Ранобэ: Я ведь тебе нравлюсь? Для начала может попробуем встречаться?

Описание: Отсутствует.

Кол-во глав: 1-20

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

Что значит победа и поражение в любви? Победитель и проигравший. Сторона победителей и сторона проигравших. В мире, где все любят рейтинги и соревнования, а также вешают на всё ярлыки, и оставляют отметку победителя или проигравшего. Любовь тоже иногда является войной или игрой... Здесь тоже должны быть победители и проигравшие. И в таком случае... Что надо, чтобы победить в любви? Как определить условия победы? Конечно же любовь парой слов не описать. Она до невозможности сложная, в ней задействованы тысячи постоянно меняющихся элементов. Вполне можно сказать, что у каждого свой взгляд на любовь, и это отношение может у каждого меняться благодаря жизненному опыту. И всё же. Есть то, с чем большинство совершенно согласны.

Если любимый человек тебе отказал, ты проиграл. А если вы начали встречаться — победил.

Можно сказать, что это единственный ответ. Концепция любви многообразна, но это условие общее для всех. Если отношение с любимым человеком наладить удалось, это без сомнения победа. Такого человека признают победителем в любви, будут радоваться за него и хвалить, а может и завидовать. Если ты начал встречаться с любимым, это победа. Любовь — это сложная стратегическая игра, вот только условия победы здесь меняются... Я, Куроя Сокити, так и думал. Я жил где-то отрешённо от всякой любви и имел о ней расплывчатое представление. Однако. Я так и не понял суть игры под названием «любовь». Не в моих силах контролировать всю её сложность и многогранность. ***

— Забавная игра. После занятий, одни в кабинете... За длинным столом напротив меня сидела Сирамори-семпай, сказав это, она положила на зелёную доску белый камень. И перевернула тонкими пальцами зажатые белыми камнями чёрные камни. — Реверси... Она интересна тем, что напоминает жизнь. — И в чём? — М, это... Тут надо сделать всё чёрным или белым, верно? Сказав что-то невнятное, она рассмеялась. Похоже смысла в этом было немного. Я вздохнул и положил свой чёрный камень. Кстати. Название «камни» официальное. Кто-то называет их «фигурами», но это именно «камни». Когда я только вступил в клуб, Сирамори-семпай объяснила мне это. Была такой зазнайкой, что даже бесило. «Хм. Куроя-кун, ты что, не знал этого?» — так нагло заявила. — Ну, правила простые, но ведь интересно, — продолжала она. — Скорее всего они самые простые среди настольных игр, но ведь и правда очень весело. — Тут есть поговорка: «Минута для изучения, вся жизнь для освоения». — И это, тут как в сёги или го, два человека начинают на равных и там... — Два человека начинают на равных, а итог определяет целостность собранной информации. — Да, да, точно. Как сказанул. — Это ещё в средней школе говорили. — Ува, как на тебя похоже, Куроя-кун, — она хитро улыбнулась. Точно издевается, хотя мне даже не обидно. Игра для двоих, где исход зависит от того, как ты проанализируешь собранную информацию. Если опустить все подробности, то получается следующее... Двое игроков, никакого фактора удачи, и вся информация по умолчанию открыта для них обоих. Это применимо к сёги, го, шахматам и реверси. Я сам всего не понимаю. Но слова понравились, потому и запомнил. — И всё же здорово. Что ты вступил в этот клуб, — смотря вдаль, сказала Сирамори-семпай, пока игралась с камнем. — Одна я бы в реверси поиграть не смогла. Думала, что только и буду одна книги читать. — ... Игра в реверси не является активностью клуба, да и не клуб это. — Так, разглагольствования запрещены. Когда семпай что-то хорошее говорит, нечего всё портить. — ... — Да уж, совсем ты не милый кохай, Куроя-кун, — она пожала плечами. Из нашего разговора было понятно... Что хоть мы и играем в реверси после занятий, мы не из клуба реверси. Да и не клуб это. Что до школьного названия, то это «литературный кружок». Специальное здание, третий этаж, самая дальняя комната... На полках было полно книг и журналов, которые кто-то очень долго и старательно собирал. Длинный стол и складные стулья... Помещение явно когда-то использовал литературный клуб. Снаружи до сих пор табличка «литературный клуб» осталась, да только клуб этот распался много лет назад из-за нехватки людей. Потом название сменилось на «литературный кружок», школа не обеспечивает его, обязанностей тут нет, просто собираются люди, которые любят читать. Пока я в том году не пришёл, тут была одна лишь Сирамори-семпай. И с тех пор мы тут только вдвоём. Хотя тут ничего такого. Мы читаем книги, обсуждаем их, играем в реверси или другие игры, вот такой у нас ламповый кружок. — Кстати, Куроя-кун. — Что, Сирамори-семпай? — Скоро уже май, ты уже привык к новому классу? — А ты думаешь, мне это надо? — Не думаю. — Вот тебе и ответ. — А-ха-ха. Ты всё такой же мрачный тип. — Отстань. Мне нравится, вот я и мрачный. Жизнерадостный и мрачный. Как-то так мир начал делить школьников на эти две категории. Если куда меня и относить, то как раз к мрачным. И в классе так все думают, и я сам того же мнения. Да и мне это не противно. Что такого в том, чтобы быть мрачным? Вместо того чтобы под ярким солнышком бродить, мне как-то больше в тишине и тени нравится. Нелюдимый я, и не могу сходиться с другими. Вместо того чтобы себя подобным изводить, я лучше один книги почитаю. Вот такой человек Куроя Сокити. — Я не собираюсь отрицать, что я мрачный, да и не противно мне, когда меня так называют, но хотелось бы, чтобы никто не лез с «ну ты же хочешь быть общительным, как все». Такие тоже есть, но я не любитель, который только и делает, что общительным ребятам завидует. У меня своя эстетика и философия мрачного типа. Я не говорю о том, кто лучше, жизнерадостные или мрачные, тут всё от восприятия зависит... — Ува, тебя в твоём стиле понесло. — ... Всё, молчу. — А-ха-ха. Прости, прости. Блин, ну не обижайся ты. Вот ведь... Какой же ты у меня милый кохай, Куроя-кун, — она весело улыбнулась и сказала противоположное тому, что говорила ранее. Так я милый или не милый? Ну... Тут всё сложно. Слегка поникнув, я посмотрел на Сирамори-сан. Если я мрачный... То она точно жизнерадостная. Весёлая, общительная, с кучей друзей, к тому же красотка. Между нами ничего общего, она из нормальных, которые в школьной касте стоят выше меня. А я... Прямо будто из другого мира. Какая-то глупая шутка судьбы, что мы встретились, подружились и уже год провели вместе в одном кружке. Вдвоём целый год... Думая об этом, я посмотрел на доску. В игре начиналась самая лучшая часть.

Сирамори Касуми. Семпай с третьего года, которая ходит в школу Мидориба как и я. Состоит в литературном кружке. У неё мягкие тёмно-каштановые волосы, длинные ресницы и зелёные глаза. Аккуратный носик и выразительные губы. В ней ощущается что-то взрослое и вообще она очень красивая. Входит в «великую четвёрку красавиц» нашей школы. У нас есть четыре девушки на третьем году, обладающие исключительной красотой. Они хорошо ладят, и когда вместе, привлекают внимание. И из-за этого их и стали называть «великой четвёркой красавиц». И Сирамори-семпай одна из них. И у неё прозвище — «замужняя». ... Вообще странно так старшеклассницу называть. Ну, понять тоже можно. Выглядит как взрослая, от её глаз и губ исходит особое очарование. Высокая, стильная, и линии фигуры, присущие женщинам. Ещё какие линии... Скорее не красивая девушка, а красивая женщина. Из-за совсем не детской привлекательности её и начали называть «замужней». И конечно ей самой это не нравится. В общем их знает вся школа, и красотой они кого хочешь уделают, потому и популярны среди парней и девушек. И у такой жизнерадостной девушки странным образом... Хотя грубо называть это странностью... В общем. Она увлекается... Чтением. Романы, ранобе, классика... Ей нравится вся печатная продукция, в том числе и манга. Ей нравятся всякие вымышленные истории. И читать одна она любит не меньше, чем проводить время с друзьями. Потому она и вступила в литературный кружок... И вот так встретилась с человеком, которому только и нравится что читать, то есть со мной. — ... М. М-м. Игра подошла к концу... Сирамори-семпай уставилась на доску и замычала. Она скрестила руки, подчеркнув свою солидную грудь. Такое зрелище привлекло бы внимание любого парня, но мои стальные нервы позволили мне отвести взгляд и я спокойно проговорил: — Сирамори-семпай. Что ни думай, я победил. Чистая победа. Белые ещё остались, но я их все в любое время забрать могу. В сёги это назвали бы «шах и мат». — ... М! А! Про-иг-ра-ла! Она подняла руки и рухнула на стол. Такая взрослая красотка, а ведёт себя по-детски, и выражение на лице постоянно меняется. За ней никогда не устаёшь наблюдать. — Эх... Чёрт... Обидно. Э-э-эх. Куроя-кун, ты и правда стал хорош. Раньше я тебя постоянно обыгрывала. — Так ведь уже год прошёл. Вначале я вообще победить не мог. Сирамори-семпай сильна... Точнее я про игру ничего не знал. Про игру я знал только то, что желательно углы занять. Когда вступил в литературных кружок, начал играть в реверси и успел наловчиться. Подошёл к делу серьёзно, и разобрал игру по винтикам. Купил книгу, изучал ходы, практиковался в сети, и тогда же заметил «а, в этой игре надо делать не то, что тебе нравится, а не позволять заниматься этим противнику», и мир немного начал меняться. — Не честно, Куроя-кун. Ты же один тренировался? — Я даже не знаю, что ответить на слова, когда говорят, что старание — это не честно. — Эх, мне тоже надо больше стараться. А то как глава «литературного кружка» всё уважение растеряю! — ... Из-за реверси? Уважение нашего кружка? — Ну а что. Он ведь только наш. Сирамори-семпай облокотилась на стул. Выставила грудь, так что её размер ещё заметнее стал. Что сутулится, что потягивается, всё равно выставляет, что это вообще? — В итоге и в этом году новые члены не пришли. — Так их никто не звал. Речь о наборе молодняка. Никто не шёл в литературный кружок, который ничем не занимается. — Грустно, хотя я снова весь год проведу с Куроей-куном. — ... А меня всё устраивает. — А? — А. Нет... — ... Хм. Вот как. Вначале Сирамори-семпай удивилась, а потом уголки её губ приподнялись. — Вот оно что, тебе нравится быть наедине со мной. — ... Нет. Если новички появятся, с ними общаться придётся. А я для этого слишком мрачный, и мне сложно заводить новые знакомства, — я спокойно ответил издевавшейся девушке. — ... Хм. Упрямый ты, — пробурчала она и поднялась со стула. Потом обошла стол, наклонилась вперёд и заглянула мне в глаза. — Эй, эй, Куроя-кун. Что хочешь в награду за победу надо мной? — ... А? — Награда за победу над более сильным, чего хочешь? — Да нет... Ничего. Мы же вроде и не ставили ничего. Да я и не в первый раз выиграл. — Ладно тебе. Сказала же, что награжу. Чего хочешь? Или... Может у тебя какое-то желание есть? Я любое выполню. Сирамори-семпай почему-то напирала. Её лицо оказалось невероятно близко. Длинные ресницы, загадочно сияющие глаза... Пришлось отвернуться. — Куроя-кун. Разве ты ничего не хочешь у меня попросить? — ... Нет. Чего вообще так внезапно? Я ответил, а у неё на лице появилось недовольство. — ... Эх, — тяжело вздохнула она. — А, блин, ну и ладно. Раз так не получилось, ничего не поделаешь. — ?.. Чего это с семпаем сегодня? Она себя странно ведёт. Вообще она всегда полна энтузиазма и не всегда понятно, что выкинет, но сегодня её понять ещё сложнее... Игнорируя мою озадаченность, она снова села на стул. Не напротив... Рядом со мной. И сразу оказалась так близко. — Эй, Куроя-кун, — подперев голову рукой, Сирамори-семпай заговорила. На губах была ехидная улыбка, хитрые глаза были направлены на меня. И она произнесла слова... Которые изменили наши отношения.

— Я ведь тебе нравлюсь?

Я такого не ожидал. Казалось, что время остановилось... Только сердце билось невероятно быстро. Сирамори-семпай улыбнулась. Её голова была наклонена из-за того, что девушка подпирала её рукой, и на губах появилась радостная улыбка. Щёки слегка покраснели... Но я сам наверняка был вообще весь красный. Наверняка вся кровь в теле закипела и стала стекаться к лицу. — А... Что? Это... — Нравлюсь ведь? — ... М. — Нет? Зырк. Смотря на меня, она прямо задала вопрос. Возможно. Возможно ещё... Что-то можно было сделать. У меня могло бы всё получиться. Если не ошибиться, можно подобрать много ответов. Однако... — ... К-как ты поняла? Я.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Был шокирован и не соображал, потому, к своему сожалению, совершил крупнейшую ошибку. Не способный извернуться, я прямо спросил. Говорил как на духу. — Ого. Значит так и есть, — радостно улыбнулась семпай. Улыбка была победоносной, и это только сильнее смутило меня. — ... А, всё не так... — Ах, ну и слаба богу. Было бы обидно, если бы я ошиблась. Будто это у меня самооценка завышенная. — Да нет же... В-всё не так. — Хм? Не так? — ... М. — Я ведь тебе нравлюсь? Ты меня любишь? Я молчал, а она стала тыкать меня пальцем в щёку. — Ну-ка, ну-ка. — П-прекрати!.. — А-ха-ха. Покраснел. Я поднялся со стула и отскочил подальше. И моё смущение заставило Сирамори-семпей рассмеяться. Чёрт. Вечно она так. Никакой деликатности, лезет в чужое личное пространство, трогает без разрешения... Но при этом скромная, серьёзная, добрая, милая и стильная, для меня скорее как идеал... Нет... Всё не так. Чего я на похвалы перешёл? — А, чёрт. Не могу больше. Уже не выкрутиться.

Я... Куроя Сокити влюблён в Сирамори Касуми.

Уже давно влюблён. С первого взгляда, как встретил, и полюбил ещё сильнее за этот год. Это не просто любовь. Меня точно в бездонную трясину затянуло. Конечно же я не думаю, что мы будем встречаться. Я не тешу себя тщетными мечтами. Мрачный тип вроде меня не станет встречаться с популярной девушкой. Она добра ко мне, потому что добра ко всем, и я не путаю её отношение с чем-то особенным. Ну... Конечно я думал, что какой-то шанс у меня есть, думал, как можно признаться, но прямо выразить чувства храбрости у меня не хватало. Мне достаточно было находиться в одном месте и дышать одним воздухом. Вот я и собирался и дальше молчать. Вести себя тихо, чтобы она ничего не поняла. — Хи-хи-хи. Вот как. Всё же ты любишь меня, Куроя-кун. Я от стыда умереть был готов, а вот Сирамори-семпай явно была в приподнятом настроении. — Так, и что бы с этим сделать? Улыбаясь, она осмотрела меня как какой-то товар. А я ощущал себя карпом на разделочной доске. Девушка узнала о моих чувствах. Она выяснила, что я испытываю. Для такого как я подобный позор равносилен смерти. Будто к горлу приставили нож и собираются санкцией на убийство воспользоваться. Она знает главную мою слабость. — ... Т-тебе деньги нужны? И сколько? — Нет, не деньги. — П-прошу. Никому не говори об этом! Особенно Сирамори-семпай! — Нет, нет, и я и есть Сирамори-семпай. Точно. Тот, кто в первую очередь не должен был узнать, уже в курсе. — ... Пф. А-ха-ха, что-то тебя совсем понесло, Куроя-кун, — она, не сдерживаясь, смеялась. — Успокойся. Я никому не скажу и издеваться не стану. — ... — Или ты думал, что я издеваться буду? Ты считал меня такой злодейкой? Сирамори-семпай, в которую ты влюблён, такая? — ... М! Т-так ты уже издеваешься... — А-ха-ха. Ну, немножко. Чёрт... Наплевала на меня и веселится. А я... Я ведь тебя серьёзно... — Эй... Куроя-кун. Я не заметил. А Сирамори-семпай встала со стула и приблизилась ко мне. Я к этому времени отступил к самой стене, а она подходила. Позади стена, бежать некуда. — Я ведь тебе нравлюсь? — ... М. Глаза, смотрящие на меня, губы, с которых срываются слова, нежная кожа, сладкий запах девушки... От неё прямо ощущается взрывное очарование. Вблизи она такая милая и красивая, что я уже не могу ни бежать, ни обманывать. — Д-да... Она буквально вытягивала из меня подтверждение. — Нравишься... — ... Вот как. Она довольно кивнула... — Тогда, — предложила она. Я и так ничего не соображал, а она предложила такое, что у меня окончательно почву из-под ног выбило...

— Для начала может попробуем встречаться?

Я не сразу понял смысл слов. Для начала? Попробуем? Встречаться? — А? А? А-а? — Ты меня не слышал? Я сказала: «Для начала может попробуем встречаться?» — повторила Сирамори-семпай. Всё также улыбалась, только с лёгким смущением. — Ну... Ты мне не противен... Если милый кохай скажет мне «люблю»... То я, ну... Конечно чуточку обрадуюсь. — ... От этих слов я испытал лёгкое облегчение. Если тип вроде меня скажет «люблю»... И если с её стороны всё было просто добротой к кохаю, я переживал, что она начнёт презирать меня и скажет что-то вроде «ну ты мерзкий» или «совсем берега попутал»... Но почему-то моё признания... Хотя я ведь даже не признался, но в общем я не получил отказ на свои чувства. — Говорю же... Для начала может попробуем встречаться? — сказала Сирамори-семпай. — П-попробуем? — Ага, пробная парочка. Без всяких сложностей будем встречаться. — ... Моя голова всё ещё отказывалась нормально соображать. Шоковое состояние не проходило, а мысли не поспевали. А? Я буду встречаться? С любимым семпаем встречаться? У меня впервые в жизни появится девушка? Но пробно... Ч-что это вообще значит? Жизнерадостные вот как-то так встречаются? — Кстати, времени на размышление... Десять секунд. Я и так не соображал, а она ещё и подгонять стала. Сирамори-семпай радостно и победоносно улыбнулась — Д-десять секунд?! — Десять секунд. Если не скажешь за это время «да», встречаться мы не будем. — А?! Что, п-подожди немного!.. — Не буду. Так, отчёт пошёл! Раз, два три... — ... Д-да! Я начал паниковать и ответил почти сразу же. Будь я боксёром, тренер бы мне велел: «Не паникуй, отдыхай, пока счёт до восьми не дойдёт», а я всё наоборот сделал. — П-п-пожалуйста! Встречайся... Со мной. Пусть и пробно... Я хочу встречаться с семпаем. Голова не соображала, и я говорил это на автомате... Моё первое за шестнадцать лет признание. И звучало оно совсем не так, как я репетировал наедине. Убогое признание, ни намёка на спокойствие и собранность, вообще как-то невпопад... — Да. Хорошо. ... И всё же Сирамори-семпай выглядела радостной. Она довольно и слегка с облегчением улыбнулась. — Полагаюсь на тебя, Куроя-кун. ***

В общем... У меня впервые появилась девушка. Прекрасная семпай, которую я давно люблю. Пусть и пробно, мы стали влюблёнными. Если смотреть на чистый результат, то он отличный. Однако... Вышло всё ужасно. Она заметила мои чувства, я был вынужден принять предложение «пробно встречаться», и... Мне это буквально навязали. Жалкий я. И убогий. Прямо вообще... Не чувствуется, что победил. Любовь — это психологическая игра. Тут просто жуткое неравенство с самого начала. Правила нечёткие. И в отличие от симуляторов свиданий тут нет вариантов выбора. Даже если делаешь правильные выборы, это не значит, что будешь знать, с кем станешь встречаться. И неизвестно, кто твоя героиня. У кого-то эта героиня до самого конца не появляется. Нет хуже игры, чем реальная любовь, но даже тут есть общее условие для победы. Если начинаешь встречаться с любимым человеком, то победил. Если отказали — проиграл. И это условие... Только что пошатнулось. Не понимаю. До меня просто не доходит. Я буду встречаться с девушкой, которая мне нравится, но ощущаю себя проигравшим... Вообще ничего общего с тем, что испытывает победитель. Я будто... Полностью разгромлен. Мои отношения начались с абсолютного поражения.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Старт проигранной игры

Мне никогда не нравилось слово «обыватели». Те, кто живут обычной жизнью... Обыватели. Не знаю, кто это придумал, но мне не нравится. И вообще... «Смерть обывателям», «что б все обыватели взорвались» — вот ничего такого от зависти и обиды я не кричал. И всё потому... Что никогда не понимал, что именно это слово означает. Живущие обычной жизнью — обыватели. Ну ясно. А кто обычной жизнью живёт? Это что, жить в реальном мире и довольствоваться этим? Ответ прост. «Тут всё зависит от человека». Счастье и успех у всех свои, так и понятие обывателя у каждого отличается. И всё же. Так уж повелось, «обыватель» — это тот, у кого много друзей, есть любимый человек, он ходит на барбекю и катается на лыжах, у него хватает подписчиков в социальных сетях... Вот такой вот образ. Ну а противоположный образ... «Не обыватель», и он презирает «обывателей». Без шуток. Любимого человека нет, друзей мало, и «реальной жизнью он не живёт». Читает книги и мангу. Смотрит фильмы и аниме. Наслаждается играми. И если человек сам считает это нормальным, он прямо эталон «обывателя». Друзей мало, подружки нет, все увлечения дома... И что до таких людей... «Счастье для женщины — найти хорошего мужа, завести семью, родить ребёнка. А если этого не сделать, женщина несчастна», — как пример, есть вот такое узколобое мышление. В нашем веке, когда уважается многообразие, как-то неправильно использовать термин «обыватель», ведь он слишком пристрастен. Это слово — стереотип, от него прямо веет желанием избавиться от меньшинств. А вот деление на мрачных и весёлых вполне ничего. Не то, чтобы меня это сильно волнует, но так лучше, чем эти «обыватели» и «не обыватели». Солнечный, жизнерадостный. Теневой, мрачный. Хм. Да, довольно просто. Даже звучит лучше. Разделение вполне простое и без намёка на чьё-то превосходство. Конечно с социальной точки зрения жизнерадостные повыше будут, но такого неравенства уже не ощущается. Мне не нравятся все эти презрения из-за того, что ты живёшь не как все, потому ты не такой, а тут «он хмурый ходит, потому мрачный», вполне себе можно принять... — ... В общем из всей той хрени вытекает, что Сокити нашёл подружку и слинял на сторону обывателей. Забавно. — ... Заткнись. Издевался надо мной мой друг Токия, я недовольно ответил ему и продолжил есть удон. На следующий день после того, как у меня появилась девушка, во время обеда. В столовой на втором этаже было полно народа. И я с Токией сел за стол в углу. — Я удивлён, что парень вроде тебя нашёл девушку, к тому же из «великой четвёрки». Ты явно получил больше, чем заслушиваешь, — он жевал бутерброд с мясом и говорил. — Сирамори Касуми-семпай... Вот повезло. Красивая, высокая, сиськи большие. Я бы сам с такой встречаться хотел. — ... Эй. — Хе-хе. Шучу. Я не какой-то гад, чтобы положить глаз на первую любовь друга. Я злобно уставился на него, а он и бровью не повёл, лишь улыбнулся. Симокура Токия. Мы учимся в одной школе и дружим ещё со средней школы. Я человек обособленный, и из друзей у меня лишь он. После смены классов, новых друзей я не нашёл, и обедать могу лишь с ним. Взгляд резкий как у волка и на губах саркастичная улыбка. Высокий и какой-то дикий красавчик. Высокий, взгляд резкий, лицо симпатичное. Он должен быть жизнерадостным и обывателем одновременно, располагаться на самой вершине касты... Но это всё не про Токию. Его ни каста, ни сама школа не интересовали. Он часто прогуливал ещё со средней школы, только и совался во всякие хип-хоп клубы за пределами школы и заигрывал со школьницами постарше. С тех пор, как поступил в страшную школу, только и зависает со взрослыми сестрёнками и студентками. Он из жизнерадостных, да только из тех, у кого всё это где-то за пределами школы. Противоположность мрачного типа вроде меня, но на физкультуре и групповых занятиях мы оказались отщепенцами и в итоге вынуждены были действовать в паре, с тех пор ничего не поменялось. — Тебе и правда эта семпай нравится. Так втюрился, что когда она смотрит, ты смущаешься. — ... Н-не говори, что я втюрился. Всё обычно... Она просто... М-мне нравится... — Хе-хе. Да не смущайся ты. Я говорил Токие, что влюблён в Сирамори-семпай. Ну, всяких советов я не просил... Просто как-то само в разговоре промелькнуло. — Ну, хорошо ведь. Конечно обидно, что ты без моей помощи признался, но главное, что результат хороший, так что прощаю. — ... М? — Вот как. Застенчивый чудик и придира Сокити набрался храбрости и рассказал о своих чувствах... Вот ведь... Я рад за тебя. — Нет... П-погоди-ка, — я остановил нахваливавшего меня Токию. — Я не признавался. — ... А? Не признавался? — Да. — Врёшь... То есть это она призналась? — Тоже нет... Это, сложно объяснить... Я пересказал, что вчера было. Она всё узнала. Предложила пробно встречаться. И я ответил согласием. — ... И что это вообще было? — режим хвалителя куда-то делся, и он поражённо посмотрел на меня. — Сокити, ну ты... Позорище. Будто тебе разрешили с ней встречаться. — ... З-заткнись. — У мужчин и женщин отправная точка самая важная. Так опозорился с самого начала, вот и будешь дальше под каблуком бегать. — Сказал же, заткнись, — я вздохнул и одной рукой схватился за голову. — Знаю. Сам в курсе, какой жалкий... Когда вспоминаю, что вчера было... Умереть хочется. Почему всё так позорно прошло? Могло же всё хоть немного лучше быть. — ... Может она просто поиздевалась надо мной, — с тревогой заговорил я. — Начну вести себя как парень, а она только смеяться будет... — Тоже может быть. Людей, которым нравится над другими издеваться, везде хватает, — однако Токия продолжил. — Но разве Сирамори-семпай такая? — Нет. Думаю, она так не поступит. Хочу в это верить. А даже если она просто шутит, пусть это грубо, но она не станет жестоко топтаться по чужим чувствам. — Ну тогда верь в девушку, которую ты любишь, — он пожал плечами, точно издеваясь. — Пусть и «пробно», для этого тоже симпатия нужна. Потому, как ни удивительно, ты ей похоже тоже нравишься. — ... Даже не знаю. Мне этого было не дано знать. И вообще... Я хочу знать это как никто другой в этом мире. Что думает Сирамори Касуми о Курое Сокити?.. — ... Я сам до сих пор не верю. Я нравлюсь Сирамори-семпай. Она красивая и популярная... А я ведь самый обычный. Не понимаю, за что она могла меня полюбить. — Вы же целый год в одном кружке были. Ты целый год выпускал свою «люблю-люблю» ауру, вот она и обратила на тебя внимание. — Э-это кто «люблю-люблю» ауру выпускает! — Иначе бы она тебя не раскрыла. — Ух... — Когда узнаёшь, что ты кому-то нравишься, этот человек тоже может тебя заинтересовать. Узнала, что скучный тип вроде тебя в неё влюблён, и разглядела в тебе мужчину. Это... Ну, вполне себе реалистично звучит. Скорее бы я тоже, узнав, что меня кто-то любит, мог бы проникнуться чувствами. Хотя конечно подобного опыта у меня нет. Я слегка уверился, а Токия продолжал. — Не такой ты обычный. Не принижай себя. Когда-то ты был профессиональным... — ... — ... Прости. — ... Нет. Ничего. Он случайно сказал о том, о чём не стоило, потому извинился, но я покачал головой. — Я уже не переживаю из-за этого. Потому и ты можешь не переживать за меня, всё в порядке. Это было в средней школе... В третьем классе. Если коротко, у меня случилась гипервентиляция. Я хватался за голову или грудь и просто сворачивался на месте. Но... Уже всё в порядке. Я двигаюсь вперёд. Я оглядывался назад и начинал унывать, но всё чаще смотрел вперёд. — Хм. Тогда ладно. Вообще я немного переживал. В конце средней школы... Я ведь тебя почти не видел, — помрачнев, сказал он. — После того случая ты в среднюю школу почти не ходил, уже не мог поступить в ту школу, которую хотел, и на церемонии поступления у тебя глаза как у мёртвого были... Я даже подумал, всё ли у тебя в порядке. Казалось, что ты сразу школу бросить готов. — ... — Но когда подружился с красоткой-семпаем, взбодрился и начал с радостью в школу ходить. Зря переживал. — ... Я не такой простак. — Такой. Когда что-то не нравится, ты в отчаяние впадает, а стоило начать встречаться с любимой девушкой, и тут уже счастливее некуда. — ... Даже обидно, что ответить совершенно нечего. Соглашаться было сложно, но Токия ведь был прав. После одного случая я впал в отчаяние, мне всё опротивело, мои оценки падали и я был готов бросить школу, в которую поступил, то есть шёл по пути саморазрушения... И вот сам не заметил, к чему привёл этот год. Странно. Будто меня привело в чувство то, что у меня появилась любимая девушка. Может я и не таким мрачным был. Нет, вряд ли. Если уж говорить просто, у меня была глубокая травма. Например на прошлогоднем культурном фестивале... — О. Смотри. Помяни чёрта, — Токия указал на вход в столовую. Там были две красивые третьеклассницы... — Эй, это ведь... Двое из «великой четвёрки». — У-о, серьёзно. «Загорелая гяру» и «замужняя». — Круто. Я их впервые вижу. В столовой началось волнение. Скорее всего это были первогодки. Они были очень возбуждены, лично увидев тех самых красоток. Не обращая внимания на завистливые взгляды, они взяли талоны на еду и встали в очередь. «Великая четвёрка красавиц». «Загорелая гяру»... Укиё Ан. Как ясно из прозвища, она загорелая гяру. Светлые волосы и загорелая кожа. На лице много макияжа, и одежду она носит не как велят правила. Наша школа известна довольно лёгкими правилами. За цвет волос и одежду никто не ругает, если ты не перебарщиваешь. Из-за такой свободы школа в нашей префектуре довольно популярна. В общем... Для мрачных типов вроде меня это далеко не самый лучший выбор. Но я отошёл от темы. Из-за наших правил, у нас здесь много всяких «гяру», учителя их не гоняют. И вместе с «загорелой гяру» была... Ещё одна из «великой четвёрки» «замужняя»... Сирамори Касуми. Они обе красавицы, хотя совсем разные. Одна настоящая гяру, а вторая очень спокойная и аккуратная. Все в «великой четвёрке» красавицы, обладающие своим особенностями, но при этом отлично ладят и проводят время вместе. Нет, не так. Именно потому что они дружат, их и начали называть «великая четвёрка красавиц». — ... Необычно. Касуми обед забыла, — с интересом произнесла «загорелая гяру» Укиё Ан. Мы были далеко, но говорила она громко, потому получилось расслышать. — Да вот проспала сегодня немного. Не было времени приготовить. — Хм. Опять какую-то сложную книгу читала? — М, ну, что-то вроде. Но иногда можно. Теперь я могу вместе с тобой в столовой пообедать, Ан-тян. — Хо-хо. Как мило прозвучало. В качестве награды дарую тебе честь угостить меня. — А-ха-ха. Вот уж не надо. Похоже они были близки и весело общались. Две красотки весело общаются... Да. Такое зрелище делает немного счастливее. Пока я думал об этом. — ... А. Я встретился глазами с Сирамори-семпай. Она улыбнулась и помахала мне рукой. Ничего такого. Обычное дело. Она и до этого, когда встречала меня, здоровалась и рукой махала. А вот я думал: «если неприметный тип вроде меня будет дружен с Сирамори-семпай, на меня точно все будут странно смотреть», но её саму это не волновало, и она вела себя со мной как обычно. Для неё это обычное дело. Однако... — Сокити... Ты чего спрятался? — П-просто прикрой и всё. — От чего? Я спрятался за здоровяком Токией. Сам не знаю, зачем это сделал. Просто... Не хочу, чтобы меня видели. Стоит подумать, что эта красавица — моя девушка... Грудь переполняют чувства, а голова пустеет, я просто ничего не могу с собой поделать. — ... Эй, Сокити, из-за твоего игнора Сирамори-семпай теперь играет в «я не тебе махаю, а жука отгоняю, а что?». Одни проблемы доставляю. Ну да. Она помахала, а я проигнорировал и спрятался. Эх, чёрт. Чем я занимаюсь? Почему так вышло? — Хи-хи. Всё самое сложное ещё впереди, — саркастично улыбнулся Токия и ткнул меня локтем. ***

Я считал, что встречаться — это что-то невероятное. Что-то более драматичное и фантастическое. Я считал это шокирующим и эмоциональное... Прямо как в развлекательных передачах. В любовных комедиях «начать встречаться», «быть вместе», «стать парой»... Это всё одна цель. И с достижением этой цели всё заканчивается. Наступает конец. Герой и героиня встречаются, случаются разные события, и под конец они вместе, по такому сценарию и проходят любовные комедии. Отношения — цель истории, решающий момент. Потому и в реальности начать встречаться с кем-то — это важное событие. А с этой ситуацией... Я справиться не могу. Не было ни драматического признания, ни шокирующей драмы... Просто пара слов и мы встречаемся, ни голова, ни сердце за таким не поспевают... — А. Пришёл. После занятий. Я открыл дверь кабинета, и Сирамори-семпай уже была внутри. Она сидела на стуле и читала, и когда увидела меня, закрыла книгу, встала и подошла ко мне. — Я думала, что ты сегодня не придёшь. Просто... Ты же меня сегодня игнорировал. — ... Ух. Всё же она не забыла то, что в обед было. — Из-за того, что ты спрятался, я будто никому улыбалась и рукой махала. — ... — Эх. Я тебе помахала, а ты проигнорировал, значит я тебе не нравлюсь. — ... Н-нет, это. — Хм. Это? — подловив, она смотрела на меня. Близко, очень близко. — Это что? — ... Прости. — Мне не извинение нужно, а причина, — явно веселясь, сказала она. А я ничего не мог ответить. — Ты что... Смутился? — сама ответила она. — Понял, что я твоя девушка, и теперь не можешь мне в лицо смотреть? — ... М. Угадала. Но я не могу этого признать. — Нет... Из-за того, как все посмотрят, переживаю. Парень вроде меня общается с популярной девушкой... Если делать это публично, это столько проблем принесёт. — Публично. Ты всё такой же застенчивый, Куроя-кун. Никто из-за нас не переживает. — ... Может и застенчивый, но к тебе приковано слишком много внимания. Я никого не интересую, а вот она многих интересует. — Хм. Ну и что. Но это ведь ты смутился и спрятался. — Н-нет же! Не надо выставлять всё так, как тебе больше нравится! — Да, да, — она отмахнулась от моего оправдания и вернулась к своему стулу. Что-то я совсем устал. Думал, уже привык к её шуточкам за год... Но мы теперь хоть и пробно, но пара, и ощущение такое, будто весь опыт и терпение кто-то сбросил. Я ещё больше обычного смущаюсь... Как же неловко. Эх. Жалкий я. Тяжело вздохнув, я тоже сел на стул. Напротив Сирамори-семпай... Точнее в стороне по диагонали. — М... Она насупилась, встала и пересела. На стул напротив меня. — ... М. Я тоже встал и пересел. Но и она последовала за мной. Мы так раза три сделали. — Т-ты чего преследуешь меня? — А ты чего убегаешь? Почему напротив не садишься? — ... Сегодня не хочу. И мне решать, где мне сидеть. — Вот и я сама решаю, где сидеть буду. Разговаривая, мы трижды сменили места. — ... Пф. А-ха-ха, — разразилась смехом Сирамори-семпай. А мне смешно не было. Я тут и так в отчаянии. — Знаешь... Мы будто на год в прошлое вернулись. Помнишь? Когда встретились, ты никак не хотел напротив меня садиться. — Э-это... Конечно помню. Я только вступил в кружок и не мог сидеть перед семпаем, всегда садился где-нибудь сбоку. Причина... Да самая банальная. Неловко было. Вот и всё. Нас только двое, а за столом может более четырёх человек сесть, ну и я не из тех, кто напротив сядет. К тому же семпай красивая... Сесть напротив было невероятно сложным делом. — Эй, Куроя-кун... Ты понял? — с ностальгией говорила она, поднявшись со стула, она взяла с самой нижней полки доску для реверси. — Причину, почему я предложила тебе поиграть в реверси? — Причину?.. Впервые сыграли мы где-то через две недели, как встретились. Она принесла игру из дома и предложила поиграть. С тех пор мы и начали играть. — Решила показать, в чём ты хороша... — ... Хе. Вот как ты обо мне думаешь. — А, нет, это. — Ну, не без этого. Значит всё же так. Тогда что отразилось на её лице? Чувство вины и потери. — Мне нравится реверси, но в первую очередь... — она поставила доску с камнями на стол. — ... Я хотела, чтобы ты сел напротив меня, — сказала Сирамори-семпай. — ... И это причина? — Да, она самая. Если будем играть, ты хочешь — не хочешь, а сядешь напротив. В её хитром голосе ложь я не рассышал. ... Наконец сел напротив. Я вспомнил. То, что было год назад. Она предложила сыграть в реверси, я не отказался и сел напротив, и, уставшая ждать девушка, сказала это. Тогда я не понял суть этих слов... Но вот год спустя до меня дошло. — И вот мы вернулись в исходное положение, — положив четыре камня, сказала она. Теперь я уже отказать не мог. И сел напротив неё. Неуверенно я поднял голову и посмотрел перед собой... Она подпёрла голову руками и весело смотрела на меня. Похоже ждала, пока я посмотрю. — Хи-хи. Яхо. Ну как тебе я, когда прямо в лицо смотришь? — ... М! А, чёрт. Что это ещё? Милая, аж бесит!.. — ... Давай начинать. — Да, да. С помощью «камень-ножницы-бумага» мы определили, кто первый ходит. Я выиграл и положил чёрный камень. По правилам всегда первыми ходят чёрными, но у нас свои правила, и мы играем каждый своим цветом * . — Эй, Куроя-кун, — положив камень, заговорила Сирамори-семпай. — Тебе неловко... Встречаться со мной? — Что? — Ты стесняешься? — Ух. — Тебя это напрягает? — У... Гха... Ч-что ты говоришь? Ничего я особо... — Тогда ты точно вёл себя странно. Это было не удивление, а чистая озадаченность. — ... Для парня вроде меня найти девушку, — это невероятно серьёзно, такое событие всё переворачивает в моей жизни. Я довольно мрачный тип. Не завидую жизнерадостным, не проклинаю их, от окружающих хочу лишь тишины и спокойствия... Так я и собирался жить, но всё точно в один миг рухнуло. И мои взгляды и всё перевернулось и оказалось разрушено. И всё из-за этой иррациональной игры под названием любовь... — Хм. — Семпай, ты похоже к этому спокойно относишься. — М... Это не так. Я и сама нервничаю и стесняюсь. Вот как? А с виду не похоже. Сирамори-семпай ведёт себя как и всегда... Только веселее и больше надо мной шутит, лишь один я тут паникую и места себе не нахожу. — С-Сирамори-семпай, — заговорил я. Решился и сказал. — Семпай... П-почему ты стала со мной встречаться? — Хм? — Нет, просто... Я тебе тоже... Н-нравлюсь? Я набрался храбрости и задал вопрос... Или скорее выпалил его от беспокойства и страха. Как бы... Вот же убожество. Ува. Что я несу? Парень узнаёт у своей девушки, нравится он ей или нет. Прямо ясно, что переживаю. Вообще не намёка на самоуважение. Чистое ничтожество. — ... М? Затаив дыхание, я ждал ответа, а девушка взялась рукой за подбородок и задумалась. — Не скажу, — ответила она. И хитро улыбнулась. — Что... П-почему? — А? Так ведь... — сказала девушка. — Озадаченный Куроя-кун такой милый. — ... М?! Чёрт!.. Да что с ней такое?! — Хи-хи-хи. А, точно. Тогда давай поступим так, — она взглянула на доску. Мы положили всего по три камня, противостояние только началось. — Если выиграешь, я тебе скажу. — П-правда? — Да, правда. — ... Хорошо. В таком случае я решил сосредоточиться на игре. Я ни за что не проиграю.

— Ура! Победила! — ... Чёрт! Так хотелось победить, а в итоге проиграл. Нельзя было проигрывать, а я взял и продул... — Хи-хи-хи. Увы, Куроя-кун. Хотя больше было похоже, что ты самоуничтожился. — Ух... Причина поражения... В давлении из-за возможности проиграть. Я слишком переживал и не мог играть в полную силу. Вообще я играю не хуже Сирамори-семпай. В последнее время даже количество побед стало шесть к четырём в мою пользу. То есть проиграл я потому, что был не собран. — Что ж. Куроя-кун, время для наказания. — А... Ч-чего? Впервые слышу. — Так я и не говорила. Но как иначе могло быть? Не честно ведь, что только для меня были условия в случае поражения. — Э-это... — Хи-хи-хи. Чего бы попросить? — полная энтузиазма, она начала думать. И вот определилась. — Решила. Куроя-кун, скажи мне «люблю» десять раз. — А-а?! — Не можешь? — К-конечно не могу! — Это ведь просто. Обычное дело сказать, о чём думаешь. — О-обычное дело!.. — Не такое уж и серьёзное наказание. Сказать своей девушке «люблю». — ... Я-я такими словами не разбрасываюсь. Если вот так легко говоришь такое, ценность слов... — Всё, хватит. Никаких оправданий. — ... М. — Постарайся и скажи. Если сделаешь, я тебя награжу. — Н-наградишь... Ангел сделал дьявольское предложение, и я уже начал поддаваться. — ... Х-хорошо, — после десяти секунд изнуряющих раздумий ответил я. Я глубоко вдохнул и успокоился. — ... Люблю, — опустив голову, тихим голосом сказал я. Для меня уже это немалых трудов стоило. — Не годится. На меня смотри. А это хуже. — Л-ладно тебе. Какая разница, куда смотрю... — Нет, — настаивала Сирамори-семпай. На губах была улыбка, но взгляд серьёзный, глаза слегка подрагивали от беспокойства. — Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, пока говоришь. — ... Выбора у меня не было вообще. Когда она... Самая любимая на свете девушка просит такое, сложно отказать. Я поднял голову. Посмотрел в лицо Сирамори-семпай, и наши взгляды встретились. Хотелось отвести взгляд, но я изо всех сил старался сдерживаться. — ... Л-люблю, — собрал я свою храбрость и сказал. Не сводя взгляда. Смотря прямо на неё. Девушка смотрела на меня... А я в то же время — на неё. Наши глаза встретились и были направлены друг на друга. — Люблю, люблю, люблю. Всего два слога, но такие особенные. Пока произносил это слово, казалось, что мой мозг постепенно тает. Ощущение такое, будто с моего сердца слои брони снимают. — Люблю, люблю, люблю. После занятий... В окрашенной закатом комнате мы были совсем одни. Парень и девушка смотрели друг на друга, и он раз за разом повторял слова любви. Я уже ничего не понимаю. Что это вообще, не пойму. Ощущение такое, будто я сплю. Звуки и весь пейзаж где-то далеко, в мире будто остались лишь мы вдвоём... Только стук сердца невероятно громкий, и голос становился всё горячее. — Люблю, люблю, люблю... С-сказал. Когда повторил десять раз, голова охладела, и я вернулся в реальность. — ... Да уж... Просто офигеть, — она прикрыла руками рот, а голос её дрожал. — Ага, прямо жесть... Ты такие постыдные вещи сказал, Куроя-кун. — Что?! Т-ты же сама велела! — А-ха-ха. Верно. Ага, спасибо тебе. Прямо повеселил. Посмеявшись надо мной, Сирамори-семпай встала и убрала реверси назад на полку. После чего взяла свою сумку. — Ладно, пошли домой, — сказала она. — А... Э-это, а награда? — М? — Я сказал, как полагается, и ты награду обещала... А... Я разве что-то такое говорила? — услышав это, я впал в отчаяние. Чёрт, провела. Снова издевалась. Она ужасна... Пользуется тем, что вся инициатива у неё, и вертит мной как хочет. Это... И значит слабость влюблённого. Унижение того, кто проиграв в любви... — ... Да не расстраивайся ты так. Совсем приунывший я продолжал сидеть на стуле, а Сирамори-семпей тихо подошла. Она приблизилась к моему уху и... Сказала.

— Я тоже тебя очень люблю, Куроя-кун.

— ... М?! Мозг и сердце мигом закипели. Сладостный голос, обжигающее дыхание, тепло руки, коснувшейся моего плеча... Всё это имело разрушительную силу, способную убить меня. Чистый оверкил. За один миг я стал полностью в её власти. — Ч-что... — Хи-хи. Вот твоя награда. Ну как? Понравилось? — ... М. — А-ха-ха. Тогда по домам. Я пошла! — сказав, она покинула комнату. А я... Не мог подняться. Ноги лишились сил. Тело повело вперёд и я завалился на стол. — ... А-а-а, у-а-а-а... — что-то невнятное вырывалось изо рта. Нет. Ничего не понимаю. Не понимаю, что мне делать. Не понимаю, то ли грудь переполняет унижение, то ли счастье. Её голос, слова, дыхание, всё это никак не покидало моего уха. — Очень любит... Она сказала такие простые слова. Я чуть не умер, пока говорил «люблю», а она так спокойно сказала «очень люблю», и чуть не свела меня с ума. — Куда мне до неё, чёрт... ***

Сирамори-семпай ездила в школу на поезде, а я на велосипеде. После дел нашего кружка мы обычно вместе добирались до парковки велосипедов. Могли начать расходиться слухи, что мы вместе по школе ходим... Но к счастью или нет, ничего такого не говорили. Скорее всего дело в том, что хоть мы и шли вместе, никто не считал, что мы встречаемся. «Сирамори-семпай с каким-то парнем идёт... А, это кохай из её кружка. Она просто добрая, вот и дружит с этим мрачным и неприметным типом». Типа так. Все считали как-то так. Ну, я уже привык. Меня не сильно тревожит, кто и что думает. Я никому не интересен, и могу делать всё, что захочу... Вот такие мысли у меня были.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Но если честно, когда мы начали встречаться, весь мой опыт сбросился. Я замечал взгляды вокруг. Хотел вести себя как обычно, но теперь не понимал, как это. А? А как обычный я с Сирамори-семпай ходил? Немного впереди? Слегка позади? Рядом? — Кстати, — когда добрались до велосипедной площадки, девушка заговорила. Она не заметила, что я почти упустил её из виду, и слегка сентиментально сказала: — Куроя-кун, а ты быстро читаешь книги. — А?.. Чего так внезапно? — Да нет. Просто подумала. Книги, которые я тебе одалживала, ты всегда очень быстро читал. Обычно уже на следующий день возвращал, и даже впечатлениями делился. И так с тех пор, как мы познакомились... — ... Ну, одолженную книгу надо ведь прочитать поскорее и вернуть. — Неужели, — заговорила Сирамори-семпай. Она посмотрела мне в лицо и ехидно улыбнулась. — Ты так привлекал моё внимание? — Что?.. — Считал, что если вернёшь поскорее, то моя симпатия усилится? — ... Конечно нет. Ты всё неправильно поняла. Я всегда считал, что так правильно. Кто бы ни одалживал книги, я за день читал и возвращал, — вздыхая, сказал я, отстегнув свой велосипед. — Блин, ну да, я застенчивый. И к тебе... Я как бы уже давно испытываю симпатию, но это не значит, что мой мир вращается вокруг тебя... — ... Вот как, — слегка печально сказала она. На лице была улыбка, но она больше напоминала усмешку и была окрашена унынием. — А-ха-ха... Как неловко. Я всё не так поняла. — Сирамори-семпей... — А я радовалась. Куроя-кун сразу же читал книги, которые я одалживала. Читал книги, которые понравились мне, и говорил, что они и тебе понравились. Для любителя книг тут ничего особенно радостного нет. Эти чувства... Я прекрасно понимал. Я сразу же читал одолженные и рекомендованные книги. Тут нечему особенно радоваться. Всё же... Львиную долю книг прочитать не выйдет. — Ты ведь любишь книги, потому я думала, что ты серьёзный парень... Но я слегка надеялась, что так ты решил сблизиться со мной... И я была бы рада, окажись это правдой... А-ха-ха. Прости, что-то я напридумывала. — ... — Ладно… Я домой. Пока. — П-подожди! Я видел, что она собирается уходить, готовая расплакаться, и тут же позвал её. Сирамори-семпай остановилась, но поворачиваться ко мне не стала. — П-прости... Я соврал. На самом деле... Всё так, как ты сказала, — я выдавливал слова ей в спину. — Нет у меня... Таких принципов. Да и друзей у меня немного, никто мне книг не одалживает... Я читал так быстро, потому что ты мне их одалживала... Они были для меня приоритетнее других... Это, как бы... Я только так мог привлечь твоё внимание... Я мог возвращать книги любимому семпаю. Парень вроде меня... Рад уже этому. Было так здорово, что я читал так быстро, как мог... Но и расчёт тут был. Если прочитаю быстро рекомендованные книги, она обрадуется. Потому если буду читать быстро, я надеялся, что её симпатия станет сильнее. Вот такой обходной способ. Прямо о чувствах я рассказать не мог и бился за любовь на окольных путях... — Так что это... Ты всё верно сказала, семпай... — ... Хе, — пока я говорил, она обернулась. — Так и знала. А на лице её была улыбка. Такая улыбка, будто она радовалась, что добычу в ловушку заманила. — Вот как. Всё же ты пытался как мог привлечь моё внимание. — ... А, что?.. — Хи-хи. Какой же ты милый, Куроя-кун. — ... М? Т-ты меня провела? — Ты сам купился. Я лишь слегка печальное лицо состроила. — Это и значит «провела»! — Ты сам первый соврал. Мог сразу признаться, но тебе надо было повыделываться. — ... М! Она меня сделала. Всё обман. И эта её печальная улыбка и неловкие признания. — Будь осторожен, Куроя-кун. Все женщины мастера обмана. Если тебя так легко провести, тебе ещё расти и расти. — ... Я-я домой! Она собиралась тыкнуть пальцем мне в щёку, а я отстранился и сел на велосипед. И поехал поскорее. Ретировался, пока ещё что-то неприятное не случилось. А за спиной я слышал заливной смех. — До завтра, Куроя-кун. — ... М?! М?!.. Да, до завтра! Я злился, было обидно, я был унижен, но при этом сказал «до завтра», в любви я совершенно точно был проигравшим. ***

Это случилось год назад. Она стала ученицей второго года, и с тех пор, как в кружке появился новый член, прошёл месяц... — А, прости, Сирамори-сан. Я ещё не дочитала. После занятий в классе. Девушка одолжила подруге книгу, и вот что ей ответили. — Вот как. Ничего. Я просто спросила. А ведь одолжила она её две недели назад... Не выказывая истинных чувств, она изобразила улыбку. Вообще... Они не были так уж дружны. Стали учиться вместе лишь со второго года и заговорили лишь потому, что сидели рядом, и как-то всё пришло к тому, что девушка одолжила книгу. «Нет, мы не настолько близки, чтобы я книги одалживала», — подумала она... Но пусть ей это не нравилось, но девушка решила дать книгу. И вот... Прошло две недели и тишина. — Сирамори-сан, правда, прости. У меня в последнее время столько дел. И правда дел невпроворот. То караоке, то модные кафе, то просто болтает в классе после занятий столько, что даже учителя злятся. Она была в курсе. Раздражение усиливалось... Но своё отношение девушка не озвучивала. — Нет, всё хорошо. Читай. «Не хочешь читать — не надо, верни и всё...» — она скрывала истинные чувства и говорила так, как правильнее всего. Если разозлится из-за книжки, только разрушит всю атмосферу вокруг.

Умение общаться. Это очень важное умение среди людей, но у меня этот навык развит лучше, чем у остальных. Я не хвастаюсь, мнение вполне объективное. Общительность. Умение читать атмосферу. Доброжелательность. Мне всегда говорили про это, и я сама начала так считать. Я могла расположить к себе любого с первой встречи, мы становились дружны сразу же. Возможно из-за того, что я всегда была высокой и казалась взрослой, ко мне с начальной школы относились как к «сестрёнке, на которую можно положиться». Когда общалась, я давала нужные людям ответы, угадывала, что они хотят услышать. Типа: «А, он не хочет, чтобы я решила его проблемы, а просто посочувствовала». Потому... Я читала атмосферу. Была доброжелательна. Не поднимала лишнего волнения. Заняла место доброжелательно улыбающегося персонажа. Если давать нужные ответы в зависимости от ситуации, всё пройдёт гладко, и отношение ко мне улучшится. Для меня стало обычным делом читать атмосферу... И я играла ту роль, которая от меня требовалась. Показывала нужную «себя» и отвечала так, как требовала ситуация. В принципе... Это не было неприятно. Я радовалась, когда мне все улыбались, и портить атмосферу я не собиралась. Я радовалась, когда у меня есть близкие друзья, а тем, кто мне не был слишком близок, я улыбалась обыденно. Я не считала чем-то плохим играть «себя», которую будут любить. Просто. Иногда... Я ощущаю такую раздражающую пустоту. Я стараюсь читать атмосферу, играю роль, которую от меня ходят, я будто считаю, что должна: «А. Вот здесь Сирамори Касуми должна по сценарию сказать что-то комичное, чтобы развеселить всех»... И вот так постоянно, и я начинаю ощущать давящее одиночество. Иногда я очень из-за этого устаю. Вместо того, чтобы читать атмосферу, хочется одной почитать книгу... — ... А Касуми-тян. Я прошла через дверь и шла по коридору, когда меня окликнула знакомая. — Миттян. Что случилось? В том году мы были в одном классе. Она общалась с другой группой, потому мы почти не веселились вместе, но ладили неплохо. — Касуми-тян, у тебя сегодня есть планы? — Это, сегодня я хотела сразу же вернуться домой и почитать книгу. — Вот и отлично. Пошли вместе в караоке? — ... — Я с девочками из класса иду, но там почти нет моих подруг... Вот я и подумала, что было бы неплохо пригласить тебя. Тебя ведь незнакомцы не смущают? — ... А? Я ведь сказала, что у меня дела. Я собираюсь домой, чтобы почитать книгу, это очень важно, но. Похоже надо было об этом яснее говорить. Почему все считают, что раз ты читаешь книгу, значит свободен? Эх... Но похоже ничего не поделаешь. Чтение книг и манги большинство считает простым убийством времени, и те, кто выкраивают для этого время — существа непостижимые. В этом мире... Когда тебя приглашают, не стоит отказываться, используя как причину «я сегодня хочу почитать книгу». Даже если ты серьёзно, почти наверняка подумают: «А? Почему выбрала такую глупую причину? Не хочешь, так говори прямо». Возможность читать когда и где угодно превратилась в чтение при обстоятельствах. «Почитать можно когда угодно, так что давай не сейчас», — так все считали. Нет, но я ведь хочу сегодня почитать. Книги тоже интересно читать. — Вот и хорошо. Раз ты идёшь, то и мне легче, — Миттян с облегчением улыбнулась. Похоже мне уже не отказаться. Ничего не поделаешь. Наверное это мне придётся подстроиться. Всё же неправильно книги ставить превыше друзей. Я прочитала атмосферу, улыбнулась и уже собралась согласиться... — ... Сирамори-семпай, — ко мне обратились. Я обернулась и увидела кохая, моего заместителя в литературном кружке... Курою Сокити-куна. — Прости, что прерываю. Можно тебя? — Куроя-кун, что такое? — Просто... Йокомидзо-сенсей зовёт тебя по поводу кружка. Йокомидзо-сенсей — наш куратор. Хотя это громко сказано, должность номинальная, потому учитель появляется только по каким-то делам. — Меня попросили тебя привести, ты сможешь подойти? — А. Вот как. Спасибо, — я поблагодарила его, повернулась к Миттян и свела руки. — Прости, Миттян. Похоже у меня дела. — А... Ну да. Хорошо. Тогда позову в следующий раз. — Ага, увидимся. Мы попрощались, Миттян помахала и ушла. — ... И всё же необычно. Йокомидзо-сенсей зовёт меня. Эй, Куроя-кун. Тебе не сказали, что случилось? После моего вопроса он отвёл взгляд. И почесал голову. — ... Прости, я соврал, — смущённо ответил он. — А... А? С-соврал? — Да. Соврал. Тебя не звали. — П-почему ты соврал?.. — Просто... Подумал, что ты не хочешь в караоке. — ... Я была поражена и лишилась дара речи. — Прости. Я услышал ваш разговор. — ... У меня это на лице было? Что я не хочу идти? — Нет, ты выглядела весёлой... Просто, — говорил он. — Меня бесит, что все считают тебя свободным потому, что ты хочешь почитать книгу. — ... — Читаешь ты не потому, что свободен, а потому что хочешь. Конечно и поэтому тоже... Но как-то меня злит, когда все говорят «ну ты же в любое время можешь почитать». Могли бы хоть говорить: «Понимаю, что у тебя дела, но мог бы пойти со мной»... — ... — ... Нет, ну... Прости, что влез. Если ты хочешь в караоке, то никаких проблем... — ... Нет. Видать из-за того, что я молчала, он начал извиняться, но я покачала головой. — Как ты и сказал, я не хотела идти. — ... Тогда ладно, — Куроя-кун вздохнул с облегчением. — Как-то мне неловко перед Миттян. Будто я её обманула. — Это... Прости. — А-ха-ха. Точно, стоит про себя извиниться, — я улыбнулась, видя озадаченного парня. — Это... А. Точно. Сирамори-семпай, вот. Какое-то время он молчал, точно искал тему для разговора, а потом залез в сумку и вытащил книгу. Её я ему одолжила. И сделала это вчера после занятий. — Прочитал, возвращаю. — А? У-уже прочитал? В этой книге было около пятисот страниц. Я думала, что у него неделя уйдёт, а он на следующий день вернул. — Ничего себе, Куроя-кун. Быстро ты читаешь. — ... Да не особо, — обронил он. — Я стараюсь возвращать одолженные книги побыстрее. ***

Вспоминая то, что было в том году, я смотрела на отдаляющуюся спину парня на велосипеде. — ... Хи-хи, — я улыбнулась. Вот как. Всё же он читал книги быстро, потому что их давала я. Всё это время он думал обо мне. Но скрывал смущение и говорил, что у него правило читать одолженные книги побыстрее. Глуповато он смотрелся, стараясь выглядеть крутым. — ... Я прижала руки к щекам. Ой. Блин, блин. Улыбка с лица не сходит. Если не буду лицо держать, точно посчитают странной, что я тут лыблюсь. Специально улыбаться я умею... А вот по-другому плохо получается. Когда ты очень счастлива, сдержать улыбку довольно непросто. — ... Только так и получилось привлечь внимание... Я вспомнила его слова. Довольно скромные слова... — ... Ничего ты не понимаешь, Куроя-кун. Ничего. Ничего не понимает. Ты взбудоражил моё сердце и растопил его... ↑ У него в фамилии с иероглифом «чёрный», а у неё «белый», вот они и используют свои цвета.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Невинное руководство

Во время перерыва одиночки в классе занимаются тремя основными видами дел. Учатся, иногда читают. Притворяются, что спят. Куда-нибудь уходят. Сегодня я действовал по третьему варианту. На второй перемене. Я покинул класс и ходил без особой цели по коридорам, спустился по лестнице и у выхода увидел переобувавшегося Симокуру Токию. Он шёл, зевая, и заметил меня. — Йо, — парень поднял руку. — Привет. Чего опаздываешь? — Проспал. Мегуми-сан не разбудила и ушла на работу. — ... Опять у какой-то женщины заночевал? Дома он не ночевал и пошёл в школу прямо от какой-то женщины. Вся рубашка мятая. — М... А? Мегуми-сан? Ты разве не с Сатоми-сан встречаешься?.. — С Сатоми-сан уже всё кончено. А с Мегуми-сан я вчера познакомился. Даже не знаю, встречаемся ли мы. — ... Вот как. Он всё также живёт в каком-то другом мире. Старшеклассник, который оказался в постели только что встреченной взрослой женщины. Совсем не такая белая ворона в школе, нежели я. — Чего рожа такая недовольная? — Да ничего. Просто подумал, что ты жизнью наслаждаешься. — А сам-то, Сокити, наслаждаешься? — Чем? — Своей первой девушкой, — он явно издевался. — Как далеко уже продвинулся со своей ненаглядной Сирамори-семпай? — ... Никуда я не продвинулся. Мы только позавчера встречаться начали. — Что, скучно как, — Токия пожал плечами. — Ну, учитывая, что это ты, понятно, что пока никакого прогресса. И если ты сам что-то предпримешь, мир с ног на голову не перевернётся. — ... Ну тебя. Это всё и без него было понятно. — Вечно я пассивным не буду. Вот возьму инициативу в руки, и Сирамори-семпай... — ... Про меня говорите? — Ува-а-а?! Я был в шоке. Сзади прозвучал голос, я вскрикнул и отскочил. — А-ха-ха, ты так удивился, Куроя-кун. Я обернулся и увидел смеющуюся девушку. — Заметила тебя и решила заговорить. Яхо, Куроя-кун, Симокура-кун. — Привет, — проигнорировав то, что у меня до сих пор сердце где-то не на месте находилось, Токия поздоровался. — Неужели вы обо мне говорили? Я своё имя услышала, и мне интересно стало. — Н-нет, нет... Не говорили. Вообще речь не о том... Д-да, Токия? — Хи-хи. Точно. Вообще не говорили. Я паниковал, а мой друг соглашался, сдерживая смех. И вот. — И я тут слышал, Сирамори-семпай. Похоже ты... Начала с ним встречаться, — он затронул тему наших отношений. Ой. Это... Точно не хорошо. Если подумать... Я ведь без разрешения про наши отношения рассказал. Вдруг ей это не понравится. Немного с запозданием я начал переживать. — А, так ты слышал, — Сирамори-семпай не переживала об этом, и говорила как-то спокойно. — Хи-хи. Ну... Верно. Именно так всё и есть. — Поздравляю. Как друг Сокити я рад за него. — Ва, спасибо. — Ну... Если ты конечно серьёзно, — тут уголки губ Токии приподнялись в улыбке. — А?.. В каком смысле? — озадаченно спросила девушка, а он сделал шаг вперёд. — Сокити ведь мрачный девственник, у которого опыта в отношениях вообще нет, и с ним теперь такая красотка. Вот я и подумал, а не дурачишь ли его ты... — в его глазах появился резкий огонёк. Но лишь на миг. — ... Со мной можешь поделиться. Можем вместе поприкалываться. — Что... Э-эй. — ... Пф. А-ха-ха. Ага, хорошо. Потом обязательно за этим к тебе обращусь, Симокура-кун. — Рассчитываю на тебя. Ну, я пошёл. Он помахал рукой и ушёл. А я себя чувствовал так, будто они только что надо мной поиздевались. — ... Симокура-кун хороший парень, — сказала Сирамори-семпай. — Хороший парень? — Говорил вроде в шутку, но он действительно за тебя волнуется, Куроя-кун. Потому и предупредил меня. Если обижу его друга, он меня не простит. — ... — Хороший у тебя друг, Куроя-кун. — ... Ну наверное, — невнятно ответил я. Как-то неловко было такое признавать. — Про него даже третьегодки говорят. Некоторые девочки даже его телефон спрашивали. — Он со средней школы очень популярный. — Понятно, что популярный. Симокура-кун ведь такой крутой. — ... Тебе тоже такие высокие красавчики нравятся? Я сам не понял, как спросил это. Видя мою реакцию, она довольно улыбнулась. — М? Ах, что такое, ты ревнуешь, Куроя-кун? — Ух... Н-нет. Просто интересно, вот и спросил. — Хи-хи-хи. Ты такой милый, когда ревнуешь. — Говорю же, всё не так... Пока я оправдывался, Сирамори-семпай также весело улыбалась. А потом подошла и сказала на ухо: — Не переживай... Сейчас в моём вкусе ты, Куроя-кун. — ... М?! Слова были такими же смертоносными. — ... С-снова издеваешься. — Не издеваюсь. Это правда. Хоть она и сказала это, тон был такой, будто точно издевалась.

Сейчас я в её вкусе. Эти слова... Вроде не были враньём. Хотелось верить, потому я и решил поверить в сказанное. Хоть самооценка у меня и низкая... Но хотелось верить в слова той, кого я люблю. Сбежать к самоуничижению просто, но как-то жалко и грубо по отношению к девушке. Мы встречаемся всего третий день, но не похоже, что Сирамори-семпай шутит... Она серьёзна. И всё же. Кое-что меня волнует. Вопрос, который я не могу игнорировать. Это... То самое «попробуем». «Для начала может попробуем встречаться?» Так она сказала. И тут... Что за «попробуем»? В чём отличие от обычных отношений? Что можно и что нельзя? Я бы очень хотел всё это прояснить... — Нет, вот этого рассказывать я не буду. После занятий в кабинете кружка я поделился мыслями и надеждами, но реакция Сирамори-семпай была так себе. Она удивилась, а потом в лоб отказала. — Что можно, а чего нельзя... Делать понятные правила как-то скучно. — Скучно? — Скучно. Очень скучно. — ... Но если не провести черту, мне как-то неуютно. — Тогда позволь спросить, — заговорила девушка. — Ты правда хочешь... Чтобы я сейчас всё определила? — А?.. — Мне прямо сейчас установить чёткие правила? «Мы пробная парочка, вот досюда можно, а отсюда запрещено». — ... — Не думаешь, что так будет очень скучно? Романтика, психологическое состояние, настроение, чувства... Ты не думаешь, что так только испортишь все эти удовольствия, доступные парочкам? — ... И-и правда. Я согласился. Опыта у меня не было, так что я мог лишь представить... Но наверняка обычные пары никаких правил не устанавливают. — Ну вот. Отношениям помогают развиваться атмосфера, настроение и всякое такое, тут заранее ничего не решишь. — ... Похоже я тупой вопрос задал. — Ага... Ещё такой. Тупее придумать сложно. — ... Ух. — Хотя вполне в духе парня, у которого нет никакого опыта в отношениях. — ... У-ух. Сирамори-семпай говорила неприятную правду. Блин. У меня так сердце не выдержит. Мне-то правила или нормы нужны были... Но если подумать, это и правда тупо. Парень спрашивает у девушки: «А что мне делать можно?» Ува, вот убожество. Прямо показал, что у меня нет ни уверенности в себе, ни опыта, так убого, что умереть хочется!.. — А-ха-ха. Да не падай ты духом. Я же не переживаю, — я совсем приуныл, а она засмеялась и стала меня поддерживать. Чёрт, это любовная игра. Правила слишком нечёткие, терпеть этого не могу. — Ну, не забивай себе слишком голову этим. А. Можно период знакомства обдумать. — Период знакомства? — Да. Ты знаешь, что это, Куроя-кун? — В целом. Период знакомства. Или просто знакомство. За рубежом, в Европе и Америке это часть культуры отношений, если просто... Прежде чем начать встречаться, люди проводят время вместе, чтобы узнать друг друга. Прежде чем перейти к серьёзным отношениям, там проходят через период знакомств. — Заграницей нет такого понятия как «признание». Хотя не думаю, что это от нас, японцев, пошло. — Да, тоже не верится. В общем снова к теме. В культуре Европы и Америки нет понятия «признание». «Я тебя люблю. Давай встречаться». У них отношения с таких признаний не начинаются. В Японии и странах Азии принято признаваться, но мы точно из другого мира. И как тогда появляются пары там, где никто не признаётся? И ответ... Они знакомятся и проводят время вместе. Если человек нравится, прежде чем начать встретиться, у них всё переходит в пробный период отношений. Это как из друзей в пару превратиться. — ... Я знаю, что в Европе и Америке перед отношениями они знакомятся ближе... Но как именно, не представляю. Раз нет признаний, они как-то проходят через период знакомств и потом начинают серьёзно встречаться... — Вот тут и важны настроение и чувства. Они либо сходятся, либо в итоге расходятся. Всё постепенно узнают, забавно, прямо младшеклассники. — К-как-то вообще не понятно... Опять эти настроение и чувства. Любовь заграницей — штука сложная. Для меня японский аналог этой игры смерти подобен, так куда мне до зарубежного варианта любовной игры. — ... Значит иностранцы напрямую о своих чувствах не говорят? Как японцы, когда чего-то не хотят, отвечают невнятно «мне достаточно» или «всё нормально»? И когда дело касается любви, они не говорят, что хотят, а всё у них через «угадайку»?.. — А-ха-ха. Точно. После этого девушка о чём-то задумалась. Сидя на стуле, она переминала ногами. — У иностранцев в любви важны не слова, а подаваемые знаки. — Знаки... — Знак «ты мне нравишься». Например... И тут... Через спину точно разряд пропустили. Под столом. Что-то коснулось моей голени. Тыкалось и слегка гладило. Из-за стола я не видел, что внизу... Но при том, как хитро улыбалась семпай, догадывался, что происходит. — П-погоди, ты что... — Хи-хи. Это тоже знак, — подперев голову, она мне улыбалась. — Вот так тыкать в ногу партнёра. Ты же видел такое в зарубежных сериалах? — В-видел... М-может прекратишь? — А, почему? — спросила она, вытянув ногу. — Обувь я сняла, так что не испачкаю. ... Нет, это ещё хуже. Ногтём в носочке она водила по моей голени, я ощущал касание её пальцев... И чувствовал себя странно. — Ну как тебе, Куроя-кун? Дошёл до тебя мой знак? — ... Говорю же, прекращай. Я быстро отодвинул стул, сбегая от ноги семпая. Дальнейшие её издёвки были невыносимы, и главное... Как бы у меня после её поглаживай странных привычек не появилось.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Мог бы и не сбегать. — Я и не сбегал. Это стратегическое отступление. — Это ведь такое же бегство. — ... Нет. Это отступление. Отступление, чтобы нанести ответный удар. — А-ха-ха. Тогда буду ждать ответного удара, — она весело рассмеялась. Ответного удара... Я сам на эти слова напросился... Но настанет ли день, когда я смогу нанести этот самый ответный удар? — Ну ладно... Будет развивать наши отношения как у иностранцев, то есть с помощью периода знакомств, — Сирамори-семпай обулась и подвела итог. Я согласно кивнул... И тут заметил. — ... П-погоди-ка, Сирамори-семпай. — М? Что? — А разве в период знакомств... Не проводят время с разными партнёрами одновременно? Пробный период — он и есть пробный. Так что... В это время если ты с кем-то ещё... То это вроде и не измена. Я слышал, что некоторые сразу с несколькими партнёрами встречаются. Встречаются сразу с двумя-тремя, а потом на основании опыта выбирают одного. В Японии за такое возненавидят... Но в эротических играх вполне можно за несколькими героинями приударить, и за рубежом это обычное дело... — А... Ведь и правда. Может быть и несколько партнёров. — З-значит... И у нас тоже? — М? Всё же стоит ввести пару запретов, — подумав немного, сказала Сирамори-семпай. — У нашей пары период знакомства, но изменять нельзя. Будем действовать в японском стиле. — ... В-вот как. Я хотел показать, что меня это не сильно волнует, но в душе глубоко выдохнул от облегчения. Ах, слава богу... Если бы она сказала, что у нас будет как у всех остальных... Стоило бы это представить, и мне бы уже плохо стало. Не хочу о таком думать. Сирамори-семпай встречается с кем-то помимо меня... — Полегчало? И. Она поняла, о чём я думала, и улыбнулась. Я же отвернулся и выдал «да не особо». — Хи-хи. Я уже говорила, что сейчас ты в моём вкусе. — ... — И тебе тоже изменять запрещено. Не засматривайся ни на кого, кроме меня. — ... Вот уж ты точно можешь не переживать, что я изменять буду. У меня кроме твоего, нет контактов ни одной девушки. — Кто знает. Вдруг внезапно перед тобой появится офигенная красотка, которая будет в твоём вкусе. — Появится ещё кто-то вроде тебя? Вряд ли такое чудо дважды случится... — А? Её глаза округлились. Э... А? Погоди-ка. Что я только что сказал?! — ... Хм. Вот как. Вначале она от удивления покраснела, но вот уголки её губ стали подниматься в победоносной улыбке. — Хе, хе. Вот как ты думаешь, Куроя-кун. Она довольно улыбнулась, облокотилась на стол и посмотрела на меня. Ну а я... Мог лишь отвернуться. — Значит я прямо в твоём вкусе. — ... Нет, это оборот речи был. — Значит я офигенная красотка. — ... Оборот речи. — То, что мы встретились — чудо. Хе, хе. — ... А, замолчи, замолчи, — я заткнул руками уши. Раз переспорить не мог, заткнул уши. Это всё равно что признание капитуляции. Сегодня моя любовная игра закончилась полным разгромом. Противник слишком силён... А я всё пытаюсь самоуничтожиться. И всё же. Пробные отношения с Сирамори-семпай. Период знакомства как у иностранцев. Крайнего срока и правил нет, всё решают настроение и чувства, вообще ничего ясного в таких отношениях... Только одно правило — никаких измен.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Принудительная установка

Поигравшие в любовную игру все неприметные мужчины мира скажут, что игра без сомнения дерьмовая... И лично я считаю, что в этой дерьмовой игре есть нечто наиболее дерьмовое. Её тебе навязывают. Если живёшь в мирное время в мирной стране... А может и не в мирное время, и не в мирной стране. В общем люди влюбляются. Может это что-то животное и первобытное, или дело в развивающейся культуре... Я сам не знаю, но люди влюбляются. Кем бы ты ни был, если живой, то кого-нибудь полюбишь. Ты об этом не просил. Не говорил: «Позвольте мне полюбить». Это... Скорее было навязано. В мире полно дерьмовых игр, но не так много таких игр, которые тебе навязывают, даже если ты не говоришь, что хочешь этого. Принудительная игра и принудительная установка. Что-то вроде... Компьютерного вируса. Стоит тронуть, и вот на твоём жёстком диске уже принудительно установлено приложение «любовь» и ты вынужден играть. И самое страшное. Эта игра «любовь»... Жрёт до смешного много места. Забивает больше половины всех ресурсов и нагружает систему, снижая производительность. Из-за того, что установлена эта игра, все другие программы могут перестать работать. Просто дерьмовая игра. Ну так вот. И когда я успел увязнуть в этой дерьмовой игре? ***

С церемонии поступления успела без происшествий пройти целая неделя... Так во многих школах бывает, вот и в Мидориба тоже новичкам демонстрируют деятельность клубов. Все идут в интересующие их клубы, там они общаются с семпаями и в итоге присоединяются. И вот во время представления клубов после занятий... Я пришёл в кабинет клуба литературы в углу на третьем этаже специального здания. Особой причины не было. Меня только книги интересовали, вот я и подумал вступить сюда. Ну и вот. Тогда я не знал, что клуб уже распустили, и остался лишь кружок... И. Мне было неизвестно, кто его член. — Это здесь?.. Посмотрев на табличку, я вздохнул. Успокойся. Всё хорошо. Не о чем переживать. Вступив в литературный клуб, я всё равно останусь мрачным типом на дне школьной касты (предрассудок). Тут все такие же как я. Уверен, мы поладим. С такими же любителями книг мне будет довольно уютно, и я смогу с ними подружиться... Говоря себе так, я взялся за ручку двери. — П-прошу прощения, — поздоровавшись, я открыл дверь... И забыл как дышать. Это была обычная комната. У стены был большой шкаф, в котором находились бессчётные книги и справочники. Посреди комнаты стоял большой стол и несколько стульев. И за ним сидела и читала книгу девушка. Тонкие пальцы переворачивали страницы. Глаза были серьёзными, но на губах улыбка. «Какая красивая», — подумал я. Читающая книгу в закатном свете девушка была обворожительна точно с картины. В этом было что-то безмятежное и таинственное. И вся эта картина вмиг оказалась разрушена. Девушка заметила меня и «а», — широко открыла рот. Она положила закладку и закрыла книгу. — Неужели ты желающий вступить в клуб... Нет, желающий вступить в кружок?! — громко говоря, она подошла ко мне. — Это... — Ты ведь новичок? — Д-да... — Ура! Ва, я так рада. Думала, что никто не придёт! Спокойная атмосфера, пока она читала книгу, куда-то испарилось, и вот семпай вела себя весело и дружелюбно. А я... Даже не мог ей в лицо нормально посмотреть. Сам чувствовал, как мой взгляд куда-то убегает. Первая встреча, с семпаем, к тому же такой красивой. Для такого как я она больше природного врага напоминает. Если расслаблюсь, буду странные звуки вроде «офу» издавать. — Это, что же делать? Я не думала, что новичок придёт, потому даже не подготовилась... В-вот, садись! — она предложила мне сесть. Первой села она. Ну а потом и я... Правда вначале не знал куда, и в итоге сел на стул напротив неё сбоку. Сесть прямо напротив храбрости мне не хватило. У неё на миг на лице появилось «А? Почему?», но с вопросами она не полезла. — Ладно, для начала... Добро пожаловать в литературный кружок! Хотя... Тут только я одна, а-ха-ха. — А... Это. Она иронично улыбнулась, а я заговорил в ответ. Меня заинтересовало, что за кружок, но ещё больше... — Здесь только Сирамори-семпай?.. — Да, верно. Новички сюда не особо горят желанием приходить... А? Ты моё имя знаешь? — Ну, да... Сепай ведь известная. — ... Неужели ты про «великую четвёрку красавиц»? — Д-да. — Ува... Серьёзно? Даже новички об этом знают? Она — Сирамори-семпай — схватилась за голову, недовольно скривившись. Я знал это девушку. Одна из «великой четвёрки красавиц»... «Замужняя» Сирамори Касуми. Друзей в классе у меня не было, но парни обсуждали её. И я сам с расстояния видел девушек-«обывателей», важно расхаживавших по школе. — Не нравится мне, когда меня так называют. Голова пухнет от одного только упоминания «четырёх великий красавиц». А «замужняя», что вообще за «замужняя»? Я ведь не в браке, — она недовольно сжимала губы. — Да уж... Не ожидал, — сказал я. — Человек вроде семпая в литературном клубе. А, нет, кружке, верно? — А-ха-ха. Как сказал. То есть по Касуми не похоже, что она книжки читает, — слабо улыбнулась она и потянулась к книге, которую читала. — А ведь... Мне нравится. Я всегда читать любила, — на лице девушки появилась кроткая улыбка, пока она спокойным голосом произносила это. Её взгляд был направлен на книгу, и тонкими пальцами она поглаживала обложку. Её улыбка и жесты... Были такими прекрасными, что моё сердце забилось быстрее. Это очарование уже за гранью старшей школы, понятно, почему её «замужней» называют. От неё ощущается красота девушки постарше. — А, это? Не так истолковав мой взгляд, она показала мне книгу. — А. А... Да. Её сейчас обсуждают... — ... Да. Очень известный роман, по которому фильм снимают... Если пойти в книжный, она там везде лежит, — на лице Сирамори-семпай были смущение и озадаченность. — Ува, блин... Как же стыдно! Я глава кружка, а читаю популярную литературу. Будто позёрша. А, у, знала бы, что придёт новенький, выбрала бы что-нибудь серьёзное... Эти её чувства... Ну, могу понять. Когда у тебя в качестве увлечения чтение, и ты просишь посоветовать книгу или мангу, что-то популярное называть не очень. Это как когда ты любишь музыку и советуешь инди-студии или из фильмов советуешь старые зарубежные картины. — ... Да ничего. В таких книгах ничего такого. Чтение старых книг умным не делает... К тому же, — говорил я, залезая в сумку. И достал оттуда книгу. В свободное время в школе я обычно читал. И тут случайным образом. — Я тоже сейчас её читаю. Я читал ту же книгу, что и Сирамори-семпай. — А? Быть не может?! — прозвучал её удивлённый голос, она потянулась вперёд и схватила мою книгу. От волнения и руку мою ухватила. Ува. Коснулся. Я коснулся руки девушки!.. — И правда... Ничего себе. Бывают же совпадения. У меня сердце забилось быстрее, а Сирамори-семпай не переживала из-за этого и восхищённо продолжала: — Вот это да, здорово. Да это судьба! — С-судьба... — Да. Наша встреча — судьба. Не смущаясь, она искренне улыбалась, пока говорила это. — Вероятность такого почти как у чуда. Мы встретились случайно и ещё оказалось, что читаем одну книгу. Из сотен тысяч и миллионов книг у нас оказалась одна! — ... Ну, будь это старая и неизвестная книга, тогда ещё может судьба... Но эту книгу повсюду в Японии продают, потому вероятность не такая уж и маленькая. — ... Знаешь. Можешь ты атмосферу портить. — А... П-прости. — Хи-хи. Шучу. Не извиняйся. На её лице на миг появилось недовольство, а потом сразу же вернулась улыбка. — Ну, судьба — и правда громко сказано, но... Случайность приятная. — ... Да. — Теперь деятельность кружка будет куда веселее. У меня появился кохай со схожими интересами. Полагаюсь на тебя, это... А. П-прости, я так и не узнала твоего имени. Ведь и правда, всё так стремительно развивалось, что я даже не представился. — Куроя. Куроя Сокити. — Куроя-кун. Ага, запомнила, — сказала Сирамори-семпай. — Полагаюсь на тебя, Куроя-кун. С этого дня ты мой заместитель! — ... Вот так я и вступил в литературный кружок.

Вот так мы и болтали, пока не надо было уходить. В основном про книги. Я был не очень общительным, но если есть общие темы, могу говорить и с незнакомым человеком. Контакт наладить получилось. Я сам удивился, как удачно прошла первая встреча с семпаем. Обычно я нервничал, если надо было говорить с девушкой, а тут прямо никакого стресса. Если на чистоту... Было даже весело... Наверное. Весело. Если это возможно, хотелось бы ещё с ней... — ... Ва... Уже так поздно. За окном солнце стало совсем алым. И Сирамори-семпай посмотрела на висевшие на стене часы. — Что-то мы заболтались... Плохо, надо домой возвращаться. Йокомидзо-сенсей, наш куратор ко времени ухода строго относится. Она быстро начала собираться. Сирамори-семпай надела пиджак, а потом потянулась к книге, лежавшей на столе. Той, с которой начался разговор. У каждого из нас по такой книге. И вот одну из них спокойно взяла Сирамори-семпай. — А. — А... Что такое, Куроя-кун? Я подал голос, и девушка задала вопрос. Ну а я... — ... Н-нет, ничего. Ответив, я убрал другую в сумку. ***

Год спустя. Время за восемь вечера. Моя комната на втором этаже. — Эх... Из грёз я вернулся в реальность, посмотрел на книгу в руках и вздохнул. Когда встретились, мы читали одну книгу, она была маленькой судьбой. Однако это... Была не моя книга. — ... Мерзко я поступил. Проклиная себя, я снова вздохнул. Тогда. На самом деле... Я заметил. Сирамори-семпай ошиблась и взяла мою книгу . Мы купили их в одно время в одной сети магазинов, потому даже закладки были одинаковыми... Но заложены они были на разных страницах. Когда девушка взяла книгу, я это сразу понял. Потому и произнёс это «а»... Но сказать не смог. Я взял другую книгу и убрал в сумку. Прикинулся, что ничего не знаю, и присвоил её книгу. — ... Мерзко. Реально мерзко. Так противно, что умереть хочется. Сам не понимаю, почему так поступил. До сих пор не понимаю. Пусть это сделал я... Но я сам себя не могу понять. Захотел вещь красавицы-семпая... Вроде нет. Желаний как у какого-нибудь преследователя у меня нет. Просто... Наверное подумал, что это романтично. И когда говорю себе это, мерзко становится. Двое людей, читающих одинаковую книгу, случайно встретились и обменялись ими... — ... Нет, всё же мерзко. Говоря сам с собой, я вернул книгу на полку. На самой верхней полке с краю слева... Самое приметное место. Там её место. Если уж честно... Не в моём вкусе эта книга. Конечно она была самой продаваемой в Японии в то время, но не из тех, кто я обычно читал. Но уже прошёл год, а она до сих пор стоит на моей книжной полке. В самом приметном месте, самая особенная книга. — ... Всё же я не могу забыть время нашей встречи. Момент, когда принудительно была установлена дерьмовая игра под названием «любовь». Она чертовски тяжёлая и занимает почти всё место в сердце. Сплю или бодрствую, я думаю только о семпае. Если говорить красиво, то это любовь с первого взгляда. А если не очень... Мрачный тип влюбился в жизнерадостную девушку просто потому, что она была слегка добра к нему. Узнав, что у нас одно увлечение, я решил ухватиться за этот маленький шанс, хотя мне было до неё далеко. — Заметила ли Сирамори-семпай или нет? За этот год она ничего не сказала. Я же всё боялся, что она раскроет это, и надеялся на это. — ... М? Тут на тумбе у кровати завибрировал телефон. Это было сообщение от Сирамори-семпай. Мы и раньше немного общались, но как стали парой, делаем это в разы больше. Она шлёт довольно много всяких непринуждённых сообщений. Благодаря этому... Я вроде даже привык. Ещё когда я был безответно влюблён в неё, у меня были её контакты, но теперь я уже не переживаю из-за сообщений в Line. Фух. Не вечно же мне переживать. Всё же и я немного подрос... Наверное. Так я собой гордился, но тут посмотрел на сообщение и подавился.

«Думаешь обо мне?»

Без каких-то пояснений одно предложение. — ...М. Сердце подпрыгнуло, лицо запылало. Эх... Да что такое с семпаем? Я-то думал, что успел привыкнуть. Когда она уже прекратит изводить меня? Я дышал глубоко, чтобы успокоиться, и думал над ответом. Хорошо, что это сообщение. Если бы позвонила, то услышала бы как я визжу. «Не думаю. Ты слишком зазнаёшься». Я ответил как можно спокойнее. «Врёшь», — пришёл немедленный ответ. Она мысли читать умеет? «Не вру». «Тогда о чём думал?» «Над названием абурааге. Вот темпуру и свинину тоже жарят в масле, так почему не назвали просто жаренное тофу?» «А-ха-ха. А ты всё также о всяких странных вещах думаешь». Мы переписывались ещё какое-то время обо всякой ерунде, и вот я ответил «у меня ещё дела». Хотелось и дальше продолжать, но мне казалось неправильным отнимать столько её времени... К тому же. Про дела я не соврал. — ... Отлично. Я собрался, сел за стол и открыл ноутбук.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Импульсивное столкновение

В кабинете после занятий. — Я тут подумала, — задумчиво сказала сидевшая напротив Сирамори-семпай. Кстати, сегодня я сидел прямо напротив неё. А то иначе она надо мной изгалялась. Сложно было не понять. — Мы ведь уже год вместе. — И что?.. — В этой неприметной комнате парень и девушка совсем одни... И так день за днём продолжается. — Что ты сказать пытаешься? — Так ведь... Это сексуально. — ... Ничего сексуального. — А, но ведь, — девушка снова хитро улыбнулась. — Куроя-кун... Ты ведь всё это время меня любил? — ... М. — Мы всё время были здесь вдвоём... А ты всё время меня любил. Спокойно разговаривал со мной, а внутри тебя пылали чувства. — ... — Хи-хи. Сексуально ведь. Я ничего не мог сказать, а она улыбалась. Не знаю, что тут сексуального, но когда Сирамори-семпай говорит «сексуально», это и правда сексуально. — Эх, год назад я и подумать не могла, что буду встречаться с тобой, — она облокотилась на стул и посмотрела вверх. — А ты, Куроя-кун? Думаю, что мы будем встречаться? — ... Не думал. Я вообще не думал, что у меня девушка появится. — Хм. Но ведь хотел встречаться. — ... М. — Вот... Тебя так легко понять. Такая честная реакция, что мне даже неловко. — З-замолчи! Сирамори-семпай была красной, а я наверняка ещё краснее. — Куроя-кун, похоже ты думаешь, что умеешь делать «покер-фейс», но на самом деле это не так. По твоему лицу всё видно. Это было очень грубо, и мне хотелось громко возразить. Перед другими я бы умело извернулся, я только перед тобой скрыть беспокойство не могу. Конечно я не мог сказать этого. Я оставался недовольным, а Сирамори-семпай продолжала: — Эй, эй, Куроя-кун, я ведь тебе нравлюсь? — ... Без комментариев. — Ну же. Скажи. — ... Мрачный тип вроде меня, не привыкший к девушкам, кто бы ко мне ни отнёсся с хоть намёком на доброту, я в любую влюблюсь. — А, чего? Она озадаченно улыбнулась, услышав мой ответ. — А-а сама-то? Всё надо мной издевалась, вот я и решил попробовать ответить. — Семпай... Ч-что тебе нравится во мне? — М? Это, то, что ты любишь меня. — ... М?! Ответ был смертельным. Думал отыграться, а получил идеальный отпор, заставивший подумать, что я был не прав. — То, что ты любишь меня. — П-повторять не обязательно... Плохо. Не победить. Мне её не победить. — Кстати, Куроя-кун, — игнорируя то, что я был пристыжен и изводился от своего поражения, Сирамори-семпай заговорила. — Ты о нас рассказывал окружающим? Или нет? — А? — Ты же рассказал Симокуре-куну, а ещё кому-то говорил? — ... Кроме Токии никому. — Хм, вот как. — Н-неужели... Нельзя было говорить? — Нет. Не то, чтобы нельзя. Просто спросить решила, — сказала девушка. — Я пока никому не говорила... А что ты, Куроя-кун? Хочешь рассказать всем? Или встречаться в тайне? — ... Один уже знает, и рассказать было непросто, так что второе. Не хочу, чтобы все узнали. Если все узнают, что парень вроде меня с одной из четырёх красавиц встречается, меня же все возненавидят. Хотелось бы такого избежать. — Ага, ага, понятно. — А ты, семпай? — Тоже, наверное второе. Не скажу, что мне это прямо хочется скрывать... — сказала она, а потом хитро улыбнулась. — Даже если будем скрывать, потом всё равно нас раскроют, так что пока хочется повеселиться и подержать наши отношения в тайне. Снова она сказала что-то настолько милое. — Хотя нас наверняка быстро раскроют. Ты ведь такой простак, Куроя-кун. — Грубо, знаешь ли. В каком месте я простак? — А? Так ведь простак. При том, что я поняла, что ты меня любишь, куда ещё доказательств? — ... Возразить мне было нечего. Если подумать... Токия тоже быстро понял, что я в семпая влюблён. Насколько же я простак? — То, что ты меня любишь, раскрыл человек, который ни в коем случае не должен был об этом узнать, то есть я. — В-вот так конкретно говорить было не обязательно. — Хи-хи-хи. А, точно. У меня хорошая идея, — она весело улыбнулась и встала со стула. — Может на будущее попрактикуемся? — Попрактикуемся? В чём? — В том, чтобы ты ко мне привык. Попрактикуемся, чтобы ты не переживал и не смущался, а вёл себя со мной спокойно. — ... Т-ты что вообще задумала? — готовясь ко всему, спросил я, а семпай с улыбкой ответила: — Сходить на свидание.

Когда речь заходит про свидание, двое обычно договариваются, где встретятся, но похоже у нас всё слегка иначе. — ... Хоть ты и назвала это свиданием... Мы же просто вместе возвращаться будем. — Ладно тебе. Отлично свидание. Свидание после занятий. Мы шли вместе к станции. Я катил велосипед, а она шла рядом. Обычно мы расставались на стоянке велосипедов, и сейчас впервые идём из школы вместе. — ... Это, Сирамори-семпай. Мне кажется, что это как-то противоречиво. — М? Что именно? — Я простак, потому окружающие могут с лёгкостью понять, о чём я думаю, вот ты и предложила тренироваться... Так почему мы занимаемся тем, что внимание привлекает? Честно говоря... Всё как-то не так. По пути на станцию нас могут заметить и всё понять. — М, да всё нормально. Даже если увидят, просто скажем, что кружком за покупками пошли. И я тебе говорила, мне без разницы, раскроют нас или нет. Просто всё у неё... — Так что, Куроя-кун, ты ведь рад? Что пошёл со мной на свидание после занятий? — ... Не особо. — Какой ты не искренний, — она начала хихикать. И вот я дальше шёл с семпаем, которая обычно добиралась до школы на поезде. Мы свернули на перекрёстке на безлюдную улицу... И Сирамори-семпай подошла поближе. А потом издевательски заговорила... — Эй, эй, Куроя-кун, может возьмёмся за руки? — Фуэ?! — вскрикнул я. Так неожиданно, что я даже остановился. — Т-ты что говоришь, семпай?.. — Да вроде ничего странного я не сказала. — Прямо посреди улицы взяться за руки... Это как-то бесстыдно!.. — Нет, ничего тут бесстыдного. И правда. Вроде ничего. Скорее это у меня сердце бесстыдное, раз я считаю бесстыдным за руки держаться. — Пф... А-ха-ха. Ты так разволновался. Мы ведь просто за руки возьмёмся. — ... Н-ну а что я могу. Для такого как я взяться за руки — серьёзное событие. — Даже не знаю, что с тобой делать, если ты переживаешь из-за этого. Мы ведь встречаемся... И можем касаться друг друга ещё больше. — А?.. Ещё больше. В голове после этих слов появилось много разных образов, и я посмотрел на тело семпая... Уставился на выпуклости. — А, ты сейчас о чём-то пошлом думаешь? Похоже я снова угодил в ловушку. — Хи-хи, Куроя-кун, ну ты пошляк. — ... М? Все парни пошляки! — я смог лишь обиженно крикнуть это. — Ну так что, Куроя-кун? — она победоносно улыбнулась и подняла руку. Сжимала и разжимала её, прямо провоцируя меня. — Возьмёшь меня за руку? — ... Не возьму. У меня собственное мнение есть. И так полностью в её власти, так что не буду я её слушаться. Хотя... Взять хотелось. Очень хотелось, но у меня оставалась мужская гордость, и я хотел оставаться спокойным. — Ну, если уж ты так хочешь, я могу взять тебя за руку. — Хм, вот как. Я говорил, пытаясь забрать себе инициативу, а девушка согласно кивнула и... Хвать. Расстояние внезапно сократилось. Так неожиданно, что я застыл. И моя рука... Оказалась схвачена Сирамори-семпай. Она крепко схватила руку, которой я держал руль велосипеда. Он чуть не упал, и я второй рукой старался удержать его. Из-за чего контроль над другой рукой ослаб... И она оказалась во власти семпая. И теперь наши руки переплелись. Вот так держатся за руки влюблённые. — Э-хе-хе. Взялись, — радостно улыбнулась она. — А, что... А? А? Т-ты что делаешь, семпай?.. — М? Так ведь... Ты сам сказал, что не против, — ответила девушка. — Если уж я так хочу, то могу взять тебя за руку, сам сказал. — ... М. Сердце... Подпрыгнуло. Кровь хлынула к лицу, и оно запылало, мозг перестал работать. А семпай продолжала:

В версии с изображениями тут находится картинка.

— А я очень хотела. — ... М?! — Сегодня мне очень хотелось подержать Курою-куна за руку. Всё же... Сегодня наше первое свидание после школы. — ... П-понял я. Понял! Я согласился, и в глазах Сирамори-семпая появилось чувство превосходства. — Хи-хи-хи. Вот тебе смертельная лобовая атака. Лобовая атака. Это что? Она это всё серьёзно? Почему она вообще свернула на эту безлюдную улицу, это чтобы меня за руку взять?.. Но вдруг это часть стратегии семпая заставить меня всё не так понять и на что-то надеяться... Нет. Не понимаю. Ничего не понимаю. Очевидно лишь... Ощущение в руке. Первая рука девушки, которую я касаюсь, тёплая и мягкая, касаюсь её, и по телу точно сладостные разряды расходятся, вот оно, счастье. — Ну и как? — ... Отвратительно. И правда отвратительно. Семпай... Моя девушка до отвращения милая.

Мы миновали безлюдную улицу и подошли к станции, и конечно же Сирамори-семпай отпустила мою руку. Возможно думала о том, что мы можем наткнуться на знакомых или просто смущалась держаться за руки на людях. У меня же это была первая любовь, и держаться за руки было невероятно тяжело. Пока держались, у меня полоска здоровья прямо на глазах убывала. Меня будто в ядовитое болото затягивало. — Зайдём в книжный? — Давай. Место назначения мы определили за две секунды. Я оставил велосипед на стоянке у станции, мы вошли в здание станции и направились в книжный. Людей, любящий книги, можно сразу определить... «Даже если нет книг, которые хотелось бы купить, они заходят в книжный». Вот такой показатель. Я и семпай как раз под него подпадаем. Раз уж просто ходим по городу, можно и в книжный заглянуть. Пусть ничего покупать мы не хотим, неплохо просто осмотреться. Даже если ничего не купим, время потратим с пользой. Для кого-то это глупая трата времени, но для любителей книг оно мирное и счастливое. Весело рассматривать обложки, случайно наткнуться на что-то и купить. А такому как я нравились не конкретные книги, а вся обстановка магазина. Как разложили, как рекламируют, как всё это помогает продавать, всякие специальные уголки... Мне интересны все стратегии, которые придумывают продавцы. Токия говорил, что я странный... Но к счастью сейчас рядом со мной человек, который как и я любит книги и испытывает уважение к книжным магазинам и их продавцам. — А. В мягкой обложке вышла. Ува, какая обложка. — И правда хороша. Совсем иное очарование нежели чем у книги в твёрдой обложке. — У, что же делать, купить и в мягкой обложке тоже? Этот автор под мягкую обложку прямо текст меняет. Тут не просто редактирование, прямо другое произведение. — Эх, как фанату тут тяжело. Обе хороши, тут прямо как в какой-то параллельный мир попал... Но при этом хочется, чтобы автор выбрал что-то одно. — У... Сегодня сдержусь... А. Это книга по только что начавшемуся аниме. Она меня заинтересовала. — Я уже прочитал. — А?! Быть не может, и как? — Ну, на любителя... — А, не говори! Не говори интересно или нет! Хочу прочитать, не выслушивая чьё-то мнение. — Хорошо. Завтра принесу. — Ага, спасибо. Ах... Как здорово... Так спокойно. Позавчера всё началось, было весело, но морально это истощало. Чувство отчуждённости просто невероятное. ... Отчуждённость от того, что у меня появилась девушка, печалит, но это факт. У меня это первые чувства, и всё это неисследованная территория. Я напряжён от того, что играю в игру, правил которой не знаю. Однако. Мы сейчас в магазине обсуждаем книги, и ощущение такое, будто я играю дома в гостиной. Ощущение такое, будто всё как всегда, до того, как начал встречаться. Каждый день мы обсуждаем книги, говорим ни о чём. Конечно я не думаю, что лучше бы мы не встречались... Вообще не задумываюсь, но слегка скучаю по простым отношениям кохая и семпая. Я уже немного успел успокоить свои чувства... Однако. Душевное спокойствие продолжалось недолго. — Смотри, Куроя-кун. Молодёжная ярмарка. В одном из углов магазина семпай нашла рекламу. Слова были написаны броским шрифтом, а под ними лежало несколько книг. На обложке была изображена героиня, она типовым образом смотрела вверх, и там было стандартное небо... Такая типовая обложка на тему юности. — ... Нельзя выделить такой невнятный жанр как «молодость». «Главные герои молодые, потому будем продавать как молодость», — дешёвка какая-то получается... Особенно непонятны «молодёжные любовные комедии». Выставляют так, будто это какой-то топ... Может это и правильно, но прямо чувствуется слово редакторов «а давайте прицепим молодость, это прямо добавит качества произведению». — Снова ты перегибаешь, — поражённо улыбнувшись, Сирамори-семпай посмотрела на книги. Глаза невинные как у ребёнка выбирающего еду, они перемещаются от одной книге к другой... — ... М! И тут она застыла. Взгляд зацепился за крайнюю книгу. Я проследил за её взглядом... И забыл, как дышать. Тело замёрзло, из него точно всё тепло выходило. Ого. Надо же. Я думал, что больше не выставляют эту книгу. Её напечатали уже несколько лет назад. Не особо известная, но похоже её достали со склада ради этой распродажи. Жанр — молодёжный роман. «Больше ничего приметного, потому и молодёжный» — вот так этот молодёжный роман и можно охарактеризовать. Название... «В чёрном мире со светлой тобой». Эти «мир» и «тобой» прямо намёк на молодость, самое-то вот под такие случаи. Эта книга — дебют автора. Такой дебют, который даже никто покупать не стал. Кроме этой книги он больше ничего не выпустил. — К-Куроя-кун... — ... Я в порядке. Семпай переживая смотрела на меня, а я ответил. Сам удивился, каким спокойным голосом. Я протянул руку и взял книгу. На обложке на фоне в углу были маленькие мужчина и женщина. Давно же я эту обложку не видел. Когда смотрел на неё раньше, мой мир был затянут во тьму, но теперь я был спокоен и смог нормально на неё посмотреть. — Уже... Всё хорошо, — повторил я, и семпай с облегчением вздохнула. Кстати, Токия схожим образом отреагировал. И семпай, и он слишком уж большое значение придают этому делу. Да уж... Вот я жалкий. Каким же я раньше был ранимым? Я снова посмотрел на книгу. «В чёрном мире со светлой тобой». Автор... Куроя Сокити. Книга, которую я написал в средней школе. Не самиздат, я выпустил её как профессиональный писатель.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Страстная перезагрузка

Не счесть того, о чём я сожалел в средней школе. Не уверен даже, было ли что-то помимо сожалений. И одно из них... «Выбор псевдонима». Я не придавал этому значения и выбрал своё имя. Может... Просто на многое рассчитывал. «Раз выпустил книгу, в школе узнают, и я стану популярным в классе», — какой неприметный ученик средней школы не надеется на это. А вот итог оказался крупным провалом. Если бы хоть псевдоним придумал, смог бы уйти от прошлого. Было бы проще успокоить свои чувства. Но из-за того, что я использовал настоящее имя, от прошлого было не сбежать. Каждый раз, как видели моё имя, всплывали неприятные воспоминания. Я не мог отмахнуться от пережитков не исполнившейся до конца мечты... ***

Это случилось немного ранее. Со встречи с Сирамори-семпай прошло около трёх месяцев. — Хи-хи-хи. Я тебя ждала, Куроя-кун, — сказала она, когда я вошёл в кабинет. В этот день она была вдвое веселее и не прекращала улыбаться. — Что-то случилось? — Та-дам! — сказала девушка и показала книгу. «В чёрном мире со светлой тобой». Моё дебютное произведение. Когда увидел обложку... Кровь отхлынула. — Её ведь ты написал, Куроя-кун? — ... — Вот я удивилась. Я искала твоё имя в сети, и она вылезла! Ты упоминал, что писал, вот я и подумала, что найду веб-новеллу... А у тебя дебют состоялся! Почему не рассказывал? — ... — Так здорово, Куроя-кун! Вот уж не думала, что рядом со мной профессиональный писатель! Потом подпишешь! А... Я вчера прочитала эту книгу. Очень интересная... — она так возбуждённо говорила, а я её не слышал. Я забыл, как дышать... И опустился на колени. — А... К-Куроя-кун?! Что с тобой... Ва. Ты весь бледный!.. Т-ты как?.. — ... В-в порядке, — кое-как ответил я. Пришлось... Постараться. Тёмные и тяжёлые воспоминания роились у меня в животе. И самым сильным из них... Был стыд. Прошлое, про которое я никому не хотел говорить, узнал человек, которому я меньше всего хотел бы рассказать. Всё же стоило мне тогда выбрать псевдоним. ***

Я всегда мечтал стать писателем. Книги я любил с детства, вот и пришёл к этому. Я всегда предпочитал читать, а не бегать на улице, и стал думать о том, как создать свою историю. В средней школе родители подарили мне ноутбук, и я мог писать... И вот я зарегистрировался на сайте, где выкладывали произведения. Хочу стать профессионалом. Хочу дебютировать. Совру, если скажу, что не думал об этом... Но это всё было нечётко. Не цель, а мечта. Я просто надеялся, а вдруг повезёт. В средней школе я просто писал как любитель, поглощённый мечтой и увлечением... И вот однажды. Одно произведение... Привлекло внимание. Оно называлось «В чёрном мире со светлой тобой». Оно было разрекламировано сильнее других моих произведений, и рейтинг на сайте был довольно высоким. И вот...

«Не хочешь, чтобы наша компания издала твоё произведение?»

От издательства мне поступило предложение издать книгу. Вот она, мечта. Я думал, что моя места исполнится. Я оттачивал свой навык на сайте, думал, что когда-нибудь напишу что-то хорошее и смогу получить награду новичка. Я так думал, и тут как гром среди ясного неба. «Ах, Куроя-сенсей, «В чёрном мире со светлой тобой» очень интересное произведение! У вас талант, раз вы такое в средней школе написали! Для меня честь стать редактором такого дарования!» — это мне говорил редактор Атсуги-сан. Мужчина, тридцать с лишним лет. Будучи учеником средней школы, я был напряжён, общаясь с незнакомым взрослым человеком, но Атсуги-сан был доброжелательным, потому контакт мы наладили. «Общение главных героев отлично получилось. У вас превосходное чутьё при подборе слов. Просто замечательно вышло. Только и остаётся считать вас гением». Я жил в Тохоку, общались мы посредством почты и телефона... Но Атсуги-сан хвалил моё произведение. Я думал, редактор намётанным взглядом пробежится по тексту и скажет, что надо исправить, но он ничего плохого не сказал. И только... Нахваливал. Я был учеником средней школы, а он звал меня «сенсей» и относился уважительно. Тогда мне было очень приятно слышать комплименты от него. Конечно это было частью этикета... Но как же я радовался, когда моё произведение признал профессиональный редактор. Однако. Была неудовлетворённость. Точнее не неудовлетворённость, а что-то вроде подозрения всё сидело у меня в голове... «Вносить правки? Всё в порядке, Куроя-сенсей. Правки произведению ни к чему, оно и так интересное. Всё просто идеально. К тому же... Если веб-версию изменять для печати, это может расстроить ваших фанатов». «Да, предоставьте иллюстратора мне. Есть у меня кое-кто на примете. Пожелания?.. Ну, можно конечно... Можно подобрать и очень известного иллюстратора. Но в таком случае из-за занятости выпуск может быть нестабильным...» «Всё можете оставить нам, профессионалам, а сами сосредоточьтесь на веб-версии. Ваши старания в обновлении будут влиять на продажи. И ещё будет здорово, если вы сообщите фанатам о печатной версии. А. И не забудьте баннер прицепить. Работа по выпуску шла плавно. Я лишь... Слушай указания Атсуги-сана. Оставил всё на него, ничего не правил и лишь обновлял веб-версию. До этого я особо не писал сообщения, но теперь стал обновлять информацию чаще, стал активнее общаться с читателями. Без меня книга готовилась к печати, а я занимался вебкой. Мне казалось это странным, но других редакторов я не знал, потому считал это нормальным. Вот так время шло... И наконец состоялся мой дебют. И...

Книга вообще не продавалась.

Из-за плохих продаж всё закончилось на первом томе. Через неделю после начала продаж со мной связались. В телефонном разговоре Атсуги-сан виновато всё объяснил: «Простите, это всё мы не досмотрели, но с такими продажами продолжения не будет». Шок... Был, но не такой уж и сильный. Больше хотелось действовать. «Чёрт, что это ещё?» — я был полон энтузиазма. Было бы здорово иметь огромные продажи на дебюте, но мир не столь прекрасное место. Обидно, что серию прикрыли, но сдаваться я не собирался. Всё будет хорошо. У многих дебют не состоялся, но потом они выпускали хиты. Моя карьера писателя только начинается. Ведь. Я. Гений, признанный профессиональным редактором. — ... Понятно. Жаль, что серию завернули. «Да. Мне правда жаль». — Что ж, по поводу следующего произведения... «И правда. Лучше переключиться и сосредоточиться на следующем произведении». — Да! Я постараюсь! «Что ж...» — сказал Атсуги-син. Голос его был таким же жизнерадостным.

«Когда станете популярным в сети, я свяжусь с вами».

«А?» — подумал я. Я лишился дара речи, а он сказал: «Постарайтесь. Я буду молиться за ваш успел», — и повесил трубку. Больше сам он со мной не связывался. Я отправлял несколько концепций для будущих произведений, но в ответ получал «для начала посмотрите, как оно покажет себя в сети». «А?» — подумал я. Что-то странное. У авторов... Всегда так? Именно так... У профессионалов? У меня ведь вроде талант... «Атсуги-сан... Он вообще никто в редакторском отделе. Ему бы главное побольше проектов. Неприятный тип». Это была вечеринка издательства. Там я спросил у автора-семпая, и получил такой ответ. Псевдоним Умикава Рейку. Опытный автор, писавший уже около десяти лет для разных издательств, не только романы, но и сценарии к манге и играм, он показал себя много в чём. У него были связи в разных издательствах и игровых компаниях, и ему было известно, что из себя представляет этот бизнес. «Он известен тем, что никогда не правит черновик и сразу отправляет его в печать. И ещё нахваливает. «Талант», «есть вкус»... Всем так говорит. Без правок редактору ведь куда проще». Я услышал это... В издательском деле была тенденция издавать веб-новеллы. Не обычное дело, а тенденция. Она дошла до того, что издательства бились за новичков... И издавали популярные произведения. И среди редакторов были те, кто издавал всё до того, как всё будет отработано. Они не собирались взращивать талант, а брали всё как есть. Текста ещё немного, популярность только растёт, и они лезут до того, как присмотрелся кто-то ещё. Тут ведь главное успеть... «Веб-версия выходит, а Атсуги-сану этого достаточно. Он только на рейтинг на сайте смотрит, ничего не редактирует, так печатает. Так и издаёт многие вебки. Говорит: «Веб-версию лучше не править». Уж в этом Атсуги-сан преуспел». Умикава-сенсей говорил с отвращением. «Мне такое не нравится... Хотя негодяем я его назвать не могу. Подходящих под это авторов хватает. Есть ведь гении, которые с первого черновика без редактирования попадают в цель, тут и редакторам проще. Тут важно похвалить произведение и позволить автору писать». Тут он был прав. Были и другие такие же веб-произведения... Но они после выхода в печать показали отличные продажи. Кому повезло, тому повезло. И вообще. Мне ведь... Самому было приятно. Приятно, когда меня гением называли. Я принимал его похвалы и считал себя талантом. Автор, который и без редактирования выдал отличное произведение, конечно же будет рад такому редактору. Но это если ты и правда талант... «Скажу как есть, Куроя-кун...» — сказал мне Умикава-сенсей: «Твоё произведение... Не дотягивает до того, чтобы оказаться на полках магазинов». Он сказал чётко. Понятнее не бывает. Атсуги-сан такого бы ни за что не сказал. «Но я не говорю, что ты плох. Для ученика средней школы... Если думать с заделом на будущее, ты вполне можешь что-то написать. Тут виноват редактор, который вообще не захотел ничего править. Нет смысла выставлять перед публикой драгоценный камень как он есть. Неправильно, когда редакторы берут вебки, а потом просто выбрасывают. Если не собираешься присматривать за автором, то лучше вообще не берись...» Он продолжал говорить, но я не слушал. Мне было приятно, что Умикава-сенсей говорит мне правду и пытается поддержать. Он сказал мне, что виноват редактор. Но. Почему-то я не мог злиться на редактора. Моё сердце было заполнено печалью. Никакой я не гений. Я один из многих, к кому пристал редактор, желающий навариться на популярности произведения. Я был одной из множества палок, которая в итоге не выстрелила. Редактору был нужен не я, а моё произведение... А точнее популярность веб-версии. Содержание не важно, главное, чтобы в сети серия была популярна. Мой талант и усилия его не волновали. Он просто хвалил и ни на что особо не надеялся. Потому когда результат оказался плох, просто отбросил меня. Однако я... Принял его слова и считал себя талантом. Вот такой я смешной. Думал, что у меня получилось всё благодаря таланту и стараниям, а теперь было так стыдно, что хотелось исчезнуть из этого мира. Жалкий. Так я начал считать. С того дня... Я перестал писать. Обновления в веб-версии прекратились, и некоторые читатели стали переживать. В комментариях было много разных голосов. Они переживали за моё здоровье и психологическое состояние... А популярность моего произведения росла. Но... Я больше ни во что не верил. Всякий раз как меня хвалили, моё сердце лишь глубже погружалось во тьму. Какими бы тёплыми слова ни были, я всё ещё слышал в голове слова Атсуги-сана и никому не верил. Слова фанатов должны были обрадовать меня... Но они не находили отклика. Меня тошнило лишь от того, что я всё это читал. Я не верил в то, что моё произведение интересное, я не верил тем, кто это говорит... Я перестал понимать, для чего я пишу романы. ***

— Вот как... Выслушав меня, Сирамори-семпай выглядела печальной. Сидя на стуле, я отпил чай из бутылки. Его купила девушка. Посмотрев на обложку, я тяжело вздохнул, но уже был спокоен. — Прости, я... Не знала и сказала всё это. — ... Нет. Тут я сам виноват, — ответил я. Сам удивился, как сухо сделал это. — ... Правда сам. Без стараний и таланта придумал себе что-то. Считал, что исполню мечту, и совсем зазнался... Пока выплёвывал слова, ощущал в животе чёрную ношу. Но высмеивать себя не прекращал. — Родители тоже были озадачены... То у меня дебют, то я из дома выходить не хочу... Конечно на второй год я не остался... Но родители много раз вынуждены были ходить в школу... Я им столько проблем доставил. Конечно хвастаться не стоит... Но я довольно умный. В параллели вхожу в тройку лучших. Изначально я собирался поступить в лучшую школу префектуры. Но из-за моего романа успеваемость ухудшилась, я без причины перестал посещать занятия, и скатился на худший вариант. В итоге свалился с положения, на котором мог бы попасть в желаемую школу, и сдал экзамены сюда. — Я всё... Выбрасываю на ветер, — точно отбрасывая прошлое, заговорил я. — Выбрасываешь? — Выбрасываю. И своё время, и жизнь. Из-за странной мечты... Из-за того, что подумал, будто она сбылась, я... Меня поглотила и растоптала мечта... И потому я узнал вкус позора. Если бы не мечтал, если бы не писал... Не переживал бы из-за всего этого. — Лучше бы я не писал... Не мечтал бы о такой глупости, как профессия писателя... Всё, всё... Я только испортил!.. — ... Ничего ты не испортил. Так. Сказала Сирамори-семпай. Она осторожно подбирала слова... Но смотрела прямо на меня и говорила. — Из-за того, что ты написал роман, ты ничего не испортил. — ... В каком смысле? — Это... Не знаю, пустил ли ты свою жизнь на ветер. Я ведь не ты. Но... Для меня это не так. — ... — Ведь... — говорила девушка. Уголки её губ приподнялись в улыбке, а на лице было мягкое выражение. — Это произведение очень интересное, — сказала она, нежно погладив обложку моей книги. Но эти слова... Вызвали обратную реакцию. — Не нужна мне твоя забота... Её добрые слова не достигли моего сердца. — Ничего там интересного, обычная работа любителя!.. Дрянь, которой в сети полно... До уровня профессионалов вообще не дотягивает... Дрянь, которая по ошибке увидела свет. Я продолжал говорить. Общаться я умел плохо, но продолжал говорить про себя гадости. — Редактор меня нахваливал... Но знакомый писатель прямо сказал: «Это не коммерческий уровень»... Оценка в сети ничего не стоит. Предложения ужасные, история скучная, видно авторское самомнение... Не за что нахваливать такое жалкое произведение!.. Самому было смешно, как я противился похвалам. После начала продаж я был самоуверен, но тут же последовали плохие отзывы... Хотя и положительные были. Помимо сайта люди поддерживали меня, оставляя тёплые слова. Но я... Уже просто не воспринимал их. — ... Ну да, хвалить просто. Против критики все возражают, но ни слова никто не скажет о добрых словах. Например похвалы Атсуги-сана... Я принимал их, ничего не возражая. И понимал, в какую тьму проваливаюсь. Похвалы редактора, принятые мной, сыграли со мной злую шутку, и теперь даже в добрые слова в сети... Я не верил. Вся поддержка раздражала и вызывала страх. Я больше ни во что не верю. Не могу поверить тем, кто хвалит меня... И не верю в собственные силы. Я меньше всех верю в то, что пишу. — Я ведь... Оцениваю сейчас как простой читатель... Могу сказать, что это произведение — скучная чушь. Это ничего не стоящее произведение, написанное школьником с завышенной самооценкой... — Прекрати! — громко сказала Сирамори-семпай. В её голосе была обида. Она схватила меня за щёки и подняла голову. Девушка смотрела мне прямо в глаза. В её серьёзных глазах... Была злость. — Хватит говорить гадости о произведении, которое мне понравилось. — Понравилось?.. — Да, понравилось. Я же сказала, что оно интересное. — ... Это лишь добрые слова... — Не добрые. Я вру людям, но не про книги, — говорила Сирамори-семпай. Не собираясь уступать, девушка решительно сказала: — Интересная книга или нет... Решаю я сама. И не важно, кто и что говорит. Путь там что-то говорит профессионал и люди в сети только гадости пишут, пусть даже... Сам автор будет не согласен... Если мне нравится, значит нравится. — ... С этим было не поспорить. Нравится книга или нет... Решать лишь тебе. Даже если автор считает книгу шедевром, читатели могут решить, что она скучный мусор. И наоборот. Если автор считает книгу провалом и чёрным пятном в своей карьере, кто-то из читателей может подумать, что она очень интересная... — Твоя история интересная, Куроя-кун, — сказала Сирамори-семпай. — Это не просто добрые слова. Она интересная и хорошая. И я рада знать... Что такую замечательную историю придумал мой милый кохай, — девушка смущённо улыбнулась. — Ну... Прямо нахваливать конечно не за что. «Это самая лучшая книга из всех, что я читала!» — это уже откровенный подхалимаж. Она незрелая и местами слабая... Потому понятно, почему она кому-то не понравилась. Порекомендовать её сложно... Но мне понравилось. Это личное мнение. Я рада, что прочитала её. Может дело в хорошей совместимости? — Совместимости?.. — Я про книги. Есть такие, которые вообще никак не даются, хотя их огромными тиражами продают, а то, что ты считаешь шедевром... Могут снять с печати из-за низких продаж. Вот и у меня с тобой хорошая совместимость. Потому я стала твоей... Автор Куроя Сокити, фанаткой. — ... М. Мне было неловко слышать это. Вдруг это простая забота. Она просто решила поддержать психологически неустойчивого кохая. Но. Я... Думал, что это правда. Смог принять это за правду. В её словах ощущалась уверенность. После случая с редактором у меня была точно аллергия на похвалу, но в этот раз я смог её принять. Слова девушки достигли моего сердца. От них буквально исходил свет. Тьма в сердце была растоплена. — Я... Простая читательница. Сама я ничего не создаю, и все мои слова — это слова простого читателя. Так что... Мне не понять твоё отчаяние и переживания, Куроя-кун... Я не знаю, как можно помочь. Потому... Я могу лишь безответственно говорить как простой читатель, — сказала мне Сирамори-семпай. Она взяла мою руку и посмотрела в глаза. Будто фанатка, пришедшая на автограф-сессию...

— Мне понравилось. Я буду и дальше поддерживать тебя. Береги себя и старайся.

Это... Официальная фраза. Шаблон, который произносят читатели. На сайтах в комментариях и социальных сетях так автору выражают благодарность. Мне и самому такие приходили. Комментарии поддержки, которые часто встречаются. Слова, в которые я перестал верить после случая с редактором. Но. Эти слова... Заполнили моё сердце. Они глубоко тронули его. Из моих глаз начали течь слёзы. Ах... Вот как. Я вспомнил. Что такое радость. Непередаваемая радость. Радость от того, что моё произведение похвалили. Когда говорят «интересно»... Когда поддерживают, душа дрожит от радости. Так здорово, что я родился в этом мире. Свет. Белый свет заполнял моё сердце. Отчаяние и стыд, чувство, что всё было зря, желание отказаться от мечты... Все эти тёмная чувства. Их залило ярким светом, и всё вокруг снова обрело краски.

В версии с изображениями тут находится картинка. ***

И снова в настоящее. Наше свидание после школы закончилось, и я вернулся домой... После ужина я пошёл в свою комнату и продолжил работать за ноутбуком. И тут позвонили. Я посмотрел на телефон... И застыл. Глубоко вдохнув, я ответил. — Да, Куроя. «Привет, Куроя-кун». Это был... Умикава-сенсей. Он не ограничивался одними книгами, занимался ещё и мангой с играми, настоящий ветеран. Мой знакомый писатель. «Ты уже в порядке?» — Да, в порядке. «Для начала прости, что давно не связывался. Я сейчас главный сценарист в игре, и у меня много забот». — Нет, не переживайте. Я понимаю, как вы заняты, Умикава-сенсей. К тому же вы мне очень помогаете. «Рад знать. Хотя не так уж я и помогаю. Я ведь и сам ищу выгоду, потому и связался». — Так... Почему вы позвонили? «Сразу перейду к делу... Ты прошёл», — спокойно сообщил он.

«Первая глава твоего нового произведения интересная. Введение идеальное».

Хвать. Рука, державшая телефон, крепко сжалась. Вся сила была в руке, а из тела она точно вышла, с губ сорвался вздох облегчения. — Слава богу... «Ха-ха-ха. Отличная работа. Ты неплохо подрос». — ... И правда, — пробормотал я. — Спасибо за проверку рукописи... Но неужели на одну главу ушло пойти полгода? «Сейчас введение важнее всего. Если произведение не завладеет читателями, оно почти наверняка провалится». Умикава-сенсей говорил как профессионал. Полгода назад... После культурного фестиваля я снова сел писать. Продолжил произведение, где не было написано за всё это время ни строчки, думая снова нацелиться на профессиональную работу. Захотелось ещё раз попытать счастье с мечтой, которую я осуществил лишь отчасти. И всё же обращаться к своему редактору не хотелось, и я положился на Умикаву-сенсея. На что-то значительное я не рассчитывал, но хотел получить мнение и услышать правки. Но... Они были очень суровыми. Для начала сюжет никуда не годился. Его постоянно заворачивали, и вот я уже думал, что получу одобрение, но я только первую главу переписал раз десять. — ... Да, позор мне. «Прости. Но ради тебя я решил, что стоит лучше говорить всё, как есть. Ну, может я и перестарался немного. Но лучше так, чем как твой редактор». — Всё хорошо. Пусть сурово... Но я рад. Рад. Правда рад. Мы обсуждали мои черновики, их браковали, называя скучными, а меня это лишь подталкивало, чтобы написать что-то ещё лучше. Мы делились мнениями и спорили, и история получалась всё лучше. Это... Тот мир писателей, о котором я мечтал. «... Хм. Конец получился не важным, Куроя-кун. Потому могу поставить лишь проходной балл первой главе. Дальше надо стараться», — саркастично и витиевато говорил сенсей: «Как я и говорил изначально, если уровень не будет таким, какой я хочу, редакторскому отделу я это представлять не буду. Я не собираюсь вредить себе просто по доброте душевной... Но если от этого будет выгода мне, я с радостью тебя порекомендую». — Да, хорошо. Полагаюсь на вас. Пусть мы и не видели друг друга, я поклонился. Умикава-сенсей столько для меня сделал. «Я посмотрю... С кем тебя можно будет связать. Точно не с редакторским отделом, где работает Атсуги-ксан, потому нужно другое издательство». — Да... Это, но я точно могу писать? Всё же есть правило, что три года с момента дебюта нельзя писать для другого издательства... «Правило трёх лет работает на получивших премию новичках. Оно не распространяется на тех, чью веб-новеллу нашли. И при том, что сейчас почти все начинают с веб-изданий, это правило скорее мертво, чем живо». — Вот как. Тогда ладно. «И это правило пошло из стабильности. «Не пиши для других три года»... Скорее значит: «Мы хотим, чтобы эти три года вы писали для нас». И компания все три года помогает тем, кто принял это правило, хотя новичкам оно тоже сулит выгоду. Если не даёшь шанс и не помогаешь новичкам, а лишь прикрываешься мёртвым правилось, такие поганые редакторы... Ой. Прости, что-то я разгорячился не по делу». — ... Что вы. Хм. Он всё так же пылко относится к издательствам и редакторам. Сенсей пишет уже давно, и жалоб у него успело накопиться немало. «Ну, теперь надо продолжать заниматься черновиком. Я хочу, чтобы ты переписал до конца так же, как первую главу. Или даже лучше. Пока произведение не завершено, автор не достиг своей цели». — ... Да! — принимая его слова, я кивнул. Мы закончили говорить, и я посмотрел на экран своего компьютера. Там был открыт текстовый редактор, в котором был мой черновик. До того, как Умикава-сенсей дал добро, я взялся за вторую главу. Если забракует, буду переписывать, но останавливаться я не собирался. — ... Ха-ха, — я засмеялся. Над собой. Сколько во мне желания продолжать. Полгода назад от одной мысли запустить программу, я начинал тяжело дышать... А теперь полон мотивации продолжать. — Всё благодаря вам... Мне повезло, что у меня такое окружение. Сам я мрачный и плохо умею общаться, знакомых у меня немного... Но все они хорошие люди. Родители, сестра, Умикава-сенсей, Токия и... — ... Надо скорее закончить. Я снова сел перед экраном. Хотя бы на денёк скорее хотелось закончить свою рукопись. И тогда я буду более уверен в себе. И ещё... Я хочу, чтобы она прочитала эту рукопись. Она сказала, что теперь моя фанатка и будет поддерживать меня, потому я хочу показать ей свою новую работу. И тогда я возможно смогу сказать. То, что всегда скрывал. Я люблю тебя, давай встречаться.

— ... Да уж, вот такие планы были. Я тяжело вздохнул. Вот ведь, как так вышло? Я собирался излечиться от травмы, избавиться от застоя, преодолеть все трудности и написать новое произведение, а потом признаться со словами «Эту историю я написал для тебя»... Ну, уверен я не был, но если бы признался, то скорее всего как-то так. А всё пошло вообще не так, как я думал. Я не признавался, и мы стали пробно встречаться. — Не понимаю, что вообще в этой жизни творится? Моя мечта сбылась и предала меня. И теперь я неожиданно начал встречаться с любимым семпаем. Реальность чуднее всяких историй. — ... За дело. Считая свою жизнь какой-то странной, я продолжил писать черновик.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: Юношеская критичность

— ... Облажался. Вечер. Я убивался в своей комнате. — Ува... Облажался. Я правда облажался. Как так вышло?.. Что же я натворил? Я сгорал от стыда, наворачивая круги по комнате. Проверял телефон, выходил наружу, переключился на домашний wi-fi... Но ответа не было. — Может... Сирамори-семпай злится? Злится. Ненавидит. Я ей вконец настроение испортил. Наверняка. Эх, чёрт. Вот облажался. Как так вышло? Почему это случилось? Я ведь ничего настолько плохого не сделал... Так почему она злится? Нет. Вообще всё же скорее я не прав. Не знаю, в чём, но не прав. Неосознанно я испытывал облегчение. И был доволен, что стал встречаться с той, кого люблю. И от этого потерял осторожность и совсем расслабился. Моя наивность разозлила Сирамори-семпай. Уверен. Эх, вот я жалкий. Мы ведь встречаться начали, это же важно. Мы пробная парочка, потому я должен был стараться понять её получше, а не лениться. — ... Извинись, — я набирал слова извинения. Не знаю, в чём был неправ, и извинение может только хуже сделать... Но это было невыносимо. Было просто невыносимо, что Сирамори-семпай мне не отвечает. Я набрал длинное-длинное извинение, выбрал получателя, проверил на ошибки, а потом собрал волю в кулак и нажал «отправить». Пришло сообщение «прочитано»... И потом поступил звонок. Волнуясь, я нажал «ответить». — ... А-алло. «Алло?! Ч-что случилось, Куроя-кун?..» Голос был удивлённым, не злым, а озадаченным. «Ты какое-то длинное извинение прислал... А? Что? Чего? Ты что-то плохое сделал?» — ... Нет, ну, это... М-мне самому неловко, не знаю, плохое ли, просто подумал, вдруг ты злиться, и решил извиниться... «А? А? Злюсь? Я?» — ... А? Семпай, ты не злишься? «Нет», — ответила она. Голос был озадаченным. «Я вроде ни на что не злюсь. А? Что, было похоже, что я злюсь? Вроде в кабинете нормально общались». Верно. В кабинете после занятий мы нормально общались... Она как обычно продолжала подшучивать надо мной, всё было как всегда. «Куроя-кун, а почему ты подумал, что я злюсь?» — Т-так ведь... Семпай... Ты же сегодня в Line не пишешь! — сказал я. Она... Уже давно молчит. С тех пор, как мы начали встречаться... Сирамори-семпай каждый день писала. Каждый день издевательские сообщения присылала. Однако сегодня... Уже девять вечера, а она так ничего и не написала. Злится, наверняка я её чем-то разозлил. Считая так, я отправил извинение... «... Это», — прозвучал её озадаченный голос: «Куроя-кун, ты ведь мне ничего не присылал? Я не помню, чтобы у меня было что-то не отвеченное». — Не присылал. «... И когда я тебе ничего не прислала, ты подумал, что я злюсь, и начал переживать?» — Да... Вроде того... М? А? Это что... Я снова облажался?! «... Пф. А-ха-ха-ха!» Мне стало стыдно, а она захохотала. «Хи-хи-хи. Куроя-кун, стоит какое-то время тебе не писать, и ты уже волноваться начинаешь. Ладно бы я на твои сообщения не отвечала... Но ты уже разволновался от того, что я пару часов не пишу... Хи-хи». — ... М. «Хм, вот как. Ты так сильно меня любишь». — ... Д-дело не в этом. Просто ты каждый день писала, вот я и начал переживать. «М, вообще именно на это... Я и рассчитывала». — А? Рассчитывала? «Сегодня я специально не писала». — ... П-почему? «Потому что всегда я первая пишу», — её голос был слегка недовольным: «А ты мне сам вообще не пишешь». — Это... Я как-то не умею. Сам разговор начинать. Что по почте, что через месседжеры не привык я сам разговор начинать. Думаю: «А вдруг помешаю?» Вообще я так думаю, потому что скорее боюсь, что меня возненавидят... Но ведь мне и правда сложно. «Я хочу, чтобы иногда ты сам писал, потому и не писала сама сегодня. Думала, вдруг ты напишешь. Но... Хи-хи. Вот уж не ожидала, что ты посчитаешь, что я злюсь, и напишешь извинение». — ... М. Чёрт. Опозорился. Нет... Скорее не так. Это лишь очередной мой самоубийственный поступок. Я всегда что-то подобное вытворяю, просто в этот раз слегка перестарался. Чем я занимаюсь?.. «Такое сообщение пришло, я подумала, что что-то случилось, и позвонила... Но в такое время можно было и не звонить». — В такое время?.. «А, ага. Это... Ну, понимаешь?» Прошла неловкость и... Плесь. Я услышал удар по воде. — Н-не может быть... «Да. Я сейчас... В ванной». Сердце забилось как ненормальное. «Я из тех, кому нравится в ванной книги читать. И электронные в данном случае очень выручают. Не печатные же с собой брать». Слова уже не попадали в ухо. В ванной? Сирамори-семпай сидит в ванной? То есть сейчас она... «Хи-хи. Странное чувство. Я совсем голая разговариваю с Куроей-куном». — ... М. «Эй, сердце забилось быстрее?» Сладкий голос, разносящийся эхом в ванной, щекотал мой слух. Сердце стучало так громко, что грозилось пробить грудь, но. — ... Да нет, — я пытался выглядеть спокойным. — Внешний вид никак не связан с телефонным разговором. Я ведь всё равно не вижу, как ты выглядишь. Враньё. Я представлял это, и от возбуждения уже могла пойти кровь из носа. «М... Вот как. Значит телефонного разговора недостаточно...» Я скрыл возбуждение и беспокойство, и теперь голос Сирамори-семпая был слегка скучающим. Отлично. Я был рад, что смог прикинуться спокойным... Но недолго моя радость длилась. «... Куроя-кун, посмотри на экран». — На экран? Что... М?! Я посмотрел и обомлел. Изображение было таким шокирующим, что я подумал, что в обморок упаду. Аудио-звонок перешёл в режим видео. То есть... Теперь я всё видел. «Яхо. Видишь меня?» — на экране улыбалась Сирамори-семпай. Она и правда была в ванной. На голове был бант, а лицо вспотело. — ... Что, т-ты чего делаешь, семпай?! «А, ты ведь сам сказал, что простого разговора тебе мало». — Не говорил я такого... О-отключайся давай... Я отвёл взгляд и стал прикрывать глаза свободной рукой. Но... Устоять было сложно, и я посматривал через щели между пальцами. Оно и понятно. Так любой молодой парень поступит. Она победоносно улыбалась с экрана. Покрытые потом лоб и щёки красные, зрелище просто невероятное. Ниже шеи ничего не видно, но я поглядывал, и сердце стало биться лишь быстрее. «Хи-хи. Ты весь красный, Куроя-кун». — ... М. «Раз всё равно смотришь, не притворяйся, что взгляд отвёл, смотри прямо на меня». — Что, а?.. А у меня когда видео включилось?.. Я стал проверять, но камера у меня была отключена. — А?.. «Хм. Всё же смотришь». — ... М. «Притворяешься, что не смотришь, но на деле смотришь... Какой ты бесстыжий, Куроя-кун». На её лице была весёлая улыбка. Чёрт. Провела. Снова она меня провела. А, блин, что с ней такое? Не видит меня, но знает, что я делаю. Может она и правда мысли читает? Или же... Меня настолько просто понять? «Хи-хи-хи. Ты такой милый, Куроя-кун». — ... Прекрати уже. Будешь так веселиться... И телефон уронить. «А, ну да. Не хватало его уронить». Если уроню, ты только порадуешься». — Хватит уже... «... Эй, Куроя-кун», — тон её голоса слегка изменялся: «... Хочешь увидеть?» — А? «Хочешь увидеть... Моё обнажённое тело?» — Ч-что ты говоришь?.. «Ответь. Если ответишь честно... Я могу и вытянуть руку с телефоном», — Сирамори-семпай говорила, и её телефон слегка отдалился. Лицо стало меньше... И стало больше верхней части тела. Я видел чуть ниже ключиц. И открытая кожа лишала меня способности соображать. — ... Прекращай уже. Конечно же я не могу. «Почему?» Я пытался подавить свои желания, а она задала трепещущий вопрос: «Я ведь сейчас твоя девушка?» — ... М. «Если попросит парень... Я вполне могу сделать что-то такое». Я лишился дара речи, а Сирамори-семпай продолжала. «Эй, Куроя-кун... Хочешь увидеть?» Я... Ничего не мог сказать. Казалось, что если заговорю, сердце через рот выпрыгнет. Что это? Что за ситуация такая? Хочу увидеть или не хочу. Какой ответ правильный? Если честно... Конечно хочу. Но если отвечу честно, точно проиграю, и всё окажется шуткой Сирамори-семпай... Но можно ведь понадеяться, вдруг стоит честно ответить... Только я задумался об этом. «... В-всё, время вышло!» — через несколько секунд прозвучал громкий голос девушки, и видео отключилось. Разговор снова перешёл в аудио-режим. — Э, а... «... Хи, хи-хи-хи. Эх, какая жалость, Куроя-кун. К сожалению, время вышло». — Ч-что... А не слишком быстро? «Не слишком. Нерешительному ребёнку я своё обнажённое тело показывать не собираюсь. Ах, жалость какая. Если бы ответил сразу, что хочешь увидеть, я бы показала». — ... «А-ха-ха. Л-ладно, мне уже скоро выходить. До завтра». Она попрощалась и повесила трубку. А я продолжал смотреть на экран. — ... Вот блин и что это было? Я завалился на стол. Эх. Блин... Вот же дерьмовая она, любовная игра. Только и подсовывает сложные выборы... И ещё ограничение по времени, вот что это вообще?

В версии с изображениями тут находится картинка. ***

На следующее утро. Как обычно я встал, как обычно позавтракал, сел на велосипед и поехал в школу. Моя школа близко, можно и пешком дойти... Но я езжу на велосипеде. Я как обычно добирался до школы... И случилось кое-что не как обычно. — Яхо. Прежде чем я выехал с узкой дорожки на главную, на перекрёстке увидел Сирамори-семпай. Я нажал на тормоза и слез с велосипеда. — Доброе утро, Куроя-кун. — Доброе утро... А что ты здесь делаешь? — Тебя жду. — Меня?.. Т-ты что-то задумала? — Да ничего. Блин... Что ты обо мне думаешь вообще? — недовольно проговорила она. Нет, просто ведь. С тех пор, как мы начали встречаться, она только чаще стала подшучивать. Не то, чтобы мне это не нравится... Просто сердце уже не выдерживает. — ... Хотела вместе пойти в школу? Всё же это привлечёт много внимания. Вместе из школы уходят друзья, а если приходить вместе, то это очень подозрительно. — Бу-бу. Ошибся. Если придём вместе, ничего хорошего не будет. Это всё равно что заявить «мы парочка». — ... Тогда зачем? — М, — она протянула мне руку. — А? Ч-что? Деньги? — Конечно не деньги. С чего ты вообще про деньги подумал? — Плата за то, что встречаемся... То есть вдруг ты просишь на развлечения... — Ни на какие развлечения я не прошу, — она холодно ответила мне на несмешную шутку. — Книгу, книгу, — продолжила девушка. — Ты ведь обещал. Что одолжишь книгу, по которой было снято аниме. — ... А. Это она про тот поход в книжный. Я сказал, что на следующий день принесу. Блин. После этого обещания столько всего было, что я совсем забыл. — Ты принёс? — ... Прости. Совсем забыл. — Вот как... Ну ладно. Я и сама только утром вспомнила. — Завтра обязательно принесу. — М, но я хотела сегодня почитать. — ... Тогда что будем делать? Вернуться за ней домой? Я лишусь своей идеальной посещаемости, но если семпай хочет её прочитать, то плевал я на неё. Ладно, возвращаюсь. Я уже решился и собрался сесть на велосипед... — Эй, Куроя-кун. Сегодня ведь занятия пораньше заканчиваются? — продолжила Сирамори-семпая. — А... Да, верно. У учителей совещание. — Тогда... Может сходим к тебе? Неожиданное предложение удивило меня. — К-ко мне домой? — Да, нельзя? Просто я хочу обязательно сегодня почитать. — ... Да можно. — Правда? Ура! Тогда сегодня в кружок не идём! После занятий встретимся на стоянке! — радостно сказала она и ушла. А я так и остался стоять как вкопанный. Семпай? Придёт ко мне домой? Как так вышла-то? Э? А? Когда девушка приходит к парню домой, это ведь важное событие. Разве можно вот так с бухты-барахты подобное решать? — ... Так, успокойся. Даже если она придёт, у меня дома семья. Я же не один живу. Сегодня мама должна быть... Так что как бы ничего такого не случится. И она ради книги придёт, так что я даже не знаю, зайдёт ли внутрь. И вообще. Семпай... Сама молодец. Раз утром вспомнила, могла бы и написать. А, или она уже по пути в школу вспомнила?

И вот после школы. — Хи-хи. Давно я к тебе домой не ходила, Куроя-кун, — улыбнулась пришедшая на стоянку Сирамори-семпай. Вообще она раньше у меня уже бывала. В том году мы готовились у меня для культурного фестиваля. Хотя это громко сказано, всё же у нас кружок, состоящий из двух человек. Ничего особенного. Мы сделали книгу рецензий... Представили те книги, что нам очень нравились. — Ничего особенного. Обычный дом. — Ладно тебе, мне твой дом нравится, Куроя-кун. И мама у тебя очень хорошая. — Только болтливая. — ... Я тебе так завидую, у тебя такая добрая и жизнерадостная мама, — на её лицо упала тень, она печально улыбнулась, сказав это. А я молчал. Мне доводилось кое-что слышать о прошлом семпая и её семье... Когда вспомнил об этом, в груди стало больно. — ... А, прости. Говорю всякое, — она отмахнулась. — Ладно, пошли. Она снова как обычно улыбнулась и снова переключилась. Я кивнул, и мы вместе покинули территорию школы. Прямо как во время того свидания после школы, семпай шла рядом, а я катил велосипед. — Эй, Куроя-кун... Сделаем это сегодня? Мы ушли уже далеко, и теперь двигались по почти безлюдной улице, когда Сирамори-семпай приблизилась и обратилась ко мне. — Это? — Сделаем то, что делают в юности, прокатимся вместе. — ... Это нарушение правил дорожного движения. С этим сейчас строго. — А, ну подумаешь. Здесь всё равно никого нет, а когда до людной дороги доберёмся, слезем. Эй, ну немножко. — ... Ну. Когда она так попросила, я понял, что я не настолько законопослушный. Я остановился и сел на велосипед, а семпай на багажник. Велосипед просел чуть сильнее, чем обычно. — Это опасно, так что держись крепче. Я ещё вдвоём ни с кем не ездил. — А? Мне точно крепче держаться? — ... Вложи умеренную силу и держись на уровне плеч. — Хи-хи. Да. Она жизнерадостно ответила и обхватила мои плечи. Даже от такого контакта сердце стало биться быстрее, и я проклинал себя за то, как слаб перед девушками. Вложив силу в ноги, я стал крутить педали. Одна ошибка могла всё испортить, так что я делал это старательно. Потому скорее всего и получалось ехать вполне нормально. — Ва, как здорово, мы едем. — Ну да, едем. — Всё в порядке? Я не тяжёлая? — В порядке. Такая, как и предполагал. — ... В таких случаях обычно говорят «легче, чем предполагал». — Нет, ну. Ведь и правда такая, как предполагал. Лёгкая, но не до удивления. Нагрузка такая, какой я её представлял. Сирамори-семпай стройная, но не худышка. Талия узкая, но где надо, объём у неё какой надо... Ага. — Эх, Куроя-кун, деликатности в тебе нет. А ведь я переживать недавно начала, что вес набрала. — ... Тебе незачем из-за этого переживать, семпай. Ты очень стройная. — Вот уж вряд ли. Я куда толще Юми и Рино. Юми. Рино. Они тоже из великой четвёрки красавиц. «Классические чёрные волосы»... Камисиро Юми. «Лоли с двумя хвостиками»... Сакон Рино. ... Как и «замужняя» и «загорелая гяру», прозвища грубые, игнорирующие их достоинство. Им прямо совсем мрачный тип их придумывал. «Черноволосая» и «лоли» обе худышки. Если с ними сравнивать, Сирамори-семпай и правда куда пышнее. — К тому же, — со вздохом она продолжила. — Ты ведь тоже довольно худой. Рядом с тобой я полной кажусь. Она озадаченно обронила этот комментарий... — ... Прости, что я такой доходяга. — Я этого не говорила. Ну... Хотя я переживаю, ты мог бы есть и побольше. Переживает? Ощущение такое, будто надо мной издеваются. А ведь я с того года тренироваться немного начал. — Но... — голос позади стал слаще, и тут... Жамк. Руки с плеч переместились на грудь. И вместе с тем она прижалась к моей спине. Крепко... — Стой, что... — Куроя-кун, ты с виду такой хрупкий, но спина у тебя большая. — С-семпай... — Прямо спина настоящего парня. Она обнимала меня, голос звучал всё ближе. Шёпот разносился в ухе, я ощущал её спиной, и конечно же был взволнован. На нас были пиджаки, так что мы не напрямую прижимались, но всё же одежды не так уж и много, и спиной я ощущал два холма... — ... Это опасно, отцепись, — говорил я, пытаясь успокоиться. И я не врал. Дело было не в поддержании равновесия... Я переживал, как бы с ума не сойти. — А, почему? Ты не рад? — ... Да не особо. — Хи-хи. Не бываешь ты честным? — самоуверенно сказала Сирамори-семпай и слегка отодвинулась. — Куроя-кун, какой ты. Прямо цундере. — Ух... В-в каком это месте я цундере? — А, да в том самом. Когда рад, даже не скажешь об этом, никогда честным не бываешь. К-как унизительно... Когда тебя считают цундере... Это так унизительно. Я был в шоке, а девушка продолжала: — Если ты цундере, то кто же я? Пусть про себя говорю, но на цундере я точно не похожа. — ... Сирамори-семпай... Я задумался и сказал. Скорее всего потому что мы ехали и я не мог видеть её лица. В лицо бы я такое не сказал. — ... Кандере, наверное. — Что?.. Это ещё кто? — ... Простая дере-дере, кандере * . А, чего? — прозвучал недовольный голос Сирамори-семпай.

Ехали мы вместе только по неоживлённой улице... И через пять минут всё закончилось. Всего пять минут, зато какие насыщенные. Как бы... Это время было полно юношеского запала, ещё бы немного, и меня бы просто очистило. Хм, можно сказать, успел. После чего мы продолжили идти, и вот добрались до моего дома. Обычный двухэтажный дом в жилом районе. — ... Чай будешь? — А можно? Тогда не откажусь. Раз уж пришла за книжкой, я предложил ей, и семпай радостно кивнула. — ... М. А? Я потянул за дверь, но оказалось заперто. — Заперто... Никого нет? Я достал телефон и написал маме через Line. И тут же пришёл ответ: «Я ушла в магазин». — Похоже мама вышла. — Вот как. Это... Тогда как поступим? — Ну, ключ у меня есть, так что внутрь мы попадём. Я достал из сумки ключ и отпёр замок. — Вот... Прошу. — А? Я открыл дверь и предложил войти, и на лице Сирамори-семпай появилось удивления. Глаза широко открыты, лицо слегка покраснело и на нём озадаченность. М? А? Я что... Что-то не так сделал?! Я ведь просто чай попить предложил, но неужели отсутствие родителей что-то меняет?! Вот как. Сейчас это как когда... Парень приглашает к себе девушку, когда родителей нет дома! — Нет, в-всё не так... Я просто зайти предложил... Как бы... Ничего странного я делать не собираюсь! — начал я тут же объяснять, но явно ошибся. Ужас. Эффект от этого только обратный. Громко говоря «я ничего странного не сделаю», всё равно что подтверждаю, что о чём-то таком думал. Словно мужик, который в любовный отел тянет!.. «Мы просто немного отдохнём!» — типа так. — ... Пф. А-ха-ха. Видать я выглядел забавно, и семпай рассмеялась. И. — Хи-хи. Вот как. Раз ты ничего странного не сделаешь, то может я и зайду, — она снова была уверена в себе.

Я привёл её в свою комнату на втором этаже, а сам отправился вниз за напитками. Я положил капсулу в Dolce Gusto и приготовил два кофе с молоком (без кофеина). Семпай сказала, что всё что угодно будет, но с тех пор, как мы начали встречаться, я узнал, что чёрный кофе она не любит. А значит... Из всех имеющихся вариантов этот лучший. Я вернулся в комнату и протянул сидевшей на кровати девушке кружку. — Держи. — Спасибо. Она взяла её, отпила и осмотрела комнату. — Комната у тебя всё такая же чистая, Куроя-кун. — Просто вещей немного. Кроме большого книжного шкафа ничего примечательного тут нет. В шкафу стояли книги первого эшелона. Второго были в коробках в шкафу, регулярно я менял их местами. Конечно неправильно, что я их разделяю точно по рейтингу, но место в шкафу ограничено, так что ничего не поделаешь. — Вот. Та самая книга. Я достал обещанную книгу из шкафа и протянул. — Спасибо, — семпай взяла её и улыбнулась. — Хи-хи. Среди первого эшелона стоит в шкафу. — ... Ну да. Про первый и второй эшелон я рассказал, когда она приходила ко мне. Семпай тогда рассмеялась и сказала: «А-ха-ха. Прямо как у меня». Хм. Блин. Она попросила почитать, а я вытащил книгу из шкафа, и можно сказать кое в чём признался. Ну... Хорошо, что не наоборот. Если бы в коробке искал... То по сути сказал бы, что она из второго эшелона, неловко было бы. — Быстрее бы почитать... Куроя-кун. Ты долго стоять собираешься? — Да я не против... — Садись, — она похлопала по месту рядом с собой. — ... Прости. — Чего извиняешься?.. Твоя же комната. Я сел, слегка сохранив расстояние между нами, а девушка удивлённо посмотрела на меня. Комната моя. Ведь и правда. Но сейчас... Ощущение такое, что я тут не к месту. Сирамори-семпай у меня в комнате... От этого факта сердце и разум никак между собой согласования найти не могут. В том году я из-за этого тоже переживал, но теперь волнуюсь ещё сильнее. Всё же тогда всё иначе было. Сейчас-то мы вроде пара... И дома кроме нас никого. Бесполезно простить не переживать об этом. У, ах, успокойся. Ничего не случится, ничего не случится. Нам пока даже за руки держаться рано. И неизвестно, когда мама вернётся. Нет, стоп... Если немного. Что там после «держаться за руки»... Так. Пока я витал в облаках, последовала неожиданная атака. — ... Тей. — Ухя-а! Меня внезапно начали щекотать. Сирамори-семпай оказалась у меня за спиной и схватила руками меня за бока. — А-ха-ха. «Ухя-а» сказал. — Т-ты чего?.. — Да просто тишина была невыносимой, вот я случайно. — ... Ничего ты не случайно. — Хи-хи. Куроя-кун, какой ты чувствительный. Ну-ка. — Ик... Н-нет... П-прекрати! Я пытался вырваться, а семпай, хитро улыбаясь, не собиралась ослаблять хватку. Она продолжала меня щекотать. Я... Не представляю, что мне делать. Щекотно, стыдно... Но почему-то не неприятно, и лицо просто пылает... Ах, я уже ничего не понимаю. — Нравится, нравится? — ... П-прекрати, а то я разозлюсь!.. Я вытянул руки и зло уставился на неё. Но скорее всего из-за того, что в глазах собрались слёзы, должного эффекта я не произвёл. — А-ха-ха. Прости, ты никак не ответил, и я разошлась. — Опять издеваешься... Надо будет, отвечу, — отгрызнулся я. — ... Хе. Вот как, — семпай улыбнулась и поднялась. Она свела руки за спиной и слегка наклонилась вперёд. — Ладно... Давай. — ... А? — Говорю же, можешь ответить. А то так ведь не честно. — ... М. Н-не может быть... Прямо сейчас?! Пощекотать семпая?! — Прошу, не стесняйся, — от смущения она покраснела, но при этом хитрая улыбка никуда не делась. Руки были за спиной, и она была совершенно беззащитна. Я легко мог добраться до её боков... Но из-за того, что она подалась вперёд, её большая грудь выделялась. Два холма под рубашкой. Я не знал куда смотреть, потому был вынужден опустить взгляд. От напряжения во рту пересохло. Что это? Что мне делать? Как поступить? Коснуться её? Боков Сирамори-семпай... — Ты чего, Куроя-кун? Не будешь трогать? — ... Нет, ну. Коснуться боков. Для кого-то может и обычное дело потрогать друга противоположного пола. Но... Для меня это невозможно. Не могу я так просто бока девушки потрогать. А если это ещё и Сирамори-семпай... — Всё же не можешь. Ты такой скромный, Куроя-кун. Тут животик твоего любимого семпая, а ты стесняешься и потрогать не можешь. — Ух. Чёрт!..

В версии с изображениями тут находится картинка. Издевается!.. Думает, что я не трону, потому и спокойная... Может просто потому что верит в меня, но как для мужчины это очень унизительно. Если постесняюсь и отступлю, никакой я не мужик. Давай. Сделай это, Куроя Сокити. Покажи свой мятежный дух. Покажи семпаю, которая вечно издевается, что когда надо, ты можешь быть мужчиной. Это твой шанс. Шанс выиграть в любовной игре, в которой ты постоянно проигрывал. Иначе что будет, если ты не покажешь, что мужик!.. — Хи-хи. Куроя-кун такой милый. Так засмущался от мысли, что можно мой животик потрогать. Но... Мне такой Куроя-кун... Беззаботная Сирамори-семпай отвела от меня взгляд.

А я повалил её на кровать.

Грубо, использовав силу. Схватил за живот и плечо, к которым стеснялся прикоснуться, и прижал к кровати. — ... А, а... А-а?! Девушка ничего не понимала, её удивлённый голос расходился вокруг. — К-Куроя-кун?.. В глазах, смотревших на меня, были удивление и беспокойство, но я не расслаблял руки. Прижимая её, я сам забрался на кровать. — Э... А... П-прости, Куроя-кун, я... Переборщила. — ... — Н-нет, стой... Э-это слишком внезапно... Я-я пока не готова... Сирамори-семпай пыталась что-то сказать... Но я её не слышал. Было не до того. Мой взгляд и внимание... Были сосредоточены на окне. — Блин, мама вернулась!.. Я услышал, как работает двигатель её машины и посмотрел на улицу, всё было так, как я подумал. Отправившаяся за покупками мама вернулась раньше, чем я предполагал. Она уже выходила из машины... — А... Т-твоя мама вернулась? — Похоже на то... Семпай, спрячься под одеялом! Чёрт. Времени нет. Вначале я подумал про шкаф, но из-за книг там места для семпая почти не будет. Под кровать... Тоже не вариант. Я давно не убирался, там всё в пыли. Не хочу заставлять семпая лезть в грязь. До того, как мама войдёт в дом, осталось менее десяти минут. А значит... Больше ничего не оставалось. — ... Я-я залезу с тобой! — А, а-а? Игнорируя её удивление, я тоже полез под одеяло. Семпай полностью и нижняя часть моего тела. Если она одна попробует спрятаться, то будет выпирать из-под одеяла. А значит... И я должен туда залезть. — П-погоди, Куроя-кун... — Прошу, помоги. Так... Будет казаться, что под одеялом только я. Если будем под одеялом вместе, только я частично высунусь, можно подумать, что я тут один. Только моей нижней половине и семпаю придётся быть в довольно близком контакте. — К-Куроя-кун... — Прости за это... Н-но, прости. Можешь прижаться поближе ко мне. — Ва, ва. Что, а... А-а? Подавив стыд, я прижался к ней. Я не видел, что происходит под одеялом... Но было ясно, что что-то невероятное. Тело семпая прижималось к нижней части моего тела. От одной этой мысли у меня мозг кипел, но ситуация была экстренной, так что я старался не думать об этом. — Что, э-это... У, у-у! Эй, Куроя-кун, послушай... — ... Всё будет хорошо, — я прижал шевелившуюся под одеялом девушку. — Сирамори-семпай, я тебя защищу. — … Она тут же затихла. И тут... Я услышал, как дверь в коридоре открылась. А потом. — Сокити, ты вернулся? — меня позвала мама. Дверь была не заперта, и по обуви она поняла, что я дома... М? Обуви? Ч-чёрт! Я обувь семпая не спрятал! — К нам твой друг пришёл? ... Плохо. Мама уже нашла незнакомую обувь. Что делать? Что мне делать? Сказать, что она тоже моя? Но это женские мокасины... Сказать, что украл обувь девушки, которую люблю... Если признаюсь в преступлении... Доведу мать до слёз, но только так у меня получится её провести... Я старался придумать хоть что-то, и тут девушка под одеялом снова начала двигаться. — Пха, — она высунула голову. — Эх, тяжело тут. — Что? С-Сирамори-семпай! Спрячься скорее! Иначе мама тебя найдёт... — ... Эй, Куроя-кун, — заговорила она. Таким спокойным голосом. — Что такого, пусть увидит меня.

Позже... Мы вместе спустились в коридор. — Ах, Сирамори-сан, давно не виделись. — Давно, тётя. — Ну да. Уже полгода как. Ты что, похудела немного? — Вряд ли. Скорее вес набрала. — Да? А всё такая же красавица. — Что вы. И вы тоже очень красивая. — Ах, ну что ты. Мне ещё в магазин надо, а ты располагайся. Вы опять что-то готовите, ну постарайтесь. — Спасибо. — Сокити. Прояви радушие к гостье. — ... А, да, да. — Одного «да» достаточно. — ... Да. — Ага. Ну ладно. Поговорив, мама снова отправилась по магазинам. Похоже она вернулась за оставленным дома кошельком. Входная дверь закрылась... — ... Хи-хи-хи. — ... М! Сирамори-семпай было невероятно весело, а я был готов от стыда умереть. Хотелось сбежать в свою комнату, но она ведь за мной последует. Девушка смотрела на мою спину, пока мы поднимались по лестнице, и подначивала. — Ах, вот ты удивил. Куроя-кун... Взял и повалил меня. Такой решительный был. — ... М. Ува! Что ж я вытворял-то?! Да, скрываться было ни к чему! Семпай уже бывала у нас, и с мамой она знакома. Достаточно было сказать, что мы для кружка что-то готовим! То, что она ко мне домой пришла, не значит, что мы встречаемся... Даже если мама бы её увидела, никаких проблем нет. Это ведь не запрещённая любовь как у старикана и старшеклассницы или двадцатисемилетней офисной работницы и старшеклассница. Но я запаниковал и решил, что её надо спрятать. Вот облажался. Точно облажался. Теперь... Даже если будет издеваться, мне ведь даже возразить нечего!.. — Вот уж не думала, что вот так окажусь в постели Курои-кун. Первый раз более романтичным должен быть. Мы вернулись в комнату, а она не унималась. — «Сирамори-семпай, я тебя защищу». — ... Прекрати уже. Специально стала подражать мне. Ува-а-а... Отстой, вот же отстой получился. Вот серьёзно, чем я занимался?.. Маялся дурью и получил обратный эффект... — Я тебя так просто не прощу. Там было тяжело дышать, вся одежда помялась... К тому же ты всё ко мне жался. — ... П-прости. — Хи-хи-хи. Шучу, я не злюсь. Я поклонился, а она улыбнулась. — Я всё понимаю. Ты хотел меня защитить. Спасибо тебе. — ... Ни к чему это говорить. Зря ведь даже пытался. — Верно. Но мне приятно. — ... Тогда могла бы и не издеваться. — Надо же на тебе как-то отыграться. Просто ведь... Ты меня так удивил. Она хитро улыбнулась, а я тяжело вздохнул. И всё же... Выражение на её лице изменилась. С издевательской на мягкую улыбку. — Куроя-кун... Ты всё время пытаешься мне помочь, — встав, она посмотрела за окно. Её лицо окрасило закатное солнце, сейчас она выглядела такой безмятежной и таинственной. — Если бы в том году на культурном фестивале ты меня не выручил, не знаю, что было бы. — ... Да ничего особенного я не сделал, — сказал я. Культурный фестиваль в том году. Тогда я действовал ради Сирамиори-семпай. Делал всё, лишь бы помочь любимой девушке. Но... Всё не так. Не так. Тогда был спасён я... — И всё же я тебе благодарна, ты меня выручил... А, — она не договорила и издала удивлённый звук. Её взгляд был направлен на книжную полку. Рука потянулась и достала книгу. С верхней полки самую левую. Она там выделялась лишь одна. — Навевает воспоминания, — сказала Сирамори-семпай и нежно посмотрела на обложку. — Когда мы только встретились... У нас были одинаковые книги. — ... Б-было дело, — обронил я, а сам паниковал. Блин... Забыл спрятать. Когда семпай в тот раз приходила, я заблаговременно ей спрятал, но тут всё внезапно вышло, потому вообще не подумал. Скверно. Ничего хорошего в том, что речь зашла об этой книге. Если семпай узнает, что это на самом деле её книга... — Эй, Куроя-кун, — я себе места не находил, а она заговорила. — Это ведь... Моя книга. Я забыл, как дышать. Я выглядел поражённым, я мягкий взгляд девушки был направлен на меня. — В день, когда мы впервые встретились в кабинете... Я так спешила, что случайно взяла не ту книгу... Верно? — ... Т-ты заметила? — Ну да, — она кивнула. — Ты тоже заметил. Или же... Понял с самого начала? Когда вернулась, поняла, что перепутала их... — ... М. — Когда я взяла её, ты сказал «а». — ... Прости. Эх, всё кончено. Меня... Раскрыли. В день нашей встречи я притворился, что не заметил, что семпай взяла мою книгу. Это ужасно. Я поступил мерзко, как преследователь какой-то. — Не извиняйся. Я не злюсь. На самом деле... — ей было тяжело говорить, и она смущённо продолжала. — Я... Специально это сделала. — ... А? Я ничего не понял. Специально ошиблась? — Когда брала книгу со стола... Специально ошиблась и взяла твою. — ... Почему ты это сделала? — Почему? А-ха-ха. Сама не знаю. Просто так... Захотелось. Посчитала это забавным, — она точно смеялась над собой. — Может... Просто настроение было приподнятым? В кружок пришёл новичок, у меня появился кохай, с которым я могла бы поговорить, и он читал ту же книгу, что и я... Вот я и была рада всему этому. Прямо... Как судьба какая-то. — ... — Вот я и притворилась, что ошиблась и взяла твою книгу. Мы обменялись книгами... И я подумала, что если что-то после этого случится, будет весело. Признание, случившееся через год. Принять такое сразу было непросто, я ничего не понимал. Для меня тот обмен книгами — был чёрной страницей в моей жизни, я считал, что поступил неправильно и всё время сожалел... Но. Это была не случайность. То, что мы читали одну книгу — совпадение, но оказалось, что у нас даже мотивы были схожими. Похоже семпай как и я надеялась на что-то. Не хотела, чтобы эта случайность закончилась и правда как банальная случайность. Хотела, чтобы она стала судьбой... — Ну... В итоге ведь ничего не случилось. Ты по этому поводу так ничего и не сказал, Куроя-кун. — ... Я и не мог. Ведь я всё жалел о том, что тайком взял твою книгу. Всё боялся, что ты узнаешь об этом. — А-ха-ха. Вот как. Я тоже переживала, что будет, если ты узнаешь, что я так поступила, вот так мы оба и молчали. Оба ждали реакции друг друга, и в итоге оказались в тупике. Ничего не случилось. — Мы оба молчали, и так прошёл год. Хи-хи. Вот ведь мы похожие. Похожие. От этого было как-то неловко. Мрачный тип и жизнерадостная девушка... Повели себя одинаково. — Из-за обмена книгами ничего не случилось... Зато было много всего другого, и теперь мы даже встречаемся, жизнь — штука сложная, — говорила сама с собой Сирамори-семпай и села на кровать. А потом похлопала по месту рядом. — Куроя-кун, садись. — ... Зачем? — Ну же. — ... Прости. Она настаивала, потому пришлось послушаться. Подавив смущение, я сел, куда мне сказали... Прямо рядом с семпаем. Я был так взволнован и возбуждён... А потом она сделала то, чего я вообще не ожидал. — Дон! И. Издав звуковой эффект, она меня повалила. — А, а, а-а?.. — Хи-хи. Повалила. — ... Ч-что? — Это моя месть. Я ничего не понимал, а она весело посмотрела на меня, а потом легла рядом. Мы вместе лежали на кровати. Невероятно близко смотрели друг на друга... — Первый раз в постели меня слегка расстроил. Вот я и решила всё исправить. — И-исправить? — Не переживай, ничего я не сделаю. Мы просто вместе полежим. Она говорила это точно напуганному ребёнку и повернулась ко мне. Близко. Очень близко. Я чувствую её дыхание и уже вообще не соображаю. — Эй, Куроя-кун... Ты меня любишь? — ... А можно не отвечать? — Нет. Вообще нельзя. Не ответишь, и мы расстанемся. — ... Люблю. — Как сильно? — ... Так. — Так? — ... Очень сильно люблю! — Хи-хи-и. Вот и хорошо. Я крикнул, а она довольно улыбнулась и погладила меня по голове. Унизительно... Такое обращение не было мне противным, и потому казалось унизительным. — Кстати, Куроя-кун, ты ведь говорил... Что если девушка будет добра к такому мрачному типу как ты, то ты сразу в неё влюбишься? — Да... Говорил. Когда Сирамори-семпай спрашивала, что мне в ней нравится, чтобы скрыть неловкость, я как-то так и ответил. — Хи-хи, просто ужас, ты полюбил такую злодейку. — ... М. Очаровательная улыбка невероятно близко ко мне и провоцирующие слова. Через глаза и уши всё это проникало в мою голову, и мозг начал плавиться. — А. Точно. Может сделаем фото на память? Сирамори-семпай достала телефон и запустила приложение камеры. — Мы ведь вдвоём не снимались. — ... Несколько раз снимались. В конце культурного фестиваля. — С тех пор как начали встречаться. Хотя несколько фотографий с мероприятий у нас есть, — сказала девушка. Она и так была близко, но приблизилась уже. Лёжа на кровати, девушка приближалась, и вот наши плечи коснулись друг друга. — Вот так близко мы ещё не фотографировали. — ... Не приближайся так, обжечься можно. — Что? Ты так меня любишь, что можешь обжечь? Она захихикала, а я в сердцах забормотал. Нет. Обожгусь тут... Я. Когда она так близко и подшучивает, лицо и тело просто пылают. Чувства глубоко в сердце, которые обычно не позволяют ни с кем сближаться, сейчас так сияют, что обжигают. — Ладно, снимаю, Куроя-кун. — ... Только в сеть не выкладывай. Не хватало, чтобы все увидели. — А-ха-ха. Хорошо. Никому не покажу. — Полагаюсь на тебя. — Это будет только наше сокровище. — ... Не возражаю. Пока мы говорили не понятно о чём, раздался щелчок. Наша первая фотография с момента начала отношений была сделана на кровати. Я посмотрел на фото, на ней семпай мило улыбалась, а вот у меня была натянутая улыбка. Не сказать, что прямо хорошо получилось, но вполне сносно для нас. Это было первое свидание дома и первое селфи, и инициатива снова была на стороне семпая. В нашей любовной игре я снова проиграл. Поражение на поражении. Одни проигрыши. И хоть проиграл... Хоть это и был проигрыш, я был счастлив, потому чувствую себя каким-то побитым псом.

В версии с изображениями тут находится картинка. ↑ Если русскими буквами «кантан ни дере-дере». Вот он и сократил.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог

После занятий... Я как обычно пришёл в класс, а находившаяся здесь семпай спала. Улеглась на стол и уснула. Пиджак висел на спинке стула, в руке телефон. Похоже что-то на нём делала, когда уснула. — ... Точно, она же говорила, что не выспалась. Мы переписывались днём. Она писала, что допоздна читала, потому не выспалась. Я вошёл в комнату и тихо закрыл дверь. Тихо пошёл, поставил вещи и сел на привычное место. Раз она не выспалась, не хотелось её будить. Она так мирно спит, пусть отдыхает. — ... Я смотрел на спящую Сирамори-семпай. Она выглядела такой беззащитной. Длинные ресницы, аккуратный носик, губы, через которые просачивается дыхание... Такая очаровательная, что я засмотрелся. Обычно я бы смутился и отвёл взгляд, но сейчас мог смотреть на неё. — ... Такая милая. Из груди выпирало счастье, вот я и сказал это. Милая. Очень милая. — И без того милая, и во сне милая. А, чёрт... Прямо ангел. Я говорил то, чего бы обычно от смущения не сказал, а сейчас эти слова вырывались сами собой. — ... До сих пор не верю. Этот ангелок — моя девушка. Я стал встречаться с моей любимой семпай. Я будто сплю... Самый любимый мною человек... Я хотел, чтобы она была моей, но при этом понимал, что это не осуществится и отчасти сдался. И вот мы встречаемся. Это сон или иллюзия. — ... Спасибо, Сирамори-семпай, — я обратился к спящей девушке. — Я рад, что могу встречаться с тобой. У меня такая милая и самая замечательная девушка, я наверное... Нет, я точно самый счастливый на свете парень. Говорить это было бессмысленно, пока она спала... Но я ничего не мог поделать. Перед ней я слишком стеснялся и не мог прямо рассказать о своих чувствах. Блин. Назовёт цундере, я ведь даже возразить не смогу. А, точно. По поводу цунтере. — ... Семпай, скорее всего ты не заметила. Настоящий смысл кандере... Кандере. Так я назвал её, когда мы вместе ехали на велосипеде. Я придумал это и сказал. Подумал, что Сирамори Касуми оно идеально подходит. — То, что ты простая дере-дере, потому и кандере... Это ложь. На самом деле... Мне было неловко, вот я и не сказал. Было так стыдно, что я обманул, и теперь мог сказать это спавшей девушке. — Это на латыни. Смысл слова... «Сиять», — я проговорил это точно вычитку из словаря и протянул руку. К лежавшей на столе руке девушки. Но не тронул. Не хотел разбудить... Хотел ещё посмотреть на спящее лицо ангела. Хотя конечно хотелось взять её за руку. Не только за руку, хотелось её крепко обнять... — Для меня Сирамори-семпай... Сам свет. Я впал в отчаяние... Заперся в своём темном мире, а ты осветила его. Благодаря тебе я снова смог подняться. Благодаря тебе я двигаюсь вперёд. Меня раздавила собственная мечта, но я снова хочу двигаться навстречу ей. И теперь в прошлом, ставшем символом сожалений, появился какой-то смысл. Немного... Я начал верить в себя. Для меня Сирамори-семпай стала светом, спасением. Яркая точно солнце, нежная точно свет луны, иногда мягко, иногда ярко она освещает этот мир. Мой лучик света в тёмном лесу... Мне всегда казалось, что до него не достать. Было достаточно просто смотреть. Я был счастлив просто находясь рядом. О большем я и просить не мог. Ведь если я протяну руку, то как Икар, нацелившийся на солнце, упаду в море. Но сейчас... — ... Я протянул руку. И кончики наших пальцев... Коснулись. Лишь от этого всё тело испытало сладостное онемение. И теперь... Я не знал, как поступить. Взять её за руку или продолжать касаться одними пальцами... Я был взволнован и напряжен, и ничего не понимал. — ... Прости, семпай. Жалкий я. Из-за такой мелочи сердце забилось быстрее... Я и правда жалкий. — Но... Я постараюсь, — сказал я. — Не знаю, чудо ли это... Но теперь мы пара. Сейчас у нас период знакомства. Ты дала мне такой шанс... И теперь мне мало безответной любви. Я сам начал её боготворить, решил больше не тянуться к ней и просто сбежать, но больше я так и сделаю. Я протяну руку. Солнце или луна, я крепко схвачу её... Потому я и потянулся. Серьёзно, решительно... — Может сейчас я и не могу, пусть сейчас я только проигрываю... Но когда-нибудь победа будет за мной. И я заполучу сердце Сирамори Касуми, — говорил я крепко спавшей богине. Это была клятва... И объявление войны. В психологической игре под названием «любовь». Дерьмовая игра с явно ненормальным уровнем, приготовленная явно не для меня. Но больше сбегать я не буду. Я буду продолжать бороться в этой не подходящей для меня игре. — ... Пф. Хи-хи, — закончив свой длинный монолог, я засмеялся. — И чего я тут сам с собой разговариваю?.. Я убрал пальцы и усмехнулся. Да уж. Говорю такие постыдные вещи. Если бы кто-то услышал, мне бы с собой пришлось покончить. ***

... Я вообще-то не сплю-у-у-у-у-у-у-у! Да. Так я кричала в душе. Вела себя будто сплю, но внутри был настоящий хаос. Казалось, что если слегка расслаблюсь... Из тела огонь хлынет. Так стыдно, что я умереть готова. А, блин... Как так вообще вышло?! Думала поиздеваться как обычно... Вообще-то... Я с самого начала не спала. Просто притворялась спящей, чтобы как и всегда поиздеваться над Куроей-куном. Я правда не выспалась, но когда сообщила ему это через Line, мне в голову пришёл хитрый план, я захотела проверить. Если я буду спать... Как он поступит? Было очень любопытно, вот я и сделала это. Я думала, что он сфотографирует, как я сплю или может пиджак понюхает. А может... П-поцелует? Что бы он ни сделал, я бы выдала ему: «Увы, а я не сплю! Хи-хи-хи, так что ты там сделать собирался? Ого, хм, вот что ты задумал сделать, пока я сплю, Куроя-кун». Однако... Такого я не ожидала. Куроя-кун... Ты чего про любовь внезапно заговорил?! Пока я тут сплю, ты тут про чувства распинаешься! Знаешь, как мне стыдно всё это слышать! Пусть ты думаешь, что я сплю, но всему же предел должен быть, чувства он выразить решил! Искренняя, невинная и серьёзная любовь... Я до боли ощущаю, как он меня любит... И так стыдно, что я умереть готова. Да что с моим сердцем и телом? И ещё... Это кандере. Я и не знала, что с латыни это значит «сиять». Вот уж не думала, что он в эти слоги такой смысл вложил... У... А, блин! Ува, ува! Ува, только это и могу сказать!.. Обычно такой стеснительный, так почему, когда я не вижу, таким честным становится?! Почему только когда я не вижу, он прёт напролом?! — ... Эх. Ну, такой вот парень Куроя-кун. Если подумать... Он и тогда таким же был. Когда думал, что я не вижу, становился очень честным. Наши пробные отношения начались в тот день... ***

— ... Люблю. После занятий я заболталась с подругами и слегка с запозданием шла в кабинет, как с той стороны меня встретило признание. Я была поражена. Так и стояла, вытянув руку к двери. А? А? А? Я сейчас «люблю» из кабинета услышала? И голос Курое-куну принадлежит. — Сирамори-семпай... Я уже давно тебя люблю. Могла бы ты стать моей девушкой! — ... М?! Погоди. Ну-ка погоди. А? Чего, чего, что происходит?! Это что... Признание?! Сирамори-семпай — это же я... Так что это... Признание мне?! А? А? Куроя-кун... Любит меня?! — ... Ну да. Эх. Такое признание... Это любой может, — по ту сторону двери и впрямь Куроя-кун отчитывал себя. — Даже как-то... Это ведь слишком просто. Чтобы Сирамори-семпай согласилась встречаться со мной... Надо её как-то удивить. Он точно репетирует признание. Не репетирует, просто слова подбирает... И всё же. Он на самом деле влюблён в меня. Куроя-кун... Любит меня... — ... Если честно... Я удивлена. Пока мы проводили время вместе, я несколько раз думала: «А? Неужели...» Но уверенности не было. Я могла выдавать желаемое за действительное, но что на самом деле, не знала. Однако сейчас я случайно узнала о настоящих чувствах Курои-куна. — Эх... Люблю. Люблю-у, — от всего сердца говорил он. И не знал, что я слышу, как он говорит про чувства ко мне. — Я хочу встречаться с Сирамори-семпай, стать парочкой. — ... М. — Хочу, чтобы она говорила, что любит меня, держаться за руки, ходить на свидания, вместе возвращаться из школы, встретиться по пути в школу, вместе прокатиться на велосипеде, переписываться через Line, иногда приходить в гости и вместе фотографироваться. — ... М?! Он так открыто о своих желаниях говорит, что мне стыдно. Так пылко и так невинно... — Хочу увидеть грудь Сирамори-семпай, хочу её потрогать, хочу помять... — ... Ну, и не невинно. Хм, тут ничего не поделаешь. Куроя-кун как раз в этом возрасте. — Я хочу встречаться с Сирамори-семпой... И хочу... Заигрывать с ней. Он всё менее литературно говорил о чувствах ко мне. Не только невинно, но и соответствующе возрасту. Помимо сияющих чувств, были кипевшие в нём желания, потому было ясно, что эта любовь настоящая. Вначале я была удивлена... Но вот уже вслушивалась. Удивление и стыд сменились счастьем. Я так рада. Никогда не была так рада. Никогда не была так счастлива. Ведь. Я всегда его... Щёлк. Сама не заметила, как открыла дверь. — К-Куроя-кун... Совершенно готовая... Если он признается мне сейчас в своих чувствах, я дам положительный ответ. Однако. — А, Сирамори-семпай. Ты задержалась. Я была на взводе, а Куроя-кун оставался спокоен. Спокойный, точно того состояния дере-дере и не было. — ... — Ты чего застыла? Закрывай дверь поскорее. — ... — Закрой до конца. Ты иногда щели оставляешь. Я из тех, кто не может не думать об этом. — ... О-он это серьёзно?! Так горячо про чувства говорил, даже стыдно было, а тут так резко изменился. Чего он тут цун-цун стал? Ничего себе. Я прямо впечатлена. Даже для цундере прямо слишком рьяный был. — ... Да, да, как следует закрыла, — привычно сказала я и закрыла дверь. Моё волнение... Поутихло. Как бы. Это... Немного бесит. Хм. Куроя-кун, поганец. Чего он в цун-цун превратился? А ведь пока меня нет, такой дере. Ведь любит же меня! — А ты всё про дверь... Какой ты брюзга. — А ты грубая, Сирамори-семпай. — Совсем не милый у меня кохай. Будешь таким колючим... И я могу тебя возненавидеть. — ... А я на любовь и не напрашивался. Врёшь ведь! На самом деле ведь хочешь, чтобы я тебя любила! Сам-то меня любишь! А-а, у-у, блин! Что это вообще?! Если любишь, так прямо и скажи! Признавайся и всё! И тогда. Тогда я... — Чем сегодня займёмся? Снова в реверси сыграем? — ... Ага, давай. Я улыбнулась и стала вести себя как обычно... Но внутри меня была буря эмоций. Они распирали меня, пока мы играли в реверси, и под конец вырвались наружу точно взрыв. Потому, когда я победила, сказала это.

...Я ведь тебе нравлюсь? ... Для начала может попробуем встречаться? ***

И вот снова сейчас. — ... М. Фуа. Я притворилась, что проснулась. — Проснулась наконец. — Куроя-кун... А, я что, уснула? — Похоже на то. Я принялась притворяться. К счастью Куроя-кун не заметил, что я не спала. Лицо спокойное... Даже бесит. — Куроя-кун, неужели... Ты что-то странное делал, пока я спала? — Не делал. — А, правда? Пока любимая девушка спит, ты ничего злодейского не сделал? — Не сделал. Даже пальцем не тронул. Вот как. Он перешёл в режим цун-цун, будто дере-дере и не было вовсе. Прямо как когда признание отрабатывал. Ну... Про «даже пальцем не тронул» — это ложь, и я это знаю. Как раз пальцами тронул. Чуть-чуть. Мои пальцы, совсем чуть-чуть. ... Если трогаешь, то хоть трогай как следует! Мог бы как полагается мужчине за руку взять! Или решительно взять и обнять... Если это Куроя-кун, я бы не против была. А он... Пальчик потрогал. А, блин, что он за тугодум такой? — ... Хи-хи. Ну. Всё же. Я не против. Ведь именно такой Куроя-кун... — ... Чего ты смеёшься? — Нет. Ничего. Эй, Куроя-кун, раз уж такие дела и я проснулась, может сыграем в игру? — Не пойму, какие ещё дела? Не очень довольный, он всё же согласился. Мы взяли реверси с полки и поставили перед нами. Четыре камня положены, начали. Я за белые, а он за чёрные. — Куроя-кун, может снова поставим на победу? — ... Не умею я ставки делать, так что не буду. — А. Неженка какой. — Отстань. Не могу я с давлением справиться. Соревнования — это не про меня. — ... Не один ты так думаешь. — А? — Нет, ничего. Я случайно проговорилась, но тут же покачала головой. Если любовь — это игра. Уверена... Куроя-кун думает, что постоянно проигрывает. Я захватила инициативу, а он бегает по кругу и не может победить. Кладёт камни, а вся доска в цвете противника. Так он думает. Но... — Эй, Куроя-кун. Знаешь, теорию о том, как победить в реверси? — Теорию? Их полно. — Назови основные. — ... Занять углы, не делать «стену», — он продолжал. — И ещё уступать вначале противнику. Получив нужный ответ, я улыбнулась. И сказала: — ... Да, точно. — Ты чего вдруг? — Нет, ничего. Уступать противнику вначале. Это азы реверси. В реверси важно занять больше клеток. Потому, чтобы зажать врага, вначале лучше не брать камни соперника, а позволить ему расставить их побольше. Говоря от обратного. Если противник расставит много камней вначале, в итоге проиграет. Эта теория... Возможно она и к игре под названием «любовь» применима. — М... Сложности на доске заставили Курою-куна задуматься. Видя его таким, меня подпирало поиздеваться. — Куроя-кун. — Что? — Я тебя люблю. — Пф... Ч-чего так внезапно? — М? Решила противника из равновесия вывести. — ... Не честно. — Хи-хи. Куроя-кун, у тебя лицо красное. Ничего ты не можешь перед внезапной атакой. — ... В следующий раз беруши возьму. — Хм. Придётся по твоему зрению ударить. — ... И маску для глаз. — А-ха-ха-ха. Тогда ведь ты играть не сможешь. Мы как обычно весело общались. Как обычно... Я занимала лидирующее положение. Так было уже давно, и с тех пор, как стали встречаться, наше положение укрепилось. Но... Не думаю, что оно сохранится надолго. Знаю. Я уверена. Когда-нибудь я... Проиграю Курое-куну. — ... Глядя ему в лицо, я в душе проговорила. Прости, Куроя-кун. Не дождалась я твоего признания. При этом признаться самой храбрости не хватило, и я высокомерно предложила: «Для начала может попробуем встречаться?» Я назвала тебя цундере, но при этом и сама не такая уж и честная. Мне стыдно обнажить собственные чувства, потому я только и делаю, что подшучиваю над тобой. Но прошу, позволь мне это. Думаю... Долго это не продлится. Я всё сильнее влюбляюсь в тебя. И из-за того, как сильно тебя люблю, больше не смогу быть тебе старшей сестрёнкой как сейчас. Если приводить пример из реверси, я будто в самом начале пытаюсь заставить всё белыми. Может показаться, что я в более выгодном положении. Но в этой игре... Тот, кто больше выставит вначале, проигрывает. Вот и я когда-нибудь проиграю. И под конец всё изменится. В итоге моё сердце будет полностью занято тобой. И... Я хочу проиграть. Жду когда это случиться. Хочу, чтобы в моём сердце был лишь ты. И всё же... Наши нынешние отношения мне тоже нравятся. Так что... Куроя-кун. Позволь сестрёнке ещё немного поиграть с тобой.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

«Что если человек узнает, что ты его любишь» — для подростка это прямо серьёзный вопрос. Это как открыть слабость или дать право на убийство себя. Особенно для ранимого человека... Для него это смерти подобно. Когда вырастаешь, то понимаешь: «Любить кого-то — не постыдно»... Но подростку тут куда сложнее. Влюбляясь, он испытывает стыд, не может контролировать своё сердце и его охватывает чувства пораженчества. Влюбиться — слабость. Если влюбишься — проиграет. Но важно тут то, что даже если проиграл, это ещё не конец. Любовь, которая началась с поражения, вполне может закончиться победой. С вами Нозоми Кота. И это новое произведение. Любовная комедия про влюбившегося мрачного парня-цундере и заметившую его чувства красавицу-семпай. В последнее время я только и пишу про героинь постарше, вот и в этот раз тоже. Захотелось изобразить очарование героини-семпая, которая старше всего на год. Никакого гарема, буду стараться писать про отношения двух людей. Ну... С таким героем гарема всё равно не выйдет. Первый том оказался готов... А Куроя-кун ни с одной девушкой даже словом не перекинулся, кроме Сирамори-семпай... Только с матерью... Вначале хотелось больше показать четырёх великих красавиц, но я что-то увлёкся отношением парочки, вот так на них и остановился... Они появятся во втором томе, наверное. Далее благодарности. Редактор Накамизо-сама. Спасибо за помощь и в этот раз. «Вот тут на миллиметр правее», — спасибо вам за вот такие небольшие коррективы. Иллюстратор Хюга Адзури-сама. Спасибо за прекрасные иллюстрации. Семпай такая милая, и Куроя-кун тоже милый! Полагаюсь на вас и в дальнейшем. И спасибо читателям, которые держат эту книгу в руках. Если повезёт, увидимся во втором томе. Нозоми Кота

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

Мне с детства друзья говорят, какая я взрослая. Друзья в школе, учителя, соседи. И... Даже родители. Конечно отчасти дело и в том, что физически я развиваюсь немного быстрее своих сверстников, но, думаю, дело ещё и в том, что я такая внутри и снаружи тоже. Я... Похожа на взрослую. Без хвастовства и скромности, это вполне объективная оценка. Друзья скорее уж пытаются сделать комплимент, когда говорят, что я взрослая, но, если честно, я этому не рада. Ну, не скажу, что это меня печалит. Что тогда... Да ничего. Я ничего не испытываю. Ведь. Ведь когда взрослый говорит «взрослая», он подразумевает «ребёнок, от которого нет проблем». Я часто слышу это от родителей и учителей. Всё понимает. Не капризничает. Не мается дурью. Взрослая, которая не игнорирует родителей и не предлагает «давай повеселимся вместе» или «давай куда-нибудь сходим», не приводит никого домой и всё время одна читает книги и учится... Такой ребёнок с точки зрения взрослых тоже «взрослый». В таком случае... Я как раз такая и есть. Ведь так я и живу. Только так я и могу жить. Прямо мне об этом не говорили, но мне кажется, что все вокруг хотят, чтобы я была «взрослой». Вот я и отвечаю на их ожидания. Не хотела этого, но хочу ответить на их ожидания. «Вести себя как взрослая... Хочу стать взрослой», — думала я. И тогда, когда-нибудь...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Подмигивающее лицо

Великая четвёрка красавиц. В школе Мидориба, куда я хожу, есть четыре настоящие красотки. Они дружны, часто ходят вместе и своей внешностью притягивают внимание. На первом году они вроде были в одном классе, тогда-то и появилось это глупое «великая четвёрка красавиц». Сейчас они... Уже на последнем третьем году обучения. Все учатся в разных классах. И потому... По школе они уже не так часто ходят вместе. Не потому что перестали дружить... Такие популярные особы стараются не собираться вместе в классе во время перерывов. Иначе к ним начнут подтягиваться люди. В кабинете обязательно кто-нибудь станет с ними общаться. Потому в школе они не собирались вместе. Может... Им не хотелось привлекать внимание. Ученики третьего года уже привыкли к этому, но для первого и второго годов обучения девушки так и остались источником слухов. Если только соберутся хотя бы трое... — ... О, смотри, там. — Круто, четвёрка красавиц!.. — К тому же... Их сразу трое!.. Сразу все начинали переговариваться. Во время обеда в столовой некоторые ученики сразу же начали шуметь. Скорее всего первогодки. Считали, что им повезло встретить красавиц, про которых все говорили. Оказывалось... Что даже три из четверых привлекают внимание. В столовой появились... «Загорелая гяру». «Лоли с двумя хвостиками». И... «Замужняя». Все взгляды были обращены на них, а они спокойно подошли к автомату с билетами... Хотя. На ребят не обращали внимания лишь двое из них. «Загорелая гяру» и «замужняя». — Йей, йей. Мир, мир. А последняя... «Лоли» заметила, какое им уделено внимание, и мило улыбнулась. Она махала руками и показывала «мир», демонстрируя своё расположение. «Лоли с двумя хвостиками»... Сакон Рино. Такая миниатюрная, что не догадаешься, что она в третьем классе старшей школы. Янтарные волосы свисали двумя хвостиками, усиливая впечатление её детскости. Глупо конечно, я будто за прозвище нахваливаю... Но оно и правда подходит ей, девушка очень милая и красивая. — Младшенькие полны энергии. И все без ума от Рино-тян. — Прекрати, глупая. Одаривавшую всех милой улыбку Сакон-семпай в голову ткнула Укё-семпай. «Загорелая гяру»... Укё Ан. Как и гласит её прозвище, она загорелая гяру. Взгляд резкий, к тому же красится, прямо производит впечатление колючей особы. Раздражённым взглядом она смотрела на Сакон-семпай. А у той в глазах появились слёзы и она надулась. — Больно! Блин, ну ты чего, Ан-нян! — А ты не делай ничего такого постыдного. — Я ничего постыдного и не делала. Просто показала милым младшеклассникам милую-премилую Рино-тян. — О том и речь. Блин... Потому я и не хотела обедать с тобой. — Не достаёт тебе духа услужливости. Должно быть ты ещё не до конца пробудилась как одна из великой четвёрки красавиц, Ан-нян. Мы вроде как группа идолов этой школы. — ... Этому тупому прозвищу одна только ты радуешься, — Укё-семпай явно была раздражена. Среди всех девушек только Сакон-семпай радовалась этому прозвищу. — Да уж, осторожности тебе не хватает. Мы ведь не знаем, кто и когда может нацелиться на это прозвище.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Готова отдать его в любое время. — ... Уверена? Уже скоро... «Она» возвращается с учёбы из-за границы. И мы снова будем с нашим легендарным изначальным харизматичным и прекрасным лидером пятёрки... — О ком ты вообще?! Не было у нас никого изначального. — Нья-ха-ха-ха. Ну да. Мы с первого класса вчетвером. Стоило Укё- семпай указать на это, и Сакон-семпай рассмеялась. Похоже легендарного изначального члена на самом деле нет. Чёрт. А я на миг поверил. Были байки о «пятой» и «фантомной нулевой». — Блин... Эй, Касуми. Скажи ей что-нибудь тоже, — поражённо проговорила Укё-семпай. И ответила ей девушка... С прозвищем «замужняя». — А? Я? Хм, ну. «Замужняя» Сирамори Касуми. Высокая и стильная, но при этом собранная. Она выглядела скорее не как красивая девушка, а красивая женщина, ученица третьего года старшей школы, обладающая взрослой красотой. Помимо ужасного прозвища она ещё была «президентом литературного кружка». Между прочим... Я её заместитель. — Ну, я согласна с Ан. Мне все эти странные штуки не очень по душе. Хотя и чувства Рино я могу понять, — Сирамори-семпай улыбнулась им. — Желание как-то услужить парню, который говорит, что ты ему нравишься, — с хитринкой сказала она и осмотрелась вокруг. И... Нашла меня. Я ел в углу столовой, когда наши взгляды встретились. — ... М. Когда это случилось, всё моё тело напряглось. А видевшая это девушка самоуверенно улыбнулась... А потом подмигнула. Просто закрыла один глаз. Только это сделала и всё... А я после этого места себе не находил. Эй, эй... Чего вытворяет семпай? Неизвестно, кто может увидеть, а она такое выкидывает!.. Особое обхождение. Что это ещё за особое обхождение?.. И... «Парню, который говорит, что ты ему нравишься», — это про меня скорее всего. Она похоже знала, что я украдкой смотрю на неё и слушаю, потому и подмигнула. А, блин. Я ей не соперник. Что это за чувство поражения?! Пока я страдал, мой друг, Токия, сидевший напротив, улыбался. Судя по лицу, он тоже заметил подмигивание. — Завидую я вашим заигрываниям. — ... Замолчи и отвали, — холодно и бессильно ответил я.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Сирамори Касуми. Одна из «великой четвёрки красавиц», называемая «замужней». Она мой семпай и президент кружка, в котором состоим лишь мы двое, к тому же она популярна среди парней и девушек благодаря своей красоте и общительности... И сейчас она пробно моя, Курои Сокити, девушка.

Так. И почему же я, мрачнейший из мрачных начал встречаться с самой популярной девушкой школы? Для этого надо вернуться на месяц назад. Объясню все самые важные моменты по порядку. Я... Влюбился в семпая, состоящую в одном кружке со мной. Было неловко, но я влюбился в неё без оглядки. Можно сказать, что прямо с первого взгляда как встретил, а потом целый год мои чувства крепли. Конечно я прекрасно понимал, что не пара ей. Она добра ко мне, потому что добра ко всем, и не стоит считать себя особенным. Если буду рассчитывать на что-то большее, то только сделаю больно нам обоим. Я совсем не считал, что мы подходим друг другу. Не думал, что мы можем встречаться. Но всё же... На что-то я продолжал надеяться и практиковал признание после занятий в комнате, а ещё представлял, каким будет свидание. Придумывал всякое, но боялся причинить боль, потому никаких действий не предпринимал, вот такой я жалкий. Как-то так я и проводил дни с моим любимым семпаем, испытывая пустоту и раздражение из-за того, что не могу сделать шаг вперёд... И вот месяц назад. Как-то в мае после занятий. Случилось нечто, что изменило наши отношения.

... Я ведь тебе нравлюсь?

Похоже... Семпай узнала о чувствах, которые я скрывал. И от того, что ей стало известно о моих чувствах, я был готов умереть от стыда, но...

... Для начала может попробуем встречаться?

Случилось то, чего я не ожидал, и благодаря этому я продолжаю жить. Пробно встречаемся. Я не очень понял, что это вообще было, но поддался предложению Сирамори-семпай, мы стали встречаться. Нет, ну. Как-то неудачно «поддался предложению». Совсем не круто. Вообще не похоже на равные отношения.

... П-п-пожалуйста! Встречайся... Со мной. Пусть и пробно... Я хочу встречаться с семпаем.

... Стоит просто вспомнить, и уже умереть хочется. Она узнала о моих чувствах, предложила встречаться и сделала так, что я пошёл у неё на поводу. ... Убожество. Жалкий я. Ну и вот. С такого полного разгрома начались наши пробные отношения. Если честно... Я до сих пор ничего не понимаю. Всё кажется нереальным, будто весь месяц это не со мной было. До сих пор переживаю, не сон ли это. Такая красавица — моя девушка... — Ты уже почти месяц встречаешься с Сирамори-семпай. Я ещё не восстановился после подмигивания, как простодушно заговорил сидевший напротив Токия. Нельзя же о подобном так спокойно говорить. — Э-эй... Ты совсем дурак, не так громко. — А? — Говорю же... То что я... С ней встречаюсь... — я почти перешёл на шёпот. Прикрыл рот рукой и проговорил. — А, это секрет ото всех, да? — ... Верно. — Отстой. Могли бы и нормально встречаться. — Так мы решили. Обсудив, мы решили держать наши отношения в тайне ото всех. Я сказал только Токии, а Сирамори-семпай похоже до сих пор никому не рассказала. — Ну, я могу тебя понять. Шумиха ведь поднимется, если кто-то начнёт встречаться с такой знаменитостью... Особенно при том, что избранник тип вроде тебя. Не представляю, что за слухи начнут расходиться. — ... Раз всё понимаешь, будь осторожнее. Причин скрывать было много... Но в основном всё дело было именно в том, что озвучил Токия. Не хотелось, чтобы на меня зло пялились. Если неприметный тип вроде меня будет встречаться со школьным идолом, я просто не представляю, сколько ненависти мне придётся вынести. Не нужны мне любопытствующие взгляды. Хотя Сирамори-семпай не особо переживает из-за этого, и даже сказало нечто милое: «Потом всё равно нас раскроют, так что пока хочется повеселиться и подержать наши отношения в тайне». — Да знаю, просто нам ни к чему так осторожничать. Одно дело если прямо признаться, но нас точно никто не раскроет. — Это почему? — Потому что даже если ты скажешь «я встречаюсь с ней»... Скорее всего никто не поверит. — ... Прозвучало грубо, но возразить мне было нечего. В-ведь и правда... Даже если не буду стараться и скрывать, всё равно никто ничего не узнает. И как бы я ни признавался «я встречаюсь с Сирамори-семпай», никто мне не поверит. Скорее подумают: «А, это тебе сон такой вчера приснился?» Похоже нежданно я обжился идеальной защитой. Ха-ха-ха... Я настолько секретный, что плакать хочется. А тем временем. — ... Эй, не там, давай здесь, — сказала державшая еду Укё-семпай. Когда две другие девушки собирались сесть, она прошла немного дальше. — А? Почему туда? Где угодно ведь сесть можно. — Если где угодно можно, то и здесь сойдёт. — Бу. Ну и настырная ты, Ан-нян. Я ведь не хотела сегодня идти в столовую, а ты настояла... — Ладно тебе. Сирамори-семпай погладила по голове жаловавшуюся Сакон-семпай. В итоге они сели с Укё-семпай. И сели они недалеко от нашего столика. — ... М? И тут я заметил. Укё-семпай... Посматривала в нашу сторону. Ува, вот блин. Заметила, что я на них смотрел? Считает, что я мерзкий?.. Мрачный тип, смотрящий на девчонок — это настолько убого? Всё же гяру добры к мрачным парням только в выдуманном мире?! Мои мысли убивали меня, но похоже я ошибся. В её взгляде не было раздражения или усмешки... Скорее наоборот. Укё-семпай как-то напряжённо посматривала в мою сторону. Нет. Сюда... Но не на меня. Она смотрела в мою сторону... Но не на меня, наши взгляды не встретились, а значит смотрела она не на меня. А раз не на меня... — ... Эй, Токия, — тихо заговорил я. — Укё-семпай... На тебя смотрит, что ли? — М? Парень удивился, обернулся назад и посмотрел на Укё-семпай. И стоило сделать это. — ... М. Девушка тут же отвела взгляд. — Что такое, Ан-нян? — Н-ничего. После вопроса Сакон-семпай, она тут же начала волноваться. Ясно, что что-то не так. — Эх... — Токия тяжело вздохнул и стал чесать голову. — Ничего, — сказал он. Его реакция говорила о том, что явно «чего». Хм. Что это значит? И Укё-семпай буквально вынудила остальных сесть сюда, неужели её цель... — ... М. Пока я размышлял, в кармане завибрировал телефон. Это было сообщение от Сирамори-семпай.

«Яхо. Сегодня обедаем поблизости».

Сообщение напоминало лёгкий джеб. Я так же ответил.

«Значит ты сегодня в столовой?» «Ага, Ан позвала».

Обычно у неё с собой было бенто. Она каждый день его готовила. Когда забывала, то обедала в столовой, но... Хм. Раз её пригласили, значит Укё-семпай сделала это вчера. Всё становится подозрительнее. И пока я думал об этом.

«Кстати».

Сирамори семпай сменила тему. Резко сменила.

«Видел, как я тебе подмигнула?»

— ... М. Я был удивлён, хотя вполне ожидал, что она спросит об этом. Как бы. Думал, что в Line она должна была этой темы коснуться.

«А? Так ты подмигнула?» «Врёшь. Я всё видела, можешь не обманывать. Ты так всполошился, я отлично это разглядела».

Так она всё видела? Отлично разглядела? Раз так, могла бы и не спрашивать, видел ли я...

«Ну, мне показалось, что ты увидел, хотя уверена я не была. Тут как, подмигнул и всё. Увидел это кто-то или нет, записи не остаётся». «Ага... Точно».

Тут сообщения прекратились. Момент был тревожный... Будто она что-то зловещее задумала, и вот отправила нечто ужасающее.

«Куроя-кун, ты тоже подмигни».

А? ... А? «Зачем это?» «Подмигнуть — это ведь секундное дело. Подумаешь, в этом ничего такого». «... У парней отстойные подмигивания». «Хм. Вот как. Жаль».

Сирамори-семпай как-то слишком просто сдалась. Странно. Я думал, она куда настойчивее будет.

«Я подумала, что это романтично будет. Что мы будем тайком перемигиваться в таком месте».

Я прямо ощущал печаль в её словах. Вроде ничего плохого не сделал, а чувствую себя виноватым. Что если это подмигивание не издёвка, а проявление чувств? В обществе людей это тайный знак, понятный лишь паре влюблённых, которые встречаются тайком... Что если такой романтики она от меня ждёт? И я, хоть и понял это, ничего не сделаю? Нормально ли это? ... Ну. Может семпай поняла, о чём я думаю, потому и отступилась... И всё же. Вот я жалкий, раз всё думаю, являлось ли это подмигивание каким-то обманом или нет. Вот ведь. Вот она, слабость влюблённого. Я набрался решимости и поднял голову. Я посмотрел на Сирамори-семпай... И по чистой случайности она посмотрела на меня. Ожидая чего-то, она смотрела на меня. И под её взглядом я мог лишь одно. Сжал зубы, подавил смущение, открыл глаз шире и... Хлоп. Закрыл глаз, подмигнув. И в следующий миг... — ... Пф! — семпай прыснула. Громко так прыснула. Даже подавилась, Укё-семпай и Сакон-семпай переживать начали. — Пха! Т-ты чего, Сокити? Ха-ха-ха, — сидевший напротив Токия громко рассмеялся. — Ха-ха-ха. Н-ну ты и рожу внезапно состроил, на раздавленную цикаду был поход. Моё подмигивание было признано чем-то странным. Значит я был похож на раздавленную цикаду.

После занятий. — Пф... А-ха-ха. Вдвоём мы находились в комнате литературного клуба. И Сирамори-семпай всё ещё не отошла после подмигивания. Она держалась как могла, но не выдержала и засмеялась. — А-ха-ха... Хи, хи-хи-хи. Ах, ну ты странный. — ... Ты слишком много смеёшься. — Хи-хи... Я ничего не могу с собой поделать... Вспомнила и опять засмеялась. Главное как резко... — весело говорила она. — Значит подмигивать ты не умеешь, Куроя-кун. — Вроде же я подмигнул. — Нет, ты не умеешь этого делать. Вообще не умеешь. — ... Просто я обычно никому не подмигиваю, соглашусь, что не так уж умел в этом, но суть та такая. — Нет, нет, даже не близко. Я был в замешательстве, а Сирамори-семпай достала из сумки зеркальце. — Вот. Сам убедись. — ... Я неохотно взял зеркальце. Она явно перегибает. Слишком уж смеётся над чужим лицом... Грубо это. Я понимаю, что получилось так себе, но не настолько же странно, чтобы смеяться. Открыв зеркальце, я поставил его перед собой. А потом как во время обеда... Стиснул зубы, открыл глаз шире и подмигнул. И результат... — ... У-ува. Поразил меня самого. А, а-а-а? Погоди-ка. Что это было?! В зеркале раздавленная цикада была?.. Если объяснять... Лицо моё до забавного перекосило, глаз слегка закатился, рот открыт, хотя это скорее просто выглядит так, будто я губы не до конца сжал... Вот это да. Скалюсь прямо как Мияги при броске в матче против Санно из «Slam dunk». Так и вытягиваю «и». — А-ха-ха-ха-ха... Не могу, правда не могу, ну и физиономия у тебя!.. Я испытал шок и отчаяние, а Сирамори-семпай расхохоталась. — Чего ты вообще скалишься? — Э-это... Для решительности. — Н-ничего не поняла... А зачем глаза шире открываешь вначале?.. — ... Ч-чтобы стыд подавить. — Всё ещё не понимаю... Хи-хи, а-ха-ха. Она уже за живот от смеха хватается. А меня стыд стал ещё сильнее переполнять. Подожди-ка. Я что... Настолько плохо подмигиваю? — Эх, вот удивил. Я-то задумала это, чтобы поиздеваться, а в итоге смогла увидеть новую сторону Курои-куна. Я думал, что она наконец прекратила смеяться, а девушка опять начала лыбиться. Вечной своей издевательской улыбкой. — Не думала, что ты такую смешную фишку прячешь. — ... Фишку. Жестоко. Я ведь серьёзен был. — Хм. Ну и ладно. От неумения подмигивать ещё никто не умирал. — Ну не дуйся, блин. Прости, что смеялась, — теперь она извинялась. — Но почему у тебя не получается? — удивлённо спрашивая, Сирамори-семпай стала подмигивать. Блин. Такая милая. — Это ведь так просто. — ... Обладающие талантом всегда так говорят. «Так просто». Знаешь, какую боль причиняют те, кто между делом произносят такое?.. — Ты преувеличиваешь. Ну, вообще и правда преувеличиваю. Никакой боли. Как-то без разницы, умею я подмигивать или нет. — Да подумаешь. Просто больше никогда не буду подмигивать. Я решил мыслить позитивно. Буду считать, что сегодня я узнал о собственном недостатке. Если бы не сделал это сегодня, опозорился в другое время ещё сильнее. — Ладно тебе, не говори так. Может лучше немного попрактиковаться. — Попрактиковаться?.. — Да, чтобы ты нормально подмигивать смог. — ... Я же сказал, что в жизни это не мешает. — Хм, интересно, почему же у тебя не получается? Меня не спрашивай. Но похоже это то, через что приходится пройти, когда вы встречаешься с кем-то. — Может дело в лицевых мышцах? — Может. У меня они совсем затвердели, — высказал я своё мнение. — Актёры, идолы, телеведущие... Все, кто на публику работают, говорят, что поднимали уголки губ, тренируя мышцы лица, перед тем, как выйти на люди. Так они и начинают всегда улыбаться, у них постоянно мягкая и располагающая улыбка. Они со своими лицами родились... Но похоже «привлекательность» и стараниями получить можно. Поднимать уголки губ и разрабатывать мышцы лица, стать привлекательным для остальных. — Первое впечатление важно на девяносто процентов, и умение хорошо улыбаться очень важно в человеческих отношениях. Даже просто понимая это, тренироваться не обязательно, у жизнерадостных и улыбчивых людей лицевые мышцы и так натренированы. — ... — А... Ч-что? — Да просто, — на лице девушки была озадаченность. — Просто подумала, что хоть ты и понимаешь это, но не делаешь. — ... Понимать и делать — вещи разные. Хороший аналитик хорошим спортсменом не станет. Я мрачный. Теории общения у меня в голове хватает. Но я не воплощаю её, нет желания. Когда в классе слушаю чужие разговоры, то думаю: «а, тут бы я ответил так», «нет, тут лучше сразу этого не говорить», «дурак. Возьми темпуру и улыбнись», но при этом никогда ничего такого не делаю. Если сделаю шаг вперёд, мир изменится... И никто так просто не сделает шаг, способный изменить твой мир. — То есть... Жизнерадостные люди живут весёлой жизнью, постоянно улыбаются и производят хорошее впечатление на других, круг их общения увеличивается и так по кругу. А такой как я улыбаться не умеет, впечатление я не лучшее произвожу и в итоге почти ни с кем не общаюсь, а это уже порочный круг... — Какой-то печальный вывод... — пожалела она. — Ну, если дело в мышцах лица, это вполне можно исправить, — жизнерадостно сказала девушка и стала растирать щёки руками. — Вот, попробуй сделать вот так. Хмык. Потянув за щёки, она оттянула уголки губ. Выглядело это странно, но до раздражения понятно. — Будешь так делать массаж, оживишь свои мёртвые лицевые мышцы. — ... Да подумаешь. Пусть покоятся с миром. — Блин. Сдаёшься, даже не попробовав. — Отстань, тебя это не касается, семпай. — Касается. «Ведь», — продолжила она. Поднялась со стула и подошла ко мне. — Я хочу видеть разные выражения на лице Курои-куна. Она хитро улыбнулась и села на стул рядом со мной. Жамк. Протянула руки и коснулась моих щёк. — ... М. Удивлённый, я хотел отодвинуться назад, но голова не двигалась. Она не просто коснулась меня, а крепко взялась руками за моё лицо. — Т-ты что делаешь?.. — М? Я же говорила. Любовный массаж. И. Когда с её губ сорвались эти слова... Кончики пальцев на моих щеках начали двигаться. Нежно они растирали мои щёки. — Ва, у тебя такие мягкие щёки. — ... М. Эй, ну-ка постой. Что вообще происходит?.. Трёт. Сирамори-семпай трёт мои щёки. Э-это... Явный перебор. Хоть мы и встречаемся, всего раз за руки держались... А теперь она моё лицо трогает. Ощущение, что социальная дистанция пройдена. Ничего плохого вроде, но явно что-то опасное происходит. И это... Так стыдно! — Трём, трём. Игнорируя то, что меня переполняла неловкость, Сирамори-семпай продолжала забавляться с моими щеками. — П-потохти... Пехати пахахуста. — А-ха-ха. Не понимаю, что ты сказать пытаешься. — Фм, м... — Эй, попробуй сказать «школьная библиотека». — Не фкафу. — Хи-хи-хи, — хитро захихикала она. — А. Будет больно, ты скажи, я сразу остановлюсь, — но при этом оставалась доброй, так что возразить я не мог и просто терпел. Мои щёки тянули и мяли, она обращалась с ними как с игрушками... — ... Просто позволяешь, — пробормотала Сирамори-семпай. — ... А? — И даже не нанесёшь ответный удар? — в голосе было недовольство. Я посмотрел на неё... И увидел, что она, слегка смутившись, чего-то ждала, смотря на меня. — Ответный удар... Она прекратила мять мои щёки, и я мог говорить нормально. Теперь она просто прижимала руки к моему лицу. И так мы смотрели друг на друга. — И-и что мне делать?.. — Сам думай. — ... М. Что делать? Что мне делать? Ответный удар... То есть то же самое сделать? Начать массировать щёки Сирамори-семпай... ... Н-не смогу. Я ни за что не смогу это. Для меня это невозможно. Потрогать чужие щёки... Это не то же самое, что и за руки держаться. Такое позволительно, если вы близки и тебе разрешили... — ... Эх. Похоже и сегодня я не дождусь ответного удара от Курои-куна. После такой провокации голова запылала. Я испытывал обиду, а ещё считал себя жалким. Во мне росло раздражение от того, что даже после таких слов я ничего не мог. Я вновь... Посмотрел в лицо Сирамори-семпай. Большие обворожительные глаза. Длинные ресницы. Прямая переносица. Соблазнительные губы... Она красивая и милая, прямо величайшее произведение искусства. И мне было боязно коснуться её. И всё же... Внутри зарождалось желание потрогать. Прекрасное создание, которого хотелось коснуться, а коснувшись, сделать своей... — Х-хорошо, я нанесу ответный удар. Мой голос дрожал. — Но за себя не отвечаю. — ... Ага, давай. На миг от удивления её глаза округлились, но потом Сирамори-семпай спокойно улыбнулась. — Что бы Куроя-кун ни сделал, я спокойна. Она спокойна, потому что я неумеха, не способный ни на что серьёзное, или же... Хотя эти её слова сорвали тормоза во мне. Я вытянул руку. Переполняемый решительностью и желанием, которые перебороли стыд, я заставил своё тело двигаться. — ... М. Сирамори-семпай слегка дрожала, но не сбежала. Убрав руки от моего лица... Она прикрыла глаза. И теперь была совершенно беззащитна. Не выказывая, что будет сопротивляться, она ждала моего нападения. Будто доверила мне своё тело. Казалось, что можно всё что угодно... Я сглотнул слюну. Сердце стучало как отбойный молоток. Я всё выше поднимал руку, вот уже почти коснулся щеки закрывшей глаза девушки... Но нет. Рука прошла мимо щеки и остановилась над её головой. И вот я погладил её по макушке. — ... А? — прозвучал озадаченный голос. Сирамори-семпай открыла глаза... А я мог лишь отвести взгляд. — Это ответный удар? — ... — Погладил по голове... — ... Блин, ну прости, — извинился я, оставаясь проигравшим в любви. Не могу! Всё же не могу! Хоть она и такая беззащитная, я ничего не могу! Не могу коснуться её лица... Как и чего-то похлеще. Я думал, у меня тормоза сорвало, да только сразу же активировалась система для предотвращения аварий. Чёрт... Антикризисное управление слишком уж идеальное. В итоге со всеми моими терзаниями... Я смог коснуться только той части, где кожа слабее всего ощущается, волос. Эх, уже начинаю ненавидеть себя за то, какой я слабак. И я не представлял, чего теперь ждать в ответ. Вот уже сглотнул слюну, но. — ... Хм. Вот как.

В версии с изображениями тут находится картинка. Тут впору было удивляться. Сирамори-семпай не собиралась издеваться. Она погладила то место, которого я коснулся, и довольно улыбнулась. — Хи-хи. Ответный удар засчитан. — ... А? Похоже она рада? П-почему?.. Я ничего не понимал, пока Сирамори-семпай выглядела довольной.

Время клубной деятельности подошло к концу, и мы вместе покинули кабинет. Хоть мы и встречались, но идти вместе до стоянки, где стоял мой велосипед, было уже давно обычным делом. Что будет дальше... Ну, тут от настроения зависит. Мы можем ещё пройтись вместе или заглянуть куда-нибудь. — Если регулярно массажировать, возможно ты сможешь нормально подмигивать. — ... Нет, не стоит. Просто забудь. Забудь и про подмигивание, и про массаж. Переобувшись, мы вышли на стоянку. Она снова раскопала тёмную страницу моей жизни, что подпортило мне настроение. А сама Сирамори-сан начала хихикать. — Но, знаешь, Куроя-кун, ты говорил, что у тебя лицевые мышцы мертвы... Но это точно не так. — А?.. — Ведь я... За этот год видела столько разных выражений на твоём лице. И все они были выразительными. — ... М. К-как же стыдно. Конечно я не стараюсь казаться крутым или спокойным, но когда кто-то говорит, про меня «выразительный», это так стыдно. — Особенно последний месяц был просто невероятным. С тех пор, как мы начали встречаться, я увидела столько неловкости на твоём лице, сколько до этого никогда не видела. — Ух... К тебе это тоже относится, — всё же ответил я. — С тех пор, как мы пробно начали встречаться... Я увидел выражения, которых раньше не видел у тебя. — А, вот как? — на миг она замолкла. — М... Ну, вполне может быть, — кивнув, она слабо улыбнулась. — Показала Курое-куну то, что не показывала другим. — ... М. Снова слова, из-за которых сердце забилось быстрее!.. Эх, не могу. Думал, что смогу нормально ответить, а получил в ответ что-то в разы потяжелее. Никогда мне не победить. — Хи-хи. Я в нетерпении. Пока я изводился из-за чувства проигрыша, Сирамори-семпай посмотрела на меня и весело улыбнулась. — Оставшаяся школьная жизнь... Пусть осталось меньше года, мы увидим ещё много выражений, каких не видели раньше. И для этого мы... Стали парнем и девушкой. — ... Пробно. — Пусть и пробно. Сказав это, она уверенно улыбнулась. Сирамори-семпай... Третьегодка. Этот год станет последним в школьной деятельности. Весной годом ранее мы познакомились и провели вместе много времени в одном клубе, успели пережить разные события. Летние каникулы, спортивный фестиваль, культурный фестиваль, школьная экскурсия семпая, зимние каникулы, рождество, День святого Валентина... Всё, что обычно случается в году. И в этом году будет то же, что и в прошлом. Но. Наши отношения месяц назад изменились. Из простых отношений семпая и кохая мы сделали шаг вперёд. И из-за того, что отношения изменились, те же события будут ощущаться иначе. И предстанем мы теперь друг перед другом иначе. Пусть и пробно, Сирамори Касуми стала моей девушкой, и конечно мне интересно, какой ещё я её смогу увидеть.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Подозрение в измене

Всякие измены казались мне чем-то из иного мира. Конечно по телевизору показывали про измены всяких знаменитостей, но для меня это было не более чем просто глупостью. Если точнее... Я смотрел на это свысока. Мне казалось, что я и измены существуем в совершенно разных мирах. Потому я и подумать не мог. Что меня будут спрашивать о таком... — ... — ... В кабинете воцарилось болезненное молчание. Тут были лишь я и семпай. Вот только мы сидели не на привычных местах. Сирамори-семпай сидела на стуле... А я на полу. Не то, чтобы меня заставляли. Просто раз, и я уже тут. При том, какая мощная аура недовольства исходила от неё, я не мог сесть на стул. Колени подогнулись и я опустился на пол. — ... Эх, — болезненную тишину нарушил вздох Сирамори-семпай. — Я... Просто в шоке. Вот уж не думала, что ты занимаешься таким в тайне от меня. — ... М. На семьдесят процентов разочаровавшись, а на тридцать злясь, она смотрела на меня, а я ощущал боль в животе. Девушка почти всегда улыбалась, но в этот раз выражение на лице было до жути холодным. В руке у неё был... Смартфон. Не её, а мой. А на экране... Кое-что было. — Это ведь... Уже измена. — Что... П-подожди-ка! — тут же ответил я. — Изменой... Такое сложно назвать. Подобное до измены просто не дотягивает... — Все изменщики так говорят. — ... М. — Хотя бы понял, что предал меня. Потому ведь и пытался это скрыть? — Это... На её осуждения сказать мне было нечего. Эх... И как так вышло? Мрачного типа вроде меня любимая заподозрила в измене...

Вернёмся на несколько десятков минут назад. В то время, когда мы ещё были счастливы. — Эй, эй, Куроя-кун, — обратилась ко мне с улыбкой сидевшая напротив Сирамори-семпай. — Куроя-кун, как думаешь, откуда начинается измена? — Измена? — Да. Мы уже немного говорили об этом. Когда период знакомств обсуждали. — А... И правда говорили. Тогда Сирамори-семпай предложила: «Будет развивать наши отношения как у иностранцев, то есть с помощью периода знакомств». Она объяснила всё, а я ответил: «Погоди-ка, Сирамори-семпай. А разве в период знакомств... Не проводят время с разными партнёрами одновременно?» Тут я начал паниковать. И в итоге... Я выкопал себе такую яму, что даже вспоминать не хочется. — Мы решили встречаться пробно, но без измен... Вот я и подумала, откуда начинаются измены. Тут же у всех по-разному. — ... И правда. У измены есть свои критерии. И у всех они отличаются. Будь это на уровне закона, измена определялась бы физическими отношениями. Как бы люди ни любили друг друга, если физической связи нет, то это не измена, а если связь была, пусть лишь раз, это измена. Но это к супругам относится. А парам, которые не помолвлены и не женаты... Закон об изменах ничего не запрещает. Потому очень важно иметь чёткое понимание. — Ан из-за этого со своим парнем рассталась. Из-за измены, и ещё до этого проблемы были. Одна из великой четвёрки красавиц... Укё Ан. Ого. Так у неё парень был. — Хоть у него и была девушка, он всё равно на всякие свидания в слепую ходил... Всё настаивал, что это никакая не измена, а Ан говорила, что если он тайком на них ходит, это точно измена, так они и поссорились. Хм. Вот оно что. Ну, мрачному типу вроде меня такого просто не понять. — А ты что думаешь, Куроя-кун. — Ну, я... Наверное поддержу Укё-семпай. Дело было не в том, что я просто хотел поддержать подругу семпая. Я правда так думаю. — Нельзя ходить тайком на всякие свидания. — Ого. Значит, если тебя пригласят, а у тебя будет девушка, ты не пойдёшь. — ... Для начала меня вряд ли пригласят, и когда девушки не было, желания сходить у меня всё равно не было. Общаться с кучей девушек... Что это вообще такое? Какая-то игра в наказание. Не свидание, а допрос. Конечно не буду отрицать, кому-то такое нравится... Но точно не мне. Даже если пойду, вряд ли с кем-то там познакомлюсь. Круто вести я себя не смогу, заигрывать буду странно, разве что буду блеять что-то невнятное, а когда вернуть домой, захочу умереть от такого позора. Вот как я всё это видел. На групповые свидания я даже за деньги не сунусь, даже готов заплатить, лишь бы не тянули. — И тут... Дело даже не в групповых свиданиях, а в «тайком», — сказал я. — Секретничать и договариваться о групповом свидании, а потом тайком пойти туда... Мне кажется, это неправильно. Так и хочется упрекнуть того, кто что-то делает тайком. — Понятно. — И ещё... Как-то неправильно спрашивать о том «откуда начинается измена» и «докуда можно». Это же и к групповым свиданиям относится. Важно не то, можно или нельзя ходить на групповые свидания, а что об этом думает девушка. Если у тебя есть девушка, есть партнёр, вы должны определиться, что является изменой. Чтобы не причинить боль и не заставлять беспокоиться. Надо избегать действий, которые могут трактовать как измену. — Парень не должен делать то, что не понравится его девушке. — ... — Все видят любовь по-разному, кто-то может начать настаивать, чтобы любимый человек не общался с друзьями противоположного пола, и не верить в дружбу между парнями и девушками, и это сложно... Но вот лично по моему мнению парень должен быть таким, как я сказал. Конечно я не собирался умничать по поводу чужой любви. Нет у меня на это права. Я просто сказал, каким бы парнем хотел быть. — ... Сирамори-семпай молча слушала меня. А?.. Почему она ничего не отвечает? Неужели... Я зашёл слишком далеко? Ей это неприятно? Я слишком увлёкся? «Ува, да он собой упивается», — она же так не думает?.. Я думал о том, что мне стоило молчать, но тут Сирамори-семпай заговорила: — ... Хороший ты парень, Куроя-кун, — сказала она. И радостно улыбнулась. — Твоя девушка точно будет счастлива. Она будет купаться в любви. — ... В каком смысле? — М, в разных, — с улыбкой сказала она. Когда она так смотрела, я мог лишь отвернуться. — ... Подумаешь. Я просто вообще не мотивированный. Даже если подумаю об измене, вряд ли смогу. Реально не думаю, что у меня такое получится. Начать хотя бы с того, что у меня помимо моей девушки больше ни одной знакомой. И в телефоне все женские контакты — это члены семьи и семпай. Как в такой ситуации изменять? Во мне нет ничего, что привлекло бы девушку, разве что только то, что «я не изменю». Желания делать это нет, как и девушек, с которыми я бы мог изменить. Даже если появиться один из тысячи, да хоть из миллиона шанс, что мне захочется изменить, я же просто не смогу. Если бы. Если бы я родился жизнерадостным красавчиком, тогда бы я может и задумывался об измене. Даже если бы я сам ничего не делал... Но при этом вокруг меня вились бы девушки, и пусть у меня была бы подружка, если бы кто-то выказывал мне явную симпатию, я бы не смог отказать, и порушил бы отношения... И тогда скорее всего причинил бы боль и своей девушке, и той, с кем ей изменил. Эх, хорошо, что я красавчиком не родился. Хорошо, что я мрачный тип, не популярный среди девушек. Здорово, что я не популярный, как главный герой из комедийного гаремника. Как же я счастлив, что никому не могу причинить боль. ... От всего этого как-то печально. Уже не пойму, это позитивные или негативные мысли. — Хм. Ну не знаю. После моих слов «даже если захочу, изменить не смогу» у Сирамори-семпай появился скептический настрой. — Ты вечно себя принижаешь... Как мне кажется, ты можешь быть очень даже популярным. Сейчас ты с девушками почти не общаешься... Но если тебя как-то подтолкнуть, ты можешь стать популярным. — ... А? Нет, ты что вообще говоришь? Даже для простых добрых слов это перебор. Я и популярный? Куча девушек будут выказывать симпатию ко мне? Такое... Возможно только если верх и низ местами поменяются. За то, что я интересен Сирамори-семпай, я уже готов полжизни отдать. — Не бывать мне популярным. — Хоть ты и говоришь так, а на самом деле популярен. Возможно даже у меня за спиной уже с какой-нибудь красавицей развлекаешься. — ... Тогда давай, можешь проверить, — вздохнув, я достал свой телефон. После чего запустил Line и положил телефон на стол. — А... У-уверен? Там ведь личная информация, — она удивилась и стала какой-то неуверенной. Похоже на самом деле не подозревала, а просто издевалась. — Я не очень хочу быть девушкой, которая постоянно проверяет телефон парня. — Приятно это знать, но я же сказал, что ты можешь проверить. — Но... — Если ты меня подозреваешь, то и я в себе не уверен. — ... Ну раз предлагаешь. Согласившись, Сирамори-семпай взяла мой телефон. Нажимая на экран, девушка проверяла мою историю переписки. — ... Ува, — она слегка поморщилась. — Как-то... М-мало. И контактов, и сообщений. — Фух. — И вообще... Ты в Line по факту только со мной переписываешься... Иногда ещё с Токией-куном и мамой... — Ну да. — Что за тон горделивый? — Теперь поняла? Я типичный непопулярный парень, который даже если захочет, изменить не сможет, — самоуверенно проговорил я... Но если подумать, гордиться тут нечем. И чего я горжусь тем, что непопулярный? Ну и ладно. Буду рассуждать спокойно, станет грустно, так что и дальше буду взволнованным. — У меня не то что девушек, контактов парней почти что нет. Или ты думаешь, что такой парень как я изменять может? Нет, не может. — Хватит, печальное какое-то хвастовство получается... Эх, поняла я. И была неправа. Извини, что подозревала. Пожав плечами, семпай собиралась вернуть мне телефон. И тут... Видать на автомате она решила закрыть Line и перейти на заставку. Но у нас разные модели и делается это по-разному. — А, прости, что-то не то нажала... А? — ... У-а! — из горла вырвался странный звук. Нажав не туда, семпай запустила приложение. И так... Было то, чего я ей показывать ну никак не хотел.

Воспоминания окончены. Возвращаемся в настоящее. В то самое время, когда я, заподозренный в измене, сидел на полу. ... Не хотелось возвращаться. Вот правда не хотелось. — Я удивлена. Конечно сама виновата, что нажала не туда, да и как-то неправильно, что я без разрешения посмотрела... Но после увиденного мне только жаловаться и остаётся. Сирамори-семпай даже слишком наигранно выражала разочарование. Она показывала мне экран телефона. — Я и подумать не могла... Что ты читаешь такие развратные книги. — ... М. На экране... Была обложка купленной мною цифровой книги. Там была нарисованная гламурная красотка. Она приняла откровенную позу, и ложбинку её груди было видно... В общем понятно, что за книга. Ува... Вот я попал! Девушка увидела мою порнушку! Это не то же самое, когда девушка приходит в тебе и находит мангу и аниме... Она всё на смартфоне раскопала. Благодаря развитию интернета и цифровых технологий, с телефона можно прочитать кучу книг... Но обратной стороны этих инноваций становится увеличение риска того, что девушка может найти всю твою порнушку. Ува. Ува-а-а-а-а!.. Я попал!.. Вчера вечером читал, так и не закрыл. А Сирамори-семпай случайно нажала иконку цифровой библиотеки и увидела, что я читал последнее. И называется книга...

«Тебе нравятся слегка развратные замужние женщины? Урок по лишению девственности от Норико-сан»

... Почему у меня в зубе нет капсулы с ядом? — Эх. Вот оно. Железное доказательство измены. У тебя девушка есть, а ты порнографию всякую читаешь... Это чистая измена и ничего больше. — П-подожди! В её взгляде было презрение, от которого у меня чуть сердце не разорвалось, но напоследок... Я как-то собрал остатки своего достоинства и выдавил. — Я... П-признаю. Признаю, что у меня есть порнушка. Книга цифровая, так что я не смогу извернуться, сказав «друг одолжил»... Потому мужественно признаю это. Я купил её по своей воле. — Сомневаюсь, что тут что-то мужественное есть. — Но, — заговорил я. — Это ведь... Не измена! — отстаивая чувства всех мужчин, проговорил я. Порнографические книги и фильмы. С годами скрытая коллекция мужчины только пополняется. И это относится не только к тем, у кого нет жены или девушки. У многих мужчин даже с их спутницами по жизни есть такое. И всё потому... Что мы мужчины! — Неправильно говорить, что это измена... Если сказать, что подобное является изменой, ни один мужчина в мире не смолчит... — А, так ведь... У тебя девушка есть, а ты засматриваешься на других... Тебе не кажется это странным? Разве это... Не измена? — Г-говорю же... Это всё выдуманный мир из грёз, а никакая не реальность... — Выдуманный, как же, а сам ты об этом что думаешь? — А? — Например... Если бы я рассматривала фотографии голых мужчин... И придавалась фантазиям, скрывая это, что бы ты сказал? — ... Э-это... Мне бы не понравилось. Очень не понравилось. Я был бы невероятно разозлён. Просто вне себя. Сирамори-семпай придаётся фантазиям о другом мужчине... Ува, не хочу. Понимаю, что это не на самом деле, но чувство такое, будто мне изменяют. Сейчас мозг сломается!.. — Вот, так что не делай того, что тебе самому не понравится. — Н-но... — Сам ведь говорил. Важно, что думает девушка, разве не так? — Ух... — Ты же вроде хочешь быть парнем, который не делает ничего, что не понравится его девушке? — ... У-у. Красивые слова... Красивые слова, которые я сам же и говорил, бумерангом вернулись ко мне. Упивался тем, какой я молодец, в итоге сам на плаху и залез. Чёрт!.. И чего я вообще все эти крутые вещи говорил?! При том, что против меня используют мои слова, мне уже точно не победить!.. — Фух... Ух... М-м... Возразить я ничего не мог. Оставалось стереть все непристойности с телефона, пасть ниц и молить о прощении. Когда я принял это непростое решение... — ... Пф, аха, — Сирамори-семпай прыснула и засмеялась. — А-ха-ха. Прости. Не будь таким серьёзным, Куроя-кун. Я не считаю это изменой. — ... А? — я поднял голову и посмотрел ей в лицо. Презрение сменилось привычной издёвкой. — Не разозлюсь я из-за того, что ты порнушку читаешь. — ... — Уж не знаю почему... Но похоже у всех парней она есть. — Это... Ну, наверное да... — Даже если есть девушка или любимая... Тут дело не в любви, а в простом желании. — ... Да. — Тогда не на что тут злиться. Я не настолько мелочная девушка, — усмехнулась Сирамори-семпай. В отличие от того, что было раньше, теперь она прямо прекрасно понимала парней. Так хорошо, что даже страшно. Кто же она такая? Тот самый идеал девушки? — ... Значит всё, что было? — М? Просто захотелось немного поиздеваться. Она как-то странно улыбнулась. — Ты так про измену говорил, а потом я наткнулась на порнушку, так что по сути ты сам себя и закопал. Я просто не могла не поиздеваться. — ... М. Все силы покинули тело. Похоже она снова издевалась. Было обидно, но облегчение я ощущал куда сильнее. Слава богу. Слава богу, Сирамори-семпай не разочаровалась во мне... И можно ничего не удалять. Испытав облегчение, я поднялся... Однако. Мой ад ещё не закончился. — ... Хм, понятно. Сирамори-семпай... Тыкала пальцем в телефон и читала книгу. Мою... «Тебе нравятся слегка развратные замужние женщины». — Ува, ну и жёсткие здесь иллюстрации. — Что?! Т-ты чего читаешь?! — Так интересно же. — Нет, отдай! — А? Ладно тебе, я же немного. Я вытянул руку, но девушка увернулась. — И вообще... Я думала, что это манга, а оказалось, что это книга. И тут несколько иллюстраций, похоже это ранобе. Это произведение... Так называемое эро-ранобе. По сути ничем не отличается от обычных ранобе, такой же роман с иллюстрациями... Только тут есть постельные сцены и соответствующие иллюстрации. Сейчас многие авторы, выпускающие обычные книги, ещё и такие пишут. — Интересоваться такими книгами вполне в духе Курои-куна. — ... Отстань. — О... Ува, круто. У этой героини размер J. Они не слишком большие? — ... Э-это же выдумка, что такого-то? — У главной героини, замужней женщины, уже давно воровали сушившееся нижнее бельё, и она знала, что делал это молодой парень, живущий по соседству... А? Главный герой бельё ворует. Конечно героиня позволяет ему это, но это ведь всё равно преступление. — ... Э-это ведь выдумка всё. Погоди-ка. Ну-ка стоп. Что это за времена настали? Девушка находит порнушку парня и изучает прямо перед ним... Что это за постыдная игра такая? — ... У этой замужней женщины грудь и правда огромная. Игнорируя мои самобичевания, Сирамори-семпай продолжала читать эро-ранобе. — У меня конечно тоже не маленькая, но до её размера мне далеко, — опустив взгляд на свою грудь, пробормотала девушка. Из-под тонкой ткани летней формы выпирали её выпуклости. Конечно не J... Но тоже довольно большие. Проследив за взглядом девушки я сам в итоге стал пялиться... Но это была ловушка. Она нарочито прикрыла грудь. — Пошляк. И улыбнулась так, будто на то и был расчёт. Миг... И мой стыдмометр заштормило. — Э-это был непреодолимый рефлекс. Если один человек на что-то смотрит, другой прослеживает его взгляд. — А-ха-ха. Буду иметь ввиду. Весело улыбнувшись, она вернулась к эро-ранобе. — ... Ого, как всё быстро развивается. Хотя это отношение «пока этого не сделали, это не измена»... — П-прошу, прекрати уже, — закричал я и протянул руку, но девушка не собиралась отдавать телефон. — Нет уж. Ещё почитаю. Как девушка я должна же разбираться во вкусах парня. Заполучив лучшую игрушку, она не собиралась её отдавать. Девушка оживилась прямо как рыба в воде. Похоже Сирамори-семпай вошла во вкус... И сделала нечто невероятное. — ... «Ты так... Хочешь моё бельё?». — ... М?! Ч-читает!.. Сирамори-семпай читает эро-ранобе вслух. Это монолог главной героини книги... Такаямы Норико-сан (двадцать девять лет, замужем, детей нет, муж в данное время в командировке за границей, уже три года без секса)!.. — «Н-нет. Что ты говоришь?.. Я ведь замужем...». — П-подожди... Сирамори-семпай... — «А? Используешь моё бельё и каждую ночь... У-у молодого парня такое сильное желание». — П-прошу, остановись... Я серьёзно! Я паниковал, но она и не думала останавливаться. — Хи-хи-хи. Куроя-кун, ты весь покраснел, — её происходящее забавляло, и с ещё большим энтузиазмом она читала. — «Боже... Парням и правда так нравится грудь», — поражённо сказала Норико, но у неё самой сердце забилось быстрее. Из-за того, что с мужем у неё давно ничего не было, в своём женском начале она ощутила сладкий зуд. Похоже она стала читать всё подряд. Вначале давалось ей это слегка неловко, он тут она уже делала это более чувственно. По лицу было видно, что она издевалась, пока продолжала чтение. — «Тогда... Совсем немного. П-позволю потрогать их через одежду. Это ведь не считается изменой...» — ощущая горячий взгляд парня, Норико... — Не надо... — «Кья! Ах, п-подожди, так внезапно... Н-нет!» Он уже был на пределе, набросился на Норико и начал мять её грудь. «Ах! Боже... Прошу же, остановись...» На словах она говорила «нет», но её тело уже было в его власти. Она уже не просто отдалась, но и сама...» — П-погоди. — «Ах... П-потрясающие. Уже такой твёрдый. Твой чле...» — Сирамори-семпай! — я повысил голос, и чтение прекратились. — Что такое, Куроя-кун? Что-то ты совсем извёлся. Так стыдно? — Нет, ну, конечно мне очень стыдно, — подавляя смущение, сказал я. — Но тебе самой... Не стыдно? — ... А? — она удивилась. — Читать эро-ранобе ведь... Очень стыдно... Я-то просто слушаю, а ты всё это ещё и читаешь вслух... Когда мою книгу начали читать... Я понял, это стыдно. Просто жуткая игра. Однако. Если подумать... Куда больнее приходится тому, что читает. Куда унизительнее в данной ситуации Сирамори-семпай должно быть. Она так увлеклась нападением на меня, что не заметила, как ей самой достаётся. Это как обоюдоострый меч, не знаешь, когда себя заденешь. — Будь это передача, которую поздно ночью показывают, это было бы наказанием. Понимаю, что тебе хочется поиздеваться, но заходить ради этого так далеко... — ... М?! На лице Сирамори-семпай был шок, а потом лицо резко покраснело, и она отвернулась. — Д-да не стыдно мне! Вполне нормальная литература... А я не узколобая читательница, чтобы какие-то жанры дискриминировать, — протараторила она. — А. Точно, у меня сегодня дела были! Прости, я пойду! Она положила телефон на стол и вышла, даже не взглянув на меня. — ... Эх. Оставшись один, я сел на стул и тяжело вздохнул. — И что это было? Волнение и возбуждение всё ещё не улеглись, голова соображала плохо... Однако умение запоминать отлично работало. — ... Если бы она прочитала ещё немного, — пробормотал я, вспоминая голос, с каким Сирамори-семпай читала книгу.

Когда семпай ушла, оставаться в кабинете не было никакого смысла, так что я тоже ушёл. Пройдя через выход, я направился к стоянке. Обычно до того, как я садился на свой велосипед, мы шли вместе, потому сейчас я чувствовал себя очень одиноко... — ...

В версии с изображениями тут находится картинка. И тут у меня на лице появилась улыбка. Я... Подумал, что мне одиноко одному возвращаться из школы. А я-то думал, что в старшей школе это чувство полностью отмерло. Быть одному не тяжело, куда тяжелее, когда окружающие спрашивают «а тебе не одиноко»... А тут я испытал самое обычное одиночество. Эх... Что-то я как девчонка какая-то. Как же сильно меня изменила Сирамори-семпай? — ... А, ты, ты! Подожди, ты! И. Пока я погружался в свои мрачные мысли, чей-то крик всё нарушил. Я обернулся... И увидел, как ко мне подошла девушка. — Ах... Нашла наконец. Стараясь отдышаться, на меня смотрела красотка-гяру. «Загорелая гяру»... Укё Ан. — Блин, пришлось побегать. Думала, ты в клубе, а там никого не оказалось. — ... Я? Это она со мной говорит? Ха-ха. Вот оно. Я решу, что она говорит со мной, отвечу, а на деле у меня за спиной другой человек окажется... Думая так, я осмотрелся вокруг, но никого кроме меня тут не было. Похоже всё же она со мной говорит. — ... А? Это, ты со мной? — А? А тут кто-то помимо тебя есть? — Нет... Это конечно так, но что-то я пока ничего не понимаю. Уже необычно, что со мной заговорила девушка помимо Сирамори-семпай... К тому же из высшей касты школы, одна из великой четвёрки красавиц. — Ты же кохай Касуми из её клуба? Там вроде кроме неё только один человек. — Ну да... — Значит точно ты, — убедившись, сказала Укё-семпай. А мой индикатор жизни загорелся красным. Ува... Скверно. Что-то мне не по себе. «Старше», «девушка», «жизнерадостная» — с этими пунктами мне тяжелее всего, что-то много стресса для меня одного. ... Так я подумал, но тут осознал, что Сирамори-семпай тоже подпадает под эти условия. Ну, она — другое дело. — ... У тебя какое-то дело к Сирамори-семпай? Она уже ушла просто. Поговорить со мной она могла разве что о семпае. Так я думал. — Да нет, — Укё-семпай замотала головой, а потом мотнула подбородком. — Не к Касуме, а к тебе, — сказала она. — А?.. — ничего не понимал я, а она продолжила: — Пойдём куда-нибудь, где нам никто не помешает.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Друг-Купидон

Момент популярности. Если говорить точнее... У человека в жизни бывают три момента, когда он становится популярным. Таких удачных моментов, когда он становится популярен среди девушек и парней, всего около трёх. Ну, сомнительная байка конечно. Доказательств нет, это скорее просто городская легенда. Я всегда думал об этом с иронией, но теперь призадумался серьёзнее. Конечно я в это не верю. Момент популярности... То есть это когда куча представительниц противоположного пола начинает интересоваться тобой и у тебя появляется гарем, такое не то что три раза, один не происходит. Однако. Если подумать, у этой городской легенды вполне есть смысл. Доказательств нет, но аргументировать это вполне можно. Например. Есть теория в любви... Если у тебя появляется любимый человек, ты становишься популярным. Если у человека уже есть партнёр, другие представители противоположного пола начинают видеть его очарование. Может это потому что с появлением любимого человека ты внутри и снаружи меняешься. Или может наличие любимого уже само по себе показатель качества. Ну или ещё проще: кто-то просто борется за то, что есть у другого, чтобы отобрать у него это. Для парней... Появление любимой добавляет уверенности. Парни, которые из шкуры лезут, чтобы стать популярными, ими не станут. Даже если стараться важно, показывать в открытую этого не стоит. Если хочешь быть популярным среди девушек, надо скрывать факт, что ты стараешься это сделать. Сложно всё это... Но как только появляется девушка, это прямо странное ощущение. Желание куда-то гнать пропадает, ты обретаешь уверенность. И всё потому, что больше не обязательно стараться быть популярным. Твоё восприятие мира меняется и меняется отношение девушек. «У него уже есть девушка, так что на меня он не нацелится», — успокаиваются они и утрачивают осторожность. Их защита ослабевает... И если нанести внезапный удар, зародятся ростки любви. Когда человек находит себе кого-то, он становится популярным. Найдя девушку, парень приобретает уверенность и становится более очаровательным. Вот оно... То, что называют моментом популярности, хотя подтвердить я этого не могу. Найдя девушку, мужчина становится популярным. И потому. Даже если он вообще не общался с девушками и всё это время был мрачным типом, шедшим по пути непопулярности... С появлением девушки он внезапно может стать популярным. Когда наступает момент популярности, он сразу же становится привлекательным для многих девушек, и у него может появиться гарем. И всё же. Хоть я и обдумываю всё это, есть ли связь с моментом популярности... — ... Ты ведь друг Симокуры? ... Нет, всё же ко мне это никакого отношения не имеет. Место действия — караоке у станции. Укё-семпай буквально силком привела меня сюда. Чтобы поговорить без посторонних глаз. Похоже она тут часто бывала, показала приложение посетителя и отправилась в выбранную комнату. Довольно узкая комнатка. Войдя внутрь, Укё-семпай никак не могла успокоиться, но вот решилась и буквально выплюнула слова: — Эй. Н-не молчи, а отвечай. — ... А? Да, прости. Это, Симокура... Токия, да? — Да. Он. — Ну да... Мы друзья. Дружим с ним. — Х-хм. Так и знала. От второгодок я тоже слышала, что ты с Симокурой дружишь. Если честно даже не поверила. Просто... Вы же совершенно разные. Скорее всего она всё смягчила, но на деле было: «И чего этот высокий красавчик дружит с мрачным стручком вроде меня?» — А, ну... Мы со средней школы друг друга знаем. — А. — Хоть мы и дружим, но на выходных вместе время не проводим... Общаемся только в школе, — ответил я, а в голове уже всё вырисовывалось. Исходя из происходящего... Я стал догадываться. Понятно. Её заинтересовал Токия. Тогда в столовой она посматривала в нашу сторону... Но интересен ей был не я, а Токия. На меня она вообще не смотрела. И общается со мной, просто потому что я друг парня, который ей нравится. И при том, что она не переживала, что мы оказались одни в этой комнате, я для неё скорее как пустое место. Хм... Ну, я с самого начала догадывался. Вообще опасно было. Будь я более самоуверенным типом, подумал, что настал мой момент популярности, раздухорился и в итоге сделала бы себе больно. ... И всё же. Значит я не ошибся. Всё же по пути сюда я даже не думал о том, как бы отказать на признание Укё-семпай так, чтобы не причинить ей боль. — Так ты... А, точно, — почесав голову, она неохотно спросила. — Скажи, как тебя зовут. — ... Она даже имени не спросила. Я ей и правда не интересен. — ... Куроя. — Хм, Куроя. А фамилия? — Куроя — это и есть фамилия. Пишется как «чёрная стрела». А имя Сокити... — А? Чего с толку сбиваешь? Не представляю, что ответить на её жалобу. Все претензии просьба направлять моим предкам. Во время реставрации Мейдзи такую фамилию выбрали мои предки. — Ладно. Рада знакомству, Куроя. Я Укё Ан. — Знаю... Вряд ли кто-то в школе может её не знать. — И это... Мы уже говорили как-то раньше. — А? О чём ты? Сегодня мы разговариваем впервые. — Нет... В том году говорили. Немного во время культурного фестиваля... Я тогда вроде тоже представлялся... Я тогда распинался как мог, но это казалось бессмысленным, а ещё было стыдно. В том году мы разговаривали немного, но Укё-семпай меня даже не запомнила. И от этого факта... Да как-то без разницы мне на это. Я не неженка, чтобы переживать о том, что меня забыли. Уже привык к такому. ... Привык? А вот то, что привык — уже действительно неприятно. — А... Стой, стой. Вспомнила, — Укё-семпай хлопнула в ладоши. — Точно. В том году на культурном фестивале... Ты разговаривал со мной. А, точно, точно. Я ещё подумала, что ты какой-то потерявшийся первогодка. Прости, забыла я тебя, — довольно непринуждённо извинилась она. Прозвучало довольно грубо, но я не стал переживать. Вообще в том году на культурном фестивале... Я и правда выглядел потерявшимся. Так что не стоит мне упрекать её за такие слова. — Так вот, Куроя. Я хотела у тебя кое-что спросить... — вернулась к главной теме Укё-семпай. Только самоуверенность куда-то пропала, взгляд забегал, она принялась переминать пальцы, а голос стал тише. — У Симокуры... Есть девушка? — ... Так резко стала милой. Прямо влюблённая девушка. — Девушка... Сейчас никого, — ответил я. С последней он недавно расстался, и вроде сейчас у него никого не было. Ну... Хоть никого постоянного у него не было, он вечно с кем-то веселился, но это говорить было ни к чему. — В-вот как, — Укё-семпай засияла. Эй, всё слишком уж очевидно. — Ха-ха. Вот как. Значит, нет... У такого красав... А, тусовщика наверняка должна быть девочка, но значит никого. Радость она скрыть не могла. — ... Укё-семпай, тебе Токия нравится? — решил уточнить я. Это и так было очевидно, но я решил спросить, чтобы разговор сдвинулся дальше. Потому я и задал вопрос, однако. — А?! Т-ты что такое спрашиваешь?- вся покраснев, она смутилась. — Ты... Дурак, дурак. К-конечно нет! Такого быть не может! Будешь странные вещи спрашивать, я тебя прибью! — разозлилась она, а потом отдышалась. Хоть мы и были одни в комнате, она на всякий случай осмотрелась по сторонам. — ... Э-это так заметно? — тихо и прикрывая лицо спросила она. ... Что ж ты такая милая-то, а? Не слишком ли в ней много противоречий? Не повстречайся я с Сирамори-семпай, уже бы влюбился. — Ну, понял из услышанного. — Вот как... Тц. Всё же читающие книги не такие, как остальные. Это ваше умение читать и понимать чувства других. Литературный кружок так явно не для красного словца называется. Вообще-то это любому понятно. Достаточно тебя увидеть, и тут без всяких книжек всё ясно. Откуда вообще взялось это предубеждение к тем, кто книги читает? — Эх... Да, верно. Мне нравится Симокура... Нет, ну... Не прямо чтобы нравится. Просто он мне немного интересен. В общем любишь ты его. И она прибегла к самой обычной стратегии, начать с друга парня, который ей нравится. — Суть я понял... Но ты вообще с ним общалась? Я никогда не слышал от Токии, чтобы он общался с семпаем. Хотелось знать откуда появилось её «немного интересен». — Должно же было что-то быть? — Что-то... Д-дурак. Думаешь, я скажу?.. Тебя это вообще не касается, — чтобы скрыть смущение, она заговорила более решительно. Блин. Похоже не стоило лезть. Ну да. Человек, с которым она и не общалась толком, в личную жизнь лезет. — Понял. Больше не буду спрашивать. — Ага, не надо. — Да. — ... — ... — ... Это неделю назад случилось. Рассказывает. Сама рассказывает. На самом ведь деле она хотела, чтобы кто-то спросил? Эх, вот и что мне делать? А семпай забавный человек. — Это... В общем... Когда к тебе приставал бывший, который снова хотел быть вместе, случайно появился Токия и помог тебе, — подвёл я итог, а девушка довольно кивнула. — Хе. Вот что значит любитель книжек. Знание японского у тебя на высоте. Так легко смог резюмировать и определить в чём дело. Вроде похвалила, но кажется, что издевается. У неё просто до ужаса предвзятое отношение к любителям книг. Оценка слишком уж завышенная. Тут всё настолько просто, что это любой другой смог бы сделать. — ... Объясню всю эту обыденную ситуацию чуть подробнее... В последнее время Укё-семпай стал доставать бывший парень. По чистой случайности я как раз сегодня разговаривал об этом с Сирамори-семпай. Не считая групповые свидания изменой, он пошёл на свидание, поссорился с Укё-семпай... И в итоге всё закончилось. Но уже через пару дней бывший парень снова предложил быть вместе. А она решила окончательно разорвать с ним отношения. Не отвечала на звонки, заблокировала в Line. И тогда... Её бывший парень выследил её через социальные сети и подкараулил в городе. Конечно же после такой наглости она разозлилась. И её бывший вспылил, они стали ссориться посреди города. И когда её бывший парень уже собирался перейти к рукоприкладству. — Ой. Ты чего, братишка? Проходивший мимо Токия схватил его за руку. — Я не из тех, кто лезет в чужие перебранки, но не могу пройти мимо, когда кто-то пытается ударить девушку, — довольно вальяжно вмешался он, а бывший парень девушки тут же выказал агрессию, однако. — Что, Токия с кем-то дерётся? — О? Похоже весело будет, я тоже присоединюсь. Позади Токии появилось несколько человек. Они были в потрёпанной одежде и с кучей украшений... С такими явно не стоило иметь дел, потому с обидой на лице бывший парень девушки ретировался. — ... Тц, отстой. Типа числом взял, — недовольно пробормотал Токия, а потом повернулся к Укё-семпай. — Ты ведь третьеклассница? Вроде... Укё-семпай, верно? — Верно... А ты? — Симокура со второго года. — А... Только не зазнавайся. О помощи тебя никто не просил. — И правда. Прости. Сам влез. Это твой парень был? — Н-нет! Парень... Да только бывший! Всё уже кончено, а он никак не успокоится... — Вот как, — без особого интереса ответил Токия. А потом. — Относись более ответственно к выбору парня. Ты ведь милая, так что найти себе кого-нибудь соответствующего, — обронил он и ушёл с друзьями. Вот такой совет для галочки он дал. Однако. Как бы сказать... Токия ведь настоящий красавчик. Прямо главный герой. Или персонаж из манги для девочек. С виду такой крутой, но на самом деле нежный. — ... Симокура был там с какими-то подозрительными типами, что он там делал вообще?.. — А, думаю, это его друзья их кружка хип-хопа. С виду жуткие, но на деле все порядочные члены общества... С какими-то опасными типами он не водится. Как я слышал. Ну, меня это не касается, да и не хочется мне в это лезть. Сомневаюсь я, что смогу как-то сдружиться со взрослыми членами хип-хоп клуба. — ... А ты и правда неплохо знаешь Симокуру. — Мы же друзья. Укё-семпай с завистью посмотрела на меня... А потом приблизилась. Сведя руки, она поклонилась. — Прошу, Куроя! Помоги мне сблизиться с Симокурой. — ... А? — Ну же. Помоги. — А, а... Так серьёзно попросила, что я даже запнулся. Серьёзно? Как так получилось? Я думал, она просто спросит, есть ли у него девушка, а она дальше зашла. Ува... Не хочу я. Прямо чую, проблемами несёт. Не хочу в чужие отношения лезть. — Нет... Это уже как-то... Я не могу... — И всё же. — Я в любовных делах не силён... — По тебе это и так видно. И всё же я прошу! — ... «По тебе это и так видно» — а это не слишком жестоко? Пусть и правда, но разве ж стоит такое говорить? Это она так просит? Или издевается? — Всё в порядке будет! Ты же кучу книг прочитал! Должен справиться! А не слишком большие надежды на любителя книжки почитать?! Благодаря одному чтению книг умельцем в любовных советах не станешь! — Тут ведь нет ничего особо сложного. Как бы... Хе-хе. Главное ведь шанс предоставить, — выглядя как невинная влюблённая дева, она продолжала. — Симокура перед расставанием сказал найти подходящего парня. То есть... Высока вероятность, что он хотел сказать «вроде меня»... Вдруг я ему тоже интересна. Кажется, она где-то ошиблась. Прочитала меж строк даже больше того, что там уместить можно. В современной литературе ответ чаще всего прямо в тексте, если не читал, напридумываешь себе что-то и точно дашь неверный ответ. — Прошу, Куроя. Жизнью обязана буду. — Просишь как в начальной школе... — А если откажешь... Зная мой секрет, ты уже не сможешь вернуться к обычной жизни. — Угрожаешь, будто в какой-то злой организации состоишь... Секрет... Только его она сама рассказала. А мне он вообще не интересен. — ... Эх, — тяжело вздохнул я. — Гарантировать не могу. — А? — Я же сказал... Не разбираюсь я в таком, ничего в любовных делах не смыслю. Так что не гарантирую, что смогу помочь. Если ничего не получится, ответственность я на себя точно не возьму, — предупреждал я. — Если устраивает... Ну, тогда я могу попробовать помочь. Оставалось лишь согласиться. Отказывать уже было попросту неохота... К тому же она ведь подруга Сирамори-семпай. Если парень хороший, я ведь не могу отказать в помощи подруге девушки, наверное. — О! Спасибки, Куроя! Буду обязана! Радостно улыбнувшись, Укё-семпай схватила мою руку. Ува, руки коснулась. Это... Не измена случаем? Раз чувств нет, то всё нормально? — И всё же... Позволь сказать, мне этого не хочется. Так что на многое не рассчитывай. — Поняла. Я и не собиралась давить. Как оно там. То что в лошадь стрелять надо. — Если хочешь убить генерала, стреляй в его лошадь? — Точно. Ты точно большой любитель читать книги! Хватит уже про любителей читать придумывать. — Ах, слава богу. Если бы ты не согласился, пришлось бы бить тебя до потери памяти... А теперь ты будешь мне помогать. Хотелось бы таких жутких вещей не слышать. Так что... Значит моя жизнь всё это время в опасности была? Одна ошибка, и меня бы ждал плохой конец? — Ладно, Куроя, давай для начала контактами обменяемся, — своим жизнерадостным голосом предложила Укё-семпай. Отказать я не мог, потому достал телефон, и мы обменялись контактами. А ведь ещё пару часов назад я говорил, что у меня нет контактов никого кроме Сирамори-семпай, так что изменить я не смогу... Вот уж не думал, что в этот же день заполучу контакт другой девушки. Хм. — Отлично. Время ещё есть, можно немного и попеть. Ты тоже не отказывайся, Куроя. Сделав ужасное предложение, Укё-семпай стала что-то выбирать на панели. А потом точно вспомнила. — А. Точно, Куроя, — продолжила девушка. — Ты... Про сегодня никому не рассказывай. Про Симокуру... Я пока никому не говорила. — Хорошо. — Ты обещал. Это даже от Касуми секрет. Она настояла, а я сказал «да» и кивнул.

«Хм. Вот что случилось», — прозвучал заинтересованный голос Сирамори-семпай. Я вернулся, поужинал, и вот... Из своей комнаты позвонил ей и сообщил о неожиданном событии, случившемся после школы. «Вот уж не думала, что Ан нравится Симокура-кун. Вообще не замечала. А... Но ведь точно. Когда мы обедали втроём с Рино в столовой, я думала, она на тебя смотрит... Так она на Симокуру-куна смотрела». — Токия ведёт себя как и полагается красавчику. Конечно так вышло. «А ты теперь стал их Купидоном? Непростая роль тебе досталась». — ... Ну, буду стараться. «А-ха-ха. Ты уж постарайся... Но, Куроя-кун», — слегка понизив голос, сказала она: «Я рада... Что ты мне обо всём рассказал». — ... «Ан ведь просила никому не рассказывать. Даже мне». — ... Если спрашивать, хорошо это или плохо... То скорее уж плохо. Я нарушил обещание, которое дал Укё-семпай, и рассказал обо всём Сирамори-семпай. Я не случайно обо всём проболтался. По собственной воле... Я предал доверие Укё-семпай. — ... Если ты будешь притворяться, что ничего не знаешь, то это будет равносильно тому, что я ничего не говорил. Если Укё-семпай не узнает, всё будет в порядке... «Типичное оправдание, не находишь?» Не без этого. Возразить мне было нечем. Я поступил неправильно. И всё же... — ... Прости. Я встретился с другой девушкой в тайне от тебя, — сказал я. — Было неправильно молчать об этом... И если я буду помогать Укё-семпай, то вынужден буду общаться с ней чаще. И если бы я держал всё это в тайне... То какой я парень после этого. Да уж. После того, как расстался с Укё-семпай... Я много о чем думал. И в голову лезло лишь всё плохое. Много трагических сцен. Девушка попросила тайком помочь с её любовью —> тайком оставаться с ней наедине —> подружка испытает недоверие —> но так как это секрет, я ничего не смогу сказать —> недоверие будет расти... Трагедия. Негативные мысли всё усиливались, и я думал только о самом плохом раскладе. В итоге я определился с приоритетами. Мне жаль, что я так обошёлся с Укё-семпай, но на первом месте... В первую очередь я думаю о Сирамори-семпай. Я не герой гаремной комедии и не могу дорожить несколькими девушками одинаково. Я наконец с любимой девушкой, только каждый день всё идёт не так как мне хочется, и я вечно чувствую себя проигравшим. Так хотя бы хотелось посвятить себя ей. Пусть в остальном я вечно сбегаю, но её я потерять не хочу... «... Блин, ты слишком серьёзный», — после небольшой паузы сказала Сирамори-семпай. Голос был удивлённым и слегка радостным. «Переживал, что я заподозрю измену, если ты будешь вместе с Ан? Думаешь, что я такая мелочная?» — К-конечно нет... Ты не такая, тут скорее дело во мне... «Хи-хи-хи. Ну, я тоже виновата. Всё же случилось это сразу после разговора об измене». Ну... Тоже верно. Мы только поговорили об измене... Как я пошёл с другой девушкой в караоке, и она попросила меня быть её Купидоном. Попробуй после такого ни о чем не думать. «Вообще как подруга Ан посте того, как ты нарушил слово, я должна была разозлиться... Хи-хи. Но я не злюсь. На своего милого кохая», — сказала Сирамори-семпай. Голос был хитрым и радостным. «Ты постоянно только обо мне и думаешь». — ... М. «Так сильно меня любишь?» — Ух!.. А, блин, ну вот чего она!.. Бесит. Как же это бесит... Она в очередной раз издевается, а я радуюсь, какой же я жалкий!.. — П-проблемы с этим? «Нет, никаких», — тут же ответила она: «Ладно, я всё поняла. Пока Ан сама не заговорит, буду притворяться, что ничего не знаю», — сказала она: «А ты позаботься об Ан, Куроя-кун». — Ну, в меру возможностей. «В меру нельзя». — В смысле сделаю всё, что в моих силах. «М. Тогда ладно», — девушка захихикала. Я думал, что всё подходит к концу, и вздохнул с облегчением... Но тут тема сменилась. «И всё же... Караоке», — точно вспомнив, сказала Сирамори-семпай: «Я рада, что ты мне про Ан рассказал... Но ты ведь с ней в караоке веселиться ходил». — Не веселиться я туда ходил. Меня туда силком затащили... И пела там только Укё-семпай. «Но ты ведь впервые был с девушкой в караоке?» — ... Это, ну да. Конечно впервые. Вообще по пальцам пересчитать можно, как часто я в караоке бывал. «Эх. Первый раз Ан увела». — ... Ты уже признала, что это не измена. «Я и не думала, что это измена. Просто... Немного это бесит». — Тогда... Ч-что мне делать? «М. Точно». Я был совершенно озадачен, когда она заговорила. И голос был хитрым, будто она изначально это замышляла. «Сходим на свидание?»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Пробуждение в городе

Место встречи — площадь у станции. Время — десять тридцать утра. Чтобы не опоздать, я вышел из дома пораньше, и за тридцать минут, а точнее в десять утра пришёл на место. Прождал там десять минут. То есть за двадцать минут до назначенного времени пришёл человек, которого я ждал. В толпе появилась красавица, которая привлекала общее внимание. Блузка с открытыми плечами и тёмная юбка. Одежда была простой, но казалась взрослой. Заметив меня, она помахала мне и подошла. — А ты рано, Куроя-кун. Ещё ведь двадцать минут? Давно ждёшь? — Да я и не ждал особо. Всего минут десять как пришёл. — Рано ты. Никак не мог дождаться свидания со мной? — ... Нет, просто хотелось обязательно прийти первым. Если бы пришёл после тебя, ощущение было бы таким, будто я проиграл. — А-ха-ха. Вполне в твоём духе, Куроя-кун, — рассмеялась она. Как-то неприятно, что надо мной смеются, что я даже приход на место встречи в соревнование превращаю, но пусть смеётся. — ... Хм, — Сирамори-семпай уставилась на меня. Осмотрела с головы и до пят. — Ч-что? — Давно не видела тебя в обычной одежде... Вполне неплохо. — ... Спасибо. — ... А ты модник, Куроя-кун. Хотя ведёшь себя так, будто тебя одежда не интересует. — ... Я не модник и она меня не интересует. Просто сейчас дешёвая быстрая мода в тренде. Покупаю дешёвые и безопасные вещи, для мрачного типа вроде меня, это просто мечта. Вот и за вчерашнее я быстрой моде благодарен, ведь такой как я — «Не интересуюсь модой, но не хочу выделяться в городе. Хочу стать воздухом. Слиться с пейзажем». Это раньше смеялись, говоря, что ты ведь в «*никло» или в «G*»... А сейчас в этом ничего необычного. Вот. Пусть модой я не интересуюсь, но минимальными знаниями обладать можно. Ведь. Сегодня... Я буду гулять с Сирамори-семпай по городу. Не хотелось, чтобы кто-то подумал, что она с каким-то убожеством ходит. Лучше умереть, чем своим существованием её статус попортить. — ... М, — девушка на шаг приблизилась. Она развела руки и слегка выставила грудь. Будто... Демонстрировала свою одежду. — ... Что? — А ты как думаешь? — провоцируя, спросила она. Было очевидно. Я прочитал это по её лицу. «Твоя очередь». — ... Хорошая одежда. — Только одежда? — ... Хороший вкус. — То есть? — ... Тебе очень идёт, ты очень милая! — Хи-хи-хи. Спасибо. Когда я выкрикнул, Саримори-семпай довольно улыбнулась. — Мне приятно слышать похвалу от тебя. Специально для тебя одежду подбирала. — ... Пошли скорее. Не вечно же тут стоять, — смущаясь, я ушёл от разговора. Сегодняшнее свидание... Мы собрались вместе сходить в караоке. Похоже ей пришлось не по душе то, что я в первый раз пошёл туда не с ней, а с другой девушкой, так что мы договорились сходить на свидание.

В версии с изображениями тут находится картинка. — Точно, идём, — она пошла вперёд. Не в караоке возле станции. Она шла к самой станции. — П-подожди, семпай... Ты куда? Караоке ведь в той стороне. Я указал на караоке у станции, туда я ходил с Укё-семпай. — А, я разве не говорила? Сегодня мы идём не туда. — Это почему?.. — Там мы можем наткнуться на кого-нибудь из школы. Сегодня выходной, так что шансы велики. — ... Если переживала об этом, могла бы выбрать менее неприметное место для встречи... — Ну, наверное да. Но вообще просто прогуляться хотелось, — она продолжала. — Всё же сегодня наше первое свидание. Она очаровательно улыбнулась, а я ничего не мог сказать и лишь кивнул. Похоже наше первое свидание не закончится простым походом в караоке. Меня переполняли ожидания... Хотя с другой стороны я уже строил планы, изучая местность, и теперь пребывал в шоке от осознания, что всё зря.

— Кстати, — миновав турникет, заговорила Сирамори-семпай. — А что ты домашним сказал по поводу сегодняшнего дня? — Что пошёл повеселиться с друзьями. — А, всё же скрыл, что на свидание? — ... Одни проблемы будут, если бы я правду сказал. — Хм. И они ничего не заподозрили? — Мама нормально отреагировала. Даже обрадовалась. Сказала: «Нечасто ты с друзьями куда-нибудь выбираешься». — А-ха-ха. Вот как. Ты же с Токией-куном никуда в выходные не ходишь? — Мы только в стенах школы дружим. — Хотя с виду вы довольно близки. — Но... Сестрёнка отнеслась к этому с подозрением. «Сокити идёт гулять с друзьями?..» — типа так... — ... Когда ты говоришь, что идёшь гулять с друзьями, это радостно и подозрительно, Куроя-кун. — А ты что сказала, Сирамори-семпай? — Тоже, что с друзьями гулять пошла. — И как дома отреагировали? — Без подозрения. Как обычно. Ну, папа никогда особо в мою личную жизнь не лез. — ... Вот как. Разговаривая, мы шли по станции. Сирамори-семпай сказала, что мы поедем до Сендая. — Куроя-кун, ты в Сендае бывал? — На экскурсии в средней школе. А ты? — Бываю иногда. С друзьями и отцом. Когда дошли до платформы, тут же приехал поезд. Двери открылись, и мы вошли внутрь. Видать со временем повезло, поезд не был переполнен. — Ах. Повезло, вагон пустой. Даже сесть получится. — ... Точно. — А? Ты чего приуныл? — ... Да нет, — соврал я. Не мог же сказать. Если честно... Хотелось, чтобы вагон был полным. Будь это любовная комедия... То герой и героиня в переполненном поезде прижимались бы друг к другу. «Сколько народу». «Точно. Сирамори-семпай, осторожнее, давай поближе ко мне». «А?.. А-ага... Спасибо». «... М». «Ах. Т-ты в порядке?» «В порядке, просто сзади придавили». «... Эй, Куроя-кун. Давай поближе». «А? Н-но если ещё ближе...» «Ничего, если это ты... Я не против». «Сирамори-семпай...» ... Типа так! Именно так всё могло быть! Чёрт. Вот чего ты такой пустой, поезд? Ну, события любовных комедий в основном в Канто происходят. Это не наш провинциальный городок. Заполненные вагоны я не встречал даже когда в час пик ехал. — Сядем там. Мы сели на свободные места. И вскоре поезд тронулся. Пейзаж за окном напротив мелькал всё быстрее. — У тебя какие-то планы есть? — М, не особо, просто прогуляться хотелось. — Просто? Надо же. На первое свидание она повела меня куда-то далеко. В данном случае вести я точно не смогу. Звучит жалко, но придётся отдать ей инициативу и слушаться. — ... Эй, Куроя-кун, — заговорила девушка, когда я впал в уныние. Голос приглушал шум... Но сказала это она прямо мне в ухо, потому услышал я это отчётливо. — Ты был расстроен... Из-за того, что поезд не был переполнен? — А? — Если бы был... Ты мог бы прижаться ко мне, верно? — ... М? Откуда? Откуда она знает? Она даже слишком прозорливая! — А, ну точно. Видя, как я паникую, она самоуверенно улыбнулась. — Вот как, ты так сильно хотел прижаться ко мне. — ... Н-нет. Не придумывай всякое. — Хи-хи-хи. Я оправдывался, но Сирамори-семпай не слушала. А я из-за того, что она насквозь меня видела, только и мог изнывать от стыда. — Дурачок ты, Куроя-кун. — ... Помолчи. Такие уж мужчины. Если появляется возможность, только и думают о том, как бы прижаться к девушке. — Да нет, просто я о том же. О том же? Это о чем, хотел спросить я... Но она была быстрее. Шух. Слегка сдвинувшись, Сирамори-семпай приблизилась. Наши плечи почти касались. Она была так близко, что сердце в груди подскочило... Только теперь я уже ничего не мог. Лежавшая на колене рука простым движением была похищена. Моя схваченная рука оказалась зажата между нашими бёдрами. Одно быстрое движение, и моя рука оказалась схвачена. А потом оказалось, что и наши пальцы переплелись... — А, что?.. — Хи-хи. После серии атак я просто застыл, а Сирамори-семпай весело наблюдала за мной. — Хочешь прижаться, можешь сделать это в любое время, — сказала она, слегка покраснев. Одновременно упрекая и провоцируя. — Мы ведь встречаемся, потому спрашивать не обязательно. — ... М. От её шептания у меня мозг закипел. — ... В-вдруг кто-то увидит? — Вот как. Тогда надо спрятать получше, — нежно нашептала она и придвинулась ближе. Наши руги буквально утонули между нашими бёдрами. Хоть на ней и была юбка, тыльной стороной ладони я ощущал её кожу... И этого было более чем достаточно, чтобы лишить меня возможности соображать. Я больше ни о чем не мог думать. Кроме девушки, сидевшей рядом... — Всё ещё недостаточно спрятали? — ... Нет. Достаточно. Ещё немного, и я просто не выдержу. А ведь свидание только начиналось. Мы ещё не добрались до места назначения, а мои нервы уже изнывали в предсмертной агонии.

Когда добрались до Сендая в караоке возле станции... Мы не пошли. — Раз уж приехали, давай осмотримся, — сказала девушка в приподнятом настроении. В первую очередь мы отправились в магазин одежды в здании станции. Весь этаж был отдан под дорогие женские магазины. Семпай шла здесь привычной походкой... А вот я ощущал себя не в своей тарелке. — А. Какая милая. Она взяла шляпу и примерила. — Ну как, Куроя-кун? — ... Нормально. — М, так себе ответ, — недовольно ответила Сирамори-семпай и положила шляпу на место. Ну, вообще-то мило. Ей очень идёт! Но я не я, если сделаю ей комплемент здесь. — ... Это, можно я снаружи подожду? — А, почему? — Да просто... Неуютно мне здесь. Модная одежда и красивые аксессуары. В магазине играла непонятная мне музыка на английском и почему-то приятно пахло... Тут прямо ощущалась аура моды. Клетки моего мрачного тельца отторгали всё это. — ... Ощущение такое, что продавцы и клиенты смотрят на меня глазами «ты что здесь вообще делаешь?» — Ты себя накручиваешь, — хихикнула Сирамори-семпай. — Я уже почти закончила, потерпи ещё немного, ладно? — Ага... — А потом пойдём покупать одежду тебе. Мужской тут тоже полно. — Мне не надо. Я не собираюсь на одежду деньги тратить. — Хм. Хотела бы я, чтобы тебя это хоть немного больше интересовало. — Как уж есть. Я же не такой как ты, не могу наслаждаться всей этой модой. — Как я? — Модные и милые девушки вроде тебя конечно интересуются модой, а такой как я... М? А? Погоди-ка. Что я сказал? — ... А-ха-ха. Вначале Сирамори-семпай удивилась, а потом неловко улыбнулась. — Смутил меня своими комплементами. — Н-нет... Это я просто... Я правда так думаю... В смысле нет. Я продолжал рыть себе яму, а девушка смущённо улыбалась. — Если честно... Я пошла покупать одежду, чтобы ты сделал мне комплимент. — К-комплимент?.. — Ага. Думала, что если буду примерять модную одежду, то даже цундере вроде тебя скажет «красивая» или «милая», — она продолжала. — Но я не думала... Что ты просто возьмёшь и скажешь мне комплемент. Я рада и смущена... Всё же вышло слишком неожиданно. — ... М. Из-за моей попытки самоуничтожения стратегия Сирамори-семпай так и не воплотилась. Это как ты стараешься и готовишь ловушку, чтобы поймать добычу, а она в итоге сама туда специально лезет. Стыдно и неловко.

После одежды было мороженное. Магазин находился на цокольном этаже здания станции. Я в таком плохо разбирался... Но продавец там напевал и делал мороженное, и место похоже было популярным среди молодёжи. — Почему он поёт и делает мороженное? — Кто знает? Может, чтобы оно стало вкуснее. — Типа заклинание в кафе со служанками, чтобы еда вкуснее стала... — Но ведь весело. Когда поступлю в университет, может тоже стоит тут поработать. — ... Я бы даже с почасовой оплатой в десять тысяч йен не согласился. Думая о том, как же отличаются жизнерадостные люди от мрачных, мы сделали заказ. Бодро напевая, сотрудник ловко исполнил наш заказ. У семпая было с клубникой, а у меня шоколадное. Взяв мороженное, мы заняли свободные места. — Молодец, Куроя-кун, сразу всё понял. — А? Что? — Специально заказал не такое же как у меня. Девушка зачерпнула мороженное ложной и взяла в рот. А потом ещё раз, но теперь поднесла ложку ко мне. — Так... Мы можем поделиться. — ... М. Наконец я понял смысл. Поделиться. То есть поделиться друг с другом. То есть это... — Да ты тоже стратег, Куроя-кун. Хотел сделать «а», потому и взял другое. — ... Нет. Я просто выбрал то, какое мне хотелось. — Ладно тебе. Давай-ка... Делиться. Я тоже шоколадное попробовать хочу. — ... Тогда давай я ещё одну ложку возьму. — Нет уж. Зачем посуду зря переводить? Надо оставлять после себя как можно меньше пластикового мусора и защищать окружающую среду. По хитрой улыбке было ясно, что об окружающей среде она точно не думала. — Что такое, Куроя-кун? Уже в старшей школе, а до сих пор из-за непрямого поцелуя переживаешь? — К-конечно нет. Я просто... Перед людьми такое делать не хочу. Ну... Вообще-то из-за непрямого поцелуя я ещё как переживаю. Взгляд так и тянется к губам. Эта Сирамори-семпай... Специально ведь попробовала. — Вот, «а». Пока я напряжённо думал, ко мне поднесли ложку. — Ну же, быстрее, Куроя-кун. — ... Но. — А, сейчас капнет, капнет. — ... М. Прежде чем оно капнуло, я подался вперёд. Глоть. Я съел предложенное мне мороженое. — О, съел. — ... Ага, съел. Твоими стараниями. — А-ха-ха. Точно. Ну что, вкусно? — Вкусно. — Это из-за того, что я тебя накормила. — Из-за стараний компании-производителя. — Хи-хи. Не можешь ты быть честным, — довольно сказала Сирамори-семпай. Я вздохнул... Но её нападение пока не подошло к концу. — Теперь твоя очередь, Куроя-кун. — ... А? — Не «а». Не честно, что только ты ешь. Я тоже хочу попробовать. — Я-я ещё не пробовал, вот, давай сама... — М. Не слушая, она выставила подбородок. И... Открыла рот. — Пофалуйта. — ... М. Её кривое «пожалуйста» отражалось у меня в голове. Что это? Беззащитная Сирамори-семпай с открытым ртом ждёт моих действий. Её сияющие губы и розовый язычок. Такое развратное зрелище... Или это у меня мысли нечистые? — ... П-прошу. Я вытянул ложку, и Сирамори-семпай съела мороженное. — М, это тоже вкусное. — Понятное дело. — Потому что ты меня им накормил? — Из-за стараний компании-производителя. Я отвёл взгляд от улыбающегося лица и сунул ложку в мороженное.

После заведения с мороженным мы пошли в книжный. По большому зданию мы шли к большому магазину. Да уж. Наконец можно выдохнуть. Всё по местам, где мне не уютно, ходили, но книжный — это мой дом родной. Здесь я впервые, но это место куда спокойнее, чем модный магазин одежды или с мороженным. — Обычные люди бы подумали: «Раз пошли гулять, то зачем в книжный идти?» — Наверное. Ещё бы и сказали: «Возле дома в книжном то же самое продают». — Хотя это не так. — Точно, совсем не так. Тут мы были солидарны. Верно. Это не так. Именно потому, что это этот магазин, а не другой, появляется желание что-нибудь купить. Здесь есть полки, на которые сотрудники специально выложили книги для покупателей, а ещё реклама, подстёгивающая желание купить. Благодаря стараниям продавцов можно найти то, что не встретил в интернет-магазинах или цифровых библиотеках. Конечно я не отрицаю ценность цифровых библиотек и интернет-магазинов. Мне всё нравится. У всего свои плюсы и очарование. И ещё, если купить в другом магазине, может достаться другая обложка или закладка. Если через какое-то время перечитывать, нахлынут воспоминания: «Кстати, эту книгу я купил во время поездки». — А. Эта манга сейчас везде продаётся. — Она и правда популярная. Мне тоже нравится этот мангака... Но предыдущая работа у него лучше. Она не особо продавалась, но в ней прямо чувствовалось, что автор полностью раскрылся. А тут видно, что делали для того, чтобы продать... — Ва, началось. Жалобы фаната, который хвалит не хитовую работу автора, а толком не продававшуюся предыдущую. — ... Всё, я молчу. — А-ха-ха. Ну прости, не дуйся. Весело разговаривая, мы ходили по магазину. Эх, хорошо же в книжном. В отличие от других мест тут спокойно как дома. Тут я могу глубоко вздохнуть, прямо ощущаю, что время, проведённое тут, мирное и спокойное... Вот только длилось это недолго. — ... А, — внезапно голос Сирамори-семпай переменился. — Что такое? — А... Нет, ну... А-ха-ха, — озадаченная, она рассмеялась. А потом. — Просто... Случайно на глаза попалась, — девушка указала на шкаф. На самой нижней полке в углу шкафа. Место не самое приметное, вот только она единственная слегка выпирала, потому и привлекала внимание. — ... М?! Я удивился. Книга, на которую смущённо указывала Сирамори-семпай. Это... «Тебе нравятся слегка развратные замужние женщины? Урок по лишению девственности от Норико-сан». — А-ха-ха... Её и в печатном виде продают, — всё ещё смущённо улыбнулась девушка. И мне... Было не менее неловко. Надо же. Вот уж не думал. Норико-сан, ты снова несёшь мне страдания? Это что, какой-то урок?.. — Нет... Ну как бы. Такие книги часто продают. Их много где не выставляют в отдельных зонах, а продают со всеми остальными... Их вполне можно встретить, — не желая, чтобы сохранялась тишина, Сирамори-семпай говорила без умолку. Да. Это книга... Вполне неплохо продаётся. В зоне с порнушкой или эротической мангой всё сурово... А вот эротические романы контролируют не так рьяно. В некоторых магазинах эро-ранобе могут стоять рядом с обычными книгами. Чёрт, как же так? В обычных магазинах я избегал этих зон, а пришёл впервые в новый магазин, и тут же попал. Случайно забрёл в зону эро-ранобе!.. — Она не просто корешком стоит, её обложкой выставили, значит продаётся неплохо? — ошарашенная вначале Сирамори-семпай успокоилась. На лице появилась хитринка, и она посмотрела на меня. — Д-даже не знаю... Наверное продаётся, — дал я невнятный ответ, но на самом деле знал. Серия Норико-сан... Довольно продаваемая серия, уже даже с производством ОВАшки определились. Серия насчитывает уже три книги. — Всё же мужчинам нравятся «замужние женщины». — Т-ты что говоришь?.. — Просто складывается такое впечатление. Я в этом плохо разбираюсь... Но похоже это популярный жанр в сериях для взрослых. — К-кто знает. — И мне тоже это странное прозвище придумали. Всё же парням что-то нравится в «замужних женщинах». Им нравится эта непристойность? Типа интересна запретная любовь? — ... И это тоже, но парни куда проще. В произведениях для взрослых «замужняя женщина» — воплощение желания, потому по большей части её связывают с воплощением сексуальности... Нет, стоп. Что я тут объясняю? Что происходит вообще? Почему во время свидания с девушкой я высказываю свою точку зрения о том, почему популярны произведения для взрослых, где присутствуют «замужние женщины»? — Хм, а ты разбираешься в «замужних женщинах», Куроя-кун. — ... Да не особо. Как все. — Хи-хи-хи. Ох и проблемный мне парень достался, — она весело улыбнулась. — А если бы я и правда была «замужней»? — продолжила она. — Если бы я вышла за кого-нибудь замуж и стала «замужней», ты бы обрадовался?.. Было прямо очевидно, что это шутка. Это был простой разговор «а что если». Головой я это понимал. Но сам не заметил. — ... Даже думать об этом не хочу, — не давая ей договорить, ответил я. — Я уже говорил, эта книга — простое развлечение. А реальность — дело совсем другое. Я до смерти не хочу, чтобы Сирамори-семпай становилась «замужней». Не чьей-то женой, а мо... — без остановки говорил я, и тут пришёл в себя. Девушка поражённо смотрела на меня. На лице было удивление, а ещё она будто чего-то ждала. Когда увидел её беспокойную и предвкушавшую, тут же весь запылал от стыда. — Мо... Что? — ... М! Н-ничего! Я отвёл взгляд и отвернулся. — ... Пошли уже. Не можем же мы всё время стоять в этом постыдном месте и на постыдные темы говорить. — А? Почему? Договаривай до конца. — ... Не скажу. Сирамори-семпай была недовольна, а я мог только пытаться убежать.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка. Мы и дальше бродили по зданию, и вот на часах уже было больше четырёх. И мы наконец решили сходить в караоке. — При условии, что нам уже скоро возвращаться, у нас осталось около часа. — Ага. И так неплохо. Посидим часик, — сказала Сирамори-семпай, пока мы спускались на эскалаторе. — Если честно, мне караоке не очень нравится. Слова были шокирующими. — П-правда?.. — Я не против послушать, как другие поют, но сама петь не люблю... А ты, Куроя-кун? — Я тоже не особо люблю. Терпеть не могу, когда на меня все смотрят. — А-ха-ха. Раз нам обоим это не интересно, может не пойдём в караоке? — ... Тогда чем теперь займёмся? А ведь всё началось со слов о том, что я поступил не честно, когда пошёл с Укё-семпай в караоке, так что должен и с ней сходить... Когда я спросил, девушка как раз сошла с эскалатора. — А ты как думаешь, зачем мы пришли? — ответила вопросом на вопрос она. Слегка склонив голову, она радостно улыбнулась. — Зачем? — Да, правильный ответ. Мы пришли на свидание. — ... Я вообще-то ничего не сказал. — У тебя на лице было написано. «Я счастлив на свидании с любимым семпаем». — ... Если прочитала, могла бы сама себе и ответить. — А-ха-ха. Не будешь отрицать? — Не буду придираться к мнению читательницы, — выпендрился я. Отрицать... я не мог, пусть даже пришлось бы врать. Аж стыдно от того, насколько она была права. — Так... И чем теперь займёмся? — М. До обратного поезда время ещё есть, можно и в караоке сходить. Только не петь, а просто отдохнуть, там же можно и купленные вещи примерить. В итоге мы отправились в караоке. И всё же мне было легче от мысли, что петь не придётся. Вчера в ванной я столько тренировался, что даже родные разозлились, слегка обидно, что не смогу результаты продемонстрировать, но облегчение было сильнее. Мы выходили из здания станции. — Куроя-кун, неужели ты прошлым вечером тренировался в пении... — Сирамори-семпай точно эспер прочитала мои мысли... И тут остановилась. Не просто замолчала, ещё и встала на месте. — А?.. Ч-что случилось? — я тоже остановился и спросил, однако ответа не последовало. Она смотрела в сторону выхода. У двери, ведущей к выходу была скамейка... И с краю сидела девушка. Волосы до плеч, детское лицо. Где-то в средней школе. Миниатюрная, но рубашка на ней была слишком большого размера, потому выглядело это странно. Взгляд Сирамори-семпай... Был направлен именно на эту девушку. В её глазах были неуверенность и сомнения. Будто она не знала, как ей поступить... — ... А. И тут... Девушка тоже заметила нас. На лице появилась неловкость, она встала со скамейки и подошла. — Давно не виделись, Касуми-сан, — формально поздоровалась она и поклонилась. А семпай... — Давно, Казуми, — дружелюбно улыбнувшись, поздоровалась с ней. Неуверенность и сомнения куда-то пропали. Будто их и не было. — Вот так совпадение, встретились в таком месте. — И правда. Я тоже удивилась. — Ты тоже за покупками? — Ну да. С другом из школы. — Вот как... А? — спокойно говорила она, но вот взглянула на меня и застыла. Я тоже был озадачен, и воцарилась неловкая тишина. — Это... Касуми-сан, этот человек... — Мой кохай из школы. — М, у нас сложные отношения, — специально сообщила Сирамори-семпай. — Мы больше, чем друзья, но меньше, чем влюблённые... Верно? — ... Только на меня перебрасывать это не надо. Я не представлял, что должен был ответить в такой момент. — Эх... Вот как. Ну, это вполне ожидаемо. Ты же уже в третьем классе старшей школы. Вначале девушка удивилась, а потом стала вести себя так, будто её это не касается. — Куроя-кун, это Беникава Казуми-тян, ученица первого класса средней школы. Казуми-тян, это Куроя Сокити-кун, мой кохай со второго класса старшей школы. — А... З-здравствуй. Я Куроя, — я тут же поклонился. Пусть она была младше, мы только встретились, потому я был вежлив, такой уж я. И всё же. Я предполагал, что она в средней школе, но не думал, что на первом году. Быстро же дети растут. Она уже прямо как взрослая. И. В чём-то... Похожа на Сирамори-семпай. — Рада знакомству, я Беникава, — спокойно поздоровалась она. — Касуми-сан... Это. Девушка замолчала. — Родственница, наверное? Пришла на помощь... А может и указана за неё Сирамори-семпай. — ... Верно, родственница, — усмехнувшись, кивнула Беникава-сан. Что-то... Здесь странное. Слушаю их, и как-то неспокойно. Никакой неприязни, скорее уж они ведут себя дружелюбно... Но при этом скорее неловко. Между ними дистанция и напряжение. — Казуми-тян, ты одна пришла? — Нет... Мама тоже пришла. — А... Вот как. — Она в туалет пошла, я её жду, — ответила Беникава-сан. — Думаю, скоро вернутся, поздороваешься с ней? — Да нет, — тут же ответила Сирамори-семпай. — Мы уже возвращаемся. Скоро уже поезд, так что мы спешим. Я удивлённо покосился на неё. Она была спокойна. Спокойно... Врала. Ещё не настало время возвращения. Мы собирались сходить в караоке, куда нас даже сильно не тянуло. — В следующем месяце всё равно увидимся, так что сегодня не обязательно. Передавай ей привет. — ... Вот как. Хорошо, — Беникава-сан кивнула. — Ладно, пошли, Куроя-кун. — А... Д-да. — Увидимся, Казуми-тян. Пока, — жизнерадостным голосом попрощалась Сирамори-семпай и ушла. Я поклонился и последовал за девушкой. Покинув здание, мы какое-то время шли. Не в караоке и не к турникетам, Сирамори-семпай просто продолжала идти прямо. Будто... Сбегала от чего-то. — Сирамори-семпай... — молчание было невыносимым, и я заговорил. — Это... Ты в порядке? — ... Она остановилась. И медленно обернулась. — Видно же... Что не в порядке, — повернувшись ко мне, она озадаченно улыбнулась. — Да уж. От неожиданности что-то меня слегка понесло. Обычно... Всё проходит лучше. — ... — Прости, Куроя-кун. Вмешала тебя в свою ложь. — Да ничего, — сказал я, пытаясь сдержать поднимавшееся внутри беспокойство. Я думал, что возможно не стоит влезать в это, но всё же должен был спросить. — ... Эта девушка, Беникава-сан... Какие у тебя отношения с ней? Вряд ли она просто родственница. Мне казалось, что связь или же пропасть между ними куда глубже. — То, что она родственница... Я не соврала. Она и правда родственница. Мы связаны кровью, — говорила Сирамори-семпай. И слабо улыбнулась. — Казуми-тян... Моя младшая сестра. Только отцы разные. Вот так. Сказала девушка. Как-то неестественно безразлично.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Прощальная ностальгия

Около полугода назад. Во время подготовки к культурному фестивалю. — ... У меня нет мамы. В кабинете после занятий. Так сказала Сирамори-семпай, пока мы составляли клубную книгу для фестиваля. Сказала довольно безразлично. — Нет... — А, это не какая-то мрачная история. Она жива, мы регулярно видимся. Просто вместе не живём. Жизнерадостно, неестественно жизнерадостно ответила она. Разговор вроде начался с вопроса: «Как давно ты читаешь книги?» Я рассказал свою не особо интересную историю, настала очередь Сирамори-семпай, и она стала рассказывать про своё прошлое. — Когда я была маленькой... Мне было четыре, когда мои родители развелись, я осталась с отцом. Не знаю, что случилось... Ну, много всего. Это только им известно, — спокойно рассказывала она. Будто её это не касалось. Будто зачитывает какую-то историю. Вспоминаю сейчас... И мне кажется, Сирамори-семпай выглядела тогда слегка уставшей. Уставшей и мрачной. В том году на культурном фестивале... Она была совершенно загнанной. Из-за окружающих, и из-за собственных проблем. Возможно из-за этого. Она начала рассказывать обо всём. Говорила слабо, точно жалуясь, она оправдывала себя, мол поэтому и поэтому я стала такой... — Сейчас уже у меня получается неплохо держать дистанцию... Но раньше было куда тяжелее. Я очень любила маму. И каждую ночь плакала: «Хочу увидеться с мамой, хочу увидеться с самой»... Очень тревожила этим папу, — виновато говорила она... Хотя мне казалось, что винить ей себя не в чем. Конечно четырёхлетнему ребёнку нужна мать. И обстоятельства родителей его не волнуют. — Тогда отец был таким усталым, что это было понятно даже ребёнку. Оно и понятно... Развод и опека отняли много сил, а ему ещё надо было работать и присматривать за мной. Это было очевидно. Тяжело пришлось не только семпаю. Её отцу пришлось справляться с работой и домашними делами, а такие перемены истощали. Такое понятно даже маленькому ребёнку. — Я... Постепенно перестала плакать. Даже когда я плакала, папа не злился... Он выглядел печальным и всё время извинялся. Потому и я чувствовала себя виноватой... Будто я сделала что-то не так. Будучи ещё маленькой, она стала беспокоиться за вечно уставшего отца. Это было добротой и чувством вины одновременно. — Чтобы не доставлять ему хлопот, я старалась вести себя как можно спокойнее... И тогда начала читать книги, — сказала семпай. Она продолжала работать и погладила книгу, которую держала в руках. — Вначале были книжки с картинками, но их я быстро заканчивала, мне стали покупать книги толще и сложнее, и я стала читать их... И так я каждый день проводила за чтениями, а отец меня хватил.

«Касуми такая спокойная девочка». «Касуми взрослее других детей».

Так её отец и хватил Сирамори-семпай. Я могу... Представить, о чём он думал. Её отец был постоянно занят на работе, а потом занимался делами по дому, а раз ребёнок тихо читал книги... Не кричал «хочу играть» или «давай куда-нибудь сходим», а тихо читал книги у себя. Он был точно благодарен за это. Она была ребёнком мечты. — Я была рада, когда он меня хвалил, и что важнее, на его лице было облегчение. Я думала: «Ах, папа радуется, когда я читаю книги»... И ещё сильнее увлеклась ими. Так и сидела всё время одна к комнате, — семпай улыбнулась, но выглядела одинокой. Не скажу, что история плохая или печальная. Дочь заботилась об отце и читала книги. Отец называл её «хорошей», а она хотела ответить на его чувства и погрузилась в мир книг. Здесь ничего неправильного. Таких семей много. Но... Почему-то мне кажется, будто тут что-то искажено. — ... А. И я не заставляла себя читать книги, — точно вспомнив, добавила Сирамори-семпай. — Я просто начала читать. И когда начала, увлеклась этим, стала читать всё больше. А папа мне покупал столько книг, сколько я хотела, — она продолжала. — И ещё... Я ждала. Надеялась. Если буду слушаться, буду «хорошей»... Мама вернётся. И мы снова будем жить все втроём... Вот о чём я мечтала. Ну не дура ли я? Так с улыбкой спросила семпай. Она точно усмехнулась над собой, и у меня в груди всё сжалось от боли.

— Значит Беникава-сан твоя младшая сестра... — Да. Всё сложно, но она моя сестра. Казуми-тян наполовину мне родная. Разведясь с отцом, мама снова вышла замуж... А потом забеременела Казуми-тян. — ... — Вышла замуж менее чем через год после развода и сразу же забеременела... Подробностей я не знаю, но похоже причина развода связана с моей мамой... — ... — А-ха-ха. Прости, смутила я тебя своим рассказом. — ... Нет. Сирамори-семпай жизнерадостно улыбалась, но ничего весёлого здесь не было. Место... Первый этаж караоке недалеко от станции. Расставшись с Беникавой-сан, мы пошли туда, куда изначально собирались. В выходной день людей здесь похоже хватало, потому нам предоставили небольшую комнатку. Она была где-то вдвое меньше той, куда меня приводила Укё-семпай. Вдвоём в небольшой комнате. Обычно я бы нервничал, смущался и паниковал... Но не в этот раз. — Эх. Я впервые пошла с Куроей-куном в караоке, но петь никакого желания. Хотя его и не было особо никогда, — из-за того, что атмосфера была тяжёлой, Сирамори-семпай как и обычно жизнерадостно, нет, ещё более жизнерадостно старалась вести себя. — ... Беникава-сан. — М? — А, нет, просто Беникава-сан... Ты обычно общаешься со своей сестрой. Беникава Казуми. Сестра Сирамори Касуми... Пусть отцы и разные. Во время культурного фестиваля в том году я слышал, что её мать вышла замуж за другого мужчину... Но не знал, что у девушки есть младшая сестра. И она может общаться с ней. — ... Не знаю, обычно ли, но да, мы общаемся, — она озадаченно улыбнулась.- Я ведь до сих пор вижусь с мамой, и виделась с её семьёй. Потому... Потому и они нас знают. Странно сбегать, потому я обычно общаюсь... Но это довольно неловко. — ... — И сложнее с этим всё же Казуми-тян. Она не знает как себя вести. Всё же я ребёнок предыдущего мужа её мамы. Это же относилось и к самой Сирамори-семпай. Для неё девушка была дочерью нового мужа матери. Я вспомнил их встречу. Если подумать... Между ними сохранялась дистанция. Заметив друг друга, они обе колебались. Словно. Были не уверены, стоит ли окликнуть. В голове был вариант ничего не говорить и просто пройти мимо. — Я ведь старшая сестра, потому должна постараться и наладить отношения, но это непросто... Я прямо чувствую, как она старается сдерживаться, и из-за этого между нами странная дистанция. Сама Сирамори-семпай... Так же сдерживается. Они обе чувствуют себя обязанными друг перед другом и стараются быть осторожными. Я могу понять причину их напряжения и отчуждённости. — ... Ничего, что ты с мамой не встретилась? — спросил я. Спросил. Не знал, стоит ли с этим лезть, но всё же спросил. — Она ведь тоже там была. — ... М. Ну, я же говорила, в следующем месяце мы увидимся. Мы видимся каждый год на летних каникулах. — Но ведь так... — К тому же, — она не дала мне договорить. — Сегодня... Я не готова. Если морально не приготовлюсь к встрече с мамой, это сделать очень непросто. — ... Мне показалось, что в груди подул холодный ветерок. Не готова? Морально подготовиться? Это... Нужно для встречи с родной матерью? Обычно ведь родитель — это тот, с кем общаться спокойнее и проще всего. По крайней мере... У меня. Чтобы поговорить с мамой, мне готовиться не надо. Но это «обычное дело» — существует только в моём маленьком, ограниченном мирке. — ... Не то чтобы я ненавижу маму, — точно оправдывалась она. — У неё были свои обстоятельства, раз она развелась и снова вышла замуж, — понимающе говорила она. Будто это был шаблонный ответ. Какой-то... Ответ взрослого. — Я её не ненавижу... Просто до сих пор не до конца понимаю, как общаться. Когда вижу её с Казуми-тян... Сразу думаю: «А, она больше не моя мама. У неё другой мужчина, другой ребёнок, теперь она стала мамой в новой семье». Иногда видеться с ребёнком после развода. Это возможность и долг матери. Как мать и как родитель она видится с Сирамори Касуми. Но семпай... Не знает, как ей быть. Она так и не нашла ответ, насколько может относиться как к матери к женщине, у которой новая семья. — Тут никто не виноват, — заговорила девушка. — Не думаю, что папа и мама сделали что-то неправильное... И Казуми-тян тоже ни в чём не виновата. У каждого свои обстоятельства... Но от этого, как-то совсем не легче. — ... — А-ха-ха. Было бы проще, если бы был кто-то, кого можно было обвинить. Если бы можно было точно сказать «вот это он виноват», и его за это ненавидеть и проклинать, тогда возможно стало бы проще... — весело говорила она, но голос и улыбка были пустыми и печальными. Это тебе не моралистический роман, а реальность... Тут нет никакого злодея. Тут почти никогда не встречается злодея, разобравшись с которым, станет легче. Все в жизни совершают ошибки... Потому и ранят других без всякого злого умысла. Если зубцы шестерней не попадают в такт, возникает диссонанс, человеческие отношения искажаются... Таких примеров в мире довольно много. В истории Сирамори Касуми... Нет очевидного злодея. Нет никого, кто умышленно решил разрушить отношения. И в каком-то смысле им повезло. Но ни мир, ни людей нельзя назвать простыми. На зло можно ответить злом. Если кто-то своим злом причинил тебе боль, ты можешь его просто не признавать. Даже если не можешь искоренить зло, можешь восстановить душевное спокойствие, ненавидя этого человека. Однако. Что делать в мире, где нет абсолютного зла, когда тебе сделали больно? — ... Прости, всё настроение испортила. А ведь это наше первое свидание. Она поникла, но голос специально оставался жизнерадостным. Даже в такое время она думала обо мне. А я... Не знал, как поступить. Я не знал, что сказать девушке, которая старалась улыбаться. Я постоянно читаю книги, пусть всего выпустил одну книгу, но я писатель, и всё же не могу подобрать подходящие слова. Меня бесило собственное бессилие. Не то, чтобы в голове было пусто... Я придумывал всё новые и новые слова, но произнести не мог. «Этими словами я не подбодрю ей», «как далеко я могу соваться в её личную жизнь»... Я не прекращал думать об этом и в итоге просто молчал. И терпеть не мог себя за это. Я ничего не мог сказать. Я посторонний, всего лишь кохай из школы... хоть и парень, но скорее на испытательном сроке, и я не имел права что-то говорить. Потому. Именно потому. Хотя бы... — ... А? — прозвучал удивлённый голос Сирамори-семпай. Оно не удивительно. Всё же парень, который был рядом... Внезапно обнял её. Жамк. Я обвил её плечи и крепко прижал. Напряг свои дрожащие руки, как мог подбадривал себя. — К-Куроя-кун?.. — прозвучал взволнованный голос девушки, находившейся в моих объятиях. — Ты ведь сама сказала, что я могу прижаться когда пожелаю, — мой голос дрожал. Я испытывал напряжение и тревогу, сердце было готово выскочить через рот. Я был готов хоть сейчас бежать отсюда, но подавил это давящее чувство и продолжал прижимать её. — ... Она не отвечала. Но я ощущал, как напряжение в её теле постепенно развеивается. Она не отвергла меня... Так я подумал. В это хотел верить. Я обнимаю её не впервые... В том месяце, когда она пришла ко мне в гости и вернулась мама, я обнял её, пытаясь спрятать под одеялом... Но я так тогда разволновался, что все пять чувств у меня полностью отшибло. Но сейчас всё иначе. Сейчас я соображаю ясно, а все органы чувств работают прекрасно. Всё моё тело пыталось ощутить её. Даже черед одежду я чувствовал, какая она мягкая и тёплая. От её длинных и шелковистых волос приятно пахло. Аромат, который всегда от неё исходил. Сегодня я ощущал его ближе. Всё тело накрыло тепло и приятный аромат, и мозг был готов закипеть.

В версии с изображениями тут находится картинка. — Сирамори-семпай, — заговорил я. Я не настоящий парень, потому не имел права что-то говорить. Не мне было лезть с советами по поводу её семьи, и вряд ли я смогу сказать что-то, что внезапно улучшит её положение. Но. Всё же... Я собирался сказать. Хоть и не имел права, я хотел это сказать. Сообщить самому моему любимому человеку в моих объятиях. — Ты такая добрая. — ... Добрая. — Ты же сама сказала. Было бы проще, если бы был кто-то, кого можно было обвинить. Если бы такой человек был. Если бы можно было сказать «это всё он виноват». Ненавидеть его, чтобы восстановить душевный покой. — Но... Ты думаешь, что такого человека нет, что никто не виноват, а потому ты очень добрая. — ... — Ведь зло все воспринимают по-разному. Плохой человек или хороший... Всё зависит от того, кто смотрит. Окажись кто-то другой на месте Сирамори-семпай... Его бы охватили совсем другие чувства. Кто-то мог бы проклинать конкретных людей или всех вокруг. Окажись я в такой ситуации... Возможно ненавидел бы свою мать, завидовал бы сестре и был недоволен своим отцом. Я отрицал бы всех вокруг и считал, что один я прав. Но семпай сказала, что никто не виноват. Она никого не ненавидит, не отрицает чужие точки зрения, выставляя себя правой. — ... Я добрая? После паузы она неуверенно улыбнулась. — Не думаю, что я такая уж добрая. Скорее хитрая и расчётливая. — Это не так. — Я не добрая... Просто умею читать атмосферу. Мне страшно сталкиваться с другими, я не хочу рассказывать о своих чувствах, я просто веду себя как взрослая, не поднимаю волн. Прямо как взрослая... Стараюсь изворачиваться. Веду себя так, будто забочусь о других, но думаю лишь о себе одной. — ... Даже если так, я считаю, что ты добрая. И это мнение... Оно лишь моё собственное, — сказал я. — Не говори плохо о произведении, которое мне нравится. — ... — Даже если автор от него отказывается, решать, какое оно, читателю * .

... Хватит говорить гадости о произведении, которое мне понравилось. ... Нравится книга или нет... Решать лишь тебе. ... Пусть даже сам автор будет не согласен. ... Даже если автор отрицает... Интересная книга или нет... Решаю я сама.

Прошлый год. Я разочаровался в своей мечте и погрузился во тьму. Я считал, что моё прошлое жалкое и бессмысленное... И принять его мне помогли слова семпая. Добрые, но суровые слова поддержки. Моё сердце было окрашено чёрным, и вот его снова обелили. С того дня оно вернуло свой истинный цвет. И я снова... Решил устремиться к своей мечте. Сирамори-семпай встретила впавшего в отчаяние меня лицом к лицу. И я тоже... Хотел ответить ей тем же. Пусть я не мог сказать подходящих слов, но хотелось хотя бы объяснить это простыми словами без прикрас. — ... Пф. Ха-ха-ха, — и вот она наконец рассмеялась. — Всего-то одна книга. Вот ведь... Для кохая ты слишком уж дерзкий. — ... В такие моменты я говорю не как кохай. — Верно. Сейчас ты не кохай, а мой парень. — ... Пусть и на испытательном сроке. — Хи-хи. Верно. Она счастливо рассмеялась, а потом... Жамк. Сирамори-семпай обвила руками мои плечи и обняла. Так же как, а может и крепче она обняла меня. От неожиданности сердце подскочило... Но двинуться я не мог, к моей груди Сирамори-семпай прижималась своей грудью. Контакт стал в разы плотнее. Она крепко обнимала меня, и мне казалось, что мои объятия были детской забавой. — Что?.. — Добрая, да? — игнорируя то, что я паникую, проговорила она. Сладкий запах, от которого я был готов растаять. — Странно. Когда Куроя-кун сказал это, я подумала, что так и есть. Слова и объятия становились увереннее. Я же не знал, как реагировать... И ещё раз обнял её. Мы просто молча обнимали друг друга. Вряд ли такое стоит говорить автору, нацелившемуся на повторный дебют... Но так тепло человека донести проще всяких слов. Так мы и обнимались, пока не прозвучал звонок, возвещавший о том, что осталось десять минут. В итоге в первый раз придя в караоке, мы так и не пели. Но это время было таким значимым, что мы его не забудем. ***

«Прости, Касуми. Мама больше не может жить с вами». «Мне правда жаль». «Не плачь... Мы же не навсегда расстаёмся». «Мы и дальше будем видеться». «Мама тоже очень тебя любит». «Так что будь хорошей девочкой и слушайся папу».

Эти слова оставила мне мама, а потом ушла. Будучи ребёнком, я вбила себе в голову «если я буду хорошей, мама вернётся», но это было не так. Увидев маму с Казуми-тян... Я вынуждена была понять. Мама больше не вернётся.

«Касуми такая спокойная и хорошая девочка». «Касуми взрослее других детей». «Касуми такая послушная, это так замечательно». «Вот, я купил книгу, которую ты хотела». «Прости, что не могу поиграть с тобой...» «... Вот как, спасибо».

Папа постоянно нахваливал меня. Я радовалась этому, а ещё мне было тяжело смотреть на папу, который испытывал вину за то, что не мог постоянно быть рядом со мной... А я становилась самостоятельной. Старалась стать таким ребёнком, который не доставляет хлопот.

«Всё же на тебя можно положиться, Сирамори-сан». «Когда оставляю это на Касуми-тян, могу быть спокоен». «Сирамори-сан такая собранная и взрослая». «Здорово, что ты есть». «Сирамори-сан не такая, как мы». «Здорово, ты так легко общий язык со всеми находишь».

Так обо мне говорили друзья. Я читала атмосферу, играла ту роль, какую от меня требовали, и все хвалили, называя меня «взрослой». Конечно было приятно... Но почему-то я не радовалась. Я скорее чувствовала себя пустой. От меня этого ждали, потому я продолжала играть, и я играла, потому от меня этого ожидали ещё больше. И так по кругу. Вопросов возникать не должно было. Пока я «хорошая» и «взрослая», всё будет гладко. Почему так пусто? Почему мир... Такой бесцветный? Почему... Я сама такая блёклая? Почему, почему, почему... И так далее. Все эти мысли роились глубоко в моей голове. А на душе была пустота, которая никуда не хотела уходить. Да. До тех пор, пока я не встретила его.

Станция Сендай. — ... А. Поезд уехал. Поднимаясь и спускаясь по лестницам, мы добрались до платформы, и поезд как раз ушёл. — Чуть-чуть не успели. — Следующий... Будет только через двадцать минут, — сказал Куроя-кун, посмотрев на телефон. Похоже проверял, когда следующий поезд. Он так быстро сделал это, потому что с самого начала подозревал, что мы опоздаем. Был готов к этому или заранее смирился. — Тогда давай посидим и подождём. Мы сели на скамейку. Поезд только что ушёл, потому людей вокруг не было. Обычно вокруг слышались голоса людей и шум поездов, но вечером здесь было очень тихо. — ... Похоже я припозднюсь. Наверное надо было перекусить. — Наверное... Но это ничего? — Ага, если предупрежу, всё будет в порядке. А ты, Куроя-кун? — Тоже должно быть нормально. — Вот как. — Ага... Мы замолчали. У... Как неловко. С тех пор как покинули караоке, всё время сохраняется эта неловкость. Будто я что-то постыдное сделала. Неужели... Дело в объятиях. Куроя-кун тогда был очень мужественным. Стоит вспомнить, и лицо пылать начинает. Но похоже... Это и к нему относится. Ему ещё более неловко, чем мне. С тех пор как покинула караоке, мы даже в глаза друг другу не смотрели. По нему видно, что он старается беспокойство скрыть, вижу его таким, и самой немного спокойнее становится. — ... Немного успокоившись, я вспомнила разговор в караоке. Добрая. Так Куроя-кун назвал меня. Приятно конечно, но раз он считает меня доброй... То и сам он тоже добрый. Добрый. Куроя-кун очень добрый. Добрый, нежный, чувствительный. Обычно притворяется холодным, но на самом деле он очень добросердечный парень. Тут я вспомнила. Написанный им роман... «В чёрном мире со светлой тобой». Пересказать содержимое парой слов непросто. Это история про ребят, не привыкших к школе и обществу, они набивают шишки, но продолжают двигаться вперёд. Если определять жанр, то это «молодость». Как он сказал, книга совсем не продавалась... Но немного я могу это понять. Содержание не самое подходящее и название заковыристое. Я бы и сама не стала покупать и читать, если бы не знала, что это книга знакомого. Вообще я до сих пор не понимаю, почему её выпустили. Она не продавалась, и похвалить её за содержание сложно. Предложения и компоновка текста рваные, а под конец так и хочется спросить: «... А? Это конец?» Такую книгу сложно порекомендовать. Но. Для меня... Она попала в цель. Я была впечатлена его доброй историей. Конечно неправильно, что я увязываю личность автора и сюжет произведения... Но если ты знаком с автором, в любом случае будешь это делать. Книга пропитана его добротой и теплом. Она не очень понятная, и концовка размытая. Тут нет добра и зла, она не захватывает на лету. И всё же, как бы сказать, не могу подобрать подходящие слова... Наверное стоит назвать эту историю «положительной». Она строится не на отрицании, а на чем-то положительном. Неумеха, так и оставаясь таким же, неумело движется вперёд. Эта история подталкивает идти вперёд тех, кто выбрал ошибочный путь: «Пусть все считают, что это неправильно, но этот путь куда веселее». Она не ведёт по правильному или обычному маршруту. Не подчиняется обычной точке зрения и правилам. Не украшена развитием и ростом. Слегка странные ребята своим странным способом движутся вперёд. Как мне кажется, эта история вполне в его духе. Добрая история в его духе. Если подумать. Когда я прочитала эту книгу... — ... Сирамори-семпай. И. Он вернул меня из моих мыслей. — М. Что? Я повернулась, но Куроя-кун не смотрел на меня. Хоть и окликнул, смотрел он перед собой. — Вон, — сказал он и протянул небольшой свёрток. — А?.. Ч-что это? — ... Подарок. Озадаченно я взяла его, а он всё ещё пытался подавить смущение. И мне от этого становилось неловко. — А? А? Подарок?.. Зачем? — Не зачем... Ну, мы ведь месяц встречаемся... Вроде как памятная дата. — ... — ... Нет, ну... Прости. Всё же верни. Отстойно это. Подарок на месяц отношений... И правда звучит странно. — А, н-нет же! Не странно! Я просто удивлена! Моё молчание он воспринял неправильно и был готов заплакать, а я тут же стала отрицать всё. Я правда была удивлена. Очень удивлена, даже слов не находила. — ... Я очень удивилась. Не думала, что ты приготовишь подарок, — я снова взглянула на свёрток. — Можно открыть? — ... Давай. Только многого не жди. Это так, безделушка... Я посматривала краем глаза на кроткого Курою-куна, пока открывала. — ... Ва. Внутри был... Брелок для ключей в виде белого медведя. Белая медаль с лицом медведя. Милый, но не привлекающий внимания, такие вешают на рюкзаки, и никто не обращает на них внимания, как по мне довольно стильный. — Какой милый. — ... Это медведь, и он на камень из реверси поход. Я подумал, что он вроде как связывает нас. Понятно. Ведь и правда мордочка медведя похожа на белый камень для реверси. А доска с чётными и белыми камнями прочно увязалась с нами. — ... М? Реверси? Это настольная игра с чёрными и белыми камнями. Мне достался белый медведь. — Значит. — ... Неловко молча, он достал из кармана брелок для ключей. Такой же как у меня... Только цвет отличался. У него был чёрный мишка. Другого цвета, нежели он дал мне. — Парные?! — ... — Ого. Вот я удивлена, не ожидала, что ты сделаешь такой подарок. Я думала, что ему не нравятся парные вещи. — ... Прости, может всё же вернёшь. Как-то отстойно выглядят парные брелоки... — Не верну! Я очень рада подарку! Блин! И чего он не уймётся? Неужели не видит, как я рада? — Я очень рада, спасибо, Куроя-кун. — ... П-пожалуйста. — Но прости. Я ничего не приготовила... Знала, что мы уже месяц встречаемся, но никакого подарка не приготовила. — Не переживай. Я сам так решил.

В версии с изображениями тут находится картинка. Хоть он и сказал так, но мне от этого было неловко. Вот я облажалась. Я испытывала вину... А ещё обиду. М. Полностью продула. Сделал всё так замечательно. И теперь сердце так колотится. Я его ещё сильнее полюбила! Обычно ведь на него нельзя положиться, он совсем пассивный, так почему в подобные моменты становится таким классным?! И в караоке меня обнял! Прямо специально в такие моменты крутым становится! Блин! Блин! — ... Тогда позволь отплатить. Стараясь скрыть то, как бешено стучит сердце, я уверенно обратилась к нему. Вытянула руки и коснулась его лица. Я нежно прижимала их к его щекам. — Сейчас я могу лишь это. — ... А, что? Он широко открыл глаза. Я закрыла глаза и стала приближаться, и наши губы уже почти... Жамк. Я ущипнула его за щёки. Прямо как тогда в комнате. — Жамк, жамк. — ... — Жамк, жамк. — ... Т-ты фто делаеф? — М? Как что? Массаж. Так я ему ответила. Под конец будто сердечно промелькнуло. — Фот как. На лице Курои-куна появилась усталость. — А? Ты разочарован, ожидал чего-то другого? — ... Да нет. При том, что он дулся, всё было очевидно. ... Он мне подарок подарил, а я над ним подшучиваю, вот такая я ужасная девушка, но я просто не могу контролировать свои желания. Прости, Куроя-кун. Понимаю, что это неправильно... Но остановиться не могу. — Жамк, жамк. — Долго ты ещё продолжать собираешься? — Эй, эй, скажи «школьная библиотека». — Не скажу! — крикнул он и подался назад. Парень стал потирать свои щёки. — Блин... Сирамори-семпай... Ты иногда прямо как ребёнок, — сказал он. А я... Удивилась. Чтобы понять смысл слов, мне понадобилось время. Скорее всего мне сказали такое впервые. — ... Как ребёнок? Я? — Да, как самый настоящий маленький ребёнок. — Вообще-то меня все взрослой называют. — Потому что ты всех своей внешностью обманывает. Постоянно что-то хитрое придумываешь и радуешься, когда другие озадачены... Ты точно ребёнок, — дуясь, говорил он. Вряд ли он вкладывал в это глубокий смысл. Просто обиделся на мои издевательства и решил ответить. Но из-за того, что слова были вот так просто обронены... Из-за того, что они были искренними, они поразили меня в самое сердце. Вначале я не поняла смысл, но вот они стали растворяться, пропитывая моё сердце. — ... Вот как. Наверное, — я улыбнулась. — Перед Куроей-куном я могу быть ребёнком. — ... В каком смысле? — В разных, — сказала я, а он озадаченно посмотрел на меня. Скорее всего... Я ещё никогда не выглядела такой счастливой. С самого детства... Я вела себя как взрослая. Хотела стать взрослой, и все вокруг хотели этого. Я всё тянулась и жила, стараясь вести себя как взрослая. Мне было приятно, когда все говорили, что я взрослая, моя семья была в сложной ситуации, и я не думаю, что моя «взрослая реакция» была ошибкой. Но. Во мне так и осталась «детскость». Ту, часть, которую я сама не замечала, разглядел Куроя-кун. А может... Это новая я, которая родилась после встречи с ним. Так я живу как взрослая, но с ним я становлюсь ребёнком. Обычным ребёнком, который хочет пошутить над парнем, который нравится. ↑ Тут надо пояснить. Он тут говорит со своим скрытым смыслом, который в оригинале указан в подписях. Если переводить его в слова в реальный смысл, получается: «Не говори плохо о человеке, который мне нравится. Даже если ты сама себя отрицаешь, решать, какая ты, мне».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: Смена редактора

Вечер после дня свидания... Мне позвонили. Хотелось ещё насладиться послевкусием свидания, но и пожаловаться я не мог. Всё же звонили больше ради меня, и я должен был ответить лучшим образом. «... Меня волнуют два момента. Ну, это скорее придирки и моё личное мнение, так что решать исправлять или нет, тебе, Куроя-кун». Я сидел перед ноутбуком и испытал облегчение, слушая голос в трубке. Я говорил... С Умикавой Рейку-сенсеем. Опытный писатель, написавший за десять лет много серий, разносторонний человек, приложившийся не только к книгам, но и к манге и игровым сценариям. Мой знакомый профессиональный писатель. Средняя школа... Тогда моё произведение в сети заприметили, и я выпустил книгу как профессиональный писатель. Но моя дебютная работа... Оказалась мертворождённой. Хваливший меня редактор как только увидел продажи, переменился и больше со мной не общался. Я думал перестать писать, но много всего случилось... И после прошлогоднего культурного фестиваля я снова принялся писать. Снова решил нацелиться на то, чтобы стать профессионалом. И соломинку мне протянул Умикава-сенсей. — Значит с третьей главой тоже никаких проблем? «Верно. Никаких. Получилось очень интересно». — Спасибо. Я учту ваши советы и продолжу писать. Я вносил поправки, которые делал Умикава-сенсей. Когда я сказал, что хочу снова выпустить книгу, он пообещал свести меня с кем-нибудь из редакторского отдела. Но при условии, что произведение будет соответствовать его критериям качества. С тех пор я показывал ему свои рукописи. Начинал с набросков, которые браковали, и вот добился приемлемой рукописи. Благодаря адской лестнице отказов я выварился в собственном соку, и теперь уже и исправлять надо было немного. Первую главу пришлось долго править, но вторую и третью вообще почти не пришлось. И вот... Рукопись была близка к завершению. — Я уже начал писать четвёртую главу, думаю, отправлю в конце месяца. Прозвучал ответ. «... По этому поводу», — ему явно было тяжело говорить: «Можешь больше мне ничего не присылать». — ... А? «Думаю, уже пора заканчивать. Если я и дальше буду править и давать советы, то уже в твоего редактора превращусь». — ... «В последнее время я довольно занят. Мне сложнее выделить время. И лучше вообще не делать правок, чем делать их при возможности, так что думаю, пора заканчивать». — ... Вот как, — я смог лишь невнятно выдавить это. Если честно, я был в шоке. Я продолжал идти к своей цели, а тут ощущение такое, будто меня перед алтарём бросили. Но... Я не злился. Скорее уж думал, что это ожидаемо. Странно было раньше. Слишком уж мне повезло. Он говорил, что делает это не благотворительности ради, и для него тут тоже есть плюсы, но на самом деле это была бескорыстная помощь. Я ни йены не заплатил, а сенсей так помогал автору-новичку вроде меня. Начиная с концепции и заканчивая постоянными правками. Даже если бы он просто внезапно ушёл, я бы не смог пожаловаться. Я не мог сказать ничего, кроме слов благодарности. — ... Понимаю. Спасибо вам за всё. «Ха-ха-ха. Ладно тебе. Ни к чему так благодарить». — Понимаю, что будет сложно... Но я и дальше буду стараться. Когда закончу, попробую записаться на конкурс новичков и начать всё сначала... «... А? Сам? На конкурс новичков?» — удивился Умикава-сенсей. На то время, пока он думал, воцарилась тишина. «А, прости, просто слова подобрать не смог», — он тут же добавил: «Просто... Я подумал, что ты разочаровался во мне. Я ведь отказался дальше проверять твою рукопись и так ни с кем тебя не свёл». — А... Нет, что вы. «А-ха-ха. Я бы не поступил так безответственно. Я предлагал заканчивать с моей игрой в редактора», — говорил он: «Теперь уже не со мной... Тебе надо писать произведение с нормальным редактором». — Нормальным редактором... То есть. «Я познакомлю тебя. Рекомендую тебя кое-кому с помощью своих связей», — сообщил Умикава-сенсей. Я от удивления ничего не мог сказать. «Что, ты не рад?» — ... Р-рад, просто это слишком внезапно... Просто... Вы обещали меня представить, когда я напишу рукопись, которую вы признаете... «Так я планировал, но больше ни к чему поправлять тебя. Вначале много всего пришлось исправлять, но теперь обходимся почти без правок». Это... Так. Во второй и третьей главах исправлений почти не было. Сейчас всё сводилось к «объяснено слабо, сделай проще». «За эти полгода ты неплохо подрос. Я рассказал тебе про коммерческий маркетинг и про основные технические процессы... Но ты всё быстро запоминал, так что учить тебя было весело». — Что вы. «Но... Именно поэтому пора закончить эти игры». — Игры?.. «Игры. Для меня», — он усмехнулся: «Довольно весело что-то править, когда ты ничем не рискуешь. В социальных сетях такое ведь бывает. Их никто не просит, а люди начинают давать советы». — ... Я понимал, о чем он. Весело давать советы, когда ты ничем не обязан. В таком случае его правки и правда могли показаться для мужчины чем-то весёлым. Но... — Даже если вам было весело, я всё равно очень вам благодарен». «Мне приятно это слышать. Но это и правда была лишь возможность повеселиться. Работа, не предполагающая ответственности — это лишь развлечение». — ... «Я хочу, чтобы ты снова стал профессионалом, потому тебе не стоит и дальше общаться со мной. Только ответственный профессионал... И настоящий редактор могут сделать хорошее произведение», — решительно сказал он: «Да и озадачишь ты редактора, если у тебя сразу же будет готовая рукопись. От уровня и редакторского отдела зависит стратегия продаж, так что лучше не спешить», — добавил он. — ... Понимаю. Я впитал его слова и кивнул. — Я буду работать с редакторским отделом, с которым вы меня сведёте. «Вот и хорошо». — Это... Спасибо вам. Когда-нибудь я обязательно отплачу вам за всё. «А-ха-ха. Не преувеличивай. Но когда ты станешь великим писателем, я буду ждать, что ты мне вернёшь должок. Я серьёзно», — отшутился Умикава-сенсей. Пусть он и сказал это в шутку, я был раз услышать в конце его «я серьёзно». «Буду ждать выхода твоего нового произведения. Как соперник... И как читатель тоже». — ... Да, — я громко ответил на его слова поддержки. «По поводу редакторского отдела... На самом деле я уже с ними поговорил». — А?.. В-вот как. «Прости, что сообщаю уже по факту. Не хотел радовать слишком рано, потому и молчал... Я уже поговорил с редактором про тебя. И дал ему всё вплоть до третьей главы». — ... «Оценил он высоко. Хочет поработать с тобой». — П-правда? «Среди моих знакомых редакторов он считается довольно хорошим, потому в качестве ответственного за тебя должен отлично сойти. Но тут не узнаешь, пока не попробуешь. Всё же редактор и писатель должны подходить друг другу. Для кого-то редактор благодетель, а для кого-то злейший враг». — ... Понятно. И правда, предыдущий редактор мне совсем не подходил. Если честно, я его терпеть не мог, просто ненавидел. Но... Наверняка есть писатели, которым с ним комфортно работать. Кто-то вместе с ним выпускает настоящие хиты. Будет ли вред или польза, зависит от человека. Спаситель для одного будет злейшим врагом для другого. «Идеальных редакторов не существует». — ... «Ну... А ужасных, пусть и немного, но они есть». — ... А-ха-ха. Тут не над чем было смеяться, но я мог лишь это. Сенсей прокашлялся и снова заговорил: «С предыдущим редактором ты не сработался, так что я понимаю, как тебе было тяжело. Потому ты главное не бойся. Не держись за него лишь потому, что я его порекомендовал. Если он не подойдёт тебе, сразу же отказывайся. Так в этом бизнесе и развиваются». — ... П-понял. «Ну, женщина точно тебе ничего плохого не сделает. Она очень трепетно относится к качеству». — А?.. Ж-женщина? «М?» — Это... Ж-женщина? «Верно... А что, какие-то проблемы?» — Да нет, никаких... «Много женщин работает в качестве редакторов ранобе. Довольно часто они оказываются на должностях главных редакторов». — А... «... Или ты не хочешь работать с женщиной-редактором?» — Н-не в этом дело... Как бы сказать... Просто в этом произведении есть этти. Всякие пошлые сцены... И просить прочитать такое женщину-редактора... Как-то слегка неловко... Я же умру, если она подумаешь: «Он пишет эротические сцены прямо как девственник»... «... Пф», — он прыснул, а потом рассмеялся: «Ха-ха-ха. В-всё будет в порядке. Она же профессионал. Вы оба работаете, тут нечего стесняться». — Д-да я понимаю. «Хи-хи-хи... Вот ведь, ты говоришь прямо как подросток в период полового созревания, Куроя-кун. А я что-то совсем забываться стал... Ты ведь ещё в старшей школе». Он наверняка сейчас улыбался. Хм. Похоже я и правда слишком мнительный. Многие авторы пишут этти-сцены, так что тут нечего смущаться. Скорее уж смущает сама мысль о том, что я считаю это смущающим. «Хоть и женщина, она тебя вдвое старше, у неё и ребёнок твоего возраста. Она взрослая женщина и точно ничего странного не подумает». — А... «Если тебя только это волнует, то никаких проблем. Она тебе позвонит, обсуди с ней всё детально».

Редактор, с которым меня свёл Умикава-сенсей, строго говоря не редактор. Она не относилась к конкретному издательству, а работала в так называемом агентстве. «В последнее время довольно часто бывшие редакторы создают свои агентства. Если просто... Они ведут дела авторов, с которыми заключили договор. Проводят переговоры с издательствами и игровыми компаниями, проводят всю организационную работу, в этом и заключается суть агентства». Вот так. «Ты скорее всего заключишь договор с агентством, потому мне подумалось, что помимо писательства ты захочешь переложить все остальные дела. Я привык сам проводить переговоры и прочее, потому мне это не надо, но ты ведь... Не хочешь таким заниматься?» Верно. Не хочу. Если заключу договор с агентством, они будут брать свой процент с публикаций... Но мне, никому неизвестному автору-новичку, нужна их помощь. Ну... Тут бывает и так, что ничего не понимающему новичку скажут «это обычное дело» и заставят подписать невыгодный договор... Но я доверяю человеку, с которым меня свёл сенсей. И название компании знакомое. Всё же агентство создал довольно известный и харизматичный редактор. «Воспользуйся её помощью, и попробуйте найти издательство, которое выпустит твою книгу. Сразу заключать договор не обязательно, а даже если и заключишь, дел у тебя и без того хватать будет. Если что-то пойдёт не так... Я вас свёл, так что тоже ответственность несу, потому обращайся в любое время», — напоследок по-дружески сказал Умикава-сенсей. Блин... Он слишком уж хороший человек. Хоть и сказал, что больше развлекался, но он ведь изо всех сил старался ради меня. Когда-нибудь я обязательно отплачу ему. Стану писателем, способным вернуть долг. И вот. Мы закончили говорить, сенсей похоже уже передал мои контакты, и редактор мне написала письмо. После пары стандартных фраз... Она предложила созвониться. Я переслал ей номер и несколько минут напряжённо ждал. И вот мой телефон зазвонил. — А-алло. «Простите, что так поздно. Вы Куроя Сокити-сенсей?» — прозвучал спокойный голос женщины. Она говорила вежливо и добро. — Да, верно. Я Куроя. «Рада познакомиться, Куроя-сенсей. Я...» «... Эй, мама». Неожиданно. В трубке я услышал другой голос. Она назвала женщину мамой, так что наверняка её дочь. Сенсей говорил, что у неё есть ребёнок. «Что... П-подожди! Я тут по работе разговариваю!» «А, вот как? В принципе ничего важного. Просто в коридоре твои трусики валяются». «Кья-а-а-а?! А, а-а?! Почему мои трусики там валяются?!» «Должно быть выпали, пока ты бельё из стирки несла». «А, понятно... В смысле нет, я же по телефону разговариваю! Чего ты вообще про трусики заговорила?!» «Так не слышно же». «А если слышно?!» «Так не меня, а тебя». «... А, а-а?!» — раздался крик редактора. Да уж... Дочь всё верно говорила. Голос дочери звучал издалека, потому её было едва слышно... А вот редактор говорила громко, и слышно было всё. В коридоре валялись её трусики. «В-в общем иди отсюда!» «Да, да. Прости». Она прогнала дочь. «... П-простите за это, Куроя-сенсей...» — извинилась она: «Я работаю из дома... И иногда случается вот такое...» — Н-нет... Ничего... Это ваша дочь была?» «Верно. Она учится в первом классе старшей школы». — В первом классе... Значит мы где-то одного возраста. «Верно. Куроя-сенсей, вы очень молодой», — говорила она. Это была лесть, присущая обществу. «... Вот как, значит я буду редактором писателя одного возраста с моей дочерью. Когда-то я была редактором известно писателя, и он насмехался надо мной, говоря, что я ему в дочери гожусь, и было обидно... Это я как мать говорю... А вообще в этой работе всё вертится очень быстро, появилось много молодых редакторов... И даже писатели одного возраста с моей дочерью...» — продолжала говорить она. Это был не этикет, а крик души на современные тенденции. «... А. П-простите. Что-то я заговорилась». — Нет... Это, оставайтесь такой же энергичной. «... Да. Буду стараться», — казалось, что она пытается сдержать слёзы: «Что ж... Позвольте мне представиться», — женщина вернулась к основной теме разговора. И продолжила с того, на чём остановилась: «Я сотрудница ООО «Лёгкий кораблик»... Катсураги Аяко». Так моим новым редактором стала мать-одиночка.

Мой разговор с Катсураги-сан закончился всего лишь через час. Важно тут «всего лишь». Это ведь я. Мрачный и необщительный, во время первого разговора испытываю лишь стресс, а тут разговор в час «всего лишь». Так вот прошло время. Мы скорее знакомились и просто общались, но первое наше общение получилось очень плодотворным. Конечно же дело не во мне, а в умениях Катсураги-сан... Похоже она и правда отличный редактор. Не зря Умикава-сенсей её хорошим редактором назвал. Ну, это я понял всего лишь после часа общения, и не мне, неопытному новичку, судить хороший редактор или плохой... Но. Общаться с ней было весело. Советы по исправлению были чёткими и понятными, и к моему мнению она прислушивалась. Когда хотелось, чтобы меня похвалили, она хвалила, а если что-то плохо, женщина прямо так и говорила. Когда вмешалась её дочь, я начал сомневаться, но за оставшееся время я полностью изменил мнение. Она и правда отличный редактор. Прямо возникала мысль «я хочу работать с ней». И самое приятное то, что она читала мою дебютную работу. Было приятно, что у неё сложилось положительное впечатление, и я сразу же стал верить, что раз она читала ту мою книгу, будет подходить к делу серьёзно, конечно может она и из расчёта её прочитала, но всё равно приятно. И всё же. Я тоже изменился. Получив похвалу за свой дебют, я обрадовался. Раньше бы я... Раньше я никакого мнения об этой книге не принимал. У меня появилась аллергия как на хорошие отзывы, так и на плохие. Как бы ни старались похвалить, я не верил и просто сбегал. Но теперь всё иначе. Я стал немного прямолинейнее. Когда мою работу хвалят, я искренне радуюсь этому. Это наверняка... Благодаря Сирамори-семпай. Если бы не встретил её, моя дебютная работа до сих пор была бы невыносимой частью моего прошлого. Так что я могу сказать, что этот разговор прошёл хорошо благодаря Сирамори-семпай... — ... И чего я в итоге на Сирамори-семпай переключился? — сказал я себе. Хм. Вот я жалкий. Она сказала мне «ты постоянно только обо мне и думаешь», и ведь возразить нечем. — ... Эх, — вздохнул я и переключился. Работы у меня хватает. Надо продолжать писать черновик, а ещё подумать по поводу договора с «Лёгким корабликом». Я несовершеннолетний, так что нужно будет одобрение родителей, потому надо будет выкроить момент, показать его маме и всё обсудить. ... Всё ли в порядке будет? То, что я общался с Умикавой-сенсеем и продолжал писать, — секрет от родителей. Если я скажу им, что снова хочу писать, они могут воспротивиться. Всё же в средней школе... Из-за того, что продажи провалились, я стал морально неустойчивым. Перестал ходить в школу и засел в своей комнате. Тогда родители очень за меня переживали. И если узнают, что я снова вознамерился издать книгу... Они могут воспринять это в штыки. Но. Даже если они будут против... Я постараюсь их убедить. Мои чувства, желание и страсть не остановить. Быстрее бы. Быстрее бы закончить историю. С этими чувствами я и писал. И... Хотел, чтобы мою историю причитали. Очень много читателей. А ещё самая любимая девушка... — ... Отлично. Полный решимости я повернулся к компьютеру... Ага, как же, я уже начал готовиться ко сну. Время-то позднее. Как бы меня не переполняли чувства, я ещё не такой дурак, чтобы всю ночь писать. Если подумать о том, что будет завтра, я точно стану бесполезным, если спать не буду. Ночью надо спать. Надо вести правильный образ жизни. Многие писатели говорят в твиттере, что для того, чтобы работать писателем, надо вести правильный образ жизни. Я переоделся в пижаму, почистил зубы, сходил в туалет и вернулся к себе, проверил завтрашнюю трансляцию аниме «Лавкайзер», и теперь только оставалось лечь спать. Как вдруг пришло сообщение. Отправитель... Укё-семпай. Без приветствия и извинений за то, что так поздно, она сразу же перешла к делу.

«Куроя, ты завтра свободен?»

— ... Ува. Началось. Этот вопрос я меньше всего слышать хочу. Прежде чем спрашивать, свободен ли я, для начала скажи, чего хочешь. От этого будет зависеть, свободен ли я. Именно это я хотел услышать. Вообще я свободен, но если хотелось отказаться, я бы так и сказал: «Прости, у меня дела дома». Думаю, так бы и было. Но в этот раз... Я догадывался, в чём дело. Ува, и что мне делать? Процентов на девяносто девять... Да на все сто это связано с Токией. Зовёт, чтобы обсудить дальнейшие действия. Уэ... Моё драгоценное воскресенье тратить на семпая. — ... Эх. Подумав пару секунд, я ответил.

«Свободен, а что?»

Причин много... Но главная в том, что я бы чувствовал себя виноватым. Я и так нарушил обещание никому не рассказывать про любовь Укё-семпай. В тот же день разболтал Сирамори-семпай. Конечно вины я не испытывал, но осадок остался. Потому и надо было идти, раз она в воскресенье зовёт. И вот через несколько десятков секунд пришёл ответ. Суть вполне ожидаемая.

«Отлично! Тогда в час встречаемся у караоке! У нас будет обсуждение стратегии!»

В общем мой выходной уйдёт на помощь в отношениях Укё-семпай. Слегка расстроенный я улёгся на кровать. И тогда ещё... Не представлял. Эта встреча... Породит трещину между мной и Сирамори-семпай.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог и следующий пролог

Неделя закончилась, настал понедельник. Понедельник через два дня после моего первого свидания с Куроей-куном. Я как обычно шла в школу. — ... Ой. Плохо. Если расслаблюсь, на лице улыбка сама собой появляется. Вспоминаю свидание, и лицо счастьем так и светится. Ах... Как хорошо было. Многое было неожиданным, но в итоге свидание получилось просто замечательным. Счастливое и радостное время, которое вряд ли получится чем-то заменить. Блин... Сделал меня такой счастливой, так чего он такой не уверенный в себе? Ну. Это мне в нём и нравится... Я же говорила? — О, Касуми. И. Пока я витала в собственных мыслях, у школы меня хлопнули по плечу. — Ан, доброе утро. — Доброе. Что такое, Касуми? С утра выглядишь такой счастливой. — А? Я так выгляжу? А мне кажется, что вполне обычно, — я притворялась, будто всё как всегда, а сердце быстро стучало. Блин, опасно. У меня всё на лице написано? Думала, что умело могу эмоции скрывать... Но если грусть и печаль у меня скрыть получалось, то счастье вообще никак не выходило. — М? А это что? — сказала Ан, глядя на мою сумку. Смотрела она... На брелок в форме белого медведя. Его подарил мне Куроя-кун в субботу во время свидания. Я не удержалась... И взяла его с собой. К тому же повесила там, где он сильнее всего выделялся. Эх. Что-то я явно переборщила, даже стыдно немного. Ну, Куроя-кун скорее всего не стал его цеплять, так что никто не узнает, что они у нас парные. Если и он прицепил на видное место... Если это случится, тогда и буду думать. — И чего ты его прицепила, Касуми? — М, да просто. Купила новый на выходных. — Хм, а ведь мило. — Спасибо. А ты чем на выходных занималась, Ан? — Я? Я, ну... Да просто бездельничала, — ответила Ан. Ну... На самом деле я знаю. Вчера со мной Куроя-кун связывался. «Она меня позвала, сегодня я пойду встречаться с Укё-семпай». Я ему говорила, что не переживаю из-за Ан, но он всё же предупредил... Блин, какой правильный. Я ведь не считаю это изменой. Я не такая мелочная девушка. Конечно я переживаю, что он встречается с Ан... Ну, я бы соврала, если бы сказала, что это вообще не так. Мне немного это неприятно... Но. Я доверяю Курое-куну. И... Как подруга хочу, чтобы у Ан всё получилось. — Вот как, значит бездельничала. Переговариваясь, мы успели переобуться и направились в кабинет третьего года обучения. — А, точно, — когда поднимались по лестнице, она вспомнила. — Второгодка из твоего клуба... Куроя, верно? — ... Да, он. Я слегка удивилась. Просто не думала, что Ан сама заговорит о Курое-куне. Всё же то, что он помогает ей — секрет от меня. — А что? — Да просто... Случайно... Правда случайно довелось с ним поговорить, он крутой оказывается, — сказала Ан. Даже нахваливала. — Он ведь... Профессиональный писатель? — ... Я была удивлена. Даже двигаться стала с трудом. Откуда Ан знает?.. Это Куроя-кун рассказал во время их вчерашней встречи? Хотя вряд ли он бы сам стал рассказывать. Для него дебют является больной темой. Сам бы он не стал о таком говорить посторонним. В школе знает помимо меня только Токия-кун, который ходил с ним в одну среднюю школу. Так откуда это известно Ан? — Правда круто. Я впервые такого человека встречаю. Очень круто. Всего лишь старшеклассник, а уже профессиональный писатель. Пока я оставалась в замешательстве, девушка весело продолжала говорить. Она буквально хвасталась Куроей-куном. — И он... Хе-хе. Я и так себе места не находила, а она решила добить меня следующими словами.

— Он дал мне почитать рукопись, которую сейчас пишет.

Я вообще перестала соображать. Смысл сказанных слов не доходил до меня. — Рукопись, которую пишет сейчас?.. — Ага. А тебе он не показывал? — ... Нет. — Вот как. А, кстати, он сказал, что я первая после человека, которому он по работе давал почитать... То есть я что, первая читательница? Ха-ха. Прямо честь настоящая. — ... — Он вроде пока до конца не дописал... Но уже очень интересно! Даже я зачиталась. Ах, быстрее бы продолжение. — ... — У него уже и редактор есть, похоже уже решается вопрос издания. Скоро уже она будет на книжных полках. И тогда я попрошу автограф. Когда он станет известным, у меня будет его первый автограф. — ... Новые слова вообще не входили ко мне в уши. Но при этом... Били прямо в сердце. Били и били, будто кол забивали. Почему? Как так? Как так вышло? Почему, почему, почему?.. Сердце заполнили разочарование и беспокойство... А в голове крутились воспоминания.

Культурный фестиваль в прошлом году. Всё благополучно закончилось... — ... Одни в клубной комнате. Куроя-кун рядом со мной облокотился на стол и спал. Последние несколько дней у него не получалось выспаться. Я была окончательно загнана, а он, чтобы помочь мне, без сна и отдыха продолжал бороться в одиночку. Неуклюже, но искренне он пытался помочь мне. И когда всё закончилось, испытал облегчение и заснул. И я смотрела... На лицо спящего героя. Смотрела очень счастливая. — ... Эй, Куроя-кун, — глядя на него, сказала я. — Когда-нибудь... Снова напиши роман. Я понимала, что он меня не слышит. Потому и могла искренне сказать это. Я прекрасно понимаю, какой у меня ужасный характер, я просто не могу сказать всё в лицо. Я расчётливая трусиха и просто не умею честно признаваться. Потому и не могла прямо выразить свою просьбу... — Тебе снова стоит попробовать стать писателем. У тебя есть талант... А я снова хочу прочитать твою историю. Потому что мне нравится, как ты пишешь, — сказала я. О своих истинных чувствах. О своём эгоистичном желании. — Снова начни писать, Куроя-кун... И тогда, — говорила я. Как его фанатка. Как влюблённая в него девушка. — Когда закончишь... Позволь мне самой первой прочитать. Ведь я... Хочу быть самой первой в мире, кто насладится тобой. Это было... Моё постыдное желание. Неуместное и капризное желание. Но с другой стороны... Желание искреннее точно молитва.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

Будучи взрослым для того, чтобы завести ребёнка, я задумался... Взрослые говорят: «Будь хорошим ребёнком», и значит для них это «будь удобным ребёнком». «Удобный ребёнок» для взрослых и общества. Тут я ничего не путаю. «Добрый» и «удобный для других» — это почти синонимы. «Хорошему ребёнку» будет просто жить в обществе. Когда от ребёнка хотят, чтобы он был «хорошим»... Когда ругают, говоря «веди себя хорошо», они делают это ради ребёнка или чтобы им самим было проще? Вот о чём я задумался. И я не говорю, что из этого хорошо, а что плохо, но покровительственный тон звучит просто ужасно. Когда хочешь, чтобы тебе было легче, надо говорить не «я ведь о тебе думаю, потому и говорю это», а «я хочу, чтобы мне было легче, так что старайся ради меня!.. Будь хорошим и помогай!..» Мне хочется быть честным папой. С вами Нозоми Кота. А это второй том любовной комедии, где чувства к любимому семпаю оказались раскрыты, и герои начали пробно встречаться. В это раз здесь свидание и немного о прошлом семпая. Простите, что закончил на переходе к следующему тому. В третьем томе хочу написать о культурном фестивале, который упоминается в первых двух томах, а ещё хочется углубиться в отношения героев. В общем ждите. И ещё... Появившаяся женщина редактор с ребёнком «Катсураги Аяко» — героиня моего произведения «Ты любишь не мою дочь, а меня?!» Буду рад, если вы прочитаете любовную комедию о ней и студенте, живущем по соседству. А ещё у меня объявление! Внезапно... По «Я ведь тебе нравлюсь» будет манга! Я всё переживал, когда первый том выходил, а он так хорошо продавался, что определились с продолжением и вторым тиражом, а теперь ещё и манга... Это тоже благодаря читателям. Спасибо вам больше. Новую информацию я размещу в твиттере, так что просто подождите. Далее благодарности. Редактор Накамизо-сама. Спасибо за помощь и в этот раз. Полагаюсь на вас и впредь. Иллюстратор Хюга Адзури-сама. Спасибо за прекрасные иллюстрации и в этот раз. Меня так и не отпустило желание пригласить на свидание семпая с обложки. Полагаюсь на вас и в дальнейшем. И спасибо читателям, которые держат эту книгу в руках. Если повезёт, увидимся в третьем томе. Нозоми Кота

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Ya-ved-tebe-nravlyus-Dlya-nachala-mozhet-poprobuem/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)