Ранобэ: Весенние деревья и закатные облака

Описание: Самый обыкновенный студент университета перерождается в королевской семье другого мира, где становится одним из наследников престола. Жизнь во дворце, в окружении плетущих интриги врагов, неизменно трудна. И единственным его желанием в этом мире становится защита своего "младшего брата", и он готов сделать что угодно, лишь бы обеспечить его безопасность и возвести его на престол.

Вот только он совершенно не ожидал, что человек, которого он поклялся защищать, окажется тем, кто ударит его в спину. Он был заперт в темнице, где его пытали целых три года. Когда он оказался на пороге смерти, его тело сбросили в реку.

Проснувшись, он очутился в очень странном и спокойном месте, где все были еще подозрительнее, чем казались на первый взгляд...

Кол-во глав: 1-43

Глава 1

Когда вспыхнул огонь, даже вдыхаемый им воздух обладал резким запахом гари. Испытывая невыносимую боль, он понял, что смерти не избежать. По сути он действительно умер. А когда снова открыл глаза, понял, что стал ребенком в какой-то стране в другом мире. Рядом с ним в кроватке лежал младенец еще младше его. В настоящий момент он являлся принцем этой страны, а младенец, лежавший с ним рядом, был его младшим братом от той же матери. Прежде он был самым нормальным и совершенно обыкновенным второкурсником колледжа, родившимся в мирную эпоху и живущим в счастливой семье. Однако сейчас стал членом роскошной, но мрачной королевской семьи, в самом центре водоворота борьбы разных сил. Всего за неделю он разочаровался в бесполезных слабостях и перестал полагаться на удачу. Он больше не был счастливым студентом; он должен был выжить ради своего младшего братишки и ради себя. Как раз к моменту его пробуждения их наложница-мать скончалась от отравления в результате борьбы за власть во дворце. Вероятно, причина, по которой он смог начать здесь свою новую жизнь, заключалась в том, что первоначальный владелец этого тела также отошел в мир иной, и он смог продолжить жить вместо него, позаимствовав его тело. Едва открыв глаза, первым, кого он увидел в этом незнакомом ему мире, стал тот ребенок. Возможно, это было нечто вроде забавного импринтинга или ему просто нужна была причина, чтобы жить дальше, но он инстинктивно отнесся к этому ребенку как к своему единственному спасению, единственной причине жить в этом незнакомом мире. Он посвятил тринадцать лет своей жизни тому, чтобы научить маленького ребенка выживать в этой роскошной клетке, используя разнообразные бесчестные приемы и грязные интриги, чтобы избавиться от всех конкурентов. Наконец, в огромном дворце они остались только вдвоем. Когда распутный правитель, наконец-то, скончался, трон, конечно же, унаследовал самый достойный кандидат в его сердце. Сам он никогда не желал этого трона и не стремился к власти или богатству. Он возвел своего младшего брата, человека, которого превыше всего ценил, на трон, просто потому, что считал, что это единственный действенный способ его защитить. На протяжении более чем десятка лет они походили на молодых зверьков, полагавшихся друг на друга и прижимавшихся друг к другу в поисках тепла. Они никогда не доверяли никому, кроме друг друга, - по крайней мере, так он считал. Он думал, что их мысли похожи. Поэтому когда его заточили в дворцовой темнице, поначалу он думал, что его младший брат так решил пошутить. Когда его безжалостно высекли, он подумал, что этот ребенок, вероятно, был обманут интригами, но в итоге все же одумается и поймет, что было на уме у его старшего брата. Когда на нем использовали Бронзовый Тостер (1), он мог только внушать себе, повторяя, что его брат поймет, его брат все поймет... В конце концов, с расцарапанным лицом и испещренным серьезно загнившими ранами телом, его выбросили в воды бескрайнего океана, приняв за труп. Только тогда он понял, что ошибался. Перед тем как, захлебнувшись, потерять сознание, он, как будто освободившись, в душе насмехался над самим собой. Душе, которая давно должна была умереть, подарили в незнакомом мире еще один шанс, но она так ничего и не добилась. В итоге он лишь обагрил свои ранее чистые руки кровью, создав параноидального, своенравного и деспотичного правителя. "Наконец-то, все кончено... Тот, кого я хотел защитить, вовсе и не нуждался в моей защите. Я, наконец, возвращаюсь туда, где и должен быть". Однако судьба решила сыграть с ним еще одну грандиозную шутку. *** Открыв глаза, он обнаружил, что все еще жив; по-прежнему живет в другом мире с этим разбитым телом и изуродованным лицом. Что ж, если говорить откровенно, то проведя в той темной клетке бесчисленное количество лет, он уже давно позабыл, как выглядел поначалу. И даже постепенно начал забывать свою прежнюю мирную жизнь. Неуверенность и страх всегда будут занимать большую часть человеческого сердца, чем стабильность и счастье. Однако он все еще жил, с этой уродливой оболочкой и душой, испещренной бессчетными ранами, наполовину человек, наполовину призрак, в этом ранее незнакомом мире. Когда он наглотался воды, его каким-то чудесным образом подхватило океанским течением, которое перенесло его в до невозможности сельский городок в другой стране. Неизвестно, по скольким невероятным путям его пронесло, но ему как-то удалось очутиться на берегу возле небольшого городка, невероятно далеко от океана, где протекали лишь реки. Его поселили в ужасно тесной, обшарпанной комнатке. На первый взгляд ее полностью заполняли обветшалый стол и несколько стульев, а также облупившаяся мебель, которая тоже выглядела очень ветхой. Выцветшая до белого цвета занавеска на двери приподнялась. В комнату вошел старик с маленькими усиками и восково-желтым лицом, он держал в руках коробочку с лекарствами, краска на которой облупилась. Даже не удивившись тому, что он пришел в себя, старик приподнял веки и вскользь окинул его взглядом. Он умело потянул его за руку и, не обращая внимания на ужасные раны, прикоснулся к его запястью. - Ты очнулся? - безразлично спросил старик. Он довольно долго молчал, прежде чем задать вопрос: - Господин, могу я узнать, где нахожусь? - Округ Гуантянь, - сухо ответил старик, прежде чем открыть свою коробку с лекарствами и использовать одно из них на нем. Округ Гуаньтянь?.. Где это? В его памяти не было места с таким названием. Вынужденный окружающей обстановкой, он выучил названия почти всех мест в своей стране. И был уверен, что в его памяти такого названия нет. - Это страна Цзюньяо. А ты откуда? - небрежно спросил старик, словно пытаясь завести разговор, но его руки по-прежнему искусно делали свое дело. Действие лекарства заставило его почувствовать резкую боль от ран, мучившую его. Страна Цзюньяо... Так он и правда все еще был в этом мире. Этот ответ его позабавил. Какое же случайное стечение обстоятельств смогло переместить его из самой северной части страны Фанцзюнь в самую южную страну этого мира? Кроме того, чтобы очутиться здесь, нужно было пересечь немало континентов. "Возможно ли, что судьба еще недостаточно наигралась со мной? Она все еще хочет, чтобы я задержался здесь?" - Эта правительственная гостевая комната. Тебе придется отдохнуть здесь в течение месяца, после чего ты сможешь уйти, - пусть ответа и не последовало, старик не стал его больше расспрашивать. Сказав эту фразу, он со стуком захлопнул свою коробку с лекарствами. - Я вернусь завтра, - с этими словами старик отточенным движением поднял занавеску и вышел. Он провел долгое время, полностью погруженный в свои мысли, и вернулся к реальности лишь когда осознал, что сказал тот старик. "Правительственная... гостевая гомната? Такая ветхая комната для гостей? Она еще и правительству принадлежит?" Он всерьез начал подозревать, что старик бредил. Не то чтобы ему никогда не приходилось бывать в домах простолюдинов. По необходимости, чтобы узнать, как живется обычным людям, в прошлом он инкогнито наведался в несколько отдаленных городов. И обстановка в этой так называемой "правительственной гостевой комнате" была ничем не лучше домов бедняков. "Возможно, старик решил, что я выгляжу слишком мерзко, и сказал это, чтобы поднять мне настроение", - цинично посмеивался он в душе над собой. Таким образом, он смог понять, почему его кормили лишь овощами, и смог принять тот факт, что только изредка мог отыскать среди овощей маленькие кусочки рубленого мяса. Даже при том, что еда была простой, лекарство этого доктора оказалось по-настоящему эффективным. Через полмесяца он почувствовал, что может сам о себе позаботиться. Еще через полмесяца, как и предсказывал врач, он полностью выздоровел. Конечно же, эти безобразные и пугающие шрамы на его лице и теле было вылечить невозможно. Он думал, что уже это можно было считать за чудо, ведь он прекрасно осознавал свое собственное состояние - он был почти что на грани между жизнью и смертью. Более того, ему удалось прокатиться по океанским течениям и даже прибыть в маленький городок в самой южной стране, о котором он раньше и слыхом не слыхивал. И каким-то образом, пребывая в таком состоянии, он смог поправиться всего-то за месяц. Даже лучшие врачи в Фаньцзюнь не смогли бы этого сделать! В итоге, когда этот старик объявил, что он уже выздоровел и может идти, он попросту растерялся. Во-первых, он не мог поверить, что этот старик настолько искусен в медицине. А во-вторых, понятия не имел, куда ему идти. Хотя он и находился в настолько огромном мире, у него не было ни единого места, куда он мог бы вернуться. Или лучше было сказать, что единственное место, которому он принадлежал, больше не приняло бы его. - В чем дело? - старик быстро собирал свои вещи, кидая на него случайные взгляды. - Тебе некуда идти? Этот вопрос заставил его промолчать. Собравшись, старик внимательно посмотрел на него, после чего снобистки вздернул нос и хмыкнул: - Тут нет зарплаты. - А? - он был ошеломлен. - Даже если твои раны полностью зажили, твоя пяточная кость сильно повреждена и вылечить ее невозможно. Ты не сможешь выполнять какую-либо тяжелую работу, так как с этих пор она такой и останется, - ответил старик. Он снова промолчал. Ему было известно, что пусть на первый взгляд и казалось, будто его раны излечены, на самом деле его жизненная сущность была ужасно повреждена. Даже если он выживет, отныне его дни будут отнюдь не прекрасными. Он не сможет выдержать жару летом или холод зимой. Легкая простуда могла бы приковать его к постели или даже убить его. В конце концов, для него было уже чудом пережить эти три года мучений в вечно лишенном света, наполненном промозглой водой подземелье. - Ты все равно умрешь, если уйдешь отсюда, - продолжил старик. - Сяньшэн (2) Мо Шу упомянул, что правительственной службе все еще нужны помощники. Если хочешь, можешь остаться. Тебя обеспечат питанием и жильем, но зарплаты не будет. Можешь уйти, если захочешь, или остаться, если решишь не уходить. Сам-то что думаешь? Какое-то время он ошеломленно молчал, затем кивнул: - Хорошо. Исходя из слов пристава, который приносил ему еду, он понял, что стоявший перед ним старик был единственным врачом в этом городе, а сяньшэн Мо Шу - чиновником этого уездного города. Но почему-то никто не называл Мо Шу "господином магистратом", вместо этого все обращались к нему как к сяньшэну Мо Шу.

1. Бронзовый Тостер (The Bronze Toaster) - устройство для пыток и казни, впервые предложенное Дацзи. Это бронзовое цилиндрическое устройство, более двадцати футов высотой и восьми футов в ширину. С каждой стороны у него было по два колеса, так что его можно было перемещать. Внутри устройства было три слоя древесного угля над тремя слоями горящего огня. Жертв раздевали догола и связывали, прежде чем положить в яму. Вот такая вот жуть. 2. Сяньшэн - китайский эквивалент господина.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2

Вот так и началась жизнь бывшего и единственного принца Фанцзюнь, занимавшегося случайной работой в этом отдаленном уезде. Хотя он и умудрился вырастить из невинного ребенка злобного, холодного и безжалостного человека, а заодно посадил его на высочайший трон, он оказался совершенно безнадежен, когда дело касалось выполнения обычных обязанностей, с которыми справился бы любой домашний слуга. Ведь он на протяжении бесчисленных лет жил в полном интриг дворце, и ему не было нужды лично заниматься столь черной работой. Однако в данный момент, казалось, что он превратился бесполезного дурака. Он неуклюже разбил и без того немногочисленную посуду, уронил в колодец единственное запасное ведро, пытаясь смыть с тюфяков грязные пятна, вместо этого сделал их еще заметней...и так далее в том же духе. Вместе с тем, куда бы он ни направился, повсюду ловил на себе наполненные жалостью взгляды окружающих. Уродливый, неуклюжий и находящийся в плачевном состоянии... просто ни на что не годный. Каждый день работавшая на кухне тетушка заставляла его побольше съедать и даже тайком проявляла о нем особенную заботу, давая ему жирное мясо. Это действительно была особенная забота, потому что многие не могли позволить себе отведать его. Теперь он ясно осознавал, что все было правдой и доктор ему не соврал. Правительство округа было по-настоящему, чрезвычайно, просто ужасно... бедным. Хотя все было лучше, чем не иметь возможности позволить себе еду, это все равно была бедность. Раньше он по незнанию думал, что пища, которую он получал, была очень простой. Но только став помощником, понял, что блюда из риса и овощей на самом деле были едой для пациентов, и с ним действительно хорошо обходились. С тех пор как он начал "работать", ему редко удавалось поесть настоящего риса. Его еда в основном состояла из рисовой вермишели, рисовой каши или рисовой пасты и тому подобного... При этом блюда были приготовлены с любовью, ведь в них были различные ингредиенты и рис, специально добавленные кухаркой, искренне заботившейся о нем... Достаточно было одного взгляда на мебель в правительственном кабинете. Это было такое трагическое зрелище, что его плачевное обнищавшее состояние было ясно как день. За исключением прихожей, которая была единственным местом, чей внешний вид нужно было поддерживать, чтобы не потерять уважение, мебель во всех остальных помещениях либо обветшала, либо светила облупившейся краской, либо стояла прямо только за счет какой-нибудь подпорки. Даже спальня уездного магистрата была не так уж и хороша. Ладно, на самом деле все было еще хуже и гораздо, гораздо проще. Кроме книжной полки, кровати и маленького колченогого табурета, там ничего не было. Даже шкафа для одежды! Под каждой ножкой кровати, книжной полкой и табуретом было прибито несколько сложенных друг на друга деревянных предметов. По правде говоря, даже если бы там и стоял шкаф, в нем не было бы никакого смысла. На табурете магистрата-дажэня лежало всего три смены одежды - одна официальная и два комплекта повседневной. Это было предельно жалко... Это вызвало у него любопытство; насколько же нищим должен быть этот магистрат-дажэнь, чтобы оказаться в таком состоянии? Однако, даже проработав там несколько месяцев, он не смог встретиться с ним. И дело было не в том, что магистрат избегал его или чем-то подобном. Проблема заключалась в том, что у них просто не было возможности встретиться. Каждый день магистрат уходил еще до того, как он просыпался, и не возвращался даже когда он уже ложился спать. Вот почему, "проработав" так долго, он до сих пор понятия не имел о внешнем виде собственного начальника. Однако он сумел прийти к одному выводу, исходя из слов второго, ранее единственного, помощника уездного правления - этот магистрат-дажэнь пользовался большим уважением. Кухарка была очень исполнительной. Она готовила для них целый день, отправляясь домой только после того, как приготовит сразу ужин и завтрак для магистрата-дажэня, а затем приходила рано утром на следующий день и снова принималась готовить. Правительство было очень бедным, поэтому не могло позволить себе расходов, а тем более кого-то нанять. Но он узнал от кухарки, что жители города были более чем рады помочь сяньшэну Мо Шу, но этот человек все равно посчитал невежливым им не платить. Только после настойчивых просьб всех и каждого, он неохотно согласился принять помощь от городских женщин, при условии, что они будут делать это только в свободное время, по очереди занимаясь готовкой, уборкой и стиркой белья. Теперь, когда он официально стал работать помощником, ему пришлось разделить с кухаркой и работу на кухне. Однако он не только едва справился со своей задачей, но еще и устроил беспорядок, прибавив работы другим. Всего здесь было восемнадцать посыльных ямэнь (1) и только один советник, который отвечал сразу за ведение счетов, управление канцелярией и другие обязанности, который не входили в обязанности магистрата. Поскольку они были так бедны, советнику, к сожалению, пришлось занять сразу несколько должностей. Все посыльные были местными жителями. Каждое утро, закончив с патрулированием, они возвращались в правительственную службу позавтракать, а днем, как только их отпускали с работы, возвращались домой, чтобы на следующий день опять прийти на работу. Хотя обед предоставлялся уездным правительством, чтобы оно могло сэкономить на расходах, они предпочитали есть дома. А что же советник? Советника с раннего утра угонял в рабство магистрат-дажэнь, и тот возвращался только вечером, когда его отпускали с работы. Поэтому его он тоже никогда не встречал. В сущности, единственными, кто оставался в огромном и потрепанном правительственном кабинете по ночам были он и магистрат-дажэнь, принимавшиеся за работу очень рано и возвращавшиеся очень поздно. Прожив в стране Фанцзюнь столько лет, он еще ни разу не встречал настолько бедного магистрата. Жадные чиновники были обычным явлением, да и коррумпированных среди них хватало. Он натыкался и на нескольких нематериалистов. В конце концов, магистраты были "государственными служащими", тогда как магистрат этого уезда оказался в такой нищете? Этого он просто не мог понять. Однако в ближайшее время причина ему откроется. В одно прекрасное утро магистрат-дажэнь ушел очень рано. Кухарка в тот день не смогла получить продукты, поскольку у нее что-то произошло, поэтому она отправила к нему мальчика с сообщением, в котором просила его забрать продукты, добавив, что зеленщик уже знает об этом и деньги были ему уплачены. Такое было для него не в новинку. Приведя себя в порядок, он отправился в путь. Бесчисленные прохожие, встречавшиеся ему по пути, знакомые и нет, приветствовали его, и он приветствовал их в ответ. Благодаря работе в правительственном учреждении, хотя у него не было зарплаты и он не мог купить себе, что хотел, но, как говорится, любите меня, любите и мою собаку, взамен он получил любовь и уважение жителей. К тому же не было ничего, что бы он хотел купить. Или, лучше сказать, его вообще ничего не интересовало. Он работал только ради того, чтобы есть, ел только ради того, чтобы жить и жил только ради того, чтобы работать. Вот и все, что от него требовалось. Он не старался особо задумываться об этом, да и не хотел. Для него было бы лучше не углубляться в такие мысли. Если бы он инстинктивно не стал жить как животное, то впал бы в депрессию. Он все время себе это твердил. - Нань Гэ'эр (2), ты за продуктами? - приветливо поздоровался зеленщик, заметив его появление. В ответ он издал нечто вроде невнятного бормотания. Имя "Нань Гэ" он выбрал себе совершенно случайно, просто ему на глаза попалась стоявшая в углу крупная тыква, когда доктор спросил его имя. И хотя доктор, проследив за его взглядом, заметил эту большую тыкву, он ничего не сказал. Просто перед уходом кивнул ему. На следующий день весь город знал, что в правительстве появился новый помощник, звали которого Нань Гэ'эр - Тетушка Ван предупредила меня заранее, - зеленщик протянул ему уже готовую корзину с продуктами. Еще держа ее, он ухватил с прилавка связку зеленых овощей, оказавшихся рядом с его рукой, и положил их в корзину. - Нань Гэ'эр, тебе следует поговоришь с сяньшэном Мо Шу. Даже если это всего лишь рубленое мясо, ты все равно должен лучше питаться. Только посмотрите, какие вы оба худые. "Я даже не знаю, кто такой этот твой сяньшэн Мо Шу, как я должен это ему сказать?" Он молча посмотрел на зеленщика. Однако зеленщик неправильно понял его взгляд. - Ой, боже, только гляньте на меня, я серьезно... - он положил сверху еще один зеленый огурец. - Я пришлю завтра немного мяса. Ты уже знаешь? Вчера старик, что живет на востоке уезда, снова заболел, так что сяньшэн Мо Шу заплатил огромную сумму врачу и купил довольно много зернового риса для Чэнь дацзе (3) и ее матери. Боже... - он задумчиво покачал головой, - а ведь у сяньшэна Мо Шу и самого не так много денег... Нань Гэ'эр молча усмехнулся. "Он покупает рис для других, а для себя только кашу. Наконец-то я узнал, куда уходят все деньги этого магистрата-дажэня". - Ладно, поспеши вернуться к завтраку, - зеленщик схватил еще одну связку зеленого горошка и сунул ему. - Съешь на обратном пути. Только глянь, какой ты худой... - он покачал головой. - Этот сяньшэн Мо Шу, ну серьезно, раз уж мы получаем от него столько помощи, почему бы не позволить и нам помочь ему? Посмотри на свой низкий рост... Почувствовав беспокойство и жалость в обращенном на него взгляде, он быстро взял зеленый горошек и отправился в обратный путь, неся наполненную до краев корзину. Единственной причиной его худобы было его немощное состояние. Это не имело ничего общего с тем, что он не мог поесть мяса, так просто этого не изменишь. Честно говоря, он воспринимал это так, будто живет на простой, наполовину голодной ежедневной диете, и его тело при этом чувствовало себя прекрасно. Снова получив уйму приветствий от незнакомцев и знакомых людей, он вернулся в правительственное здание. Поскольку время завтракать еще не пришло, он немного отдохнул у дверей кабинета, слушая сплетни, которыми обменивались двое посыльных ямэнь, прежде чем отнести корзину на кухню. Правительство было бедным, и помощников в нем не хватало. Обычно одному приходилось брать на себя обязанности двоих, поэтому он не просил помощи у посыльных ямэнь. Но он знал, что если попросит об этом, те непременно помогут ему. Хотя все в этом правительственном отделении было старым и изношенным, там царила безупречная чистота. Все были очень внимательны и старались поддерживать порядок - возможно, они знали, что он был ужасен по части уборки? В том месте, где когда-то был разбит сад, не было никаких цветов. Вместо них его заполняли зелень, лук и прочие овощи. На данный момент он был единственным человеком, живущим на заднем дворе, в месте, обычно предназначенном для семей правительственных чиновников. Здесь невозможно было найти даже перышка, свидетельствовавшего о том, что когда-то здесь выращивали кур и уток. Ничего не поделаешь: не было денег, чтобы купить утят и цыплят, да и заботиться о них было некому. Несмотря на то что помещение было просторным, кабинет был пуст, за исключением самого необходимого, все было предельно скупо и экономно. "Ничего, кроме четырех стен" даже близко не походило на подходящее описание.

1. Посыльные ямэнь (Yamen runners) Ямэнь (衙門 yámén) — присутственное место в дореволюционном Китае, сродни некоторым значениям слова магистрат: представляло собой резиденцию чиновника и его помощников мую 幕友, которые, согласно законодательству, не имели права быть выходцами из местного населения. Официальное положение резиденции диктовало другие обязательные компоненты комплекса ямэнь : место для приёма посетителей, судейский зал, тюрьма, казначейство и оружейный склад. Это самый низший класс в правительственном департаменте. По сути, есть несколько видов таких посыльных, но у нас здесь они, похоже, выполняли сразу все функции: собирали налоги, вызывали в суд подсудимых и свидетелей, выполняли различные работы по двору, отвечали за осмотр мест преступлений, расследования и аресты, служили телохранителями чиновников, проводили допросы, охраняли важные объекты, вроде суда, тюрьмы и склада, а также патрулировали на улицах. Считались самым низшим слоем общества, даже ниже, чем обычные фермеры, да и зарплата была крайне низка. Материал из википедии русской и англ. версии. 2. Нань Гэ'эр - дословно переводится "Братец Тыква". 3. Дацзе - обращение к женщине старше вас. Английский эквивалент - старшая сестра.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3

Обойдя огород, он подошел к расположенной за ним кухне. Открыв дверь, он увидел стоявшую у плиты фигуру, обращенную к нему спиной. Он сразу же узнал правительственные одежды; кроме чистоплотного магистрата-дажэня, кто еще это мог быть? Стоявший к нему спиной человек казался очень высоким, а его спина с виду излучала энергичную и элегантную ауру. Стоя так, он слегка напоминал "журавлей с горы Хоу и облака на вершине горы Хуа (1)". И все же он вызывал чувство праведного человека, обладавшего сильным характером. Похоже, этот человек заметил его появление, поэтому повернул голову. Стоило ему только посмотреть на этого человека, как на какое-то время он застыл, потрясенный. Не то чтобы он видел всех красивых людей этого мира, но благодаря своему положению, проведя в Фанцзюнь столько лет, он встречал некоторых известных и талантливых людей в своей стране. И обладатели красивой и привлекательной внешности не считались такой уж редкостью, не говоря уже о том, что многие наложницы императорского гарема были знаменитыми в стране красавицами. Так что его вряд ли соблазнила бы чья-то внешность. Причина его короткого замешательства явно заключалась не в том, что обернувшийся магистрат был слишком соблазнителен, а в том, что ему показалось, будто этот человек только что вышел из картины, написанной тушью. Очаровательное строение лица, пара слегка приподнятых, но дружелюбных бровей над длинными, тонкими, слегка изогнутыми глазами; прямой нос; акварельного оттенка губы; высокий, но с хорошей осанкой; элегантная, идиллическая аура; никогда он еще не встречал того, что бы выглядел как... нарисованный на картине. Все в нем казалось легким и неярким. Этот человек не носил никаких ярких цветов, но при этом излучал освежающую и изысканную ауру. Мо Шу с легким изумлением посмотрел на стоявшего перед ним человека и моргнул: - Нань Гэ'эр? Он усмехнулся. "Боже, даже этот магистрат-дажэнь, который появляется в одно мгновение и исчезает в другое, знает мое имя". - Сяодэ (2) приветствует дажэня, - сделав приветственный жест, он поклонился. - Обойдемся без церемоний, - Мо Шу махнул рукой. - Даже при том, что ты появился у нас довольно давно, я так и нашел времени навестить тебя. - Сяодэ не смеет беспокоить дажэня, - с поклоном осторожно ответил он. Внезапно пара теплых ладоней опустилась ему на плечи; одна похлопала его по плечу, а другая - по талии. - Я уже говорил тебе не церемониться, и стой прямо. Когда он услышал это, у него не осталось другого выбора, кроме как напрямую посмотреть на этого магистрата-дажэня. - Как идет твое выздоровление? - небрежно осведомился магистрат-дажэнь. - Спасибо за заботу. Теперь с сяодэ все в порядке, - хотя он и выглядел дружелюбным, привычки, выработанные за годы жизни во дворце, заставляли его с подозрением относиться к чьей-либо доброте. Никто не мог предсказать, что за выражение появится на лице человека после улыбки. Мо Шу окинул его взглядом, после чего приподнял уголки губ в улыбке: - С твоим телом все не так уж и хорошо, так что тебе не обязательно выполнять всю эту работу. Если не сможешь закончить, оставь мне, я сделаю все, как только вернусь. Он даже не смел представить себе, как будет выглядеть такой божественный человек, занимаясь работой по дому... - Сяодэ не осмелится, - он отнесся к его словам, как к формальному проявлению вежливости, и небрежно дал ответ в том же духе. Он уже привык так поступать. За последние десять или порядка того лет, чтобы брата окружали преданные ему люди, он привык пресмыкаться перед другими, пряча кинжалы за своими улыбками. В конце концов, несмотря на положение принца, ему приходилось вести себя скромно. И теперь он делал это совершенно естественно, не испытывая никаких неудобств. Однако Мо Шу просто приподнял брови: - Ты мне не веришь? До того как ты пришел сюда, всю работу по дому, вроде стирки белья, я выполнял сам. Он улыбнулся и кивнул: - Дажэнь такой скромный, неудивительно, что вас все уважают. Даже если он ему и не верил, говорить подобную лесть давно стало привычкой. Так что эти слова слетели с его уст, прозвучав небрежно и искренне. Все еще с приподнятыми бровями Мо Шу ответил: - У меня просто не было выбора, денег не хватает, поэтому приходится все делать самостоятельно. Он опустил голову, и уголки его губ дрогнули: - Сяодэ понимает свою ошибку, - "Тебе обязательно быть таким тупым? Куда девалась твоя гордость магистрата?" Мо Шу усмехнулся: - Хочешь забрать свой комплимент? - его голос был чистым и успокаивающим, что прекрасно дополняло его ауру. - Сяодэ не посмеет... - пробормотал он, и в его сердце закипело легкое раздражение. "Этот парень, верно, играет со мной?!" - Тебе незачем говорить так формально, - Мо Шу издал легкий смешок, и его рука потянулась, чтобы погладить его по голове. - Если подумать, тебе, должно быть, было трудно все это время; ты так занят, но не можешь даже нормально поесть, - он вздохнул. - В следующий раз я обо всем позабочусь. Он был на две головы выше, чем Нань Гэ'эр, поэтому ему было удобно опускать свои руки на юношу. Так что он положил ладонь на голову Нань Гэ'эра и погладил ее. "Такая круглая и на ощупь приятная". "Выходит, ты тоже знаешь, что скуп? Нет ни зарплаты, ни нормальной еды, разве это не оскорбление для работников?" - в глубине души посетовал юноша. Внезапно Нань Гэ'эр услышал странный шум и инстинктивно поднял голову, посмотрев на стоявшего напротив него человека. "Это ведь не то, о чем я думаю, верно?" Но этот парень без малейшего стеснения рассмеялся: - Ты не знаешь, где можно достать чего-нибудь пожевать? Я отдал свой завтрак нищему, сидевшему на обочине у дороги. В отличие от посыльных ямэнь, Мо Шу редко находил время, чтобы вернуться на завтрак, поэтому, помимо приготовления ужина, кухарка складывала все остатки еды в сумку, чтобы он мог, вместо завтрака, прихватить ее с собой на следующий день. У Нань Гэ'эра скривилось лицо. "Существует ли еще в мире такой до глупого хороший человек, вроде него? Ты до минимума сократил расходы государственного учреждения и даже отдал на благотворительность собственную зарплату, а теперь еще и завтрак другим раздаешь? Почему никто не остановит этого парня?!" Одна мысль о том, что этот человек является его начальником, заставила Нань Гэ'эра ощутить огромное давление, которое неосознанно опустилось на его плечи... "Кухарка до сих пор не пришла, а вчерашние объедки задаром достались какому-то нищему... Все ли будет в порядке, если он просто съест овощи с разбитого на улице огорода?" - задумавшись про себя, Нань Гэ'эр слегка стиснул зубы. Пальцы его спрятанных в рукавах рук невольно сжались. "Постойте-ка, а это что за круглые штуки?" - Сушеный горошек, - он вдруг вспомнил о закуске, которой угостил его зеленщик, и тут же вынул ее. "Что тут скажешь... Он, верно, не станет такое есть?" Однако стоявший напротив него человек весело улыбнулся, забирая у него пакет: - Это здорово. "...Ты серьезно собираешься это съесть? Разве это не детская закуска? Даже я не хочу ее грызть, а ты безо всякого стыда хочешь сжевать его?!" Но даже если это был всего лишь сушеный горошек, в руках этого неземного человека каждая горошина выглядела так на зависть изысканно и лихо... И правда, между ним и остальными людьми была огромная разница. На Нань Гэ'эра навалилось мрачное настроение. "Даже если ты выглядишь так бодро и элегантно, тебе все равно не изменить тот факт, что закуска, которую ты жуешь, - сушеный горошек, к которому даже десятилетние дети относятся с явным презрением!" - проворчал он в своем сердце. Прикончив горох, парень вернул ему пакет, при этом торжественно выразив свою благодарность: - Спасибо тебе. Даже он почувствовал апатию в ответ на такое: - ...Это всего лишь сушеный горошек... - к тому же он и не собирался его есть. Ему невольно стало жаль стоявшего перед ним человека. Забудьте о том, что человеку, занимавшему должность магистрата, нечего было есть, ему даже приходилось утолять свой голод сушеным горошком, разве это не слишком печально? Отсутствие денег само по себе было бедой; но еще большая беда - раздавать деньги повсюду, когда их у самого не было! Так долго прожив в этом мире, он внезапно пришел к этому осознанию. - Ну я тут кое-чем занят, в следующий раз непременно тебя отблагодарю. Пока, - Мо Шу улыбнулся ему и перед уходом еще раз погладил по голове. Похоже, он снова куда-то собрался. Вообще-то, он уже видел еду, которую ел этот магистрат-дажэнь. Она была ничуть не лучше его собственной, и даже немного хуже. У Мо Шу была обычная каша, когда он ел кашу с рисом; этому парню доставались рисовые отруби, когда он ел рисовую лапшу, у бедного магистрата был только тыквенный суп, когда он ел тыкву... Он пришел к выводу, что Мо Шу специально распорядился готовить так. Но разве это не слишком... Он даже не мог описать свои сложные чувства по этому поводу. Божественный человек жил в такой нищете... и даже выглядел радостным, делая это... Нань Гэ'эр просто не мог с этим смириться. Если бы он продолжил так случайно и бесконтрольно себя разорять, не осознавая опасности, подстерегающей его самого, то Нань Гэ'эру пришлось бы беспокоиться о том, что он сам будет есть в будущем. Размышляя об этом, он временно отложил свою работу и направился к дому Гоу Цзы'эра, что располагался неподалеку от правительственного здания. У семьи Гоу Цзы'эра только что вылупились цыплята, поэтому он хотел одолжить нескольких, намереваясь их вырастить, ведь на заднем дворе и так было пусто. А когда птенцы вырастут, он сможет продавать яйца. Конечно же, Гоу Цзы'эр с готовностью согласился на его просьбу взять в долг трех цыплят, и даже неоднократно заверял его, что он может в любое время вернуть ему деньги, потому что сейчас они в них особо и не нуждались. После этого вторую половину дня он провел, узнавая у бабушки Го Цзы'эра, как нужно выращивать этих цыплят. Если честно, ему просто нечем было заняться по завершении обычной уборки. Так он мог скоротать время. В конце концов, он принес троих желтых цыплят и во время вечерней работы построил простенький забор, заперев их внутри. Глядя, как весело они бегают, Нань Гэ'эр начал обретать некоторую уверенность в своем будущем. Он подумал, что если хорошо все спланирует, то, возможно, в будущем ему не придется голодать из-за Мо Шу. Ведь горожане вели здесь очень простую жизнь.

1. "Журавли с горы Хоу и облака на вершине горы Хуа" - отрывок из стихотворения Сыкун Ту, описывающий гордого и отчужденного человека. 2. Сяодэ - официальное обращение, которое используется подчиненными, чтобы говорить о себе перед начальством. Буквально: "этот скромный я".

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4

Птенцу, чтобы вырасти и обрести способность самому откладывать яйца, требовалось сто дней. Но он просто не мог наивно стоять на месте все эти сто дней, ожидая, когда же они наконец подрастут, однако сделать их своей страховкой на черный день было совсем неплохой идеей, по большей части потому, что с таким начальником он действительно не мог чувствовать себя уверенным в своем будущем. Поэтому он вышел, отправившись бродить по улицам, погрузившись в размышления, как бы ему еще улучшить себе жизнь. Хотя этот мир шел по совершенно иному пути истории, чем тот мир, в котором он жил раньше, как ни странно, большинство животных и растений здесь совпадали. Даже их названия остались практически неизменными. За исключением разницы в произношении, язык тоже почти не отличался. Эволюция живых организмов, по-видимому, также была аналогичной. Задумался он про себя. Гуантянь казался обычным и крошечным уездом. В уездном городе ни в чем не чувствовалось недостатка, но при этом там не было суеты. Вокруг бродили нищие и воры; хватало и землевладельцев с чиновниками. В любом случае все это выглядело совершенно обыденно. Однако здесь было очень мирно. Посыльные ямэнь арестовывали воров, а также любых нищих и обывателей, которые время от времени нарушали общественный порядок. Иногда в правительственную тюрьму на парочку дней сажали и некоторых слишком надоедливых парней, но большинство из них были из тех, кто совсем не учится на своих ошибках. Даже Нань Гэ'эр мог узнать их в лицо... Прогуливаясь по улицам, он встречал и тюремных завсегдатаев. И все же убийств никогда не случалось. Хотя уезд нельзя было считать огромным, он был размером с обычный уездный город, но и маленькой его территорию назвать было сложно. Тем не менее, согласно слухам, за последние десять лет здесь не произошло ни одного убийства. Драки и ссоры между соседями были обычным делом, но ситуация никогда не доходила до точки невозврата. Самое большее, что они могли сделать, - быстро арестовать самых больших драчунов и бросить их в тюрьму, чтобы освободить спустя несколько дней. Если честно, Нань Гэ'эр с нетерпением ожидал этих арестов нарушителей закона. Всякий раз, когда такого человека арестовывали, членам его семьи приходилось во время визитов приносить с собой еду. Потому что все знали, что правительство было слишком бедным. Пусть заключенные и не помрут с голоду, кто сможет каждый день питаться пустой кашей и зеленью?! При этом не то чтобы магистрат-дажэнь злоупотреблял своим положением, ведь сам он пил еще более пустую кашу, чем служащие тюрьмы, а иногда в его еде даже овощей не было. В итоге что еще им оставалось делать, кроме как приносить дополнительную еду во время своих посещений? А пока заключенные наслаждались вкусной едой, стоявшим снаружи охранникам оставалось только смотреть на них и давиться слюной. Как могли уважавшие сяньшэна Мо Шу жители стерпеть эту сцену? В конце концов, все стали вместе наслаждаться приносимой ими едой. Поэтому для Нань Гэ'эра чей-то арест означал, что следующие два дня он будет лучше питаться. Вот почему при виде того, как кого-то арестовывают и тащат в тюрьму, у него на лице отражалось некое нетерпение. Хотя он и не был разборчив в еде, сами инстинкты заставляли его надеяться на более вкусную пищу. Как бы то ни было, уезд Гуантянь был именно таким - совершенно обычным и в то же время уникальным местом. Прогуливаясь так несколько дней, он действительно придумал идею, которая позволила бы ему подзаработать несколько монет на стороне. В уезде Гуаньтянь не было ни каких-то особенных блюд, ни красивых пейзажей; его землю нельзя было считать ни совсем бесплодной, ни продородной; климат был ни плохим, ни хорошим. Все было совершенно заурядно и просто. Однако жители Гуаньтянь больше склонялись к богатству, в каждом доме имелся запас зерна. Поговаривали, что даже когда на это графство обрушилось сильнейшее наводнение, никто не умер от голода. Такое было бы невозможно в Фанцзюнь, или было бы лучше сказать, что он не верил в существование подобного места. Однако здесь это стало реальностью. Это походило на... утопию. Мирная повседневная жизнь горожан все равно оставалась довольно оживленной. Как только у каждого будет наполнен желудок, люди, естественно пожелают вести более активную и насыщенную жизнь. Однако в эту небогатую на забавы древнюю эпоху самым большим развлечением было ходить по магазинам всякий раз, как к ним заезжали заграничные торговцы, смотреть представления бродячих артистов, которые останавливались здесь проездом, и сплетничать в чайной, чтобы скоротать свободное время. Пусть городок не был таким же процветающим и веселым, как столица, отток людей из уезда был крайне низким. Люди редко оставляли Гуантянь ради других мест, а если и делали это, в итоге все равно вместе с семьями возвращались обратно. Со временем большинство людей в городе стали знакомы друг с другом... Они зачастую в свободное время запросто навещали друг друга; что уж говорить здесь о личной жизни... Согласно внимательному наблюдению Нань Гэ''эра, которым он занимался последние несколько дней, в таком крупном уездном городе была только одна чайная. Этот чайный домик даже отчасти стал рестораном - туда приходило слишком много местных людей, повсюду была масса скучающих, поэтому им просто было лень подниматься и идти в ресторан. Таким образом, каждый день с самого утра все места в чайной, будь то верхний или нижний этаж, были заняты. С наполненным чаем чайником и несколькими блюдами с закусками на столах, большая часть жителей города с радостью проводила там свое свободное время. А все почему? Потому что там удобно было подслушивать сплетни! Люди могли болтать о всякой ерунде и бездельничать там целые дни напролет; можно было себе представить, насколько им было скучно. Поскольку мест в чайном домике было недостаточно для удовлетворения потребности горожан, Нань Гэ'эр решил установить чайный прилавок под деревом неподалеку от правительственного здания. Многого он за чай не просил. Он был уже доволен, если заработанные, за вычетом расходов, деньги позволяли ему не есть жидкую кашу на завтрак, обед и ужин, и иногда видеть на столе хоть чуток мяса. Он не знал, имеет ли право подрабатывать, находясь на государственной службе, ведь, в конце концов, он тоже считался частью правительства. Однако сейчас он не мог даже поесть досыта, и даже магистрату-дажэню приходилось жевать сушеный горох, чтобы хоть как-то приглушить голод, так что уж о нем говорить. Он расставил несколько колченогих табуреток, притащил сломанный стол со слегка покатой крышкой, вскипятил чайник с водой и заварил чайные листья, затем, взяв белую скатерть, написал на ней кисточкой "Чай" и повесил перед входом на ветви дерева. Вот так его чайный киоск и открылся. Как и ожидалось, горожанам было слишком скучно и они слишком любили посплетничать. Те, кому было лень втискиваться с остальными в чайную, встречались со своими увлекавшимися сплетнями друзьями и соседями у его чайного прилавка, заказывали чайник чая и страдали бездельем. А так как за чайник чая просил он недорого, многие могли это себе позволить. Дерево перед зданием правительства действительно было огромным. Возможно, из-за того, что ему было уже много лет, если смотреть издалека, оно походило на зонтик; поэтому под его сенью было на удивление прохладно и комфортно. Всем и раньше нравилось, присев на корточки, под ним поболтать, а теперь еще добавились табуретки и чай. Закончив с ежедневной работой, все принимались разговаривать и перемывать кому-нибудь косточки под деревом, присаживаясь на табуретки, когда уставали, и наслаждаясь чаем, когда им хотелось пить. Вот такой идиллический образ жизни. Таким образом, бизнес в чайном ларьке Нань Гэ'эра шел весьма неплохо, благодаря чему он впоследствии купил еще табуреток и несколько столов, чтобы расширить свой бизнес. В конце концов, кто не мог позволить себе чай, который он продавал? Ох, вообще-то, в уездном городе имелся один такой человек... сам его магистрат, сяньшэн Мо Шу. Он оставался все таким же незапятнанным этим миром и до жалкого бедным. Хотя за чай он брал немного, многие его покупали. Поэтому по окончании лета с тех денег, что он заработал в чайном ларьке, Нань Гэ'эр выплатил Го Цзы'эру долг за цыплят, а заодно купил еще нескольких. Затем он заранее заплатил владельцу зернохранилища, чтобы, даже если в будущем правительство останется без продовольствия, он мог получать масло и зерно прямо там. На оставшиеся деньги он купил немного клейкого риса, а затем попросил посыльных ямэнь изготовить ему каменную лохань и молоток, отплатив им за это мясом. Потом попросил тех, кто был не занят работой, помочь ему установить камень, полностью погрузив его в воду, затем выложить на него приготовленный на пару клейкий рис и с помощью молотка растереть его в пасту; после чего туда добавили масло и скатали пасту в маленькие рисовые шарики, слегка приплющив их и наконец получив из них пирожки цыба (1). Часть из них он раздал соседям вместе со способами, как их можно есть. После этого все узнали, что Нань Гэ'эр, работающий в правительстве умел готовить особые странные мягкие клецки под названием "цыба", которые можно было есть после жарки, обернуть овощами или приготовить в масле; детям их можно было давать мягкими после варки, обваляв в соевой муке; а можно было использовать в качестве самостоятельного блюда. Мягкие клецки были весьма вкусными, сытными, и брать их с собой было удобно. Нань Гэ'эр даже не продавал их, отдавая любому, кто бы ни попросил. Однако никто не хотел этим пользоваться. В конце концов, сяньшэн Мо Шу был слишком беден, к тому же эта парочка, жившая в правительстве, выглядела такой тощей и не могла даже нормально поесть, так как они могли даром принимать от них пищу? Так что вместо того, чтобы покупать цыба, люди начали приносить такие продукты, как рис или мясо, когда хотели приобрести у него пирожки. Собственно, его цыплята уже выросли и теперь начали нести яйца, так что теперь Нань Гэ'эр мог продавать лишние. Вырученные от их продажи деньги можно было использовать, чтобы добавить немного мяса к завтраку посыльных ямэнь. А на оставшиеся деньги Нань Гэ'эр попросил плотника починить мебель в правительственном кабинете. По большей части теперь каждый из служащих мог питаться чистым рисом вместо каши. Постепенно догоняя уровень жизни местных жителей, Нань Гэ 'эр не мог рассчитывать на чью-либо помощь, но если он не соглашался на обмен, женщины продолжали наставивать на продаже цыба. В конце концов, он не собирался оставлять эти деньги себе, ведь если бы на протяжении лета они все не заботились и не оказывали свое покровительство его чайному ларьку, он не смог бы сейчас расслабиться. Он просто хотел их отблагодарить. Из трех огромных горшков цыба два они обменяли на половину запаса зерна. А оставшиеся десяток или около того пирожков сяньшэн Мо Шу утащил в свою спальню, категорически отказавшись с ними расстаться. Он их любил... В итоге у Нань Гэ'эра не осталось другого выбора, кроме как научить горожан готовить цыба. После этого на протяжении полугода горожанки приносили ему на пробу цыба - самой странной формы, с неравномерной текстурой и привкусом катастрофы - и при этом смотрели на него с выражением: "У меня получилось, верно?!" Мо Шу стал еще сильнее дорожить осташимися у него цыба. Между прочим, глубокоуважаемый Мо Шу предпочитал есть цыба, варя или жаря их, а затем намазывая до невозможности сладкой соевой мукой, чтобы потом проглотить с выражением неземного блаженства... Такой же способ их есть предпочитали городские дети и старики, у которых было плохо с зубами... При виде этого Нань Гэ'эр всякий раз чувствовал, как у него внутри все сжимается... Он не мог позволить себе открыть такую жестокую правду горожанам, уважавшим Мо Шу, но ему было слишком сложно игнорировать это...

1. Пирожки цыба: готовятся из растертого в пасту клейкого риса, традиционное китайское блюдо.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5

Проснувшись поутру, он выпустил кур на кормежку, прежде чем отправиться на рынок за покупками. Закупив все нужные продукты для завтрака, он, здороваясь по пути с горожанами, вернулся в здание правительства и послушал, о чем сплетничают двое дежуривших там посыльных ямэнь, затем занес продукты на кухню. Выйдя с кухни, он, как обычно, занялся уборкой. Пока он ей занимался, знакомый торговец продуктами прислал ему большущую партию овощей новых и разнообразных сортов. Тут же пришла и кухарка. Как только Нань Гэ'эр перенес все овощи на кухонный склад, кухарка приступила к приготовлению завтрака из заранее купленных им продуктов. Раскладывая овощи, он слушал, как продавец сплетничает о различных семьях горожан. Закончив с овощами, он проводил бакалейщика к выходу, по пути все так же прислушиваясь к его бесчисленным сплетням. Вернувшись, он небрежно прибрался в здании. Пришла пора завтракать. Бросив метлу и совок, он побежал в столовую. Посыльные ямэнь уже были там и ели, ухватившись руками за миски. Он снова ответил на многочисленные приветствия и направился на кухню за своей едой. Там кухарка уже специально для него приготовила еду, наполненную любовью: в ней были куда большие куски мяса, чем у других, более яркие овощи, более мягкий и в большем количестве рис... Держа миску в руках, он побрел обратно в столовую. В ответ на всеобщие приглашения он наугад выбрал стол и сел за него. И снова слушал, как могучие с виду посыльные ямэнь чешут языками, как заправские сплетницы. Иногда "король сплетен", сяньшэн советник, освобождался Мо Шу от работы, чтобы поесть. Его присутствие только подогревало волну сплетен в столовой. На самом деле сяньшэн советник был очень недурно сложен, преисполнен достоинства, красив и отважен. Однако истинным увлечением этого сильного и могущественного мужчины были сплетни! Стоило ему заговорить о городских сплетнях, как Нань Гэ'эр становился настолько несчастным, настолько вообще мог бы быть. После завтрака Нань Гэ'эр отправился на прогулку, чтобы пища лучше усвоилась. Иногда он случайно сталкивался с патрулирующим магистратом-дажэнем. Всякий раз, стоило Мо Шу заприметить неторопливо прогуливающегося с засунутыми в рукава руками Нань Гэ'эра, как он подходил к нему с сияющими глазами. Из-за чего Нань Гэ'эру приходилось тактично отказываться от сладостей, приготовленных им для перекуса, и в знак уважения отдавать их ему. Покончив с закусками Нань Гэ'эра, Мо Шу, как всегда, бросал ему бесполезные слова благодарности и продолжал делать то, чем занимался до этого. У оставшегося без перекуса Нань Гэ'эра не оставалось иного выбора, кроме как вернуться назад... Затем он наткнулся на кучку детей, бродящих по улице, которые были еще слишком малы, чтобы учиться. Одни из них приглашали его с ними поесть, другие звали поиграть, а третьи... с жалостью давали ему сладкие бобы. Ведь у бедного Нань Гэ'эра теперь не было даже сладких бобов, потому что кое-кто попросил у него поесть. Люди из правительства были такими бедными и достойными жалости... В итоге руки Нань Гэ'эра наполнились разнообразными случайными игрушками и угощениями. Но даже когда он встретил мелких сорванцов тоскливым взглядом, группка маленьких детей, желавших с ним поиграть, все равно увязалась за ним. Они следовали за ним, рассказывая, кто что сломал, кого отшлепали по заднице, а кто этой ночью напрудил в постель... Вернувшись в правительственное здание, он сунул все это барахло в руки бухгалтеру, объяснив, чьи это вещи, и попросив вернуть их "в свободное от работы время", то бишь ночью. Вернувшись во двор, он совершенно не удивился, увидев, как кухарка заново убирает те места, где он "прибрал" ранее. У него не было выбора: он был невероятно плох в работе по дому. И даже опыт, полученный им за полгода работы, ни капли ему не помог. Так что он просто снова вышел на улицу. У дверей собралась целая толпа детей. Кто-то из них катался на статуях львов-хранителей; стоявших возле дверей; кто-то пытался вытащить из пастей статуй каменные шары; кто-то сидел на корточках у порога, наблюдая за суетящимися муравьями, тащившими какой-то мусор; кто-то свистел и кричал, глядя на пронесшуюся мимо погоню; кто-то зажал между ног бамбуковые палки, принявшись скакать и прыгать на них тут и там. Некоторые даже приставали с непонятными детскими вопросами к бесстрастным посыльным ямэнь. Заметив выходящего Нань Гэ'эра, посыльные ямэнь смогли вздохнуть с облегчением. Дети тут же бросились вперед и окружили его. - Нань Гэ'эр, а какие сказки ты нам сегодня расскажешь? - Нань Гэ'эр, А-Мао гэ (1) не смог сегодня прийти, я видел, как он в частной школе переписывал книги в наказание от учителя. - Нань Гэ'эр, слушай, у Сяо Я вчера затекли ноги, и она свалилась в выгребную яму! Ха-ха! От нее так воняло! Так сильно воняло! - А-ха-ха-ха, Сяо Я - вонючка, а-ха-ха-ха! - Я ударю тебя, ударю! Лай Фу, разве не за тобой вчера гнался гусь семьи Гоу Дань, а ты бегал от него по улицам? Как ты посмел издеваться над нашей Сяо Я?! - Уф, Лай Фу плохой, я своей маме все расскажу... - Нань Гэ'эр, вот возьми, эта лепешка тебе, моя мама сказала, что ты слишком худой. - Нань Гэ'эр, мой кузнечик такой потрясающий, лучше чем у Сяо Тоу. - Чепуха, мой Генерал Черная Голова самый лучший! - Генерала Черная Голова явно искусал до Генерала-Калеки мой Генерал Золотое Брюшко, ха-ха... - Сейчас ты у меня получишь! Сам напросился! - Как ты посмел ударить меня?! Всего миг, и несколько маленьких групп по разным причинам затеяли драку. Уголок рта Нань Гэ'эра опустился вниз: - Хватит спорить. Если продолжите вести себя так, я вообще не стану ничего сегодня рассказывать, - к сожалению, его голос был недостаточно громким, чтобы повлиять на этих шумных детей. - Нань Гэ'эр сказал нам перестать спорить. Если продолжим, он не станет рассказывать сказки, - естественно, вместо громкоговорителя у него имелись похожие на верных приспешников маленькие помощники. - Тсс-тсс, хватит, хватит спорить. - Я еще покажу тебе в следующий раз. - Просто подожди у меня. Еще чуток пошумев, дерущиеся и спорящие малыми затихли. - А теперь идите и поиграйте под деревом. И не деритесь. Мы начнем, как только остальные дети придут из частной школы, - Нань Гэ'эр махнул им рукой, указывая на огромное дерево. Как-то днем Нань Гэ'эр чувствовал себя особенно раздраженным необходимостью отвечать на странные вопросы, которые постоянно задавали дети, а его запястья чуть не ломались от купленных им на улице продуктов. Поэтому он пообещал рассказать историю, если дети пойдут поиграть куда-нибудь еще вместо того, чтобы весь день сидеть на корточках у входа в правительственное здание, не давая ему прохода. С тех пор все начало выходить из-под контроля. Каждый день Нань Гэ'эр выходил на прогулку, чтобы улучшить пищеварение, а за ним хвостом увязывалась толпа малышни. Удивительно, но в таком огромном городе не оказалось ни единого сказочника. Люди, приходящие в чайный домик довольствовались лишь сплетнями, чтобы скоротать время. И теперь казалось, что Нань Гэ'эр, юный студент университета, до своего переселения обожавший различные восьмичасовые шоу, легендарные истории и интернет-литературу, переместился в этот город благодаря вмешательству свыше, чтобы удовлетворить потребности горожан в их моральном и идеологическом развитии. Поначалу он не взвешивал преимущества и недостатки. Он просто один раз рассказал историю детям, игравшим у порога правительственного здания, а потом еще обнаружил детей школьного возраста, которые после занятий уселись на страже возле дверей здания правительства, умоляя его рассказать эту историю снова. Они даже отказались пойти домой и поесть, если он не сделает этого, и жаловались, что Нань Гэ'эр предвзят и так далее, пока он еще раз ее им не рассказал... Так что теперь наученный на собственных ошибках Нань Гэ'эр предпочитал рассказывать свою историю после окончания занятий в частной школе, чтобы можно было делать это только раз в день. Во второй половине дня, когда детей отпускали из школы, толпа людей возле входа в правительственное здание постепенно начинала увеличиваться. Группа детей, прибывших первыми, продолжала подзывать свои семьи и братьев. - Гэ, иди сюда! Отсюда мы будем лучше слышать историю. - Мам, скорее! Нань Гэ'эр скоро начнет рассказывать сказку. Ты принесла мои яичные лепешки? Были даже маленькие дети, которые специально заранее занимали места, чтобы потом не сидеть в тесноте. - Сяо Цуй, прикрой меня. Здесь - лучшее место, отсюда открывается самый хороший вид. Я тебе за это даже сладкий пирог с османтусом принесла. - А-Чжу, давай скорее! Это место чудесно, так ведь?! Я пришел сюда пораньше, чтобы его занять. Были здесь и пожилые люди, которым нечем было заняться дома. - Чжу Цзы, поторопись и иди сюда. Ты ведь голодный, верно? Бабушка испекла тебе блинчики, давай поедим, пока слушаем. - Лай Гэнь, отдохни немного и послушай историю, потом успеешь еще заняться своим хозяйством. "...Я просто не способен привыкнуть к этой сцене, сколько раз бы ее ни видел". Нань Гэ'эр сидел у дверей, глядя на всю эту суетящуюся толпу под деревом . "Почему это так похоже на начало выступления заезжего цирка?" Еще три дня назад там его слушали только дети. На четвертый день начали останавливаться прохожие, они присаживались на корточки, чтобы послушать его истории. Начиная с пятого дня сюда стало приходить все больше и больше взрослых людей... В итоге, по мере увеличения числа зрителей, такие беспорядочные картины стали обычным явлением перед "выходом на сцену" Нань Гэ'эра. - Сладкая и со сладкой начинкой цыба~ - Утоляющий жажду чай! Сделайте глоточек, слушая рассказ Нань Гэ'эра~ - Аппетитные кунжутные пирожные~ - Обжаренные бобы, арахис и семечки~ - Сладкие цукаты! Настолько сладкие, что станут усладой даже для вашего сердца~ Начали прибывать и различные лоточники... У Нань Гэ'эра не было слов... Исходя из возраста его теперешнего тела, ему скоро должно было исполниться двадцать лет. За последние шестнадцать лет он совершенно не осознавал, что переселился в другое тело, ведь в этом пожирающем людей с потрохами дворце стоило только на секунду расслабиться - и тебя разорвут на клочки. Уже через неделю, увидев, как прислуживающие ему служанки лишились своих голов, он понял, что должен сделать, чтобы там выжить. Выяснилось, что знания, полученные в прошлой жизни, ему совершенно не пригодились. Однако сейчас, оказавшись в таком месте, как Гуантянь, ему пришлось поставить чайный ларек, чтобы заработать деньги и прокормить себя, заниматься домашней работой, вроде стирки белья и уборки, и даже... рассказывать истории! "...Смогу ли я наконец вкусить преимущества от переселения в другое тело? Целая толпа людей "преданно" ждет, когда я выйду на сцену... Я для них что, обезьянка из цирка?!"

1. Гэ - суффикс, который используется при обращении к старшему брату или старшему по возрасту мужчине.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6

Нань Гэ'эр и сам находил немного странным, что так легко прижился в Гуантянь. Что он думал об этом сначала? Лежа израненным, он хотел выздороветь. После выздоровления ему захотелось наесться досыта. Насытившись, он захотел улучшить качество еды. Только когда он смог питаться так же, как большинство людей, у него появилась энергия, чтобы задумываться о подобных вещах. Так он и начал чувствовать, что его текущее положение было несколько странным. ...Люди, конечно, странные существа; их тела способны оправляться от ран, а когда телесные раны окончательно заживают, похоже, даже нанесенные их душам раны начинают рассеиваться. Он никогда не был мстительным человеком. Неважно, жил ли он в мрачном и громоздком дворце или прибегал к всевозможным грязным методам, чтобы выжить, в глубине своего сердца он по-прежнему оставался тем же второкурсником университета, чья душа переселилась сюда в результате пожара. Это было заложено в нем изначально. Он с самого начала не являлся наивным и невинным младенцем; а то, каким он стал сейчас, было лишь продолжением истории того второкурсника университета, ведь он не начинал жизнь с чистого листа, как это происходило со всеми остальными людьми. Затем он использовал свой опыт и знания второкурсника университета, чтобы вырасти до настоящего Нань Гэ'эра. И хотя внешне он выглядел молодым, на самом деле жил уже очень давно. К настоящему времени, после трех лет заключения, у него уже не осталось амбиций, свойственных обычным подросткам; к тоже же он утратил всякое желание стремиться к чему-либо в будущем или уже давно упустил свой шанс. В этой юной оболочке скрывалось взрослое и оцепеневшее сердце. Однако, удивительно, но дела в правительстве начали понемногу налаживаться. Цыплята превратились в кур и начали нести яйца, из которых вылупились цыплята. И вот уже даже группы желтых утят, которых тоже вырастил Нань Гэ'эр, принялись хлопать крыльями и громко крякать, бегая друг за другом. Часть еды на правительственном складе принадлежала ему. А тех продуктов, что давали ему соседи и жители, было настолько много, что они могли бы запросто забить весь склад. Когда он выходил на улицу, его приветствовало все больше и больше прохожих. Иногда они даже насильно затаскивали его к себе домой, чтобы накормить. Всякий раз, обедая с советником и посыльными ямэнь, он перебрасывал им в миски еду, которая ему не нравилась. Когда он заканчивал рассказывать свою историю, малыши, стремясь завоевать его благосклонность, наполняли его руки фруктами и закусками. А женщины в свободное время по собственной инициативе приходили в здание правительства, чтобы помочь с штопкой, стиркой и сушкой одежды. Он еще никогда не жил настолько скучной, нелогичной, однообразной и нудной жизнью. Возможно, в прошлом, когда он был всего лишь невинным студентом, он вел столь же обыденную жизнь, но вспоминая ее сейчас, он понимал, что его прошлое "я" ушло от нее чересчур далеко. И вот прямо сейчас он неожиданно для себя оказался втянут в такую же жизнь: невинную, но тяжелую, занятую, но мирную. На данный момент он не мог даже вспомнить, как оказался втянут в эту самую жизнь. Когда он начал замечать это, все уже стало так; и когда он вспоминал минувшие полгода не было ни малейших признаков, указывавших на то, что что-либо изменилось. Сначала он очень хотел узнать, почему вдруг стал заключенным и столько лет страдал от жестоких пыток. "Было же очевидно, что я..." Но за суетой прошла половина года, и это решительное желание в его сердце само собой притупилось. "Означает ли это, что исцеление травм физических исцеляет и душу? Люди поистине непостоянные существа". С течением времени рубцы, оставшиеся после тяжелых испытаний, начинали сглаживаться. То же самое относилось и к радостным событиям - по прошествии времени счастье тоже само собой забывалось. Люди приходили в этот мир голышом. А когда они умирали, у них уже невозможно было что-то отнять. Ничто с самого начала превращалось в ничто под конец. Как только человек рождался, над ним нависала смерть; и с каждым прожитым днем она подкрадывалась все ближе. Так в чем все-таки заключался смысл этой жизни? "Несмотря на то что люди явно понимают ее бессмысленность, они все равно инстинктивно продолжают жить дальше. Это так бессердечно". - Нань Гэ'эр, ты чего там застыл? Скорее иди сюда и возьми немного мяса! - послышались крики снаружи правительственного здания. Сегодня был праздник зимнего солнцестояния. Это было огромное событие; все пораньше возвращались домой, чтобы приготовить хорошую еду в качестве подношения для своих предков. Магазины закрывались рано, и даже правительство брало выходной. Мо Шу с остальными тоже пораньше ушли с работы. Еще до полудня они неизвестно откуда приволокли огромных диких зверей. Сейчас двери правительственного здания были закрыты. Все собрались на площади и развели огромный костер, чтобы зажарить добычу. Нань Гэ'эр немного помолчал, потом просто пожал плечами. "И почему я так нерешителен? Жизнь или смерть - да будет так. Ничто не имеет значения". Когда он вышел на улицу, на площади все еще пылало пламя костра. Внутренние органы диких животных были сложены в стоящее рядом ведро, в другое ведро слили всю кровь. Здесь собрались посыльные ямэнь, советник и несколько женщин. Вероятно, члены их семей. Кто-то держал в руках тарелки, тогда как другие разделывали туши диких зверей своими ножами. Некоторые даже принесли кувшины с вином и весело болтали со стоявшими рядом людьми. Заметив, что пришел Нань Гэ'эр, человек с кувшином вина, пьяно вскочив с места, обнял его: - Нань Гэ'эр, давай выпьем... Заметив, что он уже изрядно набрался, Нань Гэ'эр непроизвольно отступил обратно к двери. Сзади к ним приблизилась полная госпожа, обратив внимание на реакцию Нань Гэ'эра, она стукнула неугомонного парня по лбу: - Ты идиот! У Нань Гэ'эра такое слабое тело, разве сможет он выпить с тобой?! Парень резко развернулся и потер лоб: - Мам, хватит колотить меня по лбу; это сделает из меня дурака. - ...Сперва подумай, можешь ли ты стать еще глупее? - госпожа одарила его презрительным взглядом, прежде чем с улыбкой повернуться к Нань Гэ'эру. - Нань Гэ'эр, иди сюда. Тетушка Сю Чжу специально для тебя выбрала и поджарила нежирное мясо с хребта. Скорее иди сюда и попробуй. - Сю Чжу, ты слишком пристрастна! - закричал еще один парень, сидевший в стороне, сжимая в руках кувшин с вином. Эта просто одетая дама, Сю Чжу, приподняла губы в улыбке. Проигнорировав парней, она улыбалась лишь Нань Гэ'эру. Другие тоже начали зазывать его поиграть с ними. Нань Гэ'эр окончательно приуныл. Все это вовсе не означало, что он пользовался популярностью у женщин этого города. Все его лицо до неузнаваемости изуродовали шрамы, к тому же он был лишь незначительным помощником в правительстве, а его тело было до невозможного хрупким - у него не было ни единой черты, которая выглядела бы привлекательной в женских глазах. "Они так бесстрашно зовут меня только потому, что вообще не воспринимают меня как мужчину. Да даже если они и видят во мне мужчину, все равно не испытают по отношению ко мне какого-либо интереса и не будут ничего ожидать". Задумавшись об этом, он закатал рукава и подошел к женщине. Он заметил, что Мо Шу и советника окружили пять-шесть человек, они весело болтали, а у их ног стояла тарелка с нарезанным мясом. Это явно был грубый и небрежный способ поесть, но когда облаченный в зеленый халат Мо Шу, улыбаясь, сидел там, вокруг него словно витала аура элегантной беззаботности. С другой стороны, советник явно изрядно набрался. От этого он выглядел еще более отважным и дерзким. И, скорее всего, это не было плодом его фантазии, сейчас каждый человек, находящийся здесь, не казался обычным. Возможно, в обычное время они так хорошо скрывали это, что было почти незаметно. Однако только сейчас, когда Нань Гэ'эр проходил мимо соревновавшихся в выпивке, он почувствовал исходящую от них отчетливую ауру... закаленных в боях воинов, только глубоко подавленную. Ему и раньше доводилось встречать подобных людей. Лишь солдаты, пережившие множество сражений, могли испускать столь спокойную и величественную энергию. При виде проходящего мимо Нань Гэ'эра Мо Шу слегка изогнул уголки губ. Потянувшись рукой к чаше, он поднес ее к себе, прежде чем прижать к губам и, изящно склонив голову, проглотить ее содержимое. В этом движении была неописуемо прекрасная грация. "Если б я не знал, насколько легкомысленным и бессовестным был этот парень, то действительно мог бы ощутить восхищение и влечение к нему из-за этих красивых движений. Однако... каким бы стильным он ни казался, мне никогда не забыть, как низко он крадет у меня сушеный горошек". Нань Гэ'эр без всякого выражения прошел мимо него и сел рядом с женщинами. - Вот, держи, - прямо у него перед носом возник шипящий, испускающий пар, горячий и ароматный кусок мяса. Стоявшая рядом с ним тетушка мило улыбнулась ему: - Попробуй. Заметив, с каким ожиданием уставились на него женщины, Нань Гэ'эр проглотил слюнки, взял кусок и осторожно его укусил. Ему еще никогда не приходилось есть под взглядами стольких людей, что явно оказывало давление на него. - Ну как, вкусно? - спросила тетушка. Нань Гэ'эр напряженно проглотил кусок мяса перед тем, как взглянуть на сверкающие глаза женщин, обступивших его. - Мм, вкусно. - Тогда кушай побольше, - обрадовалась тетушка и обратилась к остальным женщинам: - Как здорово, что Нань Гэ'эру понравилось. - Я же говорила; Нань Гэ'эру точно понравится. - Мясо с хребта наименее жирное, глупым людям никогда этого не понять. - Нань Гэ'эр, твое тело такое слабенькое. Ешь больше мяса, если будешь его есть, тебе станет лучше. - Вот, держи, этот кусок тоже уже готов. Весело болтая, женщины передали ему еще один кусок. Нань Гэ'эр с трудом жевал мясо, стараясь его проглотить. Если честно, он совершенно не мог сказать, вкусное оно или нет... "Какого черта, разве может быть мясо настолько жестким?!" Ему пришлось просто проглотить его, когда он почувствовал, что его челюсти заболели. Увидев напряженное выражение на лице, которое Нань Гэ'эру не удалось скрыть, женщины растерялись. Одна шестнадцати- или семнадцатилетняя девушка вдруг опустила голову и принюхалась к мясу, что держала в руках, а затем закричала: - Чжэн Байхэ! Ублюдок, кто тебе разрешил добавить в мясо затвердевающий порошок?! Один из резавших мясо парней злобно рассмеялся: - Ха-ха-ха! А кто вам дал право оставить все вкусненькое для Нань Гэ'эра?! - Ах ты! - девушка завопила и, схватив этот кусок мяса, подняла юбку и побежала вперед, на бегу объяснив бабушке: - Бабушка, скажи Нань Гэ'эру больше это не есть. У него слишком слабое тело; он должен быть осторожен, а то от такой еды ему может стать хуже! - развернувшись, она засунула мясо в рот тому самому парню. - Кто разрешил тебе это добавить? Кто, а? Тебе же лучше самому все это съесть! - Ай, горячо-горячо-горячо-горячо! - парень отбросил нож, что держал в руках и обратился к своим сообщникам, стоявшим у него за спиной: - Помогите мне, Сяо Дай, А-Ван... Бабушка, стоявшая рядом с Нань Гэ'эром, мигом выхватила мясо из его рук: - Нань Гэ'эр, не ешь это. Бабушка отрежет тебе другой кусок мяса. Эти маленькие негодники, пусть Чунь Тао преподаст им хороший урок. Ох уж эти бесенята со своими злобными проделками. Только посмотрите, какой Нань Гэ'эр у нас маленький... сама доброта... - она небрежно подхватила еще один кусок мяса и начала его нарезать. Нань Гэ'эр скорчил гримаску, глядя на огорченное выражение лица бабушки. "Бабушка, все ли в порядке, что эти парни раскрывают твои секреты? Разве у обычного посыльного ямэнь мог появиться затвердевающий порошок? Я о таком раньше не слышал. К тому же Чунь Тао, похоже, даже не почувствовала жара, когда голыми руками схватила горячющее, плававшее в кипящем масле мясо... И в заключение, бабушка, ты считаешь, что для восьмидесятилетней старушки с такой легкостью подхватывать кусок мяса весом около 5 килограмм... это нормально?" Однако... Нань Гэ'эр повернул голову к шумной толпе. На самом деле мясо можно было поесть когда угодно. Но он чувствовал, что именно это мясо было особенно ароматным и вкусным. Возможно, потому, что в этот момент... его окружали все эти люди.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7

Внезапно он проснулся посреди ночи. Весь его лоб был покрыт испариной, когда он сел, тупо уставившись куда-то во тьму. Только что ему снилось прошлое. Это был не обычный сон о трех годах, проведенных в темнице; напротив, ему приснились те тринадцать лет, что он прожил бок о бок с молодым королем. Более того, там хватало приятных воспоминаний. И все же из-за них он покрылся холодным потом и проснулся от ужаса. "Сколько времени прошло с тех пор, как меня в последний раз посещал такой сон? Сейчас, когда я вспоминаю о тех временах, они кажутся мне лишь мрачными и угнетающими. Просто удушающими. Но, как ни странно, я до сих пор считаю их своими самыми счастливыми воспоминаниями. Неужели это на самом деле самые счастливые моменты в моей жизни?" "...Я был счастлив, слыша искренние приветствия от других своих братьев; был счастлив, когда издевавшегося надо мной человека жестоко избил другой мой брат; испытывал счастье, когда был спасен звоном колокола и мне удалось найти козла отпущения; был счастлив от того, что политическая партия, которую я хотел перетянуть на свою сторону, приняла посланные мной драгоценности; чувствовал счастье, когда закончил уничтожать всех остальных наследников - своих братьев и сестер, с которыми вырос и провел вместе более десяти лет - так что больше никто не мог мне угрожать... Как ужасно", - по спине Нань Гэ'эра невольно пробежала холодная дрожь. Когда он посмотрел вниз, на миг ему показалось, что его руки залиты алой кровью. Коротко вздохнув, он понял, что это была иллюзия. Затем он закрыл руками лицо и ощутил на пальцах холодную влагу - он даже не заметил, что заплакал. "По какой причине я очутился в этом мире? Было бы просто здорово, если бы я в самом начале умер в пожаре. Я хочу вернуться... вернуться в обычный мир, в котором есть дружелюбные и веселые друзья, заботливая семья, толпы людей... Это место не принадлежит мне, я и не принадлежу ему. Я должен был умереть вместо того, чтобы, словно блуждающий призрак, скитаться по этому миру. Как же я все это ненавижу!" Он никогда ни на что не жаловался, потому что у него просто не было для этого времени. Как преследуемый охотником загнанный зверь, он положил все свои силы на то, чтобы рваться вперед. не имея ни малейшей возможности передохнуть. Сейчас же он, наконец, начал расслабляться, и у него появилось достаточно энергии для ненависти и негодования. Какое-то время спустя он поднял голову. Слезы перестали бежать по его щекам; в глубине своего сердца он ощущал лишь легкое оцепенение. Он понятия не имел, как ему дальше жить. Небо до сих пор было темным; возможно, была еще полночь. За окном пронесся порыв ветра. Даже находясь внутри комнаты, Нань Гэ'эр невольно подумал, что снаружи должно быть очень холодно. Однако это прекрасно подходило для эмоционального состояния, в котором пребывал сейчас Нань Гэ'эр; он чувствовал, что ему просто необходимо как-нибудь успокоиться. Натянув верхнюю одежду, он поковылял на улицу. Зима в этом мире всегда была очень холодной. Без кондиционера, пуховых одеял и прочих современных вещей, даже когда он жил в роскоши во дворце, имея возможность укутываться в хлопковые и меховые плащи, он все равно с трудом выносил этот холод. После трех лет, проведенных в тюрьме, его здоровье было полностью подорвано. Теперь, еще до наступления сильных холодов, он начинал чувствовать холод во всем своем теле, неспособный хоть как-то согреться, поэтому, как бы он ни старался, ему не каждую ночь удавалось заснуть. Даже если, благодаря приложенным усилиям, он теперь мог хорошо питаться, живя в правительственном здании, меховая шуба явно оставалась за пределами его мечтаний. Надев еще несколько слоев хлопковых плащей, он толкнул дверь. Как только она открылась, в комнату ворвался сильнейший ветер, который едва не унес прочь его самого. Он неосознанно втянул шею и отступил на пару шагов назад. Подождав, пока порыв ветра утихнет, он, засунув руки в рукава и, покачиваясь, вышел из комнаты. Сейчас на самом деле оказалась полночь, но на небе не виднелось ни звезд, ни луны. Хотя бюджет правительства больше не пребывал в таком упадке, как было прежде, ради экономии у дверей висело только два фонаря. За дверью стояла практически полная темень, если не считать жалкие маленькие фонарики, ведушие к туалету. Нань Гэ'эру явно незачем было идти в туалет. Так что он, не заботясь об ожидавшей его впереди тьме, бесцельно куда-то заковылял, апатично бредя в никуда. В тот момент, когда ему показалось, что он вот-вот замерзнет от холода, он заметил чью-то тень у стоявшего впереди павильона. Вздрогнув от неожиданности, он хотел было помчаться назад, но быстро взял себя в руки. Кто еще, кроме этого парня, мог находиться в здании правительства? Одновременно с этим тень красивым и ясным голосом произнесла: - Нань Гэ'эр?.. Как и ожидалось, это оказался магистрат-дажэнь. Нань Гэ'эр временно позабыл о собственном мучительном смятении и изогнул уголки рта: - Дажэнь, почему вы стоите здесь вместо того, чтобы отдыхать? - "Насколько я знаю, ты просыпаешься раньше петухов и ложишься позже собак!" - Я, - с легкой усмешкой ответил Мо Шу, - наблюдаю за цветением сливы. - А? - с недоверием протянул Нань Гэ'эр и направился к павильону, в котором находился Мо Шу. Когда он поселился здесь, здание правительства уже выглядело обветшавшим, но, судя по его строениям, в постройку правительственного здания явно было вложено много усилий. По крайней мере, здесь было достаточно земли, чтобы построить искусственную горку и озеро, просто это никому не потребовалось. - По-моему, время цветения сливы еще не пришло, верно? - "Если не ошибаюсь она должна расцвести в конце зимы, так ведь? Сейчас еще слишком рано". - Мм, - согласился Мо Шу, - еще не время. - ... - "Тогда на кой черт ты здесь смотришь?" Мимо него пронесся порыв холодного ветра, заставив его невольно втянуть голову в плечи и поджать ноги. Из-за этого, а еще из-за того, что на нем было множество слоев одежды, он не заметил, как его ноги зацепились одна за другую. Потеряв равновесие, он тут же начал падать на землю, однако чья-то рука протянулась к нему и его поддержала. - Э? - он инстинктивно поднял голову от изумления. Но было так темно, что он ничего не смог разглядеть. - ...Будь осторожней, - предостерег его Мо Шу, помогая ему подняться, затем за руку потащил его к павильону. "...Дажень, ты "так вовремя" со своим предупреждением", - Нань Гэ'эр просто дара речи лишился. - "Если честно, я все еще в шоке. Только что я находился в десяти шагах от павильона с Мо Шу, как же он успел понять, что я падаю, и вовремя добраться до меня, чтобы не дать мне упасть? Как и ожидалось, похоже, Мо Шу обучен боевым искусствам и даже в них преуспел". Мо Шу так и не вырустил руку Нань Гэ'эра, даже после того, как они вошли в павильон. Протянув руки, он сжал в них ладони Нань Гэ'эра, которые уже почти лишились чувствительности от холода и с легким беспокойством в голосе спросил: - Почему они такие холодные? - Я чувствителен к холоду, - недоумевая, ответил ему Нань Гэ'эр. Конечно же, ему не удалось сдержать дрожь в своем голосе. Хотя он стоял на таком пронизывающе холодном ветру, ладони Мо Шу остались теплыми, что позволило Нань Гэ'эру слегка восстановить чувствительность. - Тц, - тихонько цыкнул Мо Шу, после чего принялся растирать его руки, - твое тело чересчур слабое. Даже зная, что Мо Шу в темноте не увидит его лица, Нань Гэ'эр инстинктивно натянул на лицо улыбку: - Да, с годами оно стало слабее. Мо Шу не стал донимать его расспросами, вероятно, заметив, что Нань Гэ'эр не хотел продолжать разговор на эту тему. - Почему ты вышел на улицу? - Мо Шу легкими движениями растер одну ладонь Нань Гэ'эра и перешел на другую. Он переместился так, чтобы защитить его от порывов ветра. - Мне приснился сон, - честно признался Нань Гэ'эр, прежде чем уточнить: - Сливы ведь еще не расцвели, верно? - как бы он ни смотрел, здесь не было ни единого цветка сливы. - Там, - Мо Шу указал подбородком. - Вон там стоит одно сливовое дерево. Нань Гэ'эр долго блуждал глазами во тьме, пока они к ней не привыкли, после чего посмотрел в указанном Мо Шу направлении... В темноте было лишь множество веток, на которых не виднелось ни одного цветка. - Там нет цветов. - Мм, - Мо Шу очень быстро признал это, затем заметил: - Кстати, я ведь так и не поблагодарил тебя. - А? - растерянно выпалил Нань Гэ'эр, не понимая, что имел в виду магистрат-дажэнь. - Если бы ты не появился в правительстве, у нас сейчас не было бы даже дров на растопку, не говоря уже о вине, - добавил Мо Шу. - Стыдно признать, но Чжу Си и я не способны вести хозяйство, поэтому люди, работающие на правительство, не могли даже нормально поесть, мы оказались совсем бесполезны, - Чжу Си - так звали сяньшэна советника. Он ненадолго замолчал, прежде чем снова заговорить: - Но твое тело слишком хрупкое, мы не должны были доводить тебя до такого состояния: от тебя лишь кожа да кости остались. Однако нам не хватает ни людей, ни денег... - он понизил голос. - Я совершенно не способен обращать внимание на другие дела, пока сосредоточен на одном, это действительно... Заметив, что Мо Шу, похоже, слегка приуныл, Нань Гэ'эр поспешно заговорил: - ...На самом деле это не так уж и тяжело, - он сказал чистую правду. Он был плох в повседневных делах и уборке, поэтому выполнял их небрежно. После этого кухарка, закончив собственную работу, доделывала все за него. Каждый день он занимался только своими делами. Просто тот факт, что он не мог нормально питаться, даже работая на правительство, оказался весьма печальным. Мо Шу тихонько усмехнулся и больше ничего не сказал. Долгое время проведя в молчании, Нань Гэ'эр не удержался и снова задал вопрос: - Эм, дажэнь, здесь нет сливовых цветов, тогда на что вы?.. - он вообще ничего не понимал. Несмотря на лютый холод, Мо Шу стоял на улице, глядя на голые ветви сливового дерева, наслаждаясь цветением ее несуществующих цветов... - Я смотрю на цветение сливы, - Мо Шу слегка рассмеялся. Невзирая на темноту, уже привыкший к ней Нань Гэ'эр смог разглядеть его приподнятые в улыбке губы. - Но... - "Сливы еще даже не зацвели, на что там смотрит этот безбровый (1)?!" - Я смотрю на ее будущее цветение, - снова отозвался Мо Шу. - Будущее цветение сливы? - Нань Гэ'эр еще больше запутался. - Вон там стоит слива, - улыбнулся Мо Шу. - Какое-то время спустя она расцветет. На ней появятся белые, собранные в соцветия цветы, необыкновенно изящные и прекрасные. - Но они же еще не расцвели. - Мм, как я и сказал, эти цветы появятся в будущем, - рассмеялся Мо Шу. - Значит, в такую холодную ночь вы стоите здесь и любуетесь воображаемыми цветами? - несмотря на все свое самообладание, в этот момент Нань Гэ'эр просто не мог не пробормотать: - Откуда вам знать, как будут выглядеть эти цветы? - Я не знаю, а ты? - усмехнулся Мо Шу, вернув ему вопрос. - Откуда ж мне знать? - скорчил гримаску Нань Гэ'эр. - Это верно, - нежно пробормотал Мо Шу, - никто, даже они сами, не знает, как будут выглядеть цветы этой сливы, когда расцветут. Это станет ясно только после начала цветения. Однако ничто не мешает мне строить догадки, как они будут выглядеть в будущем, так ведь? - А? - ошеломленно вымолвил Нань Гэ'эр, он чувствовал, что в словах Мо Шу скрывался некий глубокий смысл, но сам он не мог осознать его. - И поэтому мне кажется, что оно зацветет такими же прекрасными белыми цветами, как в прошлом году, - спокойно заметил Мо Шу. - По крайней мере, этот пейзаж я себе представляю, когда смотрю на то дерево. "...Твой метод любования цветами никогда не понять такому дилетанту, как я". - К тому же, что с того, если я не смогу увидеть их в этом году? В следующем году я все равно в один прекрасный день увижу, как зацветет эта слива, - повернув голову к Нань Гэ'эру, рассмеялся Мо Шу. Неспособный разглядеть в темноте выражение его лица, Нань Гэ'эр все же почувствовал на себе взгляд Мо Шу. Однако он все равно посмотрел на него в ответ и тихо выдохнул: - А? - он так и не понял, что имел в виду этот парень. Он уже догадался, что в его словах был заключен глубокий смысл, но он действительно не понимал, что хотел сказать ему этим Мо Шу. Мо Шу изогнул губы и снова повернулся к сливовому дереву. - Как же прекрасно... это дерево. Нань Гэ'эр никак не отреагировал, потому что его разум все еще сосредоточенно раздумывал над прежними словами Мо Шу. С виду элегантный Мо Шу добавил: - Цветами сливы можно любоваться, цветы сливы можно съесть; какая отличная сделка. - ... - Нань Гэ'эр почувствовал, что голову этого парня прищемило слишком много дверей, чтобы можно было считать его элегантным.

1. Здесь каламбур: "безбровый" и "никаких цветов" звучат похоже.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8

Встав с постели на следующий день Нань Гэ'эр в шоке обнаружил магистрата-дажэня, который уже должен был покинуть правительственное здание и бродить где-нибудь снаружи, в прихожей, где тот в задумчивости взирал на искусственную горку. Тащившего грязное белье Нань Гэ'эра так потрясло это зрелище, что он просто застыл на месте. "Что именно сегодня произошло?" Услышав шаги Нань Гэ'эра, Мо Шу повернул к нему голову и улыбнулся: - Нань Гэ'эр? Доброе утро. - А... - в изумлении ответил ему Нань Гэ'эр. - Доброе утро, дажэнь. - Ты собираешься заняться стиркой белья? Положи все туда, я позже постираю его, - совершенно естественно сказал ему Мо Шу. - Эм... - уголок рта Нань Гэ'эра дернулся. - Как бы... это... Я договорился с тетушкой Ван, которая должна была готовить сегодня, что она поможет мне справиться со стиркой белья, - заметив выражение лица Мо Шу, он поспешно добавил: - За это я дам ей немного зерна, - он знал, что Мо Шу не любит злоупотреблять доверием горожан, поэтому сразу же все объяснил. Конечно же, на самом деле для зажиточных горожан пара мер зерна ничего не значила, и его нельзя было считать достойной платой. Они помогали скорее по той причине, что просто хотели помочь Мо Шу. Несколько мер зерна были лишь импровизированной оплатой, не имевшей большого значения. И все же ответ Нань Гэ'эра удовлетворил Мо Шу. Он перестал думать об этом деле и вместо этого спросил Нань Гэ'эра: - Тогда хватает ли дома зерна? - Вполне достаточно, чтобы хватило до Нового Года, - примерно прикинул Нань Гэ'эр. - Конечно, если дажэнь перестанет просто так всем его раздавать, - он особенно подчеркнул это предложение. Честно говоря, он чувствовал, что во всем городе больше всех нуждался в помощи именно его магистрат-дажэнь. Мо Шу с легким смущением улыбнулся: - Что ж, погода холодная, не выходи на улицу и поскорей возвращайся. - Дажэнь, а вы не собираетесь сегодня никуда выходить? - почувствовав любопытство, спросил Нань Гэ'эр. - Мм, - кивнул Мо Шу, - Мне нельзя и дальше работать на улице. Накопилось много дел, о которых нужно позаботиться здесь. Я ведь не могу постоянно полагаться на секретарей. "Значит, ты в курсе, что, являясь магистратом, не должен разгуливать по городу?!" - в глубине души упрекнул Нань Гэ'эр. На самом деле его не покидало ощущение, что то, как велось управление в Гуаньтянь, слишком отличалось от любых других мест. Не то чтобы там вообще не было чрезвычайных ситуаций, но всякий раз, когда такое случалось, Нань Гэ'эр видел лишь связанных с этим делом людей, спешащих в здание правительства, чтобы о нем доложить, а затем так же торопливо уходящих обратно, даже не дожидаясь ответных действий. А на следующий день это дело таинственным образом оказывалось улажено. Если не было ничего срочного, то Мо Шу обычно просматривал документы, описывал все случившееся и писал официальный отчет ночью, после своего возвращения. В любом случае ему было до ужаса любопытно, как магистрат-дажень управляется с этими важными и незначительными делами. - Вероятно, это займет зиму и весну, - предположил Мо Шу, - а летом и осенью я, как правило, занимаюсь делами на улице. - А для этого есть причина? - широко распахнул глаза Нань Гэ'эр. Неужели он принимал людей снаружи, потому что на фермах было слишком много работы? Мо Шу удостоил Нань Гэ'эра странного взгляда: - Я выхожу, когда мне хочется поработать. Скучно целыми днями сидеть без дела. Нань Гэ'эр лишился дара речи, и уголки его губ приподнялись. Этот парень всего лишь гиперактивен. Обычные горожане просто одурачены его внешним видом. - Я пойду, отнесу в прачечную белье, - не желая больше и словом обменяться с Мо Шу, он развернулся и побрел прочь. - Мм. Смотри под ноги; и долго не задерживайся на улице, у тебя слишком слабое тело, - напомнил ему Мо Шу, после чего повернулся и продолжил разглядывать искусственную горку, которая по большей части была разрушена. Сделав несколько шагов, Нань Гэ'эр не удержался и обернулся, спросив: - Дажэнь, на что вы там смотрите? - неужели в этой горке заключена некая художественная концепция, которую способен увидеть только некто со спокойным состоянием ума, вроде Мо Шу. Мо Шу, наклонив голову, посмотрел на Нань Гэ'эра: - А на что я смотрю? - внезапно он задал ответный вопрос. Нань Гэ'эр почувствовал, что, вероятно, переоценил Мо Шу, но все равно, продолжая на что-то надеяться, погладил свой подбородок: - Мне показалось, что вы смотрели на искусственную горку. Мо Шу кивнул: - Вот как? Значит, ты это заметил. Услышав слова Мо Шу, Нань Гэ'эр подумал, что, вполне вероятно, неправильно его понял. Возможно, на самом деле он предавался каким-то размышлениям. - Выходит, я смотрел в направлении искусственной горки, - пробормотал Мо Шу. Несмотря на то что он сказал это очень тихо, Нань Гэ'эр стоял рядом с ним, поэтому, естественно, все услышал. Снова лишившись дара речи, он повернулся и пошел оттуда. - Дажэнь, если у вас столько свободного времени, почему бы вам не заняться правительственными документами? - подбросил он ему предложение. - Что ж, я к этому еще не привык, - с недовольством проворчал Мо Шу. - Так скучно сидеть на одном месте. "...Я опять ошибся, и почему я продолжаю считать, что у этого парня глубокие мысли? Я круглый дурак!" Несмотря на то что общались друг с другом они немного, можно было считать, что по сравнению с прочими горожанами Нань Гэ'эр хорошо познакомился с характером Мо Шу. Он предполагал, что Чжу Си, скорее всего, тоже известно о пустоголовой натуре этого парня, но он просто этого не показывает. Что же касается посыльных ямэнь, различных правительственных служащих и жителей города... Они все смотрели на него через розовые очки. Для них Мо Шу выглядел как святой. Что бы ни сотворил этот парень, их глаза неосознанно приукрашали его образ, упуская его недостатки и бесконечно усиливая достоинства, и лишь затем позволяя этому усовершенствованному изображению предстать у них перед глазами. Нань Гэ'эр искренне верил, что даже если истинные цвета Мо Шу всплывут на поверхность, каждый все равно найдет им какое-нибудь оправдание, прежде чем снова укрепить святой образ Мо Шу, хранимый у них в сердцах. - А, Нань Гэ'эр, - навстречу ему приблизился советник Чжу Си. Он выглядел чем-то встревоженным и, лишь заметив его, слегка успокоился и поздоровался с ним: - Доброе утро. Нань Гэ'эр кивнул: - Доброе утро, сяньшэн. - Только посмотри, какой ты невысокий, - Чжу Си сделал несколько шагов, подойдя к Нань Гэ'эру и принялся взъерошивать ему волосы. - Ты не видел Мо Шу? - Он стоял перед искусственной горкой, - даже если Чжу Си выглядел слегка кровожадно, Мо Шу ведь не просил скрывать его местоположение, верно? Поэтому Нань Гэ'эр тотчас же без малейшего колебания выдал Мо Шу. - Хм-хм, вот оно как?! Вместо того чтобы заниматься своей работой, этот дуралей решил всех шокировать и прогуляться снаружи, - заскрежетав зубами, Чжу Си хмыкнул, после чего вытянул руки и похлопал ими по плечам Нань Гэ'эра. - Сяо Нань, ты молодец, этот старший брат высокого мнения о тебе, - выдал он, затем, не оборачиваясь, зашагал в том направлении, откуда пришел Нань Гэ'эр. "...Сяо Нань, он это обо мне? К тому же, что еще за старший брат? Он не ошибся? Не помню, чтобы у меня был такой свирепый старший братишка..." - Нань Гэ'эр лишился дара речи, глядя вслед удаляющейся фигуре Чжу Си. - "Забудь об этом, как бы то ни было, я должен отнести это белье тетушке на задний двор". Говоря начистоту, на протяжении дня в здании правительства работало довольно много людей. Там было восемнадцать посыльных ямэнь с множеством секретарей, низкоранговыми посыльными и прочими сотрудниками; для правительства это действительно был очень приличный штат. Поскольку секретари, счетоводы и посыльные ямэнь по большей части не обедали в здании, в столовой сидело всего лишь около двадцати человек. Нань Гэ'эра, как и обычно, всю дорогу до столовой засыпали приветствиями; он аккуратно сложил принесенную одежду в деревянную ванну, затем, обойдя главный вход, с черного хода добрался до хлопотавшей на кухне тетушки. Не успел он с ней поздороваться, а кухарка уже развернулась к нему: - Нань Гэ'эр, ты как раз вовремя. Я поджарила для тебя кукурузный початок, скорее кушай его. Если съешь его позже, не успеешь нагулять аппетит, когда подойдет время обеда, - это тоже было обычным делом; как правило, стоило ему появиться на кухне, как работавшие там женщины старались чем-нибудь его подкормить. Нань Гэ'эр предполагал, что причиной тому послужила излишняя слабость его тела вкупе с его неудачным внешним видом, что пробуждало в женщинах инстинктивное желание его защитить... - Тетушка, я оставил одежду в большой ванне рядом с дверью, - Нань Гэ'эр послушно взял кукурузу. - Хорошо, тетушка постирает ее, как только закончит готовить. Сегодня я приготовила любимые блюда Нань Гэ'эра, так что тебе следует съесть побольше, - говоря это, она какое-то время смотрела на Нань Гэ'эра, лицо которого слегка побледнело от холода. "...Как же я ненавижу эту фразу!" - Нань Гэ'эр погрузился в крайне мрачное настроение. Держа в руках кукурузный початок, он очищал его от наружных листьев, обращая свое негодование в аппетит. Затем он небрежно пододвинул к себе маленький стул и уселся на него, слушая, как тетушка без конца сплетничает обо всем, что происходило в различных семьях. Он с грустью осознал, что теперь, похоже, и ему самому начали нравиться сплетни. "Влияние окружающих довольно страшная штука, верно? По крайней мере, я уже привык к здешнему образу жизни. Хотя я все еще порой упрекаю его про себя, жаловаться мне особо и не на что". - Ох, Нань Гэ'эр, ты не должен так много есть, иначе тебе будет трудно это переварить, - из-за его спины вылезла чья-то рука и выхватила из ладоней Нань Гэ'эра початок, который он успел съесть лишь на треть. Ошарашенный Нань Гэ'эр повернул голову, только чтобы увидеть парня, бессовестно взгрызающегося в отобранный у него кукурузный початок. - Мам, ты слишком пристрастна к нему, - парень беспечно жевал, жалуясь занятой готовкой тетушке Ван. - Ты всегда относишься к Нань Гэ'эру с особой заботой. Тетушка Ван замахнулась на него поварешкой. - Негодник, только глянь сколько успел съесть Нань Гэ'эр от моей особой заботы. Большая ее часть оказалась в твоем желудке! Эй, блудный сын, неужели тебе дома еды не хватает? Зачем ты пришел сюда и стащил еду Нань Гэ'эра? - Ты же знаешь, что я его благодетель; Нань Гэ'эр всегда хотел за это мне отплатить, что плохого в том, чтобы поделиться кукурузным початком? - парень продолжал торопливо грызть кукурузу и что-то неразборчиво отвечать, не забывая уворачиваться от поварешки. "Угу, меня якобы выбросило на берег, а этот парень, Ся Цзя Фу, заметил меня и принес в здание правительства". Нань Гэ'эр скорчил гримаску, глядя на бессовестного парня, грызущего его угощение. "Да кто захочет тебе отплатить? Ты слишком бесстыжий". - Посмотри, какой Нань Гэ'эр низкорослый, и тебе хватило совести так поступить?! - тетушка Ван, основательно разбушевавшись, схватила и метнула в него кухонный нож. - Ничего себе! - Ся Цзя Фу лишь на волосок увернулся. - Мама, ты хочешь меня убить?! - О да, ты верно догадался! - холодно улыбнулась тетушка Ван. - Самое время приготовить поесть, я порежу тебя на кусочки и пущу на пельмени. - Ох! - Ся Цзя Фу испугался зловещего тона своей матери. Поэтому перестал двигаться, опустил голову и воззрился на Нань Гэ'эра, который сидел на стуле и яркими глазами смотрел на него. - Он действительно крошечный... - пробормотал Ся Цзя Фу, прежде чем вручить ему до неузнаваемости обглоданный кукурузный початок. - Вот, держи. Нань Гэ'эр посмотрел на початок, где осталось лишь несколько зерен, и опустил голову. - Эй, Нань Гэ'эр, не расстраивайся, в следующий раз я непременно принесу тебе кучу вкусняшек, - ударился в панику Ся Цзя Фу. - Нет, уже завтра. Как насчет того, чтобы я отправил их тебе завтра? Пожалуйста, не сердись; если разозлишься, то ты не настоящий мужчина, а засохший бобовый сыр. - Ся Цзя Фу, - взревела тетушка Ван, - тебе что, жить надоело?! - Уй! Прости-прости, Нань Гэ'эр! Я не нарочно! - Ся Цзя Фу без конца извинялся. - Подожди меня здесь, я сейчас же принесу тебе что-нибудь вкусненькое. "...Я же просто не смог смотреть на неряшливо обгрызенный початок или, лучше сказать, не пожелал взять нечто, обглоданное этим парнем. Злиться слишком утомительно. Но он с чего-то решил, что я в ярости, и даже предложил купить мне что-нибудь вкусненькое, в таком случае мне просто стоит неохотно признать, что я разозлился. Если честно, эти мать с сыном, да и все остальные горожане, должно быть, считают, что я выгляжу как засохший бобовый росток, разве не так?!"

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9

Хотя Нань Гэ'эра вообще не интересовало такое место, как Гуантянь, проведя здесь так много времени, он по скромной оценке прикинул, что по меньшей мере половина населения этого округа состояла вовсе не из обычных людей. Некоторые из них даже обладали огромной силой, ловкостью и прочими невероятными физическими способностями, с которыми не могли сравниться обычные люди. В любом случае Гуаньтянь был местом, полным скрытых талантов. Каким-то образом в этом небольшом отдаленном округе собралась уйма бесстрашных людей, целиком посвятивших себя повседневным заботам. В прошлом Нань Гэ'эр посчитал бы подобное невозможным, но теперь он жил среди этих людей, так какое же он имел право считать что-либо странным? На самом деле его и самого нельзя было назвать обычным, поэтому он вовсе не считал, что это плохо. У каждого могла быть собственная непростая история, и что с того? По крайней мере, сейчас они здесь и живут нормальной жизнью. Уже в первый день своего затворничества в здании правительства Мо Шу больше не смог этого выносить и взял с собой остальных людей, чтобы часок "прогуляться". После чего они приволокли назад громадного зверя с длинной белой шерстью - конечно же, их снова ожидало жареное мясо на ужин. Во время зажарки туши Нань Гэ'эр снова стал невольным свидетелем галантных манер этих мастеров боевых искусств. Однако невозмутимо проигнорировал их... Пока Нань Гэ'эр готовил из необработанного мяса и внутренних органов зверя консервированные блюда, женщины снова завалили его похвалами. Если честно, то Нань Гэ'эр чувствовал, что к настоящему времени превратился в образец для подражания всех местных домохозяек. От этого на него навалилось уныние... К тому же он понял, что эти люди не случайно раскрывали свою огромную силу, они просто изначально не собирались ее от него скрывать... "Они так уверены, что я на них не донесу? Хорошо, даже если все так и есть, вам не кажется, что это чересчур безответственно?" - Нань Гэ'эр снова почувствовал, как на него накатило уныние. Утром на третий день в здание ворвался Ся Цзя Фу, крича на бегу: - Сяньшэн, сяньшэн, я выловил человека! Нань Гэ'эр, который как раз в этот момент поливал свои грядки, закрыл рукой лицо. Неужели этому парню больше нечем заняться, кроме как бродить по берегу и подбирать там людей? - Где? Где же он? - Мо Шу, которого схватил и заставил подписывать в зале документы Чжу Си, мигом выскочил отттуда, словно ошпаренный. - На берегу реки! - воскликнул в ответ Ся Цзя Фу. "...Неужели в реке округа Гуаньтянь спрятан какой-то магнит, который притягивает туда утонувших людей?" - Это чрезвычайная ситуация, я должен расследовать ее лично, - претенциозно заявил Мо Шу. - Дажэнь~~ - протянул оставшийся в зале Чжу Си, выходя из него. - Мой дорогой старик, ты же не планируешь улизнуть, как только я отлучусь в уборную, хм? - он бросил взгляд на Ся Цзя Фу. - Сяо Ся, что такое? Ты опять кого-нибудь вытащил? "Это "опять"! Вы серьезно?.." - у Нань Гэ'эра не было слов. - Ага, старший брат Чжу Си, давай я тебя туда отведу, - Ся Цзя Фу щенячьими глазками уставился на него. Нань Гэ'эр молча поднял ведро с водой и решил вернуться на кухню. Ему на самом деле не хотел мешать непонятному разговору этих парней. - Сяо Нань, - пока Нань Гэ'эр не двигался, все складывалось для него идеально, но только он пошевелился, как Чжу Си мигом заметил его. - А? - Нань Гэ'эр в смятении обернулся. Неважно, хотел он слышать это или же нет, Чжу Си все равно продолжал: - Ты любишь рыбу? - А? - Нань Гэ'эр в недоумении уставился на Чжу Си. - По пути мы можем и рыбки наловить! - тут же встрял Мо Шу. - Нань Гэ'эр у нас такой тощий. - ...Вам не обязательно идти туда ради меня... - Нам все равно необходимо провести расследование, - Мо Шу принял праведный вид. - Это наш сяньшэн, - боготворящим взглядом вперился в него Ся Цзя Фу. Нань Гэ'эр притворился, что не видит эту парочку идиотов. Чжу Си скривил рот и махнул рукой: - Даю тебе два часа, и возвращайся скорее. Как только он дал разрешение, эти двое в тот же миг испарились, словно боясь пустить по ветру даже секунду свободы. Нань Гэ'эр с сочувствием посмотрел на Чжу Си: - Сяньшэн, должно быть, вам приходится нелегко. Чжу Си погладил Нань Гэ'эра по голове и задумчиво пробормотал: - Сяо Нань, Мо Шу прекрасно образованный и очень способный человек, он просто чуточку ненадежен. Нань Гэ'эр кивнул, прекрасно познав все это на личном опыте. Мо Шу был не просто "чуточку ненадежным", Нань Гэ'эр всерьез подозревал, что он вообще понятия не имел о "надежности". Мо Шу вернулся в здание правительства спустя два часа. Смиренно следовавший за ним Ся Цзя Фу тащил огромную связку рыбы. Он улыбнулся Нань Гэ'эру: - Нань Гэ'эр, смотри, как много рыбы поймал для тебя сяньшэн Мо Шу. Нань Гэ'эр склонился над стоявшей во дворе деревянной кадкой, переворачивая законсервированное им мясо, ножки и сосиски так, чтобы они по всей поверхности были покрыты солью. Подняв голову, он посмотрел на этих двоих: - Ах, как здорово, вы потрудились на славу, - поблагодарил он их без малейшей искренности в голосе. Ся Цзя Фу этого попросту не заметил и, широко улыбаясь, ответил ему: - Можешь не благодарить, Нань Гэ'эр. Это все заслуга сяньшэна Мо Шу, я лишь чуток помог. - Ты все равно заслуживаешь благодарности, - когда Нань Гэ'эр произносил это, его губы невольно дрогнули. Мо Шу распорядился, чтобы Ся Цзя Фу отнес большую часть рыбы на кухню, а сам, взяв несколько рыб с более крупными головами, направился к Нань Гэ'эру и протянул ему соломенную веревку, которой были связаны эти рыбины. - А? - Нань Гэ'эр посмотрел на Мо Шу, не понимая, что тот пытался этим сказать. - Они останутся такими же вкусными, если их законсервировать, верно? - Мо Шу бросил взгляд на консервированное мясо, оставшееся со вчерашнего ужина. Не говоря ни слова, он поднял руку с рыбой, давая понять, что хочет, чтобы он поймал ее. "Ты слишком чувствителен ко всему, касающемуся еды". Нань Гэ'эр вяло пояснил: - Их можно будет законсервировать только после удаления внутренних органов. - Ох, вот оно как? - Мо Шу невозмутимо убрал веревку с рыбой долой с глаз Нань Гэ'эра. Послышались звуки разделывания, следом за которыми раздался влажный звук от чего-то упавшего наземь. - Вот, - Мо Шу снова протянул рыбу изумленному Нань Гэ'эру. Глаза Нань Гэ'эра распахнулись так широко, что стали похожи на блюдца. Этот парень был способен запросто выловить рыбу, разделать ее и почистить от внутренностей всего за мгновение. Беспомощно глядя на изувеченные трупики, с которых с громким звуком начала стекать кровь, Нань Гэ'эр с усилием сглотнул и приподнял брови. Он знал, что даже имея под рукой нож, потребуется некая техника, чтобы вскрыть гладкое и мягкое рыбье брюхо, но Мо Шу смог сделать это в мгновение ока, использовав только два удара, и даже начисто удалил все внутренности. Если бы он собственными глазами не увидел капавшую с пальцев Мо Шу кровь и оставшиеся лежать на земле внутренности, то подумал бы, что Мо Шу заранее почистил рыбу, прежде чем ему протянуть. Этот метод вкупе с неслыханной скоростью невольно заставил Нань Гэ'эра задуматься о том, что, возможно, в прошлом этот парень пролил немало крови... "Эти твои руки, из чего они сделаны?" - Что-то не так? - Мо Шу по-прежнему оставался спокойным, словно не осознавая, насколько шокирующими были его действия в глазах обычных людей. - Мо Шу... - Чжу Си, похоже, услышал снаружи шум, поэтому приблизился к ним. Бросив взгляд на застывшего от потрясения Нань Гэ'эра, а затем на замершего на месте Мо Шу, он посмотрел на последнего и с суровым лицом отчитал его: - Может, перестанешь пугать Нань Гэ'эра?! - А? - сначала Мо Шу оторопел, а потом посмотрел на не сводящего с него глаз Нань Гэ'эра. Внезапно его лицо осветилось улыбкой, после чего он вытянул руку и погладил юношу по голове: - Не волнуйся, я просто чуток знаком с боевыми искусствами. - …$&&%… - с по-прежнему застывшим телом Нань Гэ'эр издал несколько неразборчивых звуков. - А? - Мо Шу озадаченно уставился на него, не переставая гладить его по голове. Этот паренек был невысоким. И хотя он такой худой, голова у него была приятно округлая. А ведь говорят, что дети с большой головой очень умны, верно? - Убери... от меня... свои... лапы... - Ох ты ж... - Мо Шу еще сильнее погладил столь приятную для его рук голову Нань Гэ'эра. - Ты можешь высказать мне все, я тебе ничего не сделаю. Я просто немного забылся, поэтому почистил рыбу руками. Не бойся, я не причиню тебе вреда. Тело Нань Гэ'эра слегка задрожало. Эй, - Чжу Си нахмурился, - хватит его пугать, скорее заканчивай с этим. У Сяо Наня слишком хрупкое тело. Ты сделаешь ему только хуже, пугая его. - Убери от меня свои дурацкие, покрытые кровью лапы! - вскинув голову, прокричал Нань Гэ'эр. "Этот ублюдок! Мало того, что в одной руке он держал рыбу, а другой выпотрошил ее, так он еще и посмел небрежно вытирать эти грязные когти о мою голову. Прекрасно, теперь мои волосы явно насквозь провоняли рыбой!" Никакие слезы не смогли бы выразить то отчаяние, которое он испытывал в этот момент. Его всегда возмущали средства для гигиены этого мира. Даже когда он занимал положение принца, ситуация была ненамного лучше. К сожалению, несмотря на любовь к излишествам во дворце, его гигиенические стандарты по-прежнему оставались очень далеки от двадцать первого века, который от знал и любил. В прошлом его не особо волновала гигиена, но лишь потому, что он был целиком занят борьбой за власть. Однако сейчас у него появилось полно свободного времени, так что он старался не пачкаться, чтобы ему не пришлось полностью мыться. "Замечательно. Теперь стараниями Мо Шу вся моя голова испичкана рыбьей кровью!" Он чувствовал, как внутри него все закипает от ярости. Наплевав на свою обычную притворную вежливость, он просто взял и взревел: - Черт, ты хоть знаешь, сколько времени уйдет, чтобы отмыться от этой гадости?! - увидев, что Мо Шу никак не отреагировал, он смахнул с себя его руки и, схватившись руками за голову, бросился на кухню, чтобы попросить у кухарки горячей воды. - Будь осторожен, не простудись, - крикнул ему вдогонку Мо Шу. "Почему бы тебе не отвалить от меня?!" - яростно проревел в своем сердце Нань Гэ'эр. Когда Нань Гэ'эр убежал достаточно далеко, Мо Шу, наконец, перестал сдерживать улыбку в своих глазах. Стоя в дверях, Чжу Си беспомощно пожал плечами: - Ты такой... - Но это ведь так забавно, - рассмеялся Мо Шу. - Этот парень выглядит таким милым, когда разозлится, - он на ходу небрежно забросил в деревянный чан рыбу, что до сих пор держал в руках. - ...Он непременно плюнул бы тебе в чай, если б об этом узнал. Мо Шу в ответ лишь беззаботно рассмеялся: - Дети должны быть более энергичными. - Взгляни на себя, он что, твой ребенок? - Чжу Си посмотрел на него. - Просто... это так весело, - усмехнулся Мо Шу. - Когда его отчаявшееся, испуганное и растерянное выражение лица, напоминающее зверька, которого до смерти загнал охотник, становится таким энергичным, я чувствую себя довольным. - Да, да, да, сяньшен Мо Шу, тебе и правда больше нечем заняться, - вздохнул Чжу Си, а затем спросил: - А что с тем человеком, которого нашел Сяо Ся? - У этого парня имелся скрытый мотив, - беспечно отозвался Мо Шу. После этого его лицо вернулось к своему обычному безразличному выражению: - Люди, которые специально приходят сюда, когда им есть куда пойти, просто устали от жизни, - он с полнейшим спокойствием ледяным тоном произнес эти слова. - Ах, посмотри на себя, - беспомощно произнес Чжу Си, - только не говори мне, что ты прикончил его? - Не в этот раз, - Мо Шу неожиданно улыбнулся. - Я всего лишь приказал Сяо Ся столкнуть его обратно в реку. - Тогда он все равно, что покойник, - уголки губ Чжу Си дрогнули. Однако Мо Шу больше не хотелось обсуждать эту тему, он ухмыльнулся, протягиваяя свои руки к Чжу Си: - Голова Нань Гэ'эра такая круглая и очень приятна на ощупь. - Да ладно? - Чжу Си взмахнул рукой и с помощью своей силы сдвинул наполовину полную чая чашку так, чтобы выплеснуть ее содержимое на руки Мо Шу. Мо Шу, потирая руки, прокомментировал: - Я думал, что он придумает какой-нибудь план, как только оправится от своих ран. - Ты разочарован, что он так ничего и не сделал? - скрестив на груди руки, Чжу Си посмотрел на Мо Шу. - Напротив, - улыбнулся Мо Шу, - я счастлив. - Все любят Нань Гэ'эра, и у него нет никаких скрытых мотивов, - едва слышно сказал Чжу Си. - Мм, Нань Гэ'эр кажется глупеньким, но его сердце чистое и ясное, словно зеркало, - во время этого разговора Мо Шу как следует вымыл руки, после чего поднял голову. - Это так мило, - Чжу Си, хмыкнув, забрал свою чашку, - Парни, вы серьезно... - Хм? - Ничего, - Чжу Си покачал головой. - Я лишь надеюсь... что этой эпохе не потребуются такие люди, как мы. - Это неважно, - приглушенным голосом ответил ему Мо Шу, - для нас нет никакой разницы, убить одного или тысячу человек. - Тц, - Чжу Си нахмурил брови. - Это безнравственно. - Пойдем, мой безнравственный советник, - пренебрежительно улыбнулся Мо Шу. - Не ты ли говорил, что остались еще какие-то документы? - добавил он, входя в дверь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10

Когда Нань Гэ'эр, вернувшись, заметил, что в его деревянную лохань с солью забросили два куска рыбы, он неизбежно ощутил волну негодования, омывшую его сердце. Конечно же, ему оставалось только немного поворчать себе под нос, прежде чем забрать рыбу и как следует подготовить ее, а затем вернуть обратно для засолки. При этом он все время напоминал себе о том, чтобы не забыть в следующий раз плюнуть в чашку Мо Шу. По прошествии дня зимнего солнцестояния, дни стали еще холоднее. Следом, и месяца не прошло, как люди округа начали готовиться к Новому году. Несмотря на то что по факту Нань Гэ'эр прожил в этом мире шестнадцать лет, вероятно, по-настоящему жил он только полгода, проведенные здесь. Поэтому он понятия не имел, как нужно готовиться к Новому году, это явно была не самая сильная его сторона. Когда женщины округа больше не могли смотреть на то, как он изводит себя, они, в конце концов, решили научить его, что он должен был сделать и что получить, чтобы как полагается отпраздновать наступление Нового года. Но на деле от этого Нань Гэ'эр почувствовал лишь уныние. "И как все свелось к этому? Почему именно на мои плечи легла забота обо всех расходах правительства округа? С каких это пор счетоводы начали передавать все деньги в мое распоряжение вместо того, чтобы только получать их у Чжу Си и самостоятельно распределять на различные нужды? Даже кухарка ежедневно приносит мне меню для утверждения... Замечательно, а теперь они рассказывают мне, как подготовиться к Новому году. Они же явно пытаются заставить меня всем здесь заправлять!" Ему действительно не хотелось брать на себя ответственность за повседневные обязанности каждого в правительстве, но всякий раз, как он приходил к Чжу Си и пытался с ним это обсудить, тот находил какой-нибудь предлог, чтобы перевести разговор в другое русло... А что Мо Шу? Просто забудьте об этом. За исключением просматривания документов и охоты с остальными в горах во время своих перерывов, позволявшей им разнообразить свой рацион, он думал лишь о том, как бы сбежать. Где этому парню взять свободное время, чтобы позаботиться о его трудностях? К тому же, учитывая привычку Мо Шу разбрасываться деньгами, он ни за что не доверил бы ему управление всеми счетами. Вопреки собственному желанию, немного поразмыслив об этом, Нань Гэ'эр пришел к выводу, что у него нет иного выбора, кроме как смириться и принять на себя обязанности дворецкого... Он просто ничего не мог с этим поделать. Если честно, Чжу Си ежедневно был невероятно занят. До появления Нань Гэ'эра ему, занимая должность советника, приходилось еще и следить за счетами и заправлять домашними делами. Но сейчас для этого у него был Нань Гэ'эр, отчего Чжу Си был просто счастлив, что теперь может хоть немного расслабиться, и он скорее предпочел бы отправиться на тот свет, чем снова принять на себя эти обязанности. Не говоря уже о том, что у них под боком имелся Мо Шу, который вообще не обращал внимания на такие "мелочи", из-за чего было до невозможности сложно управлять хозяйством правительства. Что касается Мо Шу, было бы истинным везением, если бы он просто не стал вредительствовать, о помощи и речи не шло. То, что деньги и вся отчетность передавались напрямую Нань Гэ'эру, было просто прекрасно, так Нань Гэ'эр мог действовать более свободно. Однако... кое-какие проблемки никуда не желали исчезать, к примеру: - Нань Гэ'эр, - Мо Шу перехватил Нань Гэ'эра, который с большим кувшином в руках торопился на кухню. До Нового года оставалось около десяти дней, а положенные предметы и различные заготовки до сих пор были далеки от завершения, из-за чего он каждый день просто сбивался с ног. - А? - Нань Гэ'эр как раз раздумывал, не прикупить ли ему во время прогулки еще пару кусков свежего мяса, чтобы заготовить их впрок; ему постоянно казалось, что мясных продуктов у них недостаточно. - Мне нужно пятьдесят вэнь (1), - сказал Мо Шу. - Разве я не выдал тебе сто вэнь несколько дней назад? - нахмурился Нань Гэ'эр. Верно, закончилось все тем, что Мо Шу начал канючить деньги у Нань Гэ'эра вместо Чжу Си, как это было прежде. - В семье Ся лишь вдова и ее дети-сиротки (2), а в семье Хэ лишь двое стариков. Я дал им немного денег, чтобы они могли закупиться к Новому году, - с праведным видом ответил Мо Шу. - Однако, доставляя им деньги, я заметил, что в семьях Чжу и Чжэн из Чэннаня только вдовы; им приходится нелегко. "Тебе так просто раздавать деньги, но ты что, не видишь, как тяжело приходится мне, экономя каждую мало-мальскую монетку? Господин, твоих крохотных финансов хватит только на то, чтобы прокормить тебя самого. К тому же часть этой суммы необходима для поддержания работы правительства... Но ты все равно переодически продолжаешь разбрасываться деньгами... И как мне заработать столько денег, чтобы их хватило на всё?!" Несмотря на то что в глубине души Нань Гэ'эр был до ужаса возмущен, он не стал возражать: - Что касается денег, у меня их нет. Позже я отправлюсь на прогулку, чтобы закупиться кое-какими товарами; потом ты сможешь отнести их тем семьям, - что ж, он в который уже раз повторил про себя: - "Больше всех в Гуаньтять нуждается в помощи именно этот магистрат-дажэнь". Мо Шу, выжидавший, что ему на это скажет Нань Гэ'эр, ухмыльнулся: - Нань Гэ'эр, ты поистине изумителен. - Хм? - Нань Гэ'эр поднял голову, посмотрев на Мо Шу. "Я не дам тебе денег, даже если ты примешься осыпать меня лестью. Кто тебя знает, вдруг ты снова отдашь их первой встречной семье?" Догадавшемуся, что магистрат-дажэнь, похоже, настроен на длительную беседу, Нань Гэ'эру оставалось только опустить на пол кувшин и выслушать то, что он намеревался сказать. - Только на сезон установив чайный ларек, ты смог покрыть расходы каждого в правительстве. Это по-настоящему удивительно. Одного сезона хватило, чтобы обеспечить всех едой на полгода вперед. Это просто немыслимо, - Мо Шу так лучезарно улыбнулся, что его глаза прищурились. - Как тебе это удалось, Нань Гэ'эр? "Если я скажу, что сделал это ради того, чтобы выжить, поймешь ли ты, о чем идет речь?" Нань Гэ'эр скривил губы, проще всего было дать ему более простое для понимания объяснение: - Я всего лишь поднял небольшой капитал. А купленные на эти деньги предметы позволили мне обеспечить устойчивое развитие бизнеса, - немного подумав, он догадался, что Мо Шу вряд ли мог понять эти термины, поэтому решил объяснить подробней: - Куры откладывают яйца, из которых могут вылупиться птенцы. Птенцы тоже, когда вырастут, начнут откладывать яйца. Эти яйца можно продать или подождать, пока из них вылупятся цыплята, а деньги, вырученные от продажи яиц, можно использовать для покупки уток. Часть денег от продажи чая пошла на покупку зерна, а еще часть была потрачена на семена. Раз уж в саду правительства и так ни единого цветка не растет, почему бы не использовать землю для выращивания овощей? Их нужно только каждый день поливать, утром и вечером. Удобрять особо тоже не нужно. Золы с кухни будет более чем достаточно. Зачем за ними ухаживать, если не стремишься получить большой урожай? Уже неплохо, если их будет достаточно для пропитания, а оставшиеся овощи можно будет засушить или запечь, а затем сделать из них закуски, наподобие цыбы. Люди, живущие по соседству, будут приносить в обмен на них разные вещи. Быстропортящиеся продукты можно будет сразу пустить в расход, тогда как те, что способны продержаться дольше, будут храниться на складе. Порой вы с другими парнями охотитесь в горах или ловите рыбу на реке. Вместе с вашей невысокой зарплатой, этого вполне достаточно, чтобы всех накормить, - на самом деле Нань Гэ'эру хотелось сказать: "Ваша зарплата не так и плоха и, если бы вы, господин, добровольно не раздавали всем собственное богатство, то уже давно могли бы стать состоятельным человеком". Мо Шу, казалось, так и не понял, что пытался донести до него Нань Гэ'эр. Он невнимательно его выслушал, после чего кивнул: - Нань Гэ'эр, а разве тебе не хочется заработать еще больше? Есть вкуснейшую еду и облачаться в лучшие одежды? Когда достаточно заработаешь, сможешь обзавестись в округе своей семьей. Нань Гэ'эр не вполне понимал, к чему вел Мо Шу; он интуитивно наблюдал за выражением лица магистрата. Мо Шу как всегда выглядел, будто был не от мира сего; вроде как, не было ничего необычного. Ненадолго задумавшись, Нань Гэ'эр ответил ему: - ...Дажэнь, вы хотите сказать, что мне здесь не место? - "Если Мо Шу и правда считает меня бельмом на глазу, то я должен поступить тактично и убраться отсюда, вот только идти-то мне некуда". У Мо Шу слегка распахнулись глаза: - Почему ты так говоришь? - однако он сразу же догадался, что, должно быть, его слова вызвали недопонимание, поэтому пояснил: - Мне просто любопытно, разве не всем хочется жить легкой и комфортной жизнью? Думаю, ты мог бы мастерски это устроить. Нань Гэ'эр почувствовал легкое удивление, прежде чем слегка рассеянно ответить ему: - ...Меня просто пугает смерть. "Неважно, как хорош я в планировании, разве в итоге я не докатился до подобного состояния?" - Мм... - Мо Шу кивнул. - Бояться смерти - это так по-человечески. Появившееся на лице Мо Шу слегка одобрительное выражение неожиданно заставило Нань Гэ'эра рассмеяться: - Я придумал все это только потому, что боялся умереть от голода. Просто того, что мне не светит голодная смерть, уже достаточно. Кроме того, я считаю, что хорошо питаться и иметь теплую одежду - большего и не нужно. Мне кажется, об остальном не стоит и думать. Хотеть большего? Я никогда даже не задумывался о чем-то подобном. Да и было ли у меня когда-нибудь здесь время на это? - он, смеясь, наклонил голову набок. - По-моему, моя жизнь теперь и так достаточно комфортна. Но если бы я бросил все свои силы на зарабатывание денег, скорей всего, это было бы весьма утомительно. Мо Шу приподнял бровь, услышав ответ Нань Гэ'эра: - А ты совершенно непритязательный ребенок. - А разве в этом есть что-то плохое? - Нань Гэ'эра не особо интересовало мнение Мо Шу по этому поводу. - В конце концов, я ничего дурного не совершил, - "По крайней мере, здесь и сейчас". - Тебе никогда не хотелось сделать себе имя или принести честь своей семье? - Нет, - Нань Гэ'эр дал на этот вопрос исключительно прямой ответ. Если бы он все еще находился в своем прежнем мире, где у него имелись любящие родители и разделявшие его идеалы друзья, в его голове вполне могли бы зародиться подобные мысли. Однако у его теперешнего тела не было таких обязательств. Он с самого начала не ощущал себя частью этого мира, а теперь стал еще более равнодушным. "К тому же... это тело уже принесло честь семье, разве не так?" - в глубине души Нань Гэ'эр холодно рассмеялся. "Единственный оставшийся в живых член королевской семьи на деле оказался коварным, вероломным министром, безуспешно попытавшимся захватить трон. Что могло принести еще большую славу?" Казалось, Мо Шу с легким колебанием во взгляде смотрел на непроницаемое лицо Нань Гэ'эра. Сбитый с толку выражением лица Мо Шу Нань Гэ'эр пришел в себя и с недоумением посмотрел на него: - Дажэнь, что-то не так? Неужели так странно, что у мужчины нет особых амбиций? - О, да нет, ничего, - Мо Шу ненадолго задумался, а затем внезапно улыбнулся, вытянул руку и погладил Нань Гэ'эра по голове. - Ты прекрасен такой, какой есть. - А? - Очень даже неплохо, - Мо Шу с одобрением гладил Нань Гэ'эра по голове, вот только его движение напоминало поглаживание, которым посреди лета определяли, созрела ли дынька. Нань Гэ'эр просто дара речи лишился. - С тобой все в порядке, вот так, - улыбнулся Мо Шу, после чего его взгляд устремился на кувшин, оставшийся стоять на полу. - Ты его на кухню несешь? - А, да, - Нань Гэ'эр по-прежнему пребывал в замешательстве, поэтому ответ у него вырвался сам по себе. - Похоже, он тяжеловат для тебя, - при этих словах Мо Шу наклонился и с легкостью поднял кувшин,. направившись в сторону кухни. - А? - Нань Гэ'эр еще сильней растерялся, но стоило ему подумать о дармовой рабочей силе, как ему стало попросту все равно. Он поспешил догнать его. - Позже мне нужно будет сходить и закупиться бобами, не хотите помочь мне их донести, пока вы здесь, а, дажэнь? В эти дни торговцы крупами были очень заняты, поэтому у них не было времени доставлять товар к порогу, как это было раньше. Ему нужно было сделать слишком много приготовлений, а с таким низким ростом дотащить все это на своей спине для него было бы невероятно сложно. И ему не хотелось тратить деньги, нанимая людей. Именно в тот момент, когда он переживал из-за этого, ему под руку подвернулся Мо Шу. Как вовремя. - ...Даже называя меня дажэнем, ты совершенно не стесняешься отдавать мне распоряжения, - губы Мо Шу дрогнули, когда он это произносил. - Дажэнь, по пути я куплю продукты для празднования Нового года семьям Чжу и Чжэн. - Позови меня, когда соберешься на улицу, - тут же предложил Мо Шу. "Дармовая рабочая сила".

1. Вэнь - древняя денежная единица. 2. Дети-сироты - детей зачастую называли сиротами, даже если у них был жив один из родителей. 3. Чэннань - район в составе округа Гуантянь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11

Если задуматься об этом, Мо Шу вне всяких сомнений был личностью странной. Нань Гэ'эру порой казалось, что за всю свою длинную, почти сорокалетнюю жизнь он ни разу не встречал никого, похожего на Мо Шу. С виду он был таким благородным и таинственным, но на деле, за исключением того, что он был малость беден и страдал от внезапных приступов идиотизма, у него действительно не было ни малейшего следа тех отвратительных привычек, свойственных большинству обычных людей. За исключением приемов пищи, он ежедневно занимался патрулированием либо работал в здании правительства, а иногда забирал с собой посыльных ямэнь, чтобы поохотиться на диких зверей в горах или наловить рыбы в реке, чтобы покрыть издержки на ведение домашнего хозяйства. По крайней мере, с момента его появления здесь он ни разу не видел, чтобы магистрат-дажэнь наведовался в бордели или творил что-то подобное - причем вовсе не потому, что у него не хватало денег. Если бы Мо Шу захотелось, то он с легкостью смог бы найти людей, которые сами с радостью заплатили бы ему за такую возможность, не говоря уже о том, чтобы он сам им заплатил. Не было ни единого признака того, что магистрат-дажэнь злоупотреблял своей властью - на самом деле все было с точностью до наоборот. Существовал ли еще хоть один такой магистрат, раздававший свое жалованье горожанам, чтобы самому остаться ни с чем и голодать? Должен же быть предел состраданию! А эти книги, что читал Мо Шу - те самые книги, что заполняли обветшавшую книжную полку, - были либо безумно научными, либо крайне практичными. Там не оказалось ни единой книги с легендарными сказками, и даже так называемой "порнографии" и прочих видов увеселительного чтива на его книжной полке не обнаружилось. Единственными книгами, которые могли бы сгодиться для досужего чтения, были потрепанные стихи, музыкальные партитуры и альбомы с живописью... Хотя каждая книга пребывала в неплохом состоянии, все они были ощутимо старинными и истрепались от бесчисленного прочтения. На каждой странице осталось по несколько строк поясняющих примечаний. Книги были самого разнообразного содержания. Одни были о системах орошения, строительстве домов и прочих штуках, касающихся основ жизнеобеспечения жителей. С другой же стороны... там были книги, которые совершенно определенно не могли продаваться в книжных магазинах, потому что охватывали такие темы, как военные стратегии и управление государственными делами. Всякий раз, когда Нань Гэ'эр замечал, что эти книги, которым самое место было в библиотеке какого-нибудь монарха, пребывали в таком потрепанном состоянии и были выставлены на всеобщее обозрение вместе с книгами, которые можно было увидеть в домах самых обычных людей, он на какое-то время лишался дара речи. Еще одна странность округа Гуантянь заключалась в том, что, хотя он и находился под юрисдикцией Цзюньяо, если судить по уровню жизни жителей, то его явно можно было считать настолько процветающим, что он мог бы послужить прекрасным примером для всей страны. Учитывая вышесказанное, он просто не мог не знать об округе Гуантянь. Однако в его памяти не имелось ни единого упоминания о нем. Более того, проведя здесь целых полгода, он ни разу не видел, чтобы кто-нибудь из правительственных руководителей приезжал сюда на инспекцию. Как могло получиться, чтобы в такое процветающее место не сунулся ни один чиновник? Разве что король больше не хотел носить собственную корону. Еще более странным казалось то, что местные жители почти никогда не обсуждали политику. Нет, похоже, вообще никто не говорил на темы, связанные с королевской политикой. Для обычного горожанина или крестьянина такое было совершенно немыслимо, ведь от вида политики в стране зависела их возможность сохранить достаточно средств для существования. К тому же, хотя в округе имелись книжные магазины, он никогда не слышал, чтобы кто-либо из детей стремился снискать славу и честь ученого. Даже их родителям подобное не казалось странным. Вместо этого их куда больше интересовали сражения, и каждый из них, когда вырастет, мечтал стать выдающимся полководцем... Владения округа Гуантянь были не особо обширны, зато были прекрасно обустроены и давали исключительные преимущества. Благодаря этому, в сочетании с высоким уровнем жизни жителей, здесь была огромная численность населения. С такой точки зрения его даже можно было сравнить с префектурой. По мнению Нань Гэ'эра, население округа практически не уступало населению современного города. Если честно, не знай он, что местные жители предпочитают жить в мире и не испытывают ни малейшего недовольства, то мог бы заподозрить, что Мо Шу готовит восстание. Но, в конце концов, в этом не было ни малейшего смысла. Выглядело все так, словно единственным правителем Гуантянь являлся Мо Шу. Причем этот кажущийся правитель округа, совершенно никого не пугал. Чем дольше он жил здесь, тем более странным казалось ему это место. Подобное место, которое совершенно не волновало королевская власть, считалось бы огромной угрозой для любого правителя, однако жители Гуантянь в мире и покое проводили все свои дни, не заботясь о королевской власти, и никто их не беспокоил по этому поводу. Все то недоумение и замешательство, которые Нань Гэ'эр испытывал поначалу, постепенно утомили его. "В конце концов, есть же здесь магистрат-дажэнь, вроде Мо Шу, верно? Кроме того, сам факт, что я смог выжить, выглядит очень чудно... Возможно, так вышло лишь потому, что мне повезло оказаться выброшенным на берег в таком странном месте... и встретить столь необычных людей". На самом деле, хорошенько поразмыслив об этом, Нань Гэ'эр смог понять, почему местные жители так восхищались Мо Шу. В конце концов, подобный правитель был чем-то неслыханным; он полностью посвятил себя служению своему народу. К тому же Мо Шу и впрямь обладал обширными и глубокими познаниями, был невероятно талантлив и хорошо разбирался в музыке, живописи и каллиграфии. Его безмерно почитали все учителя и врачи округа, говоря, что он обладает непревзойденными талантами и острым умом. Конечно, хотя с того момента, как Нань Гэ'эр пришел в этот мир, минуло уже целых шестнадцать лет, он так и не смог развить в себе понимание таких вещей, как литература или искусство. Из-за своего прежнего окружения он заставил себя изучать все эти глупости, чтобы более легко сметать со своего пути все препятствия, однако сейчас в округе никого это не заботило. В итоге он очень быстро... растерял все свои навыки... Вот почему в глазах Нань Гэ'эра самым замечательным в Мо Шу была его способность готовить еду, стирать белье и заниматься уборкой... Он был весьма презентабельным человеком, достаточно элегантным, чтобы показаться с ним на приеме, и достаточно старательным, чтобы готовить на кухне вкусные блюда... Если забыть о его увлечении раздавать деньги, когда у него самого гулял ветер в карманах, время от времени вести себя глупо, и некотором зле, которое он скрывал в глубине души, дажэнь Мо Шу и в самом деле был точь-в-точь как святой. Нань Гэ'эр был уверен, что не занимай Мо Шу должность магистрата, то качество его жизни было бы, по крайней мере, в два раза лучше - все же этот человек был наделен самыми разносторонними талантами. Не будь он магистратом, ему бы не пришлось беспокоиться о хлебе насущном, и его финансовое положение определенно было бы лучше. Разумеется, необходимым условием было присутствие рядом с ним кого-то, способного помочь ему зарабатывать деньги - он по-настоящему хорошо понимал способность Мо Шу раздавать деньги. Или лучше было сказать, что Мо Шу не имел ни малейшего представления о деньгах? Да, человек, о котором идет речь, вероятно, полностью игнорировал, насколько важны для людей эти деньги. Однако, несмотря на многочисленные недостатки, которыми он обладал, у Нань Гэ'эра не оставалось иного выбора, кроме как признать, что Мо Шу действительно был совершенным человеком. До прибытия в Гуан Тянь он бы ни за что не поверил в существование подобного человека. Пусть он не понимал написанной Мо Шу поэзии, если основываться на количестве раз, когда люди декламировали ее, а также на ошеломленных и взволнованных выражениях, что появлялись на лицах совершенно бородатых, старых учителей, он знал, что Мо Шу был необыкновенно потрясающим. Благодаря комментариям на полях книги, ему был знаком почерк Мо Шу. Он был элегантным и изящным и, как и его владелец, излучал утонченную, но неординарную ауру. Более того, хотя в комментариях было не так много слов, продуманность точки зрения каждого из них потрясала воображение. Даже если Нань Гэ'эр не мог понять глубокомысленность поэзии и стихов, он, в конце концов, лично возвел молодого человека на трон. По крайней мере, он был способен почувствовать потенциальные угрозы для короля. Разносторонних точек зрения Мо Шу было достаточно, чтобы сильно встревожить любого короля, осознающего эту угрозу. Прочитав примечания, написанные Мо Шу на полях страниц, юноша понял, что взгляды Мо Шу полностью достойны звания короля, но в то же время пугающе точны и проницательны. В любом случае вероятность того, что Мо Шу окажется простым магистратом, равнялась нулю. Однако, кем бы ни являлся на самом деле Мо Шу и какие бы тайны не скрывал этот округ, нынешнего Нань Гэ'эра они совершенно не волновали. В конце концов, даже если он что-нибудь и узнал, это все равно бы не принесло ему ни малейшей пользы. В настоящее время он просто бесцельно существовал, бессмысленно и инстинктивно живя в этой маленькой стране. Возможно, он так тупо и продолжит жить этой жизнью, пока его снова не заберет смерть. Возможно, если бы он родился в Гуантянь, сразу же после появления в этом мире, а затем мирно вырос и нашел подходящую девушку, чтобы жениться, завести детей, построить здесь семью. "Что ж, сейчас у меня уже нет таких мыслей. Если я смогу выжить, то выживу, однако, естественно, если умру, то точно не смогу этого избежать". Прежде слова "судьба" не существовало в его словаре. Он всегда честолюбиво продвигался по жизни, отвергая идею, что вся его жизнь предначертана какими-то там богами. Теперь же ему пришлось осознать, что судьба каждого человека в первую очередь имеет свой собственный путь, и как бы он ни пытался ее изменить, лучше не станет. К примеру, король всегда останется одинок в своем мрачном королевском дворце. Теперь в том огромном дворце остался всего один человек, разве не так? Или к примеру, он полагал, что сможет заполучить честь и славу, о которых любой взрослый мог бы только мечтать, лишь потому, что оказался в теле ребенка из другого мира. Однако в итоге его нынешнее "я" занималось только приготовлением Лаба риса в подобном месте, причем этот второй шанс еще какое-то время пожить был дарован ему благодаря милосердию тех же богов. "...Таким образом, похоже, у каждого есть своя судьба. Единственное, что мне остается, - это бездумное существование, а затем беззаботная смерть... Если я так поступлю, закончатся ли на этом мои страдания? Поскольку я уже совсем ничего не хочу".

1. Лаба рис - рис, приготовленный с красной фасолью.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12

Хотя Мо Шу дажэнь не был придирчив к еде, все знали, что он любит сладкое. От маленьких сладостей, вроде сладкого горошка, до больших, наподобие печенья, - он любил все. Даже окажись перед ним оставленный на Новый год цзаотан (1), он бы все равно не сдержался и с невозмутимым лицом вылизал пару ложек... Нань Гэ'эр ошеломленно взирал на мужчину, который без малейшего намека на стыд вылизывал поварешку: - Мо Шу сяньшэн, - "Как, черт тебя дери, ты прокрался сюда?!" Мо Шу только голову повернул к Нань Гэ'эру. Вообще не испытывая чувства вины от того, что его поймали с поличным, он холодным тоном поприветствовал юношу: - Сяо Нань, почему ты здесь? - его рука все так же крепко держалась за поварешку. "...Сяо Нань, моя задница!" - Нань Гэ'эр угрюмо посмотрел на невозмутимое лицо Мо Шу - "Ты что, совершенно лишился своего морального компаса? Твой образ в моих глазах опустился до совершенно нового уровня! Ах, нет, ты только что побил свой самый низкий рекорд". - Ты не очень хорошо выглядишь, - внезапно глянув на него, выдал Мо Шу. Нань Гэ'эр нахмурился, не сводя взгляда с Мо Шу. Не то чтобы он пытался на собственном лице показать, как тяжко ему далось смирение с проделками Мо Шу, просто он чувствовал себя не лучшим образом с того самого момента, как этим утром проснулся; даже перед его глазами сейчас все подрагивало и расплывалось. Однако его здоровье всегда было плохим, почти никогда не улучшалось, поэтому его это действительно не заботило. Услышав слова Мо Шу, Нань Гэ'эр с раздражением спросил у него: - А? Выгляжу? Когда я вообще выглядел хорошо? Здешняя зима и моя жизнь просто несовместимы, понятно?! - И голос у тебя звучит как-то странно, - Мо Шу наконец вернул поварешку на ее законное место и, повернувшись, принялся внимательно разглядывать Нань Гэ'эра. - Ой! Не засовывай обратно поварешку, измазанную твоей слюной! - "Даже если ты ее дочиста вылизал, остальным все равно позже придется это есть!" Опечаленный Нань Гэ'эр подошел, собираясь вытащить из цзаотана вылизанную им поварешку... "А? Почему... пол кружится? Ох, это я, я..." Что случилось после этого, он понятия не имел. Когда он снова открыл глаза, то почувствовал лишь, как раскалывается от боли его голова, как будто ему в мозг запихнули жирного червяка, который прогрызал себе там ходы. К счастью, у него уже выработалась колоссальная терпимость к подобной боли. Он лишь чувствовал, что это сильная боль, но не настолько, чтобы от нее обезуметь. Однако его телу было очень тепло. Прошло уже много времени с тех пор, как он в последний раз чувствовал нечто подобное. Среди зимы это теплое одеяло, в которое его завернули, оказалось необыкновенно расслабляющим. Испустив довольный вздох, он потерся подбородком об одеяло. "Постойте-ка... Где это я?!" - он наконец осознал, что сейчас не в той спальне, где спал обычно... - "Верно, я уже умер, и это не сон. Это другой мир. Сбежав от кошмарной жизни правителя, я сейчас веду домашнее хозяйство в неком странном округе". Необычное тепло заставило его мысли замедлить свой бег, что в конечном итоге и позволило ему прийти в себя. Лежавший рядом с ним человек тоже лениво зевнул: - Сяо Нань, ты проснулся, - с этими словами он очень естественно протянул руку и прикоснулся к его лбу. - Мм, жар спал. "Эй-что это за ситуация-почему этот парень в моей постели-нет-почему я в его комнате и даже лежу у него в кровати-ой-что вообще происходит на этом свете?!" Нань Гэ'эр так разнервничался, что не смог выдавить из себя ни единого слова, его широко распахнутые глаза едва не вылезли из орбит. - Ах, - только заметив, что все тело Нань Гэ'эра пребывает в напряжении, Мо Шу прекратил небрежно приводить в порядок волосы юноши. - Что-то не так? Нань Гэ'эр открыл было рот, но просто не знал, что сказать. - Из-за простуды и переутомления, отягощенных тревогой, и того, что твое здоровье изначально было не особо хорошим, ты внезапно упал в обморок от болезни, - с состраданием объяснил Мо Шу. - В твоей комнате гулял сквозняк, поэтому тебя перенесли сюда. К тому же с другим человеком под боком тебе будет теплее, - увидев, что выражение лица Нань Гэ'эра постепенно становится лучше, он тактично скрыл от него тот факт, что именно Нань Гэ'эр заставил его улечься в постель. - ...Я ведь не сделал ничего странного и ничего необычного не сказал, верно? - чуть после охрипшим голосом с некоторым трудом проговорил Нань Гэ'эр, его тон выдавал нервозность. Он знал, что на этот раз свалился с сильнейшим жаром и полностью лишился сознания. Он понятия не имел, то ли ужасные воспоминания начали его отпускать, то ли пребывание здесь, в этом округе, заставило его расслабиться. Прежде он никогда не терял сознания в присутствии людей, опасаясь, что может сказать что-то, способное выдать его настоящую личность. Он не боялся смерти, но это не значило, что ему хотелось быть парнем со странностями в глазах окружающих. - Говорил ли ты что-нибудь необычное? - Мо Шу принялся вспоминать, все так же лениво лежа в постели. "Включч сконди нер (включите кондиционер), ман паа (мам, пап), хамбурр (гамбургер)..." Точнее говоря, невозможно было разобрать ни одной его фразы. - Ничего странного ты не сказал, - ответил Мо Шу. Все это было для него совершенно непостижимо. - Но ты упомянул, что тебе больно, - " Дергая меня за рукав, плача и бормоча, что тебе больно, раны болят и ты чувствуешь себя так, будто вот-вот умрешь... Что-то вроде того. Это было очаровательно". Придя к этому заключению, Мо Шу невольно снова протянул руку и дотронулся до лба Нань Гэ'эра - жар действительно спал. Он с легкой неохотой убрал свою руку. Несмотря на заверения Мо Шу, Нань Гэ'эр по-прежнему испытывал некоторое смущение. В конце концов, он же взрослый мужчина, как он мог сболтнуть такие малодушные слова? - Ох, верно, доктор сказал, что зимой по ночам тебе будет лучше спать вместе со мной, - повернувшись лицом к Нань Гэ'эру, вдруг заявил Мо Шу. - А? - глаза Нань Гэ'эра широко распахнулись. - Из-за того, что состояние твоего тела просто ужасно, тебе ни в коем случае нельзя простывать. Неважно, сколь незначительна болезнь, если она станет серьезной, это может убить тебя, - серьезно добавил Мо Шу. - Ох... - Нань Гэ'эр моргнул. Он и не знал, что все стало настолько плохо. - Зимой на юге высокая влажность и гораздо холоднее, поэтому тебе следует быть более осторожным, - с лица Мо Шу не сходило серьезное выражение. - Мм, - потратив немало времени на размышления, Нань Гэ'эр кивнул, а затем снова спросил: - Эм, но все в порядке? В конце концов, вы магистрат-дажэнь, - "Разве не чересчур странно спать в одной постели с начальником?" - В здании правительства живем только мы с тобой, - напомнил ему Мо Шу. - ...Ах, верно, - кивнул Нань Гэ'эр. - Если в следующий раз потребуется выполнить какую-нибудь работу, требующую физических усилий, просто скажи мне, я все сделаю, - Мо Шу наконец-то решил, что пора вставать. Он подоткнул одеяло под бок Нань Гэ'эра, чтобы под него не проникал холод, советуя: - И еще, не думай так много, просто принимай вещи такими, какие они есть. На самом деле состояние тела Нань Гэ'эра было невообразимо ужасным. Мо Шу в точности передал большую часть того, что сказал доктор - за исключением той части, в которой он попросил Нань Гэ'эра перебраться в его комнату, чтобы поспать. - ...Мм, - Нань Гэ'эр нерешительно кивнул. "Доктор сказал, что мое состояние отягощает тревога, но проблема в том, что я вообще ни о чем особенно не задумывался!" - Просто лежи, позже кто-нибудь принесет тебе кашу. Ты сейчас слишком слаб, чтобы есть рис, - Мо Шу застегнул на себе одежду, надел башмаки, затем поднялся на ноги, неизвестно откуда выудил полуразбитое бронзовое зеркало, причесался расческой, в которой не зватало нескольких зубчиков, и ловко уложил свои волосы на макушке. Сняв с прибитой Нань Гэ'эром вешалки свой плащ, он надел его вместе со шляпой, явно собираясь выйти на улицу. - Эм, сколько времени я пролежал без сознания? - поспешно остановил его Нань Гэ'эр. Причина такой спешки заключалась в том, что его до глубины души поразили движения Мо Шу. Эти небрежные движения, свойственные повседневной жизни, в исполнении Мо Шу обладали затяжными очарованием и элегантностью. - Через три дня будет уже тридцатое число, - ответил Мо Шу, открывая дверь и выходя. - Кухонного бога мы уже проводили, здание правительства подмели, а мясо на Новый год нарезали. Днем я поручу кому-нибудь помочь тебе принять ванну. - А, хорошо, - Нань Гэ'эр кивнул. "Он смог все как следует устроить и без меня, так? В конце концов, до моего появления он всегда благополучно встречал Новый год". После полудня явился его помощник. Как и ожидалось, им оказался Сяо Ся, Ся Цзя Фу. Этот парень принялся трещать без умолку с момента своего появления. У Нань Гэ'эра от него едва голова не разболелась. Ему всего лишь и нужно было, чтобы кто-нибудь натаскал воду для ванны. К сожалению, даже нося воду, этот парень без остановки болтал. - Нань Гэ'эр, ты знаешь, что когда Мо Шу сяньшэн узнал, что ты упал в обморок от переутомления, он почувствовал себя таким виноватым... - Ся Цзя Фу был в полном восторге. - Вот такой он наш Мо Шу сяньшэн, он переживает и заботится обо всех, даже о тебе. "...Что ты имеешь в виду, говоря "даже обо мне"? Неужели меня здесь настолько не любят?!" - Нань Гэ'эр, а ты знаешь, пока ты болел Мо Шу сяньшен каждый день оставался рядом с тобой и даже сам кормил тебя кашей, - с завистью произнес Ся Цзя Фу. - Но ты так крепко закрыл рот, что даже палочками для еды не получилось его открыть, тогда как же ему все-таки удалось тебя накормить? Э-эх, жаль Мо Шу Сяньшен не позволил нам посмотреть. "...Мне и самому любопытно! Вдобавок от этой информации у меня странное чувство, от которого мурашки бегут по коже!" - Нань Гэ'эр, ты знаешь, что хотя Мо Шу сяньшэн и сказал, что кухонного бога уже проводили, он не привык приклеивать его изображение на бумаге к губам с помощью цзаотана, поэтому намазал случайно попавшейся под руку рисовой пастой... На лице Нань Гэ'эра застыло каменное выражение: - "Я понял, этот гад, должно быть, до последней капли вылизал весь цзаотан, потому и не смог использовать его по назначению. Что за пренебрежительное отношение к традиции?!" - Нань Гэ'эр... - Хорошо, брат Сяо Ся, - Нань Гэ'эр серьезно больше не мог этого выносить, так что перебил Ся Цзя Фу. Он больше не хотел ничего знать. Его хрупкий дух больше не мог справляться с новостями, которые, будто снег, вываливали ему на голову. - Можно я сперва приму ванну? А то, боюсь, вода скоро остынет. - Ох, я совсем об этом забыл, - Ся Цзя Фу постучал себя по макушке, помогая Нань Гэ'эру подняться. - Помочь тебе забраться в ванну? - ...Не нужно, - "Я не заинтересовал в том, чтобы парень смотрел, как я моюсь". - Ладно, тогда я пойду и прогуляюсь вдоль берега реки, чтобы посмотреть, не принесло ли там еще кого-нибудь, - радостно отозвался Ся Цзя Фу. "Эй... Серьезно, да что с тобой не так?"

1. Цзаотан - своего рода карамель из мальтозы, которую китайцы используют в качестве жертвоприношения кухонному богу примерно 23 числа двенадцатого лунного месяца, как раз накануне Китайского Нового года.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13

Пусть на данный момент он и значился пациентом, из-за острой незватки рабочей силы в здании правительства Нань Гэ'эру снова пришлось отправиться на кухню... Обычно, покончив с кое-какими официальными делами, некому человеку приходилось стирать и заниматься уборкой в правительственном здании, отчего этот бедный парень вертелся как в белка в колесе, трудясь почти круглые сутки. Поэтому Нань Гэ'эр осознавал собственную важность для правительства - взгляните только на Мо Шу сяньшэна, он так занят, что ему некогда даже дыхание перевести! К слову сказать, хотя ежедневные перерывы на отдых у Мо Шу были очень короткими, а ел он лишь дважды в день, этот мужчина всегда оставался бодр и полон сил; как он вообще выживал в таких обстотельствах?.. Уфф, ладно. Если честно, ел он немного больше того двухразового питания, так как время от времени ему удавалось стянуть какие-нибудь сладкие закуски, чтобы набить ими рот. С тех пор, как жизнь в правительстве пошла на лад, Нань Гэ'эр начал готовить для Мо Шу множество всяких сладостей, чтобы тот мог ими перекусить. Поутру, после прогулки, Нань Гэ'эр присел на корточки на кухне, чтобы сцедить сироп с бобов. После целого дня, посвященного отдыху, он чувствовал себя немного получше. В этом мире не существовало арахиса, дынных семечек и тому подобных вещей, поэтому Нань Гэ'эр решил заготовить побольше закусок для первого месяца лунного года. На самом деле бобы дошли до готовности еще несколько дней назад, но так как он провел все это время без сознания, его никак не покидало беспокойство, что погруженные в сироп бобы станут слишком сладкими. Но, когда он попробовал их на вкус, прежде чем начать сцеживать сироп, выяснилось, что он ошибался: они оказались очень даже ничего. Замоченные в сиропе бобы были заранее припрятаны Нань Гэ'эром - в противном случае в горшке в настоящему времени, наверное, не осталось бы и капли сиропа. Эти бобы были довольно крупными. Однако местные жители редко использовали их для приготовления блюд, так как они были не особенно вкусными. Вместо этого их обычно смешивали с рисом. Нань Гэ'эру приходилось пробовать их и раньше, когда он еще жил в стране Фанцзюнь. И хотя он чувствовал, что способы их приготовления для употребления в пищу можно было улучшить, в то время у него совершенно не было времени для экспериментов на кухне. Сколько бы вкусной пищи он ни ел в то время, она не производила на него особого впечатления. Теперь, задумавшись об этом, он понял, что больше всего ему запомнились закуски из его далекого прежнего мира. От коричневого сахара, который сейчас кипел на плите, исходил приятный аромат. Заметив, что коричневый сахар уже почти весь растаял, Нань Гэ'эр быстро прекратил заниматься посторонними делами, после чего взял тарелку с бобами и высыпал их в наполненный сиропом из коричневого сахара котелок, а затем лопаткой равномерно перемешал их друг с другом. Для Нань Гэ'эра такая работа все еще была чересчур напряженной, поэтому во время перемешивания ему пришлось сделать несколько перерывов. Заметив, что все почти готово, он с трудом поднял котелок и перетащил его в сторону, а затем переключился на следующую порцию, пока закипала вода. Его нельзя было считать знатоком по части приготовления пищи. Хотя как повар он тоже был не полностью безнадежен, однако он умел готовить лишь несколько простых блюд. Что же касается блюд для ужина в кругу семьи, то ему сказали, что Мо Шу уже обо всем договорился: назавтра должна была прийти кухарка, чтобы их приготовить. Сцеженный с бобов сироп можно было отложить на потом - он был уверен, что даже если просто даст Мо Шу чашку такого сиропа, тот все равно счастливо ее вылижет... Пока он переводил дух, дверь кухни внезапно открылась, и на пороге появился советник Чжу Си. Заметив сидящего возле плиты Нань Гэ'эра, Чжу Си тоже слегка удивился: - Сяо Нань, почему ты здесь вместо того, чтобы хорошенько отдохнуть? - Готовлюсь к встрече Нового года, - Нань Гэ'эр с горечью улыбнулся. - Мне и так пришлось отложить это на несколько дней, если я в ближайшее время все не доделаю, будет поздно. Услышав это, Чжу Си только глаза закатил: - Да даже так, этот парень, Мо Шу, с удовольствием все это прикончит, - он закрыл за собой дверь и подошел поближе. - Прежде он и без твоей помощи прекрасно справлялся с празднованием Нового года, и я ни разу не замечал, чтобы он помирал с голоду. - Но теперь в здании правительства живу и я, - рассмеялся Нань Гэ'эр. - И я в самом деле не обладаю такой же неукротимой жизненной силой, как Мо Шу. - Это верно, - согласился Чжу Си. Подойдя к нему, он скользнул взглядом по бобам в сиропе, а затем засахаренным бобам. - Что это? - спросил он и протянул руку, собираясь к ним прикоснуться. - Не трогай руками, - Нань Гэ'эр тут же вскочил, пытаясь его остановить. "Это тебе не шутка; что если когти этого парня испачкали их?" В итоге он слишком резко поднялся, в глазах у него потемнело, и он непроизвольно начал падать. - Ох! - Чжу Си мигом его поддержал. Как раз в этот момент дверь распахнулась и появился Мо Шу. Это произошло только по вине ослабевшего тела Нань Гэ'эра, поэтому, когда Чжу Си поймал его, перед его глазами все прояснилось и он повернулся лицом к двери. Мо Шу, держа в руках нечто белое, в этот момент смотрел на него, точнее, он смотрел на Чжу Си. Чжу Си взглянул на выражение лица Мо Шу: - И чего ты сверлишь меня таким взглядом, будто собираешься съесть? Мо Шу стремительно подошел к ним и, шлепком отбросив руки Чжу Си, уже собственными руками помог Нань Гэ'эру встать прямо: - Даже умирая от голода, я скорее убью тебя сам, чтобы ты сопрождал меня после смерти, чем съем, чтобы утолить собственный голод, - накинув на плечи Нань Гэ'эра нечто белое и пушистое, он продолжил: - Что ты пытаешься сотворить с Нань Гэ'эром и моими сладостями? "Ох, эта шуба, что у меня на плечах, превосходного качества. Безукоризненно белая, без единого пятнышка грязи, необыкновенно мягкая и теплая". Белая шуба почти ничего не весила, но как только он завернулся в нее, его тело полностью согрелось. Материал был уютный и мягкий как шелк. Даже у его прошлого "я" никогда не было настолько драгоценной шубы, ее определенно можно было считать бесценным сокровищем. А поскольку всего имущества правительства не хватило бы, чтобы приобрести одну такую шубу, где ее взял Мо Шу? "Только не говорите мне, что это парень убил и ограбил кого-то, чтобы ее заполучить?" Нань Гэ'эр окончательно запутался, с головой погрузившись в собственное воображение, поэтому не замечал, что говорил Мо Шу. - Твой Нань Гэ'эр? Твои сладости? - холодно усмехнулся Чжу Си. - На его теле где-то есть твое имя? Или на них? - он указал на закуски. - На них написано твое имя? - Все в моих владениях принадлежит мне, - крайне спокойно ответил Мо Шу. - И даже ты мне принадлежишь, - он с высокомерным видом искоса глянул на него. - Может, ты и это будешь отрицать? Нань Гэ'эр пришел в себя как раз вовремя, чтобы уловить эти несколько слов. Они ударили в него так же внезапно, как молния, приведя в замешательство и смятение. "...Выходит, у них такие отношения, а? Неудивительно, что Чжу Си так непринужденно общается с Мо Шу. Потому что он принадлежит Мо Шу? О, Небеса, нет-нет, я наверняка себе напридумывал. Означает ли это, что когда Мо Шу остается наедине с Чжу Си, они занимаются тем или этим? Уф, нет-нет, я определенно себе напридумывал". Нань Гэ'эр невольно покачал головой, внутренне твердя себе, чтобы его мысли остановили свои безумные скачки. Однако ему пришлось осознать, что эти предостережения никоим образом не сказались на его мыслях, которые продолжили свой безумный разгул... "Как и ожидалось, неужто я и впрямь подхватил сплетническое мышление округа Гуантянь?" - подумав об этом, в глубине души Нань Гэ'эр почувствовал себя слегка удрученным. Только покончив со своим спором, они осознали, что причина их размолвки взирает на них странным взглядом и время от времени в замешательстве качает своей головой. - ... - Мо Шу и Чжу Си переглянулись друг с другом. - Что-то не так? - не удержавшись, спросил Чжу Си. - ...Эм, ничего, - слегка заикаясь, проговорил Нань Гэ'эр. - ...Это очень подозрительно, - Чжу Си смерил Нань Гэ'эра торжественным взглядом. - Правда ничего, - серьезно ответил Нань Гэ'эр. Он чувствовал, что лучше всего будет прикинуться, будто он не в курсе того, что ему знать не следовало. Следом он сразу же сменил тему разговора, спросив Мо Шу: - Мо Шу сяньшэн, это, - он указал на свою шубу и, задрав голову, посмотрел на него, - для кого это? - Это тебе, - коротко ответил Мо Шу, прежде чем повернуться к Чжу Си и приказать: - Если ты здесь закончил, то возвращайся к работе. - Тц, - бесцемонно фыркнул Чжу Си, затем повернулся, открыл дверь и вышел с кухни. - М-мне? - от потрясения глаза Нань Гэ'эра широко распахнулись. - Где ты ее взял?! - его первой реацией стало не узнать, зачем ему нужна эта шуба, а спросить у Мо Шу, где он раздобыл такую прекрасную вещь, ведь ему лучше всех было известно, какие романсы пели финансы этого парня. - На охоте, - чтобы сказать это Мо Шу использовал деловитый тон, показывая Нань Гэ'эру выражение "как будто ты сам не видел?" Хотя в голове Нань Гэ'эра роилось множество всевозможных предположений, ответ Мо Шу все-таки немного потряс его. - На охоте? - изумленно повторил он. - Тем зимним днем мы жарили мясо этого зверя, - пояснил Мо Шу. - Эту шубу изготовили после того, как зверя освежевали, и закончили ее только сегодня. - Это тот, с ужасно жестким мясом! - вспомнил Нань Гэ'эр. Самым значимым воспоминанием, полученным в тот день от еды, стала невозможность ее прожевать. Даже после того, как он попробовал мясо без затвердевающего порошка, оно оказалось не менее жестким. - Мм, мясо с добавлением затвердевающего порошка, - заключил Мо Шу. - О... - и впрямь, то был гигантский белый зверь, которого он прежде никогда не встречал. С того дня зимнего солнцестояния минуло уже около двух месяцев. "Неужели шубу шили с тех пор?" - подумав об этом, Нань Гэ'эр неосознанно улыбнулся и с нежностью погладил ее мягкий мех: - Спасибо. ...Даже если он носил такую экстравагантную шубу, трудясь над сладостями на кухне, он знал, что для Мо Шу единственная ценность этой шубы заключалась в том, что она могла согреть его. Таким образом, он удовлетворил желание Мо Шу, натянув белую шубу и прямо в ней принявшись вытирать угольно-черную плиту, а затем взял и подал ему бобы, из которых сцедил сироп: - Хочешь попробовать? Глаза Мо Шу блеснули, и он, слегка повеселев, отозвался: - Слушаюсь, - после чего использовал лежавшие рядом с котелком палочки для еды, чтобы положить себе в рот один боб. Приподняв брови, он подхватил еще один. А затем еще, и еще, и еще, и еще... - Хватит, - Нань Гэ'эр вовремя успел остановить его. - Если ты все слопаешь, то к послезавтрашнему дню, на время Новогоднего бдения (1), ничего не останется. - Новогоднее бдение? - проглотивший бобы Мо Шу на мгновение растерялся, после чего бросил взгляд на Нань Гэ'эра. А затем, словно на него снизошло внезапное озарение, произнес: - ...Ладно, тогда ты тоже будешь бодрствовать вместе со мной. Выражение его лица слегка смутило Нань Гэ'эра. - Мм, давай оставим их для Новогоднего бдения, - на этот раз Мо Шу на удивление легко согласился. Он с готовностью положил на стол палочки, после чего протянул руку и погладил по голове Нань Гэ'эра. - Я пойду и займусь работой. "...Что породило у тебя этот нежданный энтузиазм?" - Нань Гэ'эр бросил ошеломленный взгляд вслед уходящему Мо Шу. Дверь снова закрылась. - Ох, если подумать, то Мо Шу пришел сюда, чтобы занести шубу, но зачем тогда здесь появился Чжу Си? - пробормотал он. В кабинете правительственного здания, чуть не плача, взревел Чжу Си: - ...И почему я вернулся сразу же после слов этого парня, Мо Шу? Мне так хочется есть!

1. Бдение в канун Нового года (из википедии) - это традиция в канун Нового года поздно ложиться или даже не спать всю ночь и утро, известная под названием shousui (守岁 - шоусуй). Практикуется китайцами, поскольку считается, что это увеличивает долголетие родителей.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14

В любом случае со всей этой беготней вокруг да около год наконец-то подошел к своему завершению. Сегодня кухарка ранним утром приготовила все угощение, а посыльные ямэнь закончили работу еще до полудня. В данный момент Нань Гэ'эр занимался тем, что раскладывал солому в курятнике, расположенном на заднем дворе. Из-за шума, который получался от перемещения соломы и который создавали куры с цыплятами, он не услышал шагов приближавшегося к нему Мо Шу. Тот остановился возле курятника. Мо Шу посмотрел на Нань Гэ'эра, который, согнувшись и прилагая немалые усилия, медленно тащил внутрь солому. Он нахмурился и стремительным шагом подошел к юноше: - Разве я не говорил тебе, оставить все это на меня? - Мо Шу с легкостью поднял солому, которую с таким трудом перемещал Нань Гэ'эр. - А тебе следует отдохнуть. Нань Гэ'эр так и остался ошеломленно стоять на месте с вытянутыми перед собой руками. Только спустя мгновение ему удалось отреагировать: - ...Ах, мне в любом случае нечем было заняться. Мо Шу интуитивно не понравилось нервное и испуганное выражение лица Нань Гэ'эра, что заставило его всерьез присмотреться к нему. Однако Нань Гэ'эр уже вернулся к своему привычному спокойному виду и продолжил: - Физические упражнения все равно необходимы, даже если я болен, - тем временем он подошел к другой кучке соломы, собираясь ее перетащить. Мо Шу слегка нахмурил брови, но не стал его останавливать: - Не бери слишком много, оставь мне те, что потяжелее. Нань Гэ'эр коротко и нерешительно кивнул в ответ и продолжил трудиться. Ему всегда нравилось о чем-нибудь размышлять, пока его тело занималось работой, вот почему он... надеялся, что Мо Шу не заметил, что что-то было не так. Мо Шу быстро отнес солому, что держал в руках, в курятник и разложил ее, после чего вернулся, чтобы разом собрать и унести в курятник всю оставшуюся солому - даже если по виду Мо Шу сяньшена это было и незаметно, этот парень являлся настоящим экспертом по ведению домашнего хозяйства. Он работал ловко и старательно, обладал поразительной силой и прекрасным телом, был таким высоким с такими длинными ногами! Нань Гэ'эр невольно почувствовал легкую зависть: - "Обладай я хоть частью его достоинств, работа у меня бы спорилась куда лучше!" Устроив кур и уток на заднем дворе, Нань Гэ'эр решил, что если в следующем году у него заведутся лишние деньги, он приобретет пару маленьких поросят, что обитали у семьи Ли на заднем дворе - если он хотел сохранить здоровье, то должен был хоть как-то улучшить свой образ жизни, хотя и понимал, что в любом случае долго ему на этом свете не протянуть. Большую часть дня он снова занимался делами, пока не начало смеркаться. Нань Гэ'эр окинул взглядом почти прибранный задний двор и устало проговорил: - Давай пока оставим все как есть, остальное я доделаю в следующий раз, - в любом случае быстро всю работу здесь было не переделать. Помогавший ему с починкой сарая Мо Шу вместо этого выпрямился, стоя на крыше постройки: - У меня редко выдается свободное время, поэтому давай лучше сразу со всем здесь закончим. Нань Гэ'эр задумался: в этом действительно имелся смысл, поэтому он кивнул: - Тогда я пойду разогревать еду, а ты подожди в столовой, когда закончишь, - Мо Шу работал куда эффективней, чем он, да что там, эффективность его работы была не меньше, чем у трех обычных людей. Редко кому удавалось заполучить столь легкого на подъем и бесплатного работника, и просто отпустить его на самом деле было бы несколько печально. - Конечно, - ответил Мо Шу, - разожги огонь посильнее. В правительственном здании имелся обеденный зал специально отведенный под прием гостей магистратом-дажэнем. Однако так как они всегда жили здесь только вдвоем, а один из них и вовсе по жизни куда-нибудь исчезал, зал почти ни разу не пригодился. Нань Гэ'эр односложно ответил ему, после чего отправился заниматься делами на кухне. На самом деле ему совсем не хотелось есть мясо и рыбу, которые сейчас было нелегко достать и сложно переварить. Ему просто казалось занятным, что они собираются вдвоем отпраздновать Новый год. Неважно, в какой жизни это происходило, он всегда праздновал Новый год в окружении уймы людей. Шумная и теплая компания в прошлой жизни, шумная, но холодная - в этой. Однако такое торжество, беспокойное и в то же время слегка уединенное, которое заставляло его чувствовать себя живым... случалось у него впервые. Он никак не мог решить, нравится ему это или же нет. Немного повозившись и закончив всю порученную ему Нань Гэ'эром работу, Мо Шу наконец-то смог выпрямиться. Когда он оглядел сверху крышу сарая, которая теперь была как следует закреплена, слегка гордая улыбка заиграла у него на губах. Он спрыгнул на задний двор, а затем направился к кухне. Вместо того чтобы сразу войти, Мо Шу сначала заглянул в окно, закрытое промасляной бумагой, которая местами порвалась из-за неопытных движений некой суетливой фигурки. Уголки его губ изогнулись в улыбке. Никто об этом не знал, но на самом деле Мо Шу был искусен в готовке. Однако он не собирался помогать; вместо этого мужчина прислонился к подоконнику, не отрывая взгляда от фигурки Нань Гэ'эра. В один миг Нань Гэ'эр слегка ошпарился супом, а в следующий - в гневе смотрел на разбитые им же тарелки, когда, ставя их на место, случайно приложил слишком много силы. Не успевал он закончить с одним делом, как ему уже нужно было спешить в другую сторону, чтобы выложить еду из котелка. В общем и целом, он суетился. Мо Шу считал Нань Гэ'эра более чем неуклюжим ребенком. Кроме того, что он обладал некоторыми знаниями о том, как зарабатывать деньги, и был немного более наблюдательным, во всех остальных областях он оставался просто неловким и самым обычным ребенком. "Хм, если честно, я ни на что не годен как раз в этих двух областях, верно?" - всерьез задумался Мо Шу. Он не находил в этим ничего плохого; получалось, что Нань Гэ'эр словно появился здесь ради него. Лихорадочно трудясь на кухне, Нань Гэ'эр все время чувствовал, что за ним наблюдают, но когда он оборачивался, там никого не оказывалось. От этого он чувствовал себя слегка озадаченным - он целиком и полностью доверям своим инстинктам; именно благодаря им ему не раз удавалось остаться в живых. Однако единственным человеком, который мог бы внаглую подсматривать за кем-то в правительственном здании, наверняка был Мо Шу, верно? Однако войдя в столовую и увидев там совершенно спокойно сидящего и попивающего чаек Мо Шу, Нань Гэ'эр начал сомневаться в своем предположении - он не смог обнаружить ни единой улики. К тому же Мо Шу совсем не подходил на любителя подглядывать за людьми. Мо Шу наблюдал за принесшим блюда Нань Гэ'эром. Хотя выражение его лица совсем не изменилось, явное недоумение, светившееся в глазах Нань Гэ'эра, заставило его про себя рассмеяться - недоумевающее выражение во взгляде этого ребенка было редким зрелищем. - Самое время поесть, - Нань Гэ'эр спокойно расставил на столе тарелки. "Неужто мирное окружение, в котором я оказался, притупило мои инстинкты?" - Мм, - Мо Шу прекрасно играл роль дурачка. - Я помогу тебе принести посуду. В этом мире тоже говорили, что "джентльмену стоит держаться подальше от кухни". Однако в здании правительства обитали лишь двое мужчин и ни единой женщины, а поскольку джентльменам тоже хотелось есть, у неуклюжего Нань Гэ'эра не оставалось иного выбора, кроме как игнорировать эту пословицу... Конечно, даже если ему нужно было лишь разогреть еду, у него все равно каким-то образом подгорело немного сушеных овощей. Но даже несмотря на это Мо Шу казался очень даже веселым. Позвав Нань Гэ'эра и попросив его присесть, он вытащил хлопушки и использовал их перед тем, как приступить к еде - он даже своим предкам помолиться не удосужился и моментально схватился за палочки, готовый хорошенько поесть. Нань Гэ'эр в недоумении уставился на Мо Шу: - Ты не собираешься помолиться своим предкам? Здесь тоже существовала подобная тредиция: в канун Нового года во время семейного ужина люди наполняли миску рисом, накладывали сверху разную еду и преподносили ее предкам, чтобы те могли "насладиться" едой. А ужин начинался спустя несколько минут после этого. Судя по тому, что он знал, эта традиция имелась везде, в любой стране мира, отличаясь лишь некоторыми деталями. Но, судя по действиям Мо Шу, тот совершенно не собирался ей следовать... - Помолиться предкам? - Мо Шу посмотрел на Нань Гэ'эра. - Каким предкам? "...Черт, что он вообще говорит?" Нань Гэ'эр скорчил гримаску: - Предки. Ты не будешь молиться им? Мо Шу бросил взгляд на выражение лица Нань Гэ'эра: - Ты хочешь помолиться? "Я теперь просто неприкаянный призрак, где ты отыщешь предков, чтобы я им молился? В своем прежнем мире я уже умер, поэтому мое право молиться им обратилось в пыль. Я с самого начала не желал переселения своей души в этот мир; я не испытываю за это благодарности, потому и молиться никому не желаю". Заметив, что Нань Гэ'эр приумолк, Мо Шу заговорил: - Видишь? Ни одному из нас не охота молиться, - он махнул рукой. - Давай просто поедим, а то еда остынет. - А почему Мо Шу сяньшэн не хочет помолиться предкам? - возможно так на него подействовала эта слегка интимная атмосфера, заставив Нань Гэ'эра сболтнуть лишнего. Он моментально об этом пожалал - ему не стоило задавать такие вопросы. Однако Мо Шу лишь слегка изумился, прежде чем с улыбкой ответить: - Потому что моим предкам не нужны мои молитвы, - он обрадовался, что Нань Гэ'эр с ним об этом заговорил. - А? - моргнул Нань Гэ'эр. - Они все равно уже на том свете, какой смысл им молиться? - улыбнулся Мо Шу. - Откуда им знать, молился я или нет? "...Это, это... Только не говорите мне, что Мо Шу - первый представитель атеизма в этом мире?!" Впервые за свою жизнь в этом мире услышав о столь современном образе мыслей, Нань Гэ'эр широко распахнул глаза. Мо Шу явно неправильно итолковал выражение лица Нань Гэ'эра; рассмеявшись, он пояснил: - Так говорил мой отец. Вот почему я никогда не молюсь своим предкам, - он набрал полные палочки рыбы и положил ее на тарелку Нань Гэ'эра. - Живи по велению сердца, пока живешь, и мирно умри, встретив свою смерть, - так все и должно быть. Нань Гэ'эр опустил взгляд на рыбу, оказавшуюся у него на тарелке, и неосознанно пробормотал: - Значит, ты доволен своим нынешним образом жизни? - Конечно, - Мо Шу едва заметно улыбнулся. - Именно потому, что мне нравится, я здесь и остаюсь. А тебе не нравится, как ты сейчас живешь? - немного помолчав, он уточнил: - Тебе не нравится жить здесь, в правительстве? Нань Гэ'эр неотчетливо почувствовал нечто странное в том, как заговорил Мо Шу, но он задумался над его вопросом, поэтому не обратил на это особенного внимания: - ...Я сам не знаю, - после длительных раздумий искренне ответил он. - Если тебе пришлось так долго размышлять над тем, нравится тебе здесь или нет, это само по себе говорит о том, что не нравится, - намек на улыбку скользнул по губам Мо Шу, пока он наливал себе чашу вина. - Как думаешь? Глубокий смысл, скрывавшийся в словах Мо Шу, заставил Нань Гэ'эра замолчать, после чего он покачал головой: - Я не знаю. Искреннее выражение на лице Нань Гэ'эра, похоже, улучшило Мо Шу настроение, и тот улыбнулся: - Все в порядке, даже если ты и не знаешь. В любом случае тебе предстоит еще долгая жизнь, этого времени будет вполне достаточно, чтобы разобраться во всем, - подняв свою чашу, он медленно испил вина. Нань Гэ'эр сдержал свои чувства, но все равно ощутил, как от этих слов у него потеплело внутри. Немного поразмыслив, он снова покачал головой: - Мм, я не знаю, но, эм... - он хотел что-то сказать, но ему никак не удавалось подобрать правильные слова. Он никак не мог избавиться от мысли, что эти слова не стоит произносить его нынешней личности, и его теперешнее "я" просто не сможет выдержать ответственности за эти слова. - Видишь? - когда Мо Шу приступал к вину, его глаза становились особенно яркими; он бросил взгляд на Нань Гэ'эра с улыбкой, такой же нежной и чистой, как весенний ветерок. - Тебе незачем торопиться. - Мм, - Нань Гэ'эр с улыбкой кивнул. Словно желая убедить себя в этом, он еще раз кивнул, а затем посмотрел на Мо Шу: - Давай есть. Мо Шу усмехнулся и налил себе еще одну чашу вина.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15

Здоровье Нань Гэ'эра было далеко не в порядке, но, когда Мо Шу неожиданно отлучился, почувствовав всплеск любопытства, он сделал глоточек вина - хотя на самом деле это целиком и полностью была сила привычки. В прошлом, празднуя Новый год, он всегда пил вино; следовательно, для него было в порядке вещей поднять чашу с вином Мо Шу и одним глотком ее осушить... Однако, стоило ему сделать это, как он тут же пожалел о совершенном поступке... Глядя на Мо Шу никто и никогда не смог бы заподозрить, что вино, которое тот пил, было не только очень крепким, но и ужасным на вкус. Как только ему в горло попало это вино, Нань Гэ'эр почувствовал, как все его тело горит, а в особенности рот. Словно он только что наглотался ножей, это практически лишило его способности говорить. Единственным его ощущением осталась лишь острая, обжигающая боль. С пылающе-красным лицом он торопливо схватил чашу с водой и неистово вылил ее в себя, опустошив за один глоток. Вернувшийся с кухни Мо Шу сразу же заметил, что Нань Гэ'эр с покрасневшим лицом, пыхтя, жадно глотает воду. Поначалу он слегка растерялся, а затем ощутил в его дыхании едва заметный аромат вина и сразу же понял, что здесь случилось. Он поспешно покинул столовую. Нань Гэ'эра невольно встревожило поведение Мо Шу; но сейчас его слишком занимали собственные дела: он чувствовал, что того и гляди из его рта начнет вырываться огонь! С отчаянным кашлем он продолжал вливать в себя воду. "Как же жжет! Никогда бы не подумал, что все это время Мо Шу так невозмутимо потягивал именно это вино. У этого вина практически нет запаха, тогда откуда взялся такой ужасающий вкус? Просто шок узнать, что Мо Шу с легкостью хлещет такую ядреную штуку; это же почти чистый спирт!" Вскоре вернулся Мо Шу, принеся в руке кувшин из фарфора. Он сразу же протянул его Нань Гэ'эру: - Выпей это. Нань Гэ'эр чуть ли не задыхался; от навернувшихся на глаза слез его зрение стало размытым. Даже если он знал, что Мо Шу ему что-то протягивает, он просто не мог как полагается схватить этот предмет. Его дрожащие руки дико заметались в воздухе. Когда же ему наконец удалось ухватить кувшин, он не смог как следует поднести его ко рту, поэтому довольно долго лишь отчаянно жестикулировал. Тогда Мо Шу самостоятельно приподнял подбородок Нань Гэ'эра и влил содержимое кувшина ему в рот. "...Это же мед!" - Нань Гэ'эру удалось узнать вкус, только когда он вызорил половину кувшина, в процессе причмокивая губами. Не говоря уже о том, что Мо Шу удалось раздобыть то, что могли позволить себе лишь богачи, сам факт, что такая вкусняшка смогла дожить до этого момента и попасть к нему в рот, был более чем шикирующим. В конце концов, Мо Шу безумно любил сладости! Заметив, что Нань Гэ'эр наконец-то начал выглядеть лучше, Мо Шу заговорил: - ...Ты сейчас слишком слаб, поэтому не можешь пить такое вино, - Нань Гэ 'эр стоял с опущенной головой, из-за чего не заметил тревогу в глазах Мо Шу. Здоровье Нань Гэ'эра и без того оставляло желать лучшего. Сейчас же, когда тот втайне хлебнул его вина... кто знает, не ухудшится ли этим вечером его состояние. Едва на лицо Нань Гэ'эра вернулись цвета, как оно теперь уже покраснело. "Как и ожидалось, я попался на горячем... это слишком смущает; я на самом деле стащил глоточек вина, и что еще трагичней, меня на этом поймали с поличным". Неловкое выражение, окрасившее лицо Нань Гэ'эра слегка успокоило нервозность Мо Шу. Протянув руку, он погладил юношу по голове: - Если тебе это нравится, я могу попросить тетушку Дэн из винокурни сделать для тебя немного зернового самогона, как тебе такое? - спросил Мо Шу, после чего продолжил: - Он чудесный; на вкус очень сладкий. "...Не все без ума от сладкого, подобно тебе, хорошо?!" - если бы не смущение, в котором он пребывал в данный момент, и его далеко не лучшее состояние, Нань Гэ'эру было бы сложно удержаться от того, чтобы снова отругать этого сладкоежку. Сейчас же ему оставалось только молчать. Он помнил, что в прошлом позволял себе немного выпить, но совершенно запамятовал, что в то время был принцем, а с тех пор минуло целых три года. Возможно, из-за долгого отсутствия практики и ухудшения своего состояния он вообще уже никогда не сможет привыкнуть ни к одному виду вина. Помимо этого, что важнее всего, этот "спирт", который заливал в себя Мо Шу, в принципе никто не смог бы переварить. Мо Шу опустил голову, наблюдая за выражением лица Нань Гэ'эра: - Тебе уже лучше? Не отрывавший глаз от пола Нань Гэ'эр только кивнул: сейчас ему было слишком стыдно смотреть кому-либо в глаза. - Ладно, тогда давай поедим, - сдерживая смех, проговорил Мо Шу и, еще разок погладив по голове Нань Гэ'эра, приготовился усесться за стол. Не успели ягодицы Мо Шу опуститься на стул, как послушно усевшийся напротив него Нань Гэ'эр внезапно вскочил и, прикрывая рукой рот, неуклюже бросился прочь из комнаты. - Эй! - Мо Шу понял, что его опасения воплотились в жизнь, когда увидел бледное и встревоженное лицо Нань Гэ'эра. Едва Нань Гэ'эр добрался до двери, как его стошнило. Пребывая в полубессознательном состоянии, он все-таки смог собрать все свои силы в кулак и ухватиться за дверной косяк, предотвратив свое падение. Конечно же, вырвало его не из-за того, что он напился, или по подобным этой причинам. Все вышло лишь потому, что его тело до сих пор не поправилось, и желудок не смог вынести такого мощного раздражителя. В конце концов, выпил он лишь глоток, и неважно, насколько крепким оказалось то пойло. Неожиданно его схватили за руки. Кто-то поддержал его и легонько похлопал по спине, чтобы он скорее почувствовал облегчение. Больше ни о чем не заботясь, Нань Гэ'эр прислонился к Мо Шу, половиной своего веса навалившись на него, и полностью сосредоточился на очищении своего желудка от тех нескольких кусочков пищи, которые он успел проглотить. В итоге после того, как вывернувшего наизнанку желудок Нань Гэ'эра вырвало немалым количеством кислой воды, эта ужасная тошнота наконец-то отпустила его. Однако у него не осталось сил, даже чтобы стоять. Продолжая поддерживать молодого человека, Мо Шу проводил его в комнату и помог усесться на стул: - Я принесу тебе одежду, - хоть одежда Нань Гэ'эра совсем не испачкалась, изнутри она все равно пропиталась потом; юноша мог замерзнуть, и если бы он это допустил, его состояние могло бы ухудшиться. - Но... - своим охрипшим голосом слабо прошелестел Нань Гэ'эр, - моя одежда еще не просохла, - у него имелось только два набора одежды: один еще не высох, а второй, надетый на нем, пропитался потом... - Пока походишь в моей, - Мо Шу, протянув руку ко лбу Нань Гэ'эра, проверил его температуру и ушел за одеждой, как только убедился, что у него не было жара. Тело Нань Гэ'эра по-прежнему то и дело бросало в пот. Чувствуя холод и дискомфорт Нань Гэ'эр откинулся на спинку стула, пока его сознание постепенно начало угасать. Все перед его глазами непрестанно вращалось, испещренное черными и белыми вспышками. Разум его опустел, отяжелевшие веки медленно опустились... По прошествии какого-то времени он почувствовал озноб. Следом за этим его с шуршанием во что-то завернули, а еще какое-то время спустя его медленно охватило тепло. Он инстинктивно потянулся к нему. Вскоре это теплое нечто полностью покрыло его. Он тихонько причмокнул губами, очень стараясь сжать свое тело и стать меньше, свернувшись в этом тепле. "Я так устал и хочу спать". Одной рукой Мо Шу обнял прильнувшего к нему Нань Гэ'эра, а другой держал чашу с вином. Он опустил голову, посмотрев на паренька, который ворочался в его объятиях, пытаясь свернуться в клубочек. Он только что проверил: жизнь Нань Гэ'эра вообще не находилась в опасности, причиной его усталости, вероятнее всего, стало то, что его физическая выносливость слишком сильно отставала от его чрезмерного умственного напряжения. Все должно было прийти в норму после того, как он хорошенько отдохнет этой ночью. Одежда была ему слегка велика, поэтому на теле Нань Гэ'эра она выглядела несколько свободной. Боясь, что он простынет, Мо Шу обнял пребывавшего в полубессознательном состоянии юношу. Но он даже предположить не мог, что тот с таким очаровательным видом прильнет к нему. Медленно двигаясь, этот паренек показал на своем лице выражение желания, которое в обычное время там невозможно было увидеть; это было невероятно очаровательно. У него было слабое тело и бледный цвет лица. К тому же на нем хватало шрамов, и те, которые были на его теле, выглядели весьма пугающе. Если честно, он выглядел скорее жутковато уродливым, чем жалко милым. Но, как ни странно, всем он казался слабым и нуждающимся в защите. Конечно же... Мо Шу допил вино из своей чаши и опустил голову, посмотрев на Нань Гэ'эра, который чуть ли не совсем уткнулся лицом ему в грудь. Поставив чашу, он вытянул палец и легонько ткнул его. "А по-моему, он по-настоящему очаровательный и привлекательный. Компетентный, но неуклюжий, чувствительный, но толстокожий, разумный, но ребячливый, заботящийся о материальных благах, но обладающий некоторой творческой жилкой, за непроницаемым выражением его лица скрывается чистое, хрупкое сердце, жаждущее тепла. Противоречивый, но до невозможности милый". "Как у ребенка, которого занесло сюда течением реки, его сердце настолько переполнилось отчаянием, что совершенно оцепенело. Но, подобно подарку Небес, он привнес некую изюминку в мою жизнь. Поэтому я надеюсь, что когда-нибудь этот ребенок станет, подобно мне, питать пылкий интерес к этой жизни". Свернувшийся в его руках юноша, казалось, что-то пробормотал, и его голова чуть-чуть задвигалась, словно пытаясь убежать от пальца Мо Шу, но все его потуги явно оказались напрасны - он никак не мог избежать мелкого хулиганства Мо Шу. Ему оставалось только нахмуриться и потереться о грудь Мо Шу своим лицом. Уголки губ Мо Шу приподнялись в легкой улыбке. Вытянув палец, он окунул его в чашу, а затем приложил смоченный вином кончик пальца к пересохшим и потрескавшимся губам Нань Гэ'эра. - Выздоравливай поскорей, а потом... - он не стал продолжать, только погладил юношу по губам. Он продолжал обнимать его, пока ел и выпивал. Вот так они вместе в тишине и провели канун Нового года, встретив наступление абсолютно нового года.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16

Там было что-то теплое и мягкое с какой-то своеобразной выпуклостью. Слегка принюхавшись к этому, Нань Гэ'эр резко распахнул глаза. И что это за странное ощущение?! Едва открыв глаза, он встретился взглядом с Мо Шу. Мо Шу до сих пор пил вино. В этот момент его глаза сияли как звезды, но взгляд оставался стремительным и суровым, как острейший меч, только что извлеченный из ножен. Его губы блестели от вина, такие влажные, нежные и порозовевшие. Он словно стал совершенно другим человеком. Нань Гэ'эр с глупым видом уставился на лицо Мо Шу: - "Куда делся мой небожитель Мо Шу? И кто этот дьявол, очутившийся передо мной?" Тот легонько постучал пальцем по его лбу: - Если проснулся, иди и съешь немного каши; она возле плиты, просто принеси ее сюда. Нань Гэ'эр инстинктивно поднялся. Ненароком брошенный за окно взгляд позволил ему осознать, что на улице уже начало рассветать. Хотя к выставленным на столе блюдам так никто и не притронулся, кувшин, прежде полный вина, совсем опустел. "Помнится, когда я потерял сознание, до рассвета было еще далеко! Пил, пил и пил... Да он напивался всю ночь напролет! Ты шутишь?! Даже если твоя устойчивость к алкоголю возмутительно высока, разве тебе не нужно ходить в туалет?!" Чудное выражение лица Нань Гэ'эра заставило Мо Шу издать легкий смешок: - Что такое? "Уф..." - Нань Гэ'эр потряс головой: - Ничего, - он опустил голову, пытаясь скрыть, как покраснело его лицо. Как и ожидалось, этот парень обладал необыкновенно выдающейся внешностью. Обычно ее перекрывал его слишком потусторонний характер, отчего в конечном итоге на его идеальную внешность просто не обращали внимания. В противоположность этому в настоящий момент он казался на удивление очаровательным. Даже легкая улыбка, подаренная им, могла кого угодно заставить во все глаза вытаращиться на него. - Иди и позавтракай. В желудке у тебя сейчас пусто, поэтому ты должен хоть что-нибудь съесть, - Мо Шу, похоже, не хотелось продолжать этот разговор, он небрежно указал на глиняный горшочек, стоящий возле плиты. - Мм, - Нань Гэ'эр, сделав глубокий вдох, взял горшок с кашей. Почему, скажите на милость, Мо Шу все ночь его обнимал? И когда этот самый Мо Шу успел сварить кашу?.. Ему не хватало смелости об этом спросить. Неожиданно за дверью послышался звух взрывающихся хлопушек в сопровождении заливистого детского смеха: - Нань Гэ'эр, Мо Шу сяньшэн, прибыли гонцы Цай Шэня (1)! Нань Гэ'эр немного поколебался, готовый опустить на место горшок, который держал в руках. Он знал, что здесь существует такая традиция, но никогда сам не принимал в ней участия. В результате он разволновался. - Я схожу, - Мо Шу поставил чашу на стол, поднялся и открыл дверь. - Эм... - Нань Гэ'эр заколебался еще сильнее. Если говорить начистоту, у него не было уверенности в том, что Мо Шу пьян; однако, хотя двигался этот парень совершенно нормально и говорил внятно, шестое чувство просто подсказывало ему, что это не обычный Мо Шу. "Этот парень ведь не выкинет ничего нелепого, верно?" - встревоженный Нань Гэ'эр сразу же встал и потопал следом за ним: - Мо Шу сянь... - "Ой!" - Ах, - это он громко ахнул. - Нан... Нан... Нань... Нань... Нань... - а это он принялся заикаться, причем неизвестно, говорил ли он "юг-юг" или "нань-нань" (2). - Мо Шу сяньшэн! - раздался немыслимый вопль. За порогом кучно столпилась группа людей, которые с изумлением уставились на него и... Мо Шу. "В чем дело?" - Нань Гэ'эр в легком замешательстве посмотрел на них, а затем глянул на Мо Шу, который казался совершенно нормальным, за исключением того, что стал слегка соблазнительным, пока, наконец, не перевел взгляд на себя. В тот же миг он резко ахнул. "Я забыл, что сейчас на мне одежда Мо Шу... К тому же спросоня у меня неопрятный вид... Я кажусь таким измотанным... Кто знает, что они все подумали... Как же паршиво я ослабел, чтобы вляпаться в такое затруднительное положение... Если бы Мо Шу был женщиной, мне, по крайней мере, было бы намного спокойнее... Негодяй... Проблема в том, что хотя Мо Шу и выглядит элегантно, на самом деле он куда красивей меня... Ох, извиняюсь, я позабыл, что теперь меня можно считать лишь уродцем... Черт... Какого черта все так получилось?.. Как все так обернулось?.. И как мне теперь смотреть людям в глаза?.." В любом случае стоило ему осознать, что он по-прежнему в одежде Мо Шу, как его разум погрузился в ужасное смятение. Увидев, что на лице Нань Гэ'эра постепенно вырисовывается пустое, обескураженное выражение, Мо Шу едва заметно улыбнулся и произнес: - Я всего лишь выпил немного вина. Когда прозвучали эти слова, рот стоявшего впереди толпы ребенка, который изображал Цай Шэня и на котором была поддельная борода, красный халат и традиционный китайский головной убор, еще шире распахнулся. Он даже не понял, что свисавшая с его подбородка бороденка отвалилась и упала на землю. Остальные же, не удержавшись, ахнули еще громче. - После этого одежда Нань Гэ'эра перепачкалась, так что он переоделся в мою, - продолжал объяснять Мо Шу. - У... - Гу... - Как заботливо... - Ох... Всевозможные восклицания сопровождались звуком, с которым различные предметы падали на землю из рук присутствующих, из-за чего эта сцена наделала немало шума. Испуганный этими звуками Нань Гэ'эр наконец-то смог успокоиться. Сделав еще один глубокий вдох, он решил, что ему следует все объяснить: - Эм... - Простите! Мы были неправы! - обронивший бороду мелкий сопляк прервал Нань Гэ'эра, пытавшего выдать им объяснение. Согнувшись пополам, он отвесил им низкий поклон. - А? - сконфуженный Нань Гэ'эр уставился на стоящую перед ним группу людей. - Мы оставляем Мо Шу сяньшэна тебе, позаботься о нем, фужэнь (3)! - все принялись кланяться, громким хором произнося эти слова. Ноги Нань Гэ'эра задрожали, и он едва не упал. "Эй. Кого. Вы. Здесь. Зовете. "Фужэнь"?!" - В таком случае мы не будем вам больше мешать, Мо Шу сяньшэн! - эти люди вообще не собирались ничего объяснять, как и не собирались слушать никаких объяснений. Спустя мгновение после этого бездумно вызванного волнения, они одновременно развернулись и мигом испарились из виду этих двоих. Нань Гэ'эр скорчил гримаску. Пусть он вообще понятия не имел, что такого было в словах Мо Шу, но точно знал, что одно его появление в подобном виде не смогло бы наделать столько шума. Он повернулся к Мо Шу, взглядом спрашивая: "Какого черта ты им наговорил?" - Я всего лишь сказал правду, - невинно, элегантно и очаровательно улыбнулся Мо Шу. "Я не верю тебе!" - Нань Гэ'эр одарил его свирепым взглядом. Он прекрасно осознавал, что Мо Шу явно не являлся хорошим человеком. Под его элегантным внешним видом скрывалось злобное, лицемерное сердце! - Как бы там ни было, - безразлично рассмеялся Мо Шу, - давай продолжим завтракать. "Что за черт? Говоря, о продолжении завтрака он имел в виду, что собирается продолжить упиваться вином?!" - у Нань Гэ'эра распахнулись глаза. - Для начала принесу вина, - будто это само собой разумелось, сказал Мо Шу и потопал на задний двор. "...Этот парень - пьяница до мозга костей!" - Нань Гэ'эр инстинктивно остановил его, потянув Мо Шу за рукав. Мо Шу обернулся и, приподняв бровь, посмотрел на Нань Гэ'эра. - Дажэнь, пусть я не знаю, успели ли вы позавтракать, но, по моему скромному мнению, сейчас вам следует поесть каши, а затем отправиться отдыхать, - с непроницаемым выражением на лице произнес Нань Гэ'эр. "Этот парень и так всю ночь предавался своим возлияниям, неужели ему этого мало?!" В действительности он не являлся таким дерзким и импульсивным человеком. В этот момент, сам не зная почему, он подумал, что должен сдержать Мо Шу, который своим поведением вредил сам себе; возможно, он почувствовал, что стал немного ближе к Мо Шу. Однако, едва эти слова сорвались с его языка, как он снова нахмурился: ему все-таки казалось, что он вел себя чересчур надоедливо. Мо Шу же, напротив, чуть заметно заулыбался: - Конечно, - прямо ответил он, - я пойду спать, если ты тоже пойдешь. - А? - Нань Гэ'эр уставился на Мо Шу, без малейшего понятия, почему тот предъявил такое абсурдное требование. "Разве я и без того не спал с Мо Шу последние несколько дней?" - Мы должны спать вместе, - с улыбкой продолжил Мо Шу. - Нехорошо спать в одиночестве. - А почему бы и нет? - невольно с глупым видом спросил Нань Гэ'эр. - Потому что так я не смогу тебя обнимать, - отрезал Мо Шу. Даже если на худом теле Нань Гэ'эра почти не было мяса, к тому же он был юношей, но его размер как раз подходил для объятий, а еще у него была круглая голова, идеально подходящая для поглаживания. Ему казалось, что спать в обнимку с Нань Гэ'эром было лучше всего. Поэтому он выдал ему такой инстинктивный, эгоистичный ответ. - ... - Нань Гэ'эр почувствовал, что ему не стоило сгоряча выпаливать этот вопрос... "Кто я? Подушка? Мо Шу да е (4)! Ты что, ребенок, которому нет еще и пяти? Тебе до сих пор нужна мягкая игрушка для сна?" На лице Нань Гэ'эра появились черные полосы и проступили вены, когда сложные эмоции забурлили внутри него. "Мне действительно хочется отшлепать этого парня". Однако, поскольку этот возмутительный парень приходился ему непосредственным начальником, у него не оставалось иного выбора, кроме как сдерживать свое неистовое желание предаться насилию. Скрипнув зубами, он проговорил: - Тогда делайте, как хотите, - "Наверное, осел лягнул меня в голову, раз я решил побеспокоиться об этом парне". Развернувшись, он обошел его и отправился в столовую завтракать. Глядя на затылок Нань Гэ'эра, из которого едва дым не валил, Мо Шу какое-то время молчал. А затем вдруг слегка улыбнулся: - Дети всегда должны быть полны жизненных сил. [...Эм, Мо Шу сяньшэн, ты только что умудрился разозлить Нань Гэ'эра... Ты что, вообще не понимаешь значения фразы "полон жизненных сил"?!]

- Цай Шэнь - китайский бог богатства:

В версии с изображениями тут находится картинка.

2. Нань Гэ'эр заикался и это "Нань" могло иметь значение как "юг", так и "человек". 3. Фужэнь - термин, применявшийся для обращения к замужней женщине, наподобие "мадам". 4. Да е - обычно используется в качестве уважительного обращения к старшему, а также может использоваться для саркастического выражения недовольства в отношении кого-либо.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17

- Ты уже слышал? - Кхем, мм, это Нань Гэ'эр. Напившись, они вдвоем сделали это... - Хех, Мо Шу сяньшен продвигается очень шустро. - Тс-с, тс-с, теперь тебе следует обращаться к Нань Гэ'эру, называя его "фужэнь". - Ты прав. Эй, но почему у нашей фужэнь такое мрачное личико? Его здоровье все еще не в порядке... - ...Хе-хе, как думаешь, почему, находясь рядом с Мо Шу сяньшэном, он никак не может поправиться?.. - О-о, я понял. Хе-хе... Нань Гэ'эр прогуливался по улицам. Чем дольше он слушал гнусный смех, исходящий от этих двоих, тем мрачней и мрачней становилось его лицо... "Как же мне хочется вернуться сейчас в тот момент и от души до смерти отшлепать этого сладкоежку!" Когда на пятый день лунного месяца Нань Гэ'эр вышел на улицу, то обнаружил, что он и Мо Шу стали самой знатной темой для сплетен в округе; люди даже вообразили, что между ними существовали подобные отношения, что оставило его совершенно опустошенным. Он ни в коей мере не страдал гомофобией, но они и правда за разные команды играли. Давным-давно, когда он еще был способен влюбиться от чистого сердца, ему уже приходилось испытывать чувства к одной девушке с факультета китайского языка. А когда он только начинал интересоваться любовью, у него пару раз вспыхивал огонек в отношении нескольких девушек из его класса. Все они были женского пола! Когда он переселился в этот мир, у него тоже был кое-какой опыт близости, и опять же все они были женщинами! Таким образом, ему никогда даже в голову не приходила блажь предложить себя в роли невесты некому парню. И неважно, насколько безупречен Мо Шу. К тому же разве между Мо Шу и советником Чжу Си уже кое-что не происходило? Более того, он считал, что больше не способен испытывать страсть и привязанность к людям, как больше не нуждался в любви и душевном тепле. Однако сейчас, перед тем, как вернуться и отшлепать кое-кого, ему нужно было наведаться в район красных фонарей и взять там кошку. По мере увеличения запасов съестного в доме, крысы начали считать его превосходным местом для проживания. К тому же, так как здание правительства было огромным, крысы просто заполонили его. Нань Гэ'эр договорился на время взять у кое-кого кошку, чтобы распугать этих крыс. В действительности же Нань Гэ'эр считал, что самой крупной крысой в правительственном здании был не кто иной, как Мо Шу. А все потому, что уже к третьему дню месяца вся припасенная на месяц еда исчезла в его бездонном желудке. Хотя Мо Шу утверждал, что ничего не ел и все это, скорей всего, подчистили крысы, Нань Гэ'эр нутром чувствовал, что крыс несправедливо подставили... По причине самой натуры Мо Шу: даже если он совершенно серьезно произнес эти слова, они все равно прозвучали как-то подозрительно. Даже если почти все в округе знали об этих слухах, Нань Гэ'эр понимал, что говорили они все это не со зла. Ладно, возможно, это был их способ дать им свое благословение... "Эй! Неужели общество этого времени настолько лишено предубеждений? Неужто для вашего святого Мо Шу сяньшэна в порядке вещей быть с другим парнем? Кроме того, я уже сказал, что у меня нет никаких интимных отношений с этим вашим Мо Шу сяньшэном!" - Ох, Нань Гэ'эр~ - группа соблазнительных леди, которые все еще отдыхали по случаю празднования китайского Нового года, облепила перила верхнего этажа борделя, крича ему и обольстительно улыбаясь. Нань Гэ'эр задрал голову, улыбнувшись собравшимся наверху дамам. Хотя на улице было холодно, и на них было довольно много одежды, с этими меховыми шалями, намотанными на шеи, их декольте и белоснежные лица все равно можно было более-менее различить. Он стоял на улице. В отдалении можно было увидеть группы продажных женщин и даже юношей, которые проснулись пораньше и теперь без дела предавались отдыху наверху, посматривая вниз и размахивая своими разноцветными платочками. Да, он пришел в район красных фонарей. Здесь собрались разного рода бордели с самыми разнообразными вывесками и эротичными названиями; на улице стоял густой запах косметики. - Только взгляните на наряд Нань Гэ'эра, - женщина в подбитом мехом ярко-красном халате, которая с игривым видом лежала наверху, опустив голову, посмотрела на Нань Гэ'эра и заговорила с сестрами, что находились возле нее, - он так напоминает меховой шарик. Рядом с ней была женщина в коричневом плаще, украшенном вышивкой. Прикрыв рот платочком, она тихонько хихикнула: - И правда, издалека он просто напоминает шарик, катящийся по земле. Когда Нань Гэ'эр услышал разговор находящихся наверху барышень, он невольно скорчил недовольную рожицу. "Прошу прощения, что не могу носить меха так же игриво, как вы..." Все верно. Заметив, что Нань Гэ'эру полюбилась эта белая шуба, Мо Шу еще в первом лунном месяце, одни Небеса знают откуда умудрился достать ему еще одну шкурку. В настоящий момент на нем был полный набор меховой одежды, включавший штаны и муфту. С этим пушистым и мягким белым мехом, который развевался по ветру, он поразительно походил на меховой шарик. - Эй, Нань Гэ'эр, заходи сюда и выпей с нами чайку, - еще одна женщина с небрежно закатанными рукавами, которая, казалось, только встала с постели, томно поприветствовала Нань Гэ'эра. - Как-нибудь в другой раз. Я должен зайти к Чунь Цзяо, чтобы одолжить кошку, - сообщил леди Нань Гэ'эр. - Я уже с ней договорился. Что застало Нань Гэ'эра врасплох, так это то, что едва эти слова сорвались с его губ, как находящиеся на верхнем этаже дамы ошеломленно застыли, после чего послышались взрывы хихиканья. По их поведению Нань Гэ'эр догадался, что что-то было не так. Застыв на месте, он с глупым видом уставился на дам, которых поразило приступом смеха: - Что... что происходит? Выражение, появившееся на лице Нань Гэ'эра, заставило леди еще громче рассмеяться. Тем же, кто чересчур бурно отреагировал, пришлось даже платочками отирать слезы, выступившие у них на глазах. - Ох, Нань Гэ'эр, неужели не знаешь? - одна из более сострадательных дам наконец смогла подавить желание снова от души рассмеяться и решила ему объяснить. - А? - оторопел Нань Гэ'эр. - У Чунь Цзяо псевдоним "Кошка"; и ты собираешься привести ее к себе, чтобы она ловила там крыс? Или она должна будет на вас, ребята, крысят ловить? - бесстрашно выдав эти распутные и грубые слова, она устремила странный взгляд на нижнюю часть тела Нань Гэ'эра. Едва договорив, она снова залилась смехом. Все, кто находился наверху, дико расхохотались, хлопая ладонями по перилам. Целая связка черных полос упала с небес, безжалостно обрушившись на голову Нань Гэ'эра: в этот момент ему очень хотелось скрыться с глаз этих дам. "Неудивительно, что, когда я расспрашивал всех, есть ли у них послушные кошки, у них на лицах всегда появлялись скверные выражения; неудивительно, что, когда я обсуждал это с Чунь Цзяо, она так сильно смеялась... Вообще ни на кого нельзя положиться!" - в глубине души Нань Гэ'эр был взбешен. Наконец, отсмеявшись, все посмотрели на Нань Гэ'эра, который в оцепенении стоял посреди улицы. Одна из дам снова решила нам ним подшутить: - Кто бы мог подумать, что у Нань Гэ'эра и Мо Шу сяньшэна окажутся подобные предпочтения? - Как насчет того, чтобы я тоже пришла? - другая дама, стоявшая в стороне, рассмеялась, жестом подзывая к себе Нань Гэ'эра. - Вам даже не нужно платить, я сама готова заплатить два иня (1) за ночь. - Эй, вот ведь проныра, я тоже хочу пойти. Нань Гэ'эр, я заплачу три ляна за ночь. - Три ляна и пять цянь. - Плачу четыре ляна! - Заплачу пять лян, включая оплату питания. - Плутовки, Нань Гэ'эр же явно уже договорился со мной! За что это вы тут битву устроили?! Юная госпожа Чунь Цзяо, которая занималась "работой", в ярости бросилась к ним с другого конца улицы и затопала вверх по лестнице. Отчитывая этих дам, она не забыла и о соблазнении Нань Гэ'эра, одарив его кокетливым взглядом... - Вы же сами сказали, что это был только уговор, а значит, Нань Гэ'эр свободен выбрать любую, которая ему приглянется. Дрожащий от неловкости Нань Гэ'эр продолжал стоять посреди улицы, пока эта группа леди без малейшего смущения насмехалась над ним. И почему царившая здесь атмосфера так напоминала ему аукцион? - Как тебе это? - проходящие мимо зеваки похлопали по покрытым шубой плечам Нань Гэ'эра. - Хех, а ты весьма популярен. Вперед, просто выбери себе одну. - Гляди, даже лучшая дама борделя Нун Сян Гэ готова стать твоей домашней кошкой. Неплохо ведь, а? - лишь одним Небесам известно, когда Нань Гэ'эр оказался в окружении толпы бездельников. Заметив, что там творится кое-что интересное, они тут же слетелись к нему и принялись нарезать вокруг круги, ведя оживленную беседу и наблюдая за происходящим. - Девушки из борделя Чжу Янь Гуань явно куда прелестней; они тоже стали бы замечательным выбором. - На самом деле гораздо лучше подошли бы юноши из мужских борделей. Гляньте, похоже продажные мальчики из борделя Ян Цю Лоу тоже сильно заинтересовались. - Ох-ох. Они тоже стали бы неплохим выбором. - Вон тот тоже великолепен. Забросанный этими противоречивыми мнениями Нань Гэ'эр оказался не в состоянии сдвинуться с места, над его головой нависли черные тучи. Началось всеобщее столпотворение: находящиеся наверху дамы продолжали над ним подшучивать, а юноши из мужских борделей принялись бросаться платками и прочими мелочами, попадавшими под руку... У него не осталось возможности, ни сбежать, ни где-нибудь спрятаться. "Может, я совершил ошибку, не сверившись с календарем перед тем, как выйти сегодня из дома. Может у меня по гороскопу неудачный день, когда не стоит показывать и носа на улицу?" Нань Гэ'эр впервые чувствовал себя настолько растерянным и отчаявшимся. Возможно, из-за волнения оказавшийся под таким давлением Нань Гэ'эр какое-то время заикался и запинался: - Я-я-я... - а затем с покрасневшим лицом отчаянно прокричал: - Я продаю свои навыки, а не тело! Все резко замолчали. В мгновение ока вся улица погрузилась в оглушительную тишину. И только сказанное Нань Гэ'эром слово "тело" по-прежнему продолжало разносить эхо. Возможно, это эхо существовало только в его воображении, но Нань Гэ'эр едва не заплакал кровавыми слезами от этой муки. Он утратил всякую надежду на спасение. Спустя половину секунды всю улицу наполнили взрывы смеха. Нань Гэ'эр чуть не ударился в слезы, стоя посреди толпы негодяев. Ему хотелось лишь одного: обхватить руками голову и, свернувшись в позу зародыша, остаться в ней навсегда. Никогда в своей жизни ему еще не приходилось испытывать такого смущения. "Замечательно, свидетелями этой сцены стало множество самых отпетых сплетников округа... Что ж, теперь я окончательно прославился! Что за идиотское место такое? Почему все, кто работает в квартале красных фонарей, такие высокомерные? Почему все просто без дела бродят по улице вместо того, чтобы зарабатывать себе на жизнь? Почему все здесь такие безумные сплетники? Почему все так?! Ненавижу тебя, Мо Шу! А-а-а!"

1. Инь (серебро), лян (таэль), цянь (монета) - все это древние денежные единицы.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18

Такие вещи, как репутация, попросту преходящи... На пятый день лунного месяца Нань Гэ'эр полностью лишился своего доброго имени. В месте, вроде Гуантяня, где над всеми господствовали сплетни, весть о неловком случае с участием Нань Гэ'эра, подобно лесному пожару, в мгновение ока разлетелась по всему округу. Потихоньку вернувшись обратно в здание правительства, в выражении лица Мо Шу он заметил намек на улыбку. "Вот негодяй! Ему определенно уже все известно!" - в нем взыграла обида. Наполненный волнениями первый месяц по лунному календарю подошел к своему завершению. На пятнадцатый день следующего месяца во время фестиваля фонарей в округе устроили шоу разноцветных фонариков. Для поддержания общественного порядка всем госслужащим пришлось заняться патрулированием. И, конечно же, беззаветно преданный своему делу магистрат дажэнь, он же Мо Шу, добровольно взвалил на свои плечи все тяжести первой ночной смены, а заодно заставил своего главного поставщика сладостей, Нань Гэ'эра, отправиться вместе с ним патрулировать. На самом деле Нань Гэ'эру не особо хотелось идти, ведь если он появится вместе с Мо Шу, когда о них ходило столько сплетен, он боялся, что эти слухи в глазах всех окружающих обернутся реальностью. Однако у Мо Шу, само собой, имелись свои методы убеждения. После произнесенных с очаровательной улыбкой угроз у Нань Гэ'эра не оставалось иного выбора, кроме как отправиться вместе с ним. Они прошли один круг по месту празднования фестиваля фонарей и, так как все оказалось в порядке, вполне могли сразу же вернуться в правительство. Однако Мо Шу, похоже, вовсе не собирался возвращаться домой. - Дажэнь, куда это мы? - слегка озадаченным тоном спросил у Мо Шу Нань Гэ'эр. Они явно шли не в том направлении, где располагалось правительственное здание. - Идем за фонариком, - ответил Мо Шу. "Прошу не отвечай так, будто это само собой разумеется и я должен сам все понимать, хорошо?! Я что-то не припоминаю, чтобы ты говорил, что мы вместе отправимся за фонариком!" - Дажэнь, время уже позднее, - скривив губы, проговорил Нань Гэ'эр. - Не переживай, со мной тебе нечего опасаться, - отозвался Мо Шу. "Эй! Суть не в этом, ясно тебе? Ты что, не слышишь в моем голосе неохоту? Как бы то ни было, ты сам-то не чувствуешь неловкости, выпаливая такие смущающие фразы?" - Какой тебе нравится? - Мо Шу направился прямиком к прилавку, после чего задал этот вопрос Нань Гэ'эру, не обращая ни малейшего внимания на мрачное выражение, повисшее у того на лице. - О, так это у нас Мо Шу сяньшэн... и Нань Гэ'эр, хех, - улыбка владельца прилавка растянулась от уха до уха, когда он поприветствовал их. "...И что за маленькая пауза такая была?!" - Нань Гэ'эр почувствовал только, как впадает в беспросветное уныние. - Взгляни, вдруг тебе какой-нибудь из них приглянется, - Мо Шу снова заговорил с Нань Гэ'эром, внимательно разглядывая выставленные на прилавке фонарики. Нань Гэ'эр бросил взгляд на фонарики, которые выглядели очень мило, несмотря на то, как затейливо их изготовили. Уголки его губ дрогнули: - Эм, я, конечно, оценил вашу доброту, дажэнь, но, боюсь, что вынужден отказаться... - "Ты заявляешь, будто хочешь, чтобы я выбрал, но в итоге платить все равно придется мне, верно? Меня не интересуют такие непрактичные штуки". - О, так тебе здесь ничего не понравилось? - обернувшись, Мо Шу взглянул на Нань Гэ'эра, само собой, неверно истолковав его слова. "Ты!" - Нань Гэ'эр скорчил рожицу. - Тогда посмотрим здесь, - Нань Гэ'эр лишь на миг отвел взгляд, а Мо Шу уже ускользнул, направившись к следующему прилавку. "...Ну в самом деле, сколько тебе лет, а Мо Шу сяньшэн?!" - до крайности мрачный Нань Гэ'эр вяло поплелся следом за ним. Вот так они и переходили от одного прилавка к другому, рассматривая выставленные на продажу фонарики. К тому времени, как Нань Гэ'эр пришел в себя, они уже прошли большую часть улиц, приблизившись к берегу реки. Хотя их и называли "улицами", на самом деле это была просто насыпь, протянувшаяся вдоль берега реки. На эту длинную и узкую насыпь вышло огромное количество городских жителей: там были те, кто продавал фонарики, и те, кто их покупал, и даже те, кто пришел только поразвлечься. На противоположном берегу реки протянулись точно такие же лавочки с фонариками. Среди ночи они, казалось, занимали все уголки, сияя своими разноцветными огнями. Дети, молодые люди и старики - все пересекали эти наполненные оживлением улочки. Кто-то смеялся и играл в игры, другие, вытянув шеи, во все глаза смотрели по сторонам, любуясь разнообразными фонариками, третьи - несли свои фонарики самых причудливых форм и размеров. Оттуда, где стоял Нань Гэ'эр, виднелся противоположный берег реки, наполненный шумными людскими течениями и чудесно раскрашенный всевозможными огоньками. Мерцающие волны реки были не особо прозрачными, но окружающие ее яркие краски словно поружались вглубь ее вод. Лучи, отраженные с поверхности руки, походили на тонкие нити. Потоки людей, снующих по насыпи, казалось, переплетались между собой, что создавало необычайно контрастное зрелище. Вся эта сцена напоминала неестественно прекрасную изображенную на свитке картину. Нань Гэ'эр невольно застыл на месте. Он, выпрямившись, стоял на насыпи, обозревая пейзаж другого берега реки. Последовавший его примеру Мо Шу также остановился, встав рядом с ним. - ...Это просто... прекрасно, - тихонько заметил Нань Гэ'эр, стоя посреди какофонии звуков и шума толпы. Он не хотел, чтобы его услышали, и сказал это только для себя самого. Вот так он в этом наполненном счастьем окружении себе под нос пробормотал тихое замечание. Он никогда даже представить себе не мог, что когда-нибудь в этой жизни сможет увидеть настолько чудесное зрелище, это был такой... потрясающий буйством красок и бурным весельем, но все же сказочный вид. Однако слух Мо Шу смог уловить слова Нань Гэ'эра. Он слегка улыбнулся, глядя на противоположную сторону реки вместе с ним. В прохладном воздухе каждый выдох обращался в маленькое белое облачко. Все, преисполнившись радости, болтали с теми, кто находился поблизости, жалуясь на холодную погоду. Мелкие негодники гонялись друг за дружкой по улицам, временами на них принимались покрикивать люди, с которыми они сталкивались. Не обращая ни малейшего внимания на эти окрики, мылышня, хихикая, убегала прочь. Хотя они и сами были прекрасно одеты, юные леди делали вид, что им все равно, и сами расхваливали наряды других. С другой стороны небольшая компания юношей с недобрыми намерениями схватили каждый по фонарику, а затем принялись специально натыкаться на девушек, заставляя их выходить из себя, бегать за ними и их колотить. Старики же осмотрительно прогуливались по менее людным местам, весело посматривая на фонарики, реку и занятых своими делами людей. А некоторые, подобно Мо Шу с Нань Гэ'эром, заложив руки за спину, стояли на противоположном берегу реки и улыбались, наблюдая за видом со стороны Нань Гэ'эра. "Этот суетливый, живой мир. Я и сейчас стою здесь", - такая мысль пришла на ум Нань Гэ'эру. Нечто твердое и холодное, будто камень, словно бы начало медленно таять в сердце у Нань Гэ'эра. "Возможно, я более-менее могу понять, почему очутился здесь, вместо того, чтобы умереть в полнейшем унынии". - О, а это не Нань Гэ'эр? - размышления Нань Гэ'эра прервал знакомый голос, вернувший его к реальности. К ним приближался советник Чжу Си в окружении толпы посыльных ямэнь, и он даже держал фонарик в руке. Фонарик был цитрусово-алого цвета и очертаниями напоминал сидящую кошку. Каждый волосок ее шкурки был тщательно прорисован. Этот фонарик в форме кошки выглядел до крайности очаровательно. Вот только этот милый фонарик нес доблестного вида Чжу Си... От этого вся сцена выглядела невыносимо дизгармоничной. На самом деле в глубине души Нань Гэ'эру казалось, что Мо Шу и Чжу Си совершенно поменялись ролями. Чжу Си обладал праведной и статной внешностью, из-за чего куда больше походил на магистрата, тогда как Мо Шу был одарен элегантной красотой и грацией, делавшими его похожим на просвещенного и образованного советника. Однако самое трагичное во всем этом заключалось в том, что советник Чжу Си прекрасно справлялся со своей бесперспективной и утомительной работой советника, в то время как выглядящий аккуратным и элегантным Мо Шу был... всего лишь круглым дураком! "Как может внешность так сильно отличаться от истинной сути человека?!" - скорбно обругал их в глубине души Нань Гэ'эр. - Ребята, чем вы тут занимаетесь? - после того, как окружавшие люди разбрелись в разные стороны парулировать, соверник Чжу Си сам приблизился к ним и, встав на берегу реки, задал этот вопрос. - Прогуливаемся, - с потусторонним видом полного превосходства откровенно признался Мо Шу. Совершенно очевидно: Чжу Си знал, что собой представляет Мо Шу. Он наполненным подозрением, беглым взглядом скользнул по Мо Шу, прежде чем вместо него заговорить с Нань Гэ'эром: - Сяо Нань, ты наслаждаешься видом фонариков? - Мм... - уголки губ Нань Гэ'эра дрогнули. - Дажэнь продолжает настаивать на том, чтобы я купил себе фонарик, - "И даже желает, чтобы я за него заплатил". Стало ясно, что Чжу Си был одним их тех немногих жителей Гуантянь, которые знали истинное лицо Мо Шу: он мигом понял смысл, скрывавшийся в словах Нань Гэ'эра. Уголки его губ тоже невольно дрогнули. - Что ж, кхе-кхе... - сухо кашлянув, он замолк. - А это что у тебя? - Мо Шу вообще не переживал и, казалось, даже не осознавал, что Нань Гэ'эр и Чжу Си смотрят на него свысока. Он стремительно перебросил свое внимание на Чжу Си. - А... - Чжу Си, похоже, и сам позабыл о фонарике, вспомнив о нем лишь с подачи Мо Шу. Опустив голову, он посмотрел на фонарик в форме милой кошки, и уголки его губ снова задергались. - Это тебе, Сяо Нань. - Мне? - глаза Нань Гэ'эра широко распахнулись. Он просто не мог представить себе, кто еще, кроме Мо Шу, мог оказаться настолько безрассудным, чтобы преподнести ему в подарок фонарик. - Но что-то мне подсказывает, что когда я расскажу тебе о причине подарка, ты не захочешь его принимать. - А? - озадаченный Нань Гэ'эр посмотрел на Чжу Си. - Кхе-кхе... - прочистил горло Чжу Си и пробормотал: - Ну, Чунь Цзяо... специально... После этого он взглянул в лицо Нань Гэ'эру. Помрачневшее, оно выглядело довольно жутко в красном свете фонарика в форме кошки. Уголок губ Нань Гэ'эра какое-то время дергался, затем его губы задрожали, когда он выдал: - Я думаю, вам стоит просто помочь мне вернуть его, - в его памяти снова всплыло то мучительное воспоминание... Чжу Си сухо рассмеялся. "Конечно же, женщины - ужасные существа. А женщины округа Гуантянь еще ужасней!" - Это прелестно, - до сих пор молча стоявший в сторонке Мо Шу неожиданно протянул руку и выхватил из рук Чжу Си кошку-фонарик. Он даже поднял его повыше, осветив лицо Нань Гэ'эра. - Разве он не похож на тебя? Лишившийся дара речи Нань Гэ'эр уставился на него - его так и подмывало протянуть руку и сбросить с насыпи этого идиота. Он чувствовал, что даже если сможет вытерпеть это сейчас, рано или поздно эти импульсы воплотятся в реальность. "Похожа твоя задница! Чем, по-твоему, я на кошку похож? Бестолочь, Чунь Цзяо просто решила подшутить надо мной!" В итоге чувствующему себя побежденным Нань Гэ'эру оставалось только смотреть, как Мо Шу несет этот дурацкий кошку-фонарик, держа путь к зданию правительства. Самое же печальное заключалось в том, что, как только люди замечали этот фонарик в форме кошки в руках Мо Шу, они тут же одаривали двусмысленными взглядами их обоих. "...Я ведь уже сказал, что эта вещь мне не нужна!" - Нань Гэ'эру снова захотелось отвесить кому-нибудь хорошего тумака. Когда они уже были на подходе к правительственному зданию, Мо Шу вдруг резко застыл на месте. Нань Гэ'эр, который от всей души про себя чехвостил его, на мгновение растерялся, едва не столкнувшись с Мо Шу. Слегка сбитый с толку он задрал голову, не понимая, что происходит. "Чего это ты внезапно встал как вкопанный?" - в этот момент Нань Гэ'эр сильно занервничал. - "Только не говорите мне, что этот парень снова вынашивает какую-то злобную идею?!" - Фонарики в небе, - вглядываясь в ночное небо, тихо проговорил Мо Шу. Нань Гэ'эр инстинктивно проследил за его взглядом. В небе над речной насыпью тускло желтели огоньки взлетающих в небо фонариков. Покачиваясь, они постепенно взмывали ввысь, своим нежным сиянием украшая темное небо. - Загадай желание, - внезапно серьезно сказал Мо Шу. - Говорят, что желания, загаданные под небесными фонариками, обязательно сбудутся. "...Ты даже предкам помолиться не потрудился, но загадываешь желание на небесные фонарики?!" - Нань Гэ'эр снова скорчил гримаску. Он просто не мог понять, по какому принципу работает мозг Мо Шу. Обернувшись, он увидел, что Мо Шу, стоя под навесом возле дороги с фонариком в руке, в самом деле закрыл глаза. Вид у него был очень праведный и торжественный; он даже ладони вместе сложил. "Он действительно загадывает желание!" - Нань Гэ'эр дара речи лишился. После того как Мо Шу тожественно и серьезно загадал свое желание, они вдвоем продолжили путь. Нань Гэ'эр почувствовал легкое любопытство: - Даже у вас есть желания? - точнее, он считал, что желания обычных людей, да и вообще желания, не очень-то соответствовали образу Мо Шу... - Конечно же, есть, - улыбнулся Мо Шу. В этот момент лицо Мо Шу, идущего вдоль обочины дороги под бледно-желтыми фонарями, выглядело несколько затуманенным и крайне серьезным. - О, - Нань Гэ'эр не стал больше его расспрашивать; ему казалось, что он не имеет права проявлять любопытство. - Я загадал, чтобы завтра мы с тобой вместе поужинали, а еще, чтобы ты приготовил для меня медовые бобы, - это были приготовленные на меду сладкие бобы, которые больше всего любил Мо Шу. - ... - и снова личико Нань Гэ'эра скривилось. "Это желание... Не слишком ли ты губу раскатал?!" Заметив, что Нань Гэ'эр не знает, что и сказать, Мо Шу неожиданно рассмеялся: - Мм, это кажется довольно глупым, не так ли? "Господин, неужто ты и сам это понимаешь?!" - не удержавшись, Нань Гэ'эр закатил глаза. - Но ведь наше будущее создает каждый завтрашний день, - рассмеялся Мо Шу, протягивая руку, чтобы погладить Нань Гэ'эра по голове. Нань Гэ'эр оторопел на мгновение: - "И что Мо Шу пытался этим сказать?" - Завтра мы поедим вместе, - усмехнулся Мо Шу. - И послезавтра все будет так же. - Какое коварное желание! - тихонько пробормотал слегка смутившийся Нань Гэ'эр. "Говоря об этом так называемом "будущем", он имел в виду каждое завтра!" - А когда ты высказываешь конкретное желание, это еще сильнее мотивирует на его достижение, - Мо Шу улыбнулся, поглаживая Нань Гэ'эра по волосам. - И все равно это коварство. Честно говоря, Нань Гэ'эр и сам не знал, как описать чувства, которые он испытывал в данный момент. Ему просто хотелось небрежно продолжить эту беседу, лишь бы почувствовать себя хоть немного более непринужденно. - Так ты мне завтра их приготовишь? - Мо Шу, как всегда, произнес это нежным тоном, но от заданного им вопроса Нань Гэ'эру захотелось его уничтожить. Нань Гэ'эр оказался не в силах сделать ни единого вдоха, едва до смерти не задохнувшись от слов Мо Шу. Спустя какое-то время он наконец задрал голову и, глядя на Мо Шу, произнес: - На самом деле вы загадали это так называемое "желание" лишь для того, чтобы мне пришлось исполнить его, я прав? - "Даже если бы я не заговорил об этом самостоятельно, этот парень наверняка как-нибудь да заставил бы меня это понять". - Хорошее желание всегда воплощается в жизнь, - не прекращая гладить по голове Нань Гэ'эра, усмехнулся Мо Шу. - Вместо того, чтобы просить о чем-то богов, которые могут вообще не существовать, куда надежнее будет попросить моего Нань Гэ'эра, - он явно не понимал, насколько раздражают его слова. "...Я так и знал!" - в глубине его души бушевали яростные импульсы, призывавшие поколотить одного господина.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 19

По окончании суматошного фестиваля фонарей наступил Новый год. Все в округе засуетились, занимаясь своими делами. Самым оживленным временем года в Гуантянь можно было смело назвать весну. Весь зимний сезон Мо Шу послушно просиживал штаны, оставаясь в здании правительства. По его виду казалось, будто он больше просто не может спокойно сидеть на одном месте и каждый день думает лишь о том, как бы сбежать на прогулку. Конечно, благодаря сдерживанию его порывов мудрым и великолепным советником Чжу Си, его шансы добиться успеха на этом поприще были очень низки. Чжу Си заявил, что Мо Шу должен оставаться в правительстве по крайней мере два сезона в году. В этом случае он не станет заставлять его оставаться там в другое время. Нань Гэ'эр тоже проводил свои дни, погрузившись в лихорадочные заботы. В последнее время он занимался тем, что каждое утро высаживал рассаду на своем "огороде" и даже опытным путем обучился поливу и уходу за растениями. По завершении этого дела он проверял живность, которую разводил на заднем дворе. К тому времени, как он, наконец, завершал обход своих владений и возвращался, был уже почти полдень. Он обедал, после чего начинал рассказывать сказки у дверей правительственного здания. Затем под нежелавшими его отпускать взглядами он снова возвращался, чтобы небрежно чего-нибудь перекусить, набивая свой желудок вместе с Мо Шу. После этого наступал вечер. Мо Шу исспользовал вечернее время, чтобы прибраться в доме, шарясь по нему на пару с метлой, и даже при необходимости занимался стиркой белья. Нань Гэ'эр, как мог, содействовал и с этим ему помогал. После этого они на какое-то время зажигали свечу, мыли руки и ноги, затем задували свечу и ложились в постель, стараясь экономить масло. По сравнению с прочими богачами у этой пары бедных детей не оставалось иного выбора, кроме как ложиться пораньше. Конечно же, по сравнению с горемыкой-Нань Гэ'эром, Мо Шу сяньшэн был куда более бодрым. - Какую историю ты сегодня рассказывал? - Мо Шу лежал на боку, задавая Нань Гэ'эру этот вопрос. Тогда как сонный и уставший до самого мозга костей после целого дня беготни Нань Гэ'эр в этот момент испытывал нестерпимую боль, услышав этот вопрос. Он был всего лишь слабым, абсолютно нормальным человеческим существом; он совершенно не мог сравниться с Мо Шу, обладавшим чудовищной жизненной силой. После целого дня трудов он чувствовал, что мысли уже путаются у него в голове. Где ему было взять силы, чтобы повторить рассказанное сегодня? Поэтому он только небрежно проговорил: - Не помню, - к настоящему времени его размягчившийся мозг вообще утратил способность обрабатывать какую бы то ни было информацию... - Я слышал, что она была о демоне с рыбьим хвостом, - Мо Шу был вне себя от желания поговорить. Вытянув ногу, он легонько подтолкнул Нань Гэ'эра. - Что там с ним было? - Ах, да, - Нань Гэ'эр заставил себя проснуться и дал ему небрежный, неясный ответ. - Он влюбился в наследного принца, - добавил Мо Шу. - Ах, да. - В итоге тот демон умер, - продолжил Мо Шу, упорно тыча ногой Нань Гэ'эру в подмышку. - ... - совсем не находя слов, Нань Гэ'эр испустил тяжкий вздох. - Если вам прекрасно известно все содержание, что еще вы хотите услышать? - "Почему бы ТЕБЕ не рассказать мне эту историю, Мо Шу сяньшэн?!" - Я не смог дослушать историю до конца, вот почему я хочу, чтобы Нань Гэ'эр снова мне ее расказал, понимаешь~? - рассмеялся Мо Шу. "...А ты не мог бы не добавлять это в конце своей фразы? "Понимаешь~"... Ты с кем это здесь флиртуешь, старик?" От тычков Мо Шу Нань Гэ'эр окончательно проснулся. Ну, хорошо, отчасти причиной этого стало... смущение, в которое его привели слова Мо Шу. Насколько же возмутительным должен быть человек, чтобы достичь уровня этого парня? - До какого именно места вы слушали? - Нань Гэ'эр знал, что если не удовлетворит все желания Мо Шу, то, скорее всего, не сможет этой ночью даже поспать. У Нань Гэ'эра не оставалось иного выбора: таков был обычай; вечером перед сном ему приходилось заново пересказывать свои истории малышу Мо Шу... - Демон отправился на поски колдуна, чтобы попросить у него человеческие ноги, - ответил Мо Шу, после чего даже раскритиковал: - Этот демон, должно быть, недостаточно занимался своим самосовершенствованием, чтобы ему для этого потребовалась чья-то помощь. Нань Гэ'эр скривил губы: в устах этого парня бедная Русалочка превратилась в обыкновенного демона! - После этого принцесса из племени демонов стала человеком и покинула свое племя, чтобы отыскать в столичном городе наследного принца, - в действительности сегодня днем Нань Гэ'эр рассказывал эту историю, проявляя куда больше уважения к ее изначальной версии, но после того, как все закрутил Мо Шу, она превратилась в пиратскую версию Новой легенды о госпоже Белой Змее... - К слову, у этого демона довольно заковыристый образ мыслей, - вместо того, чтобы просто молча слушать его, Мо Шу нравилось время от времени вставлять комментарии, высказывая собственные мысли по этому поводу. - Раз уж она знала, что наследный принц принадлежит к другому виду, нежели она, после спасения ей следовало запереть его в клетке. Ведь если наследный принц вернется в свой город, он сможет наслаждаться обществом бессчетных красавиц, а в итоге, заручившись поддержкой своих вассалов, захватит весь мир. А после этот наследный принц, зная о ее существовании, может даже отправить свои войска, чтобы они захватывали ее земли и убивали эти демонические отродья ради улучшения собственной репутации, - он совершенно спокойно изрекал эти вероломные суждения, непрестанно унижая малышку-русалочку. - Вместо спасения наследного принца ей следовало его утопить, почему она вообще его отпустила? У Нань Гэ'эра просто открылся рот. После такого у него опять пропало всякое желание рассказывать Мо Шу окончание этой истории. Верно, Мо Шу сяньшэн всегда высказывал такие жутко мрачные замечания, четко анализирующие отличные от рационального поведения части каждой истории. Однако стоило только Нань Гэ'эру замолчать, как Мо Шу снова пожаловался: - Почему ты не продолжаешь? "Черт, да как я могу продолжать, когда ты таким образом комментируешь эту историю?" - Дажэнь, это ведь просто сказка, - больше всего ему хотелось после этого закрыть свой рот и сделать вид, что он уже спит. Однако, так как все предыдущие его попытки притвориться спящим неизменно проваливались, у него не оставалось иного выбора, кроме как в раздражении разжевать все Мо Шу: - Вы никак не можете скрупулезно разбирать по косточкам каждую сказку. Это не реальный случай, вам не стоит воспринимать их всерьез. - Так неинтересно, - пробормотал Мо Шу. - Мы просто обязаны хотя бы чуть-чуть поболтать. - Вам следует спать, а не болтать по ночам, - поморщившись, сказал Нань Гэ'эр. - Тогда давай спать рядом друг с другом, - предложил Мо Шу. "Мы с тобой что, лучшие друзья? Спать рядом... Неужто ты собираешься поделиться со мной какими-то секретами, старик?.." - у Нань Гэ'эра не осталось даже сил, чтобы ответить на предложение Мо Шу. Однако Мо Шу никогда не отличался особой чувствительностью; увидев, что Нань Гэ'эр не шевелится, он принял это за выражение согласия и мигом вскочил. - Ложитесь на свое место и не двигайтесь, - едва услышав в темноте шорох, Нань Гэ'эр поспешно остановил Мо Шу. - Я сегодня испек сладких оладий. Хотя, если вы не хотите съесть их завтра... - Мо Шу мгновенно улегся на место. "Что за жалкий парень, всецело контролируемый своими инстинктами". - Завтра страна Цзюнь Яо собирается отправить в поход войска, возможно, некоторые люди из округа захотят к ним присоединиться, - довольно долгое время спустя, когда Нань Гэ'эр уже практически заснул, отправившись в мир сновидений, Мо Шу внезапно его об этом проинформировал. Хотя его мысли совсем спутались от сонливости, Нань Гэ'эр все-таки инстинктивно осознал смысл слов Мо Шу: он сказал, что страна Цзюнь Яо собирается куда-то отправить войска. "...Странно. Разве Гуаньтянь расположен на территории страны Цзюнь Яо?" - в глубине души озадаченно задумался он. Однако ему слишком хотелось спать, поэтому его нервы также утратили способность на что-либо реагировать. Он только счел это странным, но не занервничал и не испытал удивления. - Некоторые из них... возможно, больше никогда не смогут вернуться, - хладнокровно продолжил Мо Шу. - Ты не хочешь пойти посмотреть? "...Что за странная манера вести разговор. Почему они не смогут вернуться? Неужели их ожидает какая-то опасность за пределами округа? Эм, состоять в войске и правда опасно, но сейчас везде мир, не похоже, чтобы где-нибудь шли крупномасштабные военные действия, верно?" - про себя пробормотал Нань Гэ'эр. - ...Вообще не забавно, - пробормотал Мо Шу. - Хм-пф... Великая добродетель? Все это лишь куча собачьего дерьма. "Вах. Похоже, Мо Шу выпалил что-то чудовищное". - Так Нань Гэ'эр завтра... придет? - снова спросил Мо Шу. У Нань Гэ'эра появилось такое чувство, словно, если он скажет, что не придет, Мо Шу, скорее всего, разочаруется в нем. А ему не хотелось, чтобы такое случилось. Пусть этот парень был бестолковым и всякий раз выводил его из себя, он все еще не утратил способности отличать хорошее от плохого. Люди округа относились к нему с добротой и радушием. Забота о нем Мо Шу была еще более бесспорной. К тому же он уже успел узнать, насколько упрям был Мо Шу сяньшэн. Если его ответ не удовлетворит этого парня, тот продолжит его донимать. Это будет просто печально. Итак вместо ответа он выдал сбивающее с толку "Мм". - Какой милый ребенок, - Нань Гэ'эру показалось, что он уловил в голосе Мо Шу смех. Однако нежно заманенный своей усталостью Нань Гэ'эр без промедления бросил Мо Шу, отправившись позабавиться со старшим Чжоу Цзя (1) - паренек, лежащий на другой стороне кровати, начал дышать размеренно, уже окончательно погрузившись в глубокий сон. Убедившись, что Нань Гэ'эр в самом деле заснул, Мо Шу поднялся и заботливо подоткнул со своей стороны одеяло, чтобы под него не задувал сквозняк, а затем подобрался к Нань Гэ'эру. Приподняв одеяло, он залез внутрь, в паре дюймов от него опустив свою голову. Легкая прохлада, исходящая от тела Мо Шу, вызвала недовольство у Нань Гэ'эра. Он причмокивал во сне, пытаясь от него отстраниться. Вот только отстраниться от Мо Шу было не так-то просто. Он протянул руки, заключив Нань Гэ'эра в свои объятия. Даже пребывая во сне, Нань Гэ'эр, похоже, понимал, что Мо Шу никогда не отпустит его. Какое-то время поотталкивав его, он все-таки запихнул свое тело в объятия Мо Шу, вероятно, решив, что сбегать от него будет чересчур хлопотно. С помощью внутренней силы объятия Мо Шу вскоре стали теплее. Уголки губ Мо Шу приподнялись в улыбке, и он протянул руку, чтобы погладить по спине Нань Гэ'эра. В действительности он не собирался с ним обниматься, но отношение этого ребенка порадовало его, поскольку было безнадежно милым. Такой смышленый, но все равно очаровательный.

1. Старший Чжоу Цзя - так Нань Гэ'эр, любя, отзывается о боге снов.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 20

- Дажэнь, после того, как мы отправимся в это путешествие, неизвестно когда нам удастся встретиться вновь, - тем, кто это сказал, был ребенок. На его юном личике в этот момент красовалось суровое и серьезное выражение. Более того, Нань Гэ'эр заметил, что в этот момент он обращался к Мо Шу, как к своему господину. Мо Шу, сидя в главном зале и глядя на толпу детей, не произнес ни единого слова. - Прошу, позаботьтесь о своем здоровье, - произнесла другая девочка, которая по возрасту недалеко ушла от заговорившего первым мальчика. - Вы - наша надежда и опора. Сидевшего возле Мо Шу Нань Гэ'эра так и подмывало раскритиковать то, какой "опорой" был этот парень, однако из-за того, что вокруг царила чересчур тяжелая атмосфера, он постарался сохранить видимость спокойствия. - А еще, мы оставляем на тебя дажэня, - очередной ребенок обратился теперь уже к Нань Гэ'эру, не забыв при этом низко ему поклониться. Нань Гэ'эр с виду сохранял хладнокровие, но в действительности в своем сердце просто дара речи лишился. "Что это за преисполненный доверия тон? Почему вы оставляете его на меня?!" С самого утра все дети из округа, которым исполнилось тринадцать лет, собрались в главном зале правительственного здания. Их семьи и старшие остались снаружи, вместо этого тихонько заглядывая внутрь зала. Так что сейчас с Мо Шу беседовали лишь эти дети. Хотя Нань Гэ'эр и старался не обращать внимания на множество странностей этого округа, он все равно понимал, что ни одно место не смогло бы похвастаться таким же торжественным зачислением в войска, как Гуаньтянь. В этом мире люди, вступавшие в войска по призыву, обычно являлись молодыми людьми, у которых не оставалось иного выбора, кроме как пойти в армию, из-за неспособности найти подходящую им работу. Они просто считали это своей работой, а их профессия называлась "солдат". Пусть некоторым из них и удалось сделать себе имя, подобно героям, покрывшим себя славой на полях сражений, таких все равно было меньшинство. Обычные солдаты, как правило, просто тянули лямку, пока не достигали определенного возраста, после чего им выплачивали некую сумму, и они возвращались домой, чтобы заниматься сельским хозяйством или другой работой. И все это только при том условии, что они смогут выжить, состоя в этих войсках. Из этого напрашивался вывод, что призыв в войска был своего рода выходом для тех, кто оказался в сложном положении, но в округе Гуаньтянь призыв проходил с такой торжественностью, словно это был трагический долг и обязанность этих детей. Все, кто смог при этом присутствовать, в полном молчании стояли за пределами зала. Двери в правительственное здание были широко распахнуты, а снаружи собралась огромная толпа людей, тихо наблюдавшая за тем, как дети в довольно утонченной манере разговаривают с Мо Шу. Когда Нань Гэ'эр этим утром закупался продуктами, он тоже заметил, что в округе стоит на редкость тихая атмосфера. Теперь же, находясь здесь, он, похоже, понял причину. Возможно ли, что причиной стало то, что этим детям вскоре придется покинуть Гуантянь и присоединиться к войску Цзюнь Яо? Мо Шу сохранял молчание, глядя на этих произносящих напутственные речи детей. В конце концов, они еще не повзрослели, поэтому, немного с ним поговорив, дети начали давиться своими словами. А некоторые даже оказались не в состоянии говорить, и только слезы стекали по их маленьким лицам. Однако ни один ребенок ни словом не дал понять, что не желает идти на войну. Они говорили только о том, как будут скучать по своим родителям, друзьям, соседям, собакам и кошкам, живущим в соседских домах... Оказавшись перед лицом большой компании всхлипывающих детей, Мо Шу по-прежнему не произнес ни единого слова. В противоположность ему, в стоящей снаружи толпе послышались перешептывания смахивающих слезы людей. Нань Гэ'эр наблюдал за происходящим со стороны, понятия не имея, что на уме у Мо Шу, или, пожалуй, он просто не понимал смысла этого обычая округа Гуантянь. По прошествии долгого времени Мо Шу наконец поднял голову и, глядя в ясное небо, едва слышно заметил: - Какая замечательная погода, - слова Мо Шу прозвучали совсем не громко, но они заставили всех успокоиться и притихнуть. Услышав их, Нань Гэ'эр тоже обратил взгляд к небу. Небо ранней весны было слегка бледноватым, в воздухе по-прежнему стояла затянувшаяся прохлада, но оно все равно заставляло всех видевших его чувствовать себя наполненными кипучей энергией. От него исходило такое ощущение, будто все только начинается, преисполненное силой и новой надеждой. - Замечательная погода, прекрасно подходящая для того, чтобы что-нибудь совершить, - продолжил Мо Шу, а затем улыбнулся. - Ребята, разве вы решили уйти не потому, что хотели посвятить себя этому поприщу и добиться успеха? - честно говоря, хотя Мо Шу не произносил таких уж зажигательных речей, в этот момент вокруг воцарилась несказанно волнующая атмосфера. - Ваши семьи, братья - все они смогли сделать это, а значит, и вы тоже сможете, - спокойно провозгласил Мо Шу. Не показав ни намека на пылкое выражение и не повышая голоса, он говорил совершенно невозмутимо. Но в этой полнейшей тишине его слова звучали как непреложная истина. За пределами зала было так тихо, что можно было бы услышать, как булавка падает на пол. Люди со всем вниманием прислушивались к словам Мо Шу. Даже Нань Гэ'эр, который обычно чувствовал себя непричастным к происходящему, невольно повернулся лицом к Мо Шу, когда слушал его. - Совершите что-нибудь во внешнем мире, - напутствовал Мо Шу, - но не забывайте о том, кто вы есть, - когда он произносил свою последнюю фразу, выражение лица Мо Шу стало необычайно холодным. Это не было холодом в привычном смысле этого слова. Вместо него это было какое-то оцепеневшее, бесстрашное бессердечие. От этого "холодного" выражения на лице Мо Шу Нань Гэ'эр словно очнулся от наваждения. Он в недоумении глянул на этого парня - он все еще достаточно доверял своей интуиции и верил, что в данный момент с ней все было в полном порядке. Более того, молчание окружающих людей лишний раз доказывало, что шестое чувство не сыграло с ним злую шутку. В этот самый момент Мо Шу действительно проявил исключительно холодную сторону своего "я". - И, - лед на лице Мо Шу внезапно потрескался, и на нем снова засияла его теплая и нежная улыбка, - помните, что никто и никогда не может заставить вас страдать, кроме меня и вас самих. Когда устанете, вы в любое время можете вернуться сюда. Неважно, кем вы станете, мы всегда будем рады видеть вас здесь. Это место - ваш дом. Хорошо. На этом я заканчиваю свою речь, ступайте и приготовьтесь к отъезду. Ребята, вы тоже наша гордость. - Да! - преисполненные достоинства и целеустремленности, все еще слегка детские голоса раздались по всему залу, от каждого из детей. Нань Гэ'эр бросил взгляд на Мо Шу, слегка удивленный и в то же время не удивившийся... Как бы это сказать; его удивило воодушевление этих детей, но его не потрясло то, что Мо Шу сказал такие слова, ему просто показалось, что Мо Шу, способный сказать подобное, был странным сам по себе. ...Однако теперь он чуть-чуть понимал, почему жители города так высоко ценят Мо Шу. Всего нескольких простых слов, произнесенных его спокойным голосом, хватило, чтобы всколыхнуть эмоции каждого. Нань Гэ'эру были прекрасно знакомы подобные ауры; ему уже доводилось чувствовать их у королей. Единственная разница заключалась в том, что Мо Шу казался ему более достойным носить звание короля, чем все другие короли, которых он прежде встречал. Нежный, но холодный, проницательный, но глуповатый. Ни один король не смог бы справиться с этим лучше него. В этот момент Нань Гэ'эр подумал так от чистого сердца. "Мне кажется... что я мельком заглянул за завесу тайны, скрывающую Гуантянь". Он почувствовал это сердцем. "Это нечто хорошее или все же плохое? Мо Шу... Почему он пожелал, чтобы я это увидел? Он хотел поделиться чем-то со мной или для чего-то меня использовать?.. Или он всего лишь простодушно захотел, чтобы я об этом узнал?" Задумавшись, он бросил слегка недоумевающий взгляд на Мо Шу. Мо Шу, похоже, заметил взгляд Нань Гэ'эра. Повернув к нему только голову, он моргнул, прежде чем одними губами произнести: "Позже приготовь мне медовых бобов", при этом его глаза распахнулись от предвкушения. Нань Гэ'эр тут же вернул своему лицу его обычное выражение, когда почти что на грани бешенства уставился на Мо Шу. "Я совершенно уверен, что рано или поздно сорвусь и уничтожу Мо Шу! Может, он и правда необыкновенный парень, но в первую очередь он явно круглый дурак. Даже если он все-таки необыкновенный, то все равно будет просто необыкновенно идиотским мошенником-сладкоежкой и пищевым наркоманом!"

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 21

После отправки юных солдат дни в Гуантянь вернулись к своим обычным безмятежности и суете. Нань Гэ'эр, как и прежде, ежедневно вел наполненную беспокойством жизнь. С приходом весны он снова открыл свой чайный ларек. Пусть дела шли не так хорошо, как в летний сезон, у Нань Гэ'эра оставался в рукаве один козырь - рассказывание сказок. Еще одно преимущество заключалось в отличном расположении его ларька. Выражаясь современными терминами, здесь был самый оживленный и преуспевающий район с отменным притоком людей и развитым дорожным движением. Время от времени там просто могли останавливаться случайные прохожие, чтобы послушать часть сказки, выпить чашечку чая и, немного посплетничав, отдохнуть. Конечно же, сейчас в Гуаньтянь ко всем прочим сплетням прибавилась еще одна горячая тема - история Нань Гэ'эра с Мо Шу, о которой просто невозможно было не поболтать. О них гуляли самые разнообразные слухи; кое-кто даже не постеснялся подойти к главному герою сплетен, Нань Гэ'эру, просто желая узнать, правдивы ли слухи. То, что он стал горячей темой для обсуждения, не давало Нань Гэ'эру покоя, но ему все равно приходилось изо дня в день открывать свой чайный ларек. У него не оставалось иного выбора: если он лишится дополнительного дохода, то ему просто не хватит денег для ведения домашнего хозяйства. Но даже если не учитывать необходимость помогать с расходами на ведение хозяйства, он же не мог перестать ежедневно ходить за продуктами, так что... это было попросту неизбежно! Однако, как ни странно, пока это наполняло горечью Нань Гэ'эра, Мо Шу, другого главного героя этих сплетен, они, похоже, совершенно не беспокоили. Он все так же вставал ранним утром и возвращался поздним вечером. И все же, поскольку Нань Гэ'эр теперь спал вместе с ним, Мо Шу приходилось возвращаться немного пораньше. Он старался поскорее закончить с делами, чтобы после улечься спать вместе с ним. В противном случае Нань Гэ'эр, который плохо спал и с легкостью просыпался, больше этой ночью не смог бы заснуть... В комнате Нань Гэ'эра всю зиму не прибирались, поэтому там царили разруха и беспорядок. Даже кровать и столы теперь оказались непригодны к использованию, окончательно превратившись в рухлядь. Чтобы сэкономить на расходах и не тратить свое время и энергию на уборку еще одной комнаты, Нань Гэ'эр и Мо Шу продолжали поддерживать статус кво, живя в одной комнате, - они оба были парнями, так что им нечего было стесняться. А что до того, как смотрели на это жители округа? "Кого мы пытаемся обмануть? Все уже давно считают меня фужэнь магистрата, чего мне теперь бояться?!" - в глубине души повторял себе Нань Гэ'эр. Был полдень. Закончив историю, которую он сегодня рассказывал, Нань Гэ'эр выпил глоток воды и решил закрыть свой ларек. Прибыль вышла неплохой, как и во все предыдущие дни. Он прикинул в уме: такими темпами по окончании весны он сможет сделать перерыв на все лето и посвятить это время тому, чтобы вырастить побольше живности и овощей, что, в свою очередь, позволит им сэкономить на ведении домашнего хозяйства. Но если он будет открывать ларек и летом, то ему не придется заботиться об этом осенью и зимой. Как бы то ни было, план по сути будет таким. С заработанным за сезон, если добавить к этому выращиваемые им овощи и домашний скот, он сможет с легкостью пережить пару сезонов и даже еще немного останется. Если так подумать, то жизнь в Гуантянь действительно была чересчур расслабляющей. Для всех обладание небольшим богатством было обычным делом. К тому же в большинстве своем люди были хорошо сложены и не обделены воспитанием, общественная безопасность тоже оставалась на высоте. Его никак не покидало чувство, что при нынешнем режиме власти подобное место просто не могло существовать. И все-таки он жил в нем здесь и сейчас. - Ох, ты уже закрыл свой ларек, Нань Гэ'эр? - раздался неподалеку незнакомый голос, прервавший ход его мыслей. - Папочка, это ты во всем виноват! - следом наполненный сожалением детский голосок прозвучал у него за спиной. - Ты шел слишком медленно, а еще болтал с другими людьми по пути! А теперь посмотри, что ты наделал: ларек уже закрылся! - Сяо Чжэнь, ты же знаешь, что папа очень давно не встречал своих старых друзей, - с долей смущения в голосе заметил мужчина. - Папочка, нет ничего плохого в том, чтобы предаться воспоминаниям, встретив старых друзей, но мы выехали рано утром, понимаешь? Пап, ты посвятил этому целый день. Лучше бы ты просто позволил мне прийти сюда самой. Мужчина ахнул: - Небеса, да как я могу это допустить? Моя Сяо Чжэнь слишком милая, что если тебя по пути похитят злодеи?! - Но А-Ню и всем остальным разрешают самостоятельно приходить сюда и слушать истории Нань Гэ'эра. Все из-за тебя, - пусть Нань Гэ'эру были незнакомы говорящие люди, он уже привык к тому, что каждый человек в этом округе называл его "Нань Гэ'эром". Послушав разговор стоящих у него за спиной отца и дочери, он обернулся с улыбкой, которая сама по себе появилась у него на губах: - Эм... А? - он на самом деле узнал одного из двух стоящих позади него человек. У него невольно вырвалось восклицание: - Неземной Генерал! Все верно, парень, который только сейчас с горькой усмешкой на лице чесал затылок после упреков собственной дочери, в действительности оказался самым выдающимся генералом, которого только видели в Бэй Цзюнь. За каких-то три года этот парень поднялся от незначительного солдата до несокрушимого великого генерала. В то время его имя было на устах каждого человека в Бэй Цзюнь. На поле битвы он мог с божественной точностью предвидеть события на несколько ходов вперед и предвосхищать поступки своих противников, благодаря чему выходил победителем из любого сражения, при этом обладая силой, сравнимой лишь с небожителями. Поэтому при всяком упоминании о нем, люди начинали его восхвалять, называя "Неземным Генералом". Однако этот Неземной Генерал погиб на поле боя в ходе успешно завершившегося похода. Причем именно Нань Гэ'эр отвечал за похороны его до неузнаваемости искалеченного трупа... Вот только сейчас... мужчина, которого Нань Гэ'эр назвал "Неземным Генералом", на миг застыл, прежде чем поднять голову и посмотреть на Нань Гэ'эра пристальным взглядом. Нань Гэ'эр мог бы побиться об заклад, что этому парню ни за что не удалось бы его узнать по одному только внешнему виду. Умываясь, он каждое утро прикасался к этим неровным шрамам, избороздившим его лицо. Можно было сказать, что черты его лица изменились до неузнаваемости, настолько, что его внешний вид полностью отличался от любого обычного человека. К счастью, все в этом округе и сами оказались ненормальными, потому и не пугались его. Что касается голоса, то его теперь тоже, скорей всего, невозможно было узнать. Его связки порвались от непрестанных криков боли во всемя пыток, которые ему пришлось вынести за те годы, поэтому теперь в его голосе всегда слышалось шипение, а сам он звучал хрипло и грубовато. Что же касается таких вещей, как изящество... Как преступник, на три года заключенный в тюрьму, какое изящество он мог там сохранить? Или ему лучше будет просто признать, что принц, которым он когда-то являлся, изначально был мрачным, коварным парнем, не обладавшим ни малейшим изяществом? К тому же на сегодняшний день он был не более чем скромным помощником при правительстве... Ладно, теперь к этому добавилось еще несколько титулов; вроде "владельца чайного ларька", "знаменитого в округе сказочника", "излюбленной цели для поддразнивания проживающими в районе красных фонарей горожанами" и "горячей темы всех сплетен", "второго парня, замешанного в скандале с магистратом-дажэнем"... Нань Гэ'эру казалось довольно странным, что он мог с такой легкостью относиться к случившемуся в прошлом, а затем насмешливо смотреть на свое настоящее. Вследствие этого он ляпнул нечто такое, что потрясло его самого: - Я - Бэй Мо Ли, - он раскрыл свою настоящую личность. В стране Бэй Цзюнь все носили фамилию "Бэй", а в стране Цзюнь Яо у всех была одинаковая фамилия "Цзюнь". Фамилия в каждой стране совпадала с первым словом в названии этой страны; это можно было считать устоявшейся традицией этого мира. На лице Неземного Генерала, который стоял напротив него, отразился ужас, как будто он увидел призрака. Нань Гэ'эру выражение на лице мужчины показалось довольно забавным. Для него было куда более жутко увидеть перед собой того, кто "уже мертв", понятно?! - Давно не виделись, - как человек, который часто оказывался на грани жизни и смерти и не раз командовал на поле боя, он спустя мгновение уже оправился и скрыл шок за улыбкой. - Папочка, ты снова встретил кого-то из своих старых друзей? - стоящая возле них девочка недовольно нахмурилась, особенно выделив слово "ты". Вся уверенность из поведения мужчины сразу же испарилась, словно была всего лишь иллюзией... - Эм, Сяо Чжэнь, твой папочка, я... - Папочка, тебе не нужно ничего объяснять, - девочка с невозмутимым видом прервала лепет этого парня. - Все в порядке, Сяо Чжэнь уже привыкла к тому, что ты каждый день только и делаешь, что встречаешь старых друзей. Кстати говоря, похоже, Неземной Генерал был рубаха-парнем, который завел великое множество самых разных друзей. Парень с неловкостью посмотрел на Нань Гэ'эра: - Моя девочка, эм, кхе-кхе... Нань Гэ'эр тоже улыбнулся. - Но если так подумать, поскольку папа и Нань Гэ'эр - старые друзья, мы сможем каждый день слушать истории Нань Гэ'эра, - с проказливым видом сказала девочка, которой явно было не больше пяти. "Ха, а ты действительно все хорошо просчитала..." Неземной Генерал испустил смиренный вздох: - Сяо Чжэнь! - Папочка, раз уж все так, то не спеши и предавайся своим воспоминаниям в компании старого друга, - Сяо Чжэнь высунула язычок и рассмеялась, - а я пока немного поиграю неподалеку, - не успел ее папочка возразить, как она взяла ноги в руки и бросилась наутек. Отец с комплексом дочери все еще ворчал, глядя ей вслед: - Сяо Чжэнь, будь осторожна с этими невинно выглядящими мальчиками, они все поголовно злодеи, которые в будущем украдут тебя у твоего папочки! Даже после того, как силуэт Сяо Чжэнь скрылся из виду, Неземной Генерал продолжал слегка переживать, глядя туда, где исчезла спина Сяо Чжэнь. - Я знаю каждого ребенка в округе, - улыбнулся Нань Гэ'эр. - Не волнуйся, позже я помогу тебе ее отыскать. - Я знаю, что с ней ничего не случится, - преисполненный уныния Неземной Генерал уселся на скамью, которую обнаружил неподалеку. - Но если все эти мальчики проведают о моей Сяо Чжэнь, они определенно придут, чтобы попросить у меня ее руки. Сяо Чжэнь такая очаровательная... "Да ладно... Какой бы очаровательной ни была твоя Сяо Чжэнь, ей даже пяти лет еще нет, кто воообще может прийти и сделать ей предложение?.." Нань Гэ'эр скорчил гримаску. Он налил чашку чая и поставил ее перед Неземным Генералом: - Угощайся. - Спасибо, - Неземной Генерал наконец-то привел в порядок свое настроение. Взяв со стола чашку с чаем, он сделал большой глоток, после чего поднял голову и посмотрел на Нань Гэ'эра. - Никогда бы не подумал, что тебя на самом деле интересуют мужчины. Уголки губ Нань Гэ'эра дернулись, когда он ответил: - Я тоже. "Негодяй! Как и следовало ожидать, весь округ уже проведал об этом!" Неземной Генерал усмехнулся, не пожелав это прокомментировать: - Ты... - казалось это слово включало в себя тысячу слов. В конце концов, он смог выдавить только его, больше ничего не сказав. Нань Гэ'эр понимал сложные эмоции, навалившиеся на его собеседника. Он улыбнулся: - За пролетевшие пять лет мы оба несколько изменились. Неземной Генерал ухмыльнулся: - Нет, я остался прежним, ты единственный здесь изменился. Я же всегда был человеком, который вышел отсюда. - О, - брови Нань Гэ'эра приподнялись. Его не заботило, собирается Неземной Генерал поделиться с ним своими причинами или нет; это не имело значения. - Какое замечательное место, даже мертвые здесь могут воскреснуть. Неземной Генерал усмехнулся: - Я вообще-то не умирал. Просто, когда моя жена умерла, я почувствовал, что меня больше ничто там не держит, поэтому вернулся в родные места, - он ничего не скрывал. - Сюда? - изначально Нань Гэ'эр решил, что Неземного Генерала тоже сюда забросило; но в итоге выяснилось, что это место изначально было его родиной. - Сюда, - в знак подтверждения кивнул Неземной Генерал. - Помимо этого места, я не могу представить себе никакое другое, где мог бы обосноваться. - Ты - Неземной Генерал, - заметил Нань Гэ'эр. "Разве есть что-нибудь, чего ты не смог бы заполучить? Почему ты так жалко вернулся сюда?" - Только здесь я дома, - улыбнулся Неземной Генерал. - Лишь в этом месте я мог бы осесть и жить в мире с самим собой и окружающими людьми. Мы родились здесь и вернемся сюда; такова наша судьба. - Почему? - Этот мир терпеть нас не может, - снова усмехнулся Неземной Генерал. - Нам некуда идти, - отпив глоток чая, он посмотрел на Нань Гэ'эра. - Ваше высочество, разве вы не чувствуете того же? Нань Гэ'эр промолчал. - Только люди, которые принадлежат этому миру, могут вернуться сюда. Только люди, которым некуда больше идти, останутся здесь, - рассмеялся Неземной Генерал. - Таковы правила. Начиная с самого рождения, каждый здешний ребенок учится маршировать, командовать войском, вести сражения и убивать врагов вместо того, чтобы изучать стихи, поэзию и песни; изучают боевые искусства и навыки владения оружием вместо добродетелей, - Неземной Генерал улыбнулся. - По достижении подходящего возраста, они могут сделать выбор: набраться опыта во внешнем мире или же остаться и зарабатывать себе на жизнь здесь. Ты уже должен был это видеть. - Это те дети, которые собирались вступить в войска Цзюнь Яо и добиться успеха? - если бы после всего сказанного Нань Гэ'эр по-прежнему верил, что Гуаньтянь находится под юрисдикцией Цзюнь Яо, он был бы безнадежным болваном. - Да, - улыбнулся Неземной Генерал. - Вот почему я сказал, что мир нас на дух не выносит. Это наш первый и последний пункт назначения, - он усмехнулся. - Я лишь воспользовался определенной тактикой, чтобы вернуться сюда. Нань Гэ'эр немного поразмыслил: - Почему ты рассказал мне все это? Если говорить начистоту, это должно быть важным секретом Гуантянь, разве не так? Разве можно рассказывать о подобном чужаку, вроде меня? Неожиданно, но Неземной Генерал рассмеялся: - Ты все еще считаешь себя чужаком? - а затем с усмешкой продолжил: - Или ты думаешь, что в этом мире есть еще какое-то место, куда ты мог бы отправиться? Нань Гэ'эр дара речи лишился. После продолжительного молчания Неземной Генерал резко вскочил: - Мне нужно найти мою Сяо Чжэнь; эти пройдохи-мальчишки, - у него снова пробудился комплекс дочери. Нань Гэ'эр скривил губы: - Я тебе помогу, - идя возле него, он неожиданно задал вопрос: - Парни, в чем заключается причина вашего существования? - "Чего ради в мире существует столь могущественная, таинственная и пугающая сила?" Правители всех стран, похоже, понятия не имели о ее существовании. Чего они пытались достичь в этом мире? Если имелся один Неземной Генерал, то где-то должен существовать и второй. Аура, уникальная для могущественных людей, которую он лично видел и ощущал, была здесь настолько концентрированной, словно обладать ей было в порядке вещей. Неземной Генерал обернулся и бросил взгляд на Нань Гэ'эра, смеясь: - Хочешь знать? "Разве не очевидно?" - Тогда иди и спроси у Мо Шу сяньшэна, он расскажет тебе, - ухмыльнулся Неземной Генерал. - Все мы подчиняемся его приказам и в любой момент готовы явиться на зов. Он - властелин и правитель этого места.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 22

В конце концов, Нань Гэ'эр так и не задал Мо Шу этот вопрос. В его бездействии не было никакого иного смысла, ему просто казалось, что, возможно, Мо Шу бы не захотел, чтобы ему это стало известно. Если бы Мо Шу действительно захотелось, чтобы Нань Гэ'эр все узнал, то, даже если бы его это совершенно не интересовало, ему бы силой запихнули все это в уши. Более того, даже узнай он тайну Гуантянь, в его нынешней жизни ничего бы не поменялось. Поэтому он проигнорировал предложение генерала. Конечно же, не стоило даже упоминать о том, что после этого Сяо Чжэнь присоединилась к числу его поклонников. Затем его жизнь снова вернулась в свою колею. Само собой, не стоило упоминать и о том, что, как человек, имеющий множество друзей, Неземной Генерал позже привел к нему немало старых друзей, которые когда-то останавливались в Бэй Цзюнь, чтобы сформировать окружение "фужэнь магистрата". В любом случае время текло совсем незаметно. Не успел он и глазом моргнуть, как завершилась весна и началось лето. Привыкший постоянно быть занятым делом Нань Гэ'эр боялся, что, стоит ему предаться отдыху, как потом у него вообще не останется никакого желания открывать свой чайный ларек. Поэтому его ларек продолжал открываться, тогда как Мо Шу продолжал свои неуловимые исчезновения. Возможно, Мо Шу понимал, что дни свободы, которыми он наслаждался, вскоре завершатся, поэтому время, которое он проводил в здании правительства, с каждым днем становилось короче. Нань Гэ'эр лишь мельком виделся с ним перед сном и замечал, как тот беззвучно встает на рассвете. Когда же сам просыпался, то обнаруживал, что исчезло немного еды. С другой стороны, значительная часть вкусняшек буквально растворялась в воздухе... Неважно, как Мо Шу не хотелось расставаться с летним сезоном, сезон, на протяжении которого ему приходилось послушно оставаться в здании правительства, все равно наступил; снова пришла осень. Все последующие осень и зиму Мо Шу должен был сиднем сидеть у себя в кабинете, чтобы писать свои замечания на документах с отчетами и прочими подобными делами, без дозволения шататься по округу. Привыкший к своим прогулкам Мо Шу мучился, пребывая в растерянности. Твердо стоящий на своем касательно этого дела Чжу Си испытывал злорадное удовлетворение от страданий Мо Шу, тогда как Нань Гэ'эр... оставался невозмутимым. Даже если после того, как Мо Шу оказывался под домашним арестом в правительстве, скорость потребления вкусняшек в разы возрастала, зато Нань Гэ'эр мог свалить все, в чем не преуспевал, на плечи Мо Шу дажэня, этого парня на все руки. При этом его рабочая нагрузка существенно уменьшалась. Однако величайшей отрицательной стороной во всем этом было то, что Мо Шу неустанно, изо дня в день, дразнил его... К слову, Нань Гэ'эр просто с цепи сорвался. Он приготовил сладкие бобы Мо Шу так, что они превратились в до слез пересоленные бобы, насыпал перца в чашку с чаем Мо Шу, "случайно" выплеснул на Мо Шу ведро грязной воды, которое держал в руках, "ненароком" спихнул Мо Шу в наполненную грязью канаву... Иначе говоря, нескончаемые поддразнивания Мо Шу довели его до потери рассудка. Однако даже это не помогло Нань Гэ'эру выплеснуть все накопленное внутри раздражение; и вздувшиеся у него на лбу вены стали обычным явлением. Он чувствовал, что Мо Шу постоянно испытывает пределы его терпения по отношению к людям. За это он даже ощутил некое уважение к невежественному и бесстрашному духу Мо Шу. И в то же время в его душе все чаще возникали неудержимые, неистовые эмоции. В действительности его успехи в заговоре против Мо Шу оставались ничтожны; это было одной из причин, по которым он все сильнее бесился. В этом году они по-прежнему вдвоем отмечали знаменитый фестиваль середины осени. Нань Гэ'эру удалось скушать лишь половину лунного пирожка; все остальное восторженно стащил и сгрыз Мо Шу. Ему действительно хотелось спросить Мо Шу: как парню, тебе не стыдно настолько любить сладости? Однако он предельно ясно осознавал степень наглости Мо Шу. Он мрачно вышел на улицу; поскольку все запасы соли и перца дома оказались "изведены", он собирался одолжить еще, чтобы "как следует выразить свою признательность" Мо Шу, который весь день напролет страдал от безделья. Подойдя к входу в правительственное здание, он увидел троих парней с жалким видом сидящих на корточках возле дверей. Замерев на месте, он посмотрел на сидевшего справа: - ...Сяо Нянь. Полностью запрятавший голову в коленях парень поднял глаза и с несчатным, жалким выражением на лице протянул: - ...Нань Гэ'эр~. - Что на этот раз? - Нань Гэ'эр с раздражением посмотрел на него - Мой отец поймал меня, когда я пытался стянуть кошелек у кого-то на северной улице, - с грустным видом ответил парень по имени Сяо Нянь. - Они гнались за мной три улицы... и я заблудился... Нань Гэ'эр скорчил рожицу. Сидевший перед ним парень был заядлым воришкой в Гуантянь и одним из тех парней, которые нередко "заглядывали" в правительство. Худшее во всем этом заключалось в том, что его отец был посыльным ямэнь, как и все его братья, только более низкого ранга... Трагичнее же всего было то, что чувство направления у этого парня было невероятно кошмарным. Стоило ему отойти всего лишь на улицу от области, где он проворачивал свои делишки, как он не мог с уверенностью сказать, где находится. Испустив тяжкий вздох, Нань Гэ'эр повернулся лицом к тому парню, что сидел слева: - А-Цзюй... Парень слева оказался еще более приунывшим: - Нань Гэ'эр, я такой жалкий... - Что опять с тобой приключилось? - Сяо Чунь слишком... - парень был всего в шаге от того, чтобы выжать слезу. - Она не только вернула кошелек, который мне с таким трудом удалось стащить, но даже заставила меня самостоятельно прийти сюда и сдаться властям... Сяо Чунь была горячо любимой женой вышеупомянутого парня. Как мать, так и дочь в его доме - обе были ревностными противницами воровства. Мало того, что ему всякий раз приходилось возвращать украденные деньги, так еще и представители старшего и младшего поколения в его доме поголовно приказывали ему прийти и сдаться представителям власти. Нань Гэ'эр снова вздохнул, после чего задрал голову и посмотрел на парня, что сидел на корточках на ветке дерева: - Цзюнь'эр, а что на этот раз случилось с тобой? - Мама сказала, что забыла закупиться рисом. Она сама поела у тети, а мне сказала самостоятельно найти, что поесть, так что я пришел сюда, - в легком оцепенении проговорил слегка глуповатый юноша почти одного возраста с Нань Гэ'эром. Нань Гэ'эр был в полной печали. Испустив протяжный вздох, он сдался и понурил голову: - Заходите, я испек несколько сладких пирожков. Если вам удастся схватить их раньше, чем до них доберется Мо Шу... - не успел он закончить фразу, как три легких порыва ветра пронеслись мимо него, - ...можете их съесть, - вот только они уже ворвались в здание. Нань Гэ'эру оставалось лишь задаваться вопросом, почему вся его жизнь походила на занозу в заднице? Пусть тут и не осталось свидетелей, он все-таки испустил продолжительный вздох. Он вздыхал, оплакивая не только свою постыдно ничтожную жизнь, но и жизни этих незадачливых юношей. Почему бы им просто не отказаться от жизни за гранью закона и не найти себе другую работу вместо того, чтобы бегать вокруг, маясь всякими глупостями? Любой из этих троих был совершенно несовместим с воровством, для этого требовалось обладать техническими навыками. "Не каждый человек, прекрасно владеющий боевыми искусствами, сможет стать вором, ясно вам?!" Все верно; эти трое ребят безусловно являлись обыкновенными преступниками, частенько посещавшими правительство. "...Или, возможно, им следует сменить род деятельности и стать поварами... Наверное, это больше им подойдет... Ведь воруют они только ради того, чтобы поесть. Рынок с продуктами сейчас явно закрыт. Останется ли у их семей лишняя еда после обеда? Если станет совсем плохо, просто пожарю им пару яиц с творогом из забродивших бобов..." С этой мыслью Нань Гэ'эр вздохнул, развернулся и потопал обратно готовить ужин. Так как Мо Шу помогал ему по хозяйству, у Нань Гэ'эра оставалось не так много работы. Стесняясь беспокоить городских женщин своими заботами, Нань Гэ'эр просто самостоятельно занимался приготовлением пищи. Незадолго до этого Мо Шу приказал кому-то изловить беременную крольчиху. Она родила в первой половине этого месяца, после чего в живых осталось четыре крольчонка - два самца и две самочки. Перед тем как пройти на кухню, он по привычке отправился на задний двор, чтобы посмотреть, как там поживают четыре крольчонка. Он успел как раз вовремя, чтобы заметить там группу из четырех бормочущих человек. - Мо Шу сяньшэн, а кролики их едят? - Конечно, ты что, не видишь, с каким аппетитом они их поедают? Разве Мо Шу сяньшэн может в чем-нибудь ошибиться? - Мо Шу сяньшэн действительно потрясающий! - Бо... бо... бобы! - с неистово бьющимся сердцем Нань Гэ'эр бросился к ним. - Эй, вы, четверо! - проревел он. - Мо Шу, прекрати! Он видел только, как Мо Шу пытается накормить кроликов жутко пересоленными бобами. Этих четырех глупых крольчат настолько привлек аромат бобов, что они собрались и скучились вокруг рук Мо Шу. Диких кроликов было сложно приручить. Этим четверым удалось выжить только благодаря стараниям Нань Гэ'эра, которому приходилось ежедневно ловить их мать-крольчиху, чтобы та покормила их своим молоком. Кто бы мог подумать, что Мо Шу осмелится их так изводить. Он едва удержался от того, чтобы взять и затолкать в рот Мо Шу каждый боб, который тот держал в руках, попытавшись убить его их соленостью. - Советник! - во все горло яростно взревел Нань Гэ'эр. - Мо Шу сяньшэн пробрался на задний двор! - Му Шу, негодник! - тут же донесся из кабинета рев Чжу Си. - Эм, Мо Шу сяньшэн, я обещал Нань Гэ'эру помочь собрать овощи, - заметив, что дело запахло жареным, остальные трое мигом начали подготовку к побегу. - Я тоже. - Бобы... Я тоже! - парень заставил себя забыть о голоде и сразу исправился. Затем все трое в мгновение ока ускользнули. Мо Шу посмотрел на Нань Гэ'эра, который выглядел так, словно вот-вот задымится, и спустя какое-то время пробормотал: - ...Сяо Нань, ты так жесток. Нань Гэ'эр схватил первое, что попалось ему под руку, пытаясь сдержаться, но ему это не удалось. Он бросил то, что держал в руках, прямо в лицо Мо Шу: - Сяо Нань - твоя задница! Негодяй, как ты мне компенсируешь, если эти крольчата умрут?! - оказалось, что он схватил пучок соломы. Брошенные в лицо Мо Шу соломинки засыпали весь его лоб. - Мо Шу, ты - безответственный негодяй! - Чжу Си, со своей стороны, тоже бросился в нападение, с таким возмущением нарычав на Мо Шу, словно тот соблазнил и бросил его. В конце концов Чжу Си заставил Мо Шу уйти. Когда эти двое проходили мимо него, Нань Гэ'эр как раз пытался открыть крольчатам рты, чтобы посмотреть, сколько неподходящих для употребления в пищу штук те проглотили. - Нань Гэ'эр, - неожиданно окликнул его Мо Шу. Раздраженный Нань Гэ'эр поднял голову и посмотрел ему прямо в лицо. Из-за приставших ко лбу соломинок у Мо Шу был слегка забавный вид, когда он вдруг взял и улыбнулся Нань Гэ'эру. Его улыбка все равно была очень теплой.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 23

На протяжении осени и зимы Нань Гэ'эр не открывал свой чайный ларек, а Мо Шу не патрулировал улицы. А значит время, которое они проводили вместе умножалось в бессчетное количество раз по сравнению с парой предыдущих сезонов. Это, вне всяких сомнений, стало величайшим вызовом для психики Нань Гэ'эра, который ежедневно оказывался на грани того, чтобы впасть в безумную ярость. В конце концов, не у всех хватало терпения на такого законченного идиота, каким был почтенный Мо Шу. Но даже если дни его проходили ужасно, все равно миновал второй год с того момента, как он здесь очутился. Перед Новым годом Нань Гэ'эр, как и в прошлом году, закончил тем, что серьезно заболел. А все потому, что оказавшись больше не в состоянии терпеть выходки Мо Шу, он перебрался назад в свою комнату. В итоге он на следующий же день свалился с простудой. Целую неделю его изводили жар и головокружение, из-за чего он едва успел подготовиться к встрече Нового года. Нань Гэ'эра потрясло, насколько тяжело протекала у него простая простуда, снова и снова подтверждая, что его здоровье никуда не годится. Мо Шу же, похоже, и вовсе пришел в ужас, узнав, что он заболел, после чего строго-настрого запретил ему без позволения спать в своей комнате. Даже чувствуя себя из-за этого до крайности удрученным, Нань Гэ'эр не мог не пойти на компромисс, поскольку Мо Шу поступал так ради его же блага. К тому же его немощное тело чувствовало себя совершенно обессилевшим, отчего у него попросту не оставалось иного выбора, кроме как прислушаться к предупреждению Мо Шу. Хотя они оба сильно изводили друг друга до конца года, этот год закончился мирно. Нань Гэ'эр, сидя возле камина, подсчитывал приток денежных средств за прошедший год, тогда как Мо Шу сидел в сторонке, наблюдая за ним и изредка поглядывая в книгу, которую держал в руках. На полу возле него стояла тарелка с красиво нарезанной пастой из сладких бобов. Само собой, общественные счета и расходы правительства по-прежнему находились в ведении Чжу Си. А то, что подсчитывал Нань Гэ'эр, было не более, чем ежедневными расходами и доходами их двоих. Согласно его расчетам, этот год выдался лучше, чем предыдущий. Мо Шу периодически бегал на берег реки, чтобы наловить там уйму рыбы, и даже поднимался на гору, чтобы поохотиться на диких зверей. Вдобавок к этому он еще в первый год засеял все семенами и успел обзавестись домашним скотом. Его бизнес с чайным ларьком тоже шел неплохо, к тому же он открывал его на протяжении двух сезонов. Даже при том, что Мо Шу по-прежнему безалаберно разбрасывался деньгами, поскольку в данный момент его зарплатой распоряжался Нань Гэ'эр, по окончании года у них на руках еще оставалась кое-какая наличность. Заметив, что Нань Гэ'эр хмурится, Мо Шу спросил: - Что-то не так? Неужели в этом году вышло недостаточно прибыли? Сосредоточенный на сведении счетов Нань Гэ'эр проигнорировал его беспокойство. Увидев, что Нань Гэ'эр сохраняет молчание, Мо Шу продолжил: - В таком случае не хочешь, чтобы я отправился поохотиться на диких зверей, а затем выставил их на продажу? Только тогда Нань Гэ'эр поднял голову и устремил взгляд на лицо Мо Шу, тускло освещенное пламенем. Он готов был поклясться, что заметил радостное предвкушение на спокойном лице этого парня. Уголок его губ нервно дернулся, когда он ответил: - Не стоит, - пусть Мо Шу и удавалось удрать на несколько дней за осенний и зимний сезоны, на самом деле официально он все еще находился под домашним арестом. "После того как его целых два сезона продержали взаперти, этот парень больше не в состоянии сопротивляться своему желанию выйти на улицу?" - Осталось около десяти дней. Просто потерпите, дажэнь. Мо Шу снова опустил голову и, продолжая рассеянно читать книгу, которую держал в руке, тихо пожаловался: - Сяо Нань, ты хоть знаешь, как мне больно? - И знать не хочу, - безжалостно ответил ему Нань Гэ'эр. Он не собирался выслушивать жалобы Мо Шу. - ... - Мо Шу пару раз открывал и закрывал рот, но так и не придумал слов, чтобы продолжить. Какое-то время спустя Мо Шу, не в силах спокойно сидеть на месте, снова заговорил: - Сяо Нань, тебе не кажется, что состояние твоего тела улучшилось? Он и правда заметил произошедшую перемену. Хотя он все равно сильно простыл перед Новым годом, при должной заботе, он уже не чувствовал такого сильного дискомфорта. По крайней мере, по сравнению с прошлым годом его здоровье в немалой степени укрепилось. Однако Нань Гэ'эр не был бы собой, если бы так просто это признал. Он лишь фыркнул: - Да неужели? - ...Сяо Нань, я замечаю, как ты ко мне холоден, - на этот раз в голосе Мо Шу вместо скрытого недовольства прозвучало откровенное возмущение. - О, да неужели? - без малейшего энтузиазма отозвался Нань Гэ'эр, не испытывая по этому поводу ни капли чувства вины. - Сяо Нань, - Мо Шу с резким свистом наклонился вперед. Одной из рук он придавил книгу со счетами, не оставив Нань Гэ'эру иного выбора, кроме как посмотреть ему в лицо. Грусть, тоска, обида, негодование... сожаление... - Что? - с ничего не выражающим лицом проговорил Нань Гэ'эр. - ...Ты не чувствуешь себя виноватым, глядя мне прямо в лицо? - с широко раскрытыми глазами спросил Мо Шу. К его лицу пристало выражение недоверия. - А почему я должен чувствовать себя виноватым? - Нань Гэ'эр краем глаза посмотрел на него. - ...Какой же ты бессердечный и бесчувственный парень, - у Мо Шу был такой вид, словно ему разбили сердце. Уголок рта Нань Гэ'эра нервно дернулся; ему не хотелось слушать чушь этого парня. Он чувствовал, что чем больше общался с ним, тем быстрее его собственный интеллект начинал стремиться к нулю. Но, помимо этого, он испытывал чистую зависть, ведь неважно, как сильно не соответствовали слова и действия Мо Шу его внешнему виду, этому великому магистрату все равно удавалось придать своим нелепым придиркам вид возвышенной и глубокомысленной скорби. Он явно уминал за обе щеки обычный пирог, но делал это так, словно смаковал редчайший деликатес; а когда пил простую медовую воду, принимал такой вид, будто пил отменный ликер... Иначе говоря действия, слова и внешность Мо Шу были совершенно противоположны и несовместимы с его истинной сущностью. Нань Гэ'эр просто не мог понять, как такой беззастенчивый, наглый и идиотский парень мог выглядеть настолько божественно. Даже если он ежедневно жил, словно идиот, он все равно выглядел слишком элегантно! Поскольку его возмущение не принесло результата, Мо Шу на несколько минут успокоился и, съев несколько кусочков бобовой пасты, пролистал половину своей книги. К слову об этом, скорость чтения у Мо Шу была очень быстрой, чуть ли не десять строк одним взглядом. Поначалу Нань Гэ'эр даже было подумал, что этот парень всего лишь небрежно, одну за другой, перелистывает страницы. К его несказанному удивлению, оказалось, что он и правда читал, и, к его досаде, выяснилось, что прочитанные слова отпечатывались в его памяти... - Эй, Сяо Нань, - снова заговорил Мо Шу. Нань Гэ'эр сделал вид, будто не слышит. - Скоро Новый год, не хочешь отправиться со мной патрулировать? - прошептал Мо Шу. Скорость расчетов Нань Гэ'эра немного замедлилась. Вопреки тому, что, как бывший житель двадцать первого века, он владел куда более продвинутыми методами бухгалтерского учета, он все равно изучил примитивный и немного запутанный способ ведения счетов этого мира, просто чтобы не выделяться из общей толпы. Он никогда не обладал неукротимым духом, а тем более какими-либо амбициями. Вдобавок он рос в Бэйцзюне, пройдя путь от невинного ребенка до принца. В глубине души он понимал, что в таком окружении единственный способ выжить - оставаться обыкновенным и простым человеком. Поэтому он старался выглядеть совершенно нормальным и естественным, словно был рожден, чтобы жить там. Он выложился на полную, изучая навыки и методы, которые позволяли выжить. Неважно, насколько неполноценными и регрессивными были эти навыки, он все равно понимал, что остальные используют их именно так. Ему никогда даже в голову не приходило что-нибудь изменить, используя свои знания из двадцать первого века, что также можно считать одной из причин, позволивших ему до сих пор сохранить свою жизнь. "Но в итоге после всех этих планов и расчетов я все равно оказался в такой ситуации, разве не так?" Вспоминая о прошлом, Нань Гэ'эр невольно впал в оцепенение. - Ты тоже считаешь, что это хорошая идея, я прав? Тогда давай отправимся туда вместе после начала нового года! - Мо Шу сознательно принял решение вместо Нань Гэ'эра. Нань Гэ'эр пришел в себя, после чего посмотрел на Мо Шу, и его лицо пересекли черные линии - он осознал, что Мо Шу был истинным знатоком в том, чтобы самому спросить и самостоятельно же принять за него решение. - Я даже не пискнул, ясно вам?! - Нань Гэ'эр скорчил гримаску, взирая на парня, что сидел перед ним. - Пи-и, - Мо Шу понимающе издал этот звук за него. Нань Гэ'эр дара речи лишился. Нет, вовсе не потому, что Мо Шу его убедил, как раз напротив... "Ты серьезно? Неужто ты считаешь, что если пискнешь ты, это докажет, что пискнул я? К тому же совершенно неважно, пискну я или нет; даже если бы я пискнул, это бы вовсе не означало, что я согласился. В первую очередь писк здесь вообще ни при чем, не упоминая уже о том, что ты пропищал вместо меня и твой писк вовсе не означает, что пищал я!" - в разуме Нань Гэ'эр стоял только писк, писк и еще раз писк... У Нань Гэ'эра даже голова закружилась от собственных запутанных мыслей, пребывая в оглушенном состоянии он лишь с глупым видом спросил: - Почему вам так внезапно захотелось, чтобы я пошел вместе с вами? Проведя столько времени в Гуаньтянь, он уже понимал, что тот определенно не являлся обычным округом. Однако он прекрасно знал свое место; ему ни капельки не хотелось проявлять любопытство относительно того, чего ему не полагалось знать. Даже если он нормально общался с местными жителями, это было всего лишь поверхностное общение. В итоге он никогда не пытался изучить сердце самого Гуантянь. Именно поэтому он и не стал задавать Мо Шу вопросы о теме, которую поднял в тот день с Неземным Генералом. Он чувствовал, что все еще не может считаться полноценным жителем Гуантянь, а потому недостоин это узнать. Однако предложение, которое сегодня сделал Мо Шу, как будто на что-то указывало. Хотя в глубине его души зрело неясное осознание, у него все-таки невольно вырвался этот вопрос. Мо Шу приподнял бровь и усмехнулся: - А сам как думаешь? - Нань Гэ'эр промолчал. - Тебе нравится жить здесь? - Мо Шу задал тот же вопрос, что и в прошлом году. Нань Гэ'эр ненадолго застыл, прежде чем покачать головой: - Я все еще не знаю, даже сейчас, - его улыбку пронизывала едва заметная покорность судьбе. Глядя на выражение лица Нань Гэ'эра, Мо Шу, не в силах удержаться, протянул руку и погладил этого ребенка по голове: - Не переживай. Время все еще есть. Этот диалог вышел практически таким же, как прежде, и, казалось бы, в нем не было никаких изменений. Однако они оба осознавали, что в действительности имелись некие небольшие отличия.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 24

Хотя Нань Гэ'эр, вроде как, договорился сопровождать Мо Шу во время его патрулирования, если честно, у него не было возможности часто выходить на улицу вместе с Мо Шу. В конце концов, в правительстве его ожидала целая куча домашних хлопот. По сравнению с неспешными предыдущими днями, сейчас он оказался несколько занят. Но, по крайней мере, он не изнывал от скуки, как это было в прошлом году. Когда Нань Гэ'эр выходил, в большинстве случаев прохожие сообщали ему, где находится Мо Шу. Причем, когда Нань Гэ'эр отправлялся на его поиски, указанные ими места, как правило, оказывались верными. Так и сегодня, покончив с хлопотами в правительстве и полив сливовое дерево, купленное им в начале этого года, он отправился прогуляться, держа в руке маленький свертком с закусками. Странно, но официальная зарплата Мо Шу стремительно увеличилась. Хотя Мо Шу и продолжал без каких-либо ограничений разбрасываться деньгами, вся его зарплата по-прежнему оставалась под контролем у Нань Гэ'эра. Поэтому он открывал свой ларек только весной, свободно распоряжаясь своим временем два оставшиеся сезона. По мере приближения осени приближалось и время затворничества Мо Шу в правительстве, заставляя его до истощения мотаться вокруг, используя свой последний шанс побыть на свободе... Нань Гэ'эр только подошел к двери, когда несколько постоянно грешащих воровством товарищей, которые бездельничали на улице, едва заметив его, принялись докладывать: - Мо Шу сяньшэн отправился к Чунь Цзяо в район красных фонарей. У Нань Гэ'эра дернулся уголок губ: - А-Фа, я видел, как посыльный ямэнь Гао бежал сюда. Услышав эту новость, воришка, которого звали А-Фа, вскрикнул от удивления, после чего вместе с остальными ворами лихо припустил в противоположную сторону... Подкравшийся на цыпочках посыльный ямэнь Гао сразу же разобрался, что здесь случилось, увидев улепетывающих прочь молодых людей. Проходя мимо, он попенял Нань Гэ'эру: - Нань Гэ'эр, ну прояви ко мне немножечко уважения; мы все здесь пытаемся заработать себе на жизнь. Почему ты предупредил их вместо того, чтобы подсобить мне? Ответ Нань Гэ'эра оказался очень практичным: - ...Дома недостаточно риса, - "Если я допущу, чтобы в здание правительства на дармовую кормежку привели этих парней, мне придется купить больше риса". Посыльный ямэнь по имени Гао растерялся, не зная, что и сказать. В итоге он распорядился, направив стоящих позади него подчиненных: - Эти юнцы убежали туда, скорее за ними, - затем он повернулся к Нань Гэ'эру. - Мо Шу сяньшэн только что послал человека спросить, почему ты еще не пришел; тебе стоит поторопиться туда, - криком передав это сообщение, он тут же бросился в том же направлении, куда убежали воришки. Нань Гэ'эр совершенно лишился дара речи. Он еще никогда не видел, чтобы кто-нибудь вел себя настолько высокомерно, наведываясь в район красных фонарей; он даже не постеснялся отправить кого-нибудь, чтобы спросить о нем... Мысленно взирая сверху вниз на магистрата дажэня, смирившийся Нань Гэ'эр направился к району красных фонарей. Как и прежде, район красных фонарей бурлил от бесчисленных потоков людей, шатающихся по округе. Через двери можно было отчасти увидеть дам с нежными улыбками на лицах и в открытых, нарядных одеждах. Они прильнули к своим клиентам в соблазнительных и провокационных позах, убеждая их все больше выпивать и вступать в разговоры. Нань Гэ'эр побрел к Чунь Лоу, борделю, в котором работала Чунь Цзяо. Поздоровавшись возле двери со смотрительницей борделя, он спросил ее, в какой комнате находится Чунь Цзяо, после чего поднялся по лестнице, неся свои закуски в руке. В тот миг, как он отворил дверь, перед ним предстало зрелище того, как Чунь Цзяо всем телом нежно прильнула к Мо Шу, словно у нее вообще не имелось костей. Даже не изменив выражения лица и без малейшего намека на похоть в душе, Мо Шу подчищал со стола выпечку, переговариваясь с Чунь Цзяо. Едва заметив появление Нань Гэ'эра, Чунь Цзяо поприветствовала его улыбкой, по-прежнему бесстыдно прилипнув к Мо Шу: - Нань Гэ'эр, присаживайся и выпей с нами. - Нет, спасибо, - ответил Нань Гэ'эр, скорчив гримаску. Кто вообще не знал, что из-за своего слабого здоровья он не мог даже прикоснуться к таким раздражающим желудок вещам? Только эти дамы могли зайти настолько далеко, чтобы предложить ему выпить. - Ты опять принес закуски Мо Шу сяньшэну? - Чунь Цзяо бросила на него взгляд. С тихим "хм?" она поднялась и забрала из руки Нань Гэ'эра бумажный пакет. Нань Гэ'эр огорченно ответил ей: - Я же не могу допустить, чтобы он подмел всю вашу выпечку, так ведь? Счета здесь чересчур высоки. Чунь Цзяо деликатно хихикнула, пока помогала Мо Шу развязать шнурок, которым был перевязан бумажный пакет. - Нань Гэ'эр, если ты проведешь со мной ночь, старшая сестренка Чунь Цзяо просто позволит тебе поесть за счет заведения, понимаешь? Нань Гэ'эр скорчил рожицу: - ...Нет, - он просто не понимал. Почему, черт возьми, с этим покрытым шрамами лицом и телом, все эти дамы пытались завлечь его в свои сети? Словно им всем хотелось похитить его и затащить к себе в постель. Или, возможно, всему виной очарование Мо Шу? Любить то, что любит он, или что-то вроде того? - Ах, мне так больно, - Чунь Цзяо явно позабавила реакция Нань Гэ'эра. - Нань Гэ'эр действительно не знает, как проявлять нежность по отношению к женщинам. - Взяв кусочек специально приготовленной борделем сладкой закуски, она отправила его в рот Мо Шу. - Сяньшэн, прошу, отведайте этой выпечки, Чунь Цзяо приготовила ее специально для вас, - Мо Шу без малейшего сопротивления ее проглотил. Нань Гэ'эр снова вмешался: - Эй, я уже сказал тебе не кормить его вашей едой. Мне будет все равно, если позже ему нечем будет тебе заплатить. - Все в порядке, - Чунь Цзяо сверкнула сладкой улыбкой. - Он сможет заплатить собственным телом. С нервно дергающимися уголками губ Нань Гэ'эр подошел и яростно запихнул в рот Мо Шу свои закуски домашнего приготовления: - Ешь и топай отсюда. В противном случае брошу тебя здесь расплачиваться по долгам. - Раньше ты называл меня Сяо Шу Шу (1), а теперь смотришь свысока на мои предпочтения в еде... - Мо Шу продолжал бурчать, ни на миг не переставая жевать. Нань Гэ'эр почувстовал, что у него на лбу снова начинает пульсировать эта нервная жилка, которая зачастую проявлялась, когда его доводили до ярости проделки Мо Шу. - Кто знал, что Мо Шу сяньшэн и Нань Гэ'эр настолько близки, - хихикнула Чунь Цзяо. Нань Гэ'эр сделал глубокий вдох, после чего открыл глаза, уставившись прямиком на Мо Шу, и ответил Чунь Цзяо: - Сестрица Чунь Цзяо, ты считаешь, что такое возможно? - хоть он и знал о бесплодности каких-либо объяснений и умом понимал, что этим дамам доставляет злорадное удовольствие сводить с ума окружающих, он все равно глупо попытался ее слегка просвятить. - Почему невозможно? - слегка усмехнулась Чунь Цзяо, наливая Нань Гэ'эру чашечку чая. - Здесь нет ничего невозможного, понимаешь? "Понимаю?.." Поблагодарив Чунь Цзяо, Нань Гэ'эр принял у нее чашку с чаем и отпил глоток. Мо Шу систематически наведывался в район красных фонарей, улаживая кое-какие дела. Однако район красных фонарей в Гуантянь отличался от всех таковых, которые он посещал прежде. Хотя застоявшийся аромат косметики, исходящий от здешних дам, оказался так же силен, парни, что наведывались в район красных фонарей, были какими-то... Они попросту совершенно не походили на типичных завсегдатаев борделей. Они вели себя честно и откровенно, когда прогуливались по улицам и болтали с обитателями района красных фонарей. Самым сложным для понимания Нань Гэ'эра оказалось то, что, когда он какое-то время назад отправился к живущей по соседству тетушке, чтобы поучиться у ее мужа навыкам земледелия, то понял, что этого парня там нет. Поэтому он спросил о нем, и тетушка, словно само собой разумеющееся, ответила ему, что тот наведывается в район красных фонарей. Нань Гэ'эра это попросту выбило из колеи: женщины Гуантянь сохраняли отвагу и спокойствие даже после того, как их мужья отправлялись в район красных фонарей. Однако по прошествии какого-то времени Нань Гэ'эр осознал, что была во всем этом некая неувязочка. Дамы из квартала красных фонарей, похоже, совершенно не стыдились своего положения. Как и никто не смотрел на них свысока. Вместо этого к ним относились так, словно они всего лишь занимались своим делом. - Сегодня вышла Сяо Я, - проговорила бархатным тоном Чунь Цзяо, все так же прильнув к Мо Шу. - Я по-прежнему считаю, что нет никого лучше наших ребят, - тут в ее словах появился намек на досаду, - но я знаю, что находящиеся снаружи ребята не так хороши, как Мо Шу сяньшэн. Мо Шу просто улыбнулся, ничего не ответив. - Мо Шу сяньшэн, когда вы собираетесь выйти? Дамы и юноши из района красных фонарей Гуантянь периодически на определенное время покидали Гуантянь. Большинство людей Гуантянь, включая Мо Шу, на какое-то время уезжали отсюда. Кто-то из них отправлялся закупаться товарами, другие уезжали на отдых, но еще больше людей... уезжали по неизвестным причинам... Короче, вот таким местом был этот Гуантянь: полным всевозможных странных явлений, но при этом казавшийся на удивление мирным. - Может, как-нибудь позже, - усмехнулся Мо Шу. - Все равно никаких писем не приходило. - Это верно, - перекинувшись парой слов с Мо Шу, Чунь Цзяо снова с усмешкой принялась дразнить Нань Гэ'эра. - Нань Гэ'эр, я тут краем уха услышала, что ты спишь с Мо Шу сяньшэном. С вами происходили какие-нибудь забавные случаи, о которых ты мог бы мне рассказать? К примеру, что-нибудь смущающее? Лишившийся дара речи Нань Гэ'эр поднял голову и посмотрел сидящую перед ним даму, которая с виду казалась нежней, чем цветок. "По-моему, в твоем словаре нет ни единого слова, хоть отдаленно напоминающего "смущение". В действительности ни у кого с этой улицы его нет!" - Чунь Цзяо, хватит дразнить его, - соизволил заговорить Мо Шу; у него наконец-то пробудилась совесть. Но не успел Нань Гэ'эр выразить ему свою благодарность, как тот продолжил: - Разве Нань Гэ'эр сможет тебе такое сказать? Он очень легко смущается. - ... - ярость Нань Гэ'эра снова вскипела. "Смущается твоя задница! Между нами ничего не было, ясно тебе?!" Поскольку тот случай произошел уже очень давно, Нань Гэ'эр понимал, что жители города судачат о нем с Мо Шу только от скуки. В сущности было не так много людей, которые восприняли это всерьез. Просто из-за тона Мо Шу он совершенно не мог оставаться спокойным. Заметив, что Нань Гэ'эр покраснел и чуть не дымится от ярости, Мо Шу усмехнулся: - Только взгляни на это - он моментально краснеет. Нань Гэ'эр не выдал ни единого слова упрека, так как ненавидел свой глупый рот. Он смог придумать только один выход из положения: схватив из бумажного пакета закуски, он принялся запихивать их в этот скверный рот, раз за разом продолжавший выбалтывать ужасные слова. "Заткнись! Заткнись! Заткнись! Заткнись!" Преисполнившаяся весельем Чунь Цзяо смотрела в сторонку, и смех ее становился все более и более далеким от добродетели. "Это место просто ужасно! Куда делись мои неизменная непоколебимость и превосходный самоконтроль с крайней уверенностью в своей победе?!"

1. Сяо Шу Шу: наподобие "Сяо Наня", ласковым образом произнесенное имя Мо Шу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 25

В один прекрасный день, когда окончание осени было уже совсем близко, Мо Шу прошел через зал, направляясь прямиком к переднему двору, где находился в настоящий момент Нань Гэ'эр, и при этом его чуть ли не распирало от гордости: - Идем. - Идем? - очищавшему от сорняков сад Нань Гэ'эру, когда он взглянул на Мо Шу, вид этого парня показался весьма забавным. - В горы. - А? - Нань Гэ'эр в еще большей растерянности посмотрел на него. - Прекрасное время для охоты, я уже согласовал все с Чжу Си, - с улыбкой отозвался Мо Шу. - Охоты? - в шоке повторил Нань Гэ'эр. - Идем, - Мо Шу рывком поставил на ноги Нань Гэ'эра и лихо потянул его за собой. - Эй, - Мо Шу потащил прочь Нань Гэ'эра прямо так: с комком земли в одной руке и сорняком в другой, - ты даже не объяснил, зачем мне идти. - Чтобы поохотиться в горах, - на лице Мо Шу нарисовалось выражение легкого недоумения. - Разве я еще не сказал? - То, что ты идешь в горы, не имеет ко мне ни малейшего отношения, - прорычал Нань Гэ'эр, вытирая свои испачканные землей руки об одежду Мо Шу. Когда Мо Шу находился неподалеку, он сам стирал все белье. Вот почему Нань Гэ'эр совершенно не переживал, пачкая одежду этого парня. Не обращая внимания на маленькие шалости Нань Гэ'эра, Мо Шу легонько прокашлялся: - Чжу Си сказал, что я смогу отправиться туда, только если ты согласишься пойти вместе со мной. Уголок губ Нань Гэ'эра нервно дернулся: - И что? - Идем вместе, - разулыбался Мо Шу. - Ходить в горы весело. Все дети округа любят туда подниматься, но они ведут себя не так послушно, как ты, поэтому я бы не стал брать их с собой. В тоне голоса Нань Гэ'эра не прозвучало и намека на веселье: - В таком случае мне стоит поблагодарить вас за то, что признали мою ценность, - "Это ты здесь дитя; вся твоя семья дети, негодник!" - Не стоит благодарности, - усмехнулся Мо Шу. - Идем скорее. Нань Гэ'эр слегка посопротивлялся, но все без толку. У него не оставалось иного выбора, кроме как упрямо встать на одном месте: - Я не иду. - Почему бы и нет? - вместо того, чтобы изобразить на лице потрясенное выражение, Мо Шу улыбнулся ему. - Слишком много хлопот, - нахмурился Нань Гэ'эр. - Это же очень весело, - рассмеялся Мо Шу. - Разве тебе не хочется увидеть что-нибудь забавное? - Нет, - воспользовавшись тем, что Мо Шу отвлекся, Нань Гэ'эр с силой выдернул свою руку из его хватки. "Я доволен просто своей одинокой жизнью. Что же касается остального, что не имеет значения для выживания и зовется "веселым", я совершенно не готов на это смотреть". - Почему ты использовал столько силы? - Мо Шу неодобрительно нахмурился. - Руке не больно? - Нет, - невозмутимо бросил Нань Гэ'эр, коротко глянув на свою руку. Он вернулся назад и продолжил прополку. Он и правда чувствовал легкую боль, но тут не было ничего серьезного. - Сяо Нань, - прозвучал за спиной Нань Гэ'эра голос Мо Шу, в тоне которого послышалось раздражение. - Мне не нравится твое текущее отношение, - Нань Гэ'эр продолжать заниматься своим делом и даже головы не повернул. - Ты не захочешь увидеть, каков я в гневе, - голос Мо Шу прозвучал глубже, чем прежде, с намеком на просачивающуюся изнутри опасность. Нань Гэ'эр же попросту, опустившись на корточки, повернулся к нему спиной. Взвесив все, он решил, что Мо Шу не из тех, кто срывает свой гнев на других, едва дела идут не так, как ему хочется, потому он и посмел внаглую проигнорировать этого парня. Но даже если бы Мо Шу приспичило накинуться на него... если честно, он ничего не смог бы с этим поделать. Ему просто хотелось выжить, повинуясь инстинкту; он всего лишь хотел продолжать жить. Однако он не помешался на этой идее. Он просто старался, как мог, без прежнего желания выжить любой ценой. В общем и целом, он просто чувствовал усталость и лень. Глядя на спину немного вялой фигурки, которая держалась настороже, будто ежик, Мо Шу отчего-то почувствовал, как у него защемило сердце. На какое-то время он замер на месте, но в итоге все же решил не обращать внимания на холодное отношение Нань Гэ'эра. Вздохнув, он направился к ежику. Услышав приближащиеся шаги Мо Шу, Нань Гэ'эр инстинктивно сжался всем телом. - Нам обоим ничего хорошего не принесет, если ты продолжишь упрямиться, - это были единственные слова, сказанные Мо Шу. Подойдя к Нань Гэ'эру, он тоже присел на корточки. - Идем со мной, не хочешь? Я собирался пошить для тебя еще одну легкую шубу на предстоящую зиму. В противном случае я боюсь, что ты снова простудишься. Нань Гэ'эр на мгновение замер, ни слова не говоря. - Чжу Си знает, что ты единственный способен держать меня под контролем, поэтому захотел, чтобы ты отправился вместе со мной, - прошептал Мо Шу. - Если ты не пойдешь, то мне так и не удастся подняться в горы в этом году. Нань Гэ'эр продолжал сохранять молчание. - Тебе нужно просто составить мне компанию, пока я поднимаюсь в горы. Больше тебе ничего не придется там делать. Руки Нань Гэ'эра неподвижно застыли. - Поэтому, пожалуйста, сходи со мной, хорошо? - упрашивал Нань Гэ'эра Мо Шу, при этом тон его голоса звучал немного умиротворяюще и заискивающе. - ...Почему?.. - Хм? - Мо Шу не разобрал, что пробормотал Нань Гэ'эр. - Почему вы так добры ко мне? - "У него вообще нет причин что-либо для меня делать; у меня нет ничего, имеющего хоть какую-то ценность. Я ни на что не способен, да любой житель Гуантянь окажется намного лучше меня". - Понятия не имею, - Мо Шу на миг застыл, после чего слегка улыбнулся. Протянув руку, он погладил Нань Гэ'эра по голове. - Разве нужна причина? - Я не знаю, - пробормотал Нань Гэ'эр. - Раз уж ты тоже не знаешь, то и причина нам не нужна, - придя к такому необоснованному заключению, Мо Шу усмехнулся. - Я делаю это только потому, что мне этого хочется. Я всегда так поступал. - Вот уж поистине интуитивный образ жизни, - голос Нань Гэ'эра прозвучал едва слышно. Мо Шу издал легкий смешок: - Возможно, и так. Почему ты внезапно решил уступить? - по словам Нань Гэ'эра он понял, что тот согласен отправиться с ним. Мо Шу почувствовал себя слегка озадаченным. Изначально он думал, что их ожидает долгий разговор, в ходе которого появится множество нечестных условий. - Когда-то мама сказала мне, что человек, который от чистого сердца заботится обо мне, пойдет на компромисс и согласится мне уступить, - пробормотал Нань Гэ'эр. Так говорила мама из его предыдущей жизни. В подростковые годы он был непослушным и раздражительным. Из-за того, что он все время слонялся по округе, отказываясь ходить в школу, его маме приходилось каждый день отчаянно разыскивать его, а найдя, она принималась без остановки его распекать и наставлять. Однако он упорно стоял на своем, постоянно сбегая с уроков, чтобы похулиганить. Как-то раз, найдя его, мама сказала ему эти слова. Она не хотела ему навредить, ценя и любя его, но и не могла махнуть на него рукой, поэтому ей приходилось идти на компромисс. - Какая разумная леди, - с легкой улыбкой заметил Мо Шу. - Я думал... что у меня больше никогда... никогда не появится подобного человека, - после перемещения в этот мир такой человек перестал существовать в его жизни. Слова Нань Гэ'эра прозвучали неразборчиво, отчего Мо Шу не смог толком расслышать, что он сказал. Почувствовав легкое любопытство, он попросил его повторить. Однако Нань Гэ'эр снова погрузился в молчание. Заметив это, Мо Шу тоже замолчал, сидя на корточках возле него. Немало времени спустя Нань Гэ'эр наконец-то пробормотал: - Я не знаю, - он не знал, почему Мо Шу так к нему относился: терпел все его выходки, шел на уступки и готов был ради него пойти даже на компромисс. Это слегка озадачивало его и вызывало у него некоторое смущение. - Я тоже не знаю, - более-менее спокойно отозвался Мо Шу. - К счастью, здесь лишь один из вас, поэтому, скорей всего, это не доставит мне мне особых проблем, - напротив, благодаря этому он чувствовал себя расслабленным. - Вы полностью упустили главную мысль, - мрачно пробормотал Нань Гэ'эр. - Я вообще ни слова не понял. - Многие вещи не так однозначны, как тебе кажется, - на лице Мо Шу повисла легкая улыбка, и он подушечкой пальца постучал по его лбу. - Ты чересчур серьезен, жить так будет слишком изнурительно. - Прошу меня простить за неполноценность моих способностей по сравнению с вашим интуитивным образом жизни, - Нань Гэ'эр стрельнул в него взглядом. Мо Шу ухмыльнулся, не проявив и малейшего намека на стыд: - Все в порядке, я не стану тебя презирать. - Но я презираю вас, - Нань Гэ'эр стиснул зубы. - Особо не задумывайся об этом, - Мо Шу не заботили внутренние терзания Нань Гэ'эра. Поднявшись на ноги, он потянул юношу за собой. Немало времени просидевший на кортточках Нань Гэ'эр, и без того обремененный немощным телом, в итоге, покачнувшись на онемевших ногах, полетел вперед, угодив лицом в грудь Мо Шу. "Что за абсурдный сценарий?.." - в глубине души несчастно проворчал Нань Гэ'эр. Если бы он был миловидной дочерью какой-нибудь простой семьи или добродетельной дочерью знатного дома, эта сцена вышла бы идеальной. Но вместо этого она превратилась в эпизод романтической гей-дорамы... Первый главный герой тут же с головой окунулся в происходящее и проявил чуткость: - У тебя онемели ноги? Хочешь помассирую их тебе? Второй главный герой бесчувственно выдал одно слово: - Отцепитесь, - и, оттолкнув первого главного героя, захромал прочь. - Куда ты идешь? Нам не в ту сторону, - прокричал Мо Шу в спину Нань Гэ'эру. Нань Гэ'эр ответил ему "живописным" закатыванием глаз: - Я не такой шустрый, как вы, мне нужно собрать свои вещи, - на самом деле ему хотелось его обругать: - "Ты, чертов идиот". Раз уж они отправлялись в горы, то точно к ночи не успеют вернуться домой. А значит, просто необходимо было приготовиться к тому, что придется разбить лагерь под открытым небом. Он был всего лишь обычным хрупким человечком, в отличие от этих обладающих выдающимися навыками мастерами боевых искусств. "Почему это нежное и трогательное чувство оказалось столь мимолетным? Да в общем-то потому, что уровень идиотизма Мо Шу попросту не подходит для такого рода сценариев и эмоций, не так ли? Я слишком глуп, раз постоянно питаю несбыточные ожидания и позволяю себе фантазии касательно этого человека. Как можно быть настолько тупым? Разве я уже давно не раскусил природу этого парня? Почему я все равно позволяю ему растрогать себя? Я такой глупый, ну в самом деле..." На обратном пути весь разум Нань Гэ'эра переполняла обида. В глубине его души снова и снова повторялась эта фраза. Бедный Нань Гэ'эр превратился в Нань Линь Сао (1).

1. Нань Линь Сао - Нань Гэ'эр ссылается на "Линь Сао" (подставив свою фамилию), также известную как жена Сян Линя. Главная героиня новеллы "Новогоднее Жертвоприношение", китайского автора Лу Сюня. Обычной для нее фразой было: "Я такая глупая, ну в самом деле".

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 26

Закончив со сборами, Нань Гэ'эр тотчас же отправился в горы с Мо Шу. И, конечно же, все собранные им в дорогу припасы и необходимые вещи с легкостью понес Мо Шу сяньшэн. Тяжело дышащий Нань Гэ'эр следовал за ним, со скоростью черепахи взбираясь по склону. Цель этой охоты, согласно слухам, обитала посредине горы, так что им не пришлось бы долго оставаться в горах. Если повезет, у них, скорей всего, уйдет всего три дня на то, чтобы схватить добычу и вернуться домой. Разместив Нань Гэ'эра, Мо Шу сразу же отправился на поиски следов, оставленных той самой добычей. Перед уходом он даже поймал несколько лис и кроликов, чтобы те "составили компанию" Нань Гэ'эру. Несколько раз предупредив Нань Гэ'эра ни за что не выходить из пещеры, он суматошно сбежал из нее, пока Нань Гэ'эр забрасывал его вслед камнями. Когда Мо Шу в сумерках вернулся назад, то заметил, что те самые "приятели", которых он отловил, чтобы они не давали скучать Нань Гэ'эру, превратились в скворчащий над костром и поблескивающий жирком ужин... Нань Гэ'эр, приложив все свои силы, отодрал ножку от тушки дикого кролика, которую умудрился зажарить почти до твердости камня, и, обращаясь к Мо Шу, пробормотал: - Не обращайте внимания на мои любительские навыки, для начала просто наполните свой желудок, - в руках у него была наполовину открытая книга. "Это фантастика, мой ребенок вообще не станет страдать от одиночества", - Мо Шу отбросил добычу, а затем подошел, чтобы во второй раз заняться приготовлением ужасно жесткого мяса. Он прорезал в мясе отверстие и выдавил туда сок из различных растений, после чего вытащил из-за пазухи соль и слегка подсолил. Он переворачивал и обжаривал мясо снова и снова. Когда же от мяса начал исходить заманчивый аромат, он отрезал от него кусок и передал Нань Гэ'эру, который, сам не зная когда, перестал пытаться откусить от кроличьей лапки: - Ешь. Из-за внушающих ужас рекордов, которые все время ставил Мо Шу, Нань Гэ'эр немного помедлил перед тем, как взять то, что протягивал ему этот парень. Хотя он считал, что ему, скорее всего, не грозит смертельное отравление, он все-таки с крайней осторожностью откусил маленький кусочек и его прожевал. Следом его медленные жевательные движения мало-помалу ускорились. Одарив Мо Шу недоверчивым взглядом, он откусил еще кусочек. Мо Шу даже не пришлось спрашивать Нань Гэ'эра, как ему мясо; его реакция лучше всяких слов поведала ему обо всем. К тому же он был уверен в своих навыках приготовления пищи; они по меньшей мере на несколько уровней превосходили способности Нань Гэ'эра. Усмехнувшись, он подхватил отложенную Нань Гэ'эром жесткую кроличью ножку, продолжив трудиться над ней. Заметив, как опытно действует Мо Шу, за обе щеки уминавший еду Нань Гэ'эр спросил: - Похоже, вы в этом хороши, а? Мо Шу поднял голову и, глядя на Нань Гэ'эра, прикинулся потрясенным: - Разве я тебе раньше не говорил? Я довольно хорош в приготовлении пищи и тому подобных занятиях. Прекратив жевать, Нань Гэ'эр вскоре свирепо уставился на него: - Ты совершенно точно такого не говорил! - "Знай я, как хорошо готовит Мо Шу, стал бы я изо дня в день торчать на кухне?! Не лучше ли было бы предоставить заниматься этим ему?!" Чем дольше он размышлял над этим, тем сильнее бесился. Так ему внезапно вспомнилось, сколько раз он с гордостью расспрашивал Мо Шу, вкусный ли вышел ужин... Следом он сравнил мясо, которое приготовил сам, с мясом, прошедшим через руки Мо Шу, и тут же невольно впал в ярость от испытанного им унижения: - Тебя так забавляет дразнить меня?! Наклонивший голову Мо Шу усмехнулся, едва увидев рассерженное выражение, посетившее лицо Нань Гэ'эра: - Мм. - Ты! - кровь Нань Гэ'эра вскипела от ярости - он всерьез подозревал, что у него вот-вот начнется кровавая рвота. - Но посмеяться над твоими навыками готовки было не единственной причиной, по которой я не вставал за плиту, - с улыбкой пояснил Мо Шу. - Пусть я не знаю, что думают на этот счет остальные, по-моему, приготовленная тобой еда весьма недурна. - Ерунда! - Нань Гэ'эр совсем обезумел от гнева и запустил в Мо Шу мясом, которое держал в руке. - Это с моими-то навыками? Он нисколько не возражал против обычных проказ Мо Шу, так как не воспринимал их всерьез. Однако он решил заняться приготовлением еды и тому подобным лишь потому, что желал хоть что-нибудь сделать для этого парня. И теперь, когда все его благие намерения стали поводом для насмешки, как он мог не сердиться? - Навыки - это не главное, - непринужденно поймав брошенное Нань Гэ'эром мясо, Мо Шу насадил его на вертел, после чего продолжил разогревать и поджаривать. - Просто мне кажется, что готовить и есть в одиночестве слишком скучно, поэтому я редко готовлю, - он улыбнулся, глядя на Нань Гэ'эра, который, несмотря на все свое раздражение, по-прежнему слушал его. - Лично я предпочитаю еду, приготовленную другими людьми. - Тогда почему ты ни с того ни с сего принялся жарить мясо?! - "И при этом хладнокровно раздраконил меня!" - Просто потому, что впредь я решил готовить для тебя, - усмехнулся Мо Шу. - Наконец-то закончились силы терпеть мою стряпню? - хмыкнув, проворчал Нань Гэ'эр. Он знал, что приготовленная им еда далека от определения "хороша", но такое основательное издевательство все равно вызывало у него недовольство. - Нет, - улыбнулся Мо Шу. Ночь постепенно прикрыла все своим покрывалом, оставив в покое лишь слегка мерцающий огонь костра. Неясные оранжевые отблески пламени покрыли лицо Мо Шу, добавив ему еще немного очарования. Самое обычное для него спокойное выражение лица словно тоже стало теплее и мягче. - Просто потому, что я решил готовить вкусную еду для тебя. - А? - Нань Гэ'эр на какое-то время оторопел. Моргнув, он продолжил: - ...О, - он не совсем понял, что имел в виду Мо Шу, и смог выдавить в ответ лишь один единственный слог. - Ты слишком худенький, - продолжил Мо Шу. - ...О, - "Неужто моя худоба тебе поперек горла, а, великий магистрат? Не хочешь ли ты сказать, что собираешься откормить меня к Новому году?!" - Мне не под силу залечить рану в твоем сердце. Я просто хочу готовить для тебя любимую еду, чтобы ты хотя бы с нетерпением ожидал наступления каждого нового дня, - прошептал Мо Шу, а затем поднял голову и посмотрел на Нань Гэ'эра. - Люди, которые не питают никаких надежд на завтрашний день, легко умирают. Обычно глаза Мо Шу казались чистыми и проницательными, и только когда он пил вино, они начинали ярко сиять. Сейчас же в глазах Мо Шу осталась только кромешная тьма, некая бескрайняя пустота. Нань Гэ'эр просто не мог смотреть ему прямо в глаза, поэтому отвел взгляд. Его никак не оставляла мысль, что ему никогда не скрыться от того Мо Шу, каким тот предстал перед ним в данный момент. - Не умирай, - пробормотал Мо Шу, протягивая руку, чтобы погладить Нань Гэ'эра по голове. Почувствовав приближение его руки, Нань Гэ'эр легонько вздрогнул, но не стал уклоняться. - Ты всем очень нравишься, включая меня. Теперь, - произнес Мо Шу. - А это значит, что мне не понравится, если ты умрешь. Вопреки ожиданиям, это добавленное Мо Шу "теперь" заставило Нань Гэ'эра поверить ему. Он бы никогда не поверил в то, что Мо Шу с самого начала стал хорошо к нему относиться, как не поверил бы в то, что люди Гуантянь захотят при первой же встрече поделиться с ним своими секретами. Он только-только начал узнавать о Гуантянь, постоянно живя там на протяжении почти что трех лет. В отличие от растений, эмоции людей растут постепенно, не так ли? К тому же он никогда не являлся человеком с каменным сердцем. Его прежняя жестокость была вызвана необходимостью ожесточиться. Сейчас же, в Гуаньтянь, ему незачем было упорно к чему-то стремиться и себя принуждать, поэтому в его сердце неизбежно возникла бы связь с этим местом. Наконец Нань Гэ'эр кивнул: - ...Мм, я... я не испытываю неприязни к этому месту, - на протяжении последних двух лет на вопрос Мо Шу он мог ответить только "не знаю". Теперь же он наконец-то смог дать иной ответ. Он не мог с уверенностью сказать, нравится ему здесь или нет, поскольку продолжительное пребывание во тьме давным-давно заставило его позабыть о каких-либо желаниях и симпатиях. Но, по крайней мере, он был не против остаться. "Уже одно это доказывает, что я, скорей всего, не испытываю неприязни к этому месту. Странное место, наполненное шумными и возмутительно ведущими себя жителями, с магистратом, который только и делает, что раздражает окружающих... Но это не вызывает у меня неприязни". Не ожидавший подобных слов от Нань Гэ'эра Мо Шу на миг испытал потрясение, а затем тут же счастливо рассмеялся. - И еще, - тон Нань Гэ'эра окрасился ледяным холодом, но под этим хладнокровием едва заметно проглядывало наступление бури. - Хм? - Мо Шу слегка улыбнулся, не переставая гладить Нань Гэ'эра по голове. - Убери от меня свои грязные, перепичканные жиром руки! - прозвучал рев, эхом разнесшийся по всей округе.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 27

Проведя три дня на горе, вечером на третий день Мо Шу и впрямь притащил зверя с огненно-красным мехом. К тому времени Нань Гэ'эр практически дочитал свою книгу. Он как раз вовремя поднял взгляд, чтобы увидеть прогулочным шагом возвращающегося Мо Шу, который во всей красе демонстрировал свой элегантный и божественный облик, если не обращать внимания за зверя, которого он небрежно волок одной рукой, словно это был коврик. Нань Гэ'эр бросил взгляд на напоминающую пламя шкуру зверя и ему показалось, что в ней было что-то знакомое. Однако он так и не смог вспомнить, что именно, поэтому просто нахмурился, пытаясь понять, что именно творилось у него в сердце в этот момент. - Что-то не так? - подойдя ко входу в пещеру, вскользь поинтересовался Мо Шу, заметив, в какой глубокой задумчивости пребывал Нань Гэ'эр. Пройдя внутрь, он отрезал передние лапы зверя. Затем срезал с них мясо, промыл его, покрыл приправами и принялся обжаривать на огне. Нань Гэ'эр явно не собирался отвечать на брошенный Мо Шу вопрос. Он просто проследовал за ним обратно в пещеру, а затем присел рядышком, наблюдая за тем, как тот старательно трудится. Аромат свежезажаренного мяса в мгновение ока отвлек его от всех прочих мыслей. Мастерство Мо Шу было поистине восхитительным. Пусть, как он сам утверждал, его навыки были лишь хорошо отработаны, в действительности они были исключительно хороши. Нань Гэ'эру казалось, что, скорее всего, даже дворцовые повара Бэйцзюнь в подметки не годились этому парню. Когда Нань Гэ'эр дожевал здоровенный кусок мяса, Мо Шу не позволил ему съесть еще - в конце концов, у него было хрупкое здоровье, и он не смог бы переварить так много за раз. Просто пару дней назад он разрешил Нань Гэ'эру съесть слишком много. В результате юноша не смог столько переварить, и посреди ночи у него разболелся живот, из-за чего ему почти не удалось поспать. Вчера же он дал ему совсем маленький кусочек, отчего тот весь день чувствовал дискомфорт. Так и вышло, что наслаждаться едой остался только Мо Шу, пока Нань Гэ'эр сверлил его пристальным взглядом. После длительного пристального разглядывания Нань Гэ'эр посчитал, что в этот раз ему не удастся урвать ни кусочка из лап Мо Шу. Следовательно он обратил свой взор к дикому зверю, бесцеремонно брошенному у входа в пещеру. "Что же именно это за зверь? Просто такое чувство... что он очень знаком". Предавшийся размышлениям Нань Гэ'эр поднялся и подошел к туше. - Куда это ты? - раздался у него за спиной голос Мо Шу. - Эта зверюга кажется такой знакомой, - недоумевающий Нань Гэ'эр принялся внимательно со всех сторон рассматривать этого зверя. Этот дикий зверь был не особо большим, примерно с лошадь размером. Каждый дюйм его тела покрывал длинный огненно-красный мех. Изо лба его тигроподобной головы торчал алый рог. Два блестящих зуба высовывались у него изо рта. Хотя Мо Шу уже прикончил его, зверь все еще казался жутко свирепым. - Ах, - вспомнил он. - Ах? - Мо Шу прекратил жевать, глядя на Нань Гэ'эра, который к этому времени оцепенел. - Мо Шу... - даже сам Нань Гэ'эр заметил, что его голос дрожит. - Хм? - увидев, что Нань Гэ'эру не угрожает никакая опасность, Мо Шу продолжил работать челюстями. - Руки прочь, хватит жевать... - прошептал Нань Гэ'эр, его лицо выражало огорчение. - Почему? - явно растерялся Мо Шу. - Это же Облачный Зверь! - наконец пронзительно вскричал Нань Гэ'эр. - Облачный Зверь? - весь ответ Мо Шу пронизывало замешательство. - Это единственное священное животное на континенте, находящееся под охраной всех стран! - Нань Гэ'эр бросился к Мо Шу и попытался вырвать мясо из его рук. Мо Шу ловко увернулся: - Нетушки. Не позволю тебе сегодня упрямиться; если ты это слопаешь, у тебя снова разболится живот. "Это что еще за тон, словно ты успокаиваешь ребенка?!" Нань Гэ'эр скорчил гримаску: - Да кто захочет есть твое мясо? - Выходит, ты хочешь съесть меня, так? - Мо Шу издал едва слышный зловещий смешок. Он раскинул в стороны руки, принимая величественную позу. - Вперед, я не стану сопротивляться. Столько времени болтаясь возле квартала красных фонарей, Нань Гэ'эр определенно понимал, что Мо Шу, этот бессердечный парень, дразнит его. Однако он даже не думал набрасываться на него, а просто схватил Мо Шу за руки: - Это же Облачный Зверь! - И что с того, что это Облачный Зверь? - Мо Шу наконец-то выдал вполне определенный ответ на наполненный изумлением вопрос Нань Гэ'эра. Континент, на котором стоял этот мир, все называли "Юнь Лу". Согласно слухам, изначально здесь была одна большая страна, которая впоследствии разделилась на четыре меньшие по размеру. Облачные Звери считались невероятно редкими и неповторимыми на континенте; им приписывали свирепый и буйный нрав, к тому же они с древних времен почитались, как символ королевской власти. Даже окажись человек, обнаруживший Облачного Зверя, обычным простолюдином, это все равно принесло бы ему благодарность от всей страны, а высочайшей из наград был благородный титул принца. Так как Облачным Зверям очень сложно было оставить потомство, правителям разных стран всегда приходилось спаривать их с другими животными. Выходившие в итоге детеныши смешанных кровей оказывались слабыми. И даже их не особенно привлекательная окраска не имела значения, поскольку большинство из них умирали, так и не достигнув зрелости. Он, даже живя в стране Бэйцзюнь, никогда не видел столь ярко-красной окраски и обладающего таким крепким телосложением Облачного Зверя. И именно поэтому в тот момент Нань Гэ'эр даже подумать не мог, что его ужином стал Облачный Зверь... Он был потрясен, как если бы после того, как он от души налопался барбекю, ему вдруг сказали, что мясо, которым он счастливо набивал свой животик, в действительности принадлежало милой панде. Отлично, если он правильно помнил, Мо Шу собирался пустить шкуру этого зверя ему на шубу, шкуру Облачного Зверя... Нань Гэ'эр с широко распахнутыми глазами ошеломленно уставился на безучастное лицо Мо Шу: - Это же Облачный Зверь! Облачный Зверь! - сейчас он мог только тупо повторять эти слова. - Мм, - кивнул Мо Шу. - Мясо у него немного нежнее. Важнее всего, что его мех прекрасно сохраняет тепло, а еще он легкий, - немного подумав, он продолжил: - К тому же на него проще охотиться, поэтому он идеально подходил для того, чтобы стать целью этой охоты. - Нет, я не об этом! - безудержно вскричал Нань Гэ'эр. - Это... это... - находясь на грани потери сознания, он дрожащим пальцем указывал на Облачного Зверя. "Небеса, я только что ел Облачного Зверя! А Мо Шу... прикончил самое охраняемое животное на всем континенте!" - Спокойнее, - выражение паники, столь редкое для лица Нань Гэ'эра, показалось Мо Шу весьма забавным, но озадачивающим. - Пусть я не понимаю, почему ты так переживаешь из-за этого дикого зверя, я все равно уже убил его, разве ты сможешь что-нибудь с этим поделать? "Все равно уже убил, все равно уже убил, все равно уже убил..." - весь разум Нань Гэ'эра заполонили эти несколько слов. Продолжая преспокойно дожевывать мясо, которое держал в руке, Мо Шу поднял голову и посмотрел на Нань Гэ'эра: - Тебе он настолько понравился? Если так, то я могу поймать маленького детеныша, чтобы ты мог взять его домой. Однако эту разновидность диких зверей сложно приручить, и, скорей всего, он умрет в неволе, - сказал он и, немного помолчав, снова заговорил: - Но у молодых зверей мех мягче, да и мясо куда нежнее. Даже если он умрет, его можно будет съесть, и это тоже будет неплохо. У Нань Гэ'эра распахнулись глаза. Он не мог поверить в услышанное. Как может кто-то так беззастенчиво заявлять о том, что собирается пустить на еду священного зверя континента Юнь Лу? И даже планировать слопать детеныша после того, как переварит его родителя! - Может, завтра его изловить? - все еще раздумывал Мо Шу. - Но отлавливать детеныша зверя будет малость неподобающе. Нань Гэ'эр больше не мог этого слышать. Он снова схватил Мо Шу за руки и со всей своей искренностью посмотрел на него: - Не нужно его ловить, правда. Больше никого не нужно ловить. Прошу, просто позволь ему хорошо прожить свою жизнь. Ты уже навредил его отцу, а сейчас даже сына его не собираешься отпускать. Это слишком бесчеловечно. - Совершенно верно, - всерьез согласившись, кивнул Мо Шу. - Охотиться на детенышей и правда непозволительно. "Это же тебе не обычный дикий зверь!" - Нань Гэ'эра так и подмывало прокричать эти слова прямо ему в лицо, но, заметив, что на лицо Мо Шу вернулось собранное выражение, ему оставалось лишь чувствовать боль в своих яйцах. "...Просто забудь, по-моему, жителей Гуантянь вообще не заботит, что это священный зверь. Для них звери отличаются лишь тем, насколько вкусное у них мясо. Но почему священный зверь, которого давным-давно не видали на континенте Юнь Лу, объявился в горах такого маленького округа, как Гуантянь? И если судить по тону Мо Шу, этих зверей здесь хватало?" Пока Нань Гэ'эр над этим раздумывал, Мо Шу заговорил: - Что ж, на самом деле это самка. Выходит, она должна приходиться ему матерью; той, кому я навредил, является его мать. Нань Гэ'эр с совершенно невыразительным лицом присел на корточки, подобрал кость, оставшуюся лежать на земле, и бросил ее в голову Мо Шу. После этого он выдал явную ложь: - Извиняй, рука соскользнула. Даже "наградив" Мо Шу этой костью, он все равно не успокоился. Он лишь ощущал, что все чувства в его сердце можно было описать одним-единственным словом: "разочарование". "Не мог бы ты прервать мои размышления какой-нибудь давно устаревшей темой, не имеющей никакого отношения к делу?!" Мо Шу дотронулся до выросшей у него на голове шишки и с горечью улыбнулся: - Сяо Нань, тебе и правда нравится изображать из себя избалованного ребенка. Нань Гэ'эр опять присел на корточки и подобрал еще одну кость. - Прости, я ничего не говорил, - мигом вскрикнул Мо Шу. Совершенно не тронутый этим Нань Гэ'эр подобрал косточку побольше и метнул ее в лоб Мо Шу. - За что? - с намеком на печаль в голосе спросил тот. - Я всего лишь делаю то, что мне хочется, - пусть Мо Шу и не уворачивался, Нань Гэ'эр все равно чувствовал, как все его лицо пересекают черные линии, а сердце наполняется тьмой. - Маленький ребенок решил поозорничать, - сдуру ляпнул Мо Шу. Нань Гэ'эр снова опустился на корточки. - Я был неправ, - Мо Шу явственно принес ему извинения, а затем, закатав рукава, смел прочь каждую кость лежавшую перед стоящим на корточках Нань Гэ'эром. - Кто позволил тебе болтать глупости? Настолько глупые слова болтать, а? - едва не утративший самоконтроль Нань Гэ'эр окончательно обезумел и без остановки принялся забрасывать Мо Шу мелкими камешками, которые подбирал с земли. - Кто позволил тебе убивать священных зверей? Убивать священных зверей? Ты хоть знаешь, насколько ценны эти животные? Ты экологически невежественный идиот! И кто здесь озорничает?! Кто озорничает?! - Остынь, остынь, Сяо Нань! Будь осторожен, чтобы не заболеть! Видишь, я просто стою здесь. Не серчай. Не бегай вокруг, а то упадешь. Ладно, хорошо. Вот тебе кость. Ой, ты слишком жесток! Этим вечером тихий лес разрывался от шума и суеты.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 28

Ранним утром на следующий день они вернулись в здание правительства, волоча за собой тушку бедного зверя. Вскоре прибыл получивший послание скорняк. Вместе с Мо Шу он освежевал зверя, которого практически невозможно было бы отыскать на всем континенте Юнь Лу. Его шкуру забрал для обработки скорняк, с которым поделились небольшим куском мяса. Оставшееся мясо было завялено, смешанное с небольшим количеством свинины и рыбы... Не имело значения, насколько редкими были священные звери в глазах людей континента Юнь Лу, люди из округа Гуантянь относились к ним отстраненно, как к обладателям вкусного мяса и превосходного меха, легко убиваемым зверям, на которых они охотились... По истечении двух месяцев Нань Гэ'эр облачился в длинную шубу из меха священного зверя - пусть он постоянно напоминал себе сохранять спокойствие, его все равно терзали смешанные эмоции. Ему очень хотелось оставаться спокойным, но проблема заключалась в том, что это был Облачный Зверь! Тот самый Облачный Зверь, который, даже будь он смешанных кровей, его бы все равно выращивали в прекрасном саду, и каждый правитель на континенте Юнь Лу принимал его за сокровище! Вот только теперь мех этого Облачного Зверя пошел на шубу... Если задуматься, он ведь вообще никогда не видел того огромного белого зверя, шкуру которого Мо Шу пустил на изготовление его первой шубы... "Только не говорите мне, что это еще один уникальный зверь, находящийся под угрозой исчезновения. О, нет! Я чувствую, как усиливается мое эмоциональное напряжение!" Нань Гэ'эру показалось, что на данный момент он сколотил немалое состояние. По меньшей мере пару его шуб можно было считать бесценными сокровищами. "Что ж, я ношу бесценные сокровища, но все равно продолжаю жить простой жизнью, ежедневно, словно заправский скряга, занимаясь сведением счетов и повседневными делами... Возможно, я единственный человек в мире, поступающий так". Конец года знаменовал завершение дней, на протяжении которых Мо Шу должен был оставаться в правительстве. После полудня Мо Шу закончил готовить еду. Сидя на огненном ведре (1) со стоящими сбоку несколькими тарелочками и небольшой бутылью с вином, он наслаждался зрелищем сливовых цветов, распустившихся на искусственной горке, сопровождая это удовольствие едой и выпивкой. Сливовое дерево, посаженное еще весной, отпустило несколько маленьких веточек с цветочками. Однако оно было еще слишком молодым деревцем и не могло полноценно цвести, отчего по его ветвям были просто изредка разбросаны распустившиеся цветы. Нань Гэ'эр за компанию с Мо Шу сидящий на огненном ведре, отведал только несколько блюд. Следом за ним он отложил свои палочки, ошеломленно глядя туда вместе с Мо Шу. Несмотря на открытое окно, Нань Гэ'эр все равно чувствовал тепло, сидя в шубе из меха Облачного Зверя. За исключением легкой прохлады от обдувавшего его лицо ветерка, его расположенные рядом с плитой ноги и все его тело чувствовали комфорт. После их возвращения с гор Мо Шу действительно взял на себя все обязанности по приготовлению пищи. Не имело значения, становились ли ингредиентами простые овощи или крупнозернистый рис, пройдя через руки Мо Шу, они всегда становились исключительно вкусными. Это стало причиной того, что Нань Гэ'эр набрал немножко жирка, а его здоровье стало лучше, чем прежде. Самым замечательным было то, что за последний год Нань Гэ'эр почти не болел, чем искренне гордился Мо Шу. Всякий раз, как доктор об этом упоминал, Мо Шу неизменно начинал выглядеть самодовольным. Наблюдающий за цветением сливовых деревьев Мо Шу, едва заметив, что Нань Гэ'эр положил свои палочки, спросил: - Почему ты не ешь? - ...Я уже объелся, - Нань Гэ'эр погладил животик. Теперь питание в правительстве стало намного лучше по сравнению с тем, что ему приходилось есть, когда он только появился в этом месте. Количество случаев, когда на столе появлялось мясо, тоже значительно возросло. К тому же, поскольку готовкой занимался Мо Шу, Нань Гэ'эр съедал немного больше, чем раньше. Однако после того, как его на протяжении трех лет подвергали водным пыткам в тюрьме, состояние его тела не могло сравниться с обычным человеком, поэтому он с легкостью начинал чувствовать сытость и голод. Мо Шу тоже понимал, что к Нань Гэ'эру не сразу вернется здоровье, поэтому больше не стал заставлять его есть. Он только спросил: - Хочешь поглажу тебя? Его так называемое "поглаживание", совершенно очевидно, означало поглаживание живота Нань Гэ'эра. Из-за улучшения качества и увеличения количества пищи Нань Гэ'эру никак не удавалось ее как следует переварить. Его собственное поглаживание, похоже, не особенно помогало. Однако, скорей всего, в силу обладания знаниями о функционировании человеческих органов вкупе с внутренней энергией, Мо Шу всегда удавалось облегчить состояние Нань Гэ'эра. Привыкший к этому Нань Гэ'эр кивнул ему, распахивая свою верхнюю одежду. Под тонким теплым одеялом, которым они накрылись, усевшись на огненное ведро, Мо Шу протянул руку, чтобы кое-кому погладить животик. Вместе с его нежными движениями чувствовалось, как от одежды Мо Шу исходит едва заметный аромат. Казалось, что в этом аромате смешались запахи соснового леса и ветра. Сочетание сытости, согретых огнем ног и попыток Мо Шу облегчить ему пищеварение в мгновение ока напустило на Нань Гэ'эра легкую сонливость. Он сладко зевнул со слипающимися глазами. - Хочешь немного вздремнуть? - заметив действия Нань Гэ'эра, Мо Шу изогнул губы в улыбке. Нань Гэ'эр, заставив себя открыть глаза, глянул на Мо Шу: - ...Стол... - так как Мо Шу теперь готовил еду, он чувствовал себя неловко, сидя без дела, поэтому помогал ему убирать со стола и мыть посуду. - Я сам его уберу, - улыбнулся Мо Шу. - О, - Нань Гэ'эр снова зевнул. - Тебе следует больше отдыхать, - опять заговорил Мо Шу. "Позволять мне спать сразу после еды... Ты что, пытаешься свинью откормить?!" Нань Гэ'эра так и подмывало выдать это в ответ, но ему было настолько уютно, что он просто склонил голову и мигом заснул. Посмотрев, как забавно свесился сидящий на огненном ведре Нань Гэ'эр, Мо Шу невольно улыбнулся, продолжая поглаживать чей-то животик. Поговаривали, что когда кот начинает доверять своему хозяину, он позволяет ему взглянуть на свой пушистый живот. Прямо сейчас разве этот лениво довольный и расслабленный паренек не демонстрировал перед ним столь же умиротворенный вид? "Как же интересно. Как забавно. Как..." Когда Мо Шу посмотрел на него, он показался ему слишком очаровательным, и его охватило чувство выполненного долга. "Тем, кому удалось сделать этого паренька таким, был я, ясно вам?" Только это страшненькое личико, изуродованное пересекающими его крест-накрест рубцами вызывало легкую боль в его сердце. "Он же явно такой милый человек... Как же так, зачем кому-то понадобилось причинять ему боль?" И все же он чувствовал, что ему слегка повезло. Не будь этот паренек изранен до самых костей, разве лишился бы он места, куда можно было б вернуться, и захотел бы остаться здесь? "Если бы он не появился... что бы тогда стало со мной? По-прежнему продолжал бы жить в одиночестве, даже не осознавая этого самого одиночества? Что именно в нем делает меня неспособным отвести от него взгляд? Явно такой простенький, но он заставляет меня чувствовать себя так..." Пока он раздумывал, его руки постепенно остановились. Он склонился над ним, а затем, будто сам об этом не подозревая и в то же сремя совершенно естественно, отметил поцелуем его тонкие, влажные губы. "Такой милый... Он настолько привлекательный, что просто вызывает у людей сильнейшее желание обнять его и ни на секунду не отпускать". Казалось, будто Мо Шу самого ошеломил этот поцелуй. Он резко выпрямился и на какое-то время застыл. Оставшийся без привычного массажа животика человек под ладонями Мо Шу в раздражении слегка завертелся. Мо Шу пришел в чувства. Когда его взгляд опустился на паренька, который потирался животиком о его руки, он невольно рассмеялся. "Ну правда... слишком очаровательный". Ему очень хотелось разбудить его, крепко обнять и с силой поцеловать, но он этого не сделал. Он лишь наклонился и оставил легкий поцелуй на этих чуть бледноватых губах, после чего продолжил гладить ему живот. Он не чувствовал нужды особенно размышлять о том факте, что целовался с представителем мужского пола. По мнению Мо Шу, он в любом случае уже с ним поцеловался. А поскольку после этого поцелуя он чувствовал себя превосходно и желал повторения, то в этом не было ничего неправильного. Вот так, без малейшего затруднения, он бесстрашно принял свое осознание. "Я люблю его. Возможно, люблю даже больше, чем мне казалось". В окно ворвался порыв ветра. Последовав за ветром, рассыпались крошечные лепестки цветов сливы. Наступило начало четвертого года; и все было просто замечательно.

1. Огненное ведро (или бочка): на его дно помещается горшок с раскаленными углями, поверх которых насыпается слой золы, затем поверх горшка кладется проволочная решетка, а сверху ведра - одеяло или плотное полотенце.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 29

Нань Гэ'эр осознал, что что-то пошло не так! Нет, это никоим образом не касалось положения дел в округе. Напротив, имелись в виду изменения, которые произошли в отношении к нему Мо Шу, великого и ужасного. Оно претерпело некие незначительные изменения по сравнению с тем, что было в прошлом. Если говорить в частности, то Мо Шу внезапно понравилось выходить куда-нибудь вместе с ним, а еще он запрещал кому-либо даже дотрагиваться до него. А временами он сам не давал Нань Гэ'эру покоя, желая прикоснуться или погладить его... Несмотря на то что Нань Гэ'эр неизменно выражал презрение по отношению к таким действиям Мо Шу, он заметил, что в действительности не испытывает неприязни к его прикосновениям, хотя было бы куда лучше, прекрати этот парень вести себя так раздражающе и навязчиво. Год выдался мирным, как и всегда, и Нань Гэ'эр попросил кое-кого снова приобрести для него несколько сливовых деревьев. Как обычно, он открывал свой ларек, а в свободное время сопровождал на прогулках Мо Шу. Порой он после этого сердился на Мо Шу, не зная, смеяться ему или плакать от поддразнивания местных жителей... Каждый день неизменно проходил спокойно и мирно. Как-то раз осенью Сяо Ся пришел к Нань Гэ'эру, желая вместе с ним пойти поиграть. Из-за скопившейся на столе горы бумаг, которые Мо Шу следовало просмотреть, он не мог отправиться вместе с ними. Поэтому он неоднократно предупреждал Нань Гэ'эра, чтобы тот не позволял Сяо Ся прикасаться к нему, а заодно намекал и указывал на то, что Нань Гэ'эр принадлежит только ему, запрещая Сяо Ся тянуть к нему свои загребущие руки. В итоге он смилостивился только тогда, когда Нань Гэ'эр, находясь на грани потери терпения, призвал на помощь Чжу Си. Мо Шу с жалким видом наблюдал, как двое детей-ровесников уходят, отправляясь на берег реки, а Чжу Си даже холодно бросил ему несколько слов: - Старик, здесь бесполезно завидовать, они же ровесники. Парень, который, как правило, сам становился причиной недовольства других, в итоге превратился в жертву, которую рассердил и лишил дара речи другой человек. Его лицо наполняли тревога и отчаяние, когда он наблюдал, как двое молодых людей покидают правительственное здание. Этому маленькому парню, Ся Цзя Фу, всегда нравилось подбирать людей, которых выносило на берег реки. Конечно же, он и сегодня пошел туда. И, как обычно, там кого-то нашел. Присев на корточки перед лежащим без сознания человеком, Нань Гэ'эр безмолвно уставился на Сяо Ся: - "...У тебя что, какое-то особое магнитное поле?!" Сяо Ся вообще не выглядел удивленным. Обрадованный он тоже опустился на корточки, тыча в тело кто знает откуда взявшейся палкой: - Еще один, - на его лице отражалось довольно веселое выражение. Это окончательно лишило Нань Гэ'эра дара речи. - И как ты будешь с этим разбираться? - все-таки после долгих раздумий спросил Нань Гэ'эр. - А как еще разбираться? - похоже, вопрос Нань Гэ'эра показался бросившему на него ошеломленный взгляд Сяо Ся несколько странным. - Отправлю его обратно, конечно. - Отправишь обратно? - не понял Нань Гэ'эр. - Гуантянь не нужны чужаки, - на лице Сяо Ся появилась ликующая улыбка. - ...Поначалу я тоже был чужаком, - напомнил ему Нань Гэ'эр. - Мм, но в том состоянии ты был ничем не лучше покойника, - рассмеялся Сяо Ся. - Наверняка, люди, которых ты тогда повстречал, хотели не столько тебя убить, сколько запытать до смерти, - наклонив голову, он посмотрел на Нань Гэ'эра, - а значит, даже если вернуть тебя к жизни, ты бы все равно утратил какой бы то ни было интерес к внешнему миру. Хотя он и сам понимал, в каком жалком состоянии тогда пребывал, но все равно почувствовал себя слегка подавленным, когда Сяо Ся высказал ему это прямо в лицо... "Значит, к тому времени меня довели до такого состояния, что, даже выживи я, моя сила воли была бы утрачена?" Он до сих пор помнил причину, по которой здесь оказался, как и те три года, проведенные в кромешной тьме, без единого лучика солнца, в отсыревшей водной тюрьме. Память даже подсказала ему, что когда-то прежде он был принцем Бэйцзюнь. Однако он помнил только, что те дни были мрачными и невыносимыми, но постепенно ему забылись мучения и отчаяние, что он тогда пережил. Возможно, он чисто инстинктивно не желал вспоминать свое тогдашнее плачевное состояние, поэтому его разум начисто стер те воспоминания. - Вот почему Нань Гэ'эр принадлежит Гуантянь, - рассмеялся Сяо Ся, а затем опустил взгляд человека, что без сознания лежал на берегу реки. - Что же касается этого человека, пусть на его теле есть раны, его жизни они совершенно не угрожают. Хотя он сейчас без сознания, у него нет никаких внутренних повреждений. Если он останется здесь, то ничего хорошего Гуантянь не принесет. - Он может выдать существование Гуантянь? - спросил Нань Гэ'эр. Сяо Ся улыбнулся: - Как и ожидалось, Нань Гэ'эр все понимает. - Мм, - кивнул тот. Если честно, он уже подозревал, что четырем странам этого континента, скорей всего, неизвестно о существовании Гуантянь. В противном случае для людей Гуантянь было бы немыслимо вести столь комфортную жизнь, поскольку правители стран просто не смогли бы спокойно сидеть на месте из-за силы, притаившейся в Гуантянь. Судя по всему, эта река была единственным местом, по которому сюда можно было добраться снаружи, поэтому Сяо Ся был специально приставлен к этой территории и занимался ее патрулированием. Немного поразмыслив, Сяо Ся ткнул своим пальцем Нань Гэ'эра: - Тебе нравится здесь? - спросил он, затем снова задал вопрос: - Мы тебе нравимся? После короткого молчания Нань Гэ'эр ответил: - А если я скажу, что это не так? Ты и меня в реку столкнешь? Глаза Сяо Ся широко распахнулись: - Как такое возможно? - он рассмеялся. - Раз уж все мы тебя любим, а ты нас - нет, это означает, что мы недостаточно для этого постарались. Нам следует лучше к тебе относиться, и тогда тебе понравится здесь и понравимся мы. - А? - Нань Гэ'эр слегка застыл. - Разве не так? - спросил Сяо Ся. - Любить кого-то, значит уступать этому человеку. Так мне мама сказала. На мгновение погрузившийся в молчание Нань Гэ'эр улыбнулся ему: - Мм. - Что ты имел в виду под "Мм"? - Сяо Ся всегда был маленьким тугодумом; краткий ответ Нань Гэ'эра только еще сильней озадачил его. Нань Гэ'эр испустил тихий вздох, после чего со смехом ответил: - Я хотел сказать, что мне тоже здесь нравится; я люблю Гуантянь, как и всех вас. Сейчас он наконец понял. "Все хорошо, это произошло не слишком поздно. Или мне стоит сказать, что я смог это осознать только потому, что все с такой добротой относились ко мне?" Нань Гэ'эр выпрямился и сказал Сяо Ся: - Тогда столкни его в воду. Слегка ошеломленный Сяо Ся ответил ему: - Я думал, что ты этого не одобришь. - Почему? - с усмешкой полюбопытствовал Нань Гэ'эр. - Когда ты увидел этого парня, у тебя чуть шире раскрылись глаза, поэтому я посчитал, что он, похоже, тебе знаком, - заметил Сяо Ся. Нань Гэ'эр кивнул: - Да, когда-то он был мне знаком, - затем он рассмеялся. - Но сейчас единственные люди, которых я знаю, - это вы, ребята, - это был командир из войска Бэйцзюнь, которого он встречал прежде. "Даже высокопоставленных командующих войсками израненными приносит сюда; похоже, военное положение в Бэйцзюнь сложилось тяжелое, да?" Сяо Ся тоже выпрямился и, вытянув руку, погладил Нань Гэ'эра по голове: - Бедняжка Нань Гэ'эр, наверное, тебе вспомнилось что-то ужасное, - он был чуточку выше Нань Гэ'эра, поэтому с легкостью смог дотянуться до его головы. Нань Гэ'эр скорчил рожицу: - Мне не нужна твоя жалость, - "Насколько же несчастным я выгляжу, чтобы даже этот тугодум закончил тем, что меня пожалел?" Пинком Сяо Ся отправил невезучего парня обратно в реку: - Ладно, идем, - отточенность его действий явно давала понять, насколько он поднаторел в этом деле... Однако сила его пинка оказалась вовсе не слабой, отчего состояние ран этого человека должно было утяжелиться... Нань Гэ'эр, прищурившись, глянул на парня, который теперь дрейфовал по течению реки, и, немного поразмыслив, сказал: - Вылови его. - А? - Сяо Ся уже было прошел пару шагов, но, услышав слова Нань Гэ'эра, с легким изумлением обернулся к нему. - Я только что видел, как шевелятся его пальцы, - ровным тоном заметил Нань Гэ'эр. Пребывавший в легком потрясении Сяо Ся спросил: - Убить его? - Мм, - моментально прозвучал ответ Нань Гэ'эра. - Можно? - Конечно, - на лице Нань Гэ'эра появилась улыбка. - Я слишком много раз выносил подобные приговоры, - "Когда я находился в Бэйцзюнь, кто знает, сколько народу оказалось казнено только из-за случайно пришедшей мне в голову мысли. Нынешний я тоже способен на это. Если о существовании Гуантянь станет известно, то его умиротворение в мгновение ока лопнет, как мыльный пузырь, а некоторые из-за этого и вовсе рискуют погибнуть. Одна возможность того, что люди, признающие, что любят меня, погибнут из-за допущенной мной небрежности... Я определенно не смогу этого вынести. Я не могу сказать наверняка, выживет ли он, но не могу позволить себе такой риск. Я не из тех, кому нравится рисковать, и никогда не стану делать того, в чем не уверен. Неважно, нахожусь я во дворце или же в Гуантянь, эта часть меня никогда не изменится". Услышав сказанное Нань Гэ'эром, Сяо Ся больше не стал тратить время на болтовню. Высоко подпрыгнув, он ступил на воду. Холодное лезвие ножа, взметнувшись, блеснуло в его руке, прежде чем опуститься. Парень, который принялся было сопротивляться, оказался разрублен на кусочки. Даже его крики резко оборвались; окровавленные воды реки стали единственным, что напоминало о его существовании, но вскоре и их смыло течением. Сяо Ся вложил в ножны свой нож и сошел с воды, при этом на нем и капли крови не оказалось. Заметив замогильное выражение на лице Сяо Ся, Нань Гэ'эр с легким смирением рассмеялся: - Ты думаешь о том, как сильно я отличаюсь от того образа хрупкого Нань Гэ'эра, каким ты меня себе представлял? Считаешь меня ужасным? Подойдя и встав рядом с Нань Гэ'эром, Сяо Сяо повернул к нему голову. Пусть его одежда и осталась чистой, из-за убийства, которое он только что совершил, на нем неизбежно задержался запах свежей крови. - Нет, - Сяо Ся покачал головой. - Я уже множество раз делал подобное, - ненадолго задумавшись, он продолжил: - В действительности я тоже заметил, что тот парень очнулся, определил по его дыханию. Я собирался отправить кого-нибудь искупаться в реке, а заодно перехватить его. - Ты не хотел, чтобы я это увидел? - улыбнулся Нань Гэ'эр. - Мм, - кивнул Сяо Ся. Приладив свой нож обратно на пояс, он погладил Нань Гэ'эра по голове. - Нань Гэ'эр, должно быть, оказался в поистине ужасной ситуации, поэтому ему пришлось стать таким же, как мы, - эти слова потрясли Нань Гэ'эра. - Наверное, тебе пришлось стать безжалостным, поскольку ты желал что-то защитить, но в конечном итоге тебя все равно принесло сюда течением этой реки? - в тоне голоса Сяо Ся прозвучало легкое смирение. Нань Гэ'эр улыбнулся, не проронив ни единого слова. - Тебе больше не нужно заниматься такими вещами, - Сяо Ся погладил Нань Гэ'эра по волосам и рассмеялся. - Мы сами все сделаем; тебе больше не придется этого делать. Тело Нань Гэ'эра слегка задрожало, пока он с немного глуповатым видом уставился на Сяо Ся. - По-моему, все остальные тоже на это надеются, - усмехнулся Сяо Ся. - Просто в мире и покое живи здесь, оставайся рядом с Мо Шу сяньшэном, болтай и препирайся с соседями, а в свободное время рассказывай сказки возле дверей правительственного здания. Уже всего этого будет достаточно. Тебе не нужно заниматься подобным. Ты слабенький и здоровье у тебя не самое лучшее; такие дела тебе не подходят. Тебе следует лишь хорошенько о себе позаботиться. Об остальном можешь не переживать; мы обо всем позаботимся. Мы только надеемся, что Нань Гэ'эр сможет жить здесь, ни о чем не тревожась. Ошеломленный Нань Гэ'эр задрал голову, заглядывая в такое юное лицо Сяо Ся. Перед его глазами все медленно начало размываться. "Наверное, я всегда надеялся, что кто-нибудь скажет мне эти слова: не нужно изо всех сил стараться; просто занимайся тем, что тебе по душе; пока ты живешь свободно, по велению сердца, все будет замечательно". - Поэтому занимайся тем, что тебе нравится. Тебе не нужно о нас беспокоиться, поскольку мы способны тебя защитить. Ты можешь жить, как тебе хочется. Нам все-таки кажется, что для Нань Гэ'эра больше подходит нормальная жизнь, где ты будешь приветствовать нас всех с улыбкой. Мм, вот как бы так. Значит... А? Эй! Чего это ты плачешь?! Уф, не плачь, я ведь сейчас тебя ни капельки не запугивал! Не плачь! О, нет, о, нет, Мо Шу сяньшен непременно сведет со мной счеты! Эй-эй! Нань Гэ'эр, ну хватит плакать, прости меня. Тогда в следующий раз я... эм... я не стану таскать у тебя еду, хорошо? Эм, я... я... я... слышал, тебе нравится рыбка. Подожди, я тебе сейчас поймаю одну. Только, пожалуйста, не плачь больше, предок ты мой! - Балбес, воду в реке только что запачкала кровь от убийства, думаешь, я смогу переварить выловленную из этого рыбу? - Нань Гэ'эр скорчил рожицу, пока крупные слезинки продолжали маленьким водопадом стекать у него по лицу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 30

Сегодня на улице стояла замечательная погода. Сидящий перед столом Нань Гэ'эр пролистывал наугад взятую книгу. Весенний солнечный свет лился в окно, солнечными зайчиками опускаясь на стол. Высаженные перед окном сливовые деревья разрастались все пышней и пышней. На них уже проклюнулось несколько листочков, своей тенью разрезающих на несколько частей солнечные лучи. Когда задувал ветерок, эти солнечные зайчики плясали вокруг. Нань Гэ'эр чувствовал счастье: на нем не только была теплая одежда, но и он только что позавтракал вкусной едой, которую приготовил Мо Шу, а теперь еще и грелся на солнышке. Стояла поздняя весна, и сегодня Мо Шу собрался наведаться в деревню. А поскольку дорога туда была весьма ухабистой, он забеспокоился, что Нань Гэ'эр не выдержит тряски в пути, поэтому не стал заставлять его ехать вместе с собой. Мо Шу еще ранним утром переделал в здании правительства львиную долю работы. Нань Гэ'эру оставалось только завершить кое-какие незначительные обыденные дела, после чего ему просто нечем было заняться. Итак, радуясь появившемуся у него свободному времени, он просто сидел и перелистывал страницы книги. У него был свободный доступ в кабинет Мо Шу, но большая часть имеющихся там книг была научной - такое Нань Гэ'эр в этой жизни никогда бы не захотел прочитать. Следовательно, дабы скоротать время, он одолжил у соседей сборник рассказов. К слову, из-за ежедневного рассказывания историй, Нань Гэ'эр использовал почти все телесериалы и новеллы, какие только мог вспомнить. Начиная с прошлой осени, он уже начал придумывать свои собственные истории. Кто знает, от того ли, что в его историях ход событий развивался естественно или они рассказывались простыми для понимания словами, местные жители в один голос нахваливали его рассказы... Кроме того, он смешивал и добавлял в свои истории мелодраматические ситуации; именно поэтому доброе имя Нань Гэ'эра и его слава по части рассказывания историй гремели по всему округу. Вследствие этого Нань Гэ'эр временами брал почитать несколько сборников рассказов, используя их в качестве возможности пополнить свои идеи. Потратив несколько минут на чтение, Нань Гэ'эр посчитал рассказ в этой книге не особенно интересным и отложил в сторону книгу. Оперевшись локтями о стол, он принялся вглядываться в растущие за окном сливовые деревья. Пролетело пять лет. Практически каждый день наполняло безумное беспокойство, однако, поразмыслив об этом, он осознал, что рутина, сопровождающая его повседневную жизнь, была лишь тоскливым регулярным повторением действий, где каждый день походил один на другой. И время, по сути, пролетало в мгновение ока. Только после того, как он пришел в себя, его настигло осознание, что миновало целых пять лет. Причем по мере того, как проходили эти годы, время пробегало все быстрей и быстрей. На него снизошло осознание, что постепенно он прекратил скучать по своей прежней жизни, которую вел в другом мире. Что именно привело к такой перемене? Он просто не мог придумать причину. Порыв ветра ворвался внутрь через окно, из-за чего его волосы сместились ему на лицо. Невзирая на эту легкую щекотку, он все равно чувствовал себя довольным. В ветре присутствовал уникальный аромат для весны. В нем угадывались нотки оживших растений, запах земли и освежающая влажность воздуха. Просидев там какое-то время, он неосознанно начал напевать. Здесь не было определенной мелодии, он просто мурлыкал себе под нос. Мелодия жила своей жизнью, не обладая ни малейшим намеком на ритм. И все же он был ей доволен. Однако, взяв несколько нот, он почувствовал, как слегка отекло и разболелось его горло, из-за чего его песенка стала прерывистой. Прекратив свое мурлыканье, он с долей нерешительности прикоснулся к своему горлу. Совершенно внезапно он вспомнил: прошло по-настоящему много времени с тех пор, как он вот так вот праздно сидел и беспечно напевал себе что-то под нос. Он неустанно хотел кого-то уберечь и что-то защитить; но в итоге сам не понял, где себя потерял... забыв даже о такой простой и невинной забаве. В далеком прошлом, когда он еще был счастливым студентом, рядом с которым имелись любящие друзья и семья, он все время внезапно начинал что-нибудь напевать. "Возможно, на самом деле я все еще остаюсь самим собой", - в глубине души сказал он себе. Вернувшийся забрать какие-то вещи Мо Шу замер на пороге в стороне от него. Глядя на неловкость и замедленное осознание, отразившиеся на лице молодого человека, сидящего среди солнечных лучей, Мо Шу почувствовал, как его сердце охватывает смешанное с легкой болью тепло. Он не вошел в комнату и не стал тревожить молодого человека, который самостоятельно себя развлекал, лишь безмолвно наблюдал за ним, стоя возле двери. Вместо него именно Нань Гэ'эр стал тем, кто, мурлыча и глядя по сторонам, наконец-то заметил Мо Шу. Он обернулся, посмотрев на него, и моргнул: - Почему ты вернулся? Мо Шу с улыбкой вошел в комнату: - Мне нужно было еще кое с чем разобраться. Нань Гэ'эр кивнул, а затем продолжил смотреть в окно. Подойдя к нему, Мо Шу спросил: - Что ты пел? - Сам не знаю, - выдал ему практичный ответ Нань Гэ'эр: если честно, он просто издавал случайные звуки. - Звучало весьма любопытно, - Мо Шу улыбнулся, а затем полез что-то доставать из шкафа, стоящего у него за спиной. - Не забирай все; там твоя доля на сегодня и завтра, - Нань Гэ'эр, даже не оборачиваясь, догадался, что Мо Шу тащит вкусняшки, спрятанные в шкафу. - Просто сделаешь завтра еще~, - беспечно отозвался Мо Шу. - Если будешь объедаться сладостями, у тебя зубы заболят, к тому же ты растолстеешь, - предупредил его Нань Гэ'эр все-ради-твоего-собственного-блага тоном. - Не переживай, я этого не боюсь, - преспокойно ответил Мо Шу. - ...Вчера я обжегся горячей водой, - Нань Гэ'эр тоже оставался спокойным, как удав, выбрасывая свой козырь на стол. "Поэтому я не смогу снабжать тебя вкусняшками, господин". Как и ожидалось, Мо Шу мигом развернулся и бросился к нему: - Почему ты такой неосторожный? Дай мне свою руку. Нань Гэ'эр протянул ему руку. На указательном пальце красовался ожог. От вскочившего там волдыря Нань Гэ'эр избавился при помощи иголки. Ранка была совсем не серьезная, просто выглядела жутковато. Мо Шу нахмурился: - Как это вышло? Разве я не говорил, чтобы ты небрежно не бегал на кухню? - с легкой тревогой он рассматривал его снова и снова. - Здоровье у тебя не особо хорошее, так почему ты все равно такой рассеянный? Ты нанес лекарство? Что сказал доктор? Перед Новым годом Нань Гэ'эр опять заболел. Причем это случилось без всякой на то причины; у него просто внезапно поднялась температура. Его стошнило, и он потерял аппетит. Болезнь оказалась не менее серьезной, чем было в начале. Весь так старательно накопленный им жирок в итоге исчез. На протяжении всех Новогодних праздников он не вылезал из постели. Доктор сказал, что если бы Нань Гэ'эра не забросило в Гуантянь и если бы его лечением занимался не он, тот бы уже давно отошел в мир иной. Мо Шу настолько перепугался, что больше не смел позволять Нань Гэ'эру бродить вокруг в одиночестве. И теперь ему хотелось лишь возвести Нань Гэ'эра на алтарь поклонения, где тому вообще не придется что-либо делать. - Это же не серьезно, хорошо? - Нань Гэ'эр не знал, смеяться ему или плакать. "Это лишь маленький ожог, почему ты ведешь себя так, будто у меня перелом?" - Я не преувеличиваю, ты сам-то хоть понимаешь, в каком состоянии твое тело?! - Мо Шу одарил Нань Гэ'эра на редкость суровым взглядом, после чего продолжил осматривать его ранку. Нань Гэ'эр ничего ему не ответил. Солнечный свет рассеялся по лицу Мо Шу, отчего его светлая кожа казалась почти прозрачной. Его подвижные брови и внимательные глаза приобрели некий особенный, неземной вид, а его губы, которые обычно изгибались в легкой улыбке, сейчас слегка поджались. Он выглядел так, будто был здесь единственным, кто обжегся. - ...Скажи, Мо Шу, завтра я могу внезапно взять и умереть? - даже если никто не обсуждал этого с ним, он знал, что его жизнь висела на волоске, и его выживание целиком и полностью зависело от обладающего величайшими навыками доктора Гуантянь. Хотя он и понятия не имел, что входит в состав лекарства, которое ему обычно прописывали, молодой человек понимал, что в его состоянии обычная медицина была бы бессильна. Никто не станет задыхаться, пройдя пять минут, и никто не станет весенними ночами кутаться в толстую шубу. И даже более того, никто не станет страдать от несварения, съев лишь половину чашки риса, до такой степени, что у него возникнет желание вытошнить все обратно. Все его тело непрестанно находилось в состоянии полного истощения; он плохо спал, будучи не способен проспать целую ночь. Его даже терзали подозрения, что в любой день его глаза могут закрыться, чтобы никогда больше не открываться. - Этого не случится, - уверенно ответил Мо Шу. - Прежде я смог выжить в ужасных обстоятельствах, но теперь дошел до того, что в итоге стал ныть из-за любой мелочи, - с долей смирения вздохнул Нань Гэ'эр. Разве так происходит не со всеми людьми? Без всяких проблем выживая, оказавшись в ожившем кошмаре, стоит им только начать проводить дни в тепле и уюте, как у них тут же прорастают все мало-мальские болячки. В противоположность ему Мо Шу принялся посмеиваться: - Это же хорошо. - Что хорошего в том, чтобы болеть? - глянул на него Нань Гэ'эр. - Оказываясь в ужасающих жизненных условиях, человек находится в состоянии постоянной тревоги, сохраняя жизнь только за счет способности приспосабливаться и инстинктов, когда все функции организма переводятся в режим выживания. Однако как только тело дойдет до своего предела, оно тут же начнет разрушаться, понеся необратимый ущерб, - убедившись, что ранка на руке Нань Гэ'эра не более чем обычный ожог и совсем не опасна, Мо Шу наконец успокоился. Он смягчил свою хватку на руке Нань Гэ'эра и продолжил объяснение: - Сейчас, благодаря окружающей обстановке, ты совершенно расслаблен, поэтому функции твоего тела медленно начали восстанавливаться. Даже если заболеешь, ты все равно сможешь выздороветь.Так легко ты не умрешь. - Но если бы меня не занесло в Гуантянь, я бы безусловно умер уже давно, - откровенно заявил Нань Гэ'эр. Его не так легко было обмануть. Немного помолчав, Мо Шу все же ответил: - Мм. - На самом деле я считаю, что в смерти нет ничего плохого, - пробормотал Нань Гэ'эр. Мо Шу с силой сжал руку Нань Гэ'эра. Легкая боль напомнила последнему, что кое-кто до сих пор удерживает в своей хватке его ладонь. Поэтому он тактично добавил: - Но сейчас я думаю, что было бы очень жаль умереть, - Мо Шу ни единого слова не произнес, тогда Нань Гэ'эр поднял голову и с улыкой посмотрел на него. - А значит, я не хочу умирать. Только увидев улыбку Нань Гэ'эра Мо Шу ослабил свою хватку на его руке. - И, - Нань Гэ'эр поднял свободную руку и указал на другую, что оказалась в плену у Мо Шу, - это вообще-то больно. После мгновения оцепенения Мо Шу просиял от радости: - Разве это не прекрасно - способность чувствовать боль? Поразмыслив, Нань Гэ'эр тоже заулыбался. "Я все еще могу чувствовать, и это хорошо. Да и теперешний Мо Шу уже не так бесит, как прежде, а? Может, я просто привык к идиотизму Мо Шу? Какая-то слишком печальная приспособляемость!"

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 31

Однажды в преддверии лета молодая госпожа Чунь Цзяо внезапно попросила посыльных ямэнь доставить Нань Гэ'эру письмо, в котором попросила его к ней заглянуть. Поскольку Мо Шу являлся частым гостем в квартале красных фонарей, Нань Гэ'эр успел неплохо познакомиться с тамошними обитателями. Прибравшись в здании правительства, он, согласно приглашению Чунь Цзяо, побрел туда. У молодой госпожи Чунь Цзяо сегодня не оказалось гостей. Она, что-то вышивая, сидела возле стола. Заметив, что пришел Нань Гэ'эр, она с улыбкой помахала ему: - Нань Гэ'эр, взгляни на уток-мандаринок (1), которых я вышиваю. Едва повернувшись в ту сторону и взглянув, Нань Гэ'эр мигом погрузился в молчание. - Ну как, хорошо смотрится? - Чунь Цзяо посмотрела на него, при этом ее глаза были наполнены предвкушением. - Эм... Да, выглядит довольно неплохо, - иронично отозвался Нань Гэ'эр. Уж простите, но он не обнаружил в этой вышивке ни единой мандаринки; единственным, что он там увидел, стал комок стежков, выполненных нитками яркой окраски... - Что ж, я выхожу замуж, - с долей застенчивости прощебетала Чунь Цзяо. - А?! - у Нань Гэ'эра широко распахнулись глаза. - Ты тоже знаешь его; это брат А-Фан из лавки тканей на северной улице, - рассмеялась Чунь Цзяо. - Он только что попросил тетушку Чжу прийти сюда, чтобы сделать мне предложение. Тетушка Чжу, мама Чжу Си, была самой известной свахой в округе. Если верить слухам, сосватанные ей супружесткие пары исчислялась сотнями, если не тысячами. Однако суть заключалась не в этом. Важнее всего было то, что Чунь Цзяо упомянула "предложение"! "Если не ошибаюсь, Чунь Цзяо работала в квартале красных фонарей. Когда люди из квартала красных фонарей хотят покинуть его, это называется не "предложением". Какой же термин для этого использовался?.." - Эм, сестрица Чунь Цзяо, брат А-Фан тебя выкупил? - спросил, перебрав свои воспоминания, Нань Гэ'эр. Чунь Цзяо застыла на месте. "А?" Нань Гэ'эр тоже замер. "О, нет, только не говорите мне, что он этого не сделал!" - Что ж... Эм... Я имел в виду, уф... - "Что вообще в этом мире творится?!" Нань Гэ'эр просто не знал, что сказать. - Пф-ф-ф... - Чунь Цзяо неожиданно уткнулась лицом в вышивку и рассмеялась. - А? - выпучившиеся глаза Нань Гэ'эра едва не полезли на лоб. "Только не говорите мне, что от такого жестокого удара она сошла с ума". - Глупый Нань Гэ'эр! А-ха-ха-ха-ха! - запрокинув голову, расхохоталась Чунь Цзяо, тяжело похлопывая его по плечу. - А? - Нань Гэ'эр начал догадываться, что, скорее всего, опять что-то неправильно понял. Его и без того широко распахнутые глаза еще сильнее округлились. - Божечки, ну как здесь оказался такой ребенок, как ты?! - Чунь Цзяо так заливисто хохотала, что чуть не прослезилась. Несмотря на повисшее в его сердце дурное предчувствие, Нань Гэ'эр призвал на помощь все свое мужество и спросил: - Я что-то понял не так? Чунь Цзяо еще безудержней рассмеялась, продолжая буйно похлопывать по плечу Нань Гэ'эра: - Да ладно, ты правда считаешь, будто мы, дамы Чунь Лоу продаем и свои навыки, и тела? - А? - "А разве не такова суть работы в любом квартале красных фонарей? Ладно, теперь мне наконец-то понятно, почему, хотя квартал красных фонарей Гуантянь ежедневно открывает свои двери для ведения дел и там хватает телесных контактов, никаких сцен R18 и соответствующих им звуков вообще не слыхать. Все потому, что они вообще этим не промышляют!" Безумный смех Чунь Цзяо наконец-то затих. Сияя улыбкой, она ущипнула Нань Гэ'эра за щечки: - Даже окажись это так, ты все равно не стал бы смотреть на нас свысока, я права? - Хм, эм... ты не сердишься на меня? - обычно, если кто-то не занимался подобным, а его неправильно понимали, он, скорей всего, рассердился бы на этого человека. Как хорошо, что он хотя бы сейчас осознал, что все это время у него существовало ужасное недопонимание касательно их работы. - Зачем мне это? - Чунь Цзяо все еще сложно было сдерживать смех. - Даже занимайся мы подобным, ты не стал бы нас презирать, не упоминая уже о том, что мы таким не занимаемся. - Уф... - Нань Гэ'эр скривил губы. - Чем же вы тогда зарабатываете на жизнь? - Тоже ведем свой бизнес, - усмехнулась Чунь Цзяо. - Продажа информации и всякой всячины. Ты знал, что в подобных местах очень легко заполучить нужную информацию? - Н-но... - "Разве это не опасно? В конце концов, покупателями обычно являются люди со скрытыми мотивами". - В Гуантянь все приходят сюда исключительно за информацией, поэтому никаких затруднений не возникает, - рассмеялась Чунь Цзяо. - Когда же мы выходим наружу... - она моргнула. - Разве ты не знаешь, что лучше всего то, что ты не можешь заполучить? Ты знал, что все мужчины и женщины из квартала красных фонарей Гуантянь знаменитые куртизанки (2) во внешнем мире? Озадаченный Нань Гэ'эр на какое-то время задумался. Все и впрямь было так. Почти все, кого он видел в квартале красных фонарей Гуантянь, обладали выдающейся внешностью. Во внешнем мире было бы невозможно отыскать настолько хорошо выглядящих людей. - Но что, если те люди попытаются взять свое силой? На лице Чунь Цзяо проявилась зловещая ухмылка, она провела пальчиком сверху вниз: - Кто посмеет задирать людей из Гуантянь? "...Жуть какая. Женщины и правда самые жуткие существа в Гуантянь!" - ...Ты знаешь боевые искусства? - настороженно спросил Нань Гэ'эр. - Конечно, - улыбнулась Чунь Цзяо. - Каждый в квартале красных фонарей знает боевые искусства. "Что за черт?!" - Эм, и насколько ты хороша? - Мой уровень можно считать достаточным в Гуантянь, но он все равно не идет ни в какое сравнение с уровнем Мо Шу сяньшэна, - очаровательно улыбнулась Чунь Цзяо. - Так как частенько приходится выведывать информацию во внешнем мире, нужно хотя бы немного уметь себя защитить, ты понимаешь о чем я. "Выходит, все, кто работает на этой улице, владеют боевыми искусствами?!" Большинство жителей Гуантянь были не понаслышке знакомы с боевыми искусствами и, казалось, даже обладали к ним кое-каким талантом. А теперь Чунь Цзяо говорит ему, что люди из квартала красных фонарей добились в них немалых успехов... А он об этом ни сном ни духом! Неужели действительно виной этому отсутствию осознания стала огромная разница в навыках? "Как и ожидалось, я здесь слабее всех". Эта суровая истина нанесла тяжелый удар по самолюбию Нань Гэ'эра. - Нань Гэ'эр на самом деле даже не подозревал, да? - рассмеялась Чунь Цзяо. - Неужели Мо Шу сяньшэн тебе не рассказал? - ...Нет, - "Или лучше сказать, что мне это никогда не приходило на ум?" - Тогда позволь старшей сестренке тебя просветить, - усмехнулась Чунь Цзяо. - Эта информация по большей части касается защиты Гуантянь. Каждый из нас занимается своими делами, прежде всего имеющими отношение к нашей защите. При получении разведанной информации существует необходимость в различении подлинных новостей и обмана. Кто-то патрулирует, тогда как другие выезжают, доставляя товары. Ох, точно, каждый год находятся дети, решающие покинуть Гуантянь, хм? Поэтому некоторые люди из тех, кто находится во внешнем мире, помогают тем детям. Порой, если они хотят вернуться в Гуантянь, Мо Шу сяньшэн предпочитает лично встретить их и проводить в Гуантянь. - Даже Мо Шу сяньшэну приходится выезжать? - слегка оторопел Нань Гэ'эр. - Да, если у них слегка проблематичные личности, - усмехнулась Чунь Цзяо. Несмотря на то что ее улыбка до сих пор оставалась более очаровательной, чем цветок, сейчас в ней скрывались неописуемые холодность и презрение: - За пределами Гуантянь на большинство из нас объявляют охоту правители. Заполучив нас на свою сторону, они боятся, что не смогут нас контролировать; а если им это не удается, боятся, что мы станем мечом, обратившимся против них. Мы в любом случае обречены на трагический финал наших историй, поэтому в итоге все возвращаются. Однако у некоторых из них слишком влиятельный статус, отчего Мо Шу сяньшэну приходится лично их возвращать. Слова Чунь Цзяо звучали довольно неопределенно, но, как человек, обладающий многолетним опытом в подобных интригах, Нань Гэ'эр прекрасно понял, что она имела в виду. Он кивнул: - Люди Гуантянь поистине невероятны, - практически каждый из них обладал выдающимися талантами. Поэтому люди одновременно преклонялись и испытывали страх перед ними. Чэнь Цзяо с легким удивлением посмотрела на Нань Гэ'эра: - А разве ты тоже не человек из Гуантянь? Нань Гэ'эр застыл, а затем ошеломленно отозвался: - Но я не такой поразительный, как вы все. - Что? - не согласилась Чунь Цзяо. - А мне кажется, что Нань Гэ'эр более удивительный, чем мы все вместе взятые. Тебе удалось полностью изменить обстановку в правительстве, обеспечив себе ежедневное полноценное питание, а Мо Шу сяньшэна всякими сладостями. После довольно длительного молчания Нань Гэ'эр с горечью ответил ей: - ...Мне пришлось сделать все это, - на что Чунь Цзяо одарила его сочувствующей улыбкой. - А ведь, если подумать, я пригласила Нань Гэ'эра, чтобы он взглянул на свадебное платье, сшитое мной, - вспомнилось Чунь Цзяо, словно гром среди ясного неба. Поднявшись с места, она вытащила из стоящего рядом с ней шкафа алый наряд. - Почему бы тебе не спросить, что думают о нем другие жители квартала красных фонарей? - слегка удивился Нань Гэ'эр. "Как бы то ни было, они приходятся ей коллегами-сестрами; это же возмутительно, позволять мне, парню, восторгаться своим свадебным нарядом". - Эти женщины... они совершенно не разбираются в вышивке, - презрительно отозвалась Чунь Цзяо. - Они свирепей, чем парни, и рука у них очень тяжелая. Я даже опасаюсь, что они могут порвать мое свадебное платье. Нань Гэ'эр, лишившись дара речи, уставился на неразборчивое переплетение золотых нитей, украшающее малиново-красный свадебный наряд. В глубине души он молча посетовал: - "Я считаю, что из тебя, Чунь Цзяю, тоже хорошей вышивальщицы не получилось". - Брат А-Фан так хорошо со мной обращается, - увидев, что Нань Гэ'эр "оценил" ее наряд, Чунь Цзяо торжествующе улыбнулась. - Он сказал, что после свадьбы мне не придется делать что-либо по хозяйству или заниматься рукоделием. Он переживает, что от этого мои руки могут огрубеть. "...Мне кажется, что брату А-Фану просто неохота ходить по улице в такой абстрактной одежде, сестрица Чунь Цзяо". - И готовить мне не придется. "Он просто боится, что ты можешь его отравить!" - Заниматься уборкой мне тоже не нужно. "Он боится, что ты уничтожишь всю мебель!" - Он даже не хочет, чтобы я мыла посуду! "Он опасается, что ты перебьешь все до последней чашки, моя дорогая сестра!" Нань Гэ'эр довольно долго ворчал про себя, пока, наконец, с глубокомысленным видом не заметил: - Сестрица Чунь Цзяо, мне кажется, что брат А-Фан очень сильно любит тебя, потому он и попросил тетушку Чжу прийти и от его имени сделать тебе предложение, - "Похоже, это истинная любовь, идущая из самого сердца, раз у него хватило отваги пойти на столь огромную жертву! Брат А-Фан, должно быть, тебе пришлось нелегко". Чунь Цзяо осчастливили его слова: - Конечно! - она улыбнулась, гладя Нань Гэ'эра по голове. - Ох, точно! Нань Гэ'эр, несколько дней назад я попросила наших купить несколько новых разновидностей закусок во внешнем мире. Подожди чуть-чуть, я тебя угощу, - она с улыбкой выпорхнула из комнаты. Уходя, она закрыла за собой дверь, чтобы Нань Гэ'эр мог как следует "сосредоточиться" на "оценке" ее старательно вышитого наряда...

1. Утки-мандаринки в традиционной китайской культуре считаются парами на всю жизнь, в отличие от прочих разновидностей уток. Поэтому их считают символом супружеской любви и верности. 2. Куртизанки - вплоть до середины двадцатого века в Китае они в первую очередь были людьми искусства - занимались пением и танцами, умели вести беседы, оживляли приемы, в отличие от цзи - обычных проституток.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 32

Нань Гэ'эр просто не смог разглядеть на малейшего намека на какой-либо дизайн в этом скоплении асбстрактных стежков. У него лишь окончательно закружилась голова, да все пошло кругами перед глазами. Закончилось все тем, что он решил положить на место вещь, которую держал в руках, чтобы больше не совершать насилие над своими глазами. Пытаясь дать отдых глазам, он оперся подбородком о стол и устремил взгляд на пейзаж за окном. На сегодняшний день погода повернулась к теплу. За окном на ветке без умолку чирикала птичка. Виднелись несколько человек, беседовавших с дамами из расположенного напротив здания. "Уф, конечно же, они совершенно не походят на завсегдатаев борделей! Это насколько ж глупым нужно быть, чтобы принять этих свирепых существ за обычных сотрудниц борделей?!" Неожиданно с лестницы до него донеслись звуки шагов. Нань Гэ'эр лишь предположил, что это возвращается Чунь Цзяо. Однако, прислушавшись повнимательней, осознал, что их издавали две пары ног; причем ни у одного из этих двоих шаги не напоминали легкую и женственную поступь Чунь Цзяо. - ...слышал, что... подготовка к возвращению... забрать... - послышался едва слышный голос. - ...знаю... уехать? - причем оба голоса принадлежали его добрым знакомым. Едва услышав шаги, Нань Гэ'эр понял, что издавал эти звуки Мо Шу. А исходя из услышанного им голоса, тем, кто говорил с Мо Шу, был Чжу Си. У Мо Шу была легкая, но уверенная походка. Его шаги были настолько решительными, будто он всегда был готов действовать без мгновения промедления. Шли они оба совсем не быстро. Так же как их голоса звучали тихо и неторопливо. Нань Гэ'эр закрыл глаза и прислушался. Он моментально ощутил, как на него наваливается легкая сонливость. Судя по услышанному в таком рассеянном состоянии, эти двое, казалось бы, направлялись к двери Чунь Цзяо. Однако вместо того, чтобы войти в комнату, они остались переговариваться снаружи. По-видимому, Мо Шу понадобилось из-за какого-то дела найти Я'эр. Чжу Си же всего лишь что-то с ним обсуждал и в ближайшее время должен был уйти, чтобы заняться другими делами. Поэтому они чуток небрежно поболтали, стоя за дверью комнаты Чунь Цзяо. - ...Сяо Нань... в порядке? - А, неплохо. "Хм? Они говорят обо мне?" Нань Гэ'эр попытался хоть немного раскрыть слипающиеся глаза. Слегка сонный он прислушался к разговору. Постепенно их слова начали звучать гораздо отчетливей. - Доктор сказал, что ему по-прежнему нужно медленно выздоравливать, - заговорившим оказался Мо Шу. - Так и есть, - это уже произнес Чжу Си. - Что ж, ничего не поделаешь. "Они обсуждают мое состояние?" В последнее время Нань Гэ'эр очень сильно переживал из-за своего здоровья, поэтому он, как мог, взбодрился, подслушивая их разговор. - К слову, - усмехнулся Чжу Си, - неужто у тебя не хватает духу ему рассказать? - О чем? "Что?" - слегка удивившийся Нань Гэ'эр навострил уши. - Все в округе уже знают об этом; по-моему, только Сяо Нань не подозревает. - Неужели все настолько очевидно? - пробормотал Мо Шу. - Я только недавно сам это осознал. "Осознал что?" - Со стороны всегда виднее, - со смехом поддразнил Чжу Си. - К тому же ты, как ни крути, отличаешься от прочих людей. Разве сможешь ты понять эмоции и желания обычного человека? - И чем же я отличаюсь от остальных? - Мо Шу издал легкий смешок. - Ты единственный, кто так говорит. - Я знаю, что ты за человек, поэтому являюсь единственным обладателем иной точки зрения, - спокойно заявил Чжу Си. - Так что, ты не признаешься ему? - Хм? - Решил прикинуться дурачком? - рассердился Чжу Си. - Разве ты не влюблен в него? Засевший в комнате Нань Гэ'эр ошеломленно застыл, услышав слова Чжу Си. "Влюблен в меня? Как такое возможно?!" Однако это тоже казалось правдой. Нань Гэ'эр припомнил различные поступки Мо Шу; и все выглядело так, будто в этом была доля истины. "Но что во мне могло понравиться Мо Шу?" Ему это всего лишь показалось немного странным, но, похоже, настоящего удивления он не испытывал. "Что вообще в этом мире творится?" После длительных раздумий в глубине души Нань Гэ'эра так и не появилось ответа. Когда он пришел в себя, разговор Мо Шу и Чжу Си уже подходил к своему завершению. - Поступай, как тебе угодно, - фыркнул Чжу Си. - Понаблюдать за скандалом с твоим участием - такая возможность выдается нечасто; я не собираюсь тебе помогать. - А я в этом и не нуждаюсь, - усмехнулся Мо Шу. - Не нужно ничего делать. Просто дадим ему время. И неважно, сколько времени ему на это понадобится; оно стоит того. - Я и не знал, что ты у нас такой терпеливый. - По отношению к нему одному и только к нему, - спокойно поправил Мо Шу. - Даже если его, словно использованную ветошь, выбросили другие, в моих глазах он все равно остается сокровищем, - он немного помолчал, после чего продолжил: - Мой Сяо Нань перенес слишком много страданий. У меня просто не хватает духу к чему-либо его принуждать, к тому же я не хочу, чтобы он чувствовал себя хоть чем-нибудь недовольным. - Кто же знал, что Мо Шу сяньшэну так вскружит голову, - немилосердно дразня его, рассмеялся Мо Шу. - У нас с тобой нет совместного будущего, - хладнокровно отозвался Мо Шу. - Нет смысла меня нахваливать. Кажется, от сказанного Мо Шу Чжу Си подавился собственными словами. Спустя какое-то время он тихонько прорычал: - Мо Шу, думаешь, у меня не хватит духу прямо сейчас столкнуть тебя с лестницы? - И бесполезно взращивать ненависть на месте погибшей любви, - все так же бессовестно сохраняя хладнокровие, продолжил Мо Шу. - Любовь, к которой принуждают, не вечна; кто бы мог подумать, что любовь так вскружит советнику голову, - он в практически нетронутом виде, будто горячую картофелину, перебросил Чжу Си его же слова. - Мо Шу! - после такого советник Чжу Си оказался больше не в состоянии терпеть проделки этого идиотского, но спокойного парня. Он прорычал: - Ты, мелкий!.. Я тебя придушу! - Советник, я же уже сказал, что у нас с вами нет совместного будущего, - Мо Шу снова "невозмутимо" отверг Чжу Си. Удаляющиеся шаги этой парочки сопровождали звуки ударов кулаками и знатных пинков - похоже, уходя, они обменивались ударами. Нань Гэ'эр остался сидеть в комнате Чунь Цзяо с покрасневшим лицом, пока внутри него бурлили самые разнообразные и запутанные эмоции. Он был и потрясен, и растроган, затем скорчил гримаску, а после - смутился... Его принесло сюда по реке из Бэйцзюнь. С совершенно израненным телом и сердцем, которое переполняло отчаяние, его, находящегося на грани жизни и смерти, принесло в Гуантянь. Изначально он считал, что весь этот мир настроен против него и что все его ненавидят. Однако, совершенно непредвиденно, он столкнулся с миром, полностью отличающимся от всего, что он знал и видел своими собственными глазами. Другая жизнь, пейзажи и люди. Понемногу его сломленный дух растапливало душевное тепло. После этого он начал постепенно застывать, приобретая новую форму и цвет. В этом не было ничего умышленного или неестественного. Он оказался интегрирован в этот мир искренностью, шумом, а затем нежностью, позволившими ему обрести здесь новое начало. А после этого, только что, некий человек сказал, что он того стоит, и неважно, сколько времени ему на это потребуется. Невзирая на то, что для излечения ранее полученных ран потребовалось значительное количество времени, этот человек все равно считал, что оно того стоило. Этот человек сказал, что, хотя другие его и выбросили, как использованную ветошь, в его глазах он все равно остается сокровищем. Пусть на этого парня нельзя было положиться, и у него был проблемный характер, он все равно говорил серьезно. Нань Гэ'эр чувствовал просто радость... Да, а еще ему немного хотелось заплакать. "Сам не знаю, нравится он мне или нет, но я очень рад. Существует человек, считающий меня сокровищем просто за то, кто я есть. Он внимательно защищает меня, даже когда я об этом не знаю, боясь, что я могу снова пораниться. Он относится ко мне, как к редчайшему сокровищу, старательно защищая меня, поскольку его сердце болит, стоит мне столкнуться с какими-нибудь затруднениями. И еще люди, окружающие меня, относятся к таким проявлениям нежной привязанности совершенно бесхитростно: они улыбаются, считая это естественным". "Я... я не знаю. Но, думаю, возможно, я постараюсь еще лучше защищать свое здоровье и продолжать жить", - ошеломленно подумал Нань Гэ'эр, после чего его лицо начало нагреваться. Он уселся за стол, уткнувшись в него лицом, словно боялся, что кто-нибудь это заметит. Его застенчиво покрасневшие щеки были настолько же яркими и красочными, как свадебный наряд.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 33

Посредине лета Чунь Цзяо наконец-то сподобилась выйти замуж. Его огненно-красное платье напоминало о горячем сезоне - было исключительно веселым и ярким. Нань Гэ'эр тоже посетил ее свадебное торжество. Гуантянь отличался от прочих мест. Здешние невесты надевали на голову замысловатые украшения из бусинок и великолепные свадебные наряды. Молодожены с улыбками подняли свои чаши и направились к гостям, чтобы произнести тост. Их движения казались очень лихими, но в то же время утонченными и наполненными очарованием. Нань Гэ'эру подумалось, что Чунь Цзяо выглядит на удивление прекрасно. Она походила на цветущее хлопковое дерево. Но ни один цветок не смог бы сравниться с ней по яркости, великолепию и зажигательной энергии. Конечно же, все было бы попросту идеально, если забыть об этой абстрактно выглядящей вышивке на ее свадебном платье. Лишь в Гуантянь девушки могли так счастливо улыбаться, ведя себя столь блистательно, непринужденно и радостно. Ничто не могло омрачить исходящее от них сияние. Это было поистине потрясающе. Нань Гэ'эр выразил свое восхищение братом А-Фаном, который был не менее счастлив, чем его невеста. Вдоволь угостившись едой, Нань Гэ'эр вернулся домой вместе с Мо Шу. Поскольку теперь его умонастроение отличалось от прежнего, с добавлением того факта, что на улице стояло лето, Нань Гэ'эр твердо отказался спать вместе с Мо Шу - у него не было уверенности, что этот парень не даст волю рукам, пока он спит. Поразмыслив как следует, он понял, что это совершенно не логично! Мо Шу обладал исключительно красивой внешностью. "Что вообще привлекательного в моем изуродованном лице и безобразно истерзанном теле, чтобы могло приглянуться Мо Шу?" Однако после длительных раздумий вкупе со случайным прощупыванием поведения Мо Шу Нань Гэ'эр все-таки принял мудрое решение временно от него отстраниться. Он не испытывал неприязни к Мо Шу, но и не знал, любит ли этого парня. Если точнее, то он понятия не имел, способен ли сейчас вообще в кого-нибудь влюбиться. Вот так за протестами и жалобами Мо Шу пролетело лето, а следом и осень. С началом зимы Мо Шу стал особенно взволнованным и обеспокоенным. По окончании собственной работы Мо Шу чуть ли не насел на Нань Гэ'эра, который подготавливал погреб для хранения корнеплодов: - Сяо Нань, на улице уже начало холодать, и доктор сказал, что для тебя будет не особенно хорошо спать в одиночестве. Нань Гэ'эр, повернувшись, посмотрел на Мо Шу. Лицо этого парня, как и всегда, носило на себе сдержанное выражение, однако сияющие глаза были наполнены предвкушением. Если так подумать, то Мо Шу был из тех людей, чье лицо неизменно оставалось невыразительным. Как правило, из-за этого лица таких людей казались холодными, но отсутствие выражения на лице Мо Шу придавало ему некий неземной вид, будто он не от мира сего, да? Но только гляньте на это выражение страстного желания, что стоит у него в глазах... Он же словно выпрашивающий кость щенок. Заметив, что Нань Гэ'эр, не отвечая ни слова, пристально смотрит на него, Мо Шу принялся настойчиво его убеждать: - Ты ведь не хочешь снова свалиться с болезнью? Когда болеешь, чувствуешь себя ужасно, верно? Тебе ведь не хочется снова опоздать с подготовкой к празднованию Нового года, разве не так? И то верно, унылое празднование Нового года из-за опоздания с приготовлениями было нестерпимой мукой для Нань Гэ'эра. Отметив, что выражение лица Нань Гэ'эра смягчилось, Мо Шу торопливо продолжил его искушать: - А еще у меня есть внутренняя энергия. Под этим подразумевалось следующее: "Я обладаю внутренней энергией, поэтому смогу производить тепло, независимо от того, насколько холодно станет на улице. Я всегда смогу потереть тебе животик и согреть постель. Более того, я - крупногабаритный обогреватель с неизменной температурой; незаменимый предмет для создания домашнего уюта, убийства и поджога". Нань Гэ'эр невольно рассмеялся: - Хорошо, раз уж ты такой искренний. У получившего желаемое Мо Шу мигом улучшилось настроение. Он протянул руку и погладил Нань Гэ'эра по голове: - Сегодня я приготовлю твои любимые острые креветки. Нань Гэ'эр ничего не ответил ему, лишь слегка улыбнулся, признавая, что понял. Мо Шу не заботило, ответит Нань Гэ'эр или нет, он просто счастливо потопал заниматься собственными делами. "Вот почему я говорю... не имеет значения, как я поступлю, он все равно все сделает по-своему, да? Что бы я ни ответил, Мо Шу все равно ни капельки не изменится. Следует ли мне назвать его чересчур целеустремленным или пожаловаться на то, что он излишне погружен в собственный мир? Этот парень - ну правда - слишком заботливый! Если он серьезно отнесется к своей привязанности, никто не сможет устоять перед ним, что уж говорить обо мне. Как и ожидалось, эксперты совершенно отличаются!" В глубине души испустив тайный вздох, Нань Гэ'эр продолжил заниматься своей работой. По мере того, как увеличивалось время, проведенное им в Гуантянь, он все яснее осознавал, что округу, каким он представал в эти дни, потребовалось огромное количество усилий, чтобы прийти к своему нынешнему состоянию. Подобного невозможно было добиться в одиночку или за одно поколение. Определенно причиной того, что самая прекрасная и последняя чистая земля этого мира смогла сохраниться, стали усилия бессчетного множества людей Гуантянь. И среди них всех вклад Мо Шу, или, скорее, вклад каждого правителя Гуантянь, был поистине грандиозным. Каждый случайный прохожий, торговец или даже вор, встреченный во время прогулки по улочкам Гуантянь, являлся на редкость талантливым человеком, которых отчаянно разыскивали правители внешнего мира. Вместо этого они в мире и покое проживали здесь. В наслаждении богатством не было ничего сложного, но довольствоваться мирной бедностью было куда более достойным похвал. Не упоминая уже о том, что каждый их них обладал точным пониманием собственных возможностей и знанием, сколько богатства они смогут заполучить со своими талантами. Таков был Гуантянь. Эти люди скрывались не из-за своей слабости, а потому, что были слишком сильны. Нань Гэ'эр тоже начал испытывать некую гордость за место, которому теперь принадлежал. Сейчас он отчасти понимал, почему окружающие не могли, да и никогда не пытались, скрыть свою гордость при упоминании о своей принадлежности Гуантянь. Все потому, что мы лучшие в этом мире. И так, все вместе, мы создадим прекраснейшую утопию. К тому времени, как Нань Гэ'эр собрался ложиться спать, Мо Шу уже опрятно расположился в постели. Он призывно похлопал по местечку рядом с собой: - Сяо Нань. Нань Гэ'эр как раз поправлял фитиль в лампе. Он обернулся и, скривив губы, посмотрел на Мо Шу: - Что-то не припомню, чтобы упоминал о том, будто собираюсь спать у тебя под боком. - Разве мы не должны спать рядом друг с другом? - у Мо Шу слегка распахнулись глаза, словно Нань Гэ'эр сказал нечто немыслимое. - Совершенно очевидно, что нет, - скорчил рожицу Нань Гэ'эр. - С какой стати я должен спать возле тебя? - Но нам так редко удается поспать вместе, - с некоторым недовольством буркнул Мо Шу. - Всей зимы тебе мало? - Нань Гэ'эр уже привык к ошеломлению и потрясению; со временем он становился все более и более невозмутимым. - Как ты можешь внезапно становиться таким злым? - тихонько пробормотал Мо Шу. Нань Гэ'эр ничего не ответил; только с угрожающим видом поднял лампу. - Я ошибался, - мигом выдал Мо Шу. - Замолчи, - Нань Гэ'эр вымотался после тяжелого рабочего дня, и у него совершенно не осталось сил на споры с Мо Шу. Он тотчас задул огонек в лампе, после чего наощупь вслепую добрался до кровати. В конце концов... его щарящие по сторонам руки нащупали что-то нежное и упругое. Нань Гэ'эр еще раз с полным спокойствием произнес: - Убери от меня свою огромную голову, или я сделаю так, чтобы она поздоровалась с моей лампой. - Не будь таким прижимистым, - усмехнулся Мо Шу. Он резко подхватил Нань Гэ'эра, завернув его в одеяло. - Разве тебе не холодно стоять возле кровати? - Ничуть, - хмыкнул Нань Гэ'эр. - Ты что, не знаешь, что людям становится жарко, когда они сердятся? - Сердиться не хорошо, - Мо Шу заключил Нань Гэ'эра в объятия, чтобы холод не пробрался под одеяло. - У тебя слабенькое здоровье; если ты и дальше станешь сердиться, то проживешь меньше. - Если я и проживу меньше, то это будет только твоя вина, - резко ответил ему Нань Гэ'эр. Температура человеческого тела была самой подходящей, наиболее теплой. Огонь был чересчур обжигающим, вода - холодной как лед, тогда как человеческое тепло было лучше всего. "Это из-за теплой крови, бегущей по человеческому телу? Или из-за его объятий я не чувствую холода?" Оказавшись в тепле, Нань Гэ'эр тотчас же почувствовал себя уютно устроившимся, а еще мгновение спустя его сознание начало затуманиваться. - Позволь рассказать тебе одну тайну, - крепко обнимая Нань Гэ'эра, прошептал Мо Шу. Так как Мо Шу говорил очень нежным тоном, его голос, естественно, прозвучал успокаивающе, что напомнило колыбельную в ушах Нань Гэ'эра. Нань Гэ'эр сонно слушал, затем его веки затрепетали и окончательно опустились. - Я скажу это только тебе, - Мо Шу издал легкий смешок. "Это точно ветерок, такой искренний, но нежный", - погруженный в полудрему подумал про себя Нань Гэ'эр. - Значит, ты должен внимательно выслушать. "Так тепло, так хочется спать..." - Но будет лучше, если ты этого не услышишь. "...Мм, доброй ночи..." Мо Шу почувствовал, что человек, которого он держал в объятиях, уже затерялся в мире снов. В темноте уголки его рта приподнялись в улыбке; он чувствовал легкое смирение и в то же время некое облегчение. Затем он склонил голову и поцеловал в лоб Нань Гэ'эра.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 34

Порой нет никакого смысла делать что-либо намеренно; дни тоже неосознанно пролетают как сон. А затем, в некий день, наступает внезапное осознание, и весь пережитый опыт, будь он осознанным или нет, становится реальностью в этот самый момент. *** Как-то раз зябким зимним утром Нань Гэ'эр резко проснулся от ликующего восклицания Мо Шу. С легкой неохотой он разлепил веки. - Сяо Нань, на сливовых деревьях распустились цветы. "А?" Разум Нань Гэ'эра до сих пор не отошел ото сна. Просто повинуясь инстинкту, он повернул голову и посмотрел в окно, в ту сторону, где были посажены сливовые деревья. И в тот же миг у него распахнулись глаза. Всего за одну ночь сразу на всех сливовых деревьях, словно так было задумано свыше, распустились цветы. В его представлении все выглядело так, будто всю землю укутало множество сугробов из чистейшего белого снега. Стоило лишь слегка подуть ветерку, как лепестки принимались опадать, точно снег. Ветер игрался, перекатывая эти белоснежные лепестки, - это походило на романтическую сцену мечты. - Давай полюбуемся цветением, - вне себя от радости предложил Мо Шу. - Хорошо, - на этот раз Нань Гэ'эр проявил поразительную сговорчивость. В конце концов, у него ушло много лет неустанных трудов для получения подобного результата; кроме того, это щедрое цветение стало довольно неожиданным. Благодаря чему, даже у неизменно сохранявшего спокойствие Нань Гэ'эра что-то всколыхнулось в душе, невольно вызвав у него радостное волнение. Сегодня на улице гулял лишь легкий ветерок. Нань Гэ'эр укутался в свою длинную белоснежную шубу. Стоя под сливовыми деревьями, он завороженно смотрел вверх. Мо Шу взял стул, прихватив с собой бутылочку вина и тарелку с закусками. Затем он позвал Нань Гэ'эра: - Иди ко мне, я закрою тебя от ветра. Ты можешь простыть, если продолжишь так стоять под деревьями. Нань Гэ'эр подумал: - "Так редко удается полюбоваться цветением, если я заболею, это станет ложкой дегтя, испортившей такое замечательное событие". Поэтому Нань Гэ'эр послушно уселся с подветренной стороны, защищенный от ветра телом Мо Шу. Мо Шу налил себе в чашу вина. Заметив, что Нань Гэ'эр смотрит на него, он склонил голову: - Хочешь немного? Нань Гэ'эр покачал головой. Суровые последствия, испытанные им после глотка вина в том году, породили в нем сильный страх, не позволявший ему больше прикасаться к таким крепким напиткам. - Тогда угощайся бобовыми пирожками, - Мо Шу подтолкнул к нему стоящую на столике тарелку с закусками. Нань Гэ'эр кивнул и взял кусочек. Затем он немного поразмыслил: в отличие от Мо Шу он не любил сладости. Поэтому разделил свой кусок пополам и вернул обратно на тарелку вторую половину. Еще раз поразмыслив, он и оставшийся кусочек разделили на две половинки и положил на тарелку вторую. Мо Шу глотнул вина. Наблюдая за копошением Нань Гэ'эра, он не удержался, и уголки его губ приподнялись в улыбке. Нань Гэ'эр слишком сосредоточился на разламывании пирожка, так как не хотел наделать много крошек. Поэтому не заметил улыбки Мо Шу. В конечном итоге он засунул себе в рот оставшуюся, одну восьмую, часть бобового пирожка. Мо Шу прикрывал его от ветра, а надетая на Нань Гэ'эра одежда была исключительно теплой. Поэтому, хотя он довольно долго разламывал пирожок на холодном ветру, его руки и ноги все равно не замерзли. - Хочешь, принесу тебе печку? - снова спросил Мо Шу. Нань Гэ'эр ненадолго задумался. С бобовым пирожком во рту он покачал головой. Он ответил только после того, как проглотил вкусняшку: - Огонь может навредить сливовым деревьям. К тому же любоваться цветением следует при немного пониженной температуре, тогда сможешь лучше прочувствовать аромат цветов. Находясь в маленьком лесу из сливовых деревьев, весь воздух в котором был напоен ароматом безмятежно распускающихся цветов, Нань Гэ'эр почувствовал, что превращается в элегантного человека. Он отличался от Мо Шу. Независимо от всех тех разнообразных свойственных аристократам правил этикета, которые ему пришлось изучить в юности, при нем по-прежнему оставались воспоминания из его прошлой жизни. Тогда в нем не было ни следа элегантности. Вот почему за те несколько лет, что ему довелось провести в Гуантянь, он с легкостью преобразился из принца в простолюдина. В противоположность ему, сидящий посреди сливового лесочка с чашей вина в руке Мо Шу выглядел так, словно только что сошел с полотна художника. Его белые одеяния затмевали снег, а развевающиеся на ветру волосы были черны как чернила. Его рукава трепетали на фоне время от времени опадающих у него за спиной белых цветов. Заметив, что Нань Гэ'эр неосознанно погрузился в оцепенение, Мо Шу склонил голову и посмотрел на него: - Что-то не так? Вот только в этот момент глаза Мо Шу ярко сияли, а взгляд казался необычайно пронзительным, словно обнаженный острый клинок. От этого взгляда невольно возникало чувство, будто к твоей шее приставили несокрушимый меч. Хоть это и пугало, от него было почти невозможно взгляд оторвать. - Мо Шу... немного похож на эти белые цветы, - почему-то сболтнул Нань Гэ'эр, выложив то, что было у него на уме. Мо Шу ненадолго оторопел, после чего улыбнулся: - Вот оно как. И впрямь для Нань Гэ'эра Мо Шу был подобен белым цветам, распускающимся исключительно суровой морозной зимой. И неважно, что они относились к разным биологическим видам, Нань Гэ'эр просто чувствовал так. Возможно, все потому, что и он, и они выглядели необычайно красиво и затмевали все вокруг? А может, из-за их элегантности? Или, возможно, потому, что облик Мо Шу сам по себе исключительно гармонировал с таким белым цветком? Нань Гэ'эр и сам понятия не имел, по какой причине эти слова сорвались с его уст. - Красиво? - сделав глоток вина, спросил Мо Шу. - Мм, - ответил Нань Гэ'эр, хотя и не знал, что под этим подразумевал Мо Шу: цветы или себя. Однако в данный момент и то, и другое казалось прекрасным в глазах Нань Гэ'эра. Его ответ удовлетворил Мо Шу, и губы последнего изогнулись в улыбке. Мимо них пронесся порыв нежного ветерка. Ветви сливовых деревьев слегка закачались, отчего чисто-белые лепестки начали опадать на землю один за другим. Белоснежные одеяния Мо Шу и его чернильно-черные волосы тоже взметнулись, развеваясь по ветру. Он поистине смотрелся так, словно сошел с нарисованной тушью картины: такой же лихой и красивый. - У тебя руки немного замерзли, - Мо Шу неосознанно протянул к нему руки. Растирая руки Нань Гэ'эра, он легонько нахмурился. - Тебя не продуло? Нань Гэ'эр покачал головой. Причина, по которой его руки и ноги с легкостью замерзали, заключалась в его слабом здоровье, но на самом деле его телу все еще было тепло. - Кто знает, сколько лет тебе потребуется для того, чтобы поправиться, - Мо Шу тихонько вздохнул. Протянув руку, он погладил его по голове. - Подумать только, ты ни разу на это не пожаловался. Нань Гэ'эр рассмеялся: - Мне не на что жаловаться, - "Сейчас я веду прекрасную жизнь, если же стану жаловаться, буду слишком жадным". - Сяо Нань очень послушный ребенок, - Мо Шу с улыбкой погладил его по голове, после чего поплотнее запахнул на нем шубу. - Я не ребенок, ясно тебе? - Нань Гэ'эр едва дара речи не лишился, глядя на Мо Шу, который вел себя точно заправская няня. - Да-да-да, - судя по всему, Мо Шу совершенно не обратил внимания на протест Нань Гэ'эра. "Тут ничего не поделаешь". Как правило, Нань Гэ'эр без малейшего колебания использовал слова, чтобы втоптать в грязь этого идиота, Мо Шу. Однако он становился совершенно беспомощным, стоило Мо Шу заговорить с ним с таким ласковым выражением на лице. Он действительно не мог применять жесткие меры, когда его противник использовал нежный подход. К несчастью для него, случаи, когда Мо Шу выглядел именно так, все более и более учащались... Погрузившегося в раздумья Нань Гэ'эра в глубине души посетило предчувствие, что в будущем его, скорей всего, ожидают нелегкие дни. Он вздохнул: - Теперь у нас тоже есть цветущие сливы. Поэтому тебе больше не придется любоваться на голую сливу наших соседей, - "Я ведь несколько лет их выращивал, ясно тебе?" Когда у него вырвались эти слова, Мо Шу не сразу отреагировал, Нань Гэ'эр же, напротив, тотчас застыл. "А? Так значит, в действительности я из года в год покупаю и выращиваю эти сливовые деревья ради Мо Шу? Когда я начал этим заниматься? Когда начал принимать слова Мо Шу близко к сердцу? Может, они всегда хранились у меня в памяти, а затем я принял решение сделать хоть что-нибудь для него? Выходит, сливовые деревья, которые я с таким упорством сажал каждый год по весне, предназначались лишь для этого человека? Я даже сам этого не заметил". Нань Гэ'эр чувствовал себя так, будто его ударило молнией, но к этому чувству примешивалось легкое счастье. Он наклонил в сторону Мо Шу свою голову. "Эй, ты это заметил? Я делал это ради тебя". Мо Шу просто улыбнулся, не вымолвив ни единого слова. Нань Гэ'эр на какое-то время с глупым видом уставился на Мо Шу. Он казался слегка ошеломленным, но, похоже, даже толком этого не осознавал. - Ты чего застыл? - усмехнулся Мо Шу, протягивая руку, чтобы смахнуть лепесток, упавший на голову Нань Гэ'эра. Похоже, Нань Гэ'эр верил, что в данный момент выглядит вполне элегантно. Однако Мо Шу со своего места видел только белый пушистый шарик, что сидел рядом с ним. Окружающий этот шарик белый бархатистый мех даже танцевал на ветру. Он выглядел необыкновенно забавно и... очаровательно. Нань Гэ'эр нахмурился, ни слова ему не ответив. Чувствуя небольшое смущение, он решил успокоиться и немного поесть. Опустив голову, он отломил малюсенький кусочек от бобового пирожка, оставленного ранее на тарелке. На тарелку тоже упали несколько источающих легкий аромат лепестков. Он в оцепенении устремил взгляд на эти белые лепестки, затем неожиданно вернул на место кусочек бобового пирожка. После этого он поднял лепесток, поднес его к губам и нежно поцеловал. Следом он всем телом перегнулся через стол и, потянувшись рукой, опустил лепесток на губы Мо Шу. Поначалу Мо Шу ошеломленно застыл, когда его губы внезапно ощутили мягкое, нежное прикосновение лепестка. В этот момент он оказался не в состоянии отреагировать на то, что подразумевал под этим действием Нань Гэ'эр. Нань Гэ'эр не сводил взгляда с него. Он раскрыл ладонь Мо Шу и положил на нее лепесток белого цветка, а затем с покрасневшим лицом, пребывая в легком смущении, улыбнулся ему. Улыбка Нань Гэ'эра разрушила наложенное на Мо Шу проклятие молчания. Когда он посмотрел на смущенную улыбку молодого человека, его глаза постепенно просветлели и одновременно с тем стали мягкими, словно вода. В этот момент в глазах Мо Шу весь этот прекрасный пейзаж с танцующими в воздухе белыми цветами не мог сравниться с легким румянцем на щеках находящегося перед ним паренька. Или, возможно, единственным, что могло привлечь его взгляд, оказался этот румянец. Мо Шу бережно обхватил руку, которая так и не покидала его ладони, после чего ловким движением притянул к себе Нань Гэ'эра. Легкий ветерок обдувал их, не затихая ни на секунду. Лепестки, будто белый дождь, один за другим осыпались с деревьев, разлетаясь по ветру. Стройный мужчина, который выглядел таким же неземным и изысканным, как белые цветы, находился возле белокаменного стола. Его белоснежные одеяния слегка развевались по ветру, когда он потянулся через стол. Его привлекательные алые губы, увлажненные вином, легонько коснулись бледных, словно окрашенных акварелью губ юноши, сидящего рядом с ним. "Если честно, я все еще не вполне уверен. Но то, что у нас есть сейчас, уже достаточно хорошо... Да, достаточно хорошо".

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 35

В последнее время у Мо Шу было исключительно прекрасное настроение, тон его голоса звучал на удивление приветливо, отчего не по дням, а по часам росла его популярность. Пусть по его невозмутимому лицу этого нельзя было прочитать, эта ненамеренная рассеянность и сияющая на губах нежная улыбка, проявляющаяся прямо в ходе разговора, выдавали его с головой. А вот настроение Нань Гэ'эра в последнее время совсем никуда не годилось, а тон его голоса звучал вяло, но при этом его аура становилась все более и более... очаровательной? Взлеты и падения эмоций Мо Шу были совершенно понятны; все потому, что он относился к Нань Гэ'эру как к своей личной собственности, вроде подвески или гибкого меча, которые прикрепляются к поясу, или наполненному высушенными цветами сливы саше: он таскал его за собой двадцать четыре часа в сутки, ни на секунду не оставляя его в одиночестве. Так как Нань Гэ'эр, как правило, просиживал штаны в здании правительства, не появляясь на улице, это подспудно привело к тому, что Мо Шу безропотно оставался дома и даже позабыл о своих требованиях выпустить его порезвиться на воле. Конечно же, все это привело и к кое-каким негативным последствиям. К примеру, Нань Гэ'эр должен был постоянно оставаться на виду у Мо Шу сяньшэна: он наблюдал за тем, что делает молодой человек, проверял, не холодно ли ему, следил, хорошо ли он заботится о себе... присматривал за множеством вещей, которые нужно было учесть, делал то и это. Из-за этого как Нань Гэ'эр, так и Чжу Си постоянно были на нервах. Чжу Си ходил жутко мрачным. Раньше, хотя Мо Шу и любил побить баклуши, его работоспособность по-прежнему оставалась более-менее на высоте. Однако теперь, пусть этот парень усердно сидел в правительстве, он продолжал отлынивать от работы. И не только - его уклонение от работы еще больше усугубилось. Работал он теперь только по совместительству, а основным направлением его деятельности в данный момент стало присматривать за Нань Гэ'эром... Но Нань Гэ'эр ходил еще мрачнее Чжу Си. Всякий раз, встречая какого-нибудь знакомого, он останавливал его и принимался жаловаться ему: - Ах, бедный я, несчастный... Кто сможет нормально чем-нибудь заниматься, когда за ним двадцать четыре часа в сутки пристально наблюдают? Кто сможет оставаться равнодушным, когда его каждые пятнадцать минут хватают за шкирку и измеряют температуру прикосновением ко лбу и рукам? Кто сможет вынести, когда некто, сидя возле него, со звуком "А-а..." кормит его с ложечки в окружении прочих людей, которые, практически безуспешно, пытаются сдержать смех? Он едва не свихнулся! Почему "едва"? Потому что он "едва" мог это терпеть. Не так давно дела у Нань Гэ'эра пошли хуже некуда. В последнее время он обнаружил, что ничего не может поделать с Мо Шу, а заодно заметил изменения, которые произошли в интересах этого парня... Среди любимых вещей Мо Шу сладости теперь занимали только третье место. На первом месте очутилось, пребывая в оцепенении, разглядывание Нань Гэ'эра, после чего Мо Шу принимался улыбаться так же нежно, как и вода. Вторым стало периодическое хватание Нань Гэ'эра в охапку, проявляя заботу о нем и одновременно гладя и обнимая его... С идиотом управиться было легко, сладить с психом тоже сложности не представляло. Вся сложность состояла в том, смогли бы вы отвесить кому-то пощечину, если бы этот кто-то проявлял искреннее участие по отношению к вам? По крайней мере Нань Гэ'эр не мог так поступить. Было бы куда проще, если бы Мо Шу торопил события и гнал лошадей. Однако тот облекал в вежливую форму все выражения своей привязанности. Вся различными способами проявляемая им забота была настолько обыденной, насколько только могла быть; вел он себя настолько дисциплинированно, насколько только возможно; его прикосновения были настолько благопристойны, насколько могли быть... Нань Гэ'эр осознал, что на данный момент его целиком и полностью загнали в тупик. Более того, такая тяжкая ситуация, скорее всего, продлится еще немало времени... "...В действительности я ошибался. Я здорово ошибался! С какой стати я принял этого парня за идиота?" - Нань Гэ'эр снова погрузился в пучину сожалений. - "Он не идиот; он ни капельки не идиот! На самом деле этот парень - влюбленный дурак!" Чжу Си провел задушевный и серьезный разговор с Нань Гэ'эром по поводу текущего до безумия влюбленного состояния Мо Шу. Конечно же, все потому, что у этого сбрендившего от любви пришельца не было настроения заниматься своей работой, если он постоянно не видел перед собой Нань Гэ'эра, а также не слышал неподалеку его возню. К слову, пока Нань Гэ'эр находился в зоне его досягаемости, Мо Шу бессовестно игнорировал все разговоры, звуки и прочих живых существ... Даже единожды не моргнув, он устремлял на Нань Гэ'эра свой наполненный тоской и нежностью взгляд... В частности, содержание разговора Чжу Си и Нань Гэ'эра касалось того, как будет весной и летом работать Мо Шу сяньшэн. На сегодняшний день этот влюбленный пришелец никак не мог оставить Нань Гэ'эра даже на пятнадцать минут. Было бы уже замечательно, если бы Мо Шу хотя бы ходил патрулировать округ на протяжении весны и лета; он мог бы просто взять с собой Нань Гэ'эра. Но что будет, если ему придется отправиться еще дальше, скажем, навестить кого-то в деревне? Что если там окажется ухабистая дорога? Если судить по состоянию здоровья Нань Гэ'эра, он бы просто не выдержал подобной поездки. А значит, Мо Шу тоже не поедет туда. Как следствие, самым невезучим и занятым в этой ситуации окажется бедняга советник. Вместе с Нань Гэ'эром проведя торжественный анализ степени тяжести ожидающего его будущего, Чжу Си со всей серьезностью обратился к нему: - Сяо Нань, по-моему, тебе следует сделать своим высшим приоритетом избавление от безумия, которым страдает Мо Шу. Нань Гэ'эр скорчил рожицу: - Даже если ты так говоришь, я понятия не имею, что мне с этим делать, - "Я могу остановить кое-кого, когда он совершает идиотские действия, но не способен контролировать его безумную одержимость". - А что нам прикажешь делать, если даже у тебя нет ни единой идеи? - Чжу Си разволновался еще сильнее. - Я теперь даже спать не могу, раздумывая о грядущих весне и лете, - он в расстройстве указал под свои глаза. - Вот взгляни, знаешь, что это? - под обоими его глазами залегли темные круги! Нань Гэ'эр подался к нему, но не успел он хорошенько их рассмотреть, как Мо Шу мигом оттащил его от Чжу Си, не позволяя им приближаться друг к другу более, чем на метр... "Ты только в такие моменты приходишь в себя?" Чжу Си и Нань Гэ'эр одновременно одарили его презрительным взглядом. Конечно же, Мо Шу предпочел не обращать внимания на существование Чжу Си и презрение в глазах Нань Гэ'эра. Он улыбнулся: - Ты не проголодался? Хочешь чего-нибудь пожевать? - Мы завтракали всего пару часов назад, - скорчив рожицу, напомнил Мо Шу Нань Гэ'эр. - Ох, верно, у нашего Нань Гэ'эра потрясающая память, - Мо Шу с улыбкой погладил Нань Гэ'эра по голове. - Не замерз? Нань Гэ'эр оказался начисто лишен дара речи. Точнее, у него даже не было сил ему возразить. Он бросил взгляд на Чжу Си, стоящего от него на расстоянии в метр. "Прекрасно, он еще сильнее лишился дара речи, чем я. Благодарю землю и Небеса, ты наконец-то понял, что я не в силах изменить текущую ситуацию, поскольку вся моя жизнь - сплошная головная боль..." Как Нань Гэ'эр, так и Чжу Си надолго погрузились в молчание. Обладавший лучшей устойчивостью к таким потрясениям советник все-таки первым очнулся от этой атмосферы беспомощности. Он легонько прочистил горло: - Ладно, Мо Шу, ты ведь еще помнишь, что через несколько дней тебе предстоит кое за кем отправиться, верно? Пока еще сохраняющий ясный рассудок Мо Шу, занимаясь своими делами, кивнул, после чего снова глянул на Нань Гэ'эра. Чжу Си пристально посмотрел в лицо Мо Шу. Он слегка нахмурился, но больше ничего не сказал. Заметив едва различимую реакцию этих двоих, Нань Гэ'эр в недоумении воззрился на них. - Тогда я пошел, - чуть слышно пробормотал Чжу Си, после чего, сложив руки, отвесил почтительный поклон и удалился. Нань Гэ'эр растерялся еще сильней. Мо Шу тоже чуть-чуть помолчал, а затем позвал: - Сяо Нань, - он похлопал по месту рядом с собой, - иди сюда и присядь. По выражению лица Мо Шу Нань Гэ'эр догадался, что тому есть что сказать. Чуть поразмыслив, он подошел и уселся возле него. - Возможно, мне впервые за несколько месяцев этого года придется выйти во внешний мир, - хорошенько это обдумав, Мо Шу в итоге решил выложить все начистоту. Время от времени случавшиеся вылазки Мо Шу наружу были отнюдь не в новинку, и Нань Гэ'эр никак не мог взять в толк, почему Мо Шу предпочел поговорить с ним именно об этой поездке. Поэтому он в недоумении посмотрел на него. - И местом, в которое я отправлюсь, станет Бэйцзюнь. Возможно, мне придется там задержаться. Провести снаружи весь Новый год... - Мо Шу внимательно наблюдал за выражением лица Нань Гэ'эра, высказывая ему все, что хотел рассказать, - и хотя путешествовать предстоит по неровным дорогам, я надеюсь, что ты сможешь поехать вместе со мной. Обычно Мо Шу никогда и ни о чем не просил Нань Гэ'эра, не говоря фраз, наподобие "Я надеюсь..." Он и впрямь поступал точь-в-точь как сказал в тот день Чжу Си; он ни разу ни к чему его не принудил, позволяя ему делать, что хочется. Однако сейчас он обращался к нему с просьбой. - На самом деле лично разбираться с этим делом вовсе не обязательно. Но я все же надеюсь, что ты сможешь поехать вместе со мной, - снова заговорил Мо Шу. - Потому-то я и сказал Чжу Си, что лично приведу сюда того человека. В глубине души Нань Гэ'эр пребывал в смятении. Услышав, как выразился Мо Шу, он лишь инстинктивно поднял голову и спросил: - Почему? - Хоть с виду и кажется, что с тобой все хорошо, я знаю, что в глубине души что-то терзает тебя, - Мо Шу погладил Нань Гэ'эра по голове. - Вот почему мне хотелось бы, чтобы ты отправился туда со мной. Даже если Нань Гэ'эр никогда не объявлял, кем был на самом деле, он считал, что люди Гуантянь более-менее знали об этом. Более того, жители каждой страны говорили на своем уникальном диалекте, и после прибытия сюда он специально его не скрывал. Вот почему он не испытал особого шока и удивления, когда Мо Шу с таким естественным видом выдал эти слова. Просто ему не очень-то хотелось ехать туда. Заметив колебания и неохоту, отобразившиеся на лице Нань Гэ'эра, Мо Шу усмехнулся: - По правде говоря, если ты действительно не хочешь никуда ехать, я не стану тебя заставлять. Но ты уверен, что лучшим выбором будет оставить все, как есть? - Нань Гэ'эр поднял взгляд и посмотрел на него. - Ты ведь уже решил остаться в Гуантянь, рядом со мной, я прав? - улыбнулся Мо Шу. - И если это так, не лучше ли будет обрезать все концы и навсегда покончить со своим прошлым, верно? Ты знаешь, что тоска может привести к ранней смерти? Я не хочу, чтобы ты ушел раньше меня. К тому же я буду рядом с тобой: тебе нечего будет бояться. Эта поездка станет всего лишь прощанием с прошлым. Ничего не изменится. Мы вместе поедем туда, а после вместе вернемся обратно. - Вот как? - Нань Гэ'эр наконец поднял голову, и его губы изогнулись в улыбке. - Какой же ты толстокожий; когда это я говорил, что останусь с тобой? Едва Мо Шу заметил, как заулыбался Нань Гэ'эр, на его устах тоже расцвела восхитительная улыбка. Он протянул палец, прижав его к груди Нань Гэ'эра, после чего нежно потыкал, указывая на его сердце: - Здесь. Оно с помощью твоей улыбки сказало мне это.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 36

Раз уж Нань Гэ'эр решил наведаться в Бэйцзюнь, он тотчас приступил к подготовке. Той ночью, во время умывания он немного помялся, а затем неожиданно посмотрел утратившего от любви разум Мо Шу, сидящего в свете лампы: - Эм, мое лицо. - Хм? - после краткого мгновения достойного поведения Мо Шу снова вернулся к своей слепой одержимости; он с улыбкой издал вопросительный звук, когда заметил, что к нему обращается Нань Гэ'эр. "Хорошо, ладно. Я в курсе, что ты у нас культурный человек и способен видеть мою душу сквозь эту жуткую внешнюю оболочку... Уф, но, по-моему, мою душу тоже нельзя считать особенно привлекательной, хорошо?! Постойте-ка, с ходом моих мыслей, похоже, что-то пошло не так..." Нань Гэ'эр тут же вернул свои разгулявшиеся мысли на место: - Эм, это... Мо Шу, людям, живущим во внешнем мире, мое лицо может показаться довольно... пугающим, верно? - ему нечасто приходилось смотреться в зеркало, но, в конце концов, он то и дело общался с другими людьми. Даже если это было просто отражение в чьих-то глазах, Нань Гэ'эр все равно мог различить, что внешность отраженного в них уродливого парня была до крайности неприглядной. Более того, умываясь, он даже сам ощущал исключительно глубокие шрамы, изрезавшие его лицо. Было бы куда более странно, не знай он, насколько ужасно выглядит. Мо Шу с полным непониманием глянул на лицо Нань Гэ'эра: - Хм, и вовсе не пугающе. "Я в курсе, что тебя подобным не запугать, но проблема заключается в том, что нормального человека это зрелище, скорее всего, испугает. К тому же..." - Нань Гэ'эр бросил взгляд на прекрасное лицо, которое казалось нефритовым в свете лампы. - "Мой дорогой господин, если я в таком виде выйду во внешний мир вместе с тобой, как ты думаешь, хоть какой-то прохожий сможет скрыть противоречивые чувства, увидев контраст между нашими лицами?" - Есть ли какой-нибудь способ подправить мое лицо? - напрямик спросил Нань Гэ'эр, не желая вдаваться с Мо Шу в обсуждения душевных качеств человека и его внешнего вида. - Есть такой, - конечно же, как только прозвучал прямой вопрос, Мо Шу дал на него такой же прямой ответ, не тратя время на разглагольствования. - И какой тип внешности для изменения своего лица ты предпочитаешь? "А? Так можно еще и внешность заодно изменить?" - у Нань Гэ'эра распахнулись глаза. - Эм, у меня есть свобода выбора? Мо Шу глянул на Нань Гэ'эра так, будто тот только что ляпнул нечто странное: - Конечно. Ты предпочитаешь тип внешности Чжу Си или Сяо Ся? Мой тоже неплох, - немного поразмыслив, он снова заговорил: - Тип Чунь Цзяо тоже вполне осуществим, только для этого потребуется больше времени, из-за чего можем не успеть закончить к отъезду. К тому же, хотя для А-Фана и меня это не имеет большого значения, у других могут возникнуть кое-какие сложности из-за слишком сильного сходства. - Да кто вообще захочет выглядеть как Чунь Цзяо?! - спустя долгое время на лоб Нань Гэ'эра снова вернулись черные линии. Он прервал разбегающийся поток мыслей Мо Шу. - Я просто хочу выглядеть нормально, - он наконец-то осознал, из-за чьего влияния его собственные мысли становились все более и более запутанными. - Нормально? - Мо Шу посмотрел на лицо Нань Гэ'эра. - Но ты и сейчас выглядишь совершенно нормально. - Где ты здесь увидел хоть что-то нормальное?! - Нань Гэ'эр скорчил гримаску. - Да я же точная копия горбуна из Нотр-Дама, ясно тебе?! - "Насколько же искажено твое чувство прекрасного?" - Горбун из Нотр-Дама? - этот термин озадачил Мо Шу. - Это кто-то из ночного патруля? Почувствовав слабость, Нань Гэ'эр замотал головой: - Эм, только не говори мне, что именно ты будешь помогать мне с изменением внешности? - "Если этим займешься ты, то мне лучше сразу же сдаться. Кто знает, во что ты меня превратишь". - Я просто хочу излечить эти шрамы, оставшиеся от ран у меня на лице. Сделать их практически незаметными будет вполне достаточно. - Так вот ты о чем, - наконец-то озарило Мо Шу. - Это проще простого; скорей всего, займет только неделю. Завтра я приглашу доктора, хорошо? "...Проще простого... Всего лишь неделю... А ты знаешь, что я пять лет проходил с этим изуродованным лицом?! ...Это место еще более абсурдное, чем какие-нибудь центры пластической хирургии из некой страны! Один-единственный врач в Гуантянь занимается всеми травмами, как внутренними, так и внешними, и даже на стороне пластическим хирургом подрабатывать успевает?! Его поистине можно назвать "видным деятелем в области медицины" и "высокоодаренным гением"!" "Доктор из Гуантянь даже способен вернуть к жизни кого-то, три года продержанного в водной тюрьме, человека, которого признали мертвецом императорские врачи и которого неизвестно сколько времени несло по течению. Более того, этот кто-то по сей день остается живым и с каждым днем его здоровье все улучшается... Для такого врача пластическая хирургия - раз плюнуть! А избавление от шрамов вообще проще простого!" Нань Гэ'эр уже утратил всякую чувствительность к непостижимым вещам, с которыми сталкивался в Гуантянь. Излив в глубине души все накопившееся негодование, он тихо ответил: - Хорошо... Высокомерный доктор посетил их на следующий день, спросив Нань Гэ'эра: - Как ты хотел бы изменить свою внешность? "Дядя, если в итоге твоя душа переселится и окажется в двадцать первом веке, за тобой наверняка станет табунами гоняться бесчисленное множество женщин, если не хуже", - молча выговорился про себя Нань Гэ'эр, после чего сухо ответил: - Нормально... Выглядеть нормально было бы замечательно. Некий обезумевший от любви пришелец дополнил его слова комментарием со своей стороны: - Сяо Нань имел в виду сглаживание шрамов, он считает, что этого будет достаточно, - хотя затем пробормотал: - На самом деле я считаю, что он уже сейчас выглядит просто великолепно. Если после этого в результате он станет выглядеть еще лучше, что случится, когда он появится таким во внешнем мире?.. - в тоне его голоса начала проявляться легкая тревога. - Что если все эти злобные люди нацелятся на него?.. Недовольный и приунывший Нань Гэ'эр бросил взгляд на Мо Шу. "Мой добрый господин, ты бы лучше о себе позаботился, хорошо? Я ведь выгляжу совершенно обыкновенно. А вот на тебя, с другой стороны, стоит тебе выйти, как большинство прохожих, не в силах удержаться, бросают еще один взгляд". Обернувшийся Нань Гэ'эр заметил, как лоб доктора пересекли черные линии. "Я понял. Не считая Чжу Си и меня, ты - единственный человек в Гуантянь, который ясно понимает, какой этот парень на самом деле". Обменявшись смиренным взглядом с доктором, Нань Гэ'эр заговорил: - Вы сможете сделать такое небольшое изменение внешности? Все будет хорошо, если меня не станут узнавать по лицу, каким оно было до того, как я получил эти шрамы. Доктор кивнул: - Здесь нет ничего сложного. Достаточно слегка изменить некоторые области лиц людей, чтобы они стали неузнаваемыми. Вот только... - доктор замолчал и посмотрел на Мо Шу. Взяв кисть и бумагу, он написал: "Если Мо Шу сяньшэн слишком разгорячится во время путешествия, я молю Нань Гэ'эра успокоить его". - А? - слегка озадаченный Нань Гэ'эр глянул на доктора. Он совершенно не понял, что тот пытался этим сказать. "Мо Шу сяньшэн немного..." Доктор казался несколько нерешительным. После затянувшейся паузы он снова поднял кисть: "Он слегка кровожаден". - А? - Нань Гэ'эр невольно повернул голову, бросив взгляд на Мо Шу, который хмурился и бормотал себе что-то под нос. Мо Шу = кровожадный? Это определение никак не укладывалось у него в голове. Раньше ему казалось, что... Мо Шу = идиот. Сейчас ему представлялось, что Мо Шу = влюбленный дурак. Однако, как ни крути, он просто не мог связать у себя в голове "кровожадный" с "Мо Шу". Ничто не намекало на это. Любой кровожадный человек казался либо слегка ненормальным, либо психически неуравновешенным. Однако исходящая от Мо Шу аура была безупречно чиста. Он совершенно не походил на подобного человека, а если точнее, это было просто немыслимо. Заметив изумленное выражение, нарисовавшееся на лице Нань Гэ'эра, доктор с горечью усмехнулся и написал: "Пусть все и желают, чтобы у вас все закончилось хорошо, если честно, они не особо хотят, чтобы ты ехал туда вместе с ним". - Почему? - "Неудивительно, что Чжу Си так странно отреагировал". "Потому что в итоге тебе придется увидеть другую сторону характера Мо Шу сяньшэна". Продолжил писать доктор. "Из-за этого ты можешь испугаться и начать сторониться его". - Но... - теперь Нань Гэ'эр тоже слегка занервничал. Еще раз взглянув на Мо Шу, он прошептал: - Похоже, он сам совершенно не подозревает об этом. "Потому что он не видит ничего плохого в своей кровожадности". Нань Гэ'эр посмотрел на Мо Шу, погрузившись в молчание и не ответив ни слова. "Не переживай, если ты не сможешь с этим смириться, у меня есть лекарство, способное стереть все твои воспоминания о нем". Предположив, что Нань Гэ'эр сомневается, доктор снова взялся за кисть. "Так было в случае с биологической матерью Мо Шу сяньшэна. В действительности она вышла замуж за другого и родила от него ребенка, продолжая жить мирной жизнью". Нань Гэ'эр, едва сдерживая крик, широко распахнул глаза, после чего взял кисть и написал для доктора: "Мать Мо Шу до сих пор жива?!" "Да. Она предпочла принять лекарство, оказавшись не в силах с этим смириться". Ответил доктор. Осознав, что Нань Гэ'эр с доктором с каждой минутой подходят все ближе друг к другу, Мо Шу снова ощутил недовольство: - Сяо Нань, ты все еще не закончил? - "Даже если это старик, я никому не позволю приблизиться к своему Нань Гэ'эру". Доктор мигом схватил бумагу, и та в мгновение ока обратилась в порошок, рассыпавшийся по столу. - Давайте приступать, - с бесстрашным видом заявил Нань Гэ'эр. - Давайте поскорее разберемся с этим делом, чтобы вы смогли вернуться пораньше. Подготавливая инструменты для зашивания, доктор сверлил Нань Гэ'эра наполненным сомнением взглядом. В его глазах читались следующие слова: "Так что же ты ответишь на это, а, Нань Гэ'эр? Нельзя же просто забыть обо всем после того, как вытянул из меня все факты. Это слишком нечестно с твоей стороны! Что же именно у тебя на уме?!"

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 37

Спустя неделю Мо Шу вместе с Нань Гэ'эром отправился на берег реки. - Отсюда вы сможете попасть в страну Цзюнь Яо, - произнес следующий за ними Чжу Си. Стоит отдать ему должное, доктору действительно потребовалась всего неделя, чтобы более-менее восстановить лицо Нань Гэ'эра. Он со всем вниманием выполнил просьбу Нань Гэ'эра - теперь он выглядел как обычный среднестатистический человек, и его внешность полностью отличалась от той, что сохранилась в его воспоминаниях. Сяо Ся тоже шел за ними, ведя коня. Только они вдвоем вышли проводить Мо Шу с Нань Гэ'эром. Нань Гэ'эр не прекращал прикасаться к своему лицу, которое казалось ему обновленным, поэтому не обращал никакого внимания на тревогу, украшающую лица этих двоих. Решив, что им просто не хочется отпускать Нань Гэ'эра, Мо Шу их заверил: - Мы вскоре вернемся, поэтому вам не стоит показывать на своих лицах такие скорбные выражения. Целиком погрузившийся в ощупывание своего лица Нань Гэ'эр все-таки прервался, чтобы выразить Мо Шу свое презрение: - "Мой дорогой господин, они просто боятся, что я могу стать очевидцем ужасающей стороны вашей натуры, и мы - как там говорится? - разбежимся в разные стороны, а затем каждый из нас пойдет своим собственным путем". Заметив, что Нань Гэ'эр пристально уставился на него, Мо Шу тут же одарил его лучезарной улыбкой. "Да ладно, только взгляните на эту полную несознанку, что читается в выражении его лица; что тут еще можно сказать?" Четыре человека занимались патрулированием, бродя вдоль русла реки. Заметив приближение Мо Шу и остальных, они приветственно им кивнули, после чего продолжили охранять границы. Мо Шу принял поводья, которые передал ему Сяо Ся. Легким прыжком забравшись в седло, он протянул руки Нань Гэ'эру. Он заговорил с этими двумя только после того, как крепко обнял Нань Гэ'эра за талию: - Мы скоро вернемся, но, вероятно, нам придется провести во внешнем мире весь Новый год. Чжу Си и Сяо Ся с легкой печалью кивнули. - Им так не хочется тебя отпускать, да? - улыбнулся Мо Шу, погладив Нань Гэ'эра по голове. Нань Гэ'эр в ответ одарил его очередным презрительным взглядом. Он заелозил на месте, стараясь отыскать уютное, теплое и защищенное от ветра местечко и поудобнее устроиться на нем. Затем, повернув голову, он взглянул на провожающую их парочку, которая выглядела слегка обеспокоенной, и невольно рассмеялся: - Не переживайте, все будет в порядке. Эти двое только выдавили из себя улыбки. Нань Гэ'эр решил больше ничего не говорить, поскольку осознал, что никакие слова здесь не помогут. Он отвернулся и сел как положено. "Я уже все сказал; и если вам так хочется продолжать сходить с ума от тревоги, это уже ваше личное дело", - легкомысленно заключил он. Едва Мо Шу тряхнул поводьями, как лошадь галопом рванула с места. В действительности Нань Гэ'эр собрал с собой немалый багаж, но Мо Шу всего несколькими словами от него отмахнулся. "Во внешнем мире живет целая толпа людей из Гуантянь; не находишь, что тащить все это будет чересчур хлопотно? У нас найдется, где остановиться во внешнем мире". Что больше всего бесило Нань Гэ'эра, так это когда Мо Шу смотрел на него свысока. Особенно сейчас, ведь, хотя этот парень являлся маньяком, помешанным на убийствах (предположительно) и влюбленным дураком (доказано), ничто по-прежнему не могло помешать этому идиоту на всех парах мчаться совершать глупости. Что может быть еще более неловким, чем выносить насмешки от идиота? Вот почему Нань Гэ'эр выбросил свой багаж, преспокойно запустив им в голову Мо Шу. Мо Шу сказал, что поперек русла реки был установлен массив, напоминающий своего рода завесу, любой, кто находился снаружи, вообще не смог бы увидеть прохода. Как только они выехали за ворота, ведущие из округа Гуантянь, Нань Гэ'эр оглянулся: у него за спиной и впрямь оказался лишь зеленеющий лес, возвышающиеся врата просто исчезли. Мо Шу, даже не опустив головы, заметил движение сидящего у него в руках Нань Гэ'эра. Он улыбнулся: - Я уже говорил тебе: стоит выйти за ворота, как ты ничего не сможешь увидеть. - Это настоящий массив! - в голосе Нань Гэ'эра отразился испытываемый им восторг. - Значит, они действительно существуют, - "Все эти так называемые "мастера боевых искусств", "массивы", ох, и..." - он прикоснулся к своему лицу, - "...и изменение лица... Это ведь изменение лица... верно? Или все-таки самая настоящая пластическая хирургия?" - Гуантянь - поистине удивительное место, - в тоне голоса Нань Гэ'эра прозвучало искреннее восхищение. - Твоя высокая оценка непременно порадует всех, - усмехнулся Мо Шу. - Не хочешь поспать? Ты сегодня встал рановато. - Меня слегка укачивает, - с недовольством пробормотал Нань Гэ'эр. Пусть подкладка на седло была изготовлена из шкуры очень пушистого зверя, на которого специально отправился охотиться Мо Шу, они все равно ехали на лошади, и это не шло ни в какое сравнение с прогулкой по ровной земле. - Чуть-чуть потерпи, - протянув руку, Мо Шу погладил Нань Гэ'эра по лбу, - мы еще до полудня доберемся к месту, где сможем отдохнуть. - Уф, - Нань Гэ'эр издал легкий стон, после чего, все так же прислонившись к Мо Шу, продолжил ошеломленно наблюдать за пролетающими мимо пейзажами. Его щеки слегка замерзали на холодном ветру. Однако Мо Шу приготовил для него неизвестно чем наполненную грелку и сказал, что, мол, она сможет согревать его целый день. "Вот почему я сказал, что существование Гунтянь бросает вызов самим законам природы, ясно вам?! Разве можно представить себе грелку, которая будет согревать тебя целый день напролет?" Едва он только подумал об этом, как ему снова вспомнились пластическая хирургия и грозные люди, населяющие Гуантянь. В итоге он пришел к выводу: - "Все это невероятно, совершенно непостижимо". Нань Гэ'эр надолго замолчал, но, судя по дыханию, он не спал. Мо Шу предположил, что тот переживает о прошлом, с которым ему вскоре придется столкнуться. Поэтому он шепнул: - Не волнуйся, я рядом; я непременно тебя защищу. Нань Гэ'эр на мгновение опешил, а затем усмехнулся: - Я и не беспокоюсь, - он ненадолго задумался, после чего продолжил: - Раз уж я решил поехать с тобой, то, конечно же, доверяю тебе. Вот почему нет смысла переживать, - "Решив кому-то довериться, я последую за этим человеком без малейшего колебания". Мо Шу, похоже, разгадал скрытый смысл его слов. Он улыбнулся: - Какой хороший ребенок. - Я не ребенок, - хмыкнул Нань Гэ'эр. Грелка находилась в мешке, который держал в руках Нань Гэ'эр. Он засунул руки в мешок, чтобы согреться. Подняв глаза, он посмотрел на сжимающие поводья руки Мо Шу. Он вытащил руки из мешка и накрыл руки Мо Шу своими ладонями: - Так теплее? - его кожа под ладонями Нань Гэ'эра оказалась холодной как лед. Мо Шу, смеясь, слегка склонил голову: - Так и есть. Немного поразмыслив, Нань Гэ'эр сравнил одежду Мо Шу со своей. Похоже, Мо Шу был весьма искусен в боевых искусствах, а оттого совершенно не боялся холода, поэтому на нем был лишь белый плащ, накинутый поверх белого же халата. Но даже несмотря на это, Нань Гэ'эр все равно проявил заботу и принялся переворачиваться, чтобы оказаться лицом к нему. - Что ты пытаешься сделать? - Мо Шу одной рукой придерживал Нань Гэ'эра за плечи, не давая ему упасть. Наконец, окончательно перевернувшись, он обнял Мо Шу за талию, удерживая себя от падения. Как только Нань Гэ'эр уверенно расположился на своем месте, он вытащил из мешка грелку и расположив ее у себя перед грудью, прижался к Мо Шу: - А так теплее? Вот только из-за того, что его лицо оказалось прижато к груди Мо Шу, он смог увидеть лишь изогнувшиеся в улыбке губы этого парня: - Да, так очень тепло. - Хе-хе, - усмехнулся Нань Гэ'эр, после чего уткнулся носом в грудь Мо Шу. - Тебе придется держать меня, иначе я упаду. - Конечно, я не позволю тебе упасть, - рассмеялся Мо Шу. - А еще ветер теперь задувает мне в задницу, и я немного замерз, - пожаловался Нань Гэ'эр, который сидел теперь спиной к ветру. Мо Шу подвернул свой плащ и накрыл им их обоих: - Так лучше? - Мм, - лежа на груди Мо Шу, Нань Гэ'эр с легкой усталостью моргнул. "И правда тепло". Хотя его булочки по-прежнему подбрасывало вверх-вниз на сиденье, старший брат Чжоу Цзя (он же Морфей) уже позвал его в свои мирные объятия. Он сладко зевнул. - Я собираюсь поспать... - тихо пробормотал он, отдавая распоряжение, - поэтому держи меня... - Хорошо, - с улыбкой ответил Мо Шу. После этого Нань Гэ'эр закрыл глаза и погрузился в сладкую дрему. Возможно, всему виной стал сон в неудобном для него положении, но в одно мгновение ему снились давным-давно утраченные родители, а в следующее - все переменилось, и вот он уже сгорал заживо, затем его младший брат невинно улыбался, подбегая к нему, после чего это видение сменила мрачная, без единого лучика света, промозглая и влажная водяная тюрьма... - ...Нань... Сяо Нань... - тихий, наполненный нежностью голос вырвал Нань Гэ'эра из власти кошмара. Нань Гэ'эр чувствовал только головокружение и тошноту. Он открыл глаза... Как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с Мо Шу, в глазах которого читалась тревога. - ...Сколько времени? - его взгляд какое-то время оставался расфокусированным; только несколько раз моргнув, он смог видеть отчетливо. - Уже почти полдень, - ответил Мо Шу. - Мы уже въехали в город. - О, - только тогда Нань Гэ'эр осознал, что сейчас вокруг стало не так тихо, как было на протяжении всего их пути. Дорога тоже стала не такой ухабистой - его лишь время от времени легонько потряхивало. Он высунул голову из рук Мо Шу и выглянул наружу. И правда, в данный момент они находились в шумном маленьком городке. На его улочках хватало прохожих. Из встретившейся им по пути винной лавки постоянно слышались голоса заказывающих выпить людей, тогда как внутри ее дворика развевалась на ветру вывеска. Ученые вместе со своими друзьями угощались вином на верхнем этаже... - Этому месту далеко до Гуантянь, - пробормотал Нань Гэ'эр. Мо Шу усмехнулся и погладил Нань Гэ'эра по голове: - Все на тебя смотрят. - Это на тебя они смотрят, Мо Шу сяньшэн, - хмыкнул Нань Гэ'эр. Нань Гэ'эр и правда почувствовал, что взгляды большинства присутствующих обратились к нему и Мо Шу. Возможно, сам Мо Шу этого и не осознавал, но Нань Гэ'эру было прекрасно известно, насколько привлекательна внешность Мо Шу для обычного человека. В мире хватало красивых людей, но даже Нань Гэ'эру никогда не встречалось никого, кто бы обладал настолько благородным и безупречным видом, какой был у Мо Шу. Более того, сейчас на Мо Шу был роскошный чисто-белый плащ. Белый скакун, на котором он восседал был силен и крепок; его шкура ярко сияла и была столь же безупречной, как снег, а манера Мо Шу держать себя казалась еще более безупречной и величественной. Разве кому-нибудь доводилось прежде видеть настолько элегантную персону в таком маленьком городке? Вот почему Нань Гэ'эр целиком и полностью понимал те ошеломленные взгляды, которыми их одаривали прохожие, что им встречались на улице. Высунув голову, он осматривался по сторонам. На нем тоже был белый плащ, но вместо того, чтобы элегантно накинуть его на себя, как Мо Шу, он был укутан в него. Вот почему, когда он вертел головой, озираясь по сторонам, казалось, что из белого шарика меха торчит только его красивое и изящное лицо. Со своими черными как чернила глазами он выглядел сообразительным и прелестным молодым человеком. - Гляньте-ка на этого паренька, - само собой, какая-то госпожа из ближайшего винного магазинчика тут же разулыбалась. - Такой... угх... Не успел Нань Гэ'эр толком отреагировать, как прямо у него на глазах из груди этой госпожи брызнула свежая алая кровь. Затем на землю упала и покатилась по ней идеально отрезанная голова, следом за которой на землю рухнуло уже обезглавленное тело. Густая красная кровь растеклась вокруг, в мгновение ока окрасив голову в алый цвет. На всю улицу опустилась мертвая тишина. В следующее мгновение раздался женский вопль, который сразу же оборвался. В воздух взметнулась очередная голова в сопровождении брызг свежей крови. Только когда Мо Шу расправился со своей третьей жертвой, все, кто находился на улице, будто очнулись от потрясения, после чего, поддавшись безумной панике, принялись вопить и разбегаться в разные стороны. Некоторые сразу лишились сознания, другие - забыв о бегстве, застывали на месте, дрожа и беспомощно наблюдая, как землю один за другим покрывают кровавые трупы; а были и те, кто в ужасе падал на землю, отвратительно напрудив в штаны. Перед лицом столь огромной силы любое сопротивление становилось бессмысленным. Словно нарезая фрукты и овощи, Мо Шу орудовал снятым с пояса гибким мечом; его движения были на удивление плавными, когда он вырезал людей одного за другим. К тому времени, как Нань Гэ'эр осознал происходящее, под копытами их коня уже валялось не меньше десятка человеческих трупов. Не имели значения ни возраст, ни пол - он никого не щадил, разрезая на части тела. - Мо Шу! - закричал он. - Ты что творишь?! - Они стоят у нас на пути, - безразлично, хотя и с холодком в голосе, отозвался Мо Шу. В мгновение ока он превратился из элегантного господина в кровожадного асуру.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 38

Нань Гэ'эру, у которого не оказалось времени на раздумья, оставалось только изо всех своих сил схватить Мо Шу за руки: - Хватит, прекрати убивать. Не было никаких намеков, ни следа убийственного намерения. Всего за пару минут Мо Шу, даже глазом не моргнув, прикончил более десятка беззащитных людей! Это было совершенно... Нань Гэ'эр понятия не имел, какими словами описать испытанное им потрясение. Нань Гэ'эр запретил Мо Шу убивать, но тот и не настаивал на продолжении. Он тряхнул мечом, и капли крови опали с гибкого лезвия. Затем Мо Шу вложил меч в ножны и вернул его на законное место на поясе, после чего протянул руку и погладил Нань Гэ'эра по голове: - Что-то не так? Ты замерз? - расспрашивая Нань Гэ'эра, он попутно закутывал его в свой белый плащ. Люди на улицах до сих пор пребывали в панике. Каждый бессмысленно суетился и что было мочи вопил. Нань Гэ'эр открыл было рот, но оказался не в силах издать ни единого звука. Он лишь чувствовал, что все его тело сотрясает мелкая дрожь. Мо Шу решил, что из-за шума не смог услышать сказанное Нань Гэ'эром. Поэтому он заново обнажил свой меч и взмахнул им - кровопролитие возобновилось: - Заткнитесь, - тихо огрызнулся он, сказав это таким же голосом, как и обычно. Однако, едва опустился меч, как на землю одновременно скатились три идеально отрубленные головы. Эта сцена снова заставила всех присутствующих на улице замолчать. Воцарилась мертвая тишина. Судя по внешнему виду, они даже забыли, что нужно дышать; все они в полнейшем ужасе взирали на обладающего небесной грацией мужчину, который напоминал белый цветок. Несмотря на то что он прикончил более двадцати человек, даже на его коне не осталось ни единого пятнышка. "Как ужасно", - Нань Гэ'эр весь сжался в объятиях Мо Шу. Он чувствовал лишь, что все силы его покинули; ему стало тяжело даже дышать. Он и прежде убивал людей, но никогда не лишал их жизни своими руками. Более того, на каждое убийство его вынуждали пойти обстоятельства. Однако в случае Мо Шу каждое убийство совершалось им совершенно естественно, как само собой разумеющееся, так же естественно, как поесть или выпить. По факту от Мо Шу не исходило ни намека на кровожадную ауру. Он срезал с людей головы так же обыденно, как каждый день нарезал мясо, когда готовил еду. Нань Гэ'эру никак не удавалось унять сотрясающую его тело дрожь. Теперь он наконец-то понял, почему доктор говорил настолько серьезным тоном, когда это с ним обсуждал, и почему Чжу Си с Сяо Ся казались такими встревоженными. Все потому, что Мо Шу не придерживался общепринятых норм поведения, которые с детства прививались любому обычному человеку. Он так безудержно убивал лишь потому, что эти прохожие мешали ему проехать. Вот такая вот незначительная причина, холодная и бессердечная. Или, возможно, дело было не в скучной причине, вроде преградивших ему путь людей. Может, так вышло просто потому, что ему захотелось убивать, отчего он взял и прикончил их. "Так вот почему доктор назвал его "кровожадным". Возможно ли, что такая жуткая сцена и стала причиной, по которой доктор сказал, что состряпает для меня то лекарство?" Во время того разговора он посчитал, что доктор просто преувеличивал, но теперь высказанное им предложение показалось ему вполне разумным. Это была не обычная жажда крови. Вместо этого он принижал, нет, скорее, даже пренебрегал человеческой жизнью, что позволило ему с легкостью размахивать своим мечом. Он совершал это так естественно и с таким презрением, словно давил муравьев. Дрожь, сотрясающая Нань Гэ'эра, заставила Мо Шу необычайно встревожиться. Он с беспокойством потрогал лоб Нань Гэ'эра: - Тебе плохо? Нань Гэ'эр закусил губу, поскольку это было единственное, что могло остановить его желание закричать при виде лица Мо Шу - при этом Мо Шу ни сном ни духом не ведал, что с ним что-то не так. Он зарылся головой ему в грудь, хрипло ответив: - Мне не нравится стоящий здесь запах, - зловоние крови уже поднялось и рассеялось в воздухе. От этого его едва не выворачивало наизнанку. Услышав это, Мо Шу подхватил Нань Гэ'эра и осторожно понес его, положив себе на грудь его голову: - Мы сейчас же уйдем отсюда. "Он же явно только что перебил кучу людей, но почему от него совершенно не пахнет кровью? Это все тот же столь прекрасно знакомый мне аромат соснового леса; аромат чистый и непорочный. Но ведь он же явно множество людей истребил". Нань Гэ'эр лишь чувствовал, как колотится его сердце, словно пытаясь выпрыгнуть из груди и вызывая у него страх, доводящий до тошноты. Он задрожал еще сильнее, как будто подхватил малярию. Однако он по-прежнему, как одержимый, цеплялся за мужчину, вызывающего у него озноб, пробирающий до самого мозга костей. "Мне страшно-страшно-страшно-страшно. Хочется плакать-плакать-плакать-плакать. Мо Шу-МоШу-Мо Шу-Мо Шу..." Нань Гэ'эр понял, что выкрикивает имя Мо Шу, только после того, как тот нежно и коротко на него отозвался. - Мо Шу, - он намертво вцепился в талию Мо Шу. Он даже сам слышал, как дрожит его голос, зовущий Мо Шу. Ты и меня убьешь? Как и тех людей, которых прикончил раньше, и глазом не моргнув, взмахнув мечом. - Я тотчас доставлю тебя к доктору, - Мо Шу почувствовал, что Нань Гэ'эру стало плохо, поэтому протянул руку и положил ладонь ему на лоб, пытаясь его успокоить. От прикосновения Мо Шу Нань Гэ'эр невольно сжался всем телом, но еще крепче вцепился в него. "Меня не пугает смерть, совсем не пугает. Я никогда не боялся смерти, но что больше всего на свете пугает меня, так это то, что человек, с которым меня связывают искренние чувства, в конце концов может обратить свой меч против меня. Все будет в порядке, если кто-нибудь другой убьет меня, но только не ты". - Мне страшно, - Нань Гэ'эр, наконец, оказался больше не в силах себя контролировать. Его тело едва не разрывало от дрожи. Он поднял голову и посмотрел на Мо Шу, пока перед его глазами все расплывалось. - Мне так страшно; не убивай меня. Или хотя бы не допускай, чтобы тем, кто убьет меня, оказался подосланный тобой человек. Не убивай меня. Я боюсь. Мне больно. Мне так больно... - он стал слегка неуправляемым. Прежние глубоко въевшиеся в его душу страдания наложились на увиденную им только что сцену, заставив его впасть в крайнюю степень тревоги. Услышав это, Мо Шу застыл. - Холодно, мне так холодно... Мое сердце вот-вот разорвется от боли, - простонал Нань Гэ'эр с таким видом, словно распадался на части. - Не убивай меня, не убивай. Мне страшно, мне очень страшно... - невнятно вырывающиеся у него слова звучали неразборчиво. Он снова и снова их повторял, и постепенно его голос становился все более и более напряженным. - Меня пугает боль. Что я сделал не так? Так больно... Почему ты привел меня сюда? Я хочу вернуться... хочу вернуться домой. Я ненавижу... ненавижу тебя, - словно обезумев, он вцепился пальцами в шею Мо Шу. - Мне не нравится огонь; не нравится тьма. Больно, так больно. Я не хочу больше жить. Не хочу больше жить. Больно, мне больно! - его душераздирающие крики звучали до невозможности жалобно, словно он кричал от невыносимой боли. Из царапин, оставшихся на шее Мо Шу, потекла кровь, после чего Нань Гэ'эр оторвал от него руки и сжал ими собственную шею, заставив себя задыхаться. Он направил всю силу своего безумия на то, чтобы себя задушить. - Я не хочу больше жить. Прошу, позволь мне умереть, позволь мне умереть, - повторял он снова и снова, в своем психозе непрестанно хватаясь за шею . "Я уже дважды умирал. Пожалуйста, не заставляй меня снова возрождаться, я больше не желаю страдать". Мо Шу побледнел. Он мигом схватил руки Нань Гэ'эра, больше не позволяя ему себе навредить. Нань Гэ'эр изо всех сил сопротивлялся, словно в своем лице собирался прикончить своего собственного врага. У Мо Шу не оставалось иного выбора, кроме как ударить Нань Гэ'эра ребром ладони, что вырубило его. Только когда Нань Гэ'эр лишился сознания, Мо Шу осознал, что весь залился потом. Он знал, что Нань Гэ'эру пришлось вынести немало страданий, но никогда и представить себе не мог, что сегодняшние убийства так сильно на него повлияют. Глядя на красно-синие следы от пальцев, оставшиеся на изящной шее Нань Гэ'эра, он почувствовал лишь мучительную боль в своем сердце. Насколько же ужасные страдания он пережил, чтобы они заставили его так себя повести? Хотя он никогда не предавал ни малейшего значения жизням посторонних людей, именно та реакция Нань Гэ'эра впредь заставила его сдерживаться от убийства кого-либо на глазах у возлюбленного. На протяжении следующих пяти дней Нань Гэ'эр постоянно пребывал в полубессознательном состоянии. Неважно, сколько ему скармливали еды, он всю ее тут же выташнивал. Мо Шу даже водой приходилось поить его малюсенькими глотками; стоило дать ему чуточку больше - и все окажется выплюнуто. Нань Гэ'эр будто оказался одержим своими кошмарами. Каждый свой день он проводил в летаргическом полусне, заставляя всех беспокоиться, пока дыхание его жизни с каждой минутой становилось все слабей и слабей. За каких-то пять дней все кропотливые усилия, которые последние полгода прикладывал Мо Шу, готовя для него вкусную еду, обратились в ничто. Нань Гэ'эр так исхудал, что практически превратился в зачахший призрак прошлого себя, дойдя почти до того же состояния, в каком попал в Гуантянь. Были проведены консультации с несколькими докторами, и те пришли к выводу, что он пережил слишком сильное потрясение и его шансы выжить невелики. Пребывающий в невыносимой тревоге Мо Шу в ярости едва не поубивал всех этих бесполезных врачей. К счастью, жившие там люди из Гуаньтянь сумели его отговорить. В конце концов, кого-то отправили за доктором, и лишь тогда жизнь Нань Гэ'эра наконец-таки оказалась спасена после приема ряда лекарств. Когда Нань Гэ'эр пришел в сознание, был уже полдень. С краю кровати лежал человек в накинутом на плечи белом халате. Его взгляд опустился на Нань Гэ'эра. После того как Нань Гэ'эр оправился от болезни, его настроение слегка успокоилось. Он уже не чувствовал себя таким перепуганным, как было прежде. Более того, поскольку в желудке у него было шаром покати, энергии на переживания у него тоже совсем не осталось. Пусть Мо Шу и заметил пробуждение Нань Гэ'эра, он не произнес ни единого слова. Он лишь протянул руку и убрал со лба Нань Гэ'эра прядь его растрепавшихся волос. Долгое время спустя он наконец прошептал: - Я больше никогда и никого не убью у тебя на глазах, - Нань Гэ'эр моргнул, давая понять, что понял его слова. - Ты чуть до смерти меня не напугал, - добавил Мо Шу. Поскольку Мо Шу все это время без устали присматривал за ним и был не в настроении есть, он тоже здорово похудел. Благодаря этому он стал еще стройнее и привлекательней и выглядел точно бессмертный, который в любой момент мог вознестись на Небеса. Когда Нань Гэ'эр моргнул, по его щекам ручейками потекли слезы: - Мо Шу, - тихим, охрипшим голосом позвал он. Мо Шу погладил его по голове. - Просто жить... так тяжело, - со стекающими по щекам слезами и вялым выражением на лице произнес он. - Слишком тяжело. Мо Шу вытер его слезы, не отрывая от него взгляда. - Не убивай меня; не делай мне больно. Иначе моя жизнь лишится всякого смысла. Я смогу продолжать жить, только если ты окружишь меня своей заботой. После длительного молчания Мо Шу пробормотал: - Хорошо.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 39

Мо Шу предположил, будто Нань Гэ'эру не нравится, когда он убивает людей, но он ни сном ни духом не ведал о том, что в действительности Нань Гэ'эра пугало прагматичное выражение, что появлялось у него на лице, когда он принимался косить людей. Нань Гэ'эру удалось пережить это лишь потому, что он уже дважды оказывался на грани между жизнью и смертью, что в итоге, вроде как, каждый раз завершалось мучительной смертью. К тому же он куда более упорно цеплялся за жизнь, чем любой другой среднестатистический человек. Если бы на его месте оказался кто-нибудь хотя бы чуть менее стойкий, этот человек, скорей всего, давно бы сломался. В своей первой жизни он сгорел заживо в пылающем пламени. Это едкое зловоние, исходящее от собственного уничтоженного тела, ужасающее чувство, что нечем дышать, - все это он когда-то уже испытал. А затем, пять лет назад, его пытали на протяжении целых трех лет. Он вынес самые разнообразные пытки: избиение кнутом, огненный столб, иглы, пронзавшие кости. Страдая от способного свести с ума голода, он даже охотно принялся употреблять в пищу грязный известковый налет, что появлялся в воде. Эта ледяная вода была настолько пронизывающе холодна, что едва не заморозила саму его душу. С каждым прожитым мгновением он медленно и неотвратимо приближался к своей гибели. Но наиболее приводящим в отчаяние для него стало то, что все это происходило с ним по воле того, кого он защищал с самого детства. Он почувствовал себя освобожденным от всего, только когда его сбросили со скалы. Людям нужна была мирная смерть; в этом заключалась милость, дарованная им Небесами. Жалея людей за то, как тяжко им приходилось трудиться на протяжении всей своей жизни, Небеса даровали им естественную смерть от старости. Но если кто-то умирал в мучениях, не оставляя после себя даже неповрежденного трупа, - это было небесное наказание. Человеку приходилось переживать мучительный конец в наказание, что позволяло ему раскаяться в совершенных прежде нехороших поступках. Однако, в конце концов, каждого из них Небеса все равно одаривали своей милостью. Поскольку неважно, была то естественная смерть или расплата за прегрешения, - их жизнь в любом случае заканчивалась смертью. После нее не приходилось больше ни страдать, ни тревожиться о неизвестности будущего - оставалось лишь отдыхать, предаваясь мирному, продолжительному забытью. Но что, если человек просто не может умереть естественной смертью? А вместо этого продолжает страдать, один раз умерев, но в конце концов все равно не способен отправиться на тот свет. Его действительно можно было считать брошенным на произвол судьбы волей Небес. Он ни малейшего понятия не имел, чем так прогневил Небеса или какой такой непростительный грех совершил, заставив судьбу возненавидеть само его существо. Поскольку в итоге ему, как ни крути, все равно придется еще раз умереть. И, кто знает, сколько еще страданий его ожидает, пока он не сможет заснуть навсегда? Вот почему он жаждал упокоения. Раз уж ему все равно предстоит умереть, почему бы не ускорить этот процесс и не закончить свою жизнь чистой и беспрепятственной смертью, по-прежнему сохраняя ясную голову, чтобы избежать невыносимых мучений в непредсказуемом будущем. В конце концов, его изводил не только страх продолжения собственной жизни, но и страх перед тем, что может принести ему завтрашний день. Только это, и ничего кроме. Хотя в итоге он все-таки решил жить дальше. "Пусть эта жизнь полна жутких мучений, я все равно хочу продолжать жить". На этот раз ему пришлось целых полмесяца лежкой проваляться в постели. Само собой, Новый год он тоже провел, лежа на простынях. К человеку, которого они должны были сопроводить изначально, отрядили других провожатых, которые и доставили его в Гуантянь, тогда как Мо Шу проводил все свое время, составляя компанию Нань Гэ'эру, пока они в мире и покое проживали свои дни в городке страны Цзюнь Яо. Житель Гунтянь, обосновавшийся в этом маленьком городке, был торговцем. Кто знает, каким образом он этого добился, но на протяжении всего времени их пребывания там ни один правительственный чиновник не потревожил их покой, чтобы допросить об убийстве более двадцати человек, что случилось в тот день. После неоднократных клятв в том, что Нань Гэ'эр действительно теперь вне опасности, доктора наконец отпустили и позволили ему вернуться обратно - пусть присматривать за Гуантянь остался его ученик, на душе у него было куда спокойней, когда он занимался этим самостоятельно. Пока Мо Шу еще неделю оставался возле выздоравливающего Нань Гэ'эра миновала половина первого месяца по лунному календарю. Несмотря на то что жизнь его была спасена, его исхудавшие щечки в ближайшее время точно не смогут округлиться. Это еще какое-то время не позволяло Мо Шу успокоиться. Однако его работу в Гуантянь нельзя было забрасывать слишком надолго. Поэтому, как только Нань Гэ'эр немного оправился, они вместе снова направились в Бэйцзюнь. Мо Шу и впрямь, как и обещал, не убил ни души на протяжении всего путешествия. Пусть Нань Гэ'эр не заметил, чтобы тому приходилось прилагать хоть какие-то усилия, чтобы сдерживаться, но, позволь он Мо Шу свободно убивать, скорей всего, кровь текла бы рекой на протяжении всего их пути от Цзюнь Яо и вплоть до Бэйцзюнь. Как бы то ни было, он оставался обычным человеком, который не мог отмахиваться от человеческих жизней, как это делал Мо Шу. Проведя столько лет в Гуантянь, Нань Гэ'эр осознал, что его сердце смягчилось, хотя, возможно, это и сделало его более слабым. Сегодняшний день походил на все предыдущие. Они ехали верхом на коне, прогуливаясь по улочкам оживленного города - сегодня они должны были остановиться на ночлег в усадьбе некого зажиточного купца. Едва услышав, что мимо будет проезжать сам Мо Шу, этот купец приказал слугам подготовить еду и место для проживания им обоим. Если бы не встреча с Мо Шу, Нань Гэ'эр никогда б не узнал, что этот богатый, славящийся во всех четырех странах купец в действительности был жителем Гуантянь. Но, мгновение поразмыслив, он понял, что в этом не было ничего необычного. Разве могли жители Гуантянь делать что-нибудь хуже, чем чужаки? Каждый из них являлся сливками общества; среди них попросту не было бесталанных людей. Этот город оказался куда больше, чем предыдущий, а наряды прохожих стали намного более красочными и роскошными, чем в ранее виденном ими маленьком городке. Однако двое мужчин, ехавших на коне, все равно притягивали к себе бесчисленное множество взглядов. Не говоря уже об их самобытных нарядах и внешности Мо Шу, вызывающей кучу проблем. Кое-кто при виде их даже принимался шептаться друг с другом и чесать языками. Нань Гэ'эр был полным профаном по части боевых искусств, а оттого не мог расслышать, о чем они говорили. Однако весьма искусный в боевых искусствах Мо Шу обладал более чем выдающимся слухом. Он почувствовал себя недовольным, едва услышав эти омерзительные слова. Следуя своей обычной привычке, если человек не принадлежал Гуантянь, стоило тому провиниться хотя бы тем, что он случайно оказался у него на пути, и Мо Шу без малейшего колебания нанес бы удар. Порой он рубил людям головы вообще безо всякой на то причины. Для него убивать этих слабаков было не сложней, чем давить муравьев. Даже окажись их тысячи три или четыре - это просто заняло бы чуть больше времени. Теперь же, когда эти бесполезные существа выбалтывали такие неприглядные слова, прикончить их десять раз и то не хватило бы, чтобы погасить закипевший в нем гнев. Рука Мо Шу сама собой потянулась к опоясывающему его пояс гибкому мечу и прикоснулась к нему. Сидящий в объятиях Мо Шу Нань Гэ'эр явно заметил его действия. "Должно быть, Мо Шу снова захотелось заняться убийствами". Нань Гэ'эр тут же потянулся рукой и схватил Мо Шу за запястье: - Поехали. Живя среди обычных людей, выходцам из Гуантянь, должно быть, приходилось прилагать немало усилий, чтобы среди них раствориться. Если бы Мо Шу продолжил свой убийственный разгул, это безусловно еще сильней усложнило бы им эту задачу. Возможно, именно на это указывал доктор, прося Нань Гэ'эра сдержать порывы Мо Шу. Мо Шу отпустил меч и вместо этого погладил Нань Гэ'эра по голове: - Мм, - другой рукой он тряхнул поводья, понукая коня продолжить путь. Нань Гэ'эр высунул голову из объятий Мо Шу, после чего скользнул по этим сплетникам взглядом. Так как у него оказалось маловато времени, чтобы оправиться от перенесенной болезни, размером его личико стало не больше ладони. От этого его бегающие по сторонам глаза казались огромными и очень сообразительными. Однако любой, кто встречался с ним взглядом, чувствовал, как его волосы встают дыбом. Взгляд его пробирающих до глубины души глаз был холодным, как лед. Он смотрел на них так, будто уже видел, как они умирают у него на глазах. Но в действительности они даже представить себе не могли, что их хладные трупы уже валялись бы на земле, если бы не присутствие Нань Гэ'эра. Нань Гэ'эр в самом деле не возражал, когда Мо Шу заявил, что никогда не станет убивать у него на глазах. Но поступил он так лишь потому, что не хотел видеть, каким беспощадным становится Мо Шу во время убийства. Как и в любое другое время, он чувствовал, что не в состоянии контролировать свою реакцию. Но все же не рассказал Мо Шу, что было у него на уме, не желая, чтобы Мо Шу узнал, что он чисто инстинктивно боится его. Мо Шу явно считал такое поведение само собой разумеющимся, но Нань Гэ'эра это пугало до чертиков; он просто не мог вывалить на Мо Шу свои соображения, заставив того чувствовать себя сбитым с толку. Пусть Мо Шу и не признавался в этом напрямую, Нань Гэ'эр более-менее догадывался, что его магистрат не находил ничего плохого в своем поступке. И это же было самым ненормальным в Мо Шу. Однако Нань Гэ'эр понятия не имел, как ему это объяснить, поэтому у него не оставалось иного выбора, кроме как позволить Мо Шу и дальше неправильно его понимать. Как раз из-за этих излишне прагматичных взглядов Мо Шу он и оказался не в состоянии все с ним прояснить. К тому же именно тот факт, что Мо Шу, даже не зная причины вспышки болезни Нань Гэ'эра, без малейшего колебания принял решение сдержать свое желание убивать, и стал причиной, по которой Нань Гэ'эр предпочел, чтобы Мо Шу не осознавал, какой именно страх терзает его. Уж лучше пусть он неправильно его понимает, чем поймет, что Нань Гэ'эр боится его. "Я сейчас и без того немногим владею, потому не хочу утратить даже единой частицы того, что у меня есть". Белый конь галопом провез по улочкам двоих человек, остановившись перед усадьбой, расположенной в самом конце главной улицы. Слуги уже ожидали их возле ворот. Возглавляла встречающих пожилая госпожа, за ней стояло несколько крепко сбитых мужчин, а еще дальше за ними - их семьи. Еще там столпилась прислуга самых разных размеров и возрастов, едва не перегородив всю улицу. - Вы наконец-то прибыли, сяньшэн, - пожилой госпоже было под шестьдесят, и выглядела она очень даже достойно. Она обладала здоровым цветом лица и звучным голосом. - В этом путешествии вам, должно быть, пришлось нелегко. Мо Шу подъехал на своем коне к пожилой госпоже и спешился. Следом за тем он протянул руки, чтобы опустить на землю и Нань Гэ'эра, а после помог юноше твердо встать на ноги. - Нам нужно немного отдохнуть, - Мо Шу поддержал слегка покачивающееся тельце Нань Гэ'эра, а затем с улыбкой обратился к пожилой госпоже: - Чжи Нян, все уже приготовлено? Нань Гэ'эр давно заприметил, что Мо Шу представал в своем обычном образе ласкового и доброго Мо Шу сяньшена, когда имел дело с жителями Гуантянь; но стоило ему только столкнуться с чужаками, как он, без исключения, тут же сходил с ума, превращаясь в кровожадного демона, - и любой, хоть мало-мальской причины, хватало, чтобы спровоцировать его убийственную ярость. - Конечно, - отозвалась пожилая госпожа, которую звали Чжи Нян. - Чу И сейчас здесь. Хотите познакомиться с ним, сяньшэн? - говоря это, она двинулась вперед, показывая им дорогу. Остальные без единого слова расчищали им путь. - Чу И, - Мо Шу поддерживал Нань Гэ'эра, идя позади. Услышав сказанное Чжи Нян, он, казалось бы, ненадолго задумался, затем ответил: - Чжи Нян, пожалуйста, позаботьтесь о приготовлениях. - Слушаюсь. "Чу И? Кто это?" - разум Нань Гэ'эра наполнило замешательство.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 40

Нань Гэ'эр сладко выспался в компании Мо Шу, после чего они оба отправились в столовую, чтобы поужинать. Едва они переступили через порог, как их обоняние приласкал аромат вкусной еды. - Проголодался? - спросил Мо Шу, приводя в порядок волосы Нань Гэ'эра. Нань Гэ'эр покачал головой. Он практически не чувствовал голода, только головокружение. - То, что ты не чувствуешь голода, нехорошо, - Мо Шу с легкой тревогой взглянул на Нань Гэ'эра. - Куда лучше, когда тебе хочется есть. Нань Гэ'эр поднял голову и улыбнулся, после чего вместе с Мо Шу уселся за стол. Стол оказался полностью заставлен множеством блюд, но сидела с ними за столом только Чжи Нян. Все остальные почтительно стояли в сторонке, ожидая, когда они поедят. - Сяньшэн, - поприветствовала их улыбкой Чжи Нян, а затем перевела взгляд на Нань Гэ'эра, который сидел рядом с ней. - А это, должно быть, у нас Нань Гэ'эр. Нань Гэ'эр тоже ей улыбнулся. - Так и есть, - отозвался Мо Шу, но не раньше, чем заставил Нань Гэ'эра пересесть, оказавшись возле него. Можно было уловить едва заметную разницу в том, как общались Чжи Нян и Мо Шу: по сравнению с прочими обитателями Гуантянь они, казалось, относились друг к другу с большими заботой и добродушием. - Чжи Нян поспешила прибыть на встречу с сяньшэном, поскольку только сегодня узнала, что сяньшэн должен приехать сюда, - рассмеялась Чжи Нян. Перед тем как продолжить, она бросила быстрый взгляд на Нань Гэ'эра, и в словах ее заключался глубокий смысл: - Чжи Нян чувствует облегчение от того, что даже теперь сяньшэн проявляет величайшее милосердие. Казалось бы, не догадавшийся о скрытом смысле слов Чжи Нян Мо Шу на мгновение удивленно замер, а затем улыбнулся: - Премного благодарен за заботу. Чжи Нян рассмеялась: - Я специально дала указания поварам, чтобы они приготовили любимые блюда сяньшэна. Пожалуйста, угощайтесь, - следом она улыбнулась и Нань Гэ'эру. - Чжи Нян специально порасспрашивала о предпочтениях Нань Гэ'эра; надеюсь, приготовленные нами блюда придутся тебе по вкусу. Нань Гэ'эр окинул взглядом блюда, выставленные на столе: половина из них оказалась сладкой, а другая - из тех, что предпочитал Нань Гэ'эр, блюдами с большим обилием специй. От великолепного вида еды у них обоих потекли слюнки. - Сяо Нань еще болен, - быстро отозвался Мо Шу, - ему можно только попробовать их по чуть-чуть. Нань Гэ'эр мигом стрельнул взглядом в Мо Шу: - "У меня так редко появляется аппетит, и я не собираюсь об этом переживать. Ты что, присматриваешь здесь за ребенком?" Мо Шу погладил Нань Гэ'эра по голове: - Веди себя хорошо; у тебя будет все, что пожелаешь, как только поправишься. "Веди себя хорошо, моя задница!" Нань Гэ'эр шлепком спихнул с себя руку Мо Шу, тогда как его лицо пересекла целая орда черных линий. Сидящая в сторонке Чжи Нян захихикала: - Раз уж все так, пожалуйста, поступай по своему разумению, Нань Гэ'эр. Хоть Чжи Нян и сказала, что составит им компанию, если честно, она почти не сдвинула с места палочки. Она только весело наблюдала за тем, как угощались Нань Гэ'эр и Мо Шу, и при этом у нее был очень ласковый вид. После ужина они втроем отправились в зал и немного там поболтали. Затем кто-то подошел и доложил, что все приготовления окончены и теперь Мо Шу может пойти и увидеться с этим Чу И. Мо Шу спросил Нань Гэ'эра, не желает ли тот отправиться вместе с ним, но Нань Гэ'эр явно не интересовался незнакомцами. Он сидел на печке-кровати, не желая даже пошевелиться и, казалось бы, находя особое удовлетворение в желании спать. Поэтому только Чжи Нян отправилась сопровождать приунывшего Мо Шу, и они вместе ушли. Какое-то время спустя послышались легкие шаги. Нань Гэ'эр, который, согнувшись в три погибели, со скукой просматривал книгу по родному языку, поднял голову и улыбнулся Чжи Нян. - Нань Гэ'эр - такой находчивый человек, - Чжи Нян улыбнулась, после чего взмахом руки отпустила находящихся в зале слуг. - Если Чжи Нян изволит что-то сказать, то я, как младший, непременно со всем вниманием выслушаю ее, - улыбнулся Нань Гэ'эр. Чжи Нян тоже присела на печку-кровать. Налив чашечку чая и сдув с него пенку, она нежно произнесла: - Чжи Нян уже известно, что состояние Нань Гэ'эра ухудшилось в ходе этого путешествия. Улыбка пристыла к лицу Нань Гэ'эра. Ему не особо хотелось вспоминать о случившемся, поскольку это постоянно напоминало ему о том, в какое безумие он тогда впал и о леденящем душу взгляде Мо Шу. - Мы, те кто пожил во внешнем мире, имеем прекрасное представление о характере сяньшэна, поскольку нам частенько приходится собирать за ним обломки, - усмехнулась Чжи Нян. - Что касается жителей Гуантянь, то, скорей всего, об этом известно лишь доктору, советнику и тем, кому обычно приходится ездить вместе с сяньшэном. Нань Гэ'эр в молчании смотрел на Чжи Нян. - Нет ничего удивительного в том, что Нань Гэ'эр испытал потрясение, - мягко проговорила Чжи Нян. - Как правило, люди не способны справиться с эмоциями, когда становятся свидетелями подобного. - Когда-то мать сяньшэна тоже перепугалась, и у нее едва не случился выкидыш, - вздохнула Чжи Нян. - Из-за того, что Нань Гэ'эр и сяньшэн нежно привязались друг к другу, советник с остальными, должно быть, сильно переживали, когда вы с ним вдвоем уезжали из Гуантянь. Нань Гэ'эр надолго погрузился в молчание, после чего кивнул. - Все потому, что они тревожились, опасаясь, что может повториться случившееся с отцом сяньшэна, - спокойно рассказывала ему Чжи Нян. - Так как мы находимся под защитой сяньшэна, для нас вполне естественно надеяться, что сяньшэн сможет жить нормальной, счастливой жизнью. К тому же... к тому же сяньшэн уже сликом многое потерял, - пробормотала Чжи Нян. Нань Гэ'эр не совсем понимал, какой смысл скрывался за словами Чжи Нян. И, конечно же, его обленившийся разум тоже был одной из причин. Вот почему он в недоумении поднял голову и посмотрел на Чжи Нян: - Я немного не понимаю. - Ты знаешь, кто такой Чу И, с которым сейчас встречается сяньшэн? - Чжи Нян слегка улыбнулась, казалось бы, решив сменить тему. Нань Гэ'эр помотал головой. "Я впервые слышу о нем, откуда мне знать, кто он такой?" - Чу И станет следующим магистратом Гуантянь, - усмехнулась Чжи Нян; она на мгновение погрузилась в раздумья, а затем продолжила: - Ладно. Не совсем уместно называть его "магистратом" перед тобой. Мне следует назвать его "Чу И", как и подобает обращаться к кандидату на место следующего главы Гуантянь. Нань Гэ'эр кивнул. Абсолютная невозможность того, что способности Мо Шу дарованы ему от рождения, была понятна даже ежу. Он наверняка прошел через какие-то тренировки, чтобы практически в совершенстве овладеть самыми разнообразными способностями. - Есть еще и Чу Эр, Чу Сань (1) и так далее... - посмеиваясь, сказала Чжи Нян. - Всего четыре кандидата. У Нань Гэ'эра возникло несколько вопросов, но он подумал, раз уж Чжи Нян поведала ему и об этом, то ему и спрашивать ни о чем не придется; она однозначно обо всем расскажет сама. - Отец сяньшэна был его предшественником на этом посту, так что ему суждено было стать кандидатом. Таково правило: один из потомков главы должен стать следующим кандидатом. У сяньшена не было других братьев или сестер, поэтому именно ему пришлось стать одним из преемников. Остальных троих выбрали среди сирот; они все обладали потрясающим потенциалом, и при этом каждый из них воспитывался по отдельности. - Каждый глава Гуантянь способен убивать с самого детства, их выращивают подобно диким зверям, - Чжи Нян выглядела так, будто ее охватили неприятные воспоминания. - После этого их обучают так, словно дрессируют дикого зверя. Тогда как их дикость и дерзость остаются ничем не ограниченными, ограничиваются их агрессивность и импульсивность. Затем они должны сразиться друг с другом. В конечном итоге на плечи победителя ляжет ответственность, а проигравшим достается слава. Сяньшэн превзошел всех остальных, оправдав отцовские ожидания. - Вот путь, по которому следует Мо Шу сяньшэн. Его обучали так с самого детства, поэтому он всегда поступает именно так. Эта традиция передается из поколения в поколение и является тем самым фундаментом, что позволяет людям Гуантянь мирно существовать. Такова его жертва - часть самого себя, которую он потерял. В качестве компенсации за это мы относимся к нему с предельным уважением и абсолютной преданностью. - За исключением жителей Гуантянь, любой другой человек - лишь муравей для него; так внушали ему с раннего детства, - тяжко вздохнула Чжи Нян. - Вот почему я не стану умолять тебя не бояться его. Я лишь прошу не оставлять его из-за этого страха... - она с горечью улыбнулась. - Я собственными глазами наблюдала, с какой печалью умирал его отец; и мне не хочется, чтобы сяньшэн последовал по его стопам. Взглянув на выражение лица Нань Гэ'эра, Чжи Нян принялась во всех подробностях рассказывать ему о тренировках, которые Мо Шу перенес в детстве и юности, о его прошлых переживаниях и трудностях, с которыми ему пришлось столкнуться. Нань Гэ'эр, сохраняя молчание, слушал Чжи Нян, которая вспоминала обо всем, через что пришлось пройти Мо Шу, пока тот взрослел. После этого его губы изогнулись в улыбке: - Мм, я не скажу ему, что он пугает меня, и не поставлю его в затруднительное положение, где ему придется заставить меня выпить лекарство, чтобы о нем позабыть. - Спасибо тебе, - Чжи Нян с торжественным и серьезным видом слегка кивнула ему. - Премного тебе благодарна. Нань Гэ'эр улыбнулся и ничего не ответил. "Существует еще столько всего, о чем я понятия не имею, Мо Шу. Но это и прекрасно, ведь нас ожидает много времени впереди. А пока есть время, непременно представится и возможность". Он не собирался ничего изменять, поскольку понимал, что столь суровые и жестокие правила необходимы, чтобы поддерживать мир в Гуантянь. Чтобы что-то заполучить, нужно было чем-то пожертвовать; и пока Мо Шу исполнял свои обязанности в Гуантянь, жителям Гуантянь, которые усердно трудились во внешнем мире, тоже приходилось весьма нелегко. Кто знает, скольким поколениям пришлось тяжело потрудиться, чтобы превратить Гуантянь в то место, каким являлся округ сейчас. Хотя он и чувствовал, что в глубине души ему это все еще немного сложно принять, он все равно не хотел разрушать даже самую малюсенькую его часть. - Отдохни как следует, - после того, как Чжи Нян от чистого сердца доверилась Нань Гэ'эру, некоторая отчужденность исчезла с ее лица. Она протянула руку и ободряюще похлопала по рукам Нань Гэ'эра. - Покинув этот город, ты вскоре достигнешь Бэй Цзюнь. - Мм, - кивнул Нань Гэ'эр. Чжи Нян улыбнулась, после чего спустилась с печки-кровати: - Не хочешь чего-нибудь поесть, Нань Гэ'эр? - Не хочу, - Нань Гэ'эр продолжил листать книгу; ему было слишком лень возвращаться. - В любом случае, если это заметит Мо Шу, он опять примется меня распекать. - Какой послушный, - в зал вошел Мо Шу, принесший с собой порыв холодного ветра. Протянув руку, он погладил Нань Гэ'эра по голове, как только подошел к печке-кровати. - Я сам наготовлю тебе еды, когда ты окрепнешь. Нань Гэ'эр, протянув руку, притянул его за руку к себе: - Ну и что за ребенок этот Чу И? Мгновение помедлив, Мо Шу отвязал закрепленный снаружи полог кровати. Затем тоже забрался на печку-кровать и уселся рядышком с Нань Гэ'эром: - Чжи Нян рассказала тебе? - Мм. - Это замечательно, - улыбнулся Мо Шу, придвигаясь поближе, чтобы потереть Нань Гэ'эру щечки. - Сяо Нань мало-помалу знакомится с моим миром. - Меня просто вынудили принять этот подарок, - пробормотал Нань Гэ'эр. - У этого парня быстрая реакция, - усмехнулся Мо Шу. - Я немного с ним поигрался. "Поигрался... Наверняка только для тебя это стало игрой!" Припомнив о тех тренировках, в подробности которых его только что посвятила Чжи Нян, и о степени их жестокости, Нань Гэ'эр поднял голову и невидящим взглядом уставился на Мо Шу. - Мо Шу. - Что такое? - Мо Шу нахмурился, взирая на Нань Гэ'эра, у которого на лице явно нарисовалось недовольное выражение. Мо Шу выглядел так же красиво, как и всегда, словно элегантный джентльмен, обладающий грацией лишь потому, что вырос в хороших условиях. "Выращивают подобно диким зверям..." "Обучают так, словно дрессируют дикого зверя". "Похоже, он этого даже не понимает. Он считает единственно возможным такой образ жизни. Точно так же, как он считает, будто жизни всех, кто не принадлежит Гуантянь, не имеют никакого значения. Однако все это лишь потому, что все жизненные взгляды Мо Шу изначально искажены". Он сам не знал, какими словами описать ту легкую боль, охватившую его сердце. Нань Гэ'эр на какое-то время с глупым видом уставился на Мо Шу. Он очнулся только тогда, когда этот парень прикоснулся пальцами к его лицу, после чего взгляд его глаз встретился с глазами Мо Шу, выражавшими легкое беспокойство. - Нет, ничего, - он усмехнулся, а затем рассмеялся. Чуток поразмыслив, он вытянул руки и, обхватив Мо Шу за талию, прильнул к его плечу. - Ничего, здесь не о чем беспокоиться. "Незачем становиться перед дилеммой, не нужно тревожиться. Просто веди жизнь, которую считаешь естественной. А еще позволь мне сопровождать тебя в этой твоей запутанной жизни".

1. Здесь идет Чу (резервный, запасной) + номер (И - первый, Эр - второй, Сань - третий).

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 41

Хоть умом он и понимал, что Мо Шу вырос в далекой от всего нормального обстановке, сразу же избавиться от страха перед ним он не мог. Однако и вероятность того, что из-за этого он станет держаться на расстоянии от Мо Шу тоже была незначительной. Даже не упоминая о том, что проблема заключалась вовсе не в Мо Шу, Нань Гэ'эр чувствовал, что просто не способен оставить Мо Шу и еще куда-нибудь отправиться выживать. Нет, он не просто не мог, он не хотел этого делать. Конечно же, если бы он действительно этого захотел, для него не составило бы большого труда сбежать из Гуантянь и, скрываясь, продолжить влачить свое существование еще где-нибудь на континенте. Однако он прекрасно отдавал себе отчет в том, что именно Гуантянь вернул его к жизни и только его люди хотели видеть его живым. Никогда у него больше не появится такого места, в котором он смог бы жить в мире с самим собой и окружающими и которое заставило бы его гордиться тем, что он тоже является частью его, как Гуантянь. Этот мир был таким огромным, а люди в нем - такими крохотными. С точки зрения психологии, людям не требовалось много места для жизни, в конце концов, они - социальные существа. Никто не смог бы долго прожить в одиночестве. Он никогда не стремился к успешной карьере, всегда оставаясь непритязательным человеком. Для него достаточно было иметь место, при мысли о котором его губы будут сами собой изгибаться в счастливой улыбке. Неважно, сколько страданий ему придется пережить за его пределами, он будет доволен одним лишь чувством, как у него теплеет на сердце, стоит ему подумать об этом простом, незатейливом месте. Иметь такое место ему было бы более чем достаточно. Обычно люди называют такое место "домом". Вот почему... - Я уже слегка соскучился по нашему дому, - пробормотал себе под нос Нань Гэ'эр, в обнимку с грелкой свернувшись в клубочек на печке-кровати. Они еще три дня назад достигли столицы Бэй Цзюнь. И чем дальше они продвигались на север, тем холоднее становилась погода. Нань Гэ'эр со своим слабым здоровьем практически не мог и шагу ступить; ему просто хотелось безвылазно оставаться на печке-кровати, не выпуская из своих объятий теплую грелку. Мо Шу сидел за столом и что-то писал. Услышав это, он повернулся к Нань Гэ'эру и улыбнулся: - Мы отправимся в обратный путь уже через несколько дней. Нань Гэ'эр кивнул. Посмотрев на сжатые губы Нань Гэ'эра, Мо Шу положил кисть, которую держал в руке. Подойдя, он тоже залез на печку-кровать и уселся рядом с Нань Гэ'эром: - Замерз? Нань Гэ'эр помотал головой. Мо Шу вытянул руки и прикоснулся к его щекам. Конечно же, те оказались просто ледяными. Он затянул юношу в свои объятия: - Почему ты не сказал мне, что совсем закоченел? Слегка отстранившись поначалу, Нань Гэ'эр затем всем телом расслабился: - Я не заметил, - поскольку его здоровье всегда оставляло желать лучшего, от его внимания постоянно ускользали различные мелкие неудобства. Он по-прежнему боялся Мо Шу, но в то же время осознавал, что тот, скорее всего, никоим образом ему не навредит. Вот почему он настораживался всякий раз, когда Мо Шу приближался к нему, как это было сейчас, и лишь после этого расслаблялся. Мо Шу не сказал ни единого слова. Он просто протянул руки, удерживая вцепившиеся в грелку руки Нань Гэ'эра. - Мы быстро разберемся с делами; а после этого поедем обратно. Здесь слишком холодно. Ты не выдержишь, если мы еще дольше задержимся. В его голосе звучали откровенные, ни капельки не скрываемые сочувствие и забота. - Угу, - буркнул Нань Гэ'эр. Тело Мо Шу было очень теплым. Оказавшись в его нежных объятиях, Нань Гэ'эр сразу же почувствовал, как его начало клонить в сон - постоянные переезды и неприятная погода морально вымотали его. - Сяньшэн, - в дверь тихонько постучали; кто-то снаружи обратился к нему. Нань Гэ'эр, сделав над собой легкое усилие, выбрался из объятий Мо Шу. Одновременно с тем Мо Шу ответил человеку, оставшемуся стоять снаружи: - Входи. Вошедший ученый, приветствуя, почтительно склонился перед Мо Шу, после чего улыбнулся и кивнул Нань Гэ'эру. - Нет нужды в любезностях. Что с тем делом, которое я тебе поручил? - хоть Нань Гэ'эр и покинул объятия Мо Шу, руки Мо Шу по-прежнему обнимали его под тонким одеялом, одаривая своим теплом. - Все почти готово, - ответил ученый. - Можем в любой момент приступать к следующему шагу. - Хорошо, ты можешь связаться с людьми, которые последуют за тобой, - кивнул Мо Шу. - Вас понял. - Детали еще нужно будет обговорить. - Конечно. Нань Гэ'эра не интересовал их разговор. Прищурившись, он слушал их как будто в тумане, а эти слова звучали для него словно колыбельная. Если честно, ученый, с почтительным видом стоящий сейчас перед ним, был знаменитым мудрецом в Бэй Цзюнь. И хотя у него было не особо много учеников, все они занимали ключевые посты при королевском дворе Бэй Цзюнь. Более того, этот ученый важничал и вел себя очень высокомерно. Он редко с кем-либо виделся; и даже правителю Бэй Цзюнь приходилось проявлять по отношению к нему кое-какое почтение. А все потому, что он имел слишком большое влияние благодаря своим ученикам. Будучи принцем Бэй Цзюнь, он смог только мельком увидеть его во время нескольких крупных пиршеств, но даже так ему удалось перекинуться с ним не более, чем парочкой фраз. Если бы кто-то решил устроить внутренние беспорядки в Бэй Цзюнь, достаточно было бы склонить на свою сторону мудреца, и победа будет почти у него в кармане. Однако теперь, как работник правительства Гуантянь, Нань Гэ'эр оказался встречен им с приветливостью и улыбкой, в которой не было ни малейшего отчуждения. "...Как же непостижима судьба". Вот что пробормотал он в глубине души при новой встрече с этим человеком. - И когда ты планируешь вернуться? - неизвестно, когда завершился их предыдущий обмен любезностями, и они принялись друг с другом болтать. - Если так поразмыслить, то я уже более десяти лет провел во внешнем мире, - ученый, кто его знает когда, забрался на печку-кровать и теперь небрежно закидывал себе в рот жареный арахис. - Вероятно, настало время возвращаться на родину. - А что с твоим преемником? - Я уже закончил его обучение, - усмехнулся ученый. - Прошло много времени с тех пор, как я видел родной округ и своих старших; я очень сильно соскучился. - В таком случае возвращайся, - рассмеялся Мо Шу. - Ты уже и так хорошо поработал, столько времени оставаясь снаружи. - Это честь для меня и мой долг, - улыбнулся ученый, при этом его борода последовала за уголками губ и тоже приподнялась. - Я вернусь вместе с сяньшэном, как только сяньшэн разберется со своим важным делом. Мо Шу улыбнулся: - Отлично; значит, мне не придется ехать сюда снова, чтобы забрать тебя. "Разберется с важным делом? Что именно он задумал?" - подумал в глубине души слегка озадаченный Нань Гэ'эр, едва услышав эти слова. "Ведь, если подумать, Мо Шу, скорей всего, действительно привез меня сюда, желая распутать узел в моем сердце". Просто из-за переутомления, наступившего в ходе этого путешествия, он только и делал, что отдыхал, к тому же снаружи стоял холод, проникающий до самого мозга костей и не позволяющий ему высунуть и носа на улицу; поэтому он продолжал оставаться в помещении вместо того, чтобы пойти на разведку. Хотя всех его сторонников уже давным-давно схватили, а он сам покинул Бэй Цзюнь, в конце концов, когда-то он был здешним принцем. В его распоряжении по-прежнему оставалось некое, пусть и крошечное, количество уникальных способов собрать информацию. Или ему лучше сказать, что в былые времена он был крайне вдумчивым и настойчивым, когда желал получить ответы на свои вопросы. "Но почему сейчас я не испытываю никаких особенных чувств по этому поводу? Находясь здесь, почему я так равнодушен? Может быть, потому, что я уже обрел смысл своей жизни, и все остальное больше не имеет для меня особенного значения?" Если человек в отчаянии от пыток, он будет от всего сердца испытывать злобу. Однако стоит только окружению измениться на не менее мирное и стабильное, как чувства этого человека неосознанно обратятся к прощению. "Или, возможно, на самом деле эту обиду я уже отпустил". "Не имеет значения, как именно обстоит дело, это больше неважно, верно?" - Эм... - какое-то время поразмыслив над этим, Нань Гэ'эр обратился к Мо Шу. Ученый, весь рот которого был набит арахисом, тоже обернулся к нему. - Я вдруг понял, что на самом деле меня это совсем не заботит, - улыбнулся Нань Гэ'эр. - Давай вернемся, как только ты закончишь с делами. - Делами? - Мо Шу казался слегка озадаченным. - А какие у меня здесь дела? - А? - Нань Гэ'эр моргнул. - Не вы ли говорили, что у вас здесь намечается что-то серьезное? - О, ты об этом, - с улыбкой вмешался ученый. - Разве Нань Гэ'эр не желает уничтожить Бэй Цзюнь? - Э?! - изначально Нань Гэ'эр боролся с сонливостью, но стоило ему это услышать, как у него чуть глаза не вылезли из орбит. - Уничтожить Бэй Цзюнь?! "Разве я когда-нибудь хоть словом об этом обмолвился?" - Мы сейчас обсуждаем план, как уничтожить Бэй Цзюнь, - словно это было совершенно естественно, выдал ученый. - А?! - Нань Гэ'эр не мог поверить своим ушам. "Что, черт возьми, я услышал?! Я лишь три дня назад приехал в столицу Бэй Цзюнь, а они уже всю страну собираются уничтожить!" - Не переживай, я уже позаботился обо всех приготовлениях для вовлеченных в это дело людей, - поспешил добавить Мо Шу, решив, что Нань Гэ'эр тревожится за него. "И что это за мафиозный тон у тебя?!" - Это верно, - ученый с улыбкой перечислил несколько имен, после чего продолжил: - Все приготовления уже завершены, и подчиненные готовы в любой момент приступить к исполнению. "А?! О чем, черт его кусни, он говорит?" Нань Гэ'эр просто не мог описать словами то потрясение, которое в глубине своей души испытывал в данный момент. Все эти люди были видными главнокомандующими, владеющими собственными армиями. Более того, их личности и стили руководства никоим образом не перекликались друг с другом; как же стремительно они объединились?! "Уф, нет. Мне стоит сказать, что они - жители Гуантянь, верно?! Святые ежики". - Вы настолько глубоко внедрились Бэй Цзюнь?! - вырвалось у Нань Гэ'эра. Ученый усмехнулся: - Не только в Бэй Цзюнь, - тон его звучал так, словно это было нечто само собой разумеющееся. Нань Гэ'эр за долю секунды смекнул, что он имел в виду: - Твою налево! - не удержавшись, выругался он. "Хотите сказать, что в этом плане все четыре страны континента находятся в равных условиях? Имеете в виду, что ваши люди пробрались в каждую сферу деятельности этих стран?" "На самом деле весь этот мир принадлежит вам, парням из Гуантянь, я прав?! Мо Шу, ты ведь в действительности император, так?! Правящий всем континентом! Это слишком огромный чит!" Пусть ученый понятия не имел, что означало "твою налево" Нань Гэ'эра, потрясенного выражения лица молодого человека вполне хватило, чтобы развеселить его. Довольный исказившимся от шока выражением лица Нань Гэ'эра достопочтенный ученый снова добавил: - Пусть я не знаю, о чем ты сейчас думаешь, но, скорее всего, подумал ты верно. "Ты понятия не имеешь, что у меня на уме, так откуда тебе знать, верно ли это?!" Нань Гэ'эр так растерялся, что не мог и слова произнести. Закончилось все тем, что Мо Шу, совершенно не осознавая, в каком состоянии пребывал в этот момент Нань Гэ'эр, прикоснулся к его щекам: - Чего это ты нахмурился? Что-то болит? Нань Гэ'эр какое-то время только открывал и закрывал рот, после чего, наконец, выпалил: - Ты слишком бессовестный читер! - А? - на лицах Мо Шу и ученого отразилось их замешательство. Но у Нань Гэ'эра не было сил что-либо им объяснять. Правители четырех стран считали, будто стабильно занимают свои троны. Но в действительности все это оказалось так мимолетно... так преходяще... "Верно? Жизнь и в самом деле так скоротечна, я прав? Ах, так и есть, она действительно мимолетна..." Разум Нань Гэ'эра пребывал в полном смятении.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 42

У находящегося в комнате Нань Гэ'эра в голове по-прежнему был полный бардак. С другой стороны, Мо Шу и достопочтенный ученый уже давно завершили свой разговор. - Значит, на этом все, пусть приготовятся в любой момент отправить войска, - едва придя в себя, Нань Гэ'эр услышал, как Мо Шу совершенно спокойно выдал эти слова. Нань Гэ'эр на миг оторопел, а затем снова впал в состояние потрясения. На уровне инстинктов он моментально отреагировал. Схватив за руки Мо Шу, он повернулся к достопочтенному ученому и с изумленным выражением на лице спросил у него: - Когда это я сказал, что хочу уничтожить Бэй Цзюнь? "Сейчас не время переживать о мимолетности, бренности бытия или прочей ерунде; важнее всего, как этот глупый Мо Шу умудрился неправильно все понять?!" Достопочтенный ученый, который уже было собирался на выход, улыбнулся Мо Шу: - Сяньшэн, похоже, Нань Гэ'эр решил отступить. - Я не припомню, чтобы говорил нечто подобное, ясно тебе? - черные линии пересекли личико Нань Гэ'эра. Пусть его нельзя было считать добросердечным, он все равно не желал становиться причиной государственного переворота, упадка нации и даже апокалипсиса этого континента. - Но ведь тебя начисто искалечил правитель Бэй Цзюнь, разве не так? - улыбнулся ученый. - Ваше высочество, принц Бэй Мо Ли. Нань Гэ'эра сильно ошарашило то, что его личность оказалась раскрыта перед Мо Шу. А ведь он действительно считал, что уже ничто в этом мире не сможет его потрясти. ...Поскольку эта парочка вознамерилась уничтожить Бэй Цзюнь - не деревню, не город и даже не округ, а целое государство. А еще они заявили, будто это была его идея. Разве может случиться что-нибудь ужасней, чем это? Если честно, он и раньше смутно догадывался, что Мо Шу, скорей всего, известно, кем он является, так что вовсе не это ошеломило его. На самом деле поразило его то, что... Даже когда прозвучало его настоящее имя, вообще ничто не всколыхнулось у него в сердце. Как будто они говорили о каком-то едва знакомом ему человеке, случайном прохожем. Бэй Мо Ли, тот самый Бэй Мо Ли, всемогущий принц, которого давным-давно сбросили со скалы, разбился вдребезги в результате того падения. Теперь он стал простым и незначительным Нань Гэ'эром из Гуантянь. Возможно, та случившаяся с ним ранее истерика уже развязала узел, остававшийся в его сердце. "Даже такой ужас не смог заставить меня разлучиться с Мо Шу или оставить мир, в котором он живет; так о чем еще мне переживать?" "Поскольку я уже решил, что буду жить так, к чему упрямо хвататься на прошлое, правильно?" "Все это уже давно миновало и больше не имеет ко мне ни малейшего отношения". Стоило ему прийти к этой мысли, как губы Нань Гэ'эра изогнулись в улыбке: - Я - Нань Гэ'эр. На мгновение изумившись, ученый тоже улыбнулся ему: - Это верно. - Вот почему я никогда и ничего не собирался делать с Бэй Цзюнь, - усмехнулся Нань Гэ'эр. - А теперь это еще более немыслимо для меня. "Процветание правителя Бэй Цзюнь, неважно, хорошо ему или плохо, не имеет ко мне ни малейшего отношения, поскольку Бэй Мо Ли уже давно умер. Что меня сейчас заботит, так это Гуантянь и..." Потянувшись руками, он на какое-то время сжал ладони Мо Шу. Мо Шу склонил голову, после чего погладил по лицу Нань Гэ'эра: - Ты замерз? Нань Гэ'эр покачал головой: - Нет, - чуток поразмыслив, он продолжил: - Мо Шу, ты хочешь отомстить за меня? - Мм, - без малейшего колебания отозвался Мо Шу. - По-моему, это будет лучше всего. Он силой принудил тебя и причинил тебе вред, поэтому я силой же свергну его, позволив сохранить себе жизнь, но лишив всего, чем он обладал, в том числе возможности себе это вернуть, - немного помолчав, он продолжил: - Смерть не особо пугает; отчаяние, боль и ужас могут испытывать только живые. Нань Гэ'эр прекрасно познал это на собственном опыте. Однако в этот момент он мог лишь чувствовать, как колотится его сердце. "Уничтожить целую страну только ради того, чтобы отомстить за меня? Как нелепо, но довольно естественно для него. Жестокий и холодный, но такой нежный и любящий". - Сейчас это уже неважно, - Нань Гэ'эр ухватился рукой за одежду Мо Шу. - Не имеет значения, благоденствует Бэй Цзюнь или терпит лишения, у меня больше нет ничего общего с этой страной. Жизнь этого правителя, неважно, счастливая или нет, меня не касается. Даже причина, по которой он тогда так со мной поступил больше не имеет значения, - опустив голову, он прильнул к груди Мо Шу, бормоча: - Те травмы, на исцеление от которых потребовалась уйма времени, более-менее зажили. Теперь я человек Гуантянь, - продолжая бормотать, он придвинулся еще ближе к нему и наклонился, почти что уткнувшись лицом в грудь Мо Шу. - К тому же теперь у меня есть Мо Шу. "Человек перестает бояться перенесенных в прошлом страданий, только когда у него появляется кто-то, на кого он может от всей души положиться; это свойственно людям. Теперь мне кажется, что наполняющие мое сердце сладостные эмоции куда важнее, чем все остальное". Нежное бормотание Нань Гэ'эра, точно легкий ветерок, приласкало слух Мо Шу. Однако эти слова будто превратились в небрежно оставленное клеймо на сердце Мо Шу, такое изысканное, но в то же время едва заметное. Уголок губ Мо Шу медленно приподнялся, пока он протягивал руку, чтобы погладить Нань Гэ'эра по голове. Вместо того, чтобы опустить голову и посмотреть на молодого человека, он устремил свой взгляд на мельчайшие,пылинки, витающие в солнечных лучах, льющихся внутрь через окно, а затем пробормотал: - ...Сяо Нань. - Хм? - Я так рад. Нань Гэ'эр усмехнулся: - Я тоже. Возможно, из-за осознания того, что он уже отпустил свое прошлое, а может, потому, что смог высказать все, что скрывалось в глубине его сердца, или просто потому, что счастье Мо Шу передалось и ему, но он просто ощутил, как у него улучшилось настроение. При этом его сердце чувствовало полную безопасность, тепло, под которыми все еще ощущалось легкое опьянение. "Может, чувство, которое я испытываю по отношению к Мо Шу, в действительности нельзя считать любовью, но, по-моему, оно куда более незыблемое, чем та же "любовь". "Даже при том, что у него безобразный характер, я никогда не подумаю о том, чтобы оставить Мо Шу. Я могу на него положиться и благодарен ему за все, что он сделал ради меня. Я тоже хочу ответить ему взаимностью". "Даже если инстинкты подсказывают мне, что нужно бояться его, они все равно не могут сдержать это желание. Я хочу принести ему радость и счастье". "Вот так вот просто и незатейливо". - Но, если подумать, раз уж мы здесь, разве можем мы уйти с пустыми руками? - неожиданно выдал Мо Шу после того, как они какое-то время посидели в обнимку. - А? - Нань Гэ'эр ошеломленно посмотрел на Мо Шу. - Бэй Цзюнь действительно стоит уничтожить, - пробормотал Мо Шу. - Мой Сяо Нань так много страдал, - он приласкал руками лицо Нань Гэ'эра. Хотя Нань Гэ'эр и почувствовал себя тронутым, у него все равно не оставалось иного выбора, кроме как тихонько прочистить горло. Он выпрямился, сидя на месте, и, взяв Мо Шу за руки, серьезно обратился к нему: - Мне правда это не нужно. - Но если ничего не сделать с ними, твои страдания будут напрасны, - не согласился Мо Шу. - Нельзя уничтожать Бэй Цзюнь, - усмехнулся Нань Гэ'эр. - Даже если не принимать во внимание множество потерянных жизней, в будущем по сути своей это принесет только головную боль. В данный момент на континенте поддерживается мир только благодаря тому, что силы четырех стран друг друга уравновешивают. Стоит только пасть одной стране, как остальные три непременно воспользуются воцарившимся хаосом, чтобы отправить свои войска расхищать территории Бэй Цзюнь и причинять зло ее гражданам. Это станет бедствием для всего континента, - он улыбнулся Мо Шу. - Я знаю, что тебя это не заботит, но я просто не способен из-за своей личной мести втянуть в войну весь континент, - он ненадолго замолчал, глядя прямо в глаза Мо Шу, после чего серьезно продолжил: - К тому же... - К тому же что? - К тому же мне нужна хорошая карма. - Хорошая карма? - Мо Шу явно понятия не имел, к чему вел Нань Гэ'эр. - Зачем? - Хочу еще немного пожить, - беспечно рассмеялся Нань Гэ'эр. - Раньше я не верил в судьбу и тому подобные штуки. Но теперь меня не покидает чувство, будто кто-то в скрытом от нас духовном мире присматривает за нашими судьбами. Благодаря этому я и оказался в Гуантянь, и был спасен таким ловким, почти что волшебным способом, - задрав голову, он посмотрел на слегка растерянное выражение, нарисовавшееся на лице у Мо Шу, а затем улыбнулся. - Таким образом я хочу заработать себе хорошую карму и чуть-чуть подольше пожить. Вид У Мо Шу сделался слегка взволнованный. Конечно же, все, способное продлить жизнь Нань Гэ'эру, показалось бы ему невероятно заманчивым. Поразмыслив, он ответил: - Я просто хочу, чтобы ты умер раньше меня, только и всего. - А? - В таком случае я всегда смогу позаботиться о тебе, и мне не придется переживать, что о тебе некому будет позаботиться, если я умру раньше тебя, - лицо Мо Шу приняло довольно серьезное выражение. Нань Гэ'эра это не тронуло: - Мне правда не хочется выкладывать это начистоту, но, несмотря на мой хилый вид, если честно, то мне кажется, что я трачу куда больше времени на заботу о тебе, хорошо?! Разве сможет безрассудный человек вроде тебя позаботиться обо мне?! - и все-таки его ушки слегка покраснели. Мо Шу взглянул на с виду оторопевшего Нань Гэ'эра, надолго лишившегося дара речи. Едва Мо Шу начал посмеиваться, ероша волосы Нань Гэ'эру, как молодой человек принялся смотреть то вправо, то влево, при этом его шныряющий по всему помещению взгляд выглядел неестественно: - Мм, ага, спасибо тебе, - выдал Мо Шу. От этого Нань Гэ'эр, который с виду все еще сохранял спокойствие, никак не смог скрыть, что его лицо за долю секунды залилось краской. Он опустил голову: - ...Все-всегда пожалуйста! Чем дольше Мо Шу смотрел на застенчиво покрасневшее лицо Нань Гэ'эра, тем больше оно казалось ему исключительно милым. Не в силах сдержаться, он приподнял рукой подбородок Нань Гэ'эра, а затем склонился над ним и нежно поцеловал его в губы. Нань Гэ'эр невольно закрыл глаза, не смея смотреть на слепую любовь и привязанность, сияющие в глазах мужчины. Заметив, что Нань Гэ'эр не сопротивляется, несмотря на недостаток любезности в его поведении, Мо Шу опустил руку на затылок Нань Гэ'эра и, удерживая в своих объятиях этого стройного юношу, ласково углубил поцелуй. Конечно же, перед этим он дал ему свой ответ: - Раз уж Бэй Цзюнь нельзя захватить, ты можешь дать мне взамен нечто другое. Как насчет небольшого задатка, идет? Никто из них не знал, когда достопочтенный ученый вышел из комнаты. Внутри все затихло. В солнечных лучах весело плясали крохотные пылинки, да слышались очень тихие влажные звуки их переплетенных языков.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 43

Хотя его и охватило легкое головокружение, он по-прежнему совершенно отчетливо понимал, что происходит. Нань Гэ'эр нежно прижался к груди Мо Шу, после чего приподнял голову и отдался поцелую, который оказался для него слегка чересчур интенсивным. Губы Мо Шу скользнули вверх, приземлившись в межбровье Нань Гэ'эра, затем нежно спустились по его шее, проложив дорожку к ключице. Он чувствовал, как задерживаются на его коже горячие выдохи Мо Шу одновременно с его ставшим тяжелее, чем обычно, дыханием. Нань Гэ'эр снова опустил голову, влюбленным взглядом наблюдая за слегка взволнованным выражением на лице Мо Шу и его страстными действиями. По сравнению с полностью погрузившимся в чувственные наслаждения Мо Шу, он явно оставался куда более здравомыслящим. Его смущало лишь то, что он сам не понимал, как оказался в такой ситуации. И все-таки Мо Шу казался ему по-настоящему красивым. Этот едва нахмуренный лоб, розовые губы, слегка покрасневшие щеки, его поцелуй, который немного вышел из-под контроля, и увлеченное выражение на его лице... "Он выглядит не таким элегантным, как обычно, и все это из-за меня". "На его лице такое зачарованное выражение; и это умопомрачительное выражение появилось на нем из-за меня". "Это прекрасное чувство". Слегка утративший самоконтроль Мо Шу ненароком прекратил сдерживать свою силу. Целуясь, он неосознанно совершал некие посасывающие и покусывающие действия. От этого Нань Гэ'эр почувствовал легкую боль. В прошлом он несомненно без особых усилий смог бы вытерпеть подобную боль. Однако сейчас даже крошечной части ее хватало, чтобы сделать его необычайно чувствительным к боли в своих синяках. Его брови сами собой нахмурились, но его губы все равно тронула улыбка. Крепко ухватив за плечи Мо Шу, он взглянул ему в лицо. Полы его халата широко распахнулись и даже внутренняя одежда оказалась раздвинута, открывая огромный участок обнаженной кожи. Однако он совершенно не чувствовал холода, поскольку его грудь ласкал каждый обжигающе горячий выдох мужчины. Было бы наглой ложью сказать, что он совсем ничего не почувствовал. Однако, как ни крути, а состояние здоровья Нань Гэ'эра было не лучшим, поэтому, по сравнению со здоровым человеком, его чувственность пробуждалась гораздо медленнее, и его было куда сложнее расшевелить. Именно поэтому основными эмоциями, которые он испытывал, по-прежнему оставались легкое смущение и беспомощность. И все же он никак не мог скрыть счастья и гордости, которые чувствовал в своем сердце. Он никогда не предполагал, что окажется в такой ситуации. Даже в былые дни, когда ему требовалось снять напряжение или поучаствовать в общественных мероприятиях, он всегда оставался активным участником. К тому же большинство его партнеров являлись женщинами. Но в этот момент ему оставалось лишь беспомощно наблюдать, как его решительно заключает в объятия мужчина, который интимно и в собственнической манере к нему прикасается. И все-таки у него это не вызвало неприязни. Или, лучше сказать, это его слегка обрадовало. "Только взгляните, мне удалось довести прекрасного, как бессмертный, человека до подобного помешательства. Это все из-за меня". "Взгляните, как сильно он любит меня; его любовь настолько сильна, что он полностью мной очарован и выглядит так, будто ему вскружило голову это чувство". "Он почти не похож на себя". "Даже если перед ним настолько израненное, хрупкое тело, он по-прежнему выглядит очарованным". Осознание этого привело Нань Гэ'эра в восторг. Вот почему у него, конечно же, приподнялись уголки губ, и он позволил Мо Шу делать с ним все, что тому заблагорассудится. Посреди своей любовной горячки Мо Шу поднял голову и взглянул на Нань Гэ'эра. Он заметил, что Нань Гэ'эр ему улыбается; при этом его взгляд оставался ясным и слегка ошеломленным. Эта улыбка воистину была несказанно очаровательной и непередаваемо великолепной... Это просто заставляло его вновь и вновь заново безумно влюбляться в него. "Как он может быть таким восхитительным, таким привлекательным?" Ему хотелось просто полностью раздеть его и, ни о чем не заботясь, последовать желаниям своего сердца, сделав с ним все, что он желал. "Ну в самом деле..." Он сделал глубокий вдох, отстранился и изо всех сил постарался отвести от него взгляд, пока последние зачатки разума его еще не покинули. Одной рукой он ухватил Нань Гэ'эра за плечо, а другой постарался как можно лучше прикрыть его слегка разоренную грудь - он боялся, что если продолжит, то действительно сделает все с этим ребенком прямо здесь и сейчас. - Извини, - Мо Шу крепко обнял Нань Гэ'эра и, тяжело дыша, зашептал ему на ухо. - Я причинил тебе боль? Нань Гэ'эр податливо обнял Мо Шу за талию: - Все не так уж и плохо, - он прильнул головой к шее Мо Шу. - Я тебя испугал? - Нет, - Нань Гэ'эр легонько покачал головой. От трения его мягких волос Мо Шу почувствовал зуд, как на коже, так и в сердце. Мо Шу, как мог, постарался успокоить свои чувства, пытаясь подавить свое желание. Он просто, ни слова не говоря, изо всех своих сил прижал к себе Нань Гэ'эра. В действительности эти объятия вышли чересчур крепкими и даже слегка болезненными. Однако Нань Гэ'эр только чуть-чуть нахмурился и тоже ни слова не произнес. Поразмыслив о множестве случайных, ничем не связанных друг с другом дел, Мо Шу наконец-то удалось взять себя в руки, после чего он осознал, что до сих пор как следует не признался Нань Гэ'эру в своих истинных чувствах, но при этом его самоконтроль уже трещал по швам и с каждым разом становился все хуже и хуже. Нань Гэ'эр попытался немного сопротивляться только после того, как ощутил, что тело Мо Шу стало менее напряженным, чем прежде: - Оу. Мо Шу мигом пришел в себя и выпустил его их объятий: - Прости, - он осторожно растер Нань Гэ'эру руки и плечи, - я приложил слишком много силы. Нань Гэ'эр опустил взгляд, устремив его на взволнованное лицо Мо Шу. По прошествии немалого времени он прошептал: - Почему бы тебе не продолжить? - "Ты же сейчас явно на взводе, и тебе этого в самом деле достаточно?" Потрясенный Мо Шу поднял голову и вперил пристальный взгляд в Нань Гэ'эра. Легкий алый румянец по-прежнему украшал его лицо, отчего он казался немного менее бледным. Этот очаровательный вид и наполненный смущением взгляд едва снова не лишили самоконтроля Мо Шу. Он поспешил закрыть глаза. На этот раз ему удалось сдержать свои эмоции только после того, как он в полном молчании призвал из своих воспоминаний совершенно очаровательное полное морщин лицо доктора, обладающего таким острым взглядом, который в данный момент находился в далеком от них Гуантянь. Сделав очередной глубокий вдох, он взглянул в лицо Нань Гэ'эру и улыбнулся: - А ты сможешь? В первый момент Нань Гэ'эр никак не смог отреагировать на эти слова. На краткий миг погрузившись в оцепенение, он с покрасневшими щечками ответил ему: - Я и сам не знаю... - он никогда прежде не делал этого с мужчиной, а тем более, когда этот парень играл ведущую роль. Но, честно говоря, одну вещь он осознавал совершенно отчетливо: он не верил, что сможет доминировать над Мо Шу. Несмотря на то что Мо Шу по сути был идиотом, и даже если тот сам не возражал оказаться под ним... Он на интуитивном уровне чувствовал это... Все-таки он бы предпочел подождать и оказаться тем, кого подомнут под себя. Как бы то ни было, поскольку это будет Мо Шу, а не кто-либо другой, это не станет для него настоящей проблемой. Вид Нань Гэ'эра, залившегося краской, отвечая ему, окончательно заставил любовь перевесить страсть в сердце Мо Шу. Он протянул руку и ласково погладил по щеке Нань Гэ'эра: - Твое здоровье сейчас не в лучшем состоянии. К тому же здесь слишком холодно, и я боюсь, что ты простудишься. "Значит, вот в чем причина". Нань Гэ'эр кивнул, а затем после краткого раздумья заплетающимся языком проговорил: - Я могу... - далее его речь стала невнятной. - Хм? - Мо Шу приподнял бровь. - Рукой, - Нань Гэ'эр поднял руку и ей потянул Мо Шу за одежду. До Мо Шу дошел смысл его слов только после того, как он на краткий момент застыл. А затем уголки его рта медленно поползли вверх от улыбки: - Почему это ты внезапно решил проявить инициативу? - Потому что, похоже, тебе больно, - пробормотал Нань Гэ'эр. "Я ведь тоже мужчина; как я могу не знать, насколько уныло сдерживаться и терпеть, когда напрямую сталкиваешься с соблазном". - Но мне будет неловко, если я позволю тебе оказать мне такую услугу, - Мо Шу бросил на Нань Гэ'эра поддразнивающий взгляд, после чего заключил его в объятия и поцеловал его губы. - Ты действительно этого хочешь? - пусть его голос прозвучал так же холодно, как обычно, едва заметно участившееся дыхание показало Нань Гэ'эру, что тот склонен согласиться на его предложение. Конечно же, он тоже осознавал, что у Нань Гэ'эра не возникло никаких побуждений или желания. Немного поразмыслив, Нань Гэ'эр со смешком кивнул: - Я не способен как следует отплатить за ту великую доброту, которой одариваете меня вы, мой благодетель; мне остается только посвятить вам самого себя без остатка. Слова Нань Гэ'эра безумно обрадовали Мо Шу. Приласкав рукой щеку Нань Гэ'эра, он, выпрямившись, улегся на печку-кровать: - Хорошо, в таком случае приступай. Совершенно неожиданно, но Мо Шу без малейшего стеснения просто улегся перед ним, прямой, как перо. На мгновение испытавший потрясение Нань Гэ'эр осторожно к нему приблизился, где-то на полпути встав на колени, и нервно сглотнул: - Эм... "Ты хочешь, чтобы я и одежду с тебя сам снимал?" - Хм? - Мо Шу краем глаза глянул на него. - Ничего, - сухо отозвался Нань Гэ'эр. Морально подготовившись, он принялся распахивать одежду Мо Шу. "Понимаю я, все понимаю. Я тебе даже рукой вызвался помочь, так что снять с тебя одежду, черт побери, вообще проще простого!" При этом он заметил, что его руки дико дрожат. Ему потребовалось немало времени только чтобы верхнюю одежду на нем распахнуть. Затем он неуклюже приступил к следующему шагу... В конце концов он с закрытыми глазами, ко всему подготовленным сердцем и стиснутыми зубами догола раздел Мо Шу. Один мимолетный взгляд, брошенный на эту часть Мо Шу, лишил его всякой смелости, чтобы еще раз глянуть туда: - "Ублюдок! Так измучила жажда? Я всего лишь стянул с тебя штаны; так почему ты уже торчком стоишь?!" - Чего ты застыл? - рассмеялся Мо Шу. "...Старший брат, у тебя вообще стыда ни капли не наблюдается? Я здесь - как бы это сказать - слишком смущен, даже чтобы на тебя посмотреть, а как ты, черт тебя дери, можешь сохранять такое непрошибаемое спокойствие?!" - Ничего, - Нань Гэ'эр стиснул зубы. Он просто закрыл глаза и, протянув руку, схватился за эту часть. - Я не особо хорош в работе руками, так что заранее прошу извинить, - ему никогда прежде не приходилось делать это еще с кем-либо, кроме себя, поэтому у него не было ни малейшей уверенности в собственных навыках. "...Какой огромный, какой горячий..." Поначалу он испытал потрясение, а затем на смену ему пришло легкое беспокойство - он уже начал переживать за свое не столь отдаленное будущее. - Мм... Почему ты не двигаешься? - Мо Шу издал тихий стон, как только к нему прикоснулась рука Нань Гэ'эра, после чего с легкой хрипотцой и намеком на улыбку в голосе обратился к нему. "...Ладно, давай для начала разберемся с тем, что перед нами сейчас!" С закрытыми глазами Нань Гэ'эр напряженной рукой принялся тереть его вверх-вниз. Мо Шу совершенно не собирался скрывать, какое наслаждение испытывает; то и дело издаваемые им тихие звуки напоминали Нань Гэ'эру о том, что его навыки обращения с этой частью рукой были вовсе не так плохи, как он себе представлял. - Чуть повыше... Мм, верно... хорошо... Прикоснись ко мне... да... хорошо... Нань Гэ'эр крепко зажмурился, его личико настолько погорячело, что на нем можно было бы пожарить яичницу, а его макушка едва не дымилась. - За-замолчи! - заикаясь, попенял он Мо Шу. Но, лишь произнеся это слово, понял, что его голос дрожит... - Но... уф... ты же сам сказал, что не особо в этом хорош... - голос Мо Шу переполняло сладострастие, но в нем все равно слышался намек на поддразнивание. - Про-просто закрой уже рот! - чем больше Нань Гэ'эр слушал его, тем сильней заикался. Его сердце колотилось так, что едва не выпрыгивало из груди. "Почему твои стоны звучат так возбуждающе?.. Я уже до смерти засмущался!" Мо Шу издал сдавленный смешок, совершенно не заботясь о стыдливости Нань Гэ'эра. Он продолжал давать Нань Гэ'эру указания о том, что делать, чтобы довести его до вершины наслаждения. После столь длительных стараний Нань Гэ'эр чувствовал только, как болела его рука. И на этот раз ее дрожь вызывало не его волнение, а то, что он вконец обессилел. - ...У меня рука... разболелась... - почти жалобно взмолился он. Мо Шу усмехнулся, после чего ответил: - Ты... иди сюда... и поцелуй меня. - А? - Нань Гэ'эр наконец широко распахнул глаза и с глупым видом уставился на Мо Шу. - Не останавливайся... рукой... - снова попросил Мо Шу, а затем улыбнулся ему, - и иди сюда... Хоть его лицо и охватило вожделение, на нем было написано обожание, которое он испытывал по отношению к Нань Гэ'эру. Нань Гэ'эр, словно зачарованный, наклонился и нежно прижался своими губами к влажным губам Мо Шу. - Какой послушный, - с легким смешком пробормотал Мо Шу. Он обхватил своей рукой руку Нань Гэ'эра, он принялся сам водить ей вверх-вниз, после чего благополучно достиг пика удовольствия. Когда рука Нань Гэ'эра оказалась во власти Мо Шу, который с ее помощью начал ласкать себя, каждая частичка его тела оцепенела. Он даже не осознал, что несколько капель попало ему на ухо. Дыхание Мо Шу некоторое время оставалось тяжелым. Он протянул руку, чтобы смахнуть капли белесоватой жидкости с уха Нань Гэ'эра, после чего притянул молодого человека за шею и нежно прикоснулся к его губам. Прижавшись ко лбу Нань Гэ'эра, он улыбнулся ему и прошептал: - Сяо Нань, ты такой милый. Нань Гэ'эр в мгновение ока пришел в ярость, отчего его лицо покраснело: - Заткнись! Мо Шу снова оставил легкий поцелуй на губах Нань Гэ'эра: - Такой восхитительный, что я просто не знаю, что мне делать с тобой, - еще раз поцеловав его, он улыбнулся. - Прекрасно воспитанный, послушный, такой смышленый и очаровательный. "Хм-пф, я вовсе не так великолепен, как ты здесь расписал", - пробормотал в глубине души Нань Гэ'эр. И все же его губы не оказывали сопротивления. Он лишь сам приблизился, подарив Мо Шу легкий поцелуй: - Я рад, что ты это понимаешь. Мо Шу принялся посмеиваться. Глядя на искреннюю улыбку Мо Шу, Нань Гэ'эр тоже неосознанно от всей души улыбнулся этому знакомому лицу, принадлежащему находящемуся совсем близко к нему человеку, которому он доверял и рядом с которым чувствовал себя непринужденно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Vesennie-derevya-i-zakatnye-oblaka/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)