводила их.

Когда они ушли, она вернулась в комнату, чтобы позвонить Сун Юньсюань: "Ты права. Их не будет сегодня вечером.”

Сун Юньсюань улыбнулась на другом конце провода. Она не удивилась, так как ожидала этого: “Ты можешь отправиться, когда будешь готова. Я уже сказала им собраться в «Chenguo KTV». Возьми такси там, чтобы зарегистрироваться, а затем ты можешь уйти.”

Шао Сюэ ответила: "Хорошо.”

Сун Юньсюань повесила трубку. Она смотрела в окно с улыбкой на лице. Снаружи темно.

Ее догадка была верна. Если «Строительство Сюри» будет рассматривается как противник семьей Сюэ, семья Сюэ скоро сыграет несколько грязных трюков на «Сюри».

Когда «Строительство Сюри» внезапно попадет в беду, Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ точно отправятся в гости, чтобы спросить Чэня Сюри, что случилось.

Ее сомнение заключалось лишь в том, что именно семья Сюэ нашла, чтобы использовать против «Сюри».

За окном была кромешная тьма.

Гу Чанлэ сидела на пассажирском сиденье, а Шао Тяньцзе, который вел машину, выглядел подавленным.

Гу Чанлэ чувствовала, что ее виски внезапно стали пульсировать: "Почему я не видела, что у Гу было так много проблем, когда сестра была жива?”

Шао Тяньцзе задумчиво смотрел на дорогу впереди: "Когда твоя сестра была жива, компания работала хорошо. Никто в доме Гу не осмеливался шутить с ней. Сейчас я председатель Гу, и многих это не устраивает. Они не думают, что у меня есть нужное качество.”

Брови Гу Чанлэ сморщились: "Ты хочешь сказать, что Чэнь Сюри, этот старик, все еще считает Гу Чанге своим боссом и недоволен тобой, поэтому он намеренно создает тебе проблемы?”

Шао Тяньцзе не отрицал: "Я не уверен.”

Гу Чанлэ успокоилась.

Когда Гу Чанге была ответственной за Гу, у «Строительства Сюри» всё шло хорошо. Теперь, когда Гу Чанге мертва, «Сюри» оказалась в беде.

Вполне вероятно, что «Строительство Сюри» хочет отделиться от Гу.

Гу Чанлэ вздохнула: "Как ты знаешь, «Строительство Сюри» отказалось присоединиться к Гу раньше. Именно Гу Чанге вынудила компанию объединиться с компанией Гу, контролируя ее долю. Чэнь Сюри, возможно, затаил обиду из-за этого. Теперь Гу Чанге умерла, поэтому он хочет отомстить.”

Шао Тяньцзе покачал головой: "Сейчас он этого не сделает. Я попросил его принять участие в тендере на строительство научно-технического центра, за который отвечает Чу Мочен. Он тоже очень заинтересован в этом проекте. Если он преуспеет в торгах, Чэнь Сюри может заработать много денег.

“Тогда как же "Строительство Сюри" попала в беду?”

Шао Тяньцзе ответил: "Может быть, нам сначала следует выяснить, что произошло.”

Когда они прибыли в дом Чэня Сюри, они увидели, что все огни в доме Чэня Сюри горят, как будто они ждали прихода Шао Тяньцзе.

Когда Шао Тяньцзе вышел из машины, Чэнь Сюри и несколько основных сотрудников «Сюри» немедленно вышли вперед: “Председатель Шао, Вы наконец пришли.”

Выйдя из машины, Шао Тяньцзе пошел открывать дверь для Гу Чанлэ.

Увидев, как Гу Чанлэ выходит из машины, Чэнь Сюри и его сотрудники почувствовали себя удивленными. Им потребовалось некоторое время, чтобы отреагировать: "Сестра председателя Гу тоже пришла.”

Гу Чанлэ грациозно кивнула: "Здравствуйте.”

“Привет.- Сказал Чэнь Сюри.

Гу Чанлэ протянула руку, чтобы пожать ее Чэню Сюри. Чэнь Сюри небрежно пожал ей руку, затем немедленно отстранился и попросил их пройти в дом.

Хотя Чэню Сюри было уже почти пятьдесят лет, он был полон энергии. Но сегодня он выглядел усталым, потому что все эти дни не ложился спать допоздна.

«Строительство Сюри» расширилось с помощью старого отца Чэня Сюри. На третий год после смерти своего отца, Гу Чанге вмешалась в контрольный пакет акций компании и объединила «Строительство Сюри» с Гу. Это неизбежно, что он был недоволен этим.

Однако Гу Чанге лично его утешила. Она заявила, что будет предоставлять только финансовую информацию для "Сюри" и не будет вмешиваться в их решения.

В эти годы «Строительство Сюри» нормально развивалось с глубокими инвестициями Гу и точной информацией. Прибыль была очень впечатляющей.

Даже без той части денег, которая была отдана Гу, «Сюри» все еще зарабатывала больше, чем раньше.

Поэтому сам Чэнь Сюри не хотел отделять «Строительство Сюри» от Гу.

Шао Тяньцзе вошел в гостиную виллы. Увидев, что главные архитекторы «Сюри» также здесь, он повернулся, чтобы спросить Чэня Сюри: “Что происходит, г-н Чэнь? Почему вы все ждете меня здесь?”

Чэнь Сюри выглядел обеспокоенным: "Мистер Шао, с тех пор, как мисс Гу слила «Строительство Сюри» с Гу, всё было нормально, и наши торги никогда не проваливались. Но на этот раз мы оказались в ловушке, когда подали заявку на контракт с Чу.

Услышав это, Шао Тяньцзе выглядел еще более подавленным: "Что случилось?”

Гу Чанлэ выглядела точно так же.

Чэнь Сюри попросил ключевых архитекторов показать свои архитектурные чертежи Шао Тяньцзе: “Это архитектурные чертежи, которые мы выбрали для участия в тендере на контракт с Чу. Этот случай очень важен, поэтому я попросил этих архитекторов сделать все возможное. После нескольких обсуждений и доработок мы сделали архитектурный чертеж. Вот он …”

Во время разговора он передает фрагмент чертежа Шао Тяньцзе.

Сам Шао Тяньцзе изучал медицину. Он не очень разбирается в архитектурных чертежах. Он некоторое время смотрел на архитектурный чертеж, а затем спросил Чэня Сюри. “Что не так с чертежом?”

Чэнь Сюри ответил тихим голосом: "Это было скопировано семьей Сюэ.”

Шао Тяньцзе был в шоке. Его глаза за стеклами очков в золотой оправе стали свирепыми: “Чертежи - это высший секрет. Как его можно скопировать?”

Чэнь Сюри покачал головой: "Господин Шао, я должен взять вину на себя. Чертеж был сохранен Нэном перед отправкой. Ассистент Нэна - студент колледжа, который только что был принят. Он очень талантлив. Однако он родился в бедной семье. Получив взятку от семьи Сюэ, он украл копию чертежей и сбежал.”

Шао Тяньцзе нахмурился: "Откуда ты так ясно знаешь?”

“Ассистент Нэна чувствовал себя виноватым из-за этого. Он позвонил и признался Нэну, прежде чем Нэн ушел в отставку.”

Гу Чанлэ вдруг сказала: "Если мы найдем этого помощника Нэн, мы сможем доказать, что семья Сюэ скопировала наши чертежи. Мы можем?”

Чэнь Сюри покачал головой: "Мисс Гу, помощник исчез. Мы искали его в течение многих дней без какого-либо результата. Семья Сюэ теперь говорит, что мы скопировали их архитектурные чертежи и просит нас отказаться от участия в тендере. У нас нет никаких доказательств, чтобы опровергнуть это. В этой отчаянной ситуации мы попросили г-на Шао приехать, чтобы сообщить вам об этом. Может быть, вы можете разработать способ, чтобы спасти «Строительство Сюри».”

Он не просил Шао Тяньцзе спасти «Строительство Сюри».

Он просил Шао Тяньцзе спасти его самого себя.

Потому что «Строительство Сюри» принадлежит Гу, за которое отвечает Шао Тяньцзе.

Если он не сможет выработать какое-либо решение, он потеряет «Строительство Сюри». С тех пор как он стал председателем Гу, он уже потерял салон Тяньсян. Если он потеряет «Сюри» на этот раз, это будет огромный позор для него.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 74. Тупой Нож

Шао Тяньцзе морщил брови и долго молчал. Он, конечно, знает, что это еще одна сложная проблема для него, чтобы решить.

Гу Чанлэ взяла чертеж из рук Чэня Сюри, внимательно посмотрела на него и сказала: “Пожалуйста, отправьте мне его копию по факсу. Мы ответим вам завтра.”

Чэнь Сюри забрал чертеж обратно. Его взгляд был серьезен: "Извините, что беспокою председателя Шао и Мисс Гу из-за этого. Но все зависит от вас.”

Шао Тяньцзе кивнул и ушел вместе с Гу Чанлэ.

На обратном пути домой Гу Чанлэ хмурилась. Шао Тяньцзе, однако, начал рассматривать причину, по которой семья Сюэ сделала это с «Сюри».

Гу Чанлэ находилась в волнении. Ее красивые глаза сощурились, затем она сказала: "Сюэ Тао, председатель Сюэ, не может быть настолько осторожным. Идея должна быть представлена его родителями.”

Шао Тяньцзе кивнул: "Сюэ находится в строительной промышленности в Юньчэне уже более 20 лет. Сюэ и Сюри были в хороших отношениях в эти годы. Почему Сюэ начинает относиться к «Строительству Сюри» как к своему врагу?”

Гу Чанлэ согнула пальцы и ответила, не задумываясь: "Раньше они боялись Гу Чанге. Теперь Гу Чанге мертва, поэтому у них нет никаких угрызений совести, чтобы сделать неприятности для Гу. Они не думают, что вы такой же жесткий, как Гу Чанге.”

Шао Тяньцзе усмехнулся: "Неужели?”

Гу Чанлэ повернулась, чтобы посмотреть на красивое лицо Шао Тяньцзе и наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо: "Они думают, что ты слабее, чем Гу Чанге, поэтому они создают тебе проблемы. Но я лучше их знаю, что ты вовсе не слаб.”

Сказав это, Гу Чанлэ наклонилась, чтобы обнять его за шею и поцеловать в щеку.

Шао Тяньцзе нахмурился: "Мы уже едем домой, а я все еще за рулем.”

“Ты был с моей сестрой так много лет. Она определенно не позволяла тебе целовать ее в машине, верно? Может ты хочешь заняться со мной любовью в машине?" Когда она сказала это, она внезапно подумала о заголовке на первой странице Утренней газеты Юньчэна этим утром: “18-летняя дочь семьи Сун занималась сексом с Чу Моченом в машине вчера вечером!”

Гу Чанлэ расстроилась, когда подумала об этом.

Шао Тяньцзе не сразу отказался от предложения. Он тихо сказал ей: "Подожди, пока я остановлю машину у дома.”

Гу Чанлэ услышала это, ярко улыбнулась и переместила свое мягкое тело обратно на пассажирское сиденье.

Но пока она двигалась, впереди на развилке появилась серебристо-белая машина.

Шао Тяньцзе немедленно повернул руль, чтобы избежать аварии. Однако он обнаружил, что автомобиль вообще не замедлялся. Он ехал прямо к ним!

- А!” Гу Чанлэ закричала, когда завизжали тормоза.

Две машины столкнулись вместе. Автомобиль Шао Тяньцзе был серьезно поврежден.

Под дорожными фонарями Шао Тяньцзе пинком распахнул дверь поврежденного автомобиля и поспешил вытащить женщину, которая потеряла сознание на пассажирском сиденье.

- Чанлэ! Чанлэ! Как ты? Чанлэ?”

Он вытащил из машины женщину, а затем начал гладить ее лицо на обочине дороги.

Однако, Гу Чанлэ все еще не отвечала вообще.

Шао Тяньцзе с тревогой обернулся, чтобы посмотреть, не проезжают ли мимо какие-нибудь машины. Однако, хотя эта дорога находилась недалеко от оживленного района Юньчэна, большинство автомобилей, проезжавших мимов это время, являлись частными автомобилями.

Эти частные машины не останавливались ради них. Люди были так равнодушны в эти годы.

Шао Тяньцзе очень беспокоился. Он все время гладил Чанлэ по щеке.

Гу Чанлэ, которая лежала в его руках, оставалась неподвижной.

Шао Тяньцзе видел, что ее губы постепенно бледнеют, и протянул руку, чтобы проверить пульс. Он боялся, что ее сердце перестанет биться после шока. Они не смогут вынести потери еще одного сердца.

К счастью, он почувствовал, как бьется ее сердце.

Автомобиль, который столкнулся с его автомобилем, также был серьезно поврежден. Шао Тяньцзе начал искать мобильный телефон, который он носил с собой, желая набрать номер экстренной службы. Однако он его не нашел.

В этот момент он вдруг услышал, как с обочины доносится звук тормоза.

Шао Тяньцзе посмотрел вверх и обнаружил, что это тот самый автомобиль, который проезжал мимо них раньше. Он остановился на обочине дороги недалеко от них.

Из машины вышли две молодые девушки.

Одна из них быстро побежала к ним, ее короткие черные волосы развевались на ветру.

Когда девушка подбежала ближе, Шао Тяньцзе удивился: "Шао Сюэ?”

Шао Сюэ подошла и увидела Шао Тяньцзе, который держал Гу Чанлэ в своих руках. Она была в шоке: "Брат, что случилось с сестрой Чанлэ?”

Лицо Шао Тяньцзе побледнело: “На развилке нам навстречу неслась машина. Я не смог вовремя избежать этого. Мы столкнулись. К счастью, я не пострадал. Но Чанлэ упала в обморок.”

Шао Сюэ присела на корточки, чтобы дотронуться до лица Чанлэ: "Мы должны как можно скорее отвезти сестру Чанлэ в больницу.”

Когда Шао Тяньцзе собирался сказать, что никакой машины нет, девушка, которая задыхалась позади них, сказала: “Вы можете использовать мою машину.”

Услышав чистый голос, Шао Тяньцзе повернулся, чтобы увидеть того, кто говорит.

Это была Сун Юньсюань в кашемировом пальто верблюжьего цвета. Она наклонилась, задыхаясь чуть позади.

Она, кажется, не очень часто занималась спортом. Она тяжело дышала, хотя пробежала всего несколько шагов.

Шао Тяньцзе держал Гу Чанлэ в своих руках, обращаясь к Сун Юньсюань: “Тогда пойдем. Извини, что беспокою тебя.”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Меня это нисколько не беспокоит.”

Это действительно не беспокоило ее. Она ждала этой возможности, чтобы отправить их в больницу. И теперь, вот она, эта возможность.

Поскольку Гу Чанлэ потеряла сознание, Шао Тяньцзе быстро сел в машину.

Водитель Сун Юньсюань завел машину. Шао Сюэ и Шао Тяньцзе заботились о Гу Чанлэ на заднем сиденье. Они прибыли в Народный госпиталь через пятнадцать минут.

Сун Юньцзя тоже была проинформирована. Она ждала у дверей больницы. Носилки и инструменты уже были там.

Гу Чанлэ, находясь в объятиях Шао Тяньцзе, покинула машину. Сун Юньцзя позволила медикам быстро уложить Гу Чанлэ на носилки и оттащить ее в операционную для осмотра.

Шао Тяньцзе шел за ними. Шао Сюэ тоже следовала за ними. Сун Юньсюань, однако, некоторое время постояла у дверей больницы, а затем вернулась к своей машине.

Она получила звонок. Голос человека в телефоне дрожал: "Я попал в черную машину, номер которой содержит три-шесть, как вы и просили. Но если это будет расследовано…”

"Не волнуйтесь, камера наблюдения там сломана уже в течение длительного времени.”

Услышав это, мужчина больше не спрашивал.

Сун Юньсюань посмотрела на дверь больницы и понизила голос: “Больше не появляйся в Юньчэне. Я отправлю деньги на ваш счет.”

“Эта женщина ведь жива, верно?”

“Да, она жива.”

Услышав это, мужчина хотел повесить трубку.

Однако Сун Юньсюань неторопливо добавила: "Хотя они оба живы, я не могу сказать, сможете ли вы быть живы, как только они обнаружат, что вы намеренно ударили их.”

Мужчина был шокирован ее словами. Он пообещал ей: "Я гарантирую, что немедленно покину Юньчэн, и я точно никому не позволю себя найти!”

Сун Юньсюань улыбнулась и повесила трубку.

Легко позволить робким людям хранить тайну.

Она всегда любила пользоваться острыми ножами, даже если они могли порезать ей руку. Только вот, эти острые ножи были куплены людьми, которые более могущественны, чем она.

Она может использовать только эти тупые ножи.

Но это не имеет значения. Пока это нож, она может использовать его, чтобы удалить кости своих противников. В конце концов, она же Гу Чанге.

Гу Чанлэ после осмотра и оказания помощи в операционной была переведена в отделение интенсивной терапии.

Сун Юньцзя сняла маску и подошла к Шао Тяньцзе. Шао Тяньцзе тревожно спросил: "Как она?”

“Она не получила серьезных травм. Но ее сердце очень хрупкое. Она должна избегать такого рода потрясений. В противном случае, это легко приведет к преждевременной сердечной недостаточности.”

Услышав, что Гу Чанлэ в порядке, Шао Тяньцзе наконец-то успокаивается.

Сун Юньцзя сняла одноразовые перчатки и бросила их в мусорный бак рядом с ней: “Твоя сестра беспокоилась о Гу Чанлэ. Я вижу, что она очень близка к тебе. Она очень беспокоится о твоей любовнице.”

Когда Сун Юньцзя сказала это, ей стало немного грустно.

Шао Тяньцзе улыбнулся: "Шао Сюэ - хорошая девочка. Она относится ко всем с добротой”

Сун Юньцзя не верила этому. Но она ничего не стала опровергать.

“Ты сейчас пойдешь в палату, чтобы увидеть ее?”

“Поскольку Шао Сюэ сейчас с ней, я навещу ее позже.”

“Я не думаю, что ты сможешь уехать сегодня вечером. Давай спустимся вниз и выпьем по чашечке кофе. Ты можете освежить себя с его помощью. О Чанлэ нужно позаботиться сегодня вечером.”

Шао Тяньцзе показал улыбку и согласился: “Хорошо.”

Они спустились вниз, чтобы выпить кофе в кафе. Кафе очень хорошее и чистое. Было уже десять часов вечера, и в кафе находились только несколько человек - родственники пациентов, которые ужинали там.

Шао Тяньцзе сидел у окна и смотрел на темную ночь снаружи.

Сун Юньцзя была очень смущена: "Когда Чанлэ выписали из больницы, я сказала тебе, чтобы ты убедился, что она хорошо отдыхает. Почему ты так поздно с ней поехал? Вы встречались сегодня вечером вместе?”

Она знала, что в этом районе есть знаменитый западный ресторан. В ресторане подают блюда французской кухни.

Сун Юньцзя подозревала, что у них была романтическая встреча сегодня вечером.

Шао Тяньцзе положил руки на стол, опустил ресницы и сделал глоток кофе: “Нет. На самом деле, мы пошли, чтобы справиться с проблемой.”

“А в чем проблема?- Сун Юньцзя было очень любопытно.

Шао Тяньцзе спросил: "Ты знаешь «Строительство Сюри»?”

Сун Юньцзя некоторое время думала об этом, а затем неуверенно ответила: “Ты имеешь в виду «Строительство Сюри», президент которого хотел спрыгнуть с крыши, но был отговорен Гу Чанге?”

Шао Тяньцзе кивнул. Он похвалил Сун Юньцзя с улыбкой: "У тебя хорошая память, как и в университете.”

Сун Юньцзя лелеяла дни в университете, потому что она встретила Шао Тяньцзе тогда. Она могла вспомнить все, что тогда случилось.

Ей приятно, что Шао Тяньцзе похвалил ее, и он все еще помнил, что случилось в университете.

Голос Сун Юньцзя стал мягким: "Строительство Сюри принадлежит Гу, не так ли? Что случилось?”

Шао Тяньцзе ответил: "Это правда, что «Сюри» принадлежит Гу. Проблема была вызвана семьей Сюэ, в которую вышла замуж ваша младшая сестра.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 75. Любовь Сун Юньцзя

Сун Юньцзя поняла, что произошло после того, как услышала эти слова.

“Вы хотите сказать, что семья Сюэ тайно подставила «Строительство Сюри»?”

Шао Тяньцзе покачал головой, сделал еще один глоток кофе и затем ответил: “Они не удовлетворены, и сделали это в темную. Поскольку «Сюри» как шип в их плоти, они подставили «Сюри» вопиющим образом.”

Сун Юньцзя сказала с отвращением: “У семьи Сюэ нет идеального наследника, но они действительно создают много проблем.”

Затем она начала высмеивать родителей Сюэ Тао за то, что они не смогли вырастить великого наследника.

Сун Юньцзя считала само собой разумеющимся, что это были именно родители Сюэ Тао, которые сделали это.

Хотя Шао Тяньцзе имел то же самое предположение, он этого не сказал. Он задумчиво произнес: “Сюэ и Сюри работают в одной отрасли уже более десяти лет. Сюэ никогда не имели дело со «Строительством Сюри» таким противным способом. Я запутался.”

Сун Юньцзя признала, что в словах Шао Тяньцзе есть некоторые подтексты.

Как и ожидалось, Шао Тяньцзе улыбнулся ей в следующий момент: "Твоя младшая сестра Сун Юньин очень умна, не так ли?”

“Моя младшая сестра?”

Сун Юньцзя удивилась - что он имеет в виду?

Шао Тяньцзе кивнул: "Ты сказала, что твоя сестра тоже ценится твоим отцом. Твой отец передал ей в управление многие отрасли промышленности. Очевидно, что она действительно очень хороша в ведении бизнеса. Она помогает семье Сюэ, так как она вышла замуж за Сюэ Тао.”

Сун Юньцзя стала мрачной из-за догадки Шао Тяньцзе. Держа чашку кофе в своих руках, она сказала, хмурясь: "Я поговорю с Юньин об этом.”

Шао Тяньцзе стал отговаривать ее: "Ты можешь ухудшить отношения между вами, сделав это. Твоя сестра уже является членом семьи Сюэ. Это вполне нормально для нее, чтобы помочь семье Сюэ. Я просто твой друг. Тебе не следует спорить с ней из-за меня.”

Сун Юньцзя сжала руки, когда услышала, как он говорит, что он всего лишь ее друг. Она с нежностью посмотрела на Шао Тяньцзе: "Мы знаем друг друга так много лет, и мы просто друзья?”

Видя, что она говорит серьезно, Шао Тяньцзе наклонил голову, чтобы посмотреть на рябь в кофейной чашке.

Он не ответил ей прямо. Похоже, что у него нет выбора.

Сун Юньцзя смотрела на его лицо и чувствовала, что не может дышать.

Она была его другом на протяжении стольких лет. Она никогда не проявляла к нему своей привязанности.

Тем не менее, она действительно любит его.

Она действительно хочет, чтобы этот человек знал, что он ей нравится.

"Тяньцзе…”

Шао Тяньцзе поднял глаза.

Сун Юньцзя, у которой было разбито сердце, покачала головой: “Я не хочу быть твоим другом.”

“Что ты имеешь в виду?”

Сун Юньцзя начала плакать. Когда он задал этот вопрос, семя любви, которое было похоронено в ее сердце более десяти лет, внезапно проросло.

Она быстро встала, наклонила свое стройное тело вперед, обняла его щеки ладонями и поцеловала его в губы. Она сделала это машинально.

Кажется, что время остановилось именно в этот момент.

Сун Юньцзя ничего не слышала, ничего не видела и ничего не чувствовала.

Она только знала, что если не поцелует его, то сойдет с ума.

Она любит этого человека уже больше десяти лет. За эти годы она превратилась в зрелую женщину из невинной девушки в университете. Она всегда прятала свою любовь глубоко в сердце.

Она уже давно этого ждет. Гу Чанге умерла, но у нее все еще не было шанса рассказать ему об этом.

Хотя Гу Чанге мертва, Гу Чанлэ все еще жива.

Когда умрет Гу Чанлэ?

Поскольку Шао Тяньцзе смог влюбиться в Гу Чанлэ, когда он был с Гу Чанге, возможно, он может влюбиться в нее, когда он с Гу Чанлэ.

Она хотела, чтобы он дал ей немного надежды.

Но…

Раздался громкий звук.

Шао Тяньцзе оттолкнул Сун Юньцзя. Она ударилась о стул, и он шаркнул по полу, издавая резкий скрежет.

Лицо Шао Тяньцзе стало мертвенно-бледным.

Он внезапно встал со стула. Прикоснувшись к губам, Шао Тяньцзе пристально посмотрел на Сун Юньцзя: “Тебе пора возвращаться к работе.”

Сказав это, он повернулся и ушел.

Сун Юньцзя так и не оправилась от шока, вызванного тем, что ее оттолкнули. Она смотрела, как Шао Тяньцзе исчезал за дверью кафе.

На её красивом лице застыло выражение отчаяния. Она долго сидела в кресле и пыталась успокоиться.

В конце концов, она была отвергнута Шао Тяньцзе. Теперь она должна была страдать от боли. Она протянула руку, чтобы прикрыть лицо.

Она тихо плакала в кафе, слезы падают сквозь ее пальцы.

В незаметном углу кофейни сидела девушка с соломинкой для чая с молоком во рту. Она играла со своим мобильным телефоном.

На экране телефона была красивая фотография. Под белым светом, красивая женщина и красивый мужчина целуются. Кажется, что они глубоко влюблены друг в друга.

Она сохранила фотографию в фотоальбоме и повернулась, чтобы с сочувствием посмотреть на Сун Юньцзя.

Она плачет. "Это редкость для Юньцзя, чтобы плакать так горько.”

Она тихо вздохнула и сделала глоток чая с молоком.

……

Сун Юньсюань хорошо спала этой ночью. В ее сне не было ничего, кроме рождественской елки с неоновым светом и сверкающей звездой на ней.

Она услышала нежный женский голос: "Мяомяо, взгляни на красивую рождественскую елку. Разве это не прекрасно? Это специально подготовлено для тебя мамой!”

- Мамочка, я люблю тебя больше всех!”

Голос ребенка настолько ясен, что она ошибочно принимает сон за реальность. Она тихо отвечает ребенку: "Мама тоже любит Мяомяо.”

Сказав это, она протягивает руку, чтобы обнять ребенка, но перед ней ничего нет.

Она открывает глаза и видит, что это всего лишь сон.

В ее комнате темно.

Там нет ни рождественской елки, ни неонового света, ни звезды, ни ребенка, которого она родила, будучи беременной в течение девяти месяцев.

Она хотела, чтобы Шао Сюэ переехала в особняк Гу.

Она позаботится о том, чтобы Шао Сюэ могла жить в особняке Гу всеми правдами и неправдами.

Главная причина заключалась в том, что она беспокоилась о своих двух детях.

Гу И и Гу Мяомяо.

Ее сын и дочь.

Пока Шао Сюэ живет там, она может, по крайней мере, знать о состоянии Гу И и Мяомяо.

Она больше не Гу Чанге. Она не связана с двумя детьми в плане кровного родства. Но никто не может стереть ее память, и никто не может позволить ей забыть своих детей.

Она потянулась к будильнику на прикроватной тумбочке и обнаружила, что все еще три часа ночи.

Она улыбнулась и легла спать на бок. Держа одеяло в руках, она тщательно вспоминала внешний вид Гу И и Мяомяо.

Таким образом, прошло три часа. Сейчас было шесть часов утра.

Она встала и раздвинула шторы, чтобы посмотреть на погоду снаружи.

Она увидела, что снаружи все белое. С неба падали маленькие снежинки. Мир, украшенный снегом, был прекрасен и тих, как сказочная страна.

Она долго стояла перед окном. Она была поглощена созерцанием снежного пейзажа.

Ама постучала в дверь снаружи: "Мисс Юньсюань, вы проснулись?”

Сун Юньсюань внезапно пришла в себя и пошла открывать дверь: “Да.”

В белой пижаме она появилась в дверях.

Ама увидела ее и улыбнулась: "Если ты готова, выходи завтракать.”

Сун Юньсюань кивнула, посмотрела, как уходит няня Ван, а затем вернулась в комнату, чтобы почистить зубы и умыться. Переодевшись, она спустилась вниз.

Она видела слуг, которые входили и выходили из кухни на первом этаже.

Сун Юньсюань остановилась, чувствуя себя странно: "Что случилось? У нас гость?”

Обычно, была только одна служанка, чтобы обслужить их на завтрак.

На этот раз было трое слуг.

После того, как Сун Юньсюань спросила их, эти слуги загадочно улыбнулись: "Мисс Юньсюань, идите завтракать. Сегодня хороший день.”

- Хороший денек выдался?”

Сун Юньсюань продолжила спускаться вниз. По дороге в столовую она высказала свою догадку: “Это из-за снега?”

- Это не только из-за снега.”

Из кухни донесся чей-то голос. Это звучало довольно знакомо, но это был не голос Сун Юньцяна.

Она увидела, что Чу Мочен сидит перед столом и читает газету. Это был его голос.

Чу Мочен сегодня был одет в черную рубашку. Темные волосы, черные глаза и прекрасная улыбка. Он сегодня выглядел чертовски очаровательно.

Сун Юньцян сидел рядом с ним. Казалось, что они оба были очень счастливы.

Сун Юньсюань остановилась у двери: "Сейчас так рано, как вы можете успеть нанести сюда визит?”

Сун Юньцян вмешался: "Юньсюань, как ты можешь так говорить? Чайлд Чу специально пришел к тебе.”

Сун Юньсюань покачала головой, чтобы показать свое неодобрение: "Особняк Чу находится всего в двадцати минутах езды отсюда. Если ему повезет поймать каждый зеленый свет, ему понадобится всего десять минут, чтобы добраться туда.”

Десять минут езды нельзя назвать долгой поездкой.

Сун Юньцян безмолвствовал.

Чу Мочен сложил газету и спокойно сказал: "Я не должен быть в вашем доме?”

“Да.”

“Тогда ты должна быть в моем доме каждый день.”

“Что?”

Сун Юньсюань чуть не поперхнулась медовой водой во рту.

Сун Юньцян рядом с ними чувствовал себя немного неловко.

Хотя он не использовал неподходящие слова, было легко понять, что он имел в виду.

Если Юньсюань вступит в брак с семьей Чу и разделит постель с Чу Моченом, она будет находиться в семье Чу каждый день.

Сун Юньсюань вовсе не была счастлива. Она протянула руку и взяла у слуги салфетку, чтобы вытереть рот. Она холодно посмотрела на него: “Чайлд Чу пришел так рано, в чем дело?”

Чу Мочен отложил газету в сторону, а затем посмотрел на нее: “Ничего, я просто захотел прийти позавтракать с тобой.”

Сун Юньсюань вообще в это не поверила.

В этот момент слуга поставил перед ней чашку изысканной разноцветной лапши соба: “Мисс Юньсюань, Чайлд Чу принес это вам.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 76. Лапша на День рождения

Сун Юньсюань подозрительно посмотрела на лапшу соба, лежащую перед ней: "Что это?”

- Это лапша для именинников, которую я привез вчера из своей деловой поездки. Попробуй-ка.”

Сун Юньсюань хмуро отодвинула лапшу соба и сказала: “Я не люблю есть лапшу.”

Служанка была немного смущена. Сун Юньцян кашлянул: "Юньсюань, Чайлд Чу вчера ездил в Токио и привез её специально для тебя. Он знал, что сегодня твой день рождения, поэтому доставил её сюда рано утром.”

“У меня нет привычки есть лапшу на завтрак. Я могла бы съесть её на ночь.”

Сун Юньцян посчитал, что его сестра очень разборчива. У него не было другого выбора, кроме как протянуть руку и отодвинуть миску с лапшой назад: “Чайлд Чу принес ее специально для тебя. Ты должна хотя бы попробовать. Это миска долголетней лапши.”

Услышав слова - долголетняя лапша, Сун Юньсюань невольно усмехнулась: "Мне не нужно долго жить…”

“Нет, тебе это нужно. Тогда мы сможем состариться вместе. А теперь попробуй.”

Пока Сун Юньсюань говорила, Чу Мочен быстро положил лапшу соба ей в рот.

Чувствуя себя несчастной от того, что её прервали, Сун Юньсюань хотела немедленно выплюнуть лапшу. Но Чу Мочен ласково посмотрел на нее, утешая: “Ты должна её съесть. Если ты выплюнешь её, это принесет тебе несчастье. Ты можешь пнуть ведро, прежде чем получишь то, что ты хочешь.”

Испугавшись этого порочного проклятия, Сун Юньсюань не имела другого выбора, кроме как проглотить лапшу.

Она не может умереть, пока не отомстит!

Увидев, что она съела её, Чу Мочен взял лапшу и протянул Сун Юньсюань: “Теперь съешь еще. Съешь её, и тогда ты сможешь жить счастливо со своим любимым.”

Сун Юньсюань холодно посмотрела на него.

Чу Мочен продолжал улыбаться ей.

Похоже, что он не собирался сдаваться.

Сун Юньсюань сердилась, но она все равно ела лапшу.

- Это означает воссоединение с твоей семьей. Ешь больше.”

Сун Юньсюань съела первый раз, а потом и второй. Но она отказалась, когда ее заставляли съесть третий.

Она оттолкнула руку Чу Мочена: “Я ненавижу, когда меня кормят другие люди.”

Чу Мочен приподнял брови и положил палочки на стол: “Хорошо, тогда ешь сама.”

После того, как Чу Мочен отложил палочки, Сун Юньсюань начала есть свое консервированное яйцо и постную кашу с рисовым пирогом, оставляя лапшу в стороне.

Сун Юньцян, видя, что осталось много лапши соба, чувствовал себя немного неловко: “Юньсюань раньше жила в Цинчэне, и там нет обычая есть лапшу долголетия.”

“У нас в семье Чу есть такой обычай. Я буду смотреть, как она ест лапшу утром на Рождество, начиная с этого года.”

Сун Юньсюань положила палочки для еды: "Я сыта.”

Она повернулась и ушла наверх, оставив Чу Мочена и Сун Юньцяна сидеть в столовой.

Сун Юньцян извинился: "Вероятно, ей приснился кошмар прошлой ночью. В последнее время она плохо спит.”

- Сегодня же я отвезу ее к врачу.”

Сказав это, Чу Мочен встал и последовал за Сун Юньсюань. Сун Юньцян, конечно же, не осмелился остановить его.

После того, как они ушли, служанка на кухне спросила Сун Юньцяна: “Как нам поступить с этой миской лапши соба. Может быть, мы её выбросим?”

Сун Юньцян пристально посмотрел на нее: “Это принес Чайлд Чу Мисс Сун. Мы не можем её выбросить. Поставь в холодильник. Юньсюань может съесть её, когда она будет голодна.”

“А что, если Мисс Юньсюань её не съест?”

“Тогда пусть портится. В любом случае, не выбрасывайте её!”

Служанка получила приказ от Сун Юньцяна и не имела другого выбора, кроме как поставить миску лапши соба в холодильник.

Сун Юньсюань хотела лечь спать после возвращения в свою комнату.

Она изначально хотела выйти на улицу. Однако Чу Мочен неожиданно появился утром. Если она выйдет, он обязательно последует за ней. Так что она планировала остаться дома, пока он не уедет.

Дверь мягко открылась.

Услышав это, Сун Юньсюань повернула голову.

Как и ожидалось, это был Чу Мочен. Он открыл дверь и вошел в комнату.

“Почему ты идешь за мной в мою комнату?”

Чу Мочен закрыл дверь: "Сегодня твой день рождения.”

“Это я и сама знаю.”

Вообще-то, она не думала об этом. День рождения Гу Чанге -15 августа.

Однако сегодня был День рождения Мяомяо.

День рождения Мяомяо приходился на Рождество. Она помнила, что день, когда она родила Мяомяо, был довольно холодным днем. Срок ее родов еще не наступил, но в тот вечер у нее ужасно болел живот.

Домашние слуги беспокоились о ней и хотели отправить ее в больницу. Шао Тяньцзе, сам будучи врачом, стоял рядом с ней и вообще ничего не делал. Казалось, он был слишком напуган, чтобы что-то предпринять.

Однако, оглядываясь назад, она понимала, что, возможно, Шао Тяньцзе гадал, умрет ли она в это время или нет.

Жаль, что слуги были ей верны и отправили ее в больницу на роды. Она успешно родила свою дочь.

В этот момент, Шао Тяньцзе должно быть был очень разочарован!

Когда она думала об этом, то не могла удержаться от смеха над собой.

Чу Мочен сел на край ее кровати, наклоняясь все ближе и ближе к ней и пытаясь поцеловать ее.

Сун Юньсюань внезапно повернулась и клюнула его в губы.

На этот раз Чу Мочен отреагировал быстро. Прежде чем она отошла, он прижал ее к мягкой кровати.

Ее длинные черные волосы разметались по кровати, словно красивые линии на картинке.

Чу Мочен наклонился и поцеловал ее в губы. Это был очень нежный поцелуй.

Сун Юньсюань не сопротивлялась. Она протянула руки, чтобы взять его за шею и коснуться его волос.

Волосы у Чу Мочена жесткие, гладкие и чистые. Она чувствовала себя комфортно.

Его тонкие губы были горячими и сексуальными. Его поцелуй заставил ее почувствовать жар и потерять контроль.

Однако, когда Чу Мочен протянул руку, чтобы развязать ее одежду, Сун Юньсюань остановила его: "Все еще утро.”

“Разве ты не знаешь, что я хочу тебя даже сейчас, рано утром?”

“Но сегодня у меня день рождения.”

“И что же?”

“Ты не должен принуждать меня к этому в мой день рождения.”

“Но ведь это ты начала. А теперь ты хочешь, чтобы я остановился?”

“Ну и что?”

Чу Мочен поднял ее с кровати, наклонился, поцеловал в мочку уха и предупредил: “Если ты посмеешь соблазнять других мужчин, я убью тебя.”

“Ты меня пугаешь.”

“Ты не знаешь, что я чувствую к тебе.”

Сун Юньсюань никогда не поймет привязанности Чу Мочена к ней. Он любил и желал ее.

Он безумно любил ее, но не мог этого показать.

Если однажды он узнает, что Сун Юньсюань предала его, он может захотеть задушить ее до смерти.

Некоторые люди говорили: "Если твоя истинная любовь может жить счастливо без тебя, то отпусти ее.”

Чу Мочен с этим не был согласен. Он так сильно любил Сун Юньсюань, что не мог ее отпустить.

Сун Юньсюань протянула руку, чтобы обнять его: “Любовь - это лишь крошечная часть моей жизни. Я надеюсь, что ты не будешь разочарован.”

Сказав это, она встала с кровати.

Ее кашемировое пальто висело в шкафу. Ей нужно надеть его и уйти прямо сейчас.

У нее не так много времени, чтобы тратить его на любовь, как это делают обычные женщины.

За окном шел сильный снег.

Чу Мочен некоторое время задумчиво смотрел на снег за окном.

***

На Землю падал снег.

Шао Сюэ подула на ее пальцы, которые покраснели из-за мороза. Она прижала к груди пакет с хрустальными креветочными клецками Ляо Цзи.

Когда она вошла в больницу, она увидела Сун Юньцзя, и улыбнулась ей: “Доброе утро, Доктор Сун.”

Сун Юньцзя кивнула в ответ. Видя, что она вышла в такой холодный день, она спросила: “Ты ходила завтракать?”

Шао Сюэ одарила ее застенчивой улыбкой: "Да. Сестра Чанлэ сказала, что она не привыкла есть эту еду в больнице, поэтому я пошла к Ляо Цзи, чтобы купить хрустальные креветочные клецки.”

Голос Сун Юньцзя стал мягким: “Ты так хорошо к ней относишься. На улице холодно, наверное, ты замерзла.”

Шао Сюэ покачала головой: "Мой брат очень заботится о сестре Чанлэ, так что я тоже должна быть добра к ней.”

Сун Юньцзя застыла с улыбкой на лице. Она ещё поговорила с Шао Сюэ, а затем отпустила ее.

Как только Шао Сюэ ушла, она положила руки в карманы своего белого халата и медленно сжала их.

Шао Тяньцзе заботится о людях?

Шао Тяньцзе, похоже, заботится обо всех в своей жизни, но тот, кто действительно заботит его, - это только Гу Чанлэ.

Когда он оттолкнул ее вчера вечером, знал ли он, что это ранит ее чувства?

Она так много для него сделала, но он просто ее толкнул.

Думая об этом, слезы потекли по её лицу.

Но кто-то подошел и поприветствовал ее: “Сестра.”

Услышав голос, Сун Юньцзя сдержала слезы и повернулась.

Человек, который пришел, - это не кто иная, как Сун Юньин.

Когда Сун Юньцзя увидела ее, она сразу же нахмурилась. Она вспомнила, что Шао Тяньцзе сказал ей вчера вечером.

“Почему ты здесь?”

Сун Юньин улыбнулась и протянула руку, чтобы коснуться ее живота: “Я пришла, чтобы сделать тесты. Я знаю, что ты сегодня на дежурстве, поэтому и пришла навестить тебя. Какое совпадение, что я случайно встретила тебя в холле.”

Сун Юньцзя увидела, что Сун Юньин дотронулась до ее живота, вздохнула и потянула ее: “Мне нужно с тобой поговорить. Давай найдем более тихое место.”

Сун Юньин потянулась к своей сестре, чувствуя себя странно: "Что случилось?”

Сун Юньцзя не ответила. Сун Юньин догадалась: "Состояние нашего отца ухудшилось?”

Сун Юньцзя редко возвращалась домой. Она больше не любит возвращаться домой из-за Сун Юньсюань.

Теперь, услышав, что Юньин заботится о состоянии отца, она почувствовала укол в своем сердце. Ей не нравилось, она даже ненавидела слышать беспокойство Сун Юньин о состоянии их отца.

Сун Юньцзя сказала небрежно: "Состояние отца очень стабильное. Тебе не нужно об этом беспокоиться.”

Сун Юньин кивнула, а затем сказала: "Сестра, если у тебя есть время, поезжай домой навестить папу. Может быть, папа тебе поможет.”

“Поможет мне? - Сун Юньцзя нахмурилась.

Сон Юньин последовала за Сун Юньцзя и вошла в кафе на первом этаже больницы. Она понизила голос: "Поможет тебе выйти замуж за Шао Тяньцзе.”

Сун Юньцзя усмехнулась: "Это мое дело. То, что ты сделала для нас, скорее помеха, чем помощь.”

Сун Юньин услышала это и поняла, что ее сестра сердится. Поэтому она осторожно спросила: "Сестра, что случилось?”

“Я должна спросить тебя об этом, Юньин.”

Сун Юньцзя нашла место в углу ресторана и села. Она заказала, не спрашивая Сун Юньин: "Две чашки горячего какао, спасибо.”

Сун Юньин чувствовала себя неловко: "Сестра, горячее какао повлияет на цвет кожи моего ребенка.”

Сун Юньцзя проигнорировала ее: "Ну и что? Кожа Сюэ Тао тоже не белая.”

Услышав это, Сун Юньин немедленно замолчала.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 77. Юньчэнская Частная Начальная Школа

Сун Юньин не осмеливалась много говорить о ребенке, потому что этот ребенок не принадлежал Сюэ Тао.

Она никому не могла рассказать этот секрет. Это уже было ужасно, что Сун Юньсюань знала об этом. Это принесло бы ей много неприятностей, если бы кто-то узнал.

Секрет - это ее ахиллесова пята, и она молчала об этом перед Сун Юньцзя.

Официант быстро принес две чашки горячего какао. Сун Юньцзя поняла глаза на Сун Юньин: "Я слышала, что ты хорошо ладишь с семьей Сюэ.”

“Разве ты не хочешь, чтобы я хорошо ладила с семьей Сюэ?”

Сун Юньцзя покачала головой: "Нет, я просто боюсь, что ты так близка к семье Сюэ, что не можешь отличить своих друзей от своих врагов.”

Сун Юньцзя была сбита с толку из-за слов своей сестры. С холодной искоркой в глазах она держала обеими руками чашку горячего какао, говоря: “Ты моя сестра, и если ты хочешь мне что-то сообщить, скажи мне об этом. Не надо ходить вокруг да около.”

Сун Юньцзя кивнула и холодно посмотрела на нее: “Раз ты хочешь, чтобы я тебе сказала, я буду откровенна.”

“Ок.”

"Являются ли чертежи проекта «Научно-технического города» семьи Сюэ похожими на чертежи «Строительства Сюри»?”

Сун Юньин до этого смотрела на горячее какао в чашке. Услышав слова сестры, она посмотрела вверх и ответила с неудовольствием: “Сестра, ты ошибаешься, строительные чертежи «Сюри» похожи на чертежи семьи Сюэ.”

“Но я уже провела расследование. «Строительство Сюри» никогда не имела такой ситуации за последние 20 лет. Как их чертежи могут выглядеть так же, как у Сюэ после того, как ты вышла замуж в семью Сюэ?”

Сун Юньин быстро встала: "Сестра, ты подозреваешь, что я дала семье Сюэ идею подставить «Строительство Сюри»?”

Сун Юньин, конечно, не была глупа. Она знала, что имела в виду ее сестра.

Видя, что Сун Юньин так взволнована, Сун Юньцзя холодно сказала: "Пожалуйста, успокойся. Сядь и послушай меня. Я не это имела в виду.”

“Сестра, после того как я вышла замуж за Сюэ Тао, ты никогда не приходила в семью Сюэ, чтобы увидеть меня. Как ты думаешь, почему семья Сюэ так меня ценит?”

Сун Юньцзя встала и прижала Сун Юньин к сиденью: “Не будь так взволнована. Это не очень хорошо для здоровья твоего ребенка. Успокойся и позволь мне рассказать тебе все подробно.”

Сидя на своем месте, Сун Юньин почувствовала раздражение, что ее сестра внезапно вмешивалась в дела семьи Сюэ.

“Сестра, ты еще не была в семье Сюэ. Ты не знаешь, что семья Сюэ не ценит меня так сильно, как ты думаешь. Сюэ Тао не остается дома на ночь, а выходит пофлиртовать с другими женщинами. Я ничего не могу с этим поделать. Как я могу вмешаться в решение семьи Сюэ?”

Сун Юньцзя не ответила.

Сун Юньин не могла не сказать: "Сестра, ты должна знать, что родители Сюэ Тао упрямые и подлые. Я могу оставаться там только потому, что беременна. Я не смею вмешиваться в их дела.”

Сун Юньцзя посмотрела вверх: "Но я слышала, что ты недавно была оценена своими родственниками в семье Сюэ.”

Сун Юньин спросила: "Кто тебе это сказал?”

“Мне сказал об этом Тяньцзе.”

Сун Юньин замолчала. Она не знала, что Шао Тяньцзе так много знает о положении семьи Сюэ.

Сун Юньцзя сказала: "Юньин, ты знаешь, что на самом деле отец поддерживает ГУ?”

“А как это связано со «Строительством Сюри»?”

Сун Юньцзя вздохнула: "«Сюри» была тайно объединена с Гу пять лет назад. Но председатель «Строительства Сюри» Чэнь Сюри, расценил это как позор. Таким образом, Гу не обнародовал информацию.”

Сун Юньин почувствовала, как ее веки начали дергаться. Когда она посмотрела на Сун Юньцзя ещё раз, у Сун Юньцзя было угрюмое выражение лица.

Когда она собиралась что-то сказать, в кафе вошел мужчина.

Этот человек с синей челкой носил серьги в ушах.

Сун Юньцзя его недолюбливала.

Мужчина мягко сказал Сун Юньин: "Юньин, наши родители позвали нас, чтобы мы вернулись. Привет, сестра, ты тоже здесь.”

Сун Юньцзя вообще не любила Сюэ Тао. Она кивнула ему из вежливости, а затем встала, чтобы сказать Сун Юньин: “После возвращения скажи Сюэ Тао, чтобы он покрасил волосы назад. Синий взрыв выглядит так странно. Я не могу поверить, что ты можешь это терпеть.”

Сун Юньин повесила улыбку: "Я отличаюсь от тебя. Я не могу влюбиться в джентльмена. Сюэ Тао мне очень подходит.”

Сюэ Тао находился немного далеко от них. Когда он подошел ближе, Сун Юньцзя намеренно понизила свой голос, так что Сюэ Тао не слышал, о чем они говорили.

Когда Сюэ Тао приблизился, Сун Юньин сделала несколько шагов, чтобы схватить его за руку и сказать с удовольствием: “Я сказала сестре, что ты стал хорошим отцом.”

Сюэ Тао застенчиво улыбнулся. На самом деле, он не привык, чтобы его называли «папой»: “Ведь это мой ребенок.”

Сун Юньцзя сделала глоток горячего какао, а затем хотела оплатить счет.

Сюэ Тао достал свою кредитную карту, чтобы оплатить счет. Он очень вежливо сказал Сун Юньцзя: "Сестра, позволь мне заплатить.”

Сун Юньцзя не дала ему расплатиться по счету. Она достала какую-то мелочь, отдавая официанту, посмотрела на Сюэ Тао с улыбкой и серьезно сказала: “Вы не должны платить по счету за меня. Позаботиться хорошо о Юньин - это то, что вы должны сделать”

“Не волнуйтесь. Я буду хорошо заботиться о Юньин.”

Сун Юньцзя кивнула, уходя: “У меня все еще есть работа. Увидимся.”

Сун Юньин и Сюэ Тао смотрели, как уходит Сун Юньцзя.

Когда они сели в машину, Сун Юньин сказала: "К счастью, ты пришел вовремя.”

“Тебя бранила твоя сестра?”

Сун Юньин покачала головой: "Нет, моя сестра говорила о нашем семейном бизнесе.”

Сюэ Тао усмехнулся, и его вежливость исчезла. Он начал насмехаться над Сун Юньцзя: "Эта старая женщина, кажется, не интересуется бизнесом. Но как только твой отец умрет, она, возможно, захочет получить наследство больше всех. Тебе лучше приглядывать за ней.”

Сун Юньин не спорила за свою сестру, но повернулась, чтобы серьезно поговорить с Сюэ Тао: "Моя сестра сказала мне, что семья Сюэ скопировала архитектурные чертежи «Строительства Сюри». Она хочет, чтобы я поддержала Гу. Она сказала, что «Строительство Сюри» принадлежит Гу.”

Сюэ Тао завел машину и усмехнулся: “Сун Юньцзя такая назойливая. Она сует свой палец в наш пирог. Так как «Сюри» уже принадлежит Гу, мы не можем получить большую прибыль от Гу. Нам лучше объединиться с Чу, чтобы бороться против «Строительства Сюри». Почему мы должны делать так, как она говорит?”

Услышав слова Сюэ Тао, Сун Юньин улыбнулась: "У тебя есть хорошее понимание деловых отношений. Как насчет того, чтобы покрасить волосы в черный цвет и пойти на работу с завтрашнего дня?”

Сказав это, она протянула руку, чтобы коснуться его челки.

Сюэ Тао нетерпеливо убрал её руку: "У меня нет на это времени. Не вмешивайся в мои дела. Цвет моих волос не имеет значения. Самое главное, что ты убедишься, что сможешь получить деньги от вашего отца, когда он умрет!”

Сун Юньин была ошеломлена словами Сюэ Тао.

Хотя казалось, что Сюэ Тао относится к ней хорошо, он имел в виду, что Сун Юньин стала причиной его расставания с Чжан Сяо.

Но если бы она не позволила Чжан Сяо держаться подальше от него, она была бы беспокойной.

Через некоторое время она положила руку себе на живот. Она улыбалась, хотя сама не понимала, почему улыбается.

……

Сун Юньсюань вышла из машины. Из-за снега дорога снаружи была скользкой.

Она поскользнулась и чуть не упала, но Чу Мочен сразу же поддержал ее.

“Быть осторожна.”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Дорога скользкая, когда идет снег. Неважно, если я поскользнусь и упаду.”

Чу Мочен схватил ее за руку и пошел вместе с ней: “Ты могла бы упасть раньше. Но теперь, когда я здесь с тобой, ты не можешь упасть. Если люди увидят, как ты падаешь, они подумают, что я плохо о тебе забочусь.”

"Нет, они не будут, я должна сама о себе позаботиться. ”

Чу Мочен удивился ее ответу.

Когда он повернулся, чтобы посмотреть на Сун Юньсюань, он обнаружил, что она улыбается и выглядит свежей. Кажется, она была счастлива.

“Похоже, ты много страдала. У тебя были трудные времена в Цинчэне?”

Сун Юньсюань подумала об этом, а затем покачала головой: “Нет.”

Прежняя Сун Юньсюань уже мертва. Не имеет значения, какой жизнью она жила раньше.

Когда человек умирает, ничто больше не имеет для него значения.

Однако теперь Гу Чанге стала Сун Юньсюань. Она получит все, что должно было принадлежать Сун Юньсюань.

“Хочешь, я тебя подвезу? Очень утомительно совершать длительную прогулку в снежный день.”

Сун Юньсюань отказалась: "У меня редко бывает свободное время, чтобы пойти на такую прогулку. Если у тебя есть другие дела, тебе не обязательно быть со мной.”

Услышав это, Чу Мочен глубоко вздохнул, чувствуя себя подавленным.

Он не был нужен Сун Юньсюань, что заставляло его расстраиваться.

Они пошли вперед. Вдруг они услышали приятный звон.

Услышав звонок, Сун Юньсюань подняла голову и остановилась.

Увидев, что она остановилась, Чу Мочен посмотрел в том направлении, куда она смотрит. Впереди них находится школа, и звонок означал окончание занятий.

Дизайн дверного проема школы был прост и элегантен. Слова «Юньчэн частная начальная школа» были выгравированы на табличке рядом с дверным проемом.

Это самая лучшая, а также самая обширная школа в Юньчэне.

Это школа-интернат. Студенты зачислялись согласно оценке активов компании их родителей. Распределение мест для проживания также осуществлялось в соответствии с активами их родителей. Общий номер состоит из двухместных или одноместных номеров, которые обслуживаются специальными уборщиками.

Несмотря на строгую иерархию в школе, успеваемость у учеников хорошая.

Гу Чанге была восьмым учеником, который занял первое место в провинции.

Сун Юньсюань наблюдала за школой.

Чу Мочен подумал, что Сун Юньсюань интересуется школой и объяснил ей: “Это самая известная частная начальная школа в Юньчэне. Студенты, которые там учатся, - это дети высшего класса. Твой старший брат и две старшие сестры закончили эту школу.”

“А как насчет тебя?”

Будучи спрошенным, Чу Мочен улыбнулся и сказал: “Я только учился здесь в течение полугода, а затем я учился один дома.”

“И почему же?”

“Единственный ребенок в семье редко учится здесь, потому что он единственный наследник семьи. Если он получит травму, это отразится на семье.”

И это не преувеличение. В эту школу поступил единственный ребенок из семьи Ли. Ребенок погиб в школе из-за простого толчка, и это стало причиной резкого падения доли семьи Ли. Это очень дорого обошлось семье Ли.

Гу Чанге училась здесь в течение шести лет, и она была единственным ребенком семьи, который был помещен в школу.

Вы должны знать, что было много людей, которые хотели убить эту девушку, которая унаследует Гу.

Вспоминая дни, проведенные здесь раньше, Гу Чанге мягко улыбнулась. Из школьных ворот вышел ребенок. Увидев это, она сказала: “Вот идет она.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 78. Любимая Дочь

Голос Сун Юньсюань звучал мягко.

Чу Мочен на некоторое время был шокирован и проследил за её взглядом.

Он обнаружил, что маленькая девочка с темно-красным беретом выходила из частной начальной школы Юньчэн.

У ребенка шелковистые длинные волосы до груди и большие глаза. Она надула губы и повернулась, чтобы посмотреть на маленького мальчика, который быстро подошел и остановился рядом с ней.

Маленький мальчик, кажется, очень беспокоился о ней. Он нахмурился, схватил ее маленькую ручку и недовольно выговаривал ей.

Маленькая девочка опустила голову и замерла.

Чу Мочен посмотрел на двух детей, выгнул бровь и посмотрел на Сун Юньсюань: "Ты знаешь этих двух детей?”

Сун Юньсюань мягко улыбнулась: "Я их не знаю.”

Она сказала, что не знает, но на самом деле она лгала.

Он схватил ее за руку и потянул прочь: “Раз ты их не знаешь, пойдем.”

Сун Юньсюань не отказалась и последовала за ним: "Ты знаешь этих двух детей?”

Чу Мочен внезапно остановился и слегка изменил выражение лица. Его голос звучал тихо: "Это старший сын и маленькая дочь Гу Чанге.”

“А как их зовут?”

“Мальчика зовут Гу И, а девочку - Гу Мяомяо.”

Сун Юньсюань кивнула и пробормотала: “Они действительно милые.”

Видя, что она говорит о двух детях, которых она не знает так спокойно, Чу Мочен не мог не подозревать: “Они просто дети.”

“Это я знаю.” - Сун Юньсюань знала, что он имел в виду.

Чу Мочен считал, что у нее есть глубокий конфликт с Шао Тяньцзе, который трудно решить, и он даже подумал, что она выльет свой гнев на двух детей Шао Тяньцзе.

Однако, Чу Мочен никогда этого не узнает.

Они - ее дети.

Она все равно не причинит им вреда.

Сун Юньсюань потянула прочь Чу Мочена. Отойдя довольно далеко, она обернулась и спокойно посмотрела на них.

Чу Мочен заметил, что она обернулась и, нахмурившись, втолкнул ее в машину.

Сун Юньсюань не произнесла ни слова, наблюдая, как Чу Мочен обходит машину, садится за руль и заводит мотор.

Она больше не оглядывалась, но протянула руку и коснулась своего лба.

Чу Мочен завел машину и отъехал от частной начальной школы.

Лицо Сун Юньсюань слегка покраснело, и это ненормально.

Чу Мочен нашел её состояние неестественным, и спросил: “С тобой все в порядке?”

“Мне немного не по себе из-за холодного ветра.” - У нее был немного слабый голос.

Чу Мочен посмотрел на ее красное лицо и усталые, затуманенные глаза.

Сун Юньсюань держалась за свой лоб, говоря ему тихим голосом: "Я действительно сожалею. Меня тошнит. Может ты отправишь меня домой отдохнуть?”

”Пойдем ко мне домой, я позабочусь о тебе.”

Сун Юньсюань отказала ему: "Я могу заснуть только в своей постели. Чем больше я болею, тем больше мне нужна моя кровать. Я чувствую себя неуютно без своей кровати.”

Чу Мочен очень беспомощен. Он мог только отослать ее обратно в дом семьи Сун.

Войдя в дом, их встретил удивленный Сун Юньцян: "Почему ты вернулась так рано?”

Сун Юньцян думал, что поскольку его сестра встречалась с Чу Моченом, то они, по крайней мере, вернутся ночью или вообще не вернутся.

Он не ожидал, что Сун Юньсюань так рано вернется от Чу Мочена.

Сун Юньцян смутился и осторожно спросил Чу Мочена: “Чайлд Чу, она капризничает?”

Чу Мочен молча улыбнулся. Видя, что служанка поддерживает Сун Юньсюань, которая ковыляет обратно в комнату, Чу Мочен сказал: “Ваша сестра страдает плохим здоровьем в последнее время, пусть она отдохнет.”

Сун Юньцян кивнул и проводил Чу Мочена к выходу.

После ухода Чу Мочена Сун Юньцян все еще хмурился.

Юньсюань страдает плохим здоровьем?

Горничная сказала, что в Цинчэне она ни разу не простужалась.

Как она могла вдруг превратиться в миниатюрную девушку, которую уносит ветром после возвращения в процветающий город?

Сун Юньцян не мог этого понять. Он пообедал в одиночестве и позвонил своей старшей сестре Сун Юньцзя.

После того, как Сун Юньцзя получила звонок от своего старшего брата, она спросила его: “Отец в порядке?”

Сун Юньцян посмотрел на второй этаж и сказал: “Доктор сказал, что с ним все в порядке. Может ты хочешь вернуться и увидеть его?”

Услышав ответ своего брата, Сун Юньцзя успокоилась и сказала: “Так как папа в порядке, я не спешу возвращаться. Когда я не буду занята, я приду домой и увижусь с ним.”

Сун Юньцян все еще хотел что-то спросить, но Сун Юньцзя повесила трубку.

Веки Сун Юньцяна судорожно сжались, и он положил телефон обратно на золотую телефонную стойку.

Что-то задержалось в его глазах, и тогда он поднялся в комнату отца.

Сон Ян лежал на кровати, и его дыхание было громким. Телефон врача всегда находился рядом с ним в случае какой-либо чрезвычайной ситуации, и была специальная горничная, которая заботилась о нем.

После того, как Сун Юньцян вошел, Сун Ян, кажется, услышал шаги. В белом тумане увлажнителя он открыл глаза, посмотрел на него и изо всех сил попытался встать.

Сун Юньцян бросился к отцу, чтобы поднять его с кровати, а затем положил подушку позади отца. Затем он нашел стул, сел рядом с кроватью и начал разговор с отцом.

“Папа, как ты себя чувствуешь в эти дни?”

У Сун Яна были тяжелые темные круги, он заговорил с трудом: "Погода становится все холоднее и холоднее, я болен... я болен. Это становится серьезным.…”

Сун Юньцян поддержал его за грудь, чтобы помочь ему дышать: "Папа, когда погода не будет холодной, ты снова будешь здоров.”

Сун Ян кивнул и поднял голову. Его мутные глаза посмотрели на Сун Юньцяна: "Если у меня будут какие-то проблемы, ты должен позволить Юньцзя вернуться…”

Хотя Сун Юньцзя не хотела наследовать бизнес семьи Сун, Сун Юньцзя являлась единственным ребенком законной жены Сун Яна.

И Сун Юньцян, и Сун Юньин, и Сун Юньсюань были просто незаконнорожденными детьми Сун Яна.

Сун Юньцян кивнул: "Папа, тебе не нужно беспокоиться. Я уже звонил Юньцзя только что. Юньцзя сказала, что если она не будет занята, то вернется к тебе.”

Глаза Сун Яна мгновенно потускнели, и его рот прошептал два слова: "...не занята?”

Сун Юньцян кивнул.

Сун Ян молчал, но его глаза показывали разочарование в Сун Юньцзя.

Его старшая дочь уделяет все свое внимание Шао Тяньцзе и игнорирует все. И хотя Шао Тяньцзе любит других женщин, она не сдается.

Она более близка с Шао Тяньцзе, чем со своим биологическим отцом.

Он серьезно болен. Однако его дочь навестит его только тогда, когда она не будет занята.

Сказав это, он все понимает.

Это действительно разочаровывает.

Сун Ян опустил голову, и его мутные глаза стали мрачными и глубокими.

В этот момент из-за двери вдруг раздался низкий голос служанки: “Мисс Юньсюань? Мисс Юньсюань, почему бы вам не войти? Что вы здесь делаете? Входите скорее.”

Служанка впустила Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань беспокойно выглянула из-за двери, и ее голос был тихим: “Я просто позволила повару приготовить немного куриного супа. Я принесла его для папы.”

Сун Ян услышал эти слова и смотрел на нее. Его глаза были полны разочарования, и он вздохнул: “Я очень болен. Ты так заботлива, входи.”

Сун Юньсюань стояла в дверях, не двигаясь: “Папа, я только что простудилась. Я не буду входить. Если простуда передастся вам, то я боюсь, что это будет не очень хорошо для вашего здоровья.”

Сун Ян не настаивал и кивнул: “Иди пораньше отдыхать.”

Сун Юньсюань передала куриный суп служанке, которая кормит Сун Яна, а затем сказала: “У меня небольшая лихорадка. Я хочу пойти в больницу, чтобы взять некоторые лекарства.”

Сун Ян обратился к Сун Юньцяну: "Отправь Юньсюань в больницу.”

Сун Юньсюань быстро сказала: "Нет, папа. Я съезжу с водителем.”

Сун Ян кивнул, затем Сун Юньсюань ушла.

Служанка взяла горячий куриный суп и улыбнулась: "Господин Сун, посмотрите, Мисс Юньсюань знает, что вы не можете есть жирные вещи, поэтому она сняла масло с куриного супа.”

Сун Ян посмотрел на ароматный куриный суп. Его глаза были спокойны, но он вздохнул: “Если Юньин и Юньцзя будут вести себя так же, как она, тогда это будет здорово.”

Сун Юньцян увидел, что его отец не собирается пить суп, поэтому он попросил слугу забрать куриный суп.

Ожидая, когда другие люди выйдут, Сун Ян посмотрел на Сун Юньцяна: "В случае неожиданного несчастья Юньсюань ничего не сможет иметь, но я не могу дать ей слишком много. Ты понимаешь, что я имею в виду?”

Сун Юньцян нахмурился и понизил голос: “Ты имеешь в виду, дать ей меньше денег?”

Сун Ян показал свой мизинец и указал на первую фалангу: “Этих денег будет достаточно.”

Сун Юньцян посмотрел на жест своего отца и принял решение.

Он понимал, что хотел сказать Сун Ян.

После смерти Сун Яна, Сун Юньсюань получит лишь небольшое наследство.

Он, Сун Юньцзя и Сун Юньин получат гораздо больше, чем Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань холодно стояла за дверью. Хотя голос внутри был приглушен настолько, насколько это было возможно, но она все равно отчетливо все слышала.

Ее длинные брови вытянулись, а холодный свет в глазах сделал ее лицо серьезным.

Они также являются детьми семьи Сун, а также детьми незаконных жен.

Однако Сун Юньсюань - это просто мусор в мусорной куче.

Эта семья Сун, от ее отца до ее братьев и сестер, не относилась к Сун Юньсюань как к члену семьи.

Такое положение действительно неудобно.

Она подняла глаза и ушла.

Спустившись вниз, она была замечена шофером, который ждал у двери.

Водитель поспешно подошел к ней и спросил: “Мисс Юньсюань, в какую больницу вы хотите поехать?”

Она застегнула кашемировое пальто: "Частная начальная школа Юньчэн.”

Сун Юньсюань уже сделал несколько шагов, когда водитель удивленно уставился на неё.

Водитель смотрел на спину девушки и чувствовал, что у этой молодой леди был неотразимый импульс в ее крови.

Водитель на мгновение смутился, а затем пошел за ней.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 79. Можешь ли ты поцеловать меня еще раз?

Когда водитель привез Сун Юньсюань в частную начальную школу Юньчэн, было уже темно.

Но снегопад еще не прекратился.

Сун Юньсюань пошла прямо в зал ожидания частной начальной школы Юньчэн.

Было несколько детей, которые играли на пианино и устало читали книги.

Водитель ждал в машине.

Как только она вошла в приемную, ее встретила коротко стриженная женщина в синей куртке летучей мыши.

“Ты здесь, Юньсюань.”

Сун Юньсюань улыбнулась и взяла ее за руку: "Шао Сюэ, неужели Гу Чанлэ все еще плохо с тобой обращается?”

Шао Сюэ покачала головой: "Нет, это намного лучше. Я бы провела с ней всю ночь. Она попросила меня вернуться и забрать обоих детей. Итак, я позвала тебя приехать и сопровождать меня на Рождество.”

Увидев темные круги на лице Шао Сюэ, Сун Юньсюань почувствовала себя виноватой: "Ты, должно быть, очень устала и не могла хорошо спать в эти дни.”

Шао Сюэ коснулась своего лица, и горько улыбнулась: “Это не имеет значения. Думая о своих родителях, нет разницы, что я не спала несколько ночей подряд?”

Шао Сюэ хотелось плакать. Она не могла сдержать слез, когда говорила о своих родителях.

“Если бы ... когда мои родители умирали, Шао Тяньцзе также заботился о них, как он заботится о Гу Чанлэ, мои родители... не умерли бы…”

Шао Сюэ закрыла половину лица, и ее глаза покраснели.

Глядя на ее внешний вид, Сун Юньсюань не знала, как утешить ее.

Если бы Шао Тяньцзе обращался с ГУ Чанге так же, как он обращается с Гу Чанлэ, она бы тоже не умерла.

Однако в мире нет никакого “если”.

Как только что-то произойдет, это никогда не будет обращено вспять.

Она должна идти вперед.

Она никогда не сможет вернуться.

Шао Сюэ - то же самое.

Шао Сюэ закрыла свое лицо, и ее глаза были полны слез.

В это время ребенок внезапно схватил ее за одежду и тихо спросил: “Тетя, ты плачешь?”

“Тетя?”

Услышав этот голос, сердце Сун Юньсюань внезапно сжалось.

Затем она посмотрела прямо на маленькую девочку, которая внезапно оказалась рядом с Шао Сюэ.

Шао Сюэ быстро шмыгнула носом и схватила за руку маленькую девочку в красном платье, толкая ее вперед и представляя ее Сун Юньсюань: “Это дочь Шао Тяньцзе и Гу Чанге. Ее зовут Гу Мяомяо.”

Сун Юньсюань хотела добродушно улыбнуться. Но, глядя на ребенка, она поняла, что не может пошевелиться.

Она младшая дочь Шао Тяньцзе и Гу Чанге - Гу Мяомяо.

Ребенка она носила на девять месяцев.

Она посмотрела на ребенка.

Ребенок тоже смотрел на нее большими черными глазами.

У нее была иллюзия, что она все еще ее мать, и ребенок будет называть ее мамой.

В ее глазах собрались слезы.

Увидев, что она собирается заплакать, Гу Мяомяо хотела что-то сказать.

Когда Мяомяо собирается заговорить, Сун Юньсюань присела на корточки, обняла девочку руками, положила ей подбородок на плечо и сделала вид, что спокойна, сказав с улыбкой: “Привет, Мяомяо.”

“Привет, сестра.”

Голос еще очень молодой. Шестилетний ребенок хорошо защищен от всех плохих вещей.

Этот ребенок никогда не узнает, что ее мать была убита ее отцом.

Сун Юньсюань крепко держала ее и хотела забрать с собой домой.

Шао Сюэ была немного шокирована: "Юньсюань? Может ты знаешь этого ребенка?”

Сун Юньсюань понимала ее волнение, отпустила ребенка и встала: “Нет, я не знала ее раньше. Теперь я ее знаю.”

Шао Сюэ кивнула и указала на маленького мальчика, который сидел в кресле вдалеке и смотрел на них: “Это старший сын моего брата, Гу И.”

После этого она сказала мальчику: “Гу И, подойди сюда и поздоровайся с сестрой Юньсюань.”

Ребенок сидел за столом, и было странно, что книга, лежащая на столе - это “Деньги и банки", которую будут читать только студенты колледжа.

Сун Юньсюань посмотрела на мальчика.

Мальчик нахмурился, словно пытаясь узнать Сун Юньсюань.

Она знала, что ее старший сын очень умен и унаследовал двойные преимущества от Гу Чанге и Шао Тяньцзе.

Увидев своего старшего сына, она не почувствовала хрупкого материнства и тепла, которое у нее возникло при встрече с Мяомяо.

Она встала и естественно улыбнулась ему: "Привет, Гу И.”

Гу И вскочил со стула, и “Деньги и банки” оказались у него в руках.

Он подошел, встал рядом с Шао Сюэ и поприветствовал ее: "Привет.”

Сун Юньсюань улыбнулась и обратилась к Шао Сюэ: "Сегодня Рождество. Я встретилась с твоими племянниками в первый раз, поэтому я хочу взять их с собой, чтобы поесть, это нормально?”

Шао Сюэ улыбнулась, присела и взяла за маленькие ручки Гу И и Мяомяо: "Сяо И, Мяомяо, скажите спасибо этой сестре.”

Гу И и Мяомяо сказали “спасибо” Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань с улыбкой протянула руку “ " Мяомяо, можно я подержу тебя за руку?”

Ее большие глаза повернулись, чтобы посмотреть на Гу И, который стоял рядом с ней. Увидев, что Гу И кивнул, она вложила свою маленькую ручку в руку Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань взяла девочку за маленькую ручку и подняла ее.

Шестилетняя девочка - это свет. Когда она поднимала ее, Сун Юньсюань чувствовала, что она все еще Гу Чанге.

Ее дети все еще рядом с ней.

Она их не потеряла.

И кроме того, они не потеряли ее.

За окном приемной шел сильный снег.

Под красивым неоновым светом этот город, украшенный снегом, был великолепен и огромен.

Сун Юньсюань вышла из частной начальной школы вместе с Гу Мяомяо.

Шао Сюэ держала Гу И за руку.

Они были освещены уличным фонарем.

Вдалеке, на обочине дороги, была припаркована черная машина.

Мужчина, сидящий за рулем, холодно смотрел на двух женщин, стоящих поодаль с двумя детьми.

Ронг Шестой, красивый младший сын семьи Ронг, сидел рядом с ним.

"Чайлд Чу, на мой взгляд, младшая дочь этой семьи Сун действительно странная.”

Чу Мочен не произнес ни слова.

Ронг Шестой продолжал говорить: "Вы видите, у нее нет конфликта с двумя детьми Шао Тяньцзе, почему она сблизилась с двумя детьми?”

Чу Мочен завел машину и разогнался, чтобы уехать.

Ронг Шестой немного удивился: "Разве мы не следуем за ними?”

“Она не будет такой злобной, чтобы причинить вред двум детям.”

Ронг Шестой кивнул: "Это правда.”

Глядя в темноту за окном, Ронг Шестой лениво потягивался: "Проект строительства Научно-технологического города, которым владеет Чу, в последнее время находится в ожесточенном обсуждении. Я слышал, что на торгах появились два одинаковых архитектурных чертежа.”

“Да.”

“А к каким компаниям они принадлежат?”

"Семья Сюэ и «Строительство Сюри».”

Ронг Шестой злорадно улыбнулся: "Кому вы собираетесь отдать проект?”

Чу Мочен не смотрел на него и холодно сказал: “Ты выходишь на перекрестке впереди.”

Ронг Шестой был раздражен и запротестовал: "Ты выгоняешь меня из машины, потому что я спросил Это?”

Чу Мочен нахмурился: "У меня свидание с Юньсюань.”

Выражение лица Ронга Шестого стало очень деликатным.

Выходя на перекрестке и стоя на холодном ветру, он странно посмотрел на Чу Мочена, поворачивающего назад.

Он покачал головой и пробормотал себе под нос: “Я действительно не понимаю. Почему женщина с таким же стилем работы, как у Гу Чанге, может привлечь Чу Мочена?”

Конечно, он не поймет.

Потому что даже сам Чу Мочен не очень ясно понимает это.

Он не знает причину, по которой он должен заполучить Сун Юньсюань.

……

Сун Юньсюань привела двух детей в очень милый ресторан быстрого питания, украшенный куклами.

Официанты все одевались в кукольные наряды.

Гу Мяомяо очень удивилась этому ресторану, и даже Гу И не мог не смотреть на игрушки, размещенные в витрине.

Шао Сюэ чувствовала себя странно: "Юньсюань, откуда ты знаешь такой детский ресторан?”

Сун Юньсюань посадила Мяомяо на диван и села рядом с ней: “Я слышала от других. Я думаю, что детям должно очень понравиться это место, поэтому я решила взять их в ресторан.”

Шао Сюэ и Гу И сидели напротив Сун Юньсюань и Мяомяо.

Официант подошел, чтобы представить меню: "Ребенок, чей день рождения сегодня, может получить в подарок торт «Черный лес» и Супер Долли.”

Большие глаза Мяомяо немедленно загорелись. Она подняла свою маленькую ручку и тихо сказала: “Можно мне его сегодня на день рождения?”

Гу И был беспомощен - день рождения есть день рождения, и он не нуждается в чужом разрешении.

Видя беспомощное выражение на лице Гу И, Сун Юньсюань знала, о чем он думает. Взяв меню, она сказала официанту: "Пожалуйста, сначала дайте нам подарок на день рождения.”

“Хорошо, один момент, пожалуйста.”

После заказа Сун Юньсюань посмотрела на Шао Сюэ: "Мы можем заказать дополнительную еду позже. Мяомяо, тебе здесь нравится?”

“Да.” Глядя на Сун Юньсюань, Мяомяо покраснела и прошептала: “Ещё мне нравится эта сестра.”

Сун Юньсюань не могла сдержать улыбку и наклонилась, чтобы поцеловать ее маленькое личико.

Получив поцелуй, Гу Мяомяо застыла в шоке.

Лицо Гу И стало неестественным.

Шао Сюэ почувствовала что-то неладное. Она тут же спросила: “Мяомяо, что случилось?”

Гу Мяомяо моргнула глазами и повернулась, чтобы неподвижно уставиться на Сун Юньсюань.

Посмотрев на нее, Сун Юньсюань улыбнулась и спросила: "Ты счастлива?”

“Ты можешь поцеловать меня еще раз?”

“Да.” - Сун Юньсюань наклонилась и снова поцеловала ее в лицо.

Маленькие кулачки Мяомяо сжались, и ее слезы начали падать вниз.

В следующий момент маленькая девочка внезапно обняла шею Сун Юньсюань и разразилась слезами.

Шао Сюэ была шокирована внезапным плачем Гу Мяомяо и хотела поспешно утешить ее.

Гу И остановил Шао Сюэ: "Тетя, не беспокойся о ней.”

Шао Сюэ удивилась: "Она только что была в порядке. Почему она вдруг заплакала?”

Гу И облизал губы и сказал: "Моя мама целовала ее так раньше.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 80 Поздравление С Днем Рождения

Гу Чанге очень любила свою маленькую дочь.

В тот день, когда родилась Мяомяо, она с первого взгляда подумала, что ее дочь - точная её копия.

Она любила этого ребенка и хотела хорошо её воспитать.

Так что маленькая дочь воспитывалась как принцесса.

Однако на самом деле она очень любила эту девочку, но у нее не было много времени, чтобы заботиться о ней.

Гу Мяомяо всего шесть лет, но она помнила, как ее мать проявляла свою любовь, целуя ее маленькое личико.

С тех пор как умерла ее мать, никто никогда не целовал ее в щеку.

Ее брат сказал ей, что ее мать уехала далеко, и она всегда ждала.

Однако прошло уже много времени, а ее мама так и не вернулась.

Поэтому она очень скучала по своей матери.

Маленькая девочка всхлипывала. Сун Юньсюань держала ребенка на руках, и умело похлопывала её по спине. Ее движения были очень легкими и нежными, так что смогла остановить плач ребенка.

Когда Гу Мяомяо устала, она заснула в объятиях Сун Юньсюань.

Гу И съел пирог, гамбургер и жареную курицу в одиночку. Шао Сюэ помогала ему, сама не пробуя еду.

Сун Юньсюань похлопывала по спине спящего ребенка, спросив Шао Сюэ: “Неужели болезнь Гу Чанлэ очень серьезна?”

“Она просто испугалась и скоро будет выписана.”

“Почему Шао Тяньцзе не вернулся, чтобы забрать детей на Рождество?”

Шао Сюэ неловко улыбнулась: "Мой брат пошел сопровождать Гу Чанлэ. Он сказал, что Гу Чанге праздновала только Весенний фестиваль в течение многих лет, поэтому он заберет детей во время весеннего фестиваля.”

Сун Юньсюань холодно усмехнулась: "Шао Тяньцзе хорошо помнит привычки своей жены.”

Шао Тяньцзе должно быть сопровождает Гу Чанлэ в первое Рождество после смерти Гу Чанге. В конце концов, Гу Чанге, которая мешала им больше десяти лет, мертва.

Поскольку Гу Чанге, которая была препятствием, умерла, как они могут позволить двум детям, оставленным Гу Чанге, нарушить их мир?

Сун Юньсюань держала Гу Мяомяо, и ее глаза были добрыми и нежными.

За едой Гу И не произнес ни слова. После того, как они получили подарок и счет был оплачен, Сун Юньсюань попросила официанта упаковать праздничный торт для Гу Мяомяо.

Гу И категорически отказывался: "Не нужно упаковывать торт. Моя сестра не проснется раньше 12 часов вечера, она спит очень хорошо.”

Сун Юньсюань улыбнулась и сказала: “Вы можете съесть его завтра.”

Гу И посмотрел на нее: "У моей сестры есть привычка загадывать желание, и я не хочу, чтобы она делала это в этот день рождения.”

“Но почему же?- Спросила его Сун Юньсюань.

Глаза Гу И были ясны и спокойны: "Это не сбудется.”

“А ты знаешь, чего она хочет? - Снова спросила Сун Юньсюань.

Гу И опустил взгляд и закрыл свои янтарные прекрасные глаза. Он холодно усмехнулся: "Она захочет, чтобы моя мать вернулась к ней пораньше, но моя мать умерла.”

Холодный голос ребенка был ясен.

Его услышали Шао Сюэ и официант.

Сун Юньсюань была слегка ошеломлена. Затем она улыбнулась: "Что ты сказал своей сестре?”

“Я солгал ей, что мама уехала в командировку далеко отсюда, и когда она вырастет, то она обязательно вернется.”

Сказав это, он повернулся и пошел к двери.

Сон Юньсюань почувствовала, что ребенок, вероятно, плачет. Шао Сюэ хотела погнаться за ним. Сун Юньсюань схватила ее за руку и покачала головой, показывая, чтобы она не преследовала его.

Сильный ребенок не хочет, чтобы кто-то видел его плачущим.

Он может без слез переносить бесчисленные лишения. Но если вы утешите его, его сильный ум развалится, и он разразится слезами.

Официант рядом с ними был немного неловок: "Праздничный торт…”

“Пожалуйста, упакуйте для меня самый дорогой торт.”

Официант быстро ушел упаковывать праздничный торт.

Когда Шао Сюэ и Сун Юньсюань вышли, Гу И стоял снаружи и наблюдал за падающим с неба снегом.

Гу И был очень красивым и элегантным. Он был похож на девочку в первые три года с момента своего рождения.

В этот момент Сун Юньсюань смотрела на его длинные черные ресницы, украшенные ветром несколькими снежинками. Она вдруг почувствовала, что красивый и элегантный мальчик одинок и худ.

Тяжелое бремя Гу ляжет на него в будущем. Сможет ли он это вынести?

Увидев, что Сун Юньсюань выходит, Гу И обернулся и протянул руки: “Пожалуйста, отдайте мне мою сестру.”

Сун Юньсюань хотела рассмеяться: “Ты всего лишь на год старше ее, можешь ли ты держать ее?”

Голос Гу И звучал твердо и властно: “Да, я обещал своей матери защищать ее.”

Сун Юньсюань была потрясена и понимала, что ребенок, возможно, видел тело своей матери.

Хотя Гу И все еще молод, он очень ясно мыслит.

Сун Юньсюань не отдала Мяомяо Гу И, но повернула голову к Шао Сюэ: "Пусть он возьмет торт.”

Шао Сюэ хотела передать ему торт.

Гу И недовольно сказал: "Я же сказал, никакого торта!”

Сун Юньсюань улыбнулась и повела ребенка к машине. Она сказала Гу И: "Почему бы твоей сестре не загадать желание? Люди будут жить дольше с надеждами.”

Да, люди только будут жить дольше с надеждами.

Никто не живет без надежды.

Надежды будут поддерживать людей, чтобы двигаться вперед, даже если надежда слаба.

Машина впереди принадлежала семье Сун.

Сун Юньсюань шла к машине с Мяомяо на руках. Гу И, который следовал за ней, был немного шокирован.

Затем ему вручили большую коробку с тортом: "Это торт, купленный Юньсюань.”

“Поблагодари ее от меня.” - Гу И протянул руку и взял квадратную коробку с тортом.

Шао Сюэ была немного удивлена. Она думала, что Гу И не примет этот торт. Она действительно не ожидала, что ребенок примет это.

Когда Сун Юньсюань подошла к машине, водитель открыл ей дверцу: “Мисс Сун, кто этот ребенок?”

Сун Юньсюань улыбнулась и небрежно сказала: "У моей подруги сегодня день рождения, и ее ребенок спит. Пожалуйста, отошлите их домой.”

“Да.- Сказал водитель.

Сун Юньсюань вежливо поблагодарила его: "Спасибо.”

Водитель был уже в среднем возрасте. Он был спокоен и честен. Услышав благодарность Сун Юньсюань, он немного смутился и сказал: “Мне очень приятно. Я - водитель семьи Сун. Такие вещи - моя работа.”

Сун Юньсюань улыбнулась, держа ребенка на руках и готовилась сесть в машину.

В этот момент появляется луч яркого света, за которым последовал гудок.

Гу И и Шао Сюэ уже подошли к машине. Увидев луч автомобиля, они недовольно посмотрели на машину.

Водитель даже прикрыл глаза, чтобы лучше видеть.

Автомобиль переключился на ближний свет фар. Водитель узнал марку автомобиля и не мог сдержаться от удивления: “Мисс Сун, это машина Чайлда Чу.”

“Я это знаю.”

Сун Юньсюань, держа ребенка на руках, холодно посмотрела на машину.

На водительском сиденье был Чу Мочен, чьи глаза, как глубокий колодец, издалека смотрели на нее.

Шао Сюэ чувствовала себя странно: "Юньсюань, ты хочешь поздороваться, так как мы случайно встретились с Чайлдом Чу?”

“Конечно.- После этого она повернулась, чтобы посмотреть на водителя, - отвезите их обратно. Я возьму машину Чайлда Чу.”

После этого она направилась к его машине.

Шао Сюэ сказала: "Юньсюань, я могу подержать Мяомяо.”

Шаги Сун Юньсюань замерли. Почувствовав, что ребенок крепко хватает ее за одежду, она отказалась: "Я могу взять ее с собой.”

Шао Сюэ все еще думала, что это очень странно для мужчины и женщины, которые встречаются, чтобы взять с собой ребенка. Однако Юньсюань уже зашла так далеко, и она не могла забрать ребенка обратно.

Беспомощная, она могла только сесть в машину с Гу И.

Сев в машину, они уехали.

Шао Сюэ увидела, что Гу И твердо держит книгу “Деньги и банки”.

Шао Сюэ спросила его: "Можно мне посмотреть книгу?”

Гу И повернулся, чтобы посмотреть на Шао Сюэ, и холодно отказался: “Я не могу тебе её показать.”

Шао Сюэ почувствовала себя еще более странно, когда услышала отказ мальчика.

Однако Гу И не смог удержаться, чтобы не схватить крепче книгу в своей руке.

Никто не знает, есть ли фотография его матери на титульном листе этой книги.

Эта книга была прочитана его матерью во время учебы в университете. Вышеприведенные отметки и надписи принадлежат его матери.

После смерти его матери все вещи, которые она имела при жизни, были убраны из дома, за исключением ее денег и этой книги, которую он тайно держал.

Он чувствовал, что его отец не хочет видеть его мать.

Поэтому, хотя сестра его отца - его тетя, она также является аутсайдером.

Сегодня единственный, кто не является чужаком в этой семье, - это его сестра.

Гу И смотрел вниз и ждал, когда машина привезет его в дом Гу. По дороге он не произнес ни слова.

Шао Сюэ в конце концов отказалась от общения с ребенком, который был холоден и отчужден.

***

Они находились на улице перед рестораном.

Сун Юньсюань бережно держала ребенка на руках, а затем естественно села на переднее пассажирское сиденье синего спортивного автомобиля порше.

Чу Мочен несколько раз хмурился, прежде чем его брови расслабились. Он странно посмотрел на нее: “Что ты делаешь?”

“Я ничего не делаю.”

Она улыбалась, непринужденно поворачиваясь к нему.

Красивые длинные брови Чу Мочена слегка изогнулись: "Ребенок, которого ты держишь на руках, - это…”

“Это маленькая дочь Гу Чанге и Шао Тяньцзе. Разве ты ее не знаешь?”

Глаза Чу Мочена начали казаться страшными: "Почему ты держишь дочь Чанге?”

Сун Юньсюань посмотрела на спящего ребенка у нее на руках. - Разве ты не видишь, как она держит мою одежду? Она хочет, чтобы я обняла ее. Она делает это добровольно.”

Чу Мочен вздохнул: "Не причиняйте вреда невинным детям.”

Улыбка на лице Сун Юньсюань стала намного холоднее, и даже ее голос стал холодным: “Ты воспринимаешь это слишком серьезно. Я никогда не причиню вреда невинным людям.”

Чу Мочен посмотрел на ребенка в ее руках: “Тогда почему ты держишь этого ребенка?”

“Она спит, разве я не должна ее обнять?”

Ее слова всегда были настолько разумны, что даже Чу Мочен не мог найти повода опровергнуть ее.

Сун Юньсюань держала ребенка, и нежность материнства незримо излучалась ею. Ее голос был мягок и нежен: “Сегодня день рождения этого ребенка. Разве я не могу ее обнять?”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 81. Свобода рождения ребенка

Она улыбалась и смотрела на Чу Мочена.

Увидев улыбку на ее лице, Чу Мочен на мгновение почувствовал, что ее улыбающееся лицо стало немного красивее, чем он видел раньше.

Она улыбалась тепло и спокойно, без лукавства и сложностей в прошлом.

Наблюдая за ней в течение нескольких секунд, Чу Мочен сказал: “Сегодня также твой день рождения.”

Сун Юньсюань кивнула: "Я знаю это. Я получила подарок на день рождения, так что я не хочу иметь еще и ужин.”

Сун Юньсюань отказывалась от романтического плана, который другие хотели бы иметь.

Чу Мочен по-прежнему был спокоен: “Ты бы предпочла отпраздновать День рождения ребенка, чем иметь свой собственный день рождения?”

Сун Юньсюань была очень благодарна ему, и она мило улыбнулась: “Это первый раз, когда я ем лапшу на день рождения, присланную мне человеком, отличающимся от моего отца. Спасибо тебе за подарок. Мне это очень нравится.”

“Это не подарок.- Чу Мочен беспомощно прижал руку к виску, как будто он немного устал и ему неприятно общаться с Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань, держа ребенка на руках, почувствовала, что беспокойство девочки. Она положила руку на спину девочки, ласково погладила ее и стала тихонько напевать ей на ухо колыбельную.

Мелодия колыбельной звучала очень красиво. У нее был хороший голос. Когда она пела, ее улыбка становилась мягче.

Внимательно слушая ее пение, Чу Мочен с удивлением посмотрел на ее улыбку.

Она смотрела на ребенка нежно и радостно, как будто она и в самом деле его мать. Она любила этого ребенка всем сердцем и душой.

Глядя на ее улыбку, Чу Мочен вдруг спросил ее: "Ты очень любишь детей?”

Сун Юньсюань небрежно ответила: "Немного.”

На самом деле, она не очень любила детей.

Она была вынуждена пройти перинатальный курс для здоровья и ума своего ребенка, пока она была беременна.

Она почти ничего не могла вынести с большим животом, когда была беременна девять месяцев. Вещи в компании накапливались и мешали большой сделке с американской компанией.

Она была в плохом настроении, что привело к преждевременным родам ее сына.

Она была физически слаба после родов, так что не могла встать с постели в течение месяца и не могла пойти в компанию.

Из-за этого она чувствовала, что ребенок был очень беспокойным. Она не только испытывала сильную боль, когда рожала, но и потеряла так много возможностей получить выгоду, когда была беременна.

Однако именно эта идея пришла ей в голову, когда она еще была Гу Чанге.

Теперь она жива. Глядя на двух детей, она вдруг почувствовала, что в то время она действительно была очень некомпетентной матерью.

Она рано ушла от детей, не дав им больше любви

Теперь она хотела любить этих двух детей и заботиться о них.

Чу Мочен наклонился и посмотрел на маленькое личико Гу Мяомяо. Его глаза были глубоки: "Этот ребенок действительно похож на Чанге.”

Сун Юньсюань не отрицала: "Конечно, она похожа на нее.”

Чу Мочен улыбнулся и посмотрел на Сун Юньсюань: "Будет ли твоя дочь похожа на тебя, когда родится?”

Сун Юньсюань выпалила, не подумав хорошенько: "Конечно.”

“Раз уж тебе так нравятся чужие дети, то лучше иметь собственного.”

Чу Мочен вел Сун Юньсюань в ловушку.

Она остановила эту тему вовремя, когда уже почти собралась прыгнуть в ловушку.

Вместо того чтобы посмотреть на ребенка, она с улыбкой повернулась к Чу Мочену. “Если бы у меня был сын, я бы позволила ему унаследовать все, что принадлежит Чу, но я бы не позволила своей дочери сделать это.”

Она не собиралась вступать в брак с семьей Чу.

Мужчина перед ней - не тот человек, который позволит ей продолжать жить свободно после свадьбы.

Она будет твердо взята под контроль после того, как они поженятся. Если она ему надоест, он, скорее всего, бросит ее.

Может быть, он причинит ей боль, как Шао Тяньцзе, если будет более злобным.

Она больше не будет доверять мужчине.

Почему она должна всю свою жизнь отчаянно полагаться на мужчину?

В течение пяти тысяч лет в Китае все женщины должны были сосредоточиться на своих мужьях.

Она не хочет быть такой.

Она родит ребенка, если Чу Мочен захочет ребенка с его кровью.

Однако этот ребенок должен унаследовать все Чу.

В противном случае, бессмысленно рожать этого ребенка.

Старший сын, который не сможет унаследовать весь бизнес Чу, позже потерпит неудачу, будучи исключенным другими детьми Чу Мочена.

Она не позволит своему ребенку так рисковать.

Поскольку она собиралась родить ребенка, она должна сделать этого ребенка выдающимся.

Дочь не сможет унаследовать Чу, поэтому у нее не будет дочери.

Услышав, что ее слова так холодны и неизменны, Чу Мочен не мог не коснуться ее пухлого маленького лица. Он сказал небрежно: "Ты не можешь выбрать пол ребенка. Почему ты настаиваешь на том, чтобы у тебя был мальчик?”

Сун Юньсюань улыбнулась немного хитро и очаровательно: "Я не могу выбрать пол ребенка, но я могу выбрать, рожать его или нет.”

Услышав ее слова, Чу Мочен напрягся и вдруг посмотрел ей в глаза: “Ты хочешь сделать аборт?”

“Я сделаю аборт, если это будет девочка.- Она ответила легко и безжалостно.

Голос Чу Мочена прозвучал холодно: "В Юньчэне не будет больницы, которая осмелилась бы сделать тебе аборт.”

Сун Юньсюань, немного раздосадованная, нахмурилась: “Это правда, что если ты заранее скажешь больницам в Юньчэне не делать мне аборт, никто из них не посмеет сделать это за меня. Но можешь ли ты помешать мне сделать аборт в других местах, таких как Америка, Канада, Нидерланды и Италия?”

Чу Мочен с ней не спорил. Он спокойно сказал: "Я могу сделать тебя беременной, так что я могу помешать тебе сделать аборт. Ты можешь попробовать, если не веришь в это.”

Сун Юньсюань подняла брови: "Это не может быть девочка.”

“Неважно, мальчик это или девочка, это мой ребенок. Ты не можешь лишить его права жить.”

“Я та, кто даст ему жизнь.”

“В ребенке течет кровь семьи Чу. Ты не можешь принять решение самостоятельно.”

Сун Юньсюань, удивленная его жесткой позицией, посмотрела на него: “Зачем ты это делаешь?”

Чу Мочен убрал свои пальцы от ее щеки, садясь прямо: “Пока ребенок твой, я буду любить его.”

“Хa.- Сун Юньсюань не смогла удержаться от смеха.

Напряжение в машине мгновенно спало.

Немного раздраженный, Чу Мочен сердито посмотрел на нее: "Неужели это так смешно?”

Сун Юньсюань кивнула: "Да.”

Говоря это, она изучала его с большим интересом: “Я не знала, что ты не только верный человек, но и человек с ласковыми словами на устах!”

Вероятно, эти слова сильно взбесили Чу Мочена, который не любил шутить, он наклонился, чтобы обнять ее голову, и поцеловал по-французски.

Даже такой равнодушный человек, как Сун Юньсюань, может почувствовать гнев и энтузиазм Чу Мочена от страстного поцелуя.

Она была очень спокойна. Она не сопротивлялась и не реагировала на это, пока Чу Мочен не остановился.

Она подняла руку, чтобы коснуться губ, спокойно посмотрела на палец, который коснулся губ, и тихо сказала: “Это так реально.”

Ее улыбка была довольно горька.

Грудь Чу Мочена слегка вздымалась. Затем он завел машину и уехал вместе с ней.

Этой ночью, на пути отправки Мяомяо обратно в особняк Гу с Сун Юньсюань, Чу Мочен был очень тих.

Увидев особняк Гу, в глазах Чу Мочена появилась какая-то незаметная холодность.

Сун Юньсюань отдала Мяомяо Шао Сюэ. Гу И, одетый в пижаму, смотрел, как она уходит вместе с Шао Сюэ.

Чу Мочен долго смотрел на сына Гу Чанге, пока Сун Юньсюань не села в машину.

Сун Юньсюань была чувствительна, что бы различить выражение его лица.

Сев в машину и пристегнувшись ремнем безопасности, она спросила: "Сын Гу Чанге похож на нее?”

“Нет, не совсем так.”

“Он больше похож на Шао Тяньцзе?”

Чу Мочен завел машину, потом ответил: “Малыш такой же холодный и спокойный, как Чанге. Короче говоря, он гордый и благородный ребенок.”

Сун Юньсюань не могла понять, нравится ли Чу Мочену ребенок, из-за его смешанных комментариев.

Она задумалась на некоторое время, затем повернулась к нему: “Как ты думаешь, сможет ли этот ребенок в будущем управлять бизнесом семьи Гу?”

Чу Мочен, управляя автомобилем, развернулся и поехал, удаляясь от особняка Гу. Проезжая через какую-то темную тень дерева, он выплюнул: “Трудно сказать.”

Сун Юньсюань спросила его с улыбкой: "Трудно сказать? Он единственный сын Гу Чанге.”

Чу Мочен смотрел вперед и, казалось бы, безразлично напомнил ей: "Но он, возможно, не единственный сын Шао Тяньцзе.”

Глаза Сун Юньсюань мгновенно стали мрачными.

Чу Мочен прав. Невозможно, чтобы у Шао Тяньцзе был только один сын.

Она почти забыла, что с тех пор, как Шао Тяньцзе убил мать ребенка, как он может относиться к нему хорошо?

Шао Тяньцзе - такой скептик. Он, конечно, может предвидеть, что если однажды ребенок узнает, какова истинная причина смерти его матери, он будет против него.

Шао Тяньцзе не отдаст свою надежду исключительно Гу И.

Если…

Если однажды Гу Чанлэ родит сына Шао Тяньцзе, то состояние Гу И и Мяомяо в семье Гу окажется под угрозой.

Если Гу И сделает так, что сын Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ не сможет унаследует семью Гу, Гу И окажется в опасности, и, возможно, однажды он будет устранен как препятствие.

Она бессознательно сжала пальцы.

Чу Мочен, видя это, с беспокойством спросил ее: “Тебе нехорошо? Что-то болит?”

Сун Юньсюань, внезапно придя в себя, небрежно объяснила: “Извини, я отвлеклась.”

“Отвлеклась на что?”

Сун Юньсюань разжала пальцы, потерла ладонь с отпечатками пальцев, а потом сказала: “Я тут подумала, если не Гу И наследник Гу, то как долго может прожить этот ребенок?”

Глаза Чу Мочена стали холодными.

Ресницы у него не вьющиеся, а густые, длинные и прямые, с чувством разума и строгости.

Чу Мочен долго не отвечал.

Когда Сун Юньсюань посчитала, что он уже не ответит на этот вопрос, Чу Мочен внезапно сказал: “Он может долго не прожить.”

Да, это так очевидно.

Как пожар на городских воротах приносит несчастье рыбам во рву, так и смерть матери приносит несчастье ее сыну.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 82. Быть под угрозой

Внезапно ум Сун Юньсюань становится ясным.

Она знает, что должна делать.

Кроме того, она также знает, что ей нужно сделать.

Ее красивый рот плотно сжимается, как прямая линия, и она незаметно испускает немного холодности и гордости.

Она - глава семьи Гу.

Когда-то она владела всем бизнесом Гу.

Теперь, Гу будет передан постороннему только потому, что она стала другим человеком?

Гу имеет длинную историю уже более ста лет. Ее отец дал ей Гу, несмотря на традицию мужского превосходства, которая длится тысячи лет.

Теперь она отдаст компанию своего отца Шао Тяньцзе?

Нет, этого никогда не будет!

Гу принадлежит ее семье!

Он принадлежал ее семье в прошлом и будет принадлежать ее семье в будущем!

Для всей семьи - Шао Тяньцзе - это просто пассажир, который ослепляет их. Когда Гу И вырастет, Гу будет предприятием, которое будет жестко контролироваться преемником ее семьи.

Сун Юньсюань не поменяла своего выражения в тени шелестящих деревьев, за исключением того, что ее глаза стали холодными и глубокими.

Ножеподобный холод распространялся постепенно, как только меч вытянут на дюйм, он не может быть остановлен полностью.

Когда Сун Юньсюань была в нескольких сотнях метров от своего дома, Чу Мочен вынул маленькую красную коробочку, изящно упакованную и красивую по форме.

“Это твой подарок на день рождения.”

Наблюдая, как он передает его, Сун Юньсюань подозрительно приняла.

- Вообще-то мне ничего особенно не нравится. Если я не смогу показать свое удивление позже, ты не можешь винить меня.”

Чу Мочен убрал руку, и его прямая спина оперлась на спинку кожаного сиденья. Его голос был спокоен: "Если я посылаю подарок другим и заставляю их показывать свои сюрпризы, это слишком властно.”

"Каждый хочет удивить человека, который получает подарок.”

“Я просто хочу увидеть твою истинную сторону. Тебе не нужно притворяться передо мной.”

Сун Юньсюань была немного удивлена его открытостью. Она слегка улыбнулась и расслабилась: “Это хорошо.”

Она открыла коробку.

Сун Юньсюань была ошеломлена, когда открыла подарок.

Глядя на чистый нефрит в коробке, который, кажется, не имел примесей, Сун Юньсюань осталась безмолвной.

Видя, что она некоторое время молчит, Чу Мочен посмотрел на нее: “Нравится?”

“Не особо.”

Чу Мочен улыбнулся: "Ты хочешь сказать, что тебе это очень нравится, верно?”

“Нет.”

Она говорит, что нет.

Тем не менее, Чу Мочен достал зеленый нефритовый браслет из коробки и надел его для нее.

- Надень его мне на левую руку. На правой руке будет не очень удобно, когда я пишу.”

- Мужчина слева, а женщина справа. Надень на правую руку.”

- Писать не очень удобно.”

- Надев его на свою доминирующую руку, ты сможешь думать обо мне. Люди думают о том, чьи вещи они видят.”

Его слова, чтобы убедить ее, так же свободны, как вода и облака.

Глядя на нефритовый браслет, надетый на ее правую руку, Сун Юньсюань вдруг почувствовала себя несчастной: "Ты говоришь с другими так каждый раз, когда посылаешь подарок?”

“Почти.”

Сун Юньсюань попыталась снять браслет с ее запястья.

Чу Мочен отвел свою руку, видя, что она изо всех сил пытается его снять.

Но она не смогла этого сделать.

Она немного сердилась из-за своей неловкости.

Чу Мочен злобно улыбался.

“Это действительно неприятно.”

Сказав это, она подняла руку и хотела постучать по окну.

Чу Мочен чувствовал себя беспомощным из-за ее свирепого нрава. Он схватил ее за запястье: "Этот браслет был специально сделан мастерами по нефриту из Мьянмы. Я сказал мастеру, что браслет должен быть сделан в таком размере, чтобы моя женщина не смогла снять его, когда наденет.”

- Ты... - Сун Юньсюань пристально посмотрела на него.

Чу Мочен обнял ее и взял за руку, чтобы она увидела яркий нефритовый браслет на запястье: “Люди часто говорят, что хороший нефрит должен быть дан красоте. Я дал хороший нефрит один раз в своей жизни, и только за одну красоту.”

Сун Юньсюань прикусила губу, все еще хмурясь, но чувствовала себя менее раздраженной: "Я просто не привыкла к подаркам, которые уже получили другие.”

Чу Мочен кивнул: "Я понимаю, что не привык дарить другим такой же подарок.”

Сун Юньсюань хотела забрать свою руку.

Чу Мочен поддразнил ее: "Я делаю тебе подарок, разве ты не скажешь спасибо?”

“Никто не просил меня поблагодарить его после того, как он прислал мне что-то.”

“Но я хочу, чтобы ты поблагодарила меня.”

Сун Юньсюань некоторое время хмурилась, но потом повернулась, чтобы нежно поцеловать его в уголок рта. Она серьезно попросила: "Отпусти меня, я уже поблагодарила тебя.”

Чу Мочен, кажется, запоминал этот поцелуй.

Он постепенно разжал свои тонкие пальцы, сжимающие ее руку.

Глядя, что он не двигается, Сун Юньсюань открыла дверь, чтобы выйти.

Чу Мочен придержал ее за талию и прошептал ей на ухо: "Юньсюань.”

“Ну что?”

"Юньсюань…”

“Что ты хочешь сказать?”

“Я просто хочу позвать тебя по имени.”

Сун Юньсюань раскрыла его руку на ее талии: "Уже слишком поздно. Ты можешь назвать мое имя в другой раз. Я возвращаюсь, чтобы отдохнуть.”

Конечно, Чу Мочен будет считать ее неромантичной женщиной, но... ему это нравится.

Чу Мочен проводил ее домой.

Сун Юньцян все еще испытывал сильную жалость, что его сестра не воспользовалась возможностью провести романтическую ночь с Чу Моченом.

Напротив, Чу Мочен ничего не чувствовал.

Сун Юньцян проводил Чу Мочена к выходу: "Юньсюань сказала, что сегодня она пойдет в больницу из-за лихорадки. Вообще-то она пошла тебе навстречу.”

Чу Мочен улыбнулся: "Я встретил ее на дороге. Это ведь совпадение, верно, старший брат?”

Сун Юньцян, польщенный им, согласился: "Да".

После того, как Сун Юньсюань вернулась в свою комнату, она бросилась на кровать и долго смотрела на нефритовый браслет, надетый на ее правое запястье.

Точно так же есть серебряное кольцо на ее безымянном пальце правой руки.

“Ты действительно можешь вот так держаться вместе с кем-то?” Она разговаривала сама с собой.

Гу Чанге также носила обручальное кольцо, когда вышла замуж за Шао Тяньцзе. Тем не менее, маленькое кольцо было прочно надето на руку на церемонии, но в конце концов оно все же не позволило им держаться вместе.

Она покачала головой, встала и пошла в ванную, чтобы намазать мыло ручной работы. Затем она с такой силой сняла нефритовый браслет, что ее рука покраснела, и убрала его в ящик.

Она наденет его, когда они действительно свяжут себя узами брака.

***

На следующий день Утренняя газета Юньчэна сообщила, что тендер закончился тем, что семья Су выиграла проект.

«Строительство Сюри» и семейство Сюэ оба потерпели неудачу. Поскольку обе компании находились в клубке скандалов, речь о плагиате архитектурных чертежей начала смущать общественность.

Семья Сюэ и «Сюри» опубликовали некоторые доказательства того, что другая компания скопировала архитектурные чертежи для тендера.

И они также готовились идти в суд.

Сун Юньин позвонила, чтобы пожаловаться Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань была беспомощна: "Сестра, ты должна знать, что со звездой, попавшей в беду из-за слухов и плохих новостей, будет расторгнут контракт, не говоря уже о таком большом проекте, как научно-технический город.”

Сун Юньин все еще хотела что-то сказать.

Сун Юньсюань тут же добавила: “Вторая сестра, Чайлд Чу сказал, что это вина семьи Сюэ.”

Сун Юньин потеряла дар речи и тут же повесила трубку.

Конечно, Сун Юньсюань не могла знать, что произойдет.

Однако «Строительство Сюри» и семья Сюэ конкурировали позорно. Семья Су, бедная третья сторона, ухватилась за возможность прославиться в Юньчэне.

Сун Юньсюань была приглашена играть в гольф Чу Моченом.

Она мимоходом узнала главу семьи Су.

Сун Юньсюань посмотрела на его внешность и быстро узнала, что на самом деле он был ее одноклассником.

Этого человека звали Су Юй.

Когда она была Гу Чанге, она училась в частную начальную школу Юньчэна вместе с Су Юйем. Однако этот красивый и светлокожий мужчина, который даже выглядит как женщина, был злым с раннего возраста.

В то время Гу Чанге несколько раз приходилось быть для него козлом отпущения. Позже она лично сбила хулигана с ног, и он три года не смел устраивать неприятности.

Су Юй уехал учиться за границу после третьего курса начальной школы. Что же касается причины отъезда за границу, то она была не очень ясна.

Он вернулся, чтобы унаследовать семью Су в низком профиле и успешно получил проект строительства научно-технического города Чу. Это действительно хорошее начало для него, чтобы взять на себя семью Су.

В то время как Чу Мочен учил Сун Юньсюань играть, Су Юй небрежно смотрел на Сун Юньсюань.

После удара по мячу Сун Юньсюань случайно посмотрела на него. Она слегка улыбнулась, и все вокруг стало теплее.

Ронг Лю, который стоял рядом с Су Юйем, был потрясен и отступил назад. Он потянул Су Юйя, чтобы уйти.

Су Юй твердо стоял на том же месте, что и обычно.

Тем не менее, Сун Юньсюань ясно видела, что он стал неестественным на мгновение, и даже его светлые уши имели небольшое покраснение.

Чу Мочен учил ее играть. Их тела были совсем рядом, и он чувствовал каждое ее движение.

Увидев Су Юйя вдоль взгляда Сун Юньсюань, он неприятно нахмурился: "Тебе лучше сдерживаться.”

“Я просто улыбнулась.- пробормотала она. “Вы слишком властны. Ты не позволяешь мне улыбаться?”

Чу Мочен схватил ее за руку и снова замахнулся. Он сказал недовольно: "Что ты имеешь в виду под этой улыбкой?”

Она улыбнулась: "Я хочу познакомиться с твоими друзьями.”

“Тебе лучше просто поиграть в гольф.”

“Зачем тогда ты меня привел?”

“Сегодня хорошая погода. Я хотел, чтобы ты вышла и наслаждалась этой хорошей погодой.”

Сун Юньсюань была серьезна: "Никто из твоих друзей не пришел с девушкой.”

“Ты раздражена?”

“Я могу справиться со многими вещами…”

Губы Чу Мочена коснулись мочки ее уха. Его голос был низким, с легким угрожающим значением: "Я могу растереть твои вещи в серый цвет своими пальцами.”

Сердце Сун Юньсюань заколотилось, и она холодно посмотрела на него: “Ты угрожаешь мне?”

Он улыбнулся: "Ну, я знаю, что ты не любишь, когда тебе угрожают. Я не хочу угрожать тебе, но хочу помочь. Вы можете пойти лучше и быстрее кратчайшим путем.”

Сун Юньсюань устала играть под его руководством, и она изо всех сил пыталась уйти от него.

Чу Мочен крепко сжал ее руку и шутливо спросил на ухо: “Разве ты не хочешь, чтобы я поцеловал тебя здесь?”

“Если ты хочешь потерять здесь свое лицо.”

Чу Мочен находился под угрозой. Он подумал об этом и отпустил ее в качестве компромисса: “Ты устала, давай сделаем перерыв.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 83. Новый Партнер

Нет ничего слишком сложного для Чу Мочена, чтобы получить, начиная с его детства.

Он единственный ребенок в семье Чу. Он может получить почти все, что захочет.

Даже если никто не даст ему это, он может схватить это сам.

Теперь, есть одна вещь, которая заставляет его чувствовать, что он находится в дилемме.

Она приходит к нему, но не сдается.

Он беспокоился, что использование слишком сильных средств для принуждения ее напугает.

Он мог вторгаться в ее жизнь только постепенно, пока она полностью не приспособится и не перестанет сопротивляться ему.

***

Во время перерыва.

Сун Юньсюань сидела на стуле и пила теплое молоко.

Ронг Лю и Чу Мочен пошли переодеваться.

Сун Юньсюань достала мобильный телефон и нашла песню «Битлз». Она сделала звук немного громко, и когда песня заиграла, внезапные звуки музыки оглушили людей, которые отдыхали в гостиной.

Сун Юньсюань запаниковала. Она быстро понизила звук и стала искать наушники в своей сумке.

Но они никак не находились.

Вдруг мужчина с тонкой рукой протянул руку и постучал по столу, когда она уже собиралась высыпать все вещи из своей сумки на стол.

Он протянул ей пару белых наушников, когда она была ошеломлена.

Сун Юньсюань последовала взглядом за белыми наушниками Sony, чтобы увидеть руку, а затем лицо этого человека.

Неудивительно, что этот человек - Су Юй.

“Ищешь наушники? Я могу одолжить это тебе.”

Сун Юньсюань была очень чувствительна, чтобы заметить, что Су Юй сказал, что он может "одолжить" ей это.

Тогда она должна расплатиться.

Кажется, что этот человек умеет общаться с другими и использовать эту возможность, чтобы подружиться.

Она улыбнулась, потом положила сумку и потянулась за белыми наушниками. “Спасибо.”

“Мое удовольствие.”

Су Юй сел напротив нее, наблюдая, как она вставляет наушники в телефон, и спросил: “Ты подружка Мочена?”

“Да.- Она ответила.

Су Юй улыбнулся: "Это необычно. Мочен уже много лет не женат. Редко можно увидеть, чтобы рядом с ним была красивая девушка. Он готов жениться на тебе?”

Услышав его слова, Сун Юньсюань тут же отдернула руку. Она сняла кольцо, которое было на ее безымянном пальце, а затем молча положила его в карман.

Как и ожидалось, Су Юй посмотрел на её палец.

Сун Юньсюань элегантно и мило улыбнулась.

Су Юй был слегка ошеломлен, когда увидел ее безымянный палец.

Сун Юньсюань надела один наушник, а другой взяла в руку: “Это классическая песня, выпущенная «Битлз», хотите послушать?”

Сказав это, она протянула ему второй наушник.

Су Юй посмотрел на нее, сделал паузу и улыбнулся: ”Хотя мне очень нравится эта песня, мне кажется не очень вежливым слушать музыку, когда кто-то болтает с тобой.”

Сун Юньсюань подумала, что этот парень не изменился за столько лет. Он прекрасен, как женщина, но его сердце ясно, как зеркало.

Она должна была снять наушники и остановить песню: “Меня зовут Сун Юньсюань.”

“Ты младшая дочь семьи Сун?”

Сун Юньсюань кивнула.

Су Юй протянул руку и сказал: “Я слышал о тебе.”

“Я всего лишь незаконнорожденная дочь. Я не могу позволить себе комплименты Чайлда Су.”

Сказав это, она пожала ему руку.

Су Юй был очень заинтересован в ее достойном исполнении: "Мы все знаем, что Мочен - очень собственнический человек. Хорошо, что ты так подружилась со мной?”

“Мы прилично знакомы друг с другом. Что нам нужно скрывать?”

Су Юй, потрясенная ее ответом, рассмеялся: "Ты интереснее всех женщин, которых я видел. Но мне очень любопытно, почему ты смеялась надо мной, когда играла в гольф?”

“Я чувствую, что ты мне знаком, как будто я тебя где-то видел.”

“Эти слова потерты.”

“Нет, ты слишком много думаешь.- Сказав это, она достала из сумки книгу и показала ему обложку. - Урис Су, Лучший трейдер на фондовом рынке, известен как Джордж Сорос с Уолл-Стрит.”

На самом деле обложка книги - это всего лишь изображение на три четверти. Часть лица мужчины скрыта тенью. Даже в качестве прикрытия, его лицо не очень легко идентифицировать.

Но Сун Юньсюань узнала его: “Это ты, верно?”

Су Юй приподнял бровь: "В тебе есть здравый смысл.”

Сун Юньсюань положила книгу на стол и искренне приняла его похвалу: “Спасибо за твою похвалу.”

“Почему ты выбрала мою любимую музыку, чтобы привлечь мое внимание, Мисс Сун?”

“У меня есть деньги и цель, пожалуйста, помогите мне ее достичь.”

Сун Юньсюань пододвинула к нему журнал и осторожно открыла на одной странице.

На странице лежал чек на 70 миллионов.

Су Юй удивился: "Как маленькая дочь, которая не очень любима, тебе действительно нелегко иметь такую сумму депозита.”

“Я знаю, что в твоих глазах это лишь малая толика.”

“Именно.- Су Юй был откровенен.

Сун Юньсюань хлопнула по журналу и улыбнулась ему: "Не хочешь ли ты принять мою просьбу с другой личностью, не как Чайлд Су?”

“А сколько еще ты хочешь?”

Сун Юньсюань вытянула палец.

“Ты смотришь на меня свысока, говоря, что хочешь удвоить её, но ... …”

“Десять раз.”

Слова Сун Юньсюань были небрежны, но они вовремя достигли Су Юйя.

Семьдесят миллионов юаней - мечта многих людей.

С рынка нелегко получить прибыль, не теряя при этом денег. Люди будут в восторге, увидев, что их деньги удвоились.

Десять раз…

Лицо Су Юйя изменилось, как будто ему сделали пластическую операцию в известной больнице. Он зловеще улыбнулся: "Мисс Сун, не кусайте больше, чем можете прожевать.”

Сун Юньсюань это не волновало: "Есть много богатств в мире, которые не требуют больших способностей, но мужества.”

“Мисс Сун слишком честолюбива. Я боюсь, что не смогу помочь Мисс Сун получить то, что вы хотите.- Су Юй отодвинул журнал обратно к Сун Юньсюань.

Сун Юньсюань с непреодолимой силой оттолкнула журнал назад: "Вы унижаете не только меня, но и себя.”

Улыбка Су Юйя стала жесткой.

Сун Юньсюань продолжила: "Я надеюсь установить долгосрочные взаимовыгодные отношения сотрудничества с господином Су. Если мои деньги преумножатся в десять раз, я дам вам 70% от них в подарок.”

“Вы слишком великодушны. Но я собираюсь отказаться от своего хобби - быть манипулятором.”

Сун Юньсюань кивнула: "Я знаю, но не кажется ли вам, что вы должны спросить меня, почему семья Сюэ боролась со «Строительством Сюри» после того, как вы выиграли от этого?”

Выражение лица Су Юйя поменялось. Его глаза потемнели, и он уставился на Сун Юньсюань: "Ты спровоцировала их?”

Сун Юньсюань с улыбкой помазала рукой: "Ты слишком серьезен. Что называется провокацией? Отношения между сверстниками - это соревнование. Всегда есть победитель, верно?”

Су Юй не мог этого отрицать.

То, что сказала Сун Юньсюань, верно.

На протяжении многих лет Компания «Строительство Сюри» доминировала в строительной отрасли Юньчэна, и семья Сюэ следовала за ней. Хотя семья Су не так уж плоха, всегда случались неожиданные несчастные случаи, когда они делали ставки на большой проект.

Чертеж был украден, несчастный случай произошел на стройплощадке перед началом торгов, и была разоблачена семейственность, которой никогда не существовало.

Они будут отвергнуты, пока у них есть негативные новости.

Не говоря уже о победе в конкурсе.

Во время его пребывания за границей семья Су постоянно страдала от негативных новостей.

В настоящее время, в этом торге между семьей Сюэ и «Строительством Сюри», семья Су на удивление не имела никаких негативных новостей или неожиданных происшествий.

Сун Юньсюань посмотрела на него и положила наушники в сумку вместе с мобильным телефоном. Она спокойно улыбнулась, прежде чем встать: “Мистер Су, деловой мир подобен полю битвы. Если вы не бьете других, другие могут бить вас. Вы поняли это, когда были молоды, как вы можете быть смущены и стать трусом сейчас?”

Услышав слова Сун Юньсюань, Су Юй внезапно поднял голову и посмотрел прямо на Сун Юньсюань: “Что ты сказала?”

"Гу Чанге мертва, но это не значит, что ее бизнес-модель и средства устарели. Вы меня понимаете?”

Су Юй нахмурился: "Какие у вас отношения с Гу Чанге?”

“Я видела дневник Мисс Гу. К сожалению, в этом дневнике было твое имя.”

Су Юй пристально посмотрел на нее. Глаза у него были злобные, но он не произнес ни слова.

Сун Юньсюань повернулась, желая уйти: "Я пришлю вам ваши наушники обратно. У меня есть и другие дела.”

Она легко ушла, оставив Су Юйя смотреть на журнал перед ним.

В первом классе начальной школы он завязал шнурки на двух ботинках директора, который выступал на трибуне, и директор сломал себе передние зубы.

Он подставил Гу Чанге и позволил ей быть козлом отпущения для него.

В первом классе начальной школы он тайком плеснул красными чернилами на юбку учительницы, и учительница смущенно уволилась.

Он подставил ГУ Чанге и позволил ей быть козлом отпущения для него.

В первом классе начальной школы он запер Гу Чанге в классе, а затем разбил все стекла. Гу Чанге выпрыгивала из окна, когда он позвал учителя.

Он подставил Гу Чанге и позволил ей снова стать для него козлом отпущения.

Причина, по которой он так издевался над ней, заключалась в том, что Гу всегда превосходили семью Су в деловой конкуренции.

Он думал, что в будущем унаследует семью Су, а Гу Чанге унаследует семью Гу.

Он должен победить ее с самого раннего возраста.

Если он не сможет победить ее, то она, безусловно, победит его.

Однако Гу Чанге полностью победила его лучшими результатами в Юньчэне, когда они закончили первый класс.

Гу Чанге прошла мимо него с холодным лицом. Неважно, сколько раз ее подставляли, она была гордостью. Но ее слова были полны сарказма: "До тех пор, пока я каждый раз буду выигрывать первое место, никто не будет заботиться о плохих вещах, которые я сделала.”

Действительно, то, что сказала Гу Чанге, было правдой.

До тех пор, пока конечный результат будет хорошим, кто заботится о том, что произошло?

Процесс-это всегда процесс, и он никогда не превосходит результатов.

Гу Чанге всегда была мифом о Юньчэне. Она всегда была такой.

Это все равно, жива она или мертва.

Он не в состоянии победить ее, что бы он ни делал.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 84. Вернуть кольцо

После секундного замешательства Су Юй поднял голову и посмотрел на спину Сун Юньсюань.

В это время Ронг Шестой разговаривал с Чу Моченом в конце коридора. Он шутливо сказал: "Чайлд Чу, ты не ревнуешь из-за того, что Юньсюань и Су Юй так близки. Вы действительно терпимы.”

После этого он также протянул руку, чтобы похлопать по плечу Чу Мочена.

Однако Чу Мочен пристально и свирепо посмотрел на него. Ронг Шестой вовремя остановил свою неуважительную руку.

Он знал о намерении Сун Юньсюань поговорить с Су Юйем наедине с тех пор, как они играли в гольф.

Он просто не ожидал, что Сун Юньсюань настолько умна, что даже знает, как точно привлечь внимание Су Юйя.

Ронг Шестой посмотрел на Чу Мочена и осторожно спросил его: "Хочешь, я предупрежу Су Юйя?”

“Насчет чего же?”

“Юньсюань уже твоя женщина. Я позволю ему быть мудрее, и не действовать опрометчиво.- Ронг шестой был очень внимателен.

Чу Мочен поправил свои манжеты и небрежно отверг: “Нет, Су Юй очень умен. Два умных человека, находясь вместе, не будут создавать проблем.”

Не только Су Юй - умный человек, но и Сун Юньсюань - первоклассный умный человек.

Просто…

Он посмотрел вниз, его движения замедлились, и он подсознательно посмотрел на безымянный палец правой руки.

Только что он видел, как она сняла кольцо с безымянного пальца.

Почему?

Хотя Ронг Шестой не находил явных отрицательных эмоций на лице Чу Мочена, было совершенно ясно, что Чу Мочен недоволен.

Поэтому, когда Ронг Шестой покинул гольф-клуб, он предложил взять машину Су Юйя, и он не стыдился позволить Су Юйю отправить его обратно.

Чу Мочен его не останавливал.

Итак, Ронг Шестой, который приехал сюда на машине Чу Мочена, должен взять машину с Су Юйем, чтобы вернуться.

Машина Су Юйя - это красный Феррари.

Су Юй - очень модный человек, что видно по его внешнему виду. Из его сплетен после возвращения в город, он также любит женщин-звезд в развлекательном кругу.

Ронг Шестой болтал с ним сухо.

“Я слышал, что прелестная и невинная юная леди Яо Мими, которую недавно вытолкнули из "Синьхуэй Энтертейнмент", влюблена в тебя.”

“Это та самая героиня, которая играла в "Биографии наложниц в династии Цин"?”

Ронг Шестой был потрясен: “Героиней "Биографии наложниц в династии Цин" является Сунь Юли, а злодейка - Яо Мими.”

Су Юй улыбнулся и посмотрел на него: “Извини, я не очень хорошо знаком с этими женщинами-звездами.”

Ронг Шестой почувствовал, что Су Юй заманил его в ловушку. Он, очевидно, знаком с Яо Мими, но он намеренно сделал ошибку, чтобы показать, что они не знакомы.

Во второй половине пути Ронг Шестой отклонился от своей темы и заговорил о четырех женщинах-актрисах, которые молоды и известны.

В конце концов, когда Су Юй привез Ронга Шестого в дом семьи Ронг в Юньчэне, он сказал: “Один из моих друзей - босс развлекательной компании. Если вы интересуетесь этой женщиной-актрисой, я могу представить его вам.”

“Нет, я в порядке.”

“Ронг Шестой, ты уже не молод. Пришло время для свидания.”

“Я не тороплюсь, потому что мне только семнадцать.”

Су Юй улыбнулся и некоторое время разговаривал с Ронгом Шестым, прежде чем попрощаться и уехать.

Когда он уехал, Ронг Шестой только что отошел от историй женских звезд. Он раздраженно постучал головой: "Ну, я забыл сказать важные вещи.”

Су Юй имел внешность нежную и красивую, как у женщины, но он был решителен при ведении дел.

По дороге домой он позвонил своему старому другу в "Синьхуэй Энтертейнмент": "Чэнь, у меня есть друг, который хотел бы познакомиться с актрисой, которую ты только что нанял.”

“Яо Мими?”

Су Юй подтвердил.

“Разве ты не встречаешься с ней?”

Су Юй улыбнулся и сказал: “Она сказала тебе это?”

“Да.”

“Пусть Яо Мими будет главным героем в новом телесериале вашей компании, который я инвестировал. Но я хочу, чтобы она изменила то, как она меня называет.”

Чэнь вздохнул: "Ты хочешь, чтобы она называла тебя мужем?”

“Нет, пусть она зовет меня Мистер Су.”

Чэнь рассмеялся: "Ты устал от нее за эти несколько дней.”

“Я использовал ее, чтобы помешать отцу уговаривать меня жениться. Сейчас она мне не нужна.”

Чэнь фыркнул: "В кого ты влюбился?”

“Это моя личная жизнь. Я тебе не скажу.”

Чэнь усмехнулся: "Ты должен пригласить меня, когда будешь жениться.”

“Конечно.”

После того, как Су Юй повесил трубку, он посмотрел в зеркало заднего вида автомобиля.

Журнал, лежавший на заднем сиденье автомобиля, хорошо виден из зеркала заднего вида.

Он улыбнулся, и его глаза сверкнули: “70 миллионов, 10 раз, Сун Юньсюань, ты такая амбициозная.”

Тем не менее, он может сделать это.

***

Сун Юньсюань сидела на пассажирском сиденье машины Чу Мочена.

В автомобиле играла нежная фортепианная музыка.

Она прислонилась к сиденью машины и вдруг почувствовала, что ее схватили за руку.

Она медленно открыла глаза, посмотрела на большую руку, держащую ее руку, и обнаружила, что Чу Мочен смотрит на ее правое запястье.

“Нефритовый браслет слишком дорог. Я боюсь, что сломаю его случайно. Поэтому я сняла браслет вчера вечером, но я буду носить его, когда у меня будет социальный повод.”

Чу Мочен кивнул. Его длинные прямые ресницы закрывали половину глаз: "Если тебе не нравится браслет, он будет бесполезен даже для того, чтобы носить его на запястье.”

Сун Юньсюань выпрямилась и посмотрела ему в лицо: “Ты сердишься?”

“Я не сержусь.- Спокойно ответил он.

Для Сун Юньсюань такое прохладное отношение Чу Мочена было невыносимо.

Ей хотелось отдернуть руку.

Однако, Чу Мочен крепко держал ее за правую руку.

Она нахмурилась: "Отпусти мою руку.”

“Подожди минутку.”

Сказав это, он снял кольцо истинной любви с безымянного пальца ее правой руки.

На самом деле, кольцо было не очень легко снять, но Чу Мочен все равно легко снял кольцо с пальца.

Она вдруг начала нервничать. Возник мгновенный шок и паника: "Ты…”

“ Это кольцо тебе не подходит, да?”

Сун Юньсюань прикусила губу: "Что ты имеешь в виду?”

Она подумала, что он, должно быть, видел, как она сняла кольцо, когда разговаривала с Су Юйем.

Как и ожидалось, Чу Мочен спросил ее в следующую секунду: "Почему ты сняла кольцо перед Су Юйем?”

Она попыталась успокоиться. Но вся кровь прилила к кончикам ее пальцев, а затем внезапно отступила, как будто забирая температуру ее тела и позволяя пальцам начать остывать.

Ее губы шевелились, но через некоторое время она обнаружила, что, как бы умна она ни была, она не могла объяснить это дело идеально.

Аристократы высшего класса, эти люди преследуют большинство молодых женщин.

Вокруг них много красивых женщин, и они могут относиться к ним небрежно.

Для ее идентичности Чу Мочену не нужно мириться с ней и принимать ее как центр.

Если Чу Мочен устанет от нее, он легко может нарушить свое устное обещание жениться на ней.

Все посмеются и забудут об этом.

Мужчины редко бывают верными.

Не говоря уже о единственном законном сыне семьи Чу, который может контролировать деловой мир в Юньчэне.

Она поняла эту истину. Но так как она с недавних пор была слишком близка к Чу Мочену, она почти забыла об этом.

Она согнула пальцы и равнодушно посмотрела на них. Ее голос был холоден и бесстрастен: "Тут нечего объяснять. Возьми кольцо обратно, если хочешь.”

“Тебе не подобает носить это кольцо.”

Голос Чу Мочена звучал ясно.

Ее зрачки сузились, и она почувствовала, что ее сердце, кажется, укололи тонкой иглой.

Ее губы мало-помалу побледнели.

“Тогда возьми свои слова обратно.” Она никогда не сдавалась, никогда не уступала мужчинам, не говоря уже о том, чтобы просить прощения и умолять других остаться.

Чу Мочен посмотрел на нее: “У меня нет привычки забирать назад то, что я дал другим.”

“Тогда выбрось его.”

Ее ответ был холоден и безразличен. Ее решимость позволила ему загрустить.

Чу Мочен схватил ее за руку, поднял ее вверх и наклонился, чтобы укусить безымянный палец.

Она не ожидала, что Чу Мочен сделает это. Она была в шоке.

Когда она почувствовала боль в пальце, она не смогла удержаться от крика: “Что ты делаешь?”

Чу Мочен услышал боль в ее голосе и отпустил ее руку.

Она быстро убрала руку: "Зачем ты меня кусаешь?”

“Чтобы поставить тебе метку. Ты запомнишь эту метку, если тебе будет больно.”

Сун Юньсюань посмотрела на него с раздражением.

На пальце у нее появилась четкая отметина от зубов, похожая на овал, инкрустированный драгоценным камнем.

Чу Мочен спросил ее: "Тебе больно?”

“Ты с ума сошел? - Она замахнулась в ответ.

Чу Мочен схватил ее за руку и надел кольцо обратно на безымянный палец, чтобы скрыть отметину от зубов: “Ты должна помнить, что я дал тебе это, и ты не сможешь снять его за всю свою жизнь.”

Нос Сун Юньсюань немного першило, и внезапно ее глаза затуманились.

Чу Мочен посмотрел в ее полные слез глаза. Он не мог не смотреть на ее пальцы: “Что случилось? Я слишком сильно тебя укусил?”

Сун Юньсюань не произнесла ни слова.

Чу Мочен беспомощно протянул руку: "Я просто шучу. Ты можешь укусить меня, чтобы отомстить.”

Сун Юньсюань просто смотрела на него, не говоря ни слова и не двигаясь.

Никто никогда не осмеливался укусить ее за столько лет.

Она не ожидала, что Чу Мочен войдет в ее жизнь так быстро, что она не сможет подготовиться к этому.

Когда с ее руки сняли кольцо, у нее даже защемило сердце.

Черт возьми!

“Ты не кусаешься? - Чу Мочен посмотрел на Сун Юньсюань, глаза которой покраснели, отказываясь проливать слезы. Он протянул ей платок.

В это время Сун Юньсюань внезапно схватила его за руку и укусила безымянный палец левой руки.

Зубы у нее тонкие и чистые, как белый фарфор и серебро.

Однако, когда она кусала палец Чу Мочена, он обнаружил, что она кусает очень сильно.

Зубы у нее как ножи. Она укусила его так сильно, что, казалось, прокусила его плоть и кости.

На тыльную сторону его ладони упала капля горячей жидкости.

Чу Мочен беспомощно поднял руку, дотрагиваясь до ее волос и успокаивая: “Ладно, это моя вина, не плачь.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 85. Бассейн был засыпан

Всю дорогу домой Сун Юньсюань была в плохом настроении. Она вообще не хотела спать.

Ночью Чу Мочен звонил ей больше десятка раз, но Сун Юньсюань не ответила ни на один звонок.

Однако, видя, что Чу Мочен звонит снова и снова, Сун Юньсюань чувствовала себя лучше.

Надев белый халат после душа, Чу Мочен звонил Сун Юньсюань, читая книгу.

Как и ожидалось, Сун Юньсюань не отвечала.

Увидев это, слуга, пришедший с молоком, немедленно сообщил об этом отцу Чу Мочена.

Отец постучал в дверь комнаты сына и озабоченно спросил: "Что случилось? Что-то не так с компанией?”

“Нет.”

“Слуга сказал, что ты все время кому-то звонил, но до сих пор не можешь дозвониться.”

Войдя, он увидел телефон, который Чу Мочен положил на стол.

Чу Мочен, немного удивленный, не смог сдержать улыбки: “Папа, это мои личные дела, которые не имеют отношения к компании. Тебе не нужно об этом беспокоиться.”

Услышав это, отец кивнул.

Но перед самым уходом он добавил: "Если маленькая дочь семьи Сун слишком своенравна…”

“Папа, Юньсюань совсем не своенравна.- Он прервал его прежде, чем отец закончил фразу.

На самом деле, поскольку семья Чу так богата, если они хотят найти женщину, чтобы выдать замуж за своего единственного сына, она должна быть идеальной.

По крайней мере, она должна быть образованной и разумной и жить в богатой семье, как семья Чу.

Однако, хотя Сун Юньсюань является дочерью семьи Сун, которая является богатой семьей, как и семья Чу, она жила в маленьком городке до этого года, когда ей исполнилось 18 лет.

Такая молодая девушка не так привлекательна, как женщины старше двадцати.

Кроме того, она своенравна.

“Мочен, ты не должен ее баловать, иначе она будет вечно своенравной.”

“Папа, я понимаю, что ты имеешь в виду.”

Чу Мочен отправил своего отца обратно, вернулся в свою комнату и продолжил звонить.

Он позвонил около 30 раз, пока не остановился.

На самом деле, в этот момент Сун Юньсюань заснула, и ее мобильный телефон был включен в режим вибрации.

Но если Чу Мочен не позвонит ей несколько раз, она, вероятно, не простит его.

Этой ночью Чу Мочен видел сон.

В его сне и он, и Гу Чанге были молоды.

Чу Мочен играл с ней в шахматы. Он сделал ход, но хотел поменять его.

Гу Чанге остановила его: "Ты не можешь исправить то, что сделал. Если ты сделал этот ход, ты не сможешь раскаяться.”

“Мы просто играем в шахматы.”

“Мой отец говорил, что играть в шахматы - это то же самое, что быть мужчиной. Если вы ошибаетесь, вы можете только исправить это. У вас нет машины времени, чтобы вернуться назад и все изменить.”

Чу Мочен молчал.

Спокойно закончив партию в шахматы, Гу Чанге подняла голову: "Ты должен извиниться за то, что сделал.”

“Но ты все равно выиграла эту игру!”

“Но ты все равно должен извиниться за свою ошибку.”

“Какая ошибка?”

“Не приходи в дом, пока не извинишься передо мной.”

Затем Чу Мочен ушел. Он позвонил Гу Чанге десятки раз, но она не ответила ни на один из звонков.

Когда он наносил тайный визит семье Гу, он обнаружил, что Гу Чанге ждет у телефона и наблюдает за ним. Она потирала виски и говорила: “Я не отвечала ему десятки раз, но он все еще звонил. Поскольку он так искренен, я прощу его.”

***

Сун Юньсюань проснулась на следующий день и сняла кольцо, чтобы увидеть вмятину на безымянном пальце.

Вчера Чу Мочен укусил её за палец. Теперь, после ночи, вмятина исчезла.

Но когда она смотрела на безымянный палец, то ясно вспоминала жар его губ и силу зубов, когда Чу Мочен укусил ее.

Она подняла руку, чтобы коснуться мочки уха, и встала, чтобы умыться.

После завтрака Сун Юньцян вышел из дома.

Сун Юньсюань пошла в комнату Сун Яна, чтобы увидеть его.

Состояние Сун Яна было стабильным, но, похоже, ему не становилось лучше.

Сун Юньсюань осталась с ним на несколько часов, пока не пришла медсестра, чтобы помочь Сун Яну принять лекарство.

Сун Юньсюань не знала, какое лекарство принимал Сун Ян. Она не знала, поправится Сун Ян или нет.

Сун Юньсюань мало что знала о семье Сун.

Ее брат и сестры хорошо знали состояние своего отца.

Однако, когда ее спрашивали о состоянии ее отца, она ничего об этом не знала. Из-за этого другие могли бы посчитать ее безжалостным ребенком.

На самом деле ей было все равно.

У нее есть свой способ справиться с этим.

Выйдя из комнаты Сун Яна, она собрала свои вещи и отправилась в журнал Фаньсин.

Сяо Хонг не видела ее уже десять дней. Когда она увидела, что Сун Юньсюань пришла на работу, она тепло поприветствовала ее: “Мисс Сун, вы пришли на работу.”

Сун Юньсюань кивнула и сказала с благодарностью: "В эти дни я не была в журнале, и вы занимались всем для меня. Спасибо, Мисс Сяо.”

Сяо Хонг застенчиво ответила: "Госпожа Сун, раз вы мне платите, я должна все для вас сделать!”

Сун Юньсюань не могла удержаться от громкого смеха: "Мисс Сяо, ты такая преданная.”

Они вместе пошли в офис. Сотрудники журнала приветствовали Сун Юньсюань кивком головы.

Сун Юньсюань улыбалась и кивала им в ответ.

По дороге в кабинет она увидела, что Шао Сюэ держит несколько новых журналов. Увидев, что она пришла на работу, Шао Сюэ немного удивилась. Потом она вместе с ними отправилась в кабинет.

Сяо Хонг представила статистику опроса читателей Сун Юньсюань: "Читатели высоко оценили «Прекрасного Принца ZUI». Число читателей и продаж превысило число продаж «ZUI Queen». В предыдущем выпуске «Принца ZUI», мы взяли интервью у Ло Си. У каких людей мы должны взять интервью в этом номере?”

“Разве мы уже не решили это? Су Юй, сын семьи Су, который недавно вернулся домой.”

Сяо Хонг пошевелила губами. Очевидно, что она о чем-то думала: “Но Мисс Сун, Су Юй - новый председатель семьи Су. Более того, семья Су всегда держалась в тени. Су Юй может не согласиться на наше интервью.”

Сун Юньсюань использовала ручку, чтобы сделать пометку на статистической таблице читателей. После этого она просмотрела предыдущий опрос читательской аудитории «ZUI Queen».

После этого она сказала: "В опросе читательской аудитории «ZUI Queen» Яо Мими, новая богиня развлекательного круга, занимает первое место. Пусть она будет человеком на цветной странице эксклюзивного интервью и обложке следующего номера журнала.”

Сяо Хонг кивнула: "Итак, какую фотографию Яо Мими мы должны использовать?”

Сун Юньсюань подняла глаза и улыбнулась Сяо Хонг: “В последнее время в кругу развлечений ходят слухи, что у Яо Мими есть отношения с Су Юйем, председателем семьи Су, который вернулся домой раньше. Мы сделаем два журнала одновременно. В одном используем Су Юйя в качестве прикрытия, а в другом - Яо Мими в качестве прикрытия. Лучше использовать их текущие фотографии в качестве обложек. Попробуйте сделать их парой фото.”

Сяо Хонг считала, что это трудно осуществить на практике: “Яо Мими в последнее время хорошо ладит с Су Юйем. Люди думают, что она может выйти за него замуж. Что касается ее самой, то она высокомерная особа. Маленькие журналы, такие как мы, возможно, не смогут позволить себе сделать её фотографии лично.”

Сун Юньсюань холодно ответила Сяо Хонг: "Мы успешно взяли интервью у такой знаменитости, как Ло Си. Может быть, она более знаменита, чем он?”

Ло Си, суперзвезда в развлекательном кругу, потратил целый день на эксклюзивное интервью журналу Фаньсин, что говорить о женщине-звезде, которая только недавно стала популярной.

Она согласится дать интервью, как только об этом попросит журнал Фаньсин.

Кроме того, если Яо Мими действительно хочет выйти замуж за Су Юйя, то до тех пор, пока она услышит, что Су Юй является кавер-персоной «Прекрасного Принца ZUI» в следующем номере, она определенно согласится сфотографироваться для обложки «ZUI Queen».

Сяо Хонг спросила: "Мисс Сун, по вашему мнению, кого нам следует послать, чтобы договориться о встрече с господином Су?”

Сун Юньсюань вручила опрос читателей, который она отметила перед этим, Сяо Хонг: "Я пойду лично.”

Сяо Хонг была в шоке.

Сун Юньсюань добавила: "Ты идешь договариваться о встрече с Яо Мими.”

Сяо Хонг кивнула и вышла с документами в руках.

Шао Сюэ закрыла дверь и положила журналы на стол Сун Юньсюань: "Когда я подарила торт Гу И, он попросил меня поблагодарить тебя.”

Сун Юньсюань улыбнулась: "Пожалуйста, скажи ему, что я получила его благодарность.”

Шао Сюэ посмотрела на Сун Юньсюань и продолжила: "Мяомяо проснулась около 12 часов ночи и загадала свое желание, как и ожидалось.”

“Она серьезный ребенок, не так ли?”

Шао Сюэ кивнула: "Она действительно хочет, чтобы ее мать поскорее вернулась.”

Сун Юньсюань немного удивилась и опять улыбнулась: “Если ее мать узнает, что она так сильно скучает по ней, она будет очень счастлива.”

Шао Сюэ, которая была расстроена, сказала: "Мяомяо и Гу И были отправлены сегодня в частную начальную школу Юньчэн.”

После проверки документов на компьютере и информации о Яо Мими, Сун Юньсюань сказала Шао Сюэ: "Гу Чанлэ будет выписана сегодня?”

“Да, во второй половине дня.”

“Ты должна ее забрать. Сегодня ты можешь уйти с работы пораньше.”

“Спасибо, но…”

Услышав слово "но“, Сун Юньсюань почувствовала, что что-то не так: “Неужели Гу Чанлэ все еще враждебно относится к тебе?”

Шао Сюэ покачала головой: "Нет, но я в замешательстве. Почему мой брат так быстро сблизился с ней?”

Сун Юньсюань посмотрела вниз: "Это легко понять. Шао Тяньцзе с самого начала не нравилась Гу Чанге. Ему все время нравилась Гу Чанлэ.”

“Но он прожил с Гу Чанге больше десяти лет. Он должен любить ее…”

“С течением времени его привязанность к ней угасла. Для него гораздо интереснее иметь дело с другими женщинами. Все мужчины похожи на него, они следуют только своим чувствам.”

Шао Сюэ кивнула и вдруг сказала: “В особняке Гу есть бассейн, который был сделан, чтобы принести удачу Гу Чанге. Вода в нем циркулировала круглосуточно. Однако несколько дней назад, поскольку Гу Чанлэ это не нравится, Шао Тяньцзе позволил людям засыпать его.”

Когда Шао Сюэ закончила свои слова, она внезапно услышала щелчок.

Когда она повернулась, чтобы снова посмотреть на Сун Юньсюань, она обнаружила, что Сун Юньсюань щелкает ручкой в ее руке.

Шао Сюэ испугано спросила: “Юньсюань, что случилось?”

Сун Юньсюань была очень мрачной. Ее длинные ресницы не могли скрыть холод в ее глазах: "Это было построено для Гу Чанге ее отцом.”

Мать Гу Чанге умерла в детстве. Ее воспитывал отец.

У ее отца Гу Чэна была только одна дочь, Гу Чанге. Она была зеницей ока своего отца с самого детства.

Гадалка сказала, что ей не хватает воды, одной из пяти стихий. Хотя она и умна, но недолговечна. Если она хочет жить дольше, ей нужно жить в доме с проточной водой.

Тогда у Гу Чэна уже был незаконнорожденный ребенок.

Но он позволил людям выкопать яму на заднем дворе и построить бассейн.

Все в семье Гу знали, что Гу Чэн любил Гу Чанге больше всех своих детей.

Теперь бассейн, который ее отец позволил людям выкопать для нее, был засыпан Шао Тяньцзе?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 86. Фотография

“Хa.”

Спустя долгое время Сун Юньсюань сказала только одно слово.

Шао Сюэ все еще беспокоилась о ней: "Юньсюань, что не так с бассейном?”

“Ничего... - она опустила голову и бросила сломанный карандаш в мусорное ведро.

Закончив, она встала: “Прах Гу Чанге был рассеян в открытом море, но должна быть мемориальная доска для детей, чтобы почтить ее память, верно?”

Теперь Шао Сюэ вспомнила, что однажды сказали Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ: “Шао Тяньцзе и Гу Чанлэ сказали, что мемориальная доска Гу Чанге находится в храме Тяньсян.”

Сун Юньсюань кивнула: "Понятно.”

Шао Сюэ почувствовала, что Сун Юньсюань сегодня немного странная, но Шао Сюэ не могла понять, что делает ее странной.

Сун Юньсюань позволила Шао Сюэ уйти с работы раньше во второй половине дня, чтобы встретиться с Гу Чанлэ в больнице вместе с Шао Тяньцзе.

После того, как Шао Сюэ ушла, она взяла зонтик и отправилась в храм Тяньсян во внешнем пригороде на такси.

Храм Тяньсян располагался на горе Сяншань. Когда наступала осень, в небе появлялось много красных листьев. Пейзаж здесь был настолько красив, что многие люди отправлялись туда осматривать достопримечательности.

На самом деле, большинство людей не знали, что было много захоронений по всей горе. Позже тот, кому было поручено управлять этим кладбищем, посадил много кленов и сделал гору Сяншань такой, какой она является сегодня.

Поскольку сейчас была поздняя зима, часто шел снег. На дороге повсюду виднелись следы тающего мокрого снега.

Держа в руках фиолетовый зонтик, Сун Юньсюань шла по каменным ступеням храма Тяньсян в своем красном кашемировом пальто.

Капля снежной воды упала на ее зонтик.

Сун Юньсюань подняла голову, увидела храм Тяньсян, построенный на склоне горы, и пошла быстрее.

Когда она была жива, то уже выбрала себе собственное место для захоронения, рядом с отцовским и материнским, и никогда не думала, что ее не похоронят ни на одном кладбище вообще, и Шао Тяньцзе выбросит ее прах в открытое море.

Однако Шао Тяньцзе никогда бы не подумал, что даже если ее прах был выброшен им в открытое море, ее душа все еще находится в Юньчэне.

Более того, она откроет правду о том, что Шао Тяньцзе убил свою жену шаг за шагом.

Пусть он потеряет свое положение и репутацию.

Она вошла в храм Тяньсян. Мастер храма Тяньсян подошел к ней и спросил, зачем она пришла.

Она только слегка улыбнулась: "Я здесь, чтобы отдать дань уважения Гу Чанге.”

Гу Чанге тоже приходила в храм, когда была жива, и пожертвовала ему немного денег.

Конечно, деньги, которые она жертвовала Будде, были лишь малой толикой тех денег, которые она тратила на благотворительность каждый год.

Она верила в буддизм, но не слепо.

Она предпочитала жертвовать деньги студентам и школам, чем Будде.

Услышав имя Гу Чанге, мастер в храме поклонился ей и показал дорогу: “Мемориальная доска госпожи Гу находится здесь, пожалуйста, пойдемте со мной.”

Сун Юньсюань последовала за ним.

Затем она увидела ряд каменных шкафов, похожих на книжные полки в храме.

На каждом маленьком квадратном шкафчике была фотография, а под ней - имя человека.

Когда Сун Юньсюань пришла туда, мастер увидел, что она одета в красное пальто, и напомнил ей: “Тебе не подобает отдавать дань уважения мертвым в красных одеждах.”

Сун Юньсюань улыбнулась и ответила: “Мисс Гу хотела бы, чтобы я навестила ее в красном, что может доказать, что я живу хорошо и все еще динамична.”

Мастер, вероятно, нашел Сун Юньсюань очень странной. Сказав "Амитабха", он покинул её первым.

Сун Юньсюань стояла в одиночестве перед маленьким каменным шкафом Гу Чанге и смотрела на фотографию на шкафу, который был почти такой же высокий, как и она. На снимке ей было 18 лет. Она протянула руку и коснулась его: “Ты умерла, когда тебе было 32 года. Почему Шао Тяньцзе поместила эту фотографию, на которой тебе было 18 лет?”

Улыбающаяся 18-летняя женщина ничего не ответила, но ее губы и брови показывали, как она была молода и красива в то время.

Сун Юньсюань посмотрела на Гу Чанге на фотографии и нежно коснулась пальцами имени Гу Чанге, выгравированном на камне: “Когда ты умерла, Гу стал принадлежать Шао Тяньцзе. Гу сильно изменился благодаря ему. Следы твоего существования были стерты начисто. Можешь ли ты принять все это?”

Женщина на фотографии смотрела на нее и ничего не говорила.

Она кивнула. - Я знаю, что ты не можешь, но я гарантирую тебе, что помогу вернуть всё.”

Всё, она получит всё обратно для Гу Чанге.

Шао Тяньцзе заплатит цену, которую он заслуживает за вмешательство в семью Гу.

Она не жалела о своей смерти и не плакала.

Она только улыбалась и смотрела на женщину на фото. Как будто время и пространство изменились в одно мгновение, она увидела себя 18-летней девушкой.

Она нахмурилась и вспомнила то время, когда ей было восемнадцать лет. Внезапно она поняла, что не помнит, что делала в то время.

В тот год она, казалось, познакомилась с Шао Тяньцзе.

Тогда она была вместе с Шао Тяньцзе.

Затем ее отношения с Шао Тяньцзе наладились. Большая часть ее воспоминаний была связана с преемственностью Гу.

В то время Шао Тяньцзе был нежен.

Он брал ее за руку, чтобы посмотреть на объекты исследований и понаблюдать за маленькими рыбками в пруду вечером.

Он также притягивал ее в свои объятия, когда шел дождь, и накрывал своей самой важной книгой.

Она была сильной женщиной, но в восемнадцать лет проводила некоторое время в праздности.

Однако из-за этого она лишилась жизни.

Она слишком рано рассталась с жизнью.

Сун Юньсюань думала, что ей будет грустно, когда она вспомнит о прошлом.

Однако, несмотря на то, что на улице было холодно, когда она прикасалась к ледяной каменной табличке и терла фотографию, она чувствовала только легкую боль.

Она не могла пролить ни слезинки.

Когда ее вернули к жизни, она была совершенно другой.

Теперь вся эта боль и ненависть высечены в ее костях.

Она не будет проливать слезы по Шао Тяньцзе, что могло бы показать ее слабость.

Она слегка улыбнулась, убрала пальцы и открыла зонтик, который держала в руке: "Гу Чанге, я вернусь, чтобы снова отдать тебе дань уважения.”

Подожди меня.

Когда я позволю Шао Тяньцзе почувствовать боль, которую ты испытала в прошлом, и дам ему понять, что ты страдаешь от боли, но не можешь пролить слезы, я приду и навещу тебя.

Она вернулась тем же путем, каким пришла.

Листья в горах лежали плотным ковром, и нижние листья уже сгнили в земле.

Когда она покидала гору, она протянула руку и бросила монету в котел в храме. Она улыбнулась и посмотрела на величественного Золотого Будду: "Будда, пожалуйста, помоги мне заработать много денег.”

Мастер рядом с ней покачал головой, вздохнул и посмотрел, как она уходит.

В глазах такого эрудированного буддийского ученого она должна быть очень материальной женщиной.

Однако на самом деле в этом мире есть только два типа людей.

Богатые и бедные.

Богатые могут легко получить все, в то время как бедные всегда должны использовать свою жизнь, чтобы обменять ее на деньги, которые богатые люди тратят, как воду.

Она готова быть поверхностной.

Если она не будет поверхностной, она не сможет подняться и победить Шао Тяньцзе, председателя правления Гу, который окружен богатыми.

Чтобы победить Шао Тяньцзе, ей нужны огромные финансовые ресурсы в деловом кругу.

Нет, другими словами, она ДОЛЖНА получить огромные финансовые ресурсы в деловом кругу.

Ее глаза были холодны. Когда она спустилась к подножию горы, в кармане у нее вдруг зазвонил телефон.

Она достала из кармана телефон. На экране высветился номер Сун Юньцяна.

Она колебалась некоторое время, а затем нажала кнопку, чтобы ответить.

Она услышала встревоженный голос Сун Юньцяна: "Юньсюань, где ты сейчас?”

Услышав его нервный голос, Сун Юньсюань спросила: "Брат, что случилось?”

“Юньсюань, немедленно приезжай в Народный госпиталь, где бы ты ни была. Состояние отца внезапно ухудшилось. Приезжай скорее!”

Сун Юньсюань ошеломленно нахмурила брови: “Я сейчас приеду.”

Сун Юньцян быстро положил трубку и посмотреть на Сун Юньин и Сун Юньцзя, которые уже ждали в коридоре Народной больницы: “Юньсюань скоро придет.”

Сун Юньцзя кивнула ему.

Однако Сун Юньин, стоящая рядом с Сун Юньцзя, сказала: "Брат, завещание отца уже написано. То, что получит Юньсюань, недостойно упоминания по сравнению с тем, что получим мы. Почему ты просишь ее приехать?”

Сун Юньцян посмотрел на Сун Юньин и сказал безразличным тоном: "Она тоже папина дочь. С этой точки зрения мы одинаковы.”

В этот момент Сун Юньцзя холодно вмешалась: “Она незаконнорожденная дочь из маленького городка. Увидев завещание, она может подумать, что отец равнодушен к ней.”

Сун Юньин улыбнулась и согласилась с Сун Юньцзя: "То, что сказала сестра, правда. Вместо того, чтобы позволить ей прийти в больницу, чтобы создать неприятности, лучше пусть она никогда не приходит. Даже если папа умер, неравенство в наследстве также можно объяснить тем, что у нее нет сыновней набожности.”

Услышав то, что она сказала, Сун Юньцян забеспокоился.

Он понимал, что его вторая старшая сестра стала умнее с тех пор, как вышла замуж за семью Сюэ. Ей могла прийти в голову такая злая мысль.

Сун Юньцзя была слишком ленива, чтобы сказать что-нибудь еще.

Только Сун Юньцян защищал Сун Юньсюань: "Теперь, даже если Юньсюань просто получит небольшую часть наследства, это не имеет значения. После того, как она выйдет замуж в семью Чу, она не будет заботиться о наследии, которое дает ей наша семья Сун.”

Сун Юньин усмехнулась: "Брат, ты очень высокого мнения о ней. Сун Юньсюань любит деньги.”

Сун Юньин никогда не забудет, как Сун Юньсюань вымогала у нее 80 миллионов юаней.

Сун Юньцян и Сун Юньцзя ничего не знали о том, что у Сун Юньин вымогали 80 миллионов юаней. Хотя они ненавидели Сун Юньсюань, они не показывали этого слишком сильно.

Это относилось и к многодетным семьям. Там много детей, и все они живут в маске.

Хотя в семье Сун было всего четверо детей, она ничем не отличалась от других семей.

Во всяком случае, это были дети от разных женщин.

Сун Юньин больше не любила Сун Юньсюань после того, как семья Сюэ не смогла выиграть тендерный контракт Чу. Думая о том, что она была обманута Сун Юньсюань несколько раз до этого, она стала еще более раздраженной.

Когда она собиралась что-то сказать, телефон в ее руке внезапно зазвонил.

Сун Юньцзя и Сун Юньцян посмотрели на нее одновременно.

Сун Юньин отошла на несколько шагов и сказала с улыбкой: “Это номер Сюэ Тао. Я сейчас отвечу. Он может беспокоиться обо мне.”

Сун Юньцзя скривила тонкие губы: "Сюэ Тао, такой бесполезный человек, так беспокоится о тебе. Это неожиданно.”

Ее презрение и насмешки удивили Сун Юньин.

Затем Сун Юньин взяла телефон и отошла дальше от них.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 87. Раздел имущества

Сун Юньин знала, что Сун Юньцзя не любит Сюэ Тао, потому что он плейбой. Даже Сун Юньцян не любил его, считая Сюэ Тао никчемным человеком.

Но только выйдя замуж, она наконец поняла, что ее старшая сестра и старший брат очень презирали Сюэ Тао.

Однако, несмотря на то, что ее старший брат и старшая сестра презирали Сюэ Тао, Сюэ Тао уже являлся ее мужем.

Он - тот, с кем она решила жить.

Поскольку Сюэ Тао уже ее мужчина, она поможет ему.

Она ушла в конец коридора, встала у окна и нажала кнопку автоответчика.

“А что, твой старый отец уже дал деру?”

Сун Юньин нахмурилась: "Тао, состояние моего отца ухудшилось. Он все еще жив.”

Сюэ Тао находился в довольно шумном месте. Из телефона доносится даже женский смех.

Она была несчастна из-за этого. Но Сюэ Тао продолжил говорить: "Хотя твой отец и не умер сейчас, он не протянет и нескольких дней. Внимательно изучи завещание вашего отца, чтобы старик не отдал вам только крошечную часть наследства.”

“Я уже видела завещание вместе со старшим братом и старшей сестрой. Он отдаст 35 процентов своей доли моему брату и сестре соответственно. Я получу 20 процентов, а Юньсюань получит 10 процентов.”

Сюэ Тао стал саркастичным: "Несправедливо со стороны старика делить поместье таким образом. Ты получишь только 20 процентов. Ты его биологическая дочь?”

“Тао, я уже вышла за тебя замуж. 20 процентов - это довольно много.”

“А что старик имеет в виду, давая твоему брату и сестре по 35 процентов соответственно? Хочет ли он, чтобы они соревновались друг с другом?”

“Тао, это решение моего отца. Я могу получить 20 процентов акций, в то время как Юньсюань получит только 10 процентов.”

“Сун Юньсюань, этой маленькой сучке нет места в семье Сун. Вы - дочь Сун Яна, которая была воспитана в семье Сун. Как ты можешь сравнивать себя с ней?”

Сюэ Тао покрыл Сун Юньсюань нецензурной бранью.

Звук его голоса в телефоне был даже слышен вокруг.

Сун Юньин выглядела бледной. Постепенно она почувствовала, что отец действительно дал ей слишком мало наследства.

Они обе его дочери. Почему Сун Юньцзя может получить больше?

Она нахмурила брови. Слушая голос по телефону, она погрузилась в свои мысли.

Сун Юньцзя и Сун Юньцян, стоя в отдалении от Сун Юньин, наблюдали, как она отвечает на телефонный звонок.

Сун Юньцян печально посмотрел на неё: "Сюэ Тао почти не видел нашего отца с тех пор, как он женился на Юньин.”

Сун Юньцзя усмехнулась: "Это совсем не удивительно. Он - Сюэ Тао, отброс общества. Ты все еще ждешь от него чего-то хорошего?”

Сюэ Тао, человек, который, как известно, бесполезен в Юньчэне, полагаясь на богатство семьи Сюэ, живет рассеянной жизнью. У него были романы со многими женщинами.

“Юньин так неразумна. Есть много мужчин, за которых она могла бы выйти замуж. Как она влюбилась в Сюэ Тао?" Сун Юньцян сказал с жалостью к Сун Юньин.

Однако, если бы Сун Юньцян узнал в данный момент, что Сун Юньин беременна ребенком не Сюэ Тао, он не стал бы думать, что Сун Юньин ослеплена любовью.

Сун Юньин была не только разумна, но и умна.

Сун Юньцзя засунула руки в карманы своего белого халата и бросила взгляд на Сун Юньин. Ее голос был так холоден, будто она говорила о каких-то несущественных вещах: “Мы не должны винить Сюэ Тао в том, что он плохо относится к Юньин. Сама Юньин очень хотела выйти замуж за Сюэ Тао и стать членом семьи Сюэ. Именно поэтому с ней плохо обращались в семье Сюэ.”

Сон Юньцян вздохнул и посмотрел на палату, где спасали его отца.

Сун Юньин уже давно разговаривала по телефону. Чтобы убить время, Сун Юньцян небрежно общался с Сун Юньцзя.

“Я слышал, что несколько дней назад Гу Чанлэ попала в автомобильную аварию?”

“Да, но с ней все в порядке. Она просто была сильно шокирована.”

“После того как ей пересадили сердце, ее все еще так легко шокировать?”

Сун Юньцзя рассмеялась и посмотрела на Сун Юньцяна: “Брат, хотя Гу Чанге и была дерзкой, она уже мертва. Хотя ее сердце все еще бьется в груди Гу Чанлэ, Гу Чанлэ - это не Гу Чанге.”

Поскольку Гу Чанлэ - это не Гу Чанге, как он может ожидать, что Гу Чанлэ обладает мужеством Гу Чанге?

Сун Юньцян кивнул: "Личность Гу Чанлэ гораздо хуже, чем личность Гу Чанге.”

“В конце концов, между ними нет кровного родства.- Сун Юньцзя не была удивлена.

Прошло полчаса.

Сун Юньсюань, которая очень нервничала, торопливо бежала вверх по лестнице, со слоем пота на лбу.

Сун Юньцян, увидев, как она подбегает, пошел ей навстречу: “Здесь есть лифт. Зачем ты поднималась по лестнице?”

Сун Юньсюань не успела вытереть пот с ее головы. Она бросила взгляд на брата, потом захотела увидеть папу: "Где папа? Как он там?”

Видя, что она встревожена, Сун Юньцян потянулся, чтобы схватить ее за плечо: “Успокойся, папа находится в операционной.”

“Когда я видела папу сегодня утром, он все еще был в порядке. Как он попал в больницу?- Пальцы Сун Юньсюань сжали рукава Сун Юньцяна, и ее голос сопровождался рыданиями.

Видя, что она собирается заплакать, Сун Юньцян смягчился: “Ну, не плачь, папа будет в порядке.”

“Но... - слезы в глазах Сун Юньсюань наконец-то скатываются вниз. По ее светлым щекам потекли слезы. Черные глаза ее затуманились, что сделало ее еще более хрупкой. “Но что же все-таки случилось с папой?”

Видя, что Сун Юньсюань плачет, будучи поддерживаемой Сун Юньцяном, Сун Юньцзя вообще ничего не чувствовала. Она только холодно посмотрела на нее, а потом нашла себе стул возле операционной, чтобы сесть и подождать.

Сун Юньин, увидев, что подошла Сун Юньсюань, быстро зашагала вперед: “Юньсюань, вот ты где.”

“Сестра…”

Сун Юньсюань отпустила руку Сун Юньцяна, чтобы поймать руку Сун Юньин.

Сун Юньин держала ее за руки и, увидев, что она плачет, удивилась.

Она не ожидала, что Юньсюань будет лить слезы по их старому отцу.

Сун Ян имел в своей жизни четверых детей, но он не был близок к ним, как это должно быть.

Хотя сейчас он находился в операционной, его трое детей не пролили ни капли слез, ожидая снаружи операционной.

Сун Юньсюань плакала низким голосом. Сун Юньин похлопывала ее по спине, чтобы успокоить: "Юньсюань, не плачь, с нашим папой все будет хорошо. Просто его раковые клетки распространились на…”

“Кашель…”

Кашляющий звук Сун Юньцяна внезапно прерывает Сун Юньин. Сун Юньин замолчала.

Сун Юньсюань посмотрела на Сун Юньин со слезами на глазах, ожидая, когда Сун Юньин закончит свои слова.

Но Сун Юньин тут же отвернулась и проглотила слова, которые собиралась сказать. Она провоцирует другую тему: "Смотрите, хирургический свет выключен.”

Как и ожидалось, Сун Юньсюань отвлеклась. Она повернулась и посмотрела на дверь операционной.

Хирургический свет над операционной был выключен.

Сун Юньин отпустила Сун Юньсюань и пошла вперед вместе с Сун Юньцзя и Сун Юньцяном.

Из операционной вышел врач-мужчина в маске.

Доктор имел рост около 1,9 метра. Когда его окружили, он снял маску с лица и сказал: “Вы родственники пациента?”

Сун Юньцзя была знакома с врачом. Слушая его программные вопросы, она почувствовала нетерпение. Она прямо спросила: "Нин Юань, это мои брат и сестра. Не ходите вокруг да около, пожалуйста, расскажите мне о состоянии моего отца.”

Нин Юань бросил быстрый взгляд на Сун Юньцяна и Сун Юньин. Он обыденно произнес: "Пациент сейчас проснулся после реанимации, но его состояние не оптимистично. Пойдемте со мной в офис, я расскажу вам конкретную ситуацию.”

Сун Юньцян и Сун Юньин внимательно последовали за ним.

Нин Юань шел вперед, за ним следовали три человека.

Сун Юньсюань стояла в отдалении и смотрела, как Нин Юань уходил. Ей показалось, что она уже встречалась с доктором раньше.

Со слезами на глазах она смотрела, как мимо нее проходит Нин Юань.

Как раз в тот момент, когда она попыталась вспомнить, где она видела доктора, Нин Юань внезапно остановился и повернулся, чтобы спросить ее: “Вы также член семьи пациента, верно? Приходите вместе.”

Сун Юньсюань, окликнутая им, подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

На лице Нин Юаня практически не было никакого выражения. Сказав это, он повернулся и продолжил свой путь.

Сун Юньсюань быстро пошла за ними. Но ее остановила Сун Юньцзя, когда она подходила к двери кабинета Нин Юаня: “Кабинет Нин Юаня слишком мал. Ты можешь немного подождать снаружи.”

“Но я также хочу знать, в каком состоянии отец.”

Сун Юньцзя, видя, что Сун Юньсюань действительно хочет войти, слабо улыбнулась: “Подожди снаружи. Позже я расскажу тебе, что сказал доктор.”

Сун Юньсюань хотела последовать за ней, но деревянная дверь закрылась перед ней.

Сун Юньцзя выставила ее за дверь, словно постороннюю.

Стоя за дверью и глядя на закрытую дверь, она долго не двигалась с места.

Проходящие мимо медсестры видели эту сцену и жалели Сун Юньсюань.

“Я не могу думать о том, что младшая дочь Сун Яна на самом деле заблокирована за пределами кабинета врача, когда он сильно болен.”

“Это директор Сун не пускает свою сестру.”

“Ничего удивительного. Я слышала, что молодая девушка недавно была отправлена в семью Сун. Похоже, что директор Сун и ее брат и сестра все отвергают эту девушку.”

Эти медсестры понизили голоса и ушли.

Слезы, когда-то затуманившие глаза Сун Юньсюань, постепенно исчезли.

Она посмотрела на закрытую дверь, сделала несколько шагов и села на стул в коридоре.

На самом деле, это не важно, какой болезнью страдает Сун Ян. Ей только нужно знать, что Сун Ян долго не проживет.

Вполне вероятно, что Сун Ян лично велел брату и сестрам присматривать за ней, поэтому она даже не знала, чем сейчас болен ее отец.

Однако, хотя Сун Ян был так проницателен, его дети, похоже, неправильно поняли его слова.

Она думала, что причина, по которой Сун Ян хотел, чтобы его дети присматривали за ней, заключалась не более чем в страхе, что она может аннексировать (присоединить против воли) семью Сун после присоединения к семье Чу.

Для Сун Яна было разумно так думать, потому что он прекрасно знал, что, хотя он и отец Сун Юньсюань, он не очень хорошо относился к ней.

Он боялся, что Сун Юньсюань возненавидит его, потому что он неравнодушен к другим своим детям, поэтому он сказал старшему сыну и старшей дочери, чтобы они присматривали за ней.

Это Сун Ян считал правильным.

Однако, хотя она и Сун Юньсюань, она не будет ненавидеть Сун Яна.

Вместо этого она будет ему очень благодарна.

Она вытерла глаза. Ее глаза смягчились, и в них быстро мелькнул свет.

Она встала и пошла к палате интенсивной терапии, где находился Сун Ян.

В кабинете лечащего врача Сун Яна, Нин Юань положил X-перспективную пленку на световой короб, чтобы позволить Сун Юньцзя, Сун Юньцяну и Сун Юньин взглянуть.

“Раковые клетки пациента распространились по всему его телу. Бесполезно делать ему еще одну операцию. Я надеюсь, что вы можете быть морально готовы.”

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Novaya-zhizn-pererozhdyonnoj-devushki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)