Ранобэ: Re

Описание: Старшеклассник Нацуки Субару, геймер и домосед, особо не удивился, когда среди ночи вдруг оказался в фентезийном городе, полном странных существ. А чего бояться? Любой игрок знает, что по закону жанра в волшебном мире последний задохлик обрастает силами и способностями, а там и девушки подтянутся. Только вышло наоборот, и принцесса спасла «героя», вытащив беднягу из переулка, где пришельца от души метелила местная шпана. Пришлось «попаданцу» с ходу включаться в большую игру мира меча и магии, где не то что за драгоценность – за лишнее слово зарежут. Так наш герой и открыл свою способность – мягко говоря, малопонятную, но в жизни очень полезную – возможность возвращаться после смерти обратно в прошлое.

Кол-во глав: 1-123

Короткие истории: Эмилия пробует себя в качестве горничной Розвааля

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

Пока Эмилия находилась на пути к владениям Розвааля, она встретила Аннерозу и Клинда по пути. Эмилия передала им письмо Розвааля, что она направляется в их поместье Милод-Хаус, но они его не стали читать. Они подумали, что Эмилия получеловек, направленный как служанка в особняк.

Клинд: Мисс. Это письмо Розвааля. Но читать мы его не будем.

Аннероза: Письма моего дяди были такие же!

Аннероза, Клинд и Эмилия впервые встретились с Фредерикой (старшей горничной) в особняке. Она ругала Аннерозу за ее оскорбительное для леди поведение и Клинда за то, что он не контролирует ее. На что Клинд спокойным тоном ответил:

- Ты сама оскверняешь имя горничной будучи служанкой.

Рассказывая о своем происхождении, Эмилия показала, что на самом деле она является полуэльфийкой. Аннероза ответила ей шлепком по заднице.

- Аннероза: Не сгибай спину! Какая разница, полуэльф ты или нет? Моя семья научит тебя достойному поведению и сделает из тебя идеального слугу. Понимаешь?

- Эмилия: А ты действительно хорошая девочка!

- Аннероза: Фредерика! Дай ей одежду и покажи основные обязанности! Стой, а как тебя зовут?

- Эмилия: А, меня зовут Эмили..

- Аннероза: Да, Эмили. Хорошее имя, Эмили.

Когда она осталась одна в раздевалке, появился Пак и заговорил с Эмилией о текущей ситуации. В то время пока Пак размышлял, что между Милоадом и Розваалом существует какое-то недоразумение, - Эмилия думала, что это своего рода тест, подготовленный самим

Розваалом. Затем они обсуждали одежду горничной и подходящую прическу. Согласно их контракту, Пак использовал магию ветра, чтобы заплетать ей косы.

- Эмилия: Это мило. Можно мне это надеть?

Пак: Лия, ты самая прекрасная в мире, тебе к лицу подойдёт любая одежда. Я очень сильно хочу тебя увидеть в наряде горничной.

- Эмилия посвятила всю себя работе, думая о том, как это оценит Розвааль. Как оказалось, все оценивают работу Эмилии очень плохо. Это было из-за того, что Эмилия все время жила в лесу.

Как-то раз Эмилия разбила вазу, которую она несла, вследствие чего Аннероза позвала Эмилию к себе в комнату. Однако они стали подглядывать за парочкой, целующейся в саду.

- Аннероза: Эмили. Это поцелуй. И именно поэтому мужчин называют волками.

- Эмилия: так вот почему мужчины - волки?

- Аннероза: Эмили. Ты ничего не знаешь о взрослой жизни? Это называется целоваться. Если мужчина и женщина целуются, рождается ребенок.

- Эмилия: что? Из-за поцелуя мужчины у меня родится ребенок?

- Аннероза: Да. Ты тоже так родилась, так как твой отец и мать поцеловались. Только из-за поцелуя мужчины и женщины может родиться ребенок.

- Эмилия: Вау!!! Я этого не знала.

Затем Эмилия наблюдала, как Аннероза практиковалась в магии.

Розвааль не проявлял интереса к браку, с расчетом на то, что Аннероза станет волшебником и ей будет подстать сменить Розваала, если с ним что-то произойдёт.

Аннероза позвала Эмилию, потому что эльфы были известны своей магической силой, а Эмилия говорила ей, что не может ничему научить, потому что она пользователь духов, а не волшебник. Эмилия даже призвала Пака, чтобы дать ей совет.

- Пак: Меня зовут Пак, я контролирую Ману огня!!

- Аннероза: Говорящий кошак O_0!!! У тебя очень милый телохранитель!

- Пак: Я больше не могу жениться...

- Аннероза: тогда я дам тебе других кошек для спаривания.

- Пак: это невероятное предложение! Лия, это нормально, если твоя мама кошка?

- Эмилия: Ты сейчас спрашиваешь это у той, чей отец - кот…

- Аннероза: это дух твоего отца?

- Эмилия: Он похож на моего отца, но на самом деле он не женился на моей матери. Пак, ты ведь не целовал мою мать, правда?

- Пак: нет, и насчет поцелуев… Ой как неловко стало...

После того, как Пак и Эмилия помогли ей с советом, Эмилия стала называть ее Энн. Они дали друг другу обещания, что достигнут своих целей. И когда Аннероза сказала, что Эмили похожа на младшую сестру, они поспорили о том, кто на самом деле старше, на что Пак наблюдал с улыбкой.

Несколько часов спустя Розвааль прибыл в поместье Милод-Хаус, чтобы забрать Эмилию, и был ошеломлен ее работой горничной. После того, как Эмилия получила извинения от всех в особняке, включая Аннерозу, она покинула особняк вместе с Розваалем.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Короткие истории: Первое свидание Эмилии

П/П: В оригинале короткая история поделена на несколько глав. В связи с некоторыми техническими ограничениями сайта все главы данной истории находятся тут.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

Глава 1

День начался с утра, небо было ясное и на нем не было ни единого облачка.

- Лия, косы тебе идут больше всего. Также я думаю тебе больше всего подойдет белое платье. Еще мы украсим твои волосы брошкой.

Летая в спешке перед серебристо-волосатой девушкой, сидящей на кровати... Перед Эмилией был кошачий дух, с которым она заключила контракт - Пак.

Наблюдая за тем, как Пак сам себя заводит, Эмилия положила себе палец на щеку и чуть наклонила голову вбок.

- Тебе не стоит волноваться, я могла бы одеться как обычно.

- Ни за что! Это твое первое свидание. Ты должна быть самой красивой в мире!

- Боже, ты делаешь из мухи слона!

Боевой дух Пака был выше всяких похвал, пока Эмилия тихо вздыхала, чтобы он этого не увидел.

Выступая в роли ее отца, Пак, который, по сути, был ее семьей, находился в этом положении со вчерашнего вечера. При таких темпах одни лишь приготовления истощали ее еще до того, как она вышла на улицу, а ей надо было еще идти и на свидание с Субару.

- Слушай внимательно, Лия. На сегодняшнем свидании Субару может попытаться подойти к тебе, чтобы подержать тебя за руку или что-то в этом роде, но ты этого не должна этого допустить. Самые важные черты женщины — это скромность, застенчивость и просто немного покорности. Я всегда говорил тебе это, так что я уверен, что ты понимаешь меня.

- Ладно, я уже поняла, чёрт! Если ты так волнуешься, то можешь пойти с нами!

- Я уважаю его мужество. Я не буду поступать так бестактно.

- Ты противоречишь сам себе!

- Во мне борются два чувства: чувство мужчины - поддержать Субару, и второе чувство, как твоего отца, запретить всё это. Гхххх, Лия, тебе лучше уйти, пока я еще могу сдерживать себя...!

- Да, да.

Театральность Пака, когда он шутил, вероятно, была вызвана плохим влиянием Субару. Эмилия, конечно, понимала это, но она также чувствовала, что сейчас он ведет себя еще хуже из-за свидания.

Закончив разбираться с волосами, Эмилия позвала Пака к себе. Пак с готовностью откликнулся и сел на ее плечико, после чего он начал причудливым образом массировать её щеку лапами.

- Хорошо, Лия. Я ушел спать, но, если Субару попытается сделать что-нибудь неприличное, то обязательно позови меня.

- Да ладно, тебе не стоит беспокоиться о таких вещах. Спокойной ночи. Успокойся, все хорошо.

Когда Пак увидел хихикающую Эмилию, его тело растворилось в лучах света. Слабый свет рассеялся в кристалле на груди, и шумная кошка замолчала.

Эмилия щёлкнула по кристаллу и тихо вышла из комнаты. Она испытывала новые странные чувства в области сердца.

Глава 2.

- Я заставила тебя ждать?

- Нет, я сам только что подошел.

Стоя перед деревом, у которого они встретились, так Субару ответил Эмилии, которая только что подошла.

Эмилия кивнула ему в ответ, а затем они пошли в особняк.

- Ты сказал, что хочешь встретиться за пределами особняка... Могу я спросить, есть ли в этом какой-то скрытый смысл?

- Да, есть, это попросту необходимо! Если бы мы покинули особняк вместе, то не смогли бы насладиться чувством встречи.

Казалось, что он пришёл гораздо раньше, чем Эмилия, и рисовал на земле для того, чтобы убить время.

Видя это, ей казалось его заявление о том, что он сам только пришел сюда, - ложью.

- Хм, так вот как это бывает. Я действительно ничего не знаю о таких вещах.

- Я бы все равно ответил: "Я только что пришел", даже если бы ты опоздала.

- Но разве это было бы правильно?

- На твое опоздание я не смог бы указать, это не по-мужски.

Это был обязательный обряд. Субару читал ей лекцию о его важности, пока они шли, а когда он закончил, он положил руку на челюсть и стал пристально смотреть на Эмилию.

- Что случилось? Я как-то странно выгляжу?

- Персонажи для странных и романтических историй выглядят довольно похожими, да, но если отбросить это в сторону, то в тебе есть нечто необычное, и, честно говоря, ты сама по себе очаровательна, так что все это хорошо. Что еще более важно, ты сегодня неотразима.

Субару был очень бдителен, он заметил изменения в её причёске, аксессуарах. Также он сразу понял, где Пак помогал Эмилии.

- Ты заметил? Пак сегодня был очень встревожен.

- О, отличная работа! Неплохо, Пак. Я думал, что его чувства отца будут нам мешать и он будет против, когда дело дошло до первого свидания его дочери.

- Да, он был очень обеспокоен, но сейчас он спит в моем кристалле, так что ты можешь быть спокоен.

Эмилия показала ему кристалл на груди со слабой улыбкой, заставив Субару успокоиться.

- Ну, тогда, я полагаю, это начало нашего первого свидания. Я очень рад, что ты сейчас рядом со мной.

Его наряд дворецкого был абсолютно безупречен с головы до ног. У Субару не было особого выбора, так как у него не было никакой другой официальной одежды, но Эмилии это нравилось.

Она стояла рядом с Субару, который протягивал ей локоть, намереваясь взять под руку.

- ММММ, это нормально?

Ее пальцы слегка сжали его манжету, когда она посмотрела на него с поднятыми вверх глазами и спросила об этом. Пак сказал ей, чтобы она не брала его за руку, так что она немного волновалась. Но в ответ Субару сказал :

- Это не то, на что я надеялся, но твоя красота превзошла все мои ожидания! Ты прекрасна.

Субару закрыл лицо ладонями, не похоже, что он был зол. Почувствовав облегчение, Эмилия потянула его за рукав и пошла дальше.

- Итак, что именно надо делать на свидании?

- Сначала мы отправимся в деревню. После этого мы отдадим дань уважения мертвым... А потом, как насчет того, чтобы посмотреть на цветы, наслаждаясь каждым мгновением проведённым друг с другом?

Купаясь в тепле его взгляда, Эмилия с улыбкой посмотрела на него, после чего ответила: "Звучит мило", - улыбкой настолько прекрасной, что у Субару прихватило дух.

Глава 3.

- Слава Богу, с детьми всё хорошо. А ты, Субару, здесь прям как звезда.

- Интересно, Эмилия-Тан, есть ли в этом что-то такое, чему можно так радоваться?

Субару пробормотал это с серьезным выражением лица, отряхиваясь от пыли с грязью.

Когда они оказались в деревне, то отправились за цветами, которые дети должны были заранее подготовить, чтобы Субару с Эмилией посетили кладбище.

После того, как они получили цветы, их дела пошли не по плану.

Детей не смущал тот факт, что Субару был на свидании, и они стали окружать их.

Эмилия вдруг посмотрела на него с усмешкой.

А дети продолжали преследовали их.

- Ну же, ребята, на этот раз вы не можете тащиться за мной. Я же говорил вам, что у нас с Эмилией-Тан будет захватывающее свидание, не так ли?

- Тиран.

- Фе, какой грубый.

- Эх, какой эгоистичный ребенок.

- Эй, я не эгоистичный ребенок. Кроме того, мы приближаемся к барьеру, к которому, если вы помните, вам было запрещено приближаться. Если вы не хотите слушать длинные и скучные лекции Мураосы, вам лучше вернуться прямо сейчас.

Субару взмахнул рукой, словно отгоняя насекомых, заставляя детей уходя бормотать жалобы себе под нос.

Эмилия наблюдала за этим обменом репликами: она находила всё это забавным, но внезапно поняла, что среди детей есть симпатичная девочка, которая смотрит прямо на нее.

Это была прелестная девушка с рыжевато-каштановыми волосами и румяными щеками. Когда они встретились глазами с Эмилией, она с шумом высунула язык, прежде чем убежать.

- Эта Петра, что с ней такое? Ты в порядке, Эмилия-Тан?

- Нет, я к этому привыкла, так что все в порядке. Такие выходки не стоят того, чтобы обращать на них внимание.

-Меня задевает то, что ты к этому привыкла, так не должно быть.

- Все нормально.

Субару был обеспокоен, но в конечном итоге он подошел к Эмилии, так ничего не и сказав.

Эмилия почувствовала некоторое отвращение к себе из-за того, что так полагалась на его заботу.

- Хорошо, мы здесь.

Когда они прошли еще немного, Субару остановился и показал на деревья.

На первый взгляд деревья казались обычными, но высоко в их стволах были голубые кристаллы, и равномерно расположенные деревья образовывали барьер, который реагировал на злую Ману в атмосфере.

Зверодемоны, населявшие лес, были полностью уничтожены, но была большая вероятность, что другие могут захватить пустую территорию.

- Мы не можем туда войти, но это все, что нам нужно.

Стоя прямо перед барьером, Субару нашел место, которое люди вряд ли будут часто посещать, и положил туда букет. Сделав это, Субару сложил руки и закрыл глаза, все еще стоя на коленях, а затем опустил голову, словно в молитве.

Это был необычный способ молиться, Эмилия впервые видела такое. Это был обычай его родного города, о котором он не хотел говорить с ней. Увидев это со стороны, она тоже приложила руку к груди и помолилась, чтобы они покоились с миром.

Она слышала, что все живые существа, даже зверодемоны, должны были очистить свои души, когда они возвращались в Од Лагуну после смерти. Она надеялась, что они будут счастливы, когда вновь возродятся в этом мире в их новой форме.

- Прости, что заставил тебя подыгрывать моему самодовольству. Теперь все в порядке.

Отряхнув колени, Субару встал и улыбнулся Эмилии.

- Итак, дальше мы идем на поляну?

Составляя в уме маршрут их свидания, Эмилия спросила о следующем пункте назначения. Чтобы подтвердить это, Субару удовлетворенно щелкнул пальцами.

- Верно.

Сказав это, он улыбнулся с игривым выражением лица, которое еще больше раздуло пламя её ожиданий.

Глава 4.

Выйдя из леса, Эмилия не смогла подавить свой восторг.

- ООООООООООООО

Она прошла через лес под руководством Субару, яркие пейзажи разошлись красками, миллионы цветов вскружили Эмилии голову. - Как тебе? Я сам удивился, когда впервые увидел это. Скажи, это правда восхитительно?

Эмилия не могла ответить Субару, который хвастался перед ней, ее взгляд был устремлен на пейзаж перед ней.

Красный и желтый, белый и синий, - цветы расцвели повсюду, и ни один из них не затмевал другой: поле цветов было в полной гармонии. То, что такой цветочный сад появился сам по себе, можно было назвать только чудом.

- Для этих сопляков это кажется чем-то вроде тайного места, мне действительно пришлось потрудиться, чтобы заставить их показать его.

- Такое чудесное место... Как ты заставил их рассказать тебе об этом?

- Хе-хе, это все было для нашего с тобой свидания.

- Кроме того, это тоже подарок для тебя, Эмилия-Тан.

Субару сказал это Эмилии, ее рука была прижата к груди, когда он протянул к ней свои руки. "А?", Эмилия поздно отреагировала, когда Субару коснулся ее серебряных волос,

- Это... Украшение сделанное из цветов?

- Это корона из цветов. Возможно, она и не похожа на настоящею, но мы можем представить, будто сейчас происходит репетиция твоей коронации. Я очень хочу когда-нибудь подарить тебе самое лучшее украшение, сделанное своими руками, но... Пока что это лучшее, что я смог сделать.

Субару сказал это в самодовольном тоне и подмигнул Эмилии.

Это заставило сердце Эмилии биться ещё быстрее. Она не смогла понять, что это за чувство.

Но она знала, что это заставило ее чувствовать себя очень тепло, и это, естественно, вызвало улыбку на ее лице.

-Спасибо, Субару.

В тот день Эмилия подарила ему свою самую прекрасную улыбку, а Субару был настолько очарован, что даже говорить не мог.

Эмилия чувствовала огромную благодарность Субару и продолжила.

- Если возможно, я бы хотела как-нибудь ещё раз пойти с тобой свидание.

Ее слова пронзили сердце Субару.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Короткие истории: Очень счастливый день рожденья Эмилии

П/П: В оригинале короткая история поделена на несколько глав. В связи с некоторыми техническими ограничениями сайта все главы данной истории находятся тут.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

Глава 1

- Лия, ты знала? У меня на сегодня запланирована вечеринка по случаю Дня рождения.

- О, неужели? Для кого?

Удивленная голосом, доносящимся из-под ее серебристых волос, Эмилия широко распахнула глаза.

Двигаясь в ее волосах и пытаясь вытащить голову через них, высший дух по имени Пак, усевшись на плече Эмилии как обычно, продолжал:

- Нууууу. Я не могу сказать, это секрет.

- Почему это секрет?

- Потому что это сюрприз.

- Сюрприз...

Услышав, как Пак уверенно произнес это, Эмилия нахмурила брови. Поднося палец к своим губам, она снова пробормотала себе под нос “Сюрприз”.

- "Сюрприз", кажется, означает "неожиданное событие, чтобы удивить кого-то.”

В прошлом Эмилия слышала от Субару, что в его родном городе есть много странных выражений, "сюрприз" одно из них.

- Я понимаю, что такое “сюрприз”, но для кого он?

- Правда? Мне кажется это очень интересным. Смысл даже не в том, для кого он, а в том, что все остальные люди, которые придут также е знают этого. Но волнение и настроение от праздника – вот что важно.

- Мм... это так? Я чувствую, что немного понимаю.

Пак скрестил руки и кивнул.

Конечно, неважно, чей это день рождения, это особенный день, который нужно праздновать. Даже если неясно, ради кого сюрприз - добрые пожелания не пропадут. Кто бы ни праздновал этот день рождения, дарите искренние и добрые пожелания этому человеку.

- Как это здорово! Тогда я тоже помогу.

- Мм? Я ожидал, что ты будешь в хорошем настроении. Вот это дух! Лия, так держать!

- Оставь это мне! Я, сделаю этот “Сюрприз” необычайным!

Пламя загорелось в ее глазах, и Эмилия объявила о своей решимости.

После этого Пак быстро повилял хвостом и сказал:

- Желаю удачи!

Глава 2

- Скажи, Субару. Допустим если бы мы что-то собирались праздновать, что бы ты хотел получить?

- Я? Мм, посмотрим, мне не нужно ничего особенного. Твоя улыбка Эмилия-Тан всегда для меня словно подарок.

- Ой, я не хочу сейчас слышать что-то подобное.

- Я был очень серьезен!

Эмилия быстро ушла от ответа.

Несмотря на то, что Эмилия редко бывала на таких мероприятиях, она очень любит фестивали. Все празднуют вместе, болтают, наслаждаются моментом от всего сердца.

Эмилия на самом деле является вторым по величине фанатом праздничных мероприятий Субару. Первым, наверное, является Розвааль.

Эмилия очень сильно хотела отпраздновать день рождения со всей силой. Чтобы прошло все удачно, она хочет выяснить, что бы понравилось всем в особняке, чтобы сделать подходящий подарок.

Она пыталась сразу же попросить Субару, но...

- Улыбка... мм, я тоже думаю, что это отлично, но это не совсем то, что я имела в виду.

- Это прекрасно, потому что улыбка Эмилии-Тан соперничает с мириадами звезд на ночном небе.

- Опять про улыбку? Как насчет того, чтобы я пообещала сделать массаж плеч?

- Это меня полностью устроит... В моем родном городе купон на массаж плеч был стандартным подарком, когда ты понятия не имеешь, что подарить.

- Понятно....

- Почему ты вдруг заговорила о праздновании? Может быть, вы хотите поблагодарить меня за ежедневные усилия?

- Конечно, я благодарна тебе за все, но...

- Стыдно, если ты говоришь это так смело.

- Но дело не в этом. Дело в сюп...

Она остановилась, когда поняла, что собиралась сказать. Субару нахмурился. "Сюп?"

"Сюп", что такое "сюп"? Я ничего такого не говорил.

- Какой неряшливый обман!!!

Оглядываясь в сторону от Субару, Эмилия нежно приложила руку к груди.

Эти двое говорили только бесстрастно, но, если бы Субару собирался отпраздновать свой день рождения, Эмилия была бы слишком беззаботна в выборе слов. Суть сюрприза в том, чтобы про него никто не знал. Только что Эмилия нарушила это правило. Пытаясь скрыть свои намерения, она скользила бледными пальцами по близлежащей оконной раме.

- Гм.

- Смотри, Субару.

- Мм, что это?

- Вот, тут очень грязно, ты должен помыть как следует.

- Откуда такое внезапное замечание!?

Только что избежав проблем Эмилия смотрела, как Субару тянулся за тряпкой и гладила себя по лбу.

Глава 3

- Эмилия, у тебя на лбу какая-то пыль.

- Мм? О, это плохо, может быть, это из-за того, что было раньше?

Эмилия покраснела, услышав замечание Рам.

Идя навстречу Эмилии через холл особняка, Рам достала платок и вытерла Эмилии лоб. Вероятно, это пыль с оконной рамы, к которой она прикасалась раньше.

- Готово, теперь ты прекрасно выглядишь. Самая красивая после меня и Рем.

- Правда? Хе-хе, спасибо.

- ...Скажи, Рам, ты не выслушаешь меня?

Убирая носовой платок, Рам спокойно кивает.

- Продолжай.

- Хорошо.

Ранее разговор с Субару был неудачным, поэтому Эмилия сменила тактику.

- Какое угощение ты хотела бы больше всего?

- Картофель на пару, приготовленный с Рем. Ее приправа идеальна.

Это был немедленный ответ. Услышав, как она без раздумий сделала такое утверждение, Эмилия озадачилась. -Эмилия, а тебе великий дух ничего не говорил?

-Ась? Ничего особенного, мы только игрались с Паком как обычно.

- ... Понятно, значит я ошиблась.

- Т-так правильно. Я думаю, это было недоразумение. Но ты не виновата.

- ...

Эмилия все время чувствовала себя виноватой при разговоре с Рам.

Вздохнув, Рам подхватила разговор.

- Рем сейчас на кухне.

- О, правда? Она готовит?

Глядя на кристалл времени, установленный в верхней части стены в коридоре, Эмилия наклонила шею. Уже слишком поздно для обеда и еще слишком рано для ужина, так что, из этого было понятно, что день рождения не у Рем с Рам.

- Говоря откровенно... она готовит особый ужин.

- Особенный уу... О, это должно быть для сюрприза!

Глаза Эмилии внезапно начинали сверкать, в то время пока Рам мягко приложила палец к губам. Услышав эти слова, Эмилия поспешно кивнула.

Благодаря поведению Эмилии, Рам смогла понять, что она скрывает, и дать ей совет.

Рем и Рам тоже готовят сюрприз. Они находятся в том же положении, что и Эмилия.

- Ну, думаю, сейчас я пойду на кухню...

- Рем ждет тебя. Я рассчитываю на твою помощь, она будет нам очень полезна.

- Я помогу! Спасибо! Давайте сделаем это вместе!

На кухне ждет Рем, там же можно выяснить и суть сюрприза.

Глава 4.

- Понятно, моя сестра послала тебя сюда. Как и ожидалось, сестра восхитительна.

- Точно, Рам действительно великолепна. Интересно, как она узнала, о чем я думаю...

Приветствуя Эмилию и приглашая ее на кухню, Рем расхваливала свою единственную старшую сестру. С комплиментами Рем Эмилия соглашалась и кивала много раз.

Потом несмотря на то, что они все еще стояли лицом друг к другу на кухне, атмосфера полностью изменилась. Это аура, которую Эмилия хорошо знала. Самое значительное изменение — это, конечно, запах.

- Запах очень сладкий…. Этого не может быть....

- Да, готовят кондитерские изделия к празднику. Вообще-то, я впервые это готовлю, и у меня ушло на это несколько попыток.

- О, это потрясающе.

- Похоже, Беатрис выдержала все это, ха.

- Да! Именно так!

- Это... не говорите с таким волнением, я полагаю!"

В центре кухни, наполненной сладким ароматом, сидела маленькая девочка с кудрявыми волосами - Беатрис.

Вокруг нее лежит множество тарелок и блюд, а на щеках - крем. Все это может быть только свидетельством того, что Рем сделала несколько попыток.

- Бетти... разве ты не слышала, что бывает, когда ешь только сахар? Это...

- Но благодаря Беатрис, я смогла быстро научиться. Ее жертва не была напрасной.

- Эта девушка только что сказала "жертва", я полагаю! Она сказала это! Ты это послушай, я полагаю!

- Ты не можешь так поступить, Беатрис. Если ты будешь злиться после еды, у тебя заболит зуб.

- Хм..

Для Беатрис объединиться с кем-то очень необычно. Это доказательство того, насколько важен этот сюрприз для всех.

- Получается, что Рам и Рем с Беатрис готовятся к сюрпризу... Значит, остались только Субару и Розвааль, верно?

- Рем и Беатрис полны энтузиазма, так что, как я и думала, это, наверное, Субару.

- Подождите, я полагаю. Какая разница, что я полна энтузиазма?

- Конечно, если это ради Субару, то я бы работала постоянно. Тем не менее, я хочу вернуть многочисленные услуги господину Розваалу. Так что я тоже постараюсь изо всех сил.

- Мм, это тяжело...

- ...

Пока Эмилия бормотала себе что-то под нос, Рем и Беатрис молчали. После этого молчания Эмилия произносит...

- А?

Беатрис отвечает ей:

- Хм... Это. Ты спрашивала меня раньше.

-Точно, как сказала Биатрис. Это результат наших усилий, Эмилиясама, не так ли?

- О, это вкусно?

Рем с нетерпением дарит Эмилии конфету.

- Я хочу съесть ее, но разве мне можно?

- Пожалуйста, ешьте. Одно мнение Беатрис недостаточно достоверно...

- Что это за комментарий!? Плохое влияние этого человека на тебя, я полагаю!

Рем пытается успокоить Беатрис, которая начала краснеть от гнева. Повернувшись к ним спиной во время обмена репликами, Эмилия медленно протянула руку за сладким и поспешно ушла.

Глава 5.

- Я все еще обеспокоена. Что же мне делать?

- Ась? Лия, в чем дело?

Пак, который лежал на столе, подошел к Эмилии, которая вернулась в свою комнату с тарелкой в руках. Видя беззаботное отношение, изображаемое кошачьим духом, Эмилия обреченно вздохнула.

- Знаешь, эта штука с “Сюрпризом” не слишком хорошо продвигается.

- Понимаю, это плохо. Но, а как же торт?

- Ну, Рем и Беатрис сделали это, чтобы поделиться со всеми. Хочешь кусочек?

- Мм, я пас. В конце концов, смотреть, как Лия ест, — это самое большое удовольствие.

Видя решительный отказ Пака, когда она протягивает ему тарелку, Эмилия отодвинула тарелку и сказала:

- Неужели это так?

С едва заметным выражением неловкости Эмилия вонзила вилку в свой кусок торта.

Торт раскрошился, и ее окутало сладким ароматом. Это придало ей уверенность в сюрпризе.

- Ном... О, это очень вкусно. Как я и думала, Рем действительно потрясающая.

- Какое облегчение, правда? Лия. Поздравляю!

- ...? Хм, спасибо.

Когда она подносила кусок торта ко рту, Пак поднялся из-за головы Эмилии и вытянул руки и ноги во все стороны.

Получив поздравления во время поедания торта, вокруг головы Эмилии начало появляться множество вопросительных знаков. Но вкус торта ее затянул.

- Сегодня будет очень особенный день...

- Извини, но я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

- Хе-хе, ты скоро все поймешь.

Паку использовать такой бесстрастный тон не привычно, поэтому Эмилия ждала разъяснений по поводу его слов.

Доедая последний кусок торта, она услышала стук в дверь.

- Эмилия-Тан, ты не могла бы зайти в столовую? Я хочу сказать тебе кое-что важное.

- Именно, кое-что очень важное, что нам нужно обсудить. Это касается тебя.

Субару и Рем вышли ей навстречу, окликая ее необычным тоном. Когда они подходили к дверям столовой, Эмилия слегка наклонила голову...

- Пак такой идиот! Правда! Я очень, очень зла на тебя.

Когда она, наконец, поняла для кого сюрприз, голос Эмилии эхом раздался в ушах жителей. Это особый день, который происходит только раз в году. День, который даровал благословение.

С Днем Рождения, Эмилия!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Короткие истории: В ожидании оттепели

П/П: В оригинале короткая история поделена на несколько глав. В связи с некоторыми техническими ограничениями сайта все главы данной истории находятся тут.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

В версии с изображениями тут находится картинка.

Глава 1

Семилетняя Эмилия сейчас находилась в отчаянном положении, она была непослушным ребёнком.

Ее стены были размалёваны граффити, к тому же зрелище того, как она кушала в гостях... Иногда она даже забывала умываться и чистить зубы.

Все беспокоились о ней. Эмилия, несомненно, была очень умным ребенком, но при этом любила пошалить. Умница Эмилия знала, когда выхода из сложившийся ситуации не было.

Например, в той, с которой она сейчас столкнулась.

Фортуна: Помогите мне!!! У меня проблема!!!!

Остроглазая, седовласая красавица Фортуна бежала по лесу с бледным лицом. Это был первый раз, когда кто-то увидел всегда спокойную и элегантную Фортуну в такой панике, вокруг нее начали собираться эльфы и люди.

Джус: Фортуна-сама, ты в такой панике... Что случилось?

Первым, кто заговорил с Фортуной, был ее старый друг, стройный мужчина с зелеными волосами. Услышав приветствие Джуса, Фортуна подняла глаза и, увидев его опечаленное лицо, побледнела.

Только один человек мог заставить Фортуну принять такое выражение лица.

Джус: Что-то случилось, Фортуна-сама?

Фортуна: ......

Услышав дрожащий голос Джуса, Фортуна повернулась к нему спиной. В это время за него цеплялась маленькая, свернувшаяся клубочком девочка с длинными серебристыми волосами. Ее милое личико исказилось от боли, когда она попыталась отдышаться.

Джус: Эмилия, что случилось?

Эмилия: Тум-тум... тум-тум ... у меня болит тум-тум…

Джус быстро побледнел, расхаживая взад-вперед.

Джус: Фортуна-сама, я не знаю, что значит "тум-тум".

Фортуна: "Тум-тум" означает желудок. То, что она пытается сказать, это…

Джус: У Эмилии болит живот?

Эмилия: Угу.

Джус согласился с Эмилией, которая изо всех сил старалась сделать так, чтобы её мнимая боль в животе казалась как можно более нестерпимой.

Конечно, все это было обманом.

Глава 2

Мысли автора:

***

Кстати, почему Эмилия так далеко зашла в своем актерском мастерстве?

Если кратко, Эмилия была невоспитанным ребенком. Можно было сказать, что плохое влияние на нее оказывал Джус и его друзья.

Пока Эмилия была заперта в комнате, взрослые проводили тайное собрание с Джусом. Эмилия однажды встретила его, когда сбежала из комнаты, и ей показалось, что Джус и его друзья что-то скрывают.

Фортуне следовало бы это понять, но она упрямо держала Эмилию подальше от Джуса. Это заставляло Эмилию страдать, и она подумала, что если притвориться больной, то мама Фортуна начнет паниковать. В панике она могла бы сказать что-нибудь вроде: “Тебе что-нибудь нужно? а Эмилия ответила бы: “Дай мне поиграть с

Джусом.”

Эмилия хотела вести себя так, будто ей очень плохо, но все пошло не так, как она думала. Фортуна впала в гораздо большую панику, чем ожидала Эмилия, и, увидев страх “матери”, Эмилия тоже испугалась. Фортуна повела Эмилию на площадь, и теперь все знали о ее состоянии.

***

Если Эмилия бросит этот фарс прямо сейчас, ее жизнь, без сомнения, закончится. Так что она должна была дальше притворяться.

Эмилия: Ой, ой, больно…

Арч: Эмилия, тебе действительно больно? Ты не притворяешься?

Эмилия: ...! -___-

Арч, один из самых молодых эльфов в деревне, задал проницательный вопрос отчаянно наигрывающей Эмилии. Он не только оставил ее в комнате, но и видел ее игру насквозь и спрашивал ее об этом перед всеми, прекрасно зная, что она может попасть в еще большую беду. Как жестоко!

Фортуна: Арч, что ты говоришь!!! Посмотри, как ей больно, она не может врать.

Арч: Но, Фортуна-сама, Эмилия никогда не простужалась, и она была единственной, кто не пострадал от гнилых яблок, от которых все заболели. Сейчас она совсем не похожа на ту здоровую Эмилию, которую мы знаем.

Фортуна: Значит это боль, которую даже Эмилия не смогла преодолеть!!

Лежа в центре площади, Эмилия разглядывала взрослых.

Джус: Это ужасно, Эмилия-сама. Я хотел бы вынести всю боль за тебя, я бы все отдал ради тебя…

Опустившись перед ней на колени, Джус взял теплые и нежные руки Эмилии в свои. Его глаза были полны меланхолии, а лицо выражало тревогу.

Эмилия: Джус……………

Джус: Я буду молиться за тебя, Эмилия.

Эмилия: Молиться?

Джус: Да. Боюсь, что мы можем только молиться, остальное не в наших силах.

Когда все опустили головы, на площади воцарилась тишина. Даже

Фортуна и Арч, которые только что спорили, замолчали. Нет, Фортуна, прикрыв рот рукой, смотрела на нее с выражением невыносимой боли, и плечи ее слегка вздрагивали.

Это зрелище перевернуло внутренний мир Эмилии с ног на голову.

Как могла выходка Эмилии привести к этому?

Она расстроила свою тетю, заставила Джуса волноваться, а также доставила окружающим проблемы. Нет-нет. Она не могла позволить этому фарсу продолжаться…

Фортуна: Эмилия, твоя мама будет рядом с тобой, пока все это не закончится…

Эмилия округлила глаза.

Эмилия: Что?

Фортуна: Мне очень жаль, Эмилия. >__<

Эмилия: Нет, подожди, остановись…

Фортуна нежно коснулась ее щеки, Арч прикрыл глаза, а Джус истово произнес молитву.

Видя это, Эмилия сама задумалась, не заболеет ли она и не умрет ли? Навернулись слезы, а после она начала невольно плакать.

Эмилия: Нет... мне... совсем не больно…

Фортуна: Эмилия?

Эмилия: Мой... тум-тум уже перестал болеть, так что…

Не в силах дальше врать, Эмилия призналась.

Услышав признание дочери, Фортуна посмотрела на Эмилию. Возможно, чтобы все не волновались еще больше, надо было еще чуть соврать.

Эмилия: Мама Фортуна, у меня перестал болеть желудок

Фортуна: Перестал болеть?

Эмилия: Угу…

Эмилия кивнула, словно приговоренная к смерти.

Это был очень серьезный проступок, Эмилия боялась, что ее…

Фортуна: Эмилия, это превосходно.

Эмилия: А?

Эмилия, которая мысленно готовилась к наказанию, была поднята в воздух Фортуной. Фортуна, Арч, эльфы и даже одетые в черное люди-все приветствовали ее. Излишне говорить, что и Джус тоже.

Он нежно погладил испуганную Эмилию по волосам.

Джус: Эмилия-сама, ваше здоровье важнее всего на свете. Чтобы Фортуна-сама и все остальные не беспокоились, пожалуйста, не забывайте использовать одеяло в холодную погоду.

Эмилия: Хорошо.

Джус: Спасибо. Я все сделаю для тебя. Я готов все сделать для тебя.

Эмилия: Спасибо..

В ответ на его нежную улыбку и ласковые слова, вместо того чтобы извиниться, Эмилия просто поблагодарила его.

Эмилия: Матушка Фортуна, прости меня за то, что заставила тебя беспокоиться.

Фортуна: Я правда очень сильно волновалась за тебя, постарайся больше так не делать.

Эмилия: Но я хотела бы, чтобы в следующий раз меня лечили не молитвами.

Фортуна: ... я даже не знаю, с чего начать читать лекции этому ребенку.

Но хмурый взгляд Фортуны вскоре превратился в красивую улыбку.

Глава 3

Фортуна: Извини, что тебе пришлось разыгрывать этот спектакль, Джус.

Джус: Ради Фортуны-самы и Эмилии-самы я сделаю все, что угодно. ... Хотя в самом начале я начал паниковать.

Фортуна криво улыбнулась ему. Джус слегка наклонился, чтобы помочь Эмилии, которая крепко заснула. Прямо сейчас она мило пускала слюни в черный плащ Джуса.

Фортуна: Ах, Эмилия пускает слюни... я думаю, у нас дома есть лишний плащ.

Джус: Если это из уст Эмилии-самы, то для нас это священно. Святое благословение.

Фортуна: Это слишком далеко заходит. Это мерзко.

Фортуна с кривой усмешкой склонила голову набок. В ее аметистовых глазах отражалась спящая Эмилия.

Фортуна: Тем не менее, я буду счастлива, если вы просто воздержитесь от странных вещей.

Джус: Конечно, я слежу за собой... у нее улыбка, которая заставляет улыбаться и греет душу, и я буду молиться, чтобы у нее было все хорошо.

Фортуна: Когда мы впервые пришли сюда, она сильно беспокоилась. Даже если обязанности хранителя будут переданы Арчи, я не смогу оставить ее.

Девушку, которую она любила, была очаровательна, что заставляло ее постоянно волноваться. Желание всегда быть рядом с ней было непреодолимым.

Услышав невысказанные слова Фортуны, Джус беззвучно шевельнул губами. Они оба погрузились в недолгое молчание, а затем ...

Эмилия: Мама Фортуна... плакса... совсем как... Джус…

Глубоко во сне Эмилия пробормотала несколько слов. Фортуна и Джус обменялись взглядами и не смогли удержаться от смеха.

Фортуна: Она явно во сне забывает, кто кого защищает.

Джус: Действительно. Она вырастет и станет прекрасной взрослой женщиной. Фортуна-сама была такой же, когда была маленькой…

Фортуна: Перестань вспоминать то, что было так давно! Честно говоря, люди, которые знают кого-то с детства, всегда такие. Перестань со мной обращаться, как с ребенком.

Фортуна отвернулась от Джуса, который торопливо искал объяснения.

Джус: Нет, нет, я не это имел в виду…

Эмилия: Спорить... больше не надо…

Эмилия неосознанно использовала свой сон, как совет для этой парочки. Джус и Фортуна снова рассмеялись. И эта сцена

продолжалась очень долго…]

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Приквел королевских выборов: Летопись кровавой дипломатии

П/П: В оригинале Re:Zero EX 4 поделена на 2 истории, а в каждой истории по несколько глав. В связи с некоторыми техническими ограничениями сайта главы данной истории находятся тут.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

Глава 1

- Есть только одна причина, по которой я вызвал вас сюда.

У человека, который сейчас говорил, было лицо, похожее на скалистый утес. Это был крупный мужчина с коротко постриженными зелеными волосами. Его мощные мускулы были облачены в броню. Шея и плечи мужчины были невероятно большими по сравнению с плечами обычного человека; это был тот-кто излучал боевой дух так, как мог только тренированный и дисциплинированный воин.

Он усадил свое огромное тело в тесное кресло, с которого обычно смотрел таким взглядом, что большинство людей упало бы на колени.

Мужчину звали Маркус Гилдарк. Он был рыцарем Королевства Лугуники и капитаном рыцарей королевской гвардии. Его называли самым сильным в стране, испытанным в бою, старым боевым псом. История этого человека и его умение владеть мечом заставили всех согласиться с тем, что он был вторым по силе бойцом в королевстве. Также его было очень сложно вывести из себя, но в этот момент...

- Капитан, пожалуйста, не надо быть таким жестоким. Может показаться что Ферри ничего не делает, но он очень занят!

Было просто немыслимо, что кто-то осмелился так легкомысленно обратиться к Маркусу. Собеседник капитана непринужденно улыбнулся ему, ничуть не смущенный каменным взглядом.

- Феликс.

- Хм! Я хочу, чтобы Вы наконец-то начали называть меня Феррис. ‘Феликс’ звучит мужеподобно.

- Так и должно быть, - сказал Маркус с твердым выражением. - Потому что ты мужчина, и это твое имя.

Разочарованный Феликс был существом с льняными волосами, а также кошачьими ушами того же цвета.

Феликс Аргайл, называвший себя Феррисом, был рыцарем королевской гвардии и вел себя как скромная дева. Таков был его истинный характер. В данный момент он занимался тем, что недовольно поджимал губы, глядя на Маркуса.

- Я больше не маленький ребенок—не делай вид, что можешь говорить мне все, что хочешь, даже если это правда. Ферри не понравится капитан, если он откажется слушать.

- Ты всегда много говорил. Возьми урок у тех двоих, рядом с тобой, и хоть раз держи язык за зубами.

- Ока-ай, - сказал Феррис без малейшего раскаяния в голосе. Он выпрямился и посмотрел по сторонам. Двое стояли по бокам от него, выдерживая испепеляющий взгляд Маркуса. Один из них выглядел подавленным, в то время как другой сохранял серьезное выражение лица.

— Вот это да, ребята, - пробормотал Феррис себе под нос, щелкнув языком.

Маркус уловил слова, но предпочел не отвечать. Вместо этого он сказал:

- Я счастлив, что у меня есть такие прекрасные подчиненные.

Это был хороший способ уйти от темы. Маркус выпрямился и вернулся к первоначальной теме разговора.

- Давайте перейдем к делу. Я отправляю вас троих в качестве телохранителей одной важной персоны. Ваша цель - Империя Волакия.

Прозвучал скептический вопрос.

- Мы сопровождаем ВИП-персону? В империю?

Говоривший был красив и светловолосый, он приподнял одну бровь. У него было красивое лицо, но на нем было выражено недоверие.

- Сэр, у меня сложилось впечатление, что мы не должны беспокоиться, вступая в контакт с империей.

- Я слышу, что ты говоришь, но это действительно выше нашей зарплаты, не так ли, Юлиус? Пусть начальство попотеет по мелочам. Есть еще вопросы?

Красивый молодой человек, Юлий Юклиус, взглянул на рыцаря справа от себя и пробормотал:

- Я думаю, что все еще есть основания сомневаться в выборе команды.

Рыжеволосый молодой человек, стоявший рядом с ним, кивнул и вступил в разговор:

- Согласен. Работа телохранителя — это одно, но я озадачен тем, что меня ввязывают в политику. Обычно мне запрещено даже приближаться к границе.

- В договоре ничего конкретно не говорится о том, что Райнхарду Ван Астрея запрещено что-либо делать. Более того, они хотели тебя видеть в составе телохранителей.

- Так ли это, сэр?

Молодой человек с рыжими волосами—Райнхард Ван Астрея —с сомнением посмотрел. Юлиус и Феррис выглядели такими же озадаченными, как и он.

Марк кивнул им троим, а затем с глубоким, серьезным вздохом добавил:

- император Священной империи Волакии желает видеть вас лично.

И на этом все закончилось.

Глава 2

- Райнхард, Феррис. Что вы думаете об этом?

Спросил Юлиус, когда они покинули комнату капитана.

Феликс удивлено посмотрел на Юлия.

— Это секретно же. Ты довольно опрометчиво поступаешь, говоря про это.

- Не волнуйся. Я знаю, что тут никого нет. Если тебе все еще не верится, спроси у Райнхарда.

- Хорошо, только не ждите от меня слишком многого... Да. Единственные люди вокруг находятся на первом этаже казармы—или снаружи.

- Я могу рассчитывать на тебя, - сказал Феррис, подергивая ушами.

Феррис очень доверял Юлиусу и Райнхарду, прекрасно понимая, что на способности этих двоих можно положиться.

- В любом случае, эта миссия меня смущает, - продолжал он. - Королевство и империя ведут очень напряжённые отношения, и зачем им звать святого меча? Плохая шутка выходит.

История между Королевством Лугуника и Империей Волакия.

Волакия была довольно большим королевством, а назвать ее дружелюбной никак не поворачивался язык. Борьба между ними продолжалась более четырехсот лет. Из четырех наций, которые делили карту между собой, Лугуника и Волакия были с самой богатой военной историей. Они всегда воевали с друг другом, рисуя и перекраивая кровью границы на протяжении веков, и единственное, что, наконец, положило этому конец, был договор Лугуники с драконом.

Королевство было на стороне дракона, дабы запечатать ведьму, после чего народ получил изобилие и процветание. Их благодетель защищал страну, сдерживая угрозу империи, что привело к прекращению военных действий.

- Стычки продолжаются и по нынешний день. Просто сейчас нет крупных сражений.

- Да, и я слышал, что во время войны между полулюдьми их долго держали в плену. А еще поговаривают, что империя вызвала буйство дракона Баргрена, верно? - спросил Феррис.

- Ну, они никогда не признавали причастности к этому, но по королевству бродили странные подозрительные личности, которые, как некоторые поговаривают, вызвали дракона.

-В империи были укротители небесных драконов. Я бы не удивился, если бы они провернули такое.

Феррис выпрямился и нахмурился. Укротители небесных драконов были людьми, способными приручать существ, называемых небесными драконами, которыми обладала только империя. В отличие от наземных драконов, которые относились дружелюбно к людям, небесные драконы были злобными и гадкими, не питавшими никакой привязанности к человечеству. Если бы империя могла приручить таких монстров, возможно, они смогли бы приручить еще более могущественных драконов.

- Если слухи верны, вполне возможно, что огромная армия из них может напасть на Лугунику. И тогда только ты сможешь их победить, Райнхард.

- Если до этого дойдет, будьте уверены, я выложусь на полную - ответил Райнхард. Он слабо улыбнулся, а после его лицо приняло серьезный вид.

Юлий наблюдал, как они подшучивают друг над другом, и в конце концов заметил:

- Они всегда были и будут враждебны к нам.

- Я не понимаю, почему Совет старейшин так легко согласился с просьбой империи, - сказал Юлий. - Есть какие-нибудь мысли на этот счет?

Совет старейшин был авторитетным и значимым органом, который был у руля королевства и вел политику.

Естественно, рыцари королевства были не в том положении, чтобы отказываться от таких приказов. Но сомнения были неизбежны. Таким образом, Юлиус хотел узнать, о чем думает Райнхард, учитывая, что он был тем человеком, которому дали имя по приказу.

Райнхард подмигнул и сказал:

- Конечно, в этой миссии есть много раздражающих факторов. Но приказ есть приказ. Если моя помощь им нужна, я помогу. Но если они что-то задумали, то молчать я не стану.

- Да, что бы не замышляла империя, они вряд ли посмеют напасть на тебя.

- Ваша позиция не слишком оптимистична, не так ли, Райнхард?

Юлиус и Феррис, стоявшие напротив рыжеволосого мужчины, переглянулись и пожали плечами. Молодой фехтовальщик обладал выдающимися способностями. Это был иной уровень силы, подобающий тому, кто унаследовал благословение и имя Святого меча. Это был никто иной, как Райнхард, чья доблесть и честь в бою была на высшем уровне. Ему были не гоже человеческие страхи.

- Королевство ходит по очень тонкому льду, и они посылают Святого меча вместе с главой Совета старейшин в империю... Должно быть, они и вправду взяли за шею капитана, - задумчиво произнес Юлий.

- Думаю, нам просто нужно убедиться, что все идет нормально, - сказал Феррис с иронической улыбкой.

Но что может пойти дальше не так и какие неприятности могут ожидать их в ближайшем будущем?

Осознавая всю важность предстоящей миссии, Юлий начал молиться о защите будущего мира в королевстве.

Глава 3

Это было началом кризиса для Лугуники.

Все началось примерно четыре месяца назад, когда чума разорила королевский дворец. Зараза распространялась с бешеной скоростью, поражая каждого на своем пути. Таким образом, Королевство осталось без своего короля—более того, без наследника. По сей день трон оставался пустым.

Дипломатические отношения с империей были очень важны. Лугуника оказалась в невыгодном положении, поэтому действия Волакии могли повлиять на будущее королевства.

- Хм. Защита королевства должна находиться на первом месте, а уже после политические вопросы, - пробормотал старик, поглаживая свою длинную седую бороду. Промедление в ответе может показать нашу слабость перед империей.

Человек, говоривший сейчас, был одет в роскошные одеяния. Его взгляд был необычно мудрым: это был Миклотов Мак-Махон, один из самых мудрых людей в Лугунике. Он был председателем совета и по совместительству самой важной персоной в стране.

Юлий, сидевший напротив Миклотова, покачал головой.

- Нет, сэр, я не согласен. Совет старейшин и все его члены сделали все возможное для этого королевства.

- И все же этого было недостаточно.

Гигант рядом с Миклотовым не дал Юлию утешить его. Его резкие слова адресованы ему самому, а не кому-то еще. И он, возможно, говорил правду. В конце концов, он тоже был членом совета.

Бордо Зелгеф когда-то был одним из немногих легендарных воинов королевства. Несмотря на преклонный возраст, он был бодр и активно вел политическую деятельность. Сидя рядом, Бордо и Миклотов походили на кого-то загадочного и мистического, недосягаемого, возвышающегося над королевством. Они оба были очень властны и от них шла аура власти, что доставляло Юлию дискомфорт. Это были как раз те ВИП персоны, которых Юлиусу, Райнхарду и Феррису надо было сопроводить и охранять ценой собственных жизней. Они играли огромную дипломатическую роль в переговорах.

Вспомнив о важности задания, Юлий выпрямился, как и подобало рыцарю. В конце концов, он ехал в одной карете с двумя членами совета старейшин и от этого нервничал. Карета была специально сделана для важных персон. Но назвать поездку комфортной было сложно.

Однако...

- Хммм? Юлиус, что случилось? Как себя чувствуешь?

- Юлиус является лучшим драконьим всадником. Не думаю, что стоит беспокоиться о нем.

Спутники Юлия сидели по обе стороны от него, болтая так, словно ничего не произошло.

Эти три рыцаря сидели напротив двух членов Совета. Сложно сказать, что было на уме Ферриса и Райнхарда, но их поведение не было похоже на игру. У каждого из них был более богатый опыт в общении со значимыми людьми, чем у Юлия.

Феррис был рыцарем на службе у герцогини Круш Карстен.

- И что ты лыбу давишь Юлиус, что случилось? - Спросил Феррис.

- Все хорошо. Юлий пожал плечами. - Но меня не покидает чувство постоянного беспокойства.

— Вот это новость. Это значит, ты можешь беспокоиться. - Беспечно сказал Феррис.

- “Хм” - буркнул Бордо, скрестив руки на груди.

- Беспокоиться…. Слабо сказано. Рыцари уже не те, что раньше. - Его взгляд остановился на сабле Юлиуса.

- Тонкое оружие у тебя. Вы думаете, этого достаточно, чтобы защитить нас? Позвольте мне прояснить одну вещь: то, что станет со мной, не имеет большого значения, но, если что-нибудь случится с мастером Миклотовым, вы ответите за это головой.

- У тебя хоть духу хватит постоять за себя? Было время, когда я за такое поведение убивал.

Юлий спокойно продолжал слушать брань Бордо. Его не пугало положение людей напротив. Скорее, в этих словах была определенная истина. Было ошибкой высказывать свои опасения в присутствии тех людей, которых он должен был защищать, заставляя их нервничать.

- Рыцарь королевской гвардии говорит не словами, а поступками. Этому нас научил капитан Маркус.

Ответил не Юлиус, который молчал, а Райнхард.

- Маркус, а? ...Щенок действительно смог пробить себе дорогу в этом мире.

- Хо-хо-хо! Нам стоит завершить этот разговор, мастер Бордо. - Миклотов нахмурился и рассмеялся. Затем его морщинистое лицо приняло задумчивое выражение, и он провел рукой по бороде.

- Мы попросили самого капитана Маркуса выбрать рыцарей для этой миссии.

- Вы оказываете нам честь, - скромно сказал Юлий, кланяясь. Райнхард и Феррис точно так же поклонились.

«Ферри считает себя очень идеалистичным», —пробубнил Феррис себе под нос.

— Это одно из лучших качеств Юлиуса, - ответил Райнхард.

Он бросил взгляд на кошко-мальчика. — Это то, чему я хотел бы у него научиться.

Юлий был известен под прозвищем лучший рыцарь, прозвище, которое отражало, насколько высоко ценились его навыки. Однако он был очень скромен, чтобы признать такой титул.

- Мм, теперь вы можете увидеть Хрустальный дворец. - Миклотов с улыбкой ответил на поклоны молодых рыцарей и выглянул в окно. Они проследовали за его взглядом и увидели огромное здание, возвышающееся в небо.

Хрустальный дворец был императорским замком Волакии, находившемся в столице империи Рапгане. Дворец был построен полностью из магических камней. Это было грандиозное здание, выражавшее всю мощь империи.

Юлий восхищенно выдохнул, впервые увидев это здание, столь же величественное, как и слухи о нем.

- Святые угодники! - Воскликнул Феррис.

- Я слышал разные истории, но этот замок построен в довольно вычурном стиле...

Юлиус резко вздохнул. - Феррис, я не верю твоей реакции. Каждый миллиметр этого замка был построен с особой тщательностью, ты же видишь это?

- Ферри просто ненавидит твои странные навязчивые идеи, Юлиус. - Феррис прижал уши, показывая, что разговор его больше не интересует. Юлий подмигнул ему, вызвав у Миклотова сердечное “хо-хо-хо”.

- Может быть, он и выглядит очень запутанно, но является очень функциональным. - Сказал старейшина.

-В империи живут несколько очень опытных архитекторов. Хрустальный дворец не только красив, но и обеспечивает оборону высокого уровня.

- Я слышал, что в нужный момент камень из Хрустального дворца может усилить магию в тысячи раз... Это правда? - Спросил человек с пурпурными волосами.

- Я и не знаю этого. Если у нас будет такая возможность, может быть, мы спросим его величество лично?

Беспечное замечание Миклотова заставило Юлия раскаяться в своем ребячестве. Любопытство взяло верх над ним. Это не прибавит Бордо уверенности в нем.

- Я думаю, что это правда, у них должны быть скульпторы, знающие толк в волшебных камнях. Понимаешь? - Феррис, забыв про волнение Юлиуса, бросил острый взгляд на Райнхарда, тот улыбнулся и расстегнул воротник мундира.

На его бледной коже игралось с лучами солнца металлическое ожерелье. Оно было сделано с добавлением могущественного кристалла, который слабо излучал свет.

- Колье, - заметил Феррис. - Оно из империи?

- Я не знаю, есть ли такое в империи, - сказал Райнхард, касаясь рукой ожерелья. Одно можно было сказать наверняка: он надел его не по своей воле. Райнхард был вынужден носить эту побрякушку в путешествии.

- Ожерелье подчинения, верно? Это действительно действует на тебя, Райнхард?

- Это заставляет чувствовать меня сонливо. Я не могу точно сказать, насколько ограничена моя сила, но оно точно работает, поскольку я не могу использовать способности во всю силу.

Это заставило Юлиуса понять, как сильно Империя нервничает из-за Райнхарда. Ожерелье подчинения, которое Райнхард был вынужден носить, было не столько предметом, ограничивающим способности владельца, сколько ограничивающим его свободу. Это практически граничило с рабством. Откровенно говоря, требовать, чтобы кто-то, приглашенный в качестве специального посланника, носил такую вещь, считалось совершенно бестактным и вопиющим.

-Я понимаю, если я надену это ожерелье, то это может повлиять на переговоры между странами.

- ...Мне действительно тошно, из-за того, что ты так ограничиваешь свою свободу, - сказал Юлий. - Но я восхищен твоей решительностью.

- Ведите себя, как вам угодно, - вмешался Феррис. - Но это все еще ошейник. Он резко пожал плечами. После на одном дыхании продолжил: “Но представьте, что, если это заговор, тут находятся два члена Совета старейшин и святой меч, не так ли? Вдруг они хотят убить Райнхарда или что-то в этом роде?”

- Но это, несомненно, означало бы войну, и Дракон не стал бы сидеть сложа руки... Я хотел бы в это верить, но меня мучают сомнения.

- Да. Мы не можем рассчитывать на Святого дракона. Мы можем полагаться только на свою силу! Так что слушай, Райнхард: убедись, что ты уничтожишь всю империю, прежде чем они доберутся до тебя. Совсем один.

- Защита — это девиз рыцаря, Феррис. Если они нападут первыми, это одно дело, но первый напасть я не могу из-за сомнений. - Райнхард слабо улыбнулся.

- Знаешь, я очень рад, что ты не сказал, что не можешь их уничтожить... - Феррис обнял его за узкие плечи и вздрогнул. Юлий прислушивался к разговору и готовился к очередной порке от Бордо.

- Рыцари Королевской гвардии должны…

Но старика перебил хихикающий Миклотов. - Мм, ты собираешься сделать им выговор? Я помню твое поведение, когда ты сам был лишь юным рыцарем.

Бордо сделал кислую мину и замолчал. Он повернулся к окну, и приближающийся Хрустальный дворец отразился в его глазах. "Святой Меч", "Лучший" и "Голубой"... Правда, это напомнило мне обо всех неприятностях, которые у нас были тогда".

Но никто не слышал, что он бормотал про себя; его слова были сметены быстро проходящим пейзажем.

Глава 4

Империя Волакия была большим государством, расположенным на юге. Она имела плодородные земли и хороший климат. Температура почти не менялась в течение года и не вызывала дискомфорта. Это была гарантия населению, что голод обойдет их стороной.

Империя Волакия воспитывала у своего народа силу духа, и это учение глубоко отражалось в управлении страной и ее политике.

Сильные стояли выше, чем слабые. Сам император не был исключением.

Действительно, так называемый обряд Императорского отбора, по которому избирался правитель Волакии, был апогеем этой философии. Волакские императоры брали много жен со всей страны, чтобы те рожали детей. Эти имперские отпрыски были затем натравлены друг на друга в кровавой борьбе за трон, причем последний оставшийся в живых становился императором.

Уничтожь своих братьев, убей своих сестер и стань правителем. Это казалось диким, но именно так императорская семья подавала пример, и именно эта непреклонная доктрина давала императорам железную власть над народом.

Таков был путь этой земли, и таков был дух, необходимый для установления сильной империи...

“Подними голову. Я даю разрешение.” - Этот голос пробирал любого человека до души и вызывал дрожь.

Но это не была обычная дрожь, которую можно было почувствовать при радости или удовольствии. Юлий чувствовал тоже, что и при встрече со Старейшинами. Но на совершенно другом уровне.

Ничего не говоря, Юлиус медленно поднялся с колена. Перед ним стояли двое старейшин, а рядом с ним - двое его товарищей-рыцарей, тоже поднявших головы. Юлий окинул их быстрым взглядом, затем снова посмотрел на возвышение перед собой. На троне, расположенном в дальнем конце красной ковровой дорожки, восседал человек, излучавший несравненное величие. Юлию перехватило дыхание.

Человек на троне был красив и молод, у него были черные волосы и миндалевидные глаза. Вероятно, ему было лет двадцать пять, он был одет в красно-черное одеяние. Казалось, что он

собирался избежать показухи, учитывая явное отсутствие украшений и аксессуаров. Несмотря на это, его элегантная фигура поражала воображение.

В этом мире было много людей, которые могли подчинить себе окружающих. Многие из них достигли больших успехов, получили важные должности, соответствующие их огромным ресурсам и острому уму, но юноша перед глазами Юлия был редкой драгоценностью даже среди драгоценных камней, существом, отполированным до совершенства...

Таков был семьдесят седьмой император Волакии – Винсент Волакия. Юлий и другие дипломаты от королевства были сопровождены в приемный зал Хрустального дворца Рапганы, где они склонили колени перед императором и поклонились, как того требовал этикет для императорской аудиенции.

Трон, как и сам дворец, был сделан из магического камня высочайшего качества. За ним величественно реяло знамя с государственным гербом Волакии: волк, пронзенный тремя мечами. Солдаты в доспехах выстроились по обе стороны, в зале сохранялась абсолютная тишина. Каждый из них излучал гордость и боевой дух. Из-за этого Юлиус нервничал и был насторожен, стараясь вести себя как можно аккуратнее.

Но император не обращал внимания на Юлиуса и смотрел сквозь него.

- Миклотов, ты так постарел с тех пор, как я видел тебя в последний раз. - Выражение его лица не изменилось, когда он произнес колкое замечание вместо приветствия.

- Хм, - сказал Миклотов со вздохом. - А вы только лучше стали. Теперь мне совершенно ясно, как я сильно постарел... Даже волосы цвет потеряли….

- Никогда не видел и намека на цвет твоей шевелюры.

- Ты же знаешь, что делает возраст с человеком. Я вот подумываю уйти на покой. - Миклотов погладил свою белую бороду, мягко отклоняя замечание императора.

- Ха. - Винсент усмехнулся, зная, что Миклотов не собирается этого делать. - Если вы откажетесь от вашего поста, это, несомненно, будет тяжелым ударом для Лугуники. Хотя нас такое в Империи устроит. Давайте прекратим прощупывать друг друга. Преподнеси мне свое сердце, Миклотов.

- Довольно грозный приказ от Вашего Величества.

- Плохая игра слов пользы не принесёт. Будьте бдительны, иначе можете запятнать свою репутацию.

Разговор был шутливый, фамильярный, но в нем чувствовалось напряжение, как будто два великих фехтовальщика сошлись в поединке, когда Миклотов прощупывал почву легкой шуткой, а Винсент отвечал резким выпадом. От этого разговора атмосфера в комнате замирала. Но в этот момент очевидного тупика другой старейшина взял на себя смелость вступить в бой—и начать его с козырей.

- Этот принц еще более беспечен, чем я слышал. Я ожидал от императора более утончённого и высокомерного поведения.

Он решил критиковать императора, прямо в лицо.

Говоривший был Бордо, стоявший на колене рядом с Миклотовым. Его замечание и в самом деле вызвало провокацию, а затем волну возмущения в зале для аудиенций. Вряд ли стоило даже ожидать, что имперские солдаты проигнорируют такой выпад. Они вскочили со своих мест и приставили мечи к шее.

Это была очень дерзкая выходка, и если он ошибся в своих словах, то будет кровавая бойня...

- А что такое? Я полагал, что вы более смелые и атакуете меня, не задумываясь— никогда не думал, что вы такие добрые. - Бордо огляделся по сторонам, после фыркнул и встал. Люди, окружившие его, имели мощное телосложение. И все же Бордо возвышался над ними. Имперский рыцарь, стоявший ближе всех к старику, внезапно понял, что его цель смотрит на него сверху вниз, и слегка задрожал от силы, которую излучал Бордо; кончик его меча задрожал. Через мгновение перепуганный солдат успокоился и его меч стабилизировался.

- Достаточно. Вспомните, где вы находитесь.

Всего лишь за несколько секунд до кровавой бойни, вмешался император. Боевой пыл солдат мгновенно испарился, и после секундного колебания они вложили мечи в ножны. Если бы император подождал еще несколько секунд, началась бы жестокая битва.

Однако это его не беспокоило.

- Очень любезно с вашей стороны, Ваше Величество. Ваши предсказатели сказали вам быть любезным с нами?

- Наши предсказатели очень мудры, но мы не будем танцевать под их дудку. И советоваться с ними о твоей судьбе.

- О-хо?

-Кто может быть настолько глуп, чтобы потерять самообладание из-за тявканья шафки? Или, может быть, это связано не столько с недостатком подготовки, сколько с недостатком интеллекта? Если так, то тем больше причин его жалеть.

- Как ты смеешь!..- Бордо пришел в ярость, когда его насмешку парировали. Он явно рвался в бой, и имперские солдаты в комнате снова оживились.

Нельзя допустить, чтобы ситуация переросла в физическое насилие.

- Этот разговор только что был из “Гильотины Магризы”. Разговор между высокоразвитым старейшиной и отцом-королем…

- Что? - Спросил Бордо, сбитый с толку неожиданным шепотом, который опередил его гнев.

Винсент, однако, ответил: “Хм”. Теперь на Юлия легла тяжесть взгляда императора. - Похоже, среди этой своры необразованных дворняг есть несколько довольно воспитанных и сдержанных людей.

- Примите мои глубочайшие извинения, Ваше величество. С моей стороны было очень глупо вмешиваться в разговор императора.

- Прощен. Мы милосердны ко всем, кроме самых презренных. Даже к собакам... и псам... среди вас.

- Мастер Миклотов, - сказал Бордо, бросив кислый взгляд не только на Винсента, но и на Миклотова, - я зря переживал.

- Ммм. Это утомительно для тебя, я понимаю... Но не напрягайся сильно. Мы не можем себя вести так, как вели себя раньше.

- Я все еще могу раздавить эту глисту одной рукой.

Кровь Бордо закипела, и Миклотов мог только улыбнуться. Затем Бордо демонстративно перестал улыбаться, сложил ладонь в кулак перед грудью и поклонился Винсенту. - Я унизил Ваше Величество. Я прошу прощения за свое скудоумие.

- Тогда я забираю свои слова назад о твоем сходстве с шафкой, советник "Бешеный Пес". - Так называемого Бешеного пса, похоже, совсем не позабавило это имя. Его раздражение, без сомнения, было огромным.

Внезапно к нему обратились с этим старым прозвищем и тем фактом, что его истинная личность была раскрыта. И, возможно, обида на самого себя за то, что он раньше не понял, что император игрался с ним.

Тем не менее...

- Ну что ж, теперь, когда все эти недоразумения улажены, давайте поднимем вопрос, по которому вы оказались тут.

В только что закончившейся битве умов "Бордо" оказался хуже всех, но только его выходка разрядила обстановку. Миклотов аккуратно шагнул в проем, перехватывая инициативу в разговоре. Винсент подмигнул старику, великодушно опустив голову.

- Мы благодарны Вам, Ваше величество. Мы прибыли в надежде заключить пакт о ненападении между нашим королевством и вашей империей.

Раздался какой-то беззвучный вздох, когда он раскрыл свои истинные намерения. Впечатление, произведенное Миклотовым, совершенно изменилось. Аура доброты, которую он излучал, исчезла, а взгляд стал холодным. Даже Юлий и остальные, знавшие, что сейчас произойдет, инстинктивно затаили дыхание при внезапной перемене ауры старейшины. Его прямота была шокирующей.

Лишь несколько человек в зале не проявили особой реакции на это предложение: сам Миклотов, Бордо, стоявший рядом с ним— и сидевший напротив них император, Винсент.

Император молчал, глядя на мудреца, который смотрел на него снизу вверх. Темные глаза правителя обладали такой силой, что казалось, одним взглядом он мог спалить все, что пожелает. Но старец выдержал этот взгляд не затмив его.

- Все члены королевской семьи были поражены болезнью, - объявил император. – Это пошатнуло королевство.

- Кто может сказать наверняка?

- Не пытайся это скрыть, слух уже распространился.

Про смерть короля и смерть королевской династии публично не говорилось. Однако всех молчать не заставишь. Слухи о слабом здоровье короля давно разошлись по всей округе и оставался вопрос времени, когда все узнают, что правитель умер от болезни. Было невозможно, чтобы Волакийская империя, шпионящая за королевством этого не знала.

- Это не похоже на тебя, того, кого все называют мудрецом. Застигнут врасплох и на шаг позади. Как только станет известно, что ваша королевская семья находится в тяжелом положении, ценность дипломатических миссий вашей страны резко упадет. Действительно, они почти ничего не стоят.

- Скажи мне, когда королевская родословная будет уничтожена, что станет с контрактом со Святым драконом? Без поддержки дракона королевская семья будет не более чем влюбленными дураками.

В словах императора не было злобы. Он просто изложил реальность правящей семьи Лугуники. По крайней мере, кое-что из того, что он сказал, было фактом и всеобще признанным мнением. Королевская семья Лугуники была слишком добросердечна, чтобы ставить себя выше народа. Но отдачи от доброты не было и все хотели более проницательного правителя. И все же именно эта элементарная порядочность дала им уважение простых людей.

Сам Юлий прекрасно знал об этих фактах. Ведь раньше он охранял принца королевской семьи.

- Эй ты, кошка-девочка. Если тебе есть что сказать, говорите это ртом, а не глазами.

Юлий не мог говорить; его страхи оправдались, когда взгляд императора упал на коленопреклоненного Ферриса. Обычно мальчик был таким добродушным, но сейчас его взгляд, направленный на Винсента, был полон эмоций. Слова Винсента явно разозлили его. Воспоминания об ушедших королевских особах были очень тяжелы для Феликса.

Все еще стоя на колене, Феррис сказал:

- При всем моем уважении, будь они живы или мертвы, я не позволю клеветать на королевскую семью, даже если это слово императора.

Тщательно подобранные слова удерживали его в рамках приличия, но кипевший гнев выдавал себя. Винсент видел его гнев.

- Думайте, что хотите, Ваше величество. Но каждый член королевской семьи был честным человеком и достойным. Я сам служил принцу и отдал бы за него жизнь...

Винсент спокойно прервал Ферриса, барабаня пальцами по подлокотнику трона. - Храбрость, верность, преданность... Никто так не дорожит этими достоинствами, как те, у кого нет других очевидных талантов. Они говорят, что преданность может вдохновить человека на то, чтобы отдать свою собственную жизнь. Однако... - Он перевел взгляд своих темных глаз на шеренгу имперских солдат. И затем...

- Ты, вон тот лакей. - Да, ты.

- Сэр!

Император указал на одного из солдат, который ранее обнажил свой меч Бордо. Мужчина шагнул вперед и низко поклонился.

Прежде чем он поднялся, император сказал:

- Возьми свой меч и отруби себе голову.

- Чтооо?! - Феррис издал возглас крайнего удивления. Но Винсент проигнорировал его, снова постучав по подлокотнику.

- Я повторюсь. Возьми свой меч и отруби себе голову. Неужели ты не можешь этого сделать?

- С-сэр! - Горло человека задрожало от безумного приказа императора. Не прошло и секунды, как он опустился на колени и снял шлем. На вид это был крепкий парень лет двадцати с небольшим. Стиснув зубы, он вытащил меч из ножен и приставил его к своей шее. Его мышцы напряглись—

- Я не собираюсь стоять и смотреть на это.

За мгновение до того, как голова молодого человека покатилась по красной дорожке, кто-то остановил его. Это был Райнхард, который двигался со скоростью молнии. Он только что стоял на колене, а потом пролетел несколько футов в мгновение ока, перехватывая меч воина. Видел ли кто-нибудь это быстрое движение?

Увидев впечатляющее зрелище Святого меча, Винсент перестал барабанить пальцами.

- Хм. До нас доходили слухи, но…. Хм, ну, слухам не всегда можно доверять. Мы очень недооценили вас.

- Простите меня за то, что тороплюсь... И за то, что не оправдал ваших ожиданий.

- Совсем наоборот. Вы превзошли все возможные ожидания.

Райнхард поклонился, затем отпустил меч, которым рыцарь хотел убить себя. Солдат с облегчением опустился на колени, а Райнхард вернулся на свое место перед троном, кивнув Феррису. Ошеломленный столь быстрым развитием событий, Феррис наконец пришел в себя. Винсент подпер подбородок рукой, наблюдая за происходящим.

- Не стоит выставлять свою преданность на всеобщее обозрение.

Послушание — это привилегия правителя, который твердо и уверенно контролирует ситуацию. Тот, кто цепляется за верность, глуп.

- !!!!!!!!!!!!!!!!!- Феррис едва мог говорить.

- А ты, солдат, можешь отойти. На сегодня с нас довольно. Я против

мучения полукровок.

Наследие Ферриса было более чем ясно из его кошачьих ушей и тела. Он почувствовал себя униженным, но был слишком умен, чтобы спорить с Винсентом дальше. Он поклонился, хотя ему очень хотелось сделать что-нибудь еще, и снова опустился на колено. Такова была гордость Ферриса, целителя, способного спасти жизнь. Похоже, император понял даже это в ходе одного-единственного обмена репликами.

- Какая забавная компания, - сказал Винсент. - Мне сказали, что меня посетит группа послов из королевства, но, возможно, они прислали нам клоунов по ошибке?

- Если Ваше Величество так хочет, то мы можем вас развлечь.

- Как бы великодушно не было мое сердце, я не из тех, кто наслаждается зрелищем анархии.

- Ваша просьба была услышана. Решение будет вынесено позднее. - Император Винсент взмахом руки приказал Миклотову и остальным покинуть аудиенц-зал.

Все это были отвлекающие маневры и обходные пути; они почти не говорили на эту важную тему. Так, по крайней мере, чувствовал себя Юлий, но Миклотов послушно кивнул и еще раз низко поклонился.

- Мы ценим, то, что вы уделяете нам так много своего драгоценного времени, и будем ждать вашего решения с нетерпением. - Он давно привык к высокомерию императора и готов был вежливо удалиться. Остальные были разочарованы, но последовали примеру. Они уже собирались последовать за солдатом, который вывел их из зала для аудиенций, когда…

- О да, совершенно верно. - Одна фраза Винсента остановила всех. Юлиус и все остальные остановились перед дверью зала аудиенций. Затем все пятеро повернулись, и голос продолжил: - Мы (императоры) не повторяем два раза, верно? - Император выглядел скучающим на своем троне.

Последовал неприятный звук.

- Хргхх...гхх...

Сабля была в крови, когда сталь погрузилась в землю.

Молодой человек с мечом в руке застонал, кашляя кровью,

затем рухнул там, где стоял. Акт был исполнен с жестокой учтивостью. Сначала он отошел от своего поста, чтобы не запачкать красный ковер. Рана оказалась смертельной.

- Чт… - почему?!

Казалось, молодому человеку удалось спастись, сохранив свою жизнь, но теперь он решил ее выбросить. Феррис сглотнул, полностью осознав, что только что произошло, и попытался броситься к упавшему мальчику. Но другие имперские рыцари выхватили мечи и преградили ему путь.

- Что? …

- Вот что значит иметь власть в Волакии. Вам лучше не забывать об этом. - После этого Винсент развернулся. Жестокие слова императора были направлены в спину подавленного Ферриса. Происходящие заставляло сердце сжиматься сильнее, и Юлий чувствовал тоже самое.

Философия Волакии и Лугуники никогда не сойдется во взглядах.

Пропасть, разделявшая их народы, стала колоссальной, отражаясь в медленно растекающейся по полу крови.

Глава 5

- ...Я мог бы спасти его! Я мог… спасти…

Покинув зал аудиенций, они проходили по коридорам дворца.

Феррис выглядел подавленным и шептал себе под нос:

- Если бы они меня не остановили, я мог бы спасти его... В этой смерти нет никакого смысла.

Его худые плечи дрожали, а ушки были прижаты к голове, голос был хриплым от разочарования. Он стыдился самого себя, и Юлий понимал, что не может поддержать его. Феррис был целителем и не мог с этим смириться. Любая попытка Юлиуса утешить его, была бы бестактной. Он все еще пытался подобрать нужные слова в голове, когда-

- Я уверен, что это было в новинку для вас и довольно неожиданно.

Он удивился словам проводника.

Некоторое время Юлий молчал, обдумывая слова Имперского солдата. С тех пор как они пересекли границу, им пришлось видеть множество солдат и рыцарей империи, и никто прежде не был похож на проводника. Возможно, все дело было в их воинственном характере, который исходил от большинства солдат империи, но он, как ни странно, не исходил от человека, стоявшего перед ними.

Эта разница в характере, по-видимому, отражалась и на уникальной внешности этого человека. Волакийские войска всегда были с ног до головы одеты в железные и стальные доспехи, показывая свою мощь и крепкость. А у проводника было открыто лицо. Он был высок, его серо-каштановые волосы были зачесаны назад. Его опущенные глаза и нежная улыбка излучали доброту, но то, как он вел себя, показывало, что он не прост, и с ним нужно быть осторожным.

Хоть его снаряжение и отличалось от других рыцарей, но точно было понятно, что с ним шутить не стоит. Также было понятно и то, что ему разрешено носить другое снаряжение из-за его высокой должности.

Юлий внимательно изучил его взглядом и ответил:

- Да, мы были крайне удивлены этому. Я надеюсь, в Империи такое приветствие не является нормой?

- Приветствие? Не совсем, но и ты не так уж далек от истины... Может быть, для вас это было захватывающее зрелище?

- Дело не в том, насколько это было захватывающе...- Пробормотал Феррис, влезая в разговор. Юлий решил пропустить его замечание мимо ушей, продолжив разговор с проводником. Спокойный, почти беззаботный ответ дал ему некоторое представление о сущности этого человек.

- Вы генерал? - Спросил Юлиус.

- О, а вы довольно хорошо осведомлены. Да, после рядового идет рядовой первого класса. После этого идет звания генерала третьего класса, затем генерала второго класса и, наконец, генерала первого класса. При достижении звания генерала можно не носить доспехи.

- Мне рассказывали, что генералы первого класса имеют колоссальный опыт, и их всего девять. Девять, так называемых Божественных генералов.

"Граждане империи, будьте сильны." - Это было единственное и самое важное учение в Волакии. Из-за этого родословная не играла никакую роль, то есть каждого судили на основе его индивидуальной силы. Все руководящие посты занимали только способные люди, Волакийская Империя превыше всего ценила могущество и власть.

Эти девять Божественных генералов имели ранг, примерно равный капитанам рыцарских орденов в Лугунике. И если Юлий не ошибался, то человек, стоявший перед ними, был одним из них...

- Похоже, притворяться больше не имеет смысла, так что признаюсь, я один из этих девяти. Балрой Темегриф, приятно с вами познакомиться.

- ...Значит, наш надзиратель идет прямиком от девяти генералов. А вы умеете быть гостеприимны. Когда Бордо услышал, что один из самых сильных бойцов в Волакии был их личным гидом, глубокие морщины выступили на его лбу.

Балрой невозмутимо похлопал себя по лбу и ответил:

- Боже милостивый. Это только показывает, как высоко император ценит вас.

Феррис, наконец, не в силах больше терпеть, вмешался:

- У вас, людей, есть чувство того, что значит ценить кого-то? От унижения опустошенной чумой королевской семьи Лугуники до бессмысленного самоубийства, все, что произошло в зале, казалось, было для того, чтобы ущемить полулюдей?

Неудивительно, что он не мог принять это как проявление уважения со стороны империи.

Как уже говорилось ранее... Балрой, почувствовав напряжение в воздухе, подмигнул и хрустнул костями шеи.

- Может быть, это и увлекательно для посетителей, но для нас это обычная работа.

- Обычная работа? Ты что, сдурел?

- Думаю, что эта реакция вполне естественна. - Юлиус попытался сдержать слишком прямолинейный ответ Ферриса. Балрой снова был невозмутим. Он указал на Волакийский герб, украшавший его легкую броню.

- Взгляд пронзенного волка говорит, что он ещё не умер. Вот как обстоят дела в Волакии. Бейся до последнего вздоха и не проси пощады.

- А какое отношение это имеет к тому, что происходило в зале?

- Все очень просто. Тот солдат, который покончил с собой, никогда не покинул бы ту комнату живым. Он замахнулся своим мечом на советника Зелгефа, но было видно, что он боялся этого. В этот момент он и умер.

Юлиус и все остальные онемели, услышав, как Балрой так беспечно и безнравственно говорил о жизни и смерти. Не обращая внимания на реакцию окружающих, генерал быстрым шагом направился вперед.

- Он показал трусость и слабость, и это означало, что смысла в его жизни больше нет, соответственно мы не могли больше рассчитывать на него. Если бы он не смог покончить с собой, тогда остальные помогли бы ему это сделать. Тогда возникает вопрос: «Что случилось бы с его семьей, если бы он не подчинился приказу императора?" Трусость — это болезнь, для распространения которой нужен лишь маленький огонек, один трусливый человек - маленькая искра, поэтому болезнь нужно истреблять под корень.

- Они же не станут всерьез использовать его семью в качестве рычага давления?

- Трусость распространяется, как лесной пожар. Народу империи не нужны солдаты, которые боятся своей же тени. Впрочем, я не могу просить, чтобы вы поняли наши действия. Вы можете нам не верить или не понимать, но это так.

- Тогда тебе повезло. Потому что я абсолютно не верю вам, - твердо ответил Феррис. Его отвращение к империи становилось все больше, как снежный ком, спущенный с горы.

- Великолепно, - ответил Балрой, а после громко рассмеялся. - Упс, вот мы и в ваших покоях.

Их диалог продолжался довольно долго, поэтому они быстро добрались до своих комнат, и время генерала в качестве их проводника подошло к концу.

Покои в Хрустальном дворце, как и все остальное здание, казалось, было последним словом элегантности. От мебели до ламп - все, что украшало комнату, было самого высокого качества. Юлий восхищался помещениями, которые, по-видимому, были спроектированы людьми, не знакомыми со словом "простота".

- Представляешь, - сказал Балрой, все еще стоя в дверях. - Наконец-то я познакомился со знаменитым Святым мечом, а он почти не говорит ни слова.

-...Мои извинения. Я просто хотел свести к минимуму вероятность задеть и обидеть вас.

- К чему такая скромность…

- Когда я что-то делаю, мне часто кажется, что это напрасно заставляет людей волноваться. - По этой причине Райнхард хранил молчание, пока Балрой не сделал ему это неожиданное замечание.

Балрой слегка расширил глаза, услышав ответ Райнхарда, но вскоре уже хихикал где-то глубоко в горле.

- Генерал Балрой...?

- О небеса, простите меня. Я называю это скромностью, но думаю, что возьму свои слова обратно. Вы понимаете свою собственную силу, я вижу это.

- Ты слишком доверяешь мне. И этот титул "Святого меча" мне не слишком по душе.

- Ты так говоришь, но не отрицаешь, что ты самый сильный. - Балрой щелкнул пальцами. - Так ведь?

Рыжеволосый мужчина слабо улыбнулся, но ничего не ответил. Его молчание было достаточным подтверждением.

Естественно, Райнхард Ван Астрея был самым сильным человеком в мире. Он полностью осознавал свою силу, но не считал себя идеалом. Он все еще не был доволен собой. Именно это мешало ему признать свой титул.

- Ну, благослови меня Господь... Страна значенья не имеет; сильнейшие всегда идут своим путем.

- Вы имеете в виду кого-то еще, генерал Балрой?

- О, не стоит беспокоиться. Наш номер один такой же, вот и все.

Казалось, он обдумывал что-то еще, когда в глазах Балроя появилось сложное чувство. Хотя, возможно, только Юлий заметил этот сумбур эмоций на его лице. Может быть, потому что он сам ощущал тоже.

- Сейчас он уехал из города по делам, но, я надеюсь вам удастся с ним пообщаться. Думаю, тебе будет интересно. Вы удивитесь, насколько хорошо понимаете друг друга.

- Надеюсь, мне выпадет такая возможность.

Дискуссия между Балроем и Райнхардом закончилась раньше, чем Юлий успел высказать свои опасения.

Балрой, выполнив свою работу и удовлетворив свое любопытство, сказал:

- В таком случае, как бы мне не хотелось утомлять вас, я вынужден попросить вас задержаться здесь на некоторое время. Когда Его Величество примет решение, вас вызовут. Правда, не знаю, будет ли это тронный зал или временная резиденция.

- Я просто надеюсь, что это будет не тюрьма или поле.

- Ха-ха-ха. Я обязательно дам знать Его Величеству.

Юлиус говорил в основном в шутку, и Балрой получив его ответ со смехом удалился. Когда он исчез, рыцари были наконец предоставлены самим себе. Юлий почувствовал, как напряженная атмосфера наконец-то развеялась.

- Итак, Господин Миклотов. Как ты думаешь, как прошли наши переговоры? - Бордо, удобно устроившись на диване, начал разговор. Он указал на стул перед собой, и Миклотов сел. - Я никогда раньше не разговаривал с императором, поэтому не могу сказать наверняка. Он мне показался очень убедительным. И он не выглядел так, будто его устроила идея пакта о ненападении.

- Ммм. Ты хорошо сыграл свою роль, Бордо. А вот я разочарован своей игрой слов и ее провалом. Я надеюсь, мы не слишком разгневали императора, хотя наша молодежь пыталась это предотвратить.

- Мы, сэр? - Юлий удивленно приподнял бровь, когда на него упал понимающий взгляд главного мудреца. Меньшее, что мог сказать Юлий, — это то, что он не считает, что внес какой-то вклад в переговоры. Впрочем, судить об этом ему было трудно; так же, как и Бордо было трудно понять реакцию Винсента.

Хотя Феррис воспринял похвалу Миклотова как сарказм. Уши его все еще были прижаты к голове, и он с мрачным выражением лица кивнул в сторону Миклотова.

- Мне очень жаль, сэр. Я позволил своим чувствам встать выше долга... Я впустую потратил время в тронном зале.

Миклотов покачал головой.

- Ничего подобного. Никто не осудит тебя за то, что ты сделал. На самом деле, я сам был тронут тем, что вы защищаете королевскую семью.

Юлий чувствовал то же самое. Но самым удивительным было то, что Бордо скрестил руки на груди и кивнул. - Человек не может быть патриотом, если пренебрегает королем и его семье. Ты говорил за всех нас. Тебе нечего стыдиться, малыш.

- На самом деле, император Винсент был бы гораздо более взволнован, если бы мы не спорили с ним. С этой позиции я думаю, что ваши действия никак не могли повлиять на переговоры.

- Если... Если ты так говоришь... - У Ферриса был подавленный вид, но он удивился, когда ему простили его эмоциональную вспышку.

Затем Миклотов повернулся к Юлию и Райнхарду.

- И не было никаких проблем с тем, как вы оба говорили и действовали. Прекрасное воспитание нашего сэра Юлиуса и доблесть нашего сэра Райнхарда, кажется, произвели впечатление на императора.

- Да. Ха! Похоже, мы отлично справляемся с переговорами.

- Боюсь, я уже достаточно стар, чтобы видеть последствия ваших действий, мастер Бордо... - Миклотов мрачно посмотрел на своего коллегу, который, казалось, забыл о своем напряженном разговоре с Винсентом. Старейшина сделал вид, что ничего не заметил и окинул взглядом комнату.

- Я не могу здесь расслабиться. Хоть один из генералов ушел, но последствия от его присутствия в виде маны все еще витают вокруг, из-за чего меня начинает тошнить.

- Да... Камни, используемые для строительства Хрустального дворца, включают в себя ряд магических кристаллов очень редких пород. Плотность маны, проходящей через этот замок, очень высока. Мы должны быть осторожны, чтобы не напиться.

- Мне кажется, будто они сделали это специально.

Магические камни и кристаллы были нужны для хранения маны. Именно из огромного числа этих камней и был построен Хрустальный дворец, невообразимое количество маны циркулировало внутри сооружения. При такой плотности было бы невозможно использовать магию обычным способом; а в некоторых случаях это бы убивало заклинателя.

- Это значит, что нужно привыкнуть к этому окружению, чтобы использовать магию в их среде, - задумчиво произнес Юлий. - Уже одно это говорит о том, насколько сильна оборона Хрустального дворца.

- Мы находимся в совершенно неравном положении по сравнению с имперскими войсками, которые все привыкли к такому количеству маны ...

Юлий обдумывал строение Хрустального дворца. Феррис посмотрел грустно в сторону, когда Юлий повернулся к Райнхарду.

- А ты как думаешь? - спросил он.

- Я? Я не уверен... только ты настолько внимателен, Юлиус. И твой анализ только что казался мне очень продуманным.

- Не в этом дело! Забудь о Юлиусе! - Взорвался Феррис.

- Я просто шутканул, - подмигнул Райнхард. Самому Юлию фраза "забыть о Юлиусе" показалась довольно бессердечной, но он воспринял ее как знак близости Ферриса и не стал отвечать. Тем временем Райнхард осмотрел комнату, словно хотел охватить взглядом весь замок. - Честно говоря, мне все равно на ману. Я никогда не практиковал магию, и плотность маны не причиняет мне вреда.

- О, совершенно верно. Но меня всегда удивляло то, что ты не можешь использовать магию.

- Все хорошо! - Райнхард выдавил из себя улыбку. - Иногда мне кажется, что я ничего не могу сделать. - Эти слова прозвучали немного резко. Они показали, что Райнхард отнюдь не относится к их положению легкомысленно, и Юлий поймал себя на том, что он восхищается Райнхардом.

— К тому же, - добавил Райнхард, проводя пальцами по металлическому ожерелью на шее, - сейчас мои силы все равно подавлены. Теперь я чувствую себя по-настоящему бесполезным.

— Ммм, кажется, я понял. Выходит, твоя самооценка связана с твоей силой.

— Феррис, мне кажется, ты заходишь слишком далеко.

— Это была шутка, просто шутка!

Юлиус, почувствовав, что Феррис перегибает палку, устрашающе взглянул на него.

Пристально посмотрев на него, Феррис хлопнул себя по лбу. По крайней мере, это наводило на мысль, что он наконец-то начал забывать о том, что произошло в зале для аудиенций. С облегчением увидев это, Юлий решил воздержаться от нагоняя. Он посмотрел на Райнхарда, который был расстроен замечанием Ферриса.

- Мм? Райнхард, на что ты смотришь?

- На город. Отсюда можно получить представление о столице.

- Понятно, значит берешь дело в свои руки. - Юлиус присоединился к Райнхарду, глядя в окно.

Гостевые покои располагались на верхнем этаже Хрустального дворца, с которого было видно почти половину столицы. В отличие от столицы Лугуники, которая раскинулась по кругу с замком в центре, Рапгана была окружена стенами, которые образовывали квадрат вокруг города. И в отличие от столицы королевства, где богатые и бедные были четко разделены, положение граждан империи мало отличалось от одной части города к другой. Его развитие было совершенно противоположно Лугунике, где аристократия и простолюдины жили в контрастных царствах света и тени.

- Совсем не похоже на наш дом. - Высказался Юлиус.

- Да... Тут даже климат другой… но основная причина заключается в отличительной политике. Конкуренция между людьми действительно может привести к процветанию. - Ответил Райнхард.

- Райнхард, - вмешался Юлиус. - Ты думаешь, это правильно?

- Возможно, но нельзя угнетать слабых и убивать их. - Ответил “Святой меч”.

Это была его единственная реакция на имперский образ жизни...

- Я буду молиться за твои взгляды.

...и именно этот идеал заставлял Юлия с гордостью называть Райнхарда, Святого меча, своим другом.

Глава 6

Миновало уже несколько часов после разговора с генералом.

Долгое ожидание не могло повлиять на дух и готовность рыцарей. Никто в комнате не думал об этом, а Юлий стал мастером играть в воображаемые шахматы —пешки, как солдаты, выстроились в ряд, словно на поле боя. Это означало, что он не считал время ожидания потраченным впустую, но ...

- Как-то слишком тихо здесь.

Было очень интересно играть в воображаемую игру. Однако, лица остальных показывали, что было у них на уме. Райнхард и Миклотов, как и Юлий, не жалели времени на ожидание. Удивительно, но даже Бордо был доволен, тихо медитируя на диване.

Однако Феррис не мог усидеть на одном месте:

- Чего они там ждут!? Неужели они нас решили замучить ожиданием?! Мы сидим здесь уже целую тучу времени!

- Феррис, довольно! Я все понимаю, но мы все находимся в одинаковом положении. Ваше поведение здесь отразится непосредственно на нашем королевстве.

- Если бы болтовня Ферри была бы проблемой, они бы уже напомнили о себе.

- Хм...

- Но вместо этого мы спокойно ждем! Как вы думаете, Император забыл он нас?

Хоть это и было маловероятно, но пессимистическая вспышка Ферриса заразила Юлиуса. Целью этой миссии было предложить империи пакт о ненападении. Империя желала торговаться в позициях силы, и не колеблясь сделает все, что улучшит их положение, включая психологическую войну. С этой точки зрения затянувшаяся задержка и отказ признать Ферриса могли быть преднамеренными уловками.

Как бы то ни было, если ситуация не изменится в ближайшее время...

Но как только он начал беспокоиться, раздался стук в дверь.

-Мне срочно нужно с вами поговорить.

Феррис удивленно посмотрел на Юлиуса. Он кивнул ему и пригласил гостя войти.

Появился солдат в полном обмундировании.

- Приношу вам свои извинения за то, что отвлек, - сказал он, преклоняя колено.

- Все хорошо. С чем вы пришли?

- Сэр, я получил указание привести одного человека.

- Только одного, говоришь?

- Да, сэр. Мне велели привести “Святого Меча” - Райнхарда Ван Астрею.

На лице Юлия промелькнуло легкое удивление. Но его реакция не была единственной, все в комнате были удивлены, включая самого вызываемого. Райнхард вопросительно склонил голову на бок.

-Точно ли Император Винсент звал меня?

- Да, сэр. Его Величество желает поговорить с вами. Можете ли вы пройти со мной?

- Я согласен, но... - Райнхард бросил быстрый неуверенный взгляд на Миклотова. Это был вызов от самого императора; они не могли рисковать и отказаться. Но их представителем, в конце концов, был Миклотов. Райнхард не стал отвечать без его одобрения.

Старец спокойно кивнул.

- Твое присутствие было условием этих переговоров с самого начала. Иди к Его Величеству и постарайся быть вежливым.

Райнхард был готов идти к императору. Однако, когда он направился к выходу вслед за охранником в доспехах, рыжеволосый мужчина бросил взгляд на Юлия. Смысл его взгляда был достаточно прост: в отсутствие Райнхарда единственными рыцарями, оставшимися в комнате, будут Юлиус и Феррис. А Феррис едва ли считался, если оценивать силу в бою, из этого выходило что Юлиус был единственным охранником. Райнхард понимал, что Юлий не сделает что-то опрометчивое, но в чужой стране надо всегда быть наготове.

- Интересно, что императору нужно от Райнхарда, - сказал Феррис, когда молодой человек вышел, посматривая на дверь, которую он закрыл за собой.

- Хороший вопрос, - пожал плечами Юлиус. - Если бы он просто хотел поговорить, то мог бы это сделать при нас. Но император Винсент намеренно разделяет нас с Райнхардом... Кто как думает, чего он хочет?

Юлий и Райнхард были рыцарями королевской гвардии. Но Райнхард унаследовал титул Святого меча еще до того, как ему исполнилось десять лет, и всем было известно, что с тех пор он получал приказы непосредственно от лидеров королевства, выполняя множество секретных заданий, о которых он не мог говорить. И одна из них была...

- Сторожевая башня Плеяд в дюнах Аугрии.

- Феррис, Я ... —

- Да знаю я, знаю. Ты тщательно подбирал слова, Юлиус.

Кроме того, Феррис никогда бы не подумал критиковать Райнхарда за что-то подобное. Феррис махнул рукой и постарался говорить беззаботно, но Юлиус видел его натянутую улыбку. Феррис не так хорошо контролировал свои эмоции, как ему казалось. Возможно, его совершенный физический контроль ослабевал среди этой эмоциональной сферы.

На мгновение Юлий замолчал. Феррис говорил про миссию, которую поручили Райнхарду. Задание было очень важным и могло повлиять на судьбу королевства, ему необходимо было разыскать всезнающего мудреца, в надежде найти лекарство от чумы, опустошавшей королевскую семью Лугуники.

Четыреста лет назад Ведьма зависти повергла мир в беспросветный хаос. Этот всезнающий мудрец был одним из трех героев, которые запечатали ее. Мудрец все еще жил, обитая в сторожевой башне Плеяд в дюнах Аугрии, которая находилась на берегу океана.

Этот старый провидец был последней надеждой королевской семьи — Надеждой, которая была доверена Райнхарду.

Но он провалил свою миссию.

- Итак, королевская династия вымерла, и мы потеряли нашу гарантию, что договор со Святым драконом не будет расторгнут, - сказал Юлий. - И именно поэтому мы здесь, в империи.

- Из-за этого Райнхард винит себя.

Юлиус помолчал.

- Может быть, ты тоже себя осуждаешь, Феррис. Или я ошибаюсь? - Он посмотрел на кошко-мальчика, который размышлял о душевном состоянии Райнхарда. Оба близких друга Юлия страдали от неспособности спасти королевскую семью. Райнхард, потому что он провалил важную миссию. И Феррис, потому он был лучшим лекарем Лугуники — исцеление болезней и заживление ран было его гордостью. Оба чувствовали то, что королевская семья погибла потому, что они не были достаточно сильны. Юлий вспомнил, что Марк сказал ему лично перед самым отъездом в империю.

Его вызвали к капитану за день до их отъезда. Там ему было приказано не спускать глаз с Райнхарда и Ферриса.

Юлий был полон решимости не выпускать своих друзей из виду во время этой поездки, и не только из-за приказа Марка.

- Обвинять себя...? Конечно. Просто подумай о том, кто такой я. - Феррис почти растянул губы в улыбке, когда говорил. Но улыбка была пропитана самоиронией и грустью, или скорее болью. Его пожирали чувства. Как главный целитель королевства и друг покойного принца, ему было крайне больно обо всем этом вспоминать.

- Феррис, ты не должен винить себя. Это была не твоя вина.

- ...Довольно знакомые слова, звучащие как утешение.

Юлиусу пришлось признать, что он недостаточно проницателен. Ему очень хотелось сказать то, что проникнет в душу и снимет всю тяжесть Ферриса.

Но момент не дал ему шанса сделать еще одну попытку.

- Хм?

Юлиус поднял бровь, когда уши Ферриса дернулись. Они оба заметили перемену одновременно. Они посмотрели друг на друга.

Юлиус...- начал Феррис, и Юлий кивнул ему в ответ.

Подняв правую руку, он укутал ее ярким светом. Это был великий дух гнева, с которыми Юлий заключил договор. Когда их проводили в их комнату, Юлий послал этого духа, чтобы тот следил за ситуациями в замке. Дух и получеловеческая кровь, которая текла в жилах Ферриса дала о себе знать, и оба они напряглись.

- Похоже, во Дворце что-то происходит.

- Как-то все стало слишком шумно. - Бордо, почувствовав реакцию двух рыцарей, открыл глаза. Он посмотрел на главного старейшину. - Господин Миклотов?

- Что-то не понятное. Как будто находимся в улье. Мне не нравится, что это началось с уходом Райнхарда.

- Согласен, —сказал Юлиус. – Имперских войск за нашей комнатой тоже нет.

За дверью должны были стоять солдаты. Но Юлий уже не чувствовал стоявших поблизости стражников. Из этого можно было сделать вывод, что во дворце начался переполох.

- ...У меня плохое предчувствие, - сказал Юлиус после короткой паузы. - Пойду посмотрю, что там происходит. Мастер Миклотов, Лорд Бордо, пожалуйста, оставайтесь здесь. Феррис будет ... хм.

- Все в порядке.

Учитывая то, что могло случиться, Юлиус волновался и боялся оставлять одного Ферриса в качестве телохранителя. Но его колебания развеял Бордо, который медленно поднялся на ноги. Он, скрестив свои большие и крепкие руки на груди, посмотрел на двух молодых рыцарей из-под густых бровей.

- Иди и убедись, что снаружи безопасно, - сказал он. - Я сам защищу старейшину.

- Боюсь, что со мной обращаются как с багажом... Но с мастером Бордо мне не о чем беспокоиться. Идите оба, и посмотрите.

- Но, сэр...

- Перестань волноваться, - настоял Бордо, храбрость которого была почти осязаема.

- Убедись, что все в порядке.

Юлиус обменялся молчаливым взглядом с Феррисом, и они, переполнившись духа, вышли из комнаты.

Выйдя в коридор, он обнаружил, что охранники действительно исчезли. Не успев этого осознать, они обнаружили источник шума -люди хаотично бегали по замку.

- Я так и знал. Они как будто потеряли голову. Думаешь, на императора было совершено покушение?

- Осторожней с такими заявлениями. Отложи на время свои шутки.

- Ладно.

Несмотря на неуместное поведение Ферриса, они отправились выяснять, что же тут происходит. Мысль об убийстве была ничем иным, как болтовней Ферриса, но суматоха действительно граничила с паникой. И не без причины...

- Юлий! Я чувствую запах крови! - Лицо Ферриса помрачнело. Теперь он уже не шутил, и опасения Юлия подтверждались с каждой секундой.

Наконец они подошли к источнику шума. Это была толпа имперских солдат, столпившись перед входом в комнату, от которых исходил смрад жажды крови.

- Делайте все, что можете! Просто откройте ее! Сбейте с петель!

Солдаты кричали, стоя перед закрытой дверью. Она была заперта изнутри; солдаты ударили по ней массивным тараном без видимого эффекта. Два удара затем три и наконец с оглушительным грохотом огромная железная дверь влетела внутрь, сорвавшись с петель.

- Ааааа. Мы сделали это!!

Солдаты радостно закричали, но внезапно их голоса замерли. Молчание распространилось на всех солдат. Их повергло в шок то, что они увидели.

Юлиус и Феррис подошли сзади. Они вдвоем заглянули в комнату за спину стражников и увидели...

- Невозможно... - Бессознательно выдохнул Юлий.

Комната была разрушена, кровь покрывала пол из-за чего тот стал скользким и играючи отражал лучи света. Среди павших людей Юлий узнал Балроя Темегрифа. Балрой, один из девяти Божественных генералов, самых могущественных воинов во всей империи, лежал неподвижно в луже крови. Рядом с ним могущественно возвышался Райнхард.

Рыжеволосый Святой Меч был единственным в залитой кровью комнате, находившимся без единой царапины.

Глава 7

Когда Юлий увидел сцену в комнате, его глаза округлились, а дыхание участилось. Он сразу же понял, что их ждут неприятности. Балрой, один из военачальников страны, которая превыше всего ценила физическую силу, лежал, истекая кровью у ног Райнхарда. Любой бы подумал, что могучий воин из другого государства совершил это деяние. Юлиус пришел бы к такому же выводу, если бы речь шла не о Райнхарде, а о ком-нибудь другом.

Что-то здесь явно было не так.

- Феррис! Помоги Балрою!

- Хорошо!!!!!

Юлиус приказал Феррису осмотреть Балроя.

Сцена, что открылась перед ними, была пугающая и удивительная, но там были раненые, и Феррис не колебался. Он перепрыгнул через кровь, чтобы приблизится осмотреть раны людей в комнате. Даже если раны были серьезными, пока люди не были мертвы, Феррис мог им помочь.

- Что еще они собираются сделать с генералами?! Остановите его!

- Не двигайся, мразь!

Солдаты остановили кошко-мальчика прежде, чем он успел приблизиться к жертвам.

Наконец отойдя от ужаса, они обнажили мечи, окружив Юлия и Ферриса. Несколько охранников ввалились в комнату и направили свои клинки на Райнхарда.

Один из мужчин опустился на колени рядом с Балроем, тряся его за окровавленные плечи.

- Генерал Балрой, вставайте! Генерал! Черт! Вы проклятые ублюдки!!!

Имперские солдаты пылали жаждой убить своих гостей. Комната превратилась в пороховую бочку, готовую вот-вот взорваться.

- Юлиус...! - Сказал Феррис, прекрасно осознавая всю серьезность ситуации. Но Юлий тоже не знал, что делать дальше. Бросить оружие и сдаться? Но, учитывая убийство на глазах, выбрасывать оружие было бы очень глупо.

- В моем замке слишком громко. Что происходит?

- Хргх? - Юлиус напрягся, пытаясь уловить совершенно неожиданный голос. Феррис, чей слух был лучше, чем кого бы то ни было, стоял с широко распахнутыми глазами, как будто не мог поверить в то, что слышал.

Солдаты сделали то же самое: это не мог быть никто другой.

Это был император, Винсент Волакия во плоти.

Раздался громкий синхронный стук каблуков, когда солдаты уступили дорогу своему правителю. Путь был проложен благодаря автоматической преданности людей, и император неторопливо шел по нему. Когда он увидел, что происходит в комнате, он поднял брови на своем холодном лице.

Комната, полная крови, Балрой и другие солдаты на земле, и Райнхард, стоящий над ними...

- ...Я вижу.

Он кивнул, как будто все это имело для него смысл, и пристально посмотрел на Райнхарда. Райнхард выпрямился и приложил руку к груди. И наконец он заговорил:

- С вашего позволения, Ваше величество. Позвольте мне объяснить...

Крик разъяренного солдата оборвал его. - Ваше Величество! Эти люди не колеблясь убили нашего генерала в стенах священного замка! Это объявление войны Королевством Лугуника направленное на наше государство, Волакийскую империи!

Косвенные улики, безусловно, подтверждали это. Ярость имперских гвардейцев было легко понять. Но было одно обстоятельство, которое нельзя было упускать из виду. А именно то, что, если бы все это было правдой, Лугуника и Волакия были бы в состоянии войны. А этого нельзя было допустить.

Маловероятно, что Винсент так же быстро придет к таким выводам, как и его подданные, но нельзя было исключить такую возможность. Был шанс, что он сам подстроил эту ситуацию. Тогда бы это было бы преднамеренный предлог для войны.

- Вы правы! - Если все так, как кажется, то эти люди, должно быть, сошли с ума. Совершить этот акт варварства перед нашим носом —если они сделали это в здравом уме, то приговор уже вынесен. Император Винсент...

Вопреки самым худшим представлениям Юлия, император с почти скучающим выражением лица продемонстрировал неестественность ситуации. По крайней мере, это убедило его в том, что Его Величество не намерен производить никаких опрометчивых арестов. В отсутствие Миклотова и Бордо их действия здесь окажутся особенно важными для предотвращения открытой войны. Позиция императора, по крайней мере, давала им свободу действий.

Но затем этот тонкий луч надежды был разбит.

- Ваше величество!

Резкий рев донесся от Райнхарда, который бросился на Винсента. Святой меч схватил императора за руку и быстрее, чем мог видеть глаз, отскочил назад в комнату. Все, включая Юлиуса и Ферриса, были в шоке.

Райнхард крепко держал Винсента сзади. Эмиссар Королевства Лугуника захватил императора Волакии в заложники в его собственном замке; всякая надежда на мирное разрешение этой проблемы исчезла.

- Черт бы вас побрал, отойдите от ... - яростные требования императорской гвардии были прерваны.

- Ах ты, чертов мятежник! Твой гнев, столь отвратительный, что даже луна и звезды прячут от тебя свои лица! Если ты так страстно желаешь моей смерти, то пусть твоя запятнанная сталь попробует на вкус мою кровь!

- ...?!

Их прервал император, чье декламационное слово разнеслось по комнате. Казалось, он провоцирует своего пленителя; волна страха пробежалась по рядам его людей. Но это не было истинным намерением императора, и только один человек из присутствующих понимал это: Юлий.

Юлий не произнес ни слова, но в следующее мгновение взгляд правителя Волакии остановился на молодом рыцаре. Император говорил довольно странно. Похоже, это было какое-то испытание.

Юлий заскрежетал зубами, когда на него внезапно свалилась тяжкая ноша императорских ожиданий.

Слова Винсента были взяты из старинного текста "Гильотины Магрицы", из эпизода, в котором старый король обманул своего вероломного вассала, позволив схватить себя наемному убийце.

Цель императора, быстро меняющаяся ситуация, присутствие Райнхарда — этому могло быть только одно объяснение.

Юлий практически без колебаний крикнул:

- Райнхард, в окно!

Райнхард без колебаний, все еще держась за левую руку Винсента, бросился назад через окно, разбив его спиной, когда таранил его. Солдаты попытались последовать за ним, но у них не было ни единого шанса. Движение Райнхарда отвлекло солдат, которые держали Юлия на расстоянии. Это был самый подходящий момент.

- Ало! Эйк! - Крикнул Юлий. В одной из его поднятых рук появилось зеленое свечение, а в другой желтое. В мгновение ока свечение усилилось, и волна маны обрушилась на имперские войска.

Сильный ветер отбросил их к стене, и они быстро рухнули на пол, где груды земли удерживали их неподвижно. Стражники могли кричать, но не были в состояние пошевелиться.

Юлиус больше не думал о них.

- Феррис!

- А? Что??? Аааааа!

Феррис был слишком потрясен этой головокружительной чередой событий и не заметил, как Юлиус схватил его за тонкую руку и потащил к разбитому окну, через которое сбежал Райнхард.

- Осторожно, не прикуси язык!

- Подождите, подождите, Стойте, стойте все! Аааа?!

Но Юлиусу было безразлично предложения Ферриса.

Мужчина схватил его в объятия и бросился через окно. С Эхом протяжного крика Ферриса позади них началось невообразимое бегство. Они убили военного генерала, похитили императора, так еще и убежали с ним через окно.

Казалось, что хуже уже быть не может.

Глава 8

Плохие новости достигли ушей Миклотова и Бордо.

- Трое ваших рыцарей убили Балроя Темегрифа, одного из девяти Божественных генералов, затем похитили его величество и бежали. Это серьезные и беспрецедентные события. Нам придется взять вас обоих под стражу. Надеюсь, у вас нет возражений?

Так провозгласил человек, возглавлявший имперские войска, что теснились вокруг него.

Это был большой и мощный рыцарь, чье покрытое шрамами лицо, говорило о долгой истории сражений и большом боевом опыте. Он был облачен в золотые доспехи, а волосы отросли, как львиная грива. Его звали Гоз Ральфон, и он был еще одним из девяти знаменитых Божественных генералов Волакии.

Миклотов слушал Гоза и наблюдал за десятком или более солдат, находившихся рядом с ним, которые находились в повышенной боевой готовности. Быстро почувствовав разницу в силе между ними, он бросил взгляд на лысого гиганта рядом с собой и провел пальцами по своей длинной бороде.

- Мм, я бы сказал, что нет. Я только надеюсь, что ты не будешь слишком груб с этими старыми костями.

- Конечно. Хотя вы понимаете, что в зависимости от того, как будет развиваться ситуация, мы не можем обещать, что всегда будем такими милосердными. В случае, если с нашим императором что-нибудь случится, мы отправим ваши головы обратно в ваше королевство без ваших шей под ними. Лучше потратьте свое время, молясь, чтобы ваши рыцари не сделали ничего плохого.

Несмотря на то, что он был во главе команды солдат, явно жаждущих крови, сам Гоз был в высшей степени благоразумен. Однако, в самой глубине души он чувствовал себя так же, как и охранники позади него. На самом деле, его чувства, возможно, горели даже сильнее. Миклотов, зная, что все, что он скажет, может просто подлить масла в огонь, кивком выразил свое согласие, а затем наблюдал, как Божественный генерал повернулся к ним своей огромной спиной.

Не сказав больше ни слова, Гоз удалился, оставив Миклотова и Бордо на попечение нескольких человек, которым было поручено следить за ними. С охраной, выставленной как внутри, так и снаружи, роскошные покои внезапно приобрели вид тюремной камеры. Напряженность в воздухе исходила от злобных взглядов, которые имперские солдаты продолжали бросать на двух стариков.

В глазах Волакийцев эти двое были не более чем соучастниками похищения их императора и не заслуживали ничего лучшего.

Также неизвестно было, вернутся ли трое беглецов, чтобы попытаться освободить Миклотова и Бордо.

- Если мы действительно замышляли что-то против империи, то обменяем головы двух старейшин на самого императора... Ну, нельзя сказать, что это неразумный обмен.

- Из-за вас у нас будут неприятности, господин Миклотов.

- Хо-хо-хо. Извини, просто вырвалось.

Миклотов задумчиво пробежал пальцами по бороде, но ничего не сказал.

Бордо посмотрел на него, нахмурив свои огромные брови. Он сел рядом с Миклотовым и оглядел собравшихся вокруг солдат.

- Что вы обо всем этом думаете, господин Миклотов?

- Непостижимо — вот слово, которое я бы выбрал. События приняли необъяснимый оборот, причем с огромной скоростью.

- А ты не думаешь, что мальчики, которых мы взяли с собой, просто полные идиоты?

- Если бы это было так, то вина лежала бы на капитане королевской гвардии, который выбрал их, и на нас самих, позволивших им сопровождать нас. Я очень надеюсь, что это не так...но я не думаю, что это убедит хотя бы кого-то.

- Генерал мертв, а император похищен... Хм, тут не до смеха.

Император и девять Божественных генералов были апостолами, незыблемой имперской системы Волакии и было немыслимо, чтобы им так легко угрожали какие-то эмиссары, допущенные из другой страны.

- В таком случае, я полагаю, император сам может быть организатором того, что здесь происходит. Я не знаю, почему они взяли его, но, кажется, они знают больше нашего.

- Нам просто нужно доверять. Никогда в жизни я не был так расстроен.

Бордо вздохнул. Миклотов промолчал, погруженный в свои мысли. Казалось, он игнорирует Бордо, но великан ничего не сказал об этом. Они уже давно знали друг друга. Бордо доверял мудрецу больше, чем кому-либо другому в Королевстве Лугуника.

Если случится худшее, Бордо использует свое массивное тело в качестве щита Миклотова.

- Не уверен, что смогу выиграть для нас много времени... - Он дотронулся рукой до своего морщинистого, старческого лица и тихо вздохнул. Если бы у него была такая же сила воли как у молодых рыцарей, с которыми они путешествовали, он смог бы найти выход их тупика, в который они попали.

- Остается надеяться, что рыцари этого поколения справятся со своей задачей...

Глава 9

Спрыгнув из окна, рыцари оказались в саду.

Периметр вокруг Хрустального дворца был очень хорошо охраняем, поэтому, чтобы сбежать, им нужно было не попасться на глаза стражников. По мере распространения слухов о том, что император был похищен, войск становилось все больше, а их настрой более яростным. Чтобы побег был успешным, необходимо было покинуть замок.

Словно тени, что не попадались на глаза, они перепрыгивали стены замка с помощью своей силы и магии ветра. Выбраться было куда проще, чем пробраться внутрь дворца.

Оказавшись за замком, они побежали в сторону леса, минуя шумный город. Убедившись, что вокруг никого нет, они наконец остановились.

- Похоже, мы все целы, - сказал Юлиус. Он поручил духу воздуха Алу, отслеживать любые изменения в атмосфере, и Иру - Духу огня, следить за источниками тепла. Они убедились, что к ним никто не приближается.

- Фух, - простонал Феррис, находясь в объятиях Юлиуса. – Что произошло?

- Твои жалобы ни на что не повлияют, Феррис. И мы не можем ожидать, что ситуация исправиться сама по себе.

- Да, конечно, ты прав, я знаю. Ну же, отпусти меня уже. - Феррис поджал губы, а после встал на землю.

Райнхард тоже отпустил Винсента, которого нес также, как Юлий Ферриса. Сняв меч с бедра, он преклонил колено в самом почтительном поклоне, на который был способен.

- Император Винсент, я приношу свои искренние извинения за мою дерзость и за все неудобства, которые я причинил вам.

- Все хорошо, это было необходимым. Ваши действия сошлись с моими ожиданиями. Но я хотел бы спросить: как же так вышло, что я не чувствовал ветра на такой огромной скорости?

-Сир, это из-за благословения безветрия, как у сухопутного дракона.

- Меня беспокоит, что ты обладаешь такими навыками. Но это уже другая тема.

Винсент обратил свои темные глаза на Юлиуса. Его взгляд был острым, как меч, и это заставило Юлия выпрямиться. Император отряхнул свою темную одежду и сказал:

- Ты понял мои намерения, я удивлен.

- Я благодарен, Ваше величество... Однако, если бы “Гильотина Магрицы” не появилась в тронном зале, я сомневаюсь, что смог бы установить связь. Я очень впечатлён остротой вашего ума. Хотя мы не можем быть уверены, что никто другой в комнате не догадался.

- О, будьте уверены. Никто из толпы в той комнате не представляет ценности ни одной буквы. Самым важным было то, что я покинул это место.

Голос Винсента был тихим, совершенно невозмутимым; его глаза были полузакрыты.

Тщательно проанализировав, о чем, возможно, думал правитель Волакии, Юлий наконец обратил свой взгляд на события замке, с которых началась вся эта заварушка: ужасное зрелище Райнхарда и Балроя посреди лужи крови.

- Райнхард, я хочу, чтобы ты рассказал мне о том, что произошло.

Феррис решил вставить свои две копейки.

- Да, Ферри задавался тем же вопросом! Я думал, что он, должно быть, напал на тебя первым, но как это вообще началось? Выкладывай все начистоту!

Глаза Райнхарда опустились, он поднял с земли свой меч, своего постоянного спутника, и вернул оружие на место у бедра.

- Поверь мне, я хочу рассказать тебе все, но... Я в замешательстве. Все произошло очень быстро.

- Ты хочешь сказать, что он напал так внезапно что ты среагировал, не успев обдумать?

- Феррис, не перебивай, - сказал Юлий, на что мальчик-кот ответил: “ Хорошо” - и замолчал. Фиолетововолосый рыцарь оглядел Райнхарда с головы до ног и сказал:

- Я не Феррис, но мне кажется, что у тебя нет никаких ран. Сомневаюсь, что на тебя напали. Не то чтобы я думал, что ты не сможешь победить Балроя, не получив ни царапины, но...

- Это правда, даже если бы мои силы не были ограничены этим ожерельем. - Райнхард опустил пальцы на шею, дотронувшись до ожерелья. Пока он с ним, он не сможет использовать всю свою силу. Каким бы могущественным не был Райнхард, все же трудно было представить его побеждающим одного из лучших генералов Волакии без единого синяка.

- Значит, вы хотите сказать, что мастер Балрой пал не от вашей руки?

- Н… не знаю. Вы ведь помните, что меня вызвали на разговор. Они привели меня в большую комнату, а после велели ждать Его Величество. Но...

- Но Его Величество так и не пришел, - закончил Юлий.

Ободренный молчанием императора, Райнхард продолжал:

- Мастер Балрой уже был там. Другие солдаты, которых вы видели на полу, тоже были там. Они что-то говорили о том, что будут телохранителями Его Величества, но ...

Все остальные молчали.

- В одном я уверен точно: на мгновение я почувствовал, как что-то окутывает мое сознание. Я ощутил, будто с моей памяти исчезло несколько секунд моей жизни, а после… Когда я вышел из этого состояния, то уже все случилось.

- ...Значит, ты на несколько секунд погрузился в сон, а когда проснулся, все были мертвы?

Райнхард тщательно подбирал слова, но Феррис смотрел на ситуацию более прямолинейно. После его бестактного заключения получеловек сказал:

- Хммм.

Как будто ему все это было сложно принять.

- Мне очень жаль, но я должен согласиться, что это звучит совершенно бредово.

- Ты заметишь, что мне не очень-то везет с объяснениями. - Райнхард мало что мог противопоставить в ответ беспощадной оценке Ферриса. Юлий выглядел таким же встревоженным, но по другой причине.

- Я не думаю, что все это было случайно. Райнхард, я думаю, что тебя заманили в ловушку.

- Да…

И, конечно, обвинили в убийстве одного из генералов империи.

- Обитатели замка убеждены, что это сделали вы, в этом не стоит даже сомневаться. - Вмешался Винсент. - Учитывая, что ты лишился возможности объясниться, когда похитил меня и сбежал.

- Подожди, - сказал Феррис, поднимая бровь.

- Мне неприятно говорить это такому важному человеку, как вы, сэр, но если Райнхарда подставили, то скорее всего преступник из империи? Вы не можете вести себя так, будто вам все это безразлично.

- Вы предлагаете мне серьезно заняться расследованием, а не заниматься пустыми домыслами? Именно вы сказали, что показания этого человека очень сомнительны и не внушают доверия. Как он смог бы убедить меня такой историей? Позвольте мне внести ясность: люди империи не являются друзьями Святого меча.

- Ага...

Лицо Ферриса напряглось от резкого опровержения Винсента. Правитель Волакии, конечно, был прав. Единственная причина по которой Юлиус и Феррис поверили объяснениям Райнхарда, заключалась в том, что они очень давно знали его и доверяли. Однако для окружающих ситуация выглядела безнадежной.

Но все же...

-...Мне очень интересно, зачем вы пришли в эту комнату? Юлий?

- Нас с Феррисом очень смутило то, что за Райнхардом пришли, якобы по вашему зову.

- Тебе интересно, почему я так поступил?

...Да, Ваше Величество. Также это вы сами процитировали "Гильотину Магрицы", неявно приказав нам взять вас... Могу только представить, что у вас есть какой-то глубокий замысел, который таким, как мы, будет не понятен.

- Ты хочешь поверить в это? ...Ну, в прочем не важно. Вы имеете на это полное право.

Винсент, закрыв один глаз, тихо фыркнул. Как только он это сделал, напряжение в роще немного спало; Феррис поймал себя на мысли, что выдыхает воздух, о котором даже не подозревал. Невидимые трения между рыцарями Лугуники и императором Волакии исчезли. По крайней мере, Феррис так считал.

- Святой меч, я полагаю, что ты взял меня в плен, чтобы прикрыться.

- Как скажете, Ваше величество. Я никогда не сталкивался с такой ненавистью, как в той комнате.

- Это была настоящая ненависть. Действительно. Я думаю, что было бы очень удивительно, если бы кто-нибудь в непосредственной близости от этой комнаты не захотел убить вас.

- Как я уже сказал, я никогда не сталкивался с подобным.

Это было естественным объяснением того, что казалось безрассудным поступком со стороны Райнхарда — взять Винсента в заложники. Это было все равно, что объявить, будто все солдаты империи, выстроившиеся у дверей, - ничто перед Райнхардом.

- Наглый человек. Ты, кажется, не знаешь страха. - Замечание Винсента могло быть воспринято, как оскорбление и он тут же обронил его. Затем он повернулся и встретился взглядом с золотистыми глазами Юлия.

- Я выбрал это место из-за пульса в моем Хрустальном дворце.

- Что? Пульс? А?

- Я не горю желанием делиться с вами подробностями. И у нас нет на это времени.

Юлий нахмурился, удивляясь, почему правитель Волакии упомянул о времени или его отсутствии. Внезапно его духи, которые патрулировали местность, одновременно сообщили ему о том, что кто-то вторгся к ним.

- Ну вот, а теперь утройте достойное шоу, прежде чем я отвернусь от вас - сказал им Винсент с садистской улыбкой. Почти до того, как он закончил говорить, Юлий ,подняв глаза, увидел врага над головой. Откуда-то из-за деревьев к ним устремился враждебный шар.

- Яаааааа!!

Сверху донесся слабый крик, исходящий от чего-то, вращающегося с огромной скоростью. Повернувшись на бок, враг походил на серебряный диск и направлялся прямо на Юлия...

- Ши!

Он в мгновенье обнажил меч, встретив диск в воздухе. Лязгнула сталь и Юлий ощутил вибрацию в руках. В последний момент он успел защититься.

Юлий с силой взмахнул все еще покалывающими руками, отталкивая врага назад. Его противник ударился об землю встав на четвереньки и уставился на него снизу вверх. В этих глазах были и настороженность, и ненависть.

-А-а-а, чертово дерьмо! Это было больно, эй! Эй, эй, эй, эй! Эй!

Черт бы вас побрал! - Брань исходила от маленького похожего на ребенка получеловека.

Все его тело было покрыто коричневой шерстью с черными пятнами. Его рот был полон острых клыков, а лицо напоминало морду людей-собак - это был молодой человек-гиена. Его глаза вспыхнули яростью, а все его тело лязгало сталью. Скорее всего, это было из-за того, что по всему телу было очень много оружия.

Казалось, именно его густой мех не давал лезвиям его же оружия причинить ему вред. Но была и другая причина, она заключалась в том, что он был чрезвычайно искусен в обращении со всеми инструментами, которые он носил. Он излучал дикую энергию, поэтому его нельзя было недооценивать. Это был дух чудовищно могущественного воина.

- Черт возьми, а это очень больно... О, Ваше Величество, вы тут! Чёрт! Старый Гоз был прав, вы, Лугунские говнюки, не трусы, но, чёрт возьми!

-Человек-гиена, с ног до головы покрытый оружием... Мастер Груви Гамлет, я полагаю, - сказал Юлиус.

- Нгаааа?! Да пошел ты, через чур много знаешь! - Он почесал затылок и сердито фыркнул. Но и не отрицал этого. Это было все равно что признать, что он действительно тот, за кого себя выдает.

- Ваше Величество, этот человек... - Сказал Райнхард.

- ...Кажется, он знаком с вашим другом, - ответил Винсент. - Один из девяти Божественных генералов. Он кричит и орет достаточно громко, чтобы выделиться даже среди пестрых и элитных рядов девятки.

- Да император, черт возьми, все верно! Вы умеете сделать мужчине комплимент! - Воскликнул Груви. Он обеими руками разглаживал шерсть на лице, пристально глядя на своих противников.

- Я слышал, вы, придурки, убили Балроя. Позвольте мне сказать кое-что, он был хорошим человеком. Он слишком много смеялся, и я всегда считал, что он слишком худой для своего положения... Но он был хорошим человеком.

- Мы приносим вам наши искренние соболезнования в связи с его потерей, - сказал Юлиус.

- Но мы просим вас выслушать. Мы хотим сказать, что смерть мастера Балроя вызывает ряд вопросов без ответа.

- Не пытайтесь даже оправдаться! Я даже слушать не буду, придурки! Могуро! - рявкнул он, выкрикнув слово, которое Юлий и остальные не узнали. Но вскоре они поняли, что это значит.

- Ииик?!

- Феррис?!

Юлиус повернулся на крик и увидел парящего в воздухе Ферриса. Его схватили за ногу, и он висел вниз головой. Новый нападавший, казалось, был коричневый-минеральный гуманоидный зверочеловек, появившийся из-под земли. Юлий сразу понял кто схватил Ферриса.

Волакия была домом для самых разнообразных полулюдей, включая множество необычных кровей, неизвестных в Лугунике. Среди них были существа под названием Стальной народ, у которого вместо тел из плоти и крови были минералы. Один из них входил в число девяти генералов Волакии. И звали их именно так...

“Могуро Хагане!”

Камни земли стали сыпаться с этого огромного существа, будучи почти в три метра ростом. Его тело состояло из металла, за исключением суставов, которые в свою очередь представляли что-то вроде магических камней, ярко-зеленого цвета. Существо было похоже на большую каменную куклу, будто созданную с помощью темной магии чем-то нечеловеческим. Устрашение, исходящее от Могуро, мало чем отличалось от того, что испускал Груви: это была угроза, пропитанная мощью.

Он вышел из-под земли... полностью избегая патрулей духов.

Под землей можно было приблизиться, не будучи обнаруженным стихией ветра или огня. Тайные способности Могуро застали их врасплох.

-К-к-помогите мнииии!

Закричал Феррис, приплясывая в воздухе. Могуро выглядел достаточно сильным, чтобы раздавить стройную фигуру получеловека в их руках. Юлиус и Райнхард должны были вернуть мальчика до того, как это произойдет.

Пока Юлиус пытался придумать стратегию, Винсент добавил свой взгляд на происходящее. - Посылать номера шесть и восемь из девяти генералов - плохой способ вернуть себе императора.

Девять Божественных генералов Волакии, как следовало из названия, были группой людей. Они носили номера от одного до девяти, причем девятый считался самым слабым, а первый - самым сильным. В какой-то степени им повезло, что их преследовали шестой и восьмой номер.

- Боюсь, что лучшие воины империи были бы слишком сильны для нас, - вежливо ответил Юлий, обнажая меч.

- Райнхард! - Они имели дело с двумя из девяти генералов Волакии; вряд ли это был момент для спокойного разговора.

Эти противники стремились вернуть императора и, вероятно, планировали арестовать Юлия и его спутников.

- Мы не дадим им делать то, что взбредёт в голову, - крикнул Юлий, шагнув вперед и выставив перед собой меч. Он целился в конечность Могуро, держащую Ферриса на вытянутой руке. Если бы он смог просто его освободить, то у них был бы шанс убежать.

Нанесение вреда или убийство двух из девяти генералов значительно усложнило бы их и так плохое положение, даже если бы эти двое преследовали их. Поэтому Юлию придется сражаться с предельной осторожностью...

Но когда Груви увидел уклончивый удар, он тут же повернулся к Юлиусу. – Эй, эй, эй, что не так с тобой? Почему ты думаешь, что можешь победить, придурок?

Преследователи восприняли это половинчатое нападение, как оскорбление. Это не только не улучшило ситуацию, но и оказалось серьезным просчетом, который только подлил масла в огонь.

Атака полетела с огромной скоростью, целясь в тыл Юлия. На этот раз удар был нацелен, намереваясь нанести смертельную рану: это ничего не имело общего с первым ударом в битве, который предназначался для того, чтобы держать его на расстоянии. Груви вытащил из-за пояса два маленьких топорика и накинулся на Юлиуса. Он намеревался нанести удар по шее и бедрам.

- Я не дам тебе причинить вред моему другу!!!

Почти в то же мгновение Райнхард прикрыл спину Юлия, ловя удары обоих топоров. Один из ударов Святого меча угодил Груви в запястье, в то время как он твердо встал в мощнейшую оборонительную стойку.

- Ай-ай! Да пошел ты!

Райнхард поджал губы, когда Груви отчитал его в качестве компенсации за предотвращенное нападение. Ярость человека-гиены не давала Святому мечу возможности объяснить правду.

В тот же миг Юлий нанес удар, который пришелся в крепкую руку Могуро. Удар пришелся точно по запястью его правой руки, той, что все еще сжимала Ферриса. Но с резким звуком удара его меч просто отскочил. Тела стальных людей были такими же твердыми, как и выглядели. Вероятно, для того чтобы причинить вред Могуро, понадобится резак по металлу.

- Хргх...

-Ииик?!

Сначала столкновение с Груви, а теперь его атака на Могуро. Правая рука Юлиуса все еще покалывала от двух ударов, когда он отвел меч назад, и в этот момент огромная фигура Могуро нанесла невероятно мощный удар. Гейзер земли вырвался вперед, будто взорвавшись, и крик Ферриса затих. Услышав это, Юлий не попятился назад, а бросился в центр Могуро, чтобы избежать атаки, ударив мечом во внутреннюю и заднюю часть бедер существа. Но атака не принесла эффекта. Фиолетововолосый рыцарь приблизился так близко, как только осмелился, чтобы добраться до внутренней части ног Могуро, и танец мечей между ним и металлическим воином начал казаться вихрем.

Юлий один за другим врезался в жизненно важные точки противника, с некоторым трудом уклоняясь от ударов Могуро, демонстрируя свое мастерство фехтовальщика. Юлий мало что знал о стальных людях, но их подавляющая угроза и сила, которая, очевидно, могла лишить его жизни даже мимолетным ударом, студила кровь в его жилах.

Он не гордился тем, что столкнулся лицом к лицу с одним из сильнейших бойцов Империи. У него не было ни малейшего шанса насладиться собственным искусством фехтования или восхититься силой своего врага. Он проводил этот момент на пределе своих возможностей...

- Ты сильный. Я удивлен.

В отличие от Юлиуса, который нуждался в каждой капли своей концентрации и мастерства просто, чтобы удержаться, у Могуро все еще были силы, чтобы отпустить слова благодарности. По правде говоря, боевой стиль Стального народа не предполагал никакой подготовки или дисциплины. Генерал просто наносил размашистые удары в манере, которая была естественной, будто пытаясь раздавить небольшое животное. Могуро стал одним из девяти Божественных генералов просто благодаря огромной врожденной силе. Это было своего рода природное преимущество, которое стояло совершенно отдельно от таланта или гения.

- Чуть серьезнее!!

С этими словами Могуро замахнулся на Юлия, резко поднимая руку. Рыцарь уклонился от удара, в этот момент земля взорвалась от силы удара. Но сам Юлий никогда не был целью Могуро. Генерал стремился разорвать землю под ним.

- Что???

Через мгновение после того, как его кулак приземлился в землю, Могуро начал сверлить ее, вращая свое огромное тело с невероятной скоростью. Он врывался и двигался по земле так, словно это была вода и преодолевал ее, при этом все еще держа Ферриса.

Это показывало колоссальную прочность Могуро, что позволяло генералу выполнять такие приемы. Любой человек, который был вынужден сделать то же самое, непременно бы умер, а его плоть бы оторвалась от его конечностей, кости были бы сломаны, а органы превращены в кашу.

Вот в какой опасности оказался Феррис. Юлий поправил рукоять сабли и крикнул:

- Райнхард!

Он собирался прекратить свои бесполезные атаки на Могуро. Райнхард, все еще сражавшийся с Груви, мгновенно понял, чего хочет Юлиус и подлетел к нему. Они поменялись местами, когда Райнхард нанес удар ногой прямо в торс Могуро. Поменявшись противниками, клинок Юлия встретил топоры Груви лоб в лоб. Битва снова приобретала обороты.

-Грх!!

Тело Могуро в большинстве своем находилось под землей, но в этот раз он летел по воздуху. Подумать только, что этот человек запустил его так легко, несмотря на то, что металлическое существо весило много сотен килограмм. Это был подвиг, который показывал, что Райнхард гораздо больше, чем простой фехтовальщик.

У Райнхарда были действительно выдающиеся способности.

Меч, который он носил, был самым мощным клинком в Лугунике, он обнажал его только против самых необычных противников. Именно поэтому Райнхард часто сражался с пустыми руками. Удар, который он только что нанес, показал, что он был вполне оправдан в этом.

-У него безумно рыжие волосы, безумный удар ногой... Даже я не ожидал, что Святой меч окажется насколько силен!

- Конечно, можно придумать что-нибудь получше. Такая вульгарность ему не к лицу.

- Я не собираюсь повторять! Я даже не слушаю тебя, говнюк! - Оружие Груви снова столкнулось с оружием Юлиуса. Как и стиль вихревого боя Могуро, двуручный подход Груви казался скорее диким инстинктом, чем отточенной техникой. Возможно, он выработал свою тактику в бою, основываясь исключительно на том, что лучше всего подходило ему.

Когда они рубанули друг друга, Груви взмахнул топориками в воздухе, немедленно вытаскивая следующее оружие. Из-за пояса он достал пару похожих на перчатки предметов, которые прикрывали его кулаки. Он пустил в ход покрытый металлом кулак, и Юлий перехватил его гардой*. Он двинулся к бедрам своего противника, надеясь воспользоваться открывшимся отверстием и сдержать движения Груви...

(*Гарда - часть клинкового оружия и/или инструмента, служащая для защиты руки владельца от удара оружием противника и от соскальзывания кисти на собственный клинок.)

- Ого!

Но мгновение спустя раздался порыв ветра, и Юлий с криком боли упал на спину. Удар пришелся ему в живот, и его рыцарский мундир был залит кровью.

Он был ранен. Его глаза расширились, когда он осознал, как он был поражен, его реакция побудила Груви широко открыть рот и рассмеяться.

- Га-ха-ха! Тебе нравится? Волшебные костяшки. В перчатках есть магические камни, которые могут стрелять заклинаниями. Это просто большие глыбы маны и после одного удара они превращаются в красивые камни. Тем не менее, их более чем достаточно, чтобы выбить всю дурь из говнюка!

- Волшебные костяшки...

Юлий никогда не слышал о таких вещах; он был поражен, обнаружив в них большую мощь. Даже если бы они были инертны большую часть времени, такое оружие было бы очень эффективным, если бы один удар мог решить битву.

Хотя рана на боку рыцаря была неглубокой, она доставляла проблем и была достаточной, чтобы задержать его. Несомненно, это будет иметь большое значение против такого опытного противника, как Груви. Если это действительно так...

- О-хо?

- Прости, но ты не единственный, кто держит туз в рукаве.

Груви приподнял бровь при виде внезапной перемены, которую продемонстрировал Юлиус. Царапины вокруг раны на животе засветились мягким голубым светом, и кровотечение прекратилось. Тем временем красный свет окутал его меч, а зеленый и желтый-тело Юлия. Четыре света исходили от высших духов, каждый из которых обладал своей стихией и силой.

- Так ты заклинатель духов! И их так много... Черт, ты, должно быть, очень хорош!

- Мне приятно это слышать. Похоже, это первое, в чем я преуспел за весь день, роль переговорщика мне не по душе.

- Хех!

Груви раздраженно щелкнул языком, как будто это была шутка. Юлиус, однако, не шутил. Все, что он сказал, было правдой.

Куа, дух воды, залечил его раны, а Дух огня, заставил его саблю раскалиться докрасна. А с появлением духов воздуха Ало и Земли Аке физические способности рыцаря улучшились. Именно эта комбинация принесла Юлию прозвище “рыцарь духа”.

- Бууууннггг!

Юлиус, одетый в светлое, стоял лицом к лицу с Груви, когда что-то огромное и длинное врезалось между ними. Это была рука Могуро, оторванная по локоть. В какой-то момент Юлий понял, что это левая рука, которая держала Ферриса. Потом он оглянулся.

- Прости, что заставил тебя ждать, Феррис.

-О, с-слава богу! О боже! Почему ты так долго? Эта фигня железная чуть не убила меня! Я был напуган до полусмерти!

- Ну прости.

Вырвавшись из рук Могуро, Феррис прижался к Райнхарду, громко жалуясь. Святой меч лишь слабо улыбнулся, а Юлий с облегчением вздохнул.

Во всем мире Райнхард, возможно, был единственным человеком, который был способен разрушить твердый сплав с помощью пустых рук.

- Черт побери, Могуро! Не стой так близко с ним.

- Ошибаешься. Я, Груви, не твой миньон.

- Мне плевать, кем ты себя возомнил!

Груви подошел к руке и сильно пнул ее. Могуро перехватил ее в воздухе и прижал к плечу, от которого она была оторвана. В одно мгновение рана зажила. Говорили, что люди стального народа способны исцелять любые повреждения, причиненные самим себе, пока их мозг и сердце остаются нетронутыми. В сочетании с выносливостью их тел, они казались почти непобедимыми.

Столкнувшись с тем, что произошло, воины королевства и империи стали более настороженно относиться друг к другу. Теперь, когда они действительно начали выкладывать свои карты на стол, шансы выйти из ситуации нормально казались нулевыми.

- С меня довольно, ваше представление затянулось. - Это замечание исходило от императора, который до этого момента держался на расстоянии от поля боя.

Бурлящая страсть среди сражающихся немедленно остыла.

Невозможно было понять, как у него так резко вышло остановить конфликт. Любой из них мог одолеть Винсента - один с мечом, другой с магией. Так почему же правитель Волакии завладел их душами одним лишь словом?

- Здорово, Могуро. А как ты думаешь, что это значит «вернуть меня»?

- В-Ваше Величество? Ну, эээ...

- Вы думаете это поле боя подходит для вашего ребячества?

Тон голоса Винсента был непоколебим. И все же все присутствующие поняли, что этот человек поставил ультиматум.

Столкнувшись с кипящим гневом императора, Груви и Могуро мгновенно изменили свое отношение. Их рвение к битве, ощущение, что у них есть все время в мире, исчезло. На его месте встала аура воинов, которая не призывала больше бездельничать. Это была аура двух из девяти Божественных генералов, сильнейших бойцов Империи.

- Ладно, Могуро, больше никаких игр.

- Понятно.

Теперь, когда они были на одной волне, Груви и Могуро приготовились броситься на своих противников. Юлий напрягся, готовясь к перемене в битве. Но...

- Юлиус! - Крикнул кто-то сзади, и Юлий бросил взгляд назад. Райнхард стоял рядом с Феррисом. Голубые глаза Святого меча были прикованы к его товарищу-рыцарю. Юлий сразу же прочел их намерения и понял еще до того, как Райнхард успел заговорить. Он на мгновение задумался, но потом ответил:

- Вы не возражаете, если я оставлю это вам?

- Если они вернут императора, мы проиграем. Но Могуро все усложняет. Так...

С этими словами Райнхард встал перед Юлиусом. Способность Могуро путешествовать под землей и таким образом избегать духов Юлия была опасна. Юлиус не хотел сводить глаз с металлического существа, но ему пришлось это сделать. Райнхард намеревался выиграть время.

- Я оставлю тебе одного из моих духов. Используй его для того, чтобы вернуться ко мне...

- А я думал, ты скажешь, что будешь скучать. - Райнхард слегка улыбнулся. Однако, на его лице не было огорчения от того, что ему пришлось занять арьергард.

Его спокойствие возмутило Груви, который громко щелкнул языком.

- Пфах! Ты все ещё хочешь войны с нами, Святой меч. Мне надоело играть. Я никогда больше не смогу смотреть в глаза своим приятелям, если мы позволим вам, придуркам, просто помыкать нами!

- Боюсь, произошло серьезное недоразумение...но я не думаю, что ты в настроении слушать.

- И какой теперь у тебя будет план, чтобы заставить меня слушать?

- Собью тебя с ног и заставлю слушать.

- Ты умрешь первым!

Наполненный яростью Груви и молчаливый Могуро одновременно атаковали Райнхарда. Груви снова вытащил свои топоры, в то время как Могуро думал сделать удар из-под земли. Райнхард, вздохнув, бросился им навстречу.

Юлий наблюдал, как они обменялись первыми ударами, затем подбежал к императору, который просто стоял рядом. Он схватил его за руку.

- Простите мою дерзость, Ваше величество!

- А? Ч-что? Ты уверен, что с Райнхардом все в порядке?

- Мы должны ему доверять! Мы вдвоем должны вытащить его величество отсюда!

Феррис был взволнован, но он принял краткое объяснение с кивком и начал двигаться глубже в лес. Юлий побежал за ним, таща императора за собой.

- Эй, осел! Вы не можете обращаться с Его Величеством так, словно он…

- Прости, но я не думаю, что кто-то из нас может позволить себе повернуться спиной к врагу.

Груви отвлекся на убегающую троицу, но Райнхард не позволил ему пуститься в погоню. В одиночку святой меч сдерживал воющего человека-гиену и безжалостно атакующего Могуро. Поскольку Райнхард был тем, кем он был, Юлий искренне верил, что с ним все будет в порядке.

- Райнхард, оставайся в живых!

Рыцарь все еще должен был сказать несколько слов другу, которого он оставил одного на поле боя.

Глава 10

Они бежали по лесу, вслушиваясь в лесной массив.

Двое из девяти Божественных генералов слишком сильно их задержали. Но существовала опасность, что их могли окружить, поэтому они стали бежать глубже в лес.

- Заставлять Императора бежать… Это очень бестактно. Давай ты меня понесешь, как это делал Райнхард.

- Возможно это и так, но у меня нет благословения безветрия и вам будет не так удобно. Также, если на нас нападут, будет сложнее отбиться.

- Хм. А ты за словами в карман не полезешь, я смотрю.

Когда они бежали по лесистой чаще, фиолетововолосый рыцарь заметил, что все наконец пришли в себя.

Юлиус поспевал за Феррисом с поразительной лёгкостью. Однако выносливость Ферриса беспокоила Юлиуса: он никогда не отличался особыми физическими показателями, а тут еще и постоянный стресс, который свел его силы на нет, из-за чего он постоянно оглядывался через плечо.

- Феррис, ты должен смотреть вперед. Мы не можем позволить себе сделать привал.

-Я... Со мной все в порядке... А как же Райнхард? С ним будет все хорошо? Мы находимся на территории империи. Как мы найдем друг друга?

- Я оставил духа сопровождать его. Сомневаюсь, что у нас возникнут какие-то проблемы с этим. Сейчас у нас проблема в виде убийц, которые напали на мастера Балроя и охотятся за жизнью его величества.

Юлиус попытался успокоить Ферриса, пытаясь вернуться к теме о Хрустальном дворце. Так как эта беседа была прервана ранее, но бегом уже ничего нельзя было решить... Однако, было понятно то, что Бордо и Миклотов им не помогут.

К тому же, у них не было никаких гарантий, что Миклотов и Бордо все ещё в безопасности.

- С Гозом во главе никто не пойдет на необдуманные действия. В первую очередь это из-за того, что, если с ними что-то случиться, вы сможете мне отплатить той же монетой.

-...Тогда, на одну головную боль меньше, - сказал Юлиус. - Но еще много вещей не может уложиться в меня в голове. Могу ли я у вас кое-что спросить?

- Смотря, что спросишь. Хотя мне кажется тебе интересно знать про "пульс" Хрустального дворца, я угадал?

Юлиус был поражён проницательностью Винсента.

- Да, совершенно верно.

- Я думаю, ты знаешь, что замок сделан из огромного количества магических камней и кристаллов. И ты также знаешь, что некоторые из его защитников используют свою силу.

- Да, я слышал об этом.

Хрустальный дворец славится своими как наступательными, так и оборонительными возможностями. Плотность его маны и тщательно рассчитанное положение магических кристаллов были вещами, о которых Юлий только недавно узнал. Но он не мог понять, какая связь между этим и словами Императора.

- Хрустальный дворец хранит огромное количество маны, просто существуя. Получив эту информацию, ты ждешь дальнейших объяснений.

Тон императора был саркастическим. Юлий на мгновение задумался над его словами.

-...Ты хочешь сказать, что… Хрустальный дворец...

- Живой? Да.

Рыцарь почувствовал, что оказался в ступоре. Хрустальный дворец, центр столицы Рапганы и символ всей Волакийской империи, был не просто неприступной крепостью и скоплением огромного количества маны, так еще и представлял из себя что-то наподобие духа…. К нему нахлынули мысли, а выводы напрашивались сами собой.

Винсент усмехнулся, наблюдая за реакцией Юлиуса.

- Теперь есть еще одна причина, по которой нельзя вас отпускать живыми.

-Эй, т-ты… сам ответил на вопрос!

- Отвечая на любой твой вопрос, что ты мне задашь, он безусловно коснется чего-то очень важного для Волакии… Это вполне естественно. Вы прекрасно знаете, кто я, поэтому не смешите меня.

- Гррр...!

Лицо Ферриса покраснело от насмешек Винсента. Он не знал, насколько серьезен император на самом деле, но на то, что он сказал, глаза закрывать было нельзя. Когда он говорил, его слова были словно врата в глубины Волакийской империи. Слушайте беззаботно, и с вами может случиться все, что угодно.

- Если у Хрустального дворца действительно есть пульс... Значит, он мог повлиять на сознание Райнхарда.

- Смышленый, однако пока что стоит воздержаться от своих доводов. Но мне интересны и мысли Ферриса тоже.

- Ваше величество!

Винсент подтвердил подозрения Юлиуса и склонил разговор в сторону Ферриса. Он явно демонстрировал то, насколько он спокоен, однако, возможно, это был маленький трюк императора для преодоления таких стрессовых ситуаций. Его поведение действительно влияло на попутчиков. Во всяком случае, это гораздо больше располагало к беседе, чем упорно отрицать, что за ними кто-то гонится, или впадать в крайний пессимизм.

Пульс Хрустального дворца, смерть Балроя и поразительная перемена, произошедшая с Райнхардом. Если все это каким-то образом связано с покушением на жизнь императора, то проблема в том, что им придется вернуться во дворец и ...

Но мысли Юлия резко прервались. Он замер.

- Юлиус?

Феррис быстро остановился рядом с ним. Винсент тоже остановился в нескольких шагах позади, его проницательные черные глаза изучали рыцаря. Но воин никак не отреагировал ни на зов Ферриса, ни на взгляд Винсента.

У него сейчас были другие проблемы.

- Ооо. Уже заметил меня? И с такого расстояния в придачу?

Беззаботный голос из глубины леса донесся до Юлия и его компании. Феррис удивился и выпучил глаза, повернувшись к источнику шума. Когда речь шла об обнаружения чьего-то присутствия, интуиция Ферриса ничуть не уступала интуиции Юлиуса. Его чувства обострились до предела — он задействовал свои уши, нос и глаза для поиска врага. Однако то, что реакция кошко-мальчика была столь запоздалой, говорило о том, что враг умел очень хорошо скрывать свое присутствие.

Обойдя опавшие листья и направившись к группе, молодая на вид фигура вышла. Это был молодой человек, довольно своеобразной внешности. Его одежда была смесью ярко-синего и приглушенного персиково-розового цвета, очень похожая на ту, что носили жители города.

Карараги - город-государство на Западе. Он носил зори ручной работы или тростниковые сандалии. Его темно-синие волосы были собраны на затылке, а улыбка была очень дружелюбной. Однако на бедре у него висели две катаны, походившие на тот же стиль Карараги.

На первый взгляд он казался всего лишь мальчишкой, который любил необычно наряжаться. Его лицо было слегка женственным с мягкими чертами и это все усиливала его стройная фигура. Но аура этого человека сразу же рассеяла подобные впечатления. То, что противостояло Юлию сейчас, было чем-то за гранью его воображения.

Молодой человек остановился в нескольких футах от фиолетововолосого рыцаря, пристально глядя на него. Затем, словно не понимая, о чем думает Юлий, он воскликнул и хлопнул себя рукой по колену:

- С такого расстояния я вижу, как ты красив! И твой друг тоже довольно неплох! Мы втроем смотрелись бы чудесно!

- А... Еще один... Ты тоже один из девяти генералов? Ай, какой у тебя номер?!

Молодой человек, казалось, был очень доволен ситуацией, но Феррис, совершенно уставший от постоянных нападок, сделал раздраженное лицо. Было почти завидно, что получеловек до сих пор не осознал, с кем столкнулся. Фехтовальщик перед ними был просто чудовищем.

- Феррис, иди к Его Величеству. Быстро!

- ...Юлиус?

Рыцарь подтолкнул сбитого с толку Ферриса к Винсенту. Затем он, вытащив с пояса меч, шагнул вперед так, что Феррис и император оказались позади него. Синяя мантия... Это был признак самого сильного из девяти Божественных генералов.

- Сесилус Сегмунт, как я понимаю, - тихо произнес Юлий.

- Да, да, это я! Ах, неужели я настолько знаменит?

- Даже чужеземец знает, кто я такой. Как это хлопотно! Ха-ха-ха! -Сесилус потер голову и рассмеялся, но в его смехе не было ни капли беспокойства.

При этих словах Феррис незаметно спрятался за спину Юлиуса.

- Сесилус? Значит, он...

- О, ты не слышал обо мне, милый? Какой позор. Давай тогда я представлюсь: "Синяя молния Волакии". Даже барды поют обо мне!

- Синяя молния... Ты имеешь в виду несравненного воина империи?! Чудовище, которое уничтожило целую армию во время ритуала имперского отбора в одиночку?!

- Чудовище - это как-то грубо. Лучше так: Сесилус Сегмунт, звездный актер, стоящий на сцене этого мира!

Даже у Ферриса не нашлось на это ответа. Он был знаком с титулом этого человека и не знать его было почти невозможно.

Во время последнего обряда Императорского отбора этот человек вступил в союз с Винсентом, который тогда был всего лишь еще одним кандидатом на трон, и многое сделал для подавления гражданской войны, охватившей империю. В частности, он уничтожил вражескую армию, которая пришла за Винсентом. Тот факт, что он был всего лишь подростком, когда сделал это, вскоре распространился не только по всей Волакийской империи, но и по всему миру. Такое признание причисляло Синюю молнию Волакии к самым могущественным из ныне живущих воинов.

Сесилус был ответственен за большее количество смертей, чем кто-либо.

Но на его лице не было и следа той кровавой истории. Он небрежно помахал Винсенту, который остался позади Джулиуса.

- Вы можете расслабиться, Ваше величество! Я здесь, и вам не о чем беспокоиться, я мигом верну вас домой. Можете наслаждаться шоу, пока я развлекаюсь с этими двоими.

- Глупость. Твои дерзкие речи всегда были ни о чем, сколько раз я тебе говорил, чтобы ты думал прежде, чем что-то ляпнуть. Безнадёжный тупица... Но, должен признать, я уважаю твою дерзость.

Юлий почувствовал, как по его щеке скатилась капелька холодного пота. Первая половина ответа императора, казалось, была обращена к Сесилусу, но последняя прозвучала как предупреждение Юлию. Или, может быть, это было просто воображение рыцаря?

Если Сесилусу удастся украсть у них императора, то у Лугуники не будет шанса защитить себя. В этот момент меч Юлия решит быть или не быть войне.

- Ине, Несс, - пробормотал он. - Одолжите мне свою силу.

Юлий поднял меч перед лицом и закрыл глаза, словно в молитве; белое и черное сияние окутало его. Это были его последние два великих духа, из тех четырех, что он уже использовал.

Сесилус, широко раскрывший глаза, осторожно сдвинул ножны своих клинков и произнес:

- Ты настоящий заклинатель духа? Я слышал, что таких, как ты, много на севере, но в Волакии вас очень мало. Очень впечатляет - противник, который может использовать технику, с которой я не знаком? Шикарная сцена, которую разделят два мощных игрока, это будет воистину прекрасно. Так давай же устроим мощнейшею схватку.

- Тебе не кажется, что ты слишком торопишься? Я знаю многие трагедии, кульминацией которых являлась гибель героя. Только твой меч определит, какую ты роль сыграешь.

- Браво, какая красивая игра слов!

Сесилус с приятной улыбкой и полным спокойствием обнажил один из мечей, висевших у него на поясе. Затем он небрежно шагнул к Юлию и исчез.

Мгновение спустя, быстрее молнии, он нанес мощнейший удар, который превосходил все ожидания.

- Хгрхх!

Юлий отразил удар поднятой рукояткой меча. Он не отклонял его сознательно; это было на уровне инстинктов, дарованных ему Высшим Духом. Юлиус был вынужден использовать свой козырь при первом же ударе.

- Боже мой! Тебе удалось это заблокировать? Вы, воины королевства, гораздо способнее, чем я думал.

Юлиус, ощутивший сильную боль в руке заметил, насколько Сесилус был удивлен. Генерал мгновенно расширил расстояние между ними. Его движения были поистине молниеносными. Такая скорость, безусловно, соответствовала его титулу.

-А ну-ка, попробуй, попробуй еще раз! Докажи, что первый раз не был просто удачей.

- Я могу только попросить тебя не слишком давить на меня, - сказал Юлиус, заставляя говорить себя увереннее, стиснув зубы. - Улыбка на лице Сесилуса дрогнула, и голубая молния снова ударила в Юлия. Сабля прыгала в руке Юлия с каждым ударом. Едва успев заблокировать один удар, раздался лязг второго.

- Чудесно, чудесно! Два, три, пять, шесть, семь! Ты заблокировал их всех! Это точно не везение. Становится очень даже интересно.

Раздался резкий звук удара ногой о землю, и в следующее мгновение меч вспорол воздух. Юлиус снова смог на инстинктивном уровне отпарировать удар, слыша, как смех Сесилуса то приближается, то отдаляется. Удары сыпались со всех сторон, требуя от рыцаря максимальной концентрации. Движения и удары генерала были слишком быстрыми, не оставляя Юлию возможности контратаковать. Физические улучшения, которые давались ему высшими духами, не могли длиться вечно.

Наблюдая за тем, как Юлиус держал оборону, Феррис начал потеть.

- Э-это выглядит плохо... У милой малышки Ферри нулевые боеспособности...!

- Наше спасение в том, что Сесилус просто развлекается. Но это еще не все. Этот мечник такой же дурак, как и любой из них. Комедия заключается в том, что он не хочет им быть.

- А?

Феррис был сбит с толку словами Винсента. Сесилус, мгновенно отдалившись от Юлиуса, быстро продемонстрировал точность слов императора.

Молодой человек в кимоно склонил голову набок и, шаркнув сандалиями по земле, сказал:

- Что-то со мной не так, я не настолько быстр как обычно, может на меня наложено какое-то заклятие?

- Просто отвратительный трюк от человека, который ничего не может сделать лучше. Когда я стараюсь изо всех сил думать, что в наших способностях все еще есть такая пропасть, у меня по спине пробегают мурашки. Может быть, вы могли бы немного подшутить над бедным фехтовальщиком и его пустяками ...?

- Хм? О боже, нет! Преодоление подлого трюка - это как раз то, что определяет главного героя; это то, что делает его главным героем! Если моя молния замедлилась, то мне нужно просто уйти глубоко в себя и снова сделать ее быстрее! Однако из уважения к твоему боевому духу, я пощажу твою голову—а-а-а-а-а-а-а!

Все еще готовый сражаться до конца, Сесилус рванулся вперед со скоростью, которая была бы непостижима для обычного наблюдателя. Удивительно, но он действительно казался еще быстрее, чем раньше. Его меч был как стрела, которая шла к сердцу Юлия кратчайшим путем.

Но сабля Юлия оказалась там первой, встретив лезвие, которое должно было пронзить его грудь.

- А?

- Продолжая меня дальше недооценивать, я буду очень счастлив воспользоваться любым преимуществом.

Сесилус с изумлением наблюдал, как с громким треском катана, что была у него только что в его руке, разлетелась вдребезги. Отбросив в сторону сломанную половинку меча, молодой человек беззвучно удивился. Сесилус смотрел на оружие, которое перехватило его катану: сабля Юлия сияла разноцветным светом.

- Это самая странная и интересная вещь, которую я видел в своей жизни!

- Это духовный меч Аль Клариста. Ему не хватает оттенка, но нет ничего, что этот свет не может разрушить.

- Ух ты, это таааак круто!

Успешно разбив оружие противника, Юлий продолжил атаку на своего глубоко впечатленного противника. Если бы его Радужный удар мог нанести хотя бы одну рану, все обернулось бы значительно в его пользу. Сесилус, однако, уже отбросил меч без лезвия и увернулся от приближающейся атаки, сделав сальто назад. Голубая молния Волакии ловко уклонилась с легендарной скоростью. Сверкая глазами, молодой человек восторженно зааплодировал Юлию.

- Браво, брависсимо! Конечно, это было только мое пятое по силе оружие, но ты не только заблокировал, но даже уничтожил мой меч! И сделать это с помощью своей техники, меня это злит…

- Сесилус. Вам было приказано обеспечить безопасное возвращение императора. Что там насчет твоего оружия? Ты же знаешь, что моя жизнь так же важна для Волакии, как и твои собственные интересы.

-Ха-ха-ха, простите, Ваше величество. Мой основной и второй меч были на заточке. Честно говоря, я проспал, и, когда я выпрыгнул из кровати, я взял, что попало под руку.

Винсент, стоя со скрещенными на груди руками, сумел лишь слегка засмущать Сесилуса. Затем этот самый выдающийся из девяти Божественных генералов обнажил свой второй меч, а его лицо приняло жесткое выражение.

- Это мой третий меч; и все-же я сниму сандалии. Как вам такое?

- После всего, что я сказал, Ты все еще считаешь разумным дерзить мне?

- Вы же прекрасно меня знаете, Ваше величество! Кроме того, когда я действительно становлюсь серьезным, большинство противников не выдерживают даже нескольких секунд… Боже, они не выдерживают и мгновения ока. Я знаю, что это хорошее шоу для зрителей, но мне скучно. Пожалуйста, позвольте мне решить, как провести свой час на сцене.

Более дерзкий ответ вождю империи трудно было себе представить. Но Винсент, все еще скрестив руки на груди, пропустил этот вопрос мимо ушей, лишь утвердительно кивнув.

Сесилус широко улыбнулся.

- Я знал, что могу рассчитывать на вас, Ваше величество! Я знал, что вы поймете.

- Я должен сказать, когда мы скрестим клинки, его ждет та же судьба что и "пятый" меч.

- Прекрасно. Значит, я не буду касаться твоего клинка. А отрежу тебе запястье, например, прежде чем ты успеешь заблокировать удар, хотя ты настолько красив, что жалко тебя калечить.

- А это, однако, любезно с твоей стороны. Может, проявишь еще большую доброту? Потом продолжим схватку, а сейчас мы спокойно разойдемся?

- Ах, ты так говоришь, будто тебе неинтересно. Ты не выберешься из этой ситуации, какими бы красивыми ни были твои слова.

Юлиус знал, что это не сработает. Жажда битвы росла с каждой минутой, и рыцарь сомневался, что Сесилус позволит ему выиграть еще немного времени.

Как он и сказал, Сесилус снял сандалии и босиком вышел на лесную тропинку. Если снятие обуви сделало его еще быстрее, то Юлий не был уверен, сколько еще ударов он сможет заблокировать. Он разыграл свою козырную карту, использовал свой особый ход, и все же…

Рыцарь Лугуники принял боевую стойку.

- Полагаю, это сигнал, - сказал Сесилус, направляя свой меч на фиолетововолосого мужчину.

Мгновение спустя, массивная фигура растянулась между ними, опрокидывая деревья.

- Гуоннг, гуогогунг!

Эта огромная туша издавала странные крики, когда она отряхивалась от пыли и взмыла в воздух. Наконец она остановилась, распростершись орлом на лесной подстилке. В приступе сильного кашля драгоценный камень выпал из его тела.

Существо, облаченное в естественную броню, было трудно забыть; это был Могуро Хагане.

- Могуро?! Что же с тобой случилось? И зачем тебе понадобилось портить мне представление?

Сесилус, раздраженный, окликнул стального человека откуда-то сверху. Могуро услышал его и, повернув то, что, по-видимому, было их головой, сказал:

- Гхнрр, Сесилус, рад, что вы здесь. Враг очень сильный, мы проигрываем.

- Послушай. Извини, но я очень занят, добивайте свою жертву, и... Подожди, ты только что сказал, что ты и Груви проигрываете?

- Да. Думаю, мы не сможем победить. Вот и все.

- Большинство людей назвали бы это низостью! Ха, ха, ха, вы, ребята из Лугуники, действительно нечто! - Совершенно не обращая внимания на упрямую попытку Могуро поддержать их гордость, Сесилус взволнованно пнул его ногой. Вскоре за ним последовал Груви, не менее разъярённый.

- Ого! Ба! Нга?!

Человек-гиена хрюкал и стонал, подпрыгивая на земле, пока не остановился, ударившись о Могуро. Груви прислонился спиной к ноге стального человека и неуверенно поднялся на свои.

- Надо отдать ему должное, он действительно здорово бьет, черт возьми! Это королевство… ублюдок ненормальный! Он вообще человек?!

Сесилус, широко ухмыляясь, ходил туда-сюда вокруг разъяренных людей, забрасывая их вопросами:

- Боже мой, он действительно тебя так сильно отделал?! Скажи мне, Груви, скажи мне: что он за противник? Насколько сильно он тебя избил?! Вам удалось хотя бы нанести один удар?

Но Груви отказывался подыгрывать; он просто продолжал смотреть назад сквозь деревья.

- Заткни свою пасть, ты, помешанный на битвах псих! Ты так и будешь стоять и смотреть!

И тут, прямо оттуда, куда смотрел Груви, появилась знакомая фигура...

- Юлиус, Феррис, с вами все в порядке?

Мужчина, что только что вышел из-под поваленных деревьев, несомненно, был Райнхард. Его белая форма королевской гвардии развивалась на ветру. На рыжеволосом мужчине не было ни единой царапины, достойной упоминания. С первого взгляда было ясно, что он сразился сразу с двумя из девяти Божественных генералов и одолел их без какой-либо сложности.

При виде Райнхарда Юлий выдохнул. Аура, которую излучал святой меч, была почти такой же, как у Сесилуса и остальных.

Однако, как ни странно, у Юлия это вызвало смешанные чувства. Он слегка встряхнул рукой, пытаясь справиться с болью, и его лицо растворилось в улыбке.

- Ты умудрился прийти очень вовремя, как раз перед тем, как нам бы стало очень плохо. Феррис сможет залечить мои раны позже, я уверен. Не беспокойся обо мне.

- Я? Х-хорошо, я разберусь с этим. Ферри лучше всех разбирается в таких вещах! Я не такой крутой, как вы, ребята, но я могу постоять за себя, когда дело доходит до исцеления!

Когда Юлиус заметил панический отклик Ферриса, он увидел, как радужное мерцание исчезло с его сабли.

- Минуточку, - сказал Сесилус, надув щеки. Он понял, что его противник теперь – сам Райнхард Ван Астрея!

- Не слишком ли ты торопишься, ведя себя так, будто наша битва окончена? На поле боя даже секунда невнимательности может стоить тебе жизни. Разве ты этого не знаешь?

- Спасибо за предупреждение. Но с моей стороны было бы нечестно прибавлять силы в этой битве. Я возьму перерыв.

Сесилус удивленно выгнул бровь.

Когда сильнейший боец империи был в недоумении, Юлий подбородком указал на Райнхарда - сильнейшего бойца королевства и сказал:

- Поскольку ты утверждаешь, что являешься главным героем этой драмы, твой законный двойник - Райнхард. Ибо я верю, что именно он заслуживает титула, на который вы претендуете.

- Ах, ха-ха, я вижу, что ты хочешь сказать. Ты думаешь, я сойду с ума от этой маленькой насмешки? Ха-ха-ха, пожалуйста! - Сесиль слегка улыбнулся во время диалога.

Винсент, все еще скрестив руки на груди, испустил долгий, тихий вздох.

- Ты можешь.

- И я так и сделаю! Хорошо, отлично, давайте посмотрим, насколько хорош этот Новичок!

Сесилус воспринял замечание императора как намек, принял боевую стойку с третьим мечом и быстро исчез. Он говорил совершенно непринужденно во время их подшучивания, но теперь доблесть синей молнии Волакии была полностью продемонстрирована. Юлиус не увидел даже хвоста Сесилуса, когда генерал рванулся вперед. Удар, словно гром с неба, обрушился на шею Райнхарда с силой урагана.

- О, ты, должно быть, шутишь...

- Прошу прощения. Он оказался прямо у моих ног, так что я просто решил воспользоваться им.

Сесилус изумленно уставился на Райнхарда, который только что извинился за то, что провернул такой трюк. В руке святого меча была катана, вернее, то, что от нее осталось. Это был пятый по силе меч Сесилуса, тот самый, что разбил Юлий.

Этого единственного обмена репликами было достаточно, чтобы передать несравненную силу Райнхарда. Сияя глазами, генерал снова исчез. Он атаковал настолько быстро, что это уже и молнией было сложно назвать. Начало появляться множество образов Сесилуса, пока не стало казаться, что Райнхард сражается с армией в сотню человек. Это было за пределами того, с чем Юлий смог бы справиться. Это было последнее, что мог сделать Сесилус…

Святой меч не отступал ни на дюйм, парируя наступающие атаки ничем, кроме обнаженного клинка собственного сломанного оружия противника. Райнхард отклонялся, уносился прочь и защищался от каждого удара. Имея только половину меча, который ему приходилось держать кончиками пальцев, чтобы не порезаться, Райнхард защищался от того, что, по сути, было заколдованным мечом. Такая сила была действительно чем-то из царства кошмаров. И если Юлий видел все именно так, то, что думал об этом враг, Божественный полководец?

И все же… даже перед лицом такой страшной силы...

- Думаешь, ты сможешь справиться с этим?!

Сесилус нанес сокрушительный удар крест-накрест, но теперь его голос дрожал.

Каждый способ нападения, который он пробовал был полностью отбит. Может быть, это было изумление или даже страх; и то, и другое было бы уместно, когда он столкнулся с Райнхардом.

Но на самом деле дрожь в его голосе была вызвана не избытком эмоций. Это было из-за столкновения с ним лицом к лицу...

- Больше...

- Думаю, самое время контратаковать. - Сказал Райнхард.

Сесиль облизнул губы и напряг талию, готовясь двинуться дальше.

- Быстрее!!!

Это было всего лишь мгновение, мгновение ока в разгар грозы, но оно не ускользнуло от Райнхарда. Он быстро описал дугу ногой, целясь в стройное тело Сесилуса. Его удар рассек воздух столь красиво и… столь мощно, что один удар расколол большое дерево пополам.

В битве мечей удар ногой был бы хорошей идей, но выбрать его во время такого столкновения титанов было безумием.

- Если ты оставишь свой дорогой меч в ножнах, это будет стоить тебе жизни! - Воскликнул Сесилус. Райнхард держал Меч Дракона у бедра и именно туда целился противник. Это был рубящий удар, рассчитанный на то, чтобы поймать приближающийся удар. Даже Райнхард не мог победить в битве против клинка одной лишь ногой. Поэтому он решил повернуть талию и бедро, изменив угол удара в воздухе.

- Что????

Со щелчком, похожим на удар хлыста, нога, нацеленная ему в грудь, внезапно нацелилась на нежную шею Сесилуса.

-...!

Этот удар лишил Божественного генерала сознания, и ...

глаза мужчины на мгновение закатились. Мечник упал на землю, как марионетка с перерезанными нитями.

Сильнейший боец империи с глухим стуком рухнул на землю. Это лишило дара речи двух оставшихся членов девяти Божественных Генералов. Юлиус и Феррис, конечно, тоже были удивлены. Для них победа Райнхарда не была удивлением, но то, как он одолел Сесилуса было самым настоящим шоком.

- Бросить вызов противнику, не понимая его истинной силы, и закончить вот так... С меня довольно. Быть побежденным, не имея даже шанса использовать свою силу на полную, не соответствует принципам империи.

Винсент казался человеком обособленным: не слишком удивленным и не особенно удрученным. И это несмотря на то, что его собственный генерал, один из самых сильных воинов, только что потерпел поражение.

Отношение правителя Волакии, близкое к скуке, не изменилось. Вместо этого он обратил свое внимание на двух других генералов, все еще ошеломленных, и сказал:

- И что же вы двое надеялись сделать? Цифры и мастерство подвели вас. Если вы хотите потратить свои жизни в попытке вернуть меня, я не буду останавливать вас, но...

- Черт побери, тебе и не нужно объяснять! Могуро!

- Понял. Принял.

Могуро подхватил Сесилуса, прислонив его к своему массивному телу.

Груви, нахмурившись, указал на другой конец леса.

- Вы выиграли эту битву, ублюдки. Но если хоть волосок упадет с головы Его Величества, я буду резать тебя до тех пор, пока не останется только этот волосок!

- Ферри считает, что прикончить тебя сейчас будет куда безопаснее.

- Правда? Хотел бы я на это посмотреть, что у тебя выйдет, остроухий сопляк!

- Пожалуйста, не надо, так безопаснее для нас. Я так думаю. - Могуро попытался успокоить Груви, однако искры между ними были видны. И все же беглецы решили, что лучше всего будет вернуться, когда Феррис бросил им вызов.

- Груви, Могуро. Скажите этому дураку, чтобы он использовал свои лучшие мечи в любых инцидентах и что еще одно поражение принято не будет. И в следующий раз, когда вы появитесь, ведите себя так, будто знаете, что делаете. Это имеет большое значение для меня.

-...Да, Ваше Величество, мы поняли.

Груви печально кивнул на прощальные слова императора. Затем Юлий и остальные покинули поле боя, не теряя бдительности. До того момента, как они скрылись из виду, рыцари чувствовали своими спинами пристальный взгляд двух божественных генералов.

Глава 11

- Где я? Где я нахожусь?

- Ооо, ну наконец-то проснулся.

Сесилус попытался подняться с земли, но в этот момент в глазах потемнело, а голова закружилась. Оглядевшись, он увидел огромную тушу, глядящую на него сверху вниз, это был Могуро Хагане.

Сесилус Сегмунт моргнул, глядя на своего товарища - он никогда не мог понять, о чем думает Могуро, и склонил голову набок, недоумевая, что же произошло. Но острая боль в шее напомнила ему об этом.

Сесиль сражался с молодым рыжеволосым мужчиной, сражался с ним лицом к лицу...

- Я проиграл? - Я?! Меня, победил этот никто?!

- Что значит никто? Это был Святой Меч Лугуники.

- Святой Меч? Этот тот, который убил дракона? Он еще жив?

- Той истории 400 лет, а это его потомок.

Груви и Могуро решили разделить минутное раздражение и изумление Сесилуса. Однако, Груви кивнул, подтверждая высокопарные слова Могуро. “Да” - сказал он. - Не могу поверить, что нас всех одолели, черт возьми. Трое из девяти Божественных генералов Волакийской империи… побеждены одним мерзким маленьким дерьмом!

- О! Кстати, где его величество? Что с ним случилось?!

- Мы ничего не смогли сделать, нам оставалось лишь смотреть, как Императора уводят. Мы были бессильны.

- Складывается ощущение, что Королевство хочет войны.

Сесилус осмотрел свою дрожащую руку, все еще продолжая разговор с генералами. Генералы полностью разбиты? Ситуация настолько плохая, насколько можно себе представить? Император Волакии исчез?

Это было непостижимо, а поверить в это было еще сложнее… И причиной этому было то, что Сесилус не сумел их остановить. Впервые в жизни он почувствовал себя униженным и беспомощным. Мечник заскрежетал зубами от стыда. А ведь когда он услышал, что рыцари из Лугуники ответственны за убийство Балроя и похищение императора, он загорелся…

- Мы должны сейчас же вернуть Его Величество. Я думал, что будет все легко, но я чертовски был не прав. Наверное, это самое худшее что происходило с императором.

- Ты только сейчас это понял, идиот?! Слушай, нам велели собрать остальных генералов и укрыться в столице! Гоз теперь за главного, старый псих!

- Аррр, как ужасно, просто кошмар!

Сесилус замахал руками, злясь на себя. Однако после недолгих стенаний он испустил долгий, глубокий вздох.

- Фух, нет ничего лучше, чем хорошенько покричать, чтобы успокоиться... Однако, есть одна большая проблема… и заключается она в том, что даже все вместе взятые солдаты неровня Святому Мечу…

- Где доказательства?

- Простая дедукция. Имперская армия стояла передо мной, когда я разрубил их на куски… Если этот человек способен провернуть тоже, что и я, думаешь, у солдат есть хоть малейший шанс?

На этом Могуро замолчал.

Хотя слова Сесилуса были сказаны легко, они были правдивы и не содержали преувеличения. Поговаривали, что во время ритуала Императорского отбора он уничтожил армию. Даже если бы их было больше, он лёгкостью мог бы с ними расправиться. Обычный пехотинец не имел не каких шансов против него. Так же, как и против Райнхарда.

- Даже если мы выставим всю армию против них, то мы все равно не сможем победить его. Нам надо сделать так, чтобы никто не вступал в бой против него.

- Ты хочешь сказать, чтобы все рыцари просто бездействовали?

- Да, потому что у них нет шансов. Это наша битва!!!!

Все, что находилось в столице Волакии, было его собственностью.

Это включало в себя город и его ресурсы, жизнь каждого солдата, каждого простолюдина—все, что там было. Империя Волакия была богатой страной, полной чудесных и прекрасных вещей. И все же Винсент чувствовал, что такое изобилие не оправдывает того, чтобы тратить его впустую. Это было одно из его самых человеческих качеств.

- И все же, проиграть им... Ах, так это и есть потеря. Но я все еще жив, и обязательно одержу победу. Судьба на моей стороне!!!

Он был уверен, что стоявший между ним и Императором – Святой Меч, снова встретится с ним. Впервые за двадцать лет своей жизни Сесилус Сегмунт столкнулся с кем-то, кого не смог победить. И выходит, когда он победит, то сможет быть точно уверен, что судьба благоволит ему.

- Ху-ху-ху... Ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха!

- Сукин ты сын ... тише! Я сказал, Заткнись, говнюк!

- Я не могу больше здесь валяться. Мне нужно забрать свои вещи у кузнеца.

Сесилус снова надел сандалии, мягко постукивая носками по земле и улыбаясь.

- Вещи...? - Могуро с любопытством склонил голову набок.

- Угу! - Сказал Сесилус, энергично кивая. – Мои лучшие мечи. Теперь, когда я знаю, что имею дело со Святым меча Лугуники, было бы глупо не принимать его всерьез.

Его лицо расплылось в улыбке, в глазах промелькнула неподдельная радость, а голос чуть дрогнул.

Глава 12

Одолев генералов, Юлиус и остальные благополучно выбрались из леса. Однако опасение того, что им могли устроить засаду, никак не уходило, но:

- О чем бы не думали мои люди, обычным пехотинцам не дадут влезть в бой с вами, дабы не допустить больших потерь. Хотя какое-то скучное бегство у нас выходит.

Это было заявление человека, который доверял тактике своих подчиненных, а не очевидному развертыванию всей армии, чтобы вернуть его. Юлий тоже понимал это умом, но с духовной точки зрения это было невыносимо для солдат. Быть способными подавлять эмоции и склонять солдат к желаемому результату — возможно, это было еще одним преимуществом имперских обычаев.

В любом случае...

- Похоже, у нас есть время перевести дух.

Райнхард слегка опустил плечи, хотя был сосредоточен на том, что происходило по ту сторону закрытой двери. Группа оказалась в небольшом караульном помещении где-то за лесом. Оно располагалось на краю гор к северу от империи. К счастью, тот, кто обычно занимал это скромное жилище, отсутствовал, так что не было необходимости объяснять, кто они и что делают. Хотя, стоит сказать, что это место было плохой заменой имперскому замку. Райнхард был прав; это была всего лишь остановка, где можно было перевести дух.

- Я бы не стал относится к таким противникам легкомысленно, - добавил Святой меч. – Люди, преследующие нас, действительно очень сильны... И не дадут нам покоя.

- Очень сильные? Если даже ты так говоришь, Райнхард, это вызывает у меня тревогу.

Райнхард прислонился спиной к двери и вынес свой вердикт исходя из предыдущих битв. Феррис лишь нахмурился. Юлиус был более чем согласен с саркастическими высказываниями Ферриса. Его взор упал на Райнхарда, на котором не осталось и следа от битвы. Будто он и не участвовал. Однако, Святому меча показалось, что он был в пыли и решил отряхнутся.

- Я тоже не привык слышать такие вещи от тебя, Райнхард.

- И ты тоже, Юлиус? Это было не так просто, как могло показаться. Если бы я сделал хоть одну ошибку, я не знаю, что бы случилось. Эти трое... Тем более, что последний... От одной мысли о них у меня кровь стынет в жилах.

В его словах не было фальши несмотря на то, что он одолел врага одним ударом ноги. Он искренне восхищался силой и мастерством своих противников. Райнхард был из тех, кто мог понять и уважить силу противника, при этом не завышая себя. Вот что делало его таким.

- И что ты будешь делать теперь?

Его прервал Винсент, сидевший на плохо сколоченном стуле караульного помещения. Это была всего лишь грубая деревяшка, но, судя по тому, как Винсент сидел на стуле, она внезапно стала легендарной. Атмосфера уже не походила на маленькую лачугу, а больше походила на тронный зал — вот что значит быть истинным правителем Волакии.

Винсент спокойно скрестил свои длинные ноги и посмотрел на троих ошеломленных рыцарей.

- Вы похитили меня и даже победили несколько божественных генералов. Вы намерены и дальше сеять хаос и смятение в империи, используя мою жизнь как щит? Или, может быть, вы хотите уничтожить мой народ?

- Мы не настолько умны, чтобы справиться с таким. Если бы так было, то не сносить нам головы, а нам хочется этого избежать. Если и должен случиться трагический поворот, то пусть в середине, а не в конце.

- Хм. Умный способ выразить это.

В заключительной главе "Гильотины Магрицы" главный герой и его сообщник, отец, король были убиты на одноименной гильотине. Однако Юлий не собирался следовать старому примеру так буквально.

- Тогда нам стоит быть готовыми ко всему, - сказал Феррис. - Юлиус, дай мне осмотреть твои раны, я их вылечу. И ты тоже, Райнхард. Не волнуйся, я закончу на раз два.

Он взял за рукав Юлия, который только что почувствовал прилив вдохновения, и усадил его в кресло. Следуя инструкции, Юлиус закатал рубашку, чтобы показать болезненную рану на боку, которую нанес ему Груви. Казалось бы, у него была бесконечная коллекция порезов от сражения с Сесилусом.

- Боже... Не могу поверить, что ты можешь выглядеть таким спокойным с этими ранами...

- Первое, чему учат рыцарей - это не выражать эмоции. Ни в коем случае воин не должен проявлять слабость. Пока он стоит перед тем, что должен защищать, его воля должна быть непоколебимой.

- Да, да, очень благородно и все такое...

Чудовищное зрелище проявлялось в каждой ране Юлиуса, и не успевал он почувствовать теплоту синего сияния, как все следы исчезали. Он скрутился, чтобы проверить наиболее серьезные травмы из них. Осталась лишь небольшая боль.

- Ох как хорошо. Теперь я снова могу сражаться, чтобы защитить тебя, - воскликнул Юлий, хваля быстроту и мастерство исцеления.

- Не увлекайся только. Ты не отделался только внешними повреждениями. Ты продолжаешь превышать свои пределы, используя духов, и это калечит твои внутренности - эта проблема намного серьезнее.

- От тебя ничего не скроешь, - улыбнулся Юлиус.

- А ты и не должен ничего скрывать от меня. - Феррис снова нахмурился.

Он легонько ткнул Юлия в лоб, в то место, где находились врата Юлия — это было связующее место всей маны, текущей через его тело. Договор фиолетово-волосого рыцаря с высшими духами позволял ему превосходить возможности своего тела; это был один из его тузов. Именно эта тактика позволила ему справиться со скоростью Сесилуса, но это стоило ему повреждению внутренних органов. К счастью, Феррис обнаружил даже эти неуловимые повреждения и смог их вылечить.

- Ты должен быть в отличной форме, иначе у тебя не получится меня защитить. Что это за взгляд, Ваше Величество?

- Ммм, я просто удивляюсь, почему зверочеловек, который даже не умеет пользоваться мечом, получает лавры рыцаря. Я также был несколько удивлен, обнаружив, что ты больше, чем просто украшение. Похоже, у всех троих есть свои навыки. В этом и заключается надежда на победу.

- Ваше Величество, - сказал Юлиус, поворачиваясь к Винсенту.

У него были сомнения, но он решил, что настало время для серьезного разговора.

- Я думаю, что теперь нам никто не помешает. Я был бы рад узнать, о чем думает Ваше Величество. Вы действовали хладнокровно по отношению к Божественным генералам, которые якобы спасли вас. Мне кажется, вы уже поняли, что происходит.

- Да. Некоторые из моих предшественников были достаточно тщеславны, чтобы верить, что они могут подчинить своей воле весь мир, но я не настолько горд. И я не обманываюсь, полагая, что весь мир каким-то образом находится под моим контролем.

- Вы очень увилисто говорите, Ваше Величество, - сказал Феррис, склонив голову набок. – Как вас понимать?

- Я полагаю, что император говорит нам, что при сложившейся ситуации ему выгоднее сотрудничать с нами. Я вас правильно понял? - Спросил Райнхард, подводя итог.

Винсент безмятежно кивнул и скрестил руки на груди, вызвав скрип табурета. - Вы, жители Лугуники, знакомы с традиционной заповедью Волакии?

- Императорский Путь...- Сказал Юлиус. - Учение о том, что граждане должны быть сильными. Я удержусь от комментариев по этому идеалу, но он, безусловно, приносит плоды империи.

- Так оно и есть. И это относится ко всем в Волакии, включая императора. Всякое положение и всякая честь приобретаются через силу, и через силу они могут быть отняты.

Юлиус и остальные дружно подняли брови, услышав, как Винсент описывает имперскую систему. Почему он объясняет им образ жизни империи именно сейчас? Однако довольно скоро они это выяснили.

- Ты думаешь, кто-то пытается поднять восстание в надежде захватить трон?

- Отличная догадка, звереныш. В других обстоятельствах можно было бы заподозрить иностранного убийцу. Однако в империи все по-другому. Для тех, кто живет здесь, приходится часто встречаться с тем, что твою жизнь хотят забрать.

Феррис не поверил своим ушам.

- Н-но даже если тебя убьют и трон опустеет, нет никакой гарантии, что заговорщик займет его место. Разве кто-нибудь примет правителя, пришедшего к власти подобным образом?

- Тут ты ошибаешься, Феррис, - ответил Юлиус. - Ты думаешь так, будто все еще в Лугунике... То, что описали, — это именно то, как здесь все устроено. Феррис нахмурился, но ни Райнхард, ни Винсент не возразили ему.

- Точно. Его можно было бы терпеть, даже принять. Каждый должен доказать свою ценность силой. Это относится к трону тоже.

- На самом деле, если вы думаете об обряде Императорского отбора, то это образец силы.

В Волакии власть перешла к тому, кто остался в живых после ритуала, характеризовавшегося кровопролитием, когда сыновья и дочери последнего императора убивали друг друга, пока единственный оставшийся в живых не занял трон верховной власти. Это делало императора символом самого слова «сила».

- Ненастоящий...- Феррис почти прошептал это слово и замолчал.

- В любом случае, мы понимаем, что тот, кто хочет отнять жизнь Вашего Величества, вероятно, находится в пределах империи. Но тогда чем же объясняется смерть Балроя? Какое он имеет отношение к вашему убийству?

- Можно представить себе сколько угодно возможностей. Возможно, Балрой узнал о планах заговорщиков, а может быть, они надеялись уничтожить одну из моих пешек. Хотя он был самым слабым из девяти Божественных генералов. Если это было задумано как удар по силе, то его смерть оказалась неэффективной в этом отношении.

- Они поступили опрометчиво. После того, что случилось с мастером Балроем, Хрустальный дворец был в смятении. И это только усилило подозрения.

Если уж на то пошло, было ли вообще выгодно делать все это в присутствии эмиссаров из Лугуники? Присутствие гостей из другой страны означало бы, что замок будет находиться в еще большей боевой готовности, чем обычно. Зная это, зачем кому-то это было нужно...?

- Было бы странно, если бы моя голова была бы их единственной целью. Но если добавить к расчетам ситуацию, в которой вы все сейчас находитесь? Тогда их истинная цель начинает проясняться.

- Наша ситуация...?

Юлий на мгновение замолчал. Затем он нахмурил свои прекрасные брови, когда его мысли наткнулись на возмутительную возможность. Он встретился взглядом с императором.

- Ваше величество, вы хотите сказать, что ваши враги хотят развязать войну между Волакией и Лугуникой?

Как казалось большинству людей, рыцари из Лугуники убили одного из Божественных генералов, а затем скрылись с императором. Они понимали, что один маленький неверный шаг мог легко привести две нации к войне. Если это было истинной целью тех, кто хотел убить Винсента...

- Это было бы такое достижение, которое сделало бы человека достойным трона. Возможно, это была поспешная идея, но потенциально эффективная, поскольку Лугуника лишилась защиты дракона. Было немало тех, кто выступал за нападение на королевство.

Юлий стиснул зубы, услышав слова императора. Если бы сейчас началась война, она привела бы к ошеломляющим потерям. Даже думать о том, чтобы допустить такой ход событий было не простительно.

- Если виновные сделают так, что смерть Балроя будет выглядеть как твоя вина, и если им удастся устранить и меня, то война станет неизбежной. Похоже, что Божественные генералы еще не вовлечены, но мы должны представить, что эти предатели будут догадываться, что мы это выясним. Вы трое обязаны меня защитить.

- Какая мерзкая улыбка...

Несмотря на явную и реальную угрозу его жизни, Винсент ухмыльнулся, как будто был в приподнятом настроении. Юлиус не стал отчитывать Ферриса за его кислый шепот. Ему и самому хотелось воскликнуть, что это сродни какой-то жестокой шутке. Юлий и его друзья, присягнувшие на верность Королевству Лугуника, теперь сражались, защищая императора Волакии, —кто бы мог подумать, что настанет такой день?

- Если все это правда, то мастер Балрой был выбран в качестве катализатора для начала этой войны. Конечно, любой мог бы послужить той же цели?

- Да, если бы они принадлежали к соответствующему сословию. Один из девяти Божественных генералов — человек, который мог стоять на собственных ногах, не обладая при этом большим влиянием. Идеальная мишень, к несчастью для него.

- Я... Понятно, - обескураженно сказал Юлий, глядя в землю. Он обменялся с Балроем всего несколькими словами, но тот казался настоящим солдатом, и нетрудно было представить, сколько он тренировался, чтобы стать тем, кем он был. Хуже того, как он проложил себе путь вверх по кровавой лестнице, даже вступив в ряды девяти Божественных генералов, он был убит. Это было почти...

- Неестественно, - пробормотал фиолетово-волосый рыцарь.

- Юлиус?

Мужчина положил руку на подбородок и погрузился в раздумья. Он мысленно вернулся в огромную комнату, где этот человек встретил свой конец. Что-то было не так. В надежде точно определить, что это было, он решил подтвердить последовательность событий.

- Райнхард. После того, как вы вошли в этот чертог, как раз перед тем, как был убит мастер Балрой, ты упомянул, что твое время было украдено. Я все верно понял?

- Да, именно так. Для меня загадка, что это было ... Я в полном замешательстве, потому что даже толком не помню, что произошло...

- Не волнуйся, я тебя не виню. Почему наши враги не пошли за тобой, Райнхард?

-...? Наверное, потому что одной моей смерти было бы недостаточно? Если бы они захотели начать войну, была бы необходима смерть императора Винсента...

- В таком случае они могут просто убить тебя и мастера Балроя и ослабить обе стороны одним ударом.

В крайнем случае Райнхард был таким же сдерживающим фактором, как и сам дракон. Юлиус предположил, что он не единственный, кто так думает. Конечно, Феррис, по крайней мере, согласился бы с ним. Действительно, одного Святого меча было бы достаточно, чтобы довести любую войну до конца. В этом случае...

- Должна же быть какая-то причина, по которой они могли нацелиться только на мастера Балроя.

- Ты думаешь, война между Лугуникой и Волакией была не единственным их планом? Почему они убили только одного из своих?

- Нет. Нет, все не так. Аааа, возможно все было наоборот…

Феррис был сбит с толку предположениями Юлиуса, но Винсент сразу же понял, что это означает. Тонкая улыбка скользнула по лицу правителя Волакии, и его черные глаза впились в Юлия. Молодой человек нахмурился, холодок пробежал по его спине, но он ответил пронзительным взглядом.

- Тогда скажи мне. По вашим рассуждениям, с какой целью эти разбойники напали на Балроя, а не на вашего Святого меча? С какой целью они вели наши страны к войне, оставляя Святого меча в живых?

- Ну, я думаю... Юлий почувствовал, что у него пересохло во рту, когда он начал отвечать; он сглотнул один раз. Затем, чувствуя за спиной Райнхарда и Ферриса, он дал Винсенту свой ответ — свое объяснение, почему Балрой, а не Райнхард был убит.

- Смерть Балроя Темегрифа, одного из девяти Божественных генералов, была частью их плана с самого начала.

Глава 13

В Рапгане, столице Волакийской империи, царил хаос. Император был похищен, и один из прославленных девяти Божественных генералов был убит. Подобные события были, мягко говоря, ужасны.

В зале, расположенном далеко от Хрустального дворца, несколько человек провели секретное совещание.

- Император очень проницателен. Я думаю, что он уже все знает, Мы должны взять это в расчет.

Ответа не последовало.

- Начинаешь жалеть, что мы не прикончили его в замке? В столице, с достаточным количеством войск, у нас был бы шанс, но… Ну-ну.

- С меня хватит, Темегриф, прекращай ныть!

Высокая, стройная фигура говорила, прежде чем их прервали.

Голос принадлежал привлекательному мужчине, который провел руками по каштановым волосам, а его миндалевидные глаза были опущены. Этот человек был именно тем, кого прикончили в Хрустальном Дворце и несомненно той персоной, что вызвала переполох в Империи.

Там стоял Балрой Темегриф, в полном здравье.

Человек, который перебил Балроя, показывал на него дрожащим пальцем и выдал:

- А всему виной твое безрассудство! Что мы не так сделали, что устроили такую погоню в нашей стране?

- Ты же не можешь ударить кого-то в спину, когда идешь на него спереди, правда? Что касается чужеземцев, то я удивлен, что они доставили нам столько хлопот. Они оказались гораздо умнее, чем мы думали.

- Для целой группы Божественных генералов полное поражение - это позор нации. Если бы восьмирукий был еще жив, нас бы никто не смог так опозорить и унизить.

- Навивает ностальгию, но он давно мертв.

Балрой пожал плечами, услышав печальный тон собеседника. Это был Герой Волакии.

- В любом случае, пора перестать заглядывать в прошлое. А восьмирукий не очень красиво ушел, если я не прав, то поправьте меня.

Ответа не последовало.

- Он должен был защищать столицу, но вместо этого предал город одному из архиепископов греха, а затем погиб в бою... Как говорят легендарные герои, это был не очень хороший конец.

Другой мужчина сжал кулак и глубоко вздохнул...

- Император не должен возвращаться в Хрустальный дворец.

- Оставьте это моим людям. Большинство людей не смогут к ним приблизиться из-за приказа Гоза. Мы должны прикончить его, во что бы не стало, чтобы на нас не упали подозрения.

- Подозрения? Вы и я - мятежники. Не будьте так наивны, назад дороги нет.

-Ха-ха-ха, это была просто шутка. Имперский юмор. Я провел достаточно времени с Его Величеством, чтобы понимать, если вы играете и проигрываете, вы не проживете достаточно долго, чтобы сделать это снова.

Балрой усердно трудился, как один из девяти Божественных генералов, и все они были под знаменем Винсента Волакии. У него не было никаких иллюзий относительно получения милости от безжалостного правителя. Этот человек был холоден, жесток и умен, но он был достоин того, чтобы претендовать на власть.

- Должен сказать, мне жаль его величество.

Они не могли знать, кто будет сидеть на троне, когда все закончится. У него не было личной ненависти к Винсенту. На самом деле, у него были причины быть ему благодарным. У Балроя тоже не было причин сомневаться в его лояльности. Значит ли это, что человек, с которым он сейчас в заговоре, пользуется у него большей преданностью и доверием, чем даже император? Не совсем. Это было просто логическое завершение идеалов Балроя, того, что было в его сердце. Император, которого он знал, не осудил бы враждебность, порожденную такой причиной, но вместо этого понимающе кивнул бы. После этого вопрос заключался лишь в том, какая из их философий будет преобладать.

- Ладно, ладно, давай приступим. Выясняю, где он сейчас... Мы с тобой оба знаем, что именно это решит нашу ссору.

- Конечно!

Другой мужчина в ярости стукнул кулаком по столу. Затем он взял со стола переговорное зеркало и куда-то указал, давая указания боевым расчетам. Хотя он не был Божественным генералом, этот человек излучал мощную ауру. Именно по этой причине Балрой был с ним в сговоре. Его честолюбие и авторитет сочетались в нем идеально.

-Ну что ж. Пожалуй, мне самому лучше поторопиться, решил Балрой, подняв копье, прислоненное к стене, и начал медленно удаляться.

- Куда это ты собрался?

- Хочу подышать свежим воздухом.

Он помахал своему сообщнику, не замедляя шага. Легкий изгиб его губ можно было принять за насмешку над самим собой, но ему не хотелось, чтобы кто-то еще это заметил.

- Не смей ничего принимать самостоятельно.

- Самостоятельно? - Спокойно ответил Балрой. - Не говори глупостей. Если бы я хотел просто посидеть, я бы никогда не заговорил с тобой.

Тон был весьма сдержан, но другой мужчина почувствовал, как его горло сжалось от страха. Балрой вдруг понял, что своими словами нечаянно напугал мужчину своей кровожадностью. Однако он решил не извиняться и просто покинул здание. Его встретило ржание лошади. Его лицо изменилось, когда он услышал знакомый оклик своего друга. Балрой глянул на него с улыбкой.

После долгой паузы он заговорил:

- Как насчет того, чтобы отправиться в путь, Кэриллон?

Глава 14

У подножия широкого горного хребта, расположенного в нескольких километрах к северу от Хрустального дворца, находились беглецы, осматривая друг друга внутри караульного помещения, лишенного своих обычных обитателей.

Райнхард и Феррис обменялись взглядами, пока Юлий излагал свою гипотезу о том, что на самом деле произошло во дворце сегодня утром.

- А что если мастер Балрой подстроил собственную смерть?.. Может быть, он в сговоре с заговорщиками?

- Если смерть одного из Божественных генералов была лучшим способом привести все в движение, то самым простым решением было бы привлечь одного из девяти в качестве союзника. Удары в спину и засады, устраиваемые друзьями, для жителей империи сродни хлебу насущному. Неразумно поворачиваться спиной без должной осторожности.

Зажечь искру восстания - тоже немалый подвиг.

- Значит, лучший ход - сделать генерала, который должен “умереть", твоим союзником с самого начала? Но это…

- Это наиболее правдоподобная тактика. Если преступление можно повесить на вас всех, тем лучше. Остальные генералы возьмут на себя то, чтобы уничтожить вас. Тем более, если ты случайно убьешь меня где-нибудь в процессе… Если выяснится, что рыцари из Лугуники убили Божественного генерала и императора Винсента, они натравят всю империю на преступников.

Даже сейчас они балансировали на грани именно такого развития событий. Если их враги создадут правильные условия, то заговорщикам больше ничего не нужно будет делать. Они могут рассчитывать на то, что преследующие их генералы заставят нарушителей молчать.

Однако…

- Были две вещи, на которые они не рассчитывали. Во-первых, что Его Величество не был убит там, во дворце...

- И во-вторых, что твой Святой меч может сравниться даже с Сесилусом.

- ...Вы хотите сказать, что Райнхард действительно помешал их планам?

Задал вопрос Феррис, а Юлиус кивнул с немалой долей гордости. Если бы там не было Райнхарда, Винсент вполне мог потерять голову из-за наемного убийцы. Юлиус и Феррис наверняка были бы убиты преследующими их генералами. Именно благодаря Райнхарду этого не случилось, поэтому оставался луч надежды на мир между королевством и империей.

-Теперь у нас есть множество кусочков этой головоломки. Что нам нужно сделать, так это доставить Его Величество обратно в Хрустальный дворец и раскрыть истинную личность наших врагов. Это потребует тщательного планирования.

- Согласен, - сказал Винсент, - немногие на это способны.

- Но прежде, позвольте мне сказать вам несколько слов похвалы. Отлично сработано.

- Да, молодец, Юлиус, - добавил Райнхард.

- Мы с Феррисом никогда бы этого не поняли.

Юлий чувствовал, что все это было немного чересчур, но сейчас ситуация стала проще, и он смог вздохнуть с облегчением.

Теперь, когда они точно знали, каковы условия их победы, они понимали, что их враги будут отчаянно пытаться остановить их. Среди этих врагов был и Балрой Темегриф. Трём рыцарям понадобится использовать всё, что у них есть против него.

- Ах. Я знал, что это будет не так просто, - будучи на стороже, Юлиус огляделся вокруг.

- О, ради всего святого! Ты ещё не перевёл дух! - Простонал Феррис.

Теперь, когда они поняли, что победа потребует возвращения Винсента во дворец, они вышли из караульного помещения. К несчастью, группа остановилась как вкопанная, когда почувствовала, что их окружают бесчисленные враждебные существа.

- Их так много. Не могу поверить, что я этого не заметил… Они действительно застали нас врасплох.

Райнхард, как и Юлиус, огляделся по сторонам и нахмурился, поняв, что их застали врасплох. Это выражение досады было необычно для него, но его недовольство собой было вполне объяснимо.

Их так много, что не заметить их было невозможно.

- Десять-двадцать… Я бы сказал, не меньше пятидесяти.

- Ого, это не очень хорошая новость. Я и не знал, что твои духи умеют считать, Юлиус.

- Хорошо это или плохо, но они отличные ученики, а я - гордый учитель.

- Хм, не то хвастовство, на которое я надеялся...

Феррис быстро спрятался за спинами Юлиуса и Райнхарда. Когда Юлий велел своим высшим духам подтвердить количество аур, окружающих караульное помещение, он обнаружил, что их было во много десятков раз больше их собственного. Однако это были не Волакийские войска. Юлий был уверен, что это убийцы, посланные теми, кто охотился за ними.

Убийцы скрывали свое присутствие. Даже если он напрягал своё зрение, следуя указаниям своего духа, он все равно ничего не мог разобрать.

- Похоже, даже хваленый Святой меч не может ускользнуть от ценных охотничьих собак империи.

- Вы хотите сказать, что знаете, кто они, Ваше Величество? - Спросил Феррис.

- Тогда, может быть, вы им хорошенько объясните, что мы разделяем одну и ту же судьбу?

- Я очень в этом сомневаюсь. Если они вступили в союз с мятежниками, то им будет все равно, одобряю ли я то, что они делают. Это достаточно очевидно, учитывая, как они отбросили свою роль шпионов и информаторов, чтобы превратиться в простых убийц.

Винсент скрестил руки на груди и с подобающей ему властностью оглядел окружающие их ауры.

- Можно предположить, вас уговорили на это с помощью пустых обещаний. Что вам сказали? Что, когда меня сместят с трона, отношение к самому слабому племени изменится? Вас купили по дешевке.

- Гм, Ваше Величество… Если разговор с ними не сработает, может быть, мы могли бы по крайней мере... Не дразнить их и не злить? Просто маленькая идея Ферри.

Провокация Винсента, несомненно, усилила угрожающее давление, которое окружало их.

Эти люди пришли убить императора, того, кто правил их страной. После слов Винсента остатки нерешительности исчезли из их умов… Внезапно они услышали скрежещущий, щелкающий звук. Этот звук... Этот звук был признаком того, что их приготовления завершены.

- Это устрашающие и сильные противники. Покажите мне, как вы будете защищать правителя Волакии.

- Как прикажете.

- Мне как-то не по себе от этого! - Воскликнул Феррис.

Он был последним из четверых, кто заговорил перед тем, когда враг сделал свой ход. С невероятной скоростью кто-то летящий на крыльях из натянутой кожи приблизился к караульному помещению. У него были ноги и руки, как у человека, но также и несколько важных отличий. Крылья были одним из них, как и щупальца, и… соединённые глаза. Все эти различия имели некое сходство: все они были частями одного жука.

- Они из клана «Клетка Насекомого». Они приручили этих страшных жуков. Может быть, они так и не выглядят, но они сильнее, чем кажутся.

Враг приблизился с огромной скоростью, и Райнхард вступил в бой.

Клан "Клетка Насекомого" был небольшой группой, которая существовала только в Волакии, племя, которое включало в себя широкий спектр полулюдей.

С юных лет члены клана поглощали насекомых с особыми способностями, перенимая качества этих существ с течением времени. Они делились своим ОД - источником всей жизни с насекомыми, объединяя с ними души, чтобы разделить их тела и получить силу насекомых. Именно это и привело к их чудовищному внешнему виду. Когда люди этого клана высвободили силу насекомых, они сами превратились во что-то очень похожее на жуков. Атаки были словно механическими: не содержали ни страсти, ни эмоций. Люди клана охотились на могущественных людей, и они делали это хладнокровно, жестоко и беспощадно. Они танцевали в небе на крыльях, стреляли ядовитыми дротиками из трубок во рту, использовали свои мутировавшие руки, как серпы, чтобы рубить свою добычу, кололи рогами, которые могли пробить сталь, и даже бросались вперед, полагаясь на свои собственные тела, заключенные в непроницаемые панцири. Все уникальные движения, которые ни один нормальный человек не смог бы выполнить, и все же…

- Ну, хорошо. Я никогда раньше не видел подобных атак. Наверное, было бы невежливо называть это «очень интересным».

Для ассасинов это, должно быть, было похоже на кошмар, потому что все их атаки были отражены. Райнхард использовал своё невероятное мастерство ног, чтобы держать их всех на расстоянии, несмотря на их преимущество в полете. Святой меч швырнул их отравленные дротики вниз в середине полёта. Своими руками он отражал их рассекающие ветер серпы и бронебойные рога, в то время как он встретил их сокрушительные удары и заставил их пошатнуться одним ударом. Райнхард никогда раньше не видел подобных нападений, но они его ничуть не запачкали.

- Невозможно... - простонал один из мужчин с рогами, растущими из его плеч. Его покушение на жизнь императора было хладнокровно остановлено. Голос убийцы, похожий на жука, дрожал от удивления, когда он смотрел на Райнхарда.

- Это наши самые секретные и смертоносные методы, но ты относишься к ним… Как к пустышкам.… Как?!

- Мне очень жаль. Я просто полагаюсь на интуицию.

- Что...?!

Лицо мужчины застыло в еще большем недоумении. В следующее мгновение Райнхард подтащил к себе двух схваченных им противников и швырнул их на человека с огромными серпами и рогами. Враг с ядовитыми щупальцами попытался воспользоваться случаем, чтобы подобраться к Райнхарду сзади, но сверкнула сабля и разрубила смертоносного противника пополам.

- Райнхард, это объяснение мне не очень помогло.

Яд брызгал от извивающегося кусочка щупальца; Юлий взмахнул ветром, выпустив его ударом своего меча, а затем пронзил шатающегося убийцу насквозь. Мужчина рухнул на землю. Юлий ударил его по лицу рукоятью меча, отправив насекомо-подобного в бессознательное состояние. Одолев единственного противника, Юлий обернулся и обнаружил, что тем временем Райнхард сражался с пятью убийцами клана "Клетка Насекомого" и одолел их всех. Рыжеволосый рыцарь описал способность, которая позволяла ему так легко справляться с незнакомыми нападениями клана, как простую интуицию, но это был слишком скромный термин для благословения первого взгляда. Это позволило Райнхарду инстинктивно понять, как реагировать, чтобы защитить себя от атак, которые он видел в первый раз. Одним словом, это было почти как увидеть нападение до того, как оно произошло.

Благословение было бесполезно, если человек не мог отреагировать на атаку, которая была воспринята, но физические способности Райнхарда были таковы, что не было атаки, на которую он не мог бы ответить. Так же было ещё кое-что… Дважды виденное благословение… Когда рука-серп снова двинулась на него, он легко уклонился от нее, хотя она и была выпущена из слепой зоны. Это был эффект дважды видимого благословения, которое позволило ему ответить с гораздо большей скоростью на атаку, с которой он столкнулся однажды ранее. Эти два навыка не позволяли нанести Райнхарду вред ни новой атакой, ни повторной. Немногие могли бы быть лучшей партией против клана "Клетка Насекомого", группой, которая гордилась силой своих атак. Если бы святой меч не был с ними, как долго могли бы продержаться Юлий и остальные?

- Это довольно удивительно... - Пробормотал Винсент, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой. Рука-нож Райнхарда, которая могла резать более эффективно, чем Живая сталь, рассекала приближающихся членов клана, когда они летели на него один за другим. Для императора, возможно, боевой танец Святого меча, наряду с его рыжими волосами, нарисовал сцену трагически мчащихся к пламени мотыльков. Тем не менее, враг был многочисленным роем. В конце концов количество противников даст о себе знать.

- Юлий! Возьми Ферриса и Его Величество! - Крикнул Райнхард, продолжая отражать смертоносный шквал атак. Было ясно, что он намерен задержать их.

- Довольно элегантно, но неизбежно, - заметил Винсент. Уничтожение врага не было условием их победы. Юлий знал, что ему делать.

- Ваше Величество, сюда! - Крикнул он.

- Значит, мне снова придется бежать. Вы ведь не боитесь тех, кто лучше вас, не так ли?

- Не жалуйтесь! Ферри и Юлиус тоже бегут!

Таким образом, полет обратно в хрустальный дворец начался заранее, с Винсентом на прицепе. Раздалось яростное хлопанье крыльев; большая часть клана была остановлена Райнхардом и не могла преследовать их. Некоторые, однако, были в состоянии преследовать их по небу.

- Ире! Ало! - Юлий взмахнул мечом, призывая красных и зеленых великих духов. Ревущий пожар поднялся в небо. Он обжог крылья их преследователей, которые с криком повалились на землю.

- Хргх…

Даже на земле члены клана людей-насекомых боролись и тщетно пытались дотянуться до своей цели. Однако Юлий не обращал на них внимания. Рыцарь побежал догонять Ферриса и императора, которые были впереди него. Юлий не мог не испытывать некоторого сочувствия к убийцам, которые столь отчаянно старались продолжить преследование. Если то, что сказал Винсент, было правдой, то эти существа присоединились к восстанию в надежде получить более высокий статус для своего народа. Он не был согласен с их методами, но не мог сказать, что их желание, которое побудило их к таким действиям, было неправильным.

- Неужели ты позволишь этому дешевому чувству заманить тебя в ловушку и позволить им достичь своих целей?

- Ваше Величество...

Винсент поспевал за Юлиусом, осматривая его глазами. Когда правитель Волакии увидел, какой эффект произвели его слова, он холодно заявил:

- Это и есть истина. Милосердие, сострадание, порядочность — все это лишь способы, которыми сильные демонстрируют свое превосходство над слабыми. Рыцарство пытается приукрасить этот факт, как нечто большее, но, когда все сказано и сделано, это только показывает, что истинное бескорыстие невозможно.

Слова Винсента были подобны безжалостному лезвию, рассекающему сочувствующее сердце Юлиуса. Однако рыцарь не хотел оспаривать то, что император назвал его чувства дешевыми сантиментами.

- Ваше величество… Полегче с Юлиусом, ладно?

В этот раз Феррис взял инициативу и заговорил, замыкая их шествие. Его дыхание начинало сбиваться, но его взгляд был по-прежнему нерушим, а взгляд направлен на Винсента.

- Вы можете подумать, что Юлиус большой, серьезный парень. Однако в душе он всего лишь ребенок, и то, как вы выбиваете его из колеи своим разговором, делает вас никем иным, как задирой.

- Как ты доказал в тронном зале, ты, конечно, не стесняешься критиковать меня, звереныш. Возможно, это лишь доказывает, что ты действительно дикарь. Неужели ты забыл о своей учтивости, когда покинул утробу матери?

- Я был очень избалован, если позволите, сир, тем, кого не так легко было обидеть грубыми высказываниями. Наш король ни в малейшей степени не подходил на роль правителя, и все же, Ваше Величество... Он был лучшим человеком, чем вы когда-либо будете.

Это была провокация гораздо более серьезная, чем та, которую высказал Бордо в тронном зале, и она едва не стоила старику головы. Но Винсент только прищурился, услышав слова Ферриса. Затем он расплылся в легкой улыбке.

- Пусть никто больше не говорит, что вы лишены мужества. Вы спровоцировали меня, чтобы отвлечь мое внимание от вашего друга.

- Бедный малыш Ферри не понимает, что вы имеете в виду! - Феррис приложил палец к щеке и сделал вид, что не понимает, о чем говорит император. Уже одно это выдавало истинные намерения Ферриса — он пытался защитить Юлиуса. Был ли его ход стратегически умным или просто порожден дружбой. Хотя скорее всего, это было вторым.

- Спасибо, Феррис, - сказал Юлиус.

- Я же сказал мяу! Я не понимаю, о чем ты говоришь! Послушай меня!

Феррис надул щеки в притворном раздражении. Хотя ему пришлось довольно быстро расслабить их, чтобы он мог сделать еще один вдох, когда троица продолжила свой полет. Юлиус, поглядывая одним глазом на Ферриса, решил отбросить все сомнения по поводу того, что они оставили позади, и сосредоточиться на будущем. Сейчас им нужно продолжать двигаться вперед.

- Мы должны добраться до Хрустального дворца…

Чтобы добраться до замка, группе предстояло вновь пересечь лес. Строение уже было видно вдалеке. Если они сумеют преодолеть дворцовые стены верхом на ветре, то легко смогут скрыться от глаз императорских войск. Однако, пока Юлий обдумывал план, произошло нечто неожиданное…

Наивная стратегия рыцаря была рассечена на части, как правая рука Винсента, которая отлетела от плеча.

Глава 15

Легкая, будто воздух, тонкая словно прутик рука императора взвыла в воздух. Мгновенье спустя она упала на траву, оставив Винсента сбитого и шокированного от всего происходящего. Вслед за оторванной рукой хлынула река крови, пропитав красно-темное одеяние Императора.

- Ваше Величество!

Спустя время он пришел в себя, когда Юлий его поднял. Феррис с бледным лицом взял руку Винсента и быстро начал читать исцеляющее заклинание. Однако сейчас было не время и не место.

- Феррис! Мы должны вернуться в лес!

- Что? ... А?

- Мы не знаем, откуда была произведена атака на Его Величество! Я никого не вижу! Должно быть, это дальнобойная атака из-под засады! - Развернувшись, Юлиус бросился в лес. Феррис последовал за ним.

Прогремела еще одна атака, задев кошачьи уши Ферриса и врезалась в дерево позади. Неважно, что это было, но оно смогло пробить ствол первого дерева, а также и того, что находилось за ним. Именно тогда Феррис наконец понял, что происходит.

- Снайпер?! - воскликнул получеловек. Словно в подтверждение сказанного, несколько деревьев треснули под новым ударом.

Удар, унесший руку императора Волакии, был очень точным. Дальность, скрытая магическая атака. Убийца, скорее всего, был расположен так, чтобы следить за дорогой обратно в Хрустальный дворец, и когда беглецы с такой готовностью показались, убийца выстрелил. Кто бы это ни был, они были осторожны и внимательны, их точность была пугающе хороша. Если бы они целились на дюйм или два выше, то снесли бы голову Винсенту.

- Им, кажется, даже все равно, пойдем ли мы в лес...!

- Это потому, что им больше не нужно скрывать себя. И все эти выстрелы... Сколько их там всего?

Феррис на бегу схватился за голову, в то время как Юлий крепко держал императора. Снайперские выстрелы преследовали их. Справа налево они двигались с пугающей скоростью и точностью; Юлий старался бежать как можно аккуратнее, чтобы не нанести еще больше вреда императору. Винсент был бледен, находясь в бессознательном состоянии, вызванным потерей крови. Если они не остановят кровотечение, он умрет. Юлий должен был сделать выбор, и как можно скорее.

- Феррис! Спрячься под деревом и займись лечением Его Величества! Я займусь этими убийцами!

- Ты думаешь, что сможешь это сделать???

- Я должен! Жизнь императора важна для нас, от нее зависит наша судьба.

На минуту Феррис ощутил тяжелую ношу ответственности, лежащую на нем, но все же кивнул. Юлиус посадил Винсента в тени большого дерева, и Феррис немедленно приступил к лечению.

********

Вскоре рука была на месте. Кошко-мальчик был лучшим среди целителей, способным вылечить даже смертельные ранения, если пациент все еще был жив. Это было полем битвы Ферриса — нет, Ферриса Аргайла, лучшего целителя Лугуники.

Тем временем Юлий Юлиус ринулся в свою собственную битву.

- Ирэ, Куа, Ало, Аке, Ине, Несс. Мои духи, дайте мне свою силу, - прошептал Юлий, вытащив саблю, гордо держа ее перед собой.

Вокруг оружия заплясали шесть разноцветных огоньков. Каждый из них излучал слабое свечение… Но под пологом леса, что закрывал солнце, они казались ослепительно сияющими и прекрасными. Шесть стихий, шесть великих духов, дарующих рыцарю свою силу — вот истинная сила рыцаря духов.

- Иди и убей их! - Крикнул Феррис, и Юлиус рванулся на столкновение с ветром, преследующим его по пятам. Снайперские выстрелы рвали землю позади него, когда он мчался по лесу. Враг был очень силен, но этого было недостаточно, чтобы остановить Юлия. Возможно, они знали, что он был самой большой угрозой, поэтому выстрелы были переведены на него. Даже уклоняясь от выстрелов Юлий с облегчением понял, что привлек внимание снайперов. Теперь Феррис был в безопасности на какое-то время и мог заняться исцелением Винсента.

Юлию оставалось только сыграть свою роль.

Летевшие пули задели щеку и край подошвы рыцаря, позволив ему увидеть, что они из себя представляли. Это были бесцветные шары света… Снаряды представляли собой простые сферы маны, не пропитанные никаким элементом.

Это делало их сродни неэлементальной атаке волшебных костяшек Груви. Однако эти стрелки оказались гораздо более искусными, целясь именно в руки, ноги и жизненно важные органы Юлия с почти невероятной точностью. Их скорость была намного больше, чем у тяжелого лука, и способность снайпера целиться в движущегося врага казалась почти нечеловеческой. В голове Юлия мелькнула мысль, что этот убийца может быть одним из девяти Божественных генералов. В конце концов, они были самыми способными бойцами Волакии. Если так, то в этот момент был только один человек, который намеренно целился в Его Величество.

- Балрой Темегриф!

Этот человек не испытывал способности Юлия и не пытался просто вывести его из строя. Рыцарь Лугуники был вовлечен в настоящую дуэль с одним из девяти генералов. Представив себя в поединке с одним из лучших бойцов Империи, Юлий почувствовал, как его сердце дрогнуло. Хватит ли его собственных способностей для такого противника?

Юлий считался третьим по силе рыцарем Королевской гвардии королевства Лугуники. Несмотря на то, что он был ранжирован сразу после Райнхарда и Маркуса, когда дело доходило до силы, фиолетово-волосый юноша понимал, насколько это было далекое третье место. Его способности все еще росли, и Юлий не знал, насколько он может сравниться в силе с одним из сильнейших Волакии. Поэтому, дрожал ли он от возбуждения или от ужаса, никто не мог сказать наверняка. Однако в одном Юлий был уверен наверняка.

- Рука, что сейчас сжимает этот меч… Этот горящий меч.

Он чувствовал тяжесть, которую нес, и он знал, с каким страхом он шел на своего врага… Временами он сомневался в своем мастерстве владения меча и в том, что действительно заслужил титул, который ему дали.

Это сражение, несомненно, даст ответ или, по крайней мере, намек на него.

Юлий вышел из-за густых деревьев в глубине леса. В тот момент, когда он это сделал, сама его плоть отреагировала на град невидимых световых атак с физическим усилением, подаренным ему Ине, Высшим Духом света. Это была та же самая карта, которую он разыграл в битве с Сесилусом и она существенно улучшила реакцию Юлия. В тот момент, когда его обостренные чувства обнаруживали атаку, он поднимал свой меч, чтобы блокировать ее со скоростью мысли.

Он отослал шары света прочь быстрыми, маленькими движениями своей огненной сабли. Юлий парировал один удар, потом другой, затем следующий…

Блокируя каждую из атак, рыцарь попытался определить местонахождение снайпера. Как только Юлий выйдет из леса, он окажется на открытой равнине. До стен столицы не будет никаких препятствий; он будет легкой добычей.

Но снайпер будет не единственным, кто выиграет от лучшего обзора. Кроме того, это сделало бы местонахождение убийцы более очевидным. Если бы Юлий мог просто обнаружить местонахождение снайпера, это позволило бы ему контратаковать своей собственной магией. Таким образом, рыцарь Лугуники сделал свой выбор. Он откажется от инициативы, но все равно двинется на равнину, зная, что будет на заднем плане. Будет ли эта стратегия хороша или плоха, Юлий узнает, только если переживет атаку своего противника...

- Неплохо, неплохо. Но это работает только в том случае, если твой враг находится на той же высоте, что и ты.

Юлий услышал эти слова, словно ветер, выйдя на луг. Однако, тратить время на этот голос было бесполезно. В тоже мгновенье его настигло несколько снайперских выстрелов, каждый из которых был сделан с разных мест, и Юлиусу потребовалось все его мастерство, чтобы защититься от них.

Используя все свои возможности в фехтовании и магии, он смог отразить большую часть лучей света, которые летели в него. Несколько выстрелов, от которых он не смог защититься, задели его левое плечо, правую ногу и бедро. И все же Юлий скорее удивился, чем огорчился. Он больше не сомневался, что снайпером был Балрой. Но даже в этом случае Юлиус считал, что стрелявших должно быть больше, чем один. Если подумать о выстрелах, сделанных в императора, а теперь и в него самого, сомнений почти не оставалось. Иначе как могли бы снаряды прилететь сразу с нескольких сторон?

Однако...

- Я не могу себе представить, чтобы на свете было много людей, способных так метко стрелять.

Весь залп обрушился на Юлия в мгновение ока. То, что вокруг была группа людей, которые могли не только мощно и точно атаковать, но и поддерживать такую невероятную координацию, было немыслимо.

Единственным выводом было то, что у Балроя был какой-то туз в рукаве.

- Я должен выяснить, что это, или я никогда не доберусь до него.

Чудовищно меткие удары наносились слишком быстро, не давая рыцарю отдышаться. Их многочисленные направления означали и то, что он не мог определить местоположение снайпера. Дрожащими пальцами Юлий поправил рукоять меча и приготовился встретить невероятно отточенную технику этого охотника.

Он напомнил себе, что на его нетвердых плечах лежат судьбы королевства и империи.

Глава 16

Пока Райнхард сдерживал насекомоподобных убийц, Юлиус устремился к тому, кто стрелял. Укрывшись в лесу, под тенью большего древа, Феррис полностью рассчитывал на боевые навыки своих товарищей. Он занимался исцелением смертельно раненного Винсента, лежавшего перед ним.

Император потерял свою правую руку и очень много крови, прежде чем Феррис смог начать лечение. Феррис продвинулся в восстановлении руки, но даже его невероятные способности не могли восстановить потерянную кровь императора и его истощенную жизненную энергию. Феррис решил положиться на тактику, которая включала в себя большой упор на способность человеческого тела самовосстанавливаться.

- Умоляю тебя, не умирай! Это было бы очень глупо.

- ...Не кричи мне прямо в ухо. Дикий зверь.

- ...посмотри на себя — наконец-то я проснулся, и первое, что ты говоришь, это какая-то гадость.

Феррис был совершенно ошеломлен неожиданным замечанием Волакийского правителя.

Винсент был на пороге смерти, от его выносливости ничего не осталось. И все же каким-то образом ему удалось вернуться в сознание. Очевидно, зверочеловеку-целителю не нужно было беспокоиться о том, что Винсент просто поддастся отчаянию. Если у человека слабое сердце, это может отразиться и на теле. Феррис знал по опыту, что жизнь дает свой свет только тем, кто хочет, чтобы ее пламя продолжало гореть.

Бледный Император Винсент ухмыльнулся, увидев явное облегчение на лице мальчика - кота.

- Похоже, твои страхи рассеялись. Если я умру, война между империей и Королевством станет неизбежной. Тяжелая ноша для плеч, без сомнения.

- Угу, очень, так что еще раз, пожалуйста, не умирайте, Ваше величество. Это был бы глупый способ начать глупую войну.

- Ты считаешь, что война - это глупо?

Хладнокровная улыбка Винсента не изменилась от замечания Ферриса. В темных глазах императора отражался молодой рыцарь, который даже не потрудился вытереть кровь, забрызгавшую Императора.

- Это, должно быть, очень вас огорчает. Если бы королевская семья Лугуники была в добром здравии, а завет с драконом - в безопасности, тебе не пришлось бы спасать мою жизнь.

- Твои способности целителя поражают. На данный момент я полностью серьезен. Но быть неспособным использовать эти навыки в интересах тех, кому ты был наиболее предан... Нет слов, чтобы описать, насколько это мучительно.

- ...! Не смейся надо мной! - Получеловек решил пропустить это мимо ушей, но в конце концов не смог этого сделать.

- Ты говоришь, что я не хочу тебя спасать? Что ты знаешь обо мне? - Голос мальчика-кота дрогнул.

Хотя его руки были полны целительной силы, в его глазах кипел гнев, когда он смотрел на своего пациента.

Винсент был прав. Как он и сказал, Феррис не смог помочь в излечении чумы, и его способности были бессильны против таких болезней. Многих, кого он хотел спасти, умирали на его глазах, и это очень сильно печалило его. И все же, теперь он был здесь и делал это. Его сила не смогла спасти принца, но этого человека, будь он проклят, он мог спасти...

Когда он закрывал глаза, ему часто виделась улыбка короля. Как давно? Как давно он желал счастья, где Феррис и его хозяин были благословлены вместе. Но этому не суждено было сбыться, и его бесполезность заставляла целителя временами желать умереть…

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Не смей смеяться надо мной, император Волакии!!! Я – целитель принца и Короля!!! Они были добры ко мне… Так как же я могу выбрать одних, но отвергнуть других???

Винсент молчал. Феррис понимал, что поддался эмоциям, но не жалел об этом. Молодой целитель не стал жаловаться на то, что он бомбардировал императора своими словами, нагромождая неуважительные слова одно за другим. В этот момент он чувствовал только любовь к тем двум людям, которые вызывали у него огромное восхищение одной лишь мыслью. Это было самое важное в жизни Феликса Аргайла. Именно это он и подтвердил своими едкими словами в адрес правителя целой империи.

- Если только я не ошибся в своей догадке, этот выстрел был сделан Балроем Темегрифом, - внезапно предложил Винсент, выдохнув слова одним долгим вздохом.

- Что?

Феррису потребовалась секунда, чтобы понять, что сказал император. Балрой был одним из девяти Божественных генералов. Вполне логично, что Винсент знает, как сражался этот человек.

- Даже если ваш второй рыцарь раскусил его трюк, один человек вряд ли сможет одолеть его. Двое могли бы справиться запросто.

- Двое? Но Райнхард…

Феррис бросил взгляд в сторону караульного помещения и подумал о Райнхарде. Святой меч все еще был там, в одиночку сдерживая более пятидесяти убийц. Феррис верил, что Юлий и Райнхард вместе смогут одолеть любого противника, кто бы это ни был. Но в тот момент шансы Райнхарда присоединиться к ним казались примерно равными шансам жука против ботинка.

- Тебе уши для украшения нужны, звереныш?

- Украшения...?

- Я сказал, что двое справятся. Присутствие или отсутствие Святого меча ситуацию не изменит.

С этими словами Феррис посмотрел на свои маленькие, слабые руки. У Ферриса было только одно оружие: кинжал с львиной гривой, который он получил от своего хозяина. Он не знал, как им пользоваться, и не обладал никакими навыками фехтовальщика. Если император думал, что Феррис будет достойным противником для одного из девяти генералов, то он думал напрасно.

- Ты можешь сослаться на страх, - сказал Винсент, насмешливо фыркнув.

- В таком случае тебе нужно быть только пассивным наблюдателем, смотрящим за развитием событий.

Когда император увидел, что глаза Ферриса расширились, он продолжил:

- Может быть, мне стоит использовать слово "посторонний", а не "наблюдатель"? Похоже, это твоя специальность. Цена вашей слабости была тем, что вы были наиболее лояльны ко всему. Похоже, вы готовы заплатить ее снова.

- С меня довольно! Отлично! Просто отлично! Действовать — это все, что я должен делать, не так ли? Принять меры? Отлично!

Такая манера речи, которую использовал Винсент, вызвала у Ферриса сильнейший гнев. Однако объектом его гнева был не только император — это была его собственная нерешительность. Он продолжал придумывать оправдания, почему он не мог делать вещи; оправдания делали все так легко. Но они были позорными.

Он потратил все свое время, гоняясь за людьми, которые не боялись таких вещей, и все еще просто следовал за ними по пятам.

- Тогда слушай внимательно, скотина ты этакая. Вам нужно только рискнуть своей жизнью.

Увидев, что Феррис клюнул на приманку, Винсент поманил его к себе только что прикрепленной правой рукой. Лицо Ферриса исказилось, когда он услышал стратегию Волакийского правителя. Император улыбнулся, увидев этот взгляд, и впервые в нем не было презрения. Выражение его лица было как у мальчишки, который придумал какую-то гадкую пакость. Улыбка… Жестокая и красивая.

Глава 17

Сабля отбила приближающийся шар света. Светящаяся сфера с грохотом отскочила , и Балрой мгновенно сбежал со своего местонахождения.

- А ты хорош. Ах, как приятно иметь достойного противника.

Рыцарь двинулся прямо на Балроя. За его спиной был лес, а он нёсся через равнину. Этот человек из Королевства Лугуника, который называл себя Юлием Юклиусом, оказался врагом, заслуживающим искреннего уважения. Его искусство владения мечом и магии духов было превосходным. Только по силе он, вероятно, мог бы подняться до второго ранга божественного генерала в Империи. Возможно, он смог бы достичь еще более высокого положения. Однако он был слишком честен и учтив в бою.

- В империи важна лишь сила. Только сильнейший имеет права голоса. По сравнению с этим, ваше рыцарство полный бред!!!

Если бы они скрестили мечи в поединке один на один, даже Балрою было бы трудно одолеть Юлиуса. Но весь фокус боя заключался в том, чтобы максимально использовать свои собственные силы, не позволяя врагу использовать свои. Сила Балроя заключалась в стрельбе на дальние расстояния, и он собирался использовать её как можно лучше. Более того, Божественный генерал, стреляя со спины своего небесного дракона, мог двигаться быстрее скорости звука.

- Победа любой ценой. Не злись на меня — я просто делаю то, что нужно.

Он был всадником, способным взлететь в небо на крыльях своего дракона. Балрой был одним из немногих в Волакии, кто мог управлять небесным драконом. Крылатые существа были темпераментны и отказывались даже от седла. Другими словами, всадники драконов играли со смертью. Не было ни поводьев, ни ремня - ничего, что могло бы остановить их падение, если бы они соскользнули. Даже попытка выполнить эту задачу требовала редкого чувства равновесия и доверия к своему партнеру-дракону, которое могло привести к смерти.

Сидя на спинах парящих драконов, они могли внезапно обрушиться с неба на своих врагов. Критически важные для военной мощи Волакии, эти войска были искусны в атаке, поддержке и передаче сообщений. Более того, Балрой Темегриф привнес в профессию еще кое-что уникальное. А именно...

- Я могу использовать магию света, дабы согнуть свет вокруг себя, и магию ветра, чтобы рассеять мою ауру. А теперь, как думаешь, ты сможешь найти меня и Карийона здесь?

Используя магию, он мог преломлять свет так, чтобы заставить себя и своего дракона стать частью местности, сделав себя практически невидимым, что позволяло ему летать там, где он хочет. Конечно, за такое была и своя цена. Во время использования этой способности он не мог слышать окружение, но это была небольшая цена для того, кто был снайпером, находившимся в постоянном движении.

Невидимый, ненаходимый, неблокируемый. Это уникальное сочетание таланта верховой езды на драконе и исключительной способности к магии света принесло Балрою прозвище волшебного снайпера. Его действия принесли честь императорской армии и, в конечном счете, привели этого человека в ряды Божественных генералов.

А теперь он отбросил весь свой престиж, чтобы обратить сердце и душу против императора. И все это в благодарность тому, кто научил его жить, кто помог ему наладить связь с драконом.

Всё, что сейчас делал Балрой, было оплакиванием брата, что отправился в Королевство Лугуника, обещая свершить великие дела, и который больше не вернулся…

И все же, нельзя слишком долго затягивать предварительные переговоры... Но тут Балрой поднял бровь: его цель отклоняла все его выстрелы. Это был первый раз, когда он сражался с магом духа в настоящем бою, и он обнаружил, какими страшными противниками они были. Отличия от обычных магов заключалось в том, что они могли использовать духов, чтобы пользоваться атмосферной маной. Поэтому, им не нужно было ее копить. Компромисс заключался в том, что максимальное количество маны, которое они могли использовать за один раз, было продиктовано духом, с которым они заключили сделку, но...

Юлиус отбил еще один шар света. Он явно усиливал свое собственное тело великим духом; именно это позволяло рыцарю проявлять такие сверхчеловеческие реакции. На самом деле, если бы дело дошло до состязания в выносливости, именно Балрой подвергся бы наибольшему риску. Мятежный генерал тренировался только для коротких, острых сражений.

Как и всегда, снайпер прятался в одном месте, удерживая своих противников прижатыми в течение нескольких часов или даже дней. Но на эту схватку было отведено определенное время. Он не мог долго оставаться на одном месте.

Он снова посмотрел вниз и увидел Юлия, стоящего спиной к лесу, как бы говоря: "Ты не пройдешь". Балрой знал, что раненый император где-то там, как и рыцарь с кошачьими ушами. Истинный враг Балроя тоже не мог быть далеко - рыжеволосый Святой меч, сильнейший рыцарь мира - Райнхард Ван Астрея.

- Когда Сесилус вернулся, я подумал, что он может расправиться с вами.

Главная неопределенность в этом плане было то, что сделал сильнейший воин и величайший оптимист Волакии. Балрой мог быть безжалостным, не останавливаясь ни перед чем, но в конце концов, именно сейчас он хотел это сделать сам. С этой точки зрения он мог бы практически аплодировать трем приезжим рыцарям за то, что они ушли от Сесилуса живыми. Это гарантировало ему возможность отомстить и то, что его брат смог бы упокоиться с миром.

- Хм...? - Балрой перехватил своё копье, чтобы крепче его взять, но был застигнут врасплох чем-то происходящим снизу. Из-за деревьев к Юлию выбежала маленькая фигурка. Со своего места на спине дракона он быстро увидел, что это был мальчик с кошачьими ушами. Он никогда не обращал на него внимания; он явно не был бойцом. Балрой был не из тех, кто наслаждается ненужным убийством, поэтому он изо всех сил старался не целиться в него, но сейчас...

- Вот как устроено поле боя... Я позволю тебе сделать это все для меня!

Победа доставалась смелым. Тому, кто не колебался, торжествовал, ибо богиня победы больше всего любила тех, кто был наиболее жесток.

- ... ! - Рыцарь что-то крикнул Юлию.

Его голос был заглушен потоком воздуха, и Балрой не расслышал, что он сказал, но Юлиус слышал, и его лицо изменилось.

Балрой был не единственным, кто мог извлечь выгоду из изменения обстоятельств. Он двинулся, чтобы нанести удар прежде, чем его противники смогут создать какое-либо преимущество против него.

- Карийон!

Он послал своего напарника-дракона, падающего с облаков на землю. Мужчина заботился о своем Карийоне еще до того, как она вылупилась из яйца, их души были связаны. Связь между всадником и его драконом была очень похожа на связь между членами клана клетки насекомых и их жуками. За память о том, кто дал им такую возможность и указал путь, Балрой и Карийон отомстят как одно целое.

Рассекая воздух, они нырнули в голубое небо, словно стрела, выстраиваясь в линию, готовые пронзить Юлиуса и Ферриса... Балрой направил шар света на ближайшего противника.

На равнину брызнула кровь, и тело жертвы полетело по воздуху, как тряпичная кукла. Свет прошел через его спину и вышел из правой стороны груди, разрывая кости и органы.

- Простите.

Балрой больше не чувствовал вины за убийство. Встать между ним и его целью означало лишиться жизни. Он понимал, насколько жестоким это было. Вот почему он не отводил глаз от этого зрелища.

Но это обязательство, этот идеал снайпера, погубит его…

- Что...?

Внезапно, тело мальчика-кота, который должен был умереть, мгновенно было охвачено невероятным светом. Он сиял так ярко, что обжигал глаза генерала; это был взрывной бело-голубой свет, который Балрой не распознал как свет исцеляющей магии, находящейся за пределами всякого понимания. Тем не менее, он инстинктивно был насторожен, приказывая своему партнеру-дракону быстро подниматься. Им нужно было набрать высоту для того, чтобы приготовиться к очередному заходу...

- К-Карийон?

Балрой чуть не задохнулся от изумления, когда его дракон сделал то, чего он никак не мог ожидать. Его пальцы не смогли коснуться выступов на ее спине — тех, за которые обычно держался мужчина, и, когда дракон закрутился в небе, Балрой освободился.

Внезапная вспышка дракона поставила снайпера в тупик, но вскоре причина стала ясна.

Небо, голубое пространство, в которое должно было направиться существо, было омыто вихрем радужных оттенков. Карийон хлопала крыльями, пытаясь убежать от цветов, но даже дракон, летящий быстрее звука, не мог лететь быстрее скорости света. Она была окутана радугой и сброшена с небес ее ударной волной.

- Карийон…

Его дракон, его любимая партнерша, постепенно падала с воздуха со сломанными крыльями. Балрой больше ничего не мог сделать, чтобы дотянуться до нее. Он смотрел, как существо падает прямо у него на глазах.

Дракон падал все ниже и ниже, пока не рухнул на землю.

А Балрой мог только смотреть.

Глава 18

- Ферри выманит их, а ты найдёшь и разберёшься с ними!

Юлий, занятый своей обороной, побледнел, когда услышал крик Ферриса, выбежавшего из леса. Почему фиолетововолосый рыцарь ничего не ответил? Возможно, потому что преданность Ферриса была настолько очевидна. Или, может быть, потому что выстрел, пронзивший его маленькое тело, был сделан слишком быстро.

- Феррис!

Балрой немедленно среагировал и начал действовать, чтобы устранить эту новую переменную в битве. Раненый Феррис лежал на траве, истекая кровью. Даже Юлий с первого взгляда понял, что рана смертельна. Однако вспыхнувшее исцеляющее заклинание сразу же закрыло тяжелую рану, исцеляя повреждения Ферриса прямо у него на глазах. Он знал, что если Феррис решил встретиться с врагом лицом к лицу, то у него должен был быть план.

- Я заметил его!

Буквально за секунду до выстрела воздух за спиной Ферриса задрожал. Юлий мгновенно понял, что это результат уникальной стратегии Балроя: использовать магию света и ветра, чтобы сделать себя невидимым. И вдруг Юлий понял, что делает его враг.…

- Эл Клаузерия!!

Судя по ране своего друга и по тому, где в небе заколебалась волна, Юлий направил саблю и, полагаясь на силу своих высших духов, создал вихрь магии. Шесть разных цветов соединились в одну прекрасную радугу. Полярное сияние вихрем заполнило небо, и разноцветный лабиринт поглотил противника Юлия. Магическая конструкция представляла собой стену света, состоящую из шести элементов, что означало, что она была способна отразить любой вид магии, который мог быть направлен против нее. Она была совершенно неприступна также и для физических атак. Само собой разумеется, что любого, кто попытается ударить её в лоб, ждет серьезный урон. В результате дракон попал в радужный лабиринт, а затем быстро начал падать.

- Она проявляется как радуга, и никто не может увидеть, что находится на ее конце.

Стена исчезла, и в тот же миг раздался глухой удар небесного дракона о землю. Это было ужасное зрелище: крылья существа были сломаны, а чешуя покрыта кровью. Таков был результат того, что дракон врезался в землю со скоростью звука. Судя по его прерывистому, неглубокому дыханию ему оставалось жить всего минуту, а может и меньше.

- Значит, это была ловушка?

Там была и человеческая фигура, волочащая свои ноги, его собственное дыхание вырывалось судорожными вздохами. Этот человек точно так же ударился о землю за мгновение до своего дракона. Это был Балрой Темегриф. Юлию потребовалось всего мгновение, чтобы понять, что произошло. Дракон сбросил своего партнера со спины прежде, чем заклинание Юлия поймало бы их, спасая его. Балрой тоже это понимал. Поэтому он проковылял мимо Юлия прямо туда, где лежал его любимый дракон. Мужчина находился рядом со своим партнером последние несколько секунд его жизни.

- Спасибо за все, Карийон. Скажи Майлзу, пусть подождет меня.

Балрой погладил неподвижное существо по носу, нежно улыбаясь ему. Затем воин выпрямился во весь рост и тяжело вздохнул.

- Извините, что заставил вас ждать. Я не должен этого делать.

- У мастера состоялось прощание с его любимой спутницей. У меня тоже есть собственный земляной дракон, который многое для меня значит. Я не хотел бы быть настолько невежливым, чтобы обрывать такой драгоценный момент.

- Хех! Посмотрите какой благородный… Но я думаю, что должен поблагодарить тебя. Дашь мне минутку, чтобы как следует проводить Карийону. А теперь слушай…

Балрой повернулся, его голубые глаза смотрели прямо на Юлия. Его волосы были растрёпаны, а по лбу стекала кровь. Он избежал заклинания рыцаря, но упал достаточно сильно и от этого выглядел еще хуже. Бледное лицо генерала и обильный пот говорили о его внутренних повреждениях и сломанных костях. Было ясно, если немедленно не помочь, то ему конец.

- Не думай, что я хочу просить тебя об исцелении или о чем-то подобном. Всё так как оно есть. Во всей империи нет ни одного доктора, который смог бы меня вылечить. Да даже если бы они и были, я бы отказался.

- Но почему...? - Спросил Юлий.

- Вы действительно хотите спросить почему, сэр-рыцарь? Всё очень просто. Это империя, а я один из девяти Божественных генералов, а ты мой враг.

Юлий полагал, что этот был закончен, но Балрой говорил голосом полным сил. В его руках было копье, его любимое оружие, и он вращал его с пугающей скоростью, принимая боевую стойку. Это был не тот человек, которого можно было игнорировать, даже если он находится на грани смерти. Балрой продолжал свое восстание против императора Винсента с величайшей решимостью. Даже если его жизнь будет спасена, а мятеж провалится, его будет ждать только казнь.

- Значит, ты будешь сражаться до самого конца, рискуя своей жизнью?

- Нет ничего более священного, чем это.… Скажем так, я не знаю, когда сдаваться. Все, чего я хочу, - это попасть этим копьем в свою цель. Это все. Это все, что мне нужно.

Наконечник копья излучал убийственное намерение, и аура Балроя стала напряженнее, чем раньше. Юлий почувствовал его непоколебимую гордость воина и на мгновение восхитился этим человеком. Затем, секунду спустя, Юлий встал в стойку со своей саблей, готовый к бою.

- Как воин, я признаю твое мастерство. Но Райнхард - мой друг. Ради моего королевства и моих товарищей я не могу позволить тебе достичь своей цели. Тогда все, что осталось для нас - проверка мастерства!

По мере того, как боевая аура Юлия становилась все более четкой и сосредоточенной, неистовое возбуждение противника начинало вырываться из его души. Они встретились взглядами.

- Юлий Юклиус, рыцарь Королевской гвардии королевства Лугуника.

- Балрой Темегриф, девятый из девяти Божественных генералов империи Волакия.

Как было принято среди воинов, они оба объявили свои имена и титулы, а затем началась битва. Балрой сделал первый ход, ударив копьем так быстро, что атака была почти незаметна. Возникло ощущение, что наконечник копья исчез, а мгновение спустя оно уже летело Юлию прямо в грудь. Копьё было быстрее, чем это было возможно для человека, изрешеченного ранами, но Юлий отбил этот удар в сторону вспышкой своего меча. Его защитные рефлексы оставались обостренными его светлой магией, и рыцарь не хотел претендовать на победу только с помощью усиливающих способностей. Однако…

- Это просто еще одна сторона твоего мастерства, а? - воскликнул Балрой, по-видимому, понимая мысли Юлиуса, даже когда он наносил удар за ударом.

Рыцарь парировал каждый удар копья, отталкиваясь от земли, чтобы преследовать Балроя. Юлиус мчался по равнине, отражая каждый удар, когда он приближался. Искры летели всякий раз, когда сталь встречалась, и удары явно наносили урон им обоим. Юлий чувствовал, что каждый обмен репликами отнимает у него частичку жизни, поскольку его сосредоточенность и дух были истощены. Вообще говоря о копье, то было два способа атаковать им: колоть и метать. Это было похоже на меч, но удары чаще наносились остриём. Они представляли собой серию атак, направленных на определенную точку или точки, требуя от противника тратить огромное количество внимания, чтобы сохранить свою защиту. Ни один из них не мог долго выдержать эту битву, и они оба это знали. Так что после нескольких коротких обменов и изучения друг друга, борьба началась всерьез. Лязг! Когда Юлий отразил встречный выпад и приблизился, чтобы продолжить атаку, Балрой поймал меч древком своего копья. Однако он не смог полностью заглушить удар и отлетел назад. В это мгновение настроение битвы изменилось. Это случилось ещё до того, как Юлий успел заметить, что что-то приближается. Из наконечника копья, на которое указал Балрой, вырвалась волшебная ракета бесцветного света. Это была та же самая атака, которую использовал генерал, стреляя на своем драконе. Заряд, прицеливание и стрельба заняли так мало времени, словно это был талант, или искусство. Снаряд беззвучно и без предупреждения влетел Юлию в грудь. Юлий увидел в глазах Балроя яростное желание убить и усилил свою реакцию, пока она не стала настолько же быстрой, как молния. Лезвие его сабли лишь слегка задело магическую ракету, сбив ее с курса так, что она столкнулась только с плечом Юлия. По крайней мере, рыцарь избежал смертельной раны.…

В версии с изображениями тут находится картинка.

- Н-да! Хгх…

Именно в этот момент удар пришелся ему в грудную клетку, заставив его внутренние органы содрогнуться, а кровь подниматься и выходить изо рта, издавая страшный стон. Он избежал магического снайперского выстрела. И все же, что-то пронзило его грудь с ужасающей силой. Отчаянно пытаясь осмыслить случившееся сквозь туман боли, Юлий подумал о возможности второго снайперского выстрела. Пряча второй выстрел за первым, он гарантировал, что один из выстрелов попадет, даже если первый был парирован. Простой, но чрезвычайно эффективный трюк. Если бы кто-то столкнулся с противником, обладающим необходимыми средствами для защиты от магических снарядов, такой трюк был бы тем более вероятен, чтобы уничтожить их. К сожалению, дальше все стало только хуже.

- Твоя жизнь принадлежит мне!!! - Закричал Балрой и перешел в наступление, продолжая свою уловку смертельным третьим выстрелом. Этот последний удар последовал за предыдущим со сверхъестественной быстротой. Оружие Божественного генерала было направлено прямо между бровей его жертвы. Удар был направлен в сердце и голову – две жизненно важные точки. Это было движение, которое, казалось, могло даже убить одного из, якобы, бессмертных вампиров. Казалось, что снайперские выстрелы докажут это. Однако в последний момент лицо Балроя окаменело. Юлий, отброшенный назад выстрелом в сердце, держался на ногах. Это само по себе было достаточным потрясением для Балроя; более пристальный осмотр груди рыцаря выявил нечто очень странное. Феррис был ранен точно так же, но раны Юлиуса были гораздо легче. Юлий подготовил вторую линию обороны: слой брони из элементов земли на его теле.

- Мое копье ... он все еще мог...!

Балрой был впечатлен только такой борьбой, такой силой, но он все еще был на волосок быстрее. Обмануть смерть - не означает полностью избежать атаки. Он вложил всю свою силу в руки, которые держали его копье, и ноги, которые ринулись вперед, сделав решительный выпад, пытаясь пробить защиту Юлия. Даже рыцарь Королевства Лугуники не выжил бы с раздробленным черепом. Единственный роковой выпад — вот что решило бы, за кем была бы победа.

- Ал Клариста, - произнес Юлиус.

Враг избежал смертельного удара Балроя, который отшатнулся чтобы не упасть, — человек, который даже сейчас среагировал на последний выпад генерала и сумел произнести заклинание. Когда он нашёл время? Почему Балрой позволил ему это? Почему, почему, почему?.. Если все так, то почему его собственный удар был таким медленным? Наконечник его копья должен был появиться раньше, но он был стерт этим рыцарем, который излучал такое яркое, многоцветное сияние. Не было даже ощущения металла на металле; не было никакого сдвига, поскольку сталь была отрезана. В конце концов, чувства Балроя не позволили ему даже отодвинуться или продвинуться дальше. Исход поединка был решен в тот краткий миг, когда атака столкнулась с обороной.

- Ну, разве это не сюрприз?

Мерцание радуги пронзило левую сторону груди Балроя, сверкающие цвета опалили его душу. Но… что наполняло сердце Балроя? Это было восхищение врагом, что только что привел его к поражению. Когда все было кончено, действия мятежника казались такими тупыми и медленными не из-за страха проиграть, и не только из-за его воображения. Тело Балроя было окутано слабым светом. Это было сияние темной магии, встречающей и противостоящей светлой магии. Светлая магия укрепляла его собственное тело, темная ослабляла тело его противника — Юлий использовал одновременно такой тонкий и сложный маневр. Кто знал, что в королевстве есть такой грозный противник?

- Подумать только, я даже не добрался до своей настоящей цели.… Предполагаю, что я действительно… потерял хватку…

Балрой выронил копье и отступил на шаг, после чего меч рыцаря пронзил его грудь. Однако кровь не выступила.

Свет, короткий и интенсивный, прижег рану и испепелил внутренние органы человека, и сам его дух. Балрой неуверенно двинулся дальше, пока не добрался до неподвижной фигуры своего любимого дракона. Ему удалось опуститься рядом с ней, прислонившись к ее огромной фигуре, и выдохнуть. Позади него рыцарь Юлий вложил меч в ножны.

- Лорд Балрой, что толкнуло вас на такой заговор?

Молодой человек, казалось, решил, что драка окончена — наивная идея. Даже без копья Балрой был способен атаковать смертельно точным магическим снарядом. Но нет, никто не мог сказать, что он не знал, когда побеждён. Он был способен победить. В крайнем случае Юлий должен был так думать.

- Ты ведь не будешь тянуть время, правда? Не могу сказать, что ожидаю от тебя понимания.

- Ты чуть не разрушил империю и не развязал войну с моим королевством. Вы правы, я не понимаю. Не понимаю я и твоей одержимости Святым мечом — Райнхардом.

- Это достаточно легко объяснить. Если кратко, то речь шла о... мести.

Глаза Юлия расширились от удивления, как будто он никогда не ожидал этого. Казалось, его шокировала не мелочность, а сама идея. Этот человек, по-видимому, никогда не предполагал, что Святой меч может навлечь на себя чью-то недобрую волю. По мнению Юлия, Райнхард был выше таких банальных трагедий, как превращение в объект мести.

- Мне кажется, что у тебя есть... довольно невинные представления о мире...

- ... Я слышал тоже самое от своих друзей. Стараюсь работать над улучшением этой части меня.

- Хорошо, приятно слышать. В любом случае, тебе просто стоит прикончить одного из плохих парней, как я…

Затем Балрой рассмеялся над возмутительно откровенным обменом репликами, его веселье перешло в тонкие, пронзительные вздохи. Его сознание постепенно погружалось в сон, и он пытался удержать его достаточно долго, чтобы сказать что-то еще. Но что именно, он не знал. Возможно, слова ненависти.

- Есть ли какие-нибудь последние слова, которые вы хотели бы оставить Райнхарду?

Балрой тяжело вздохнул.

- ... Это было бы просто подло с моей стороны. Неудачник должен просто идти своей дорогой. Но я действительно сочувствую твоему хорошенькому ушастому другу, так как я...

Юлий, казалось, качал головой, как бы останавливая это извинение, но Балрой поймал себя на том, что думает о несчастной молодой женщине, единственной бедной и невинной, которая оказалась вовлеченной в это дело. Такие вещи, как успех или неудача восстания, начатого человеком, который нанял его, и жив ли Винсент или мертв — все это не имело значения для Балроя. Вот почему у него хватило сил пожалеть тех, кого он сам убил в ходе всего этого. Соболезнования или нет, но затуманенные глаза Балроя позволили ему увидеть приближающуюся фигуру. Оно приближалось к нему по траве. Человек остановился рядом с Юлиусом.

- Не хочу тебя огорчать, но Ферри так легко не сдается.

- ...Ха. – Балрой посмотрел на нее, ее белая одежда была запачкана кровью, но ее движения не показывали признаков каких-либо ран.

Феррис вздохнул, увидев Балроя. Юлиус, Феррис и рыжеволосый Святой меча, Райнхард. Трех человек Балрой не мог превзойти. Умирающий Божественный генерал знал о слухах, о мерзких слухах, ходивших по другим землям и говоривших о том, что Волакийская Империя защищена барьером, воздвигнутым дьяволами. Однако королевство Лугуника, казалось, состояло из одних только необычных и страшных персон.

- Передайте от меня Его Величеству одну вещь.… Скажите ему, что если он продолжит в том же духе, то от королевства останется лишь пыль.

- Должен сказать, что у меня сложные чувства по поводу передачи этого сообщения.… Но хорошо.

В горле Балроя заурчало; то, что он намеревался сделать, было последней шуткой в своей жизни, но предельно серьезной. У него было отчетливое ощущение, что Юлиус действительно передаст Винсенту сообщение, причем дословно. Тогда он был уверен, как один из девяти Божественных генералов, что его последние слова дойдут до императора.

- Я рад, что... в конце концов… Я действительно не убивал ни женщин, ни детей…

Балрой вздохнул и понял, что застеснялся больше, чем думал. Мужчина посмеивался над собой, когда в отдалении на фоне его сомкнутых век возникло знакомое лицо. Он увидел, что это лицо человека, которому он обязан жизнью: его старшего брата, который воспитал его. Он посмотрел вниз.

- Извини, Майлз. Думаю, это конец для меня.

Балрой пробормотал что-то таким тихим и слабым голосом, что его невозможно было расслышать, а затем испустил последний вздох. Он прошел полный круг: история, начавшаяся с инсценировки его смерти, закончилась его фактической кончиной. По крайней мере, среди его подчиненных вряд ли найдется кто-то, кто окажется таким же непревзойденным противником, как Балрой для рыцарей. Конечно, это не означало, что другие убийцы, с которыми они столкнулись, как и клан “Клетка насекомых”, с которым столкнулся Райнхард, не представляли угрозы.

- Но Юлиус, с тобой и Райнхардом мы будем в порядке. Тебе тоже так не кажется?

- Я сделаю все, что в моих силах, чтобы оправдать вашу веру в меня. Но до этого...

- …до этого, что? Эй, в чем дело?!

Феррис искоса взглянул на Юлиуса. Маг-дух повернулся к своему другу с невинным жестом, глядя на место снайперской раны Ферриса. Он дотронулся до этого места пальцами. Спина и грудь молодого получеловека были пропитаны кровью; не было никаких сомнений, что снаряд прошел сквозь него. Но когда Юлий вытер кровь, осталась только бледная кожа, гладкая и мягкая. Даже шрама не осталось.

- ...Это меня успокаивает. Если ты вернешься хоть с одной царапиной, я не знаю, как смогу снова встретиться с герцогиней Карстен.

- Хм! Но это не значит, что ты можешь просто лапать меня! Это ты только что сунул руки в мою кровь, так что не вини меня, если ты заболеешь!

- Твоя безопасность превыше всего. Действительно…

Когда Феррис вбил себе в голову, что может послужить приманкой, у него не было времени остановить его, когда он выбежал из дома. В мгновение ока он был ранен снайперским выстрелом Балроя и рухнул, весь в крови. Тогда Юлиус втянул Балроя в бой, не желая, чтобы добытая Феррисом возможность оказалась напрасной, но едва ли он мог скрыть свое желание бежать к раненому другу. Может быть, он и верил, что у Ферриса есть какой-то план, но...

- Я никогда не хотел бы, чтобы тот, кем я дорожу, рухнул у меня на глазах. Не могу выразить, как я рад.

- Мне очень приятно слышать это от тебя. Это так похоже на тебя, Юлий.

Феррис принял слова другого рыцаря со смущенной улыбкой и почесал щеку. Юлий заметил малейшую перемену в его поведении по сравнению с предыдущим мгновением. Феррис получил, казалось бы, смертельную рану, был весь в крови и все же казался совершенно бодрым — возможно, что-то изменилось в его сердце?

- Феррис, я сомневаюсь, что мне нужно спрашивать, но Его Величество, Император Винсент...?

- Полностью исцелен и отдыхает под деревьями. По крайней мере, он, вероятно, все еще там и я не думаю, что у него еще хватит духу сбежать.

- Ясно. Еще одно облегчение.

Юлий снял свой плащ и протянул его мальчику-коту. Он едва ли прошел через битву невредимым, но, хотя бы, не был пропитан кровью и изрешечен дырами, как Феррис. По крайней мере, он покроет его плечи. Пока целитель натягивал плащ, Юлий повернулся к Балрою, вознося еще одну безмолвную молитву за него. Он был ужасным врагом с поразительным мастерством, воином, чья потеря остро ощущалась.

- Спасибо за помощь, Феррис. Если бы ты не сделал того, что сделал, не думаю, что я смог бы победить его. Фух, мне еще столько всего нужно узнать.

- Ферри чувствует себя немного странно, понимая, что он точно знал, что тебе нужно, даже не говоря об этом… Ну, Ферри не более странный, чем ты, Юлиус.

Фиолетововолосый мужчина не ответил на это довольно двусмысленное признание. Вместо этого он просто прищурился. Балрой предал императора и устроил заговор с целью восстания, но Юлий не думал, что ему удастся объяснить причину этого. Сам Балрой об этом не говорил, и он будет уважать его желание. Не имело значения, был ли падший врагом или членом его собственного королевства. Впрочем, если бы он мог что-то сказать…

Глава 19

Они направлялись прямиком в Хрустальный дворец, оказавшись на главной улице Рапганы. Это был выбор Винсента, его заявление о победе: Балрой Темегриф пал, клан насекомых был побежден, а восстание закончилось неудачей.

Реакция жителей столицы была очевидна. Его Величество, несмотря на все свое самообладание, был весь в крови, а его и без того бледные щеки потеряли цвет. Под покровом тьмы Винсента можно было принять за бездомного. Это вызвало недоверие со стороны населения столицы.

Однако горожане пришли в себя и склонили колени перед императором, шедшим вальяжным шагом. Мгновенье спустя все, кто находились неподалеку от главной улицы, пришли чтобы преклонить колени. Это можно было назвать импульсом, что распространялся от человека к человеку.

— Ух ты! — Воскликнул Феррис от чувств, вызванных этим зрелищем.

Винсент чуть было не улыбнулся, но вместо этого на его лице появилась обычная насмешка, и он повернулся к Феррису.

— Смотри, как мое королевство реагирует на меня, это страх.

— Как они должны реагировать? Ты имеешь в виду то, как они все съеживаются от страха перед тобой?

— Сила и страх — вот истинный метод управления! Будучи в таком состоянии, никто не посмеет кинуть в меня камень.

— ...Никто бы из них не бросил камень в короля, потому что они слишком сильно его любят, — сказал Феррис, быстро отводя взгляд, но Винсент только фыркнул. Любой, кто слушал их, мог бы подумать, что их расхождения во мнениях доходят до самых верхов соответствующих наций. Король Лугуники был любим своим народом, а император Волакии внушал ему страх. Что на самом деле было лучшим способом править, покажет только история. Однако одно можно было сказать наверняка: Винсент, появляясь в удручающем состоянии перед своим народом выглядел очень впечатляюще. Худощавый мужчина не колебался и ни на кого не опирался.

— Я дам вам шанс развлечь Его Величество, — пробормотал Райнхард, почти не обращая внимания на разговор и внимательно осматривая окрестности. — Хотя я сомневаюсь, что даже враги императора решатся на такой шаг при таком количестве свидетелей.

Райнхард сражался в арьергарде против более чем пятидесяти членов клана насекомых, и вышел оттуда без единого синяка на теле, ни единого пятнышка, достойного упоминания на одежде. Когда он присоединился к остальным, его сообщение о том, что он не убил ни одного бойца, было одновременно ободряющим и ужасающим. Это было великолепно — иметь такого союзника.

— Балрой должен был стать козырной картой наших врагов, и он пал. Я был бы удивлен, если бы у них было что-то или кто-то более мощный в запасе, но... Мне кажется, сейчас они спешат уничтожить все следы своего предательства, — сказал Юлиус.

— Вы полагаете, что они сдались?

— Я считаю, что это их последняя возможность сделать это, если они хотят минимизировать ущерб.

Главной в этом мятеже была скорость. Теперь, когда Балрой потерпел поражение и все, что было известно об их планах рухнуло, было бы невыгодно, если кто-то все еще упорствовал в попытках захватить власть… Сейчас они могут уничтожить доказательства мятежа, либо бежать в чужую страну.

— Ферри не обрадуется этому, когда его застрелит кто-то из-за них.

— Без твоего храброго поступка мы бы никогда не избежали войны.

Я горжусь тем, что могу называть тебя своим другом.

— Это и есть моя награда, Юлиус? Ферри много слышал от вас о дружбе, но вы должны знать, что стать моим другом будет куда тяжелее.

Юлий уловил шепот, а также его истинный смысл. Для Ферриса слово "друг" очень много значило.

Разговаривая, они прошли по дороге, заполненной горожанами, демонстрировавшими свою лояльность, а затем миновали ворота замка. Проталкиваясь мимо толпы дрожащих имперских солдат, они наконец вернулись в Хрустальный дворец...

— Его Величество вернулся?!!

Когда группа вошла в большой зал дворца с Винсентом во главе, они услышали ревущий голос. На втором этаже комнаты стоял статный мужчина в золотых доспехах, его лицо украшали шрамы. Когда этот человек увидел внизу императора, он спустился по ступенькам со скоростью, которая не соответствовала его размерам, и опустился на колено перед Винсентом.

— Ваше Величество, слава богу, вы в безопасности! Вассалы здесь! Пехотинцы тоже!

— Замолчи ты, обезьяна. Или ты забыл, что я говорю тебе каждый раз, когда ты открываешь рот? Ты ставишь императора в неловкое положение! Ты должен был держать рот закрытым.

— Сэр! Но ... Ваше Величество! В замке все еще неспокойно...

— Это уже второй раз. Закрой свой рот, Гоз Ральфон.

Таким образом, Винсент заставил замолчать одного из девяти Божественных генералов. Человек в золотых доспехах съежился под холодным, как снег, и режущим, словно острие меча, взглядом.

— Предполагаемая смерть Балроя, одного из девяти Божественных генералов, и все, что случилось со мной, было делом рук заговорщиков, которые стремились повесить все на Королевских рыцарей Лугуники. Балрой объединил свои силы с этими бесстыдными предателями.

— Балрой… неужели он действительно так поступил? — спросил Гоз с дрожью в голосе.

— Мне больно это говорить, но все так, как сказал его Величество, — заверил его человек, только что вышедший из-за спины Императора. С ним было несколько имперских солдат. При его появлении Винсент скрестил свои тонкие руки на груди.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Итак, ты здесь, Беллстетз. Как необычно видеть Императорского премьер-министра, еще и в сопровождении.

Старик встретил ядовитый тон Винсента спокойным покачиванием головы.

— Как же я мог бездействовать, Ваше Величество?

Судя по тому, что было известно о его имени и титуле, нельзя было ошибиться, этот человек — Беллстетз Фондальфон, имперский премьер-министр. Если девять Божественных генералов были в зените военных сил страны, то премьер-министр точно так же стоял на вершине ее бюрократии. Как человек, который контролировал всю администрацию страны, он был вторым по силе после императора. Что делало все это еще более странным, чем то, что его раньше не видели в зале для аудиенций...

— Прежде всего, Ваше Величество, позвольте мне выразить мою безграничную радость в связи с вашим благополучным возвращением. И этим рыцарям, которые наверняка приложили все усилия, чтобы доставить вас сюда в целости и сохранности, я тоже выражаю благодарность.

— Довольно любезностей. Скажи нам, о чем ты хочешь рассказать? — Приказал Винсент.

Беллстетз выглядел обеспокоенным, как будто мимо него пронесся прохладный ветерок.

— Вы действительно цените краткость, Ваше величество. Но излишняя поспешность может обернуться против того, к чему мы стремились.

— Ты смеешь мне перечить? Знай, что это может стать твоим последним днем государственной службы, дряхлый пес, если я еще раз тебе это скажу.

— Я не собирался вам перечить, Ваше Величество. — Взгляд Винсента стал холоднее, но Беллстетз хитро встретил его в ответ. — Я про то, что мы строим поспешные планы.

Когда император нахмурился, услышав такой ответ, премьер-министр жестом подозвал к себе одного из своих телохранителей. В руках он держал деревянную шкатулку, протягивая ее Винсенту. Приложив руку к контейнеру, Беллстетз открыл крышку.

— Феееееееее! — воскликнул Феррис, увидев содержимое коробки. Но это была вполне понятная реакция. Юлий, стоявший рядом, нахмурился от увиденного.

В коробке лежала голова мужчины средних лет. Ее шея была перерезана, лицо исказила гримаса глубокого сожаления. Винсент, изучая бледное и бескровное лицо, смотрел на Беллстетза, прикрыв один глаз.

— Я смиренно представляю Вашему Величеству голову виконта Гламдарта Холстоя, вассала, чье сердце было преисполнено предательством. Все это произошло по наущению Холстоя. Он признался во всем в письменной записке прежде, чем броситься на меч в своей резиденции.

— А ты как всегда быстр, Беллстетз.

— Признаюсь, после того как пришло сообщение о смерти генерала Темегрифа, наступили довольно напряженные моменты. Когда я услышал, что вскоре после этого в особняк Холстоя прибыл небесный дракон, то вполне естественно было расспросить одного из его людей о том, что происходит в доме. Я прошу прощения у Вашего Величества за то, что действовал по собственной инициативе.

— Ваша инициатива очень ценна. — Винсент взял листок бумаги, который ему протянул Беллстетз. Он взглянул на нее, потом снова на голову в коробке. — Вы говорите, что все, что произошло, было по его вине?

— Действительно. Цареубийство, в котором хотели обвинить рыцарей Лугуники, а затем узурпация трона ради мести … Его амбиции были, можно сказать, имперскими — им недоставало только должной предусмотрительности.

— Ты веришь в это, несмотря на то, что он смог обратить одного из девяти Божественных генералов на свою сторону?

— Что еще можно сказать о мятеже, который провалился?

Непоколебимое мнение Беллстетза, казалось, окончательно утвердило Юлия в его мыслях. С рыцарей Лугуники были сняты все обвинения, их невиновность была доказана. Войны между империей и Королевством удалось избежать. Вопрос был решен. Однако… Воздух был пропитан беспокойством.

Источник беспокойства, несомненно, исходил от Винсента. Не расслабляясь ни на мгновенье, император выдохнул.

— Беллстетз…

— Ваше Величество? — с улыбкой ответил Беллстетз.

— Я приказываю тебе: не двигайся. — произнес император, схватив ножны, которые внезапно появились, паря в воздухе.

Из висящих в воздухе ножен он вытащил меч, алый, как гранат, от рукояти до края. Это был фантастического окраса клинок, прекрасный настолько, что мог очаровать любого. И, не колеблясь ни секунды, император изо всех сил прижал его к шее Беллстетза, который стоял неподвижно, как камень.

Скорость меча и тонко отточенная режущая кромка легко могли отправить голову старика в полет. Но Алый меч не ощущал вкуса крови. Беллстетз, вместо того чтобы быть обезглавленным, продолжал улыбаться. Старик медленно коснулся рукой своей шеи.

— Не смешная шутка вышла, Ваше Величество.

— Меч Света — не такая уж тривиальная вещь, чтобы его можно было выхватить в шутку. Он режет то, что мы хотим разрезать, и сжигает пламенем то, что мы хотим сжечь. — внезапно огонь вырвался из меча в руке императора и прыгнул на ящик в руках солдата. Человек уронил шкатулку, но она даже не подпалила ковер, потому что пламя не коснулось деревянного отделения, а поглотило только то, что находилось внутри. Голова человека, который, как было сказано императору, предал своего сюзерена, была полностью сожжена и превращена в пепел.

— Воистину, меч служит только императорам, — сказал Беллстетз, прищурившись. — Это действительно прекрасно и… ужасно.

— Своим пламенем клинок испытывает тех, кто будет владеть им. Но есть способ справиться с этим, — сказал Винсент, взмахнув мечом. Затем он протянул его Беллстетзу.

— Попробуй! Разве ты не хочешь знать, смогут ли твои старые кости править империей?

— ...Опять вы шутите, Ваше величество. Эти стремления находятся за пределами моей немощной, состарившейся плоти.

Премьер-министр поклонился в пояс, не дотрагиваясь и пальцем до сверкающего меча, отказываясь от возможности бросить вызов клинку. — Вы можете поручить мне разобраться с беспорядком, возникшим в результате этих событий. Вы, Ваше Величество, должны прежде всего думать о своем здоровье.

Затем, сказав что-то своим солдатам, Беллстетз собрал пепел и удалился. Глядя ему вслед, Юлий почувствовал, как его плечи поникли. Феррис вздохнул от явного облегчения. Почему сейчас была такая напряженная атмосфера? Разве они не должны быть друзьями?

— Многое может случиться в стенах замка. Думаю, посторонним вроде нас не понять происходящее в этом дворце. Райнхард... Я восхищен тем, что ты не вмешался.

Юлий также заметил, что взмах меча Винсента нес в себе готовность убивать, но Райнхард, казалось, видел нечто большее. Из тех, кто был там, возможно, только он, сам Винсент и Беллстетз, стоявший неподвижно, поняли, что в этой комнате не будет никакого убийства.

— Хм. И подумать только, я чуть не схватил тигра за хвост, — поддразнивающе пробормотал Винсент, когда премьер-министр скрылся из виду. Он небрежно отпустил свой меч, и алый клинок исчез, словно поглощенный тем же самым разреженным воздухом, из которого он появился.

Это легендарное орудие, которое, как говорят, передавалось от одного правителя империи Волакии к другому, было очень интересно Юлиусу. Однако в этот момент едва слышный шепот Винсента вызвал еще большее беспокойство. Разговор между императором и премьер-министром, самоубийство виконта — все это указывало на одного человека, как на истинного виновника...

Юлиус нерешительно шагнул к Винсенту.

— Ваше Величество, простите меня заранее за то, что я собираюсь спросить. Это является ужасным нарушением этикета, но…

— Я прибыл! Мне очень не хотелось заставлять вас ждать моего торжественного появления. Покорный слуга вашего величества -Сесилус Сегмунт прибыл в хрустальный дворец, чтобы отомстить за вас.

Однако Юлиуса прервал голос, подобный удару молнии. Появился молодой человек в кимоно, пробираясь сквозь толпу в Большом зале Хрустального дворца так быстро, что казалось, он может опалить землю под ногами. Это был Сесилус с широкой улыбкой на лице и развевающимися густыми голубыми волосами.

Когда он увидел, что Юлиус и остальные с удивлением повернулись к нему из рядов имперских солдат, он воскликнул:

— Да-ха! Вот ты где, я нашел тебя, наконец-то нашел! Вы, конечно, дали мне повод для беспокойства — я искал вас по всей столице после того побега. А потом я получаю известие, что вы вернулись в замок с Его Величеством, покрытым кровью. Этого я вам не прощу, Королевские рыцари Лугуники! Наложить руки на Его Величество! Эта ярость будет моим топливом, а унижение от моего поражения — моим катализатором, и вместе они пробудят мои скрытые способности.

— Посмотри сюда, придурок.

— Что это такое? В момент, когда я произношу величайший монолог своей жизни, такой, что даже Его Императорское Величество не смог бы меня остановить…

Произнося свою речь он повернулся к Винсенту, и их глаза встретились. Когда Сесилус увидел, что к нему обратился император, его глаза расширились, и он остановился на полуслове.

— Чтооооо? Ваше Величество, разве вы не попали в жестокую ловушку, где вас подвергли позорной смерти, а после ваша голова была представлена, как стимул, чтобы вдохновить меня на величайшие подвиги в фехтовании?!

— Воистину, ваша клоунада достигла новых высот, — сказал Винсент, фыркнув в ответ на драматические излияния воина. Сесилус, однако, быстро оправившись от шока, повернулся к Юлиусу и остальным.

— Нет, нет, и еще раз повторяю: нет! Однако это счастье, что его Величество все еще жив! Давайте позабудем о представлении этой снесенной головы, а Ваше Величество воспользуется этой возможностью, чтобы понаблюдать за моей техникой с близкого расстояния! Ибо я вырву с корнем этих дерзких упырей, что осмелились предстать перед вами!

— Нга?!

Перевозбужденный Сесилус обнаружил, что его за воротник схватила массивная рука. Она принадлежала огромному молчаливому защитнику, стоявшему рядом с Его Величеством, — Гозу Ральфону. Не говоря ни слова, как велел император, он разрушил драматическое представление Сесилуса. Самый могущественный воин Империи бесполезно дрыгал ногами, как кошка, которую держат за шкирку.

— Минуточку, Гоз, друг мой! Почему ты меня останавливаешь?! Посмотри туда! Эти рыцари стоят перед нами, зная, что вся империя ополчилась против них! Они знают, что им будет легче противостоять мне одному, чем всем присутствующим здесь мужчинам.

— Почему ты ничего не говоришь, Гоз?! Знаешь, когда твое суровое лицо смотрит на меня, мое тело начинает нервничать!

Гоз, не обращая внимания на борьбу Сесилуса в воздухе, взглянул в сторону Винсента. Император просто кивнул. Разрешение говорить, предположил один из них.

— В этом жарком разговоре нет смысла, так что успокойся.

— Как я могу успокоиться?! Вот же они, даже тот самый рыжеволосый, на которого я держу такую обиду! Вы не можете себе представить, как смотрел на меня кузнец, когда я отправился за своими первым и вторым лучшими мечами. Если я не использую их сейчас, то когда еще предстанет возможность?!

— Я восхищаюсь вашим энтузиазмом, но у Его Величества и так все под контролем. Читай по моим губам: все кончено.

— Э-э?

Сесилусу так не терпелось выхватить оружие, что казалось, он получил самый неожиданный удар. Мужчина казался все более и более потрясенным, когда ему в общих чертах рассказали о том, что произошло. Наконец он рассеянно оглядел их, остановив взгляд на Райнхарде.

— Гм, тогда как насчет того, чтобы уладить все между нами?

— Мне кажется, дуэль можно перенести на другой раз, — ответил Райнхард с кривой улыбкой. — Возможно в следующий раз, когда меня не будет дома… кхм… эта ситуация. — Он прошелся пальцем по ошейнику.

— Ах, да, действительно. — сказал Сесилус, кивая. — Но ... это значит, что я окончательно побежден.

Отчаянный крик сильнейшего мечника империи завершил специальную дипломатическую миссию между Империей Волакия и Королевством Лугуника.

Глава 20

- И что же нам теперь делать со всем этим?

Феррис задумчиво приложил палец к губам, когда он и остальная группа отъезжали от Рапганы в Драконьей карете. Они направлялись к границе между империей и Королевством, откуда можно было попасть домой.

Вопрос Ферриса был адресован двум членам Совета старейшин, сидевшим напротив него так же, как и по пути сюда. Все это время Миклотов и Бордо находились в заключении у имперских солдат. Их обоих благополучно отпустили, и теперь вся королевская делегация возвращалась в Лугунику.

Хотя это было большим облегчением, но неоднократные просьбы двух пленников о дополнительных деталях остались без ответа.

- Хм.. - отозвался Миклотов, затем продолжил. - Я понимаю, юный Феррис, почему ты считаешь, что еще не все потеряно, но я верю, что мы поступим так, как сказал Его Величество. Все эти события были исключительно внутренними делами империи. Поэтому мне сказали, что королевская делегация будет вознаграждена соответствующе.

- Соответствующее вознаграждение… Значит ли это, что мы получаем пакт о ненападении? - спросил кошко-мальчик, выглядя немного счастливее после этих слов. Миклотов молча кивнул.

После того, как все было улажено и Миклотов с Бордо были отпущены, Винсент снова собрал их в своем зале для аудиенций. После чего он немедленно согласился на пакт о ненападении, который они просили. Бюрократические формальности, конечно, остались, но их цель была достигнута.

И все же, почему-то группа не чувствовала, что они могут от всего сердца праздновать.

- Все это мне не сильно нравится, - заметил Феррис.

- Смирись с этим, - ответил Бордо, скрестив мускулистые руки. - Нам может не нравиться, как именно это произошло, но мы получили то, что хотели. Это можно назвать победой. У нас есть наш пакт о ненападении, даже если он имеет ограничение по времени. Это просто означает, что мы точно знаем, сколько времени у нас есть, чтобы вернуть королевство в нужное русло. - его брови были изогнуты, и он, казалось, пытался убедить себя так же, как и Феррис.

Юлиус кивнул, заметив хмурое выражение на лицах Ферриса и Бордо. Однако причина его беспокойства была иной.

- Ты выглядишь обеспокоенным, Юлий, - сказал Райнхард рядом с ним, словно видя его насквозь.

- Да, - честно ответил рыцарь, заглядывая товарищу в глаза. - Не думаю, что я был бы очень убедителен, если бы попытался это отрицать. По правде говоря, меня всё ещё кое-что интересует относительно Волакии. Кое-что, если можно так выразиться, и я сожалею, что оставил это незаконченным.

- Если ты о чем-то сожалеешь, дай нам знать. Учитывая наше положение, я не думаю, что мы будем возвращаться сюда регулярно.

Наличие пакта о ненападении не означало улучшения отношений между двумя странами. Более того, Юлиус был членом королевской гвардии. Ему не следовало покидать столицу. Но тревога, которая оставалась в сердце этого человека, не касалась ни одной из этих вещей.

- Ты о чем-то сожалеешь, Юлий? О, что это такое? Может быть, ты хотел бы попробовать покататься на небесном драконе? Или ты про тот странный красный меч, который был у Его Величества?

- Феррис, я не ребенок...

- Значит, все это тебя совершенно не интересовало?

- ...Гм. В любом случае, это было не то, что я имел в виду. - понимая, что ему вряд ли удастся выиграть этот спор, Юлиус просто проигнорировал замечание Ферриса. Вместо этого он повернулся к Миклотову, что поглаживал свою бороду, сидя напротив него.

- Господин Миклотов. Возможно ли, что Его Величество сам дергал за ниточки, и именно он стоит за всем, что произошло за эту поездку?

При этих словах старый советник перестал поглаживать бороду. Он прищурился, спокойно встретив взгляд Юлиуса.

- Что вы имеете в виду? - ему ответил не Миклотов, а Райнхард. - Император Винсент дергает за ниточки чего именно?

- Все. Все это. Предательство мастера Балроя, Грамдарт Холстой, который якобы руководил попыткой переворота - что, если весь заговор был частью расчетов императора Винсента?

- Э-это невозможно, не так ли? Я имею в виду, просто подумайте об этом - если бы Феррис не обработал раны Его Величества, я гарантирую, что он бы умер. Если бы Его Величество знал, что будет восстание, то еще до того, как оно началось, он мог бы сказать…

- Винсент Волакия - совершенно разумный человек, - прервал его Миклотов, снова начав поглаживать свою бороду. Юлий поднял брови и задал еще один вопрос.

- Значит, господин Миклотов, вы тоже знаете, что он замышлял?

При этих словах Миклотов скривил губы в тихой улыбке, но ничего не ответил. Однако Юлиус с удивлением понял, что молчание само по себе было ответом - самым красноречивым из возможных.

- На самом деле император не хотел войны между Королевством и Империей. В его интересах было бы заключить пакт о ненападении, о котором мы просили. Но... была причина, по которой он не мог сделать это слишком легко.

«Граждане империи, будьте сильны.» Это было то самое учение, которое управляло преемственностью Волакийской империи.

Лугуника потеряла свой договор со Святым драконом. Из-за этого баланс сил в холодной войне резко сменился. Война, которая так долго была между двумя нациями; империя не могла быть готова к нападению. С точки зрения ее граждан, пакт о ненападении, безусловно, был бы неприемлем. Если, конечно, не было какого-то оправдания. Такая причина, которая бы вынудила вступить в переговоры с Королевством...

- Выходит, он намерено все подстроил так, чтобы наша делегация попала в ловушку попытки государственного переворота?

- Очевидно, что, если бы шестеренки не закрутились именно так, результат был бы совсем другим, - сказал Райнхард. - Я уверен, что Его Величество очень тщательно следил за тем, чтобы все шло по плану. Несомненно, у него были агенты среди мятежников, которые настаивали на определенных действиях и контролировали ход событий.

- Но кто бы это мог быть? Вы думаете о Грамдарте Холстом?

Пока они вдвоем обсуждали предложение Миклотова, советник обратил свой спокойный взгляд на Юлиуса, который сидел, погруженный в раздумья.

Кто-то, кто будет следовать приказам Винсента, подстрекать к мятежу и все же сохранять контроль над событиями. У Юлия возникло подозрение: он знал кого-то в таком положении. Когда он размышлял о том, что произошло, ему казалось, что это целая цепь невероятных случайностей. Но самым странным была безусловная уверенность Винсента Волакии в успешности плана. Если бы кто-то хотел списать это на инстинкт, тогда больше нечего было бы сказать. Но что, если это не так? Что, если у его беспочвенной уверенности все-таки было твердое основание?

- Балрой Темегриф…

Один из девяти Божественных генералов и самый высокопоставленный военный офицер, присоединившийся к восстанию против императора. Именно он, подумал Юлий, был той ядовитой пилюлей, которую император подсыпал во время переворота.

Феррис и Райнхард потеряли дар речи, когда услышали имя, названное Юлиусом. Они вспомнили о выстреле, что оторвал руку Винсенту. Почему рука? Человек с таким мастерством, как у Балроя, целящийся в беззащитного противника, легко мог бы снести ему голову.

- Феррис, я полагаю, что твои способности к исцелению уже были частью расчетов императора.… Но этот последний вздох Балроя – он был настоящий.

Генерал-предатель утверждал, что его мотивом была месть Райнхарду. В его последних словах не было лжи. Юлий был убежден, что Балрой все подстроил именно так, чтобы убить Райнхарда. Возможно, Винсент даже знал об этой жажде мести и использовал ее, чтобы вовлечь Балроя в игру, в которую он сам хотел играть.

- Император Волакии твердо верит в то, что он видел и думал, он верит, что небеса избрали его. Я повторяю: он человек совершенной рациональности, а также непоколебимого оппортунистического суждения[Е1] .

Миклотов, казалось, косвенно подтверждал вывод, к которому пришел Юлий. По правде говоря, этот вердикт потряс его до глубины души. Рыцарь духов был уверен в этом после недолгого пребывания у императора. Винсент Волакия был несравненным стратегом и превосходным правителем, чьей способности к расчетам и схемам следовало опасаться. Именно он больше, чем кто-либо другой, воплощал образ жизни Священной Волакийской Империи.

- Само королевство должно быть таким. У вас, молодые люди, была такая мысль? - Тихо спросил Миклотов. Его вопрос был адресован трем королевским стражникам, сидевшим напротив двух старейшин. Он хотел знать, что они думают о Волакийской империи, завидев ее воочию.

Все трое ответили только молчанием. Но это не было молчанием, лишенным ответа. Когда Юлиус посмотрел по сторонам на Ферриса и Райнхарда, он не увидел в их глазах никакого сомнения. Оба они уже были уверены в ответе на этот вопрос. В каждом из них было сердце, которое никогда не будет поколеблено. Осознание собственной судьбы, которое они несли с юных лет, абсолютная преданность королевской линии, хотя и угасшая. Непоколебимая воля следовать за человеком, которому они были обязаны всем, хотя этот человек ушел…

Интересно, думал он, есть ли у самого Юлия что-нибудь подобное в его собственной жизни?

- Ммм. Понимаю, понимаю. Отличные ответы, все.

Старший, сидевший напротив них, улыбнулся, видимо, приняв коллективное молчание трех молодых людей за ответ. Они были ошеломлены, но Бордо покачал головой с понимающим выражением на лице.

- Вы никогда не меняетесь, сэр Миклотов. Я знаю, что ваши глаза могут видеть многое - иногда даже слишком много! Как далеко вы заглянули в будущее на этот раз?

- Только то, что человек может видеть, когда он слишком стар, чтобы стоять прямо, и знает, что ему осталось совсем немного жизни. Единственное, что я могу сказать, это то, что ростки следующего поколения начали прорастать в королевстве. Ммм. Это была действительно очень важная миссия.

Именно тогда, слушая их обоих, Юлий понял, что он и его друзья не были случайностью в качестве послов из королевства. Именно им было рекомендовано принять участие из числа членов королевской гвардии. Да, Райнхард был приглашен империей, но в широком смысле все они были там по одной и той же причине. Им троим предстояло испытать империю на себе, почувствовать Волакию на своей шкуре.

Все присутствующие рыцари – Райнхард и конечно же Юлий с Феррисом, вероятно, имели большое будущее в качестве членов королевской гвардии. Это был опыт, на который они могли бы опираться в грядущие дни. Возможно, Винсент даже специально попросил Райнхарда о присутствии, чтобы выставить его против девяти Божественных генералов.…

- Невозможно... - сказал Юлиус, и это слово застряло у него в горле, когда его осенило. Бесчисленные маневры, расчеты и заговоры лежали за этой миссией в Волакийскую империю. Винсент, конечно, приложил руку к этим событиям, но как насчет королевства? Какую роль это сыграло? Может быть, сам Миклотов знал, что произойдет, еще до того, как они уедут?

- Ты слишком доверяешь мне, мой дорогой Юлиус.

Он даже не удивился, когда Миклотов, казалось, прочел его мысли. Старец спокойно улыбнулся и посмотрел в окно. Бордо тоже задумчиво посмотрел на Юлиуса, скрестив руки на груди. Очевидно, оба советника преподали все уроки, которые собирались преподать сегодня.

- Берегись, Юлиус, иначе эти морщины вокруг твоих бровей прилипнут! - Сказал Феррис, указывая себе между глаз для большей выразительности. Юлий понял, что не может оставаться серьезным перед лицом расслабленного мальчика-кота.

- Похоже, в тени, где мы их не видим, соткано великое множество паутин. Но я полагаю, что прежде всего мы должны радоваться тому, что все мы благополучно возвращаемся домой.

- Да, это уж точно. К тому же Райнхарду наконец-то удалось снять ошейник покорности. Как у тебя дела? Держу пари, это здорово-снять эту штуку, а?

- Да, замечательно. Как будто меня освободили от самого клаустрофобического заключения. Я знаю, что вы оба беспокоились обо мне - с этого момента я смогу двигаться и действовать свободно.

- Да или нет, но ты все равно смог победить сильнейшего бойца Волакии – вот это наш Райнхард! - сказал Феррис, и Святой меч засмеялся, поднимая воротник рубашки рядом с его теперь уже голой шеей.

Юлий кивнул.

- Да, вы правы. Вы оба. Размышления могут подождать, пока мы не вернемся домой.

- Значит, ты все еще размышляешь? Неужели не можешь немного успокоиться?

- Так же, как и я, - ответил Юлий.

Двое других, зная, что их друг никогда не изменится, переглянулись и приветливо пожали плечами. Юлий со своей стороны смотрел в окно кареты, направляя свой взор на небо.

Там нет никаких границ. Королевство и империя могут столкнуться друг с другом на суше, но синева продолжается вечно.

- Но тогда, даже если так…

Были и другие границы, невидимые. Вещи, похороненные в мыслях или в образе жизни отдельных людей. Теперь он знал, как функционирует империя; он видел одиночество ее императора, открыл величие его силы, и теперь рыцарь возвращался домой в свое королевство.

«Что же это будет за королевство в ближайшие дни? Это был жизненно важный вопрос, который не мог остаться без ответа в стране, где не было короля. И, когда его страна вступит в это еще неведомое будущее, какую пользу принесет ей этот опыт?»

Юлий позволил своим мыслям блуждать, глядя на небо. Очень скоро ответ на этот вопрос придет к нему в виде встречи с молодой женщиной. Встречи, которая направит его вперед.

Королевский отбор, который определит следующего короля Лугуники, - до него оставалось всего несколько месяцев, приближался с каждым мгновением.

[Е1]следование своим интересам, в том числе обманным путём, включая сюда такие явные формы обмана, как ложь, воровство, мошенничество, но едва ли ограничиваясь ими.

Глава 21

В тот же день, в то же время. В Хрустальном дворце, в Имперской столице Рапгана.

- Отличная работа, вы, обезьяны.

Услышав это мрачное заявление, они преклонили колени и медленно подняли глаза. На красной ковровой дорожке почтительно склонились солдаты, которым не было равных в империи: девять Божественных генералов. Некоторые из них были массивными, а другие имели звериные черты или выглядели нечеловечно, но все они кланялись одному человеку в этом мире: семьдесят седьмому императору Священной Волакийской империи - Винсенту Волакии.

Во всем своем величии, подперев подбородок рукой, Винсент восседал на троне. В его правой руке лежал металлический ошейник, с магическим кристаллом в центре. Он являлся ошейником подчинения, использованным для связывания. Это был лишь один из немногих артефактов, разбросанных по всему миру. Но этот ошейник имел дополнительную ценность, которая делала его уникальным среди остальных: он висел на шее Святого Меча.

- Могуро Хагане. - свесив ошейник с пальцев, Винсент позвал одного из девяти генералов вперед. В ответ один из присутствующих, чье тело было покрыто сплавом из металла и руды, поднял глаза на императора. Винсент кивнул. Затем он перевел взгляд на потолок большой комнаты - нет, на весь Хрустальный дворец.

- Я допускаю, что на этом пути были некоторые трудности, но я знаю, что у тебя был шанс обменяться ударами со Святым мечом. Как думаешь, сколько ты бы смог взять?

- Два попадания. Может быть три.

Голос раздавался по всему чертогу, как будто сам Хрустальный дворец отвечал на поставленный вопрос.

Однако никто из присутствующих не отреагировал на очевидный источник звука. Это не означало, что они не были удивлены - просто их удивил не голос говорящего, а то, что он сказал.

- Три попадания...? Это какая-то чушь собачья. Что за оружие использует этот парень?

- Мы знали, что он превзойдет все, с чем мы когда-либо сталкивались. Именно поэтому мы смогли подготовить нашу козырную карту. Но даже так...

- Этот человек является самой большой угрозой, поэтому главный наш приоритет - его устранение.

Один генерал был впечатлен, другой колебался, а третий был обеспокоен. Голоса принадлежали Груви, Гозу и Могуро соответственно. В сознании каждого из них были очевидные, неоспоримые и смертельно опасные факты о Райнхарде Ван Астрее. Каждый видел вопрос о том, как поступить со Святым мечом, как самый важный вопрос, стоящий перед ними.

- Боже мой, мне стало интересно, действительно ли он так силен, как вы говорите, - в этот раз голос не исходил от трех генералов, что говорили раньше. Его источником был человек, одетый в белое от макушки головы до ступней ног. Он был бледен и складывалось мнение, что все цвета на его фоне померкли.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Он был единственным из присутствующих, кто не встретился лицом к лицу с делегацией из Лугуники. Нет, это было не совсем так. Он уже сталкивался с ними - только не с нынешним лицом.

- Что именно ты имеешь в виду, Чиша Голд? Вы хотите сказать, что все мы вместе можем неверно оценить угрозу, которую представляет враг? Если это так, то вина частично лежит и на вас.

- Да сгинет эта мысль. Однако, что касается того, правильно ли для меня принять на себя какую-либо вину...

- Не прикидывайся дураком. Действовать в качестве двойника Его Величества в мирное время, оказываться только тогда, когда это наиболее необходимо - ваша наглость невероятна... Представьте себе, если бы что-то случилось с Императором!

- Такое невозможно даже вообразить. Если только вы не заявляете о недостатке веры в проницательность и мудрость Его Величества.

Человек в Белом — Чиша Голд, в конце концов встретился взглядом со становящимся все более разгневанным Гозом. По размеру они не шли ни в какое сравнение, но по росту были почти одинаковы. Теперь, когда оба генерала стояли на колене, они могли вести это состязание взглядов всего в нескольких дюймах друг от друга.

- Достаточно. Вы как бабки на рыночной площади. Это было мое решение. Если у вас есть возражения, выскажите их лично мне.

Противостояние было прекращено тем самым человеком, который вдохновил его: самим императором. Гоз почтительно опустил голову.

- Ваше Величество! - воскликнул он. - Если этот план действительно был вашим собственным замыслом, то я его полностью поддерживаю! Я, Гоз Ральфон, готов поставить свою жизнь на ...

- Закрой свой рот.

После третьего за этот день приказа заткнуться Гоз замолчал, но было отчетливо слышно, как скрипели его зубы. Как только Винсент стал удовлетворен, Чиша обратился к нему.

- Ваше Величество, позвольте выразить вам мою глубокую признательность. Впрочем, я и сам был очень напуган, если можно так выразиться. Я никогда не думал, что потеря руки может быть частью этого акта. Если бы я только знал...

- Ты бы поступил иначе?

- ...Скорее всего. Я вовсе не хочу сказать, что тороплюсь получить пулю в лоб, - робко ответил Чиша, положив руку на подбородок.

Винсент издал горлом какой-то звук. К тому времени, когда генералы поняли, что это был смех императора, он уже продолжил говорить.

- Как я уже сказал, это была необходимая цена. Без нее мир с королевством не мог бы быть куплен. В любом случае, есть все шансы, что этот дикий зверо-мальчик заметил бы разницу между тобой и мной.

- И по этой причине, Ваше Величество, вы рисковали своей жизнью?

- Вот почему я сказал этому человеку, чтобы он не целился ни в сердце, ни в голову. Кажется, этого было достаточно.

- Как скажете, Ваше величество.

Чиша положил руку себе на грудь и низко склонил голову. На этом обмен репликами между императором и его двойником был завершен.

- Эй, Ваше Величество, я должен спросить... Если вы даже не сказали об этом Чише, значит ли это, что вы единственный, кто знал обо всем, что происходило? Мы с Могуро ничего не слышали о том, что должно было случиться...

- Вы с Могуро знали двадцать процентов. Чиша - пятьдесят. Молчаливый Гоз - десять процентов. А что касается этой шумной, недисциплинированной, неуважительной твари - ноль.

- Сесилус... Даже сейчас, - нехарактерное для Могуро слово сочувствия вырвалось из его уст. Самый сильный человек в империи даже не был вызван на эту аудиенцию. Голубая молния Волакии ничего не знал о происходящем. Впрочем, это было не потому, что император ему не доверял.

- У этой твари свой образ жизни. Столкнувшись с правильным врагом, он отдаст ему все силы.

- Эй, эй, если все дело было в том, чтобы он победил, тогда ...

- Однажды он проиграл. Это больше не повторится. При любых других обстоятельствах я не дал бы ему даже второго шанса потерпеть поражение.

Винсент, все еще держа подбородок в ладонях, поджал губы. Хищная ухмылка сказала Груви и Могуро все. Даже поражение Сесилуса было предвидено императором.

Сильнейший боец Волакии, который никогда не знал ничего, кроме победы, познал вкус поражения в битве со Святым мечом из Королевства Лугуника. Такой опыт выковал бы из Сесилуса Сегмунта фехтовальщика, равного Райнхарду Ван Астрея.

Сесилус безжалостно относился к собственной жизни, как к одной из карт, которые держал в руке. В этом была сила Винсента Волакии; в самом деле, это был идеал Волакийского императора.

Винсент моргнул, оглянув своих слуг, трепетавших от страха перед ним. Император всегда закрывал лишь один глаз. Закрой он сразу оба, и кто знает, что произошло, если бы кто-то покусился на его жизнь? Вот что значит быть на вершине этой империи. Он сидел, проявляя осторожность, ставшую его второй натурой.

- Прекрасная работа, Балрой Темегриф. - воину, который полностью оправдал свое доверие, взяв всю вину на себя, император произнес слова похвалы, неслышные никому другому. Он даже почувствовал легкий укол сожаления, из-за того, что горячее желание Балроя не исполнилось. Как бы было хорошо, если все шло точно по его расчетам, как считали съежившиеся перед ним генералы. Это вызвало улыбку на лице Винсента, улыбку, которую никто не видел.

Винсент знал волшебные слова, сказанные когда-то мастером «мира».

- Этот мир принадлежит нам…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Приквел королевских выборов: Райнхард против Сесилуса

П/П: В оригинале Re:Zero EX 4 поделена на 2 истории, а в каждой истории по несколько глав. В связи с некоторыми техническими ограничениями сайта главы данной истории находятся тут.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

Глава 1

Существует такое оружие как меч Дракона.

В мире есть множество знаменитых клинков, но все они меркнут по сравнению с этим… Он является самым святым из Святых мечей. Самым волшебным из волшебных.

Он считается самым уникальным, самым острым и самым красивым во всем мире.

Такова суть реликвии Дружеского Королевства Лугуники – Меч Дракона Рейд.

Ходят слухи, что этот клинок зачарован кровью тысячи сраженных им драконов.

Клинок, несущий благословение, дарованное самим Богом меча.

Тщательно отточенный, выкованный, закаленный неизвестным кузнецом, из лучшей стали.

Вокруг меча ходит очень много легенд.

Но ясно только одно: Меч Дракона Рейд - самый сильный в мире так же, как и его владелец.

Только Святой меча может взять его в руки, и только самые достойные враги могут когда-либо увидеть его.

Как только Меч Дракона обнажен, о поражении можно и не думать.

Глава 2

Проводя каждый день на границе в карауле, сторож заскучал.

Молодой человек зевнул и прикрыл рот рукой. При этом на его глазах накатились слезы. Если представить королевскую армию в виде лестницы, то он был в самом низу. В нем не было ни мотивации, ни морального духа.

Своим положением гвардейца он был обязан родителям, но отсутствие у него энтузиазма не ускользнуло от внимания начальства. Поэтому он оказался на такой низкой должности.

Отношения между Королевством и Империей никогда не были теплыми, ни за тысячу лет, ни даже больше, с тех пор как были основаны эти две нации. Книги по истории были завалены их территориальными стычками. Возможно, поэтому присутствие такого безответственного мужлана на границе казалось странным...

- Да... Сегодня также спокойно, как и всегда, - заметил молодой человек, всматриваясь в небо с наблюдательной вышки. Уже много столетий между империей и королевством не было никаких сражений, достойных упоминания. Служба в качестве пограничника была настолько проста, насколько это было возможно для Джобса, и за те месяцы, что он был назначен на эту должность, все его ежедневные отчеты состояли из одних и тех же двух слов: «Все тихо». Чтобы избавить себя от необходимости каждый день составлять новый отчет, бездельник уже подготовил отчеты на весь следующий месяц.

Последние несколько месяцев в столице, похоже, происходили какие-то неприятности, но здесь, на границе, они мало что значили для него. Ему казалось непосильным бременем даже читать письменные приказы, которые он получал из столицы, и по большей части он просто бегло просматривал их. Был только один, который запомнился ему.

- «Усилить бдительность в отношении Волакийской империи». Да, но как?

Они не посылали ему кого-то в помощь, так что ему было непонятно, как он должен выполнять эти приказы. Хотя преданный коллега и предложил удвоить вахту, но с теми людьми, которые были, они едва могли поддерживать график дежурства, который у них уже был. И вот сегодня он дежурил, наблюдая, как и всегда.

- Хм...?

Молодой человек вдруг перевел взгляд с облаков на дорогу и нахмурился. Сначала он подумал, что ему что-то мерещится. Но сомнения стражника быстро развеялись.

Облако пыли приближалось к контрольно-пропускному пункту прямо по дороге из империи. Оно двигалось с огромной скоростью, напоминая быстрого земляного дракона. Нет, даже нечто быстрее. Пока молодой человек, застыв на месте, наблюдал за происходящим, облако пыли уже пронеслась мимо контрольно-пропускного пункта.

- Ого! Эй, подожди...!

Это была пограничная застава. У солдат была обязанность проверять каждого кто хотел попасть в королевство. И все же этот вихрь пронесся мимо, даже не заметив аванпост. Это было несанкционированное пересечение границы, явное преступление.

Но…

- Хи-хи, пора менять караул!

- А? - застигнутый врасплох, молодой человек обнаружил, что облако пыли уже удалилось на приличное расстояние, чтобы его можно было разглядеть. Еще больше сторожа поразил голос одного из его товарищей, который поднимался по лестнице снизу. Молодой человек обернулся и увидел своего спутника, пристально смотрящего на бледного мальчика.

- О.… - сказал первый.

- Что это за взгляд? Подождите... Что-то случилось?

- Неееа, э-э-э..... - молодой человек не смог найти слов для ответа. Если он доложил бы, что просто пропустил нарушителя, то, по его мнению, его бы ждало гораздо худшее наказание, чем просто назначение в какой-нибудь богом забытый уголок границы.

Страх сковал его язык надолго. Наконец ему удалось выдавить:

- ...нет, ничего. Все хорошо. Все тот же скучный мир.

В конце концов ленивый гвардеец никогда не упоминал о том, что видел, ни своему товарищу, ни в письменном отчете. Запись покажет, что в этот день на границе между Королевством и Империей абсолютно ничего не произошло.

Небольшое отступление: несколько месяцев спустя этот молодой пограничник будет сдан своим товарищем за ложное донесение и невыполнение служебных обязанностей. Его переведут охранять тюрьму, - но это уже совсем другая история.

Глава 3

Пара в белых мундирах привлекла всеобщее внимание на улице.

По торговой улице в квартале простолюдинов столицы Лугуники шел красивый, элегантно выглядевший мужчина. К нему присоединилась молодая девушка, прекрасная, как распустившийся цветок, - пара редкостной красоты. Более того, оба они были рыцарями королевства, судя по их униформе. Белые плащи, которые они носили, символизировали их статус членов королевской гвардии, элитной группы самых опытных и хорошо обученных рыцарей в стране.

Но только один из них считал это главным источником гордости для рыцаря. В этот момент вторая шла сзади, сложив руки за спину и весело подпрыгивая худыми плечами.

- «Королевская гвардия» - звучит как милое название, но на самом деле это так скучно.

Говорившая и озиравшаяся по сторонам широко раскрытыми глазами, была светловолосая, с кошачьими ушами целительница. Молодая женщина – или, по крайней мере, кто-то похожий на нее… Это был Феррис.

Феррис, вытянув руки, зевнул.

- Быть спокойным - это хорошо, но зевать? Ты стал слишком расслабленным. А также я сомневаюсь в твоем замечании о том, что это “скучно”. Нам надлежит вести себя так, чтобы не навлечь позора на этот мундир.

Этот упрек исходил от человека, который шел рядом с Феррисом и ни в коем случае не пропустил битву мальчика-кота с зевком.

- О, ты это видел, да? - сказал Феррис, высунув язык. - У тебя глаза как у ястреба, Юлиус. Неужели ты никогда не устаешь, наблюдая за всем так пристально?

- Это часть моей работы… Нашей работы. И вообще, наша скука - это хорошая новость для людей.

- Только ты мог произнести такой лозунг. - Феррис пожал худыми плечами, криво усмехнувшись бдительности своего напарника. В ответ Юлий позволил себе улыбку, которую видели только его друзья.

Так уж случилось, что они вдвоем патрулировали столицу в целях общественной безопасности. Королевская гвардия большую часть времени проводила взаперти в замке. Впрочем, подобные маршруты, проверяющие столицу из непосредственно помогающие предотвратить любое преступление, оказались для них еще одной важной задачей. Рыцарские мундиры этой пары выделялись даже на расстоянии; они надеялись, что одним своим присутствием произведут устрашающий эффект.

- Я чувствую себя как пугало в поле. Но у нас есть одно преимущество - мы можем ходить, где хотим! А еще мы красивые!

- Есть и такие, кто не остановил бы свою руку в непосредственной близости от рыцаря, привлекательного или нет. Это придает смысл тому, что мы делаем. Ах, не то чтобы я отрицаю твою привлекательность…

- Разве ты не такой прилежный и способный? Ферри чувствует, как колотится его сердце!

- Если радость заставляет твое сердце биться быстрее, то, похоже, ты чувствуешь то же самое, что и я, когда говорю с тобой.

Феррис смущенно почесал щеку, его кошачьи глаза метались туда-сюда.

Юлиус и Феррис знали друг друга с тех пор, как последний вступил в ряды рыцарей, а ведь еще не прошло и года.

Несмотря на то, что они были мало знакомы, они быстро подружились, стали ближе, чем многие другие коллеги. Они, хорошо ладили, но Юлиус чувствовал, что истинной силой их дружбы было уважение друг к другу. Рыцарь духов восхищался теми, кто делал то, что не мог он, а также теми, кто не жалел сил, чтобы стать лучше. То же самое он чувствовал и по отношению к Райнхарду.

- И все же я полагаю, что мое уважение к Райнхарду немного другое.

- Хм? Ты что-то сказал?

- Нет, я просто подумал, что рынок наполнен слухами о королевской семье. Я сомневаюсь, что пройдет много времени, прежде чем королевские выборы станут общеизвестными.

После того, как Юлиус сменил тему, голос Ферриса стал звучать подавленно.

Слухи, ходившие по всей столице, были связаны с исчезновением королевского рода. Официальное сообщение из замка гласило, что король Рандхал Лугуника прикован к постели болезнью, но выздоравливает. На самом деле, он был уже мертв, и та же самая болезнь, которая унесла его, также убила всех членов семьи. В результате вся правящая родословная была полностью уничтожена.

Никто не знал, откуда поступала эта информация, но, несмотря на это, большая часть слухов содержала поразительное количество правды, и не было ничего необычного в том, чтобы услышать множество голосов, оплакивающих будущее нации. Охваченная тревогой горстка людей уже приблизилась к двум королевским гвардейцам.

Возможно, именно поэтому мы здесь.

Марк, капитан королевской гвардии, был не только храбрым воином, но и проницательным мыслителем, внимательным к такого рода деталям.

- Мудрость капитана не перестает меня удивлять. По слухам, скоро начнутся королевские выборы, и я сомневаюсь, что нам удастся избежать участия в нем. Особенно тебе, мой друг…

- Ммм, Миу… у меня есть на это право. Ферри не остановится ни перед чем, чтобы помочь Леди Круш! - хрупкий получеловек сжал кулак, а его лицо покраснело от решимости.

Хотя Феррис был присягнувшим рыцарем гвардии, формально он был верен герцогине Круш Карстен. Герцогиня, считавшаяся одной из самых талантливых женщин в стране, была выбрана в качестве одной из кандидаток на так называемый королевский отбор, который определит следующего короля Лугуники. Как только все пять кандидатов будут собраны, Феррис должен будет поддержать свою леди в качестве ее рыцаря.

“Герцогиня Круш Карстен...”. Юлий знал о ней, хотя и мало. Она была широко признанным гением высоких идеалов.

Фиолетововолосый молодой человек, безусловно, мог посочувствовать положению женщины, поскольку она в столь юном возрасте унаследовала титул главы знатного поместья и теперь балансировала с будущим королевства, потенциально лежащим на ее плечах. Без сомнения, она была самым подходящим кандидатом на трон. Кроме того, Круш и Феррис поддерживали тесные связи с бывшей королевской семьей; трон, несомненно, имел немалое значение для них обоих.

Как друг Ферриса, Юлиус не испытывал ничего, кроме восхищения преданностью кошко-мальчика своей госпоже. И все же оставалась тень сомнения, словно игла, колющая его сердце.

Юлий подавил это ощущение.

- Просто будь внимателен, чтобы не перегореть. Слишком большая самоотдача сама по себе может быть ядом. Не забывай заботиться и о себе.

- Да, конечно. Юлиус, ты такой заботливый, - голос Ферриса звучал более обеспокоенно, чем обычно.

- Я знал, что ты это скажешь. Но все же, как твой друг ... - Юлиус оборвался на полуслове.

- ...?

- В чем дело? - Феррис озадаченно посмотрел на него. Юлиус, казалось, зациклился на шумном ресторане на другой стороне улицы или на том, что происходило внутри. Здание было типичным, такое же, как и многие другие маленькие заведения на торговой алее, отличаясь тесным интерьером с прилавком и несколькими столами, за которыми можно было присесть. Посетителей было немного, а для ланча было уже слишком поздно. Однако один из посетителей выделялся, хотя и стоял спиной к рыцарям. Этот человек был одет в короткую куртку, выкрашенную в ярко-синий цвет; его волосы цвета индиго были завязаны сзади на затылке. Под курткой он носил необычную одежду, называемую кимоно, типичную для народа Карараги. На ногах этого человека было что-то вроде сандалий, которые были приобретены в том же месте, что и кимоно.

Если бы это было все, то этот человек мог бы быть просто еще

одним необычно одетым путешественником. Но было в нем что-то странное.

- А? Разве это не...

Глаза Ферриса расширились, когда он заметил человека, на которого смотрел Юлиус. Рыцарь духов не ответил, потому что он был бы слишком потрясен.

На поясе у человека висели два меча - это была безошибочно отличительная особенность его внешности. И все же Юлиус хотел бы, чтобы это была ошибка, потому что он был слишком удивлен, увидев здесь этого человека.

- Аааа! Как же вкусно. Боже мой, еда в столице всегда такая вкусная! Молодой человек вежливо кивнул и поставил пустую миску на стойку, даже не заметив, что два ошеломленных рыцаря наблюдают за ним.

- Очень любезно с вашей стороны, сэр, - ответил клерк, довольный пустой миской и аппетитом, с которым путешественник ел. - Не часто увидишь, чтобы парень вот так набрасывался на еду. Как я понимаю, вы были довольны?

- Я мог бы сказать, что количество пищи было немного скудным, но ее вкус более чем компенсировал это. Я привык к ярким, смелым вкусам, поэтому все мелкие детали приготовления пищи королевства - это удовольствие для моего рта. - молодой человек полез в карман кимоно за кошельком, продолжая этот дружеский разговор с клерком.

Глаза клерка расширились, когда он увидел медную монету, которую дал ему синеволосый человек.

- А? Эй, мистер, это…

- Ах, я уверен, что у меня в кошельке не осталось иностранной валюты, так что не волнуйтесь, если это будет слишком много.

Молодой человек поднялся со своего места, улыбаясь ошеломленному лавочнику. Он собрал разбросанные вещи у своих ног и уже собирался уходить с той же беззаботной уверенностью, когда…

- А?

Он заметил, что на него смотрят две пары глаз, и остановился. Человек с катанами обменялся долгими взглядами с Юлиусом и Феррисом, явно задумавшись, а затем хлопнул в ладоши.

- Теперь я вспомнил! Да, вы те самые люди, которым удалось сбежать от меня живыми!

Юлиус и Феррис обменялись взглядами, услышав такой восторженный голос молодого человека и увидев его блестящие глаза. Мужчина в кимоно помахал им рукой и неторопливо подошел, словно приветствуя своих лучших друзей.

- Привет, привет, давно не виделись! Синяя молния Волакии, Сесилус Сегмунт, снова появляется перед вами!

Сесилус стоял с совершенно искренней улыбкой. Самый сильный боец империи, очевидно, прибыл в королевство без приглашения, без вызова и совершенно беззаботно.

Глава 4

Сесилус Сегмунт был самым могущественным воином Священной Империи Волакия.

Некоторым воинам на его родине присваивалось звание генерала и включало в себя три ранга: первый, второй и третий. Первый ранг считался сильнейшим, в него входило только девять, и известны они были как «Девять Божественных Генералов».

Сам Сесилус был первым в этой группе и, без сомнения, самым могущественным бойцом в империи. Это также делало его угрозой для королевства, которую нельзя было игнорировать. Точно так же, как Райнхард был подвергнут обременительной бюрократической проверке и жестким ограничениям свободы действия, когда он посетил империю, Сесилус должен был подвергнуться такой же осторожности со стороны королевства Лугуники. И все же он был здесь.

- Для меня большая честь снова встретиться с вами, мастер Сесилус. Но когда вы прибыли в королевство, позвольте спросить? Возможно, это просто выше нашей инстанции, чтобы быть уведомленным, но мы не слышали о каких-либо важных гостях Волакии.

- О боже, нет, не беспокойся об этом. Я просто решил прийти сюда и ни перед кем не отчитывался.

Юлиус пытался вытянуть из Сесилуса ответ, но такого ответа он не ожидал. Рыцарь был в смятении.

Юлиус предложил пройти в маленькую чайную, которую он знал. Тут они не будут на виду у всех, хотя ему пришлось тащить Сесилуса, который был вне себя от радости от неожиданного воссоединения, почти силой. Теперь незваный гость спокойно пил черный чай, с любопытством оглядывая магазин и засыпая персонал вопросами о том, какие именно сорта чайных листьев они используют. Юлиус и Феррис молча наблюдали за ним.

- Что же нам делать?

- Сначала посмотрим, что он задумал.

В конце концов, они столкнулись с генералом первого ранга империи, когда патрулировали столицу. Оба рыцаря чувствовали себя немного виноватыми, учитывая как Сесилус был рад видеть «старых друзей», но их терзало сомнение. И когда они узнали, что его визит был неофициальным, то начали надеяться, что это просто шутка. Это было небольшое отступление в чайную лавку, как можно дальше от людей, в надежде взять ситуацию под контроль.

- Я пришел не для того, чтобы причинить вред Королевству, - сказал Сесилус без колебаний, словно прочитав их мысли.

Но ни Юлиус, ни Феррис ничего не ответили.

- Неужели ты думаешь, что я, Сесилус Сегмунт, стану заниматься уничтожением имущества или убийством, даже если император прикажет мне это сделать? Я выше таких коварных методов.

- Хм... даже если император Винсент прикажет тебе? - Голос Ферриса звучал отчетливо, он был настороже, но Сесилус тоже не чувствовал себя более комфортно.

- Это был бы такой удар по моей репутации, не говоря уже о моей гордости. Если я дойду до того, чтобы прятаться, то с таким же успехом могу быть мертв. И я не собираюсь умирать в ближайшее время.

Сесилус непринужденно сидел в кресле, попивая чай без малейшего намека на враждебность. Он снял свои мечи, которые теперь были прислонены к задней стене — возможно, это был его способ продемонстрировать свои добрые намерения. По крайней мере, он, похоже, не собирался создавать никаких проблем.

- ...Очень хорошо, тогда давайте вернемся на шаг назад. Вы говорите, что ваше присутствие здесь не по воле империи?

- Даже и не спрашивал — Его Величество и друзья только все усложнили бы. Я слышал, что это просто кошмар, бумажная волокита, которую приходиться делать, чтобы пересечь границу. Я помню какая головная боль была у вас всех, когда вы прибыли к нам в империю, не так ли?

- Но ты должен был подвергнуться тому же самому... Подожди, только не говори мне, что ты ворвался сюда силой?

- Я ничего плохого не сделал. Просто бежал от своей границы к вашей, двигаясь так быстро, как только мог всю дорогу. Я бы остановился, если бы кто-то сказал мне.

Юлиус изо всех сил постарался скрыть хмурое выражение, появившееся на его лице при этом довольно откровенном ответе. Сесилус утверждал, что просто пробежал пограничный пост. Это была не ложь и не шутка, а скорее всего простая констатация факта. Его не зря прозвали синей молнией Волакии: он обладал достаточной скоростью, чтобы соответствовать такому титулу. Это был не маленький трюк или причудливая работа ног, чтобы заставить себя выглядеть быстрее, чем он был; он действительно мог двигаться достаточно быстро, бросая вызов человеческим способностям. Для рыцарей на границе он, скорее всего, ничем не отличался от легкого ветерка.

Юлиус вспомнил свою встречу с ним. Ему потребовалась вся его сила и умение, чтобы просто защититься от меча Сесилуса. Благодаря вмешательству третьей стороны, он вышел из схватки живым, но… если бы бой не был прерван, то он без сомнения проиграл бы. И вот тогда-то Юлий и догадался, зачем к нему пришел человек в кимоно.

- Мне кажется, вы не поверите, если я скажу вам, что пришел посмотреть местные достопримечательности?

Сесилус криво усмехнулся, заметив изменение в поведении Юлиуса.

Феррис также видя ухмылку иностранца, поджал губы.

- Мяу, мы бы не стали, - сказал он. - Хотя мы были бы очень признательны, если бы это было правдой... Эх, к сожалению, даже Ферри вроде как понял, что это не так.

-Ах-ха-ха, значит, даже прелестный девичье-кошачьи уши видят меня насквозь. Как неловко. Но у мужчин есть свои принципы - я бы не стал винить юную леди за непонимание.

Сесилус смущенно почесал щеку. С момента их первой встречи он пребывал в постоянном заблуждении относительно пола Ферриса, но сейчас не было подходящего момента, чтобы поправить его.

- «Райнхард Ван Астрея,» - резко ответил Сесилус. Он некоторое время смотрел на чай в своей чашке, а затем продолжил.

- Это источник большой боли для всех нас, включая меня, что мы не смогли оказать ему должного гостеприимства во время его недавнего визита в империю. Я пришел с извинениями от всего сердца.

- И что, ты здесь, чтобы все исправить?

Это была смесь раздражения, сарказма и простого подозрения на очень опасного человека, который неожиданно объявился. Такое откровенно враждебное отношение было рискованно, когда имеешь дело с самым сильным бойцом Волакии, но, по крайней мере, не было никаких сомнений, что он имел в виду то, что сказал. Феррис стоял на голову выше остальных королевских целителей, заботился о многих пациентах и, кроме того, был рыцарем, несущим ответственность за поддержку своего кандидата на королевский престол. Он никогда не был рад неприятностям из-за пределов страны, какими бы приветливыми они ни были.

Феррис бросил на Сесилуса свирепый взгляд, но тот лишь иронично улыбнулся.

-Все именно так, как ты говоришь, моя ушастая красавица. Я признаю свое поведение ужасным и полностью понимаю, что заслуживаю с вашей стороны лишь подозрение. Однако…

- Однако… что?

- ... Я остаюсь величайшим из девяти Божественных генералов Волакии. Мой авторитет зависит от боя со Святым мечом. Если я не смогу избавиться от своего позора, то это потрясет самые основы империи. Считайте это опосредованной битвой между империей и Королевством.

Воин говорил спокойно, вежливо и красноречиво. Но если бы кто-нибудь спросил, были ли в его словах понимание и проницательность, то ответ был бы отрицательным.

- Я прекрасно понимаю, какой тяжкий груз лежит на моих плечах. Вы, двое рыцарей Королевской гвардии, должно быть, чувствуете то же самое.

- Я понимаю о чем вы говорите, мастер Сесилус. Но я должен задаться вопросом, почему мы заключили пакт о ненападении, если вы с Райнхардом хотите устроить сражение.

- Ой, боюсь, вы меня не поняли. Мое предложение - это просто борьба, чтобы уладить дело. Я не хочу никого убивать.

Это кажется немного нелогичным.

- У каждого из нас есть свое место, где мы нужны, хотя было бы интересно сражаться с ним против всех и разукрасить землю кровью.

-Ты имеешь в виду битву между Демоном Меча и Восьмируким Курганом?

- Я думаю, что высочайшие достижения в фехтовании в то время имели много общего с тем, что мы делаем сейчас. Как бы мне хотелось когда-нибудь поговорить с демоном Меча! Вы случайно не знакомы с ним?

Голубая молния Волакии явно разрывалась от любопытства, но Феррис и Юлиус смотрели на него безучастно. Знал ли Юлий этого мечника, Демона Меча, лично? Не очень. Но нельзя было также сказать, что они совершенно не связаны друг с другом, потому что один из друзей Юлиуса приходился ему кровным родственником.

Феррис, стараясь не допустить дальнейшего срыва разговора, хлопнул в ладоши и сказал:

- Мы не знаем этого Демона меча, и мы не хотим знать его - звучит как проблема, ожидающая своего часа - и в любом случае, мы уходим от темы! Почему вы так упорно боретесь с Райнхардом?

- ...Должен сказать, я согласен с Феррисом. Мое искусство фехтования довольно слабо развито по сравнению с вашим, мастер Сесилус, но даже на мой неискушенный взгляд, ваши шансы на победу кажутся…

- Эй, ты теперь планируешь бросить мне вызов перед схваткой со Святым мечом? Просто чтобы вы знали, мой вспыльчивый характер настолько известен в империи, что его бояться даже в Имперском парламенте.

- Да, должно быть, довольно неловко, когда сильнейший боец империи не может пройти мимо оскорбления.

Голос Сесилуса оставался спокойным, но Юлиус и Феррис пристально посмотрели на него.

- Хм, - сказал он, скрестив руки на груди, как будто их взгляды проникли в него. - Я никогда не сталкивался с битвой, которая действительно довела бы меня до предела.

Никто из них не ответил.

- Потрясающий интеллект и потрясающие физические способности - это все во мне сочетается. Неужели такому существу не суждено взять на себя главную роль? Можно сказать, что Святой меч - это первая стена, с которой я столкнулся.

- Но почему?

- Неужели все так запутано? - Сесилус ответил, искренне недоумевая. - Персонаж не может убежать от трудностей.

Этот спектакль о себе как об актере, что стоит на сцене жизни, было трудно понять большинству людей. Юлиус прищурился, заметив, как непринужденно выглядит Сесилус. В глазах Сесилуса читалась отчужденность, которую рыцарь иногда испытывал по отношению к своим друзьям, коллегам и даже начальству, но также там смешивалась зависть к чему-то, чего, как был уверен Юлиус, у него не было.

- Очень хорошо. Я понимаю, о чем ты говоришь.

- Превосходно!

- Однако, учитывая мое положение, я не могу смотреть сквозь пальцы, пока вы бегаете на свободе, мастер Сесилус. Мне придется доложить об этом в замок, после чего, я полагаю, в интересах обеих наших наций будет, чтобы вы вернулись домой.

- Вы меня совсем не поняли! - завопил человек в кимоно. Если о его присутствии действительно доложат рыцарскому гарнизону, он, конечно, не избежит депортации. Хотя Юлиусу было жаль его. В конце концов, отчасти это было следствием положения Сесилуса.

- Ха! Если это так, то я думаю, что мне придется зарезать тебя, чтобы заткнуть рот, найти Святого меча для себя и ...

- Тем не менее, я мог бы найти способ удовлетворить вашу просьбу, поставив условия, - продолжил Юлий, прерывая Волакийского генерала прежде, чем тот успел закончить то, что было бы очень неприятной угрозой.

- Юлиус?!

Сесилус был ошеломлен, а Феррис тряс друга за плечи. Лицо мальчика-кота было очень удивлённым. - Ты что, с ума сошел?! Ты действительно собираешься выслушать эту безумную идею?!

- Боюсь, я не могу говорить о состоянии моего собственного рассудка, но мое предложение серьезное. Кроме того, если мы упремся в законы, сохраняется возможность того, что Сесилус избавится от нас.

Феррис чуть не поперхнулся, хотя его товарищ-рыцарь говорил спокойно. Когда Юлиус взглянул на Сесилуса, он увидел, что тот придвинулся ближе к тому месту, где его мечи были прислонены к стене.

- Боже мой, - сказал Сесилус, - у меня нет ни малейшего намерения прибегать к такому явному насилию. Но... вы действительно рассмотрите мою просьбу?

- Как я уже сказал, будут определенные условия. Если ты сможешь последовать за ними, тогда ...

- Говори, - сказал Сесилус, выпрямляясь, когда понял, что Юлиус действительно серьезен.

Юлиус поднял вверх три пальца. - Во-первых, ты не должен обращать свой меч против любого гражданина королевства, кроме Райнхарда.

- Ну конечно же.

- Во-вторых, если ваше присутствие станет известно рыцарям, вы должны почтительно сдаться и подчиниться им, даже если это приведет к изгнанию вас из страны.

- А если я приму это условие, вы просто не побежите в свою часть и не предупредите их обо мне?

- Вам придется поверить, что моя гордость так же дорога мне, как ваша - вам, Мастер Сесилус.

-...Вполне справедливо. Как я могу возражать, когда ты так говоришь? - Волакиец согласился на второе условие Юлиуса с жаждущей битвы улыбкой. - Я принимаю предложение без дальнейших возражений. Если это все, что нужно, чтобы смыть унижение с моего имени, то это небольшая цена.

- И наконец... возвращайся в свою империю живой. Если ты умрешь, то это действительно будет означать войну.

-Ха-ха-ха, да, понимаю. Ах, ты действительно знаешь, как дразнить мужчину. - Сесилус, который сам признался, что его легко спровоцировать, нахмурился при этом последнем условии. Но тут же настроение Божественного генерала изменилось, и он одним глотком допил оставшийся чай. - Я отвечу на все своим мечом, включая твою маленькую шутку. Это все ваши условия?

- Да. Покуда вы будете соблюдать условия.

- В самом деле, так что я буду! Тогда веди меня вперед. К моему противнику.

Выслушав и приняв условия, Сесилус вскочил на ноги. Он вернул свои любимые мечи на их обычное место у бедра, а затем перевел нетерпеливый взгляд на Юлиуса, который глубоко кивнул.

- Мастер Сесилус, прежде чем я поведу вас туда, куда вы хотите, я должен сказать вам нечто очень важное.

- И что же это будет? Мой пыл уже на пределе, и я хочу идти в бой, пока он не угас!

- Проблема в Райнхарде. Сейчас его нет в столице.

- А? - Его рот открылся так широко, что, казалось, вот-вот отвалится челюсть.

- Райнхард очень занят, будучи Святым мечом. Сейчас он в северной части королевства, сопровождает какую-то экспедицию. Он вернется через неделю.

Феррис задумчиво приложил палец к губам.

- Н-но это значит ... - Сесилус в отчаянии уставился в потолок. - Это значит, что мне снова придется отложить нашу битву! Я этого не вынесу!

Это был второй раз, когда они слышали такое нытье от самого сильного и, возможно, самого неудачливого бойца империи.

Впрочем, хвастаться было нечем - Юлиус и Феррис только пожали плечами.

Это представление о себе как об актере, вечно стоящем на сцене жизни, было трудно понять большинству людей. Тем не менее Юлий прищурился, увидев, как непринужденно выглядит Сесиль. Там был отчужденность, которую он иногда испытывал по отношению к своим друзьям, коллегам и даже начальству, смешивалась с завистью к чему-то, чего, как был уверен Юлий, у него не было.

Глава 5

Столица Лугуники поделена на 5 слоев.

Самый верхний слой располагается в центре города и представляет собой Королевский Замок Лугуники. Находясь на высоте, он открывает великолепные виды на целый город. Только самые важные люди и члены Совета Мудрецов имели право проживать здесь. Следующим слоем шёл Благородный Квартал. Он до краев был заполнен людьми, у которых имелось право жить в столице. Эта часть города была заселена в основном домами менее благородных людей и поместьями более высших слоёв общества, которые придавали этому месту картину элегантности.

Ниже Благородного Квартала располагается Купеческий Округ, который вносит основной вклад в суету в столице. Еще ниже находится Обычный Район, где проживает большая часть населения столицы. И, наконец, район, где царила нищета. Такие места отнесены к окраинам Обычного Района, близ стен, защищающих город.

Дом Юлиуса располагался в Благородном Квартале. Семья Юклеус имела средне-благородный статус, их сдержанность и прямолинейность были отличительными чертами. Однако…

- Ох, какой чудный дом! Я думаю, что мне здесь будет очень комфортно.

Эта атмосфера отчужденности была разбита специфическим громкоголосым гостем. Смотрящий на передний зал Сесилус, выходя из главной двери, выглядел очень довольным. Его глаза сконцентрировались на прислуге, члены которой были очень удивлены, увидев столь нежданного гостя.

- Ох! В этих краях даже форма горничных выглядят иначе! Женщины Лугуники никогда не забывают быть элегантными, даже если они просто обслуживающий персонал! Ах, это вызывает слезы на моих глазах. Прекрасно, восхитительно!

- С-спасибо за Вашу хвальбу. Это честь…

Сесилус решительно кивнул.

- Они даже отвечают мне с вежливостью и скромностью! Такое почтение заставляет мое сердце биться чаще. Хотя, честно признаться, кошкодевочки - это самое прекрасное, что есть в Лугунике.

Дальше он вспомнил о Юлиусе, которого оставил у двери, и полетел обратно за ним.

- Господи, что я делаю, оставляя хозяина дома позади? Я просто был очень поражен, пожалуйста, продолжай вести меня.

- Я ценю ваше внимание, мастер Сесилус. Но ведь дом такого размаха для вас не такой уж и сюрприз? Уверен, вы и раньше видели горничных.

- Да, конечно, мои доходы не малы… Но я трачу все свои деньги на развлечения. Это оставляет у меня достаточно шаткие финансы, которых едва хватает для найма горничных.

Фехтовальщик тряхнул рукавом в сторону нахмурившегося Юлиуса. Какими же должны быть эти “развлечения”, чтобы они оставляли Сильнейшего мечника целой страны в сомнительном финансовом положении?

- … Так уж получилось, что я коллекционирую как новые мечи, так и мечи старого образца, - объяснил Сесилус, -таким образом у меня всегда есть готовый реквизит, и это мой единственный недостаток.

- Итак, вы собираете лезвия. Понимаю, это имеет смысл… - сказал Юлий, кивая, когда его взгляд скользнул по двум мечам у бедра Сесилуса. Один был в красных ножнах, другой - в голубых, и он задавался вопросом о них с того момента, как они воссоединились в торговом квартале. В немалой степени это было связано с тем, что оба лезвия, казалось, излучали безмерную жестокость и жажду крови, которые все еще можно было обнаружить, даже когда они были полностью закрыты ножнами. Это ошеломляющее чувство силы было доказательством того, что это были зачарованные или священные клинки, а не обычные или средние.

- Самыми исключительными предметами моей коллекции являются мой меч номер один, Мурасаме, и мой меч номер два, Масаюмэ. У меня не было возможности показать их вам в империи, но оба - зачарованные клинки с долгой и легендарной историей.

- Я вижу, что это хобби имеет некоторую практическую пользу. Это очень информативно.

- Да, но для их приобретения требуются большие деньги, не говоря уже об их содержании. Не то чтобы я когда-либо восхищался этому.

Аура мечей угрожала поглотить их владельца, но Сесилус использовал свой собственный бойцовский дух, чтобы подавить силу, исходящую от двух видов оружия. Чтобы владеть такими впечатляющими инструментами, требовался не менее внушительный владелец. Юлий прикоснулся к своему клинку и задумался, способен ли он на такое. Его меч имел историю в качестве ценной реликвии семьи Юклиус. Сколько времени он потратил на то, чтобы овладеть им, научившись максимально использовать его…

- Сэр, вы бы хотели стать моим гостем?

Вопрос исходил от молодого человека, который вышел из дома и прервал их разговор. Прекрасные черты лица молодого человека производили впечатление мягкости.

- Ой, - сказал Сесилус, приподняв бровь, когда молодой человек подошел, - А вот и тот, кто чем-то похож на вас, мастер Юлий…

- Мой младший брат Джошуа. Джошуа, это мастер Сесилус. Он останется с нами на несколько дней в качестве моего гостя. Прошу прощения за отсутствие предупреждения…

- Я понимаю. Друг моего брата - друг этого дома. Фиолетоволосый молодой человек, Джошуа Юклиус, слабо улыбнулся и склонил голову.

- Боже милостивый, - сказал Сесилус, покачивая головой, будучи принятым так вежливо, - Я приношу свои самые скромные извинения за такое внезапное навязывание. Понимаете, я очень плохой планировщик и даже не подумал зарезервировать гостиницу для моей маленькой поездки. Мастер Юлиус был так добр, предложив мне помочь… У вас такой хороший старший брат, мастер Джошуа; я почти завидую!

- Так вы понимаете, сэр?! Вы видите, какой замечательный человек мой старший брат!?

- Гм?!

Младший брат Юлиуса наклонился к Сесилусу, который предложил несколько точное объяснение обстоятельств вместо надлежащего приветствия. Джошуа и его манера поведения внезапно и полностью изменились, совершенно игнорируя иностранного гостя, когда тот страстно сжал руки в элегантные кулаки.

Через мгновение стройный молодой человек продолжил говорить с Сесилусом более знакомым тоном.

- Если вы настолько хорошо разбираетесь в людях, что видите моего брата таким, какой он есть, то я приветствую вас с распростертыми объятиями. Пожалуйста, оставайтесь столько, сколько пожелаете. Мастер Сесилус, откуда вы? Это странный наряд, разве это не кимоно из Карараги? Я знаю их по книгам, но никогда раньше не видел ни одного своими глазами!

- Ах, так ты узнал их? Я влюбился в него с первого взгляда во время своей первой поездки в Карараги. После этого у меня было одно сделанное на заказ. Знаешь, главный герой должен прилежно относиться к своей внешности. Вот чем «Синяя молния» намерена и должна быть!

- Синяя молния…?

Это заставило Джошуа остановиться, прервав прекрасную ритмичность разговора.

Юлий заметил это и многозначительно покашлял.

- Джошуа, мастер Сесилус устал от путешествий. Прежде всего мы должны позволить ему отдохнуть в комнате для гостей.

-О, да, конечно. Мне очень жаль, старший брат. Я немного перевозбудился… - Джошуа почесал щеку и покраснел, смущаясь, что забыл о своем поведении. Юлий натянуто улыбнулся младшему брату, а затем повернулся к Сесилусу.

- Прошу прощения за невнимательность моего брата, мастер Сесилус. Он обычно не такой...

- Боже мой, я не против. Мы сможем поговорить чуть позже. У меня полно времени, чтобы побаловать его.

В версии с изображениями тут находится картинка.

- Д-да, конечно! Большое спасибо, сэр. Хорошо, я сейчас же уйду в свою комнату, старший брат.

- Хорошо. Увидимся за ужином.

Джошуа поклонился и вернулся в свою комнату в сопровождении одной из служанок. Сесилус внимательно наблюдал за ним, когда он уходил, и заговорил только после того, как молодой человек скрылся из виду.

- Хм. Этот твой младший брат... С ним что-то не так физически… Ты можешь рассказать?

- Назовите это интуицией, основанной на том, как он говорит и ходит. Не похоже, чтобы какая-то его часть была в особенно плохой форме. Это больше похоже на то, что он вообще слаб. Я подозреваю, что родился таким.

Сесилус скрестил руки. Юлий был ошеломлен острым наблюдением. Всего за несколько минут Сесилус определил врожденную болезнь, поразившую Джошуа. Младший брат Юлиуса обладал слабым телом. Он изо всех сил пытался выполнять даже самые простые повседневные задачи. В наши дни он был более способным и энергичным, но в прошлом юноша был склонен к лихорадке, которая заставляла его проводить большую часть своего времени в постели. Даже в его нынешнем состоянии требовалась значительная осторожность, когда он путешествовал очень далеко. Так что…

- Мастер Сесилус, если бы вы были так любезны, возможно, вы могли бы развлечь Джошуа некоторыми историями о Волакии?

- Волакия, говоришь?

- Мой брат никогда не был за пределами Лугуники. Он стремился получить все знания, на которые можно было надеяться, из книг. Теперь я бы хотел, чтобы он узнал о вещах, которые нельзя найти в книгах.

- Понятно… Тебе ведь небезразличен твой брат, не так ли?

Юлий ответил на восхищенное замечание Сесилуса лишь улыбкой. Рыцарь духов действительно заботился о своем младшем брате. Джошуа был частью семьи, и это делало его драгоценным; он был дорогим младшим братом. Однако Юлиус чувствовал, что этот конкретный приступ внимания исходил от чего-то другого. Он хотел расширить кругозор Джошуа. Возможно, он думал, что ожидание и зависть, с которыми Джошуа иногда смотрел на него, были чем-то неуместными. Несмотря на…

- Боюсь, вы будете ограничены везде, кроме этого дома, мастер Сесилус. Таким образом, я считаю, что из Джошуа получится отличный собеседник для вас.

- Хо-хо, как прекрасно ты о нём говоришь. Если твой брат - книжный червь, за которого ты его выставляешь, может, я сам узнаю что-нибудь полезное. Мне это нравится!

- Я рад это слышать... Чему вы хотели бы научиться из любопытства?

- Дарить крутые речи и самые яркие слова, чтобы провожать врага - естественно!

Резкий ответ поставил Юлиуса в тупик. Это должно было быть шуткой? После этого он провел волакийца, который пришел с минимальным багажом, в комнату для гостей, изложил для него несколько основных правил во время его пребывания и дал ключи.

- Но ты интересный человек, - мягко сказал Сесилус, беря ключ и ставя свои сумки. Юлий, не ожидая этого комментария и приподнял бровь. Божественный генерал пожал плечами и ответил:

- Не верите мне? Вы, добрый мастер Юлий, способны на удивительно смелые действия ради того, кто выглядит и ведет себя так же, как и вы.

- Конечно, не больше вас, мастер Сесилус, тот, кто пробежал мимо сторожевого поста, чтобы прийти сюда и вызвать на дуэль Святого Меча.

- Мои действия призваны ошеломлять мир. Но забудьте об этом.

Мужчина в кимоно не переставал улыбаться, сидя на кровати и пристальна наблюдая за Юлиусом.

- Та ушастая красавица, с которой вы были… Ее мнение казалось гораздо более объективным и правильным. Не говоря уже о том, что я принимаю вас за того, кто обычно неуклонно следует пути праведности. Я ошибся?

Юлий не ответил.

- Это, конечно, просто мое небольшое личное наблюдение, и всегда возможно, что ты просто более сумасшедший человек, чем кажешься... Но у меня есть интуиция, и я ей доверяю, даже если она не всегда логична.

Юлий издал легкий вздох, слушая, как говорил Сесилус. Он согласился, что «ушастая красавица» Феррис имеет на это право. До горького конца Феррис выступал против того, чтобы Юлиус скрывал Сесилуса в своем особняке. В отличие от рыцаря с фиолетовыми волосами, он не пытался сделать что-то подобное, не умолял его не раскрывать присутствие волакийца другим рыцарям. Этого было достаточно, чтобы усомниться в лояльности Юлия королевству - так зачем же он это сделал?

- Я подумал, что это был вопрос, который может не дать вам спать по ночам, не говоря уже о том, пожалуется ли на меня ваш маленький друг.

- ... Если бы вы начали действовать силой, мастер Сесилус, ни Феррис, ни я не смогли бы вас остановить. Разве мой ответ в закусочной не развеял никаких сомнений?

- Я не боюсь. Я думаю, вы прекрасно знаете, мастер Юлиус, что я вряд ли смогу убить вас двоих. Эти мечи годятся лишь для небольшого грохота.

Юлий не смог ответить на убедительный ответ Божественного Генерала. Но это было, конечно, не потому, что он закрыл свое сердце, намереваясь не открывать то, что было внутри. Все было с точностью до наоборот. Слов не было потому, что Юлиус не мог их подобрать. У него не было ответа на вопрос, который задал Сесилус. Это была проблема.

- Ой. Я доставил тебе неприятности? Прости. Как я мог быть таким легкомысленным по отношению к хозяину дома, в котором остановился?

Юлий обнаружил, что необычный гость с тревожной быстротой разглядывал его смущенное состояние. С этими словами имперский фехтовальщик снял оружие и растянулся на кровати.

- А теперь, думаю, я сделаю то, что вы предложили, и немного отдохну. Бежать сюда из империи было своего рода ещё то занятие...

- Отлично. Надеюсь, ты в скором времени освежишься. Я позову тебя, когда будет готов ужин. И я очень надеюсь, что ты будешь осторожен...

- Чтобы никто не узнал, что я самый могущественный красивый мечник Империи Волакия? Я буду настороже.

Сесилус снисходительно махнул рукой Юлиусу, который кивнул ему в ответ. Молодой рыцарь только что вышел из комнаты и собирался уже закрыть за собой дверь, когда снова услышал голос Сесилуса.

- Я с нетерпением жду возможности провести с тобой несколько дней, мой дорогой сообщник.

Эти слова подошли бы герою какого-нибудь рассказа и тронули Юлиуса в самое сердце.

Глава 6

Прошло несколько дней с момента прибытия Сесилуса в дом Юлиуса, и пока всё обходилось без серьёзных инцидентов. Не было каких-либо взрывов или чего-нибудь подобного, о чём можно было бы побеспокоиться, однако он часто устраивал всякие споры.

Сесилус Сегмунт был именно таким человеком, которого себе представляешь, узнав о его репутации. Пускай он и был сильнейшим воином Империи Волакия, но не обладал ни воинской честью, ни достоинством, которых можно было бы ожидать от такого уважаемого человека. Он всегда был самим собой.

Мечник был хорошо знаком со служанками и, как просил Юлий, частенько беседовал с Джошуа. Действия Сесилуса нередко были очень резкими, но полное отсутствие злобы в них не позволяло другим в доме плохо отзываться о них. Таким он был спустя пару дней.

- Не могу поверить, что ты настолько доверчив, Юлиус.

- С позволения, это очень суровая оценка.

Идя вдоль рыцарских казарм фиолетововолосый рыцарь сухо улыбнулся Феликсу, который в ответ зашипел. Юлий рассказал кошко-мальчику обо всех событиях, произошедших за последние несколько дней. Теперь Феликс был точно уверен, что его друг проглотил наживу врага с её сладкой лестью. Несмотря на это, он послушно следовал просьбе друга и сопротивлялся искушению раскрыть присутствие Сесилуса в стране.

- Что ж, до возвращения Райнхарда осталось где-то два или три дня, но вы правда думаете, что он будет драться с этим парнем?

- Я намерен выступить их посредником на этом поединке. Мне действительно хочется считать, что Сесилус сдержит своё слово и вернётся домой, как только получит то, ради чего пришёл сюда. Неизвестно что он сделает пока не достигнет своей цели.

- Даже если он впадёт в ярость, Райнхард единственный, кто сможет его остановить. Сесилус действительно опасный гость, но ты правда уверен в этом, Юлий? Мяу, можно сказать, что ты продаёшь Райнхарда.

Юлиус ничего не ответил.

- Я имею в виду, что ты держишь это в секрете от него и всех остальных. Ты хочешь натравить на него сильнейшего воина Волакии. Очевидно, что он подумает, что вы в сговоре.

- Сговорились с мастером Сесилусом? О да, я полагаю, что это именно так и выглядит!

Юлиус кивнул, вынужденный пересмотреть свои действия с другой точки зрения. Конечно, он с самого начала понимал, что его действия поставят под сомнение его верность королевству, но он никогда не думал, что это может выглядеть как предательство Райнхарда.

- Я никогда не думал, что у мастера Сесилуса есть шансы победить.

- Ох...

Феррис нахмурился. Он услышал искренность в словах Юлия. Его уши поникли.

- Не ожидал такого. Не слишком ли ты сильно веришь в Райнхарда? Ты не только веришь в его победу, но и исключаешь другой исход событий.

- Если ты так выразился, то полагаю, что ты прав.

Он скрывал одного из Божественных генералов у себя дома и пытался тайно устроить дуэль со Святым Мечом. Однако в его действиях никогда не было злого умысла против своего друга. Рыцарь-пользователь духов всегда доверял Райнхарду и всегда был уверен, что рыжеволосый мечник никогда не ошибается в своих намерениях.

- А что насчёт вас, Феррис? Вы представляете себе поражение Святого Меча?

- Ферри не позволяет себе такого, но его предположения, мяу, сильно отличаются от Ваших.

Юлиус задумчиво нахмурил брови, застигнутый врасплох глубиной ответа Ферриса. Однако прежде, чем он успел расспросить его, получеловек посмотрел на волшебный кристалл времени на стене коридора.

- Пора, - сказал Феликс, указывая на меняющий цвет магический кристалл. - Капитан хотел видеть нас. Поговорим позже.

Юлиус не хотел оставлять эту тему позади, но он знал, какими должны быть его приоритеты. Он и Феррис поспешили во внутреннее помещение казармы, в капитанскую часть.

- Войдите.

Их приветствовал мягкий голос, когда дуэт объявил о своем присутствии, постучав в дверь. Они послушно вошли и оказались лицом к лицу с рыцарем, который выглядел настолько грубым и неровным, что его можно было счесть за валун. Короткие зеленые волосы обрамляли его угловатое лицо, а доспехи едва сдерживали мускулы. Это был Маркус Гилдарк.

- Юлий Юклиус здесь, сэр.

- И Ферри тоже здесь, кхм, сэр.

- Ты имеешь в виду Феликса Аргайла? Сколько раз я говорил, что при рапорте ты обязан говорить своё полное имя?

Грубым голосом он сделал замечание Феликсу и махнул рукой, как бы приглашая рыцарей в свой кабинет.

- Чем мы можем вам помочь, капитан? Знаете ли, Ферри очень занят.

- Вы могли бы научиться вести себя как рыцарь… Ах, неважно. Вы сегодня не единственные, кто заняты. Не знаю, настолько ли у вас забитый график, как и у меня, поскольку вам еще поработать от имени герцогини Карстен и приготовиться к отбору.

- Боюсь, что Ферри не понимает, о чём, мяу, вы говорите.

- Я имею в виду ваш маленький побочный бизнес целителя. Меня не волнует, что вы делаете с этой силой, пока она не мешает вашим служебным обязанностям. Даже если ты сходишь с ума, пытаясь заработать для герцогини больше сторонников.

- Хей! Вы знали, что я только что пытался сбить вас с толку! - Феррис не одобрил слова Маркуса, видя его отговорки, но капитан отклонил возражение. Он опустил плечи; получеловек знал, насколько безжалостным может быть старший рыцарь.

- Да, да, это то, что я делаю, и поверьте мне, я много над этим работаю. Так что, пожалуйста, не давайте мне кучу других дел в роли королевского рыцаря.

- Боюсь, я не могу это принять во внимание. Официально вы назначены в Королевские рыцари. Если вы решите использовать свое свободное время, чтобы помогать герцогине, это ваша прерогатива, но, когда вы мне понадобитесь, вы будете работать как рыцарь Королевской гвардии, несмотря ни на что. Понятно?

- Бу, - ответил Феррис, дуясь на слова капитана. Маркус проигнорировал наглый жест и повернулся к Юлию. После этого взгляд капитана стал почти невыносимым. Такой взгляд мог сломить человека с нечистой совестью.

- Поскольку королевский отбор близок, напряжение становится слишком сильным в некоторых частях страны. Здесь, в замковом городе, до нас доходят слухи о кончине Его Величества и другие, которые даже утверждают, что вся королевская семья умерла от болезни. Я уверен, что ты слышал о них, Юлиус.

Тема, которую поднял Маркус, не имела ничего общего с Сесилусом. Конечно, нет. Если бы слухи о присутствии волакийца дошли так далеко, Юлиус не стал бы их отрицать. Он признался бы во всем, прекрасно зная, что расплатится за это своей головой. Желание Юлиуса подарить Сесилусу матч-реванш, которого он хотел, было, в конце концов, просто личным решением. Можно сказать, желание чего-то, чего не было у него самого. Желание прикоснуться к краю плаща, принадлежавшего тому, кто так беззастенчиво жил в соответствии со своими собственными принципами ...

- Юлий?

- …Простите меня, сэр. Как вы говорите, капитан, в массы распространяются слухи. Многие опасаются за будущее монархии. Мне больно это говорить, но ваши опасения могут быть полностью оправданными.

- Если бы душевное спокойствие людей можно было купить за одну униформу королевской гвардии, то это стоило бы своей цены. Но подобное положение еще более ужасно.

Хотя Юлиусу потребовалось слишком много времени, чтобы ответить, Маркус, казалось, не беспокоился, а лишь взглянул вниз. Действительно, именно по приказу капитана стража стала чаще патрулировать столицу. Это принесло свои плоды: общественный порядок восстановился и люди казались спокойнее.

- Но это еще не все, - добавил капитан, словно читая мысли Юлиуса.

Лидер королевской гвардии - человек, стоявший на вершине иерархии рыцарей королевства, - был самим воплощением того, каким, по мнению людей, должен быть рыцарь. Он был другом обиженных и всегда делал все возможное, чтобы защитить других. Таким образом, даже если бы этот человек сделал все, что мог, то пожалел бы обо всем, что не было сделано. Даже если никто не критиковал и не обвинял капитана, самым строгим мерилом для него оставались собственные идеалы. С ним не всегда было легко жить, особенно для него самого. Таков путь Маркуса Гилдарка.

- Было много глупого ворчания. Королевская гвардия должна продолжать охранять столицу, в то время как остальная часть рыцарского корпуса будет действовать в других частях страны.

- Значит, мы должны продолжать делать то же самое, сэр?

- Я бы не стал звать вас сюда, дабы сказать, что ничего не изменилось. Как говорит Феликс, мы заняты.

Маркус, отложив в сторону собственные чувства, чтобы поддержать разговор, положил бумагу на стол и пододвинул к ним. Это был какой-то отчет.

- Это с одного из контрольно-пропускных пунктов на границе между королевством и империей.

- …! - Феррис чуть не задохнулся. Что касается Юлиуса, то он взял бумагу без видимой реакции.

- Спасибо, сэр.

Маг духов пробежался глазами по отчету. Он не имел никакого отношения к Сесилусу. Вместо этого в нем указывалось, что разрешение на въезд в страну было предоставлено некоторым посланникам из империи.

- Два посланника из Волакии приехали в Лугунику.

- Ха, так вот и все. Посланники, конечно, конечно. Посланники из империи ... Погодите, что?! Для чего они здесь?!

Лицо Ферриса претерпело несколько быстрых изменений, когда он понял, что это не имеет ничего общего с несанкционированным проникновением Сесилуса.

- Отличный вопрос, - сказал Маркус, кисло глядя на него. - Мне очень жаль, как я поступил с вами после того, как вы на днях прошли весь путь в империю и обратно, но мы снова связаны с имперцами. Если бы я поступил по-своему, то использовал все силы королевской гвардии для решения этого вопроса, но, к сожалению, сейчас я больше никого не могу задействовать.

- Подождите, подождите, подождите, это не успокаивает! Не говорите мне, что вы собираетесь отправить Ферри и Юлиуса одних, чтобы встретить угрозу, от которой вам нужна вся охрана?! Это безумие!

Облегчение Ферриса от того, что это не имеет ничего общего с Сесилусом, быстро исчезло, и он начал терять самообладание. Юлий, честно говоря, согласился с ним. Это было слишком сложно для них двоих. Но нельзя было игнорировать и «причастность к империи».

- В прошлый раз это тоже было безумием, но Райнхард как-то помог нам в этом, понимаете? Вы просто ошиблись парнями. Как насчет того, чтобы Ферри сделал что-то еще, а вместо этого Райнхард займется этим делом?

- Придирки ни к чему не приведут. Я не могу назначить кого-то, кого здесь нет. И в любом случае не забегайте вперед. Я не говорю, что вам двоим придется столкнуться со всей мощью Волакийской Империи в одиночку.

- Но мы знаем, что назревает бой, и мне этого достаточно, чтобы знать, что вы ошиблись!

- Будет ли бой на горизонте - зависит от вас двоих. И я рассчитываю, что ты заметишь, что этого не произойдет.

Феррис, схватившись за голову, попятился назад. Юлий схватил его, и капитан только пожал плечами.

- Мои приказы для вас на этот раз просты. Сопровождайте посланников и помогайте им делать то, для чего они пришли сюда. Затем выведите их отсюда с как можно меньшими проблемами. Это все.

- Другими словами, это примерно зеркальное отражение той позиции, в которой мы находились раньше, сэр, - резюмировал Юлиус, все еще крепко держась за Ферриса, глаза которого горели.

Прошел месяц с тех пор, как Юлий и остальные отправились в империю в качестве посланников. Теперь, всего через несколько недель, роли поменялись местами. Было трудно не чувствовать, что здесь работает нечто большее. Особенно учитывая явную возможность того, что всё, что произошло во время их визита в империю, было организовано императором.

- Мы понимаем, что нам предстоит встретиться и сопровождать эмиссаров Волакии, сэр. Но зачем они сюда прибыли?

- Думаю, проще всего спросить их самих. Призови их сюда и…

- В этом не будет необходимости.

Новый голос, казалось, скользнул в уши трех рыцарей, и лицо Маркуса стало жестким. Капитан смотрел на высокую стройную фигуру, прислонившуюся к двери офиса.

- Прошу прощения, - сказала фигура, подняв руку, пока Юлиус и Феррис недоумевали, когда она успела появиться.

- Но боюсь, что я слышал кое-что из того, что вы говорили. У меня слишком хорошие уши, если можно так выразиться.

Мужчина засмеялся, но это не было похоже на смех, скорее кашель. У него был очень необычный внешний вид: белые волосы, бледная кожа и белый халат, покрывавший все его тело. В совокупности это создавало впечатление, что весь цвет сошел с него. Даже само его присутствие казалось неоднозначным, как будто его на самом деле не было. Мужчина перевел взгляд с Юлиуса на Ферриса, которые стояли по стойке смирно.

- Могу я предположить, что эти двое будут хорошими рыцарями, которые будут сопровождать меня?

- … Да, это они. Юлий, Феликс. Это один из эмиссаров Волакийской Империи, Мастер Чиша Голд.

- Очень приятно познакомиться.

С безупречной вежливостью мужчина, Чиша Голд, - бесцветно улыбнулся и склонил голову.

- Мастер Чиша, если мне не изменяет память, вы один из Девяти Божественных Генералов, не так ли?

- Так и есть. Хотя я являюсь только четвертым среди них.

- Зачем вы здесь? Должно быть, пригласить генерала с иностранным визитом - это серьезное дело, верно? - Феррис стремился не показывать, что знал, что коллега Чиши, Сесилус, уже въехал в страну без разрешения.

- В самом деле, - сказал Чиша, его губы расплылись в ухмылке.

- Нам не хотелось бы, чтобы вы думали, что Девять Божественных Генералов - всего лишь посыльные для империи, но нынешнюю озабоченность вряд ли можно оставить кому-либо. Итак, я пришел.

- Воу, поговорим о вступлении, которое вызывает у меня плохое предчувствие, - нахмурился Феррис. Юлий почувствовал ту же волну тревоги в своем сердце, то же чувство, что и кошко-мальчик. Это было что-то достаточно важное, чтобы вытащить высокопоставленного генерала из империи и потребовать сотрудничества королевской гвардии. Должно быть, это глубоко затронуло отношения между двумя странами.

- Так вы собираетесь открыть нам большой секрет? Мастер Чиша, почему вы здесь?

- Я прошу вашего сотрудничества в обеспечении безопасности одного человека.

- «Одного человека», - повторил Юлиус. Зловещее поведение Чиши только усиливало его беспокойство. А потом, словно в такт звуку тревожных звонков в его голове, Чиша продолжил:

- Так получилось, что некий персонаж из империи нанес неофициальный визит в королевство. Я здесь, чтобы заставить его вернуться домой... Или, если потребуется, избавиться от него…

Глава 7

В то же самое время возле дома Юлиуса...

Внимательно осмотрев комнату, Сесилус нащупал мечи на бедре. Все оружие требовало тщательного ухода, но катаны нуждались в большей заботе, чем другие.

Два клинка, Мурасаме и Масаюме, требовали огромного внимания, как и подобало двум величайшим произведениям искусства Мастера меча. Самым важным для поддержания Зачарованных мечей в хорошем состоянии была не полировка и не хонингование. То, что они искали, было уважение к тому, кем они являлись.

Зачарованные клинки требовали крови и смерти.

- Хорошо, хорошо, да. Еще несколько дней до возвращения Святого меча, по крайней мере, мне так сказали, - пробормотал себе под нос Сесилус, стуча ногами по полу. Над ним в комнате для гостей горел свет, указывая на присутствие жильца. Скорее всего, Джошуа.

Джошуа был младшим братом Юлиуса, мальчик интересовался внешним миром и его героями; он был одним из тех, кто мог бы стать прекрасным зрителем в будущем. Он питал немалую привязанность к Сесилусу, ведь каждый великий человек сцены нуждался в публике.

Было ужасно обидно, что у мальчика не было таланта самому стоять на сцене. Его старший брат, Юлий, был гораздо более перспективен в этом отношении. Он обладал элегантностью, необходимой, чтобы блистать в главной роли.

- Упс, хе-хе. Я здесь не для того, чтобы устраивать прослушивания. Хотя я с нетерпением жду дуэли со Святым мечом, я не могу забыть другую причину, по которой я пришел.

Он легонько хлопнул себя по щеке, отвернулся от дома и неторопливо зашагал прочь. Юлиус строго-настрого запретил ему выходить на улицу, но он и не думал сбавлять скорость. Он сделает именно то, что хочет. Величайший из Божественных генералов действительно был воплощением имперского образа жизни.

Таким образом, Голубая молния покинула особняк, не заботясь ни о ком другом. Этот человек никому ничего не сообщил, и совершенно незаметно сильнейший воин Империи проник в столицу.

Глава 8

Вернуть незваного гостя из империи или избавиться от него…

Феррис посмотрел на Юлиуса, когда Чиша объявил о цели своего нежданного визита в Лугунику. Даже Юлий смог заметить тревогу в этих золотистых глазах. Проблема, которую призвал решить посланник из Волакии, вызвала у них большое беспокойство.

- ... Капитан, мы будем сопровождать мастера Чишу в его усилиях по задержанию этого пропавшего человека. Правильно ли я понимаю, что это наш долг?

Лицо Юлиуса почти не изменило свой оттенок; рыцарь-пользователь духов выглядел совершенно невозмутимым. Феррис был глубоко потрясен. Однако Маркус, похоже, не заметил необычно широко распахнутых глаз Ферриса.

- Вот так, - Капитан кивнул, - Ты будешь работать с Мастером Чишей, пока его дела здесь не закончатся.

- Понятно, сэр. Феррис, я полагаю, у тебя нет возражений?

- А? О, ммм... Нет, мы, конечно, сделаем все возможное..?

- Вы не очень уверены в этом. Скажи это без сомнений в глазах.

После того, как получеловек с трудом согласился, приказы были официально отданы. Юлий подошел к Чише и протянул руку для пожатия.

- Я Юлиус Юклиус, рыцарь из Королевской гвардии. Приятно познакомиться.

- Да, и мне тоже. Это будет мой первый визит в Королевство Лугуника. Мне не хотелось беспокоить тебя, но я уверен, что мне обязательно понадобится твоя помощь.

Чиша пожал руку Юлиусу, а затем и руку Ферриса. Рыцарь с фиолетовыми волосами наблюдал, как его товарищ-рыцарь нерешительно принял это, затем повернулся к Маркусу.

- Хорошо, капитан. Если это всё, то позвольте отклониться и начать работу с Мастером Чишей.

- Это всё. Убедитесь, что ваше поведение и действия не порочат честь королевской гвардии.

Тон Маркуса стал более формальным, в присутствие божественного генерала. Это последнее замечание, казалось, было направлено прежде всего Феррису, но в любом случае все трое молча покинули комнату.

Чиша заговорил первым, когда они благополучно вышли из офиса Маркуса.

- Боже мой, он даже страшнее, чем говорят слухи. Я думал, что у меня вот-вот пойдёт холодный пот.

Волакиец имел в виду Маркуса, но из уст одного из Девяти Божественных Генералов это было похоже на проявление слабости.

- Согласен, у капитана страшное лицо, но разве об этом может говорить один из генералов империи? Я думал, что любая слабость или страх не принесут пользы твоему народу.

- Ты ранишь меня этими словами… Хотя должен признать, что нынешнее положение вещей в империи меня не устраивает… Можно сказать, что мне просто повезло оказаться там, где я сейчас.

- Вы просто оказались одним из высокопоставленных генералов вашей страны? Вы слишком скромны! Талант часто определяет нашу судьбу. Разве вы не живое доказательство этого, Чиша?

- Должен сказать, что нахожу эту мысль довольно одинокой. - Сказал Чиша, покачав головой. Он больше не отвечал на испытующий взгляд Юлиуса и повернулся, чтобы посмотреть в окно коридора.

- Я горжусь элегантностью нашей имперской столицы, но должен сказать, что ваша столица полна своих прелестей. Если бы я мог бродить по улицам этого города на досуге…

- Мне кажется, или у вас очень много мыслей о наслаждении просмотром достопримечательностей нашей столицы? Я надеюсь, вы сможете спокойно завершить миссию и вернуться домой.

- Я ценю ваше внимание. Конечно, ни один рыцарь не смог бы расслабиться зная, что имперский воин, как я, свободно гуляет по улицам столицы. Но сейчас нам лучше сосредоточиться на деле.

- Вы абсолютно правы. Я бы не смог расслабиться, зная это. - Феликс пожал плечами и бросил взгляд в сторону Юлиуса. Цель этого взгляда была показать презрение со стороны Ферриса за то, что Юлиус спрятал такого проблематичного гостя. Но в золотистых глазах Феликса был не выговор другу, а тревога, открывавшая путь к его эмоциям.

И действительно, получеловек был в замешательстве. Чиша прибыл сюда задержать незаконно проникшего в Лугунику воина. Феррис знал, кто отвечает всем требованиям… Нет, он был уверен!

Феррис с самого начала был против всего этого. Он был зажат между крепкой дружбой и верностью королевству. Это показывало, насколько кошко-мальчик ценил их дружбу.

Юлиус же видел внутреннюю агонию в глазах своего товарища. Своим, как всегда, спокойным и уверенным взглядом он стремился снять этот груз с плеч Феликса.

- Мастер Чиша, как насчёт обговорить где-нибудь эту ситуацию, например, в моём доме. Он находится прямо тут, в столице.

- Ты… Ч-чего? – глаза Феликса расширились в непонимании. Естественно, он был сильно удивлён рискованным предложением Юлиуса. Юлий собирался привести Чиша туда, где находился главный виновник торжества. Для Ферриса это было как удар в спину. Он никак не мог предположить такой поворот событий.

Однако рыцарь просто подмигнул Феликсу, показывая, что всё идёт по плану и прошептал так тихо, что только его друг мог это услышать.

- Не переживай. Я очень рад, что для тебя так дорога наша дружба.

Глава 9

- Если ты действительно готов к этому, Юлиус, тогда Ферри… Тогда я могу лишь наблюдать.

Получеловек был опечален, наблюдая, как Юлиус вёл Чишу к поместью Юклиусов в благородном квартале. В конце концов, у посланника Волакии не было времени для отправки гонца и сообщении кому-либо о своём визите в королевство.

На данный момент Сесилус прятался в поместье Юлия, поэтому приход туда Чиша ознаменовал бы их неизбежную встречу. Скорее всего, Юлиус прекрасно знал об этом. Хотя изящный рыцарь уже успел испачкать свои руки некой уловкой против королевства. Если данная информация станет известной, вполне возможно, что Юлиуса лишат титула рыцаря. Тревога Феликса по поводу этой возможности отразилась на его лице.

У двери их встретил не Сесилус, а силуэт худощавого парня, чьи молитвы были еле слышны.

- Ой! Брат мой!

Это был бледный Джошуа. Юлий нахмурился, увидев состояние своего брата.

- Я так виноват! Я лишь на секунду от него оторвал глаз…

- Успокойся, Джошуа. Не нужно паниковать, просто расскажи мне что случилось, во всех подробностях.

- Д-да… Ну как бы…

Тут Джошуа замечает Чишу рядом с Феррисом. Вспомнив, что Юлий не хотел, чтобы о Сесилусе говорили так открыто, он начал подбирать слова.

- Он исчез… Cбежал из твоей комнаты. Скорее всего через окно. Своё оружие он прихватил с собой.

- Это нехорошо. - Сказал Юлиус, прикладывая руку к подбородку.

- Мне очень жаль, брат! Я виноват, что не уследил за ним...

- О нет, нет, нет, не нужно извинений, Джошуа, миленький. Может быть, он просто затаился. Мяу, возможно у нас есть небольшая передышка.

- Мастер Чиша, приношу свои извинения, но похоже человека, которого вы ищите уже нет в этом доме.

- Что!?

Джошуа и Феррис смотрели на Юлиуса с раскрытыми, как блюдце, глазами. После чего, Феликс схватил Юлиуса за плечи и начал трясти.

- Зачем? Зачем ты ему это сказал? Я знал, что ты всегда слишком честен и беспечен, но никогда не думал, что такой наивный! Ты совсем как Райнхард! Поэтому вы друзья? Как два сапога пара? Ох, бедная голова моя!

- П-пожалуйста, успокойтесь. Вы слишком взволнованы.

- А. Чья! Ошибка! Ты думал! Вообще?!

В конце концов кошко-мальчик рухнул на землю. Джошуа поймал Ферриса, пока Юлий поправлял его воротник.

- Брат, я считаю, что он прав, - сказал Джошуа с сухой улыбкой, - Как он обычно говорит…

- Прошу прощения. Как я понял из этого разговора, мастер Юлиус, Вы уже вступали в контакт с тем, кого я ищу, верно?

- Верно, - подтвердил Юлиус, - я принял его как гостя на время пребывания здесь. Как Вы видите, это привело меня к достаточно неприятной ситуации.

- Действительно, он решил опереться на Вас после прошлой дипломатической миссии.

- Опереться на меня… Полагаю это так, но принять его в дом было всецело моим решением.

По тому, как он ответил, было ясно, что рыцарь-духов не намеревался ничего скрывать, и Чиша начал понимать ситуацию. Тем не менее, Феррис и Джошуа все еще казались немного растерянными, слушая разговор. Юлий и Чиша, не обращая внимания на растерянную пару, кивнули друг другу.

- Похоже, мы понимаем друг друга, - прокомментировал Божественный Генерал.

- Превосходно. Если бы только... Если бы только он еще полдня вел себя прилично.

- И я ожидал, что он меня послушает. Возможно, просил слишком многого… - Бледный мужчина казался слегка усталым, и Юлий зачесал челку, чтобы скрыть сочувственную ухмылку. Затем он указал на Ферриса, который все еще сидел на корточках на полу, и кивнул, когда тот посмотрел на него своими золотистыми глазами.

- Пойдем, Феррис. Ты же сказал, что доведешь это до конца, не так ли?

- Хммм... Я не знаю почему, но я чувствую себя обделенным. - Молодой человек надул щеки, явно выражая недовольство, но он взял Юлиуса за руку. Затем они повернулись, чтобы посмотреть за пределы особняка.

- Это будет прекрасная возможность для осмотра достопримечательностей, которые хотел сделать Мастер Чиша. Кроме того, мы также найдем и задержим человека, которого он ищет.

Чиша, удивленный уверенностью в голосе Юлиуса, поклонился по пояс. Это был знак уважения со стороны божественных генералов. Рыцарь с фиолетовыми волосами, видя беспокойство на лице брата, нежно положил руку ему на плечо.

- Нечего волноваться, Джошуа. Я, как всегда, вернусь с хорошими новостями.

- Брат, я буду ждать тебя и молиться за твои успехи.

Окликнув Юлиуса, все трое отправились в столицу, чтобы преследовать сильнейшего воина Волакии.

Глава 10

Молодой человек в синем наряде, держа в руке подол кимоно, шел по городу. Одетые в сандалии ноги скользили по камням, а на бедре висели два меча. Ступая по главной улице, он был заметной фигурой даже на фоне толпы, хотя сам он не понимал этого. Уже привыкнув к тому, что на него пялятся, он позабыл о собственной странности.

Кроме того, на плечи молодого человека легла тяжкая ноша -роль главного актера в пьесе "Весь мир". Конечно, он будет выделяться; он должен выделяться. Вот что значит быть в центре внимания. Несмотря на всю ответственность, он спокойно шел по главной улице, совершенно не заботясь о своем положении.

Но простое привлечение внимания было не единственной причиной, по которой он прогуливался по тропинке.

- Думаю, самое время.

Отбросив с чела свои голубые волосы, он ускорил шаг, почти скользя по узкой боковой улочке. Из темного переулка его обдало зловонным воздухом. Было удивительно, как атмосфера могла так резко меняться от одной улицы к другой. Уродство, скрытое красотой, — таково было Королевство.

- Империю гораздо легче понять - вот что мне в ней нравится. Все, что вы планируете, все, что вы делаете, — это обезглавливание ваших врагов. Всегда ясно, что ты задумал — вот каким должно быть насилие.

- О чем ты там болтаешь, брат?

Раздался чей-то голос, в то время как человек в кимоно зловеще тараторил у стены. Молодой человек медленно обернулся и увидел, что вход в переулок перекрыт несколькими фигурами. Всего их было четырнадцать, слишком много, чтобы стоять в ряд в узком переулке. Это было глупо - то, как они выстроились в ряд в глубине. Однако все эти люди обладали устрашающими аурами; им явно не была чужда жестокость…

-Ах да, аплодисменты и свист я приветствую, но должен признаться, что был бы еще счастливее, если бы они исходили от женщин. Как вы думаете, друзья мои?

При этом небрежном приветствии среди мужчин раздался приглушенный смех.

- Мы думаем, что не имеет значения, что ты думаешь. Но прежде чем все это закончится, раздастся крик.

Теперь молодой человек с одобрительным смешком убрал руку из-под кимоно.

- Могу ли я предположить, что вы действуете по собственному усмотрению? Я думаю, что тебе сказали не трогать меня.

- Представляешь, ты все это знаешь. Да, он велел нам держать руки подальше от тебя, но какого черта — только работа и никаких развлечений, верно? Если мы сумеем уложить тебя спать, все будет кончено в один миг.

- Да! Это тот ответ, который я искал. Тогда позвольте мне ответить вам тем же!

Громко рассмеявшись, воин в чужеземной одежде шагнул навстречу к беззащитным головорезам. Не успел он это сделать, как каждый из мужчин вытащил что-то из своей сумки. Затем все разом — вернее, в том порядке, в каком они выстроились в переулке, — бросились на молодого человека.

Синеволосый странник слегка пригнулся, наслаждаясь криками битвы.

- Ну вот, это идеальное пушечное мясо - я не испытываю к нему неприязни, нет; на самом деле, оно мне нравится.

Затем Зори ударился о землю, и голубая молния ударила в узкую улочку.

Глава 11

-Должен сказать, было бы эффективнее искать любые волнения или стычки, происходящие в столице, чем бродить в темноте».

-"Почему же?"

-Потому что он из тех, кто выходит, чтобы насладиться дождем посреди шторма.

Следуя интуиции Чиши об их добыче, все трое направились к сторожевому посту в столице, думая, что смогут найти ключ к разгадке.

-Но вы уверены? На караульных постах могут всё прожужжать. Этого будет достаточно, чтобы нам помочь?

-Я думаю, мы могли бы, по крайней мере, сузить круг поиска до мест, где наблюдаются некоторые волнения», - сказал Чиша.

-Нет, должен быть более точный способ, - ответил Юлиус.

- В частности, есть одно место, в котором он часто бывал на прогулках во время пребывания в моём особняке. Этого человека трудно не заметить, так что, возможно, кто-то его видел.

Чиша восхищенно покосился на Юлиуса, и у Ферриса поднялись уши, когда он заговорил.

- Вау. Вы имеете в виду, что не просто следили за ним дома, но и не спускали с него глаз, когда он уходил?

-Ты говоришь так хитро. Я просто велел своим Духам выследить его на случай, если он заблудится в чужом городе. Даже тогда, это было только ночью.

Юлий поручил эту задачу своему духу, как своего рода страховку, и теперь она окупалась. Он только сожалел о своей недальновидности, так как не смог предугадать, что Сесилус выйдет из дома днем, когда за ним не наблюдал дух.

-Однако, если его цель находится в этой области, то в сочетании с вашим предложением, мастер Чиша…»

-Компромисс, между нами, для того чтобы найти его. Хорошо, давайте сделаем так, как вы говорите.

-Хорошо, делай что хочешь», - проворчал Феррис.

Три фигуры направились к сторожевому посту в той части города, которую упомянул Юлий, - именно там они узнали о банде головорезов, которая была избита до полусмерти.

-Мы нашли этих убогих в переулке похожими на мертвецов. К счастью, никто из них на самом деле не был убит, но, должно быть, с ними произошло что-то действительно ужасное - они все в ярости. Хочешь с ними поговорить?

-Да, если можно. Есть среди них вменяемые? - спросил Юлий, и охранник вывел троих мужчин. Все они обладали совершенно разной внешностью: один был массивным, другой - среднего размера, но мускулистым, третий жебыл худощавым. Их наружность ясно говорила о том, что им чужда отзывчивость; их лица сморщились, когда они увидели рыцаря, стоящего перед ними.

-Боже, что здесь делает рыцарь? Никто из нас ничего не знает, понятно?!

-Успокойтесь. Я здесь не для того, чтобы наказывать кого-либо из вас. Лишь несколько вопросов о человеке, который над вами так поработал. Для начала, почему вы выбрали его целью?

Юлий был спокоен и сразу перешел к делу, после чего трое мужчин одновременно сглотнули. Феррис, увидев, что они не горят желанием отвечать, поджал губы.

-Секундочку! Не играйтесь с нами! Поверьте, если вы ничего не скажете, это скажет кто-то другой - вы только тратите наше время. Вернёмся к делу.

-… Ладно, расскажу. Но при одном условии. Мы поедим, и вы выпустите нас из этого места. Здесь плохая атмосфера.

-…Отлично. Я посмотрю, что можно сделать.

Предложение поступило от второго мужчины среднего роста. Он был молод и обладал пронизывающим взглядом. Юлий принял его условие, и все трое заметно расслабились.

-Это был стильный парень - сказал молодой человек. «Дал каждому по золотой монете и попросил, чтобы мы присматривали за этим дерзким ребенком. Легкие деньги, правда?

-Но в итоге это оказалась самая болезненная пробежка, в которой мы когда-либо участвовали.

— Это все из-за этих жадных ублюдков, они пошли и получили что хотели! Клянусь, мы пытались их остановить!

-Во всяком случае, мы постарались внести свой вклад и посмотреть, к чему это приведёт.

Пылающий маленький мужчина и мрачный на вид крупный, оба остолбенели, когда тот, кто находился в центре, завершил рассказ.

-Хм. - Юлий кивнул, когда они закончили. - А вы, может быть, знаете имя человека, который вас нанял?

-Вы не спрашиваете того, что вам не нужно знать. Суньте нос слишком глубоко, и никогда не угадаете, когда его решат отрезать.

-Единственный разумный ответ, - пожал плечами Чиша. И у них нет причин лгать - полагаю, еще один тупик?

-Нет, не обязательно, - сказал Юлий, покачивая головой. Затем он потянулся к троим мужчинам. Их глаза расширились, когда он спросил:

-Вы не возражаете, если я осмотрю золотые монеты, которые вам дали в награду?

-Ха? Ты пытаешься нас обокрасть? Ты рыцарь, это превышение полномочий! Это наша награда за работу!

-Довольно сомнительное вознаграждение, - прокомментировал Феликс. - А потом - вы даже не выполнили работу – жалкое зрелище.

-Слышь, котеночек! Не думай, что ты можешь говорить с нами так только потому, что ты милый! - самый низкий из троих резко ответил Феррису.

Они смотрели друг на друга, как маленькие зверюшки, пока не вмешался Юлиус. «Простите меня», - вмешался он. - Феррис, спокойней. Приношу свои извинения за это недоразумение. Деньги, конечно, принадлежат вам. Я просто хочу их осмотреть.

-Ага, отличная история! Ты проворачивал подобный трюк и раньше, не так ли?!

-Пф. Надоел уже, Кемберли. Вот." Мужчина среднего роста успокоил своего товарища и затем подбросил рыцарю монетку. Она неторопливо сделала в воздухе дугу, и Юлий поймал ее ладонью. Почувствовав вес, он убедился, что это золото. Рыцарь духов удовлетворенно кивнул и отбросил её обратно.

- Как я и думал… Благодарю за помощь.

-… Нам плевать, из какой он страны или что-то еще; это наша награда. Лучше сдержи свое обещание.

-Думаю, что вы действительно понимаете, откуда он взялся.

-Уже сказали Вам, мистер рыцарь. Не упорствуйте, чтобы расстраивать своих щедрых благотворителей. Нехорошо задавать такие любопытные вопросы.

Мужчина в центре фыркнул. Он и двое его друзей собрались уходить, и Юлий вежливо отошел в сторону. Трое вышли прямо из сторожевого поста, но Юлий крикнул им вслед:

-Весомый повод для ухода, но… я искренне надеюсь, что вы не сделаете ничего такого, чтобы снова оказаться у гостеприимных охранников. Такой образ жизни, как ваш, слишком часто приводит к преждевременной смерти.

-Тебе легко говорить. Кажется, воздух слишком разряжен, чтобы дышать, - процедил один из мужчин. И с этим все трое поспешили прочь.

Когда они скрылись из виду, Феррис воскликнул:

- Что с ними?! и топнул по земле. - Эти парни! Это заставляет меня лезть на стену! Разве мы не должны просто оставить их здесь?

Обещание есть обещание. Более того, у них сейчас есть деньги. Это дарит шанс пойти по другому жизненному пути.

- А-а, я думаю, это ужасно оптимистично! Людям вроде них никогда не получится измениться. Клянусь… - Феликс нахмурился, посчитав веру Юлиуса в доброту тех ребят слишком идеалистической. Тем не менее, он быстро остыл.

-И что теперь? - спросил он. – Что тебе сказала эта монета? Вы узнали имя или лицо того, кто их нанял? Не то чтобы Феррис был уверен, будто это облегчит поиск пропавших без вести ...

-Справедливый вопрос. Что ж, позвольте мне начать с самого начала. Во-первых, эта монета была отчеканена не королевством, а империей.

- Имперская золотая монета…? Итак, кто бы ни нанял этих клоунов ...

Тот, кто платил им, делал это имперской валютой, что говорит о связи с империей. Но в этом не было никакого смысла. По крайней мере, по той информации, которой располагал Феликс. В конце концов, Сесилус, которого преследовали ребята, был Волакийцем.

- Но если человек, который пытался наблюдать за ним, тоже был из империи, тогда… А?

Юлий положил руку на плечо растерянному другу.

- Ответ на это ясен, Феррис. Но сначала ... Мастер Чиша.

Он повернулся, чтобы посмотреть на посланника, который спокойно ждал, когда он продолжит.

- Прав ли я, что мы задерживаем не охотника, а добычу?

- Очень мудро. Как вы и подозреваете, мастер Юлиус.

Чиша поклонился ему, явно впечатленный. Внешнее почтение бледного генерала иногда могло показаться скрытым презрением, но этот жест казался искренним.

Однако Феликс был полностью сбит с толку.

- Может ли кто-нибудь объяснить мне, что происходит?

- Начнем с уточнения вашего вопроса. Прямо сейчас у вас в голове два таинственных представителя империи. Один из них незаконно проник в другое государство, которого преследует Мастер Чиша.

- Верно, и это…

- Сесилус, верно?

Феликс не успел закончить фразу вслух.

- Боюсь, что нет, - сказал Юлий, качая головой. Он продолжал, подобно фокуснику, раскрывать секрет своих приёмов.

- Беглец - это тот, кто отдал золотые монеты трем нашим знакомым и приказал им присматривать за своим преследователем. И если так, как вы думаете, с какой целью наш общий друг приехал сюда?

-Ты имеешь в виду…, - сказал Феррис, запоздало осознавая то, что Юлиус уже знал.

Юлий улыбнулся, когда на лице его друга отразилось понимание ситуации.

-У мастера Чиши есть партнёр, с которым мы ещё не связаны. Им является некто генерал Сесилус Сегмунт.

Глава 12

В комнате с закрытой дверью было темно и тихо. Её обитатель прижал колени к груди, нервно грызя ногти.

Из недавнего регулярного доклада он узнал о гибели головорезов, которых он послал дабы выследить самого опасного и страшного убийцу в мире, охотящегося за его головой. Когда телохранители доложили, что этого убийцу видели в столице, его сердце начало биться с такой силой, что готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. Конечно, можно было бы бежать из страны, но кроме мирных переговоров его уже ничего не могло спасти. Он бежал из родной страны в Королевство в надежде выжить.

Подготовил сувенир, чтобы передать его… Он поставил на кон жизнь. Оправдается ли этот риск?

- Я выиграю. Я просто не могу так проиграть. Это не закончится…Не закончится!

Обняв колени, мужчина начал молится всем богам, что знал. Но вспомнив, что все боги его бросили и ему боле некому молиться, он откусил часть ногтя.

- Эй!

Мужчина громко крикнул, но ответа от охранников, стоявших за дверью, так и не последовало. Затем он быстро помчался к мечу, стоявшему у стены в углу комнаты.

- Приветствую и прошу простить за такой неловкий визит, Виконт Грамдарт.

- Что..? А?

Дверь открылась и с её стороны дунул легкий ветерок. Как только он понял всю серьёзность происходящего, его рука потянулась к мечу, но её схватил молодой человек в кимоно. Гость приятно улыбался. Меч в его руках освещал всё вокруг сверхъестественным светом.

Конечно, он прекрасно знал личность этого молодого человека.

- Сесилус Сегмунт…

- Верно. Игрок главной роли в мире и верный клинок его Величества.

- Моя охрана…Что ты сделал с…? Гх!

Это был глупый вопрос. Нога Сесилуса ударила прямо в живот мужчины и беглец Грамдарт покатился по земле. Мельком он заметил кровь в коридоре. Именно это и показало, что Сесилус сделал с телохранителями.

- Ну же, Холстой, старый гад. Когда твои планы рухнули ты должен был немедленно уйти со сцены. Голова твоего двойника и маленький подарочек для королевства…Превосходно! Прекрасно отыгранная роль злодея.

- П-погоди… Сегмунт.

- Но пытаться сбежать из Империи - страны-укротителя небесных драконов просто неслыханно. А если учесть факт того, что именно вы были одним из руководителей заговора против Его Величества, и сотня смертей не искупит ваш грех.

Меч в руке Сесилуса светился. Взгляд божественного Генерала стал жестоким, когда Сесилус рассказал о грехах Грамдарта. Он явно и не думал о пощаде. Пожилой мужчина сцепил руки вместе.

- Сегмунт, послушай! План против императора был изобретён кем-то другим-между им и Балроем. Я всего лишь…

- Меня не интересуют ваши оправдания. Вы нацелены на жизнь его Величества, скрылись с государственной тайной, и, что хуже всего, продолжаете цепляться за ширму сцены, когда ваша роль уже сыграна! Твоя кровь смоет твой позор.

- Ха-ха-ха-ха-ха-ха…

- Эх, я так рад, что смог тебя отыскать. Знаешь, я куда более милосердный, нежели Император. Вместо сотни убийств, я прикончу тебя лишь один раз.

Сесилус улыбнулся и поднял дрожащий сияющий меч. Лишь легкий взмах этого клинка мог легко оборвать жизнь Грамдарта, перерезав его шею, и откинув его сознание на вечность. Почему? Зачем? Забыв про это, лезвие ему показалось… красивым?

- А теперь прощай…

Это были последние слова, которые он услышал перед тем, как серебренная вспышка избавит его от этих безумных мыслей.

- Этого вполне достаточно, Сесилус.

Вдруг Сесилуса на середине удара прервал посторонний голос. Меч остановился почти в плотную к плоти. Владелец меча с явным разочарованием на лице повернулся в сторону, откуда доносился голос. В дверном проёме стоял стройный бледный человек, чьё лицо выглядело намного радостнее.

Два Волакийских генерала стояли и недовольно смотрели друг на друга, затем они перевели взгляд на потерявшего сознания пожилого человека.

- Как раз вовремя.

- Скажи, Чиша, а что ты тут вообще делаешь? Решил достопримечательности посмотреть?

- Естественно, я тут по приказу Его Величества. Приказ найти некого дурака, сбежавшего из Империи, в то время как организатор восстания инсценировал свою смерть с помощью двойника и сбежал в королевство. Стоит ли мне говорить, о каком дураке идёт речь?

Чиша почувствовал облегчение от того, что нашёл Сесилуса, так ещё и с живой целью. Фехтовальщик склонил голову, после он заметил Юлиуса и Феликса и сложил меч в ножны.

- Ничего не поделаешь. Тогда, всё прояснилось.

- У! Вообще ничего для себя не прояснил, но спасибо за объяснение.

Феликс ворвался в комнату прежде, чем Сесилус успел убрать следы. Юлиус и Чиша вздохнули. Они взглянули друг на друга и пожали плечами.

Глава 13

- Фактически, мы знали с самого начала, что мастер Сесилус искал кого-то.

- Чего?! Я не справился? Очень странно. Я думал, что тщательно подбирал слова...

Все четверо вернулись в поместье Юкулиев и теперь сидели в конференц-зале. Два королевских рыцаря, два имперских генерала. Атмосфера накалялась. Тем не менее, в воздухе не витала кровожадная аура. Настоящая проблема уже была решена, и история приближалась к своему логическому завершению. Джошуа испытал бесконечное облегчение из-за сохранности Сесилуса. Оставалось только объяснить Феликсу, что происходит.

- Вам не о чем беспокоиться, мастер Сесилус. Скажите, зачем вы прибыли сюда на самом деле?

- Что ж, это успокаивает. Хм? Как вы узнали, что я делал?

- В ваших словах не было ничего такого, что разоблачило бы вас, это правда, но вы оставляли подсказки тут и там.

Обслуживающие девушки, например, видели «странных людей из империи» крадущихся из дома посреди ночи ...

- Ой, да, и я бы не стал рекомендовать снова использовать на рынке имперские золотые монеты. Это такие вещи, которые очень легко выдают вас.

- Какие?! - Сесилус полез в свое кимоно и достал кошелек для монет, оглянув его с недоверием. Тот факт, что Сесилус использовал имперские монеты в первый же день их встречи в столице, делал его простой целью для слежки и нахождения. Этот человек был безнадежно непригоден для тайной деятельности.

- Вам никогда не приходилось обменивать валюту, не так ли? Или, быть может, вы торопились мимо того поста охраны?

- Именно это и привело к твоему раскрытию. Возможно, я должен отдать тебе должное, ибо я немного начал подозревать… По крайней мере, вы удосужились придумать историю для этой ситуации и обьяснить, почему вы здесь, - прокомментировал Чиша.

- Нет, это не было прикрытием - я здесь ради Святого Меча. Обе истории правдивы.

Сесилус мог бы так же легко отпустить это без данного небольшого разъяснения; Феликс и Чиша окружили его. Чиша снова остро посмотрел на Синюю молнию, и в ответ величайший воин империи обнял свои мечи и съежился.

- Но это еще не все проясняет. Логично полагать, что Чиша появился здесь после Сесилуса, так как ты узнал, Юлиус?

- Достаточно просто. Если бы мастер Сесилус был беглецом, ни мастер Чиша и ни один другой человек никогда бы не смогли его задержать. Может быть лишь один исход против сильнейшего фехтовальщика Волакии – та же проблема касается и нас с тобой, Феррис.

- Ааа… Мяу, это имеет смысл.

Пользователь духов кивнул. Это правда, что когда капитан Маркус позвал их в свою квартиру, Юлиус не знал всего. У Сесилуса мог быть какой-то скрытый мотив, и в худшем случае он мог быть замешанным в чём-то, что могло навредить Лугунике. Юлиус не нашел никаких доказательств в подтверждении этого. Тем не менее, большая часть его беспокойства была развеяна прибытием Чиши.

- Как ни стыдно признаться, я сам не такой уж хороший боец, и Сесилус наверняка победил бы меня в мгновение ока, если бы дело дошло до драки. Его Величество может приказать, что пожелает, но невозможное остается невозможным.

- Ах! Чиша, ты слабость проявляешь! Я должен сообщить об этом императору! Подумать только, генерал империи мяукает, как младенец! Ой, Позооор!

- … Мне жаль, но если кого-то действительно серьезно поругают, когда мы вернёмся в империю, то это будешь ты, Сесилус.

- Почему меня?! - Вопила Голубая молния Волакии, но его товарищ генерал ответил только раздраженным взглядом. Легкий тон разговора говорил о том, что они были не просто соратниками, но и хорошими друзьями. Возможно, Чиша по-своему поддерживал начинания Сесилуса.

- Точно так же, как и мои собственные друзья покрывают мои недостатки…

- Снова ты за свое, Юлиус, все время занимаешься самобичеванием. Они говорят, что ты лучший – ты вел себя так, потому что верил!

- В любом случае я этого титула не заслуживаю. Я сильно подозревал, что секретная цель мастера Сесилуса и мастера Чиши была одной и той же. Учитывая, что предполагаемый партнер мастера Чиши никогда не показывался перед нами, можно было предположить, что эту роль взял на себя мастер Сесилус.

Именно так Юлиус понимал эту ситуацию, хотя в действительности он понял всё довольно хорошо. Чиша кивнул, слушая объяснения, и Сесилус громко рассмеялся.

- Виконт Гламдарт, он стоял за заговором против Его Величества - помните? Вы были там. Мы быстро обезглавили его, но разве ты не знал, что это был не он! Мы получили сообщение, что он оставил тело двойника и сбежал сюда, в Лугунику.

- Потом кто-то убежал, прежде чем Его Величество смог отдать должный приказ. А именно Первый Генерал империи. Мы думали, что он хотя бы остановится на пограничном пункте, но нет - этого не произошло, он вошел без разрешения. Эта мысль заставила меня даже быть бледнее, чем обычно.

- Верно, у меня не было серьезных зацепок, но благодаря мастеру Юлиусу мне не нужно было беспокоиться о еде или убежище, пока я преследовал беглеца.

Выражение лица Чиши становилось все мрачнее, когда Сесилус спокойно описывал свои заботы. Феликс тем временем повернулся и уставился на Юлиуса.

- Так на то, мяу, были ваши собственные скрытые мотивы, чтобы пригласить Сесилуса домой?

- По большей части я имел в виду именно то, что сказал вам. Единственное с чем я не мог решиться, так это стоит ли мастеру Сесилусу бродить по столице. Не может ли это сильно ухудшить отношения между нашими двумя странами.

- В этом я согласен с вами, - добавил Чиша. - Таким образом я решил прийти в замок без своего партнера, даже зная, что это может быть бесполезно. Мою встречу с вами, мастер Юлий, можно было бы счесть удачным стечением обстоятельств - или, возможно ...

- … Это работа того, кто спроектировал это за кулисами, - мягко сказал Юлиус бледному мужчине. Ни Королевство Лугуника, ни Империя Волакия не имели ресурсов в этот момент для ведения полномасштабной войны против другого народа. Трон королевства был пуст, а империя явно страдала с силами, которые могли бы разжечь восстание, если бы их не искоренили. И все же, если фитиль горит, не будет другого выбора, кроме как действовать. Действуй - или страдай от последствий ущерба национальной репутации.

- Думаю, тогда мы могли бы назвать это миссией по предотвращению пожаров, -подумал Юлиус.

- Хммм… А вы думаете, что нам удалось предотвратить пожар? – спросил Феррис Чишу, не выглядя полностью убежденным.

- Для меня с вашим любезным сотрудничеством все закончилось хорошо. Предатель Гламдарт был задержан, и я смог найти нашего своенравного генерала... Теперь мы можем хотя бы заявить, что вошли в королевство вместе.

- Кроме того, мой дом может спокойно заявить, что он никогда незаконно не укрывал генерала империи. Это, конечно, предусматривает, что все причастные к этому делу будут держать все потребности при себе... - Юлиус остановился и посмотрел прямо на Феликса. - Феррис, оставляю это на твое усмотрение.

- Эх… - Феликс тяжело вздохнул и положил руку на лоб, качая головой.

- Я не могу поверить тебе, становясь в последнюю минуту серьезным. Слушай, все это время к Ферри относились как к третьей роли, и вот так ты сейчас говоришь? Юлиус, вы эгоист…!

- … Я могу понять, почему ты злишься. Я сделал…

- Аа, я не об этом говорю! Как я всегда попадаю в эту роль?

Феликс поджал губы и прижал палец к щеке раскаивающегося Юлиуса. Более высокий рыцарь дернулся, пожимая стройными плечами.

- Хорошо, я прощаю тебя, - сказал Феликс. - Но ты должен мне. И поверь, однажды я припомню тебе эту услугу.

- … Да, конечно. Спасибо.

Юлиус кивнул и улыбнулся, думая, как такая угрюмая доброта была похожа на Феликса. Полный благодарности за эту доброту, Духовный рыцарь обратился к двум Волакийским посланникам.

- Ну что ж, пойдемте сделаем официальный отчет обо всем случившемся и о моменте сотрудничества между королевством и империей?

Это была последняя небольшая задачка, которую им предстояло сделать.

Глава 14

- На этом наш доклад о поимке незваного гостя из империи, Грамдарта Холстоя, завершен. Он будет возвращен на родину, чтобы предстать перед судом.

Присутствующие находились в просторах кабинета капитана в казармах королевской гвардии: Юлий, Феррис и два генерала империи вещали доклад хозяину комнаты, Маркусу. Все четверо согласовали детали своего доклада, который Маркус выслушивал с закрытыми глазами.

- Позвольте нам выразить глубочайшую благодарность за то, что вы так быстро отреагировали на нашу просьбу. Это позволило нам предотвратить вред империи, и если мои подчиненные смогли вам оказать хоть какое-то содействие, то я счастлив, что сделал правильный выбор, отправив их с вами.

- Наш император, Винсент Волакия, очень разумный человек. Я уверен, что это дело не останется без награды. Мы лишь надеемся на то, что наши народы и дальше будут процветать в мире. - Чиша постарался выразить благодарность своей страны в самых изысканных выражениях, когда доклад был завершен. На этот раз, как они договорились, империя будет в долгу перед королевством. Это был отличный компромисс.

Или так бы оно и было...

- Юклиус, Аргайл.

Юлиус и Феррис, стоявшие рядом, выпрямились. Маркус

почти никогда не называл их по фамилиям. Хриплый голос капитана не позволял догадаться, собирается ли он сказать что-то хорошее или плохое.

Они молча стали ждать.

- Наконец-то... вы оба молодцы. Я надеюсь, что могу ожидать того же в будущем.

Юлиус и Феррис дружно выдохнули, затаив дыхание. Затем

каждый из них ловко отдал честь, чтобы скрыть свое облегчение.

- Да, сэр - помолчав, ответил Юлиус.

- Так точно – ответил Ферри.

И на этом дело кончилось. Очевидно, они чувствовали себя виноватыми, ведь пришлось давать отчет, который не совсем соответствовал фактам дела. Но последняя похвала Маркуса каким-то образом освободила их от этого чувства. Им казалось, что он и так понимал, что произошло. Иначе как они могли объяснить, почему он “случайно” поручил Юлиусу и Феррису работать с Чишей? Однако до самого конца суровое лицо Маркуса отрицало это.

- Ах, я так рад, что все это закончилось. Мне было велено молчать, но даже в этом случае я могу сказать вам; мои плечи были так напряжены...

Беседа закончилась, Сесилус шагнул вперед, явно испытывая огромное облегчение. Несмотря на то, что Синяя молния Волакии была в центре всего этого, Сесилус вел себя как немая кукла на протяжении всего доклада - и теперь, когда официальное дело было закончено, он повернулся к Маркусу с приятной улыбкой. - И все же какое удовольствие встретиться лицом к лицу с самим старым Клиффсайдом, мастер Маркус Гилдарк. Я хотел бы сразиться с вами.

- Это честь для меня. Но я, пожалуй, воздержусь.

- Хм, это очень плохо. Очень жаль. – С этими словами Первый генерал Волакии поник головой.

- Не слишком печалься, - сказал Маркус с улыбкой истинного воина, с выражением, полным крови и стали. - Для тебя есть более серьёзный противник. Он только что вернулся и готов принять твой вызов.

- …Капитан, вы же не хотите сказать… - начал Юлиус.

- Оооо, ты, должно быть, шутишь... Ты ведь шутишь, правда? - добавил Феррис, прекрасно понимая, что имеет в виду Маркус. Их шок имел различные причины, но результат был один и тот же. Их реакция намекнула Сесилусу, что его желание будет исполнено.

- Этот лучший противник - может быть...?

- Святой меч, - сказал Маркус, положив конец всем сомнениям.

- Райнхард Ван Астрея ждет мастера Сесилуса Сегмунта на тренировочной площадке. Просто... постарайтесь не убить друг друга.

Глава 15

Тренировочная площадка, примыкавшая к казармам королевской гвардии, заполнилась напряжением. Обычно тут стоял звон мечей, когда рыцари и стражники оттачивали свое мастерство. Но сегодня все солдаты сидели на трибунах или стояли у стен, ожидая бой века.

- Это самый идеальный исход, - сказал Сесилус, когда его вывели на арену. Он ощущал прилив сил, впитывая бесчисленные взгляды, устремленные на него. Он был в восторге от ситуации, одновременно предвкушая, что будет дальше.

- Должен признаться, я в шоке, - сказал Чиша. - Я думал рыцари королевства не одобряют подобных зрелищ.

- Ферри тоже удивлен. Никогда не думал, что капитан действительно пойдет на это. Я вообще думал, он нам головы оторвет.

Юлий был согласен с их разговором, но у него на уме было еще кое-что.

- Возможно, он просто хочет увидеть танец серебряных лепестков своими глазами.

Почти в тот же миг, когда Юлий заговорил, по толпе зрителей пробежал рокот. Причиной стало появление на арене еще одного человека с волосами цвета пламени. Его поза была отточенной, а глаза такими голубыми, словно из них выглядывало само небо. Белый мундир королевской гвардии выглядел так, словно был создан специально для него, под стать белым ножнам на бедре; он казался рыцарем среди рыцарей.

- Райнхард.

Райнхард Ван Астрея улыбнулся, услышав голос Юлиуса. Святой меч, вернувшийся после осмотра, выбрал место в нескольких метрах от Сесилуса и вежливо поклонился.

- Рад вас видеть, мастер Сесилус. Позвольте мне приветствовать вас в нашем королевстве.

- Позвольте мне извиниться за то, что я пришел без предупреждения. Благодарю вас за то, что вы приняли мою пылкую просьбу. Я очень удивлен.

- Правда?

- Мм. Я предполагал, что ты откажешь. Но решил, что спросить не помешает.

Райнхард лишь улыбнулся Сесилусу.

- Ты, должно быть, устал после такого долгого путешествия, но я не в том положении, чтобы давать время. Знаю, что это немного несправедливо - надеюсь, ты не будешь держать на меня зла.

- Это был мой просчет. Я больше не буду искать оправданий.

- Ну ладно, тогда…

Покончив с предбоевыми формальностями, Сесилус подошел к стене и снял сандалии. Чиша забрал их у него, и два посланника империи продолжили какую-то беседу. Юлиус воспользовался моментом, чтобы подойти к Райнхарду и поговорить с ним.

- Райнхард, я должен сказать, это…

- Почему ты согласился на такую идиотскую просьбу? Неужели ты так же глуп, как и он, Райнхард?

- Феррис... - вмешался Юлиус.

Глаза Райнхарда расширились, но он ответил на выпад Ферриса лишь улыбкой и пожатием плеч.

- Не буду отрицать, что во мне есть немного глупости, но я не думаю, что это идиотизм. Хотя я тронут, что ты так заботишься обо мне.

- Сначала Юлиус, теперь ты, Райнхард... Никому нет дела до чувств Ферри...

- Правда, запрос мастера Сесилуса стал сюрпризом для меня. Но капитан тоже имел право голоса. Иди туда и покажи ему, насколько сильна Лугуника!

Райнхард, пытаясь подражать Маркусу, понизил голос до вынужденного рычания, которое совсем не походило на капитанское. Он взглянул на ряд высокопоставленных рыцарей, собравшихся на тренировочной площадке, среди которых сидел капитан. Скалистый старый воин заметил его, ухмыльнулся и сделал удар кулаком.

- Не думаю, что он нас слышит... А он может?

- Это дело рук капитана, - сказал Феррис. - Может быть, он злится на империю сильнее, чем мы думали...

- Я слышал, что вам двоим было нелегко. Так что этот бой что-то значит для меня. Я намерен возместить ожидания королевства и страдания моих друзей.

Несмотря на все это, Райнхард казался довольно беззаботным, все еще улыбаясь, он повернулся вперед. Юлиус и Феррис удалились, а Сесилус остался ждать появления Святого меча. Сесилус Сегмунт, самый сильный воин в Волакии, стоял, сняв сандалии и держа в руках два Зачарованных меча.

- Подожди, Райнхард, - сказал Юлиус. У нас нет наготове меча для тебя, я могу приготовить его через минуту...

Райнхард носил меч, такой же, как и его напарник, но обычай требовал, чтобы он никогда не обнажался. Даже Юлий никогда не видел его вынутым из ножен. Таким образом, он предположил, что Райнхарду понадобится другое оружие для этой битвы, но...

- Не волнуйся, Юлиус. У меня есть клинок.

Голос Райнхарда звучал так же, как и минуту назад. И все же дрожь его голоса пробила всех собравшихся. Сильнейший боец королевства, святой меч, собирался сразиться с верховным воином империи, Синей молнией. Толпа, собравшаяся в надежде увидеть битву поколения, сначала будет угощена демонстрацией легендарного меча.

- Меч Дракона Рейд... - произнес кто-то вслух. Кто бы это ни был, он говорил за всех присутствующих.

В руке Райнхарда был меч одновременно прекрасный и ужасный. Клинок был незамутненным, сталь настолько тонко отточена, что казалась сделанной не человеческими руками. Ходили слухи, что это подарок Бога меча.

Зрители были одними из немногих, кто когда-либо видел почти мифическое оружие.

- Так это и есть легендарный Меч Дракона… - Сердце Сесилуса забилось от волнения при виде легендарного клинка. Прежде всего он испытывал не ужас, а благодарность.

- Я очень тебе благодарен за то, что увидел этот меч своими глазами.

- Меч не обнажит свою сталь, если противник не достоин сразиться с ним в поединке. Эта схватка с тобой… Воистину, ты один из тех, кто заслуживает встречи с Мечом Дракона.

Райнхард всегда был внимателен и уважителен к окружающим. Поэтому не было ничего необычного в том, что он хвалил противника. Но теперь его комплименты имели вес, который выходил за рамки сказанных им слов.

Юлиус, поняв это, почувствовал слабую боль в сердце. Это может быть...?

- Сесилус Сегмунт, генерал Волакийской империи, первый среди девяти Божественных генералов.

- Райнхард Ван Астрея, один из рыцарей Королевской гвардии королевства Лугуника, из дома Святого Меча.

Преисполненные уважения друг к другу, двое мужчин сжали свои любимые клинки. И в тот же миг они вырвались навстречу друг другу.

- Теперь время пришло…

- ...Сражаться!

Мгновение спустя появились вспышки света. Сила обменов ударами взбудоражила вихрь на тренировочной площадке, и танец серебряных лепестков зазвенел, эхом поднимаясь к небесам.

Глава 16

- Знаешь, я кое-чему научился у Святого меча.

- Неужели?

- Да. Я жертвовал всем в своем безудержном стремлении стать самым сильным, пока не обнаружил, что нахожусь в полном одиночестве на самой вершине власти... Но оказалось, что я был не один.

Сесилус постучал по рукоятям мечей, широко улыбаясь, не обращая внимания на раны по всему лицу.

- Быть сильным - дело одинокое. Вокруг тебя никого нет. И все же, куда бы вы ни пошли, вы никогда по-настоящему не одиноки. Наш дорогой Святой меч научил меня этому еще в империи.

Синяя молния потерпела поражение в той схватке в лесу, но Сесилус вовсе не был обиженным проигравшим, он находил в этом смысл. И как только Сесилус понял это, он пошел к Райнхарду, который занимал вершину, очень отличающуюся от его собственной.

- После этого я почувствовал, что должен сам кое-чему научить Святого меча. Я должен был показать ему, что он тоже не один.

У Райнхарда и Сесилуса не было времени на непринужденную беседу. Райнхард с обнаженным Драконьим мечом, казалось, наслаждался сражением с человеком в синем кимоно. Это доказывало, что слова Сесилуса тронули красноволосого рыцаря.

После их сердечного поединка Сесилус и Чиша быстро вернулись в империю. О том, что вышло из поединка между Райнхардом и Сесилусом, сильнейшими бойцами двух наций, участвовавшими в схватке, мало что еще можно сказать; поступить иначе значило бы запятнать достоинство этой битвы. Тем не менее, сражение оставило незабываемое впечатление у одного человека, который был вовлечен в эту цепь событий с тех пор, как прибыл один из генералов Волакийской Империи.

- Ты ходил по очень тонкому льду... Теперь доволен?

Вопрос задал Феррис, находясь в особняке Юлиуса. Они сидели в комнате духовного рыцаря и выпивали вместе. Юлий задумался над вопросом. Ну и чего он вообще хотел на этот раз? Да, он ходил по тонкому льду - он вовлек одного из своих самых близких друзей в хитрость и устроил так, чтобы другой скрестил мечи со смертельным врагом,— и ради чего?

- В конце концов, возможно, это была ... ревность.

- Ревность… - повторил Феррис, и фиолетововолосый рыцарь медленно кивнул.

Да, так оно и было. Покалывание, которое Юлий чувствовал внутри себя, было вызвано беспомощной завистью к Феррису и Райнхарду, которые уже решили, какими путями они пойдут в жизни. Он похолодел, осознав, как давно это началось...

- В самый первый раз, когда я увидел Райнхарда... Тогда я и отказался от мысли быть наравне с ним. Я мог бы слишком охотно говорить о том, как хочу быть таким же, но я уже почти не мечтаю, что когда-нибудь смогу достичь высот, которых достиг он, и когда-нибудь увижу то, что он видит оттуда…

Тогда он закрыл глаза на эту слабость, играя роль прекрасного и знающего друга. Его собственное твердое убеждение, что он никогда не сможет стоять плечом к плечу с Райнхардом, ослепило его растущую ревность.

- Сначала мне было непонятно, почему мастер Сесилус хочет встретиться с Райнхардом, зная, что он никогда не победит. На самом деле, я думаю, что намеренно предпочел не понимать. Но теперь я вижу.

- Хм?

- Разговоры о "равенстве" были просто предлогом, прикрытием, которое я использовал, чтобы дистанцироваться от вас обоих. И в то же время у меня хватило наглости погрязнуть в одиночестве, когда эта дистанция открылась. Это было верхом глупости.

- Теперь, когда ты это понял...что будешь делать дальше?

- Я действительно хочу дружить с вами на равных. Но теперь я наконец понял, что это значит на самом деле.

Феррису показалось, что Юлиус выбрал ужасно окольный путь, чтобы прийти к тому, что показалось ему невероятно простым выводом. Мальчик-кот просто поднес чашку к губам и раздраженно покосился на Юлия.

- Тогда я думаю, что все в порядке. К тому же, ты наконец-то перестал ходить с грустным и серьезным видом, как делал это после возращения из империи.

- Неужели это было так очевидно?

- Угу. Я хотел увидеть, как Райнхард дерется с этим парнем, просто чтобы ты почувствовал себя лучше.

- Должен признаться, даже я не настолько неучтив.

Юлий откинулся на спинку стула, словно его оттолкнула особая интерпретация поведения друга. Там он и остался, нежась на ветру, который дул в окно, пока они вдвоем провели несколько минут в молчании.

И тут Юлию пришла в голову мысль.

- Полагаю, в какой-то мере я действительно чувствую себя лучше. Мои сомнения рассеялись, и я придумал, как выразить свои чувства.

- Я не думаю, что тебе действительно нужно делать что-то другое. Ты уже более чем равен нам с Райнхардом, Юлиус.

- Я тронут этим, Феррис, честное слово. Но дело в том, чтобы самому принять это. - маг-дух покачал головой, мягко отвергая слова утешения, а затем уставился на дно своего пустого бокала.

- Я спрашиваю себя, смогу ли я быть с вами на равных, если мы выйдем на одну сцену.

- Значит ли это, что ты поможешь Ферри и Круш?

- Думаю, что было бы более интересно бросить мою пресловутую шляпу на ринг в качестве кандидата.

- Пфф, это было бы совсем не интересно!

- Я просто шучу.

Юлий улыбнулся. Возможно, выпивка ударила ему в голову; обычно он не шутил. Феррис тоже покраснел, увидев его улыбку, и они чокнулись пустыми бокалами.

Слова, сказанные той ночью в шутку, на самом деле сбудутся. Юлиус Юклиус присоединится к королевскому отбору в качестве рыцаря, но не в лагере Феликса Аргайла. Райнхард Ван Астрея тоже сыграет свою роль. Все трое, все друзья, служили своей стране как королевские рыцари. Возможно, судьба распорядилась так, что с того момента, как один из них пожелал стать равным другим, их пути разошлись, хотя и пересеклись на короткое время.

Танец Серебряного цветка в Пиктате, имевший место во время борьбы между Королевством и Империей, стал легендой и вторая такая битва, много лет спустя, свидетелем которой стали лишь немногие избранные, принесет еще больше перемен.

Но в эту ночь, все еще не зная о будущем, они были просто друзьями, делившими выпивку. Рыжеволосый молодой человек вскоре присоединится к ним, и они втроем будут болтать и смеяться до самого рассвета.

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1

Данная история описывает альтернативный вариант событий в 4 арке, а именно "Что если Субару согласился на контракт с Ведьмой жадности Ехидной".

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Просыпаясь, он всегда ощущал пульсирующую головную боль.

Субару: …

Открыв глаза, пытаясь побороть сонливость, он быстро проморгал, пытаясь проснуться. Хотя его сознание висело в мутной дымке, его медлительность длилась всего несколько секунд. Сразу после того, как его сознание вернулось из сна, энергия пронзила его тело.

Субару: Ах, Ааа

В отличие от его бодрствующего тела, все, что вырвалось из его рта, было глухим еле слышным голосом. На мгновение показалось, что он все еще спит, но это был один из самых важных ритуалов, которые он совершал утром. Лежа на спине с поднятой головой, он анализировал своё тело.

Тон его голоса, здравое сознание, целостность его конечностей, сбор мыслей в кучу, и раздумья о том, что он будет сегодня делать, всё это естественный утренний ритуал…

Это было доказательством того, что Нацуки Субару прожил до очередного утра, не допустив серьезных ошибок.

Субару: * зевнул *

Сняв одеяло, зевнув, он наконец поднялся с кровати. Почесал голову, осматривая комнату, в которой он ночевал. Это была та самая комната, к которой он привык, роскошно обставлена и включала кровать с балдахином в комнате, из которой он вышел. Но Субару проснулся не на этой кровати, а на диване, расположенном чуть дальше в комнате. Там он провел последние ночи, завернутый в футон, и беспомощно словно ребёнок, свернувшись клубком. Он уже привык к этому.

Как бы то ни было, для него не было особой причины не спать в кровати. Просто диван доставлял ему намного больше комфорта. В результате проб и ошибок он узнал, что ему удобнее лежать и спать на диване, чем в кровати. И с тех пор ничего не изменилось.

Субару: …

Протерев глаза, Субару слез с дивана и пошел в ванную, чтобы одеться. Когда он вымыл лицо в ванной комнате, примыкающей к его спальне, он намеренно посмотрел на свое промокшее лицо, отраженное в зеркале. Его лицо выглядело усталым и создавало впечатление, что он вот-вот рухнет. Оно было помятым и потертым от уныния. Это зрелище неожиданно подорвало его боевой дух.

В попытке усилить это выражение лица, Субару обеими руками хлопнул по лицу всеми силами. Сухой звук сопровождал слезы, которые навернулись, чтобы смыть их, Субару быстро облил лицо холодной водой. Он снова посмотрел на свое мокрое лицо в зеркале.

Субару: Улыбнись… ты должен улыбаться, если не можешь, тогда… умри.

Повторяя это словно мантру, Субару изогнул рот в ужасной кривой улыбке. Он мелькнул белыми зубами, а его улыбка сузила глаза злодея, с которым он дружил более 18 лет. Тем не менее замаскировать глаза, и выражение лица не составляло проблем.

Субару: Окей, ладно. Вот так и держись.

Проверив улыбку, Субару вытер лицо полотенцем и второпях переоделся. Когда он проводил время в Особняке, внешность Субару не соответствовала имиджу слуги… скорее, он носил формальную одежду дворянина. Даже если бы он снял пиджак, ему бы всё равно пришлось носить повседневную белую рубашку с закатанными рукавами. Такая одежда теперь была естественной необходимостью. Она была довольно душная, но он ничего не мог с этим поделать. Он был обязан так выглядеть, соответствующе его положению, потому что это было положение, которое хотел сам Субару.

Субару: Скоро это будет обыденностью, потерпи...

Сразу же после того, как он переоделся, он посмотрел на магический Кристалл над дверью комнаты, который показывал время. У него был темно-зеленый оттенок, означавший, что сейчас утро. Что означало его своевременный подъём. В некотором смысле, казалось, что этим утром он потратил слишком много времени, практикуя свою улыбку. Через несколько минут пунктуальная девушка постучит в его дверь, как и всегда. До этого ему нужно было закончить все, что он еще не сделал.

Субару: …

Сосредоточив внимание, Субару расстегнул рубашку. Там, к тонкой цепочке, был прикреплен кулон, с «Черным кристаллом», который он никогда не снимал, даже когда спал. Он выглядел таинственным и завораживал одновременно. Сжав его в ладони, Субару закрыл глаза. Хрустальный камень был холодным и твердым на ощупь - от прикосновения ладони Субару, присутствие этого кристалла становилось все сильнее, как будто оно разжигалось словно бушующее пламя. Спустя, спустя какое-то время, Кристалл начал пульсировать, будто он живое существо.

Субару начал бессознательно считать ритм и частоту его ударов.

С более сильным ударом, когда он достиг полной мощи, ритм хрустального камня становился все сильнее и быстрее. Даже не осознавая этого, его пульс полностью перекликался с пульсом собственного сердца Субару, пока биение его сердца и хрустальная жемчужина не стали бить в унисон. Когда это произошло, сознание Субару освободилось от оков своего тела и отправилось в другое место, которое никоим образом не могло быть реальным.

Именно в этот момент звук утих, а окружающий его мир стал расплываться, вместо этого, ослепительный свет начал окутывать его сознание.

Субару: …

Спустя некоторое время его сознание начало проявляться, и странный свет начал сходить на нет. Вместо этого уже Солнечный свет озарил его глаза, когда он открыл свои закрытые веки. То, что он увидел перед собой, моргнув глазами, было красивой травянистой равниной, сквозь которую дул ветер.

Она была огромная, раскинувшаяся настолько, что человеческий взгляд не мог увидеть её конец. Короткие травинки мягко покачивались на ветру, небо было чистым без единого облака, а сам солнечный свет блестел как драгоценный камень. Казалось, что Субару попал в прекрасный мир грёз, где каждая деталь была идеальна.

Великолепное, совершенно чистое, пустое пространство. Была только одна часть в этом месте, которая нарушала всю гармонию.

Субару: …

Прямо в самом сердце равнины, сразу за ней был пологий холм, который принимал форму слегка приподнятого бугра. На холме был скромный сад, полный цветов. Прямо рядом с теми прекрасными цветами, которые грелись на солнце, был зонтик и белый стол.

Не говоря ни слова, Субару взобрался на холм и зашел под зонтик. На белом столе стояли две дымящиеся чашки, наполненные теплой янтарной жидкостью, а рядом со столом - белый стул.

Субару знал, что все это подготовлено именно для него. И хотя чай только, что закончил завариваться, он поднес чашку ко рту, и сделал несколько глотков.

“Как и всегда, это был необычный чай, без вкуса, и без запаха.”

Тем не менее, это был важный ритуал, который был оговорен с хозяйкой этого места. Это было частью контракта, который он заключил с ней, чай можно сказать заменил вступление в их странные отношения. Несмотря на это:

Субару: Ах, да выпил я, выпил, спасибо за угощение. Ладно, давай быстро перейдем к основной теме.

???: Конечно, я говорила, что первый глоток моего восхитительного чая, означает приветствие. Тем не менее, это не значит, что я не хотела бы услышать простое и добродушное “привет”, как считаешь?[i]

Выпив чаю, Субару поставил свою чашку обратно на стол. Услышав подобную жалобу, Субару почесал кончик носа, и сказал:

Субару: … Нет никакой реальной причины приветствовать тебя, не так ли? В конце концов, ты в любое время суток, знаешь все что творится у меня в голове.

???: Знаешь, это вообще-то разные вещи! Прежде всего, не стоит так опошлять нашу связь. Даже если это правда, даже если можно обращаться со мной только потому, что я все еще застенчивая, молодая девушка, такая же нежная, как и цветок. Я не хочу, чтобы моя репутация стала еще хуже, если бы ты всем рассказал, что я всегда смотрю в мозг молодого парня?

Субару: Застенчивая, молодая девица, такая же нежная, как цветок ...

???: Как грубо с твоей стороны. Ну, может быть, в моем возрасте неразумно настаивать на том, чтобы называть себя так. Но мне всё равно приятно так считать

Сказав это, девушка расслабила рот в улыбке; в отличие от содержания ее жалоб. Полностью привыкшая к такого роду диалогу, девушка довольно терпимо относилась к невежливому поведению Субару… Или, скорее, ей казалось, что она наслаждается обменом такого рода любезностями.

Сердце Субару не может не чувствовать, но чувство искаженной вины в его сердце усиливается, когда он видит эту улыбку.

В любом случае, он не знает, как действовать правильно в такой ситуации.

Субару: Как я и думал, ты очень неприятная женщина.

???: Меня радует, когда мне это говорит настолько добрый и жадный молодой человек. Вместо того, чтобы быть добрым по отношению ко всем, вместо того, чтобы быть таким жадным, кто не находит никакой ценности в том, чтобы другие помогали ему, я всегда с большим удовольствием стану тем кто, кто жестоко ранит твое сердце, можно сказать я большой шип который его пронзил.

Ни сарказм, ни ирония не сработали против нее. Прежде чем она ответила ему, Субару сделал довольно неприятное лицо, но это только сделало ее более довольной.

???: Теперь, больше всего этого, и мое сердце будет страдать от того, что тебя ненавидят. Давай попробуем и достигнем того, что мы намереваемся сделать для сегодняшнего утреннего собрания?

Субару: Самое главное не показывайся?

???: Это был милый блеф девушки, понимаешь? Это то, что я хочу, чтобы ты увидел и принял.

Субару: Милый ...?

Субару сомневался в этом от всего сердца. Он склонил голову в сомнении. Что касается его спутницы, она лишь иронично улыбнулась.

???: Ты действительно человек, который никогда не чувствует стыда. Как «Ведьма Жадности», я довольна этой твоей чертой, Нацуки Субару.

«Ведьма Жадности», Ехидна, прищурилась с милой улыбкой.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Субару: сегодня 14-ое число по Кисдаму, не так ли?

Ехидна: можешь не сомневаться. Ты спокойно уснул прошлой ночью, а сегодня утром пробудился без каких-либо происшествий. Худшего не случилось, пока ты спал этой ночью. Так что не стоит переживать, все в порядке.

Субару: Твои слова лишены смысла. Если бы я заснул, думая, что ничего особенного не произойдет, я бы проснулся мертвым. Я не знаю, где, как я умру и когда все это закончится.

Поражаясь оптимизму ведьмы, Субару ощутил мучительное чувство утраты своей «Смерти».

Он нисколько не сомневался, что она может навестить его даже завтра… Хотя факт остается фактом, Субару внезапно «возвращается через смерть», лишившись ее без всякого на то предзнаменования. Все дело в том, что время, которое он проводил с людьми, будет забыто, но страх и отчаяние, которые он испытал, никогда не исчезнут.

Ехидна: Верно. Я была опрометчива сейчас. Извини меня за это.

Субару: … Почему ты так смиренна?

Ехидна: Прости, если ты счёл это плохим. Я не такая уж плохая женщина ... хотя и показываю себя такой.

Видя, что Субару чувствует себя не в своей тарелке, девушка в черном подмигнула ему. Когда он разговаривал с этой девушкой, первое, что он заметил, это то, насколько завораживают ее глаза, а также то, как эта дьявольская красота покоряет сердца людей.

Удивительно, что всего два цвета выражают эту красоту.

Длинные красивые белые волосы, словно снег, ниспадали ей на спину, а ее стройное тело было облачено в черное платье, типичное для траура. Пока она сидела на стуле, ее изящные ноги были скрещены; от этого в воздухе чувствовалась несколько томящая истома. Пока она пила из чашки, ее тонкие губы приобретали странно возбуждающий блеск.

Она была развращенным демоническим существом. Ведьма излучала ощущение неизбежного разрушения и хаоса. Несмотря на это, существуют забавные истории о тех, кто пытался приблизиться к этой Ведьме Бедствия, к Ведьме, которая может принести лишь гибель.

То была личность беловолосой девушки, полностью одетой в черное, Ехидны. Ведьмы, которая заключила контракт с Субару.

Субару: Хммм...

Ехидна: …? Что случилось? Ты смотришь на мое лицо. На мне что-то есть?

Субару: Аааа, только волосы, уши, рот, нос и глаза…]

Ехидна: … Хм, почему даже если ты говоришь что-то совершенно очевидное, я чувствую себя оскорбленной?

Ехидна нахмурилась, подняв брови, отвечая Субару. Увидев это, Субару поднял руку и сказал:

“Подожди,”

Субару: На самом деле я не хотел тебя оскорбить. Я лишь подумал, что для человека, имеющего репутацию ведьмы, ты не кажешься такой уж зловещей.

Даже если до недавнего времени Ведьма, казалось, источала негативную ауру, и стоить отметить, что у нее на самом деле было несколько дурных наклонностей, она в то же время все еще была обычной девушкой, которую можно было даже назвать добродушной.

Естественно, это не отрицает того факта, что у нее были темные, извращенные стороны души, свойственные ведьмам.

Ехидна: Хе-хе, это довольно необычная мысль, правда?

Сказав это, Ехидна расслабила губы и слегка улыбнулась, услышав мысли Субару. Поставив чашку на стол, она подогнула ноги и поправила свои длинные белые волосы.

Ехидна: Несмотря на то, что я предстаю в таком свете перед тобой сейчас, я была одной из тех ведьм, которые понаделали историй в разных местах 400 лет тому назад. Если бы я была поймана, та версия меня была бы не такой благосклонной.

Субару: Ты говоришь так, будто ты ученик средней школы, требующий особого подхода.

Ехидна: Если бы мы привнесли в рассказ ваше мнение, то мы бы стали намного ближе к тому, что я чувствую, не так ли? Но дело не только в этом. Я должна была высказать все при нашей первой встрече.

Субару: А… что ты сказала…? Конечно, если бы ты не была настолько терпеливым человеком, тебя бы стошнило в нашу первую встречу ...

Ехидна: Когда вы так все упрощаете, я чувствую, что меня совсем не понимают.

Облик могущественной ведьмы полностью изменился. Ехидна выглядела раздраженной, услышав ответ Субару. На это Субару уместно заметил: “Не сейчас”, чтобы сменить тему. Тем не менее сказанного уже было достаточно.

Субару: Наш разговор это не просто копание в пустых сплетнях. Однако мне пора возвращаться в реальность.

Ехидна: Ты уже уходишь? Останься еще немного, никто не будет возражать. Как тебе известно, время в течение которого ты здесь находишься, никак не влияет на реальность. Ты можешь отдыхать столько сколько захочешь... Я надеюсь, что ты погостишь еще немного.

Говоря все это, Ехидна намеревалась остановить Субару, который в этот момент выпрямился и встал со стула. В ответ на уговоры ведьмы он лишь похрустел шеей.

Субару: Верно. Если честно, я знаю, что ты пытаешься помочь мне, предлагая остаться, но ...

Прервавшись, Субару повернул голову и посмотрел на Ехидну. Глаза Субару и темные очи ведьмы встретились. Тем не менее ―

Субару: Я не планирую все время зависеть от тебя. Ты должна знать, что это не тот контракт, о котором шла речь.

Ехидна: Боже мой, ты обманываешь сам себя. Я единственная в этом мире, кто может помочь тебе перенести страдание и горе.

Субару: Я не собираюсь ни с кем делиться своей болью. Она только моя; лишь с таким отношением я могу ее преодолеть. Это истинная причина контракта между нами. Не так ли?

Тихим голосом Субару твердо заявил об этом все еще раздраженной Ехидне. Услышав ответ, Ехидна опустила глаза и продолжила молча пить из чашки.

Ее молчание было знаком того, что она больше не желает продолжать разговор. Осознав это, Субару повернулся к женщине спиной и начал спускаться с холма. Но прежде он остановился и вновь посмотрел на ведьму.

Субару: Кстати, всего минуту назад ты не отрицала, что шпионишь за мной день и ночь?

Ехидна: … Хм? Мне показалось, я сказала "даже если"?

Субару: ... Даже если это правда, я думаю, я могу понять, что ты действительно имеешь в виду!

Ехидна: ….

Субару: ….

Находясь под взглядом Субару, Ехидна вздохнула. А потом снова поднесла чашку ко рту. Это было заявление о том, что нет смысла продолжать разговор――

Субару: Наверное, ты думала, что я просто не буду обращать внимание на это, да? Ты когда-нибудь прекратишь вести себя неэтично? М?

Ехидна: Разве это не нормально? Я не настолько беспардонна, чтобы следить за тем, как вы принимаете ванну. Просто до тех пор, пока вы не уверены, что находитесь в безопасности, я не могу взять и отвести глаза. В конце концов, я как Ведьма Жадности обязана честно соблюдать договор――

Субару: С этого момента я снимаю с тебя обязательства, когда принимаю ванну или умываюсь.

Отмахнувшись от отговорок ведьмы, Субару спустился с холма, пытаясь сдержать смущение. У подножия холма, в том месте, где Субару впервые вышел на травянистую равнину, неожиданно материализовалась дверь. Единственная дверь без какой-либо опоры. Это была та самая дверь, которая позволяла ему входить и выходить во внешний мир.

Субару: ……………

Подойдя к двери, Субару взялся за ручку и повернулся так, чтобы ведьма пропала из поля зрения. Ехидна смотрела в спину Субару, а ее белоснежные волосы в это время развивались на ветру.

Увидев, что Субару смотрит в сторону от нее, немного поколебавшись, она слегка помахала. Ничего не ответив, Субару вздохнул и прошел через дверь.

――И сразу после этого его сознание, захваченное миром снов, было освобождено и возвращено в реальность.

Субару: ……………….

Очнувшись, Субару все еще стоял посреди своей комнаты, держа черный кристалл. Глубоко вздохнув, он посмотрел на «Магический кристалл времени» над дверью. Его зеленый оттенок не изменился. Это было доказательством того, что он действительно провел в мире снов всего несколько секунд.

Субару: Я никогда к этому не привыкну ...

Каждое утро обычным делом было отправиться в мир грез, чтобы поприсутствовать на чаепитие с Ехидной. Но, когда он возвращался в реальность, он все еще не мог привыкнуть к дискомфорту, вызванным разрывом между мирами. Это было ощущение, отличавшееся от «Возвращения через смерть». Субару вздохнул и...

«Ехидна: Почему бы тебе не попробовать смириться с тем, что ты не можешь привыкнуть? Даже если это только для твоего спокойствия, может быть, тебе станет немного легче?»

Голос ведьмы, с которой он недавно попрощался, раздался будто бы у него в ушах, но на деле ее мысли текли в голову Субару через хрустальный камень.

Их судьбы были переплетены контрактом, даже когда он не находился в мире снов. Это позволяло ведьме напрямую связываться с Субару.

Тем не менее ――

Субару: Мне показалось, я дал ясно понять, что не стоит ко мне обращаться по пустякам.

«Когда ты один в комнате, вряд ли кто-то будет обеспокоен тем, что ты со мной беседуешь.»

Субару: А что, если бы мы начали разговор на людях и из-за тебя все бы подумали, что я сумасшедший?

«Ехидна: Я вижу, ты оцениваешь ситуацию по-новому. Но, смею заметить, для духов нет ничего необычного в том, чтобы обсуждать свои мысли со своим духовным носителем. Это не так уж и подозрительно.»

Субару: В случае с носителями духов оба используют свои мысли для общения. В моем же случае мыслями общаешься только ты, а у меня не остается выбора как только разговаривать с самим собой вслух. С этой точки зрения ситуация, в которой я нахожусь, довольно раздражает.

«Ехидна: Да, я поняла. Как хочешь, я буду молчать, кроме случаев, когда потребуется мое вмешательство. Тебе удалось заставить ведьму подчиняться ... ты в этом мастер ».

Субару: ЗАТКНИСЬ.

“Ехидна: Ой-ой. Пожалуйста, не стесняйся звонить мне, если я тебе понадоблюсь.”

С гневом и насмешкой в ​​голосе Ехидна отпрянула назад, сказав на прощание пару театральных фраз. Даже после этого ведьма должно быть смотрит в этот мир через кулон, однако Субару оттолкнул эту мысль от себя и глубоко вздохнул. Отныне он обязательно сует кулон в задний карман, когда принимает ванну или идет в туалет ...

???: … Субару-сама, вы не спите?

В дверь постучали, и он вспомнил, что обычно просыпается в это время. Субару прокашлялся, услышав нежный голос, который звучал из-за двери. Хлопнув ладонями себя по лицу и улыбнувшись в зеркало, он удрученно ответил: “Входи”,

После его слов, дверь медленно открылась, и в комнату вошла молодая девушка.

???: Доброе утро, Субару-сама. Сегодня снова чудесное утро.

Улыбаясь, сказала маленькая девочка в униформе горничной… Петра Лейт, личная горничная Субару.

Когда он встретил ее, она была еще молодым бутоном, еще не распустившимся. Но сейчас она входила в то прекрасное время, когда девушки начинают цвести. Ее тело, руки и ноги приобретали изящные очертания, и она все больше и больше подходила к своему красивому платью горничной.

Ее манера поведения не уступала красоте ее платья. С самого начала она была замечательной девочкой, хорошо эрудированной и схватывающей все на лету. А теперь, будучи горничной, Петра достигла высочайшего уровня.

14-летний цветок ... Увидев повзрослевшую улыбку Петры, Субару, тоже улыбнувшись, ответил.

Субару: И тебе доброго утра, Петра. Согласен, это действительно чудесное утро. И сегодня утром я увидел милое личико Петры. Я тоже очень доволен.

Петра: Субару все еще говорит такие вещи. … Ах, но облака нависают в небе за лесом, похоже, сегодня днем ​​погода может испортиться. Я собираюсь пойти по магазинам сегодня днем, надеюсь, будет солнечноооооо.

Наклонив голову в ответ на приветствие Субару, Петра повернулась к окну и что-то пробормотала. В ее словах слышался отпечаток детской незрелости, и Субару слегка усмехнулся.

Петра: Ах! Нет, Субару-сама.

Субару: Хах, твой замечательный образ дал небольшую трещину. Как же похоже на тебя, Петра.

Петра: Боже, пожалуйста, перестаньте относиться ко мне как к ребенку. Я совсем взрослая. Я работаю горничной уже два года ... из-за этого я стала взрослой!

Теребя каштановые волосы, Петра начала краснеть, а губы ее стали смущенно сужаться. Субару погладил улыбающуюся девушку по голове. Петра от счастья прищурилась и расслабленно выдохнула, когда его рука прикоснулась к ней.

Петра: Итак, что ты будешь делать сегодня утром? Еще рано завтракать, но…

Субару: А, пока я просто закончу свой обычный распорядок, а потом, если все пойдет хорошо, мы сможем позавтракать со всеми. Если не сладится… тогда как обычно.

Петра:… Хорошо.

Услышав слова Субару, Петра слегка потупила взгляд, после чего стала довольно серьезна. Расстроившись, что из-за него такая милая девушка изменилась в лице, Субару погладил Петру по голове,

Субару: Во всяком случае, спасибо тебе за сегодня. Особенно за то, что пришла разбудить меня.

Петра: …

Субару: Петра?

Петра: Субару-сама в самом деле неловок в выражении своих мыслей.

Петра раздраженно вздохнула, сказав это Субару, который в это время странным образом пытался сменить тему разговора. Спустя некоторое время девушка покачала головой, вновь улыбаясь, как распустившийся цветок.

Петра: Нет, это моя работа. Кроме того, намного лучше, потому что Субару-сама не будет спать слишком много… .. Даже учитывая его беспечность.

Субару: А?

Петра: Не бери в голову. Что ж, увидимся позже. Прошу простить меня.

Каждое утро Петра будила Субару, после чего прощалась с ним, делая ему реверанс юбкой. Дверь закрывалась, и Субару удовлетворенно кивал головой, видя то, как быстро взрослеет Петра.

Субару: Петра стала великолепна. Я горжусь ею как старший брат.

«Ехидна: Но со своей стороны она, похоже, не считает вас старшим братом».

Субару: Разве я не говорил тебе молчать, кроме тех случаев, когда ты мне нужна? Ведьма-сама быстро нарушает обещания.

Субару был поражен настойчивостью ведьмы и ее неумением сохранять тишину. Но, удрученно вздохнув, он обернулся и посмотрел на дверь, через которую скрылась Петра.

Субару: Я старший брат этой девушки, понимаешь? Таким образом, Петра - моя милая младшая сестра. Вот почему я сделаю эту девушку счастливой. ――Я обязательно сделаю это.

«Ехидна: Осчастливишь ее, говоришь…? Эти слова могут стать чем-то ужасным».

Уловив серьезную интонацию в голосе Субару, ведьма промолвила это безо всяких усмешек. Не обращая внимания на слова Ехидны, Субару вышел из комнаты. В коридоре особняка стало довольно холодно. То было предзнаменованием грядущего утра. Дрожа, Субару вышел.

――Его ежедневные дела вот-вот начнутся.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Несколько месяцев назад каждое утро в особняке Розвааля начиналось с яростного боя, который можно было даже назвать настоящей «Резней». Хотя слово «Резня» могло показаться весьма неожиданным, так как участниками боя были всего 2 человека.

Тем не менее, что касается Субару, который был свидетелем этого, обмены ударами были достаточно жестокими, чтобы при описании этого события использовать слово «резня». Не было никаких сомнений в том, что один из сражающихся дрался насмерть.

Разницу в силе было легко заметить любому, кто видел бой. Очевидно, что, в связи с этим они будут продолжать и продолжать свои опасные занятия изо дня в день.

???: РХХХХХХАААААРРРРРГХ !!

Неистовый вой послышался одновременно со звонким хлопком, из-за которого часть лужайки была начисто сметена. Глубоко погружая ноги в землю, золотой силуэт стремительным движением рванулся вперед, его звериные когти устремились прямо к фигуре противника.

Это был удар, который мог разорвать толстую стальную пластину, удар, который мог превратить человеческое тело в мясной фарш ... Когти зверя провели множество яростных атак, пытаясь настигнуть свою жертву и не дать ей убежать. Тем не менее,

???: Мне очень жаль, но разрыв слишком велик.

???: ГХХА―!?

Второй силуэт легко избежал череду смертельных атак, исходящих от когтей зверя, после чего нанес один точный удар ногой.

Получив этот удар, зверь вскрикнул от боли, тело же его выгнулось дугой.

???: ГХХФГХК―!?

«Или вернее говоря, того, чего ты ожидал, не случилось».

Тело зверя, которое отлетело высоко в небо, было перехвачено, и снова тем же ударом ноги отправлено вниз. Сила удара была настолько высока, что зверь, когда врезался в землю, оставил после себя аккуратную круглую воронку. Когда пыль осела, он остался лежать совершенно безмолвно.

???: Вы хотите продолжить?

???: Аргх..

Победитель спросил его, хочет ли он продолжить, и проигравший застонал. В этом вопросе не было ни сарказма, ни цинизма; это были слова, сказанные лишь в отношении битвы. Вот почему эти слова глубоко ранили дух проигравшего.

Субару: Ты, наверное, даже не осознаешь, но твои слова унизительны. Оставь свою самурайскую жалость.

Вступая на сцену, где победитель и проигравший уже были определены, Субару сказал это, одновременно почесывая затылок. После этих слов, лицо молодого человека, который смотрел на своего распростертого оппонента, озарила улыбка.

Молодой человек с волосами цвета красного пламени посмотрел на Субару и поднял в его сторону руку.

???: «Здравствуйте, доброе утро, Субару. Вы рано встали сегодня утром, да?

Субару: Не так рано, как вы двое. Тем не менее, тебе не скучно, и тебе не надоедает заниматься этим каждый день ... Тебе не нужно всегда вести себя так честно и прямолинейно, Райнхард.

Райнхард: Нет ничего плохого в его сильных амбициях. Кроме того, верно и то, что он становится все сильнее и сильнее с каждым днем. Не скоро ли наступит время, когда он меня догонит?

Субару: Он когда-нибудь сможет тебя догнать? Мне сложно это представить.

Слова Райнхарда не создавали ощущения, что они были шуткой или проявлением смирения. Прищурив глаз, Субару посмотрел на фигуру, которая все еще лежала на земле.

Там от боли корчился мальчик с короткими золотистыми волосами. Хрипя, он все еще был не на том уровне, на котором он мог бы вести бой, но все же боевой дух, который был виден в его зеленых глазах, совсем не дрогнул.

Тело мальчика не слушалось его и все, что он мог сделать, это разочарованно стискивать зубы. Сдерживая чувство горечи, Субару протянул руку этому мальчику.

Субару: Эй, ты можешь встать, Гарфил. Не сдавайся. Ты…

Гарфил: ... Не трогай меня. "Мне не нужна твоя гребанная рука, чтобы встать".

Не обращая внимания на протянутую к нему руку, светловолосый мальчик Гарфил обнажил клыки. Боль пронизывала все его существо, дыхание было сбивчивым. К счастью, Субару был достаточно зрел, чтобы закрыть глаза на эту показную удаль.

Слегка качнув рукой, Субару посмотрел на Гарфила, который поднялся на ноги.

Субару: Ну, в таком случае, действуй, как считаешь нужным. Но перед завтраком обязательно прими ванну и постарайся вымыть из себя весь пот и грязь. В противном случае Рам будет недовольна.

Гарфил: … "Знаю, не нужно все это говорить мне ".

Покачав головой в ответ на предложение Субару, Гарфил сердито нахмурился и встал. Его колени все еще дрожали, но не так сильно, чтобы он не мог ходить. Придя в себя благодаря своей паранормальной стойкости, Гарфил впился взглядом в Райнхарда, который стоял так же невозмутимо, как и всегда.

Гарфиэль: В ближайшее время я тебя побью.

Райнхард: Я с нетерпением этого жду.

В словах Райнхарда не было и намека на ложь. В ответ на это Гарфил лишь раздраженно фыркнул, после чего поплелся прочь и, проходя мимо Субару, мимолетно взглянул в его сторону.

Гарфил: Хммм.

Раздраженно морщась, он медленно ковылял в сторону особняка. С ухмылкой на лице Субару смотрел, как тот уходит; Субару покачал головой.

Гарфил, должно быть, чувствует себя очень обиженным, так как я задел его гордость. Тем не менее, горечь его должна сойти с него вместе с грязью и потом. Он находится сейчас в сложном возрасте.

Субару: Этот мальчик…, извини, что оставил его тебе. Ты, должно быть, тоже устал, смело иди умываться ... Но имей в виду, посетить сейчас ванну, где умывается Гарфил, было бы проблематично.

Райнхард: Верно, ему было бы тяжело. К счастью, я не так много прыгал, чтобы вспотеть, поэтому я воздержусь. Было бы стыдно выставить грязного Гарфиэля перед Рам-сан.

Посмотрев на уходящего Гарфила, Райнхард улыбнулся Субару. Как Субару и думал, на «Святом Мече» нельзя было заметить последствий утреннего спарринга. Райнхард имел дело с ребенком, Гарфилом, который бросил ему вызов в состоянии «гнева». Он был вполне способен убить Гарфила, если бы захотел. Райхард изобразил беспечное лицо, притоптывая ногами ту часть лужайки, на которую упал его оппонент. Каким-то образом трава вернулась в свое первоначальное непримятое состояние.

Было ли это одним из бесчисленных Божественных заклинаний, которыми он обладал? Мысль о нем как о враге все больше и больше вызывала мурашки по коже.

Святой Меч Райнхард Ван Астрея.

Там, где он теперь находился, был лагерь, поддерживающий Эмилию в качестве кандидата в королевы. Вскоре после того, как начался Королевский отбор, «Святой Меч» стал рыцарем у Фельт. Из-за своего положения в обществе, она была главным противником на выборах, но…

Субару: «Если бы Фельт вернулась, мы бы однажды стали врагами, мысль об этом вызывает дрожь.

Райнхард: …

Субару: Что случилось?

Райнхард: Нет, ничего, я понимаю вашу озабоченность, но осмелюсь сказать, что я не смогу снова стать рыцарем Фельт-Самы. Эта дама посчитала меня недостойным. Если бы это было не так, она бы не выкинула меня из своей жизни, чтобы после скрыться в неизвестном направлении.

Райнхард покачал головой. Закрыв глаза, Субару глубоко вздохнул.

Уже прошел почти год с тех пор, как хозяйка Райнхарда, одна из кандидатов на королевские выборы, Фельт, бесследно исчезла.

Фельт покинула Дом Астреи, взяв с собой только старика, которого она считала своей семьей, и сбежала с Королевских Выборов. Тем самым она отвергла «Святого Меча», поклявшегося ей в верности.

То были слухи, циркулирующие по стране, и они почти полностью соответствовали реальности.

Фактически, Райнхард ничего не слышал от Фельт до того, как его выгнали с королевских выборов. Тот факт, что хозяйка, которой он поклялся в своей верности, исчезла ничего не сказав, вызвал огромное чувство беспомощности у «Святого Меча».

Субару решил протянуть руку помощи и взял Райнхарда в новый лагерь. С запятнанной совестью и чувством огромной ответственности Райнхард принял отчаянную мольбу Субару и предложил свой меч Эмилии как своему новому королю.

И с тех пор «Святой Меч» стал мечом лагеря Эмилии. Он играл большую роль в Королевских выборах. Как потомок «Святого Меча», который запечатал «Ведьму зависти», он присоединился, чтобы поддержать столь презираемую Эмилию, полу-Ведьму. Последствия этого поступка были даже больше, чем он сам предполагал.

Кроме того, присутствие Райнхарда помогло не только в выборах королевы. Находясь в том же лагере, что и Гарфил, Райнхард помогал усмирять его пыл.

Субару: Я не могу ходить с высоко поднятой головой перед тобой и Рам. Не могу даже представить, сколько раз Гарфил бы меня сокрушил.

Райнхард: Все не совсем так. Действительно, на первый взгляд Гарфил суров, что на самом деле указывает на то, что он признает вашу силу. Но ваша сила не та, которую он может понять. Гарфил не может смириться с тем, что его разум не способен осознать некоторые вещи.

Субару: Ну, никому не понравится, когда его сбивают с толку такое количество дешевых фокусов. Хоя другого выхода не было, так что я не то, чтобы останавливался на достигнутом или сожалел о чем-либо.]

Пожав плечами, Субару вспомнил события, которые произошли в «Святилище». В «Святилище» побег жителей был невозможен из-за преграды, которая пересекалась с кладбищем. Ко всему прочему ситуацию осложнило появление «Великого кролика». Чтобы преодолеть эти проблемы, Субару пришлось использовать множество уловок.

Можно сказать, что тем, кто больше всего боялся освобождения из Святилища, был Гарфил, и что именно он сделал все возможное, чтобы остановить Субару, в то время как Эмилия и другие были напротив, теми, кто содействовал.

Именно это стало причиной контракта между Субару и Ехидной. Субару решил воспользоваться помощью ведьмы и повторил свое «Возвращение через смерть» невообразимое количество раз, и прошел через все возможные причины и следствия в «Святилище».

В конце концов Субару смог взять под свой контроль действия всех, кто оставался в Святилище. Изолировав Гарфила, он не позволил ему принимать участие в событиях.

Он преодолел «Испытания» Святилища и преодолел барьер. Одновременно с этим Розвааль сделал необходимые приготовления касательно Льюиса и возглавил эвакуацию. Жители были освобождены до того, как «Великий кролик» настиг «Святилище». Гарфил изо всех сил пытался всех задержать, но его усилия были напрасны.

В конце концов, после того, как все закончилось, Гарфил понял, что в действительности случилось. Даже когда он знал, что уже слишком поздно, чтобы мешать эвакуации жителей, Гарфил все еще пытался сопротивляться.

В конце концов «Святилище» подверглось нападению «Великого кролика», и молодой человек скорее всего бы умер, если бы не был спасен Субару и Розваалем.

Проблемы, которые угнетали его молодое сердце в течение более десяти лет были мгновенно решены посторонними. Внутренняя сила Гарфила была в значительной мере оскорблена.

После этого его депрессия переросла в ярость, и было вполне естественно, что он начал ненавидеть Субару. Без уговоров Рам и ее старшей сестры Фредерики, Гарфил, возможно, не стал бы присоединяться к лагерю Эмилии. Новичок Райнхард стал также источником гнева для Гарфила.

В конце концов, вероятно, это была его собственная нехватка сил, с которой Гарфил не мог смириться больше всего. Поставив себе цель стать таким же сильным как «Святой Меч», понемногу, в Гарфиле стали зарождаться признаки перемен.

Идя по этой дороге, возможно, он придет к ответу, который не смог получить в «Святилище».

Субару: Я был бы счастлив, если бы он был немного более открытым со мной.

Райнхард: Однажды он поймет ваши чувства. Нет нужды проявлять нетерпение.

Райнхард покачал головой в ответ на нерешительные слова Субару. Секунду спустя, рыжеволосый рыцарь перевел взгляд на особняк.

Райнхард: Я хочу, чтобы ты оставил Гарфила мне ненадолго. … Это в случае, если вы все еще чего-то ожидаете от меня, от того, кто даже не смог заслужить доверие Фельт-сама.

Субару: Не будь таким жалким. Я не думаю, что есть кто-то, кто в тебя не верит. Да, у меня есть на тебя планы.

Райнхард: Хорошо. В таком случае, следует делать именно то, что от тебя ждут ... Это долг лучших рыцарей.

И только в последних своих словах Райнхард проявил хоть какие-то эмоции.

«Лучший рыцарь», этот титул, который разрешен только в отношениях господина и слуги. Райнхард не смог стать таким рыцарем у Фельт.

Но, несмотря на это, он не хотел становиться «Лучшим Рыцарем» Субару.

Райнхард: Ладно, увидимся позже.

Не проявляя никаких эмоций, Райнхард хлопнул Субару по плечу и ушел из сада. На покинутом поле битвы не было совершенно никаких следов.

Стоя на лужайке, которая снова приобрела свой обычный вид, Субару удостоверился, что Райнхард действительно покинул сад, после чего глубоко вздохнул.

Субару: Я оставил Гарфила… тебе, да.

«Ехидна: Какая умелая актерская игра. Ты становишься все более эмоционально устойчивым».

Субару: …

И вот снова Субару услышал голос ведьмы, нарушившей свое обещание. Он ничего не ответил. Воспринимая его молчание как подтверждение, Ехидна передавала мысли из хрустального камня,

«Ехидна: Сочувствовать Гарфилу - ваша прерогатива. Но давайте обсудим то, что произошло в «Святилище». Осуществляя действия из раза в раз, вы нашли оптимальное решение. Уберечь от боли, от смерти ... и, наконец, спасти всем жизнь. Так? "

Субару: Я знаю. Я поэтому ничего и не сказал.

«Ехидна: Сбрось с себя груз вины. Изначально эта девушка ... Фельт, совершенно не интересовалась выборами. Вы в конечном итоге указали ей дорогу, по которой она может без проблем сбежать. Теперь она мирно живет с тем старым гигантом в Карараги.

Субару: …

Ехидна самым осторожным образом старалась одобрить выбор Нацуки Субару, тем самым уменьшив его душевные муки.

Застой Гарфила, страдания Райнхарда - все это было результатом выбора Субару. Ситуация с Гарфилом не вызывала противоречий. Это было необходимой ценой для решения проблем в «Святилище» без жертв. Но ситуация с Райнхардом была иной.

Это был заговор Нацуки Субару, чтобы полностью отделить Райнхарда от своей хозяйки. Он не смог бы избежать обвинений и презрения, если бы вскрылась правда. Но даже в этом случае ――

«Ехидна: Чтобы противостоять Культу Ведьм, который избрал своей целью Эмилию, вам нужна реальная сила. Одной удачи недостаточно. В любом случае, вы сделали правильный выбор».

Субару: Хватит!

«Ехидна: Успешное спасение Пристеллы было возможно только благодаря правильно сделанному выбору. Встретясь лицом к лицу со всем тем ужасом, который охватил Уотергейт-Сити, каковы бы были ваши шансы на победу без Райнхарда? »

Субару: ….

«Ехидна: Конечно, если вы сосредоточили там всю свою мощь, вы могли бы справиться каким-то другим способом. Однако вы победили архиепископа без жертв именно потому, что у вас был в распоряжении Райнхард».

Эти слова Ехидна повторяла снова и снова, но старания ее производили противоположный эффект. Желая оправдать поступки Субару, Ехидна невольно наносила ему глубокие раны. У нее не было цели ранить Субару, но ее подход производил обратное впечатление. Ведьма осуждала его обман.

Не важно, сколько бы раз она это ни повторяла, этого всегда было недостаточно.

У него крайне недоставало сил. У него никогда не было достаточно сил, что справиться с собственными эмоциями при «Возвращении через смерть».

В этом мире было отчаяние, которое нельзя было преодолеть лишь воспоминаниями и переживаниями о будущем. Тем не менее, возможно, трудности можно было бы преодолеть, если бы он решился взять на себя обязательство. Субару сожалел, что не может быть ни достаточно сильным, ни достаточно слабым, чтобы избегать жертв.

Было бы бессмысленно закрывать глаза на человеческие жертвы, принимать соболезнования или допускать компромиссы. Если он перестанет рисковать своей жизнью, помощь ведьмы потеряет смысл.

Поэтому он делал все, что мог, чтобы получить необходимую мощь и силу. В результате на его сторону встал сильнейший меч, Райнхард ван Астрея.

Когда дело дошло до выхода Фельт из Королевских выборов… Невозможно описать все его попытки и ошибки, которые он повторял из раза в раз, чтобы осуществить задумку.

При вражде с Райнхардом десяти и даже двадцати смертей от его меча было недостаточно. Тем не менее, в конце концов, Субару удалось помочь сбежать Фельт без жертв с чьей-либо стороны. Только такой исход мог спасти Нацуки Субару.

Не имело значения, сколько раз его сердце будет ранено, главное, чтобы он мог спасти их жизни――

Субару: Есть жизнь, если есть жизнь, есть будущее, если есть будущее, есть надежда, если есть надежда, тогда есть возможности. Если есть возможности, то..

«Ехидна: Тогда люди будут спасены. Вы правы. Вы не ошиблись. Ручаюсь.

Субару: Мне ведь не особо нужны твои гарантии…

Субару высказал свои самые волнующие мысли, для чтобы почувствовать себя хоть чуточку лучше. Ведьма уловила это настроение и успокоила Субару.

Жизнь была жизнью.

Если бы он был жив, он мог бы начать все сначала. У него были возможности. Это давало надежду.

――Даже если те, кого я хочу спасти, плачут, я все равно хочу их спасти.

Это было спасение, которое Субару решил получить, взяв ведьму за руку.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Придя в себя благодаря разговору с ведьмой, Субару покинул двор. Просмотр утренней зарядки Райнхарда и Гарфила на самом деле не имел никакого отношения к распорядку дня Субару. Он просто случайно прошел мимо места происшествия, и у него не было выбора, кроме как поздороваться с ними. Обычный распорядок дня Субару начался в библиотеке особняка.

Субару: Привет, Беатрис. Извини за вторжение.

В глубине восточной части особняка находилась аккуратная библиотека. Когда толкаешь одну из тяжелых двустворчатых дверей, первое, что ощущается, это устойчивый запах бумаги. В тусклом свете магического кристалла узкие полки были заполнены толстыми стопками тяжелых книг.

Можно сказать, что количество книг здесь не уступает тому собранию, что когда-то было в «Запретной библиотеке».

Даже зная, что это место не было «Запретной библиотекой», которую ей следовало охранять, маленькая девочка все равно оставалась на своем месте.

Беатрис: ….

В глубине темной комнаты в углу библиотеки виднелся силуэт молодой девушки, которая прижала колени к груди. Как только Субару вошел в комнату, он сразу же обратил внимание на то, как она сидела. Воспоминание о ее позе, страдание, которое невольно ощущаешь, как только входишь в комнату, все это никогда не исчезнет, все это ​​продолжает пылать и разъедать сердце Субару изнутри.

Беатрис, одетая все в то же самое платье, прижимала лоб к коленям. Находясь в таком положении, она не шевельнулась, не отреагировала и даже ничего не сказала Субару, когда тот вошел в комнату.

Но она не спала. Она с такой силой сжимала кулаки, что те аж побелели.

Сморщившись от вида, Субару быстро моргнул несколько раз, чтобы сдержать внезапно нахлынувшие эмоции. Затем, изобразив до смешного оживленную улыбку, он распахнул занавески библиотеки.

В отличие от запретной библиотеки, комната существовала физически. Естественно, поскольку было окно, дверь не могла служить преградой для предотвращения проникновения. Следовательно--

Субару: Привет, Беко. Сегодня прекрасное утро и замечательная погода. Тебе не обязательно прятаться в этой затхлой старой комнате; не хочешь поиграть на улице?

Беатрис: ….

Субару: Если ты боишься испачкать платье, то давай по крайней мере поедим вместе со всеми. Приходи в столовую, как раньше.

Беатрис: ……

Шторы библиотеки были распахнуты настежь, и в комнату проникал солнечный свет. Подобно яркому солнечному свету, Беатрис хранила молчание. У Субару складывалось ощущение, что девочка будто бы наказывала себя.

Субару: Привет, Беко….

Беатрис: ... Просто заткнись, черт возьми.

Субару: …….

Беатрис ответила довольно громко, когда Субару попытался приблизиться к ней.

Ее голос стал хриплым, но несмотря на это, когда Субару слышал его, он чувствовал облегчение. В последнее время ему не часто выпадал случай услышать речь Беатрис.

Когда она была в депрессии, иногда проходило довольно много дней, прежде чем удавалось вытянуть из девочки хотя бы слово. Субару радовался, даже когда получал однозначный или рассерженный ответ.

Беатрис продолжила, не поднимая лица.

Беатрис: Бетти устала. Наверное, я уже сдалась. Я пошла против наставлений матери ... Я нарушила контракт ... и, несмотря на это, я все еще жива ... Почему?

Субару: Беатрис…

Беатрис: Если бы ты только бросил меня тогда ... Почему ты пришел мне на помощь? Ясно, что ты не ... ты не Они!

Это обида, которая никогда не исчезнет, ​​боль, которая никогда не станет слабее.

Все свои четыреста лет Беатрис хранила эти эмоции в себе, сознание ее было раздавлено и преисполнено ненавистью.

Дух, находившийся в Запретной библиотеке, всю свою жизнь потратил на выполнение уготованной ему миссии, и в сердце ее не было места для надежды.

Из-за своей вечной жизни девочка лишилась надежды и все, что у нее оставалось – это время, в котором больше не было никакого смысла.

Когда Запретная библиотека сгорела вместе с особняком, место, в котором ей было предначертано остаться, было потеряно навсегда.

Но даже после всего произошедшего Беатрис не забыла о своем предначертании. Она несла в себе жестокую ношу, а сердце ее было изрезано ранами.

Вот почему после того, как библиотека сгорела, единственное что могла делать несчастная девочка, это сидеть в углу и рыдать от беспомощности.

Но все равно--

Беатрис: Ох! Уходи! Отпусти меня! Не трогай Бетти… этч!

Медленно приблизившись к девочке, Субару приобнял ее. Вскрикнув от негодования, Беатрис даже не попыталась скрыть свою злость и отвращение к Субару. Она принялась ожесточенно царапать его шею. Капли крови падали на деревянный пол библиотеки, но Субару как будто не замечал этого, продолжая прижимать к себе Беатрис.

Он обнял девочку, пытаясь унять ее дрожь. Но, возможно, таким образом, он старался в первую очередь утешить себя самого.

Беатрис: Почему ты снова пришел ко мне…! Ты такой ... ты такой ...!

Субару: Я буду приходить снова и снова, сколько бы раз ты не изливала на меня свой гнев. Все в порядке. Даже если кажется, что огонь сожаления, терзающий тебя, не слабеет, если ты продолжишь выплескивать на меня свои эмоции, все образумится.

Беатрис: Вся эта боль, сожаление…ничего не исчезнет! Бетти, вот кто исчезнет!

Субару: Я так рад, что ты жива. Я всегда с нетерпением буду ждать того момента, когда ты снова будешь хмуриться и злиться рядом со мной. ―― Надежда все еще живет во мне.

Беатрис: ――хк

Постепенно, после того как все слова уже были сказаны, сопротивление Беатрис стало постепенно угасать. Она принялась плакать, но, к счастью, лишь телом, а не духом. Это был знак того, что они больше не могут продолжать разговор.

―― Раз в две недели Субару и Беатрис проводили таким образом время, обмениваясь болью и сокровенными мыслями.

После того как Субару отпустил Беатрис, она снова уткнулась лбом в колени. После этого было бы уже бессмысленно что-либо говорить. Слова Субару все еще не могли открыть дверь в ее упрямое сердце.

Тем не менее, если он будет неустанно стучаться в эти двери, может быть, однажды они откроются. ―― Сама мысль об этом вселяла надежду.

Субару:… Интересно, стоит ли мне сказать ей, что я это Они, пусть это и было бы обманом.

Выйдя из библиотеки и оставив Беатрис позади, Субару подумал об этом, прижавшись спиной к двери.

Беатрис была сломлена, она из последних сил цеплялась за надежду, что Субару — это «Они», те, о которых шла речь во время нападения на особняк. Она была готова к завершению своей почти бесконечной миссии, но что ее хрупкие надежды, что отрешенное смирение, все было разбито вдребезги.

Сможет ли Субару солгать ей, той, что жаждала «Их» визита в течение 400 лет о том, что он, это и есть «Они»? Можно ли было бы после этого утверждать, что ее сердце будет находиться под надежной защитой и не сгорит, подобно Запретной библиотеке?

«Ехидна: То, что Запретная библиотека была утеряна навсегда, больше не изменить. Принять такую безвозвратную потерю всех знаний мне довольно тяжело, но ничего не поделаешь. Однако для тебя намного важнее тот факт, что жизнь Беатрис была спасена.»

Субару: Твое высказывание неуместно. Ты не имеешь права такое говорить.

Ехидна, все еще находясь в мире снов, в свойственной ей манере возражала Субару, который лишь слегка упомянул о своем сожалении.

Но разве не Ехидна доверила Беатрисе Запретную библиотеку и обрекла ее на 400 лет одиночества?

В результате того, что ведьма возложила на нее эту обязанность, сердце Беатрисы постепенно рассыпалось на куски. И несмотря на это――

Субару: Если бы ты не сказала ей ждать «Их»…!

«Ехидна: Подожди секунду. У меня на то были свои причины. Конечно, я и в правду ответственна за почти вечное одиночество Беатрис. Но я не хотела делать этого ребенка несчастным. Надеюсь, ты меня понимаешь.

Субару: Гхг…

Услышав ответ ведьмы, Субару вскипел от гнева. Тяжело было признавать, но в словах Ехидны не было противоречий.

Субару:… В конце концов, кем были “Они” ?

«Ехидна: К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Поскольку Запретная библиотека утеряна, обсуждать что-либо связанное с ней бессмысленно. Даже если бы мы узнали, кто это, он бы об этом больше не знал».

Субару: Хм ... так это мужчина?

«Ехидна: «Неужели я взболтнула лишнего? Нет больше никаких способов, которые могли бы найти его. Но даже если бы ты нашел его, что бы ты сделал? Позволил Беатрис их увидеть? Или ты собираешься наказать их? Тогда ответь на вопрос, какое преступление они нарушили? Обеспокоенная сторона, очевидно, не знала бы обо всем этом. За преступление, которого не было, не наказывают. Ко всему прочему, у тебя не так много свободного времени.

Логика Ехидны была настолько безупречной, что Субару от удивления даже прищелкнул языком.

На самом деле, все, что сказала Ведьма, было, скорее всего, верно. Он не смог найти никаких противоречий. У Субару не было на это времени.

«Ехидна: Беатрис действительно прожила то время с болью в душе. Но это не значит, что будущее будет таким же, и нет даже намека на то, что нам следовало бы так думать. Как неожиданно, все именно так, как ты сказал.

Субару: …

«Ехидна: Даже если прямо сейчас она преисполнена печали, настанет день, когда этот ребенок будет освобожден. Когда-нибудь эту девочку примут. Возможно, вы сами, а может быть кто-то еще. Это игра, которую предлагает сама жизнь».

Это была софистика.

Но она, без сомнения, тоже являлась надеждой.

Все это выглядело как очередные заверения со стороны Ехидны, но если та возможность, о которой говорила ведьма действительно имела место быть, то у Субару не было другого выбора кроме как верить ей.

Из всего этого следовало, что Субару не мог отрицать слова ведьмы, с которой заключил контракт. Он мог только цепляться за нее, полагаться на нее. Единственным напоминанием о грехах Субару было ее постоянное присутствие.

Субару: Прямо как параллельные линии.

Ехидна: Ах, и в правду, как параллельные линии.

В конце концов, закончив разговаривать, Субару и Ехидна воочию узрели свои собственные грехи. Они возложили надежду на будущее, ожидая наступления следующего дня.

Не имело значения, сколько раз он пытался, Субару все время приходил к одному и тому же исходу. Он вытащил Беатрис из горящего особняка против ее воли. Даже несмотря на то, что она потеряла свою библиотеку, даже несмотря на то, что она плакала изо дня в день, он все еще хотел, чтобы Беатрис жила.

Даже после многочисленных попыток Субару так и не нашел способ спасти Беатрис, не позволив при этом никому умереть.

Я спас их, я спас их.

И сегодня он сделал эти слова своей мотивацией жить; он хотел, чтобы надежда не угасала.

Глава 5

???: Боооооооже мооой! Не Субару-сама ли этооо! Вы приехали в гости к Беатрис?

Субару: ………………

Идя по коридору, Субару внезапно услышал голос позади себя. Он сразу понял, кому он принадлежит и расстроился от того, что остановился, ведь теперь придется разговаривать. Неохотно обернувшись, Субару увидел прямо перед собой человека.

Субару: Это ты, Розвааль?

Розвааль: Ммм. Конечно, это я. Доброе утро. Как Беатрис сегодня?

Субару: ... Давно она не обращалась со мной так надменно. Что ж, с этого момента ждем положительных сдвигов.

Розвааль: Понятно. … По всей видимости, тебя немного поколотили?

Розвааль сузил разноцветные глаза, когда слушал удрученный ответ Субару. Он смотрел на его лицо и шею. На них были царапины, которые Беатрис оставила ногтями.

Розвааль: К сожалению, я никогда не умел лечить травмы. Те, кто могут использовать Исцеляющую Магию, это... Беатрис, Гарфиэль и Госпожа Эмилия

Субару: Было бы немного сложно попросить об этом у первых двух. Я мог бы спросить Эмилию ... мне нужно над этим подумать.

Розвааль: Если вы попросите ее, я уверен, что она обязательно вылечит вас. Или, быть может, вы чувствуете некоторое удовольствие от боли?

Субару: …

Учитывая спокойный характер Субару, каждое слово Розвааль ощущалось как укол чем-то острым; Субару прищурился, на что Розвааль лишь забавно пожал плечами. Розвааль, как и всегда, выглядел довольно необычно, однако в этот раз что-то в нем принципиально изменилось. Он посмотрел на Субару. В глазах Розвааля читалось уважение. Он осознавал ту пользу, которую приносит Субару.

Розвааль: Прошу вас не переживайте. Если вы посвятите проблеме Беатрис достаточно времени, вы сможете найти оптимальное решение. Если вы действительно хотите спасти ее, то рано или поздно вы обязательно найдете выход. Вам совершенно не о чем волноваться.

Субару: Проще сказать, чем сделать. Простого пути нет.

Розвааль: Вы преуменьшаете свои собственные возможности. Ко всему прочему, я не говорил, что будет легко, правда ведь? Единственное, что я хотел сказать, что это незначительная ситуация с Беатрис не омрачает все, чего вы достигли до этого момента.

Уважительно поклонившись, Розвааль отдал должное заслугам Субару. Фактически, только Ехидна, у которой с Субару был контракт, знала об его способности «Возвращаться через смерть». Розвааль же в свою очередь воспринимал силу Субару как нечто похожее на дар «Начинания». Поскольку у Ехидны не было реальной власти в обычном мире, не будет преувеличением сказать, что Розвааль ценил Субару больше всего на свете.

Розвааль: В Королевской столице, в моем особняке, а потом снова в Королевской столице. Позднее в «Святилище», а также в Пристелле. ―― Вы прошли через все это и не получили ни царапинки. Бесспорно, вы сделали много добрых дел. Придет день, когда вы исполните мое заветное желание, и я сделаю все возможное, чтобы поддержать вас. Помните об этом, пожалуйста.

Субару: Вижу, ты настроен очень оптимистично. … Но не будь так наивен, я не в твоей власти.

Розвааль: Но тебе нужна кровь дракона. Без него эта девушка… Рем, никогда не проснется. Если вы понимаете это, то понимаете и то, что Эмилия-сама должна стать королевой, не правда ли?

Субару посмотрел на Розвааля пронзительным, леденящим взглядом. В силу того, что их взаимоотношения складывались в довольно неспокойной обстановке, они оба знали слабые места друг друга, а также в какую из точек, в случае чего, следует надавить. Розвааль достигнет своей цели, используя способность Субару «Возвращаться через смерть». И хотя Субару знал об намерениях Розвааля, у него не было другого выбора, кроме как помогать ему, если он действительно желал пробудить Рем.

Розвааль: Я предлагаю вам выгодную сделку. Наши мечты станут реальностью. Но для этого мы должны действовать вместе. Все просто. Субару: ….

Розвааль: Я должен приносить пользу. Я 400 лет ждал подходящего момента. Твоя сила тоже должна быть направлена в нужное русло… не так ли?

Субару никак не мог возразить. Он пришел к такому же выводу еще в «Святилище», когда узнал о предательстве Розвааля. Не важно какую цель ставил перед собой Субару, справиться ли с надвигающимися бедами или же привести к власти Эмилию, присутствие Розвааля было совершенно необходимо. Даже если он просто планировал использовать Субару, чтобы осуществить собственные желания.

Субару: Если бы ты был честен в своих истинных намерениях и сказал мне, что тебе действительно нужно, я бы так не упрямился, я бы, возможно, даже захотел помочь.

Розвааль: Боюсь, это невозможно. Вы упустили свой шанс. Стараясь не звучать слишком резко, Розвааль ответил отказом, на что Субару лишь широко раскрыл глаза.

Розвааль: Знание о моих планах было бы катастрофой, вы должны иметь лишь одну приоритетную задачу. Любые препятствия, сложности, все будет оценено, и не так важно, что будет отброшено. Если мы пойдем по этой дороге, наши старания потеряют смысл. Все решения приняты, ты стал моим козырем.

Субару: ….

Розвааль: Разве это не чудесно? Я осуществлю свои планы, вы позаботитесь о своих. Если это невозможно даже, когда мы работаем вместе, то это говорит лишь о том, что простого желания недостаточно.

Субару: … Ах, не уж то все и в правду так кристально чисто?

Безумная самоотдача — вот почему Розвааль поддерживал его. Зная об этом, Субару закончил разговор и, наконец, пошел прочь. Прежде чем уйти, Розвааль добавил:

Розвааль: Ах да. Прямо сейчас Рам будет в комнате у Рем. Так, на всякий случай.

Субару: ….

Не желая отвечать, Субару свернул за угол и скрылся от его проникающего взгляда.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Рам: Большое спасибо за то, что потрудились навестить мою одинокую сестру, Нацуки Субару-сама.

С тех пор, как было заключено соглашение в «Святилище», в особняке неизбежно произошли многочисленные изменения, среди которых самое большое, пожалуй, касалось Рам.

Когда Субару вошел в комнату, она почтительно поклонилась, настолько низко, что ее розовые волосы едва ли не коснулись ее ног.

Хотя она и была девушкой, которую можно было назвать самим высокомерием, после событий в «Святилище» она резко изменила свое отношение к Субару.

Субару: Мне кажется, я никогда не привыкну к твоему отношению

Рам: Простите меня, Субару-сама. Мне очень жаль, что я была так груба в прошлом. Невежество Рам причинили большие неудобства Нацуки Субару-сама. Но поскольку Розвааль-сама и Эмилия-сама приказали мне проявлять к Нацуки-сама высочайшее уважение, этого больше не повторится; будьте уверены

Не меняя выражения лица, Рам ответила Субару с достоинством, как и подобает горничной. В ее поведении не было ничего, что можно было бы интерпретировать как дружелюбие. Была стена ... Нет, если бы была стена, он бы смог перелезть через нее. Скорее, их как будто разделяло огромное пространство, сродни расстоянию между разными мирами.

Рам очень уважала Розвааля. Когда тот изменил свое отношение к Субару, ценность Субару для Рам также значительно выросла. В результате она теперь видела в Субару человека, которого стоит уважать.

Перестав обращать внимание на Рам, Субару прошел на середину комнаты. Причиной, по которой он пришел сюда, была девушка с голубыми волосами, мирно спавшая в своей постели.

Она лежала на спине и положение ее никак не изменилась за два года. Эту девушку звали Рем. Он когда-то поклялся освободить ее от оков сна, но даже сейчас он не был до конца уверен, что сможет выполнить свое обещание. Лишь время выполняло свои обязательства и неумолимо двигалось вперед.

Субару: Ее состояние так и не улучшилось?

Рам: Боюсь, что нет. Она все еще спит... Очень много проблем, у Рам нет времени уделять внимание своей младшей сестренке.

Субару: Не говори таких вещей. Рем поправится.

Рам: Простите, сэр, я поняла.

Рам кротко исполнила требование Субару. Не было ни недовольства, ни жалоб, ни облегчения, ни благодарности. Что касалось ее младшей сестры, Рам не испытывала к ней никаких чувств. Она признавала, что Рем была ее сестрой, но в глубине души ей, вероятно, не было до нее дела.

Ее сердце было предано лишь Розваалю. Вовлекая Рам в планы Розвааля и желая обуздать ее желания, Субару оказывал на Рам значительное воздействие.

Даже если Рем проснется, будет ли в сердце старшей сестры место для нее?

Субару: Ох. Рам, извини, но позволь мне побыть наедине с твоей сестрой.

Рам: … Как вам угодно. Пожалуйста, позовите меня, если вам что-нибудь понадобится.

Скрипнув зубами, Субару вдруг почувствовал испуг от того, что оказался с Рам в одной комнате. К счастью, она сразу же ушла, сделав ему только элегантный реверанс. Итак, в комнате остались только Субару и Рем.

Субару: …Рем.

Лежа на кровати, девушка дышала так, как будто видела не простые сны, а нечто особенное. То, что ее тело было теплое, а грудь плавно вздымалась в такт дыханию были единственными признаками того, что девушка была еще жива.

Все, что Субару мог сделать для Рем сейчас, — это взять ее за руку и проверить слабый пульс. Для него это было единственным утешением.

Субару: … Ехидна.

«Ехидна: Редко бывает, когда вы сами зовете меня».

Ехидна ответила на его зов, когда он сел на краешек кровати и нежно взял Рем за руку. Ведьма молча ждала, пока эмоции Субару немного приутихнут. Субару нарушил тишину лишь спустя 10 минут.

Субару: Ты мне говорила, что есть возможность пробудить Рем, так?

«Ехидна: Да. Вы могли бы спросить об этом архиепископа Чревоугодия, который как раз погрузил ее в сон. Но, вынуждена заметить, вероятность того, что он поможет довольна мала. Найти этих людей практически невозможно, и даже если вы их поймаете, найти способ выбить из них секреты еще сложнее ... Если бы у вас была сила и если бы вы нашли их, может быть, был бы шанс…»

Субару: Ах, верно. Все это так. Если мне удастся найти их, поймать и раскрыть их секреты, я смогу бросать им вызов снова и снова. Все это, чтобы пробудить Рем.

Их нигде не было. Архиепископ Чревоугодия, все эти гнусные богохульники нигде не появлялись. Даже когда архиепископы Гнева, Похоти и Жадности собрались в Уотергейт-Сити в Пристелле, архиепископ Чревоугодия не появился.

Почему, почему, почему, почему, почему, почему, почему?

Субару: Если выслеживать «Чревоугодие» бессмысленно, как насчет башни Мудреца? Если Мудрец Шаула знает все, тогда…

«Ехидна: Будучи ведьмой, считаю необходимым высказать свое мнение. Вы совершите глупое дело, если все-таки пойдете в Сторожевую башню Плеяд. «Мудрец» не тот, кем вы его себе представляете. Напротив, есть вероятность, что «Мудрец» не захочет вас видеть. Даже вам не стоит заглядывать туда и подвергать свою жизнь опасности, правда ведь?

Однажды ему отказали. Ему дважды отказали. Он не знал, что делать. Получить помощь от «Мудреца» было непросто. Архиепископа «Чревоугодия» нигде не было. «Ведьма жадности» вежливо отклонила предложение Субару. Что же ему теперь делать?

«Ехидна: Итак, у тебя нет другого выхода, кроме как заполучить кровь дракона»

Субару: Кровью дракона мы можем вернуть Рем к жизни.

«Ехидна: Я имею в виду Божественного Дракона. Используя его всемогущую силу, что находится в его крови, я думаю, ты сможешь освободить душу девушки ото сна. »

Слова Ехидны были не более чем предположением. Но это была убедительная догадка. Хотя ведьма говорила так, как будто сама не верит в то, что говорит, ее слова звучали довольно обнадеживающе. Понимая это, Субару видел в предложении Ехидны единственный шанс спасти Рем.

Кровь дракона считалась одним из сокровищ, которые «Божественный Дракон» Волканика даровал Королевству Лугуника. Это принесло в земли обильный урожай, избавило от всех болезней и позволило творить чудеса.

Эту кровь могли использовать люди только с самым высоким социальным статусом в королевстве. Другими словами, это были те, кто――

Субару: Кровь можно получить, если только она взойдет на трон.

«Ехидна: Конечно. Вот почему вы должны сделать ее ... вы обязательно должны сделать Эмилию королевой.

Субару: …….

«Ехидна: Поддержите Эмилию, поддержите ее и сделайте королевой. Когда у вас появится кровь дракона, у вас будет реальная возможность спасти Рем.

Слова Ехидны проникают в разум Субару, как яд. Он должен сделать Эмилию королевой, чтобы спасти Рем.

Это было важно. Поддержка Эмилии приведет к пробуждению Рем.

С делать Эмилию королевой, чтобы спасти Рем. В результате Рем будет спасена благодаря тому, что Субару сделал Эмилию королевой. Следовательно--

«Ехидна: Следовательно…»

Субару: Так, стоп. … Хватит испытывать на прочность мою решимость всякий раз, когда у тебя появляется такая возможность. Почему ты хочешь, чтобы я подчинялся Эмилии?

«Ехидна: Но это не было моим намерением»

Субару: Твои слова не звучат очень уж убедительно. Мы говорили про это уже много раз.

Ведьма часто проникало в его разум, подобно яду. Она хотела уменьшить ценность Эмилии в глазах Субару. Но это было то, с чем Субару не мог смириться.

Субару: Не мешай нам обоим своим эгоизмом. Неважно, что ты имеешь против Эмилии.

«Ехидна: Ты меня неправильно понял. Видимо, не имеет значения, что бы я ни говорила, ты не веришь мне. Мы прямо как параллельные линии.»

Субару: Лучше сказать, что мы никогда не соглашаемся друг с другом, прямо как эти самые линии.

Были вещи, от которых нельзя было отказаться во взаимоотношениях с Ехидной. Ведьма утверждала, что является другом Субару, и, одолжив Субару свою мудрость, она планировала пользоваться не только способностью Субару «Возвращаться через смерть», но и его образом жизни. Однако, из-за своего прямолинейного подхода, она не могла вонзить свои ядовитые клыки в Субару. Словом, сейчас они оба были в тупике.

Субару: Я возьму кровь дракона, сделав Эмилию королевой. Но это не то, на что я должен тратить все свое время, пока спасаю Рем. Становление Эмилии как королевы неотделимо от спасения Рем, поэтому мои первоначальные намерения не изменились. Не надо вводить никого в заблуждение.

«Ехидна: Господи. Как будто я жалуюсь, когда танцую под вашу дудку. Знаете, вам следует немного ослабить бдительность, иначе я не смогу сохранить лицо как ведьма. »

Субару: Ты играешь мягко. Или, скорее, ты по своей сути довольно мягкосердечна. Ты не подходишь для того, чтобы быть отъявленной злодейкой. Это меня спасает.

«Ехидна: Понятно. Буду иметь в виду».

Ехидна спокойно признала свое поражение. Даже если бы ведьма могла извлечь что-то полезное из полученного ею урока, она вряд ли сделала бы это. Есть вещи, которые не меняются.

Нацуки Субару всегда оставался самим собой, что бы с ним ни случилось.

«Ведьма жадности» Ехидна могла быть только «Ведьмой жадности» Ехидной.

Потому что все они имели в распоряжении только те карты, которые раздала им жизнь перед началом игры.

Субару: «Потерпи немного, Рем. Скоро, я пробужу тебя.

――И не важно сколько раз мне придется для этого умереть.

Его решимость не была преувеличением, он продолжал снова и снова жертвовать своей неугасаемой жизнью. И если это в конечном итоге приведет к пробуждению Рем, он не будет сожалеть.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Когда Субару проведал Беатрис и Рем, его распорядок дня уже подходил к концу.

Субару постучал в дверь комнаты, используя особую последовательность ударов. Спустя мгновение раздался стук изнутри. В ответ Субару еще раз постучал. На что с внутренней стороны двери раздалась новая череда постукиваний. Тук Тук Тук Тук.

???: Блин, сколько можно этим заниматься! Меня это уже бесит.

Тот, у которого кончалось терпение, находился в комнате. Дверь открылась изнутри, и перед глазами Субару предстала необыкновенно красивая девушка с аметистовыми глазами и серебряными волосами. Было ощущение что красота этой девушкой в буквальном смысле обволакивает все пространство вокруг.

Если бы в этот момент она надула щеки, она выглядела бы скорее нежной, нежели красивой. Внезапно Субару засмеялся.

Эмилия: Ах ты, ты над чем смеешься? Ой, Субару такой дурачок.

Субару: Дурачок… в наши дни никто больше не произносит это слово. Именно ты стала постукивать по двери в ответ. Я просто плыл по течению.

Эмилия: Хм, ну и ладно. В таком случае, я просто не впущу Субару в свою комнату.

Эмилия попыталась закрыть дверь. Ее раздражало, что Субару говорит сквозь смех. Увидев это, Субару испугался и просунул руку между дверью и...

Субару: Ааай!

Эмилия: А! Субару, ты в порядке!?

Эмилия подскочила от крика Субару, пальцы которого были зажаты дверью. Выскочив из комнаты, она поспешно схватила Субару за руку и,

Эмилия: * Ном ном ном *

Субару: Эээ, Эмилия-тян !? Это не слишком!?

Эмилия: Мммфнн, ммхмххмхппхномномномном

Что бы он ни говорил, Эмилия сейчас его не слышала. Ее мягкие губы обволакивали пальцы Субару. Субару чувствовал, как теплый и нежный язык Эмилии успокаивает боль в онемевших пальцах.

Крупная дрожь пробежала по спине Субару.

Эмилия: Ммм… Думаю, все будет хорошо. Субару, наверное, было больно ... Эй, ты почему покраснел?

Субару: Я не могу не вести себя как молодой подросток, или как бы это сказать… это было такое неожиданное развитие событий… ну, ну, я в порядке. Большое спасибо. Этого должно быть достаточно.

Эмилия: ――? Я не уверена, что поняла, что ты имел в виду, но видимо мне нужно использовать свою исцеляющую магию, да?

Эмилия была в замешательстве, когда Субару показал ей свои облизанные пальцы. Однако спустя мгновение она немедленно начала лечить Субару с помощью своей обычной магии. Магия полностью убрала боль, которая предварительно была ослаблена языком Эмилии.

После этого единственное, о чем оставалось подумать Субару это обо что вытереть слюнявые пальцы.

Субару: Я вытру их об себя ... Хотя, это будет довольно некрасиво…

Эмилия: Ах, прости. Я тебя обслюнявила. Ага, теперь все чисто.

Субару: Черт !? Это был выбор с ограничением по времени!?

Даже не заметив изумленного взгляда Субару, Эмилия с огромным удовольствием вытерла пальцы Субару носовым платком. После этого она неожиданно посмотрела на его шею.

Царапины Беатрис остались там же где и были. Эмилия заметила их своим цепким взглядом после чего нежно приложила к этим ранкам белые пальцы

Эмилия: Субару, это не выглядит хорошо. Что случилось?

Субару: Ааааа, это? Я зацепился за что-то по дороге сюда ...

Эмилия: Лжец.

Эмилия оборвала Субару, который пытался сгладить ситуацию, после чего широко раскрыла глаза, снова и снова лаская пальцами шею Субару. Так продолжалось некоторые время, потом она задала лишь один вопрос:

Эмилия: Это была Беатрис, не так ли?

Когда Эмилия произнесла это, было ощущение, что в ее голосе застыли все эмоции разом.

В одно мгновение из ее тела хлынуло огромное количество чистой белой силы. Эта сила одним махом пронеслась по коридору особняка, а кожа Субару в этот момент ощутила жгучий холод.

Воздух замерз настолько, что даже затрещал от холода, Субару в панике сказал:

Субару: Эмилия! Эмилия, успокойся! Все хорошо, все хорошо!

Эмилия: …..

Субару: Эмилия! Посмотри на меня!

Эмилия: ... Ааа

Он протянул руки и обнял дрожащее тело девушки. Он много раз выкрикивал имя Эмилии. Субару прижался к ней настолько близко, что его отражение было видно в аметистовых глазах девушки.

Когда Эмилия услышала его голос, она расфокусировала зрение, а из ее горла вырвался легкий стон.

В одно мгновение холодный воздух, разлившийся по всему верхнему этажу особняка, исчез. Все вернулось на круги своя.

Субару: Все это слишком опасно. Еще немного, и Райнхард бы вбежал...

Эмилия Я ... я ... н-сейчас ... а ...?

Субару: Все в порядке, все в порядке. Эмилия-тян - хорошая девочка, хорошая девочка, все в порядке.

Закатив глаза, Субару сел лицом к лицу с Эмилией, которая в это время сползла на пол. Когда она схватилась за голову, не имея сил осознать случившегося, Субару нежно погладил ее по спине, стараясь успокоить.

Постепенно дыхание Эмилии становилось все более ровным, к ней возвращалось ее привычное спокойствие. Спустя некоторое время она посмотрела в глаза Субару и робко сказала:

Эмилия: П-прости? Я ... снова вела себя странно ...

Субару: Все в порядке. Ты не можешь причинить никому неприятностей, все хорошо.

Эмилия: Д-да.

Эмилия радостно кивнула словам Субару. Субару продолжал обнимать ее до тех пор, она не успокоилась окончательно.

«Эмоциональная нестабильность Эмилии была связна с тем, что она не смогла преодолеть «Испытания» «Святилища».

В конце концов, он не знал, что она видела в Первом «Испытании», что именно она видела в прошлом, которое ей открылось. Тем не менее, какие бы воспоминания ни предстали перед ней, они разбили сердце Эмилии на кусочки и выпили из нее все силы. И поскольку она не смогла преодолеть испытания, Субару завершил их сам.

Но, время идет, вне зависимости от того, как долго она собирается оплакивать события прошлого. Лишь Субару не позволял ей оставаться в таком положении и из раза в раз протягивал ей свою руку.

Эмилия: Извини, Субару. Я все еще доставляю тебе проблемы…

Субару: Ничего страшного, это не проблема, все хорошо. Более того, все это позволяет мне чувствовать себя желанным гостем.

Эмилия:… хе-хе, ой, Субару. Ммм, спасибо. Мне теперь точно лучше.

Придя в себя, Эмилия несколько отодвинулась от Субару.

Субару: Черт побери. Мне хотелось бы чувствовать твое тепло еще немного.

Эмилия: Ты думаешь, тебе так будет лучше? Если Субару так говорит, я так и сделаю.

Субару: Нет, нет, нет, все в порядке. Я просто таким неловким образом стараюсь воодушевить тебя.

Эмилия: Хм, мне уже намного лучше, спасибо тебе Субару.

Субару: Хех, слава богу, я очень рад.

Субару успокоил Эмилию этим забавным разговором. Теперь на ее лице снова сияла улыбка. К счастью, она уже забыла о том, как разозлилась, когда увидела раны у него на шее.

«Ехидна: Терпеть не могу смотреть на это».

Субару: Заткнись.

Эмилия: А?

Субару: А, я не тебе Эмилия-тян. Извини, я разговаривал сам с собой.

Субару инстинктивно ответил на мысли Ехидны, удивив этим Эмилию. Естественно, мысли сквозь хрустальный камень доходили только до Субару. Презрение Ехидны, которая открыто выражала свою неприязнь к состоянию Эмилии, также достигли только Субару.

Эмилия: Может, мне лучше заткнуться? Если Субару хочет этого, я сделаю все возможное, чтобы молчать…

Субару: Нет! Ничего страшного, мы можем болтать сколько угодно, ладно? Ничего страшного не случится, если мы поговорим.

Эмилия:… Правда?

Аметистовые глаза Эмилии наполнились слезами. И когда Субару кивнул, Эмилия вздохнула с облегчением, снова взяв Субару за руку.

Эмилия: Тогда скажи мне Субару. ――Что мне делать сегодня?

Субару: …….

Эмилия: Вчера я закончила учебу, как ты мне и сказал. Если Субару что-то говорит, я, несомненно, это сделаю. Итак, ты можешь сказать мне, что мне сделать сегодня?

Эмилия безропотно выполняла в точности все, что ей говорил сделать Субару, она считала, что он не способен совершить ошибку и полностью ему доверяла.

Субару изо всех сил старался сохранить на себе фальшивую улыбку, хотя она так и норовила слететь, когда Эмилия произнесла свои последние слова. Многочисленные тренировки перед зеркалом приносили свои плоды, мимика Субару выглядела очень естественно. Благодаря этому Эмилия ничего не подозревала; она просто ждала ответа Субару, смотря на него своими ярко сияющими глазами.

Эмилия, потерпев неудачу в “Святилище”, пыталась защитить свое сердце, полностью полагаясь на Субару.

Это было вполне естественно.

Используя силу «Возвращения через смерть», Субару полностью устранил все препятствия, стоявшие перед Эмилией. Сердце ее цеплялось за Субару, и, осознав, что она находится в таком ужасно нестабильном состоянии, он попытался «вернуться через смерть» обратно в «Святилище», однако, как бы он ни старался, у него каждый раз ничего не получалось.

Но все же Субару не считал эту ситуацию худшей из возможных.

Субару: Ну, тогда я прошу тебя продолжить сегодня свою учебу также, как и вчера! Если я сделаю что-то важное, я сообщу тебе заранее.

Эмилия: Как в Пристелле?

Субару: Да, как в Пристелле. А пока тебе нужно продолжать учиться. Подготовка к неожиданным ситуациям и повышение собственного морального духа — это, несомненно, самое важное, что Эмилия-тян может сейчас делать.

Эмилия: Ммм, да, поняла Субару-сенсей. Я сделаю как велено. Не могли бы вы ….

Эмилия с энтузиазмом согласилась с Субару, высказавшим эту драматичную речь, а в конце смущенно добавила:

Эмилия: Так ты мог бы погладить меня по голове, если я сделаю как ты просишь?

Субару: ……

Эмилия смотрела на Субару и в ее глазах читалась смесь смущения и тревоги. Субару сглотнул слюну и на мгновение замер. Если бы этот момент продолжался немного дольше, можно было бы легко представить, как в душу Эмилии закрадывается отчаяние.

Но, к счастью, Субару улыбнулся прежде, чем это могло произойти.

Субару: Ты правда этого хочешь? Хм, а что, если я попрошу разрешения прикоснуться к серебристым волосам Эмилии-тян?

Эмилия: ――? Если Субару хочет прикоснуться к ним, он может сделать это когда захочет ...

Субару: Прости, я не могу, это не должно выглядеть как награда за что-то. Но однажды, я обещаю тебе, я тебя обязательно поглажу.

Эмилия: Ммм, договорились.

Эмилия неловко кивнула Субару, в ответ на что тот улыбнулся своей белоснежной улыбкой. А потом, все еще держа Субару за руку, не желая отпускать, Эмилия прошептала ...

Эмилия: Хорошо, я вернусь в свою комнату.

Субару: Ааа, раз уж Петра принесет еду, давайте поедим все вместе.

Эмилия: Да, я подожду. Что ж, увидимся позже!

Убрав руку, Эмилия вернулась в свою комнату. Посмотрев на ее серебристые волосы, которые теперь были коротко острижены и двигались как единое целое, Субару с трудом подавил желание издать протяжный вздох. Когда за ней закрылась дверь, связь Субару и Эмилии была прервана.

«Ехидна: Господи, даже безобразию должны быть пределы».

Субару: ……

Как только Эмилия исчезла, Ехидна дала себе волю и стала ругать ее самыми последними словами. Субару решил ничего не возражать. Он научился молчать и не вступать с Ехидной в словесную перепалку по поводу Эмилии, так как лишь такой подход позволял рано или поздно остановить гневные речи ведьмы.

Не отвечай, и она не ответит тебе.

Только в этом случае Ехидна не считала уместным продолжать говорить.

«Ехидна: Тебе было бы удобнее, если бы она была куклой, которая просто делала бы то, что ты сказал, не так ли?»

Субару: Хм.

У Субару встал ком в горле от слов Ехидны, и он тут же пожалел, что позволил себя проявить эмоции. То были слова, на которые он не должен был реагировать, однако в то же время он не мог отрицать правоту ведьмы.

Защищая их жизнь, будущее, защищая надежду и возможности.

Вот почему он приносил в жертву сердце Эмилии сейчас. Субару знал, что он не остановится только на ней.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Он отказался присоединиться к завтраку в столовой с членами лагеря Эмилии. Дежурившая Петра выглядела разочарованной, но все равно отнесла еду в комнату для Эмилии и Субару.

Пока они ели, Субару следил за тем, что делала Эмилия. Когда ужин подошел к концу, Субару попросил ее подойти к столу, что она послушно и сделала.

Эмилия: Мне нужно делать то, что говорит Субару, чтобы стать хорошей королевой.

Сказав это, Эмилия взбодрилась, и Субару вышел из комнаты. Передав ей часть официальной работы Розвааля, Эмилия знала о Королевских Выборах намного больше, чем в первый раз, когда он встретил ее. Плоды ее усилий проявлялись день ото дня.

Тем не менее--

«Ехидна: Что бы ни случилось, в конце концов, она всегда сначала придет за вашим одобрением. Ужасно интересный способ воспитать королеву».

Субару: Заткнись.

«Ехидна: Вы не чувствуете себя спокойно, позволяя ей сесть на трон в таком состоянии. Однако у вас нет другого выбора, кроме как помочь ей в этом».

Субару вышел из комнаты Эмилии и пошел по коридорам особняка, а слова Ехидны в это время продолжали просачиваться сквозь уши и проникать в мозг Субару словно настоящий яд. Душа Эмилии и в правду была спокойной, а сила воли, которой она обладала в начале Королевского отбора, была сильно ослаблена. Но все же она определенно сядет на трон Королевства Лугуники.

И Нацуки Субару позаботится об этом.

Неоднократно «Возвращаясь через смерть» и устраняя все препятствия, которые возникают перед ней, он сможет сделать так, чтобы амбиции Эмилии были реализованы.

И это связано не только с желаниями Эмилии, но и со спасением Рем. Поддерживая Эмилию, спасая Рем, уберегая близких для него людей от боли. - Разве это не то самое будущее, которого хотел Нацуки Субару, когда заключил контракт с ведьмой?

- Простите, Нацуки-сан. До свидания.

Субару: ….

Внезапно раздался голос, но не в его барабанных перепонках, а в самой голове. Субару остановился. Обернувшись, он никого не увидел рядом с собой. Он подумал, что это были дурные выходки ведьмы, но это не могло быть ее мыслями. Это было нечто другое, это был зов из его собственных воспоминаний.

Голос продолжал говорить.

- Я, Нацуки-сан. Несмотря на то, что вещи предстают в том виде, в котором они есть, я думал о тебе как о моем благодетеле. Я думал о тебе как о человеке, перед которым у меня большой долг, долг, который я хотел выплатить как можно быстрее.

Голос продолжал говорить.

«Но я видел твое решение и понимаю его. Ты не хочешь чьей-либо помощи, а наоборот, пытаешься сделать все самостоятельно. У тебя все получится.

Голос продолжал говорить.

«Таким образом, я верну тебе свой долг. Так как ты попытаешься защитить всех, кто тебе близок, я уйду. »

Голос продолжал говорить.

- Что ж, до свидания, Нацуки-сан. Береги себя.

Голос продолжал говорить.

―― Я думал о тебе как о своем друге.

Голос продолжал говорить.

- Но ты не думал об этом.

Субару: ХК!

Как только последнее его слово прозвучало у Субару в голове, Субару изо всех сил ударил ближайшую к нему стену. По коридору пронесся глухой звук, а рука Субару громко хрустнула. Когда кровь потекла по кулаку, Субару тяжело вздохнул и прижал другую руку к голове.

Это были слова, которые Отто Сувен оставил после себя, это были слова, которые Субару никогда не забудет. Субару прошел через «Святилище», прогнал «Великого кролика», вывел Беатрис из горящего особняка и преодолел все эти испытания. И тогда Отто высказал ему все, после чего покинул особняк.

И даже несмотря на то, что с тех пор прошло уже больше года, он не исчез из памяти Субару. Казалось, что этот человек осудил Субару за то, что тот решил всех спасти.

«Ехидна: Но ты не остановил его. Тот факт, что было меньше людей, которых нужно было защищать, был для тебя все равно что благословением».

Субару: Нет. Я дал ему уйти исходя не из простого расчета. Я дал ему уйти просто потому, что я уважал намерение этого парня. С самого начала он был человеком, у которого не было причин оставаться здесь.

Он пытался отблагодарить его за покупку груза и за спасение от Культа Ведьмы. Но он уже отплатил Субару, пригнав карету Дракона туда, где чуть не взорвали Эмилию.

А когда дело дошло до груза, даже когда они обменяли нужную сумму денег, это все равно нельзя было назвать долгом.

У Отто Сувена не было причин сотрудничать с лагерем Эмилии. Если бы он остался здесь без причины, он бы больше не покидал этого места и продолжал бы заниматься торговлей лишь для себя.

Поэтому Субару не остановил его, когда тот решил уйти. Кроме того, даже несмотря на то, что «Божественная защита языка душ» Отто была полезной, выиграть Королевский отбор можно было бы и без нее.

Во-первых, если он и дальше будет связан с лагерем Эмилии, ему все равно будет угрожать опасность как со стороны «Культа ведьм», так и со стороны «Королевских Выборов». Для Отто лучше было уйти отсюда. После этого он больше никогда о нем не слышал. Они пообщались друг с другом всего лишь две недели, так что это было не так уж и важно.

У Нацуки Субару были другие люди, которых он должен был защищать.

Субару: ……

Наступив на кровь, стекавшую с обуви, Субару покачал головой и пошел дальше. В последнее время его разум тревожили несколько мыслей. Это было неприятно. Это раздражало. Больше всего этим пользовалась Ехидна.

Было бесчисленное количество вещей, о которых можно было бы думать, но у него не было времени оставаться в оковах собственного разума.

Он должен выбрать лучшее, самое лучшее, идеальный, оптимальный выбор.

И несмотря на это он――

Субару: ….

Он быстрым шагом прошел по коридору и вскоре снова оказался в своей комнате. Сейчас он не мог никому позволить увидеть себя. Нацуки Субару был спокоен, Нацуки Субару был рассудителен, Нацуки Субару был оптимистом, он ничем не отличался от себя обычного. Сейчас каждый обитатель особняка должен верить этому. В противном случае он не смог бы защитить тех, кто нуждался в его защите....

???: Ой, похоже, ты спешил.

Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Субару посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос. Напротив него сидела «Темноволосая Женщина» и, сладко улыбаясь, глядела на него. Она нежно провела рукой по своим длинным черным волосам.

???: Я должна была вернуться вовремя, увидев вас здесь. Но, по всей видимости, появились небольшие проблемы.

Субару: Эльза.

Эльза: Да, верно. «Охотница за потрохами», Эльза Гранхирт. Я немедленно прибежала, как и приказал Учитель. Интересно, есть ли проблемы?

Сказав это, красивая женщина, одетая в довольно откровенную черную одежду, соблазнительно склонила к нему голову… Это была Эльза, манящая убийца, чье тело источало ядовитую ауру.

Субару совершенно не удивился, когда увидел эту женщину. И это потому, что это было ...

Это было естественно. Она не была врагом. Несмотря на то, что она не была союзником, рядом с которым можно было расслабиться, она все же оставалась союзником.

Субару: Я помог тебе выбраться из горящего особняка. Поэтому я обеспечиваю тебя работой.

Эльза: Я понимаю. Теперь, когда вы мой работодатель, у меня нет никаких проблем с вами. Я прошу только, чтобы вы выбирали то, что не противоречит моим увлечениям ... но пока у меня нет претензий.

Вытащив нож кукри, прикрепленный к талии, Эльза рассмеялась, одновременно с этим излучая легкое темное сияние. Сейчас она работала под прикрытием, предоставляя информацию для лагеря.

Неподкупная Эмилия, стоявшая во главе лагеря.

«Святой Меч» Райнхард, подверженный общественной оценке.

И Нацуки Субару, который преодолел множество сложных ситуаций без каких-либо последствий.

В отличие от этих троих, желавших оставить свою репутацию чистой и потому не имевших возможности действовать свободно, у Эльзы было много возможностей запачкать руки. Однако несмотря на то, что она занималась грязной работой, ее род занятий необязательно был злым.

Субару: Итак, как все прошло?

Эльза: Прошу прощения, но, похоже, архиепископа «Чревоугодия» совершенно не оказалось там, куда вы меня отправили. Там не было никого, кроме толпы обычных ведьм-культисток ... хотя я и освободила их всех.

Субару: Ааа. Вы можете поступать как хотите. … Но… В конце концов, это было неудачной попыткой?

Субару нахмурился и вздохнул. Он снова не смог добиться того, чего хотел. Даже если он пытался схватить архиепископа «Чревоугодия», он никак не мог настигнуть его, как бы ни старался.

Субару: В конце концов, была убита только «Жадность».

Эльза: Да, еще «Гнев» был схвачен. Думаю, это была успешная операция, но, по всей видимости, не для вас.

Субару: … В любом случае, я понял твой отчет. А пока просто жди, пока ты мне снова не понадобишься. Я свяжусь с тобой отсюда еще раз, когда снова захочу что-то узнать.

Эльза: Хорошо. Что ж, полагаю, мне придется подождать.

Больше не отвечая на слова Эльзы, Субару быстро дал ей свои инструкции. Получив наставления, Эльза встала и подошла к окну.

Поскольку комната Субару находилась на третьем этаже особняка, она, вероятно, вошла через окно. Субару нисколько не удивился ее акробатическим способностям

Субару: А, подожди, Эльза. Я хочу, чтобы ты мне сказала еще кое-что.

Эльза: ――? Что вы хотите, я правда не знаю ничего важного.

Субару: Это не слишком важно. Если вы пришли с улицы... скажите, какая погода за лесом? Шел дождь или было ясно?

Эльза: Погода? Ээм, с этим нет особых проблем. Хотя вокруг есть облака, хуже не станет. Это все что вы хотели спросить?

Субару: Нет…

Склонив голову набок, Субару посмотрел на «Магический кристалл времени». Прямо сейчас уже наступило время пожара… 7 часов уже светит солнце, а теперь уже далеко за полдень.

Чтобы убедиться в этом, Субару подошла к Эльзе, поставив ноги на подоконник.

Субару: Я хочу попросить тебя кое-что сделать. ―― Пожалуйста, отруби мне голову этим ножом.

Эльза: ―― Ваша голова… Интересно… у вас уже поехала крыша?

Субару: Ты называешь меня сумасшедшим? Я просто прошу тебя сделать то, что нужно сделать.

Эльза с любопытством расширила глаза, а затем изобразила свирепый оскал. Но, Субару оставался непоколебим и лишь продолжал купаться в солнечных лучах. Увидев это, Эльза пожала плечами.

Эльза: Как показывает практика, люди, которым отрубили голову, обычно умирают, знаете ли.

Субару: Полагаю, я тоже подпадаю под это правило. Но не уверен, что могу то же самое сказать про тебя.

Эльза: Наверное, я бы тоже умерла, если бы мне оторвали голову. …Вы уверены в этом?

Субару: Я должен был сказать это, когда помогал тебе. Я попрошу одну вещь, не имеющую отношения к делу, поэтому послушай, что я скажу. Сейчас самое время.

Внезапно Эльза сузила глаза. А затем, взяв в руки нож, она начала ловко раскручивать острое лезвие.

Эльза: Последние слова?

Субару: Сделай это безболезненно.

Эльза: ….

Субару: А, также после того, как я умру, ты можешь делать с моей кишкой все, что хочешь, но не трогай никого в особняке. В любом случае, вот почему у меня есть Райнхард...

Прежде чем он успел закончить свои слова, рука Эльзы рассекла воздух. На мгновение все что видел Субару встало вверх ногами. При очередном повороте падающей головы, он увидел кровь, плещущуюся в знакомой комнате, и

- Эх, Петре будет тяжело убирать комнату.

На этой мысли жизнь Субару окончательно угасла.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Во время пробуждения Субару всегда испытывал чувство удушья.

Однако его пробуждение происходило необычно рано.

Субару: ……

Субару вздрогнул и приложил руку ко лбу, залитому потом. Пот был холоднее чем обычно, напоминая те могильно холодные капли, которые выступали на его коже, когда он умирал.

В любом случае Субару лежал на диване в своей собственной комнате, а солнечный свет лился из окна.

Субару: Сейчас… утро?

Коснувшись шеи, которая должна была быть перерезана, Субару медленно поднялся. Подняв голову, он проверил, не валяется ли его голова где-нибудь на полу, потом проверил время с помощью Кристалла времени, который находился над дверью.

Кристалл горел светло-зеленым пламенем, показывая, что было раннее утро. Тогда оставался вопрос: Утро какого дня?

Субару: …………

Чтобы узнать это, Субару коснулся кулона, который висел у него на шее. Черный кристалл был закреплен цепью, которая связала реальность Субару с Замком Снов.

Тепло струилось через кристалл. Когда появился белый свет и пульс Субару совпал с вибрациями кристалла, мир полностью изменился.

Субару: ………….

Когда он открыл глаза, Субару снова стоял посреди обширной травянистой равнины. Он обернулся и увидел холм. Прямо за цветочным садом, под зонтиком, по другую сторону белого стола, он видел, как ведьма в черной одежде расслабленно сидит, медленно потягивая чай.

Поднявшись на холм, он направился вниз, туда, где была ведьма.

Субару: Эй, какой день…

Ехидна: …….

Положив руки на стол, он зарычал на ведьму, которая спокойно продолжала чаепитие. Она ничего не ответила, но молча указала на сиденье напротив нее. Стул был пуст, и для посетителя была приготовлена ​​чашка чая. Это было минимальное условие для участия в чаепитии....

Субару: Черт возьми, я выпью, я выпью!

Схватив чашку и прикусив губу, Субару выпил весь свой чай одним глотком. И только когда он широко распахнул глаза, он,

Субару: ГХУАААА!?

Ехидна: Господи !? Подождите. Вы знали, что необязательно было это делать?

Субару: Заткнись! Ты играешь роль ведьмы, которой трудно угодить. Все это происходит только по той причине, что ты хочешь, чтобы я тебе подчинялся... Гхха, Гххе, гх...

Субару подавился чаем и Ехидна даже привстала от удивления. Она положила руку на спину Субару и стала растирать ее, пока кашель не утих. Шипя, Субару сказал:

Субару: А как насчет чая?

Ехидна: Хх, на этот раз все хорошо. Кроме того, тебя только что вырвало чаем, который я так усердно заваривала. Я не могу оставить это без внимания. Стол, к сожалению, тоже весь грязный.

Ехидна покачала головой, пытаясь привести все в порядок, в то время как Субару вытирал рот. Ведьма посмотрела на залитый чаем стол и слегка щелкнула пальцами. Стол будто бы начал таять, и продолжалось это, пока от него не осталась только пыль.

Ехидна: Боже мой, ты даже стул немного испачкал. Мужчина, который осмелился меня поднять во время разговора, действительно редкость ... воистину, вы грешный человек.

Субару: Подавиться, а потом выплюнуть чай - не проблема! По сравнению с этим у нас есть более важные вещи для обсуждения.

Перестав подшучивать над дразнящей его Ехидной, Субару указал пальцем вверх. Ему нужно было узнать только одно.

Субару: Какой сегодня день? Это должно быть... 14 Кисдама, верно?

Ехидна: ….

Субару: Ехидна?

Ехидна: Я просто хотела вас немного обеспокоить. Если вы будете слишком нетерпеливы, вещи ускользнут от вас.

Субару: ...Ехидна

У него не было времени на все эти игры. Ехидна ответила Субару, пожав плечами, и сказала:

Ехидна: Верно. Не волнуйтесь. Ваша «Смерть» вернула вас в утро этого дня. Похоже, ваша последняя отправная точка была нанесена на сегодня. Вы были в этом уверены?

Ведьма ответила вопросом на вопрос. Однако, Субару был рад, что все же узнал, что «Вернулся через смерть» именно в то утро, которое ему было нужно. Успокоившись, он отрицательно покачал головой.

Субару: Нет, я не был особенно уверен. В худшем случае я думал, что вернулся к предыдущей точке.

Ехидна: Ваша предыдущая точка была установлена ​​два месяца назад. Вы сделали так много хороших дел, используя свои силы.

Субару: Может быть. Этому даже Эльза каждый раз удивляется.

Тем не менее, даже Эльза усомнилась в здравомыслии своего работодателя, когда тот попросил убить его. Однако несмотря на удивление, она отбросила нерешительность и повиновалась; Эльза была отличным способом «Вернуться через смерть» в экстренных ситуациях.

Субару: Просто мое «Возвращение через смерть» вернуло меня в сегодняшнее утро.

Ехидна: Верно. По-моему ... Если это так, скоро снова могут возникнуть проблемы.

Закрыв глаза, Ехидна молча согласилась со словами Субару. Отправная точка «Возвращения через смерть» и смещение новой точки сохранения. Все это было предвестником новых испытаний.

Другими словами, это означает...

Субару: Мне все равно придется одолжить твои силы, верно?

Ехидна: Ничего страшного, у нас ведь контракт. Кроме того, на сегодняшний день моя сила не принесла вам так уж много пользы. По крайней мере, я постараюсь помочь вас отсюда.

Субару: Было бы замечательно.

Ехидна: … Ведьма не может слепо подчиняться кому-либо. Если я просто буду следовать инструкциям, это станет плохим примером для других ведьм.

Ехидна отвела взгляд, а затем провела пальцами по своим длинным белым волосам. Создавалось впечатление, что ведьма находится в замешательстве.

Субару: В любом случае, я буду рассчитывать на тебя, Ведьма Жадности

Ехидна: Уверена, что будете. Я буду ждать здесь. Знаете, если бы вы удовлетворили мое бесконечное любопытство, я была бы очень счастлива, честное слово...

Субару: Я ничего не собираюсь говорить. Если бы я согласился удовлетворить твое бесконечное любопытство, было бы лишь вопросом времени, когда все человеческое во мне зачахнет и умрет.

Ехидна: Какая жалость.

Похоже, что благодаря беззаботному жесту Ехидны перерыв на чай перед грядущей битвой закончился. Смысл его «Возвращения через смерть» неожиданно изменился, но в некотором роде это означало, что он получил шанс нанести первый удар.

Субару: Если я использую «Возвращение через смерть», чтобы нанести первый удар, смогу ли я атаковать внезапно?

Размышляя об этом, Субару спустился с холма и зашел в дверь, которая вернула его в реальность. Ехидна тихонько сказала.

Ехидна: Если подумать…

Субару: Что?

Ехидна: Если вы не поняли, что смысл «Возвращения через смерть» изменился, почему вы напрямую использовали свою способность?

Субару: Аах, потому, что...

Потому что....

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10

Перевод: Funny_R

Редактура: https://vk.com/rezero

Пройдя через дверь в мире грез, сознание Нацуки Субару снова вернулось к реальности.

Субару: ……

Посмотрев на Кристалл Времени, Субару понял, что было все то же самое утро. Как всегда, Субару направился в ванную. Он умылся, почистил зубы, заставил себя фальшиво улыбнуться и, наконец, быстро переоделся. И как только он закончил ...

???: … Субару-сама, вы не спите?

До него донесся стук. Субару подошел к двери и, взявшись за ручку, открыл ее.

???: Я...

Субару: Доброе утро, Петра. Ты выглядишь очень мило сегодня.

Петра стояла и смотрела на Субару, широко раскрыв глаза. Но, осознав, что он просто дразнит ее, она засмеялась.

Петра: Боже, пожалуйста, не удивляй меня так.

Субару: Прости, прости. Что ж, Петра. Ты не скажешь мне привет?

Петра: Неужели вы не можете хоть немного пожалеть меня? Хм… ладно, хорошо, доброе утро, Субару-сама. Знаете, сегодня снова чудесное утро.

Не обращая внимания на легкомысленное поведение Субару, Петра продолжала улыбаться ему своей сияющей улыбкой. Ее слова были точно такими же, как и в прошлый раз. Если это так, то все что она сказала до этого, повторится.

Субару: Согласен, сегодня прекрасное утро. Сегодня Петра тоже выглядит замечательно, даже не думаю, что это стоит говорить.

Петра: Субару все еще говорит такие вещи. … Ах, но облака нависают в небе за лесом, похоже, сегодня днем ​​погода может испортиться. Я собираюсь пойти по магазинам сегодня днем, надеюсь, будет солнечноооооо.

Он слушал, как девушка говорила о том, чем хотела бы заниматься, и говорила в манере, подходящей ее возрасту. Субару засмеялся. В ответ на это Петра надула щеки, но Субару поспешно сказал: “извини, извини” и продолжил говорить:

Субару: Но будь уверена, Петра. Сегодня будет солнечно. Облака создают ложное впечатление. Я знаю это наверняка.

Петра: А? В самом деле? Это просто замечательно. … Но откуда вы все знаете?

Субару: Ну, это потому, что…

Петра с сомнением посмотрела на Субару. Нарочито улыбнувшись ей, он ответил на вопрос девушки.

Субару: …. Потому что ради этого я только что вернулся и поставил на кон свою жизнь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11

Зеленый луг, аромат сада, белый зонтик и белый стол в неизменном положении, черное платье, словно в трауре, девушка с белыми волосами, элегантно наклонившая свою чашку.

Наслаждаясь теплым чаем, ведьма беззаботно вздохнула.

Ехидна: Использование собственной жизни, чтобы спасти остальных, защитить, уберечь, тем самым внося свой вклад. Какое добродетельное, какое благородное, несомненно заслуживающее всеобщего восхищения дело.

Прижав руки к груди, ведьма рассматривала мальчика, с которым у нее был контракт.

Отчаянно искать свой идеал, двигаться вперед, несмотря на бесконечные удары судьбы. Обладать самой жалкой из сил, называемой «Возвращение через смерть». Все это лишь для того, чтобы кого-то любить.

Ехидна: «Стоит заметить, что посвящение жизни «Возвращению через смерть», с целью защиты своего окружения, — это палка о двух концах. Слишком пренебрежительное отношение к собственной жизни, слишком упрямый подход, говоря о ценности жизни других людей. Поскольку собственная жизнь больше не представляет ценности, жизни всех остальных людей кажутся через чур важными. Все, что не связано с жизнями этих драгоценных людей, в стороне - невидимо.

Этот странный порыв помочь абсолютно всем просто глуп.

Ехидна: …. Вы являетесь тем, кто может удовлетворить меня.

Щеки ведьмы страстно пылали, она жаждала заполучить мальчика.

Используя хрустальный камень, он пересек ворота, принеся в ее ладонь абсолютно все, что есть в этом мире. И когда невзгоды сокрушали его, он каждый раз бессознательно полагался на ведьму.

Он просто хотел удержать свой дух на плаву, даже несмотря на искушение ведьмы, из-за которого он мог стать марионеткой.

Мальчик даже не осознал, что использовал «Возвращение через смерть» из-за какой-то погоды.

Ехидна: Но я хочу, чтобы вы были уверены. Я готова рискнуть всей своей мудростью, чтобы защитить жизни тех, кого вы любите. Так что для этого и ты ...

«Чтобы удовлетворить неиссякаемое любопытство ведьмы, я хочу продолжить работу в качестве вашего помощника».

Страдания с этого момента будут неустанно следовать за мальчиком.

Ехидна: Ах...

Мальчик пересек великие врата, мальчик бросился на защиту, его старания принесли плоды; ведьма чувствовала боль множества израненных сердец, которых спас мальчик.

Вопрос, который навсегда останется загадкой, вопрос, который будет вечно увлекать ведьму, даже после смерти.

Ах, пусть так....

Ехидна: Почему любовь…, почему любовь всегда угасает?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

Перевод: Funny_R

Редактура:Yan Stein

В версии с изображениями тут находится картинка.

***

Тяжелая атмосфера царила внутри кареты.

???: ...

Атмосфера была напряженной не из-за беспокойства или осторожности; это было просто неловко. Девушка нежно подтянула одеяло, которое было на ее теле, чтобы прочувствовать кожей, что это реальность.

Тележку тянул не земляной дракон, а большой Лигер. Он не был защищен божественной защитой. Карета была корявой в построении, и от того она была шумной, и дрожала. Это были не особо хорошие условия. Они были не в том положении, чтобы тратиться на все, что хотят, они просто должны были смириться с этим.

???: ...

У них даже не осталось расходов в дорогу. Когда их жизнь оказалась под угрозой, им также пришлось использовать деньги, которые они сначала не решались использовать из-за чувства вины. Тем не менее, даже если они временно преодолеют свои трудности, проблема нехватки денег всегда будет преследовать их. Проблему нужно решать основательно.

Однако, деньги были не единственной проблемой, которая у них была. Была еще более серьезная проблема.

Это была...

???: … выглядишь ты так, будто тебе приснился кошмар.

Внезапно чей-то голос окликнул девушку в углу тесной кареты. Когда она оглянулась назад, то увидела маленькую ... нет, слишком маленькую фигуру. Это мог быть ребенок или кто-то еще...

У него были белые волосы и прекрасная собачья морда ... это был зверочеловек - кобольд..

???: Я понимаю, почему ты насторожена, однако я не имел в виду ничего плохого. Мне было просто любопытно

Рем: …… Большое спасибо за беспокойство. Но…

Девушка напряглась, но тон его голоса заставил ее расслабиться. Он просто имел хорошие намерения. Однако сердце девушки не было

достаточно сильным, чтобы позволить себе быть избалованным его добротой.

Если бы она не была в напряженнии, то она становилась бы все более и более "испорченной".

???: Вы ребята, прямо как стекло

Рем: Как стекло ……?

???: Стекло твердое, но при этом хрупкое. Мне нравятся такие ребята .

Его суждение действительно заставило ее сердце треснуть, как стекло.

«Вы, ребята», он говорил о том, что она была не

одна. Черноволосый парень был рядом с ней в обнимку. Этот черноволосый парень , который, видимо спал, был укрыт одеялом. Она делились теплом друг с другом.

И вот, этот парень был истинной причиной, почему в вагоне была такая атмосфера.

Субару: …… прости… прости. Я ... такой слабый ... такой ...это все моя вина ...

Рем: ...

Время от времени чувство стыда выливалось из уст парня, которому снился кошмар. Пассажиры почувствовали что-то серьезное в его голосе и слезах, из- за которых казалось, что он несет вину всех людей во всем мире.

Рем: Не говорите так прямолинейно, о ситуациях других людей ……

???: Видеть в каждом человеке угрозу сейчас-это то, чего вы, вероятно, не смогли бы избежать, конечно. Возможно, это было неизбежно, но вы не можете просто никогда ничего с этим не делать, конечно.

Когда она смотрела вниз со связанными руками, зверь выглядел как комочек белого меха. Этот мех, который говорил так, будто он их знал. Он немного раздражал её. Она просто не хотела суетиться по этому поводу.

Видя, что она находится в таком противоречивом состоянии, зверочеловек взял шляпу, которую он прятал, и что-то достал из нее. А после, когда он засунул туда руку…

???: Возьмите это и отправляйтесь в город Банан. Мой друг обязательно поможет вам.

Рем:…. Почему… вы это делайте?

Его голос звучал так, словно у него были хорошие намерения. Там было место и имя человека, написанное на бумаге, которую он заставил ее

взять. Похоже, имя этого зверочеловека тоже было включено в несколько строк. Она не знала, почему он это делал.

Зверочеловек усмехнулся сказав “Это очевидно, конечно”, в ответ на вопрос девушки.

???: Люди должны помогать друг другу в трудную минуту. Как взрослым,и тем более, когда это ребенок. «Чем больше связей вы делаете, тем больше хороших связей вы получаете». Это методы Карараги в которые я верю

Он говорит ей это любезно, и девушка крепко сжала клочок бумаги. После этого она сложила колени, положила голову на плечо мальчика рядом с ней, и она всхлипнула.

Человек-зверь посмотрел на девушку и юношу добрыми глазами и погладил их по головам.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1.

Перевод:Funny_R

Редактура: Yan Stein

***

Карараги – одно из четырёх больших королевств, которое расположено в западной части.

Это страна, сопоставимая с другими большими странами как – Священным королевством Густеко на севере, империей Волакия на юге и королевством Лугника на востоке. Однако она стала таковой, довольно своеобразно, в сравнении с другими странами.

История Карараги довольно коротка. Несколько сотен лет назад, кучка правителей из мелких стран воевала на западе – соперничество между странами всегда представляло собой вечно опасную зону.

После запад объединился и появилось единое государство - Карараги.

Каждая маленькое королевство превращалось в город, и страна управлялась парламентом, состоящего из лидеров этих городов. В такой системе, “Великим Наследником”, избранным городскими правителями, будет тот, кто принимает окончательное решение.

Из-за таких обстоятельств, у Карараги совершенно другие ценности. Определяющая роль была отдана не только развитию политической системы и культуры, но и национальным особенностям.

К примеру, культура Вафуу и Васоу, но самой характерной из всех была…

(Вафуу – в данном случае, означает японский стиль,Васоу – японская одежда)

Субару: Извини, Рем. Это было ужасно. Я старался из-за всех сил, но это всё равно вышло ужасно…

Это хриплый акцент Карараги – диалект, который легко понимается в этой стране, он был частью распространяющейся культуры. Человек, который только что использовал его, извинялся, уткнувшись лицом в пол.

Молодой черноволосый парень с острыми глазами санпкау. Он, одетый в тёмно-синий Васоу, с жалким видом сидел в комнате на полу из татами.

…Его имя – Нацуки Субару.

Как вы могли понять по его ужасному акценту, он был родом отнюдь не из Карараги. В любом случае, Субару был не из этого мира. Его неожиданно призвали из параллельного мира, и он прошёл через самые разные испытания и как результат, сейчас он в Карараги. Вот и всё.

Итак, Субару просил прощения у сидящей напротив него девушки, которая улыбалась, извиняющемуся Субару…

Рем: Пожалуйста, прекрати так говорить. Тебе это не идёт, Субару-кун.

Субару: Не идёт?

Рем: Мягко говоря, это ужасно.

Субару: Это грубо! Ах, ну ладно, извини больше не буду.

Она, улыбаясь, сказала это Субару, и он удручённо оставил этот бедный акцент. Однако, демонстрируя своё внутреннее недовольство, он надул губы и потёр два пальца друг о друга.

Субару: Согласен, я не так хорош, но знаешь, как говорят: “В Риме, делай как Римляне”. Я старался как мог, чтобы побыстрее уже начать соответствовать обстановке.

Рем: Замечательно, что ты старался изо всех сил, я могла бы многому научиться у тебя. Однако, как бы так сказать… Акцент Субару-куна похож на тот, который можно услышать, когда кто-то высмеивает Карараги, это немного раздражает.

Субару: Так вот почему люди из Кансая зляться на фальшивый Кансайский акцент токийцев.

Рем: Токио? Кансайский ацент?

Эта невзначай брошенная фраза, мгновенно затянула Субару в путы раздумий. Субару продолжал сокрушаться, как вдруг девушка задала вопрос и наклонив голову, тряхнула своими синими волосами.

Её волосы, доходившие до плеч, также, как и чистые глазки, были светло-голубыми. Каждый взгляд производил чудесное доброе впечатление. Изящное светло-голубое кимоно, надетое на ней, подчеркивало образ. Это было прекрасно.

Её имя – Рем, если официально – Нацуки Рем. Хотя она и получила свою фамилию от Субару, она не была ему сестрой или вообще родственницей. Они стали семьёй совсем по-другому...

Субару: Похоже, хмм, да точно. Сомневаюсь, что мои разговоры имеют хоть какое-то отношение к работе, которая итак идёт не совсем хорошо. Но, думаю, все именно так только потому, что я такой бездарный.

Рем: Не очень? Как так?

Субару: Ааа… хм-хмх, знаешь, ну…

Субару пытался увильнуть от вопроса, но Рем спросила напрямую. Субару долго думал о том, как же ему отреагировать на этот резкий непростой вопрос, и он начал что-то бормотать.

Видя, как Субару волнуется, Рем мило улыбнулась и сказала…

Рем: Расскажи мне обо всём, что случилось. Не волнуйся. Не важно каким ужасным был Субару-кун. Даже если ты по-крупному облажался на работе, которая тебе не подходит, я не стану злиться.

Субару: Да-да, я по-крупному облажался на работе, которая мне не подходит, и я был просто ужасен...!

От таких добрых слов Рем, Субару сломался и раскинул свои ноги по татами. И после, он упал на бок и начал тыкать в него пальцем.

Субару: Я был слишком наивен. Слиииишком наивен. Сделав вывод из того, что я знал об основах ручного и физического труда, я подумал, что каждый сможет выполнять работу, на которую есть спрос…

Рем: Ты так подумал… и что ещё?

Субару: Кроме того! Это было так глупо, пытаться заняться физическим трудом с таким ужасным телом, как у меня. Да ещё и в Карараги, где нанимают полулюдей! Вообще-то, я старался скрыть качество работы её количеством. Однако, за один раз я должен был носить втрое больше и у меня просто не хватало выносливости!

Хотя голос Субару дрогнул, он максимально точно постарался передать произошедшее сегодня утром.

Он жил в параллельном мире уже не меньше года, и он знал о том, что был намного сильнее, чем в прошлом, но даже так, ему всё ещё было далеко до местных людей.

Кстати, сегодняшняя работа заключалась в переноске груза, и когда он смешался с мускулистыми полулюдьми, было просто смешно наблюдать за тем, как Субару носился с ярко-красным лицом, таская свою маленькую поклажу.

Рем: Ага, понятненько... И как же ты всё испортил? Что ты сделал?

Субару: Я решил попробовать переупаковать товар, и по ошибке всё выбросил… К счастью, сегодняшняя зарплата покрыла весь ущерб.

Рем: …Местные не простили бы тебе всё по доброте душевной, ха-ха.

Внутри мешка была соль. Часть положили обратно, а часть смешалась с песком, что сделало её непригодной. В результате, они были вынуждены сократить график, и поэтому Субару отправился домой

Рем вздохнула, глядя на Субару, который нелепо докладывал ей о своих ошибках, и сказала…

Рем: Надеюсь, что ты найдёшь себе хорошую работу, Субару-кун.

Субару: Когда ты так говоришь, это трогает моё сердце… Погоди, а что насчёт тебя? Почему ты всё это время была дома? Что с работой?

Рем: В Начальной Школе Темпла сегодня выходной. Я говорила тебе утром, похоже, что среди детей ходит простуда... Субару-кун, даже не пытайся спрыгнуть с темы, ты ведь понимаешь, что ничего не выйдет?

Субару: Ааах.

Субару окончательно проиграл, и жалко глядя на Рем, которая с презрением смотрела на него, простонал.

Как вы могли понять из этой неудачной утренней истории, Субару был безработным. Точнее говоря, работать-то он хотел, но как таковой ее просто не было.

В отличии от Субару, который искал работу, Рем быстро смогла её получить. Работа в “Начальной школе Темпла”, где ей надо было обучать детишек.

Для Рем, как для той, кто достиг больших успехов в арифметике и этикете, работа в сфере общего образования была лучшим выбором. И в этом году она ещё ни разу не прерывалась на отпуск.

И уж точно, с успехом можно сказать, что вклад Рем в их бедную жизнь приносил в десяток раз больше пользы. Между ней и Субару была действительно просто огрооомная пропасть.

Разум и нетерпение Субару заставляли его всё больше жалеть себя и размышлять…

Субару: Чёрт… Я снова так виноват, Рем.

Рем: Субару-кун, ты обещал не говорить так.

Субару: Ведь, я дал обещание, но эта ситуация выглядит так же жалко, как и само обещание.

Субару поднялся с пола, сел на коленки и прикусил губу.

Он гордился тем, что Рем была нужна и приносила пользу окружающим. Однако, признать это, и при этом самому быть как чёрт – это совсем другое. Не говоря уже о том, что тем, кто этого желал – хотел жить вместе, поддерживая друг друга, был именно Субару.

Ни в коем случае нельзя было всё взваливать на Рем…

Рем: Всё в порядке, не волнуйся. Они ещё узнают, насколько Субару-кун великолепен. Ты просто все ещё не нашел работу, в которой смогут проявиться все твои таланты. Так что, просто пытайся. Ну а я буду работать за деньги!

Субару: Вот так и становятся типичным жигало.

Рем: Ах, Субару-кун?

Субару взбодрился и встал. Он оставил позади удивлённую его энергичностью Рем и побежал к выходу из комнаты.

И тогда…

Субару: Просто жди, Рем! Клянусь, я найду работу! Я помогу тебе!

Рем: Ладно. Пожалуйста, только вернись к обеду.

Субару: Да якорь мне в жопу! Я помогу тебе, слышишь меня!!

Рем махнула Субару рукой, и он выбежал из комнаты – из дома, едва сдерживая слеза.

Он надел зори, и побежал по улицам Карараги.

(Зори – японские сандали.)

Поиск работы… даже здесь, в параллельном мире, был очень сложной задачей для неквалифицированного человека, который уже долгое время ничем не занят.

***

…Второй город в Карараги, “Банан”.

Следующий по размеру после первого города “Кио”, расположенного на западе Карараги... Место где проживали Нацуки Рем и Субару.

Улицы здесь построены в стиле Вафуу, присущему культуре Карараги, и, похоже, распространившемуся по всей стране. Но для Субару, архитектура Вафуу была той, что давала ему возможность забыть о том, что сейчас он в параллельном мире.

Эти улицы не давали ему даже думать о том, что сейчас он в абсолютном ином мире, а скорее…

Субару: …Будто период Эдо, или даже дальше, Эра Мэйдзи или Эра Тайсё.

Пока Субару кашлянул, он заметил красиво выстроенные здания из дерева. Архитектура Ваффу была присуща практически всему. Даже мелкие лавки и магазинчики были выстроены в этом стиле. Она будто царила на улице.

Идущие по дороге люди, одетые в зори и васоу-кимано, были настоящими жителями параллельного мира. Среди тех людей, у которых лицо и цвет волос, отличались от стандартов, известных Субару, были и полулюди – звери.

Японская культура, которая вторглась в этот мир… Так думал Субару об обычаях Карараги, включая и их диалект, звучавший как Кансайский.

Субару: Выглядит как превосходный косплей. Ну, и материал отличный, поэтому он всем идеально подходит. Да и всё это, вроде как, превосходно сочетается.

Подобные вещи распространены в манге и играх, где, в первую очередь, для фэнтези миров присуща вся эта Японская культура. Проблема была в том, что он до сих пор чувствовал себя странновато, столкнувшись с подобным в живую, причём, длилось всё это дольше, чем он ожидал. И только спустя год он принял это чувство.

Тем не менее, он всё ещё сомневался, даже подавив все эти странные мысли.

Он не мог поверить, что культура Карараги развивалась с нуля. Скорее всего, эта культура начала распространятся вместе людьми, попавшими сюда из того же места, что и Субару.

Другими словами, людьми, которые попали сюда из параллельного мира, как Субару и тот парень в стальном шлеме, Ал…

Субару: Прекрати, просто прекрати. Тебе стоило бы уже разобраться с более реальными проблемами... Раскроешь ты все тайны этого мира или нет, у тебя все ещё нет работы. И вот каждый раз говорю себе одно и тоже, говорю о депрессии…

Как люди, пришедшие из того же места, что и Субару, повлияли на историю этого мира? Ему бы стоило побеспокоиться об этом, но сейчас ещё точно не время. Так что он решил отложить это на потом.

Сейчас же, он сконцентрировался на поиске работы, и закончить он должен до обеда.

Субару: Уже день, так что у меня и впрямь мало времени…! В любом случае, для начала, надо бы сходить в центр занятости и…

Неизвестный: Что не так, Су-сан? Ты идёшь с таким важным видом… что за пугающее лицо!

Субару: Не относись так грубо к каждому встречному с серьезным лицом.

Кто-то сделал замечание Субару, пока тот, нахмурившись, шёл по городу. Как только Субару обернулся, чтобы увидеть, чей же это голос, он лицезрел перед собой высокого мужчину, которого уже не раз раньше встречал.

Субару: Хмм, с собачьим лицом… это ты Хал-сан. Перестань уже меня пугать.

Халибель: “Собачье лицо”... Не говори так. Я волко-пёс.

Тем, кто открыл свой большой рот и посмеялся над словами Субару, был получеловеком с не собачьим,а волчьим лицом. Черноволосый, в чёрном кимано, он покусывал золотую кисеру своими задними зубами. Большинство собак маленькие, так что у него было полное право называть себя волком, будучи выше Субару на голову. Однако, его глаза всегда были узкими, так что, если мы говорим о собаках, он больше походил на лису, нежели на волка.

(Кисера – японская курительная трубка.)

Имя волка, которого он называл Хал-сан, было Халибель. Он был соседом Субару и Рем в жилом комплексе “многоквартирный дом”, в котором они и жили, можно сказать, что он был их первым знакомым в городе Банан.

Халибель: Ты выглядишь так, будто хочешь сказать: “Ну, если ты не собака, значит лисица”. Су-сан, ты просто не знаешь, когда остановится, так?

Субару: Не делай выводы, основываясь лишь на внешнем виде. Хотя, по правде говоря, именно так я и подумал, хе-хе.

Халибель: Я и ни кобольд, и ни лиса. Я волк. Мы – редкий вид, на грани вымирания, так что не следует совершать таких ошибок. Я прямо чувствую, будто олицетворяю собой гордость нашего вида, понимаешь?

Субару: Если уж ты так серьезно настроен, то тебе стоит быть чуточку сдержаннее.

Очевидно, что каждый желает иметь кого-то, кем он мог бы гордиться. Но что касается Субару, назвать гордостью, или хотя бы присвоить Халибелю титул вымирающего вида, не было тем, что он мог так просто сделать. Может он о них и заботиться, но это отнюдь не значит, что он должен верить каждому их слову.

Субару: У меня сейчас нет времени на разговоры с тобой. Я сгораю от желания поработать. Не стой у меня на пути.

Халибель: Эй, Су-сан, это грубо с твоей стороны. Я и так в депрессии, так что прекрати. Кроме того, даже если ты сгораешь от желания работать, работы то у тебя нет. Это полный отстой.

Субару: Я тоже в депрессии, так что, не мог бы ты?!...

Голос Субару прервался от контратаки соседа. Халибел прикусывал кисеру во рту. И после того, как выпустил дым из своих лёгких, сказал…

Халибель: Ну что ж, продолжай, и всё больше и больше впадай в депрессию. Мужик, который доставляет столько проблем жене, безнадёжен. Как смело с её стороны, ни разу не пожаловаться, хотя у ее мужа нет даже работы, так ещё и любит выпивать... мне жалко Рем-чан.

Субару: Я не позволяю себе выпивать! Хотя и грустно, что отрицать я могу только это! Я и правда только и делаю, что беспокою Рем…. Меня действительно нельзя с ней даже сравнивать.

Субару поник, из-за того, что его нынешняя никчёмность, была объективно подмечена. Пока Субару был в таком состоянии, Халибель весело подошёл к нему.

Субару: Ты пришёл чтобы поиздеваться надо мной? Или чтобы подбодрить?

Халибель: Мы оба безработные, и я подумал, что мы сможем устроить какую-нибудь жалкую вечеринку, или что-то в этом роде.

Субару: Ни за что! Это будет слишком, устроить такую вечеринку с другим безработным, после того, как я чуть не стал жигало!

Субару отошёл от Халибеля, подошедшего слишком близко, и был полностью против этой идеи.

По правде говоря, Халибель не был безработным. Этот бойкий сосед управлял жилым комплексом… И не важно, исполнял ли он своими обязательства, но, как профессиональный работник, он был менеджером.

Хотя он и видел его только спящим, бухающим или курящим свою кисеру, на самом деле он был очень занятым.

Субару: Вообще, Хал-сана тоже нельзя со мной сравнивать, он гораздо-гораздо талантливее.

Халибель: Не говори таких удручающих вещей, всё-таки мы друзья. То, что я могу получать деньги, просто лёжа на диване и играясь с пятнами на моём кимоно – чистейшая правда, но отбрось всё это, я думаю, что то, как Су-сан упорно трудится, чтобы заработать себе на проживание – бесценно, понимаешь? Разве это не прекрасно?

Субару: Закройся, лодырь! …Вообще, с кем ты связался, чтобы стать менеджером?

Халибель: Хм, жаль разочаровывать, но я просто случайно познакомился с владельцем дома. С такими связями, я смог стать домоседом… Всё просто, Су-сан, я победитель по жизни.

Субару: Да твою мать!!

Субару зашипел, не скрывая своей злости, слушая его сомнительную историю.

И всё-же, личные связи в обществе, где даже академическое образование было бесполезно, давали слишком много привилегий. Несмотря на то, что сейчас он был в параллельном мире, у Субару не было подобных связей.

Парень, путешествовавший в двух мирах и так и не сблизившийся с обществом – вот кем был Нацуки Субару.

Субару: Сражающийся в одиночку, так ещё и безработный… Похоже, что мне придётся просто ждать своей смерти.

Халибель: Неправда, у тебя ведь есть Рем-чан! С одиночеством ты точно преувеличил!

Халибель внезапно широко открыл свой большой рот и разразился смехом, глядя в небо. Субару, заметив краем глаза собачью морду, глубоко вздохнул.

Субару: Смотри, ты же знаешь мою ситуацию. Я пошёл искать работу. Моя цель – зарабатывать около 15.000, при условии, что я оплачиваю дорожные расходы, вкладываюсь в пенсию и страхование.

Халибель: У меня нет рабочего опыта, но как ты до такого додумался?

Субару: Я сразу решил, что не стоит мне прыгать выше своей головы. Сейчас же, я хочу просто использовать все свои знания и узнать минимальные требования для работы.

Освободиться от поддержки Рем - это принципиально была одна из важнейших задач для него на данный момент. Однако, он хотел избежать временных подработок, которые изначально будут тупиковыми.

Целью Субару было найти работу, на которой он сможет оставаться всю жизнь. Ту, которой он сможет гордиться, как глава семьи.

Субару: …Итак, я отправляюсь в центр занятости.

В окрестностях города Банан, вдали от людной, процветающей улицы, находился магазинчик.

Это было “агентство по трудоустройству”, которое Субару называл центром занятости. Место, которые выступало мостом между межличностными отношениями и трудоустройством.

В Банане было несколько таких агентств, но Субару всегда приходил именно в это. Потому что его владельцем был друг Субару.

Неизвестный: …Угх! Тупица!

В момент, когда он появился в приёмной, человек в магазине поприветствовал его.

Субару: Какой ты злобный, значит так ты приветствуешь своих клиентов.

Неизвестный: Только ты здесь грубиян! Ты облажался с перевозкой товара, не так ли?! Мне сказали не присылать больше такого никчёмного!

Субару: Ааа, бригадир сказал мне быть осторожнее на пути домой, кто бы знал о подобной его стороне…!

Субару рухнул, поскольку его назвали некомпетентным, и перед ним появился человек с лицом ящерицы – человеко-ящер. Ящеры не редкость среди полулюдей, но с его весом, он был слишком больших размеров, и потому больше походил на лягушку, чем на ящерицу. Единственное, что отличало его, так это миленький фартук.

Его звали Крэйн Донахью, и он был владельцем официально признанного городом агентства, коих можно было пересчитать по пальцам.

Однако, человек, который, казалось бы, должен быть доброжелательным, раздражённо посмотрел на Субару, и сказал...

Крэйн: Как ты умудрился испортить груз при перевозке? У меня такими темпами и работы-то не останется, которую я смогу тебе предложить.

Субару: Ну, знаешь, я просто старался сделать столько же работы, сколько и другие, ну и как-то…

Крэйн: У суточных фиксированная ставка. Ты мог бы заработать, даже если бы сидел сложа руки и позволял остальным выполнять свою работу.

Субару: …Это было бы несправедливо. Не хочу я так делать….

Крейн: Почему ты такой упрямый?! Господи, меня бы это не волновало, если бы ты хорошо выполнял свою работу…

Субару проворчал что-то в ответ, и Крэйн успокоился. Затем, он вдруг увидел кого-то позади Субару.

Крэйн: Оу! Халибель! Давненько же я тебе не писал!

Халибель: Всё нормально, не беспокойся. Я просто пришёл проверить, все ли в порядке у Су-сана.

Субару: Все ли в порядке… Ну, в любом случае…

Субару оттряхнул колени, встал и медленно сравнил Крэйна и Халибеля. После этого, он указал на Халибеля и наклонился к Крэйну.

Субару: Ты знаешь этого Плэйбоя?

Халибель: Плэйбой! Плэйбой! Это что для тебя так важно? Отныне, я буду называть себя “Вечный Плэйбой”. Ну как, хорошо звучит? Плохо?

Субару: Вот что точно плохо, так это то, что оно тебе понравилось…

Пока Субару шутил над именем Халибеля, он все еще ждал ответа Крэйна. Видя такой обмен любезностями, Крэйн застонал и сложил руки у груди…

Крэйн: Глупец…. В смысле, господин Субару, ты добился успеха. Я знал, что ты сможешь.

Субару: Как же быстро ты меняешь свое мнение!

Крэйн: Ну конечно, теперь я буду говорить “господин”. Как думаешь, господин Халибель, я…

С выражением шока и страха на лице, Крэйн остановился, собираясь что-то сказать. Субару удивился этой странной реакции, но Крэйн, глядя в сторону, просто сказал….

Крэйн: Господин Халибель, знаешь… Вечный плэйбой..

Субару: Он получил это имя всего секунду назад.

Крэйн: Неважно! Что ж! Пару вариантов для господина Субару, думаю, у меня найдется! Но, не жди слишком лёгкого заработка, понял? Перевозка товара, была лучшим, что я мог тебе предложить.

Субару: Не обязательно подбирать что-то простое. Я просто хочу найти перспективную работу. Я согласен на любые условия, но, пожалуйста, дай мне что-то подходящее, что-то стоящее главы семьи.

Крэйн: Впервые меня спрашивают о чем-то подобном, но…

Крэйн тщательно осмотрел магазин, размышляя над просьбой Субару.

Хотя агенство и было одобрено городом, всё-же сам магазинчик был довольно самостоятелен. На одном его этаже стояли парочка столов и стульев, а доска объявлений была заполнена, как ни странно, полезной рекламой и информацией о поиске рабочих. Люди, ищущие работу, выбирали её на плакатах, а те, кто хотел, чтобы работу выполнили, спрашивали Крэйна и он заполнял соответствующий бланк. Вот, какая была система.

Субару: Если я возьму работу вроде истребления дракона и провалюсь, твоя репутация упадёт, как у работодателя.

Крэйн: Я никогда бы не стал просить тебя выполнить что-то настолько... Скорее всего, появись вдруг какая-нибудь информация о драконе, ты меня бы уже больше не встретил, хах.

Халибель: Если бы что-то подобное произошло в империи, я бы с удовольствием взялся за уничтожение дракона. А будь у тебя действенный план, можно было бы даже победить королевского божественного дракона. А тогда уж и страну можно под себя подмять...

Субару: Оо! Крэйн! Вот то! Дай мне взглянуть “Исследование покоев Зарестии”.

Голос Субару вдруг прервал Халибеля, который уже закурил свою кисеру и затянулся. Субару резко приблизился к стене, и как только сорвал плакат, зачитал в слух содержимое…

Субару: Посмотрим… “вербовка следователей в покои великого духа Зарестия! Место обитания великого духа, которое было тайной в течение многих лет – пришло время набрать людей, для его изучения! Условия договорные, а награда зависит от результата!” Это! Вот оно…. Хотя звучит конечно не очень...

Крэйн: Почему ты так громко разговариваешь сам с собой?! Дай сюда, я верну эту штуку на место.

Как только Субару потерял интерес к этой работе, Крэйн забрал плакат. Затем, когда он изучил детали, и несколько резко воскликнул!

Крэйн: Оо! Так она уже не действительна. Заявки уже давным-давно закрылись. В общем, забудь об этом.

Субару: Так они и правда туда отправились?

Крэйн: В этом мире больше идиотов, чем ты думаешь.

Субару отчаялся, когда услышал ответ Крэйна и пожал плечами.

Связываться с великими духами станет лишь тот, кто ищет смерти. Просто контактировать с ним уже было безрассудно… Надеюсь, что эти смельчаки умерли безболезненно.

Крэйн не правильно понял выражение лица Субару, и коснувшись своего фартука, сказал…

Крэйн: Ну сейчас, зная, что ты готов взяться за работу, сравнимую с самоубийством, я даже не знаю, стоит ли тебе давать эту работу…!

Субару: Так значит, у тебя есть работа даже хуже, чем самоубийство?!

Крэйн: Зависит от обстоятельств. Ну ладно, ты ведь должен работать ради своей миленькой жёнушки…!

Крэйн достал объявление, как бы говоря: “Это всё, что я могу для тебя сделать!”. Субару взял его и стал вчитываться в детали…

Субару: …дворецкий в поместье Рифтена Магоджи?

Крэйн: Краткосрочная работа, длиною в месяц. Ты должен будешь выполнять различные поручения, но у господина Субару ведь есть навыки, так что….

Говоря это, Крэйн демонстративно схватился за свой довольно милый, для такого гиганта, как он, фартук.

Субару: Даже такой старпёр с лицом ящерицы может носить его, и всё ещё будет выглядеть замечательно.

Крэйн: Моей жене он очень нравится...! И как я помню, ты ведь и сам его надевал!

Субару: Это только потому, что я пришивал к нему пуговицы. Как это вообще связано?

Крэйн: Вчитайся в условия. Там говорится, что на месте работы будет много женщин. Хорошо, что у тебя есть навык по их совращению.

Субару: Ты делаешь поспешные выводы! Кроме того, меня больше волнует строчка: “Берём только молодых парней”.

Брать только молодых парней в место, где множество женщин… Как это вообще может быть связано?

Из описания он смог понять лишь то, что придётся выполнять различные указания… разную работу по дому. Ему не нужно было получать никакой особой квалификации, и даже сверхчеловеческая физическая сила здесь была не нужна. С такими условиями и слугой быть нестыдно….

Субару: …Спасибо, конечно, но ведь это ещё одна временная подработка.

Крэйн: Как будто так просто найти постоянную работу. Слушай сюда. Для начала ты должен заработать себе репутацию, и тогда, только ты сможешь найти местечко получше. Разве ты об этом не знал?

Субару: Но ведь Рем ты отправил в начальную школу Темпл с самого начала.

Крэйн: Ну, это потому, что Рем-чан милашка.

Это был неопровержимый факт. Спорить с тем, что Рем милая, было точно бессмысленно. А вещи, по типу никчёмных оправданий Субару, никого совершенно не интересовали.

Крэйн: Карараги еще далеко до того, чтобы признать безработного полноценным человеком.

Субару: Разве я сюда не за работой пришел, а блять?!

Он пришёл в центр занятости, и к нему относились так холодно из-за того, что он снова стал безработным. Вот почему даже несмотря на желание работать, у него все ещё не было главного – доверия общества.

Тем не менее, заключение Крэйна было справедливым. Субару опустил плечи в знак поражения.

Субару: Пожалуйста, напиши мне рекомендательное письмо. Я сделаю всё возможное, чтобы достичь уважения в обществе.

Крэйн: Вот именно, старайся из-за всех сил. Господин Рифтен - храбрый торговец, и известен он, в первую очередь, именно как честный человек.

Субару: …Храбрый воин?

Крэйн: Храбрый торговец.

(Субару думает, что Крэйн говорит о “храбром воине”, т.к “храбрый воин” и “храбрый торговец” произносятся одинаково.)

Субару наклонил голову чуть набок, заметив различия в произношении, но Крэйна это не беспокоило, и он закончил писать рекомендательное письмо, сложил его в конверт и передал Субару.

Крэйн: Завтра утром иди к господину Рифтену и скажи, что ты от меня.

Субару: Ладно, как всегда спасибо.

Крэйн: И последнее, будь аккуратнее! Блин,прошу не облажайся на этот раз!

Он убрал рекомендательное письмо в карман и ушёл сразу после того, как попрощался с Крэйном, прошедшим обратно за стойку магазина. Затем, он отправился обратно на главную улицу вместе с Халибелем, курящим свою кисеру.

Субару: И всё же... У Хал-сана все равно больше свободного времени.

Халибель: Чего это ты вдруг?

Субару: Всё выглядит так, будто ты безработный, рассеяно глядящий на других людей, ищущих работу. Это отвратительно.

Халибель: Когда есть кто-то, нуждающийся в поддержке, подбодришь ли ты его? Я именно тот человек, который хочет придать тебе смелости.

Субару: Я получаю от этого скорее больше не смелости, а чего-то тёмного.

Субару ответил на шутки Халибеля и вздохнул. Хотя, на самом деле, Халибель всё-таки имел хорошую работу, так что Субару был единственным, кто не имел в обществе никакого положения.

Халибель: До сих пор, у тебя были небольшие проблемки с поиском работы. Чем ты занимался прежде чем попал в этот город?

Субару: ….

Внезапные вопрос Халибеля заставил Субару вздрогнуть.

Однако, он быстро улыбнулся, чтобы скрыть свою нерешительность, и пожал плечами, сказав: “Хорошо” …

Субару: Долгое время, мы вместе с Рем перебирались с одного места на другое. И я рад, что мы смогли осесть в этом городе. Благодаря тебе мы смогли арендовать домик. Можно сказать, что ты – наш спаситель.

Халибель: Насчёт этого, правильнее было бы отблагодарить старейшину, принявшего тебя. Связи – это образ жизни. Если ты благословлён ими, значит тебе есть, что предложить.

Субару: …К слову, благодаря Рем я могу об этом не беспокоиться.

Субару ответил, подумав: “Ладно, уж хоть в этом-то я могу быть точно уверен на все сто”, - и слегка потянувшись, скрылся в толпе.

Поскольку он наконец был освобождён от бремени – поиска работы.

Халибель: Бродить с места на место и попасть в Карараги… эх.

***

Субару: Извини, Рем. Я старался как мог, но…

Рем: …Субару-кун?

Субару: Аа, да, все-все, прости-прости...

Субару сидел на татами. Он показал рекомендательное письмо, полученное в центре занятости, Рем, работающей на кухне с самого утра. Рем остановилась, снова подметив ужасный акцент Карараги Субару, и, взяв письмо в руки, начала рассматривать его во всех деталях.

Рем: Может быть это и временная работа, но всё-же это шаг вперёд. Твой прорыв, Субару-кун, начинается с этого момента. Я уже вижу это. Субару-куна будут уважать многие люди, и они построят ему бронзовую статую.

Субару: Интересно, есть ли в этом мире офтальмологи…

Когда он чуть улыбнулся, услышав эти хвалебные оды, Рем сказала: “Оо”, как будто удивившись, написанному в письме.

Рем: Эта работа в резиденции Рифтен-самы.

Субару: Ага. Ты знаешь Рифтен-сана?

Рем: Нет, лично мы не знакомы. Среди учащихся в школе Темпла, есть дети из богатых семей, так что я более-менее знаю кое-что о Рифтен-саме, храбром торговце.

Субару: Вот же, “Храбрый торговец”! Он ведь не похож на разъярённого сёгуна, верно?

Рем: Ха-ха, разъярённый сёгун… С-субару кун, как у тебя получается выдумывать такие смешные вещи…

Рем, усмехнувшись от слов Субару, расплылась в улыбке. Затем она сказала: “Слушай”, чуть подняв палец…

Субару: Оо, прямо как учитель.

Рем: Не смейся над этим. Храбрый торговец – высшая ступень торговой иерархии Карараги. Отличные торговцы получают ранги “Хороший торговец”, “Состоятельный торговец, и “Храбрый торговец”. Это честь для них.

Субару: В “Хорошем” и “Состоятельном” есть смысл, но разве “Храбрый” звучит не странно?

Рем: Потому что в Карараги, добиться успеха в торговле, где она и так замечательно процветает, всё равно, что отличиться на поле боя. Рифтен - человек, которого уважают все.

Рем ответила, и нервно взглянула на рекомендательное письмо. Видя настороженность Рем, Субару нахмурил брови и позвал её по имени.

Субару: Ты выглядишь обеспокоено. Что такое?

Рем: Ну, если верить слухам, то в особняке Рифтен-самы работает много женщин… Так что, такому привлекательному молодому парню, как ты, Субару-кун, работать в таком месте, было бы…

Субару: Ты слишком предвзята!

Пока Рем высказывала своё мнение, она складывала и разворачивала, и снова складывала письмо. Следя за всеми этими действиями, Субару начал чувствовать беспокойство.

Субару: Дурочка.

Рем: Оуф. С-субару-кун?

После его резких слов, Рем схватилась за голову.

Субару: Не беспокойся о таких странных вещах. За кого ты меня принимаешь?

Рем: Извини, но я всё-таки, пожалуй, побеспокоюсь. Обычно Рифтен-сама нанимает на работу кучи женщин, и вряд-ли он возбудиться, увидев симпатичного Субару-куна.

Субару: Аааа! Это немного отличается от того, о чем я подумал… Да о чём ты вообще беспокоишься!

Одностороннее беспокойство Рем ошарашило Субару, и он быстро сменил тему.

Субару: Но, симпатичный? Просто посмотри в мои глаза. Разве они милые?

Рем: Я просто не могу насытиться мужественностью глаз Субару-куна.

Субару: Как я вообще выгляжу в твоих глазах?

Многое в оценке Рем о Субару, другие люди просто не могли понять. Во всяком случае, Субару держал Рем за плечо, как бы говоря, что она не должна беспокоиться и постепенно ее успакаивал.

Субару: Тебе не нужно волноваться. Рем-чан единственная, кто меня интересует. И не важно что меня будут окружать кучи девушек, понимаешь?

Рем: Ааа… А-ага, понятно. Субару-кун…

Он прошептал это, гладя Рем по голове, и та, немного покраснев, кивнула. Затем и Субару, почувствовал свою привязанность к Рем, подчинившейся ему на мгновение.

Когда Рем медленно подняла свою голову, её слезящиеся глаза встретились с его взглядом. Они всё ближе и ближе, уже настолько, что могли чувствовать дыхание друг друга… и затем, зашипела кастрюля.

Субару: Ааа!

Рем: Кьяя!

Шипение кострюли нарушило эту романтическую тишину. Рем в панике ринулась на кухню. Она выключила огонь на плитке, который подпитывался магическим кристаллом и убедившись, что все в порядке, с облегчением почесала грудь.

Рем: …Ха-ха.

Субару: Ха-ха

И потом, на некоторое время, раздался громкий хохот.

Итак, они немного посмеялись и когда успокоились, Рем хлопнула и сказала: «Хорошо” …

Рем: Пошли кушать. Субару-кун, пожалуйста, садись за стол.

Субару: Это больше похоже на кофейный столик.

Всё ещё чувствуя себя неловко, они начали готовиться к обеду. Когда он отодвинул кофейный столик, прислонённый к стене, на середину комнаты, Рем быстро сняла крышку с кастрюли.

Дымящаяся кастрюля и запах вкусных тёплых овощей… Сегодня в меню было “Мизутаки”

(Мизутаки – горячая кастрюля (Набэ). Набэ - общий термин для блюд японской кухни, готовящихся в горшке на манер фондю.)

Субару: Набэ. Приятно есть его время от времени. А ещё лучше, когда оно с пондзу.

Рем: Я вроде хотела съесть чего-нибудь кисленького с овощами. Субару-кун, а что ты думаешь?

Субару: Ну, удивлён. Ты любишь кислое?

Рем: Нет, я и правда просто хотела попробовать чего-нибудь подобного, но….

Рем с любопытством приложила палец к подбородку и наклонила голову. Однако, Субару проигнорировал её действия, ожидая такой реакции. Кроме того, то, что Рем выбирает меню исходя из своих предпочтений, показалось ему хорошим знаком.

Ведь это означало, что она постепенно избавлялась от привычки всегда ставить Субару на первое место.

Субару: Вкуснятина! Ты как всегда шикарно приготовила!

Рем: Всё это, только чтобы ты был счастлив, что у тебя есть такая милая жена, которая вкусно готовит… Так стыдно...

Субару: Ну, серьёзно, я очень везучий парень.

Куда бы они не приехали, Рем всегда вкусно готовила. В начале было трудно работать с различными инструментами и ингредиентами, но после года жизни в Карараги6, они хорошо приспособились.

Просто было несколько вещей, не связанных со вкусом, к которым они ещё не привыкли.

Субару: Ууу…. Живот болит. Не могу шевельнуться….

Рем: Я закончила. Субару-кун, мои коленки теперь свободны.

Субару: Ура! Я хочу сделать заказ.

Рем: Заказ принят. Специальное место, только для Субару-куна. Запрыгивай.

Рем похлопала по своему колену, и Субару тут же упал на него. Когда он лёг на её мягкие ножки, то почувствовал, как всё его тело окутала радость.

Субару: Хаа…. Рем великолепна.

Рем: Да. Но Субару-кун тоже прекрасен.

Субару: Эти вещи никак не связаны.

Рем: Для меня очень даже.

В отличии от Субару, для Рем, это что-то подобное было вроде того, что тесно скрепляет доверие между ними.

Он не был уверен, достоин ли он такой похвалы. Так что, “Рем великолепна” было, без сомнений, искренними чувствами Субару, благодарностью и извинением.

Рем, наверное, тоже знала это... И он снова почувствовал себя жалким.

Рем: После того, как наши животы немного отдохнут, пойдём в баню. Ты должен отдохнуть и подготовиться к работе.

Субару: Но ведь я начинаю работать послезавтра?

Рем: Знаю. Так что, завтра Субару-кун должен успокоиться… Но не сегодня.

Держа Субару на коленях, Рем приблизилась своими губками к его ушам, и нежно прошептала. Тепло её голоса вызвало у Субару озноб и его уши покраснели.

Субару: …Рем, ты прекрасна.

Рем: Да. Но только потому что меня любят.

Субару прошептал это, и Рем смущённо ответила.

…Хотя Субару и не заметил, что уши Рем тоже были ярко-красными.

***

…Два дня спустя, Субару посетил особняк Рифтена Магоджи с рекомендательным письмом.

Субару: Как и ожидалось, поместье Магоджи… оказалось просто огромным.

Субару, показавший своё письмо у главных ворот и впущенный привратником, был полон восхищения.

Резиденция в северной части города Банан – “Поместье Магоджи”. Стиль Вафуу был стандартом для одноэтажных зданий, и это поместье было не исключением. Дворец, явно построенный на обширной территории, выглядел, словно гигантский особняк Даймё, частенько встречающийся в исторических пьесах.

Субару: “Прогулка до работы займёт около часа. Униформа вычитается из зарплаты”.

Благодаря рекомендательному письму, Субару с лёгкостью приняли на работу. На всякий случай, ему всё-же провели собеседование, но хозяйка, устраивающая слуг, посмотрела на Субару и дала добро - решающий фактор так и остался неизвестным.

В любом случае, Субару стал начинающим конюхом. Надев выданную форму, он прошел к своему рабочему месту. Субару заметно нервничал по-поводу работы и новых коллег, которых впервые здесь встретил.

Поместье Магоджи было тем местом, где, как и говорилось в руководстве, и правда было очень много женщин.

По крайней мере, других мужчин, кроме привратника, Субару не заметил. Да даже сторожа во дворе он так и не встретил, так что Субару и правда был единственным парнем в поместье. Используя все пальцы рук и ног, он всё равно бы не смог сосчитать всех женщин в этом месте. Здесь точно не было никакого баланса.

И всё-же, это не имело никакого отношения к беспокойству Рем. Субару ничего не пытался сделать со своими коллегами, и к тому же большинство женщин уже были замужем.

Однако, всё было бы гораздо проще, если бы он не обращал внимание на вечно возникающие проблемы.

Неизвестная: Нацуки-кууун! Эй, сделаешь кое-что для меня?

Неизвестная: Оу, Субару-кун, иди сюда! Даваааай же, помоги мне.

Неизвестная: Кьяя! Субару-чан, ты привлекательный парень! Да-да! Ты секси!

Когда раздались все эти пронзительные голоса… Он сомневался, можно ли их так называть, но эти крики были слышны по всему поместью. И все они шли от коллег Субару.

Даже Субару нравилось привлекать к себе внимание противоположного пола. И все было бы просто замечательно, но есть одно но…

Неизвестная: Ха-ха-ха, какая классная задница.

Субару: Ааа!

Его хлопнули по заднице, когда он проходил мимо… нет, ему так сильно прилетело, что он закричал. Он быстро обернулся, держась за пятую точку, но преступник уже скрылся в коридоре.

Опозоренный Субару, не зная, что ему делать, просто склонился и начал выть от всего сердца, стоя у стены посреди коридора.

Субару: В-впечатляющее сексуальное домогательство… Так вот что вам нужно, Осакские бабули…!

Да, его лицо было залито слезами, когда он проклинал себя за то, что выбрал это кишащее демонами место.

Зад Субару только что был опорочен бабулями из Осаки… Из Карараги, хоть местные женщины и не имели ничего общего с Осакой, по натуре они были схожи. Но он всё ещё не знал, кто же был нарушителем.

Все женщины в поместье Магоджи были подозреваемыми, преступниками… Субару закинули в клетку с голодными тиграми, и, увы, он был не более, чем дрожащим кроликом.

Поскольку неважно, были ли они людьми или же полулюдьми, это место находилось во власти женщин среднего-возраста и никого более…!

Субару: Кто же он!? Любитель пум?!

Неизвестный: Довольно поверхностное суждение.

Стена, услышавшая жалобы Субару, ответила ему… Нет. Низкий голос, исходивший от некоторого человека, послышался позади. Это был мужской голос, да ещё и в этом поместье. Так что список возможных людей моментально сузился. Если это был не привратник, значит незваный гость.

Субару: У-умоляю! Кто-нибудь помогите!!

Неизвестный: К несчастью, только ты можешь ответить на свой зов. Прямо сейчас, только ты можешь спасти себя.

Субару: Верно! Но чем занимается привратник….

Не ответив ничего своему собеседнику, Субару повернулся, встретившись с ним лицом к лицу . Это был худощавый мужчина средних лет с усами и густыми бровями. Он носил кимоно, которое с первого взгляда, казалось, выполнено из первоклассного материала. И заметив исходившую от него ауру Субару тут же понял кем был этот человек...

Субару: Вы должно быть… Рифтен... Магоджи…-сама?

Рифтен: Так и есть. Я твой наниматель. Рифтен Магоджи. Не стоит любезностей. Я просто пришёл повидаться с новичком, после того, как, наконец, закончил свою работу.

Мужчина… Рифтен спокойно кивнул в сторону Субару, поглаживая свои усы. Сейчас, хотя он и не знал, кто перед ним стоит, он повёл себя невежливо. Ему стоило бы вести себя сдержаннее..

Субару: Мастер, если я могу вас так называть… Я хотел бы спросить, вы любите пум?

Рифтен: Ты довольно прямолинеен. Однако, это просто недоразумение.

Подозрения Субару в том, что рабочая обстановка показывает вкусы работодателя, заставили Рифтена пожать плечами, и сказав: ’Господи”, глубоко вздохнуть…

Рифтен: Женщины нежны и красивы. Просто прикасаясь к ним, я чувствую облегчение. Это чувство незаменимо, и с возрастом это облегчение становится всё более очаровательным… тебе так не кажется?

Субару: За последний день мою задницу успели потрогать уже больше 1000 раз!

Рифтен: Это потому, что у тебя классная задница.

Субару: Вы слишком предвзяты к своим сотрудникам!

Рифтен: “Ударь, и ты услышишь”. Так вот почему господин Крэйн дал рекомендательное письмо. Понимаю.

Не понятно с чем он там разобрался, но было видно, что за Субару он никакого беспокойства не выказывал. Однако, Субару здесь был единственным, кто не мог вообще ничего понять.

Субаруу: Ну, я долго следил за местной атмосферой, и таким образом я пришел к выводу, что Мастер ооочень любит пум.

Ритфен: Всего лишь очередное недопонимание. Однажды, я развею это недоразумение, и ты действительно поймёшь меня… На самом деле, я хочу посмотреть, сможешь ли ты продержаться до этого момента.

Субару: Это заставляет задуматься. Зачем вам это?

Рифтен: Думаешь, ты единственный, кого я нанимал в это поместье?

Рифтен тихонько рассмеялся, будто у него в горле что-то дрогнуло. Посмотрев на него, Субару подумал, что его собеседник, похож на злого губернатора префектуры периода Эдо. Ну а на что он надеялся…

Субару: Мне просто казалось, что остальные мужчины просто не выдерживали сексуальных домогательств…

Рифтен: Хоть я и впервые слышу подобное, я могу примерно представить, что это значит. И просто скажу, что не стану отрицать твою догадку.

В основном, это означало, что Субару был выбран очередным козлом отпущения.

Уже сам факт того, что рабочее окружение состояло из одних женщины, несомненно давил на парня, не способного сопротивляться сексуальным домогательствам. Чем больше у человека гордость, тем разрушительнее будет метка.

Рифтен: Всё-же, в сравнении с другими мужчинами, ты несомненно самый подходящий. Так что, жду от тебя будущих свершений.

Субару: Благодарю...

Похлопав Субару по плечу, Рифтен покинул коридор, оставив его в раздумьях. Субару посмотрел ему вслед и скривив губы, задумался об эксцентричном характере своего нанимателя.

Возможно, чтобы стать великим, человеку нужно было просто отбросить свою природу. Или, возможно, его отличительные черты сыграли некую важную роль. Все это, в каком-то смысле, не важно, ведь результаты его труда были признаны. И он смог продвинуться в этом мире, поднявшись так высоко.

Субару коснулся места на плече, где минуту назад находилась рука Рифтена, проговорив: “да какая разница”, вздохнул…

Субару: Чего бы он от меня не ожидал, чувствую его ждет одно разочарование, хе-хе.

Вялый шёпот Субару никого не достиг, растворившись в воздухе.

Неизвестная: Субару-чааан! Подойди-ка сюда на секууундочку!

Субару: …Ладно-ладно! Уже иду!

Услышав вдалеке крик, он тут же взбодрился, поменяв выражение лица.

Будто подумав: “Сейчас не время печалиться”. Ведь ещё многое предстоит узнать. И о своей работе, и об окружающих его людях!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1

Склеивание, склеивание, продолжение формирования формы.

Склеивание, склеивание, продолжение заливки цветов.

Склеивание, склеивание, склеивание, продолжая приближать себя к завершению.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино.

Ясно, что даже сейчас, когда он сам себя залатал, он все еще не закончил...

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: - Ты знаешь мое имя?

У маленькой девочки, Амуэ Сирс, сперло дыхание от этого вопроса.

Вопрос был совершено обычный, лишенный какого-либо смысла. И ответ на него не представлял сложности.

Но Амуэ ничего не ответила.

Жизнь - это череда выборов. Это была реальность, которую даже Амуэ, которой только что исполнилось 14 лет, хорошо знала исходя из опыта своей короткой жизни.

И вот теперь Амуэ Сирс был задан вопрос, который имел наибольший вес за ее 14 лет жизни. Возможно, это было величайшее решение в ее жизни. Тот скучный, ничтожный вопрос, в котором не было ничего особенного, который только что был задан, был именно этим.

???: - Эй, ты знаешь мое имя?

Повторяемый вопрос продолжал сжимать горло Амуэ. Тем не менее, тот, кто поднял этот вопрос, похоже, не хотел этого.

Ее мучал единственный вопрос… Она понимала, что он просто ищет ответ. Амуэ продолжала искать ответ на этот вопрос в своей голове.

А каков был бы на самом деле правильный ответ?

Что именно искал спрашивающий? Или, может быть, лучше ответить, что она это знает, даже если и не знает? Или лучше ответить, что она этого не знает, даже если и знает? Сердце Амуэ взвизгнуло от двух мучительных вариантов.

???: - Эй. Ты. Знаешь... Мое ... Имя?

Он нетерпеливо продолжал спрашивать свое имя. Даже если бы они не понимали друг друга, разве это заставило бы его волноваться?

Амуэ: …

Она по-прежнему молчала. Она посмотрела в черные глаза, которые были прямо перед ней. Амуэ задумалась. В этих пустых черных глазах виднелось ужасное лицо самой изможденной Амуэ. Она действительно не хотела говорить это вслух, она чувствовала себя неловко из-за того, что ее видели; она стала всего лишь тенью своего прежнего "я".

Будучи в абсолютном ужасе от доминирования, вопрошающегося прямо перед ее глазами, она съежилась.

Лицо Амуэ было вытянутым, измученным, как будто она постарела на десятки лет сразу. Если так пойдет и дальше, она в конце концов умрет от простого давления самого вопроса.

???: - Эй, ты знаешь мое имя?

Сильное чувство давления, которое произвело на нее впечатление внезапной смерти, напротив, вселило в Амуэ надежду. В то время как Амуэ испытывала удушающее ощущение, что ее грудь вот-вот будет раздавлена, ее охватило предчувствие, что как только она ответит на вопрос, то будет свободна. Как только она подумала об этом, она поняла, что мрачное ощущение, которое доминировало во всем ее теле, начало исчезать.

Чувство удушья пришло от тяжести ее сомнений относительно того, что она должна ответить. Поскольку она хотела освободиться от всего этого, ей нужно было подавить свою тревогу при первой же возможности. Возможно, это был своего рода инстинкт самозащиты, но для Амуэ это казалось божественным откровением. Поэтому, с дрожащими губами, она снова посмотрела в эти черные глаза.

???: - Эй, ты знаешь мое имя?

Ответив на этот вопрос, она освободится от удушья. Собрав всю свою силу воли, Амуэ наконец пошевелила дрожащим языком и произнесла несколько слов.

Амуэ: Н-нет…

Повинуясь своему сердцу Амуэ ответила, что не знает. Она освободила свои мысли от выбора, который бесконечно крутился у нее в голове.

Она ответила на этот вопрос с предельной ясностью. На самом деле, она не знала ни имени, ни лица вопрошающего, который стоял перед ней.

Когда дело касалось ее, жившей в месте, которое следовало бы назвать пограничными землями, так сказать отдаленной деревней, события из Королевства, даже серьезные, были подобны слухам из далекой страны.

Вот почему, какой бы большой шишкой он не был, он являлся всего лишь незнакомцем, которого она не знает.

???: - Это так?

Это был короткий ответ. Она не могла сказать, было ли в этом ответе глубокое волнение или уныние. Но решение Амуэ уже было принято. То, что последовало за этим, было проблемой вопрошающего.

Если жизнь - это череда выборов и решений, то это же ждет и других. Поскольку Амуэ выбрала, то и спрашивающему тоже придется выбирать.

Амуэ:...

14-летняя маленькая девочка молча ждала выбора спрашивающего.

Она ждала его ответа в полном одиночестве посреди деревни, где никого не осталось, кроме нее.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: Привет, Субару. Разве не пора обедать?

Остановившись как вкопанный, Нацуки Субару потер живот. Время уже перевалило за полдень, и теперь, когда об этом упомянули, он действительно почувствовал голод. Причина, по которой он не замечал этого до сих пор, заключалась в том, что он был сосредоточен на пути, не обращая ни на что внимания. Главная дорога все тянулась и тянулась до такой степени, что ему пришлось полностью сосредоточиться на ходьбе. Если бы он задумался о том, куда направляется, то впал бы в депрессию - настолько абсурдно долгим было это путешествие.

Субару: И правда, важно делать перерывы; Эмилия, ты не устала?

Эмилия: Вовсе нет, у меня все хорошо. Я просто волновалась за тебя, так как ты все это время шел пешком, но...

Субару: Но-но, все верно, у меня тоже урчало в животе. Я просто умираю от голода, почти до такой степени, что мой желудок был опасно близок к тому, чтобы прилипнуть к спине. Хех, как опасно, как опасно.

Эмилия: Это так?

Субару положил руки на живот, пока Эмилия прижимала руку ко рту и хихикала… Черты ее лица были прекрасны, а голос звучал, словно серебряный колокольчик. Когда улыбающееся лицо Эмилии приблизилось, Субару почесал голову и тоже позволил своим губам расплыться в улыбке.

???: Не дразните Эмилию слишком сильно, я, полагаю. Независимо от того, насколько урчит ваш живот, на самом деле ваш желудок и спина не могут держаться вместе.

Субару: Упс.

Он повернул голову, чтобы посмотреть в ту сторону, откуда доносился голос: там была Беатрис, с невозмутимым выражением лица и сложенными на груди руками. Субару вдруг прищурился, заметив, что одетая в красивое платье маленькая девочка сделала ему замечение. Увидев это, Беатрис нахмурила свои ухоженные брови и произнесла:

Беатрис: На самом деле лицо Субару немного тревожит. В чем дело, я полагаю?

Субару: Это было так мило. Повтори еще раз!

Беатрис: Грррр, в самом деле! Я полагаю, не стоит увлекаться такими странными вещами!

Покраснев, Беатрис огрызнулась на легкомысленные слова Субару. Субару и Эмилия переглянулись и рассмеялись, увидев реакцию Беатрис. Она еще больше надула щеки. Видеть ее такой было очень мило. Тут не было никакой ошибки. Если бы он сказал Беатрис об этом прямо, то, вероятно, испортил бы ей настроение. Убедившись в этом, Субару закатал один из своих рукавов, согласившись: “Хорошо!”

Субару: Ну тогда, как насчет того, чтобы воспользоваться заботой Эмилии-тан и начать обедать? А пока позвольте мне продемонстрировать свой талант. Есть какие-нибудь пожелания?

Эмилия: Ну, тогда я хочу, чтобы ты использовал майонез.

Субару: Конечно, конечно, с большим удо-о-о-вольствием, если это приказ Эмилии-тан! К счастью, благодаря запасам Рам, его много. Она наконец признала привлекательность майонеза…

Рам: ... Перестань говорить такие идиотские вещи.

Субару: Увааа!?

После того, как Субару сложил сумки, он разбил лагерь недалеко от главной дороги. Глядя на стройные ноги, Субару заметил, как на него уставились бледно-розовые глаза. Фигура стояла, обняв себя за плечи; в ней чувствовалось величие. У девушки во взгляде не было и следа гостеприимства, что резко контрастировало с надетым на ней нарядом горничной.

Субару: Это было довольно резкое приветствие, а, Рам. Дай мне закончить то, что я говорю!

Рам: Ха! Перестань меня смешить. Я помогаю делать майонез только потому, что это профессиональный заказ. Стала бы я любить такой соус, который просто кислый и белый? Отвратительно.

Субару: Сказать, что это отвратительно, - это такое преувеличение! Начнем с того, что ты не должна отрицать взрывную силу использования майонеза на паровом картофеле! Я не позволю тебе сказать, что вкус - плохой!

Сладость запретных вкусов, переполнявших язык, была Эдемом, который должен был хоть раз вкусить любой любитель майонеза - картофель и майонез, бесспорно, обладали высочайшей совместимостью друг с другом, которая никогда не теряла своего блеска.

У Субару потекли слюнки, когда он вспомнил эту великолепную гармонию вкуса. Неужели те, кто сидел рядом с Субару, представляли себе тот же вкус? Он видел, как блестят глаза Эмилии и Беатрис.

Субару: Посмотри на это, реакция двух гурманов! Видя это, ты все еще можешь клеветать на майонез своей ересью!?

Рам: Ну что ж. Все так, как говорит Барусу. Великолепие приготовленного на пару картофеля таково, что даже странные приправы вроде майонеза могут добавить ему вкуса.

Субару: Это не так, все наоборот! Ты просто упрямишься!!!

В конце концов, Рам никогда бы не согласилась сказать, что вклад майонеза был больше, чем вклад пареного картофеля. Несмотря на то, что Субару потряс кулаком в ответ на это упрямство, Эмилия рассмеялась натянутым смехом, говоря им обоим: “Ну-ну, успокойтесь”.

Эмилия: Субару, успокойся. Я люблю и майонез, и картофель на пару, а также майонез, положенный на картофель. Кроме того, все сводится к тому, что Рам не может заставить себя быть честной.

Рам: ... Эмилия, пожалуйста, перестаньте беспокоиться о том, чтобы высказывать мои мысли так, как вам заблагорассудится. Вы хотите сделать из меня ребенка… маленького ребенка.

Эмилия: П-прости. Но что вы подразумеваете под ребенком?..

Эмилию смутила реакция Рам. Однако, у Эмилии и Рам были вполне хорошие отношения. Назвать это отношениями хозяина и слуги было довольно деликатным вопросом, так как с точки зрения Рам она не считала себя подчиненной, однако между ними было больше связей. И только Субару хорошо их понимал. В любом случае.

Субару: Мне жаль, но слова Богини Эмилии имеет наивысший приоритет. Сегодня на обед будет целая куча майонеза!

Эмилия: Йааай, йиппи!

Эмилия восторженно захлопала в ладоши, а Рам раздраженно вздохнула. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы Рам не цеплялась к нему больше.

Субару: Беако очень любит майонез, как и я. Ты рада, что сегодня будет много майонеза?

Беатрис: Не могу этого отрицать. Но то, как всезнающе вы это говорите, меня раздражает. На самом деле гнев Бетти нелегко остановить. Ладно, надо вкусно поесть.

Субару: Хе-хе, как хочешь.

Выпятив свою плоскую грудь, Беатрис мило улыбнулась. Субару поклонился в ответ на это. Увидев этот драматический жест и убедившись, что Эмилия и остальные довольны, он с остальными приступил готовить еду. Но даже в этом случае они не могли приготовить такую изысканную еду на открытом воздухе. Конечно, если бы они использовали силу магии, они могли бы использовать огонь и воду, но…

Эмилия: Мне очень жаль, Субару. Я не могу тебе сильно помочь.

Субару: Тебе не нужно извиняться. Теперь мое время блистать, не так ли? Напротив, это прекрасно, если ты снова влюбишься в меня, когда я продемонстрирую свои способности.

Вернув улыбку Эмилии, Субару принялся придумывать что-нибудь, чтобы состряпать еду из ингредиентов, которые были в его распоряжении сейчас. Проверив содержимое своих сумок, Субару сделал все возможное, чтобы приготовить еду, которая понравилась бы всем.

Он не думал об этом, но ему было лестно, что все отведают его стряпню. Это стало его основной мотивацией, когда он готовил еду. То, как он старался и справлялся с такой простой вещью… Это порадовало бы его мать, без сомнения.

Эмилия: Ммм…

???: Ого, братик готовит еду? Это настораживает!

Мейли появилась, когда они готовились к ужину. Она повернулась к Субару, одарив его взглядом, который не соответствовал ее возрасту, и запустила пальцы в свои темно-синие волосы. Субару ответил ей подозрительным взглядом, увидев ее сладко улыбающуюся.

Субару: Волнуешься, да? Вот есть не дам, тогда посмотрим, как заговоришь.

Мейли: Вот сейчас было обидно. Кроме того, не братик ли пытается впихнуть везде этот свой майонез? Мне это не нравится.

Субару: Ч-что?! И ты туда же?

Мейли: Не делай такое лицо, как будто мир вот-вот рухнет.

Мэйли вздохнула, увидев удивленное лицо Субару. Но шок, который Субару испытал, услышав ее ответ, был вполне реальным. Даже если это не было равносильно концу света, потрясение, которое он получил, было похоже на то, как если бы он понял, что это был бы конец года.

???: Даже если так, я думаю, что ты относишься к этому слишком серьезно. Мисс Мейли только что сказала, что она не на одной волне с тобой, который пытается смешать майонез практически с любыми ингредиентами…

Субару: Тьфу…

Именно Юлий последовал словам Мейли, когда она высказала свое несогласие с майонезом. Он был красивым мужчиной, который воплощал грацию даже в своей походке. Юлиус подошел и внезапно улыбнулся Субару.

Юлиус: Я также разделяю мнение с Мисс Мейли. Мысль о том, что майонез сам по себе не так уж плох, но его впечатление уменьшается, когда вы кладете его на все. Ты должен быть осторожен с этим, знаешь ли.

Субару: Ты шумный, Юлий. То, что происходило сейчас, было проблемой между мной и Мейли. Было бы здорово, если бы ты не вмешивался.

Юлиус: Так как я один из членов группы, это мой долг - сохранить здравую атмосферу в группе. Игнорирование семени несогласия приведет к тому, что оно распустится и расцветет. Мой долг - дать тебе совет, прежде чем дело дойдет до этого. И после этого ты так реагируешь?

Субару: У тебя всегда есть на все ответ?

Услышав их диалог, Эмилия рассмеялась.

Субару: Эмилия?

Эмилия: Как всегда, Юлиус и Субару хорошие друзья.

Субару удрученно опустил плечи, увидев взгляд Эмилии. Не меняя позы, Юлий закрыл один глаз и провел рукой по челке.

Субару: Эмилия-Тан. Я всегда так говорю, но это…

Эмилия: Что?

Эмилия склонила голову в сомнении.

Субару: Это…

Эмилия: …

Слова, которые он пытался вымолвить из себя застряли во рту.

Эмилия склонила голову, продолжая улыбаться.

Все остановились, посмотрев на Субару. Как будто время в мире полностью погасло в ожидании следующего шага Субару.

Но шум ветра, запах зелени и кипящей воды говорили о том, что это не так. Мир не остановился. Только Эмилия и остальные.

??? - Мастер~! Бам-с, я пошла вперед~!

Субару: ...

Внезапно чье-то постороннее присутствие вторглось в безмолвный, застывший мир. Он двигался перед глазами Субару, разжигавшего костер, сидя на вершине валуна. Фигура проворно подпрыгнула и с огромной силой бросилась к нему.

???: Быстрое возвращение! Учитель, пожалуйста, хвалите меня, обнимайте и любите!

Высокая, красивая женщина, с улыбкой, украшающей ее черты, повернулась к Субару и сказала эти слова. Она была из тех, кто выставляет напоказ свою чистую белую кожу и длинные, подвязанные каштановые волосы. Женщина демонстрировала свое сексуальное женское тело без всякого стыда ― девушка, Шаула, беззаботно улыбнулась.

Субару: ...

Однако реакция Субару на появление Шаулы была довольно слабой. Этого тоже следовало ожидать. Она ворвалась как раз в тот момент, когда Эмилия улыбалась.

Этот прыжок закрыл остальных, в том числе и Эмилию. Субару нахмурился.

Шаула: Ч-Что? Что-то случилось, хозяин? Я опять напортачила?

Субару: Нет, все в порядке. Не беспокойся об этом. Ты не сделала ничего плохого.

Шаула: Это так? Ну что ж, тогда я не буду волноваться! Ах, кроме того, господин, я рада, что вы готовите еду! Я голодна-а-а-я.

На мгновение лицо Шаулы омрачилось, когда ее взгляд пал на Сабару, слегка отошедшего назад. Но она подошла, крепко обняв его, а с ее лица слезла прежняя тревога.

Несмотря на то, что Субару чувствовал тело Шаулы, прижимающееся к его рукам, и адскую мягкость ее груди, он толкнул ее от себя:

Шаула: Ах! Хозяин такой злой...но я не унываю. Бамбамбам, нападая на тебя таким образом, я буду стрелять прямо в сердце, душу и в мужские инстинкты хозяина.

Субару: Как будто ты целишься прямо в середину. Кроме того, не хватай людей за руки во время приготовления пищи. Что бы ты сделала, если бы я обжег себе руку?

Шаула: Если бы это случилось, я бы нежно лизнула ожог! Я буду лизать его день и ночь, не отпуская!

Субару: Он все равно опухнет…

Шаула продолжала настаивать, энергично поднимая обе руки. Субару пожал плечами, видя такое отношение с ее стороны, и слабо рассмеялся. Увидев это, Шаула подняла брови со словами:

Шаула: Так, так! Учитель только что смеялся? Случилось что-то забавное?

Субару: Забавная тут только ты.

Шаула: Э-э, это... предложение руки и сердца?

Субару: Как ты пришла к такому выводу?!

Он не знал, как разговор зашел в это русло, но Субару ткнул Шаулу в лоб, вкладывая в это свои чувства отрицания и возражения. Получив это, Шаула простонала: “Оуу~”

Шаула: Ну, разве слова "Ты забавная женщина" не действуют как законное право для мужчины и женщины влюбиться друг в друга! Сказав это, разве вы не должны просто продолжить “Будь моей женщиной"!?

Субару: Древними обычаями повеяло.

В любом случае, назвав Шаулу забавной, он и не думал соблазнить ее.

Субару: То, что ты сказала, было неожиданно.

Шаула: …

Субару: Вот почему говорить с тобой не так уж... плохо. У меня нет никаких сомнений, что…

Субару: Тот, кто виноват… это всегда я. Вот почему ...

Шаула: Другими словами, на этот раз это предложение руки и сердца!?

Субару: Какого черта, нет!

Настроение, которое пришло с этой искренней речью, длилось всего секунду. Шаула позволила своему недовольству пролиться дождем на кричащего Субару. Она пошевелила руками и ногами и сказала: “Эээ~”

Шаула: Но в том месте, где я проводила время в серой праздности, именно ты вдохнул в меня новый ветер. Разве это не делает нас парой?

Субару: Абсолютно нет. Откуда же на земле берется ваш предвзятый источник знаний?

Он намеревался провести серьезный разговор, но Шаула полностью нарушила его, и поэтому Субару отказался от этой идеи.

Рядом с Субару, готовящим еду, была приготовлена еда для них двоих. Только для Субару и Шаулы, не для тех, кому следовало бы наслаждаться беседой: Эмилии, Рам, Беатрис, Мейли и Юлиуса…

Осознав эту истину еще раз, в груди у Субару заныла одинокая боль.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Соединяясь, соединяясь, продолжая формировать свою форму…

Склеивание, склеивание, продолжение формирования формы…

Склеивание, склеивание, продолжение заливки цветов…

Постепенно приближаясь, приближаясь к завершению…

Сливаясь воедино, продолжая формировать очертания… Продолжая укреплять форму, покрываясь палитрой разных оттенков… Сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению….

…к завершению…

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2

Ему часто давали понять, что он несовершенное существо. И это действовало ему на нервы. Было совершенно очевидно, что это не здоровый образ мышления, ни при каких обстоятельствах. Но если бы вы действительно оказались в такой ситуации, то смогли бы испытать ощущения его измученной души.

Откровенно говоря, не было никаких сомнений в том, что нынешний настрой Нацуки Субару был в таком состоянии.

Шаула: Мастер, мастер, куда мы идем дальше?

Субару: Ах, да …

Шаула шла прямо рядом с Субару, напевая на ходу, будучи в приподнятом настроении. Услышав ее вопрос, Субару задумался, глядя вверх перед главной дорогой.

Рам: Я думаю, нам нужно идти на запад, верно? Возможно, вы ищите цивилизацию? Если ты хочешь уйти от цивилизации, поверни направо, и сможешь нырнуть прямо в Великий водопад, по крайней мере, я на это надеюсь.

Субару: Не делай таких страшных предложений, сестрёнка…

Ее точка зрения была не просто откровенным советом, она была высказана в типичной для Рам манере, как будто она подливала яд. Держа это в груди, Субару решил отправиться на запад в соответствии с ее советом.

Субару: Я собираюсь и дальше двигаться на запад … Но что ты будешь делать?

Шаула: А? Что ж, я буду следовать за Мастером. Поскольку то время, когда мы были отделены друг от друга, было о-о-о-очень долгим, мне становится трудно находиться вдали от Мастера даже на одну секунду. Пожалуйста, позаботьтесь о Шауле, которая всегда присматривает за вами с утра до ночи.

Субару: С утра до ночи, ты говоришь …… Как страшно! Разве это не было бы в течение всего дня!

Шаула: И днем, и ночью.

Вздрогнув от ее довольно грандиозного, сталкерского, заблаговременного уведомления, Субару опустил лицо, на нём появилось беспокойное выражение. Честно говоря, было странно, что он в конечном итоге шел вместе с Шаулой.

С одной стороны - Субару, который испытывал постыдное чувство вины и несчастья. С другой стороны - Шаула, которая действовала открыто, без каких-либо запретов. Это был некий баланс. Но, в любом случае, хотя Субару определенно чувствовал, что ему очень помогла Шаула, он не мог понять за какие заслуги она его сопровождает.

Шаула: Мастер есть Мастер; он для меня номер один, понимаете?

Субару: … Честно говоря, я тебя не понимаю. Ты серьезно собираешься и дальше преследовать меня?

Шаула: Конечно! Разве вы не слышали о чем-то под названием «Пока смерть не разлучит нас»! Я не могу позволить любви, которая зародилась в то время, когда мы были вдали друг от друга, иссякнуть, понимаете? Я больше не оставлю учителя, что бы ни случилось. Для вас я даже рожу много детей, прям как в детской футбольной команде…

Субару: Не бросайся такими ужасными словами…

Вытянув свою пышную грудь, Шаула посмотрела на него сияющими, яркими глазами. Он закрыл глаза ладонью. Глубины его сердца были сложными и трудными для понимания.

На самом деле он не был уверен, следует ли называть довольно прямое поведение Шаулы флиртом, но сам по себе, как мужчина, Субару не обязательно был несчастным. Если бы он отложил ее эксцентричность в сторону, Шаула предстала бы пред ним красивой и весьма привлекательной женщиной.

Субару: …

Однако сердце Нацуки Субару не могло поколебать искушения Шаулы, потому что такие человеческие эмоции были доступны только порядочным людям. Если кратко, это было потому, что они были абсолютно недостижимыми для него.

Эмилия: Я думаю, что для Субару было бы неплохо относиться немного добрее к Шауле. Она не жалеет себя, несмотря ни на что…

Внезапно колебание Субару прервал звенящий голос, подобный серебряному колоколу. Обернув взгляд, Эмилия смотрела в лицо Субару. Он закрыл один глаз, увидев ее очаровательное надутое выражение.

Субару: … Даже если это сказала Эмилия-тан, тебе не кажется, что это было действительно жестко?

Эмилия: М… наверное… Может быть. Извини. Конечно, мне тоже одиноко; но я думаю, что это бессмысленно, если ты постоянно хандришь по этому поводу. После всего…

Субару: После всего?

Эмилия: В конце концов, я уже…

Сузив свои аметистовые глаза, Эмилия попыталась продолжить свои прежние слова. Он хотел бы немедленно прервать разговор, если бы что-то не хотел слышать, но это было сложно. Не прислушаться к словам Эмилии было труднее, чем отрезать слова Бога.

Тем не менее…

Субару: Упс..

Даже если было невозможно спонтанно прервать ее, он все равно мог сделать это из-за внешних факторов. Внезапно услышав приближающийся позади себя шум, Субару отвлекся от Эмилии и направился к обочине главной дороги. Звук приближающихся колес сообщил ему, что приближается карета дракона.

Он сразу же потянул Шаулу за руку, и они двое сбежали с пути драконьей повозки.

Шаула: Ух, Мастер жесток со мной…

Субару: Выходи.

Субару яростно уклонился от объятий Шаулы, которая воспользовалась тем, что он потянул ее за руку. Потрясенная, Шаула врезалась в дерево, стоящие вдоль главной дороги, и вскрикнула: “ГЯААА!”

Бросив быстрый взгляд на Шаулу, чей нос покраснел от удара, Субару подождал, пока экипаж дракона не пройдет мимо и исчезнет из его поля зрения, прежде чем снова вернуться на главную дорогу.

???:"Хм?"

Проезжавший мимо экипаж дракона издал звук и остановился. Не похоже, чтобы это было связано с какими-то проблемами с кузовом кареты. С этим он не мог придумать ни одной причины для остановки, кроме самих Субару и Шаулы.

Небо все еще обливалось солнечными лучами, но дорога была пустынной. Субару на долю секунды усилил бдительность, как будто он натолкнулся на бандитов или им подобных.

???: Вы случайно не Нацуки Субару-сан?

Однако эта бдительность быстро исчезла после оклика от человека, спустившегося с сиденья кареты дракона. Назвав его имя, высокий юноша, который должен был сидеть на сиденье драконьей кареты, подошел к Субару.

Это был человек примерно того же возраста, что и Субару, с седыми волосами, завязанными в хвост. Хотя его нежные черты лица не производили особого впечатления, неожиданно его телосложение было довольно крепким. Он производил впечатление, что его задача заключается в выполнении ручных работ.

Независимо от такого первого впечатления, для Субару важнее всего было то, что этот юноша узнал его и назвал его имя.

???: Ах, как я и думал, это Нацуки-сан, не так ли? Это было долго.

Субару: Ааа, ну …

Он был юношей, который встретил его с непринужденностью, без сомнения, знакомством, даже несмотря на то, что расстояние было большое. Пока он колебался, решив, как ему ответить, Субару огляделся вокруг.

Получив этот взгляд, Эмилия, Беатрис и остальные покачали головами. Они указали, что понятия не имеют, кем он был для Субару. Эмилия и остальные, а также Субару подняли руки вверх, но он не решился начать разговор, притворившись, что знает его.

Субару был в замешательстве, но все же решился подойти…

???: А, может ты забыл? Это я, Регин Сувен ... Мой старший брат, Отто Сувен, помогает тебе. Мы уже встречались однажды в деревне.

Субару: Регин, ты говоришь… Ах да, брат Отто!

Регин: Да, именно.

Выразив вынужденную улыбку на этом неестественном выражении лица, Субару понимающе хлопнул в ладоши перед юношей… Регином. К сожалению, он не мог вспомнить фигуру Регина, но знал Отто.

Теперь, когда это было упомянуто, черты Регина и Отто действительно имели много общего друг с другом. Не было никаких сомнений в том, что они были братьями, а также знакомыми Субару.

Субару: Прости, это мой промах. Вы только что поймали меня в то время, когда в моей голове происходит куча всего. Вот почему ваше имя не пришло мне сразу.

Регин: Нет-нет, я думаю, что тут ничего не поделаешь, раз ты в таком занятом положении. Королевские выборы дошли даже до моих ушей, живущих в отдаленной сельской местности ... Брат не причиняет вам никаких неудобств, верно?

Эмилия: Отто-кун доставляет неприятности… это ведь очень нелепые слова, так ведь? Каждому из нас по-разному помогал Отто-кун.

Субару: Да, Отто сильно помог всем нам в лагере… Без него было бы куда больше проблем.

Регин: Правда? Тогда это хорошо …

Хотя Регин выразил смутное чувство благодарности, когда он сказал это, казалось, что его весьма обрадовало узнать о текущем состоянии своего старшего брата. И после этого он метался между взглядами на Субару и Шаулу, которые стояли на небольшом расстоянии друг от друга.

Регин: Тем не менее, Нацуки-сан, что вы делаете в таком месте? Я бы подумал, что будет довольно сложно идти по главной дороге, тем более без драконьей повозки…

Субару: Ааа, ты совершенно прав, или, скорее, как бы это сказать… Я бы хотел использовать драконью повозку, но по ряду причин сделать это будет сложно. И что касается вопроса о моих целях нахождения здесь…

Прервав свои слова, Субару на секунду задумался. И тогда он нашел нужные слова.

Субару: Нынешний я нахожусь в процессе переосмысления самого себя… можно было бы сказать, "Путешествие самопознания".

Регин: Путешествие самопознания?

Субару: Ммм, верно. Путешествие самопознания, ха-ха-ха-ха!

Его собственные слова казались ему забавными; Субару невольно рассмеялся. Хотя «Самопознание» слово, которое было распространено среди молодежи, были ли другие подходящие слова, которые так хорошо подошли бы нынешнему Субару? Если он и думал об этом, это было не так уж забавно.

Регин, казалось, смутно чувствовал, что что-то не так в том состоянии, в котором находится Субару, и спросил с некоторой заботой о Субару: «С тобой все в порядке?».

Регин: Что-то не так с вашим телом? На секунду я был уверен, что это было причиной того, что Нацуки-сан узнал меня так поздно, но поскольку раньше меня часто принимали за других, я опустил эту мысль, однако…

Субару: Мое тело действительно в хорошем состоянии. Если вы говорите о том, что я чувствую эмоционально, то я думаю, что я нахожусь на грани худшего. Но именно благодаря тебе, Регин, я останусь там. Я был рад встретить тебя здесь, знаешь ли…

Прервав слова Регина, Субару низко склонил голову и выразил благодарность. Увидев отношение Субару, Регин продолжал сбиваться с толку. Однако, похоже, он укрепил свое убеждение в том, что поведение Субару перед его глазами было совершенно ненормальным. Регин сделал решительное выражение лица и окликнул Субару: «Нацуки-сан».

Регин: Я не очень хорошо понимаю ситуацию, но пока, пожалуйста, давайте пойдем со мной в деревню. Мы подробно поговорим об этом в моей клинике. Вам необходимо отдохнуть.

Субару: Ты говоришь, словно врач!

Регин: Хотя мои пациенты - земные драконы, домашний скот и тому подобное, я врач. Вы это тоже забыли?

Субару: Забыл. Аааа, верно. Я забыл?

Регин: Нацуки-сан?

Субару находился в смешанном состоянии. В состоянии беспамятства.

Субару: Твоя деревня впереди, да? Я когда-нибудь заходил туда?

Регин: Д-да, конечно. В прошлом, когда возникали небольшие проблемы, ты, мой старший брат и тот другой парень собирались вместе.

Субару: Понятно. Спасибо.

Он услышал то, что хотел, повернулся к Регину, которого напугали слова Субару, и продолжил.

Субару: То, как вы… и ваш старший брат разговариваете, очень похоже.

Регин: А?

Субару: Вы очень хороший парень. Твой брат тоже кажется хорошим человеком.

Вот почему отныне их «Первое воссоединение» также будет ужасным. Ни в коем случае это не было чем-то, от чего он мог бы получать удовольствие или чего ожидать.

Субару: Шаула!

Шаула: Та-дам, что-то случилось, Мастер?

Субару: Не трогай его.

Это был короткий приказ. Но, просто угадав свои намерения, Шаула кивнула, произнеся: “Arahorasassā”.

И--,

Субару: Прости…

Субару извинился перед Регином одной фразой. Истинный смысл его извинений на этот раз был гораздо более ясен, чем неясность того, что было раньше. Однако Регин так и не понял настоящего значения.

Это произошло потому, что Регин не смог понять, так как его голова была охвачена светом и испарилась.

Субару: …

Обезглавленное тело Регина рухнуло на главную дорогу, и он даже не издал крик боли. Сильный жар обжег рану, и даже кровь не могла вытекать из поперечного сечения его шеи.

Хотя с этической точки зрения хвалить столь умелое убийство было ошибкой, это был удар настолько утонченный, что он хотел рефлексивно оценить его.

Субару: Этот прием великолепен, сколько бы раз я его ни видел.

Шаула: Это техника, которую я усовершенствовала, отстреливая зверодемонов с вершины башни, приближавшихся изо дня в день, не имея ничего другого в течение 400 лет. Теперь, когда я думаю об этом, эти серые дни не годятся для девичьего возраста, верно?

Субару: Ты прожила 400 лет и называешь себя девицей?

Не испытывая никаких эмоций по поводу трагедии перед его глазами, Субару склонил голову при словах Шаулы. А затем, волоча за собой обезглавленное тело Регина, он подошел к драконьей повозке, потерявшей своего хозяина.

Однако, когда земной дракон заметил приближающегося Субару и остальных, он сразу же начал убегать, пытаясь оставить Субару и других на главной дороге.

В одно мгновение белый свет пронесся мимо Субару и пронзил драконью повозку. Атака проникла в плоть земного дракона, когда он все еще тянул карету дракона, сжигая его внутренности, пробивая голову и, наконец, забирая его жизнь.

Хотя это был довольно искусный удар, но он был нежелательным.

Субару: ЭЙ!

Шаула: Это было на рефлексах! Это была законная самооборона! Мои привычки “машины убийств” не исчезают так легко!

Субару: Я не сержусь, но мы упустили возможность заполучить драконью повозку. Когда мы перейдем от пеших прогулок?

Ему совсем не повезло с земными драконами, когда он повел с собой Шаулу. Благодаря тому, что она сопровождала его, было уже решено, что Субару будет вынужден продолжать идти пешком вечно.

Шаула: О, как я там всегда говорю? Даже если это чрезвычайная ситуация, но рядом со мной будет Мастер, я всегда буду носить тебя на своей спине! Я даже не буду возражать, если ты небрежно погладишь что-нибудь непристойное!

Субару: Похоже, ты собираешься попросить денег после или что-то в этом роде.

Уклоняясь от соблазна Шаулы резкими словами, Субару положил труп Регина в принудительно остановленную карету дракона. Большое тело земного дракона также упало на главную дорогу, постигнув ту же участь, что и его владельца. Конечно, земного дракона нельзя было забрать силой Субару.

Субару: А пока перетащи земного дракона вместе с драконьей повозкой в ​​окрестности леса. Я попробую поехать в деревню, о которой говорила Регин. Ты пойдешь туда, где я буду?

Шаула: Это проще простого. Я должна попытаться сделать так, чтобы их не нашли, верно?

Субару: Если их нельзя найти какое-то время, ничего страшного. Достаточно, если их можно будет спрятать на 2 или 3 дня.

Выйдя из кареты дракона, он приказал Шауле скрыть случившуюся трагедию. Подняв руку в знак признательности, Шаула ухватилась за огромное тело земного дракона и легко подняла его труп своими тонкими руками. Карету дракона тоже начали тянуть.

Пока она шла спрятать карету дракона в лесу, Субару повернулся и посмотрел туда, где находилась деревня.

Субару: Ну что ж.

Субару пошел пешком не зря, с поставленной целью. Он отправился прямо к деревне, в которую Регин должен был вернуться.

Сколько людей знали «Нацуки Субару» в этой деревне?

Либо слишком мало, либо слишком много, что бы это ни было, от этого у него стало тяжело на сердце. Но, хотя это и правда было неприятно, если бы он избегал этого, то не смог бы выбрать правильный путь.

Это было бессердечное решение, но у него не было другого выбора, кроме как идти дальше.

Если. Если я хотя бы верну Нацуки Субару, все будет хорошо.

Субару: Будет ли его возвращение эффективным?

Именно по этой причине Субару сделал выбор, который Нацуки Субару не мог принять.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3

Субару: Кха, ха-ха…

Когда к Субару вернулось сознание, он выронил книгу, которую держал двумя руками.

Его колени дрожали, а дыхание стало прерывистым. Невыносимое чувство головокружения, подобное тому, которое возникает после слишком резкого подъема, охватило его, несмотря на то что он просто сидел на земле.

―― Казалось, что он никогда не привыкнет, сколько бы раз ему не пришлось через это пройти.

Субару: Ххаа, ххаа…

Вытерев стекающий со лба пот, Субару, тяжело дыша, попытался унять усилившееся сердцебиение. Неужели его сердце сходит с ума из-за хаоса, возникшего в диссонансе между телом и душой?

Всякий раз, когда он брался за книги, листая одну за другой, Субару замечал, что с каждой следующей книгой то, что он считал "собой", постепенно растворялось в тумане.

Нормальный человек, пожалуй, не смог бы распознать эту тонкую грань между собой и остальными, если бы это продолжалось снова и снова. Так или иначе, грань растворится, и он попросту потеряет самого себя.

Шаула: Мастер, с вами все в порядке?

Субару: ... Да, я в порядке, в порядке. Меня сейчас больше всего интересует, нашла ли ты следующую книгу?

Шаула: Всё еще ищу. Они словно пазл, их очень сложно собрать. Я не очень-то подхожу для такой работы.

Опасаясь за тяжело дышащего Субару, Шаула выразила свои опасения и скрестила руки на груди, её лицо выглядело расстроенным из-за отсутствия прогресса. Однако Субару не стал бы винить её.

Он просил её помогать с той работой, для которой она не была создана. Кроме того, даже его бесчеловечности не хватило бы, чтобы упрекнуть девушку, которая выполняла его приказы, не получая ничего взамен. Того, что она делала, было вполне достаточно.

Субару: Я знаю, что ты не создана для этого, но я полагаюсь на тебя, Шаула. Нет никого, кто мог бы одолжить мне свою силу, помимо тебя.

Шаула: Было бы неплохо, Мастер, если бы вы могли сказать это как ... "только я".

Субару: ... Сейчас я рассчитываю только на тебя.

Шаула: Хе-хе, теперь я довольна.

Надув щеки, Шаула снова нырнула в море книг с довольным выражением на лице. Однако, по-видимому, она не продержится в хорошем расположении духа достаточно долго.

Её присутствие было вопросом жизни и смерти для Субару, даже беря во внимание то, что она была простой рабочей силой.

Субару: …

Субару поднял упавшую к его ногам книгу, которую он читал ранее, и провел пальцем по названию, написанному на переплёте.

Название черной книги гласило: "Регин Сувен".

Тот юноша, который случайно встретил Нацуки Субару в прошлом, и, к несчастью, потерял свою жизнь, встретив нынешнего Нацуки Субару.

Субару: …

Они не были так хорошо знакомы. С точки зрения Регина, "Нацуки Субару" был парнем, который пришел вместе со своим старшим братом и, похоже, плохо его знал.

Просматривая воспоминания, ставшие частью его самого, Субару вздохнул, чувствуя, что напрасно потратил усилия. Честно говоря, он действительно думал, что больше всего на свете ему хотелось грустить1 из-за Регина, который в итоге оказался жертвой. Однако его разочарование на фоне потраченных впустую усилий было тем, чего он не мог избежать.

Регин: Сколько бы ты ни смотрел на это, все не так, как ты представлял себе, Нацуки-сан?

Субару: … Извини. Я поглотил все твои воспоминания, наша связь очень тонка и поддерживать ее сложно. Не похоже, что у меня будет много шансов уделять тебе внимание.

С укором глядя на книгу, на которой было написано его собственное имя, Регин бросил на Субару довольно глубокомысленный взгляд. Хотя этого и следовало ожидать, в его глазах промелькнула тень вины.

В конце концов, почти каждый был бы в ужасном настроении, если бы ему заявили, что его смерть была бессмысленной, особенно если бы это произнёс его собственный убийца.

Понимая это, Субару искренне раскаялся и сказал: "Прости." Однако…

Регин: В любом случае, у меня нет другого выбора, кроме как смириться с тем фактом, что я умер. Если ты достигнешь своих целей, Нацуки-сан, то все вернется на круги своя, верно? Будем надеяться на это.

Субару: Ты очень терпелив. Мне жаль, что я пользуюсь твоим великодушием, но я на него полагаюсь. Я верну этот долг, когда приведу все в порядок.

Регин: Тогда давай не будем ни на что надеяться, а просто подождем.

Пожав плечами, Регин помахал рукой, а затем начал растворяться, словно мираж. Как только он исчез, Субару положил Книгу Мертвых на свою полку. После он взял лежавшую рядом бумагу и что-то перечеркнул пером.

――Бумага была регистрационной карточкой, на которой было написано множество имен. И только что он провел горизонтальную линию там, где было имя Регин.

Субару: ……Получается 23.

Подсчитывая цифры, которые он вывел, Субару похрустел шеей, зная, что ему предстоит долгий путь.

Библиотека, в которой были выставлены "Книги Мертвых" – "Тайгета" все еще испытывала сильную враждебность к Субару. Независимо от количества раз, которые он посещал ее, она не давала ему "функцию поиска" в библиотеке или что-то подобное.

Поскольку Субару пользовался ей довольно часто, он подумал, что было бы неплохо, если бы сервис хоть немного улучшился. Это действительно раздражало.

Беатрис: Моя библиотека тоже была довольно большой, но она не сравнится с этой, я полагаю. Тебе не нужно жаловаться на это, Субару.

Юлиус: Поддерживаю. В такой огромной библиотеке просто невозможно найти нужную книгу. Тебе надо сесть и все обдумать, прежде чем продолжать поиски. Ты попросту вымотаешься, если продолжишь идти вслепую.

Как только эти жалобы пришли ему в голову, Беатрис и Юлиус озвучили свои предположения, осматривая библиотеку. Их слова были полны исключительно добрыми помыслами, но именно поэтому он упрямо покачал головой.

Конечно, если бы он решил посвятить этому время, как ему было предложено, то, возможно, его чувства напрасных усилий и беспокойства немного ослабли бы, но…

Субару: Попытка облегчить себе жизнь является непозволительной роскошью. У меня не хватит свободного времени, чтобы сидеть и ничего не делать. Я должен найти решение как можно скорее…

Рам: Но что, если ты не найдешь его?! Изменится ли что-нибудь, если Барусу немного поторопится?

Субару: Все изменится! ―― Все изменится!

Он сжал кулаки.

Рам свирепо посмотрела на Субару холодными, бледно-малиновыми глазами. Отвернувшись от ее взгляда, Субару уставился на список имен, который держал в руке.

В списке были записаны имена всех жителей из той же деревни, что и Регин. Судя по тому, что он узнал из воспоминаний Регина, вероятность того, что от них можно узнать что-то стоящее, была довольно низкой. Низкой, но не нулевой.

Но если это действительно так…

Эмилия: Сбудется ли то, что хочет сделать Субару, если ты прочтешь книги всех этих людей?

Субару: Эмилия-тан…

Субару на долю секунды заколебался, услышав вопрос Эмилии, в её глазах мелькнуло беспокойство. Но Субару кивнул Эмилии, как будто он говорил это самому себе.

Субару: Конечно. С тех пор... С тех пор как я все забыл, я приношу только боль. Только так я смогу все вернуть.

Эмилия: Я даже не подумала об этом...

Субару: … Этого недостаточно!

Выражение лица Эмилии стало еще мрачнее, как будто она была не в силах смотреть на разъяренного Субару. Он повысил на нее голос, сам того не осознавая.

И, пока Субару смотрел прямо в глаза потрясенной Эмилии, его голос не утихал.

Субару: Ради бога, пожалуйста, не говори так. Чего бы это ни стоило… Я постараюсь вернуть "Нацуки Субару". И после этого…

Эмилия: ... После этого?

Субару: И после этого я встречусь с вами еще раз… Я встречусь со всеми вами и начну все сначала.

Потеряв, он слишком поздно понял, что утраченное было настолько важным для него. Почему люди не понимают, что то, что у них в руках, незаменимо, пока груз, который они несут на спине, не станет легче?

Если только потеря и возврат всего утраченного не идут рука об руку, тогда почему…

Эмилия: …

Эмилия смотрела на Субару потерянным взглядом, пока он яростно бормотал. Эти аметистовые глаза наполнили настолько сложные эмоции, что даже Субару при всем желании не смог бы их прочесть.

Он должен был ясно видеть в ней все. И всё же его тревога жестоко колышется в тех случаях, когда он не понимает, что происходит в её сердце.

Что думает Эмилия? Что чувствует Эмилия?

Эти ответы были…

Шаула: Мастер! Я нашла следующую книгу! Хвала мне, Хвала мне!

Субару: Ах, молодец. Ты отлично справилась, Шаула.

Шаула: Ха-ха-ха-ха~

Шаула, ворвавшись в комнату, заставила его прервать разговор с Эмилией. Субару погладил Шаулу по голове; ее лицо расслабилось и засветилось благодарностью.

Книга, которую она держала в руке, определенно соответствовала названию, указанному в его списке.

Субару: … Как долго "Нацуки Субару" спит внутри тебя?

Получив книгу от Шаулы, Субару задал этот вопрос самой книге, которая, разумеется, никак не могла ему ответить.

Хотя этого и следовало ожидать, книги не давали четких ответов на его вопросы. Однако сами ответы действительно лежали в книгах. Все его варварские поступки были необходимыми жертвами для достижения этой цели.

Субару: Фрагментированная и объективная информация достаточно хороша. Я соскребу все это и приведу в законченный вид…

Оценка - это то, что дают другие, отталкиваясь от своей "меры весов".

Если бы это действительно было так, если бы он был в состоянии проверить оценку каждого и если бы человек, которого оценивали, мог бы пройти оценку каждого, то была бы возможность восстановить сущность этого человека.

――Восстановить "Нацуки Субару".

Это было высшим приоритетом Нацуки Субару; все его путешествие было ради этой цели.

Конечно, все жертвы, которые были принесены, вместе со всеми жертвами, которые будут принесены в будущем, были необходимыми действиями, чтобы Нацуки Субару смог в итоге вернуть «Нацуки Субару».

Если бы он мог вернуть себя… Если бы он мог вернуть…

Субару: … Если это ты, я знаю… Ты обо всем позаботишься.

Воспоминания Эмилии, Беатрис, Рам, Мейли, Юлиуса, других людей и вообще всех, кто имел к нему какое-то отношение... Он жаждал этих воспоминаний.

Потому что эта сила должна быть в «Нацуки Субару».

Потому что с такой силой…

Субару: ... Спаси меня.

Я рассчитываю на тебя, «Нацуки Субару». Если ты герой, тогда спаси меня.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания. Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму. Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

――Убийство становится привычкой.

Одна из тех фраз, с которыми знаменитый детектив Эркюль Пуаро покинул мир.

Значение этой фразы не относилось к человеку, который убил подобного себе, а затем внезапно проснулся с желанием убивать людей, продолжая совершать преступления ради удовлетворения своей жажды.

Оно относилось к тем, кто однажды решил свои проблемы убийством, и всякий раз, когда у них возникали новые неприятности, они решали их первым пришедшим в голову способом…

――Убийство становится привычкой.

Но если убийство действительно было связано с решением проблемы, можно ли сказать, что это было результатом того, что убийство стало привычкой?

Нельзя ли сказать, что убийство не вошло в привычку, а, скорее, возникли неизбежные обстоятельства?

Ситуация заключалась не в том, чтобы расценивать убийство как вариант, потому что это стало привычкой, а скорее в том, что не было другого выбора, кроме него. Возможно, говорить такие вещи было уже невозможно.

――Убийство становится...

К черту Пуаро! Вымышленные детективы не должны говорить так претенциозно.

Как он мог сказать это с таким видом, словно видел все насквозь!? Причины, стоящие за каждой ситуацией, уникальны. Они запутаны в различных обстоятельствах, каждое из которых также имеет несколько слоёв сложности.

Не пренебрегайте этими вещами и не относитесь к ним легкомысленно, пытаясь применить эти слова ко всему.

―― Убийство.

Это был единственный путь, когда не было другого. Оно было наиболее логичным выбором, когда другого способа получить правильный ответ попросту не существовало.

Вот почему убийство не вошло в привычку, а наоборот…

――Только убийство становится ответом.

Да, именно так. Конечно, так оно и было. Только это и было ответом. Это и есть правильный ответ. Только это могло пробить брешь в этом безнадежном тупике; оно было последним средством.

Эмилия: Субару всегда помогает мне; в конечном итоге ты найдешь решение, несмотря ни на что… Мой уважаемый рыцарь.

Беатрис: Если бы там не было Субару, Бетти все еще была бы совершенно одна в запретной библиотеке, я полагаю.

Рам: Ну что ж… Барусу – человек с хорошим чувством времени. Даже Рам признает это.

Мейли: Если бы Онии-сан не был таким раздража-а-ающим, то я уверена, что он не испортил бы свою работу.

Юлиус: Субару, хотя, возможно, ты этого не знаешь, но и я был спасен тобой. Твое бытие подарило мне надежду.

Субару: Я знаю.

Я знаю, что вы все очень любите "Нацуки Субару".

Я знаю, что вы все действительно заботитесь о "Нацуки Субару".

Я знаю, что "Нацуки Субару", который спас вас всех, - Супермен.

Я знаю, что все, что сделал "Нацуки Субару", спасая вас всех, было загублено.

Вот почему я должен вернуть его.

Если я смогу, по крайней мере, получить его, если я смогу вернуть "Нацуки Субару".

Если я смогу это сделать, все будет хорошо. Все будет хорошо.

Я должен идти дальше.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: ...Нацуки Субару сошел с ума и убил Эмилию, Юлиуса и всех тех, кто его сопровождал. Я едва спаслась и каким-то образом сумела сбежать и добраться сюда.

Все собравшиеся нахмурились, услышав рассказ Анастасии. Все было явно написано на их недоумевающих лицах.

Анастасия: Разумеется, вы все сочтете это невероятным. Я также глубоко сожалею, что мне пришлось сообщить это вам. Но, принимая во внимание всю опасность, которую он представляет, мы не можем позволить себе отвлечься от реальности.

???: Анастасия-сама, даже если вы так говорите, я не знаю…

Еридна: ... Моё имя - Еридна. (было Ана) Она до сих пор спит в этом теле. Хотя, возможно, пребывание в таком состоянии станет для нее благом.

???: ... Это звучит как глупая выдумка.

Тот, кто опустил глаза, а затем ответил, стоя перед Анастасией… Нет, Еридной, был рыжеволосый рыцарь - Райнхард ван Астрея.

Они находились в городе Водных Врат, Пристелле. Все, кто собрались там, были вовлечены в Королевские выборы. Битва за город закончилась довольно давно, и каждый из присутствующих ожидал отчета о возвращении Субару и его команды, которые направились на восток.

Эмилия и другие отправились туда, дабы позаимствовать знания "Мудреца", чтобы найти способ восстановить катастрофический ущерб, нанесенный Культом Ведьмы в результате появления архиепископов Греха в Пристелле.

Хоть они и были охвачены тревогой, но у них была надежда на хорошие новости.

Основания для того, чтобы заставить их поверить в эту надежду, лежали в одном из участников этой судьбоносной экспедиции. Эти перспективы принадлежали самому Нацуки Субару.

Это, помимо прочего, покажет, как он сошел с ума.

Райнхард: Если я правильно понял всё, что вы мне сейчас поведали, я... Нет, я все равно не могу поверить в эту историю.

Еридна: Даже если ты не можешь в это поверить, это правда. Он больше не тот человек, которого вы все знали. Нацуки Субару потерял свои воспоминания и одержим желанием вернуть их. И он выбрал для этого самый худший способ.

Райнхард: И этот худший путь…

Еридна: Книги мертвых, которые находятся в Сторожевой башне Плеяд... В них заключены впечатления и воспоминания умерших людей. К сожалению, поскольку я не читала ни одну из них, я не до конца понимаю всю степень их силы.

Затем последовало замешательство, когда они получили ответ Еридны, сообщающей им о странной силе, которой обладали загадочные книги.

Конечно, угроза того, что воспоминания могут быть потеряны, уже была показана более чем достаточно. Это был тот самый эффект, с которым Субару и другие пытались что-то сделать.

Но никто и подумать не мог, что их путешествие, направленное на решение этой проблемы, закончится чем-то подобным.

???: ... Я не думал, что Нацуки-сан сможет сделать это в одиночку. Если его цель - чтение "Книг мертвых", то как он это делает?

Райнхард: Отто, ты в это веришь?

Райнхард широко раскрыл глаза и повернулся к Отто, который задал этот холодный вопрос. Взглянув в голубые глаза Святого Меча, Отто кивнул.

Отто: Анастасия-сама... или сейчас это была Еридна? У неё нет причин лгать нам вот так. Это слишком ненормально и бессмысленно. На самом деле, я считаю, что должно было случиться что-то действительно неожиданное, раз она смогла вернуться сюда совершенно одна.

Райнхард: Это... Но...

Отто: Я тоже не хочу в это верить. Я не хочу в это верить.

Сжав кулак, Отто дрожащим голосом высказал свой ответ настойчивому Райнхарду. Любой, кто услышал бы этот дрожащий голос, понял, какая буря эмоций переполняла Отто.

Увидев сожаление на лице того, кого он считал старшим братом, Гарфиэль, стоявший рядом с ним, с тревогой сказал: “Братишка…”

Еридна: ... Догадка Отто-куна верна. Даже если поведение Нацуки Субару изменилось после потери памяти... Если бы он был один, Эмилия, Юлиус и все остальные могли бы с легкостью удержать его. Но на пути этого плана встала та, кто активно помогала ему. Шаула.

Гарфиэль: Шаула...? Разве это не имя "Мудреца", который должен быть в сторожевой башне? Что она сделала с тобой, генерал… Нет, это какая-то неразбериха. Это как в "Нерешительности Осмунда"..

Еридна: Извините, но я не могу позволить себе ждать, пока ваше смятение уляжется. Как вы уже догадались, Шаула - это имя наблюдателя в сторожевой башне. Заимствуя то, что она говорила, она все время повторяла, что "Мудрец" был ее Мастером. В конечном итоге, она не была "Мудрецом"…

Райнхард: У меня есть много вопросов, но... Просто чтобы убедиться, эта Шаула помогает Субару?

Райнхард задал этот вопрос на всякий случай, и Еридна кивнула. В зале поднялся шум.

Это был нож в спину со стороны героя, который пытался спасти Город Водных Врат от архиепископов Греха. И тот, помогал ему в этом предательстве, был "Мудрец", один из трех великих героев былых времён.

Кто бы не стал оплакивать мир в этой жестокой ситуации, которая была похожа на кошмар внутри кошмара?

Еридна: ... Я принесла сюда правду не потому, что хочу отомстить.

Внезапно Еридна, опустив голову, пробормотала эти слова среди начавшейся неразберихи.

Услышав ее ответ, Райнхард поднял брови и сказал:” Еридна?” Когда шум понемногу утих и взгляды людей сосредоточились на них, Еридна коротко вздохнула и продолжила.

Еридна: Учитывая чувства Аны и время, которое я лично провела с Юлиусом, я думаю, что было бы оправданно впасть в гнев на Нацуки Субару, который убил его… Но я очень устала.

Райнхард: Вы устали?

Еридна: Может быть, это правда, что я ненавидела его, а он ненавидел меня. Но, даже если он просто отчаявшийся ребенок, который преследует меня, я вымоталась.

Слабо покачав головой, Еридна медленно поднялась.

У нее было лицо Анастасии, и она говорила её голосом, однако если бы она действительно была ею, то выражение такой явной слабости никогда бы не появилось на ее лице.

Еридна: Я покину вас на этом этапе. Мы совершили непоправимые ошибки.

Райнхард: Делать это было бы...

Еридна: Я знаю, что у тебя нет дурных намерений. Но иногда сдаться - это лучшее, что можно сделать. Уговоры ни к чему не приведут. Я.. покидаю вас.

После этого заявления ни у одного человека не нашлось слов, которые могли бы остановить убитую горем девушку. Еридна, конечно, знала, что ни у кого здесь не было и шанса ее остановить.

Зная это, она отвернулась от собравшихся и покинула это местоююю Точно так же, как она заявляла раньше, она покинула сцену самих Королевских выборов.

Еридна: Я буду молиться за вас... Пожалуйста, я хочу, чтобы вы все были предельно осторожны.

Это был последний отчет, который оставил после себя единственный член экспедиции на Сторожевую башню Плеяд, благополучно вернувшийся из неё. Все, что он сделал, - поднял тяжёлую тревогу в людских сердцах.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: ... Что ты собираешься делать дальше?

Рикардо, шедший рядом с ней, задал ей этот вопрос на обратном пути. Но на это Еридна лишь молча закрыла глаза.

Рана в том месте, где Рикардо потерял руку, была серьезной; та часть, которую он потерял, когда-то была крепкой и мощной рукой. Вместо неё там сейчас было что-то вроде крюка. Можно было бы сказать, что позиция не сдаваться в бою, даже в том виде, в каком он был сейчас, была довольно похожа на Рикардо, однако…

Еридна: Все так, как я сказала. Я сдаюсь. Это мудрое решение. С этого момента я не думаю, что буду пытаться притворяться Аной... Хотя, по крайней мере, я буду выполнять минимальные обязанности по отношению к компании “Хошин”.

Рикардо: Что ты говоришь о минимальных обязанностях, аррррр…?

Еридна: Распад компании, и я должна попытаться помочь Сотрудникам с их следующей работой. Сама компания, вероятно, прекрасно справится, если оставить её вице-президенту Чудену.

Рикардо: …

Еридна: Я понимаю, что ты недоволен. Но тут уж ничего не поделаешь.

Хоть ее истинное лицо тогда еще не было раскрыто, Еридна и Рикардо были вместе уже долгое время. Хотя это и было одностороннее знакомство, она оценила силу эмоций, которые Рикардо испытывал к Анастасии.

И все потому, что это были те же самые чувства, которые Еридна испытывала к самой Анастасии.

Если Рикардо питал к Анастасии чувства, подобные отцовским, то Еридна была такой же; вероятно, она питала к Анастасии чувства, походящие на материнские.

Вот почему…

Еридна: Думаю, что я и с "Железным Клыком" расстанусь. Отныне, Рикардо, ты волен делать все, что захочешь.

Рикардо: Если я свободен делать то, что мне нравится, тогда я буду искать способ разбудить мисс.

Еридна: … Если ты все еще хочешь этого, даже после того как мы потеряли нашу единственную возможность, то я ничего не могу сказать ничего против. Возможно, будет лучше, если молодняк из "Железного Клыка" будет сопровождать тебя?

Еридна не могла закрыть глаза на упрямство Рикардо. Он тоже очень серьезно относился к защите тех, кто был ему дорог. Нет ничего более жестокого, чем осудить его попытки как бессмыслицу, прежде чем он возьмется за дело.

Рикардо не должен был сдаваться только из-за того, что сдалась сама Еридна.

Тем не менее…

Еридна: Даже я не знаю, обрадуется ли Ана твоему поведению.

Рикардо: ... Если она меня ругает, тогда ладно. И более того, как я могу сдаться, не убедившись во всем сам!? Я делаю это, потому что... Я-приемный отец Ана-бо.

Еридна: …

Рикардо: Можно ли назвать отцом отца, который бросает свою дочь? Неважно, кто и что скажет... НИКОГДА не сдавайся.

В решительном заявлении Рикардо не было ни малейшего намека на сарказм по отношению к Еридне. Однако, прекрасно осознавая собственные слабости, он сумел поразить Еридну в самое сердце. Она даже позволила себе сухо улыбнуться, восхищаясь силой духа Рикардо.

И затем…

Еридна: Рикардо, ты действительно…

Еридна собиралась продолжить свои слова, сказав: “сильный, хах”.

Или, если бы у нее было на это время, она хотела бы спросить, может ли она сама стать такой же сильной.

… Но на это не было времени.

Еридна: …

Ощущение, похожее на дрожь, сотряслось под их ногами, и через мгновение Еридна увидела, как Рикардо протягивает руку. Его толстая крючковатая рука схватила Еридну за шиворот, и ее ноги поднялись в воздух.

Когда Рикардо зацепился за неё, она смогла увидеть, что происходит, и это было последнее, что она сделала.

В следующее мгновение на них с огромной силой хлынул поток воды, поглотив Еридну, Рикардо и город, смывая абсолютно все на своем пути.

―― Наводнение, спровоцированное Культом Ведьмы, вновь обрушилось на Город Водных Врат, который ранее избежал катастрофы.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4

Субару коротко вздохнул, глядя вниз на город, который был поглощен наводнением.

Город был построен в форме ступы, что позволяло удерживать воду внутри. Эффективность данного сооружения можно было представить, наливая воду в муравьиное гнездо.

Субару: Как и ожидалось от города, используемого для решающей битвы с Ведьмами.... Ловушка оказалась просто невероятной.

Город был спроектирован и возведен как западня для Ведьм, Зверодемонов и тому подобных; в соответствии с этим водные шлюзы с легкостью справились со своей задачей. Неистовство воды в мгновение утащило город на дно и поглотило всех его жителей прежде, чем они успели укрыться.

???: Это великолепно, не так ли? Так ты еще и убил почти всех тех, кто тебя знал… Думаю, я не ошибусь, если скажу, что ты продолжаешь уверенно свой путь самопознания, верно?

Субару: …Заткнись.

Позади Субару, который наблюдал за разрушением, высокая клоунская фигура позволила своим бессовестным мыслям выплеснуться наружу. Выражение его лица не выражало восторга, хотя, казалось, что ему вполне нравился результат, на который он смотрел. Поскольку план был приведен в действие благодаря его советам, не похоже, чтобы клоун не понимал мыслей Субару, однако…

???: У мастера, конечно, вкус так себе…

Молодая служанка с презрением смотрела на шута. Маленькая девочка с умными глазами прижалась к Субару поближе и украдкой взяла его за руку.

Сжав ее руку в ответ, парень кивнул.

Субару: А ты что думаешь, Петра?

Петра: Хм-м-м, ну, кажется, Шаула-сан все сделала правильно. Не думаю, что кто-то смог уйти, ведь все вышки под контролем… Хотя, может в убежищах еще остались.

Субару: Ясно. Прости, что заставляю докладывать плохие вести.

Петра храбро улыбалась, даже когда у нее спрашивали ее объективное мнение.

Эта девочка была храбра душой, но все так же оставалась обычным ребенком. И несмотря на это, он все же винил себя за то, что втянул её, но…

???: Если вы собирались стать таким эмоциональным, я бы предпочла, чтобы вы не начинали всё это. Субару-сама все такой же недоделанный человек, не так ли?

Субару: Ах, мне даже сказать нечего в ответ, когда ты все так выставляешь.

Гнев светловолосой горничной, Фредерики, не прошел так легко.

Она придавала больше значения трагедии, которая произошла с людьми вокруг нее, а не итоговому результату. В этом смысле, казалось, она никогда не простит действия Субару.

И это не было единственной причиной, чувства так же играли свою роль. Взглянул бы он на это здраво, принял бы свои настоящие эмоции и в полной мере осознал бы связь девушки с её родным братом, Гарфиэлем.

Субару: В любом случае, я знаю о Гарфиэле только со слов других людей.

Пробормотав это со вздохом и почесав затылок, Субару тяжело вздохнул и переключил свое внимание на бой.

Клоунская фигура: Ну что? Что ты собираешься делать да-а-а-а-льше, Субару-кун.

Всматриваясь куда-то вдаль, он цыкнул на Розвааля, который стоял сбоку. И затем, Субару заявил: “Все решено”, словно выкрикивая проклятие.

Субару: Все пойдёт по плану. Для начала лучше всего напасть на самого проблемного парня.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Отто: Кха-кха!..

Гарфиэль: Братан, ты в порядке?! Откашляйся! Выплюнь всю воду!

Со слезами на глазах, Отто кашлял из-за воды, которая заполнила его легкие. Гарфиэль помог ему, но тело Отто сильно мучалось.

В конечном итоге он смог освободить легкие от всей жидкости.

Гарфиэль: Дерьмо! Что, чёрт возьми, произошло?..

Отто: … Думаю, открылись шлюзы города. И, в результате, все улицы поглотило водой. Несмотря на нашу отчаянную борьбу с Культом, все пошло прахом.

Отто пробормотал это Гарфиэлю, клыки которого дрожали от злобы. Они молча смотрели на затопленный город. Отто взглянул в заполненные горем и яростью зеленые глаза друга, которого он считал младшим братом. Торговец потупил взгляд.

Город охватил хаос, куда ни посмотри. К счастью, Гарфиэль успел подхватить Отто на своё плечо и они успешно перебрались на место повыше, куда вода едва доставала. Однако сколько людей в городе сумели бы сделать то же самое?

Гарфиэль: Все ушли на дно…

Прикованный к месту и широко раскрывший глаза, Гарфиэль был поражен чудовищностью наводнения, которое обрушилось на город. Хотя Отто не слышал подробностей этой истории, у

него возникло ощущение, что Гарфиэль пережил довольно впечатляющую встречу в Пристелле. Существование такого желанного противника было бы для него чем-то очень важным.

Это наводнение безжалостно смыло даже людей, с которыми Гарфиэль был связан эмоциональными узами.

Отто: …Нет, не только это.

Хотя он и волновался о состоянии Гарфиэля, Отто, должно быть, беспокоился и о других людях, попавших в эту ловушку.

Начиная с Анастасии—Еридны, внезапно созвавшей всех, и остальных, включая Королевских Кандидаток, которые хотели услышать её отчет. Все они наверняка пострадали.

Они собрались, чтобы предупредить всех о случившемся, но все закончилось так...

Отто: Я скажу кое-что грубое. Гарфиэль, пожалуйста, встань. Мы должны справиться с этой ситуацией так же, как и с Культом Ведьмы в прошлый раз.

Гарфиэль: Н-но… Братан… Понимаешь…

Отто: ЧТО С НАМИ СТАНЕТ, ЕСЛИ МЫ СЕЙЧАС БУДЕМ СИДЕТЬ И НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ?! ЗДЕСЬ НЕТ НИ НАЦУКИ-САНА, НИ ЭМИЛИИ-САМА! ПОЖАЛУЙСТА, ВСТАВАЙ, ГАРФИЭЛЬ! НАМ НАДО ЧТО-ТО ДЕЛАТЬ! ОСТАЛИСЬ ТОЛЬКО МЫ!

Гарфиэль: …

Схватив его за воротник, Отто накричал на Гарфиэля, чье лицо было охвачено смятением и слабостью. Он понимал, что слишком грубо было так срываться на друга, но Гарф слишком долго пытался сообразить, что только что произошло.

Поняв причину вспышки гнева своего друга, зверь встал на ноги. Его зеленые глаза загорелись еще ярче.

Отто не волновало, что его могут посчитать бесчувственным — даже если Гарфиэль потом возненавидит его, это будет гораздо лучше, чем невыполненный долг.

Отто: Нам нужно найти выживших, а затем встретиться с кандидатками Королевских выборов, рыцарями или кем-то еще, кто смог выжить. Если это была спланированная атака, то нам придется собрать все силы и противостоять…

Гарфиэль: Тсс! БРАТАН!

Отто: ?!

Не успел Отто закончить, как Гарфиэль резко толкнул его и взревел. Молниеносная вспышка пронеслась перед Отто, который упал на крышу.

Отто: Га-а-а-а-а-а-а!

На мгновение все тело Отто охватила жгучая боль от света, который слегка задел его грудь. Кровотечения не было, но на его рубашке была выжженная отметина, а кожа обуглилась.

Истинной формой белого света сейчас был чистый, интенсивный жар. И этот белый свет был…

Гарфиэль: Р-А-А-А-А-А!!!

Издав яростный вопль, Гарфиэль с силой отбил каждый из этих белых лучей света, которые неслись к ним с молниеносной скоростью.

Используя свои серебряные щиты, Гарфиэль бросил вызов этой неведомой угрозе. Началась гиперпространственная битва, за которой Отто не мог уследить.

Тем не менее, у него было хорошее представление о том, что происходит.

Отто: Откуда же…

Терпя боль, Отто осмотрелся и попытался источник этих вспышек. Вполне вероятно, что тот, кто стрелял в них, был также и тем, кто открыл шлюзы.

Конечно, первое что пришло на ум – Культ Ведьмы…

Отто: …Кх, откуда-то оттуда!?

Далеко-далеко, где-то на горизонте, на одной из башен шлюза — Вспышка летела оттуда, с другого края города.

Количество атак увеличилось, как только Отто увидел, откуда они летят. Каким-то образом Гарфиэль все еще отбивался от них, но—

Гарфиэль: ВСЕ СТАНОВИТСЯ ТОЛЬКО ХУЖЕ! БРАТАН, НАЙДИ УКРЫТИЕ! ВЕЛИКИЙ Я СОБИРАЮСЬ РАЗМАЗАТЬ ЭТОГО УБЛЮДКА!

Отто: ГАРФИЭЛЬ! ТЫ БУДЕШЬ В ПОРЯДКЕ, ЕСЛИ ПОДОЙДЕШЬ ПОБЛИЖЕ?!

То, что прокричал Гарфиэль, явно не было лучшим выбором в данной ситуации.

Скорость, с которой летели вспышки света, была невообразимой. Так еще и дистанция такая, что Гарфиэль едва мог организовать против них защиту.

Если он пойдет ближе, времени на уклонения не останется вовсе. Любое мгновение могло стать фатальным в такой схватке.

Гарфиэль: В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, ДРУГОГО ПУТИ НЕТ! МЫ ТУТ ВДВОЕМ! ВЕРНО ЖЕ?

Отто: …, Ты прав. ГАРФИЭЛЬ!

Гарфиэль: ХЬЯЯ-Я-Я-Я-Я!!!

Повторив прошлые слова Отто, Гарфиэль прыгнул вперед. Прыгая по зданиям, которые едва можно было назвать опорой в затопленном городе, он рванул вперед к Башне, из которой летели вспышки.

Гарфиэль: ГР-р-р—р—а-а-а—а-а-а-а!!!

Выстрел за выстрелом, Гарфиэль напрягся и еле как удержался на ногах. Шок от каждого попадания сотрясал его тело, будто парализуя.

Противник был чудовищен.

Мало того, что он мог стрелять так метко на такой дистанции, так еще и количество маны, которое он вкладывал в эти мощные атаки, не пропуская ни одного удара, было далеко от нормы. невероятным.

Если учесть положение, в котором он с самого начала держался на расстоянии, то ситуация для его противника была чрезвычайно благоприятной.

Отто: И даже так…

В городе и так было полно людей, пострадавших от потопа. Одна за другой, трагедии посыпались на Пристеллу, которая еще не успела оправиться от нападения Культа. – Так еще среди всего этого оказалась и семья, с которой Гарфиэль был связан кровными узами.

Гарфиэль: Тц!

Гарфиэль стиснул зубы, отгоняя от себя ненужные мысли.

Но все же, как бы он ни старался, ничего не поменялось. Не печаль и гнев засели внутри него, а скорее ярость окутала его сердце, поскольку он продолжал становиться все более разъяренным.

Если он пустит эту ярость в свои клыки и когти, чтобы размазать противника, тогда…

???: Гарфиэль!

Внезапно, он услышал голос, который пробился через его ярость. Его окликнули... Хотя, если бы дело было только в этом, Гарфиэль бы даже не заметил этого крика.

Однако…

Гарфиэль: Капитан?

Совсем другое дело, если этот голос принадлежал человеку, которого он так долго ждал... Прямо посреди битвы Гарфиэль оглянулся, судорожно ища взглядом говорившего.

С самого начала Гарфиэль не поверил ни единому слову из донесения, которое принесла Еридна.

Начнем с того, что Гарфиэль не мог доверять тому, кто носит имя Ехидны. Конечно, он предупредил Субару об опасности этого существа, назвавшего себя этим именем. Вдобавок ко всему, она заставила его отправиться в Сторожевую башню Плеяд.

И все же, увидев, как Еридна возвращается в облик Анастасии, Гарфиэль пожалел, что мыслил так поверхностно.

Он подумывал проследовать за ней, чтобы побыстрее найти Субару, Эмилию и остальных.

Как раз после того, как Гарфиэль предложил это Отто, в город хлынул потоп. Казалось, что Отто думает, как и обычно, но вот Гарфиэль вложил всю силу в свои клыки и отказывался признать свою ошибку.

Для Гарфиэля, Субару был тем, кто не мог облажаться.

Поэтому Гарфиэль надеялся, что услышал именно Нацуки Субару. Ведь только он может перевернуть всё с ног на голову в ситуации, которая полностью зашла в тупик.

Он огляделся в поисках его фигуры, цепляясь за эту надежду…

Субару: Твое сердце не может понять самого важного в себе… И все же, у твоей семьи острый глаз.

Увидев его, Гарфиэль нахмурил брови. Не потому, что слова Субару дошли до него, а из-за того, что он увидел.

Гарфиэль: ………….

Перед его глазами предстала фигура, смотревшая на Гарфиэля, который прыгал навстречу белому свету. Его внешность, конечно, была такой же, как у того, кого он знал лично, но...

Гарфиэль: … Кто ты, блять, такой?

Когда он принюхался, знакомый запах вдарил ему в ноздри. Однако, именно его инстинкты не доверяли человеку внизу.

В его мыслях возникла пропасть, которая длилась не более доли секунды.

И все же, это была роковая ошибка.

Двигаясь навстречу…

???: Попался! Та-да!

Гарфиэль: Нг-х...

Прямо перед ним появилась черноволосая девушка и, восторженно крикнув, пнула его ногой. Поймав ее удар щитами, Гарфиэль поглотил атаку.

Тем не менее, она не была противником, с которым он мог бы справиться в данной ситуации. Гарфиэль не мог смотреть сразу в две стороны: вниз и вверх.

Черноволосая девушка: Неплохо, но моя-я-я любовь к Мастеру в тысячу раз сильнее.

С довольной улыбкой она подняла свою ладонь к лицу Гарфиэля. В мгновение, когда всего его волосы встали дыбом, он откинул лицо назад.

*Хлюп*

Удар пронзил живот Гарфиэля насквозь, и его внутренности вывалились на землю.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Мысли Отто помутнели, когда он увидел брызги крови в воздухе.

Отто: Хк…

Скрипя зубами, Отто проклял свое холодное сердце. Ему были тошно от того, что в такой ситуации он спокойно пытался все понять. Его друг, которого он считал братом, погиб прямо у него на глазах. И даже тогда, он не поддался эмоциям.

Даже в такой обстановке, Отто был сконцентрирован на побеге.

Если он использует “Божественную Защиту Духовной Речи”, тогда появится слабый проблеск надежды. Веря в это, он преодолел все трудности, с которыми сталкивался раньше.

Поэтому…

???: Прискорбно, но даже крысы в конечном итоге потонут при таком потопе. Похоже, парня, с которым вы недавно разговаривали, нигде не видно.

Отто: …

Голос, сопровождаемый звуком шагов, тихо донеся до ушей Отто.

Звук медленно приближался, будто в полной тишине. Обернувшись, чтобы посмотреть откуда доносился звук, Отто задержал дыхание.

И затем, тяжело вздохнул.

Отто: Вас и правда не узнать, Нацуки-сан.

Субару: Правда? Если ты обо мне, то я сам не очень себя понимаю, но…

Отто: Думаю, вы поймете, о чем я говорю, если посмотрите в зеркало. А-а, точно. Еридна же упоминала, что вы потеряли память. Вот почему вы не понимаете сами себя?

Субару: Ха-ха-ха, может быть. Честно говоря, если бы я мог измениться во всем, я бы не отказался, но…

Почесывая щеку, парень засмеялся над шуткой Отто. Как он должен назвать своего противника? Какое имя ему произнести? В его голове смешалась импульсивность и хладнокровность. Сомневаясь в правильном выборе, он закричал.

Отто: Ты…

Субару: Даже если ты не скажешь этого, я всё знаю. Мое имя…. Нацуки Субару. Я без гроша в кармане.

Отто: …

Субару: Я тоже много чего о тебе слышал. У тебя хорошая репутация. Наконец-то мы встретились, Отто.

Сказав это, человек, принявший внешность Нацуки Субару, но отличавшийся от того, кого Отто знал, повторно рассмеялся.

Его лишенный света левый глаз затуманился, а волосы поседели бог знает по какой причине. Улыбаясь от уха до уха, сумасшедший Нацуки Субару продолжал смеяться.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5

Отто: …

Глядя на насторожившегося Отто, Субару глубоко вздохнул.

Сказать ему, что он сильно изменился, значит описать его самые отвратительные стороны.

Возможно, если бы ему сказали противоположное, то он бы воспринял это как иронию… Однако ему прямо сказали: “Ты совсем другой человек”, и он не мог это принять.

Такого он еще не слышал ни от кого.

Субару: Честно говоря, мне очень трудно это понять.

Отто: …Ты о чём?

Субару: Разве Еридна не рассказала тебе о том, чем я занимаюсь? Мои воспоминания исчезли, а я впал в безумие… Ну, такова суть.

Отто: Конечно, слышал. И даже то, что ты был одержим возвращением своей памяти.

Субару: Не помню, чтобы говорил так много, но… что ж, вполне разумное предположение. Всё же, все вы довольно умные. Единственный никчемный глупец здесь я.

Нежно проведя рукой по своему левому глазу, Субару пробормотал это себе так, словно издеваясь над собой. Глядя на этот жест, Отто нервно сглотнул.

Отто: Могу ли я спросить, что случилось с твоим глазом?

Субару: Глазом… А-а, левым? Всё немного в тумане... Хотя, похоже, я просто ударился головой, когда начался этот кошмар... Ну а про прическу, я ничего с ней не делал… Она сама стала такой. Смешно, да?

Отто: Ха-ха-ха-ха, и правда. Ты доволен?

Субару: Отнюдь. Чтобы полностью удовлетвориться, мне предстоит пройти долгий путь. Еще столько всего, что аж грустно становится.

Видя натянутую улыбку Отто, Субару изобразил такую же.

Казалось будто Отто и Субару хорошие друзья, и он видел это так. Он чувствовал это не только через призму восприятия Эмилии или Беатрис, ему казалось, что эти чувства настоящие.

Эмилия: Субару и Отто-кун всегда хорошо ладили, это было та-а-а-а-к трогательно.

Беатрис: Фактически, Субару всегда подшучивал над Отто. Такое чувство, будто все так и осталось, я полагаю.

По бокам от Отто, Эмилия и Беатрис обсуждали свои мысли. Кивнув головой, Субару облизнул губы и сказал: “Я с нетерпением ждал нашего “Первого воссоединения” после долгой разлуки. Хотя, знаю, что ты один из тех, кто со временем становится все опасней. Прости, но давай покончим с этим сейчас.”

Отто: “Первое воссоединение” – своеобразное название ты придумал, но отходя от всего этого, насчет твоей цели… разве все не провалилось?

Субару: А?

Наклонившись вперед, Субару нахмурился, и Отто продолжил.

Отто: Вообще, это был довольно хороший ход. Ты подгадал момент, когда все собрались в одном месте и разом убил их одной смертоносной атакой. Снимаю шляпу. Ведь если ваши враги пострадают от природного катаклизма, они уже не смогут вам противостоять, будь они мастерами фехтования, или же простой шайкой бандитов.

Субару: …

Отто: Продолжая мысль, разве не ты позволил Еридне бежать из Сторожевой Башни? Ты дал ей сбежать, чтобы она собрала знающих тебя людей через письма. Если гипотеза окажется верна, вероятность того, что все соберутся в Пристелле, была крайне высока. Тут ведь есть водные врата.

Субару: …Твоя похвала – честь для меня.

Принимая похвалу, Субару замолчал. Скорее, хвалить следовало бы Отто.

Отто почти попал в точку, почти докопался до истины, включая тот факт, что именно Субару позволил Ехидне сбежать.

Хотя…

Субару: Ну, правду говоря, изначально она сбежала по чистой случайности, но потом я понял, что она может быть полезна. Поэтому я и не стал преследовать её.

Отто: Понятно. Я бы удивился, если бы ты все настолько далеко спланировал. Можно сказать, что любой, кто теряет свои воспоминания, становится куда проницательней. –Но.

Прервавшись на этих словах, Отто взглянул на Субару. Видя уверенность в его взгляде, Субару ответил тем же.

И, слегка насторожившись, Отто продолжил.

Отто: В конце концов, ты полностью провалил финал своей игры.

Субару: Провалил? Я-то? Как это понимать?

Отто: Я не очень понимаю твою реакцию, здесь нет никакого смысла. Не бывает моментов, когда все идет согласно твоему плану. Если бы ты серьезно относился к этому, то должен был выполнить все, что задумывал.

Субару: Все, что задумывал…

Отто: Ты должен был нацелиться прямиком на Райнхард-сана, не жадничая.

Ткнув пальцем в Субару, Отто прямо сказал ему это. Глаза Субару широко открылись, когда он услышал такие слова, но, не обращая внимания на его реакцию, Отто пытался заставить Субару ответить.

Отто: Разве ты не использовал “Книгу мёртвых”, где можно прочесть воспоминания других? Если ты планировал использовать их и попытаться вернуть себя, Райнхард-сан стал бы главной угрозой. И если ты нацелился на него, тебе надо было сразу застать его врасплох. Теперь тебе нужно быть начеку. Второго шанса у тебя не будет.

Субару: Так, в тот момент, когда я уже сжал клыки на шее своей жертвы, мне не стоило ее отпускать? Это ты хочешь сказать?

Отто: Именно это я и хочу сказать. Так что ты дол…

Субару: Кх...

Отто: ….?

Отто дёрнулся от резкого, странного звука, донесшегося из горла Субару. Его реакция сочетала в себе удивление, недоумение и замешательство.

Субару не притворялся.

Хотя многое из озвученного он смог понять, но в конце концов Отто ошибся.

Субару: Это ты, Отто, все неправильно понял.

Отто: Это…

Субару: Я не целился в Райнхарда. Конечно, многого можно было бы избежать, если бы он погиб в этом наводнении, но я даже не надеялся на такую счастливую случайность.

Силы Райнхарда были известны абсолютно всем. Он носил титул Святого Меча, о котором ходили самые разные слухи; убийство его сравнимо с подвигом Геркулеса --- В любом случае, надо продолжать старательно строить планы, чтобы в будущем позаботиться о нём.

Случайный удар явно не возьмет такого героя.

Субару: Вот почему мне нужно найти особую лазейку чтобы убить его. Мне надо ослабить его, надо напасть неожиданно, поймать его в ловушку, возможно, даже взять заложника. Конечно, если я захочу убить его, мне придется так сделать… Но сейчас он не главная цель.

Отто: Тогда, может тем потопом ты хотел убить всех тех, кто знал тебя? Наверняка из-за последних событий, количество людей, знающих тебя, в этом городе…

Отто уж было хотел сказать “взлетело”, но Субару, не дав ему закончить, протянул свою ладонь.

Даже Субару знал о том, что он пытается сказать. Жестокость Культа Ведьмы в Пристелле была известна всем. Конечно, в этом смысле, город можно было использовать подобным образом. Однако, это было слишком тривиально по сравнению с главной причиной.

Была всего лишь одна цель из-за которой Субару хотел затопить город с помощью Водных Врат. Это был…

Субару: … Это ты, Отто.

Отто: А?

Субару: Так я буду знать, что точно убил тебя. А остальные… будем считать их бонусом.

Отто: ---

Отто напрягся, не понимая, сути сказанного.

Отто: … Почему… я?

Субару: Зачем я проделал все это ради тебя одного? Это воплощение моей величайшей осторожности относительно твоей персоны. Отто: …

Субару: Просто знай, это не просто мои мысли… Я только сейчас понял, что выкачивал бесполезную мудрость из своей бесполезной головы.

Действительно, хитрость Субару не имела значения.

В его голове возникали только глупые мысли, ведь он был глуп.

Поэтому…

Субару: Я посоветовался с ними.

Отто: ….

Вокруг него стояли его коллеги, которые отражались в глазах Субару, но Отто никого из них не видел.

Эмилия, Беатрис, Рам, Розвааль, Петра, Фредерика – все его друзья из лагеря Эмилии окружили его.

Посмотрев на каждого из них по очереди, Субару пожал плечами и вопросил: “Разве не так?”

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Отто-кун.

Ответила Эмилия.

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Отто, я полагаю.

Ответила Беатрис.

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Должно быть, это Отто. Надоело уже.

Ответила Рам.

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Наверное, Оттооооооо-кун...

Ответил Розвааль.

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Отто-сан!

Ответила Петра.

Субару: Кто… самый проблемный из тех, кто меня знает?

- Отто-сама.

Ответила Фредерика.

Субару: … Это известно всем. Будь тут Гарфиэль, он бы сказал то же самое.

Отто: С кем ты вообще разговариваешь…

Субару: Даже если ты хочешь выиграть время, спешу заметить, что это бесполезно. Причина, по которой я затопил город – желание убить тебя. – Даже ты не сможешь сбежать из этого города, где уже не осталось ни одной крысы.

Именно поэтому Субару открыл шлюзы и затопил город.

Водяной дракон, крыса, червяк – никто из них не сможет прийти к Отто Сувену. Его оторвали от твердой земли, теперь его благословение не работает.

Субару организовал все это, используя знания каждого.

Это, и то, и все, что было…

Субару: … Я не стал недооценивать тебя. Я не стал недооценивать никого, кроме себя. Вы все крайне умелые ребята. Именно поэтому я убиваю вас, продумывая все до мельчайшей детали.

Отто: Ты…

???: … Мастер.

После шокирующей речи Субару, некий голос прервал Отто. Обладательница этого голоса ловко приземлилась на крышу, с ног до головы покрытая кровью… Это была Шаула.

И коснувшись своей груди, которая была полностью запятнана кровью, она сказала:

Шаула: Я наконец закончила! Хааа~ Он был таким-таким упрямым. Я даже подумала, что он бессмертен после того, как отправила его в полет ударом в живот.

Субару: А ты не торопилась… Уверена, что убила его?

Шаула: Может, я ему даже голову раздробила. За исключением Мастера, люди умирают, когда их голову давят в кашу, так ведь?

Субару: Не понимаю, почему ты исключаешь меня. Если мне снесут голову, даже я без сомнения умру!!!

Шаула: А ты полон сюрпризов~

Рассмеявшись, Шаула недоверчиво пожала плечами. Для Субару её ход мыслей был непонятен, но было бы грубо начать в нем копаться.

Главное, что она выполняет свои задачи. Сейчас этого было достаточно.

Субару: Спасибо за усердную работу, Шаула. И теперь…

Шаула: Мне надо убить Первого-избранника-сан, ве-е-ерно? Но-но, правда ли он тот самый враг, ради которого вы пошли на все это? Для меня это выглядит…

Субару: Не вздумай недооценивать его.

Сила Отто сокрыта в том, что Шаула оценить не способна. К этому он пришел, когда сложил все частички историй Эмилии и остальных.

Услышав ответ Субару, Шаула протяжно согласилась в своей привычной манере.

А в это время, немного поодаль, Отто с дикой ненавистью, пульсирующей в глубине его сердца, наблюдал за их ссорой.

Отто: Поверить не могу, чтобы меня оценили как самого важного противника и выдали такое в ответ… Это отстой.

Субару: Самого важного? Ты неправильно понял.

В словах Субару не было сарказма; он говорил от чистого сердца.

Такова была правда, которую Субару узнал в книгах людей из лагеря Эмилии. Ошибки быть не может.

Субару: Ты всегда был самым важным в нашем лагере, Отто!

Отто: Пошел ты, фальшивка.

Отто стиснул зубы и скривил лицо в ужасной улыбке, так же сделал и Субару.

Хотя, от этих слов Субару стало немного больно.

В этот миг вспышка света пронзила тело Отто, и их разговор был завершен.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: … Это всё, на что ты способен?

После этих слов Субару медленно открыл свои глаза.

Прямо перед ним лежал Отто, разрубленный надвое порывом ветра. А Гарфиэль, которого недавно убили, наверное, плавал где-то неподалеку.

Несмотря на все свои страшные и лицемерные действия, Субару все равно безмолвно молился за них. Он не злился ни на Отто, ни на Гарфиэля.

У него попросту не было причин, чтобы злиться на тех, кого он убил. – Нет, он верил, что настоящий Субару должен был злиться на Розвааля, который успел натворить дел; но нынешний Субару пока не знал о его реальных намерениях.

Нацуки в принципе не держал ни на кого обиды. Он всегда злился только на самого себя. Самого себя, который не был тем “Нацуки Субару”.

Эта его “фальшивая” версия никому не нужна.

Глупый Субару, который пытался собрать все кусочки “Нацуки Субару”. Глупый Субару, который пытался воссоздать себя. Глупый Субару, который пытался вернуть себя разными способами.

Поэтому…

Субару: Хотел бы я извиниться и перед тобой.

???: … Субару.

Обернувшись, Субару увидел Райнхарда, который стоял на краю крыши.

Хотя Нацуки видел его фигуру в воспоминаниях многих людей, в этот раз на ней не было и следа тумана. Он умудрился даже не намочить одежду; как ему это удалось?

Субару: Ясно, ты определенно не такой как все.

Райнхард: Субару, это ты все сделал?.. Отто, Гарфиэль и…

Субару: Я приказал их убить – если ты про это, то да. И не только этих двоих. Множество невинных людей погибли при потопе… И всё это сделал я.

Райнхард: Зачем… Зачем?! Ты ведь пошел всех спасать…

Субару: В башню, да? Я знаю. Я все это прекрасно знаю. Я довольно неопытен в этом, но знаю примерную суть, сравнимо с тем, будто я прочитал краткий сюжет какой-то манги.

Пожираемый Райнхарда, Субару развел руками в стороны.

После наводнения в городе воцарился хаос, но он понимал, что даже без этого, Пристелла переживала довольно трудные времена. Шрамы, оставленные Культом Ведьмы сильно изувечили город.

Они вырывали из людей воспоминания, превращали их в чудовищ, насильно принуждали тех, кто не подчинялся их указаниям и навязывали всем свои фальшивые идеи, чтобы склонить народ на свою сторону.

Очевидно, что их деяния были ужасными, ведь они меняли саму суть человека.

Субару: … В их планах было полно изъянов. Полагаю, даже не догадывались, что могут проиграть, и пришли с такими глупыми планами.

Архиепископы Греха поверили в свои силы. Неужели их никто не учил? Если ты неправильно используешь свою силу, то в любом случае проиграешь, и не особо важно, кто ты такой.

Мудрость, талант, сила – вас не спасут.

Субару: Они были подготовлены лишь наполовину. Я смогу выиграть только если выберу правильное время. Поэтому я и буду советоваться с ними.

Райнхард: Советоваться… Тебе промыла мозги вон та девушка позади?

Шаула: А-а, я-я-я-я?

Взвизгнув, Шаула, стоявшая позади Субару, удивленно открыла глаза. Она начала пялиться на Райнхарда, указывая на себя пальцем.

Шаула: Обманываю хозяина… Будь я способна на такое, то давно бы уже так и поступила! Мастер тако-о-о-й сексуальный, а все потому что не поддается на мои искушения… вообще! Хотя, ты тоже ничего...

Субару: Она просто не способна на такое. Дело не в том, что меня обманывают… Нет, если меня и заставили что-то сказать, наверное, только внутренний голос.

Райнхард: Внутренний… голос?..

Субару: Спящий лев внутри меня, который только и ждет, чтобы его освободили.

Выслушав ответ Субару, Райнхард понял, что его слова были нонсенсом. Смотря на Мечника, в чьих глазах читалось отчаяние, Шаула толкнула Субару локтем и сказала: “ Мастер, Мастер. Хэй, эм, его аура похожа на ауру Рейда. Страшно ведь?”

Субару: Именно. Определенно страшно. Потому что этот парень его потомок.

Шаула: По-потомок.

Субару: Пра-пра-пра-пра-пра и так далее внук. В этом весь нюанс.

Шаула: Угх! Ты же шутишь, да?! Мне об этом не говорили!

Шаула высказала своё недовольство Субару, её лицо выглядело так, будто она попалась в ловушку Кайзо. Вообще, воспоминания о том, как Рейд избил её, оставили свой след.

Было понятно, что Субару не сможет победить Райнхарда, потомка Рейда, в честном бою.

Райнхард: … Простите, но давайте положим конец вашим зверствам. То, что я могу это сделать – доказательство моей дружбы с вами.

Субару: Говоришь такие печальные вещи, хотя мы вместе сорвали свадебную церемонию! Ну, хоть я и заставил тебя сказать это, Эмилия-тан была в восторге…

Райнхард: Субару, хватит. Просто остановись….

Субару: …

После этой просьбы Субару замолчал. Выражение лица Мечника скривилось в нечто очень жалкое. От этого вида Субару почувствовал резкую боль, будто его грудь чем-то разорвало.

Все так же, как с Отто и Гарфиэлем, он ни на кого не злился.

Даже на Райнхарда Субару не обижался. Он был человеком, которого нельзя ни в чем винить. Он благодетель, который не заслуживает такого отношения. А ещё, он был хорошим другом.

Несмотря на это…

Субару: … Но мне нужна и частичка тебя, чтобы вернуть “Нацуки Субару”, поэтому однажды я убью тебя.

Райнхард: …

Субару: Но не сейчас. Не сегодня. И даже не послезавтра.

Недоумение затуманило глаза Райнхарда, после услышанного заявления.

Сейчас он пытался понять всю ситуацию. Если бы Святой Меча захотел, то Субару в один миг был бы убит. Даже если бы Шаула попыталась что-то сделать, вряд ли это смогло бы изменить ход событий.

Но несмотря на это, Субару всё ещё мог сказать…

???: Предполагаю, что Фельт успела укрыться и сейчас прячется где-то на краю города.

… В одно мгновение, повернувшись в направлении, указанном лысым гигантом, Шаула выстрелила туда вспышкой белого света.

Райнхард задержал дыхание и мгновенно исчез, ринувшись вслед за парящим ударом света с той же скоростью, что и он. Он не убил Субару, который стоял перед ним, а устремился к зданию, где находилась мастер Райнхарда — Фельт, которая пережила потоп, и сбил эту вспышку света.

???: Держать при себе кого-то важного - все равно что открыть свои слабые места. И у Святого Меча Райнхарда есть подобный человек, даааа?

Розвааль ухмыльнулся, ведь он смог перехитрить Святого Меча. Покосившись на мага, Субару вздохнул и произнес:

Субару: Шаула, на сегодня хватит.

Шаула: Ла-а-а-адненько!

Весело подняв руку, Шаула обняла Субару за спину. С невероятной силой она подняла его и, согнув коленки, собралась выпрыгнуть из города.

Прямо перед ее прыжком Субару посмотрел в сторону Райнхарда и сказал:

Субару: … Ты не всемогущий, и даже не герой.

…

Субару: … Я точно убью тебя, Райнхард.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая формировать очертания.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая укреплять свою форму.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, покрываясь палитрой оттенков.

Сливаясь воедино, сливаясь воедино, сливаясь воедино, продолжая, стремясь к завершению.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: … Хочу спросить тебя еще раз. Как тебя зовут?

???: А-а, Аму. Аму Сирс.

???: Понятно, хорошее имя, Аму. Случившееся только что, наверное, было тяжелым испытанием для тебя.

Аму: Гх-нх…

Красноволосый рыцарь встал на колено перед ней. Услышав их, маленькая девочка дала волю своим эмоциям.

Слезы медленно стекали по её лицу, и ее тело начало трясти от того ужаса, который ей довелось пережить.

Затем, смотря на маленькую плачущую девочку, рыцарь – Райнхард огляделся и прикусил губу. Увиденное им зрелище наполнило его беспокойством.

Райнхард: ….

Два дня назад в маленькой деревушке на севере Лугуники произошел странный инцидент.

Чтобы о нём узнали, потребовалось некоторое время, поскольку деревня была довольно далеко от столицы и других пяти городов. Отправка рыцарей, Райнхарда в том числе, отложилась на несколько дней.

В это время Аму – единственная выжившая, просто осталась там, сжимая свои коленки в одиночестве, окруженная трупами членов ее семьи и знакомых ей людей.

Райнхард: Субару…

Райнхард пробормотал его имя, коснувшись рукояти своего “Драконьего Меча”, висевшего у него на поясе.

Была большая вероятность того, что в этом был замешан Культ Ведьмы. Однако, интуиция Райнхарда понимала, кто приложил руку к этому ужасному инциденту.

Райнхард: Среди тех, кто был тут… Если я не ошибаюсь, были молодые парень и девушка?

Аму: Д-да… В-верно. А, но…

Райнхард: Но?

Всхлипывая, Аму задыхалась, отвечая на вопрос Райнхарда. Аму дрожала, пока Святой Меча ждал продолжения её слов; Его выраженные брови нахмурились.

Аму: Не знаю, что за девушка, но парень…

Райнхард: Парень?

Аму: Я не особо поняла, но он будто говорил с кем-то…

Райнхард: ….

Сомневалась ли она? Объяснениям Аму не хватало убедительности. Но услышав эти слова, Райнхард закрыл глаза и вздохнул.

Аму была права. Парень и девушка – Нет, Нацуки Субару точно говорил с кем-то, помимо его сопровождающей, как и видела Аму.

Райнхард не знал, был ли известен ему этот человек, или нет…

Райнхард: Молодец, что рассказала. Рыцарский Орден займется этим. У тебя есть родственники, кроме погибшей семьи?..

Аму: А-а…

Пальцы Аму схватили штанину Райнхарда, когда он вновь ласково заговорил с ней. Будто бы испугавшись, что он покинет её, лицо девочки переменилось, словно она боялась, что зря это сделала.

Однако ее состояние было вполне естественно.

Она потеряла свою семью и родной дом. Какие еще страдания будут ее ждать?

Если он сможет отвлечь ее от этих мыслей…

Райнхард: Ладно. Я останусь с тобой, пока ты не окажешься в безопасности. Так что, будь уверена – тебе больше ничто не угрожает.

Аму: *В-всхлип*… И-извини, извини…

Райнхард: Тебе не надо извиняться. Ты ничего не сделала.

Взяв ее руку, Райнхард мысленно представил парня, который устроил всё это, наблюдая за тем, как Аму снова начала заливаться слезами.

Райнхард: Ты… Ты доволен? Доволен этим? Что ты видишь в своих глазах? Я просто не понимаю, Субару…

Райнхард пробормотал имя человека, которого здесь не было, и закрыл глаза.

Фигура, которая предстала у него перед глазами – друг, который в конце концов придет, чтобы убить его. Он, наверное, пойдет на все, чтобы сделать это.

Друг, которого Райнхарду придется убить своими руками

Перевод и редактура: https://vk.com/rezero

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог. Остатки тепла начала.

Перевод: Silly

Редактура: imy

***

"Дело дрянь."

Он упал лицом вниз и почувствовал твёрдый пол своей щекой.

Его силы полностью покинули его, и он не чувствовал даже кончики своих пальцев.

Все, что он чувствовал, это настолько мучительный жар, что ему хотелось разорвать себе горло.

"Горячо, горячо-горячо-горячо-горячо."

В тот момент, когда он открыл рот, чтобы закричать, изо рта вырвался не крик, а сгусток крови.

Его начало рвать кровью, и её было настолько много, что она начала пениться у уголков его губ. Своим затуманенным зрением он заметил, что вся земля была окрашена в красный.

"Э-это… моя кровь?"

Её было настолько много, что можно было промочить в ней его всего. Кровь составляет около 8 процентов от человеческого тела, и говорят, что потеря примерно трети от неё может оказаться смертельно, но―― ему казалось, что в нём уже не осталось даже капли.

Его перестало рвать кровью, но он все ещё чувствовал испепеляющий жар. Он с большим трудом поднёс свою руку к животу, и почувствовав там непривычные ощущения, он понял.

"Мой живот был разорван…"

Было неудивительно, что он ощущал жар. Похоже, его мозг принимал "боль" как "жар".

Он был практически разорван напополам, только кусочек кожи на спине удерживал его целым.

Короче говоря, похоже, его жизни поставили "мат".

В тот момент, когда он понял это, его сознание начало угасать.

Даже жар, который заставлял биться в агонии, исчез. Даже неприятное чувство крови и ощущение органов в его руке, всё это угасало вместе с его сознанием.

Всё, что осталось — это тело, которое не будет сопровождать его душу.

Его тело использовало последние частички исчезающего сознания, чтобы немного пошевелиться. Он повернул голову вверх.

Чёрные ботинки образовали рябь в луже крови перед его глазами. Здесь кто-то есть. И этот кто-то, вероятнее всего, был тем, кто убил его.

Странно, но он не хотел увидеть его лицо. Этот человек был тем, кто забрал его жизнь, но при этом он решил остаться лишь свидетелем его собственной кончины. Он понятия не имел кто это, но сейчас ему было всё равно.

Он лишь хотел, чтобы с девушкой всё было в порядке.

???: ...Бару?

Ему показалось, что он услышал голос, похожий на звон колокольчиков.

Он уже был за пределами той точки, когда мог различать свои чувства, так что, наверное, ему действительно просто показалось.

Но даже если это было не по-настоящему, он нашёл это очень успокаивающим.

Так что――

"――――!"

Короткий крик, и кто-то упал в его лужу крови.

Она упала рядом с ним, как раз там, где лежала его рука.

Её прекрасная рука бессильно опустилась, и переплелась с его.

――Наверное, это просто совпадение.

Он почувствовал, как её пальцы слега шевельнулись, будто сжимая его руку.

"...одожди"

Он заставил своё исчезающее сознание вернуться на секунду. Боль и жар ― всё исчезло. Это было бесполезное усилие, пустая трата времени.

Но даже если так――

"Я обязательно―"

――Спасу тебя.

В этот момент Нацуки Субару потерял свою жизнь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Бесполезная ребристая монетка.

Перевод: Silly

Редактура: imy

***

"Дело дрянь."

Потерянный и без гроша в кармане, эти несколько слов были всем, о чём он мог думать.

Ну, без гроша в кармане было не совсем точно. У него действительно был кошелёк в кармане, но все, что в нем было - немного мелочи и пара купюр.

Более чем достаточно, чтобы сходить в ближайший торговый центр за покупками и перекусить. Но все равно, его можно было назвать только нищим.

"Похоже, что валюта здесь все-таки совершенно другая..."

Перевернув редкую ребристую монетку в 10 иен, которую он держал в руке, юноша глубоко вздохнул.

Он был ничем не примечательным молодым человеком с короткими чёрными волосами и средним ростом. Он был немного мускулистым, что в сочетании с его дешёвым спортивным костюмом придавало ему вид спортсмена.

Его острые глаза были единственной выделяющейся чертой, но теперь даже они беспомощно опустились.

Банальность его внешности была такова, что его можно было мгновенно потерять в толпе, однако устремлённые на него взгляды выражали удивление и непонимание, как будто они смотрели на что-то странное.

Естественно, ведь среди тех, кто смотрел на него, не было ни одного человека с чёрными волосами или в спортивном костюме. Их волосы сильно варьировались: светлые, белые, каштановые, зелёные, голубые и так далее. К тому же их нарядами были доспехи, одежды танцоров, однотонные робы и многое другое, что создавало определённую атмосферу.

Юноша мог только скрестить руки на груди в знак понимания, пока их наглые взгляды сверлили его.

"Что ж, вот как получается?"

Щелкнув пальцами, он указал на тех, кто смотрел на него.

"――Похоже, меня призвали в другой мир."

Перед его глазами была карета, запряженная массивным существом, похожим на ящерицу.

***

Нацуки Субару родился во время японской системы образования эпохи Хэйсэй, свободной от давления.

Он прожил семнадцать лет, и чтобы описать его жизнь, потребовалось бы семнадцать лет.

Если отбросить это в сторону, его нынешнюю ситуацию можно было бы просто описать как "Третий год старшей школы, замкнутый."

Или более подробно: "Кусок мусора, который игнорирует всё, даже своих родителей, чтобы спрятаться в своей скорлупе, даже когда его вступительные экзамены на носу."

Особой причины для его одиночества не было.

В обычные будние дни он иногда думал: "Вставать сейчас было бы больно", и это становилось его причиной для того, чтобы прогулять школу.

Его пропуски неуклонно росли, и, прежде чем он осознал это, он стал образцовым затворником, который вызывал слезы у своих родителей.

Он проводил свои дни в лени, погружаясь в неё все глубже с минимальным количеством общения.

"В результате меня призвали в другой мир, хах... Я и сам этого толком не понимаю."

Еще раз осмотревшись, он в сотый раз тяжело вздохнул.

Он ушёл с улицы, на которой находился, и теперь сидел в каком-то тёмном переулке.

Земля была вымощена. Грубая работа по сравнению с современной Японией, но это было неплохо.

"Допустим, что это фэнтезийный параллельный мир. Скорее всего, какая-нибудь типичная средневековая цивилизация. Я не видел никаких механизмов, и они строят из камня и дерева..."

Он вспомнил места, которые видел по пути в переулок, и упорядочил информацию в голове. Он часто позволял своему воображению разыграться, в результате чего был более чем готов к своей нынешней ситуации.

Во-первых, спокойно проанализировать культуру этого временного периода и её различия с Японией. Выяснить любые различия в законах физики и возможность контакта с гуманоидными организмами. Это были его приоритеты.

"Хорошо, давай сделаем это. Я не воображаю это, и я вполне уверен в уровне цивилизации. Похоже, что мои деньги не принесут никакой пользы, но я воспользовался возможностью поговорить с торговцем, и у нас не было проблем в общении."

Поняв, что его призвали, Субару первым делом попытался договориться с "Лавочником?". Попытавшись купить "Яблоки?" своими японскими иенами, ему тут же отказали. Казалось, что этот мир использовал золотые, серебряные и медные монеты в качестве своей валюты. Неотъемлемую ценность валюты в этом мире было легко понять, что, безусловно, соответствовало фэнтезийному параллельному миру.

"Ну, я полагаю, что тут будут подделки из смешанных металлов. Что-то вроде монеты в 500 вон, но хуже.”

"Их, наверное, тяжело носить с собой", - подумал он, когда по улице проехал еще один экипаж, запряженный ящерицами. Это вызвало гигантское облако пыли, и все же горожане не обращали на это внимания, как будто они полностью привыкли к этому.

"Но даже так, не похоже, чтобы они были такими же распространенными, как автомобили... Если так подумать, я не видел до сих пор ни собак, ни кошек."

Ящерицы, запряженные в экипажи, казались значительно крупнее лошадей. Их масса тела казалась постоянной относительно их пропорций, но, безусловно, было тревожно видеть рептилий такого размера.

"Как банально, хах... Ящерицы и гуманоиды."

Затем последняя часть, которую он должен был подтвердить, - уникальная внешность людей этого мира.

У них были очень яркие волосы, но с помощью краски можно было легко получить любой цвет волос. Для фэнтезийного параллельного мира в этом не было ничего необычного. Вместо этого Субару сосредоточился на их "звериных ушах".

При беглом взгляде он заметил собачьи уши, кошачьи уши, возможно, даже кроличьи уши, и, вроде, он даже заметил существо, похожее на человека-ящера. Были и те, кто внешне ничем не отличался от Субару, что привело его к выводу…

"Жанр - фэнтезийный параллельный мир. Культура типичной средневековой цивилизации. Полулюди обыденны, так что битв и приключений тоже может быть в избытке. У животных наблюдаются некоторые незначительные изменения, но в основном они выполняют свои функции. Вот как?"

Поняв это, Субару не столько вздохнул, сколько сделал глубокий вдох.

Обдумав обстоятельства, в которых он оказался, он нахмурил брови при этом, казалось бы, удобном развитии событий. Если бы все шло в соответствии с его фантазиями, он бы свободно использовал свои современные знания, чтобы получить невероятную силу, однако этот мир немного отличался от того, что он планировал.

"Я проводил идеальные партии в Сэнгоку… Если бы я оказался там, я бы захватил страну у Нобунаги.”

(Silly: Сэнгоку - игра в жанре стратегии, чьё действие разворачивается в Японии в период Сэнгоку. Ода Набунага - военно-политический лидер Японии периода Сэнгоку)

Когда дело доходило до фэнтезийного параллельного мира, в лучшем случае его знания сводились к производству пороха. И даже это было бессмысленно, учитывая технологический уровень этого мира. Фэнтезийный мир обычно идёт с магией, и если это так, то, вероятно, пороха было бы немного больше, чем фейерверков.

"Ну, есть также клише, где магия - это не конец всего. Если у меня когда-нибудь появится возможность внести свой вклад в развитие науки, я сделаю все возможное, чтобы... Во-первых, моя текущая проблема.”

Он понятия не имел, как и почему его призвали сюда.

Он ясно помнил, что делал до призыва. Он вышел в первый раз за долгое время, чтобы купить немного рамена в круглосуточном магазине, и собирался вернуться домой. Ему не хотелось ехать на велосипеде, поэтому он пошел пешком.

На полпути он посмотрел на ночное небо и подумал: "Сегодня почти полнолуние, хах". А потом, когда он посмотрел вниз и моргнул, был полдень.

От ночи до полудня в одно мгновение. Он сразу понял, что что-то не так, но не более. Сейчас он успокоился, но сразу после призыва его паника была такой, что о ней можно будет рассказывать следующим поколениям.

"Учитывая, что я, как единственный сын, пропал без вести, этих поколений может и не существовать."

Пробормотав это, он еще раз проверил свои вещи. В фэнтезийном параллельном мире стартовая экипировка была даже важнее, чем он себе представлял. Ему понадобится все, что у него есть, пусть даже и немногое.

Во-первых, его мобильный телефон (с умирающей батареей), его бумажник (содержащий множество скидочных карточек для видеопроката), рамен, который он купил в круглосуточном магазине (со вкусом свинины и соевого соуса), некоторые закуски (со вкусом кукурузного супа), его любимая серая толстовка (немытая), изношенные кроссовки (двухлетние) и так далее.

"Вот и все, хах... Почему я не взял с собой хотя бы пистолет? Что мне теперь делать?"

Казалось, только его закуски окажутся полезными, да и только для того, чтобы наполнить живот.

"Ситуация безнадежна. И, конечно, я не знаю причины, у меня даже нет никаких воспоминаний о том, как я проходил через зеркало или прыгал в пруд. Самое главное, где та красавица, которая призвала меня?"

Отсутствие героини, по меркам 2D, было актом немыслимой небрежности. Призвать его и просто оставить вот так, как будто его просто выбросили.

По правде говоря, Субару больше не мог уйти от реальности, когда он оценил свою ситуацию, и он мог только повесить голову в отчаянии.

"Ох, дайте мне уже передохнуть. Что, черт возьми, я должен здесь делать?"

Субару уже был на пределе, когда он бормотал жалобы. Он искренне хотел вернуться, фантазию лучше оставить в царстве фантазий. Было забавно представлять, как он попадает в другой мир, чтобы получить невероятную силу, но на самом деле оказавшись в такой ситуации, что он действительно мог сделать?

"Сейчас важно выжить, но... Хватит ли моих коммуникативных способностей 1-го уровня?"

Кроме своей семьи, он по-настоящему разговаривал только с продавцами магазинов. Он вел такой образ жизни уже почти год и давно забыл, как социально взаимодействовать.

"Даже несмотря на то, что я могу печатать со скоростью речи в онлайн-чатах..."

Субару нервно пошевелил пальцами, в отчаянии размышляя о своем будущем. Однако выражение его лица изменилось, когда он услышал звук шагов, эхом отдающихся в переулке. Он поднял глаза и увидел троих мужчин, блокирующих выход.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. "Не увлекайся", - сказал Бог

Перевод: Silly

Редактура: imy

***

Мужчины смотрели на него с насмешкой и презрением, пока Субару оценивал их. На вид им было лет по двадцать пять. Их одежда была грязной, и казалось, будто их внутреннее зло проявлялось на их лицах. Они не выглядели отбросами, но и порядочными людьми их тоже нельзя было назвать

"Черт, обязательный квест.”

Повернувшись лицом к ухмыляющимся мужчинам, Субару вытер лицо и в панике встал. Они явно были бандитами, и, учитывая структуру мира, они могли даже лишить его жизни. Миссия 1: “Отбиться от бандитов” началась. Условием прохождения было их устранение, а условием невыполнения, вероятно, была его смерть.

Субару шлепнул себя по щекам и проигнорировал холодок, пробежавший по спине. Он должен был стать серьезным, сомнения могли стоить ему жизни. По крайней мере, он был уверен в своей решительности.

"К тому же, это другой мир. Учитывая типичный шаблон, я мог бы иметь суперсилу. Что-то вроде того, что гравитация начнёт составлять десятую часть от того, какой она была, или… Если подумать, мое тело чувствует легкость! Может быть, я смогу победить!"

???: Он что-то бормочет.

???: Может быть, он не понимает, что происходит. Должны ли мы научить его?

В отличие от Субару, мужчины оставались довольно спокойными. Однако Субару продолжал смотреть им в лицо, не отступая.

Субару: Ух ты, парни, вы не будете такими спокойными долго. Позвольте мне предупредить вас, такие как я, постоянно фантазируют о подобных вещах. Я выбью из вас всё дерьмо и превращу в экспу!

???: Я понятия не имею, о чем ты говоришь, но ты умрешь за то, что насмехаешься над нами.

Субару: Это… Моя история!

С этим заявлением Субару начал свою упреждающую атаку, прежде чем они смогли отреагировать. Он влетел прямо в одного из них всем своим телом и нанёс прямой удар в лицо их главаря с такой силой, что его передний зуб порезал руку Субару.

Он впервые кого-то ударил! И это было гораздо больнее, чем ожидалось!

Это было всё, что он пробовал в своих фантазиях, но это был его первый раз, когда он действительно сделал это. Человек, которого он ударил, упал на землю и перестал двигаться. Движимый эмоциями, Субару немедленно бросился на другого мужчину, который все еще был в шоке.

Субару: Получай! Высокий удар, выкованный растяжками после ванны!

???: Гхх!

Его нога описала дугу прямо в висок мужчины и впечатала его в стену. Нокаутировав второго человека, Субару начал верить, что он непобедим из-за его неожиданно грамотного исполнения.

"Похоже, этот мир все-таки собирается повысить мою силу! Со всем этим адреналином я определенно смогу выиграть!"

Преисполненный мужества, Субару повернулся к последнему мужчине, готовясь вывести его из строя. Однако блеск ножа в его руке заставил Субару пасть ниц.

Субару: Прости, это я во всем виноват! Пожалуйста, прости меня, пощади――!

Он сдался на коленях - величайшее и низшее проявление японского духа.

Его прежнее возбуждение полностью исчезло. Субару почувствовал, как кровь застыла у него в жилах, когда он изо всех сил пытался молить о пощаде, опустив голову на землю.

В конце концов, у него не было никаких шансов против клинка. Если его порежут, с ним будет покончено. Умения не имели значения, когда дело касалось противника с ножом.

Затем он понял, что те двое, которые должны были быть на земле, поднимались. Они потирали кровоточащие носы и головокружительно качали головами, но в остальном выглядели нормально.

Субару: А?! Почему мои несравненные атаки провалились?! Где та сила, которой я должен обладать?!

???: Что за чушь ты несешь?! Как ты смеешь так поступать с нами?!

Они воткнули его голову в землю, заставив его лоб кровоточить, скребя им по дороге. Субару отчаянно свернулся калачиком, пока они продолжали наносить удар за ударом.

"――Это хрено, а также чертовски больно. Я действительно могу умереть, по-настоящему."

Они не проявляли никакой жалости, и в отличие от его старого мира, не было никакой гарантии, что они пощадят его жизнь. Была большая вероятность, что его замучают до смерти.

Возможно, ему следовало сражаться, готовясь умереть достойной смертью. Но это было уже невозможно, учитывая его травмы. Но даже в этом случае, он не мог умереть таким образом.

???: Не двигайся, придурок!

Субару: Айайайай! Больнобольнобольно!

В тот момент, когда он попытался встать, они надавили ему на руки своими ногами, и он мог только кричать в агонии. Мужчина покраснел от ярости и, крича и брызгая слюной, схватил нож исподтишка.

???: Мы убьем тебя и заберем всё, что у тебя есть. Вот что ты получишь за то, что связывался с нами!

Субару: Если вы ищете ценные вещи, то это бесполезно. Видите ли, я совершенно нищий!

???: Тогда сойдет твоя странная одежда и обувь, мы превратим тебя в корм для Гигантских Крыс.

"――Ах, в этом мире тоже есть крысы. Звучит как низкоуровневый монстр."

Его разум начал дрейфовать в попытке убежать от реальности, когда он посмотрел на нож, который мог вонзиться в него в любой момент. Он не видел никакого света, и мир не замедлился. Его жизнь просто закончится вот так.

???: Эй, прочь с дороги! Вы стоите у меня на пути!

Раздался раздраженный голос, когда кто-то выбежал в переулок. Пораженные мужчины посмотрели на незваного гостя, и Субару попытался сделать то же самое, хотя и не мог пошевелиться.

В поле его зрения попала красивая девушка.

Она была небольшого роста, и у нее были светлые волосы до плеч, которые развевались на ветру. Ее глаза говорили о сильной воле, а её зуб, похожий на клык, озорно торчал вперед. Она выглядела довольно развязно, но можно было сказать, что она была милой, учитывая ее возраст.

Бедно одетая девушка только что наткнулась на сцену настоящего ограбления.

Как будто бы преднамеренный выбор времени вызвал надежду внутри Субару. Вот оно, развитие событий, которого он ждал. Следуя типичному шаблону, эта добрая девушка галантно спасла бы Субару, который был на грани смерти, а затем――

???: Воу, выглядишь хреново. Но я занята, мне нужно убираться отсюда! Будь сильным!

Субару: А? Что?! Серьезно?!

Однако эта мимолётная надежда была разрушена.

Их взгляды на мгновение встретились, и она, извиняясь, подняла руку, продолжая бежать мимо них в то, что казалось тупиком.

Затем она отпрыгнула от наклонённой доски и быстро исчезла за стеной.

С исчезновением девушки, в переулке, естественно, воцарилась тишина. Она прошла мимо, как тайфун, оставив их ошарашенными, но обстоятельства Субару ничуть не изменились.

Субару: Теперь, когда настроение улучшилось, не могли бы вы отпустить меня?!

???: Напротив, мы еще больше разозлились. Ты не умрешь лёгкой смертью, уяснил?

Человек с ножом выглядел серьезным. Субару понял, что на этот раз ему точно конец, его руки все еще были зажаты под каблуками, было слишком поздно пытаться встать. В конце концов отчаяние овладело его сердцем.

"Всё… Кончено? Таким образом и в таком месте? Это правда, что я жил не очень добродетельно. Но даже в этом случае такая смерть слишком жестока. Если бы я спросил, что я сделал, ответом было бы, что я вообще ничего не сделал, совершенно бессмысленная смерть."

Боль… Нет, дело не в ней. Было что-то еще, что заставляло его плакать. Это не было чем-то вроде страха перед концом. Он просто не мог вынести такой пустой, бессмысленной жизни.

???: ――Довольно, злодеи.

Ясный голос раздался в переулке, перекрывая шум насилия, вульгарные насмешки мужчин и даже собственное прерывистое дыхание Субару.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 26. Копье любви

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

***

――И без того тяжелое положение резко ухудшилось, что привело к ужаснейшей из возможных ситуаций.

Субару дрожал под пристальным взглядом Сириус и ее прерывистым, пылающим дыханием.

Сумасшедшая не обращала внимания на жар, обжигающий ее перевязанное лицо, она лишь смотрела на Субару―― нет, она не просто смотрела, она пожирала его глазами.

Субару: Дорогой… Петельгейзе?

Это было имя сумасшедшего, которое Субару больше никогда не хотел слышать. Когда Сириус Романе-Конти прокричала о своем возлюбленном, Субару солгал бы, если бы сказал, что эта идея не приходила ему в голову до этого.

Несмотря на это, он не хотел всерьез задумываться над этим, поскольку это совмещало бы существование сумасшедшего Петельгейзе и сумасшедшей Сириус.

Он не хотел думать о наихудшей паре в мире, о паре Романе-Конти.

Субару: Пара, в которой оба партнера являются архиепископами греха, до смешного ужасна… хотя нет ничего странного в том, что он выбрал такую ​​невесту…

Действительно, в Культе Ведьмы не было ни одного нормального члена.

Самодовольный Петельгейзе, Сириус, навязывающая свою любовь, и Регулус, который относится к любви как к чему-то поверхностному―― все они были подонками.

Субару: Кажется, их имена немного похожи. Все они заканчиваются звуком "С"?

Субару был погребен под быстро сменявшимися банальными, бессмысленными мыслями.

Прямо сейчас ему казалось, что он столкнулся с чем-то очень неприятным, хотя Субару мог только догадываться, что это было. Как ни старался, он не мог найти ответа.

Сириус: Пожалуйста, не молчи, Петельгейзе. Ты такой подлый человек. Вот видишь, ты снова, снова так холоден со мной ... это меня очень беспокоит!

Сириус, не зная о причине задумчивого молчания Субару, по-своему интерпретировала ее, держа руки на лице и крутя талией взад-вперед. Эта жуткая сцена распространилась на толпу вокруг Сириус. Она стала повторять ее странные проявления внимания.

Регулус: … Теперь, я больше не собираюсь иметь с вами дел. Хотя его действия сейчас, вероятно, подарили вам такую ​​идею, они все еще довольно трагичны. Истинная связь судьбы должна объединить вас независимо от того, с какими препятствиями вы сталкиваетесь. Как со мной и моими невестами. Однако разделение жизнью и смертью до того, как результаты появятся, не только печально, но и неприглядно.

Сириус: Да, большое спасибо. Мне очень жаль из-за случившегося. Теперь извини, но я занята. Ты ведь знаешь, верно? Взаимопонимание важно. Взаимные уступки также важны. Ты выполнил свою задачу, так что не мог бы ты уйти поскорее? В конце концов, у меня тоже есть свои личные дела.

Регулус: Действительно, моя цель найти свою невесту была выполнена.

Безумие Сириус сменилось рациональностью, но Регулус не обратил на это внимания, глядя на Эмилию в его руках. Затем он повернулся к Субару.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Регулус: Но тот, кто пытался убить меня и мою невесту, кто давно уже всячески раздражает, еще не позволил мне должным образом отомстить за нарушение моих прав. Мне не нравится проявлять инициативу в насилии, но в этом случае это будет только справедливая месть. Да, это акт праведности. Хотя я мог бы вынести это и уйти, я сделал бы неудачу легитимной. То есть уход был бы потерей справедливости. Я не должен создавать такой прецедент.

Субару: К чему такие слова? Очевидно, я тебе не нравлюсь, поэтому хочешь меня убить. Не оправдывай это какой-то справедливостью.

Регулус: Вы говорите довольно неожиданные вещи. То, что обо мне говорят так, будто я ошибаюсь, еще более удивительно. Вы… вы из тех людей, которые не прислушиваются к своим оппонентам? В таком случае, единственное, что я могу сказать, это то, что вы маленький и поверхностный. Я думаю, что такой человек, который не может слушать слова других с искренностью, однажды получит по заслугам, как вы считаете?

Субару: У тебя есть право говорить это?

Глаза Регулуса расширились, словно ошеломленные.

Возможно, он верил в то, что его слова были оправданы. Нет, он был абсолютно убежден. Иначе он не мог бы быть архиепископом в этом ненормальном культе.

Логические разговоры были только иллюзией. Хоть они и говорили на человеческом языке, они были существами, принадлежащими к совершенно другому виду. В конце концов, это привело бы к тому, что любой был бы поглощен их сладкими речами.

Регулус: Сириус. Вы, кажется, исключили его из своей сферы власти. Что случилось?

Вместо того, чтобы продолжить разговор с молчаливым Субару, Регулус задал вопрос Сириус.

Нахмурившись после услышанного, Субару обнаружил, что страх, охвативший его сердце, исчез.

Тот факт, что Беатрис все еще слегка дрожала на его плечах, доказывал, что они не покинули пределы сферы влияния.

Другими словами, только Субару был исключением. И причина этого была,

Сириус: Разве это не очевидно? Поскольку я знаю, что он тот самый человек, если я продолжу делиться своими чувствами, они могут случайно передаться ему.

Регулус: Не смотрите на меня так застенчиво, это действительно жутко. Провозгласив свою любовь, нет смысла притворяться невинным. Я действительно не понимаю вас.

Сириус: Тебе не кажется, что позволить таким необъяснимым ощущениям, которые невозможно выразить словами, передаться другому человеку неправильно? До конца, до того самого момента, когда я стану с ним единым целым, я запечатаю это чувство внутри себя. Я уже так решила. Да, ради любви!

Регулус: Из-за того, что вы не честны с самой собой, ваши чувства никогда не смогут достичь его, понимаете? Вы, Сириус Романе-Конти, можете искренне скучать по нему сколько угодно. Но вам не кажется, что использование чужой фамилии отвратительно? Я полагаю, что в некотором смысле это похоже на наследство Петельгейзе. Ну, он уже мертв, так что это не имеет значения.

Сириус: Я влюблена в этого человека!

Услышав слова удивленного Регулуса, Сириус разозлилась.

Сумасшедшая схватилась за волосы в бешенстве, выплевывая изо рта слюни во время крика, адресованного Регулусу.

Сириус: В конце концов, когда я смотрела на него, он всегда смотрел мне в глаза! Когда я прикасалась к нему, он не ругал меня! Когда я говорила с ним, он уделял мне свое внимание! Когда дышала его запахом, он никогда не отговаривал меня! Мне разрешили спать с ним! Я могла свободно одалживать его вещи! Он дал мне честь сжечь полуведьму! Он дал мне мое имя! Он улыбнулся мне! Только мне! Только мне, только мне, только мне!

Ее дыхание стало прерывистым, когда она рыдала слезами неразделенной любви.

Она показала настоящую себя.

Все существование Сириус заключалось в темной, искаженной, чистой любви.

Регулус: Ах, ой. Справиться с такими сильными субъективными убеждениями сложно.

Пожав плечами, Регулус заговорил так, словно ожидал подтверждения Субару.

Субару ответил: «Ты имеешь право сказать это», чтобы Регулус не набросился. Ему нужно было уравновесить баланс между двумя глупыми экстремистами перед ним.

Столкнувшись с двумя культистами, Субару не увидел ни малейшей надежды выйти из тупика. Скорее ситуация ухудшилась из-за вмешательства Сириус.

Даже если бы Субару был освобожден от общего страха, не было бы заметного улучшения его боевой мощи. Очевидно, Беатрис была бы его главным козырем, но она оказалась в ловушке, ее рациональный ум был притуплен сковывающим тело ужасом.

По крайней мере, только столкновение с Регулусом поможет.

Субару: … Эй, Сириус.

Сириус: Да, в чем дело, мой дорогой?

Сириус откровенно ответила на его зов.

Хотя Субару был удивлен неожиданно серьезным ответом,

Субару: У меня есть личные счеты с Регулусом, не могла бы ты немного подождать? Пожалуйста.

Сириус: Ты хочешь, чтобы я подождала?

Использование сложившегося недопонимания с Сириус может дать Субару шанс на победу.

Похоже, Сириус предположила, что Субару был Петельгейзе из-за его способности, которая напоминала власть невидимой руки архиепископа Лени. Хотя это был опасный способ, Субару придется воспользоваться им.

Петельгейзе был духом. Если бы он был еще жив, вполне возможно, что он бы взял тело Субару в качестве своего следующего носителя.

Хотя проблема была бы в том, что Субару не подал виду, что он узнал Сириус до сих пор, но она, в ее нынешнем состоянии ума, казалось, не замечала этого.

Имея это в виду, Субару надеялся выйти из этого тупика. Результат...

Сириус: Извини, я не могу этого сделать. Пожалуйста, позволь мне отказаться, даже если это очень важно для тебя.

Сириус безжалостно отклонила его просьбу.

Видя разочарованный взгляд Субару, она склонила голову.

Сириус: Конечно, я изначально хотела подчиниться. Но ты наверняка уже решил, что пока я подожду, ты уйдешь далеко-далеко, и я не смогу удержать тебя своими руками. Я тебя знаю. В конце концов, мы были вместе так долго. Ты сделаешь все возможное и переутомишься в одиночку, чтобы достичь желаемых результатов... и...

Честно говоря, Субару не мог не почувствовать искреннее восхищение от проявления ее любви.

Несмотря на это, он не разделял чувств Сириус в отношении трудолюбия Петельгейзе. В конце концов, Культ Ведьм существовал только для того, чтобы причинять вред.

Сириус: Наконец-то, наконец, мы смогли встретиться снова. Это был год, целый год, я ждала тебя! Это была наша самая долгая разлука за целый век! И даже после года, что мы не виделись… ты просишь меня уйти? Я не хочу! Я не могу! Во время твоего отсутствия я всегда хотела, хотела, хотела, хотела, хотела, хотела, хотела стать одним целым с тобой!

Субару: ——

Сириус: Кроме того, ты все еще хочешь, чтобы я подождала!? А теперь у тебя есть дух, которого я никогда раньше не видела! Где ты ее нашел? Что именно тебя привлекает в такой женщине!? Она крошечная, ее лицо высокомерно, и у нее нет ни груди, ни низа женщины! Это потому что она дух? Потому что ты дух, твоя женщина тоже должна быть духом? Время, которое мы провели вместе, теряет смысл из-за такой глупой причины? Я сожгу тебя!

Направление ее речи стало извращенным и странным, и в ее взгляде снова вспыхнуло безумное мерцание необузданного безумия. Толпа также сменила страстную любовь гневом, из их глаз и носов потекла красная кровь.

Сириус: И какие у тебя могут быть дела с Регулусом, у которого полуведьма на руках? Эта грязная полуведьма! Эта сребровласая ведьма! Почему ты так неравнодушен к ней!? Остановись немедленно, разве ты не должен был понять это давным-давно? Эта подлая, ужасная, ненавистная, отвратительная грязная ведьма ...! Если ты ее оживишь, я сожгу ее на твоих глазах!

Субару: Ты… такая непостижимая, ты…

Сумасшедшая женщина пронзительно закричала, показывая свою враждебность по отношению к Эмилии и Ведьме Зависти.

Разве цель культа ведьм не была воскрешением ведьмы зависти? Субару не мог понять, почему Сириус ненавидит ее.

Скорее, Сириус просто не разделяла стремления с Петельгейзе, которого она так жаждала.

Хотя он изначально думал, что они не смогли быть компаньонами, они оказались всего лишь врагами.

Субару: ——

Тупик между тремя напоказ. Регулус планировал убить Субару и Сириус.

Сириус будет защищаться от Регулуса и несуществующего Петельгейзе в Субару.

Субару хотел спасти Эмилию от Регулуса и освободить Тину от Сириус и, если возможно, убить двух архиепископов.

Очевидно. Однако ситуация, в которой оказался Субару, была слишком жестокой.

В поисках решения, которого, возможно, и не существовало, лоб Субару начал покрываться потом.

Возвращение после смерти, сопровождаемое появлением Сириус и дебютом Регулуса. После этого рукопашная схватка между архиепископами и Субару. Эта попытка была самой длинной.

За это время, хотя он получил полезные знания, ничего, кроме ужасных вещей, не произошло.

Субару: … Беако.

Беатрис: Знаешь, ты можешь попробовать, я полагаю.

Из его спины донесся робкий голос поддержки Субару.

Субару, который мог повлиять на то, что будет дальше, принял решение. И в то время.

Регулус: О

Сириус: —хк.

Одновременно и Регулус, и Сириус оба изменили свое отношение.

Каждый из них сунул руки в свои плащи и извлек из них свои книги.

Субару: Это…

Знакомая книга с тяжелым черным переплетом.

С такого расстояния невозможно было ошибиться. Это то, чему Культ Ведьмы повиновался больше всего, - Евангелие.

Регулус и Сириус: ——

Игнорируя Субару, который снова насторожился, два архиепископа открыли свои Евангелия и изучили новые записи.

Затем, хотя они сделали это одновременно, их выражения лиц резко контрастировали друг с другом.

Регулус: Я предполагаю, что содержание одинаково для нас обоих, правда, Сириус?

Сириус: Заткнись, Регулус. Почему ... почему сейчас? Когда, наконец, наконец, я снова его нашла...

У Регулуса была легкая улыбка, и Сириус стиснула зубы и заговорила голосом, полным отчаяния. Даже если хищником и сумасшедшей овладевали противоположные чувства, их намерения были одинаковы.

Оба посмотрели на Субару.

Регулус: Я извиняюсь, мое свободное время закончилось. Вы должны благодарить Евангелие ... хотя, это не правильно. Это не имеет смысла. В конце концов, какой смысл быть благодарным бумаге? Так что, скорее, вы должны быть благодарен мне, который верно следует Евангелию.

Субару: Спасибо за твою веру ... но что это было сейчас? О чем ты говоришь!?

Регулус: Ровно то, о чем я сказал. Нам дали свободное время, прежде чем мы должны сделать то, что должно быть сделано. Я потратил много времени на то, чтобы забрать мою невесту.

Сириус: Я чувствую себя ущербно… перед этим человеком я не должна подвергаться такому обращению. Это слишком жестоко. Меня окутывает грусть, разве ты не понимаешь?

Регулус говорил с самообладанием, в то время как Сириус насильно выражала свое горе. Толпа рухнула, и Беатрис сдерживала слезы.

Тем не менее, Субару и Регулус остались без изменений.

Регулус: Извините, но ваша маленькая, поверхностная любовь совсем не касается меня. Тем более, это заставляет меня чувствовать себя немного запятнанным.

Презрительным голосом Регулус с Эмилией в руках обернулся к Субару.

На самом деле он выглядел так, словно собирался отпустить их. Если бы Регулус ушел сам, это было бы хорошо. Но,

Субару: Стой, ублюдок! Не смей убегать! Отпусти ее! Иначе я…

Регулус: Я знал это.

Субару: —— !?

Регулус остановился и только повернул голову, чтобы улыбнуться.

Из-за этой улыбки Субару почувствовал, что лезвие коснулось его позвоночника, и он сглотнул, все его тело напряглось.

Было невозможно предотвратить следующие действия Регулуса.

Регулус: Я думаю, если моя невеста узнает, что один из ее сопровождающих ушел, она будет одинока, и если я не приглашу на свадьбу достаточно людей, она будет довольно капризна. - Значит, я не убью тебя.

Регулус осторожно постукивал ступней по земле.

Хотя это было совершенно обычное движение, как будто он поправлял обувь, его нога аккуратно вонзилась в каменную плиту, словно это лопата врезалась в мягкую землю.

Обломки сланца полетели в сторону Субару.

Пули почвы, казалось, бросали вызов гравитации. Некоторые из них попали по правой ноге Субару

- и в следующий момент она исчезла.

Субару: А?

Коготь зверя прорвался сквозь ногу. На его правой ноге белая кость, розовая плоть и желтый костной мозг были чисто выставлены в искривленном поперечном срезе. Его вены были разорваны, все было залито кровью.

Прежде чем он смог понять, что только что произошло, его охватила боль.

Субару: -хк !? Гах, ах! ааааАААХХХ!?

Мир стал чисто белым, как будто его голова была пронизана бесчисленными острыми иголками.

Крик застрял у него в горле, Субару не смог выдержать собственный вес и упал на землю. Его вытянутые пальцы отчаянно держали правую ногу. Рана была настолько большой, что ладонь его правой руки не могла покрыть ее.

Беатрис: Субару!? Субару! Субару, подожди немного! Потерпи!

Беатрис упала на землю, обнаружив тяжелую травму Субару, и запаниковала, когда начала читать исцеляющее заклинание. Регулус с удовлетворением кивнул.

Регулус: Это адекватный ответный удар за ваше безрассудное поведение до сих пор, поэтому я позволю ему уйти. Хотя я и подумал о том, чтобы вы сделаете это снова, я считаю, что все еще хочу узнать вашу дальнейшую судьбу. Эта боль обязательно остановит вас, если вы подумываете обидеть другого человека снова. Не благодарите меня. Просто спасите кого-нибудь еще в следующий раз.

Субару: а-а-а-а-а! Ках, га, не могу, куу, га!.

Боль, муки, страдания!

Мигающий мир. Отсутствие чувства направления. Он спал? Он был жив? Или, может быть, он был мертв?

Путаница. Неведение. Отсутствие идей. Тем не менее, ему нужно было кое-что узнать.

Субару: Э-Эмили… а! Ва, га-хк, т-хк.

Беатрис: Субару, ты не можешь позволить себе двигаться! Если у тебя есть рвота, повернись в сторону. Если ты этого не сделаешь, то твое горло будет ...

Вынося боль и безумие, Субару покачал головой. Его сердце билось как звенящий будильник, и он старался заглушить то, что чувствовали его органы.

Маленькая Беатрис, отчаянно поддерживая тело Субару, делала все возможное, чтобы использовать целительную магию. Однако кто-то смеялся над ней.

Беатрис: Этого не может быть, я полагаю.

Сириус: Прости. Однако это явно не шутка. Разве это не очевидно?

Позади Беатрис отвратительным шепотом Сириус ответила презрительным тоном.

Вокруг Сириус толпились люди, кричащие от боли.

Все они, положив руки на правую ногу, отчаянно искали спасения. Как и у Субару, их правые ноги были оторваны зверем.

Сириус: Мой любимый Петельгейзе сказал бы, что чувствовать боль означает жить, и что она помогает показывать Любовь. Я знаю это лучше, чем кто-либо. Тем не менее, я считаю, что есть лучший способ продемонстрировать Любовь. Спасибо. Этот способ помогает стать единым целым. В конце концов, Любовь - это молитва за то, чтобы стать единым целым! Видеть одни и те же взгляды, чувствовать те же эмоции, жить той же жизнью, заканчивая той же смертью - это Любовь!

Раскинув руки, Сириус хлопнула ими.

Она резко вздохнула, пристально глядя на Беатрис.

Сириус: Неважно, кто, каждый должен испытывать те же чувства, что и он. Тем не менее, только ты и эта грязная полуведьма будут лишены этой возможности. Кто предоставит тебе такую ​​честь?

Беатрис: Нет другой женщины, которая была бы так же безумна от ревности, как ты. Но это не имеет значения, так как Бетти долгое время была ближайшим доверенным лицом Субару. Бетти - это Субару.

Беатрис отказалась отступить под напором жестоких слов Сириус.

Сумасшедшая и дух впивались глазами друг в друга, пока Сириус не отвернулась, нарушая взаимодействие.

Сириус: Теперь я могу только доверить его тебе. В конце концов, я должна отдавать приоритет инструкциям Евангелия. Да, другого пути нет. Мне жаль. Мне жаль. Ты знаешь, я ничего не хочу, кроме как вернуться к тебе как можно скорее.

В этот момент Сириус все еще вела себя как безумно влюбленная по отношению к Субару. Сумасшедшая покинула окровавленную площадь.

Совершенно неожиданно Беатрис не cтала бросаться в погоню. Она понимала, что попытка остановить ее приведет лишь к большим жертвам.

Беатрис: Субару.

С дрожащими глазами Субару выпустил желтые пузырьки изо рта.

Беатрис прижала ладонь к его ране, пытаясь остановить поток крови. Рана была слишком серьезной, потеря концентрации могла привести к смерти Субару.

Для Беатрис спасение Субару было, естественно, ее главным приоритетом. Однако для нее была еще одна важная задача.

Субару: Если ты не будешь лечить других раненых…

Однако число пострадавших, катавшихся по площади, превышало тридцать человек.

Все они получили ту же травму, что и Субару, но, по велению судьбы, исцеление, совершаемое на Субару, не достигало их. Ей нужно будет лечить каждую рану индивидуально.

Это было бремя, которое Беатрис должна была взять на себя. Но даже если она исчерпает весь запас маны, она не сможет справиться с этим.

Беатрис: Субару, по сравнению с…

Отчаянно пытаясь излечить травму Субару, решив сохранить сильный вид, Беатрис заявила хриплым голосом.

Слезы стекали по ее белым щекам.

Беатрис: Прости. Мне жаль…

Беатрис повторяла и повторяла бесконечные извинения.

Хотя она и знала, что ее голос не может достичь Субару, потерявшего сознание из-за боли. Хотя даже если бы и мог, он ничего бы не изменил.

Беатрис: Прости, Эмилия.

Сириус создала так много жертв и покинула площадь. Регулус захватил Эмилию своей подавляющей силой.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 27. Шум

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

Пронзительный звук.

Внезапный, звенящий, тяжелый, пустой, далекий, близкий.

Поток его крови потемнел, словно его кровеносные сосуды были заражены притоком грязи, его органы работали вяло, как будто заполненные глиной, и кислород не достигал его мозга, оставляя его мысли туманными и ненадежными.

Вибрация была в непосредственной близости от него, звук сотрясал мембрану его черепа, проникал сквозь его кости в руки и ноги.

Темнота, к которой он привык, исчезла из-за внезапного белого света, который его глаза не могли принять. В этом белом свете двигались формы и фигуры, будто дети повсюду разливали краски в комнате белого цвета.

Тяжелый звук исчез, и, когда его глаза двигались под веками, его тело полностью выгорело. Ощущая тошноту и вялость, Субару медленно открыл глаза.

Все стало таких отдаленным, когда он вернулся в спокойный мир, и через десятки секунд его глаза вернулись в первоначальное состояние, тогда темные комнаты и грязные потолки предстали перед ним. Он чувствовал дыхание многих тел, движущихся вокруг и занятых возле него. Люди двигались, чтобы не оставлять пространство пустым.

???: Эй, братан, ты не спишь!

Уши Субару, звенящие от шума, были атакованы внезапным криком, наполненным ненужной силой.

???: Ушастая леди, сюда! Все остальные, продолжайте работать! Извините, но продолжайте работать! Мы боремся со временем!

???: Действительно, ня, ты раздражаешь. Людям здесь нужна тишина, поэтому быстро возвращайся к работе.

Склонив голову, большой зверочеловек извинился за свой громкий голос, когда к нему подошла разгневанная молодая женщина, нет, молодой человек.

Одетый в откровенное платье, окровавленный Феррис посмотрел на Субару и с облегчением вздохнул.

Феррис: Теперь, когда ты проснулся, ты понимаешь ситуацию ... ты можешь говорить прямо сейчас?

Субару: … Ах, Феррис?

Феррис: Да, это всеми любимый Ферри-чан. Ты - Нацуки Субару, и прямо сейчас мы в полевом госпитале, ня, поскольку ты получили тяжелые ранения, понятно?

Феррис быстро объяснил ситуацию хрипящему Субару. Неохотно, его мозг переваривал речь слово за словом.

Оглядываясь вокруг, Субару осмотрел свое окружение. Наконец он заметил, что лежит на простой кровати из кусочков ткани.

Как и сказал Феррис, это выглядело как полевой госпиталь.

Каждый человек лежал, корчась от боли, ожидая лечения, как у Субару.

Вкус крови; жалкие, тихие крики. Просто целебной магии было недостаточно, и иглы и швы были наложены на раны.

Субару: Что ... что конкретно происходит?

Феррис: Выглядит хаотично, не правда ли? Постепенно постарайся вспомнить, что произошло до того, как ты потерял сознание. Если ты вспомнишь это, то ты найдешь ответ.

Слова Ферриса не были приятными, но это было не по его воле. Скорее, у него не было сил, чтобы проявлять мягкость. Его рукава были закатаны, а его белая кожа и лицо были запятнаны кровью.

Вообразить объем работы, которую Феррис, первоклассный целитель, должен был бы выполнить из-за этой трагедии, было не сложно. И причиной всего этого был ...

Субару: Культ Ведьмы…

Феррис: Верно, эти парни худшие. Мое понимание о них, было слишком наивным ... Я никогда не ожидал, что они будут делать что-то подобное. Конечно, никто этого не ожидал.

Виновато кусая губы, Феррис опустил подбородок на Субару.

Сожаление Ферриса было понятно. Хотя Субару это осознавал, были и другие неопределенные моменты.

Субару: Э-Эмилия!? Где Эмилия? Она здесь?

Феррис: ——

Субару: Этот ублюдок, Жадность ... архиепископ забрал Эмилию. Затем я…

Он задрожал, понимая причину своего беспокойства.

В опущенном взгляде и тишине Ферриса Субару нашел четкий ответ. По крайней мере, Эмилии здесь не было.

Тогда, если его ощущения перед тем, как потерять сознание, были правдивыми, Регулус забрал ее.

Субару: А Беатрис? Маленькая девочка, которая была со мной? У нее высокомерное, милое лицо и вьющиеся волосы ... Беатрис?

Эмилия, скорее всего, была похищена Регулусом.

Судя по отношению Регулуса, вероятность того, что он навредит Эмилии, хоть и не наверняка, была довольно низкой. Хотя он не мог быть прощен по этой причине, так и было.

Но что случилось с Беатрис? Сириус и Регулус оба присутствовали тогда, и Сириус испытывала сильную враждебность по отношению к Беатрис.

Поскольку Субару благополучно доставили в полевой госпиталь, они сбежали от Сириус. Так кто же защищал Субару?

Субару: Эй, пожалуйста. Скажите мне. Беатрис…

Феррис: ——

Не получив отклика на свои тревоги, Субару отчаянно искал ответ от Ферриса, который закрыл глаза. Огромный зверочеловек, стоящий рядом с ним, Рикардо, глава Железного Клыка, посмотрел в сторону.

Субару проследил за его взглядом.

Субару: Беатрис.

В стороне от людей, проходящих лечение, лежала одинокая девочка в платье.

Увидев, как она спит в такой же импровизированный кровати, как и он, Субару поспешил убрать полотенце, закрывающее его живот, и побежал к ней.

Однако, на полпути его ноги пронзила сильная боль. Кроме того, его правая нога перестала подчиняться ему, и система его тела сломалась.

Его голова была тяжелой от усталости, а правая нога не могла понять, почему она не могла двигаться.

Спеша взглянуть на ужасное состояние собственной ноги, Субару лишился дара речи.

Субару: О…

Феррис: Субару... ты бы потерял ногу без исцеления Беатрис. Ты должен будешь поблагодарить её позже.

Правая нога Субару отсутствовала примерно на половину своей длины и явно отличалась размером от его левой ноги. Она также была обернута в несколько слоев толстых бинтов, и доска была прикреплена к его пятке. Все это заставило его потерять равновесие.

Он не мог не коснуться раны пальцами, и в этот момент его охватило мгновенное осознания произошедшего.

Субару: Я помню…!

Последний удар Регулуса, прежде чем он ушел.

Он взял Эмилию, сказал какую-то ерунду и ударил землю так же легко, словно это был песок, и почва поразила ногу Субару.

В этот момент правая нога Субару была ранена так, будто она была изуродована когтями дикого зверя. И это привело к ее нынешнему состоянию.

Рикардо: Когда я наткнулся на эту картину, твоя нога была соединена только несколькими сухожилиями. Маленькая плачущая мисс отчаянно лечила ее, пока мы не помогли тебе.

Феррис: После этого Субару перенесли сюда, и я тебя лечил. Хотя лечение не может гарантировать, что твоя нога будет такой же, как прежде, ня, теперь кости и нервы связаны, и плоть восстанавливается, поэтому не делай ничего, что может нарушить это.

Скрестив запястья, Феррис показал крест, чтобы справиться с возможным нежеланием Субару, однако он молча повиновался, его внимание было сосредоточено на постели Беатрис.

Когда Феррис вздохнул с облегчением, большая рука поддержала плечо Субару, помогая ему медленно подобраться к Беатрис.

Рикардо: Что касается того, что ты идёшь к этой маленькой мисс, давай я помогу тебе.

Субару: Спасибо, прости за это....

Рикардо: Не беспокойся.

Рикардо подвинул всю кровать Субару к Беатрис. Оттуда Субару наклонился вперед, чтобы лучше на нее взглянуть. Маленькая девочка спала так тихо, что Субару даже не слышал ее дыхания.

Несмотря на то, что она была духом, Беатрис спала как человек. В отличие от Пака, она не могла дематериализоваться, поэтому именно так она снижала затраты своей маны на материализацию.

По этой причине видеть спящего лица Беатрис было едва ли чем-то необычным для Субару. Только это был первый раз, когда он увидел ее так тихо спящей.

Субару: Она просто спит… верно? Тем не менее, я волнуюсь ...

Феррис: Спит не то слово. Прямо сейчас она потеряла свою функцию духа ... Состояние приостановленной анимации может быть ближе.

Субару: Приостановленной анимация? Почему…!?

Дотронувшись до лба Беатрис, он с удивлением обнаружил, насколько низкая у нее температура. Прикосновения к ее ресницам и лицу не дали никакой реакции, как и сказал Феррис. В ответ на выражение лица Субару Рикардо присел на корточки.

Рикардо: По словам ушастой леди, это произошло в результате чрезмерного использования маны, что, действительно похоже на правду. Я нашел площадь, на которой ты оказался, совершенно случайно, братан. У всех там была почти одинаковая травма, о которой маленькая мисс позаботилась сама.

Субару: ——

Рикардо со вздохом заговорил, оставив Субару на некоторое время молчать.

Та же рана, что и у Субару, - это результат связи, передавшей травму, полученную Субару от Регулуса. Сириус однозначно усложнила ситуацию. Сумасшедшая, казалось, покинула сцену, и там началась битва Беатрис.

Она одинаково тщательно лечила Субару и всех, кто был ранен.

Конечно, Субару был жадным человеком, который просил слишком много, и ребенок, сопровождавший его, также отказался бросить кого-либо.

Таким образом, Беатрис выжала каждую каплю своей маны досуха, чтобы спасти всех этих людей, за что и заплатила такую высокую цену.

Субару: Беатрис в порядке, верно ...? Ей просто нужно немного отдохнуть ...

Феррис: … Если честно, я не слишком оптимистичен, ня. Ферри-чан - первоклассный целитель, но мало что знает о духах. И этот ребенок тоже не обычный дух. Так что я действительно не знаю реальных решений.

Субару: Там ... должен быть способ! Если Беатрис не может быть спасена, я ...

Прошел всего год.

Он освободил ее из архива, чтобы принести ей счастье, и ее жизнь не могла здесь закончиться.

Счастья, счастья, счастья, никто не заслуживает счастья больше, чем этот ребенок, он должен быть счастлив как никто другой!

Рикардо: Если ей нужно вернуть магию, разве она не может взять ее из другого источника? Если братан ее пользователь, то она должна быть в состоянии получить что-то от него, верно?

Феррис: … Очевидно, Субару легко мог бы стать источником, но этот идиот сломал себе врата, поэтому она не может использовать его ману.

Субару: Верно, фрукты Бокка. С фруктами Бокка я могу восстановить свою собственную ману, а оттуда я могу дать немного Беатрис ...!

Феррис: Идиот!

Феррис сердито огрызнулся, глядя на отчаявшегося Субару.

Субару был удивлен этим неожиданно резким выговором, и Феррис тут же сменил поведение на более застенчивое.

Феррис: Сколько раз я говорил это? Это опасно для твоего тела, Субару. На самом деле, это было бы похоже на яд. Если бы ты сделал это, мы бы просто получили две жертвы ... так что ты не можешь.

Субару: ——

Строгие слова Ферриса были окрашены грустью. Услышав эту искреннюю мысль, Субару закрыл рот и проглотил свои безрассудные суждения.

Феррис был экспертом в исцелении, поэтому он, конечно, подумал о множестве способов помочь Беатрис.

Поспешное предложение Субару, наверняка, уже было рассмотрено.

Феррис: Я могу понять беспокойство Субару по поводу Беатрис. И хотя я понимаю это, ня, мы ничего не можем сделать для нее прямо сейчас, ня. Нам нужно беспокоиться о многих других вещах, а не только об этом ребенке…

Субару: Беатрис… Верно, Эмилия тоже...

Слова Ферриса вернули Субару к реальности.

Он обратил свое внимание на полевой госпиталь и обнаружил, что что-то не так. Были люди с ранеными правыми ногами, с травмой, подобной Субару, но также было много людей с различными травмами.

Субару: Как ситуация? ... Нет, что еще случилось? Что со всеми травмами?

Рикардо: Культ ведьмы здесь, как ты и сказал, братан.

Субару: Но это не могут быть они, верно? Я видел только двух архиепископов. Этот уровень вреда не может быть достигнут только двумя людьми. Другими словами, они также привели рядовых культистов.

Два архиепископа были смехотворно сильны.

Таким образом, Субару просто предполагал, что они будут единственными присутствующими культистами, но было вполне естественно, что, как и Петельгейзе, они привели в город и подчиненных.

Это было единственное объяснение такого ущерба.

Субару: Два архиепископа и их культисты атакуют город прямо сейчас?

Феррис: По этому вопросу существует множество ответов…

Голос Ферриса был горьким, когда он начал отвечать на заключение Субару.

Однако, прежде чем он смог подтвердить или опровергнуть это, их неожиданно прервали. Это было,

???: Яхуу, Яхуу, Яхуу!

В пространстве прозвучал высокий голос.

Расслабленный тон голоса резко контрастировал с мрачной атмосферой, как будто кто-то случайно настроил телеканал развлекательной программы во время серьезного разговора.

Субару: Ч-что?

Услышав звук, Субару дико огляделся по сторонам, и, не сумев найти хозяина, тотчас понял его источник.

Субару сразу же почувствовал внезапный голос, который звучал так, словно он исходил от громкоговорителя или радио. Та же мысль, которая была у него сегодня утром.

Субару: Волшебство городской радиопередачи?

???: Привет, все вы, жалкие куски мяса! Неважно, сколько раз вы это слышали, разве моя красота и мой прекрасный голос не возбуждают вас? Гхахахахахахах!

Как будто подтверждая идею Субару, снова появился голос, усиленный волшебным динамиком.

Этот голос звучал с детской жестокостью, как у молодой девушки, которая отвергала этикет и презирала обычные манеры речи.

Ее резкий смех, казалось, мог проникнуть прямо в разум, вызывая отвращение как психическое, так и физическое.

Субару: Что это еще за глупый голос …

Феррис: Тише, Субару, тише.

Феррис выпрямил его ухо одним пальцем, а другим закрыл ему рот.

Феррис с серьезным видом, казалось, был полностью поглощен, и у Рикардо было бдительное выражение лица. Все прикованные к постели раненые хлопали руками по ушам.

Похоже, это был не первый раз, когда они слышали это.

???: Хорошо, вы, жалкие мясные существа, очарованные заманчивым голосом красивой девушки, у меня есть для вас новость: мы все устали, поэтому мы идем домой прямо сейчас. Просто шучу! Настоящая игра только начинается! Гхахахахаха!

Резкий, резкий голос, словно зеркало поцарапали острыми когтями прямо перед ухом, был наполнен садистским ликованием. Что, что, что это за голос, что это за женщина?

Лоб Субару начал покрываться холодным потом, он хорошо знал о ненормальном состоянии своего тела. Когда самообладание вернулось к нему, его тело уже было захвачено этим голосом.

???: Оставим в сторону мою забавную шутку, давайте перейдем к новостям. Как я только что сказала, город оккупирован нами. Вы все словно птицы в клетке ... нет, вы все насекомые в клетке для насекомых.

Субару: —— !?

???: Насекомые - это просто жуки, и владелец этой клетки решает, что с ними делать. Крылья и голова, приготовьтесь к их удалению ... Гхахахаха, как уродливо, как ужасно! Какая беспощадная жизнь. Вы должны быть благодарны за то, что остались под моей нежной опекой. Гхахахахаха!

Снова прозвучал злобный смех.

Смех, который презирал других и находил порочный восторг в том, чтобы уничтожать чужие радости.

Субару знал этот смех лучше, чем кто-либо.

???: Подождите, подождите, вы, идиоты, не можете понять истинный смысл моих драгоценных слов? Бедные некомпетентные дураки, думающие только о других кусках мяса в свободное время. Мое нежное, любящее "я" объяснит это еще понятнее. Я сделаю это с помощью своего голоса, который вы, чертовы мазохисты, так любите.

Субару: ——

???: Насекомые в клетке ничего не могут поделать с настроением их хозяина. Максимум, что вы можете сделать, чтобы угодить нам, - это боязливо лежать в своей клетке. Когда у нас плохое настроение, вы можете только дрожать от страха, когда мы отрываем вам крылья или ноги. Когда я принесу вам сладенькое, я буду как ваша мама, нежно поглаживающая ваши головы. Тут ~ и спереди ~, Гхахахахаха!

Перед лицом этой постоянной злобы Субару подражал Феррису и молча слушал. Дыхание, слова, заглушенные мрачные чувства в душе, Субару запечатал свою волю железом. А потом он заметил. Он заметил это....

Что это было?

???: Позже будет еще кое-что, что вы будете должны для нас сделать, мрази. У вас будут уродливые отчаянные выражения на лицах, вы будете плакать и кричать, что не хотите, не хотите, не хотите умирать, и думать о том, как дать нам то, чего мы желаем. В этом случае движущая мной доброта может заставить меня задуматься о том, чтобы взять клетку к себе на руки. Неужели это так сложно понять? Гхахахахахаха!

В версии с изображениями тут находится картинка.

От волнения она захлопала в ладоши.

Ее речь, ее отношение, ее голос - Субару находил все это невыносимо раздражающими - но это не было особой проблемой.

С самого начала он слышал этот странный звук.

Он решил, что этот звук исходил из той же комнаты, где находилось волшебное устройство.

Слабый голос этой женщины сопровождал звук, который Субару определенно уловил.

Однако он не был уверен в том, что именно это было.

Еще хуже было то, что ему казалось, будто он почти достиг ответа, но тот ускользал от него снова и снова.

Шумное сердцебиение, шумный поток его крови. Отбрось и пойми, отбрось и пойми.

Очень слабый жужжащий звук, похожий на взмахи множества крыльев.

Он был очень близко, бесконечно близко к правильному решению. Хотя он был близко, он все еще не мог достичь его. Звук хлопающих крыльев - это был шум, который, казалось, смешался с трансляцией.

Многие магические явления были неясны для Субару. Так что, возможно, это было только его воображение. Но разум подсказывал ему, что что-то не так.

Это чувство и шум крыльев застряли в голове Субару.

???: На этом все. Мои драгоценные слова заканчиваются здесь. Аморфные мясные существа и насекомые должны работать изо всех сил. Как я уже говорила ... мы взяли под контроль четыре башни, которые управляют водными путями. Не пытайтесь делать что-то странное. Мёртвые лица утопленников невыносимо уродливы! Гахахахахаха

Жестокий пронзительный смех был прерван, когда звук исчез.

Этот звук крыльев тоже исчез. Субару, наконец, мог расслабить свое тело, и он сразу же обратился к Феррису и Рикардо.

Субару: Что вы думаете о трансляции?

Феррис: Что я думаю об этом… Наши конечности были безжалостно оторваны, и от нас осталась только голова, именно так я вижу это.

С горьким видом Феррис укусил свои пальцы и ответил нахмурившемуся Субару.

Субару: Только что это был Культ Ведьм…

Феррис: Первая передача была, когда ты спал. В нем вещатель представился ...

Феррис помедлил, не зная, стоит ли ему продолжать. Субару, не зная причины его колебаний, кивнул головой.

В Культе Ведьм обычной практикой среди архиепископов было сначала объявить о своем грехе. После этого назвать свое имя.

Архиепископ Греха Похоти, третий архиепископ, которого Субару не предполагал встретить. Ее звали,

Феррис: Хотя это отвратительно, и Ферри-чан не верит этому ни в малейшей степени, это имя, которое было названо.

Феррис: Капелла Эмерада Лугуника. - Хотя этого не может быть, это фамилия королевской семьи, ня.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 28. Встреча покрытых ранами

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

Субару: Подождите, давайте немного успокоимся. Во-первых, нужно разобраться в том, что нам известно.

Слова Ферриса пробили потолок количества информации, которую мозг Субару мог ведержать прямо сейчас.

Феррис и Рикардо кивнули Субару, обдумывая новые данные, полученные из трансляции.

Субару: Передвижение куда угодно… будет довольно проблематичным с таким количеством раненых.

Феррис: Ну, самые тяжелые раны уже стабилизировались, и больше не должно появляться людей, но все же.

С чувством профессионализма Феррис поставил свой диагноз. Субару потребовалось время, чтобы осмотреть состояние полевого госпиталя.

Минимальное освещение и холодный каменный пол. По уникальному ощущению воздуха - почти как на подземной стоянке большого универмага - Субару определил, что они находятся под землей.

Субару: Мы все еще в Пристелле?

Феррис: Это одно из убежищ Пристеллы. Передача этим утром упоминала об этом, помнишь? В Пристелле, если когда-нибудь возникнет проблема с водными путями, повреждения, нанесенные водой, будут колоссальны, поэтому по всему городу есть укрытия. Это одно из них на Первой улице.

Рикардо: Площадь, где я нашел тебя, была неподалеку. Было тяжело, но нам удалось привести братана и других беженцев в безопасное место!

Вслед за Феррисом высказался Рикардо, одновременно громко стуча по толстому нагруднику. Феррис пристально взглянул на Рикардо, которому потребовалось некоторое время, чтобы остановиться.

Феррис: К счастью, я тоже был там, с таким количеством раненых этот господин с собачьим лицом не смог бы справиться никоим образом.

Рикардо: Да! Теперь мне не нужно ни о чем сожалеть! Хахаха!

Обычное поведение Рикардо и его смех были освежающими, даже если они были неуместны для этого мрачного места. Если один человек сохранял позитивный настрой, каждый мог сохранять надежду.

Феррис: Итак, что случилось с Субару?

Субару: Ах, верно. На площади было два архиепископа, Жадность и Гнев. Тот, кто разрушил мою ногу и похитил Эмилию, был Жадность ... однако, тем, кто нанес рану всем остальным, была Гнев.

Феррис: Как это случилось?

Субару: Власть Гнева ... Это немного сложно объяснить, но если кто-то получает ранение, она может передать его другим людям.

Он тщательно подбирал слова, пытаясь дать простое объяснение ее силы. Рикардо наклонил голову, а Феррис побледнел, когда осознал значение ее способности.

Он посмотрел на раненых и их перевязанные правые ноги.

Феррис: Итак… вот почему Субару и все остальные получили идентичную травму. У меня уже было плохое предчувствие, но ...

Субару: Ах…

Абсурдные эмоции часто сопровождали искаженный характер. Однако у Сириус этот абсурд носил еще и физиологический характер.

Субару было еще что сказать.

Субару: И Жадность тоже очень хлопотный.

Феррис: Ах ~…Я уже устал, у меня нет сил слышать о еще более неприятных вещах.

Субару: Извини, но это невозможно. Черт бы побрал Жадность, он может обесценить любую атаку. Будь то купание в огне, удар кнутом или прямой удар - все повреждения равны нулю.

Бессознательная Эмилия на руках у Регулуса была беззащитна. Но даже купаясь в пламени Сириус, Регулус безупречно защищал и себя, и Эмилию. Он показал свою невероятную силу.

Это казалось чертовски сложной ситуацией.

Феррис: Тот, кто может передать травмы, и тот, кто, по сути, непобедим ... Ах, ты, должно быть, шутишь.

Субару: Этот другой архиепископ… Петельгейзе с Невидимыми Руками был довольно силен, но эти ребята на совершенно другом уровне.

Тем не менее, способность Петельгейзе оказалась неэффективной на Субару. Учитывая это, он считал его простым сумасшедшим, а не архиепископом греха.

Таким образом, это будет его первая официальная битва с Культом Ведьмы.

Субару: И архиепископ, который только что представился, Похоть ... ее способности, вероятно, столь же неприятны.

Феррис: Хуже ... Здесь, наверное, пять архиепископов.

Субару: Пять…!?

Феррис выдвинул гипотезу, которая была ужасна даже по меркам самых смелых идей Субару. Из-за чего он вообще так думал?

Феррис вздохнул и указал пальцем на подавленного Субару.

Феррис: Слушай. Подумай о трансляции и о том, что сказала Похоть. В этом городе четыре водных врат, верно?

Субару: Ах, да, они захватили их, а это значит, что они могут планировать потопить город… так что это очень опасная ситуация…

Феррис: И есть возможность, что архиепископы займут каждые… Уже есть три архиепископа, собравшихся в одном месте, что совершенно беспрецедентно. Поэтому на ум приходит худшая из худших ситуаций ... здесь их еще больше.

Субару: Четыре… ​​тч.

Говоря это вслух, Субару наконец понял, что хотел сказать Феррис.

На севере, юге, востоке и западе находились четыре водных врат, которые управляли городом Пристелла. Занятие все из них подразумевает,

Субару: Значит, в каждой башне есть архиепископ, охраняющий ее? В таком случае, это должно делать четыре архиепископа ...

Феррис: Субарчик, подумай о том, что только что произошло. — В трансляции сейчас использовалось магическое устройство, которое существует только в мэрии. Враг также должен был занять центральный узел города, что означает, они захватили пять опорных пунктов.

Субару: —хк

Это еще более безнадежное предположение заставило Субару затаить дыхание.

Как и сказал Феррис, здание муниципалитета должно было быть захваченным для проведения трансляции. Помимо Похоти, которая занимала его, должны быть еще два архиепископа.

Единственным понятным объяснением этого будет скоординированная атака Культа Ведьмы.

Субару: Помимо площади, где я был, были ли какие-то другие волнения? Были ли другие атаки?

Феррис: ——

Если бы это было нападение Культа Ведьмы, было бы трудно представить, что они будут нацелены только на одно место. Субару мог только молиться о том, чтобы его худшие страхи не стали реальностью.

Феррис рассеянно опустил взгляд и замолчал. Рикардо кашлянул, на его лице показалось множество острых зубов.

Рикардо: Честно говоря, единственная известная нам ситуация - наша. Мы даже не знаем, где находятся другие приюты, поэтому в наших же интересах остаться здесь.

Субару: Почему? Разве мы не должны искать наших союзников, чтобы объединиться? Разве вы не беспокоитесь о них?

Пока он говорил, Рикардо махнул руками, и Субару поспешно посмотрел на Ферриса.

В этом убежище раненых было странно, что Феррис и Рикардо - единственные люди, которых знал Субару. Но особенно подозрительно было то, что Феррис находился здесь один.

Субару: Где Круш и Вильгельм? Это необычно для вас троих быть разделенными. Они в другом убежище?

Феррис: … Ты задаешь сложный вопрос, Субарчик. Единственные, кого ты здесь знаешь, это Ферри-чан и мистер Рикардо, и, как ты можешь видеть…

Неловко ответил Феррис, и Субару почувствовал глубокое беспокойство внутри себя. Затем нежный голос разрядил эту напряженную атмосферу.

Неожиданно услышав его, Субару огляделся, но не смог найти его хозяина.

???: Мне жаль. Я, кажется, беспокою тебя, Феррис. Рада вас видеть, Субару.

Феррис: Госпожа Круш такая подлая.

Субару: Что? А?

Феррис, разговаривая со своим невидимым хозяином, полез в карман своего платья. Субару вытаращил глаза, когда увидел знакомый предмет.

Субару: Подождите, это ...

Феррис: Верно. Это добыча прошлого года. Мы тоже их использовали, помнишь?

Ответил Феррис, открывая ручное зеркало.

На первый взгляд, зеркалу чего-то не хватало, но вместо отражения в нем появилось лицо зеленоволосой красавицы с нежным лицом, без сомнения, это была Круш.

Волшебное устройство, известное как Разговорное Зеркало, было более или менее настоящей версией сотового телефона этого мира, что позволяет его владельцам разговаривать через парные зеркала. Год назад они сыграли свою роль в битве с Культом Ведьмы, и их тоже привезли в этот город.

Круш, с другой стороны зеркала, слегка нахмурилась перед молчаливым Субару.

Круш: Феррис. Субару кажется немного обеспокоенным. Ты скрывал это от него?

Феррис: Извините за это. Но, но я не думал, что наш следующий звонок будет так скоро, поэтому я не считал, что говорить об этом было важно.

Субару: П-подожди. Дай мне минутку. Благодаря Разговорным Зеркалам ты поддерживаешь связь с Круш, которая в другом приюте, верно?

Круш: Действительно.

Когда мастер и рыцарь говорили, Субару понадобилось время, чтобы разобраться в своем замешательстве. Зеркало Разговора объяснило спокойствие Ферриса по поводу отсутствия его хозяина.

Предварительно, чтобы подтвердить безопасность Круш своими глазами, Субару взял зеркало у Ферриса.

Субару: Слава Богу… сейчас сложно сказать, что происходит, но нам повезло, что мы смогли связаться. Круш, вы не ранены?

Краш: Нет, спасибо за беспокойство. К счастью, мне удалось вовремя найти убежище, не получив травм. Я слышала, что Субару получил серьезное ранение, и его пришлось перенести. Как вы сейчас?

Субару: «У меня все хорошо» я не могу сказать ничего подобного, но и так нормально. Я сделаю что-нибудь. Я переберусь, как только рана будет перевязана ... Феррис, не смотри на меня так.

Когда Субару объявил о своем намерении, он почувствовал суровый взгляд Ферриса, пронзивший его насквозь. Однако, хотя он показывал себя неблагодарным, Субару не мог сидеть и ничего не делать. Было крайне необходимо найти выход из тупика, в котором они оказались.

Он не мог послушно лежать, ожидая ухудшения условий.

Субару: Мы поговорим об этом позже… Круш, какова ситуация у вас в убежище? Кто-нибудь еще с вами?

Круш: Да. Со мной еще несколько человек …

???: Я тоже здесь, Субару. К счастью, все, кто были в отеле, перебрались сюда.

Откуда-то позади Круш к разговору присоединился элегантный голос.

В тот момент, когда он услышал это, Субару ненадолго замер, а затем резко покачал головой. Он не хотел быть дураком, который не понимал, насколько обнадеживающим был этот голос.

Субару: Твое присутствие там немного обнадеживает, Юлиус.

Юлиус: Я слышал, что тебя в итоге унесли в укрытие без сознания. Так как ты вернулся к своей обычной бодрости, кажется, что мое беспокойство было беспочвенным ... Правда ли, что госпожа Эмилия была похищена?

Субару: … Это правда. Сожалею. Я так бесполезен.

Юлиус: Ты столкнулся сразу с двумя архиепископами. Я не такой ужасный человек, чтобы обвинять тебя в недостатке сил. Анастасия и Круш здесь, а также несколько членов Железного Клыка. Ах, двое последователей Фельт тоже здесь.

Он быстро подтвердил положение Эмилии, ни в чем не обвиняя Субару.

Хотя доброта с другой стороны зеркала была трогательной, она усиливала чувство вины у Субару. Слушая его слова, он подтвердил присутствие одного раненого в убежище.

Субару: Хорошо, вы должны сказать парням Фельт, что их друг здесь. Он ранен, но жив.

Юлиус: Понятно, это приятно слышать. Я обязательно передам. Они пытаются казаться смелыми, но, очевидно, волнуются. Ну что ж, Субару.

После того, как Тон и Кан были проинформированы о безопасности Ларкинса, Юлиус понизил голос, изменив атмосферу их разговора.

Юлиус: Что мы будем делать?

Субару: … Понятия не имею, почему ты спрашиваешь именно меня об этом.

Юлиус: Как показал случай с Ленью, у тебя, похоже, есть талант иметь дело с Культом Ведьмы. Может быть, ты мог бы вытащить что-то неожиданное и решить эту дилемму?

Субару: Что за чушь? Извини, что разочаровал, но я не какой-то эксперт по Культу Ведьмы.

Юлиус: Это прискорбно. Теперь о госпоже Эмилии. Нет сомнений, что твое сердце полно тревог. Что ты собираешься делать?

Ответ Субару, очевидно, не оправдал ожиданий Юлиуса, но никак не отразился на его настрое. Он понимал, что думать о Субару как о каком-то чудотворном убийце архиепископов было бы слишком нагло.

Скорее, последняя часть его предложения содержала его настоящий вопрос.

Субару: … Эмилия была захвачена Жадностью. Он ведет себя как пуп земли, излагает свои эгоистичные убеждения и не принимает никаких разногласий. Я не хочу оставлять Эмилию с ним даже на секунду.

Юлиус: То есть спасение Эмилии от Жадности - это твоя ответственность?

Субару: Конечно… ты только что сказал ответственность?

Юлиус заговорил тише, когда показал Субару открытую ладонь с пятью вытянутыми пальцами.

Юлиус: Слушай, Субару. Феррис должен был объяснить, что в каждом из ключевых мест Пристеллы, вероятно, расположены пять архиепископов. Учитывая статус каждого врага, разделение битвы является очень важной задачей.

Субару: … Неважно откуда, они могут потопить Город Водных Врат.

Юлиус: Это верно. Условием победы над архиепископами является атака на каждое из этих мест одновременно. А пока мы должны восстановить связь с нашими силами, разбросанными по всему городу ... ты понимаешь нашу ситуацию, верно?

Даже не имея возможности связаться с товарищами в разных местах, Юлиус выдвинул план скоординированной атаки.

Первоначально за поддержание связи с приютами отвечала магия города. Однако, когда мэрия пала, все были разлучены и нашли убежище в разных приютах. Для оценки состояния других приютов, необходимо принять соответствующие меры.

Феррис: Кстати, старик Вильгельм подтвердил, что по городу бродит толпа. Кажется, они потеряли сознание и ведут себя как культисты.

Субару: … Это, должно быть, Власть чертовой Сириус … С каждой секундой положение выглядит все более и более безнадежным.

Услышав досадную информацию от Ферриса, Субару в волнении почесал голову, потому что появилось еще больше плохих новостей. По крайней мере, должен быть способ связаться со всеми существующими боевыми силами.

Субару: Я не знаю, где Отто и Гарфиэль, а Эмилия была похищена Жадностью. Какой беспорядок...

Юлиус: Джошуа и заместитель начальника Железного Клыка пропали без вести, как и Фельт с Рейнхардом. Присцилла тоже…

Субару: Я не знаю, где Ал, но Присцилла должна была быть в городском парке до того, как начался шум. Без понятия, что с ней случилось после этого ... черт, Лилиана тоже должна быть с ней.

Присцилла не была нормальной в любом смысле этого слова, и Лилиана тоже, честно говоря, была очень странной. Субару не хотел, чтобы кто-то из них пострадал.

Принимая во внимание провозглашенную удачу Присциллы и характер певицы, Субару мог только надеяться, что они будут в порядке.

Патраш также была в павильоне с водяными драконами. Она была достаточно умна, чтобы избежать внимания, поэтому беспокоиться о ней было бы излишне.

Постоянные источники беспокойства мучили Субару, и он чувствовал, что проведение пяти одновременных атак был за пределами их возможностей.

Независимо от того, как это было сказано, это было бы невозможно. У них недостаточно бойцов, чтобы атаковать пять локаций, не говоря уже о том, что они столкнутся с архиепископами. Единственной вещью, которую большинство людей могло принести в такую ​​борьбу, была надежда.

Субару: … Подожди. Почему мы вообще должны идти атаковать все места одновременно?

Юлиус: Что ты имеешь в виду? Как мы уже говорили, Культ Ведьмы может нанести огромный урон из любой точки, которые они занимают. Захват одного места оставил бы их с остальными…

Субару: Но это не так, верно? Я понимаю, что в конечном итоге нам нужно захватить все четыре башни. Но почему одновременно?

Юлиус: Как только они обнаружат, что на них напали в одном месте, то, конечно, другие архиепископы приведут в действие их план, не так ли? Наверное, поэтому они начали такую ​​скоординированную атаку.

Юлиус дал четкий ответ на сомнения Субару.

Слушая его слова, Субару задумался над их точностью. Конечно, Юлиус руководствовался здравой логикой. Но противники, с которыми они столкнулись, не были нормальными.

На той площади Регулус и Сириус сражались насмерть.

Регулус не был серьезен, и поэтому он не причинил большого вреда, но Сириус определенно пыталась убить его. Регулус должен был победить ее за считанные минуты.

Могли ли они действительно работать вместе, чтобы захватить город?

Субару: … Способны ли они действительно сотрудничать? Конечно, они сказали, что действовали вместе, чтобы захватить врата, но могут ли они поддерживать организованный контакт на каждом этапе? Вот о чем я думаю.

Юлий: На каком основании?

Субару: На площади, где я был, двое архиепископов пытались убить друг друга. Они остановились только потому, что получили новые инструкции от Евангелия. Если бы этого не случилось, один, вероятно, убил бы другого.

Юлиус: Значит, они не могут должным образом координироваться ...?

Юлиус все еще казался слегка неуверенным в словах Субару. Однако тот понял причину его беспокойства.

Субару: Есть ли кто-нибудь с доступом наружу?

Юлиус: Пара членов Железного Клыка разведывают башни ... у тебя есть какая-то идея?

Субару: Хотя это может быть только предположением, разве не самый простой способ общения - просто передавать волшебные сигналы по воздуху? В таком сложном городе словесное общение проблематично. По крайней мере, это занимает много времени без Разговорного Зеркала.

Юлиус: Вероятность того, что Культ Ведьмы принес такие зеркала, невелика. Мои духи, несомненно, уже обнаружили бы их. Правильно, вот именно.

Они одновременно пришли к одному и тому же выводу.

Субару: Поэтому они делают это обычными способами. Если какой-то переполох не возникает, или они не замечают этого, они не действуют. Итак, это уменьшает нашу потребность в разделении боевых сил.

Юлиус: … Единственная проблема с этим планом заключается в том, что одно место отличается от всех других.

Субару: Мэрия. Здание, из которого можно проинформировать другие башни об атаке. Таким образом, мы должны начать с нее.

Первоначально боевые действия будут сосредоточены на центральном офисе города. Им придется пойти туда и победить архиепископа Похоти с их нынешней силой, а затем уничтожить другие башни одну за другой.

Даже тогда это было бы проверкой на скорость, но риск был бы гораздо ниже, чем у атаки на все пять локаций одновременно. Субару так думал, верил в это.

Юлиус: ——

С другой стороны зеркала Юлиуса погрузился в задумчивое молчание.

Идея Субару была основана на плохих отношениях между Регулусом и Сириус и оптимистичном предположении, что связи в Культе Ведьмы были очень запутаны и беспорядочны.

Конечно, если бы Евангелие дало команду, подобную «Убить всех в Пристелле», эта надежда была бы подорвана на корню.

Если бы он знал, что произойдет, он должен был еще тогда попытаться узнать содержание Евангелия…

???: Мои глубочайшие извинения за опоздание, все меня слышат?

В середине тяжелого молчания другой голос внезапно присоединился к разговору.

Побитый жизнью, старый голос, к которому так прислушивался Субару, был более надежным, чем что-либо еще в нынешней ситуации.

Лицо седовласого старика показалось в Зеркале Разговоров.

Субару: Вильгельм-сан! Вы в порядке!

Феррис: Старик Вильгельм! Слава Богу. Ты не выходил на связь, и это заставило многих людей волноваться!

Феррис также услышал знакомый голос. При их приветствии Вильгельм открыл глаза и кивнул.

Вильгельм: Мои извинения, я попал в неприятности и не мог найти спокойное место. Теперь, наконец, я с некоторыми гражданами прибыл в убежище. Субару-доно и Феррис, то, что вы в безопасности обнадеживает меня. А госпожа Круш?

Круш: Я в порядке. Вильгельм, я так рада, что ты в безопасности.

Вильгельм: Не беспокойтесь обо мне ... из-за моей некомпетентности я не был с вами в этой ситуации. Пожалуйста, позвольте мне попросить вас, чтобы вы подождали спокойно. Я найду вас.

Субару: Удивительно, это чувство облегчения не нормально ...

Когда Круш и Вильгельм говорили через зеркало, Субару обнаружил, что диалог между хозяином и подчиненным был пронизан подавляющим чувством безопасности, и восхищенно вздохнул.

Затем, довольный своей безопасностью, Субару вспомнил свой разговор с Юлиусом, когда попытался кратко изложить ситуацию для Вильгельма.

Тем не менее,

???: Есть несколько вещей, которые нужно сказать, но это самое срочное.

В этот момент Вильгельм исчез из зеркала, на смену ему пришел зверочеловек, котенок в монокле.

Это был заместитель начальника Железного Клыка Тиви, который, казалось, объединил усилия с Вильгельмом. Выражение его лица было необычайно тревожным.

Рикардо: Привет! Кто это, если не Тиви! Твоя безопасность лучше, чем что-либо еще.

Тиви: Ваша тоже, шеф ... но сейчас мы не в порядке. Моя сестра с вами сейчас?

Рикардо: Мими? Я ее не видел, что-то случилось?

Услышав слабый голос Тиви, Рикардо глянул искоса в зеркало, где кто-то заменил Тиви.

Хетаро: Шеф! Сестра! Сестра была…!

Рикардо: Хетаро? Почему ты в такой панике?

Тот, кто влетел в поле зрения, был братом Тиви, Хетаро. Обычно он был мягким юношей, но сейчас его лицо было искажено от горя.

Его круглые глаза наполнились слезами, и его голос дрожал, когда он смотрел в зеркало.

Хетаро: Н-наша Божественная Защита Трисекции активирована моей сестрой! Н-но ее рана была такой серьезной, и сестра, она ... хк!

Тиви: Брат, успокойся ... Как он и сказал. Когда сестра была ранена, рана также перешла на меня и брата, так что…

Рикардо: Понял. Подождите, я найду Мими немедленно. Не плачьте, просто подождите.

Голосом, который Субару никогда не слышал от него, Рикардо заговорил в зеркало.

В этом ровном звуке Субару почувствовал давление, не похожее на то, что чувствовал раньше, и отступил, дрожа.

Глаза зверя были полны гнева, а в его открытом рту был виден ряд острых клыков. Он обнажил клинок, и его большие мышцы напряглись.

В этот момент, когда он уже почти отправился искать пропавшую девочку.

Анастасия: Подожди, Рикардо. Я не могу допустить таких самовольных действий.

Голос, который остановил Рикардо, послышался из другого зеркала. Рикардо снова повернулся к Анастасии, которая появилась в зеркале.

Он нахмурился, поднимая клинок на своего работодателя.

Рикардо: Не останавливайте меня, леди. Я не хочу шутить с вами прямо сейчас.

Анастасия: Конечно, Рикардо, наша давняя связь заставит тебя понять, что я не шучу. Не заставляй меня повторять дважды. В данный момент любые несанкционированные действия запрещены. Даже ради Мими.

Рикардо: ВЫ ГОВОРИТЕ МНЕ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ МИМИ!!?

Ярость, лившаяся из уст Рикардо, сотрясла воздух укрытия.

Напряжение было нешуточным. Субару отступил еще на несколько шагов назад от зверя, излучавшего ярость. Рикардо уставился на Анастасию.

Сквозь зеркало она встретила его взгляд с непоколебимой стойкостью.

Анастасия: Ты должен понять, Рикардо. Мы попали в непредвиденные обстоятельства. Ты мое самое главное оружие. Я не могу позволить тебе уйти без разрешения.

Рикардо: Ты смеешь говорить это? С кем, по-твоему, ты разговариваешь, Ана-бо ... тц!

Анастасия: С тобой, конечно. Не забывай, собака-монстр.

Двое разговаривали как старые знакомые. Кожа Субару покалывала от напряжения. Он ждал момента, чтобы прервать их.

Он хотел поддержать Рикардо. Но он также мог понять здравомыслие Анастасии.

И он был снаружи. Анастасия, та, кто не была, но кто поддерживала близкие отношения с Мими, решила отдать приоритет безопасности города над Мими.

Субару понял, что ему нечего было вмешиваться. Рикардо тоже должен понять.

Субару: ——

Таким образом, время шло.

Если Рикардо решит уйти, Субару и другие раненые не смогут его остановить. Анастасия, которая хладнокровно посмотрела ему в глаза через волшебное зеркало - только она могла сделать что-нибудь.

Однако Рикардо внезапно отвернул взгляд от зеркала.

Субару: Подожди, Рикардо!

Анастасия: Стой, не спеши делать выводы.

Видя движение Рикардо, Анастасия заговорила. Рикардо в ответ промолчал. Он повернулся и принюхался у входа в укрытие.

Рикардо: Что-то приближается. Что это ... запах крови?

Субару: Запах крови…?

Среди множества ран он, казалось, был в состоянии обнаружить новый запах.

Предупредив, Рикардо поднес свой клинок к входу в укрытие. Субару и Феррис сглотнули, наблюдая за действиями Рикардо.

???: -хк!

Тяжелые шаги отбросили тень на убежище.

В этот момент раненые в приюте, напуганные дерзостью злоумышленника, затаили дыхание. Нарушил эту тишину никто иной как Субару.

Там стояла знакомая невысокая блондинистая фигура.

Субару: Гарфиэль!?

Потный, тяжело дышащий Гарфиэль.

Внезапно заметив Субару, он подбежал к нему, странно покачиваясь. Тогда Субару заметил: почему движения Гарфиэля были такими шаткими.

Гарфиэль: ——

Все потеряли дар речи, когда Гарфиэль добрался до Субару. Там он склонил голову и опустился на колени.

Гарфиэль: Извини, капитан ... хк! Крутой я… бесполезен! Совершенно некомпетентен ... хк!

Сказав это, Гарфиэль издал болезненный крик.

В его окровавленных руках лежала фигура умирающей Мими.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 29. Великолепный тигр

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

- За полдня до того, как Гарфиэль прибежал в укрытие.

***

Мими: А потом ~ Хетаро чуть не расплакался, так что Мими ничего не оставалось, кроме как держать его за руку. А затем Тиви выглядел таким одиноким, поэтому у Мими не было выбора ~ Так что, в итоге, я держала их обоих за руки!

Гарфиэль: … ах, это правда?

Мими: Да, верно ~. А потом, после этого, Мисси выглядела очень счастливой!

Даже учитывая эту незаинтересованную реакцию, маленькая девочка, идущая рядом с ним, улыбнулась, ничуть не обидевшись.

У этой простодушной девушки были оранжевые волосы и круглые глаза. Гарфиэль понятия не имел, почему она путалась с кем-то из враждебной фракции.

Она вела себя так с тех пор, как приехала в город Пристелла. Нет, оглядываясь назад, она липла к Гарфиэлю с тех пор, как появилась в особняке Розваля в качестве посланника.

Первоначально он подозревал, что Мими пыталась узнать о самом сильном бойце в лагере Эмилии, но эта гипотеза была давно опровергнута из-за поведения Мими. Теперь Гарфиэль понятия не имел, почему она привязалась к нему.

Гарфиэль не мог определить «почему», поэтому ему оставалось лишь с любопытством склонить голову в сторону и наблюдать за Мими.

-Сейчас они вместе гуляли по улицам Пристеллы под покровом сумерек.

Ни один из них не приглашал другого на эту прогулку, скорее, Мими решила последовать за Гарфиэлем, когда тот ускользнул из отеля.

Хотя он надеялся остаться в одиночестве, чтобы разобраться со своими мыслями, Гарфиэль был слишком смущен, чтобы оправдываться или прогонять ее. Ошеломленный рвением Мими, он стал участником этой банальной беседы, пытаясь одновременно разобраться в своих чувствах.

Мими: Гар ~ ф, у тебя странное выражение лица. Что случилось? Это было что-то ~ веселое?

Гарфиэль: Если бы случилось что-нибудь «веселое», разве крутой я не выглядел бы счастливым? Крутой я не хочет об этом говорить.

Мими: Если ты будешь продолжать говорить о таких сложных вещах, в конечном итоге, ты станешь как Джошуа. Мими считает, что лучше расслабиться и наслаждаться всякой ерундой! Лучше, когда Гарфиэль откидывает голову назад ~ и смеется как идиот ~.

Гарфиэль: Ты говоришь, что я похож на идиота?

Слова Мими действительно были слишком преувеличены, и Гарфиэль с широко раскрытыми глазами оскалил зубы. Она закричала «ааа ~!» и бросилась вперед. Но остановилась в нескольких шагах от него, хихикая и ожидая, пока он догонит ее, по-видимому, забыв то, что только что произошло. Гарфиэль отнесся с недоверием к тому, что она назвала его смех идиотским.

-Примерно час назад, перед ужином, Гарфиэль вызвал Святого Меча Рейнхарда на поединок.

Сильнейшим в королевстве или, как сказали бы некоторые, сильнейшим в мире, был сегодняшний Святой Меч.

Еще до того, как они впервые встретились, Гарфиэль узнал о его силе от Субару.

Рейнхард был другом, благодетелем и, в некотором смысле, конкурентом Субару. Встреча с ним в этом месте стала неожиданностью.

Звание "Сильнейшего" имело особое значение для Гарфиэля.

Быть сильнейшим. Иметь цель стать сильнейшим. Стремиться к этому. Гарфиэль верил, что как только человек рождается, его первый крик ставит это в качестве его важной задачи.

Все, независимо от того, что когда-то они мечтали стать Сильнейшими, идя по долгой дороге, известной как Жизнь, в конце концов, забудут об этой далекой мечте. Все, кроме Гарфиэля.

Эта мечта укоренился в его сердце и стала источником его стойкости на этом пути. Для Гарфиэля звание Сильнейшего было сочетанием его цели, того, что ему было дано с рождения, и обязательного условия, позволяющего ему защитить все, что для него было дорого.

Поэтому, перед человеком, который стоял на вершине силы, Гарфиэль не подавлял трепет в своем теле.

Он отправился к Субару и получил разрешение бросить вызов Рейнхарду.

Святой Меч казался далеко не самым сильным. Он производил впечатление мягкого, доброго человек, у которого не было боевого мастерства.

Однако Гарфиэль знал, что самые могущественные люди могут скрывать свою силу. Оставляя в стороне его собственную гиперактивность, большинство сильных людей не выглядели таковыми, когда выполняли свои ежедневные дела. Розваль и Субару были примерами этого.

Поэтому он отнес Рейнхарда к такому же типу людей, что и они.

-Бой проходил во дворе отеля, покрытом гравием.

Отказавшись от предложения Гарфиэля покинуть отель и сменить место драки на поля за городом, чтобы избежать ущерба окрестностям, Рейнхардт согласился на битву в отеле, добавив условия «Не повредить двор».

Можно сказать, что это было унизительно. Даже если он был самым сильным человеком, он недооценивал Гарфиэля. Немедленно желая заставить его пожалеть об этом унизительном высокомерии, Гарфиэль вытащил его на улицу.

Противостояние произошло во дворе, где Субару дал команду, ознаменовавшую начало матча. Гарфиэль оскалил зубы, думая только о том, чтобы броситься со щитами на его запястьях на алого героя.

Гарфиэль: ——

Эта мысль исчезла почти мгновенно.

Человек перед ним мог двигаться быстрее, чем кто-то мог моргнуть.

До этого момента нежная атмосфера, окружавшая его, не исчезала. Но теперь она рассеялась без следа, обнажив острый клинок и изящное пламя.

Обычный человек не смог бы почувствовать, что его естественное состояние было острым как бритва, словно он сам был мечом.

В определенной степени, если человек мало знал о боевых искусствах, это чувство проявилось бы как давление, сжимающее его легкие.

Но это было не про Гарфиэля.

Он, по крайней мере, обладал силой, достойной Святого Меча.

Заметив его истинную натуру и даже дрожа под исходящим от него давлением, Гарфиэль отбросил свои колебания и полетел в сторону Рейнхарда.

Их матч не должен был быть смертельным, и они согласились не наносить серьезных травм, но забыв об этом соглашении, он сразу нацелился на горло Рейнхарда своими острыми когтями, стремясь нанести решающий удар.

В тот момент, прежде чем его удар смог достичь цели, его тело было элегантно поймано в воздухе, и Гарфиэль осознал, какая пропасть разделяет их способности.

Гарфиэль: Я проиграл.

После этого, несмотря на нанесение атак с различных сторон, Рейнхард смог уклониться от них всех.

Кроме того, Рейнхард избежал их всех, даже не отступив с того места, где он изначально стоял.

Другими словами, Гарфиэль исчерпал все свои силы против только верхней части тела Рейнхарда.

Получив внезапный сильный удар, который подбросил его в воздух, Гарфиэль объявил о своем поражении.

У Рейнхарда даже не было меча. Он победил Гарфиэля голыми руками.

Что именно Рейнхард и Субару говорили после этого, Гарфиэль не мог вспомнить.

Он не хотел показать себя настолько безрассудным или глупым человеком, который не может принять свое поражение, поэтому покинул отель, бросив в ответ лишь несколько слов.

Он не мог разобраться с водоворотом чувств, одолевавших его.

Охваченный своими эмоциями, Гарфиэль искал ответ, в одиночку гуляя по Городу Водных Врат.

Мими: Гар ~ ф! Гар ~ ф! Смотри! Смотри ~! Закат полностью отражается в воде! Это супер! Это потрясающе ~! Так красиво ~!

Шумная девчонка повела Гарфиэля, потягивая за рукав, дергая за волосы, опускаясь на плечи, и у него не оставалось выбора, кроме как следовать за ней.

Хоть он и покинул отель, у него не получилось остаться одному благодаря ей.

Гарфиэль: Эй, ты с самого начала ведешь себя так шумно. Можешь немного успокоиться, мелкая?

Мими: Аааа… Нет ~!

Гарфиэль: Незамедлительный ответ?!

Она схватила Гарфиэля за запястья, бегала и кружилась. Его тянули за руки с неожиданной силой, поэтому Гарфиэль крутился вслед за ней. Идея вытащить свои запястья и сбежать со скоростью света пришла ему в голову, но он не знал, даст ли кровь зверочеловека Мими возможность его поймать. Она может быть в состоянии легко догнать убегающего Гарфиэля.

К тому же, он должен был принять во внимание, насколько заметно выглядит.

Перед отъездом в Пристеллу, Фредерика и Рам неоднократно напоминали ему, что не стоит тревожить Эмилию или Субару из-за его собственной причудливости. Единственным, кому он мог доставлять неприятности, был Отто, который был как старший брат, привыкший разгребать неприятности за всеми.

Гарфиэль: Ха-ха

Мими: Ммм, что не так, Гар ~ ф? Что-то раздражает тебя?

Гарфиэль: Ты имеешь в виду беспокоит?

Мими: Да! Что случилось ~? Давай поговорим об этом~!

Он был не в состоянии говорить откровенно с Мими, и она несколько раз ударила его в бок «Ой, Ооой». Принимая во внимание ее миниатюрный вид, она была, на удивление, сильной. Гарфиэль встряхнулся от оцепенения.

Он наклонился к водному пути, оценивая открывшийся вид.

Гарфиэль: А… это действительно трогательная сцена.

Мими: Видишь? Это потрясающе ~! Просто удивительно!

Хотя Мими он слушал только половину времени, отражение заходящего солнца в воде было действительно яркой, вдохновляющей картиной. Сверкающая вода была окрашена белым и желтым светом, а небо было покрыто оранжевым закатом.

Узнав об этом, Гарфиэль сел на край водного пути, наблюдая за медленно проплывающими парусниками.

Мими: Хм ~ хмм ~ хмм ~

Садясь рядом с ним, Мими счастливо покачала ногами, напевая мелодию себе под нос. Хотя ее нельзя было заставить замолчать, сейчас она вела себя довольно хорошо. Схватив полуодетые плечи Гарфиэля, она качала головой вверх и вниз.

Бросив взгляд на ее счастливое лицо, он обнаружил, что цвет волос Мими точно соответствует оранжевому оттенку заката. Он подсознательно протянул руку, чтобы погладить ее по голове, и Мими, казалось, обрадовалась, прислонившись к ней.

Мими: Пушистая? Пушистая? Мисси тоже часто трогает голову Мими ~! Она ласкает ее и называет это чем-то вроде Целебного Идола.

Гарфиэль: Ах, это очень приятно. Этот Целебный Идол или еще что. Капитан тоже иногда говорит такие вещи, как…

Мими: Гар ~ ф, ты все еще чувствуешь раздражение?

Гарфиэль: А теперь давай еще что-нибудь!

Мими: А?

Когда Мими наклонила голову, ее лицо было самим воплощением невинности, Гарфиэль невольно рассмеялся.

Облегчение начало расцветать в его груди, смывая ощущение, что он был кем-то ничтожным. Чувство унижения сменилось решимостью.

Гарфиэль: … стать сильнейшим, настолько сильным, что меня не возможно будет одолеть. Крутой я на пути к этому.

Мими: О, так ты поднимаешься по лестнице, чтобы стать лучшим ~!

Гарфиэль: Хех, ты понимаешь это довольно хорошо. Да, это правильный способ стать сильнейшим.

Мими сказала это первой, и Гарфиэль в ответ прикоснулся пальцами к белому шраму на лбу.

Хотя ее болтливость раздражала, она также подбадривала его. Если бы он был один, он, вероятно, все еще был бы угрюмым. Компания с Мими оказалась весьма кстати.

Гарфиэль: Эй, мелкая, пока мы здесь, как насчет того, чтобы сходить перекусить? Крутой я угощает!

Мими: Гар ~ ф, смотри!

Гарфиэль: А?

Сказав это, Гарфиэль поднялся на ноги и похлопал себя по животу.

Мими все еще сидела у водного пути, и ее крик привлек внимание Гарфиэля, когда он проследил за ее взглядом, его глаза сузились.

На другой стороне водного пути веревки парусника развязались, и лодка оказалась на мели, когда она начала дрейфовать по водному пути. Она была пустой, но проблема не в этом.

Мими: Эй, дети!

Мими издала громкий предупреждающий крик в том направлении, где пять детей, играющих в другой лодке, приближались прямо к дрейфующему паруснику.

Дети не заметили приближения другого судна. Если они столкнутся, их лодка может в конечном итоге опрокинуться, выбросив детей в водный путь.

При крике Мими, другие люди вокруг водного пути обратили внимание. Один из владельцев лодок в панике полетел к детям, но не успел вовремя.

Услышав пронзительные голоса очевидцев, дети наконец поняли их положение и запаниковали, когда увидели внезапное приближение пустой лодки.

Затем-

Гарфиэль: Эй, дети. Скажите спасибо мелкой кошечке, которая вас заметила.

Мими: Гар ~ ф!

Он внезапно прыгнул на лодку, сохранив удивительное равновесие, когда приземлился. Для детей молчаливый Гарфиэль мог быть только чудом с небес.

С кривой улыбкой и боязливым смехом дети напряглись, напуганные страшным незнакомым блондином. Когда их паника утихла, Гарфиэль подхватил пятерых детей на руки и сделал еще один прыжок.

Они приземлились на тротуар возле водного пути, когда лодки сильно столкнулись, опрокидывая парусник, который нес детей.

Гарфиэль, ловко удерживая веревки, соединяющие судна, предотвратил цепную реакцию столкновений, которые могли бы затопить ряд лодок.

Ограничение движения опрокинутого парусника не позволило оторвавшейся лодке дрейфовать дальше вниз по течению и минимизировало зону воздействия.

Гарфиэль: Хорошо, ты должен это сделать!

После того, как Гарфиэль крепко закрепил веревки, его встретил шум приветствий и аплодисментов свидетелей.

Один из судовладельцев, который должен был следить за состоянием лодки, склонил голову, чтобы выразить свою благодарность, от которой Гарфиэль отмахнулся, почесав голову и взглянув застенчивым взглядом.

Затем,

Ребенок: Б-братик. Большое спасибо.

Гарфиэль: Ооо?

Спасенные дети собрались вокруг него и осыпали благодарственными словами Гарфиэля.

Они утратили робкие выражения, которые были у них на лодке, и теперь просто смотрели на него блестящими глазами. Когда Гарфиэль встретил их взгляды, они начали хлопать еще быстрее.

Столкнувшись с этим, Гарфиэль почувствовал, что его привычный настрой вернулся, и потер нос.

Гарфиэль: Ничего такого не нужно. Просто случайность ... просто случайность. Крутой я руководствовался здесь ветром судьбы. Это Город Воды, окруженный водными путями ... если кто-то не закончит плакать, будет потоп, верно?

Аплодисменты начали стихать, когда Гарфиэль дал свой напыщенный ответ.

Крики также стали прерывистыми. Однако, в отличие от зрителей, дети были поражены.

Дети: Ух ты, изумительно! Так круто ~!

«За слезы, независимо от опасности!»

«Никогда не вздрагивай! Никогда не сомневайся! Никогда не колеблись!

Гарфиэль с удовлетворением кивнул взволнованным детям. Затем напряженно взглянув, один из них задал вопрос.

Ребенок: Старший брат, как тебя зовут?

Гарфиэль: Это не важно. Тем не менее, я настаиваю на этом ... зовите меня Великолепный Тигр!

Дети: Великолепный Тигр!!

Гарфиэль принял позу, откинувшись назад и вытянув руки к небу. Сияя глазами, дети тихо шептались от волнения, подражая ему.

Когда Гарфиэль открыл свое сердце окружающим его детям, Мими бросилась к нему, ее глаза тоже блестели.

Мими: Гар ~ ф, круто ~! Это было круто!

Она подбежала и присоединилась к детям, толпившимся вокруг Гарфиэля.

Восхищенный смех детей, Мими и Гарфиэля, разносился по извилистым водным путям.

Аплодисменты и крики давно исчезли, оставив лишь одинокого судовладельца, смотревшего на них с улыбкой.

***

Гарфиэль подпрыгнул, когда делился закусками с детьми в ларьке.

Гарфиэль: Тогда крутой я сказал: «Теперь я не позволю вам сделать ни шагу дальше, подонки! Это территория капитана, и вы уже попались в ловушку!» Хах!

Мими: Удивительно ~! Так круто ~!

Малыш: Вау! Это так круто ~!

Когда Пристелла купалась в лучах заката, Гарфиэль делился историями за прошедший год с Мими и детьми.

Он только что описал одно из самых запоминающихся происшествий - Охоту на Почвенных Пауков.

В соседней деревне произошла вспышка мабестий, известных как Почвенные пауки. И каким-то образом Субару, Гарфиэль и Отто были вовлечены в борьбу против них. Благодаря идеальному сочетанию коварных планов Отто и Субару с силой Гарфиэля случай был разрешен.

Один из спасенных детей с удовольствием слушал рассказы Гарфиэля. Он был ребенком со светлыми волосами, на вид ему было всего шесть или семь лет.

У него были прекрасные черты лица и милая улыбка, которые, несомненно, однажды станут привлекать влюбленные вздохи со стороны женщин. Но сейчас он был просто ребенком, восхищающимся образом жизни Гарфиэля.

Купив детям закуски, Гарфиэль взял на себя обязанность безопасно проводить детей по домам. Четверо из пяти вернулись домой целыми и невредимыми, что означало, что этот мальчик был последним.

Гарфиэль: Такой маленькой группой детей, вы отправились довольно далеко. Разве это не опасно?

Когда они провожали ребенка домой, Гарфиэль нахмурился.

Приключение детей привело их на пересечение Первой и Второй улиц, недалеко от штаб-квартиры компании «Мьюз». Пока они шли, Гарфиэль не мог не думать, что они забрели слишком далеко.

На самом деле, они прошли весь путь от Третьей улицы. Напрямую дорога заняла бы около часа.

Ребенок усмехнулся в ответ.

Ребенок: Иногда певица выступает в парке на Первой улице. Мы искали ее!

Гарфиэль: Тогда понятно. Капитан тоже сказал, что ее пение довольно сильное, но крутой я немного сомневается.

Потирая нос, Гарфиэль не смог согласиться со словами ребенка.

Гарфиэль только один раз встретил певицу Лилиану в штаб-квартире «Мьюз». Но даже этого краткого взаимодействия было достаточно, чтобы произвести на него сильное впечатление. Без сомнения, Лилиана была девушкой с сильной личностью. Однако эта «сила» была несовместима с впечатлением от честного и непорочного барда.

Мими: Гар ~ ф, ты никогда не слышал пение певицы? Оно ~ действительно ~ очень мощно!

Гарфиэль: А ты, мелкая!?

Мими: Да ~! Я даже не заснула до конца ~! Мими такая сильная ~! Хвалите Мими ~!

Гарфиэль послушно погладил Мими по голове. Она прокричала «ура ~!» И радостно помчалась прочь, прежде чем обернуться и задать вопрос.

Мими: Вам удалось встретить ее?

Ребенок: Нет, мы опоздали. Но так как мы прошли весь путь до той далекой улицы ...

Гарфиэль: Вы решили поиграть в реке? Хорошо, что крутой я был неподалёку.

Малыш: Великолепный Тигр!

Гарфиэль: Ха!

Когда мальчик протянул руку к небу, Гарфиэль повторил его движения. Это была поза Великолепного Тигра.

Они энергично позировали вместе, но ребенок быстро опустил запястье с усталым вздохом. Гарфиэль склонил голову в недоумении.

Гарфиэль: Почему ты выглядишь так подавленно? Не вздыхай, твое счастье убежит, ты знаешь об этом?

Малыш: Ну… когда я вернусь домой, моя сестра разозлится.

Гарфиэль: Что?

Когда мальчик рассказал о своем страхе перед сестрой, Гарфиэль слишком остро отреагировал и с тревогой схватил его за плечи.

Гарфиэль: Ах, прости. Но почему она будет злиться?

Малыш: … потому что я сбежал.

Гарфиэль: А…

Этот мальчик, казалось, забыл сообщить своей сестре, что сегодня будет с друзьями. И в результате его семья, вероятно, беспокоилась о нем.

Это чувство не было чуждым для Гарфиэля. Он тоже был братом, поэтому понимал, что существование сестры всегда будет страшным барьером.

Даже после десяти лет разлуки, после того, как он вырос, страх потерять сестру только увеличился.

Гарфиэль: Понял. Оставь это крутому мне.

Малыш: … а?

Гарфиэль гордо похлопал себя по груди, когда маленький мальчик выглядел потрясенным.

Как будто пытаясь справиться с его унынием, Гарфиэль засмеялся, обнажив свои острые зубы.

Гарфиэль: Крутой я хорошо знаком со страхом перед старшей сестрой. Даже если твоя страшная сестра придет за тобой, крутой я сможет защитить тебя.

Ребенок: Старший брат!

Чувствительный ребенок крепко обнял Гарфиэля. Мими присоединилась к объятиям, схватив Гарфиэля сзади.

Таким образом, будучи удерживаемым со всех сторон маленькими, Гарфиэль возобновил свою решимость и боролся с ними, пока они продолжали свой путь.

Закат приближался, они не успели вернуться к ужину, но сегодня все равно был неплохой день.

Но как бы он на это ни смотрел, Гарфиэль не смог бы спокойно поужинать в том же месте, что и Рейнхард. Однако, если он остынет за ночь, то, вероятно, справится с этим.

Это было благодаря детям, которые восхищались Великолепным Тигром, а также заразительному жизнерадостному отношению Мими.

???: Фред!

Оглушительно громкий голос внезапно раздался в ушах Гарфиэля.

Он удивленно поднял голову и увидел бегущую фигуру девушки. У нее были длинные изящные светлые волосы, и она пристально смотрела на мальчика рядом с Гарфиэлем.

Мальчик посмотрел в ее сторону и открыл рот. Затем,

Фред: Сестра…

Девочка: Ты хоть представляешь, как сильно заставил нас беспокоиться!!! Ты доволен?

Она прыгнула вперед, чтобы одарить своего брата пощечиной, чье тело после этого аккуратно отскочило назад.

Гарфиэль, который был свидетелем этого действия, застыл от шока и слишком медленно реагировал, чтобы ответить этой красивой девочке, которая аккуратно приземлилась рядом.

За это время она пристально посмотрела на Гарфиэля и вонзилась в его ногу пяткой.

Девочка: Ты подозрительный человек, что ты хочешь сделать с моим Фредом?

Гарфиэль: Ха… во-первых, убери ногу, мелкая.

Когда он столкнулся с водоворотом ее атак и агрессивных слов, Гарфиэль ответил спокойным голосом. Видя, что ее упреждающие атаки не причинили никакого вреда, девочка отступила назад с робким выражением лица.

Хотя она думала, что Гарфиэль рассердится, он все еще сохранял самообладание. Хотя, скорее, он все еще был удивлен.

Он никогда не думал, что на самом деле найдется сестра, которая без разбора ударила бы своего младшего брата.

Между прочим, мальчику, которого ударили, смягчили его падение. Мими подлетела к нему, обняла и осторожно приземлилась.

Теперь они встали на ноги, отряхивая друг друга.

Увидев это краем глаза, Гарфиэль вздохнул. И на его реакцию,

Девочка: Что за отношение?… Если тебе есть что сказать, просто скажи это, и ничего не делай со мной или Фредом… Я, я поистине ужасна в гневе…

Гарфиэль: Прежде всего, здесь какое-то недоразумение. Кроме того, не подлетай так к своему брату, и не бей его. Ты ведь можешь случайно нанести серьезную травму.

Сестра: Ха ...

Присев на корточки, Гарфиэль тихо заговорил с девочкой.

Сестра мальчика тоже была маленькой - всего около десяти лет, возраст преждевременного полового созревания, когда она брала на себя слишком многое. Ее первоначальная резкость исчезла, и выражение ее лица сменилось на слезливое от спокойного и уравновешенного ответа Гарфиэля.

То, что она сказала, было, конечно же, блефом, но она собралась с духом идти против Гарфиэля. В некотором смысле ее смелость еще больше испугала ее саму из-за неудачного поворота событий.

Фред: Ува, Великолепный Тигр… Пожалуйста, не сердись на мою сестру.

Затем, не в силах видеть свою сестру дрожащей, мальчик отряхнул себя от пыли и встал у нее за спиной, умоляя Гарфиэля. Выражение лица его сестры показало, что ее самооценка пострадала из-за его просьбы от ее имени, но она все еще имела достоинство попытаться защитить своего брата от Гарфиэля. Хотя он сначала не знал, что произошло, у них, похоже, не было плохих отношений.

Гарфиэль: То, что крутой я выглядит как плохой парень, это что-то вроде проявления недовольства.

Мими: Плохой парень! Быть плохим парнем нехорошо ~, Гар ~ ф, вместо этого будь Великолепным Тигром!

Мими вскочила и ткнула Гарфиэлю в голову. Хотя это не больно, это был довольно озадачивающий удар.

Затем бессмысленное противостояние брата и сестры с Гарфиэлем продолжилось. Когда он начал задаваться вопросом, как долго это продлится,

???: Рафиэль, Фред, где вы двое?

Голос, который разрушил эту ситуацию, донесся от кого-то другого.

Услышав этот нежный голос, брат и сестра поймали взгляды друг друга. Гарфиэль наблюдал, как они побежали по направлению к голосу.

Сестра и брат прибыли на угол дороги, где появилась женщина. Они полетели к ней без колебаний.

Эта блондинка, скорее всего, их мать.

Фред: Мама!

Сестра: Мама, этот подозрительный человек, и Фред…

Старшая сестра, рыдая, держалась за свою мать, а младший брат защищал невиновность Гарфиэля. Выслушав детские крики, их мать улыбнулась.

Гарфиэль: ——

Она шагнула вперед, а ее дети все еще цеплялись за нее. Теперь можно было рассмотреть ее лицо.

Мими: Гар ~ ф?

Гарфиэль застыл, и Мими обернулась, внимательно осматривая его.

Однако Гарфиэль не смог ответить на беспокойство Мими. Его сердце было охвачено хаотичными волнами смятению.

Ведь человек, который стоял там, был,

???: Похоже, вам пришлось заботиться о моим детях, мои извинения. Если возможно, не могли бы вы рассказать мне, что произошло?

Она говорила успокаивающим, нежным тоном, в котором не было ни малейшего признака злобы или подозрений.

За несколько шагов она подошла к нему. Когда Гарфиэль дрожал, дрожал от ее присутствия, она наклонила голову, словно в замешательстве.

Это выражение, это отношение, этот голос - они все сковали Гарфиэля ужасным шоком.

Гарфиэль: Мама?

Хриплый шум вырвался из его горла.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 30. Тигр и Кошечка под луной

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

???: Мне очень жаль, я не ожидала гостей, поэтому не прибралась.

Мими: Хм ~! Не важно ~! Выглядит чисто ~! Очень чисто ~! Комната Мими выглядит намного более грязно ~!

???: Ах, ах, это нехорошо.

Женщина непринужденно погладила Мими, которая лежала на диване, качала ногам и выглядела очень довольной.

Погрузившись в эту сцену, Гарфиэль молча посмотрел на женщину. Ее длинные светлые волосы стекали к ее талии, ее кожа была белоснежной, ее стройное тело было женственным, а ее мягкое лицо украшала пара ясных, спокойных изумрудно-зеленых глаз.

Она выглядела лет на 25, но Гарфиэль знал, что ей должно быть за 35.

Несмотря ни на что, это не соответствовало ожиданиям Гарфиэля, а именно источником его замешательства была,

???: Мистер Великолепный тигр, чай не соответствует вашим вкусам? Извините, я даже не подумала спросить, что вы хотели бы выпить ...

Женщина, которая назвала себя Реалой Томпсон, нахмурилась, глядя на молчаливого Гарфиэля, вернувшегося обратно в сознание из-за того, что к нему обратились. Он посмотрел на свой нетронутый черный чай и поспешно поднял чашку.

Гарфиэль: Нет, нет, крутой я просто немного задумался… эта комната необычайно просторна, вот и все.

Реала: Действительно? Моя семья очень большая, как и наш дом, но это затрудняет уборку. Похоже, я снова была беспечна.

Реала приняла поспешное оправдание Гарфиэля без тени сомнения, ее очаровательный голос звучал легко и мягко. Большой двор ее дома и его изысканная отделка отражали ее заявление. Ее улыбка, ее нежный тон, все в ней поразило Гарфиэля ностальгией.

Однако, Реала не сказала ни слова о взгляде Гарфиэля. Одна только эта деталь охватила его сердце болью.

Женщина, называвшая себя Реалой Томпсон, выглядела в точности как Решия Тинзель, мать Гарфиэля, образ которой был выжжен в его памяти.

Конечно, разлука Гарфиэля с его матерью произошла вскоре после его рождения, и его воспоминания о матери были весьма скудны.

Несмотря на это, Гарфиэль помнил каждую деталь ее лица, увиденного им в той отвратительной гробнице, где проходило Испытание. Там он стал свидетелем своего расставания с матерью.

Ее лицо, ее голос, ее любовь - Гарфиэль знал все это из Испытания.

И на этом же Испытании он увидел ее несчастную смерть вскоре после отъезда. Так что для Гарфиэля снова увидеть мать было чем-то вроде несбыточной мечты.

Раз так, то существование женщины, сидящей перед ним, должно быть невозможным.

Реала: Мими-сан, ваши ушки выглядят такими мягкими. Могу ли я дотронуться до них?

Мими: Да, пожалуйста ~!

Реала счастливо протянула руку. Поглаживая уши Мими, она выглядела удовлетворенной.

Мими улыбалась как маленькая девочка. Они были странной парой, крошечный зверь и подозрительный получеловек, но их пригласили без всякой задней мысли. У этой женщины напрочь отсутствовало чувство настороженности.

Такое отношение, по мнению Гарфиэля, было связано с материнством.

Его мать Решия была несчастной женщиной. Ее родители потеряли все и влезли в долги, а затем продали ее группе работорговцев, которые попали в засаду бандитов-полулюдей, сделавших в последствие Решию своей наложницей.

Где-то по пути она забеременела Фредерикой, и бандиты выставили ее на продажу. Она была выкуплена другой группой воров и провела с ними много времени.

Фредерика выросла в воровском лагере. Хотя она редко говорила о тех временах, она считала, что отъезд Решии был неким жестом доброжелательности со стороны бандитов, указывая на то, что там была довольно плохая обстановка.

Страдая от одного несчастья за другим, она, к счастью, была спасена любопытным Розвалем.

Он предложил ей, что отвезет их в Святилище, где им предоставят безопасность и жилье. В Святилище Льюис стала их опекуном.

Жизнь по отношению к Решии можно назвать «жестокой».

Однако личность его матери была неизвестна тем, кто просто слышал истории. Те, кто действительно знали его мать, никогда не дали бы ее жизни такой прискорбной оценки.

Льюис: Ах, Решия. Этот ребенок был непостижим, она была необычайно оптимистична и всегда смотрела в будущее. Несмотря на мучительные дни, когда она вполне могла умереть, она всегда говорила: «Может быть, завтра случится что-то хорошее. Даже если сегодня тяжело, завтра может быть лучше». Как маленький ребенок, она всегда с нетерпением ждала маленьких счастливых моментов в жизни.

Фредерика: Наша уважаемая мать ... она может и выглядела как глупая женщина, которая слишком легко все бросает, и, честно говоря, я считаю, что она никогда не понимала уроков о том, как лучше всего выживать ... но она была невероятно доброй. Она мой любимый человек. От всего сердца я рада быть ее дочерью.

Розваль: Это о твоей матери, Решии-сан? Веееерно, хотя у меня никогда не было слишком много шаааансов, чтобы поговорить с ней лицом к лицу, она была непостижима. А может лучше сказать невероятна? Она была намноооооого более чувствительна к счастью, чем большинство людей. Она всегда была веселой, находя счастье в самых ужасных ситуациях.

Льюис, Фредерика и даже Розваль - все с теплотой отзывались о ней.

В Святилище любой, кто знал его мать, говорил то же самое. Она всегда была расслаблена и радостна.

Если бы это было не так, она бы не пошла безрассудно искать отца Гарфиэля, который, скорее всего, столкнулся с проблемами.

А потом она сразу же столкнулась с еще одним несчастьем и умерла, а где же ее счастье?

- Он никогда не мог найти ответ, где ее счастье закончилось.

Гарфиэль: Если я его не найду, лучше сдаться.

Ногти вонзились в его ладонь, когда он сжал кулак.

Он должен был сдаться, но никогда не понимал этого. Это заняло много времени, но он наконец-то вырос, чтобы принять это.

Но почему теперь она появилась снова? С ее, как всегда, беззаботным и жизнерадостным отношением.

Гарфиэль: ——

Чтобы она не заметила, он стал незаметно наблюдать за ее выражениями и поведением.

Ничто не казалось наигранным. Поведение его матери, относящейся к нему как к незнакомцу, было совершенно естественным, и чем больше Гарфиэль наблюдал, тем более очаровательным оно становилось.

Это был ее ответ?

У нее была новая жизнь. Не зная о Гарфиле, она вела свою счастливую жизнь. Он ее совершенно не волновал, это и был ответ его матери на…

Фред: Маааам.

Рафиэль: Мама, я голодна.

Гарфиэль молчал, когда Мими и Реала играли рядом. Брат и сестра присоединились к ним в гостиной после того, как сходили в их комнаты и переоделись.

Девочка бросила суровый взгляд на Гарфиэля и тут же прижалась к своей матери.

Рафиэль: Мама, скажи гостям идти домой, и тогда мы сможем поесть.

Реала: О чем ты говоришь? Мистер Великолепный и Мими позаботились о Фреде, когда он чуть не утонул.

Сестра: Разве не мог Великолепный подстроить все это? Чтобы он мог прийти к нам домой и воспользоваться нашей щедростью. Может быть, ему нужны деньги.

Реала: Эй, это зашло слишком далеко. Но ты права, мы должны поблагодарить его за помощь Фреду ... должны ли мы дать ему деньги?

Рафиэль: Мама!

Девочка, которая поняла, что ее слова вот-вот станут причиной банкротства ее семьи, запаниковала. С другой стороны, Реала, которая не смогла понять причину криков дочери, в замешательстве огляделась.

Эта сцена улыбчивого взаимодействия между родителем и ребенком отдавалась болью в легких и мешала дышать сильнее, чем прогулка босиком по шипам. Осушив чай одним глотком, Гарфиэль с лязгом поставил чашку на стол.

Гарфиэль: Поскольку крутой я здесь не приветствуется, мы уйдем.

Мими: Хааухх? Почему ~?

Гарфиэль: Просто так.

Хотя Гарфиэль хотел уйти, Мими продолжала сопротивляться. Однако, словно он не слышал ее, Гарфиэль поднял Мими. Когда он собирался уйти, Реала выглядела потерянной, в то время как ее дочь усмехнулась ему.

Ну, Гарфиэль будет уважать ее чувства - и с этой мыслью,

Фред: Не уходи, Великолепный Тигр…

Схватив его за подол штанов, младший брат преградил ему путь.

Секунду, по неизвестным ему причинам, Гарфиэль не мог решиться стряхнуть с себя эти маленькие руки. Но,

Рафиэль: Фред, если честно, ты…

Так как Фред защищал подозрительного преступника и хотел, чтобы тот остался, его сестра в гневе положила руки на талию. Реала хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

Реала: Ссориться не хорошо. Ты заставляешь наших гостей уходить, кажется, Фред хочет, чтобы они остались, поэтому позволь им самим решить, Рафиэль.

Рафиэль: Но, мама…

Реала: Никаких «но». Мистер Великолепный и Мими, не хотите остаться ненадолго? Я была бы рада поделиться с вами ужином, а сегодняшняя еда - мое лучшее блюдо.

Фред: Мааам, ты все называешь своим лучшим блюдом…

Реала: Ммм, разве это не должно быть очевидно? Мама всегда старается изо всех сил, готовя каждое блюдо для вас.

Хотя ее способности были не очень, но она приложила все усилия, чтобы сделать все возможное. У всех присутствующих были паникующие выражения, у Гарфиэля больше всех.

Это гармоничная атмосфера. Она глубоко врезалось в сердце Гарфиэля.

Слова Реалы навевали на него уникальное ощущение счастья и беспомощности. Принять ее приглашения было бы худшей вещью, которую мог сделать Гарфиэль.

Гарфиэль: Большое спасибо за ваше приглашение, но несколько моих товарищей ждут меня. Они будут беспокоиться, если мы опоздаем, поэтому мы должны идти.

Реала: ——

Подавив боль в груди, Гарфиэль молился, чтобы его голос не дрожал.

При его ответе лицо Рафиэль стало суровым, а Реала нахмурилась с закрытыми глазами. И,

Реала: Я понимаю, нет смысла заставлять вас оставаться, если это затрудняет вас.

Гарфиэль: —хк

Именно это больше всего ранило Гарфиэля сегодня.

Проигрыш Рейнхардту в той дуэли, первоначальное влияние от встречи с Реалой, было, по сравнению с тем, что он чувствовал сейчас, действительно ерундой.

Подсознательно Гарфиэль положил руку близко к груди, как будто ему нужно было убедиться, было ли его тело разорвано или нет.

Мими: Гарфиэль, пойдем.

Мими, которая до этого только что отказывалась уходить, осторожно взяла Гарфиэля за руку и начала уводить его. Столкнувшись с ее беспокойством, Гарфиэль молча повиновался.

Итак, положив руки на ручку двери гостиной, они уже были готовы уйти,

???: Я дома! О, у нас есть гости?

С другой стороны двери стоял мужчина с великолепной бородой.

Он казался мастером своего дела и излучал энергичную ауру. От его тона голоса до лица - все в нем выдавало человека, всегда достигающего своих целей.

При появлении мужчины дети радостно вскочили на ноги. Получается, этот человек был ...

Папа: Хм… я раньше не видел лица этого незнакомца.

Фред: Папа, это Великолепный Тигр.

Сестра: Он подозрительный негодяй.

Папа: Что?

Столкнувшись с резко контрастирующими мнениями сына и дочери, отец в недоумении наклонил голову. Он повернулся к Реале, которая тихо стояла в гостиной.

Под любящим взглядом мужчины, Реала начала давать спокойный ответ.

Гарфиэль достиг своего предела.

Гарфиэль: Это не имеет большого значения, мы все равно уходим.

Бросив эти слова, Гарфиэль схватил Мими и торопливо подтолкнул ее к выходу, держась за входную дверь, словно желал скорее убежать.

Фред: Великолепный Тигр!

Сзади грустный голос звал Гарфиэля. Однако он не ответил ему.

Кто был Великолепным, кто был Тигром? Он был Гарфиэлем, а не Великолепным Тигр. Тигр был сильным, могущественным существом, которого ничто не могло заставить дрожать. Где был этот тигр сейчас?

Настоящий тигр не подвержен таким вещам!

Мими: Гарфиэль! Моя рука, больно!

Гарфиэль: ——

Слишком сосредоточившись на своих мыслях, Гарфиэль не заметил этого крика боли.

Он не заметил, пока Мими не вырвалась из его хватки, освободив руку от впивающихся в нее ногтей. Ее маленькая рука опухла и посинела.

Гарфиэль: Извини… крутой я…

Мими: Гар ~ ф, ты вел себя странно в том доме. Моя рука действительно ~ болит.

Мими тихо бормотала, а Гарфиэль ударил себя по лбу.

Они погрузились в молчание, в то время, как влажный воздух Города Водных Врат обдувал их лица. Солнце пропало с неба, и город окутал волшебный свет.

Солнечный свет на поверхности воды сменил свет волшебных ламп, но Гарфиэль был не в настроении наслаждаться таинственной и тихой красотой этой сцены,

???: Эй, вы двое, подождите!

Кто-то подбежал к Гарфиэлю и Мими, задыхаясь.

Волшебный свет осветил этого человека. Наконец, оказавшись перед ними, он положил руки на колени, пытаясь отдышаться.

Папа: Ах, я наконец-то догнал вас... Раньше я был более спортивным, но благодаря работе я сейчас совершенно не в форме…

Гарфиэль: Тебе что-нибудь нужно от нас?

Гарфиэль ясно указал, что его не интересуют слова этого человека.

Существование этого человека, хотя и не так, как детей Реалы, также огорчало Гарфиэля. Его голос был резким, но человек не обращал на это внимания, смущенно положив руку на голову.

Папа: Нет, я слышал от моей жены, что вы двое спасли моего сына. Было бы совершенно несправедливо, если бы я никогда не предложил вам ничего взамен.

Гарфиэль: … Это не такое уж большое дело, если вы будете все так преувеличивать, крутому мне будет крайне неудобно.

Гарек: Все, что касается моего ребенка, несмотря ни на что, невероятно важно, не говоря уже о спасении его от опасности. На самом деле, если вам что-нибудь понадобится ... Ах, мне очень жаль, я еще не представился, меня зовут Гарек, Гарек Томпсон. Несмотря на то, как я выгляжу, я директор одной компании в Пристелле, поэтому, если я могу чем-нибудь вам помочь...

Гарфиэль: Действительно, мы…

Человек, который знал, что происходит, - Гарфиэль, желавший уйти оттуда как можно скорее, внезапно остановился. Если он знал Реалу, действительно знал ее, тогда,

Гарфиэль: У крутого меня есть только один вопрос ... можете ответить на него?

Гарек: Конечно. Несмотря ни на что, я сделаю все возможное, чтобы ответить.

Гарек сказал это с улыбкой, излучающей доброжелательность.

То же самое относится и к Реале, и к их сыну Фреду. Вся эта семья была слишком добродушной. Только их дочь была способна на недоверие.

Думая об этом, Гарфиэль был очень осторожен в выборе слов,

Гарфиэль: У твоей жены, Реалы ... какое у нее настоящее имя?

Гарек: ——

Как только Гарфиэль задал свой вопрос, атмосфера изменилась.

Гарек несколько секунд молча обдумывал вопрос Гарфиэля, прежде чем ответить ровным голосом,

Гарек: В каком смысле?

Гарфиэль: В прямом. Ответь мне честно. Играть словами не в моем стиле. Скажи мне, твоя жена, ее зовут Решия, а не Реала?

Гарек: —гх

Он неловко ответил на прямой вопрос Гарфиэля, ему потребовалось немного времени, чтобы продолжить.

Гарек: Ты… ты… моя жена… Ты что-нибудь знаешь о моей жене?

Гарфиэль: Крутой я тоже хочет узнать о ней.

Гарек: ——

Гарфиэль искренне откликнулся на дрожащий голос Гарека.

При этих словах Гарек замолчал, словно размышлял о чем-то. В ожидании его ответа Гарфиэль взял Мими за руку.

Взглянув на него, она, как обычно, улыбнулась.

Гарек: … кажется, я должен рассказать вам полную историю.

Когда Гарфиэль посмотрел на улыбающуюся Мими, Гарек заговорил со вздохом.

Его голос был взвешен усталостью и бессилием. Гарфиэль нахмурился, ожидая его следующих слов.

Затем,

Гарек: У моей жены, Реалы ... нет воспоминаний до нашей встречи 15 лет назад.

***

Гарек и Реала встретились до того, как он стал директором компании, тогда он был обычным торговцем из Пристеллы.

На обратном пути от переговоров Гарек, управляющий драконьей повозкой, обнаружил, что его путь перекрыт обрушившейся скалой.

Столкнувшись с необходимостью срочно погасить долг, и попав в такую досадную ситуацию на дороге, Гарек не мог не разозлиться.

- Затем он нашел женщину, которая была похоронена заживо. Чудо. Других объяснений не было.

Отказываясь ехать в объезд, Гарек отчаянно задавался вопросом, сможет ли он все еще следовать по своему первоначальному маршруту.

Примерно в это же время сильный дождь наконец прекратился, и видимость улучшилась.

Вскоре после того, как утес рухнул, появился Гарек, сократив время, проведенной женщиной под обвалом до минимума.

В результате различных совпадений Гарек нашел и спас женщину, которая все еще дышала.

Она была покрыта грязью, и рядом с ней не было никакого багажа. Забрав женщину без сознания в карету с драконом, Гарек немедленно бросился в соседний город, где ее доставили в больницу, а он стал ждать ее реабилитации.

Гарек: В то время ее состояние было невероятно нестабильным. У нее была высокая температура, различные травмы и переломы от оползня, а ее сердце даже остановилось в какой-то момент во время лечения.

И Институт Исцеления, и Гарек изо всех сил пытались помочь ей, оптимистично молясь за ее выздоровление. Почему Гарек так отчаянно хотел спасти ее? Действительно, была причина, еще неизвестная ему, которая объясняла его действия.

Он от всей души поблагодарил всех за усилия.

Гарек: Тяжелая работа окупилась, и хотя она все еще была тяжело ранена, она, наконец, проснулась. Это заняло неделю ... Я остался в городе, ожидая ее.

Провал переговоров сделал будущее компании Гарека действительно мрачным.

В этой ситуации трата времени приравнивается к потере денег. Гарек не понимал, почему он воздерживался от своих путешествий.

Затем, через неделю, женщина проснулась.

После ее пробуждения она говорила с толпой, собравшейся вокруг нее, дрожащим, слабым голосом.

Гарек: «Кто я?» были ее первые слова.

Женщина забыла свое имя. Нет, не только имя. Она все забыла.

Кем она была и где она должна была быть? Что случилось до того, как обрушилась та скала?

Она не могла вспомнить членов своей семьи, и у нее не было выбора, кроме как остаться в больнице еще на какое-то время.

Все, что у нее было, это одежда, которую она носила во время аварии. Из вышитой на ней эмблемы единственными различимыми буквами ее имени были «Ре».

Гарек: Под влиянием имени цветущего цветка я решил назвать ее Реала. Затем я планировал заботиться о ней, пока ее раны не заживут.

Ее раны постепенно затягивались, и день ее выписки был не за горами.

Реала, даже когда ей некуда было деваться, оставалась веселой женщиной. Она отнеслась к несчастному случаю так, словно его никогда не было, и одаривала всех, с кем общалась, заразительной улыбкой.

В ее ситуации было бы невозможно не чувствовать себя неловко.

Потеря своих воспоминаний была почти эквивалентна собственному исчезновению. Но она все еще могла улыбаться, потому что она чувствовала необходимость делать это.

Или, может быть, она беспокоилась о людях вокруг нее.

Но самой главная причина была в том, что она не считала себя несчастной.

Гарек: Нервозность от приглашения Реалы отправиться со мной все еще свежа в моей памяти. Это, наверное, самое тревожное, что я когда-либо испытывал в своей жизни, даже сильнее, чем когда я предложил ей выйти за меня.

Итак, принимая предложение Гарека, Реала отправилась с ним в Пристеллу.

Причина, по которой он отказался оставить ее, по которой он так долго ждал ее пробуждения, была невероятно простой.

Гарек влюбился в нее в тот самый момент, когда он вытащил ее со скалы, принес в свою драконью повозку и убирал грязь с ее лица.

Гарек: Мой бизнес, который был неудачным, пока я не повстречал Реалу, быстро улучшился. Люди вокруг меня говорили, что это все благодаря моему таланту, но на самом деле это все благодаря Реале. Я был благословлен ею, так что теперь я могу быть таким бизнесменом и лучшим отцом.

Гарфиэль: ——

Гарек: Я люблю свою жену, и наши дети очень милые. Раньше я заботился о ее прошлом, но сейчас, независимо от того, кем она была раньше, я считаю свою жену моим самым важным человеком.

Гарек закончил говорить свой рассказ с явным смущением. Гарфиэль, который молчал от начала и до конца, внимательно слушая, смотрел на небо. Во тьме повсюду были разбросаны звезды.

Великолепная полная луна и звезды, вероятно, презрительно относились к его нынешним мыслям.

Гарек: Мне очень жаль спрашивать об этом у вас, но я не могу не сделать этого.

Гарфиэль: ——

Гарек: Каковы отношения между вами ... и моей женой?

Его взгляд упал с неба на Гарека.

В нежных глазах Гарека отражалось твердое намерение, когда он смотрел на Гарфиэля. Он умел сопереживать и не был настолько бесчувственным, чтобы неправильно понять слова Гарфиэля.

И поэтому Гарфиэль точно знал, какой ответ будет правильным.

Гарфиэль: ——

Открыв и снова закрыв свой рот.

Он дышал, делал вдох и выдохи, пытаясь выровнять свое дыхание.

Быстрое сердцебиение. Головокружение. Вспышка боли в голове. Тошнота.

Вихрь еще не сформировавшихся эмоций в его тесной груди был на грани краха.

- Мими крепко сжала его руку.

Гарфиэль: У крутого меня…

Гарек: ——

Гарфиэль: Никаких ... у меня нет никаких отношений с ней...

Он сказал это вслух.

С этим предложением вихрь, кружащийся в сердце Гафиэля, быстро исчез.

У него осталось только чувство утраты. Гарек, который стоял перед ним, опустил голову, как будто он совершил ошибку и не хотел смотреть в лицо Гарфиэлю, говорившему дрожащим голосом.

Гарек: Извините, мне очень жаль…

С видом неестественной боли он поклонился.

Однако Гарфиэль не хотел видеть реакцию Гарека.

Ему уже хватило. Он хотел уйти, хотел перестать испытывать эту боль.

Что пошло не так? Чья это вина? Это его вина или это вина Гарека? Кого он должен винить? Кого он должен атаковать, кому должен наносить удары, кого он должен отправить в полет?

Что он мог сделать, чтобы положить конец боли в его сердце, чтобы заставить ее исчезнуть навсегда?

???: Дорогой, это замечательно, что мистер Великолепный и Мими все еще здесь.

Гарфиэль: ——!?

Эти слова отзывались эхом с огромной громкостью.

Горе и суматоха подняли сильный шум, который мог убить. Для Гарфиэля это ощущалось острее ножа.

Гарек: Реала, почему ...?

Реала: Вы ушли в такой спешке, но я не хотела отпускать вас с пустыми руками, так что…

Реала моргнула и прошла мимо потрясенного Гарека.

Затем она подошла к ошеломленному, напряженному Гарфиэлю, протягивая ему руку.

Реала: Это десерт, который я приготовила, суфле. Хотя это не очень дорогой подарок, я все еще горжусь им. Надеюсь, вы примете это.

Гарфиэль: … м.

В ее улыбке не было ни следа злобы. Гарфиэль упрямо отказывался говорить.

Его разговор с Гареком открыл старые раны, не давая ему возможности говорить с Реалой. Любой, кто понял это, также поймет, как нужно действовать.

И все же,

Мими: О! Десерт, это так замечательно! Удивительно, я поделюсь этим с Мисси!

Реала передала контейнер улыбающейся, равнодушной Мими. Был предел тому, насколько можно было пренебречь, замечая атмосферу.

Гарек выглядел шокированным, а Гарфиэль потерял дар речи. Однако, Реала лишь радостно посмеялась над реакцией Мими.

Реала: Я так рада, что тебе понравилось, и, пожалуйста, поделись этим с той, кого зовут Мисси.

Мими: Да! Поняла ~!

После приветствия рукой, которая не была сжата Гарфиэлем, Мими взяла контейнер в руки и хлопнула Гарфиэля по спине.

Она приложила достаточно силы, чтобы ему пришлось закашлять, и Мими улыбнулась.

Мими: Ну, на этот раз мы действительно уходим! Великолепный Тигр и Великолепная Мими, увидимся позже ~!

Реала: Хорошо, безопасных путешествий и будьте осторожны, чтобы не упасть в воду, мистер Великолепный.

Мими взяла Гарфиэля за руку, а Реала помахала им, когда они уходили.

Улыбаясь, Мими повернулась и энергично помахала в ответ. Только двое мужчин остались с болезненными выражениями во время этого наполненного улыбками прощания.

Гарфиэль: ——

Так Мими повела Гарфиэля по водным путям.

Они не разговаривали до тех пор, пока Реала не исчезла из виду.

Гарфиэль: Эй, мелкая…

Мими: Сюда ~!

Гарфиэль: —— !?

Гарфиэль хотел что-то сказать Мими, но он был внезапно прерван.

Мими, все еще держа руку Гарфиэля, рязко запрыгнула на трехэтажное каменное здание, поднявшись с использованием точек опоры.

Гарфиэля тянули, поэтому он был вынужден идти в том же темпе, что и она. За несколько прыжков они достигли вершины здания.

Мими: Мими ~ чувствует себя так хорошо ~!

Гарфиэль: «Так хорошо». Моя нога! Серьезно, чем ты сейчас думала?

Когда Мими говорила о своем комфорте, пока она купалась в потоках ветра, Гарфиэль продолжал жаловаться. Однако он увидел, что улыбка Мими исчезла, когда она посмотрела на него.

Он увидел свое отражение в ее круглых глазах, и Гарфиэль не понимал беспокойства, зреющего в его сердце.

На лице Мими отразилось молчание Гарфиэля.

Мими: Гарф, ты хочешь плакать?

Гарфиэль: Ха? Что ты говоришь, почему крутой я должен хотеть плакать?

Мими: Я знаю, что Гарф сильный, но ты не должен хранить это в себе. Потому что Реала - мать Гарфа, верно ~?

Гарфиэль: ——

После неожиданного вопроса Мими Гарфиэль затаил дыхание.

Она точно уловила ход вещей. Если бы она знала прошлое Гарфиэля, то сделать такой вывод было бы легко. Однако Мими ничего не знала о его семье. Ее способность распознавать правду была действительно впечатляющей.

То, что она прямо подняла тему, потрясло Гарфиэля, и он колебался.

Гарфиэль: Почему… ты… так думаешь?

Мими: Гарф и Реала пахнут супер ~ похоже, и ее дети тоже пахли немного как Гарф, так что мне было интересно, так ли это.

Ее предположение не было основано на рассуждениях, оно было строилось на чем-то врожденном, и поэтому она могла видеть правду.

Если бы Мими сделала вывод из слов Гарфиэля, он мог бы попытаться скрыть свое прошлое, но Он не может опровергнуть что-то подобное.

Согнув ноги, Гарфиэль потрясенно посмотрел на звезды.

Звезды и луна взирали на Гарфиэля все тем же неизменным взглядом.

Мими: Так это правда? Реала - мать Гарфа?

Гарфиэль: ... Крутой я не знает. Эта женщина все еще моя мать?

На слова Мими Гарфиэль прикрыл лицо рукой.

Он не знал, насколько это правда. Но Реала явно была Решией.

Как и сказал Гарек, Реала действовала до сих пор сама, она полностью забыла, что она была Решией.

Забыв обо всем, Реала нашла новое начало, воспитывая своих детей и живя счастливо.

Гарфиэль: Ах, подумай, эти двое детей... брат и сестра крутого меня.

Хотя он только что понял это, у его сводных брата и сестры отношения были похожи на те, что были у него и Фредерики. Другими словами, эти двое были его прекрасными младшими братом и сестрой. Это были отношения, о которых он мечтал с тех пор, как был маленьким.

- Разве не было бы хорошо, если бы он мог наслаждаться этими отношениями без обстоятельств, окружающих их?

Гарфиэль: Даже если крутой я сам скажу ей о нашем родстве, ничего не изменится…

Реала забыла время, которое она провела как Решия.

Даже если бы Гарфиэль рассказал ей все, пятнадцать лет в роли Реалы все равно остались бы неизменными.

Только тогда она будет нести ненужные пятнадцать лет вины, чувствуя себя так, как будто она потеряла себя. Гарек сможет только наблюдать за печалью своей жены, а их дети видеть боль матери, не понимая ее.

Это было бы только ради самого Гарфиэля.

Принятие Реалой того, что она была Решией, никому будет выгодно, кроме Гарфиэля.

Фредрика и Льюис не знают, что Решия жива. Если Гарфиэль ничего не скажет, они никогда этого и не узнают.

Семью Реалы тоже не беспокоило ее прошлое. Если бы они узнали об этом, их счастливая жизнь, скорее всего, была бы потеряна.

Если бы Гарфиэль все спрятал и отпустил, все это можно было успешно решить.

Гарфиэль: Почему крутой я…

Неужели у него не хватало смелости похоронить это глубоко в своем сознании, похоронить это внутри себя?

Тигр, где же ты? Покажи мне правильный путь.

Если бы он только мог все вынести, взяться за все в одиночку, где он должен искать эту силу?

Скажи мне, тигр ... тигр. Истинный тигр был самым сильным существом.

Гарфиэль: ——

Он держался за голову и кусал свои губы, а переполнявшие его жалостливые чувства кружились взад и вперед, смешивались вместе, исчезали и появлялись снова.

Мими: Все в порядке ...

В следующий момент он заметил, что его голову нежно гладили.

Гарфиэль: ——

Мими обхватила рухнувшего Гарфиэля сзади.

Упершись подбородком в его голову, ее маленькая ладонь гладила голову Гарфиэля. Это нежное прикосновение к его спине, поглаживания туда и обратно, постепенно ослабляли боль и волнение в его голове.

Гарфиэль: Что, что ты делаешь, это…

Мими: Хм, если Гарфу нужно поплакать ~, я думаю, есть определенное место, где мальчикам разрешено делать это! Хотя я забыл, где, я помню, как Мисси рассказывала мне об этом ~!

На мгновение она, казалось, давала ответ, но ее ход пошел в другую сторону.

Чтобы его сердце не тряслось, чтобы его голос не дрожал, Гарфиэль тщательно подбирал слова.

Вот так, держа Гарфиэля, Мими хихикнула.

Мими: Ну, хотя я забыла ~, это ощущение женской груди? Это так? Именно! Это нормально для мужчины плакать на груди заинтересованной женщины ~!

Гарфиэль: … кого бы заинтересовала такая мелкая, как ты.

Гарфиэль интересовался женщиной, которая никогда не была к нему добра, когда он хотел этого, но становилась доброй, когда он меньше всего этого ожидал, после чего била его кулаками, женщиной, с которой было невероятно трудно иметь дело.

Девушка перед ним совсем не походила на нее. Однако Мими все еще улыбалась.

Мими: Все в порядке! Даже если Гарфиэль не заинтересован, Мими уже очарована! Я увидела ~ и заинтересовалась Гарфиэлем! Так! Грудь Мими ~! Можно плакать здесь ~!

Гарфиэль: Ха ...

Какое глупое предложение.

Что это было? Какая-то языковая игра? Это было только детский предлог, не наполненный ничем, кроме напористости.

Это очевидно ерунда, так что перестань шутить. Тигр ... тигр, где ты?

Прямо сейчас вернись к моему сердцу. Издай свой глубокий, свирепый рев, отбей эту боль, заставь меня проснуться, сделай что-нибудь с моими чувствами.

Иначе, иначе ... иначе будет слишком поздно.

Гарфиэль: Мама…

Хватит, хватит, прекрати говорить.

Не плачь тихим голосом, не делай такой слабый голос.

Он был тигром, самым могущественным, сильнейшим, сильнее всех. Сильнейший из Щитов. Тем не менее,

Гарфиэль: Мама… мама… мама… мама!

Мими: Хороший мальчик.

Гарфиэль: Почему! Почему ты забыла меня? Увидевшись после всего этого времени! Я ведь зову тебя, мама!

Мими: Все в порядке, хороший мальчик Гарфиэль, хороший мальчик!

Гарфиэль: Мама… мама… мама…!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Тигр, тигр ... где же ты?

На что он похож сейчас? Звезды, луна, небо, скажите мне. На что он похож сейчас?

Если он не мог быть ревущим тигром, то сейчас он просто напоминал ...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 31. Цена ошибки

Перевод:Toster , imy.

Редактура: imy.

Мими: Я поняла~!

Гарфиэль: Ты мешаешь, перестань повторять это!

На следующее утро Гарфиэль, выглядевший довольно плохо, прогуливался по улицам с Мими.

Хихикая, Мими коснулась груди своего халата, который был запачкан слезами и слюной Гарфиэля. Вонь достигла такой степени, что вызывала у Гарфиэля боль в носу.

Для Мими, у которой тоже было острое обоняние, та вонь, должно быть, была невыносима. Но когда Гарфиэль посоветовал ей помыть его, она ответила:

Мими: Ммм, все хорошо! Вернувшись в отель, я смогу переодеться~. Мисси будет очень зла, что я не вернулась прошлой ночью. Хетаро и Тиви тоже~!

Гарфиэль: … прости.

Мими: Мими не беспокоится об этом~! Мими скажет, что Гарф хороший, хороший мальчик, когда Гарф рыдает и плачет!

На мягкие извинения Гарфиэля, Мими показала только невинную улыбку. Прошлой ночью Гарфиэль второй раз попрощался со своей матерью.

После серии ранений он постыдно заплакал в грудь Мими на крыше.

И, что еще более неловко, рыдания настолько истощили его, что он заснул. На следующее утро громкий шум в городе разбудил его на коленях у Мими.

Когда владелец крыши нашел их, ему наконец удалось вернуть самообладание, и Мими стала вести себя по обычному.

Найти оправдания было трудно, поэтому они смущенно сползли с крыши.

Мими: Тебе лучше?

Гарфиэль: Можно сказать, что-то вроде того.

Мими: Что-то вроде того, верно?

Гарфиэль: … ага, вроде того.

Не в силах выразить свою истинную благодарность, Гарфиэль нахмурился, но Мими полностью проигнорировала его неудачу, оставив Гарфиэля без понятия, что сказать.

Он вспомнил прошлую ночь, когда Мими резко выдала, что она интересуется им. Невольно его глаза погнались к Мими.

Раньше он думал, что Мими просто следовала за ним, чувствуя дружеские отношения с ним из-за их общих нечеловеческих корней, но она, неожиданно, следовала за ним с романтическими намерениями.

И даже признавшись, она действовала так же, как и всегда.

Он делал то же самое с Рам, но, когда ситуация перевернулась, он почувствовал себя сбитым с толку. Эта слабость была еще одной позорной частью Гарфиэля.

Мими: Ну, что мы будем делать этим утром? Навестим твою маму?

Его мысли были отвлечены, Гарфиэль подпрыгнул от неожиданных слов Мими и их смысла.

Гарфиэль: Подожди, подожди, зачем нам идти к ней?

Мими: Потому что Реала - мать Гарфа, разве она не должна знать это?

Гарфиэль: Эта малявка действительно не умеет читать между строк...

Отойдя от использования инстинкта, чтобы определить наиболее важную часть их отношений, Мими не знала о тонкостях, связанных с этим. Она была в трудном положении, не в состоянии ответить на вопросы о том, были ли они семьей. Гарфиэль сразу понял, что пытаться объяснять бесполезно и сдался. И понял, что это была ещё одна проблема.

Гарфиэль: Все в порядке… нет нужды сообщать ей, что крутой я - её сын.

Мими: Это действительно нормально?

Гарфиэль: Да. Крутой я оставит это на свою сестру...

Вероятно, он сообщит об этом своей рассудительной сестре.

После того, как шок и растерянность пройдут, она, несомненно, придет к тому же выводу, что и Гарфиэль, и сделает это даже быстрее, чем он.

Однако даже если их выводы не совпадут, она все равно имеет право знать, что их мать все еще жива. Но будет ли правильно позволять ей испытать ту же боль, что и он?

Гарфиэль: Только воспользовавшись моментом мы можем принять решение.

Мими: Так вон оно что~. Это действительно трудно~, Мими~, просто думает, что надо быть вместе с мамами~.

Гарфиэль: Что-то о матерях.. ты понимаешь в этом?

Мими этого не ожидала, поэтому ухо Гарфиэля вздрогнуло и спросило. Мими кивнула с внушительным "ага~".

Мими: Мими, Хетаро и Тиви никогда не знали Маму и Папу. Они, вероятно, думали: "Тройняшки~, воспитывать очень большую семью слишком сложно~", поэтому они оставили нас где-то~. Затем нас подобрал Шеф, так что он семья, и Мисси тоже семья!

Гарфиэль: … чтож… у тебя действительно большая семья.

Не зная почему, он внезапно почувствовал, что напряжение испарилось, когда он начал гладить Мими по голове.

В этот момент,

Мими: —аах!

Мими быстро отскочила от его руки.

Гарфиэль уставился на ее покрасневшее лицо, когда она повернулась с жужжащим звуком, потирая свою голову.

Мими: Со вчерашнего дня слишком близко подходить к Гарфу кажется странным.

Гарфиэль: Верно, извини… ты хочешь, чтобы крутой я ушёл?

Мими: Этого я тоже не хочу~, что-то вроде, когда мы не слишком близко и не слишком далеко, кажется лучше всего.

Она отошла маленькими шажками, остановившись там, где он её не достанет.

Гарфиэль смущённо нахмурился, когда Мими издала свое обычное "хехе~". Только что его собственное лицо, казалось, слегка покраснело.

Мими: Эй, давай есть суфле!

Гарфиэль: Да, конечно…

Как будто спеша сменить тему, Мими достала коробочку с десертом из кармана. Это было то, что Реала дала Мими прошлой ночью, прежде чем они расстались.

На мгновение боль пронзила его грудь, когда Мими поднесла суфле к нему, и аромат мягко донесся до его носа.

Десерт был немного похож на хлеб со сладкой приправой, добавленной в тесто, начиненной сливками и бобовой пастой.

В коробке было два больших круглых суфле, по одному для Мими и Гарфиэля, которые были их завтраком.

Мими: Уаа! Это мило~! Вкусные! Супер вкусно, супер вкусно~!

Гарфиэль: Ах, вкусно!

Гарфиэль выразил согласие на громкие аплодисменты Мими.

Десерт был слегка сладким, но не слишком сладким, а тесто пышным и мягким. Если бы суфле было свежеиспеченным, оно было бы еще вкуснее. Это был кулинарный опыт его мамы.

В таком случае у Гарфиэля могло бы быть больше шансов попробовать его.

Мими: Гар~ф?

Гарфиэль: Это действительно не похоже на крутого меня, да?

Из-за беспокойства Мими, Гарфиэль отбросил эти желанные мысли.

Он начал думать о своих друзьях, которые ждали его. Как и Мими, Гарфиэль остался там без разрешения.

Из-за этого, его, безусловно, будут сильно упрекать—

???: —Привет, привет? Всё работает? Все меня слышат? Куски мяса, которые могут слышать, это счастье для вас! Куски мяса, которые не могут слышать, идите гнить и умирать, это очень сильно помогло бы. Гахахаха—

Гарфиэль: Что?

Мими: Хмм~?

Едва они сделали короткий шаг вперед, как в их барабанные перепонки внезапно ударил голос.

Они посмотрели друг на друга и одновременно подняли глаза к небу, откуда, казалось, гремел голос.

Гарфиэль: Этот голос звучит как…

???: Хорошо, хорошо, хорошо, есть ли какой-нибудь идиот, который умер от шока? Если нет, чтож, это не имеет значения, но если кто-нибудь осмелится игнорировать эту прекрасную даму, мое настроение будет испорчено!

Не обращая внимания на Гарфиэля, голос продолжал говорить также раздражающе.

Все остальные прохожие ошарашенно смотрели на небо. Шокирующе громкий голос — этот вывод был неверным.

Гарфиэль, чей слух отличался от обычного человека, мог сказать, что этот голос не был громким, доносящимся из одного источника, скорее всего, он пронизывал весь город, распространяясь, как эхо.

Однако, знание этого, не давало ответов на возникшие вопросы.

???: Вы, скучные создания, только и делаете, что портите мне настроение. Вы вообще ничего не стоите. —Вы все просто мусормусормусор! Очистите свои отвратительные умы от уродливых мыслей и немедленно найдите кучу мусора, в которую вы можете засунуть голову и погрузиться! Пожалуйста, умрите скорей, пожалуйста, я прошу вас! Гхахахаха!

— У владельца этого голоса была самая мерзкая душа.

Гарфиэль: Что это за шутки? Хватит блять шутить!

Мими: Гарф… Я чувствую себя супер, супер некомфортно…

Пока Гарфиэль раздраженно ругался, Мими показала тревожное выражение лица. Глядя на нее, Гарфиэль провел пальцем по шраму на лбу, стиснув зубы

Это выражение ей не подходит. Это выражение он не хотел видеть от нее.

???: Хорошо-хорошо, тогда, раз уж тупые тухлые куски мяса ничего не могут понять, я разъясню. Я контролирую радио— поймите, поймите, поймите!

Гарфиэль: Продолжай, что ты имеешь в виду?

???: Это———Я.. нет, мы контролируем Мэрию. Ах, кстати, в конце города есть башни управления? Теперь это тоже наше!”

Гарфиэль: Башни управления… что сделал братан Отто?

Гарфиэль, почувствовав угрозу, затаил дыхание.

До и после прибытия в город он с трудом узнавал структуру Пристеллы от Отто. Водные врата Пристеллы могли поймать любого врага в городе, если бы его заманили внутрь.

И, отвечали за работу этих ворот, башни управления, расположенные в каждом уголке города, теперь контролировались этим человеком, который обладал самым мерзким характером из всех возможных. Всё население города было взято в заложники.

Придя к тому же выводу, что и Гарфиэль, паника и беспокойство начали распространяться среди людей. Все кричали одновременно, и город зазвенел от ядовитого смеха.

???: Кахахахаха—! Сейчас! В этот момент! Только теперь вы поняли, что вы все будете уничтожены! Поразительно, насколько же вы все безмозглые! Это слишком для меня! Ах, мусормусормусор! Гхахаха—

Гарфиэль: ...

???: Ох, так не подойдет. Если я не назову своего имени, вы все будете пытаться убежать от реальности? Почему бы не позволить этой нежной и милосердной даме дать вам простой и легкий ответ?

В городе, охваченном паникой, Гарфиэль крепко держал Мими за руку.

Капелла: Я - Архиепископ греха Похоти Культа Ведьмы—

Гарфиэль: Культ Ведьмы—!

Капелла: Капелла Эмерада Лугуника! Гхахаха! Уважайте меня! Поклоняйтесь мне! Потом плачьте, умоляйте и трагически умирайте, как черви! Вы гнилые куски мяса! Гхахаха!

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

После трансляции, Гарфиэль был вынужден сделать несколько выборов.

Хотя трансляция самопровозглашенного архиепископа вызвала панику, действия граждан Пристеллы были очень упорядоченными. Даже в этой суматохе они помнили инструкции на случай чрезвычайных ситуаций и скрылись в убежищах, разбросанных вокруг Пристеллы.

Прохожий попытался привести Гарфиэля и Мими в убежище. Однако они отказались и вместо этого решили пойти в другое место.

Это заставило Гарфиэля сделать ещё один выбор.

Тогда, результатом этого выбора—

Реала: Ах, Мистер Великолепный!

Гарфиэль: ...

В другом убежище, Реала, увидев его, побежала навстречу ему, с облегчением увидев знакомого.

Гарфиэль стерпел боль в своих ушах и позволил ей приблизиться.

— И результатом этого выбора,

С того самого момента, как Гарфиэль отказался идти в ближайшее убежище, этот выбор был неизбежен.

Где он должен быть? С Эмилией и Субару, или с матерью, в безопасности которой он хотел убедиться больше всего?

Если мыслить рационально, Гарфиэль знал, что он должен был немедленно вернуться к Эмилии.

Тем не менее, он оправдывался себе тем, что, так как это убежище было относительно близко, он мог позволить себе проверить ее безопасность.

Реала: Здорово, что с Мими-сан тоже все в порядке. Эта трансляция заставила меня поволноваться.

Мими: Ах, с нами ничего не случилось~! Суфле было восхитительным, спасибо~ за угощения~!

Реала: Ах, это хорошо, я рада, что вам понравилось.

Мими не возражала против какого-либо выбора Гарфиэля и верно последовала за ним.

Конечно, она хотела вернуться к Анастасии и своим братьям. Для нее, безопасность Реалы была чужим делом, и у нее не было обязательства идти и проверять её вместе с Гарфиэлем.

Гарфиэль: ...

Выслушав свое собственное оправдание, Гарфиэль, наконец, подтвердив безопасность Реалы, был свободен уйти. Ему нужно было немедленно вернуться к Эмилии и защищать её с энергией и силой.

Когда появится Культ Ведьмы, Гарфиэль будет защищать Эмилию и сражаться во имя нее. Таково было его соглашение с Субару, которое он ни за что не нарушит.

Даже если он не сможет защитить себя как тигр, он не сможет забыть себя как человека.

Гарфиэль: Похоже, что все хорошо, так что крутой я…

Реала: Подождите… Мистер Великолепный, а вы…

Когда Гарфиэль собирался уходить, необычайно робкое отношение Реалы испугало его.

Реала: Вы случайно не видели моих детей? Они ушли рано утром... и их нет в этом убежище...

Гарфиэль: ...!?

Поспешно подняв глаза, Гарфиэль огляделся вокруг, но нигде не увидел их фигур.

Реала: Даже моего мужа... нет, неважно, я сказала что-то лишнее...

Гарфиэль: Что случилось? Крутой я будет обеспокоен, если ты сейчас попытаешься что-нибудь скрыть.

Реала: — Эта трансляция пришла из Мэрии, где работает мой муж… так что сегодня, когда что-то там произошло…

Гарфиэль: ...

Мэрия была высоким зданием в центре города.

Гарфиэль слышал, что она отвечает за функции города, и архиепископ объявил, что они захватили её.

Вот где, вероятно, был Гарек.

Гарфиэль: Хаах…

Эти новости пришли слишком внезапно, и сердце Гарфеля забилось в тревожном ритме.

Пропали брат и сестра, а также Гарек, который находился в самом опасном месте. Подтверждение безопасности Реалы привело его к тому, что он узнал об обстоятельствах ее семьи.

Гарфиэль: Капитан, Эмилия-сама…

Их лица, а также лица Отто и Беатрис вспыхнули в голове Гарфиэля. Он должен был вернуться и стать их щитом.

Но, как будто сразу же преследуя ту же самую мысль, в голове промелькнули лица брата и сестры, и Гарека.

Реала: Извините, что побеспокоила вас, Мистер Великолепный. Пожалуйста, забудьте, что я сказала.

Гарфиэль: ……

Реала: Только что я была немного слишком напугана. Мои дети и муж хорошо знают о том, что надо делать в чрезвычайных ситуациях.

Реала показала им сильную улыбку, но ее руки были сложены, как будто в молитве.

Не было никаких сомнений, что ее жест был неохотным, и она только отчаянно притворялась, чтобы Гарфиэль не волновался.

Гарфиэль: ...

Тишина, тишина, тишина.

Не говоря ни слова, стиснув зубы, разум Гарфиэля метался. Мими стояла перед ним, тоже молча, ожидая его решения. Не говоря ни слова, она только держала его за руку.

Гарфиэль: … Не волнуйся, оставь своих детей и мужа на нас.

Реала: —Мистер Великолепный!?

Этот неожиданный ответ лишил Реалу дара речи. Кивнув ей, Гарфиэль посмотрел на Мими.

Гарфиэль: Это моя проблема, поэтому ты должна вернуться.

Мими: Хи-я!

Гарфиэль: Ай!

Получив приказ вернуться, Мими ударила своей ногой ногу Гарфиэля, который громко вскрикнул от боли. Мими воспользовалась моментом, чтобы встать.

Мими: Гарф сказал что-то такое красивое, так почему же Мими не может пойти с ним~? Я определенно~ пойду с тобой~!

Гарфиэль: Мелкая … нет, все в порядке. Извини.

Мими: Сейчас, ты должен меня благодарить!

Гарфиэль: —Спасибо.

Мими: Не за что!

Милым хихиканьем, Мими заставила Гарфиэля тоже посмеяться.

Затем, повернувшись к ошеломленной Реале, Гарфиэль заговорил.

Гарфиэль: Крутой я найдет твою семью, так что оставайся здесь, со всеми остальными, и жди нас.

Реала: Но, но… почему ты делаешь это для меня?

Гарфиэль: ...

Зачем он это делал?

Дрожащий взгляд Реалы спросил Гарфиэля. Гарфиэль улыбнулся ей.

Гарфиэль: Потому что крутой я - золотой тигр! Великолепный! Тигр!»

Мими: Тогда Мими, тоже Великолепная Мими ~!

Выкрикивая свои глупые фразы, их легкомысленность шокировала собравшихся здесь людей.

Пока Реала была в шоке, Гарфиэль и Мими бросились из укрытия.

Мими: Гарфиэль, что мы будем делать?

Гарфиэль: Используем запах, чтобы преследовать их. Ты все еще хорошо помнишь их запах, верно?

Проблема заключалась в том, что это был очень большой город, и поток воды был повсюду.

Чтобы точно найти их запахи, условия окружающей среды должны были быть правильными. В этом густонаселенном городе сильное обоняние могло сделать не так уж и много. Несмотря на это, их животные чувства служили им хорошо.

Как только они благополучно покинули Реалу, они обнаружили запахи брата и сестеры.

В течении этого периода эвакуация жителей города проходила гладко. Город, как ни странно, стал городом-призраком. В большинстве подобных случаев можно было ожидать грабежа, но отсутствие такого рода аморального поведения было, скорее всего, связано с дурной славой Культа Ведьмы.

Мими: Хм, это тот самый? Гар~ф, я чувствую их!

Гарфиэль: … верно, а направление…

Гарфиэль выследил их и примерно понял их местонахождение. Плхоже, они прошли вчерашний путь от Третьей улицы до Первой улицы.

Мысль промелькнула в его голове.

Гарфиэль: Эти двое пошли в парк, чтобы увидеть ту певицу…

Вчера Фред сказал, что вышел слишком поздно и не смог ее поймать. Учтя свою ошибку, он вышел рано утром, пожелав не упустить её во второй раз.

На этот раз его сестра, должно быть, сопровождала его.

Гарфиэль: В таком случае, если мы пойдем на Первую улицу…

Если бы они пошли туда, они могли бы найти их довольно быстро.

Гарфиэль слегка просветлел, думая, что ситуация изменилась в его пользу. —И тогда он почувствовал это.

Гарфиэль: ...

Мими: Это их отец…?

Мими заметила, что заметил Гарфиэль.

Это было расколом посередине между ними. Гарек направился к Мэрии в центре города.

В этот момент Гарфиэлю снова надо выбирать.

Если он пойдет на Первую улицу, он сможет найти брата и сестеру. Если они были на выступлении певицы, они наверняка бы были в безопасности.

Тем не менее, ситуация с Мэрией была другой.

С течением времени люди в Мэрии, на которую напали Культ Ведьмы, подвергались все большей опасности.

Однако Гарек находился в таком положении, что в любую секунду вероятность его смерти возрастала.

Мими: Гар~ф… что мы сделаем?

Гарфиэль: ...

Гарфиэлю снова пришлось выбирать.

Он мог бы подтвердить выживание брата и сестеры, которые были на пути к Субару. В таком случае он закрывает глаза на Гарека в Мэрии.

Как можно описать отношения Гарфиэля с Гареком?

В отличие от Реалы и детей, рожденных от нее, между ними не было прямой связи. Если в качестве основы для спасения использовать кровь, его обязанность спасти Гарека перестанет существовать.

Однако, что станет с Реалой, если она потеряет его?

Она тратила бы годы на траур со своими детьми, и все потому, что Гарфиэль сдался в Мэрии. Эта семья будет проливать бесконечные слезы.

Гарфиэль: … Мэрия там, где архиепископ, верно?

Мими: Да~!

Гарфиэль: Эти башни управления очень опасны, но если мы просто найдем архиепископа и убьем ее, тогда…

Мими: Все будут спасены~? Круто~! Очень круто~!

Прыгая на месте, Мими аплодировала комментариям Гарфиэля.

Однако она сразу перестала прыгать на месте,

Мими: Хотя, это не большая проблема, но~ я чувствую себя немного беспокойно...

Гарфиэль: Беспокойно?

Мими: Это очень опасно. Вот такое чувство. Непонятно, но это именно то чувство.

Она имела в виду, что у нее не было оснований говорить это.

От ее робкого отношения Гарфиэль почувствовал себя сбитым с толку.

Вплоть до этого момента Мими постоянно поддерживала его, соглашаясь с каждым его решением.

Гарфиэль: Как бесстыдно... ожидать, что другие ничего не сделают, кроме как поддержат меня.

Мими: Гарфиэль, что я могу сделать?

Гарфиэль: Было бы глупо игнорировать твоё беспокойство, и капитан с остальными не собирались ругать меня за это, но…

Самая сильная сила Эмилии не могла убежать в страхе.

И как бы он ни старался, чтобы спасти город, им в конечном итоге нужно было бы идти в Мэрию.

Гарфиэль: Прежде всего, мы должны подтвердить ситуацию в Мэрии. Например, если ли там часовой, или безопасно ли внутри.

Мими: Это называется расследованием? Оооо! Я вижу, мы идём на разведку!

Хотя Мими все еще была немного напряжена, она с готовностью согласилась.

Увидев, как она достает из халата палочку, которой так любила пользоваться, Гарфиэль тоже снял с пояса два щита и прикрепил их к запястьям.

Поскольку его руки были покрыты серебряными доспехами, он объявил, что готов.

Гарфиэль: Пошли.

Мими: Хорошо~!

С этими словами, двое направились к Мэрии.

Согласно информации от Субару, у Архиепископа Лени было несколько подчинённых, сражающихся рядом с ним. Хотя они не могли сравниться с архиепископами, те из них, кто имел опыт в бою, представляли угрозу.

По дороге, предупрежденные о любых охранниках, которые могли быть назначены туда, они шли внимательно и осторожно.

Гарфиэль: Что... странно, что происходит?

Однако они не увидели ни одного культиста.

Даже если бы они прятались, они не могли обмануть носы Гарфиэля и Мими. В этом случае,

Гарфиэль: Как будто они думают, что им не нужна охрана!

Мими: ……

Когда он вспомнил голос с трансляции, гнева Гарфиэля стал невыносим.

Они никогда не думали, что кто-нибудь на них нападет. Без признаков бдительности они предполагали, что их контроль над зданием был абсолютным, и что они уже победили.

Это высокомерие, он хотел разорвать и разгрызть его своими когтями и клыками.

Мими: Хммм?

Когда Гарфель заскрежетал зубами, Мими тихо пробормотала.

Подавленная, она потерла ему спину, выглядя встревоженной, ее нос постоянно подергивался.

Гарфиэль: Что такое?

Мими: Я не знаю~, но я думаю, что что-то не так. Гарф, что-то не так.

Гарфиэль: Не шути!

Схватив подол штанов Гарфиэля, Мими неожиданно произнесла обескураживающие слова. Гарфиэль огрызнулся на Мими, которая хотела отступить, пройдя весь путь сюда.

Культ Ведьмы не позаботился даже о том, чтобы разместить аванпост. Отступать только потому, что атмосфера казалась не такой, это не то, что они могли бы сделать.

Если они уйдут прямо сейчас, вероятность трагедии в семье Реалы только возрастёт.

Гарфиэль: Ты можешь остаться здесь, если не хочешь идти. крутой я будет в порядке, я легко раздавлю архиепископа!

Мими: Гарф!

Стряхнув ее пальцы со штанов, Гарфиэль спрыгнул с их укрытия.

Со сквера вдоль водного пути он планировал сразу же прыгнуть в здание Мэрии.

Расстояние сужается. Там атмосфера оставалась на прежнем уровне. Их высокомерие было настоящим, как смешно.

Ничего не происходит. Десять шагов осталось. Девять шагов. Восемь шагов. Семь шагов, он взобрался на стену, найдя более легкий путь к зданию. Шесть шагов. Пять шагов—

Мими: Гарф—!

Гарфиэль: ...!?

Внезапно изменив свое направление, Гарфиэль перенаправил свою энергию на ноги, чтобы прыгнуть не вперед, а в сторону.

Затем резкий свет, сверкнувший на острие бесшумного клинка, мелькнул перед его взглядом. Эта разрушительная энергия была совершенно безмолвной.

Каменные ступени, вырезанные косо, как будто они были разрезаны, оказались позади. Плавал рубленый белый дым.

Гарфиэль: ...

Если бы не предупредительный крик Мими, он бы умер прямо сейчас.

Красивый и изысканный удар едва не попал в голову Гарфиэля. Если бы этот художественный порез попал, голова Гарфиэля была бы приколота для демонстрации на площади.

Холодный пот.

В этот момент Гарфиэль приземлился, повернулся и увидел это.

Женщина: ...

Гигант: ...

Перед его глазами внезапно появились две фигуры.

Одной из них был великан, неторопливо державший в каждой руке по большому мечу. Другая была стройной, изящной женщиной, держащей в руке длинный меч.

Оба были в черных головных уборах, и Гарфиэль не мог определить их внешность.

Гарфиэль: … это не очень хорошее приветствие, понимаешь?

Гарфиэль почесал затылок, покрытый холодным потом от шока, и попытался отвлечь их внимание от определения его боевой силы.

Однако ни один из них не ответил на слова Гарфиэля.

Мими: Гарфиэль, эти двое…

Сделав вокруг них большой круг, Мими подошла к Гарфиэлю.

Гарфиэль даже не посмел взглянуть на Мими, вместо этого он следил за двумя фигурами.

Гарфиэль: Ага, они сильны.

Голос Мими нервно дрогнул, и Гарфиэль ответил положив руку ей на плечи, поддерживая ее.

Двое, с которыми они столкнулись, казались мрачными, зловещими призраками.

Сверхъестественный уровень опасности, которые излучали эти двое, невозможно было точно измерить. Это незнакомое возбуждение, покалывающее кожу Гарфеля, лишило его рта слюны, и он почувствовал острую жажду.

Очевидно, сила врага намного превосходила силу человечества.

Они явно превосходили ту машину убийства, с которой когда-то сражался Гарфиэль.

Гарфиэль: Только два человека…?

Других теней не было.

Единственными охранниками были эти двое перед ним. Они скрывали свое существование от Гарфиэля до сих пор, поэтому никаких других потенциальных присутствующих тут нет. Те, у кого была сила, уже решили прекратить это скрывать.

Другими словами, двое перед ними были барьерами, через которые им нужно было прорваться, чтобы отбить Мэрию.

В тот момент, когда Гарфиэль понял это,

Гарфиэль: Хех, интересно…!

Мими: Гарф?

Гарфиэль: Если мы победим, мы сможем прорваться к Мэрии!

Его сердце забилось сильнее, когда он отказался позволить страху овладеть его сердцем, касаясь своей груди щитом, когда он говорил резким голосом. Даже когда его голова начала охлаждаться, искры возбуждения все еще прыгали в нем.

Однако, схватив за штаны Гарфиэля, Мими крикнула:

Мими: Нет, нет! Гарф, нет! Эти два человека, мы не можем! Они супер~ сильны! только Мими и Гарфиэль абсолютно не смогут победить! Мы не можем!

Гарфель: —Независимо от того, победим мы или нет, я... Не выиграю или нет, я не буду пытаться понять, откуда я это знаю. Я бы с этим абсолютно не согласился. Кроме того...

Мими обескуражена, значит, значение этого чувства заключается в том, чтобы стимулировать страх Гарфиэля перед трусостью. Гарфиэль надул губы, его челюсть была полна гнева по отношению к враждебной парочке.

Гарфель: Даже если мы убежим с поджатыми хвостами, они нас догонят.

Мими: Тогда, тогда, один раз! Мы ударим по ним один раз, увернемся, а потом убежим. Если это только мы, мы должны уйти! Без Шефа Юлиоса—!

(она произносит "Юлиус" неправильно)

Гарфиэль: ...

Услышав отчаянные слова Мими, Гарфиэль прикусил губу и задумался.

Действительно, Гарфиэль также понимал, что Мими была права. Они не могли сравниться с ними обоими.

Столкновение с таким врагом один на один, несомненно, было самоубийством.

Поскольку другого выхода не было, было ли отступление правильным выбором?

Две фигуры перед ними были чрезвычайно сильным барьером.

Гарфиэль, потерпев поражение от Рейнхарда, был далеко не самым сильным, каким он мог быть.

С осознанием того, что надо стать щитом самого важного, ты должен идти самым сильным путем к необходимому путешествию, которое только можешь взять, чтобы стать золотым тигром.

И тогда, хотя и не в той же форме, что и надежда, матери и их новые семьи встретятся. Если он уйдет отсюда, Гарек—

Мими: ...

Мими снова схватила подол брюк Гарфиэля, Который был охвачен бурными мыслями. Она держала его с беспокойным выражением лица. Гарфиэль вспомнил их нежную ночь, когда она была его добрым рыцырем.

Именно тогда его упрямые чувства начали постепенно таять.

Гарфиэль: … Хорошо, мы сделаем так, как ты сказала. После нападения мы оторвемся и найдем тех, кто поможет нам. —Хорошо?

Мими: Да! Да! Вот так— давай сделаем это~!

Столкнувшись с невозмутимым мужеством Гарфиэля, Мими ахнула от восторга.

Объединив свои взгляды, они повернулись лицом к фигурам перед ними, которые молчали.

Их короткая ссора дала прекрасную возможность начать наступление. Они сдерживались из-за чести? Сострадания? Внимания?

Гарфиэль: —Начали!

Мими: Ха!

— Если они были просто осторожны, пришло время сокрушить их.

Не нуждаясь в сигнале, Гарфиэль и Мими прыгнули в драку в тандеме. Гарфиэль подлетел к женщине, а Мими напала на гиганта.

Когда Гарфиэль приблизился к ней со скоростью пули, женщина осторожно сдвинула верхнюю часть тела и в следующий момент повернула клинок вниз с пугающей скоростью.

Красивая вспышка ее меча расколола воздух с остротой, которая очаровала Гарфиэля и заставила его на мгновение потерять себя.

Гарфиэль: —ках!

Однако он не был настолько глуп, чтобы потерять себя и позволить лезвию добраться до него.

Оно отскочило в щит на его правом запястье, и он воспользовался возможностью, чтобы пнуть ее. Она быстро избежала его удара и снова атаковала, но ее гибкая, ужасающая форма была заблокирована другим его щитом.

С шеей в качестве цели отсечения, Гарфиэль держал щит левой рукой. Сразу после того, как он ударил ее ногой, её лёгкое тело легко улетело прочь.

Гарфиэль: Хаах!

Глядя на фигуру женщины, которую он с легкостью отбросил назад, Гарфиэль почувствовал радостное возбуждение.

Когда он оглянулся назад, то увидел только гиганта

Мими, казалось, успешно сбежала.

У гиганта не было скорости, чтобы сравниться с Мими, когда она бежала, и у этой женщины не было возможности сражаться с Гарфиэлем. В таком случае,

Гарфиэль: Если мы сможем победить одного—

Если бы он смог убить ее, было бы легче начать еще одну атаку позже. Победа над женщиной облегчит уничтожение великана.

Гарфиэль прыгнул вперед к упавшей женщине, ее меч столкнулся с его левым запястьем.

Он опустил свой правый щит на ее хрупкую стройную фигуру. Она не могла обладать такой же способностью к регенерации, как Эльза.

Гарфиэль: Понял!

Он сможет убить женщину.

В тот момент, когда Гарфиэль понял это и повысил свой голос, смерть подошла сзади.

—Гигант, который должен был быть далеко, приблизился к Гарфиэлю, принеся с собой зловоние смерти. Гарфиэль инстинктивно отреагировал как заряженная пружина.

Немедленно прервав атаку, он снова прижал левое запястье к спине и отскочил в сторону.

Однако еще одна атака со спины разбила левое запястье Гарфеля, и он с криком упал на землю.

Гарфиэль: Ааах? ——

Гарфиэль, которого поглотил шок, яростно застонал от невообразимого удара.

Отскочив от земли, его тело, пойманное в воздухе, снова столкнулось с наглой атакой. С помощью своих двойных щитов, он установил защиту от удара — но он был послан в полет импульсом.

Нацелившись на Гарфиэля, который скользил по воздуху, гигант и женщина одновременно бросились в погоню.

"——"

"——"

Гарфиэль: Хаахх, аххх!

Гарфиэль был зажат между двумя параллельными атаками.

Он встретил меч, замахнувшийся на него спереди щитом, и использовал другой, чтобы заблокировать гигантский меч у себя за спиной. С силой ударив ногой по земле, он едва успел увернулся от их атак. В схватке снова появился меч, который он встретил обоими щитами, искры плясали по их поверхности сверху вниз…

Гарфиэль: Хах!

Его кости и грудь треснули, и от силы удара зрение Гарфиэля стало кроваво-красным. Хотя он и принял на себя основную тяжесть этого меча, его тупое лезвие едва спасло Гарфилю жизнь.

Крик агонии последовал за кровью, хлынувшей из его рта, когда его тело полетело в башню, едва избежав опасности быть разбитым вдребезги. Однако два трудных врага не позволят ему выжить.

"——"

Не говоря ни слова, они набросились на Гарфиэля.

Хотя интенсивность этого удара не могла сравниться с предыдущим, острота меча женщины, когда она призывала силу, которая должна была быть вне пределов ее досягаемости, была прекрасна, поскольку она смешивалась с дыханием смерти. Даже на такой длине этот спокойный, элегантный клинок разрубит его пополам.

"——"

Также бессловесный, боевой стиль гиганта был жестоким и грубым.

Однако такая жестокость не была импульсивной и оставленной на волю случая, это была жестокость того, кто мог использовать и оптимизировать свою разрушительную силу. Большинство людей едва ли смогли бы удержать один из его мечей, но он легко размахивал двумя из них, каждый в одной из своих гигантских рук.

Гарфиэль: Ах, ах, хах, ах, хааах!

Яростный вихрь стали прорезал воздух, струясь, как бегущая вода.

Хотя их стили были разными, эффективность их динамики была соизмерима с их подавляющим мастерством, и они атаковали бок о бок, оставляя убегающего Гарфилда только способным отчаянно играть в оборону.

Он отчаянно отскакивал назад на каменных ступенях, уворачивался от тяжелых замахов, чувствуя резкий свист ветра над головой, полагался на инстинкт чтобы противостоять атакам своими щитами, уворачивался, подпрыгивал, защищался.

—Но если бы они продолжали это делать, рано или поздно он был бы обезглавлен.

"——"

"——"

Две фигуры прижали Гарфиэля, не давая ему возможность дышать. Без этого он ничего не мог сделать с нехваткой кислорода в своем мозгу, не мог видеть лучик надежды. Все его усилия были направлены на то, чтобы избежать смертельной травмы.

Когда он выдохнется, его внимание, конечно же, не выдержит. И его рассеянное "я" получит смертельный удар.

Мастерский бой, мастерские замахи.

Цепкие, как жизненный путь Гарфеля, они могли легко и просто забрать его. Чем больше проходило времени, тем больше путей к отступлению закрывалось перед ним.

Решение. Решение было неотложным.

Единственным выходом из этой дилеммы было раскрытие его истинного обличия. В этот момент Гарфиэль нашел единственное преимущество, которое у него было.

И эта мысль ненадолго оживила его. Он искал передышку.

Гарфиэль: —Что…

Клинки женщины сделали смертельные порезы. Он вытянул вперед оба запястья, чтобы схватить ее, переместив свое тело на минимальное расстояние, чтобы избежать удара атаки гиганта.

Как и ожидалось, удар гиганта сломал левое плечо Гарфиэля, а колено его правой ноги было разбито. Но в обмен на глоток свежего воздуха эти повреждения были ничем.

Гарфиэль: Ках, хаах…

"——"

"——"

С бушующим ревом он выпустил жар, кипящий в его теле.

То же самое чувство кипящей крови распространилось на его поле зрения, которое стало ничем иным, как чисто белым, трескучий звук, эхом раздающийся под его лицом, когда его кости сместились. Его зубы растянулись в клыки, его мышцы быстро расширились, а его тело покрылось золотыми волосами.

Только его верхняя часть тела изменилась, оставив его в полу-зверском состоянии.

Запах крови на мгновение прогнал его рациональность, но в этом состоянии его мысли не были полностью животными. Видя, что человек перед ними стал зверем, ни одна враждебная сторона не могла сохранять спокойствие.

"——"

Столкнувшись с двумя безмолвными фигурами, Гарфиэль зарычал, наслаждаясь идеей разбить их барабанные перепонки. Когда шаги врагов замерзли, он решил продырявить их тела.

Его передняя лапа опустилась к женщине — пока фигура гигантского человека не оказалось перед ней.

Неважно. Даже эти толстые мускулы ничего не стоят. Они были всего лишь бумажными щитами под его когтями. И защита была именно тем, что собирался сделать гигант — он протянул руку, лезвие его большого меча было обращено вниз, делая жест, не защищающий и не атакующий, но решающий защитить женщину.

Мило. Но это было концом.

— Его лапы разорвут тело гиганта, а затем последует стройная фигура женщины…

Гарфиэль: ...!?

Процесс, который уже был запущен, но был приостановлен в первом движении.

Тигровая лапа Гарфиэля ударила гиганта, но ему не удалось пробиться сквозь него. Это потому что он поймал лапу Гарфиэля своими руками.

Он раскрыл переднюю часть своего халата, чтобы показать свои шесть рук.

С его сильной рукой Гарфиэль будет подавлен, сжимая большой меч, когти Гарфиэля резко заблокировал кончик, эта яростная атака спереди вниз.

— Это было оборонительное движение [Восьмой руки].

"——"

Слишком ошеломленный, чтобы среагировать, Гарфиэль заколебался.

Он не мог поверить, что гигант выдержит его сокрушительный удар.

Это также означало, что в тот момент Гарфиэль оказался незащищённым и совершенно неподготовленным.

"——"

Из-за спины гиганта женщина размахнулась на спину неподготовленного полу-зверя и бросилась на него.

Спина Гарфиэля, покрытая мехом тигра, была мишенью для этой женщины, размахивающей своим длинным мечом. Когда кончик меча приблизился, Гарфиэль почувствовал невидимое дыхание смерти на своей шее.

Однако, его лапы захвачены руками гиганта, все, что он мог сделать, это ждать смерти—

Мими: Подожди секунду!

Гарфиэль: ...

Гарфиэль был бы расколот по диагонали пополам, если бы разрез женщины не был остановлен разворачивающимся синим магическим барьером.

Ее удар отскочил в барьер, который исчез, когда она приземлилась на землю. Рыжий котенок спас Гарфиэля в самый последний момент.

Мими: Гарфиэль, мы обещали, что немедленно убежим!

Впервые что-то вроде упрека окрасило голос Мими.

В своем полу-зверином состоянии, услышав голос, исходящий из-за спины, рациональность Гарфиэля снова влетела ему в голову, когда он начал осознавать собственную глупость.

Игнорируя тревогу, будучи слишком беспечным, слишком пренебрежительным к своему противнику, он попал в опасную ситуацию. Из этого тупика его спасла Мими.

Гарфиэль сглотнул, оценивая силу барьера Мими.

Жестокость в клинке женщины не соответствовала ее внешности, а оборонительные способности Мими были действительно весьма сильны. Гарфиэлю невероятно повезло, что она оказалась рядом

Гарфиэль: Хах, ах, ах, хаххх!

Женщина: ...

Уверенный, что он будет в безопасности, Гарфиэль вырвался из хватки гиганта. Пнув тело и заметив, что его удар заблокирован рукой, Гарфиэль поднял Мими за талию и вышел из боя.

Таким образом, он убежал бы отсюда с Мими. Следуя их первоначальному плану, они вернутся в бой с подкреплением.

Женщина: ...

Прежде чем они успели двинуться, женщина быстро догнала их. Но Мими снова запустила барьер, на этот раз больше, чем предыдущий. Женщину снова отбросило назад, и Гарфиэль собрал всю свою энергию в ноги, готовясь бежать.

— Вдох. Фигура женщины остановилась и осторожно протянула руку к барьеру. Одним прыжком она приблизилась.

Гарфиэль: Что…

Мими: ...

Гарфиэль: А?

Небольшой звук сопровождал нежный удар.

Приготовившись спросить, Что случилось, Гарфиэль остановился на середине прыжка. Когда каменные ступени пролетели мимо него, он увидел красную линию, парящую в небе.

Кровь. Вот что это было.

Гарфиэль: Мелкая…?

Осознание того, что он должен был поддерживать форму своего полу-зверя, было прервано, и Гарфиэль быстро вернулся к человеческой форме. Ощущение потери его тигрового меха было похоронено под волной озноба.

В его объятиях была измученная, опустошенная женщина. Он опустил глаза. На его летящую фигуру глядела вверх женщина, чей клинок рассекал воздух.

Больше половины этого меча было покрыто красной вязкой кровью.

Теплая жидкость капнула на низ живота Гарфиэля. Увидев, как Мими мертвой хваткой вцепилась в палочку, которой так любила пользоваться, даже когда была обездвижена от усталости, Гарфиэль пришел в себя.

Гарфиэль: ...

Приземлялся, снова прыгал. Продолжая прыгать к ближайшим зданиям, нес вес на своем боку, пока бежал. К счастью, их противники не последовали за ними.

Они не интересовались чем-

то другим, кроме охраны площади, или это было проявлением человечности? Неважно, что ему теперь делать? После четырех долгих прыжков с площади Гарфиэль рухнул на здание, где проверил состояние Мими.

Глаза Мими закрыты, из раны на груди хлынуло много крови.

Гарфиэль рывком распахнул ее одежду, чтобы проверить раны. Он осторожно заключил, что это еще не смертельная рана. Конечно, это не прибавляло оптимизма. Она нуждалась в немедленном исцелении магией. Ему нужно было успокоиться.

Гарфиэль: ...

Положив руку на ее рану, Гарфиэль направил всю ману своего тела в Мими.

Гарфиэль был одним из немногих, кто мог использовать целительную магию в Святилище. Он всегда чувствовал, что это немного бесполезно, но в случае крайней необходимости он надеялся что-то сделать. Поэтому Гарфиэль приложил все свои магические усилия к тому, чтобы научиться лечить, и у него было грубое, но полное понимание каждой области исцеления.

Пока травма не была смертельной, он был уверен, что сможет что-то сделать.

Раны Мими требовали всех его усилий, чтобы зажить. Пот выступил у него на лбу, когда он собрал свою ману, направляя ее на подавление прилива крови и заживление порезов кожи, мышц, поврежденных внутренних органов, отчаянно желая, чтобы они были залечены, постоянно давая ей ману.

Постоянно. Постоянно.

—Рана не закроется.

Гарфиэль: Что… что…?

Кто шептал этим мягким голосом?

Тот, кто мог бы в этой ситуации издать такой мягкий звук, не заслуживал ничего, кроме гнева Гарфиэля. Он дико огляделся в поисках источника. Там никого не было. Наконец он понял. Этот голос был его собственным. Осознай это. Это мой голос.

Так этот мягкий голос был его? Был ли этот звук сделан им? Такой звук был, был, был—

Гарфиэль: Закройся, закройся, закройся, лечисьлечисьлечись...!

Обессиленный, он приказал всей магии в своем теле помочь ей. Волна целительной магии хлынула в нее, наполняя ее нежным потоком маны.

Несмотря на это, рана отказалась закрываться.

Гарфиэль: —Это не правда, верно?

Не в силах принять действительность, с которой он столкнулся, Гарфиэль снова пробормотал слабым голосом.

Сразу после этого он ударил себя по лицу и сильно прикусил губу, чтобы удержаться на месте. Сейчас не время делать такой мягкий голос. Что он мог сделать, что он мог сделать?

Что он мог сделать, что он мог сделать, что он мог сделать, что он мог сделать? Он понятия не имел. Но он не мог сдаться здесь. Эту девушку нужно было спасти. Потому что, разве она не позволила Гарфиэлю проливать слезы перед ней?

Такой ребенок, которого ранили, пытаясь его спасти, не мог так умереть.

Гарфиэль: ...

Сжав зубы, Гарфиэль побежал. Одна его рука легла на рану девушки, пытаясь снова остановить ее кровотечение своей неэффективной магией.

Запах крови, запах смерти. На этих пустынных улицах мысли о том, что могло произойти, полностью отсутствовали в сознании Гарфиэля.

Кто-нибудь, кто угодно! Спасите этого ребенка! Кто-нибудь, кто угодно, принесите чудо! Скажи мне, что делать! Если я могу что-то сделать... что можно сделать, чтобы спасти ее??

Гарфиэль: ...

Гарфиэль усилил свое обоняние.

Запах воды, крови, обугленного мяса. Посреди этих отвратительных ароматов, Гарфиэль обнаружил очень знакомый запах, распространяющийся мимо, и тотчас же следуя за ним, бежал, бежал, постоянно, бесконечно, бежал.

Он влетел в убежище, увидев повсюду фигуры, покрытые пятнами крови, и печально вздохнул. Но в данный момент ему было все равно. Открыв глаза, он начал искать глазами эту фигуру.

Ищи, ищи, ищи...

Субару: Гарфиэль!?

Он нашел его.

В этих глубоких, темных, холодных подземных сооружениях он нашел того, кого отчаянно искал.

Нацуки Субару.

Для Гарфиэля этот человек было чудом, и в любой плохой ситуации он был лучом света, последним, на кого мог положиться Гарфиэль.

Ошеломительными темпами. Голова трясется.

Из-за тяжести в руках и удушья в легких Гарфель качался взад-вперед.

Когда он приблизился, Субару огляделся вокруг, прежде чем заметил лежащую без сознания Мими в его руках.

Под пристальным взглядом Субару Гарфиэль склонил голову, протягивая Мими, слепо проклиная собственную глупость.

Гарфиэль: Прости, капитан…! Я такой никчемный! Некомпетентный...!

Он не смог защитить эту семью, его клятва стать щитом для их миссии не была достигнута, его вызов враждебным силам не был выполнен, и, в конце концов, эта нежная девушка оказалась на грань смерти.

Субару: Гарфиэль, что случилось ... нет, сейчас не время для этого. Феликс!

Феликс: Я знаю! Быстрее, дайте этого ребенка мне!

Протянув руку, Мими была взята из его рук и помещена в кровать рядом с Субару. Гарфиэлю понадобилось время, чтобы попытаться разобраться в своих мыслях.

В следующее мгновение летучая целительная энергия перелилась через край, проникая в пространство. С Гарфиэлем просто не сравнить. Если бы целительское мастерство Гарфиэля можно было сравнить с каплей дождя, Феррис был бы водопадом.

Наблюдая магию, которая может воскресить даже потерянную жизнь, исцеление, Гарфиэль выглядел так, словно ее вытянули из её души, ее лицо смотрело на ее лечение. (?)

Субару осторожно положил руку на ослабленное плечо Гарфиэля. С первого взгляда он увидел, что у Субару ужасная травма ноги.

Субару: Хотя я не могу сказать, что все прошло хорошо, ты проделал большую работу, приведя ее к Феррису. Благодаря тебе этот ребенок может быть спасен.

Гарфиэль: Благодаря мне…?

Что говорил Субару?

Благодаря Гарфиэлю, Мими спасена? Смешно! Мими была ранена так сильно, из-за вины Гарфиэля.

В первую очередь, жизнь Мими не должна была подвергаться опасности. Все это произошло из-за плохого суждения Гарфиэля.

Пустота и искаженное мышление, неразрешимые мысли о вине и застенчивая глупость. Мир никогда не простит Гарфиэлю его глупости.

Он совершил ошибку, и теперь ему придется расплачиваться за нее. И все же, худшие результаты происходили.

Субару: Феррис, что случилось…?

Почувствовав изменение, выражение лица Субару стало обеспокоенным.

Субару перевалился через кровать, расспрашивая человека, который произносил свои мощные исцеляющие заклинания.

В этом ужасающем потоке магии целитель покачал головой.

Феррис: Почему...? Раны, они не заживают...! Если так будет продолжаться, я не знаю, смогу ли я ее спасти!

Его мучительный крик эхом разнесся по комнате, и Гарфиэль повернул лицо к небу. Но он был под землей, и поэтому небу нечего было сказать Гарфиэлю.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 32. Совещание перед осадой мэрии

Перевод: Funny_R Редактируется mikioi Феррис: Ах, верно! Исцеляющая магия не имеет никакого эффекта, поэтому мы можем использовать только такое примитивное лечение! Феррис, с пятнами крови на щеках, раздраженно стиснул зубы и махнул рукой. Перед ним лежало бессознательное тело Мими, кровь все еще текла из ее груди. Желая остановить кровотечение, он был вынужден перевязать ее рану волшебной тканью и несколькими слоями повязок. Это обычно использовали при травмах рук и ног, но этим также можно было обмотать грудь, чтобы закрыть рану и предотвратить кровотечение. Только рана на груди Мими была чуть выше ее сердца. Количество времени, которое ей оставалось, зависело только от ее собственной жизненной силы. Субару прислонился к стене, наблюдая за отчаянным обращением, которое беспокоило Гарфиэля. Посмотрев вниз, он увидел, что вместо того, чтобы смотреть на Мими, Гарфиэль положил свои окровавленные руки в свои короткие светлые волосы и тоже смотрел вниз, вдали от своего обычного оптимистичного настроения. Кровь, покрывающая его тело, принадлежала не только Мими. Было ясно, что у него были свои тяжелые раны. Кровь была у уголков рта и до сих пор обильно текла по его плечам, что было особенно душераздирающим. Его штаны были порваны около его колен, где отсутствовала плоть и можно было увидеть белую кость. Субару: Гарфиэль. Мими можно пока доверить Феррису. Тебе же нужно вылечить свои раны. Может ты самостоятельно применишь лечебное заклинание? Гарфиэль: …ах, да. Кивнув, Гарфиэль медленно прижал ладони к своим ранам и начал доставлять целительную ману в собственное тело. Наблюдая за медленно заживающими ранами, Субару посмотрел на зеркало-телефон в своей руке. На поверхности зеркала отразился молчаливый старый мечник, на его морщинистом лице было сложное выражение. В глубине его собственного сердца, какая путаница возникла? Несомненно, Вильгельм, должно быть, пришел к тому же выводу, что и Субару. Субару: Рана не может быть закрыта, то есть… Вильгельм: По всей вероятности, это из-за Божественной защиты Шинигами. Заканчивая слова Субару, Вильгельм пришел к ожидаемому выводу. Страшное проклятие неизлечимых ран было дано благословением бога смерти. Возможно, что рана Мими не могла быть исцелена магией из-за похожего благословения. Тогда, по мнению Субару, это мог сделать только один человек. Конечно, нельзя утверждать, что ни один другой человек не может иметь такую ​​же божественную защиту. Субару: Вильгельм-сан, это не самая лучшая мысль... Ваша травма запястья, как она? Вильгельм: ... Вильгельм ненадолго закрыл глаза, затем снял пальто и подал левую руку Субару. Повязка, плотно прилегающая к ней, не имела пятен крови. Тогда не было кровотечения - поэтому его нападающий не мог быть рядом. Вильгельм: Даже если предположить, что рана была нанесена кем-то, кто имел такую ​​же защиту, как моя жена, до тех пор, пока мои раны не открылись, она не может быть рядом. Хотя это должно быть само собой разумеющимся. Субару: Вильгельм-сан… Был ли он разочарован или ему стало легче? Субару не знал. Вильгельм потерял свою жену целых пятнадцать лет назад. Даже год назад он точно не сомневался в ее смерти.

.,. Независимо от безнадежности любой ситуации, взгляд на благоприятный результат с безусловной надеждой и выбор веры в любую скромную надежду был слабостью человечества. Однако, даже если Вильгельм уступил этой слабости, Субару не нашел в этом никакого позора. Поэтому в этот момент Субару не нашел слов, которые он мог сказать Вильгельму, который, конечно, не желал ни случайного утешения, ни ободрения. Рикардо: Братан. Прости, что мы тратим время, пока ты лечишь рану. Сказав это, Рикардо сел на землю. Около Ферриса, отчаянно проводившего лечение, зверь сидел перед окровавленным Гарфиэлем, пристально глядя на него. Чтобы встретиться с ним взглядом, Гарфиэль медленно поднял голову. Рикардо: Я не знаю, что случилось. Но я знаю, что если бы брат не привел ее сюда, Мими не смогла бы это сделать. Так... Гарфиэль: —— Рикардо: Большое спасибо. Я глубоко благодарен. С двумя кулаками на земле Рикардо опустился на колени и склонил голову. Когда лоб Рикардо упал на землю, поблагодарив Гарфиэля за то, что он привез сюда свою семью, Гарфиэль оказался в шоке. Состояние Мими все еще не было оптимистичным. Понятно, что Гарфиэль испытывал некоторую вину за то, что не смог успешно защитить Мими. Но это ни в коем случае не вина Гарфиэля. Что хорошего в том, чтобы обвинить его? Рикардо, конечно, надеялся на безопасное возвращение Мими, и, вернув ее в такое состояние, он не мог быть спокоен. Тем не менее, по мнению Субару, сводчатая поза Рикардо была совершенно искренней. В то же время он затаил гнев на тех, кто довел Мими до такого состояния. Следовательно, Субару: Гарфиэль. Хотя это, должно быть, беспокоит тебя, скажи мне точно, что случилось? Даже ты в таком состоянии, что невообразимо. Не считая… Когда он попросил Гарфиэля объяснить ситуацию, в голове Субару зародилась идея. Это было раньше, когда он перебирал их информацию с Юлиусом и Вильгельмом, размышляя об осаде Пристеллы, идея кратко пришла ему в голову. Захватив пять контрольных башен, Культ Ведьм превратил весь город в заложников. Каждое место должно быть занято могущественной силой. Предполагая, что их, скорее всего, охраняли Гнев, Жадность, Похоть. Тогда вероятность присутствия Обжорства также была высокой. —— То, что обжорство было именно целью Субару. Жадность, у которой были Эмилия и Гнев, которая приняла Субару за Петельгейзе. Похоть, уродливый характер который он слышал ранее, и обжорство, цель, на которую он охотился. Хотя ситуация действительно была худшей из худших, в то же время никогда не было возможности лучше, чем сейчас. Быть пойманным в паутину было как раз подходящим моментом для уничтожения всех пауков. Субару: В любом случае, мы в конце концов напали на этих парней. И если мы этого не сделаем, мы никогда не сможем вернуться в целости и сохранности. Субару: —— Гарфиэль удивленно уставился на него. Субару ободряюще кивнул, убеждая его говорить. Гарфиэль: … После того, как я услышал эту трансляцию, удивительный Я и Мими были в центре города. Мы оба ненавидели этот раздражающий голос вещателя. Рикардо: Мы также обсуждали, как мы это сделаем. Похоже, у тебя есть шанс отомстить Гарфиэль: В твоей мэрии не было часовых, не было никакой внешности. Таким образом, удивительный Я направился прямо к мэрии, где… Слова Гарфиэля прекратились, когда он стиснул зубы, его кулаки дрожали. Это был не страх, а гнев. Однако Субару полагал, что этот гнев был направлен не на его противника, а на самого Гарфиэля. Выпустив огненное злое дыхание, Гарфиэль продолжил. Гарфиэль: Появились два противника. Один из них был огромным человеком, которого обхватили два гигантских меча. И была худенькая женщина, у которой был тонкий меч. Независимо от того, что, если они серьезно относились к этому, они подходили бы мне один на один. Нет ... они, скорее всего, будут сильнее меня самого. Субару: Даже сильнее, чем ты ... был ли один из них вещателем? Гарфиэль: … скорее всего нет Субару почти задумался, не было ли проблемы с ушами. Гарфиэль был не только самым сильным во фракции Эмилии, который должен был встретиться с культом ведьм, если возникнет такая необходимость, он также сидел на пиках сил в их объединенных силах. Тот Гарфиэль только что осудил двух человек по отдельности сильнее, чем он сам. И, если его предположение было правильным, эти люди были только обычными культистами. Гарфиэль: Эти двое не испортили свою злобу, как вещали. Несмотря на то, что удивительный Я оставался открытым, пока я сбегал, мы все же ушли ... в них виделось что-то вроде этикета фехтовальщика или чего-то еще. Гарфиэль смотрел на своих противников с чем-то вроде страха. В отличие от своего обычного живого я, он, казалось, находился в вялом состоянии, явно находясь под влиянием состояния Мими. Рикардо, который слушал Гарфиэля, глухо хлопнул себя по коленям и встал. Затем он схватил Гарфиэля за плечо, Рикардо: Сильный или не сильный, я уже могу ясно сказать. Что я хочу знать, кто оставил братана в таком состоянии? Кто это сделал, Мими? Кому я должен искать мести? Скажи мне! Гарфиэль: … Мои раны в основном от парня, в то время как женщина отвлекала. Однако из-за этой женщины, Мими ... Вильгельм: … эта женщина, не мог бы ты оставить ее мне? Рикардо был подожжен местью за Мими, и Гарфиэль поклялся той же цели со стыдом. Тот, кто вмешался, был Вильгельм, который молча слушал через зеркало. Для него это тоже было не то, что он мог оставить в покое. Но это было жестоко с теми, кто не знал о причинах Вильгельма. Рикардо: Почему? Это не имеет к тебе никакого отношения, Вильгельм-сан. Даже ты не должен использовать мое право отомстить тем, кто причинил вред моей дорогой семье. Вильгельм: Я… не могу сказать наверняка, не имея подтверждения. Однако, если то, что я подозреваю, правда, то эта женщина очень важна для меня. Я должен настаивать. Рикардо: Слушай… если ты разозлишь меня, я не смогу пощадить тебя. Хотя Рикардо прорычал в волнении, Вильгельм также упорно отказывался. Именно потому, что он понимал ситуацию обеих сторон, Субару не мог определить, кто был прав. Следовательно, не Субару положил конец этой ссоре, но Круш: Вильгельм. И Рикардо-сама. Теперь, как товарищи, это не для борьбы. Не тогда, когда так много гражданских жизней подвергаются опасности . Вильгельм: Круш-сама ... Холодным голосом, наполненным стойкостью, Круш ругала их обоих. При упреке своей госпожи, Вильгельм смущенно поклонился и почесал голову. В то же время, рассматривая варианты, которые позволят избежать внутренней борьбы, Анастасия: Хорошо, давайте примем решение. Мягко хлопнув в ладоши, Анастасия взяла зеркало и указала на Субару. Смеясь над робким Субару, Анастасия возилась со своим лисьим шарфом, Анастасия: Прежде всего, я хочу провести рейд на мэрию, предложенный Нацуки-куном и поддержанный фракцией Круш-сама. В конце концов, если мы нападем на любую из контрольных башен, эта мэрия все отдаст за нас. И даже если ее не вернуть, ситуация с водными путями может быть немного улучшена, да? Хотя это может быть лишь частью моих желанных мыслей. Субару: Нет, я думаю о том же. Более того, если другая сторона начнет атаку первой, это уменьшит наш выбор. Если мы хотим действовать, чем раньше, тем лучше. Анастасия: … что это, ты стал надежным в прошлом году, не так ли? В любом случае, это так, как сказал Нацуки-кун. Благодаря разговорному зеркалу, наши группы могут сотрудничать, и к счастью, около 70% нашей общей боевой мощи могут быть отправлены немедленно. Было бы разумно сказать, что нападение на мэрию будет успешным, да? Субару посмотрел на Гарфиэля и Рикардо. Чтобы одним махом покорить ратушу, нужно было разделить их боевые силы. Набег на мэрию в их нынешней ситуации повлек бы за собой развертывание войск из ближайшего убежища, Гарфиэля и Рикардо. Затем из другого приюта пришли Юлий и Вильгельм. Члены Железного Клыка, а также Тон и Кан, и многочисленные искатели приключений, которые оставались в городе. Добавление их в свои ряды улучшило бы их боевую эффективность. Субару: Честно, если бы Рейнхард был здесь, все было бы хорошо… мы могли бы заставить Тон и Кан вызвать его? Юлиус: Странно, что мы его не нашли, ты об этом думаешь? Юлий, в ответ на попытку Субару максимизировать свою боевую мощь, перевел взгляд на него. Юлиус: Перед тем, как войти в убежище, они, казалось, выпустили магию в небо в качестве сигнала. Однако Рейнхард, который должен был появиться немедленно, не появился. И это не приятная мысль, но ... Субару: Но что? Действительно, ты все еще сомневаешься? Юлиус: Тогда я приветствую тебя в том же трепете, что и я. Последователи Фельт-сама были отделены от нее и Рейнхарда немного раньше, чем все это произошло. Кажется, в последний раз их видели разговаривающими с рыжеволосым человеком. Субару: Рыжий мужчина… это не может быть этот проклятый ублюдок, не так ли? Юлий: Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это. Субару с негодованием стиснул зубы, слушая элегантный ответ Юлиуса. Фельт и Рейнхард встретились, если предположения Субару были правы, отец Рейнхарда, Хейнкель. Что двое скажут этому человеку? А теперь, почему они не приняли меры? Субару: Однако он появился на выступлении Сириус в предыдущем цикле ... Какая разница? Это из-за трансляции? Он уже принял меры? Который за последним, какие условия отличаются, и Субару не может четко знать разницу. В любом случае, зная, что они не могли рассчитывать на появление Рейнхарда, это было причиной для тревоги. Плечи Субару опустились в созерцании. Тем временем Феррис вернулся. Его женские костюмы были покрыты черной кровью и полны потных лиц, Феррис: Хуу. Это заняло довольно много времени. Рикардо: Итак, как состояние Мими? Она в порядке? Ты спас ее? Когда Феррис вытер пот со лба, Рикардо задохнулся. И Гарфиэль сзади него также бросил на него испуганный взгляд, не вставая. Однако в ответ на их искренние глаза Феррис безжалостно покачал головой. Феррис: Не могу сказать, что спас ее, но рана не ухудшается. Это все благодаря ее братьям прямо сейчас. Укрепляя их связь, она едва удерживается. Рикардо: Это их Божественная защита тройни, верно? В таком случае, что будет с братьями? Феррис: Их благословение означает, что трое детей несут бремя усталости и травм.Укрепление их связей позволяет братьям разделить травмы их серьезно раненой сестры. В таком случае, ее жизнь может быть продлена ... Тивей: Когда жизнь сестры истощится, мы тоже умрем, верно? Из зеркала раздался болезненный голос. Рикардо нахмурился и взял зеркало для разговора, в котором отражались Хетаро и Тивей, сидящие рядом. Два брата также сжимали свои грудные клетки от боли. Рикардо: Ребята, вы идиоты. Действительно, просто группа безнадежных идиотов . Хетаро: … Однако, когда я думаю, что это боль сестры, зная, что мы чувствуем ту же самую боль вместе, я становлюсь немного счастливее. Тивей: Я не такой сильный, как мой брат. Итак, шеф. Я верю, что вы скоро сможете что-то сделать для нас. Потому что, если я умру, я стану призраком и буду преследовать вас. Разделившие рану, полученную их сестрой, оба брата получили одинаковую серьезную травму. Увидев Хетаро и Тиви, лежащих рядом в их убежище, Рикардо глубоко вздохнул и взял мачете в руку. Затем, Рикардо: … другими словами, тогда мы должны двигаться быстро. Если мы этого не сделаем... Рикардо прошептал глубоким голосом, который излучал его страстные чувства. Анастасия: Отправь Железный Клык и заставь их охранять дорогу, пока ты не доберешься до мэрии. Тогда сделайте наш лучший прорыв в само здание и попытайтесь захватить его одним махом. Враги - огромный мужчина и стройная женщина. Следование за ними, вероятно, должно быть жаждой. Субару: Элиты здесь - Гарфиэль и Рикардо. Затем Вильгельм-сан и Юлий. Круш: Я тоже иду Эти слова пришли от Круш, которая завязала свои волосы в хвост. Она стояла с мечом в руке, сбросив платье для доспехов, подходящих для битвы. Субару: Круш, говоря, что ты уйдешь, ты имеешь в виду, что ты можешь драться? Круш: Хотя я не так сильна, как прежде, у меня был Вильгельм в качестве учителя. Кроме того, я могу использовать Ветер для усиления моих ударов. Я не собираюсь быть обузой. Силы Круш, прежде чем потерять ее память, было достаточно, чтобы ее индивидуальное присутствие имело значение в битве за Белого кита. Тем не менее, сила нынешней амнезиальной Круш была неизвестна Субару. Честно говоря, Субару подумал, что ее вновь обретенная женственность привела к кажущейся потере способности адаптироваться к борьбе. Вильгельм: Талант Круша-сама с мечом не уменьшился. Это я могу гарантировать. Слова Вильгельма стерли последний дискомфорт Субару. Старый мечник кивнул, глядя в зеркало рядом со своим хозяином. Вильгельм: Однако, пожалуйста, будьте осторожны. Я умоляю вас, пожалуйста, ставьте безопасность превыше всего. Круш: Это обязанность дворянства нести бремя и проливать кровь за людей. Если невинные люди плачут, тогда я буду защищать их под своим крылом. Я буду драться, Вильгельм. Вильгельм: … честно. Но именно поэтому я предлагаю тебе свой меч. Круш решительно высказалась по поводу верности Вильгельма. Феррис поднял руку, наблюдая за ним, с лицом, полным восхищения. Феррис: Да! Да! Ферри-чан тоже! Если Круш-сама будет драться, то, пожалуйста, пусть Ферри-чан сопровождает вас! Пожалуйста!" Круш: Феррис бегал между укрытиями, чтобы наложить целительные заклинания на нуждающихся. Я очень горжусь твоим вкладом. Но не забывай, на каком поле битвы ты должен сражаться. Феррис: Гах ... Приглушенный таким образом, Феррис склонил голову в поисках ответного удара. Не в состоянии найти его, он поднял белый флаг со слезами на лице. Феррис: Вильгельм. Пожалуйста, позаботься о госпоже Круш.... Вильгельм: Ммм, я понимаю. Даже если моя собственная жизнь в опасности, даже если она сгорит - я так и сделаю . Это был ответ Вильгельма на это доверие, полный трагической решимости. Рикардо мягко махнул мечом, и Гарфиэль закончил свое лечение и встал, прислонившись спиной к стене. Сквозь зеркало Вильгельм стоял с мечом на поясе, а Юлий неспеша носил свою рыцарскую форму. Это был рассвет решающей битвы, в которую также войдет Нацуки Субару. Субару: Ага, ах…! Феррис: С-Су-Субару-кюн! Что ты делаешь!?" Прикусив коренные зубы, чтобы вытерпеть боль в правой ноге, Субару наконец поднялся на ноги. Феррис, вспыхнувший в ярости, ударил Субару головой вверх, уставившись в его ногу, которой все еще не хватало кожи и мышц. Субару: Феррис, это больно! Феррис: Конечно! Я, очевидно, сказал, что тебе необходим отдых, так что побудило тебя попытаться встать? Ты хочешь, чтобы твои ноги гнили? Субару: Даже если она оторвана, есть еще вещи, которые я должен сделать. Феррис, ты должен понять мои чувства. Как ты думаешь, я действительно могу послушно оставаться здесь и ждать результатов? Феррис: …Муу Феррис поднес руку ко рту, когда Субару продолжил. Отправка своих спутников в место, где выживание было маловероятным, а затем ожидание результатов. Субару никогда не мог терпеть такую ​​вещь. Если, бегая вокруг, он мог придумать какую-нибудь умную идею и помочь кому-то, как он мог лежать здесь? Субару: Ты можешь драться. Ну, я тоже должен драться. Беатрис защитила меня, а Эмилия в опасности от Жадности. В этом состоянии ты хочешь, чтобы я отступил? Феррис: … это значит, что ты не пожалеешь о том, что потеряешь ногу? Субару: Конечно, я должен сожалеть об этом. Но я бы пожалел, что больше не боролся. Феррис: Хе… тогда Субару-кюн тоже хочет сыграть классную роль. С обессиленным выражением лица Феррис приложил руку ко лбу. После этого он прижал руку к ране на ноге Субару. Феррис: То, что я сейчас сделаю, дает тебе немного успокоения! Субару: Успокоение это… ах, подожди минутку, Феррис-сан. Его руки на ране. Феррис разорил ногу Субару - это было то, что должно было случиться, но вместо этого блестящая линия сияла от раны, заканчивая боль, которая пронзила его, как острый клинок. Субару, потрясенный эффектами этой магии, посмотрел Феррису в лицо. Затем, Феррис: Ты выглядишь убийственно!? Субару: Нет, нет! Хотя, если у тебя есть такая удобная магия, не стесняйся использовать ее! Это здорово, я могу двигаться! Когда острый язык Ферриса впился в него, Субару слегка подпрыгнул правой ногой.Наслаждаясь радостью своей новой свободы движения, он начал танцевать на месте. Боль больше не была проблемой. Его ладонь ударила по ране от удара, когда он праздновал удивительные перемены.Затем Субару посмотрел вниз, чувствуя что-то липкое и мокрое. Его руки были покрыты красным, а рана на ноге разорвалась. Субару: Эй, эй, эй !? Разве ты не исцелил это ?! Феррис: Я не говорил, что исцелил это. Я просто спросил, не пожалеешь ли ты, если потеряешь ногу. Ферри-чан снял боль от прикосновения. Пока ты осторожен, ты сможешь держать ногу, если ограничишь бег. Кровоточащие ноги Субару затряслись, когда Феррис перевязал рану и использовал новые заклинания. Кровь остановилась; однако Субару стало еще более неловко, осознав, что он ничего не чувствует от своей ноги. Это было похоже на анестезию, но он не чувствовал себя таким вялым. Помимо неспособности чувствовать прикосновение, действия его правой ноги были почти нормальными. Однако сама боль - это необходимость, чтобы избегать разрушения собственного тела. Ради удобства эти ощущения были отменены, но, Феррис: Конечно, я делаю это неохотно. Когда мы встретимся снова, определенно будут некоторые остаточные эффекты. Я хочу видеть, что они будут очень слабыми, поэтому будь осторожен Субару: … понял. Ты мне очень помог, я благодарен. Феррис: … Субару-кюн безусловно, планирует игнорировать слова Ферри-чана... Феррис вздохнул, когда Субару пересмотрел свою ногу, кивая. Хотя он хотел бы сказать что-то вроде: Я бы никогда так не поступил, но если бы возникла такая ситуация, он не мог обещать, что будет подчиняться Феррису. Не в состоянии дать никаких обещаний, Субару мог только поблагодарить его еще раз, прежде чем отправиться обратно к Гарфиелу и Рикардо. Субару: Хорошо, я тоже иду. Бесполезно пытаться меня остановить. Я не думаю, что буду слишком сильно помогать в бою, но я должен кое-что сделать… Рикардо: Почему я должен останавливать тебя? Ты принесешь с собой силу сотни человек. Я буду рассчитывать на тебя. Субару: Я могу делать такие вещи, как ... а? Хотя он ждал отказа, его с нетерпением приняли в партию. Субару стало интересно, что же происходит в мире, когда зверолюд открыл рот. Рикардо: Белый кит и ленивец. Оба раза я видел твои усилия для себя, брат. Ты был бы неправ, если бы думал, что только Вильгельм видит твою ценность. Я также вижу кого-то достойного похвалы. Субару: Правда, правда? Вдохновленный словами Рикардо, Субару обрадовался Прежде чем покинуть убежище, Субару подошел к кровати Беатрис и осторожно коснулся лба этой тихо спящей девушки. Субару: Беатрис, я уйду. Я все испортил и оставил тебя вот так, так что теперь моя очередь усердно работать. Я позабочусь об этом культе и заберу Эмилию. Просто оставайся здесь и отдыхай хорошо. Беатрис: —— Утешенный ее спокойным дыханием, Субару встал. Тем временем Гарфиэль и Рикардо разговаривали с Мими, которая выглядела несчастной, когда лежала без сознания. Хотя она также не ответила, двое мужчин продемонстрировали противоположное выражение, твердое намерение вложить их в завоевание еще неизвестной территории. Субару: Мы покинем убежище и примкнем к большому водному пути, ведущему к мэрии.- Итак, взбодрись, хорошо? Перед своим отъездом все обменялись взглядами, решимость подпитывалась соответствующими клятвами, яростный импульс двигал их вперед. Война за возвращение Пристеллы начнется с центрального нападения на мэрию. Два фехтовальщика в своем вине и архиепископ греха похоти. Помечая эти цели в своих умах, солдаты шли к полю битвы.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 33. Хитрость на Мэрии

В версии с изображениями тут находится картинка.

Перевод:Toster

- Безмолвная осада Пристеллы до сих пор казалась ничем иным, как фантастической историей. Прогуливаясь по каменной плите, Субару увидел поток воды.

Вода внутри была чистой и без загрязнений. Даже сейчас он продолжал идти своим постоянным, устоявшимся путем. Механизм, который разделял поток между левым и правым, был все еще жив и здоров. Пока шлюз возобновлялся, любой мог поверить, что опасность, которой подвергся город, была всего лишь кошмаром.

Гарфиэль: Капитан, ты не можешь тянуть свою ногу, понимаешь.

Субару: Я знаю, я знаю. Уровни опасности, с которыми сталкиваются рейдеры мэрии, увеличиваются на 10% каждую секунду.

Рикардо: В таком случае, мы обречены после одиннадцатой секунды, не так ли? Ну, это, вероятно, правда, на самом деле.

Гарфиэль, который взял на себя инициативу, прищурился, когда голос Рикардо прозвучал в воздухе. Тем не менее, выражение зверя не было обескураженным.

Неся свой острый мачете, он шагал вперед энергичными шагами, но даже его кавалерского настроения было недостаточно, чтобы снять напряжение и чувство вины Гарфиэля.

Рикардо выглядел ничем не отличающимся от обычного, в то время как Гарфиэль явно отбросил свое обычное поведение.

Несмотря на это, три человека, которых Рикардо считал семьей, были ранены, и он не мог сейчас быть в спокойном состоянии. Это было ясно еще в убежище.

С другой стороны, самоуверенность и безрассудство Гарфиэля исчезли, и осталась осторожная и более робкая позиция, изменение, которое испускало зловещее послание.

Субару: … ну, я тоже не могу сказать, что мне лучше.

Не только те двое не могли поддерживать свое обычное состояние души.

Собственное раненное состояние Субару, бессознательное состояние Беатрис и, что самое важное, безопасность Эмилии; все это тяжело давило ему на ум.

Даже если он сосредоточился только на поиске быстрой мести, опыт научил его, что это ускорит ужасный результат.

Это была философия группы, рейдеров мэрии, которые стремились к наилучшему результату.

Не встретив культистов на своем пути, они успешно прибыли к месту встречи. И там,

Вильгельм: Субару-доно!

Субару: Приятно видеть, что вы все в безопасности.

Приближались фигуры Вильгельма и Круш, а также Юлия, который элегантно гладил свои волосы.

Юлиус: Я уверен, что ты с ума сошел из-за Эмилии-сама, ты уверен, что тебе лучше быть здесь вместо этого?

Субару: С точки зрения общего приоритета, быть здесь важнее, но я все еще беспокоюсь. Но я ничего не знаю о ситуации Эмилии, и я не могу сделать ничего, что могло бы поставить ее под угрозу еще больше.

Юлий: Я понимаю. Если бы Анастасия-сама оказалась в такой же ситуации, я сомневаюсь, что смог бы сохранять спокойствие.

Кивнув в ответ на его обеспокоенные слова, Субару повернулся к Вильгельму.

Старый мечник работал с закрытыми глазами, согревая свое тело.

Насколько бурным мог быть его разум в тот момент… Субару не мог понять.

Однако, словно чувствуя взгляд Субару, Вильгельм открыл глаза и полез в пальто. Он вытащил зеркало и передал его Субару.

Вильгельм: Субару-доно, это зеркало для разговора. В пылу битвы, я сомневаюсь, что у меня будет хоть какая-то свобода действий, поэтому я оставлю это тебе.

Субару: Понял. Давайте двигаться как запланировано.

Аккуратно положив зеркало в карман, Субару выпрямил спину.

На него была возложена обязанность наладить беседу с двумя другими группами.

Субару, который был бы вовлечен в наименьшее количество сражений, держал одно зеркало, а другое - Феликс, который путешествовал между укрытиями. Последний был проведен Анастасией, которая служила их источником информации.

В идеале эти трое могли бы работать вместе.

Круш: Тогда, чтобы подтвердить еще раз. Мы движемся к полю битвы, указанному Гарфиэлем, где два демона охраняют ратушу. Один - гигант с двумя мечами, а другой - женщина с тонким длинным мечом, верно?

Гарфиэль: Да, верно. Ни один из них не обычный мечник. Даже если бы они не боролись всерьез, я бы, наверное, в итоге кого-то порезал на двоих.

Изучив всю их информацию еще раз, Круш снова заговорила первой. Она повернулась к Юлиусу и Вильгельму.

Круш: Ратуша занята архиепископом греха похоти и этими двумя. Я предполагаю, что другие культисты также появятся там. Кто-нибудь из вас слышал о нём?

Юлиус: Мои извинения. Даже будучи членом рыцарей, мои знания скудны. Лень и Жадность гораздо более известны, но Субару столкнулся с обоими.

В середине разговора Юлий повернулся к Субару. Субару кивнул, сказав:

Субару: Хотя, увидев Жадность для себя, я не верю, что истории о нем не соответствуют действительности. Но ... эта империя. Он достал своего сильнейшего рыцаря? Это кажется немного подозрительным. Он сильный, но с точки зрения боевого мастерства, даже я мог бы сравниться с ним. Хотя он может отрицать любую атаку ...

Рикардо: И это было не из-за вашей боевой силы?

Субару: Не в этот раз. Хотя Гнев поглотил Жадность с пламенем, это ни в коей мере не повредило ему. Его одежда была нетронутой. Он даже не вспотел.

Силу Регулуса можно легко назвать непобедимостью.

Как удобно Если бы это было правдой, то рейдеры мэрии в конечном итоге были бы вынуждены столкнуться с худшими врагами. Хотя он хотел верить, что такая неразумная сила не может существовать.

Субару: Очевидно, у нас были проблемы с Жадностью, но мы не должны беспокоиться об этом…

Юлиус: Рейнхард никогда не будет отсутствовать, когда невинные мирные жители находятся в такой опасности. Я думаю, возможно, что он сталкивается с проблемой, которая делает его неспособным двигаться. Как и мы, он, возможно, столкнулся с другими культистами.

Казалось, только Юлий понимал, что происходило в голове Субару в данный момент.

До начала всего этого Фелт и Рейнхард вступали в контакт с Хейнкелем. Он мог только надеяться, что противная идея, которая укоренилась в его сознании, когда он услышал об их встрече, была неправильной.

Субару: Кроме этого, есть кое-что, что я хочу подтвердить. Имя, которое дал архиепископ греха похоти, Капелла Эмерада Лугуника. Почему она могла бы называть себя Лугуникой?

Рикардо: Она должно быть насмехается над нами. Каждый член королевской семьи хорошо известен.

Круш: Это все еще не дезинформация. Кажется, слишком рано отклонять это как просто шутку. ”

Рикардо и Круш дали Субару свои разные мнения.

Культ ведьмы, каким бы он ни был, стоит рассмотреть любую возможность. Бедный характер этой Похоти был ясно слышен в ее голосе. Шутка, как сказал Рикардо, вполне вероятна, но она также может оказаться загадкой.

Однако перед лицом этих двух предложений Вильгельм поднял руку.

Вильгельм: Я помню ещё кое-что.

Субару: Что это?

Вильгельм: Хотя я не знаю ни одной Капеллы, я немного слышал о репутации Эмерады Лугуники. Это не значит, что есть какая-то прямая связь ... но в истории королевской семьи Лугуника действительно был кто-то по имени Эмерада.

Субару: ——!

Удивленный этим, глаза Субару расширились, когда Вильгельм задумался, положив руку на подбородок.

Вильгельм: Ее имя восходит к Полу-человеческой войне, до того, как я вступил в армию. Так около 50 лет назад. В то время Эмерада-сама была известна как человек очень красивый и очень умный.

Субару: А Ласт называла себя Эмерада? По какой причине?"

Вильгельм: Что касается ее намерений, я тоже не знаю. Только я слышал, что Эмерада-сама скончалась из-за болезни в молодом возрасте. Но ... государственные похороны никогда не проводились в ее честь.

Пренебрежение проведением похорон по случаю смерти королевской семьи было практически немыслимо. Наклонив голову, Вильгельм нахмурился, пытаясь объяснить.

Вильгельм: Времена были тяжелые, это была причина, по которой они дали. Однако настоящая причина состояла в том, что люди не хотели ее для нее.

Субару: Люди не…?

Вильгельм: Хотя Эмерада была очень красивой и очень умной, она была ... чрезвычайно жестокой, с неизмеримой суммой тьмы внутри нее. Поэтому даже королевская семья Лугуника считала ее… еретиком, скрытым от общественности фактом.

Имея только неподтвержденные показания, высказывание таких сомнительных слов о королевстве, которому он служил, вероятно, оставило горький привкус языка Вильгельма. Его слова начали колебаться во второй половине его объяснения.

И каждый видел для себя похотливую натуру.

Субару: Итак, Похоть взяла имя Эмерада… но с какой целью…

Вильгельм: Если они пытаются оклеветать королевскую семью Лугуники, имя Эмерада не будет слишком значительным. Едва ли кто-нибудь помнит ее в эти дни.

Результатом заключения Вильгельма был вздох облегчения.

В отличие от таких, как Субару, Гарфиэль и Рикардо, были те, кто преданно служил королевству; чувства Круш, Вильгельма и Юлиуса были непостижимы.

Такое неблагодарное насмешливое отношение к королевской семье, безусловно, было недопустимо.

Субару: Несмотря на это… Капелла…

Юлиус: Есть мысли об этом имени?

Юлий резко обратил свое внимание, когда говорил, увидев Субару, который показал горькое выражение.

Субару: Ничего, просто…

После короткой паузы Субару почесывает голову и продолжает.

Субару: Это не просто Капелла. Регулус и Сириус тоже. И если подумать, даже Петельгейзе ... но сказать, что это имеет значение, невозможно.

Гарфиэль: Брось, чёрт побери, капитан, скажи нам уже. Что такого особенного в их именах?

Субару: Странно, понимаешь? Просто можно сказать, что у них такие же имена, как у звезд моего родного города, или что-то в этом роде.

Круш: Имя звёзд?

Субару: Если подумать, меня тоже зовут Субару. Нет, это не важно. Это глупая мысль.

В ответ на Субару, Круш расширила глаза, выглядя глубоко заинтересованной. Видя, что все остальные разделяют ее реакцию, Субару почесал голову.

Субару: Не смотрите так странно, хорошо? Мой родной город назвал все звезды, и архиепископы просто случайно поделились своими именами. Мне очень нравится узнавать о звездах и их историях, поэтому я знаю некоторые дополнительные детали.

Круш: Действительно, этот интерес, кажется, не соответствует вам. Звезды, да.

Субару: Мое имя, Субару, также происходит от звезд. Вот почему. Извините, если скучно.

Чувствуя себя смущенным, Субару не стал вникать в детали.

Однако Круш отказался от попыток Субару закончить разговор.

Круш: Пожалуйста, подождите, Субару-сама. Их имена действительно совпадают с именами ваших звезд?

Субару: Что ты имеешь в виду?

Круш: Например, могут ли имена звезд, которых знает Субару-сама, быть корнями их имен? От причины их основания до деятельности, которую они выполняют, все в культе ведьм покрыто многими слоями тайны. Мы не можем легко отказаться от чего-то, с чем они могут иметь связь.

Субару: ——

Субару, хотя и был удивлен неожиданным допросом Круш, все еще был погружен в свои мысли. Действительно, Субару всегда считал, что имена, связанные со звездой, были простым совпадением. Почему?

В конце концов, это был другой мир. Здесь не было бы никого другого, кто поделился бы знанием звезд Субару.

Но мог ли он так сказать наверняка?

В этом самом месте, Пристелла, Субару был свидетелем японской архитектуры. И глубоко укоренившийся в культуре Карараги, даже отраженный в диалекте Кансай, было влияние Японии, возможно, от руки самого Хосина.

Возможно, создание идеологий культа ведьм коренится в современных знаниях, известных Субару. Архиепископы, названные в честь звезд, не обязательно были связаны.

Субару: Петельгейзе. Регулус. Сириус. Капелла ...

Юлий: Верно. Субару сказал, что это были имена звезд. Есть ли за ними какие-то истории или анекдоты? Может быть, где-то есть связь.

Субару: Думая в том же духе…

Он порылся в истонченных воспоминаниях из своего первоначального мира, наконец вспомнив, что он знал о звездах.

Когда-то он очень любил небесные иллюстрации. Зная, что происхождение его имени существовало в звездах, Субару жадно погрузился в рисунки созвездий и запечатлел в своем разуме множество звезд.

И, связанный с именем этих отвратительных грешников,

Субару: Подмышка Ориона, или рука Ориона…

Круш: А?

Услышав слово подмышками в месте, которое она никогда не могла себе представить, Круш наклонила голову в сторону.

Однако Субару не заметил ее реакции, схватившись за нее и потряс ее стройные плечи, когда он приблизился.

Субару: Правильно! Это называется рука Ориона!

Круш: Су-Субару-сама? Что это за рука?

Субару: Петельгейзе ... источником его имени является звезда. Его полномочием была Невидимая Рука, а другое имя этой звезды - рука Ориона!

Это было почти смехотворно надуманным.

Но были ли они связаны только случайно? Было ли это просто забавное совпадение символизма?

Не Петельгейзе, а звезда по имени Бетельгейзе - это было знакомое имя для Субару. Небольшое несоответствие стало причиной того, что он еще не заметил этого.

Субару: Сириус сияет, и она может использовать магию огня, это совсем не тонко. Самое большее, это буквально… Регулус - это маленький король. Разве это не похоже на эгоистичные ценности этого ублюдка!? Тогда Капелла это…!

Круш: Капелла это…?

Субару: Маленькая коза! Козел! Капелла коза!

Копаясь в своей памяти, Субару искал какую-то значимую связь между мифами звезд и архиепископами греха.

На лице Субару появилась ухмылка, как будто он говорил не плохо, не плохо.

Вместо этого, прислушиваясь к ответу Субару, Круш прижала его лоб к себе, держа его за плечо. Затем она посмотрела на других четырех человек, они также сложное выражение,

Юлий: Рука Ориона?

Вильгельм: Сияешь?

Рикардо: Маленький король?

Гарфиэль: Чёрт, козёл?

Субару: - А?

По реакции четырех человек, которые повернули головы, Субару наконец понял, что его открытие оказалось гораздо более бесполезным, чем он думал.

Круш: Субару-сама, я прошу прощения. Кажется, мои мысли сбили нас с пути.

Да, даже Круш выглядела извиняющейся.

Соотношение символики звезд и имен архиепископов провалилось впечатляюще.

Тем не менее, у них не было времени, чтобы горевать об этой неудаче, прежде чем начать молниеносную операцию.

В результате они атаковали после того, как поделились и обсудили свои способности и боевые стили.

Члены Железного Клыка, которые сопровождали Юлия и Круш, выступили в качестве разведывательной силы, обеспечив чистый путь к мэрии.

Гарфиэль: Да, как в прошлый раз, ничего не изменилось…

Подергивая нос, Гарфиэль подтвердил отсутствие каких-либо новых врагов.

Согласно тому, что он сказал, после пересечения прямой дороги он попал в засаду, поскольку готовился войти в мэрию. Но ни нос Гарфиэля, ни глаза Субару не нашли силуэтов, которые он упомянул.

Если бы их не было здесь, они могли бы просто взять мэрию и двигаться дальше.

Гарфиэль: ——

Гарфиэль экипировал свои щиты, а Рикардо держал мачете в боевой готовности. Вильгельм, с другой стороны, наблюдал за площадью со спокойным озером.

Для этих троих эта битва, скорее всего, окажется довольно личной. В частности, у Вильгельма наверняка было многое, что ему нужно было принять и с чем ему нужно было смириться.

Юлиус: Эта область полностью открыта. Хотя моих квази-духов отправили патрулировать, они не нашли пути, по которому мы могли бы пробраться. Кажется, что наш единственный вариант - подойти напрямую.

Юлий послал свои духи, чтобы разведать их окрестности. География этого места было трудно начать атаку, а также трудно защищать.

Субару: Разве вы не можете отправить своих духов внутрь, чтобы разведать? Знание того, сколько врагов, и общая планировка здания сделают нашу работу намного проще.

Юлиус: Извиняюсь, но мои друзья все еще не могут выполнить сложный заказ. И враг не обязательно может обнаружить присутствие духов, так что это будет трудно.

Субару: Это не твоя вина. Тем не менее, это обидно, это было бы очень полезно.

Незнание устройства самой мэрии снова увеличило опасность прямого нападения.

Тем не менее, ожидание только ухудшит ситуацию. Хотя Культ Ведьм утверждал, что они готовы вести переговоры по поводу их трансляции, на самом деле это было крайне маловероятно.

Субару: Тогда, как мы и планировали. Хотя враг обладает боевой эффективностью, у нас есть численность. Это в основном три на одного для каждого из нас. Мы справимся с этим быстро, а затем избавимся от парня, который занимает это место!

Юлиус: Хотя это оптимистичное мышление, я с нетерпением жду нашего успеха.

Не нуждаясь в сигнале, они побежали по прямой дороге к площади перед зданием муниципалитета. Затаив дыхание, они ждали, когда их враги появятся.

Гарфиэль бежал впереди, затем Вильгельм и Юлий. Рикардо последовал за ними, а Круш и Субару удерживали тыл.

Его правая нога чувствовала себя хорошо. Хотя он был в странном состоянии, не ощущая ничего, он мог бежать без помех.

Гарфиэль: Они здесь!

Две фигуры упали на Гарфиэля, который стоял впереди.

Пока группа наблюдала, как большие лезвия и тонкий меч развеваются в воздухе, солдат среди них мужественно достал собственное оружие. Сзади,

Забастовка сотен человек была развязана.

Круш достала свой меч и, подкрепленная магией ветра, нанесла удар, направленный на врага.

Все, что находится в ее поле зрения, даже на большом расстоянии, может быть поражено ею. Это была дальнобойная игра Круш.

Ее удары даже повредили магическую защиту Белого кита. Раздались звуки стали, великан и женщина обернулись.

Субару: Ты попала по ним?

Круш: Нет, они отразили мою атаку!

Ее удачно расположенная внезапная атака не смогла нанести им вреда.

Размахивая телами в сторону и аккуратно приземляясь на камень, две фигуры, одетые в черное, обнажили свое оружие в хорошо подготовленной оборонительной структуре.

Два гигантских клинка и один острый меч. Сверху вниз, они действительно были одеты в презренную одежду культа ведьм.

Кажется, что они полностью отразили этот удара, они слегка наклонили свои тела вперед, собираясь оторваться от земли.

Однако до этого

Юлиус: Хотя вы и защитились от удара Круш-сама, сможете ли вы выстоять против этого?

Три разных цвета светились сверху, свет, излучаемый духами, обрушивающимися на культистов.

Шесть квази-духов Юлия, работая в группах по три человека, напали на гиганта и женщину. Другой свет магии, которого Субару никогда не видел прежде, оказывал ужасное давление на их врагов, заставляя их становиться на колени.

На фоне невыносимого давления их врагов Гарфиэль и Вильгельм бросились на женщину, а Рикардо взмахнул клинком по голове, когда он набросился на гиганта.

Гарфиэль: Получай!

Вильгельм: Хааа!

Рикардо: Все кончено!

Вспышка серебра под сильным напором демона Меча взлетела.

Нечеловеческая сила Гарфиэля и Вильгельма обрушилась вниз, готовая разрушить оборону противника.

Женщина: ——

Стоящая на коленях женщина обхватила меч и ударила Гарфиэля и ноги Вильгельма. Они сразу же увернулись, но женщина следовала по той же траектории, поворачиваясь, чтобы вытянуть ногу вокруг шеи Гарфиэля, перемещая его в сферу магии Юлия.

Гарфиэль: Что?

Пеленая в объятиях Гарфиэля, женщина защищала себя от любых магических воздействий, используя Гарфиэля в качестве щита. Затем ее колено разбило нос Гарфиэля, когда она схватила его за левую руку свободной рукой и использовала его как щит против Вильгельма.

При этом глубоком проявлении мастерства Гарфиэль вскрикнул от боли, а Вильгельм проклял.

Выходя из тупика, она пнула старого мечника, освобождая при этом Гарфиэля.

Хотя ее движения должны были быть ограничены, ее удар был достаточно мощным, чтобы Вильгельм полетел. Как только он восстановил равновесие, она уже сделала еще пол-оборота на месте, нанося быстрый последующий удар.

Гигант: ——

Тем временем атака Рикардо прекратилась прямо перед головой гиганта.

Все еще стоя на коленях из-за магических эффектов, наложенных Юлием, гигант с готовностью выбросил большие мечи, которые он держал в обеих руках. Затем он поднял незащищённые руки и поднял над головой.

Рикардо: Идиот, ты уже мёртв!

В результате его ошибочного суждения, его руки были разорваны.

Несмотря на то, что мачете Рикардо было тупыми, в нем был невероятный импульс и сила. Толстые руки гиганта были ампутированы ударом, и его плечи летели по воздуху, когда извергались красно-белые кости.

Гигант: ——

Рикардо отступил назад и поднял мачете, стремясь обрушить его на огромную голову великана.

Однако великан просто забрал свои мечи своими дополнительными руками, отразив приближающийся удар, который должен был быть смертельным.

Рикардо: Что ?!

Затем великан поднял руки, позволяя покрытому кровью занавесу, рассеять магию, сотворенную Юлием. Освободившись от этой магии, великан снова был способен к ловким действиям, предавшим его огромную форму. Решив отказаться от своих рук, он смог покончить с еще более сокрушительной слабостью.

Рикардо, неспособный противостоять тяжелым лезвиям, последовавшим за ним, схватил его за руку, едва ему удалось отступить от гораздо худшего.

Он застонал, когда кулак гиганта столкнулся с его лицом, посылая тяжелое тело зверя, летящее назад.

Женщина: ——

Гигант: ——

Против трех человек, которые были теперь в обороне, женщина и гигант подняли свое оружие, оружие особого вида, с явным намерением убить.

Юлий: Фел Гоа!

Заклинание Юлиуса вызвало ветер, извергавшийся изнутри из красного пламени.

Возникший в результате торнадо пламени быстро встретил приближающуюся женщину, отогнал ее от Гарфиэля и поймал ее.

Затем со звуком, почти похожим на молитву, звуки хлёста и свиста кнута пронзили воздух.

Лезвие Круша в сочетании с ударом хлыста Субару поразило тело гиганта. Его огромная фигура, наконец потерпела поражение. На его груди появилась рана.

Эта травма не была для него серьезной проблемой. Несмотря на это, им удалось остановить атаку гиганта, и упавший Рикардо ударил его в челюсть.

Рикардо: Ха, ты просил об этом!

Субару: Сейчас разве время, чтобы так говорить? Скорей, Рикардо!

Увлеченный моментом освобождения от удара, Рикардо повернулся назад, поднял свой клинок и вытер кровавое лицо, прежде чем отступить, чтобы присоединиться к Круш и Субару, готовым снова противостоять великану.

Видя, что женщина была заключена в клетку ветра и пламени, глаза Субару невольно расширились.

Субару: Что это !? Вы, вы действительно можете использовать такую ​​захватывающую магию!?

Юлиус: Это просто блеф. Я еще недостаточно опытен, чтобы сделать эту атаку смертельной.

Юлий горько ответил, зрелище перед их глазами подтвердило его слова.

Когда женщина купалась в этом торнадо пламени, меч в ее руке вспыхнул, и ее легкое движение пронзило сердце этого ветра. Несбалансированная клетка рухнула.

Эта элегантная, несравненная игра на мечах. И собственная особая физиология гиганта.

Субару: … ты шутишь…

Передняя часть его черной мантии раскрылась, и многие руки великана были раскрыты. Он небрежно поднял свои оторванные руки от земли и прижал их к своим обрубкам, как кровь и плоть сошлись с отвратительным звуком.

Мгновение спустя, ранее пропавшие руки гиганта были снова прикреплены, оставив лишь скудные следы оставшейся травмы. Как будто подтверждая это исцеление, он снова взял в них свои большие клинки, гордо размахивая ими.

Оба выглядели непобедимыми.

Субару: Наш блицкриг провалился.

Глядя в сторону, Юлиус и Вильгельм, защищенные магией, лечили свои раны с помощью Гарфиэля.

Реальность такова, что Гарфиэль и Вильгельм, работая вместе, были окончательно побеждены. Это чувство отчаяния не могло быть легко стерто.

Однако было бы ошибкой утверждать, что их положение совершенно безнадежно.

Субару: Хотя ближний бой ненадежен ... атаки дальнего боя все еще могут быть эффективными.

Будь то магия Юлиуса, клинок ветра Круш или даже кнут Субару, у них все еще был шанс.

Последний не был бы настолько полезен, даже если бы он работал - это чувство было, но две другие атаки, безусловно, могли иметь шанс переломить ситуацию.

Субару: ——

На комментарий Субару и выжидательный взгляд Юлиус и Круш кивнули.

Гарфиэль и Вильгельм также понимали силу своих противников в ближнем бою. С самого начала у Рикардо не было замыслов, чтобы противостоять одному из них.

Бойцы ближнего боя будут сдерживать движение своих врагов, и любые пробелы будут заполнены магическими атаками.

Вероятно, это был лучший способ минимизировать травмы и добиться победы. Единство всей группы снова положит начало битве. Затем, в этот момент,

???: Хаотично, неохотно, этот заговор наступил! Что за куски мяса такие, как вы, может, так глупо, безобразно, внешне осмелиться жить? По словам этой элегантной, терпеливой леди - Гхахаха!

Внезапно, резкий смех пронзил поле битвы.

Однако, услышав этот голос, все поняли, что появление владельца означает, что ситуация изменилась к худшему. Субару вздрогнул и перевел взгляд в поисках этой фигуры.

Где она была? Откуда этот смех?

???: Куда ты смотришь, тупой, тупой кусочек дерьма? Из-за этой глупости ты не спасёшься. Подойди, открой собачьи глаза широко и подумай своей пустой головой. Тогда, возможно, эта нежная леди проявит милосердие к твоей грязной душе!

Круш: ——

Рядом с Субару, чей взгляд отворачивался, Круш хрипло вздохнула.

Ее янтарные глаза были устремлены наверх. С тонущим чувством понимания Субару проследил за ее взглядом, ожидая увидеть Похоть.

Её взгляд указал на крышу мэрии.

Громкая насмешка полилась на них оттуда, как будто владелец этого голоса смотрел на муравьев с большого расстояния.

На самом деле, это была более или менее ситуация. Это было потому, что

Капелла: Гаххахахахаха! Действительно, это лицо! Это глупое лицо! Вы сохранили его только для меня? Если так, то эта добрая леди воздаст вам, хвалебные обезьяны! Или вы бы предпочли слюну? Вы были бы очень довольны моей драгоценной слюной? Для вас куски мусора, это должно быть желанное сокровище!

Хриплый смех эхом отозвался в воздухе, когда Субару посмотрел вверх.

У гиганта и мечницы не было ни малейшей реакции, поскольку союзник присоединился к ним против своих противников.

Архиепископ похоти внезапно появился на поле битвы…

Капелла: Тогда еще раз! Эта прекрасная дама - грешный архиепископ похоти!

- Когда было объявлено имя Похоти, черный дракон посмотрел на них с улыбкой.

Капелла: Я Капелла Эмерада Лугуника-сама! Умрите! Вы гнилые куски мяса!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 34. Хаотичная дуэль

Перевод: Toster

Стоя на крыше мэрии, черный дракон махал крыльями в сторону Субару и остальных.

Он, открывая рот, показав ряды острых зубов и длинный, извивающийся красный язык. Черный дракон сузил свои золотые глаза, продолжая задыхаться от своего резкого, неприятного смеха.

Внешний вид этого черного дракона был более или менее похожим на то, как драконы выглядели в воображении Субару.

Он излучал такую же ауру страха, что и у земные драконы, такие как Патраш, но его волосы и телосложение не были такими же. Если наземные драконы в среднем размером с птерозавров, этот дракон был размером со слона.

С таким телосложением, этот черный дракон наврятли способен летать. Возможно, его сильные крылья были просто для вида.

Да, скорее всего он не сможет взлететь.

Капелла: Восхищаться вашими возбужденными взглядами совсем не волнительно, вы, куски мяса! Ах ~ это ужасно, когда тебя видят такие люди, как вы, которые могут думать только о сексуальном удолетворении! Так что я к вам не подойду!

Размахивая крыльями к земле, он создавал порыв ветра. Облизывая своим красным языком губы, чёрный дракон Капелла натянуто улыбнулась. Выражение лица этого дракона было ужасающим.

Из-за языкового барьера общение было в значительной степени связано с интерпретацией. Патраш была хорошим примером.

Благодаря чрезмерной экспрессивности Патраш, ее суровое отношение было весьма забавным. Однако этот дракон вызывал исключительно отвращение.

Субару: … я не слышал никаких упоминаний об этом раньше, но могут ли драконы говорить?

Юлиус: Драконы живут очень долго, они чрезвычайно умны и могут понимать человеческий язык. Дракон-покровитель Лугуники Волканика, который связан договором с королевством, может общаться с людьми посредством слов, но его слог не очень богат. Я никогда не слышал о других драконах, обладающих такой способностью.

Юлиус дал подробный ответ на вопрос Субару.

Изящнеший из Рыцарей поднял клинок на уровне плеч, не отводя глаз от черного дракона. Конечно, Субару и другие также были на готове.

Впереди остальных стояли два мечника выдающейся силы и черный дракон, назвавший себя архиепископом похоти.

Их первоначальное беспокойство превратилось в непреодолимое напряжение.

Субару: По крайней мере, с такими мечниками у нас есть шанс победить…

Женщина с мечом, чья боевая стойка не имеет ни единого изъяна, и гигант, который размахивал мечами, словно заново приветствуя группу Субару.

Несмотря на то, что сила мечницы была неизвестна, великан решил напрямую атаковать Рикардо. Конечно же, это не было проявлением неуклюжести, он сделал это из соображений стратегии. Атаки дальнего действия, их предыдущий план, все равно были бы невероятно эффективными.

Тем не менее, была одна неотложная проблема, у которой не было решения.

Субару: Есть здесь кто-нибудь, кто сражался с драконом?

Вильгельм: Да

Субару: Вильгельм-сан, серьезно?

Хотя Субару считал, что он не получит ответ на вопрос, Вильгельм ответил на него. Старый мечник повернулся к удивленному Субару.

Вильгельм: Около 40 лет назад меня послали подчинить зловещего дракона по имени Вальгрен, который появился на юге Лугуники. Этот инцидент вызвал большую дипломатическую напряженность из-за близости к Воллакии.

Субару: Не говоря о дипломатической стороне вопроса, каков был опыт борьбы с драконом?

Вильгельм: Более десяти процентов наших рыцарей были отправлены на битву, и, хотя кампания удалась, сорок процентов этих рыцарей погибли. Поход удался, но потери были значительным. Его способность летать, нескончаемая выносливость, это вещи, на которые нам стоило обратить больше внимания.

Субару: Похоже, что наша ситуация довольно безнадежная…

Видя отчаяние Субару, Вильгельм продолжил:

Вильгельм: Если подумать об этом ...

Вильгельм: По сравнению с Вальгреном, этот дракон меньших размеров. Он должен умереть при обезглавливании.

Субару: А Вальгрен не умер?

Вильгельм: У Вальгрена было в общей сложности три головы, которые нужно было отрезать.

Закончив говорить об этой давней битве, Вильгельм крепче сжал меч. Обезглавливание наверняка убьет его. Это обнадеживает.

Видя хорошо подготовленную стойку Вильгельма, Субару также принял боевую позу с кнутом в руке. Увидев их отказ уступить, Капелла, похоже, довольно удивилась.

Капелла: Ой, ой, ой, вы все так отвратительны. Вы измучены и несчастны, и, кроме моего подкрепления, вы имеете дело с архиепископом греха! Вы, гнилые существа, должны опускать головы и проявлять мышиную кротость, и все же вы ведете себя нормально? Разве неправильно ставить вас на равне с насекомыми? Гхахахаха!

Гарфиэль: Хватит дурачиться! Что ты можешь сделать против нас? Великолепный я придёт и раздавит тебя!

Капелла: Каххахахаха, лай этой бешеной псины ранит мои священные уши. Вернее, я допустила ошибку. Ты не бешеная псина, ты всего лишь маленький котенок! Мяу ~ мяу ~ мяу ~, не сердись только потому, что та кошечка, с которой ты был, сдохла!

Гарфиэль: А, -кххх !?

Услышав эту жестокую насмешку, Гарфиэль чуть не подавился.

Дракон явно имел в виду предыдущее поражение Гарфиэля, где его чуть не избили до смерти. Капелла наблюдала за тем боем.

И что еще больше удивило Гарфиэля,

Гарфиэль: Ублюдок, как ты узнал, что великолепный я - получеловек…

Капелла: Ха? Откуда я это знаю? Не думай о себе так высоко, ни один из твоих волосков меня не интересует. Мне стало ясно, что ты грязная полукровка в ​​тот момент, когда я тебя увидела! Иди умри также, как жил, как отсталое зверье!

Произнося свои невыразимо едкие проклятия, Капелла повернулась к остальной части их группы, нюхая воздух.

Капелла: Какая вонь! Какая вонь! Вы куски мяса все воняете гнильем! Заплесневелое, гнилое, помойное мясо! Консервированые из мусора! Ах, отвратительно!

Капелла, постоянно давая свои токсичные комментарии, слегка перевела взгляд - в сторону Круш.

Лихорадочное пламя зажеглось в ее глазах, когда она сосредоточила все свое внимание на Круш, которая подсознательно крепко обняла себя. Когда Капелла заговорила снова, ее тон был почти приятным.

Капелла: Но смешанный со всеми этими отходами - изысканный ломтик мяса! Такой привлекательный, идеально соответствующий моим вкусам! Это мясо пахнет как лучшее из них! Какая красота! Это тело! Это обращение! Ах, я оченьоченьочень хочу сломать его своими собственными руками!

Круш: Хватит.

Капелла: А?

Она увлеклась.

Выражение лица, как будто она вошла в транс, черный дракон наклонила тело в сторону Круш, словно желая лизнуть ее сверху донизу.

В этот момент гнев Круш больше ничего не сдерживало, ее речь была прервана.

Капелла: ——

Ее внимание все еще было сосредоточено на Круш, дракон нетерпеливо подняла голову.

Юлиус, который подошел к Круш, которая находилась в рассеяном состоянии, послужил проводником ее гнева.

Юлиус: Сгори от моего шестикратного света, Аль Клариста!

Шесть духов Юлиуса, каждый из которых светился разным цветом, направили луч света. Когда этот радужный свет достиг Капеллы, он засиял белым, и она начала кричать.

Капелла: ГААААААХ !!

Юлиус: Это цена твоей болтовни. Если бы у тебя был какие-то реальные умения, ты бы не извергала такую глупость.

Повинуясь приказу Юлия, его духи не прекращая метали свои огни.

С пронзительным криком Каппеллы, который служил фоновой музыкой, два мечника, которые все еще молчали, внезапно оттолкнулись от земли и устремились к группе Субару.

Вильгельм: Остановись!

Гарфил: Черт!

Вильгельм полетел прямо к мечнице, а Гарфиэль столкнулся своими щитами с гигантскими клинками.

Женщина: ——

Вильгельм: Не уходи, покажи мне свое мастерство меча!

Когда она начала отступать после первого удара, Вильгельм нанес еще внезапный удар.

Старый мечник, яростно как буря, начал серию ударов снизу и сверху. Длина ее клинка не позволяла быстро отреагировать, что мешало ей защищаться, пока Вильгельм быстро наносил удар за ударом.

Несмотря на это, женщина также проявила себя, как грозный противник. Она ловко уклонялась от любых ударов, которые она не могла парировать, и плавно, с искусной легкостью, вернула себе равновесие.

Каждый раз, когда ее вращающийся меч наносил удар, становилось все более очевидным, что тело мечницы было как будто рождено для меча, который она использовала.

Мастерства Вильгельма было достаточно, чтобы бросить вызов даже белому киту, но навыков этой женщины было достаточно, чтобы оттеснить Вильгельма назад.

Вильгельм: Гааа!

Женщина: ——

Издающие грохот, с гладким, как шелк, импульсом, вращения меча и тела Вильгельма увеличились в скорости.

Хотя само его тело было старым, его техника все еще была невероятно отточена. Его владение мечем было вершиной мастерства, и большинство молодых мечников никогда не достигнут его уровня.

Его лезвие - всего лишь вспышка, оно летело по воздуху, готовясь впечатать женщину в землю. Все еще молча, женщина была готова противостоять каждому удару.

Без слов, не направляемая никакими ценностями, женщина была похожа на куклу, единственной целью которой было сражение. Лишь послушание было частью тела этой куклы, которая только махала лезвием.

Столкновения разразились в воздухе, как взрыв.

Однако ее меч легче, намного легче, чем у Вильгельма.

Владение мечами обоих дуэлянтов было чистым и безупречным, и, удары наносились исключительно друг по другу, ничто вокруг не получало урона.

Эти двое погрузились в их танец игры на мечах.

Вильгельм: Ха!

Женщина: ——

Они вели свою безмолвную битву, их мечи были видны только как вспышки.

- Это был сокровенный мир их дуэли, в него не должны вмешиваться посторонние. Недалеко, велась ещё одна битва.

Гарфиэль: Да! Хах! Ха!

Гигант: ——

Рыча, напрягая мышцы, Гарфиэль отражал удары гиганта.

С головокружением, тошнотой, скрипом костей, он контратаковал, нанося удары.

В отличие от элегантного поединка, происходящего рядом с ними, эта битва была воплощением хаоса.

Хотя гиганта можно было назвать мечником, его стиль боя отличался от того, что подразумевал этот титул. Он сражался иррационально, как варвар или зверь.

Гарфиэль: Ха, кхх, ах !!

Соответственно, Гарфиэль тоже сражался не соблюдая какой-либо этикет.

Боевой стиль Гарфиэля дикий и животный. Под влиянием Субару он назвал этот стиль Плавной битвой Гарфиэля. Это было абсурдное насилие, которое мог выполнить только Гарфиэль, полагаясь на свои инстинкты; никто не мог это симитировать.

На самом деле, жестокие удары Гарфиэля подходили под стиль битвы варвара-гиганта.

В этом, диком поединке, главное выносливость; противник, который выдохся первым, проиграл. Исход сложно предугадать.

Гигант: ——

Эти гигантские мечи были настолько тяжелыми, что прямой удар наверняка сломал бы локоть Гарфиэля, но ему все равно нужно было использовать свои руки, чтобы справиться с ними.

Гарфиэлю нужно было эффективно использовать свои щиты. Так как он держит их наклонно, его рука блокирует массивный меч, но позволяет тому проскользить вдоль щита, таким образом проходя мимо.

Непредсказуемые движения гиганта были не просто варварством, в них не было никакой хитрости, его удары были прямыми и поразительно мощными.

Этого нельзя достичь одним только талантом; гигант, очевидно, совершил десятки миллионов взмахов, чтобы выработать такую силу.

Пытаться заблокировать их в лоб несомненно, было бы невозможно.

Если даже Гарфиэль совершит небольшое неправильное движение, гигантский меч расколет серебряный щит пополам, и его тело окажется в таком же состоянии, что этот сломанный щит.

Гарфиэль: Нет ... это не шутки… теперь нет!

Гарфиэль делал все возможное, чтобы бороться с напором огромных мечей.

Когда они обрушались сверху, прилетали с боков, поднимались снизу, Гарфиэль парировал их все. Затем, из-за пробела в защите, его рука получила удар кулаком, что заставило Гарфиэля отступить.

Проблема заключалась в том, что в дополнение к двум мощным рукам, размахивающим огромными лезвиями, у гиганта было еще шесть.

Великан начал использовать не две, а три руки, чтобы управлять мечами, так как защита Гарфиэля могла быть пробита третьей рукой.

У Гарфиэля преимущество в скорости, но этого гигант намного превосходит его в с иле.

Его задело в подбородок, он парировал массивные мечи, гигант ударил ногой по коленям Гарфиэля, и его лицо резко полетело к земле. После этого последовало еще четыре удара, но Гарфиель приземлился на ноги, наконец, сумел остановить атаку, теперь уже твердо поставив ноги на землю.

Кровь, сломанные кости и крики - вот чем было заполнено это дикое поле битвы. Наблюдая за двумя пылкими воинами, Субару никак не мог вмешаться в этот хаос.

Субару: ——

С одной стороны тихая дуэль Вильгельма, а с другой - хаотичное сражение Гарфиэля.

Субару и Круш затаили дыхание, неспособные присоединиться ни к тому, ни к другому сражению. Это не было связано с нехваткой способностей; скорее, они были слишком потрясены боевым духом происходящего, чтобы среагировать.

Однако, в отличие от Субару, которого зачаровало происходящее,

Рикардо: Это плохо, мы должны начать действовать в ближайшее время.

Рикардо, который изучал магию Юлия, сделал шаг вперед. Видя движение Рикардо, Субару издал правильно и тоже начал двигаться, но,

Круш: Субару-сама!

Рикардо: Ложись!

Почувствовав внезапный рывок в воротнике, Субару обнаружил, что Круш прижала его к земле. Рикардо стоял перед ними, прикрывая их, издавая свирепый рев.

Рикардо: ВААА, ХАААА !!

Сильные звуковые волны сотрясали воздух, создавая невидимую разрушающую силу.

Эта ревущая волна звука была такой же, как та, которую Мими и ее братья использовали против Белого кита. Это было невероятно мощное умение, которое заметно ранило кита, и Рикардо только что сам его использовал.

Рев отразил пылающее черное пламя.

Это темное пламя рассеялось, втретившись с звуковой волной Рикардо. Природа пламени была даже более пугающей, чем то, как оно выглядело. Все, к чему оно прикасалось, рассыпалось в пепел, который рассеивался по всей площади.

Однако настоящий ужас был в этом рассеянном остаточном пламени

Субару: Этот огонь… не гаснет…?

Черный пепел упал на тротуар, все еще горящий, без какой-либо поддержки. Пламя продолжало гореть, и оно раздувалось и распространялось.

Весь огонь, который упал на поверхность воды, также продолжал гореть,

Подобно прыгающим на воде каплям нагретого масла, огонь подпрыгнул выше, словно демонстрируя свое превосходство.

Рикардо: Бро, как долго ты планируешь стоять на месте? Всмысле, разве это обычно не происходит наоборот?

Юлиус: Субару, как бы ты на это не смотрел, быть защищённым женщиной- это…

Рикардо и Юлий сказали Субару свои обескураживающие слова, который все еще оправлялся от ужаса рассеянного огня. Перед ними Субару лежал на земле под Круш, которая закрывала его от любого урона.

Субару: Уаа!

Круш: Здорово, что ты не пострадал. Пожалуйста, будьте уверены, я воздержусь от того, чтобы что-то сказать об этом Феликсу и Эмилии.

Субару: Мне стало еще более стыдно за то, что я остался цел!

Круш подняла его на ноги, добавив еще одно очко к счету стыда Субару.

Встряхнув свою одежду, Субару посмотрел на источник черного пламени - конечно, это был черный дракон, который сидел нахмурившись.

Он чувствовал, что от нее не исходило ничего, кроме чувства отвращения.

Капелла: Отвратительно, отвратительно, не смотри на меня таким возбужденным взглядом! Хватит смотреть, не оскверняй меня своими грязными глазами! Гхахахаха! Как говорится, вам запрещено поглаживать танцоров, которые для вас выступают, так что перестаньте насиловать эту очаровательную даму! Гахахаха!

Субару: Как…

Несмотря на прямую атаку магии Юлия, Капелла вела себя так, будто ничего не произошло.

Однако это не значит, что она не пострадала. На самом деле, она получила значительный урон от его нападения.

Правое крыло дракона было сожжено до такой степен, что оно не превратилось в гнойный окровавленный кусок плоти. Возможно, она хотела использовать крыло для защиты своего тела, но эта травма была ценой за безопасность ее тела.

Магия прожгла крыло дракона, достигнув ее тела. Её живот был обожжен и расплавлен, а внутренности, казалось, вскипели. Правая сторона лица дракона была сдута, и ее виляющий язык, который любил высмеивать других, был разорван. Ее глаза свободно свисали, больше неподдерживаемые глазницами.

Полумертец выглядит в разы лучше такого; это был просто труп.

Субару громко сглотнул, Джулиус и Рикардо нахмурились, и Круш не смогла удержаться, чтобы не издать вздох как будто маленькая девочка. Но это было не из-за ужасного состояния дракона.

Это было из-за того, что потрепанная плоть регенерирует.

Расплавленные кости и разрушенные мышцы росли заново, оторванные ткани сростались; Разрушенное тело Капеллы восстанавливается с устрашающей скоростью.

Сильное жар, излучаемый ее регенерацией, испарил все оставшиеся следы крови.

Капелла: Теперь, увидев даже мои прекрасные внутренние органы, ты доволен? Вы группа прогнивших помойных существ, которые возбуждаются, наблюдая за моей метаморфозой? Гахахаха! Довольны? Эй, тебе так понравилось, что ты потек?

Субару: Как… что случилось?

Капелла: Разве ты сам не видишь? Ты действительно должен был спросить? Насколько ты глуп? Но эта сострадательная леди ответит вам. Как видите, очевидно, я бессмертна!

Бессмертная - это было самое простое, самое точное описание ее силы.

Услышав описание Капеллой своей собственной силы, он мог только сглотнуть. Ему пришла в голову мысль, что она блефует. Действительно, было бы приятно, если она блефует.

Субару: Это всего лишь способность к быстрой регенерации ...

Капелла: Называй как хочешь. Я недостаточно сильна, чтобы называть себя непобедимой, поэтому я назову это бессмертием.

Субару: ——

Капелла: Боже мой, вы даже не можете больше проронить и слова! Вы отвратительные сгнившие яйца! Вы гнилое грязное мясо! Сдохните! Все, кроме меня, должны сдохнуть - стоп! Подождите! Подождите!"

Капелла прервала свою собственную ругань. Она развернула свои исцеленные крылья и затрепетала ими, медленно приближая свою громоздкую фигуру к крыше мэрии.

Думая, что она готовится напасть на них, Субару приготовился к ее атаке. Тем не менее,

Капелла: Время вышло, я должна сделать следующую трансляцию, поэтому я вернусь внутрь. Разговор с вами - пустая трата времени, а я спешу! Вы все просто останетесь здесь и сдохните вместе с этим довольно милым куском мяса! Горите в аду!

Субару: а?

Внезапно потеряв интерес, Капелла зевнула и неспешно прошла в зал, где Субару потерял ее из виду.

Он не мог не подумать, что это должно было заманить их внутрь -

Джулиус: Возможно, она пытается нас заманить, не правда ли… но мы не можем позволить ей сделать это.

Субару: Если мы ее отпустим, город впадет в панику. Каждый узнает, что мы делаем. Мы должны догнать ее!

Какое-то непонятное предчувствие охватило его.

Кроме того, как Капелла вошла внутрь мэрии с такими размерами? Хотя он не знал, насколько велика комната вещания, казалось, что Капелла уничтожит комнату одним движением. Но у него не было времени думать об этом сейчас.

Рикардо: Хорошо, я останусь с этими двумя, чтобы помочь парням снаружи. Братан, ты пойдешь внутрь с Джул-чаном и Круш-сан.

Рикардо дал указания Субару, который вопросительно посмотрел на его решительные слова.

Рикардо: Эти мечники - это слишком для тебя и Круш-сан, и я не приспособлен к сражениям внутри зданий. Джул-чан справится лучше меня.

Юлий: Очень удачное суждение. Если честно, я бы волновался, оставляя здесь только Вильгельма и Гарфиэля, так что я оставлю это на тебя, Рикардо.

Рикардо: Конечно, я не разочарую!

Юлий и Рикардо кивнули друг другу, не оставляя места для сомнений.

Будучи из одной фракции, возможно, они могли бы сообщить о своих намерениях одним взглядом. Субару не мог сказать что-то против, поэтому, просто почесал голову и сказал

Субару: Гарфиэль! Ты не имеешь права проиграть! После того, как ты отправишь этого парня в полет и мы победим Похоть, мы пойдем спасать Эмилию, ты меня слышишь !?

Гарфиэль: Капитан, у меня сейчас нет времени разговаривать с вами!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Субару обменялся словами с Гарфиэлем, который все еще был вовлечен в его сражение, наполненное хаосом. Рядом с ним Круш подняла руку ко рту, направив голос в сторону Вильгельма.

Круш: Вильгельм, я оставляю это на тебя!

Вильгельм: Не нужно беспокоиться!

Вильгельм дал краткий ответ на краткие слова своей госпожи.

Настоящим мастеру и слуге хватает таких коротких слов. Затем во главе с Юлием, Субару и Круш сделали свой ход.

Покидая центральную площадь, трое побежали к внутренней части мэрии. Две фигуры, охранявшие башню, отреагировали на это, отказавшись от своих нынешних противников.

Рикардо: Вы как на ладони, мне так становится легче, хаа!

Его свирепый смех вызвал разрушительные звуковые волны, которые разбросали маленькие камни на полу, великан и женщина слегка запнулись. Хотя сила ревущих волн начала уменьшаться, они по-прежнему были эффективными.

Вильгельм: Как невежливо игнорировать меня, когда я смотрю только на тебя!

Гарфиэль: Не поворачивай задницу своему опоненту, если ты только не хочешь ее лишиться!

-

Не в силах больше слышать звуки битвы, Субару бросился к входу в ратушу.

Субару: Где эта комната?

Круш: Я не знаю наверняка, но я думаю, что она на самом верхнем этаже, чтобы звук был слышен лучше всего.

Юлиус: По пути могут быть засады, будьте осторожны.

Проходя через главный вход, они оказались в мэрии.

Место, которое должно было быть переполнено, с прекрасныой дамой на ресепшоне, принимающей гостей и яркими огнями, освещающими помещение, теперь было освещено тускло, явно в состоянии беспорядка.

К счастью, не было других культистов, занимающих этот этаж, и не было трупов, разбросанных по комнате, так что…

Субару: Давайте, пошли. Там должна быть какая-то карта этажа, которая скажет нам, где находится комната!

Юлиус: Если мы можем, я также хотел бы проверить, что персонал в безопасности, хотя это кажется немного безнадежно…

Субару проверил схему этажа и подтвердил, что здесь никто не прячется, затем указал на лестницу. Юлий тихо поднялся по ступенькам, вглядываясь вглубь коридора, и мягко покрутил головой.

Круш нахмурившись последовала за ним, она проследила за его взглядом, выражение ее лица дрогнуло.

Видя ее реакцию, Субару присоединился к ним - и, увидел причину такой реакции и задержал дыхание. Волочя ноги, стуча подошвами, появилась фигура.

Осмотрев лестницу, появился ребенок с дьявольской улыбкой. На первый взгляд это был всего лишь ребенок.

Миниатюрное телосложение, детское лицо, создающиее впечатление юности. Однако она присутствовала исключительно в внешнем виде.

Его темно-каштановые волосы были распущены, а тело было обмотано одним куском ткани, что придавало ему довольно мрачный вид.

С дьявольской улыбкой на его маленьком лице его глаза выглядели так, как будто они наполнены всеми ядами мира, с отблеском гниения и токсичными выделениями - они, конечно, не были глазами человека.

И в нынешних обстоятельствах было очевидно, что с ним не так.

Ребенок: Так счастлив, очень счастлив, так сильно счастлив, так очень, очень счастлив, из-за этого счастья, такого счастья, невероятного счастья, такого невероятного счастья, такого невероятно невероятного счастья, заслуживает! Пир! Пир! Это было действительно мучительное ожидание с этим пустым желудком! Так что первый укус должен быть вкусным, чтобы восполнить это!

Довольный, счастливый до глубины сердца, босой мальчик шел, как будто пританцовывал в такт.

Пока он говорил, он показал зубы, которые были длиной с собачьи клыки. Видя этот образ, это поведение, эту чрезмерно экспрессивную речь, разум Субару начал кипеть.

Если это было просто его воображение, если он действительно чувствует этот кипящий гнев, то этот ребенок ...

Субару: Если ты просто какой-то непослушный ребенок, который проскользнул сюда, играя в прятки, объяснись быстро. Если это действительно так, мы отпустим тебя. Но если нет, поторопись и назови себя.

Говоря тихим голосом, Субару сознательно заставил себя сохранять спокойствие.

И, словно преднамеренно провоцируя Субару, парень изогнул свое юношеское лицо в насмешливом смехе.

Малыш: Вы действительно встречаете нас вот так? Это обращение предназначено для нас или кого-то еще? Уясните это для себя.

Субару: Этого достаточно. Я вижу, что ты мой враг!

Рой: Мы - Архиепископ Греха Чревоугодия из Культа Ведьмы, Рой Альфард.

Субару: ЧРЕВОУГОДИЕ— !!

Как только ребенок объявил себя, Субару ударил его кнутом.

Пронзая воздух, его кнут нещадно несся к лицу врага. Тем не мение,

В версии с изображениями тут находится картинка.

Рой: Это достаточно необычно столкнуться с тем, кто хочет кусочек нас.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 35. Засады и сюрпризы

Перевод:Toster и Kirahegao

Первый беспощадный удар Субару был заблокирован зубами.

Субару: «——»

Рой Альфард, Чревоугодие, прикусив переднюю часть кнута, танцевал так, словно специально пытаясь привести его в бешенство.

Альфард. Субару был немного удивлен именем.

Субару: «У этого ублюдка также имя звезды!»

Круш: «Субару-сама, эта тема окончена! Позвольте мне заняться им!

Когда Субару поднял руку, чтобы нанести еще один яростний удар, Альфард достал собственное оружие. В то же время, Круш высвободила свой [удар тысячи войнов].

Безумный клинок ветра мгновенно пронесся по первому этажу мэрии, разрезав пополам стулья и стойку администратора.

Конечно, порез также должен был беспощадно порезать Альфарда, но ...

Рой: «Ух ты, классно! Но хотя это выглядит жестко ...

Круш: «- Э!?»

Мальчик, словно увидев невидимый клинок ветра, наклонился назад, чтобы избежать его. Как будто став на мостик, он ненадолго коснулся головой пола, прежде чем он поднялся обратно.

Этим действием он встал в боевую стойку.

Рой: «Достаточно посредственная атака . Не такая уж она изысканная!»

Закончив, Альфард вскочил с земли, его тело полетело вперед, как пуля.

Его рот открылся, обнажив ряды острых зубов, будто гончий пес. В сочетании с его внешностью люди могли бы подумать, что он дикая собака. Только уровень опасности дикой собаки никогда не сможет сравниться с ним.

Круш подняла свой меч, чтобы встретить его, в попытке обезглавить, но ...

Рой: «Хотя ваши навыки хороши, но их недостаточно! Для нас вы даже не новичок! »

Круш: «Ааа!»

Когда он махнул правой рукой, меч Круш отскочил с резким звуком. При ближайшем рассмотрении в ткани, обернутой вокруг запястья Альфарда, лежал кинжал.

В каждой руке он держал кинжал, оружие, позволяющее его тонкому маленькому телу сражаться ловко и быстро.

Отразив меч, его левая рука проскользнула к горлу Круш. Хотя она сразу же увернулась, Альфард сделал сальто через ее плечо и отбросил ее в сторону ударом ноги.

Круш: «Чт…»

Субару: «Круш-сан!»

Рой: «Это не лучшая идея просто так стоять на месте и смотреть, когда ты самая легкая цель!»

Альфард направился к Субару, но оттолкнулся ногой в другую сторону. В тусклом освещении тонкая фигура Чревоугодия, завернутая в лохмотья, исчезла в темноте, Субару потерял из виду его фигуру -

Субару: «Не хорошо…»

Альфард: «В своей лени, ты не можешь поспевать».

Субару: «Что !?»

Субару был настолько беззащитен, что Альфарду было сложно определиться по какой бреши в его защите нанести удар.

Когда-то, поняв свое бессилие, Субару поклялся себе, что чтобы не происходило, он не будет действовать импульсивно и необдуманно.

Прикусив губу, он резко пригнулся, и предоставил возможность самому сильному члену группы нанести удар.

И тихое заклинание Юлия прорезало воздух.

Альфард сразу изогнулся чтобы избежать атаки, но атака изящнейшего из Рыцарей настигла его.

Обжорство свалился на пол, все его тело было в крови.

Рой: «Тьфу! Вау, поразительно…

Юлиус: «Тогда, как насчет другого сюрприза. Смотри, как расцветают мои цветы!

Когда Джулиус заговорил, его духи начали еще одну атаку, тогда Альфард вскочил на ноги и бросился прочь.

В этот момент радужный свет наполнил тусклый зал. Из-за спины Юлиуса вынырнуло Полярное сияние и направилось к Чревоугодию.

Рой: «Духи!»

Юлиус: «Я надеюсь, что такой гурман, как ты, оценишь это. Независимо от того, какой из моих цветков, я горжусь его цветением».

Рой: «Ужасно, они настолько показушны, нам они не по нраву!»

Видя, как все горит в сиянии, Альфард выговорил это, пока бежал. Тонкий меч Юлиуса преследовал его спину, приблизился к ней, и он попытался резко ускорившись избежать его.

Юлиус: «Лоликонщик!»

Субару: «Не называй меня так! Юли!»

Юлиус: «Возьми Валькирию с собой на верхний этаж! Прекрати трансляцию!»

Выбрав эти псевдонимы для них, Юлий заявил, что он задержит Альфарда.

Поддерживая тяжело дышащую Круш, Субару принял это как наиболее разумный вариант действий, но он не был с ним совершенно согласен.

В конце концов, насмешливый паренек, который метался вокруг, был Обжорством.

Это был враг, которого Субару преследовал больше года. Сказать, что победить его это один из главных приоритетов Субару, не будет преувеличением.

Хотя он здесь, прямо перед ним-

Круш: «Я понимаю. Юли-сама, я буду молиться, чтобы ваш праведный клинок настиг его.

Однако, прежде чем Субару смогл возразить, Круш поднялась на ноги и ответила Юлиусу, ее лицо выражало нежелание это делать.

Круш - еще одна жертва обжорства, лишенная своей памяти.

Конечно, она также хотела воспользоваться этой возможностью вернуть ее память. Тем не менее, она приняла ответственность и доверила борьбу с обжорством другим.

Даже несмотря на эти чувства, она также хорошо осознавала, что ей не хватает сил. Учитывая способности Субару и Круш, это был единственный путь.

Рой: «Так что же будет? Как мы это делаем? Мы все идем вместе? Даже женщина-разочарование и подлый мужчина могут быть поданы в качестве закуски. Тогда, Юли-сама, мы его съедим, проглотим его, откусим, лизнем его, попробуем его, проглотим его, обглодаем его, разгрызем на куски, на куски и сожрем! Неплохо!"

Юлий: «Не говори ничего лишнего. Я стал Юли не зря!

В то время как полярные сияния в узком пространстве постепенно исчезли, у на лице Альфарда все еще осталась довольная улыбка. Юлий пришел за своей победой, лезвия столкнулись, издав металический звон.

В этот момент Юлий и Субару обменялись взглядами.

Этот взгляд был темЭта линия видимости относительно Субару, как будто это означает, что нет необходимости идти дальше -

Субару: «А ну послушай сюда ублюдок! Ты не имеешь права проиграть!

Юлиус: «Это я должен был сказать. Неважно, я не проиграю, нет, я точно не могу здесь умереть.

Круш: «Пошлите, Лоликонщик-сама!»

Расчесыв голову, Субару отложил в сторону свои чувства и двинулся дальше согласно плану.

Пусть он хотя бы должен был идти впереди Круш, пусть это было позорно, но нельзя было отрицать, что она среагировует на любую неожиданную атаку гораздо быстрее чем он.

Субару следовал позади раненой Круш, и они бежали вверх по лестнице на следующий этаж. Перед уходом он бросил последний взгляд и на Юлиуса, и на Альфарда.

Юлий, казалось, имел преимущество, но ему нельзя было быть не на чеку.

Юлий: «Иди!»

Субару: »-Ублюдок!»

То, что Юлий знал, что Субару смотрит на него, заставило его еще сильнее забеспокоиться.

Хотя он невероятно раздражал его, ему было страшно, что с ним что-то случится. Субару повернулся обратно, чтобы последовать за Круш, взбежав по лестнице на одном дыхании.

Зная, что их может ждать засада, они пересекли еще один лестничный пролет, направляясь к самой верхней комнате.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Было несколько важных элементов засады.

Прежде всего, было место. Засада это выжидание возможности атаковать врага из позиции, дающей превосходство. Это был самый важный элемент.

Во-вторых, должна быть уверенность, что противник появится в заданном месте. Наконец, подготовка засады. Если противник не появится, все будет зря.

Более того, необходимо также примерно знать, когда противник появится на место. Нужно быть все время сконцентрированным на случай появления врага.

Итак, если предположить, что Похоть устроила засаду, все три условия были выполнены.

В любом случае они должны по скорее проникнуть в комнату вещания. С точки зрения их врага, нету никакой жертвы, на которую было бы приятнее поохотиться.

Субару: «Поэтому мы должны сначала нарушить ее планы».

Круш: «Я понимаю ... Нет, я верю в Субару. Это все, что я скажу.

Прибыв к самой верхней комнате, они увидели лестницу.

Лестница на крышу - путь, чтобы переиграть стратегию Капеллы.

Круш, которая была изначально озадачена предложением Субару, теперь была настроена решительно. Этот ее настрой был ее неизменным качеством как до, так и после потери памяти.

Круш: «Я, честно говоря, просто хочу посмотреть, как идет бой на площади ...»

Субару: «Но если мы сделаем это, все будет зря».

Даже на такой высоте они могли слышать стук меча и проклятия Гарфиэля. Эта битва все еще продолжалась, поэтому никакой подмоги с этого фронта ожидать не стоит.

Субару: «Кстати, говоря о…»

Осмотревшись, Субару осмотрел состояние крыши.

Следы от когтей были повсюду, следы черного дракона были вокруг. Перила и ограждения на стороне ближайшей к площади, были разрушены магией Юлиуса.

Субару подумал об этой ужасной силе, осматриваясь вокруг, убедившись, **что они действительно были ниже комнаты вещания.

Конечно, Капелла будет ждать там в засаде.

Круш: «… ах»

Субару: «Что случилось? У нас есть немного времени, если вы не готовы.

Круш: «Извините, но только сейчас я кое-что заметила».

Субару: «…?»

Круш сказала это довольно робко, когда Субару возился с железным ограждением. Субару удивленно посмотрел на нее, и она посмотрела на него с суровым выражением лица.

Круш: «Кажется, я очень боюсь высоты».

Субару: «Неожиданная слабость… понял. Готово!"

Подтвердив, что оно прочно зафиксировано, Субару кивнул Круш, которая смиренно ступила в руки Субару.

Круш: «Пожалуйста, возьмите меня крепко».

Субару: «Круш-сан, есть много мужчин, которые поймут неправильно, поэтому будет лучше, если вы будете реже произносить подобные слова».

Круш: «——?»

Круш повернула голову с кривой улыбкой. Затем, с прильнувшей Круш, держащейся за него, он оттолкнулся от здания.

Конечно, их тела потянуло вниз под действием силы тяжести. Во время падения, они достигли самой низкой точки, которую позволил бы кнут, обернутый вокруг запястья Субару.

Субару: «-Кх!»

В то же время, удерживая вес обоих, плечи Субару испытывали достаточно боли, чтобы было ясно, что они под угрозой перелома.

Поворачивая вбок, они качнулись теперь уже вверх по дуге и достигли другой внешней стены мэрии. Увидев приближающееся окно, Субару вытянул ноги вперед и пробил его.

Круш: «Гах-хк!»

Субару: «Чт!?»

Когда стекло разбилось, Субару и Круш влетели в комнату вещания. На мгновение Круш, похоже, вскрикнула, но Субару сделал вид, что ничего не слышал, и выпустил ее из своих рук.

Оба поднялись на ноги, сразу осмотрелись и обнаружили, что ...

Дракон: «——Кх»

С пустым взглядом, с широко открытыми глазами на них уставился черный дракон, сидящий в позе готовности.

То же самое массивное тело, которое они видели на крыше, было втиснуто в комнату. Черный дракон со сложенными крыльями стоял лицом к двери, через которую обычно можно было войти.

Предположительно, она первоначально намеревалась превратить Субару в пепел в тот момент, когда он попытался бы войти, но они обыграли ее.

Дракон, обремененый своим огромным телом, находился в комнате, которая сильно ограничивала ее движения. Хотя черный дракон попытался подготовиться к атаке, сделав движение крыльями ...

Субару: «Круш-сан!»

Круш: «Хорошо!»

Словно избавившись от страха перед высотой, Круш кивнула в ответ, прежде чем нанести удар.

Ее воздушный клинок вонзился в черного дракона, повредив крыло и отрубив переднюю ногу. Черный дракон громко закричал, когда начала брызгать темная кровь.

Дракон: «АААААААААААААААХ!»

Субару: «Берегись! Ложись ... о!

Капелла корчилась от боли, ее драконьи крылья наводили беспорядок в комнате, когда она неистово хлопала крыльями.

Хотя эта комната была больше обычной, ее прочность была не настолько велика, чтобы она могла выдержать бушующее существо размером со слона. Чтобы избежать этого разрушения, Субару повернулся, чтобы бежать, но в этот момент он заметил,

- У подножия черного дракона дрожала от страха прикованная молодая девушка.

Девушка: «——!»

Субару встретился взглядом со слезной девушкой.

Понимая, что на случай провала засады Похоть приняла очень эффективную стратегию захвата заложников, Субару был в ярости.

Сосредоточившись, Субару инстинктивно решил все же двигаться вперед, а не бежать.

Думая о способе уклониться от хвоста, нависшего у него над головой, он проскользнул вперед к маленькой девочке. Подняв дрожащее миниатюрное тело, он яростно хлыстнул плетью по спине черного дракона. Похоже, он не нанес ощутимого урона, но позволил Субару выразить свою ярость.

Но удары Круш были не так слабы.

Дракон: «Подождите! Подождите! Я не ... хк!

Круш: «Не нужно отвечать! Это возмездие за то, что вы сделали этому городу! »

Неумолимый клинок Круш двигался так, словно у него был собственный разум.

С почти разочаровывающей хрупкостью Капелла не могла защитить себя от этой силы.

Круш разрезала оставшееся крыло, и Капелла издала пронзительный вопль. Хотя это, вероятно, не имело отношения к Субару, это огромное тело было сильно потрясено множеством атак, и она упала спиной в направлении противоположном окну, которое разбил Субару.

В этот раз крылья черного дракона не регенерировали.

Хотя она и назвала свое тело бессмертным, если это была ее скорость регенерации, то это нельзя было назвать угрозой.

Круш: «- Все кончено!»

Дракон: «Подож…»

Не давая ей закончить, Круш сделала несколько последовательных атак на тело, голову и крылья чёрного дракона. Ее огромное тело сильно ударилось о стену, пробив оконную раму и выпав на улицу.

Падающий черный дракон захотел бы раскрыть крылья, но они были полностью разорваны, такие крылья не способны поддерживать состояние полета.

Дракон: «——Кхх»

Черный дракон, не имея возможности регенерировать, не успев ничего сказать, просто полетел на землю.

Через несколько секунд Похоть ударилась о землю со звуком мяса, кинутого в стенку, или мокрого полотенца, упавшего на пол.

Круш: «Я пойду проверю ситуацию. Субару-сама, вы сможете позаботиться об этом ребенке?

Субару: «П-понял, так и сделаю».

Не теряя бдительности Круша смотрела, как черные обломки падали с края окна. Искренне доверившись ей, он также опустил с рук девочку, которую он только что освободил.

Девочка все еще находилась в состоянии страха, растерянности, она смотрела на Субару испуганным взглядом. Это было неизбежно. После такого кто угодно долго будет бояться.

Субару: «Все в порядке, дракон только что был убит сестрёнкой-супергероиней, хотя это далось не легко… где все остальные?»

Девочка: «А, э…»

Субару: «Хотя в это трудно поверить, мы пришли сюда, чтобы спасти тебя. Мы должны закончить с этим быстрее, пока плохой парень не вернулся. Можешь мне помочь?"

Он согнул колени, не отводя своих глаз от ее, и говорил ровным тоном.

Это было неосознанно себя так вел, когда говорил с кем-то моложе. Казалось, она немного успокоилась, глубоко вздохнув, словно готовясь ответить.

Девушка: «Там есть комната… все там».

Субару: «Она заперта? Эта комната ...

Девушка указала на маленькую комнату рядом.

На самом деле, эта комната не была комнатой вещания, верно? Хотя эта комната была большой, вещательного оборудования в ней полностью отсутствовало. Даже если радио было магическим устройством, Субару смог бы найти что-угодно подобное, что могло бы быть в этой комнате. Тогда комната, на которую указывала девочка, была, скорее всего, настоящей вещательной комнатой.

Когда он перевел взгляд, Субару заколебался. Он хотел узнать о живы ли люди внутри.

Однако спрашивать девочку об этом было слишком жестоко и необдумано.

Субару коснулся все еще дрожащей головы девочки, медленно направляясь к комнате.

Девушка: «——»

Сердце дрожало, Субару почувствовал, как его шея вспотела.

Даже бой, который произошел несколько секунд назад, не заставил его так нервничать, но внезапно у него пересохло горло, и он попытался. Это было противное предчувствие, ужас охватил его разум.

Круш: «Субару-сама?»

Субару: «Все хорошо. Я собираюсь начать осматриваться. Что случилось с Похотью?

Круш: «… Здесь тоже все хорошо… Не знаю почему, но она все еще осталась на месте.

Круш ответила предупреждением о похоти. Услышав этот ответ, Субару глубоко вздохнул и направился к комнате, он протянул руку, чтобы коснуться дверной ручки.

Есть вероятность, что в радио-зале прячутся другие культисты. Субару нужно иметь это ввиду.

Но по какой-то причине такое беспокойство казалось излишним. На самом деле эта идея верна. Потому что на самом деле ни один культист не находился в комнате. В комнате находился ...

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

“——”

***

***

***

Безмолвными взглядами они смотрели на Субару с удивлением.

Нет, может быть, он просто хотел предположить, что они смотрели. Субару не мог понять, как мир выглядит их глазами, и он не особо хотел знать.

Он просто почувствовал смятение. Он не мог ничего сказать. Эта ситуацию не описать словами. Его мысли замерли, и он ни о чем не думал. Тем не менее, он кое-что понял.

- Источник этого раздражающего звука, сопровождающего трансляцию, которую он слышал в убежище.

Субару: «Что это?»

В ответ на Субару Тот Голос заговорил.

Этот Голос был тем, который приветствовал Субару, страшный звук, вызывающий звук, радостный звук, бессмысленный звук -

Звук многочисленных ударов крыльев эхом разносился по комнате.

В затемненной комнате бесчисленные мерцающие красные составные глаза двигались, словно наблюдая за Субару.

Передача звучала так, как будто много мух было забито в одну комнату. И каждая из мух была того же размера, что и люди, и эта, и эта, все они.

«-AAAА !!»

Субару: «Э!»

Шокированный Субару вдруг услышал крик боли.

Потрясенный неожиданным ответом, Субару захлопнул дверь, прекратив звук сотрясения крыльев. Оглянувшись назад, он обнаружил ...

???: «Гахахахаха! Тупые, тупые! Вы отбросы, мяса в ваших головах просто недостаточно. Вы на самом деле пытались сравниться со мной в битве умов? Кто положил сахар вам в мозги и растопил их! Гахахаха!»

Круш была придавлена к земле пяткой девочки, которая издавала этот резкий хриплый смех. Не было никаких сомнений, что это был тот знакомый ядовитый смех,

Капелла: «Это я, Капелла Чан! Гаахахахаха!»

Когда Капелла подмигнула и высунула язык, Круш выплевывала кровь, белки ее глаз едва были видны.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 36. Начало и конец любви

Перевод и редактура: Toster

За ним была комната, полная гигантских мух.

Субару и Круш победили черного дракона, и теперь он неподвижно лежал на земле снаружи. И все же перед Субару была смеющаяся девушка, которая вонзала свою ногу в Круш.

Зловещий смех, сардонический тон. Человек перед ним, несомненно, была Похоть, Капелла Эмерада Лугуника.

- все его тело начало покалывать.

Субару: «Что, что это…?»

Капелла: «Тебе действительно нужно время, чтобы подумать об этом? Вы, подонки, не должны беспокоиться о таких вещах - лучший выбор для вас - это распознать реальность перед вами! Вы видели прекрасную деву, дрожащую от страха! Но ее настоящая личность - архиепископ культа ведьм ~!»

Пока разум Субару колебался, Капелла танцевала вокруг, высунув насмешливый язык в сторону Субару. Глаза Круш закрылись, когда на нее напали.

Капелла: «Тебе вообще не показалось странным? С какой стати в мэрии быть детскому мясу? Но вашей первой реакцией, несомненно, было: «Ах, этот ребенок в опасности, я должен спасти ее…» Какой удручающе глупый ход мыслей!»

Субару: «Заткнись, уже. Я бы хотел сказать о многом, но сначала убери свою чертову ногу.

Капелла: «Хм? Ты так очарован моими красивыми ногами, что уже потеешь ~? Или ты думаешь об этой свиноматке, которая облизывает мои ноги? Действительно, у нее прекрасное тело ~. Ты так стараешься, что не можешь себя сдерживать? Гахахахах!»

Субару: «——! Эта сука! Мразь, мы не просто существа для тебя, которых можно топтать!

Капелла была в восторге, и ее каблук снова и снова бил Круш. В ответ на ее жестокие поступки и насмешки, в венах Субару закипела ярость.

Его нижняя часть тела напряглась, готовая двигаться вперед. Капелла, которая спровоцировала Субару, похоже, приветствовала нападение. Однако Субару не был настолько глуп, чтобы слепо бросаться вперед.

Даже без ее памяти Круш была грозным воином.

Ее сила была подтверждена Вильгельмом. И все же, за те несколько секунд, что она исчезла из поля зрения Субару, она проиграла без какого-либо сопротивления.

Сила похоти была, несомненно, намного выше силы Субару.

Субару нужно было решить ситуацию, не вовлекая ее в бой.

Субару: «——»

Круш, чья жизнь была в опасности, нужно было немедленно вернуть и доставить к Юлию и остальным.

Это было его задачей - спланировать побег. Хотя они не смогли остановить трансляцию, эта миссия не стоила их жизни.

И они также не нашли людей, которых должны были спасать, по крайней мере, на этом этаже.

Его единственный вывод заключался в том, что их запас боевой мощи был недостаточен для того, чтобы втайне захватить город.

Поэтому Субару не мог колебаться.

Капелла: «А?»

Субару: «Хаа!»

Капелла выдохнула, слегка удивленная внезапным действием Субару

Целью кнута Субару была не Капелла, а полка на боковой стене. Он нашел достаточно большой металлический бюст, чтобы обернуть в него кнут. Субару ловко щелкнул запястьем и приблизил его к Капелле.

Его оружие теперь могло потрескать стену. Чтобы блокировать или уклониться, ей нужно будет убрать ногу с Круш.

Субару воспользуется этим моментом, чтобы вернуть ее.

Субару: «Получай!»

Капелла: «Я буду ~.»

Субару: «А?»

В отличие от бешеных криков Субару, Капелла ответила случайными словами.

Звук твердого предмета, сталкивающегося с костями и плотью, сопровождался кровью, льющейся изо лба Капеллы. Верхняя часть её скальпа была видна, а череп трещал и ломался. Субару больше не мог смотреть на то, что изначально было таким милым лицом.

Ее левый глаз был полуразрушен, а свет исчез. Эта неожиданная ситуация на мгновение оставила разум Субару пустым.

Его действия были направлены на то, чтобы отвлечь его врага, но вместо этого он был застигнут врасплох - и архиепископ определенно не позволил бы этому моменту пройти.

Капелла: «Разве тебе не приятно думать, что я буду играть под твою дудку? Разве эта беспомощная глупость не является проблемой для вас? Гахахаха!»

Насмешка Капеллы просочилась в замерзшие мысли Субару.

Девушка повернулась лицом к жесткому Субару, и в следующий момент порыв черного вихря ударил его, внезапно отправив его в полет.

Субару: «Гах!»

Ударившись с гигантской силой, его правая половина тела получила сильный удар, и Субару упал на стол, прежде чем упасть на землю. Все его тело было потрясено, он с головокружением поднялся на ноги, опираясь на стену. Затем он увидел следующее:

Капелла: «Что не так? Ты так ошеломлен моей красотой, что даже не можешь пошевелиться?

Субару: «… что, только что произошло?»

Капелла: «Ты действительно должен спросить? Просто используй свои глаза на этот раз ~!

Капелла радостно покачнулась, и Субару не мог даже закричать от боли.

Он увидел, что только что напало на него - это хвост дракона, выросший из-за маленькой девочки.

Субару: «Ты … дракон?»

Капелла: «Правильно ~ ваш безнадежный мозг, который не мог понять правду даже при ударе! Даже после того, как эта нежная дама специально дала вам так много подсказок, ты не можешь себе это представить, ты беспомощное сгнившее мясо».

Субару: «——!»

Капелла слегка взмахнула хвостом, когда Субару понял ее физиологию. Ее длинный хвост свирепо взмахнул, и земля потрескалась, когда Субару едва успел отскочить. Но…

Капелла: «Разве твоё облегчение не наивно?»

Субару: «А !?»

Однако, когда он приготовился подняться на ноги, Капелла ударила его огромным левым запястьем. Когда он отскочил, он получил еще один удар хвостом, и после сильного столкновения с потолком, он был перерезан крылом с перьями, прежде чем, наконец, остановился на земле.

Там, где раньше был только черный хвост, теперь был кулак, покрытый шерстью животного. Затем появился этот черный хвост и, наконец, пара птичьих крыльев, достаточно длинных для того, чтобы острые перья пронзили тело Субару. - И все это принадлежало форме этой молодой девушки.

Капелла: «Тебе следовало бы разъяснить это, верно?»

Пришелец - был единственным словом, которое пришло на ум.

Хвост дракона, рука зверя, крылья великой птицы - все на человеческой девушке.

Он не мог придумать других подходящих слов, чтобы описать ее. Самое точное бессловесное описание её тела - чувство отвращения

Он не мог чувствовать ничего, кроме отвращения к монстру перед ним.

Субару: «Вариация, трансформация ...»

Капелла: «Я грех архиепископа похоти, Капелла Эмерада Лугуника. Вся любовь и уважение в этом мире существует, чтобы быть монополизированно только мной. Если кто-то любит меня, независимо от того, насколько ненормально его желание, я отвечу. Короче говоря, я являюсь высшим воплощением всех видов добродетели и красоты в мире. Я могу стать любой девушкой, соответствующей вашим предпочтениям. Гахахахаха!»

В то время как она несла бессмысленную чепуху, Капелла повернулась к Субару и начала свободно менять свою форму.

Она перешла от своей ненормальной формы обратно к маленькой девочке, но ее руки и ноги, а затем и всё тело сразу же расширилось, чтобы стать взрослым телом взрослой женщины. Как только Субару понял это, она превратилась в простую деревенскую девушку, но в следующий момент стала девой с непристойной улыбкой.

Капелла: «Теперь, как я тебе нравлюсь?»

Субару: «——»

Безмолвный. Он не мог ничего сказать. Один взгляд, и он понял, что это была худшая возможная ситуация.

Она осквернила человеческие ценности. Сила Похоти заключалась в том, чтобы осквернять и попирать различные ценности, чтобы она была единственной любимой вещью в мире.

И лишь одним взглядом он увидел, что рана, поражающая ее лицо, давно зажила без следов. Ее ужасная способность регенерировать - или, на самом деле, ее способность к трансформации, давно излечила ее старые раны.

В любом случае, он наконец разгадал тайну того, как дракон стал девочкой. Первоначально он думал, что она похожа на Петельгейзе, способна использовать тела других, но если бы это было не так ...

Субару: «Что?»

Если это не так, то что случилось с драконом из прошлого и мухами в комнате вещания?

Капелла: «Ты наконец понял это?»

Субару: «Подожди… подожди, подожди, подожди, подожди, подожди, подожди секунду».

Как будто она прочитала его самые сокровенные мысли, выражение лица Капеллы изменилось, и она насмешливо рассмеялась.

Она стала длинноволосой леди, и даже звук ее смеха тоже изменился.

Этого не может быть, это невозможно, это никогда не может быть правдой.

Однако, если он был прав, все до сих пор можно было объяснить. Похоть Капеллы позволила ей изменить и трансформировать свое тело.

И если бы ее способности были эффективны для других объектов, кроме ее физического тела ...

Капелла: «Разве твой заболоченный мозг наконец-то понял, кто эти мерзкие мухи?»

Субару: «Они… они…»

Капелла: «Хммм… поторопись и дай свой ответ, и я тебя выслушаю. Гахахахаха!»

Капелла закрыла рот рукой и громко рассмеялась.

Ненавидя её от всего сердца, Субару сказал дрожащим голосом:

Субару: «Они… люди в этом здании, которых ты изменила».

Капелла: «Правильно ~, но ты догадывался об этом довольно долго, поэтому никаких похвал не жди Ах, бессмысленная мразь, почему ты существуешь?

Капелла совсем не выглядела виноватой в этом зверском злодеянии.

Само собой разумеется, она только что засунула этих людей в темную комнату. Когда их красные глаза сосредоточились на Субару, их крылья, которые не могли летать, отчаянно хлопали, издавая громкое жужжание.

- Должно быть, они тогда просили его помощи.

Субару: «С твоей головой что-то не так! Почему ... как ты могла сделать такую вещь! Зачем ты это делаешь? Превращать людей в мух ... почему !?

Капелла: «Это ужасно, правда?»

Субару: «Это уже перебор! Ты, ты…"

Капелла: «Может быть, это только потому, что я не могу не создавать отвратительных существ ~?»

И снова Субару не смог найти слов, чтобы ответить.

С резким вздохом и стиснутыми зубами Субару пристально смотрел на нее огненным, интенсивным взглядом ненависти, словно пытаясь убить ее.

Она могла играть с жизнями других, даже превращая их в мух. Эти зверства были даже хуже, чем убийство.

За эти несколько часов Субару последовательно столкнулся с четырьмя архиепископами, которых он никогда раньше не встречал.

Гневный Сириус был безумной женщиной, которая манипулировала эмоциями других и жаждала эгоистичной любви.

Жадный Регулус самодовольно и насильно навязывал свои собственные ценности другим.

Прожорливый Альфард крал воспоминания и существования.

И Похотливая Капелла была монстром, который лишил человека достоинства и идентичности. Все они были безнадежны, виновны в безумии.

Капелла: «——»

В отличие от разъяренного Субару, Капелла погрузилась в скучную тишину. В следующую секунду она приняла насмешливый тон.

Капелла: «На самом деле, это раздражает. Это отвратительно».

Глядя на гнев Субару, Капелла улыбнулась.

Она хлопнула в ладоши, указывая на комнату, заполненную мухами.

Капелла: «Когда ты смотришь на комнату, полную гигантских мух, ты испытываешь ужасное чувство физического отвращения, не так ли? И, конечно же, независимо от того, кто смотрит на этих уродливых существ, они не могут не хотеть бежать».

Субару: «Что ... это значит что...»

Капелла: «Неважно, кто, все чувствуют отвращение к этому безобразию. И эти мрази стали насекомыми, на которых я не могу смотреть. Само собой разумеется, что никто не будет любить их».

Субару: «Итак, что ты пытаешься сказать?»

Капелла: «Однако люди - это существа, которые не могут жить без любви. Но когда их близкие становятся такими существами, независимо от того, как сильно бы они не хотели, они просто не могут любить их. В этом случае они должны перенаправить любовь к другим».

Его разум опустел.

Слегка наклонив голову, она произнесла свои чудовищные слова.

Слушая ее аплодисменты, Субару охватило желание убежать.

Теперь, немедленно, не колеблясь ни секунды, он хотел убежать туда, где нет этого монстра.

Его тело не хотело, чтобы эти глаза смотрели на неё, его уши не хотели слышать этот голос, его разум не хотел запоминать это присутствие, он не хотел там находиться.

Разве она не была воплощением отвращения?

Нечто, чего он действительно не мог вынести, не это ли определение ужаса, стоявшего перед ним?

Капелла: «Так нежно и милосердно, я действительно идеальная женщина. Поскольку было решено, что я буду монополизировать всю мировую любовь и уважение, то я абсолютно не могу не выполнять свой долг. Для того, чтобы меня любили, я буду усердно работать, чтобы меня любили, и я изменю себя, чтобы удовлетворить твои вкусы. Чтобы привлечь твоё внимание, я заберу все, что тебя интересует, все, кроме меня. Любить кого угодно - это нормально, но в конце концов ты выберешь меня. Я сделаю все возможное, чтобы это произошло. Я буду улучшать улучшать улучшать улучшать улучшать улучшать улучшать мой собственный шарм! И уменьшить уменьшить уменьшить уменьшить уменьшить уменьшить уменьшить очарование мяса, которые не я! Любой, независимо от того, кто, влюбится в меня!»

Субару: «… просто убей меня уже!»

Капелла: «Почему? Я филантроп, как я могу быть настолько жестокой, чтобы убить тебя? Даже если ты бесполезный подонок, если есть шанс, что ты полюбишь меня, даже если есть крошечный, небольшой шанс ~ для каждого человека, я позволю им прожить еще одну секунду, если они дадут мне похвалы! Только те, кто не может, будут убиты! Прежде всего, Капелла-сама - достойная похвалы женщина!»

Субару: «-»

Субару: «——»

Субару: «————»

Субару: «Теперь вижу».

Капелла: «А ты? Что ж, теперь, когда ты понимаешь, быстро поблагодари Капелла-сама. Позволь себе растаять от любви Капеллы-сама и стать моим любимым куском мяса ...»

Субару: «Иди к черту».

Он не мог думать. Но не нужно было думать.

Враг перед ним был действительно самым злобным врагом. Все, кроме этого, было совершенно ненужным.

Кнут Субару внезапно полетел вперед. Монстр дернулся назад, когда ее лицо внезапно подверглось нападению, убирая грязную ногу с Круш. Воспользовавшись этим, Субару тут же двинулся, поднимая Круш.

Капелла: «Потому что ты хотел этот кусок мяса, ваша кровь не перестанет течь. Разве ты не отрицал это раньше? Разве ты не сказал так много красивых слов ~? Тебе не нравятся красивые вещи? Тебе не нравятся милые вещи? Тебе не нравятся мягкие и удобные вещи?

Субару: «——!»

Преследуя Субару, Капелла развела руки в стороны, протянув их к нему.

Одна рука превратилась в голову змеи, а другая стала головой льва - эти искаженные головы преследовали Субару, показывая свои клыки, ползая по полу комнаты.

Хотя его правая нога снова начала кровоточить, он все еще не чувствовал боли. Почувствовав температуру тела и вес в своих руках, он приложил все усилия, чтобы защитить женщину, которую он нес. Субару сосредоточил все свои спортивные способности на уклонении.

Капелла: «Тебя так волнует эта мразь? Тогда всю оставшуюся короткую жизнь держись крепче и не отпускай! Эти соблазнительные глаза! Эти сладкие губы! Это сладкое мясо, мясо, мясо! Ты отчаянно цепляешься за нее, не в силах отпустить, потому что ты любишь её? Умереть! Умереть! Иди умри! Иди умри прямо сейчас!

Субару: «Не говори глупостей, тварь! Я не такой человек!

Капелла: «Тихо! Мрази должны просто послушно оставаться на месте и испускать зловоние мусора! Свиньи должны послушно оставаться на месте и излучать зловоние животного! Ты никогда не думал об этом? Ты можешь честно сказать, что никогда не думал об этом ни секунды? Разве эта секунда не делает это такими непристойными отношениями? Какая разница? Какая разница? Скажи мне, в чем разница!

Головы змеи и льва бессмысленно извивались по комнате, словно от волнения Капеллы.

Оказавшись в центре этой разрушительной бури, издав болезненный крик, Субару охранял тело Круш, отчаянно избегая непрерывных атак. Капелла стояла у выхода из комнаты. Даже если он хотел воспользоваться возможностью, чтобы убежать, тело Капеллы расширялось и сжималось, меняясь взад-вперед между формой женщины, девочки и девы.

Капелла: «Разве ты не хочешь погладить ее волосы? Разве ты не хочешь целовать ее губы? Разве ты не хочешь держать ее тело? Эти дешевые мысли всегда оправдываются красивыми словами, любовным щитом! Любовь прекрасна, разве это не самооправдание? Разве вы не используете красивые слова, чтобы скрыть свои желания?!

Субару: «… ты!»

Капелла: «Признай свою страсть прямо! Не пытайся скрыть это за любовью! Или ты отказываешься сказать это? Опровергнуть, что уже определено? Моя любовь к ней - из-за ее внутренних чувств! Ее благородство, ее мягкость, ее сострадание, ее сдержанность, ее небесно-голубые глаза. Она хочет жить для других, у нее есть силы, чтобы терпеть несправедливость, ее уязвимость, которую она показывает только мне, я не хочу оставлять ее одну. Этот обнадеживающий голос, этот любящий взгляд, те глаза, которые крадут у меня капризность, губы, которые так нежно называют мое имя, тепло, которое охватывает мое тело, волнение в моем сердцебиении, когда мы прикасаемся, эти красивые волосы, качающиеся на ветру. Потому что судьба свела нас вместе, потому что я верю, что только она примет меня, потому что она всегда рядом со мной, когда мне грустно, потому что она научила меня многим важным урокам, потому что мы были вместе. Я хочу видеть и чувствовать то же самое, что она делает отныне и навсегда. Поскольку мы обещали, я поклялась никогда не забывать, и только я знаю ее, и только перед ней я могу быть собой. Поскольку я была так одинока, я всегда хотела, чтобы кто-то меня понял. Ты сказала мне, что эта мысль заставляет одного человека любить другого. Ты была тем, кто остановила поток моих слез, ты была тем, кто вышла из бескрайнего моря людей, чтобы найти меня, ты была тем, кто крепко обняла меня, когда я рухнула, ты была тем, кто ругала меня впервые, потому что я была наивна, ты была тем, кто сказала мне нескрываемую правду, ты была тем, кто сказала мне так много, чего я никогда не знала раньше, ты была тем, кто взяла меня, чтобы увидеть так много достопримечательностей, которых я никогда не видела прежде, ты была тем, кто взяла мою руку, из моей птичьей клетки. Независимо от того, когда, ты поддерживаешь меня, несмотря ни на что, ты понимаешь меня. Мы должны быть вместе, всегда, я не могу жить без тебя, ты мое все, ты любишь меня, потому что я тоже люблю тебя, потому что твоя грудь такая теплая, потому что с тобой все цвета мира сияют так ярко, я не могу чувствовать счастье без тебя, я не могу жить без тебя. В этом мире, полном лжи, только это правда».

С неподвижным выражением Капелла выплюнула эти слова, как будто они были проклятиями.

Когда она говорила это длинное трогательное признание, лицо Капеллы было переплетено красотой, обожанием, непристойностью. И с еще более сложным и странным выражением,

Субару: «——»

Капелла: «Это все слова, предназначенные только для того, чтобы успокоить других, какой вред в них? Есть ли у них искренность? Это просто тошнотворная чепуха, как раздражает! По правде говоря, тебя привлекло только появление этого мяса! Если бы вы действительно чувствовали любовь к тем, кому вы говорите ласковые слова, с кем делились нежными прикосновениями и беседами с подушками, посмотрите, что произойдет, когда они станут мухой! Можешь ли ты их любить? Ты их не боишься? Тебе не противно? Нет! Ьы не будешь чувствовать ничего, кроме отвращения, сочащегося из каждой вашей поры! Что ж? Подумай о том, что ты сказал!

Безумное словесное оскорбление, иллюзия ревности, ненависти, самообладания.

Бегая по комнате, Капелла потеряла контроль над собой, истерически разрушая её.

Шипение змеи, рев льва, крики Капеллы, Субару не мог больше их слушать.

Шум превратился в шторм, и комната начала разрушаться. Что бы он ни делал, он ничего не видел за дымом.

Как была его нога? Может ли он все еще использовать этот, раненый и разорванный кусок мяса? Единственное, в чем он был уверен - это сердцебиение женщины на руках, которая продолжала вселять в Субару решимость.

Но даже такой бой закончился бы здесь.

Капелла: «Эй, мясо. Я тебя вижу!"

Субару: «Хм !?»

Прорвавшись сквозь дым, голова льва внезапно полетела к нему.

Затем клыки схватились за правую ногу Субару и оторвали большой кусок, из которого яростно текла кровь.

Травма уже превысила предел, который мог выдержать Феррис, и разум Субару начал кипеть, когда он боролся с болью от потери правой ноги. Он издал яростный крик агонии, который не выдержало его горло.

Конечно, он не мог больше поддерживать свое тело.

Когда он рухнул, Круш упала на землю перед ним. И его кровь начала выливаться. Это не было преувеличением. Казалось, что ведро крови внезапно опрокинулось. Было ясно, что его жизнь скоро закончится.

Капелла: «Ах, какая головная боль. Кажется, я не могла не волноваться - как невежливо с моей стороны. Kahahahaha!»

Субару: «——»

Сохраняя свое положение на земле, Субару приложил судорожную руку к своей ране.

Хотя ладонь блокировала рану, импульс кровотечения не уменьшился. На самом деле, в теле Субару начало появляться другое чувство.

Вскоре все закончится. Это было знакомое чувство смерти, чувство, которое постепенно приближалось к Субару.

Всего за несколько часов он дважды почувствовал боль от потери правой ноги.

Капелла: «О боже мой, разве ты не умрешь ~? Наблюдение за мукой, в которой находится этот кусок мяса, особенно расстраивает меня».

Субару: «… ах… ах…»

Капелла: «Кусок мяса, который ты защищал, тоже скоро умрет. Это такой позор, что я немного увлеклась своим хобби ... и решила посмотреть, проиграет ли она моей крови ~ ".

Капелла присела на корточки, глядя на искривленное, мучительное лицо Субару. Затем монстр улыбнулся и протянул руку к ране на ноге.

Капелла: «Интересно, каким уродливым мясом ты станешь ~?»

Субару: «……»

Пока она говорила, Капелла превратила вторую руку в лезвие, вонзая в руку, которая только что ласкала рану Субару. И, постепенно, ее кровь текла в Субару. Красное и черное смешались вместе, кровь смешалась друг с другом, образуя довольно неприличную сцену.

А также,

Субару: «—— !? Ха, ах ах ах ах ах !?

Капелла: «Кровь Капеллы-сама отличается от вездесущей обычной крови. Моя смешана с кровью дракона, в которой есть проклятие. Может, ты продержишься немного дольше, чем другие?

Капелла радостно напевала, но Субару не мог дать никакого ответа.

Он был полумёртвым, и даже его боль стала вялой. За секунду до его смерти кровь, вонзившаяся в его рану, начала разрывать его тело.

Как будто инородное тело с самосознанием вошло в его тело, мучило Натсуки Субару, словно пытаясь полностью переписать его существование, сливаясь с ним.

И по сравнению с Круш? Это было так, как сказал монстр. Она страдала от той же боли. Если бы ей пришлось терпеть такую боль, ей было бы лучше умереть! Позволь нам умереть! Позволь нам умереть! Позволь мне умереть! Позволь мне умереть! Позволь мне умереть!

Капелла: «Гахахахах! Ну, тогда ~ захватчики хорошо позаботились. Ну, пора бы мне ...

Посмотрев на умирающих Субару и Круш, Капелла встала довольная.

Она вернулась к форме маленькой девочки, ее хвост исчез, когда она направилась к комнате вещания. Повернувшись, она остановилась.

Ее взгляд упал на стену, которая была разрушена, когда дракон-приманка подвергся нападению.

Капелла: «Боже мой, они были довольно приличными в конце концов ~».

И, только недавно выпав из здания, черный дракон снова поднялся в небо. Увидев своего врага, он издал оглушительный рев, прежде чем ввдохнуть глоток черного пламени.

- В этот момент черное пламя поглотило город.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 37. Перегруппировка

Перевод и редактура: Toster

Отдаленное, отдаленное эхо.

Незнакомые голоса. Или знакомые?

Они были мужскими? Женскими? Они пришли сверху или снизу? Ничего не понятно.

???: «——»

Злой голос.

А также что-то вроде обвиняющего голоса. Или это был плачущий голос?

Звук.

Водопад звука лился вниз, его грубые волны - завораживающий водоворот.

Руки и ноги, голова, низ, грудь, спина. Таяние, смешивание, смешивание вместе.

Даже его собственное существование, каким бы непостижимым оно ни было, было поглощено водопадом звука, утекающим, как будто потерянным навсегда.

Все, что он знал, был черный туман, который поглотил мир, который он мог воспринимать.

Таким образом, он понял, что темная дымка разлагает его тело, не позволяя ему сопротивляться, и ведет к неминуемому концу.

Но в этот самый момент неугасимый узел сопротивлялся этой эрозии.

Даже будучи разобранным, даже сморщенным, даже получив отказ, этот узел отказывался сдаваться.

Он ни в коем случае не поддался дымке в его теле, ни в коем случае не сдался бы ему на темное поле битвы.

И наконец, наконец ...

???: «——»

Первым шумом в его ушах прозвучал чей-то разъяренный рев.

Услышав этот резкий голос, он открыл глаза, чтобы его встретил белый потолок. В то же время он понял, что лежал раскинутым на твердой поверхности.

???: "-бесполезный!"

Его вновь обретенное сознание принесло это сердитое ругательство с явным звуком.

???: «Перестань! Вы должны понимать, что ответственность за эту вину лежит не на ком-либо здесь».

???: "Молчи! Я не хочу слышать эти пустые банальности! Посторонний не должен перебивать!

Обвинительный голос и неугасимый гнев.

Судя по тому, что он слышал, союзники, казалось, спорили в просторной комнате. Он вытянул левую руку, пытаясь удержаться на стене, когда встал.

Но на полпути он наткнулся на гвоздь, и его дыхание внезапно остановилось. Его глаза чувствовали, как будто они были палками от горящего динамита, и его поле зрения было внезапно окрашено в кроваво-красный цвет.

Когда боль отразилась на нем, он, наконец, поставил верхнюю часть тела в вертикальное положение, осматривая место ссоры.

- Три мужчины и женщины поссорились посреди комнаты ... или, вернее, все трое были мужчинами.

Слезный Феррис бил Вильгельма кулаками, а отчаявшийся Юлий попытался остановить его. Звук, который он только что услышал, был голосом Ферриса. Старик с красным лицом склонил голову от стыда.

Вильгельм: «От всего сердца прошу прощения».

Феррис: «По крайней мере! Дайте мне причину, по которой я могу это принять! Просто ваши извинения бесполезны!

Юлиус: «Феррис, ты создаешь бессмысленное волнение! Успокойся! Разве ты не видишь, что Вильгельм-сама невероятно раскаялся?

Феррис: «Раскаяние… !? Что будет делать раскаяние? Бесполезный! Бессмысленно! Все, все ... почему, черт возьми, это ...? Почему вы все не могли что-нибудь сделать, чтобы спасти Круш-сама !?

Феррис взорвался с новой вспышкой ярости, но почти сразу упал на пол.

И когда плачущий Феррис вынес приговор, двое мужчин ничего не могли сказать. Феррис презрительно хлопнул руками в перчатках по земле.

Феррис: «Я должен быть с ней? ... я даже сейчас ничего не могу сделать ... бесполезно, бесполезно, бесполезно бесполезно бесполезно бесполезно ...»

Феррис всхлипнул, продолжая сердито ругаться.

На этот раз, однако, его гнев был направлен на самого себя.

Юлий: «——»

Рыдания Ферриса и вздохи Юлиуса переплелись. Вильгельм молчал. Разрушающая атмосфера окутала комнату вокруг них.

Гарфиэль: «Эй, капитан. Наконец-то?

Гарфиэль появился в дверях, заметив Субару, которого трое ругающихся пропустили. Юлий проследил за взглядом Гарфиэля и заметил проснувшегося Субару с выражением облегчения.

Юлиус: «Отлично. Феррис, Субару наконец-то проснулся.

Феррис: «… верно»

По зову Юлиуса Феррис провел по лицу рукавом и встал. Его позорное отношение исчезло, когда он осмотрел тело Субару.

Феррис: «Ну, с тобой все в порядке. Твой разум чист, верно? Ты знаешь свое имя и место рождения?

Субару: «Я - Натсуки Субару, из Японии».

Феррис: «Родной город, о котором я никогда не слышал ... ».

Выражение лица Ферриса показало, что он считал ответ Субару бессмысленной шуткой. Он встал и немедленно повернулся, чтобы уйти. Никто не хотел обвинять его, и поэтому все смотрели молча.

Только Вильгельм преследовал Ферриса. Перед тем как уйти, пожилой мужчина повернулся, чтобы торжественно поклониться Субару.

После того, как двое ушли, напряженная атмосфера в комнате, наконец, ослабла.

Но, в то же время, еще одно угнетающее чувство становилось все сильнее и сильнее.

Гарфиэль: «Капитан, даже если ты можешь встать, тебе не следует пренебрегать собой сейчас».

Субару: «... это мои слова. Ты выглядишь ужасно».

Прислонившись к стене, Гарфиэль поприветствовал Субару, который ответил своим собственным приветствием.

Его щеки и светлые волосы были пропитаны кровью, а одежда была порвана во многих местах. Его бледность была такой же ужасной, как когда он впервые отнес Мими в приют.

Размышляя над этим, вялые мысли Субару наконец-то подхватили.

Субару: «Мы живы, да»

Гафлиэль: «Верно. Изумительный я и Капитан выжили, так что все хорошо, но мы не можем даже праздновать это. Б****!"

Подтвердив бормотание Субару, Гарфиэль горько стиснул зубы.

Наблюдая за Гарфиэлем, Субару еще раз подтвердил свое выживание - то есть он понял, что «Возвращение смертью» не сработало и что он не был свидетелем окончания этой борьбы в мэрии.

Конечно, поскольку он был еще жив, его пришлось спасать, но…

Субару: «Что происходит в мэрии? Как я сюда попал?"

Юлиус: «Сейчас мы все еще в мэрии. Культ Ведьм уступил, и мы вернули себе цель. Глядя на этот результат, мы можем назвать операцию успешной, но…»

Юлий встал на колени рядом с Субару, когда он начал отвечать на свои вопросы.

При ближайшем рассмотрении Рыцарь Рыцарей выглядел ужасно. Его волосы были нехарактерно грязными, а лицо и шея были покрыты ранами. Форма его рыцаря была также залита кровью.

Но, что наиболее важно, его обычно грациозные черты лица в настоящее время были искажены угрызениями совести и унижением.

Юлиус: «Прежде всего, приятно снова тебя видеть. Если бы с тобой что-то случилось, мы бы потеряли наш моральный дух.

Субару: «… не говори такого бесполезного дерьма. Что случилось? Культ ведьм решил покинуть здание, как именно это произошло?

Юлиус: «Как мы выяснили, культ ведьм покинул здание, и мы забрали ратушу. Но дьяволы, которые сделали все это, смогли сбежать. Это вряд ли можно назвать хорошим результатом».

По сравнению с взволнованным Субару, Юлий изложил ситуацию в мягких тонах.

Однако этот суровый тон и эти опущенные глаза… было очевидно, что Юлий объяснял их обстоятельства неопровержимым негодованием в его голосе.

И Субару не мог игнорировать то, что ему только что сказали.

Юлиус: «Вы бы видели это бесконечное кошмарное зрелище, когда были на верхнем этаже».

Субару отчетливо помнил блестящие красные сложные глаза и шум крыльев, отчаянно выбивающий крик о помощи.

Его сердце, казалось, сжалось от боли, которая не была ни сочувствием, ни страхом.

Архиепископ похоти культа ведьмы Капелла была поистине презренным чудовищем, свободно растоптавшим человеческое достоинство и ценности, и при этом выплевывала его насмешками.

То, с чем играл этот монстр, было не человеческим духом и не человеческим сердцем, а чем-то еще более священным.

Юлий: «Вся площадь, от самого высокого этажа до наружных помещений, была разрушена. Культ ведьм мог бы легко убить нас всех по одному. Причиной, по которой этого не произошло, было ваше острое суждение и черный дракон, который сражался изо всех сил.

Субару: «Мое… суждение?»

Юлиус: «Зеркало беседы было активировано до того, как вы зашли на верхний этаж, и в результате статус мэрии был успешно передан Анастасии и Феррис. Быстрое прибытие нашего подкрепления, Железного Клыка и Ферриса, было благодаря вашим действиям.

Субару: «Ты думал, что такие слова утешат меня?»

Юлиус: «… это не было моим намерением. Я просто констатировал правду».

Субару раздражал уравновешенный ответ Юлиуса. Однако такой холодный ответ был также свидетельством того, что он сам не был спокоен.

Субару: «Еще одна вещь о том, что ты сказал сейчас, что случилось с черным драконом?»

Юлиус: «Это произошло на верхнем этаже, поэтому я могу знать не больше, чем ты… но сила похоти - это трансформация, верно? И, что удивительно, человек, превратившийся в черного дракона, пробился на вершину здания, даже находясь на грани смерти, чтобы сразиться с Похотью. Мы смогли спасти тебя только благодаря ему.

Тот, на кого ссылался Юлий, был, без сомнения, дракон, которого Субару и Круш так яростно атаковали.

Поскольку сила Капеллы была вариацией и трансформацией, то этот черный дракон был, скорее всего, одним из заложников в мэрии.

И в таких условиях, когда боевые действия все еще продолжаются,

Субару: «Тот, кого превратили в черного дракона, он…»

Гарфиэль: «Он не может умереть».

Гарфиэль внезапно прервал раздумия спокойным голосом.

Гарфиэль: «Я не могу позволить ему умереть. Это абсолютно невозможно для них. Он должен быть спасен ... иначе ...

Юлиус: «Дракон, кажется, тот, кого он знает. Хотя его запах изменился, Гарфиэль, казалось, узнал его. В любом случае, его лечение теперь завершено. Он в порядке, хотя и немного взволнован, но некоторый отдых поможет этому.

Субару: «Знакомый? Гарфиэль, это кто-то из твоих знакомых?

Гарлиэль: «——»

Выбор Гарлиэля молчать стал неожиданностью для Субару.

В любом случае, он был благодарен за безопасность своего спасителя, черного дракона. Но остальные, мухи, они ...

Юлиус: «С другими можно сказать, что все в порядке, но, по крайней мере, их безопасность гарантирована. Феррис попытался им помочь, но ...

Субару: «То есть, даже Феррис не может их починить? Черт возьми!"

Насколько сильным будет чувство утраты? Они превратились во что-то бесчеловечное, безобразное.

Потеря жизни просто означала конец личности и существования.

Но потеря человеческой формы означала потерю идентичности ... в то время как существование еще не закончилось.

Они были над ним? Или ниже? Сожалея о том, что не мог вспомнить, сколько людей постигло эту судьбу, Субару мог думать только о других вещах, которые нужно было подтвердить.

Поскольку он знал, что он все еще жив, следующий возникший вопрос был естественным.

Субару: «Ты и Гарфиэль оба ранены?»

Юлиус: «Как вы можете видеть, и Гарфиэль, и я не получили существенных ранений, как и Рикардо, хотя мы можем с уверенностью сказать, что были унижены…».

Субару: «——»

Даже когда он сказал это, зубы Юлиуса сжались на его губе, его голос был пронизан стыдом. Видя свой гнев, Субару был поглощен собственным чувством разбитой ненависти.

Юлий сражался против отвратительного обжорства Альфарда.

Честно говоря, Субару не хотелось ничего другого, кроме как уничтожить этого единственного архиепископа. Но даже если предположить, что Субару остался сражаться с ним, его побег был бы совершенно неизбежен.

Но он не мог оставаться спокойным, зная, что его заклятый враг сбежал.

Субару: «… извините, что не смог выполнить порученное мне задание».

Юлиус: «Если вы настаиваете на том, чтобы сказать это, я не могу сказать, что вы не правы ... они, кажется, достигли своей цели.

Субару: «Правильно, и это вдвойне относится к Похоти. И… верно, я уверен, что они обсуждали какие-то просьбы или переговоры в своей последней трансляции».

Субару: «Передача... что случилось с Круш-сан?»

Юлий: «——»

Субару: «Она также пошла со мной на верхний этаж ... и она оказалась в худшем положении, чем я, страдая от похоти гораздо дольше ...»

В голове Субару промелькнуло изображение Круш, изрыгающей кровь, с белоснежными глазами.

Ее внешние травмы были серьезными, и ущерб был ужасающим. Предположительно, что случилось что-то, угрожающее её жизни.

И мучительные крики Ферриса. Хотя он не хотел верить в худшее, самый очевидный вывод был ...

Субару: «Феррис… сказал что-то неразборчивое, так что…»

Юлиус: «Это правда, что Круш-сама еще жива, но…»

В этот краткий момент Субару почувствовал легкую надежду в своей груди. Однако она исчезло, как только он увидел выражение лица Юлия.

Это было невыносимое выражение, выражавшее не душевное спокойствие за спасенную жизнь, а выражение ужаса еще худшей судьбы.

Юлиус: «У Ферриса была слишком острая реакция, но эта ситуация, безусловно, нежелательна».

Субару: «Нежелательно… Что, черт возьми, происходит? Круш-сан ... если Феррис не может ничего сделать, почему мы не пытаемся помочь !?

Юлий: «Успокойся! Независимо от того, насколько ты взволнован, ситуация не изменится. Так что успокойся уже.

Юлиус резко огрызнулся на позорную вспышку Субару.

Но его спокойствие только подстегнет гнев нынешнего Субару.

Субару: «Ублюдок, как, черт возьми, ты можешь быть таким спокойным! Мы потеряли так много! Как ты можешь не злиться ?!

Юлиус: «Конечно, я тоже в ярости!»

Юлий резко ударил в сторону руки, которую Субару вытянул вперед. Субару замолчал, увидев, что взгляд Юлиуса дрогнул, когда он взревел.

Юлиус: «… Извиняюсь за мой гнев. Кажется, я еще недостаточно зрел, чтобы контролировать себя».

Хотя он ясно понял чувства Юлиуса, Субару преднамеренно напал на его позицию, и ему стало стыдно, когда он услышал извинения Юлиуса.

Субару: «Круш-сан, она…»

Юлиус: «... была атакован Похотью, верно? Какое-то инородное тело убивает её.

Когда Юлиус сказал это, Субару вспомнил ясное изображение невероятной боли Круш в последние моменты, которые он помнит.

Эта предельная боль, когда в ее тело проникло чудовище, которое высасывало ее собственную плоть, кровь, кости и даже душу. Эта боль была той, которую никто не должен нести.

До и после пробуждения Субару, Феррис, казалось, обвинял Вильгельма. Предположительно, он считал старого фехтовальщика ответственным за неспособность защитить своего хозяина на поле битвы.

На самом деле, он только искал кого-то, кто понес бы вину. И обвиняющий Феррис, и обвиняемый Вильгельм понимали это.

Поэтому Вильгельм молчал после того, как Феррис напал на него, и Феррис закричал из-за собственной слабости.

Двое мужчин, которые только что вышли из комнаты, теперь были со своим страдающим хозяином.

Размышляя об этом трио, чувство неудачи в сердце Субару становилось все сильнее и сильнее. Юлий прервал тоску Субару.

Юлиус: «Субару, я должен кое-что сказать.

Субару: «Что это?»

Юлиус: «Хотя мне довольно сложно указать на это… кажется, что вы еще не заметили».

Субару почувствовал волну сомнений в осторожном эвфемизме Юлия. Его глаза слегка сузились, когда Юлий потянул руку к ноге Субару.

Не зная, что делал Юлий, он внимательно посмотрел вниз… туда, где рука Юлиуса провела линию от бедра Субару до его правой ноги.

Субару тоже невольно следил за его глазами.

Субару случайно вспомнил только о Круш на верхнем этаже мэрии и совершенно забыл о своих травмах.

Что случилось до того, как он потерял сознание?

Он неосознанно понял и принял присутствие «Возвращения смерти», но это чувство смерти не пришло. Он должен был умереть, но ...

Субару: «Что? Это-!?"

Его дыхание внезапно перехватило в замерзшем горле. Субару не мог не сомневаться в собственных глазах. Его глаза говорили ему, что его правая нога все еще была прикреплена, но ...

Там, где была отделена его нога, был шов черной, уродливой, обугленной кожи. И эта затемненная кожа распространилась по всей правой ноге.

Юлиус: «Это сделал не Феррис, и не было никакого вида магии исцеления. Ваша нога ... та, которая была разорвана на части ... исцелилась сама. И это даже не выглядит так, как будто это больно».

Субару: «——»

Это было так, как сказал Юлий.

Его уродливая правая нога не чувствовала ни боли, ни нарушения чувств. Его первым инстинктом было задаться вопросом, поддерживает ли он только иллюзию связи, но он может свободно сгибать колени и двигать пальцами ног.

Каждая рана на его ноге почернела, и в его кровеносных сосудах виднелась чернота, простирающаяся через верхнюю и нижнюю части правой ступни.

Юлиус: «Субару, мне придется еще раз спросить это у тебя».

Субару: «……»

Увидев драматические изменения в собственных ногах, Субару даже не мог говорить. На вопрос Юлиуса Субару может только медленно поднять голову, а затем ...

Юлиус: «Всё действительно … нормально?»

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Самое ужасное в прикреплении его правой ноги было ... не было никаких препятствий, мешающих ему стоять и ходить, как ему угодно.

Гарфиэль: «Братишка по имени Феррис сказал, что нога капитана не была ранена, так что даже если изумительный я начал бы использовать исцеляющую магию, это не дало бы никакого результата.

Закрутив штанину, Субару увидел, что на его ноге видны черные кровеносные сосуды. Вышитые узоры казались гибкими на ощупь. Если бы он игнорировал цвет, он мог бы назвать кожу нормальной, но ...

Юлиус: «Ты вылечил её сам? ... Это единственное, во что я сейчас могу поверить.

Само собой разумеется, однако, Субару не обладал регенеративными способностями. Это был второй раз, когда он потерял эту ногу, и его собственная память подсказала ему, что в первый раз, когда это произошло, его нога не показала никаких признаков восстановления.

Конечно, правильное направление мысли должно было выяснить, что вызвало это, но Субару мог думать только об одном.

Субару: «Это потому, что эта сука Капелла капала кровь на мою ногу…?»

Его воспоминания были размыты, и он не мог с уверенностью сказать, что это действительно так. Однако у Субару не было сомнений, что он видел, как Капелла разрезала саое собственное запястье и разбросала капли крови.

В то время она также упомянула что-то невероятное. Да, это было ...

Субару: «Круш-сан ... она перенесла то же самое, что и я».

Юлиус: «Это существо… кровь капала в ее раны? Может быть, это имеет какое-то значение в качестве ритуала ... оставляя позади немедленное воздействие? Или, возможно, это проклятие, которое не действует по законам обычной магии».

Субару: «Проклятие… да, проклятие звучит правильно. Проклятие крови ... нет, это было что-то другое ... что-то вроде ... крови дракона? Да, это кровь дракона. Это то, что она сказала!"

Когда Субару посмотрел на озадаченного Юлиуса, он перебрал свои туманные воспоминания и не мог не хлопнуть в ладоши при своем успехе.

Эта ублюдка Капелла действительно упоминала, мучая Субару своей кровью, что ее собственная кровь была смешана с кровью дракона.

Казалось, это не шутка, блеф или ложь. И это дало несколько подсказок.

Юлиус: «Кровь Дракона ... значит ли это, что она получила ее от королевской семьи?»

Субару: «Я не знаю деталей, но есть ли что-то действительно удобное под рукой?»

Юлиус: «Это было одно из сокровищ, предоставленных по контракту с драконом Волканикой, известным тем, что он был достаточно силен, чтобы снова превращать бесплодные почвы в плодородные».

Субару: «Кровь всемогущего дракона… я не знаю, насколько она полезна».

Учитывая, что Капелла назвала себя Лугуникой, это вызывало беспокойство, особенно, как сказал Вильгельм, поскольку Эмерада Лугуника была настоящей исторической фигурой.

Она не может быть на самом деле королевской семьи, не так ли? Но кровь дракона, смешанная с ее кровью, вызывала вопросы.

Юлиус: «В любом случае, это хорошая новость, знать, что это может быть связано с кровью, Феррис мог бы помочь ей с этой информацией».

Субару: «Ах, все верно. Давай поторопимся…"

Гарфиэль: «Подождите, капитан. Не ходи с ним.

Наконец, появилась информация, которая может привести к повороту.

Субару хотел поскорее поделиться этой информацией, но Гарфиэль, скрестив руки, опираясь на стену, вылил над головой метафорическое ведро с ледяной водой. В ответ на обвинительный взгляд Субару Гарфиэль опустил взгляд.

Субару: «… что это значит?»

Гарфиэль: «Это значит то, что ты думаешь. Этой красотке не понравится, если ты ее увидишь.

Гарфиэль отвернулся от Субару.

Становясь все более неловким, Субару вместо этого повернулся к Юлиусу, который, как и Гарфиэль, только покачал головой.

Юлиус: «На самом деле, я боюсь, что Круш-сама очень надеется избежать взгляда других прямо сейчас. Поскольку она благородный человек, она не хочет, чтобы кто-нибудь видел ее в таком ослабленном состоянии».

Субару: «Это… действительно только потому, что она сейчас слаба?»

Юлий: «——»

Юлий ничего не ответил.

Он просто тихо отвернулся от Субару. И только одно маленькое действие ответило на все.

Субару: «… это я во всем виноват»

Юлиус: «Субару, ты...

Субару: «Это я во всем виноват! Я ... очевидно, я должен был знать лучше, чем кто-либо еще, насколько хитрыми они могут быть! Я должен был предвидеть хотя бы что-нибудь!

Что происходило с Круш? Чем больше он пытался представить, тем больше он был в ужасе.

И интенсивный самообвинение, было результатом его гнева на его собственную некомпетентность, а также смелости и сожаления, что они бросили вызов.

Культ ведьмы ... Субару знал об их ужасной природе, вплоть до его костного мозга.

И это был не только Петельгейзе. Прежде чем войти в здание муниципалитета, Субару встретил Сириуса и Регулуса воочию. После этих встреч, как он мог недооценить Капеллу?

Было ли это его высокомерием, когда он решил дать отпор даже в невыгодном положении? Это все произошло из-за него.

Субару: «Все мои…»

???: "-Достаточно. Плачешь ли ты или жалуешься, это действительно становится довольно утомительным, так что ты не мог бы остановиться?»

Субару, несший всю вину, собирался глубоко погрузиться в море ненависти к себе.

В этот момент, однако, от этих темных мыслей его отвлек не мягкий голос, а холодный апатичный, сопровождаемый холодным взглядом.

Субару: «——»

Он повернулся ко входу в большую комнату.

В комнате стояла деловая женщина с фиолетовыми волосами и нежным лицом.

Тем не менее, смертельный взгляд, который она устремила на Субару, был совершенно не характерен для этих нежных черт.

Субару: «Анастасия…»

Анастасия: «Я не неправильно понимаю разочарование после поражения на поле битвы, но если все, что ты делаешь, это шутки и жалобы, ты будешь дурачить окружающих. Даже если вы сделаете все это, потери, которые вы понесли, вам не вернутся.

Выговоры Анастасии были направлены на Субару, который был разбит поражением.

На секунду Субару был слишком ошеломлен, чтобы понять. Когда он начал реагировать, он обнаружил, что его разум плавает от ярости, но,

Юлий: «Анастасия-сама, пожалуйста, откажись от своего заявления. Субару непосредственно контактировал с грешниками культа ведьм. Даже если он шутит или жалуется ...

Анастасия: «Как в отличие от тебя, Юлий. Обычно вы можете сосредоточиться на этом вопросе, но сейчас вы настолько преждевременны ... если вы пришли сюда, чтобы просто поиграть с друзьями, вы можете обнаружить, что Джошуа вам подходит больше».

Юлий: «……»

Юлий, который пытался защитить Субару, засох от этого морозного взгляда. Яростный гнев Субару несколько остыл, но он все еще чувствовал невероятную растерянность в отношении Анастасии.

Затем, глядя на Субару, Анастасия возилась с лисьим меховым шарфом на шее и говорила с двумя другими обитателями комнаты.

Анастасия: «…Юлиус, сейчас ситуация с Круш-сан довольно тяжёлая, не так ли? Почему ты не можешь пойти и помочь? И, белокурый ребенок там, не мог бы ты сопровождать его?

Вытащив Юлиуса и Гарфиэля из комнаты, Анастасия уставилась на Субару.

Если двое из четырех человек в комнате уйдут, произойдет столкновение только между Субару и Анастасией.

Анастасия: «Не волнуйся, я не сделаю ничего плохого».

Анастасия пообещала это с явно неумелой улыбкой.

Юлий поклонился и ушел, а Гарфиэль последовал за ним с осторожным светом в глазах. До самого конца он пристально смотрел на Субару, прежде чем кивнуть ему и уйти.

Анастасия: «Кажется, Гарфиэль-кун довольно послушный мальчик. До самого конца его взволнованный взгляд был устремлен на Натсуки-куна. Кажется, он хорошо заботится о людях».

Субару: «… я уверен, что ты оставила меня в покое не только для сплетен».

Субару обернулся и увидел, как Анастасия поглаживает свои волосы, осматривая полуразрушенную комнату, затем подняла стул и уселась.

Анастасия: «Мои неспешные разговоры с Натсуки-куном, как это, действительно возвращают меня обратно… накануне битвы с Белым Китом».

Субару: «Тогда мы расчитывали успех. На этот раз ничего подобного не видно ... Хотя мы вернули мэрию, ситуация совсем не улучшилась ...»

Анастасия: «Да, ничего не изменилось. Все стало хуже, и у нас нет оптимального курса действий, которому нужно следовать ...»

Субару понял, что ее беззаботный голос на секунду заточил себя в острое лезвие ножа.

Он не мог не выпрямить спину, пока Анастасия глянула на его ногу.

Анастасия: «У тебя нет проблем с ногами? Последнее, что я слышала это то, что на месте твоей ноги была кровавая каша,.

Субару: «К счастью, я могу бегать и прыгать».

Анастасия: «Ну, возможность бегать и прыгать сейчас - это самое главное. После этого будет много работы, но до тех пор…»

Она указала рукой на потолок - нет, сквозь него.

Анастасия: «Ты когда-нибудь слышал третью передачу?»

Субару: «Нет, не слышал. Что они сказали? ... это был какой-то запрос, верно?

Анастасия: «Натсуки-кун пропустил две из трех передач, как небрежно».

Анастасия тихо хихикнула, поднося руку ко рту, и Субару недовольно надулся. Тем не менее, она держала руку над своим ртом и прищурилась.

Анастасия: «Требование, которое было дано - кажется, что только Натсуки-кун и я могли это понять».

Субару: «Только я… и Анастасия-сан?»

Что именно это значит?

Он никогда не чувствовал, что у них есть что-то общее. В конце концов, это был их первый опыт участия в таком взаимодействии.

???: «Боже мой, Ана, бывают моменты, когда ваша манера речи деморализует. Знаете, иногда это служит только для того, чтобы раздражать других. Разве это не так?

Субару: «—— !?»

Голос третьего лица внезапно отозвался эхом в ушах Субару.

Этот голос не принадлежит ни Субару, ни Анастасии. Вместо этого он чувствовал себя легче и более нейтральным.

Субару обвел взглядом комнату, но в их окружении не было ни одной неизвестной фигуры. Юлий и Гарфиэль ушли и не показывали никаких признаков передачи.

Откуда появился этот голос?

Анастасия: «Ты так говоришь, но разве ты не делаешь то же, что и я? Посмотри на бедного Натсуки-куна. Он сейчас в таком хаотическом состоянии растерянности.

Субару: «Кто это?»

Анастасия заговорила с третьим голосом, как будто все было естественно.

Вместо того, чтобы облегчить безумие Субару, он на грани гипервентиляции (что блин?).

???: «Вы, кажется, очень напуганы, мои извинения.»

Субару: «——»

Внезапно владелец другого голоса громко вторгся в эту сцену.

Нет, этот третий голос не вмешался. Это было в этой комнате с самого начала. На самом деле, он вошел в комнату с Анастасией.

Ехидна: «Я ехидна. Ну, я так и говорю, но на самом деле я искусственный дух».

Субару: «Ехидна!»

«Оно» ловко улыбнулось. Субару был потрясен.

Губы скручиваются с обеих сторон, глаза слегка сужаются. Это должно быть… вероятно, что-то вроде имитации улыбки.

- Обернутый вокруг шеи Анастасии шарф, казалось, был из искусственного меха лисы. Ведьма, имя которой он не мог забыть, только что назвала себя духом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 38. Предложения культа ведьмы

Перевод и редактура: Toster

Когда Субару смотрел на эту штуку - широко раскрыв глаза в шоке, он на мгновение забыл, как дышать.

Ехидна: «Несмотря на то, что я ожидала этого ответа, он все еще немного ошеломляющий. Хотя я выгляжу так, я по полу женщина ... ну, нет, я дух, поэтому трудно определить, есть ли у меня пол. Может, мне просто сказать, что я идентифицирую себя как женщина?

Белоснежные волосы и острые черные глаза.

Нейтральный голос и извилистые, лукавые слова. Эти характеристики напоминают эту черно-белую ведьму, личность которой соответствовала этой лисе.

Субару: «Какая… плохая шутка. Ты говоришь, что ты ехидна?

Его первая встреча с Ведьмой Жадности была в Святилище, когда она заманила его на одно из своих чаепитий.

Она соблазнила своего гостя сладкими словами в попытке превратить его в марионетку. И, кроме того, она хотела одолжить его, чтобы найти все ответы, на которые сама не могла ответить. Можно сказать, что она была воплощением любопытства.

Она была тем, кого Субару никогда не предполагал, что он увидит снова.

Субару: «Ты ... на самом деле превратилась в лису? Хватит дурачиться. И, появившись прямо в этот кризисный момент, что ты планируешь на этот раз?

Анастасия: «Подожди, перестань спешить с выводами и слушай!»

Субару немного оправился от своего первоначального шока, готовый отомстить этой белой лисе перед ним, утверждающим, что она ехидна.

Враждебность Субару к белой лисе также обернулась к Анастасии, которая беззаботно шествовала вокруг с этим шарфом на шее.

Субару: «Не шути со мной! Это чушь! Ты ... что с ней? ... она ее обманула? В конце концов, она не должна быть вне святилища.

Анастасия: «Я действительно не знаю, о чем ты, но прошло уже около десяти лет с тех пор, как я впервые встретила Ехидну… и с тех пор мы почти никогда не были разлучены. Разве это не соответствует вашей истории? (ДЕСЯТИ ЛЕТ??!?!?!?!?!)

Субару: «Десять лет назад…?»

Мысль о том, что ведьма так давно планировала бессмысленно трепетать в окружающем мире, зажгла огни ярости глубоко внутри Субару.

Субару: «Ты всегда такая… ты получаешь удовольствие, наблюдая, как люди кружатся в темноте, пока ты смеешься над их невежеством?»

Ехидна: «… Боже мой, кажется, меня ненавидят насквозь. Хотя я уверена, что это все для вас неприятно, похоже, это какое-то необъяснимое недоразумение».

Анастасия: «Да, это так, как сказала Ехидна».

В отличие от ярости Субару, Анастасия и белая лиса обменялись спокойными, понимающими взглядами.

Арктическая лиса, заставившая Субару нахмуриться, неожиданно покачала головой.

Ехидна: «Хотя я понятия не имею, откуда исходит ваше недоверие к этой другой Ехидне, я бы сказала, что эти вопросы не имеют отношения ко мне».

Субару: «Что ты имеешь в виду?»

Ехидна: «Это действительно просто. Я ничего не знаю ни о какой ехидне вне себя, так как я родилась, не зная ничего, кроме моего имени и моей расы, искусственного духа. Это мои единственные ключи к моему происхождению.

Субару: «Что?»

Он ожидал какого-то объяснения, но песец произнес глупые слова, не соответствующие тому, что Субару знал о Ехидне. Или, скорее, если бы она действительно была Ехидной, то все, что она сказала, было для того, чтобы обмануть Субару.

Заявляя о себе как о искусственном духе, так и о Ехидне, хотя этот дух говорил, что она ранее не помнила Субару, он не мог просто ей поверить.

Анастасия: «Что это? На лице Натсуки-куна нет ничего, кроме подозрений.

Субару: «Конечно, для меня, кто знает истинную природу Ехидны, эта реакция является естественной. Вы тоже должны ... правильно, я виноват. Ехидна говорит, что ничего не помнит, верно?

Анастасия: «Похоже, что вы абсолютно не намерены верить в это ... ах, в этой ситуации, когда мы ограничены по времени, это действительно проблема.

В отличие от бдительного Субару, Анастасия говорила своим обычным непринужденным тоном.

Ехидна работала с ней - одного этого было достаточно, чтобы Субару стал опасаться Анастасии. И хотя он уважал и Юлиуса, и Рикардо, степень его доверия к ним, возможно, должна быть скорректирована.

Субару не мог позволить себе чувствовать слишком много надежды на то, что хозяин и подчиненный не придерживались одного и того же мнения по этому поводу.

Субару: «Почему ты сказала мне свое имя, если у тебя нет воспоминаний? Помимо попыток завоевать мое доверие? Это должно было убедить меня, что ты не она?

Она дала ему свое имя и немного своего происхождения. Разве это не доказывало, что она была Ехидной с чаепития? Что означало, что она не была Ехидной в гробу, которую искал Роузваль. Не было никаких сомнений в том, что именно она встретила Субару. В этом случае он хотел спросить очень многое.

Тем не менее, он понял, что это не время для вопросов. Однако, глядя на нетерпеливого Субару, Анастасия устало вздохнула.

Анастасия: «Похоже, все стало так шумно, потому что Натсуки-кун пропустил трансляцию».

Субару: «Трансляция от культа ведьм? Как это связано с этим?

Ехидна: «- потому что одной из их просьб было отказаться от ваших искусственных духов.

Белая лиса ответила на вопрос просто.

Содержание этой просьбы оставило разум Субару пустым, когда он изо всех сил пытался понять последствия.

Трансляция, культ ведьм, искусственные духи. Это должно было сказать -

Субару: «Может быть, это…»

Ехидна: «Хотя в это трудно поверить, они хотят нашего искусственного духа ... то есть они хотят ту девушку, которая сопровождает тебя. Так разве не естественно, что мы должны поговорить с вами?

Субару: «Как ты узнал, что Беатрис - искусственный дух?»

Ехидна: «Я заметила, когда увидела ее, это все, что я могу сказать. Я не совсем уверена, как. Но я думаю, что она тоже сможет узнать меня с первого взгляда. Может быть, это какое-то обнаружение духа?

С более осторожным отношением белая лиса один за другим отвечал на вопросы Субару.

По крайней мере, когда Беатрис впервые встретилась с Анастасией в отеле, она ничего не упоминала о шарфе из белой лисы. Тем не менее, вполне возможно, что Беатрис что-то заметила, но, не зная, насколько точным была ее догадка, не озвучила ее вслух.

Почему она должна была нести все это бремя в одиночку? Субару повернулся, чтобы спросить ее, и сразу почувствовал острую боль, как будто кто-то ударил его в сердце.

Ехидна: «То, что ребенок рядом с тобой не смог меня правильно распознать, не поможет. У меня как духа много недостатков, и я не могу ни с кем заключить нормальный контракт. Я даже не могу нормально использовать боевую магию. Хотя, чтобы компенсировать это, я уверена в своей способности скрывать свое присутствие, и эта уверенность в настоящее время не уменьшилась».

Субару: «Не могу заключить договор ... тогда ты и Анастасия ...»

Анастасия: «Этот ребенок и я не разделяем отношения духа и призывателя. Эти отношения требуют чего-то совершенно другого ... То есть мы напарники.

Ехидна: «Я хочу засвидетельствовать будущее этого ребенка, поэтому я и следую за ней. Побывав с ней несколько лет, мы стали чем-то вроде собеседников. Время от времени она даже обсуждает со мной свои деловые вопросы».

Песец говорил с мимолетной усмешкой, и Анастасия слегка поцарапала ее шею. Их отношения казались гармоничными, и Субару предполагал, что они доверяют друг другу.

Субару: «Почему ... вы раскрыли свои внутренние дела...?»

Ехидна: «Разве это не естественно, что мы раскрываем некоторые из наших собственных дел, если хотим завоевать ваше доверие? Кроме того, поскольку жизнь всего населения города находится в шатком равновесии... в этот критический момент нам необходимо принять меры. Нельзя впадать во внутренние распри из-за маскировки небольшой, относительно незначительной детали».

Анастасия: «Я тоже очень хотела ее остановить, но… этот ребенок вообще не прислушивается к советам других после того, как решилась, поэтому… я бы хотела, чтобы вы хотя бы выслушали ее.

Ехидна была необычайно откровенной и искренней, и слова Анастасии были убедительными. Субару запоздало осознал причину ранней холодности Анастасии; она взяла это на себя, чтобы создать обстановку, в которой она могла бы поймать Субару одного, чтобы поговорить с ним.

Наряду с этим, чтобы успешно убедить Субару, она намеренно вывела Юлиуса и Гарфиэля из комнаты.

Анастасия: «Конечно, я не буду выполнять просьбы культа ведьм, но я буду требовать, чтобы Натсуки-кун был на моей стороне в отношении искусственного духа. В противном случае, даже если мы отклоним их предложения, не все так легко примут нашу позицию».

Субару: «У меня нет никакого намерения слушать то, что говорит эти ублюдки, поэтому я полностью согласен ... но это не значит, что все мои сомнения в отношении этой лисы Ехидны исчезли».

Анастасия: «Ты так разборчив в именах. У Ехидны, которую ты знаешь, действительно такой плохой характер, Натсуки-кун? Если это так, то довольно неприятно видеть, как ты так поступаешь с моей Ехидной.

Субару: «Я извиняюсь, если это кто-то другой, но ее отношение и речь почти идентичны… и…»

Анастасия: «А?»

Субару искал слова, чтобы объяснить смущенной Анастасии.

Природа существования искусственных духов была неясна для Субару, но он знал, что Беатрис и Пак были созданы ведьмой Ехидной.

Конечно, если белая лиса была действительно искусственным духом, то она, должно быть, тоже была создсна настоящей Ехидной.

В поисках вечной жизни Ехидна создала искусственную копию себя.

Многие из ее слов имели подозрительную достоверность. Но если все, что она сказала, было правдой, то заключение, что Ехидна стала искусственным духом, было разумным.

Отбросив свою плоть, освободившись от представления о продолжительности жизни как о духе - если бы она могла продлить свое существование таким образом ... это, безусловно, соответствовало бы той Ведьме Жадности, которая жаждала всеведения.

Итак ... белая лиса была Искусственным Духом по имени Ехидна, без сомнения. Однако ее утверждение о том, что у нее нет воспоминаний, было это правдой или ложью?

Анастасия сказала, что они вместе уже более десяти лет. Однако это само по себе не было основанием верить ей.

Если бы кто-то сказал, что она все это планировала именно в этот момент ... Субару не составил бы труда поверить им.

Анастасия: «Эй, эй, он, кажется, смотрит очень яростно».

Ехидна: «Такая сильная ненависть заставляет меня по-настоящему любопытствовать по поводу этой другой Ехидны, но я полагаю, что мы должны пока оставить эту тему в стороне. Независимо от того, верит он нам или нет, не имеет значения. Кстати, Ана, разве ты не должна сказать ему, что происходит?

Песец говорил побежденным тоном, принимая подозрительное недовольство Субару. И Анастасия по ее настоянию пожала плечами и хлопнула в ладоши, продолжая разговор.

Анастасия: «Что ж, теперь, когда твои сомнения рассеяны, самый важный вопрос - это культ ведьм. Они сделали три других запроса».

Субару: «Три других… итак, четыре?»

Анастасия: «Да, это общее количество оставшихся архиепископов. Поскольку большинство их запросов были довольно издевательскими по содержанию ... постарайся не обижаться».

Насмешливые требования ... опять же, они зашли слишком далеко.

Культ ведьм каким-то образом опроверг мнение Субару о том, что его впечатление о них не может ухудшиться.

Анастасия гладила хвост песца своими руками. Затем облизывая губы, она сказала ...

Анастасия: «Первым требованием является отказ от нашего искусственного духа, от обжорства».

Субару: «обжорство…»

Анастасия: «Хотя мне есть что сказать по этому поводу, я оставлю свой комментарий на потом. Далее гнев. - Она хочет, чтобы Книга Мудрости была принесена в этот город.

Субару: «—— чего !?»

Субару невольно расширил глаза. И, увидев это, Анастасия сузила свои слегка округлённые глаза.

Анастасия: «Видя эту реакцию, я бы сказала, что Натсуки-кун что-то знает об этом?»

Субару: «……»

Анастасия: «Не беспокойся, это хорошо. Это беспокоило меня совсем немного. Ехидна ничего не знает, как и Юлий».

Субару: «… эта лиса действительно сказала, что ничего не знает? Хотя это Книга Мудрости, а?

Анастасия показала легкую улыбку. В конце концов, до этого она ломала голову над тем, что не знала, как найти. Но теперь она нашла проблеск надежды. Конечно, эта улыбка не имела ни малейшего намека на привлекательность.

Ехидна: «Нет, боюсь, я ничего не знаю ... тогда, если вы позволите мне размышлять ... Ехидна, которую вы знаете, связана с этой Книгой Мудрости, верно?»

Субару: «Да, совершенно верно».

Ехидна: «В таком случае мне пришлось бы спросить, даже если бы я не хотела знать. Каким человеком была твоя ехидна? Была ли у нее какая-то связь с культом ведьм?

Хотя Субару полагал, что она не симулирует невежество, он чувствовал, что Анастасия и ее белая лиса говорили так, будто они были партнёрами. Конечно, учитывая их образ мышления, это было неизбежно. Если бы он поверил тому, что сказал песец, имя Ехидна относилось только к ее существованию. Только Субару знал, что создатель искусственного духа, Ехидна. И, что более важно, это доказало, что только имя Ведьмы Зависти было записано в историю.

Субару: «- Ехидна… это имя ведьмы из давних времен. Помимо Ведьмы Зависти существовали и другие злые ведьмы, и она была одной из них. Хотя она давно умерла, ее душа осталась здесь, как бы на якоре. Познакомившись с ней раньше, я теперь очень настороженно отношусь к ней.

Анастасия: «Натсуки-кун, у тебя температура? Ты говоришь здесь несколько довольно возмутительных слов.

Субару: «С моей головой все в порядке. Эти ведьмы - непостижимые, искаженные существа. Они могут даже создавать искусственных духов, так что просто прими это».

Ехидна: «В таком случае… тогда эту Ехидну можно назвать моим родителем.

Ответ Субару был окроплен смыслом, и белая лиса черпала смысл в словах, которые наверняка звучали безрассудно. Хотя он особо не пытался что-то скрыть, Субару почувствовал приступ сожаления, что не был откровенен с ней.

Ехидна: «В неожиданное время раскрытие тайны моего рождения - одна из многих радостей жизни.

Субару: «… хотя ты сам дух, ты так явно не понимаешь о существовании искусственных духов. Наша Беатрис, кажется, знает гораздо больше, чем ... нет, если подумать, она никогда не говорила мне ничего о тебе. Откуда вы пришли и что вы должны были сделать?

Ехидна: «К сожалению, все, что мне остается неизвестным, будь то обстоятельства моего рождения или цель, которую я была призвана выполнить. - Да, это все для меня загадка. Прямо сейчас я просто иду по пути этого довольно интересного ребенка».

По обвинению Субару, песец бросил многозначительный взгляд в сторону Анастасии, которая медленно перевела взгляд на Субару со стороны.

Анастасия: «Мне также очень любопытно, как связаны Ехидна и ведьма. И она ... не может быть не связана с этой ведьмой. Итак, давайте вернемся к теме Книги Мудрости ...»

Субару: «Книга Мудрости - это происхождение Евангелия культа ведьм… то есть полная версия. Книга Мудрости использует те же принципы, что и Драконий Камень».

Анастасия: «Так же, как Драконий Камень ... тогда их авторитет был бы невероятно высоким. Возможно ли, что ведьма сама написала книгу?

Субару: «Это то, что она имела в виду, но две существующие копии должны были быть сожжены. Если было сделано больше копий, то я не знаю о них».

Ехидна передала копии своей Книги Мудрости Беатрис и Роузвалю. И обе их копии наверняка были уничтожены год назад. Книга Мудрости Беатрис рассыпалась в пепел вместе с Запрещенным Архивом. И Рам сожгла Книгу Мудрости Роузваля, отвергая записанное в ней будущее.

Анастасия: «Но это именно то, что вы слышали от ведьмы Ехидны. Действительно ли ее слова правдивы?

Субару: «Это...

Хотя Субару и был недоволен тем, что Анастасия просто опровергла его утверждение, он также понимал, что достоверность этого заявления не высока. Однако он не думал, что Ехидна лгала об этом.

Предположительно, только у Субару, который говорил с ведьмой лицом к лицу, было бы такое чувство.

Субару: «——»

Анастасия: «Не доверять человеку, но доверять его словам. Какой неприятный человек для Натсуки-куна.

Субару: «Я тоже так думаю… Я, очевидно, не собирался доверять ей, но доверял ее словам, как противоречиво».

Каждое действие Ехидны было тщательно продумано и предназначено, чтобы убедить Субару стать ее марионеткой.

Однако это не означало, что все было ложью. Субару верил в это, потому что хотел? Или он все еще находился под влиянием этой ведьмы?

Анастасия: «На данный момент, независимо от ваших личных чувств, мы можем предложить три варианта этой Книги Мудрости. Во-первых, ведьма лжет, и другие копии были сделаны».

Субару: «А во-вторых, культ ведьм не знает, что Книга Мудрости больше не существует, а просто возится с нами, а третья есть?»

Анастасия: «Если она не солгала, значит, Книга Мудрости может существовать только одним способом. То есть одна из копий не была полностью уничтожена, а остались еще».

Субару: «-Что…»

То, что Книга Мудрости, возможно, оставила остатки, было тем, чего Субару вообще не рассматривал.

Анастасия покачала пальцем ошарашенному Субару.

Анастасия: «Хотя это не что-то четкое, книга была написана ведьмой, не так ли? Разве мы не можем сказать, что, вероятно, это будет трудно уничтожить, и, может быть, даже способно к самовосстановлению?»

Субару: «Действительно, я действительно не могу сказать, что это невозможно ... но реальный вопрос в том, кто бы нашел и сохранил восстановленный?»

Анастасия: «Если вы не видели своими глазами, что книга была сожжена, и ее в последний раз видели где-то в легкодоступном месте… возможно, я слишком много думаю, и вторая гипотеза гораздо более вероятна, но в любом случае мы не примем их предложение.

Анастасия повернулась к Субару с изящной рукой, положенной на ее рот.

Кто мог иметь доступ к остаткам Книги Мудрости ...? Тот, что в архиве, безусловно, был полностью уничтожен вместе со всем Запрещенным Архивом.

Но как насчет книги Роузваля? Хотя он слышал, что Рам сожгла её магией ... но в этом случае она должна была превратиться в пепел и быть похоронена под метелью Эмилии.

Если бы остались какие-то останки, конечно, был кто-то, кто мог бы их поднять, но

Субару: «Если бы кто-то принес это сюда, это был бы кто-то из моей фракции, и они все сказали бы мне. Поэтому я уверен, что Книги Мудрости нет в городе».

Анастасия: «В таком случае это не имеет значения. Мне не нужно посвящать столько внимания книге, о которой я ничего не знаю».

Однако Анастасия не стала останавливаться на этом и не собиралась углубляться в детали Книги Мудрости.

Анастасия: «Тогда следующие требования от Жадности и Похоти. Проще говоря, абсолютно ничего не стоит обсуждать в их словах.

Субару: «Эти двое… нет. Обжорство и гнев ничем не отличаются. Итак, что происходит? Что они сказали?"

Капелла, Похоть, несомненно, была худшей из всех.

И еще до того, как он встретил Капеллу, Регулус повредил правую ногу и похитил Эмилию, поэтому Субару испытал к нему ряд негативных эмоций. Он был непредсказуем, что беспокоило Субару.

Анастасия: «Надеюсь, ты не будешь слишком злиться на это».

Субару: «Я сделаю все возможное, но посмотрим».

Ответ Субару на неприятное вступительное замечание Анастасии был незамедлительным. С выражением «если так выразиться» Анастасия вздохнула.

Анастасия: «Предложение похоти не такое же, как у других, и кажется, что это просто насмешка ... Отправьте двадцать человек, которые любят друг друга, на Центральный водный путь. Они абсолютно не пострадают. Что-то вроде этого.

Субару: «Эта лживая сука! Черт, она имеет в виду, они не пострадают !? Она забыла, что она из тех, кто превращает людей в мух и драконов ради забавы ?!

Как всегда, Субару пришел в ярость, когда столкнулся со злодеяниями Капеллы.

Двадцать человек, которые любили друг друга - просто подумать о том, что этот монстр, спетый о такой ужасной любви, сделает с ними, было ужасно.

Анастасия: «Из того, что я могу сказать, этот архиепископ не считает изменение чьей-либо формы вредом. «Я никому не причиню вреда» - больше похоже на ее точные слова… Я почти чувствовала, что вижу, как она говорит. Что ж, следующим будет требование Жадности ...

Субару: «……»

Субару предпочитает хранить молчание, сердито ожидая следующего предложения Анастасии.

Однако, видя такое отношение, Анастасия, похоже, обнаружила, что ему трудно продолжать, колеблясь почти преувеличенно долго.

Затем,

Ехидна: «По просьбе человека, называющего себя жадностью, я хочу провести свадьбу со своей седовласой невестой. Так что, во всем, что связано с подготовкой к свадьбе, не смей мне мешать!»

Анастасия: «Ехидна…»

Ехидна: «Похоже, Анне было трудно говорить это, поэтому я надеюсь, что у меня все будет в порядке».

Вместо нерешительной Анастасии заговорила белая лиса, охранявшая ее шею.

Тем не менее, взаимопонимание между ними в настоящее время не имеет никакого отношения к Субару.

- Проведи свадьбу с сереброволосой невестой.

А кто будет невестой Регулуса Жадности? Вопрос вообще не нуждался в рассмотрении.

Субару: «- ХВАТИТ ВАЛЯТЬ ДУРАКА!! УБЛЮДОК!!

Поэтому извержение гнева у Субару было вполне разумным. Анастасия не могла не нахмуриться, и волосы белой лисы встали дыбом. Именно таким был прямой и чистый гнев Субару.

По его мнению, образ седовласого человека принял форму.

Невежественный, сверхъестественно могущественный мужчина захватил Эмилию и настаивал на том, что ее единственная ценность лежит в ее лице.

Но этот могущественный человек был не более чем больным в голове. Что за глупость он извергал на этот раз?

Субару: «Беатрис! И Книга Мудрости! И Эмилия! Они говорят, что хотят их? Хах! Культ ведьм не достанет ни одного из них!

Анастасия: «… Я ожидала этой реакции, но слышу, как ты говоришь так ясно, как будто это действительно вновь настоящий тя».

Видя страстную внешность Субару, Анастасия тоже улыбнулась.

Не из-за счастливого настроения, а из-за того, что та же страсть росла в ней,

Анастасия: «Наши искусственные духи… ну, я не собираюсь передавать им Ехидну. Кроме того, я отказываюсь позволить Культу Ведьм запугать меня. Я привела Круша-сан и Эмилию в этот город, и Культ Ведьм осмелился заставить их пострадать, так что… я не смогу снова встретиться с кем-либо из них, если не вытащу нас из этого!»

Ехидна: «О, Ана, ты такая воинственная».

Анастасия: «Именно потому, что я знаю, как выровнять игровое поле, чтобы мы могли претендовать на победу. Мы абсолютно не можем убежать прямо сейчас. Потому что мы обязательно сокрушим этот культ ведьм и заставим их заплатить репарации».

В отличие от Юлия, Гарфиэля, Вильгельма или даже Ферриса, ее можно обвинить в том, что она может говорить с безрассудством только из-за отсутствия личного опыта в отношении ужасов этого греховного культа.

Однако Субару не сделал этого.

В этом случае не было абсолютно никакой необходимости говорить что-либо, что могло бы повредить их моральному духу. И что еще более важно, ее присутствие, каким бы мстительным оно ни казалось, несомненно, заслуживало доверия.

Анастасия: «Все должны согласиться с этим мнением, хотя бы немного. Сказав это, они все еще на несколько шагов впереди, но кто может принять этот конец! Мы будем искать оправдания неудачам в другом мире!»

Субару: «——»

Анастасия: «Пока мы живы, у нас еще есть шанс. И мы абсолютно не можем отказаться от нашей жизни! Это было бы слишком трагично.

Нежная улыбка поднялась на лице Анастасии, когда она заявила о своей стальной воле.

Давление, исходящее от ее миниатюрной формы, могло заставить любого забыть, что она не была воином, который испытывал воздействие поля битвы… нет, это было неправильно. Фактически она была воином сотен и тысяч сражений.

Выбрав остроумие своим полем битвы, она была закаленным в боях воином.

Анастасия: «Будь то Круш-сан или люди, которые потеряли свою человеческую форму, если мы сможем захватить похоть, она сможет отменить то, что сделала. И Натсуки-кун, твоя любимая принцесса была украдена. Это не то, с чем ты можешь смириться, верно?

Субару: «Как будто ты должна была это спросить! Эмилия моя невеста! Я избавлюсь от этого ублюдка Обжорства и заберу память Рем! Я найду этого многословного Сириуса и выбью ей зубы! И я притащу Капеллу сюда и заставлю ее извиниться и изменить всех обратно, прежде чем выбить из нее всю дурь!»

Ехидна: «Боже, Ана и Натсуки-сан оба относятся к невозможному, как к легкому. Но, на самом деле, это то, что я нахожу наиболее обнадеживающим в вас.

Субару повторил решительное заявление Анастасии, и, увидев их настроение, песец с удовлетворением кивнул.

Первая и вторая битвы закончились неудачей.

Но следующая битва была впереди. Никто не умрет, и они не позволят никому умереть. В конце концов, они выжили бы, победив. Это было бы их триумфом.

Анастасия: «Рикардо стоит на страже, а Джошуа ищет других потерянных детей. Он должен вернуться в ближайшее время. А потом мы снова проведем полноценную стратегическую встречу».

Субару: «Мы также должны подтвердить ситуацию во всех убежищах и возле других башен».

Анастасия: «Я это так не оставлю....

Поскольку они решили делать то, что им нужно, их сердца будут полны решимости. Это был естественный путь.

Кивнув на слова Анастасии, Субару перевел взгляд на мэрию. С его точки зрения он мог видеть только высокие водонапорные башни.

Не было никакого способа различить восток, запад, север и юг.

Таким образом, каждый мог держать Эмилию, память Рем, заклятого врага или отвратительного монстра.

-Битва, за спасение дорогих и близких, продолжается.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 39. Кодекс рыцаря и запоздалый человек

Перевод и редактура: Toster

Подтвердив свою решимость, Субару и Анастасия спустились вниз, к приемной.

Они разговаривали на третьем из пяти этажей, который обычно функционировал как конференц-зал.

Анастасия: «Поскольку пятый этаж был полностью разрушен драконом, четвертый этаж теперь технически является последним этажом. Все жертвы Похоти отдыхают там».

Субару: «… что случилось с волшебным радио, когда сгорел пятый этаж?»

Анастасия: «Не беспокойся, оно было разобрано и помещено на ответственное хранение. Сам волшебный инструмент имеет форму большой металлической коробки, поэтому его легко перемещать. Кажется, что звук собирается в самой коробке, а затем усиливается по городу».

Антенна ... или, возможно, громкоговоритель?

Металлические ящики или громкоговоритель, в любом случае, волшебное устройство было благополучно обнаружено вместе с заложниками. Это было, пожалуй, единственной хорошей новостью, которую Субару услышал после пробуждения.

Волшебное радио почти наверняка окажется полезным позже, и знание, что заложники были в безопасности, дало огромный заряд морали.

Субару: «Вы сказали, что жертвы Капеллы собраны на четвертом этаже?»

Анастасия: «Несмотря на то, что они все мухи или драконы, их умы все еще человеческие, поэтому они понимают, что мы говорим, и следуем указаниям… хотя я не могу сказать, действительно ли это хорошо».

Субару: «……»

Субару также не мог решить, должен ли он быть рад, что преобразованные люди сохранили свое человеческое сознание.

Анастасия: «Они тоже могут нормально двигаться. К счастью, не было никаких попыток самоубийства. Все произошло слишком внезапно, и у большинства людей еще не было возможности отреагировать… Короче говоря, если мы сможем исправить все до того, как пыль осядет, все должно получиться просто отлично».

Субару: «Самоубийство…?»

Анастасия: «Разве ты не думаешь, что это проблема?»

Субару: «——»

На этот вопрос Субару не мог позволить себе ответить сразу..

По сравнению с Субару, Анастасия, похоже, неплохо справляется с измененной ситуацией.

Анастасия: «Пока есть жизнь, есть надежда, но без воли к жизни эта надежда уменьшается. Просто иметь дышащее тело недостаточно. Это воля к жизни, которую мы не можем позволить себе потерять».

Хотя он не мог видеть лицо Анастасии, он услышал уверенность в ее голосе, когда она шагнула вперед.

Субару искренне согласился с ее настойчивостью в отношении жизни и смерти. Жить было необходимо.

И пока была жизнь, был шанс сопротивляться.

Юлий: «Анастасия-сама»

Когда Субару и Анастасия спускались вниз, первым, кто заметил их появление, был Юлий, назвавший имя своего хозяина.

Первоначально Субару едва мельком взглянул на приемную первого этажа. Тем не менее, на первый взгляд, следы борьбы были очевидны.

Перевернутые столы и стулья, стены, потрескавшиеся и обожженные магией, обрызганы вездесущими брызгами крови, которые были поспешно вытерты.

Хотя Юлий так сожалел о побеге обжорства, он, очевидно, не колебался ни секунды во время их битвы.

Юлиус: «Как прошла твоя дискуссия с Субару?»

Анастасия: «Это было немного долго, но мы пришли к общему заключению. Как и мы, Натсуки-кун очень решителен».

Анастасия кивнула в ответ на вопросы Юлия. После краткого легкомысленного взгляда она перевела взгляд в другую сторону.

Напротив лестницы, с которой спустился Субару, перед входом в вестибюль появилась фигура Рикардо. Он вспомнил, что Анастасия упоминала, что Рикардо находился снаружи и искал выживших.

Анастасия: «Рикардо, с возвращением. Как ситуация?

Рикардо: «Мисс, вы выглядите очень воодушевленной…. Эти ублюдки имеют опыт в создании проблем».

Рикардо нахмурился с раздраженным вздохом по поводу результатов своего осмотра.

Потирая свою голову зверя, он раздал инструкции различным членам Железного Клыка. Некоторые остались стоять на страже, а другие пошли отдыхать дальше по коридору.

Субару: «Ведьма учит этих парней, в чем проблема? Нет, я не думаю, что это более неприятно, чем это ... это что-то еще?

Гарфиэль: Капитан. Этот отвратительный культ провёл обескураживающую трансляцию.

Гарфиэль, спускаясь по лестнице, ответил на вопрос Субару.

Субару: «Передача ... их запросов? Они сказали что-нибудь еще?

Юлиус: «Это было не слишком преувеличено, они распространяли новость, что сокрушили силы, которые пытались захватить мэрию.».

Рикардо: «Благодаря похоти, у людей во многих приютах, которые я посетил, почти не осталось боевого духа, чтобы восстановить свой город. Сложно оценить, сколько они смогут вылечить».

Юлий закрыл глаза, и Рикардо наморщил нос.

Услышав их ответ, Субару сразу понял, чего хотел Культ Ведьм.

Ранее, до их успешного захвата мэрии, Капелла сделала трансляцию со списком требований.

Обычные граждане, не способные сражаться, были полностью обескуражены тем, что они считали проигрышем. И те, кто мог сражаться, поняли бы более жесткие последствия.

Они знали бы, что любая попытка вернуть мэрию означала бы полномасштабное вторжение, которое сделало этот предполагаемый провал еще более удручающим.

Другими словами, трансляция Капеллы была попыткой преодолеть любое растущее сопротивление в других убежищах.

Рикардо: «Благодаря записям в мэрии я нашел все приюты в городе и один за другим посетил близлежащие, но…»

Рикардо развел руками, подтверждая опасения Субару.

Проблема находилась в сердцах людей. Вместо того, чтобы быть неспособным мотивировать их со стороны Рикардо, вина могла быть возложена только на Культ Ведьм, который был очень злопамятен.

Анастасия: «Без решимости у нас не будет смелости. Следующий бой действительно будет опасным ...

В отличие от ярости Субару, Анастасия была тихо созерцательной.

Услышав ее мягкий голос, Субару поднял голову. Анастасия повернулась к нему с словами: «Не так ли?».

Анастасия: «Даже если мы будем драться, у нас нет шансов на победу». - Помещение этой мысли в сознание каждого побуждает их сдаться без боя. Как ты думаешь, что произойдет?

Субару: «Они сдаются в мучительном отчаянии ... это ответ, который ты хочешь услышать от меня?»

Анастасия: «Если бы они просто хотели обнять колени и плакать, это было бы почти по-детски нежно, не правда ли? Но это не так. У них не будет возможности сражаться, но их воля к жизни не исчезнет. Итак, что осталось?

Субару: «… Значит, ты так говоришь…»

По сути, Субару был почти уверен, что понял, к чему она клонит.

Однако представление о том, что Культ Ведьм намеренно пытался создать такую ситуацию, вызвало невероятное количество отвращения.

Как будто чтобы поощрить дрожь, растущую в Субару, Анастасия хлопнула в ладоши. И сказала…

Анастасия: «Ответ на их спасение уже дан в форме запроса, не меньше. Наиболее разумный ход действий в такой безвыходной ситуации, конечно же, заключается в том, чтобы следовать просьбе. Таким образом, Книга Мудрости и призыватели искусственных духов не будут в безопасности, не так ли? И даже пары, которые любят друг друга могут стать жертвами».

Субару: «Но не все пойдут на такие крайности, верно !?»

Анастасия: «Конечно, нет. Есть некоторые, которые отказываются обменять свое выживание на жизнь других и вместо этого ищут способ покинуть город. Несмотря ни на что, будет много паники, и мы не сможем что-либо сделать».

Как только начнёт распространяться зараза паники, и без того опасная ситуация полностью рухнет. Было больно представлять город, где Культ Ведьмы полностью контролировал всех и вся. Как будто они были кукловодами, дергая за ниточки, как они пожелали.

Субару: «Итак… можем ли мы как-нибудь навестить всех и мотивировать их?»

Анастасия: «Это не очень реалистично, не так ли?»

Субару: «Тогда эта ситуация становится чертовски пессимистичной!»

Паника возникла естественно, когда всем было не по себе.

И единственный способ бороться с этой неизбежной паникой - дать надежду.

Субару: «Мы готовимся к контрнаступлению. Говоря даже так, это даст надежду, необходимую для предотвращения большей части паники, не так ли?»

Анастасия: «Я думаю, что мы должны идти по пути минимальных жертв. Каждый ресурс, который мы тратим неэффективно, дает другой стороне еще одно преимущество».

Субару: «Подожди, подожди, Анастасия-сан. Это не похоже на то, что я имею в виду.

Замечание Анастасии ужалило, и Субару невольно нахмурился, вызвав у нее усталый вздох.

Анастасия: «Натсуки-кун - идеал отказа жертвовать кем-либо, хотя это достойно восхищения, не реалистично. Наши войска получили слишком много урона на открытых этапах битвы, и мы не сможем прорваться без некоторых потерь. Разве это не очевидная правда?

Субару: «Первые два раза… это действительно было так. Но на этот раз мы не можем просто нести убытки, когда они наступают ... на самом деле, именно этого мы и стараемся избегать!»

Анастасия: «Если бы мы собирались нанести один последний победный удар, я бы с тобой согласилась. Но это невозможно в нашей ситуации. Думай об этом как о морской войне. Конечно, мы поможем тем отважным солдатам, которые плывут со своего затонувшего корабля на наш все еще крепкий корабль ... но для нас было бы неразумно пытаться спасти тех, кто просто сдается и решает утонуть».

Субару: «——! Но даже если мы победим, их...

Анастасия: «А если мы проиграем, все мы утонем! Если тебя не волнует победа или поражение, тогда ты готов умереть? Или ты хочешь жить!? Натсуки-кун, твоя философия без потерь на самом деле слишком наивна!

Гнев Анастасии только разжигал пламя собственной ярости Субару.

Подняв предупреждающую руку, Юлий остановил Субару. Однако его пристальный взгляд был направлен не на Субару, а на Анастасию, почти как если бы он стоял на стороне Субару. Он слегка вздохнул и закрыл глаза.

Юлиус: «Анастасия-сама, я понимаю ваши чувства, но я также должен согласиться с Субару. Предотвратить переживания Анастасии-самы на самом деле невозможно. Но принятие жертв невинных людей, безусловно, причиняет вам боль. И подрыв нашего морального духа ... это и есть план культа ведьм.

Субару: «Юлиус!»

Поддержка Юлиуса, даже за счет игнорирования его собственного хозяина, сдержала гнев Субару, и он даже почувствовал прилив новой уверенности.

Если Юлий, образец праведности, известный Рыцарь Рыцарей, разделял мнение Субару, то сам Субару не мог ошибаться.

Однако Анастасия только повернулась к Юлию, лаская свой шарф.

Анастасия: «Как ты думаешб, мне нравится так свободно говорить о потерях? Я даже не знаю наверняка, что другие убежища впадут в хаос! В конечном счете, это просто возможность. Тем не менее, мы никак не можем справиться с любой неприятной ситуацией одна за другой!»

Юлий: «Но…»

Анастасия: «Я больше не маленький ребенок, так что ты понимаешь, не так ли? С учетом того, насколько ограничены наши ресурсы, единственный способ эффективно справиться с Культом ведьмы - это поставить все в наступление. И даже тогда мы можем сделать не очень много».

Слова Анастасии, должно быть, звучали холодно и безжалостно для Юлия, который обиженно кусал губу, как руганный ребенок. В то же время они также обратились к Субару, который был первым, кто предложил эту идею.

Конечно, Субару прекрасно понимал точку зрения Анастасии. Вес даже одной жизни был таким тяжелым бременем.

Спасти даже одного человека было бесконечно сложно. И чем больше людей нужно будет спасти, тем труднее будет спасти их всех. Спасти столько людей, сколько хотел Субару, было почти невозможно.

Конечно, даже дети могли сделать такой вывод.

Чем больше яблок захочется держать в крошечных, хрупких руках ребенка, тем быстрее будет терять силу ребенок. И, в конце концов, он останется ни с чем.

Анастасия: «Чтобы побеждать, нам нужно идти на компромисс, как взрослые, а не вести себя, как избалованные дети. Как рыцарь, разве ты не сможешь увидеть разницу?

Юлий: «——»

Юлий закрыл глаза, словно подтверждая заявление Анастасии.

Когда он опустил голову, Субару увидел, что его кулаки сжаты за спиной. Несмотря на это, было ясно, что Юлий не желал возражать дальше.

Тем не менее,

Субару: «Сдаться здесь - значит быть недостойным называться рыцарем».

Анастасия: «…Натсуки-кун, ты вообще слушал? Разве ты ведешь себя не так, как тогда в столице? Знаешь, пройдя через все преграды ты тоже стал рыцарем.

Субару: «Да, я тоже рыцарь. И поскольку я рыцарь, я никогда не сдамся!

Чем больше яблок вы держите, тем больше вероятность, что они упадут на пол.

Но Субару и Юлий были рыцарями, и вместо того, чтобы держать яблоки, они держали в себе нечто гораздо более ценное.

Вместо того, чтобы держать фрукты, которые можно было уронить без последствий, они держали в своих руках жизнь; жизни, которые кричали, рыдали и имели значение.

Субару: «Это то, что имело значение для меня с самого начала. Я все еще действую во власти этого идеала. Мораль этого мира еще не сильно повлияла на меня!

Анастасия: «Ты снова говоришь что-то загадочное ... Но дело в том, что во время битвы с Белым Китом и битвы с культом ведьмы потом ... люди погибли. Пока есть борьба, жертвы неизбежны. Натсуки-кун, увидев это своими глазами, действительно ли ты имеешь в виду то, что говоришь?

Субару: «Не стоит недооценивать этих людей, Анастасия. Их смерти были трагическими, но они были солдатами, которые пожертвовали собой в бою. Они понимали, что делают. Эти невинные люди, люди, которые скоро будут принесены в жертву, не имеют такого осознания. Это принципиальная разница!»

Он понимал, что это понятие неразумно и что оно может быть совершенно нелогичным.

Однако это было то, во что верил Субару. Это осознание было тем, что имело значение для него в жизненной или смертельной ситуации.

Субару: «Граждане этого города - простые люди. У них никогда не было никаких обязательств солдата. Культ Ведьмы произвольно заставил их выйти на поле битвы. Оставлять их из-за этого неправильно».

Анастасия: «Даже если это не так, их произвольно втянули на поле битвы. Осознание навязывается им. Они ожидают нападения, не так ли? И они должны бороться за себя, как и мы».

Субару: «Но неподготовленные защитники не могут быть справедливо или разумно подвергаться нападению со стороны подготовленных нападавших. Но для этого и нужны рыцари. Это их обязанность защищать тех, кто не готов защитить себя. Это рыцарь, которого я идеализирую. Это тот самый рыцарь, которым я притворялся, перед этими беззащитными деревенскими детьми.

Приняв награды рыцаря, Субару обнаружил, что способен жить своей мечтой. Вполне естественно, что он так думал.

Эти идеалы исходили от деревенских детей, которые смотрели на него с восхищением, сияющим в глазах, когда Субару говорил что-то доблестное и лихое. Субару хотел сделать все возможное для них.

Конечно, помогло то, что Эмилия, когда она слушала, смотрела на него такими же яркими, блестящими глазами.

Субару: «Как рыцарь Эмилии, я буду сражаться за Эмилию, но это не значит, что никто, кроме Эмилии, не имеет значения. Анастасия-сан, как твой рыцарь, Юлий сражается, прежде всего, за тебя. Но он сражается не только за тебя. Это природа рыцаря; они не остановятся ни перед чем, чтобы выглядеть более лихо и доблестно.

Анастасия: «——»

Субару: «Юлий особенно. Он может оказаться на грани смерти и все еще сделать что-нибудь крутое, потому что этот мудак - Рыцарь Рыцарей. Другими словами, он хочет выглядеть намного круче, чем кто-либо другой».

Когда Анастасия уставилась на него, Субару указал на Юлия большим пальцем, который быстро погрузился в неловкое молчание.

Удивлённые и растерянные выражения лиц Анастасии и Юлия были настолько редки, что Субару не мог сдержать улыбку.

Субару: «Победить плохих парней - достаточно простая цель. Но решение жить с чувством вины смешно. Все должны быть спасены, каждый злодей должен быть побежден. Даже если у вас ничего не получится, вы должны начать с этой идееи, верно?

Подобные потери приносили те же результаты, что и смирение с потерями с самого начала, но существовала разница в том, как эта потеря повлияет на вас.

Конечно, было бы легко интерпретировать это как эгоизм, но ...

???: «Жить ради собственного эго - лучший способ жить. Я полностью согласен с тобой, брат.

Субару: «——!»

Когда Субару подробно остановился на своих наивных идеалах, в сцену вошел новый голос.

Все повернулись лицом ко входу в вестибюль. Поймав всеобщее внимание, мужчина оглянулся назад и вперед, казавшись несчастным.

???: «Эй, смотреть на меня с таким энтузиазмом - немного неуместно. Я знаю, что моя соблазнительность не в самом разгаре, поэтому я не знаю, насколько хорошо я оправдаю все ваши ожидания».

Субару: «—— Ал?»

Одетый в темный шлем, говорящий легкомысленными шутками и без следов враждебности; этот человек был одним из знакомых Субару, который исчез после того, как покинул отель тем утром - Ал.

Он оглянулся назад и вперед на людей, толпящихся в комнате снова.

Ал: «Где все знакомые лица? Разве не было больше этим утром?

Субару: «Они наверху с Круш-сан. Почему ты здесь?"

Ал: «Ну, когда начался шум, я решил поднять свою задницу и найти место, где можно спрятаться. Когда все стало успокаиваться, я выглянул на улицу и услышал передачу о мэрии. Моей первой мыслью было, что вы, вероятно, были замешаны, и если нет, я бы хотя бы смог найти кого-то, кто знает, что происходит».

Хотя он говорил сквозь жёсткий фильтр своего шлема со своим обычным абсурдным оптимизмом, все были более чем немного недовольны его ответом.

В конце концов, он был одним из немногих людей, которые были способны сражаться, но он решил расставить приоритеты своей собственной безопасности.

Ал: Да ладно, не смотри на меня так. Я чувствую себя немного плохо, но можешь ли ты сказать, что я пропустил этот последний бой полностью по своей вине? Кроме того, я не думаю, что результаты изменились бы, если бы я присутствовал один.

Гарфиэль: «Эй, капитан, этот парень пытается нас спровоцировать?»

Повседневное поведение Ала с самого начала приводило в бешенство Гарфиэля.

Вспоминая об этом, Ал и Гарфиэль никогда не встречались. Когда Присцилла прервала хороший завтрак в отеле, Гарфиэль отсутствовал.

С его точки зрения, Ал был странным и потенциально опасным человеком.

Субару: «Подожди, подожди, Гарфиель, этот парень участвует в королевских выборах. Он Ал, рыцарь Присциллы, хотя он официально еще не встретил тебя. Я не знаю, знаете ли вы, но все пять кандидатов сейчас в городе».

Ал: «Технически я всего лишь подчиненный принцессы, а не рыцарь. Я мог бы быть настолько чрезмерно правильным. О, кстати, я не имею в виду ничего грубого о тебе, брат.

Хотя Субару остановил чрезмерную реакцию Гарфиэля, Ал ответил на его вступление ноткой иронии. Его отношение заставило Гарфиэля снова скрепить клыки в ярости.

Анастасия: «Хорошо, достаточно, достаточно! Тсс! Вы все слишком раздражаете.

С громким хлопком она рассеяла быстро увеличивающееся напряжение.

Ее круглые глаза сосредоточились на Але.

Анастасия: «Разве вы не похожи на своего хозяина, появляются так внезапно и создают беспорядок или напряжпние? Как неприлично. Причиной драки будет втирать людям неправильный путь, так как насчет того, чтобы закончить прямо сейчас?

Ал: Вау, ты действительно честна. К сожалению, это так. Все говорят, что я убиваю людей и разрушаю их жизни. Ну, это работает как метод выживания».

Ал сунул палец в щель между головой и шлемом, застенчиво почесывая шею. Анастасия повернулась к Субару с небольшим вздохом.

Анастасия: «Хотя все кажется несколько сложным, моя политика не изменится. Если путь к победе требует жертв, я их сделаю. Если Натсуки-кун отказывается принимать какие-либо потери, тогда усердно работай, чтобы придумать план. Я также хотела бы избежать любых жертв, если это вообще возможно».

Субару: «Тогда ты не остановишь меня от посещения всех других приютов?»

Анастасия: «… Если вы можете сделать это в свое свободное время, тогда сделайте это. В любом случае, нам нужно больше боевой мощи. Если ты найдешь кого-нибудь, кто сможет сражаться, постарайся завербовать его на нашу сторону».

Убедить ее полностью передумать было бы невозможно; как таковой, Субару не будет жаловаться на свободу, которую ему предоставили.

Анастасия: «Возьми зеркало для разговора. Давайте установим ваш лимит времени на шесть часов. Я свяжусь с тобой, если мы нуждаемся в тебе. Будь осторожен и старайся изо всех сил, чтобы ничего не испортить.

Субару: «Ограничение по времени… верно, я еще не спрашивал. Который сейчас час?"

Юлиус: «Это все тот же день, около полуночи - мы отправимся через девять часов».

Если они хотели провести конференцию в 6 часов, то у Субару оставалось всего около трех часов, чтобы склонить Анастасию на свою сторону.

Кроме того, до этого срока ему также нужно было найти способ победить культ ведьм и спасти город ... но нет, даже этого было недостаточно.

Ему также нужно было спасти Эмилию и извлечь воспоминания Рэм из Чревоугодия, а также восстановить тех, кто был мутирован Похотью. Только достигнув всех этих целей, он мог сказать, что они одержали полную победу.

Субару: «Осталось не так много времени, у вас есть карта, где находятся укрытия?»

Анастасия: «Да, у нас есть несколько. Вот карта того, куда ушли все мальчики Рикардо из Железного клыка и куда они сейчас идут.

Она дает ему карту Рикардо, показывающую, что Железный Клык отправился в самые дальние укрытия. Удобно, что они оставили близлежащие убежища к Субару, который должен был путешествовать пешком.

Юлиус: «Субару, я пойду с тобой».

Субару: «Юлий? Нет, ты не должен. Ты бы очень помог, но у нас были бы проблемы, если бы мы не оставили достаточно бойцов в мэрии.

Рикардо был направлен на патрулирование снаружи, и Субару собирался взять с собой и Гарфиэля. Хотя Вильгельм был наверху, возложить на него ответственность за защиту всей ратуши было бы слишком тяжелым бременем.

И даже если бы это было не так, лагерь Круш был в настоящее время покрыт мраком. Услышав ответ Субару, Юлий кивнул, хотя и неохотно.

Он казался куда менее спокойным, чем обычно, и его импульсивность была действительно редким зрелищем. Субару легонько похлопал его по плечу, затем постучал по подбородку и указал на Гарфиэля.

Субару: «Гарфиэль, иди со мной. Мы пойдем в другие приюты и поищем людей, которые могут драться. Мы должны найти способ положить конец этому длительному беспокойству».

Гарфиэль: «… правильно, понял. Оставь это мне

Хотя ответ Гарфиэля на просьбу Субару опоздал, он согласился в конце концов. С этими словами Субару осмотрел карту в своей руке, ища укрытия возле мэрии.

Его первоочередной задачей было обеспечение боевой мощи - в этом случае, поиск Рейнхарда был бы его лучшим способом действий.

Ал: «Может, сначала пойти в приют рядом с отелем? Я не думаю, что принцесса отошла бы далеко отсюда.

Субару: «В таком случае, если мы пойдем по этому пути ... подожди секунду».

Субару остановился, его палец все еще задерживался на карте. Ал хотел использовать план Субару в своих целях. Последний пытливо наклонил голову и спросил его:

Субару: «Ты ... тоже идешь со мной?»

Ал: «Да. В конце концов, идти в одиночку было бы очень опасно, а не найти принцессу было бы очень хлопотно. Поскольку вы уже так много знаете, у меня, вероятно, будет больше шансов, если я пойду с вами. В таком беспорядке не найти принцессу было бы ужасно».

Субару: «… Какая картина идеальных отношений господина и слуги».

Хотя ситуация и дала ему странное чувство, это, к счастью, играло Субару на руку. Гарфиэль, с другой стороны, испытал явное отвращение, когда услышал, что Ал будет сопровождать их. В конце концов, в этот критический момент он наверняка не спускает глаз с незнакомых людей.

В любом случае, хотя Ал был несколько раздражающим, он, похоже, искренне хотел найти Присциллу.

Субару: «Говоря о Присцилле, я в последний раз видел ее в парке на Первой улице за пятнадцать минут до того, как произошло нападение. Если она не уйдет, она должна быть в приюте неподалеку.

Ал: «Правда? Это суперполезная информация, братан. Тогда давайте начнем с этого.

Обрадованный этой новостью, Ал несколько раз похлопал Субару.

Затем Субару, с довольным Алом и разгневанным Гарфиэлем на буксире, покинул ратушу для посещения ближайших убежищ.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 40. Коррозия гнева

Перевод и редактура: Toster

Двадцать пять приютов на район. В общей сложности получается около ста приютов во всей Пристелле.

По предложению Ала они начали поиски на Первой улице, где они, скорее всего, смогут найти тех, кто нуждается в помощи. Они шли обходным путем и двигались осторожно, чтобы избежать боя.

Ал: «Я чувствую, что мы слишком остро реагируем. В конце концов, у нас есть этот ребенок. Вы бы подумали, что нам не нужно быть слишком робким, брат.

Субару: «Это не чрезмерно. Наши собственные силы ограничены, в то время как противник едва поцарапан. Даже одна секунда небрежности обойдется трагическими последствиями. Не говоря уже о том, что мы не только наблюдаем за врагом, но и пытаемся здесь избежать каких-либо волнений».

Вернувшись в мэрию, Анастасия объяснила, что волнения населения могут привести к беспорядкам. Хотя он хотел верить, что этого не произойдет, он не мог отрицать такую возможность.

Ал: «Да, это также звучит правдоподобно. ... Ну, вы не услышите, чтобы я жаловался на безопасный путь. В конце концов, если дело доходит до драки, все, что я могу сделать, это положиться на ребенка».

Субару: «Ты… неужели ты не можешь драться? Тебе удалось благополучно добраться до мэрии.

Ал: «Если бы мне пришлось выбирать между дракой и бегством, мне пришлось бы выбрать первый вариант. Тем не менее, в лучшем случае, мое мастерство просто умение нормального человека. Если я столкнусь со сверхчеловеческим типом, результатом будет мой труп, сидящий в углу примерно через две секунды. Нет, ни за что, это было бы бессмысленно обсуждать.

Хотя Субару и был несколько недоволен его позицией, он согласился с мнением Ала. Был определенный уровень мастерства, которого он никогда не сможет достичь.

Возможно, сложность выживания в этом мире означала, что фундаментальный биологический состав его обитателей был другим. Независимо от того, насколько Субару обучен, он никогда не сможет сравниться с Юлиусом или Гарфиэлем. И давайте не будем упоминать Рейнхарда; никто не мог достичь этого уровня.

Субару: «Но это не должно быть достаточной причиной, чтобы не драться».

Ал: «Разве не так? Лично я считаю, что шансов на победу более чем достаточно, чтобы убедить меня даже не пытаться. Аааа, оставить позади сожаления - это еще одна тема. Ну, я в любом случае не такой человек.

Субару: «——»

Субару молчал, и Ал извинился, как признал себя виновным, прежде чем взглянуть на Гарфиэля, который тихо разведывал дорогу, которая лежала впереди.

Согнувшись на четвереньках, Гарфиэль мрачно обернулся.

Гарфиэль: «Похоже, что на следующих трех дорогах все чисто. Технически безопасно, но чертовски подозрительно, да?»

Избежать сражений было их целью, но отсутствие хоть какой-либо активности также вызывало чувство беспокойства. Как бы то ни было, время не позволяло им колебаться.

Субару: «Бесполезное раздражение не принесет нам пользы. Наше направление просто впереди. Давай как можно быстрее доберемся.

Гарфиэль: «Мой поразительный нос говорит так, по крайней мере. Черт, похоже, у нас нет другого выбора.

Расчесывая свои короткие светлые волосы, Гарфиэль взволнованно топнул землю.

Хотя их путь из мэрии занял около пятнадцати минут, благодаря осторожности и внимательности, это путешествие оказалось быстрым и безопасным. В конце концов, наихудший случай, который они рассмотрели, это то, что культ ведьм разместил войска по всему городу.

Думать, что они наткнутся на них за дорогой, не будет преувеличением.

Ал: «Разве не похоже, что Культ Ведьм решил пренебречь часовыми?»

Пока он бежал, Ал повернулся, чтобы прокомментировать. Субару ответил «почему ты так думаешь?»

Ал: «Причина очень проста: у них нет сил для наблюдения за улицами. Разве ты не заметил, брат? По сравнению с архиепископами на башнях, не кажется ли это слишком слабым? И то же самое с тем, что противники вынуждены так свободно двигаться. Если бы они серьезно хотели, чтобы их предложение было выполнено, они бы не вели себя так».

Субару: «Заблокировать все и дать такие точные требования было бы обычным делом, не так ли? Но вы думаете, что они имеют в виду другую цель?

Ал: «Ха, я бы не сказал, что знаю. Но я думаю, это что-то вроде того

Хотя Ал, вероятно, хотел ответить небрежно, под суровым взглядом Субару он на мгновение замолчал, возможно, с кривой улыбкой под шлемом.

Ал: «Не важно, выполняем ли мы их требования или нет».

Субару: «А?»

Ал: «Если бы они серьезно относились к своим требованиям, вы бы подумали, что они были бы более точными и подробными. Тем не менее, я уверен, что ты согласишься, братан ... что они серьезно не собираются настаивать на своих требованиях».

Субару: «Тогда… как будто они просто играют с нами…!»

Ал: «Разве они не играют с нами? Разве не для этого эти ублюдки сюда пришли?

В отличие от безмолвия Субару, Ал говорил пустым, вялым голосом.

- С ними просто играли.

Учитывая порочное воображение культа ведьм, такая возможность была не шуткой. Во время их атаки, хотя они действовали с преимуществом и принимали тактически обоснованные решения, было много мест, куда они не могли пробраться. Во время битвы в мэрии Капелла и Альфард лежали в засаде, но Сириус и Регулус отсутствовали, что указывает на отсутствие полномасштабного штурма. Кроме того, на стороне Субару никто не пострадал.

Теперь, несоответствие между безнадежной осадой города и слабым отношением культа ведьм также служило доказательством того, что Культ не принимал ничего для обеспечения своих требований.

Гарфиэль: «Капитан! Не нужно слушать слова этого ублюдка. Ты, если ты будешь небрежно подбрасывать такие забавные мысли в мою голову, изумительный я сам тебя убьет, да?

Когда Субару погрузился в море созерцательности, Гарфиэль повернулся, чтобы пристально взглянуть на Ала, бегущего рядом с Субару, и пристально посмотрел на него.

Гарлиэль: «Бесконечно болтаешь о вещах, которые даже не имеют значения, ублюдок без боевого духа, ты должен просто заткнуться! Независимо от того, что эти придурки пытаются, мы просто будем продолжать нападать, избивать и побеждать их! Пока мы помним об этом, мы можем продолжать!»

Ал: «Это довольно экстремальный и жестокий аргумент, не так ли? Хотя это правда, что я не подхожу в реальной конфронтации, это не имеет отношения к гаданию, о чем они думают. Говоря об этом, какой вред нам дает угадывание их намерений, а?

Гарфиэль: «Ты ублюдок…»

Когда его зубы издали резкий звонкий шум, шаги Гарфиэля упали замертво. В то же время Ал также прекратил движение, наполняя атмосферу напряжением и взаимным пренебрежением.

Субару рассек их между собой, прижимая руку к каждому из их грудей.

Субару: «Подожди! Какого черта с вами двумя происходит? Неужели пришло время обратить свое оружие на союзников?

Гарфиэль: «Ублюдок не союзник, капитан. Ясно, что он не в порядке. Наверное, будет лучше, если мы просто покончили с ним здесь и сейчас».

Ал: «Активно искать бой - нет, спасибо, но я не сторонник этих пацифистских движений, когда дело доходит до мотивированных противников».

Субару, расстроенный их отношением, почувствовал, как гнев начинает кипеть в нем.

И он почувствовал покалывание тысячи шипов, исходящих из ядра его тела, заставляя его бить, бить и пинать двух мужчин.

Субару: «Что-то не так…»

Несмотря ни на что, его собственный гнев усилился слишком быстро. И почему все они так хотели побить друг друга?

И конфликт между ними, казалось, тоже взволновал Субару -

Субару: «Нет, это…»

Неспособность направить поток своих мыслей и чувств - с этим пониманием Субару почувствовал холодок. В конце концов, это точное чувство отвращения было ему уже невероятно знакомо.

Субару: «Эта сука Сириус, это её влияние… !?»

Обмахнув лицо шлепками, Субару попытался пробудить собственное чувство сознания, оглядываясь вокруг.

Его проверка не выявила странных фигур, и он не услышал ничего неуместного. Однако смутное чувство мрака и отвращения сильно врезалось в его голову.

Субару: «Эй, Гарфиэль, Ал, остановитесь! Сделайте глубокий вдох и успокойтесь. Разве не странно, что ваш конфликт обостряется так быстро? Это, вероятно, из-за влияния Гнева. Ваши чувства становятся неуправляемыми.

Гарфиэль: «Ха? Что? … подожди.

Субару: «——»

Услышав требование Субару, Гарфиэль стиснул зубы, прижимая ладонь к его голове. Медленно он покачал головой и быстро моргнул.

Гарфиэль: «… на самом деле не стоит драться. Такое обычно только раздражает.

Субару: «Это способность Гнева. Давайте удостоверимся, что вокруг нас нет врагов, хорошо?

Гарфиэль: «Запах, миазмы… ничего плохого нет. Но,"

Именно потому, что его чувства были настолько заслуживающими доверия, Гарфиэль начал дрожать.

Другими словами, масштабы силы Сириуса выходили далеко за пределы того, что они когда-либо могли себе представить. Если теория о том, что она в настоящее время занимает башню, была верна, то диапазон ее власти распространялся почти на весь город. Конечно, была разница в сравнении с его интенсивностью в квадрате, но ...

Ал: «Это то, каково это быть игрушкой. Не то, что я хотел бы испытать более одного раза.».

Аль пробормотал; как и в случае с Гарфиэлем, поток гнева, охвативший его, рассеялся. Он смотрит на Субару, поднимая подбородок.

Ал: «Но, братан. Если мы не будем двигаться дальше, у нас будут проблемы, не так ли?

Субару: «Что, о чем ты говоришь?»

Ал: «Ты заметил это, братан, и, послушав, ты сказал, мы также поняли, что что-то не так. Тем не менее, никто этого не поймёт. Если бы это чувство распространилось по всему городу ... для обычного человека, не подозревавшего о ситуации, было бы невозможно оставаться рациональным, да?»

Субару: «-чёрт!»

Когда он принял во внимание тот факт, на что указал Ал, наихудший сценарий вспыхнул в голове Субару. Он обменялся взглядом с Гарфиэлем, который вообразил тот же сценарий и резко вздрогнул. Мгновенно они начали действовать, начав безрассудное бегство. Их пунктом назначения было ближайшее укрытие.

Ал: «Ах, подождите меня!»

Наблюдая за тем, как они бегут, медленный Ал поспешно повернулся, чтобы преследовать их.

В своем беспокойстве Субару полностью проигнорировал скрытность, поскольку он мчался вперед с опрометчивой энергией. Однако шаги Гарфиэля были больше и быстрее, чем у Субару, и в мгновение ока он оставил Субару позади. Его тень исчезла на перекрестке следующей улицы.

Согласно карте, в углу, где исчез Гарфиэль, должно быть укрытие.

Ал: «Дорога безопасна !?»

Субару: «Гарфиэль бросился без колебаний. Так что там не должно быть никого!

Отвечая на крики, идущие сзади, Субару добрался до угла, далеко отставая от Гарфиэля. Не теряя ни капли импульса, он повернул за угол и увидел каменный коттедж.

Торопливо двигаясь к открывшейся двери, подтверждая, что там действительно была лестница, соединяющаяся с землей, отчаянно бегая вниз, и его тусклое поле зрения открылось…,

Субару: «Ты ... шутишь ...»

- Усыпанный кровью и печалью, перед ним раскинулся адский пейзаж.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Ал: «Они убивали и убивали ... и только пятая часть из них все еще дышит. Это действительно худшая из ситуаций».

Относительно сцены ужаса, Ал сдержал свои чувства и прошептал задушенным голосом. У Субару, сидевшего сбоку, не было сил, чтобы ответить.

В убежище, в которое они ворвались, беженцы начали драться друг с другом, что привело к братоубийственной катастрофе.

Вынужденный втиснуться в стесненную клаустрофобию, опасаясь требований, которые культ ведьм выдвинул в эфир.

В это время темные мысли проникли в их сердца. Если мы сделаем то, что они просят, тогда ситуация улучшится, не так ли? Разве это не нормально для нас, чтобы принять меры?

Эти возникающие идеи вызывали действие, а действие требовало контакта с другими. Тем не менее, контакт был не обязательно чем-то хорошем.

Взрывной конфликт между Гарфиэлем и Алом на дороге также был результатом этого.

Однако в приюте не было Субару, чтобы успокоить всех. Ссоры усилились, поскольку все чувства сталкивались и распространялись, заражая окружающую область, удваивая эффект.

Когда эмоции усилились, беспокойство становилось невыносимым, превращалось в драку и приводило к трагедии.

Гарфиэль: «Мы можем позволить выжившим уснуть, а я могу лечить их раны. Но с захоронением мертвых… придется ждать. Капитан, ты с ними уже связался?

Субару: «У меня есть разговорное зеркало. Железный Клык должен быть в пути. Я думаю, что доверить выживших им будет хорошо. Проблема в том, что после этого ...

Субару недооценил степень катастрофы, вызванной неестественным увеличением количества вспыльчивых характеров.

Интенсивность волн эмоций, проходящих через людей, запертых в замкнутом пространстве укрытия, не была непредвиденной. Конечно, никто не сможет поддерживать позитивный и оптимистичный настрой; однако, даже среди негативных эмоций нюансы все же могут привести к огромным различиям.

Если бы первоначальные чувства были только печалью, плачем или унынием, без какой-либо инициативы принять меры, люди были бы относительно в хорошем состоянии.

Однако, если бы первоначальная эмоция была яростью или чем-то подобным, результатом был бы тот, который они наблюдали в настоящее время.

Субару: «Будучи вынужденным поймать себя в ловушку в этих убежищах ... эта эмоция может даже вызывать ненависть».

Если бы способность Гнева была чем-то похожа на обмен эмоциями, то чем больше людей находилось бы в сфере ее влияния, тем эффективней становилась ее сила.

Короче говоря, если бы люди были зеркалами, любые лучи света, исходящие от них, отражались бы бесконечно, благодаря большому количеству отражений. Замените свет эмоциями и…

Даже самый скромный контакт с другими приведет к ужасному концу.

Субару: «Как отвратительно…»

Гарфиэль: «Капитан, как мы справимся с этим? Хотя мы и сказали, что будем посещать каждый приют, все будет так…»

Закончив исцеление, Гарфиэль с потом лбу приобрел обеспокоенное выражение. Понимая причину своего беспокойства, Субару беспокоился о формулировке своего ответа.

Несмотря ни на что, Субару не мог организовать свои мысли. Посетить различные приюты, собрать силы, призвать всех не сдаваться; ни один из этих способов действий не был неправильным.

Однако сложившаяся ситуация не позволила Субару медленно объезжать город.

Горстка людей, которые были готовы сражаться, вероятно, была источником трагедии; их сердца вызвали раздор. Приюты стали коагулированным решением эмоций; возможно, убедить оставшихся беженцев уйти, чтобы улучшить свои шансы на выживание.

Субару: «Но если мы сделаем это и не сможем вернуть башни, они все умрут».

Приюты были разработаны, чтобы защитить своих граждан от любых потенциальных наводнений, которые может испытать город Уотергейт; в случае, если сторона Субару была перегружена, а водные ворота были освобождены, люди, покинувшие убежища из-за страха перед своими спутниками, умерли бы.

Оставаясь внутри или выходя на улицу, надежней меры не существовало.

Гарфиэль: «Капитан…»

Субару: «——»

Когда Субару погряз в своей нерешительности, Гарфиэль позвал его.

Это было выражение и голос, который искал ответы и спасение от Субару. Это была фигура того, кто ищет единственный свет, от которого он может зависеть в мире тьмы, ищет руководства и уверенности.

Как Субару мог ответить на это выражение?

Однако не было никакого смысла жаловаться на его слабость. Истерить, свирепствовать, это никого не спасет. Если у него будет свободное время жаловаться, ему будет гораздо лучше сказать что-нибудь осмысленное.

Ал: «Капитан это, капитан то… на самом деле, это похоже на то, что ты применяешь надежный, удобный шарм, малыш. Какое замечательное отношение, это заставляет меня плакать, правда».

Однако тот, кто нарушил нерешительное молчание Субару, был одноруким человеком. Прислонившись спиной к стене, взгляд Ала отошел от сцены ужаса Гарфиэля.

Его холодное безразличие шокировало Гарфиэля молчанием.

Гарфиэль: «Ха? Черт возьми, значит, сволочь ...

Ал: «Ты не понимаешь без объяснения? Я имел в виду только то, что я сказал. Отказаться думать и делегировать свое суждение другим легко. Является ли «капитан» магическим заклинанием для вас? Чтобы иметь возможность найти решение для чего-либо вообще, он какой-то известный Супермен?»

Прерывание Гарфиэля было насмешливым отношением Ала.

Ал: «Именно из этих моментов я могу сказать, насколько ты зависишь от него, но действительно ли он настолько преувеличенно надежен? С точки зрения силы, ты его победишь, без вопросов. С точки зрения интеллекта всегда найдется кто-то лучше него. И удачи? Даже если ты осмелишься упомянуть удачу в такой ситуации, тебе никто не поверит, да?

Гарфиэль: «Заткнись! Я не могу говорить такое о капитане! Черт, ты знаешь о его силе? Этот человек чертовски поражает!

Ал: «Он сильный, он потрясающий, ты что, просто ребенок? Где же эта сила? Если бы он был действительно таким удивительным, как ты говоришь, он бы уже что-то сделал. Или ты говоришь, что он уже придумал решение и просто притворяется, что возится?

Даже когда Гарфиэль начал кричать, иронический тон Ала не дрогнул. И когда он научился всматриваться в лицо Субару, Субару обнаружил, что не может опровергнуть его слова.

При этой реакции Ал выпрямился, продолжая: «Вы видите?»,

Ал: «Быть ответственным за все, нести каждое решение в своих руках - это замечательно, не правда ли? Это главный герой. Однако большинство простых людей не могут выполнить эту миссию; они недостаточно сильны. Конечно, это само собой разумеется для меня, и даже твой брат это то же самое. Так почему ты заставляешь его нести все это? Не надейся на него слишком сильно.

Субару: «——»

Субару понятия не имел о том, что Ал пытался сказать.

Может ли он снова оказаться под властью Гнева? Если да, то какое чувство теперь преобладает в сердце Ала?

Злость? Грусть? Что-то другое?

Он казался разъяренным, но также скорбным и издевающимся; даже выяснить, что он чувствовал в тот момент, было невозможно.

Ал: «Брат. Что беспокоило тебя все это время?

Субару: «… что меня беспокоит? Все это…"

Как спасти этот город. Как найти правильное решение, не причинив вреда людям, спасающимся в убежищах.

Как спасти Эмилию. Как вылечить Круш. Как восстановить Рем. Как отогнать культ ведьм. Как найти лучший путь, где все будут спасены.

Ал: «Как лучше всего служить своей уважаемой принцессе - ты не можешь сразу сказать это?»

Субару: «——»

Услышав разочарование в голосе Ала, Субару медленно поднял голову.

Ал неподвижно изучал Субару. Когда его лицо было покрыто шлемом, выражение его лица было неразличимо. Однако Субару почему-то оказался невероятно взволнованным.

Ал: «Я забочусь только о принцессе ... о Присцилле. Так что все остальные, честно говоря, совершенно не имеют отношения к мне. Например, играть в тандеме с тобой, брат, только для того, чтобы я мог улучшить свои шансы выжить и встретиться с принцессой».

Субару: «Ал…»

Ал: «Итак, я совсем не понимаю твоих чувств, братан. Это важно, это приоритет ... В этом случае тебе будет невозможно увидеть, что является наиболее важным. Попытка решить все и что угодно, разве это не делает из тебя клише парня, который не знает, как бороться за то, что считает самым ценным?»

Щелкнув языком, Ал задушил какие-то эмоции.

Даже Гарфиэль не смог найти ответ на это холодное поведение. И Субару, понесший главный удар, потерял дар речи.

Ал: «Седовласая мисс - самая важная для тебя, не так ли, брат? Если ты просто спасаешь ее, покончи с раздражением и колебаниями и действуй. Это будет легко.

Субару: «… Не говори мне это. Я обязательно убью ублюдка, который похитил Эмилию. И в любом случае, у меня даже нет конкретных планов. Это не так просто, как ты говоришь.

Ал: «Но это гораздо менее трудная задача, чем сохранить все. Если ты уменьшишь нагрузку, твоё тело станет легче, а охват увеличится. Разве это не так?

Слабое сопротивление Субару было плавно отклонено Алом.

Ал: «Ты пытаешься быть святым или героем? Если да, у тебя должен быть предел.

Пожав плечами, Ал отбросил замешательство Субару как нечто нелепое. Он обнаружил, что само такое отношение непостижимо.

Когда он поссорился с Анастасией в мэрии, тот, кого можно было даже назвать упрямым, и который считал его союзником, был не кем иным, как Ал.

Тот, кто согласился с его отчаянной борьбой за самоудовлетворение, тоже был Ал. Тем не менее, после прибытия сюда, почему он подрывает его мнение?

Субару: «Что ты говоришь сейчас совершенно не так, как раньше? Или ты не заинтересован в том, чтобы выступать в качестве моего союзника?

Ал: «Нет, нет, ты неправ. Я не говорю, что заниматься самоудовлетворением неправильно. Но предел этого самоудовлетворения - совсем другая тема. Твоя идея о желании спасти всех, братан, была отвергнута, когда ты увидел ужас в этом убежище, верно? В таком случае этого достаточно, не так ли? Честно говоря, если ты только охраняешь то, что важно для тебя, уход отсюда не является понятием, которое следует осуждать, не так ли?

Субару: «Ускользнуть ... ты хочешь убежать? В такое время?

Ал: «Что такого плохого? В месте, где вы так бессильны, действительно ли выбор бежать такой неправильный? Я, после выздоровления принцессы, намерен бежать из города. Таким образом, у меня нет никаких обязательств перед людьми здесь или перед моралью о человечестве или чем-то еще».

Вставив пальцы в шлем и слегка почесывая шею, Ал повернулся, чтобы посмотреть на безмолвного Субару.

Ал: «Ты тоже мог бы это сделать, братан. Спаси только мисс ... просто спаси Эмилию, и убегай, и у тебя все будет хорошо. В любом случае, вредители, такие как Культ Ведьм, просто вернутся, даже если их победят. Прямо как бандиты на обочине, да? Вы теряете что-то, просто взаимодействуя с ним».

Был только один ответ на предложение Ала.

Культы ведьм были вредителями; Субару разделял это чувство. И то, что они могли вовлечь даже тех, кто не имел к ним отношения, было тем, которое он не будет отрицать.

С точки зрения Ала, у него не было причин вмешиваться.

Конечно, опасность Эмилии была другим делом. Даже предполагая, что Эмилия не имеет ничего общего с ситуацией, Субару никогда не мог выбрать вариант побега.

Ал: «И даже если это нужно сделать, это не обязательно должен быть ты, братан. Так почему ты так настойчив?

Субару: «Когда ребенок бежит к оживленному перекрестку дороги, не обращая внимания на свет, прежде чем подумать о том, почему, я немедленно оттащу его обратно на тротуар… это, вероятно, что-то в этом роде».

Ал: «——»

Вздох Ала в ответ на ответ Субару был очевиден.

Субару: «Я не считаю, что нужно всех принимать во внимание. Потому что я здесь, я постараюсь сделать это. Потому что я здесь, я буду в состоянии сделать что-либо. Есть много мест, куда я не смогу добраться. Но,

Гарфиэль: «Капитан…»

Субару был доволен беспокойством Гарфиэля. В то же время он что-то понял. Внезапный каприз.

Чудесный переворот, который можно использовать, чтобы воспользоваться авторитетом Гнева.

Субару: «Гарфиэль, не стесняйся, хорошо? Просто зови меня, как всегда.

Гарфиэль: «——»

Субару: «Хотя изначально ты меня немного смутил, эта стеснительность давно прошла. Хотя нет никакой гарантии, что я смогу оправдать ожидания, пока это возможно, я сделаю это».

Субару не знал, как отразился в выжидающем взгляде Гарфиэля.

Однако в том месте, которое Гарфиэль считал безнадежным, он увидел восход солнца, на котором стоял Субару, именно в результате резких действий Субару. И однажды одинокая молодая девушка, которая когда-то все отрицала, чувствовала то же самое.

Поэтому у Субару не было выбора, кроме как взять на себя ответственность за свои действия.

Гарфиэль: «…… Да. Да, верно, капитан. Понял. Великолепный я тоже будет помогать, я буду тратить столько, сил сколько бы на это не нужно было. Так что, если ты не скажешь что-нибудь слабое, все будет хорошо».

Субару: «Хорошо. Тогда я буду полагаться на тебя. Передав здесь раненых Железному Клыку, нам придется немедленно вернуться в Ратушу.

Поднявшись и погладив себя, Субару также подошел к Гарфиелю, голова которого все еще была опущена, и похлопал его по плечам.

Субару: «Я сделал выбор. Хотя в другом направлении, чем вы надеялись.

Ал: «… как хочешь, брат. По крайней мере, если я не смогу подтвердить, что не могу найти принцессу, пока для меня не станет бессмысленным оставаться с тобой, я буду следовать за тобой повсюду, братан.

Хотя его предложение было полностью отклонено, Ал ответил без какого-либо разочарования.

Даже будучи озадаченным, Субару переместил свои шаги в сторону укрытия, готовый действовать немедленно после прибытия подкрепления.

Позади него, вместе с Гарфиэлем, Ал последовал их примеру с небольшого расстояния.

Взглянув на спину двоих, которые шагали вперед, Ал протянул руку к затылку, и глубоко вздохнул.

Ал: «Вот так ... когда ты будешь реагировать на ожидания разных людей, что с тобой будет? В конце концов, без этих болезненных переживаний вы бы точно не узнали».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 41. Героический призрак

Перевод: Funny_R

Редактура: Toster

Анастасия: Вы уверены, что вернулись рано?

Когда они вернулись в мэрию, Анастасия приветствовала их с несколько напряженной улыбкой.

Честно говоря, Анастасия была почти последним лицом, которое Субару хотел увидеть.

Но сейчас не время беспокоиться об этом.

Субару: Да, я вернулся. Но я отправлюсь снова, как только закончу. Сначала я должен кое-что попробовать в мэрии

Анастасия: Вы снова что-то придумали? У меня плохое предчувствие

Субару: Ну ... первое убежище было ужасным зрелищем, я уже упоминал об этом в разговорном зеркале. И я думаю, что влияние Гнева, должно быть, затронуло и другие приюты

Анастасия: Значит, они уступили эмоциональному резонансу ... Я не чувствую этого сама. Если я позволю своему настроению упасть, у меня такое чувство, что оно будет продолжать падать вечно. …… Но я думаю, что это работает немного по-другому на всех

Субару кивнул на анализ Анастасии.

Ведь Субару тоже заметил это на улице. Эффективность власти Сириуса может сильно различаться между людьми.

Возможно, простое знание о существовании власти, могло бы помочь смягчить его последствия: тот факт, что Субару смог таким образом успокоить Гарфиэля и Ала, точно доказал это.

Ал: Я не знаю, как убежище стало таким, но я не могу не беспокоиться о том, что то же самое происходит с нашими главными парнями, которые собрались здесь. Я действительно предпочел бы, чтобы я не вернулся сюда только для того, чтобы стать окровавленным куском мяса или еще что-нибудь»

Анастасия: Ну, тебе не нужно об этом беспокоиться. К счастью, у нас тут только умные, рациональные люди.

Ал: Хотя я не могу сказать то же самое о парне, который всегда портит атмосферу.

Ал, который вернулся с Субару, сказал это, осматривая первый этаж мэрии. Услышав это, Анастасия фыркнула, остановив умную улыбку с насмешкой.

Видя, как Ал молча пожимает плечами, Анастасия снова повернулась к Субару.

Анастасия: Итак, что ты планируешь делать? Вы вернулись, потому что у вас была идея, верно?

Субару: Ааа, верно. …… Кстати, а где Юлий? Он не с тобой?

Анастасия: Мне не нравится, когда меня бомбардируют вопросом за вопросом, вы знаете… Юлиус был немного странным. Я думаю, что это отчасти потому, что мы еще не нашли его брата, но я чувствую, что это еще не все

Субару: странно себя ведёт …… Теперь, когда вы упомянули об этом, он был немного странным, не так ли?

Проснувшись после неудавшейся атаки на ратушу, Субару заметил, что Юлий был менее красноречивым, чем обычно. Казалось, он выносит суждения и предложения, которые он никогда бы не сделал в обычных обстоятельствах, и в нем явно не было уверенности.

Он был человеком с сильным чувством долга. Субару думал, что это из-за сожаления за то, что позволил Обжорству сбежать, но, возможно, это было нечто большее.

Гарфиэль: Капитан. Это плохая привычка беспокоиться о каждой проблеме. Я знаю, что ты беспокоишься о Юлиусе, но это не то, что мы можем исправить прямо сейчас

Субару: Ах да, ты прав. Ну, я уверен, что этот парень справится сам. По сравнению с этим у нас есть свои собственные пробелы, которые надо решить. Анастасия-Сан -. Вещатель на верхнем этаже все еще находится в рабочем состоянии, верно? Это не так, как будто он сломано, или мы потеряли руководство или что-то еще?

Вернувшись по напоминанию Гарфиэля, Субару задал этот вопрос. На приемном конце Анастасия несколько раз моргнула, а затем ответила:

Анастасия: Он не сломан, и раньше я работала с подобными устройствами, так что все в порядке …… но что вы планируете делать с этим?

Видя удивление в глазах Анастасии, Субару почесал щеку.

Хотя он и ожидал, что она противится этому, это был единственный план, который он мог придумать. С точки зрения минимизации потерь, это также будет наиболее эффективной мерой.

Субару: Как я сказал в разговорном зеркале, область в настоящее время находится под влиянием власти Гнева. Приют, который мы посетили …… омылся кровью, потому что небольшое раздражение из за его способности переросло в ненависть и гнев. Малейшие негативные эмоции могут перерасти в ужасную катастрофу. Это опасно

Анастасия: Да. Мои мысли были верны. Чем больше людей, тем труднее ими управлять и тем быстрее распространяется паника. Тем не менее, с убежищами …… или даже без убежищ люди будут стремиться собраться вместе. Правильно?

Субару тихо кивнул в ответ на вопрос Анастасии.

Власть Сириуса так пугает, что чем больше людей вместе, тем сильнее становится ее влияние. И когда люди услышали угрозы Культа ведьмы по радиопередачам, это вызвало неизбежную тенденцию паники: действительно отвратительный способ эксплуатировать беспомощность людей.

Было неясно, надеялся ли Культ Ведьм на их сотрудничество, но факт в том, что он создал порочный круг, который в этот момент угрожал жизнями людей.

Анастасия: Вы хотите сказать ... вы придумали как противостоять этому?

Субару: Это всего лишь предположение. Я думаю, что стоит попробовать. Это просто……

Слова Субару внезапно затихли перед ожидающим взглядом Анастасии.

Видя это, Анастасия прищурилась, словно вглядываясь в самые сокровенные мысли Субару, а Субару глубоко вздохнул,

Субару: Как только мы начнем это делать, все будет услышано культом ведьм, слово в слово. Так что есть вероятность, что мы можем столкнуться с другими опасностями, если спровоцируем этих парней

Анастасия: И взамен, есть хороший шанс, что мы сможем уменьшить существующую угрозу

Субару: Да, верно. Теперь, когда мы забрали Ратушу, а власть Сириуса была единственной, которая воздействует на убежища ... даже при том, что трудно сбалансировать риски, я все еще думаю ……

Невозможно представить, как отреагирует Культ Ведьм, если они сделают что-то подобное здесь. Опасности были равносильны попаданию горящей спички в порох, как это всегда имеет место при работе с культом ведьм. Что так трудно оценить, так это то, что порох может также взорваться сам в любой момент, независимо от того, принесут ли они спичку или нет.

Анастасия: «Думаю, я более или менее знаю, что ты собираешься сейчас сделать, Нацуки-кун

Субару: Правда?

Немного задумавшись, Анастасия глубоко вздохнула и сказала. Услышав это, Субару поднял брови, удивленный ее реакцией,

Анастасия: следуя ходу разговора, и так как вы спросили об устройстве вещания с самого начала, я бы больше волновалась, если бы я все еще не смогла понять это

Субару: Н-ну, да, я думаю. Так что вы думаете? Вы против этого, не так ли?

Она, вероятно, будет против , как он думал заранее.

И поэтому у Субару не было другого выбора, кроме как преодолеть гигантское препятствие - упрямость Анастасии

Анастасия: Хаа,ну что я буду с тобой делать?

Субару: …… Э, ты в порядке?

Анастасия: Логически говоря, это был бы лучший курс действий. Независимо от того, насколько мне нравится побеждать, если это означает, что к тому времени, когда мы уничтожим культ ведьм, мы оставим гору трупов, то послевкусие будет слишком плохим

Получив этот неожиданный ответ, на мгновение Субару стоял ошеломленный.

Тем временем Анастасия прикусила губы, словно пытаясь справиться с какими-то неперевариваемыми эмоциями внутри нее, но именно Гарфиэль нарушил молчание.

Гарфиэль: Йо, Капитан и взрослая девушка. О чем вы, ребята, снова говорите?

Анастасия: Такой невосприимчивый ребенок ... Даже мой Рикардо мог понять это

Для Гарфиэля, который не был в курсе дел, Анастасия бросила это не щадящее замечание. Гарфиэль сжал клыки, когда услышал это, но Ал похлопал его по плечу сзади, смеясь над Гарфиэлем, когда он обернулся,

Ал: В основном, что думает братан, так это: вместо того, чтобы пытаться остановить Распространение власти гнева по всему городу, было бы быстрее, и проще было бы вместо этого использовать ее в своих интересах

Гарфиэль :Ах,вот как ……

Субару: способность Сириуса вызывает обмен эмоциями.Когда люди обеспокоены и испуганы, эти эмоции распространяются, когда все больше людей собираются вместе, пока, в конце концов, они не начнут взрываться. Так…

Анастасия: Если вы можете заменить страх и беспокойство другой эмоцией …… закрасьте это чем-то вроде надежды, тогда это будет то, чем нужно поделиться

На вопрос Гарфиэля ответили Ал и Субару, а затем, наконец, Анастасия.

Слушая, глаза Гарфиэля расширились, когда он наконец всё понял,

Гарфиэль: Ааа, вот и все! Тогда они не будут убивать друг друга. И если дела пойдут хорошо, даже те, чье настроение сломлено, вернутся в бой

Субару: Когда они охвачены таким, даже опытные бойцы не смогут выстоять. Если мы сможем освободить их от этого беспокойства, я думаю, у нас больше не будет проблем с укреплением наших сил

Гарфиэль: Разве это не круто !? Сделай это, капитан! У нас есть устройство. Итак, мы начинаем ……

Анастасия: Подожди, подожди! Это не так просто. Не то чтобы я сам не учла это ...

Анастасия хлопнула в ладоши, чтобы остановить взволнованного Гарфиэля.

Видя это, Гарфиэль обнажил свои клыки,

Гарфиэль: Ха? Почему мы задерживаемся? Ты только что сказала, что согласилась, не так ли? Не говори мне, что ты передумала в последнюю минуту

Анастасия: Я не говорила, что передумала. Я сказала вам, что подумаю об этом. Есть еще одна проблема, помимо взвешивания плюсов и минусов

Субару : плюсы и минусы… те, о которых мы говорили ранее?

Анастасия: Цель самой этой стратегии: устранение тревоги и отчаяния граждан, чтобы у нас не было этой постоянной угрозы за нашими спинами. Дело в том, что все, что мы транслируем в город, естественно, попадет в уши культа ведьм. Мы абсолютно не знаем, как они будут реагировать.

Анастасия подняла руки к Гарфиэлю и Субару, и с Тем не менее она продолжила:

Анастасия: С точки зрения недостатков, я считаю, что они почти ничтожны. Культ Ведьм не запрещали сопротивление, когда они предъявляли свои требования. Это как если бы они даже не возражали, если им мешают или противостоят

Субару …… Теперь, когда вы упомянули это, даже несмотря на то, что мы напали на мэрию, они не использовали это в качестве предлога для возмездия. Это похоже на то, что они сделали с людьми в мэрии, просто для собственного удовольствия.

Анастасия: Развлечение? Мне нравится это слово. Это довольно точный способ описания больных склонностей этих парней

Анастасия вздохнула, а Субару захотелось заткнуть ее рот при мысли о лицах этих греховных архиепископов.

Тем не менее, они оба согласились, что не было никакого дополнительного риска в создании самой трансляции. Итак, беспокойство Анастасии было ...

Анастасия: Хотя у меня нет возражений против самой трансляции, проблема в том, что ... что она будет содержать информацию о том, кто и что будет говорить

Субару: Что и кто ……?

Не понимая, что говорит Анастасия, Субару нахмурился.

Если она спрашивает, кто должен делать трансляцию по городу, чтобы пробудить надежды людей и прогнать их беспокойство, то…

Субару: Ну, вот тут и приходит Анастасия-сан. Люди признают тебя кандидатом на королевский отбор. Если что-то вдохновляющее приходит из уст Анастасии-сан ……

Анастасия: Это может странно слышать такое от меня, но я думаю, что трудно ожидать такого эффекта от моих слов. Как бы мне не хотелось это признавать, я не справлюсь с этой задачей

Субару:....

Анастасия покачала головой от интуитивного предложения Субару.

Субару не понимал ее смысла. Поскольку, естественно, вся Пристелла будет знать о положении Анастасии как кандидата в королевские выборы.

Ее известность, безусловно, намного превосходила всех присутствующих.

Субару : Не до этого ... почему? Я имею в виду, Анастасия-сан, вы ...

Анастасия: Если все, что имеет значение, это известность, то я действительно была бы наиболее подходящей. Если это все, что нужно, чтобы изменить положение вещей к лучшему, я была бы счастлива сделать это. Но это не так. Моя известность и победа над культом ведьмы вообще не связаны. Просто зная, что «Кто-то знаменитый борется с культом ведьм» ―― может что-то сделать, а может и нет

Субару: Но ……

Анастасия: В таком случае это было бы бессмысленно. Что нужно, так это надежда. Надеюсь, что это может заменить все тревоги в сердцах людей одним ударом

У Субару не было слов, чтобы ответить на заявление Анастасии.

Честно говоря, он хотел упрекнуть ее за ее малодушие и опровергнуть то, что она говорила. Однако не кто-то другой, а сама Анастасия, казалось, больше всего сожалела об этом.

Анастасия не могла бы сказать эти слова, не задумываясь. Наоборот.

Именно потому, что она тщательно обдумала это, она сочла себя недостойной этой роли.

Анастасия: Я могу обмануть людей великолепными словами. И я уверена, что из каждых десяти пятеро будут обмануты. Но это будет только хрупкая, отчаянная соломинка, которая уступит место при малейшем дуновении ветра, и все, чего она добьется, это на мгновение изменит чувство

Субару: T-тогда …… как насчет Круш? Она имеет военный опыт и принадлежит к благородной семье Лугуники

Анастасия: Да, слова наверняка имели бы вес, если бы они исходили от Круш, но это была бывшая Круш Карстен. Нынешняя Круш не имеет такого влияния на людей. Не говоря уже о том, что Круш в настоящее время борется за свою жизнь. Это проблема, которую нужно решить, прежде чем спрашивать ее, чтобы вдохновить кого-либо еще.

Субару: Неужели всё так плохо !?

Услышав что Круш находится в еще худшем состоянии, как ему сказали, Субару сделал шаг к Анастасии.

С разницей в росте между ними Анастасия посмотрела на Субару и сжала губы. Субару быстро повернулся к Гарфиэлю и увидел, что он слабо качает головой,

Гарфиэль: «Ушастая сестренка» не даст ей умереть, я в этом уверен. Она вложила в нее столько жизненной силы ... но я против того, чтобы она тоже говорила перед устройством вещания. Черт, она едва может издать звук ……

Субару: Черт возьми! Тогда как насчет Юлия? Если бы это был Юлий, он бы ……

Анастасия: Это правда, что Юлий - Рыцарь Королевской Гвардии, один из величайших Рыцарей в Королевстве, и моя гордость. Но разве имя Юлия будет значить в этом городе? В лучшем случае его шансы примерно такие же, как у меня. И я более красноречивее

О Круш не могло быть и речи, и Юлиус также не вариант.

Из лиц в мэрии, которые могли внушать надежду другим, остались только Вильгельм и Рикардо. Но Рикардо не имеет ни влияния, ни популярности.

И как теперь можно спросить это у Вильгельма? Даже если он согласится, какое преимущество принесет титул Вильгельма как бывшего главы Королевской гвардии?

Субару: Тогда что нам делать? Кто еще здесь……?

Ал: Ну ...

В тот момент, когда Субару подумал, что нашел эффективную контрмеру против Гнева, он застрял, и никто не мог ее выполнить.

Пока Субару погрузился в эти мысли, Ал небрежно поднял руку,

Ал: Если кто-то собирается это сделать , то почему бы не тебе брат?

Субару: ――а?

Услышав, как он сказал это, как будто это само собой разумеющееся, Субару потребовалось время, чтобы среагировать.

Оставив рот открытым, почти не нужно было дважды думать о том, что только что сказал Ал.

Делая такую несмешную шутку в такое время, о чем он думал?

Субару: Скажи, Ал. Мы находимся в середине серьезного разговора, где каждая секунда имеет значение. Я не могу разобраться с твоими шутками прямо сейчас

Ал: Ойой, подожди минутку. Я знаю, что я парень, которого наняла Принцесса, потому что больше половины моих замечаний не имеют значения, но я не шутил сейчас

Субару: Если ты не шутил, то с чего ты взял, что я могу это сделать? Либо ты пытаешься быть смешным, либо ты сошёл с ума

Ал: Что такого сумасшедшего? Почему бы тебе не осмотреться?

Хотя Ал был кем, кто говорит несерьезно, он внезапно понизил голос и почесал подбородок. Следуя его движению, Субару перевел взгляд на двух других рядом с ним - Анастасию и Гарфиэля. Хотя Субару представлял, что они должны быть так же озадачены тем, что услышали,

Субару: …… Ой, вы тоже, ребята?

----

Их взгляды были серьезными, конечно, совсем не удивленными или раздраженными.

Они смотрели на Субару с искренним утверждением в глазах.

Как будто они говорили, что согласны с Алом.

Субару: Вы шутите, верно? Почему вы выглядите, как будто согласны с ним? Если Анастасия и Юлий не смогут этого сделать, то с чего вы взяли, что я смогу!?

Ал: Ну, как я уже говорил на улице, мы все зашли так далеко благодаря тебя, братан. Гарфиэль соглашается со мной. То, как он продолжает называть тебя «капитан, капитан» и все такое

Субару: Как эти две вещи связаны !?

Aл: То же самое! Ты, должно быть, сделал что-то крутое, чтобы Гарфиэль называл тебя так. Это просто показывает, насколько он тебе доверяет, верно? Ты, кажется, думаешь, что то, что ты сделал, не было таким уж большим делом по какой-то причине. Но кроме тебя, кто еще в этом городе или в этом мире может сказать, что они победили архиепископа лени культа ведьм?

Субару: ――――

Ал поднес свое лицо прямо к Субару.

Его холодный шлем врезался в лоб Субару, и сквозь ледяной твердый металл, можно было почувствовать небольшое тепло, исходящее от лба Ала. На мгновение, чувствуя себя пронизанным невидимыми глазами, Субару затаил дыхание.

Ал: В городе, занятом культом ведьм, кто лучше вселяет надежду в людей, чем человек, убивший архиепископа греха культа ведьм? Единственные, кто соответствует критериям, это ты и Рейнхард. И ты единственный здесь

Субару: ――Хк

Получив еще один удар по лбу, Субару отшатнулся назад.

Наблюдая за тем, как Субару отступает, держа его за голову, Ал пожал плечами.

Анастасия: Я того же мнения. Если кто-то должен это сделать, это был бы ты, Нацуки-кун

Субару: Анастасия ……

Сказав это, Анастасия посмотрела вниз.

Это было выражение, которое, казалось, оплакивало ее собственное бессилие, все время доверяя эту надежду кому-то другому.

В этот момент, увидев это выражение, Субару наконец заметил вес от ожиданий, лежащий на его спине.

Субару: Гарфиэль… ты тоже так думаешь?

Гарфиэль: Я не знаю каких-либо подробностей о том, как ты убил какого-то Архиепиську «Лени». Но да, я думаю, что это то же самое

На тихий вопрос Субару, Гарфиэль почесал свою короткую шевелюру:

Гарфиэль: Если в этом городе есть голос, который может стать надеждой людей …… Я говорю, что этот голос будет твоим, капитан. Если ты действительно отдашь все, я чувствую, что ты сможешь это сделать. Вот что я думаю

Субару: ――――

Это необоснованное и чрезвычайно тяжелое доверие.

Удивленный и затаив дыхание, Субару ясно осознал всю значимость веры в него.

Оглядываясь назад, он увидел Анастасию. Она кивнула.

Затем он увидел Ала, который пожал плечами.

Как и прежде, Гарфиэль все еще наблюдал за Субару. Когда Субару повернулся к нему лицом, он тоже кивнул.

Субару: ――――

Принимая во внимание каждую их реакцию, Субару поднял голову.

Прищурив глаза от света слабой хрустальной лампы, он глубоко вздохнул.

«Они думают слишком хорошо о нем.

Он чувствовал это и от Вильгельма, Юлия и Рейнхардта.

У них все неправильно по поводу Субару. Все не так.

Сами они были намного лучше, так много работали и были намного благороднее, чем он.

Тем не менее, как будто это само собой разумеющееся, они хвалят Субару, предлагают ему свою помощь и приветствуют его с такой теплотой. Этот факт всегда мучил Субару.

Когда человек, которого ты уважаешь, человек, которого ты не хочешь потерять, и человек, которого ты никогда не сможешь догнать, дают тебе свое подтверждение, это не просто радость.

Это заставило его беспокоиться. Когда-нибудь, когда его истинное "я" разоблачится, он, несомненно, разочарует их.

Когда они поймут, что настоящий Субару на самом деле жалок, слаб и безнадежен, они наверняка будут опечалены и пожалеют о тепле, которое они ему показали.

Это было то, о чем он всегда думал. И все еще,

Даже Ал, Гарфиэль и Анастасия имели такие ожидания от Субару.

На грани того, чтобы быть раздавленным своим весом, Субару опустился до своего предела, и все же его предела было недостаточно, поскольку он пытался оправдать это ожидание снова и снова.

Именно эту дорогу Нацуки Субару выбрал сам.

- Дорога, которую он когда-то обещал одинокой девушке, которую он выберет. Дорога ее героя.

Но, так или иначе, он больше не был просто ее героем. То, что теперь нес Субару, было…

Ал: Если ты сделаешь это, братан, отныне это будет героически показывать, что ты будешь нести за спиной

Ал неожиданно дал это предупреждение молчаливому Субару.

Наблюдая за тем, как у Субару опустились глаза, Ал продолжал вяло,

Ал: Ты не должен проигрывать. Ты должен только побеждать. Ты оправдаешь их надежды, неси их ожидания и сражайся, чтобы показать им будущее. Если ты применишь это решение здесь, это то, что тебе придется сделать

Субару: …… Я никогда не могу проиграть, да. Звучит так же, как и всегда, не так ли?

Ал: Это другое. Если брат проиграет, поражение не закончится, брат

Субару не понимал, что говорил Ал.

Субару сражался всегда так. Когда Субару проигрывает, он не единственный, кто проиграл. Все, что Субару хотел защитить, будет потеряно с поражением Субару.

Так было всегда. Это никогда не было иначе.

Если бы поражение ему ничего не стоило, у него не было бы причин сражаться.

Дело в том, что Субару сражался, потому что были вещи, которые нельзя было защитить, если он не сражался.

А после сегодняшнего дня их число увеличится до невероятных размеров.

Субару: Тц, разве так не всегда?

Ал: ――――

Вздохнув, он принял решение.

Стук его сердца до сих пор успокаивался, когда его зрение прояснилось.

Хотя он не мог видеть лицо Ала, он чувствовал, что Ал задерживает дыхание, наблюдая за ним с изумленным выражением лица.

Субару: Анастасия-сан, я сделаю это. Если мой голос может иметь значение, то оставьте это мне

Анастасия: …… Вы уверены? Как только вы берете на себя надежды людей ...

Субару: Это не будет отличаться от того, что я всегда делаю. «Герой», звучит не так уж плохо. Хотя, честно говоря, мне стыдно называть себя так ……

Видя обеспокоенное выражение Анастасии, Субару мягко потер кончик носа,

Субару: Если это просто вопрос героя, я уже принял решение год назад. Иначе я буду стыдиться за девушку, которая следит за мной, и за девушкой, за спиной которой я слежу.

Анастасия: «Это так. Ну хорошо. Мальчики всегда любят хвастаться, в конце концов

Как будто говоря: «Ничего не поделаешь» , Анастасия улыбнулась и легонько ткнула Субару в грудь.

Субару был немного озадачен этой реакцией.

С тех пор, как это могло случиться в первый раз, он видел, как Анастасия ослабила свою защиту и показала свои истинные эмоции.

С этим чувством, быстро таящим в его груди, где его ткнули, Субару поднял лицо.

Субару: Спасибо, Гарфиэль. Ал. За помощь в принятии решения

Сказав это двоим за спиной, Субару последовал за Анастасией.

Интересно , что бы он сказал, стоя перед устройством вещания ?

Он все еще не уверен, что нужно сказать.

Но, как ни странно, не было никакого замешательства или беспокойства, сопровождающего его.

В конце концов, это так же, как обычно, верно?

- Потому что он знал, что, как обычно, у него нет другого выбора, кроме как снова выпендриваться.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 42. Новейший и древнейший герой

Перевод: Funny_R

Редактура: Toster

«Гнетущее молчание охватило убежище.

Изредка раздавались слабые звуки рыдания, и кто-то нервно постукивал пальцами по полу.

Слушая этот тревожный фон в этой тишине, девушка обняла колени, чувствуя холод стены на спине.

Это была маленькая девочка с золотыми волосами.

Опершись подбородком на маленькие бледные коленные чашечки, девушка осторожно обняла маленький сверток рядом с ней.

Прислонившись к левому плечу девочки, уткнувшись головой в грудь и ноги, был еще младший мальчик - младший брат девочки. До сих пор он плакал яростно, но, очевидно, усталый от рыданий, теперь заснул.

Мокрые слезы все еще покрывали его щеки, а уголки глаз были красными. Девушка хотела мягко погладить его волосы, но колебалась, боясь, что это может его разбудить.

Если бы он мог спать, то было бы лучше, если бы он продолжал спать.

Слушая, как ее младший брат тихо храпит, она надеялась, что он хотя бы сможет немного отдохнуть в своих снах. Потому что реальность за пределами этих снов была бы слишком суровой для ее младшего брата.

Хотя то же самое относится и к его старшей сестре.

«Прошло несколько часов с момента объявления о том, что контрольные башни к Великим водным воротам Пристеллы были взяты.

В то утро девушка была на городской площади со своим младшим братом, когда они услышали трансляцию. Она не могла поверить своим ушам, когда услышала эти слова, полные ненависти и злобы. Беспокоясь о своих родителях, слушая этот неприемлемый ультиматум, девочка взяла испуганного младшего брата за руку и побежала в приют со взрослыми вокруг нее.

Если возникнет непредвиденная ситуация, быстро отступайте в укрытия.

Это была процедура экстренного реагирования, транслируемая из мэрии каждое утро.

Честно говоря, девушка не забывала уделять много внимания утренним трансляциям помимо песен барда. Но эти слова, тем не менее, остались у нее в голове, так что она сразу вспомнила их, когда возникла чрезвычайная ситуация.

Однако ни девушка, ни окружающие взрослые, похоже, не имели представления о том, что делать, когда они оказались в убежище.

Культ ведьмы...Контрольные башни. ..Великие Водные Ворота... Требования.

Пронзительный голос этой мерзкой женщины осыпал напуганных людей.

Каждое из ее ненормальных, бессмысленных слов наводило ужас на девочку и сознание взрослых.

В ловушке в этом темном убежище они ничего не знали о том, что происходит снаружи. Вполне естественно, что со временем, когда улучшения не было видно, началась паника.

Сначала голоса взаимного поощрения ослабевали, затем постепенно в тишине гнались беспокойство и разочарование. К тому времени, когда кто-то заметил это, недовольство стало очевидным на лицах всех вокруг них, и атмосфера была наполнена сдержанным недовольством и враждебными взглядами.

Как только оно начнется, его уже не остановить.

Смотреть друг на друга, кричать друг на друга. В худшем случае люди начинают обмениваться ударами.

Даже в этом убежище эта атмосфера вырисовывалась, готовая взорваться при малейшем прикосновении.

Мальчик: ааааа

Похоже, что даже при сильном желании, кипящем внутри них, взрослые все еще имели достаточно приличия, чтобы не атаковать перед маленьким седовласым ребенком, кричащим о помощи.

Звук плачущего ребенка, в некотором смысле, мощный.

Она всегда думала, что плач ее младшего брата был шумным. Но, понимая, чего она достигла только сейчас, девушка обняла своего брата сзади и немного заплакала.

С этим одним, насилие в убежище было предотвращено.

Но все знали, что это было лишь временное затишье, опирающееся на неустойчивое равновесие.

В следующий раз это, конечно же, не остановит детский крик.

Зная это, люди в убежище, которых следует связать своими общими судьбами, стали держаться на расстоянии друг от друга не только устно, но и своими взглядами и дыханием.

Как будто для того, чтобы избежать влияния сознаний других людей, они закрывают все от внешнего мира. Так ли это для себя или для всех остальных, они затаили дыхание с жесткими лицами, ожидая, когда пройдет время.«Что-то изменится, если вы просто дождетесь этого» , - оставили они себя этой мимолетной надежде.

Девушка: ―――― а

Внезапно девушка подняла лицо со тихим стоном.

Тихо желая перемен, она почувствовала тонкое изменение в атмосфере.

Подстегнутые к той же реакции, люди вокруг нее также повернули головы, возможно, впервые за несколько часов. Это потому, что все, кто живет в этом городе, знали, что слабое дрожание в воздухе - это указание на то, что идет передача.

В этом мире тишины это звучало почти как вздох окружающего. Этот предшественник трансляции вызвал чувство физического отвращения по всему ее телу.

Изменения, на которые они надеялись, должны были быть чем-то позитивным. Но передача только приносит злобу Культа ведьмы.

Какого рода невыполнимое требование будет предъявлять этот пронзительный голос?

Но здесь пессимистическое предсказание девушки было предано.

{Хк…… Итак, внимание всем, все хорошо. Проверка связи, проверка связи. Раз-два, раз-два}

Вместо этого она услышала голос юноши, который звучал несколько смущенно.

В отличие от любой другой передачи до этого, голосу молодежи не хватало уверенности. Это был не харизматичный голос человека, которого она привыкла слышать каждое утро. Но молодой голос, которого она никогда не слышала раньше.

Глаза девушки округлились. Окружающие взрослые также обменялись взглядами сомнения, неуверенными в том, что происходит.

Такие настроения не доходят до человека за вещательным устройством. Тем не менее, выполнив еще несколько проверок, чтобы убедиться, что трансляция прошла, юноша прочистил горло. А также,

{Похоже, вы, ребята, меня слышите, это огромное облегчение. Итак, прежде всего, извините за внезапную трансляцию. Я, наверное, напугал вас, верно? Учитывая обстоятельства, большинство из вас, должно быть не в курсе того, что я собираюсь сказать. Но не волнуйтесь. Это не Культ Ведьмы, вещающий вам сейчас. Пожалуйста, знайте это.}

……. Это не Культ ведьм?

Видимо, не привыкнув говорить через устройство, громкость голоса молодежи колебалась вверх и вниз.

Но, поскольку слушатели были настолько поражены содержанием его слов, никто не удосужился это прокомментировать. Посмотрев вверх туда, откуда, казалось, падал голос, темные выражения на лицах людей начали меняться. Это было ощущение того, что я увидел первый проблеск надежды.

Кто-то тихо пробормотал,

Тогда это значит …… мы спасены?

Эти слова охватили надежды всех в убежище.

Вот и все. Не так ли? Если кто-то, кто не является Культом Ведьм, говорит через устройство вещания, это может означать только то, что он захватил Ратушу. Если кому-то удалось прогнать культ ведьм из мэрии, то, возможно, культисты ведьм в контрольных вышках и по всему городу тоже…

Сектанты ведьм… все изгнаны ……?

{Далее, я должен извиниться за то, что не все надежды оправдались, потому что угроза культа ведьм еще не исчезла. Мы смогли вернуть мэрию, но они все еще скрываются в контрольных вышках. Требования этих парней и опасность затопления города под водой все еще присутствует. Пожалуйста, поймите это...

----

Тем не менее, эта мимолетная надежда была сломлена не кем-либо еще, а молодежью, которая стояла за самим устройством вещания.

Это было почти так, как будто юноша прочитал мысли всех в убежище. Но не слишком ли жестоко, чтобы погасить их неоправданные надежды таким образом?

Тот, кто невольно встал с ожиданием в их глазах, снова сел.

Никто не может обвинить этого человека в том, что он обескуражен, когда ему сказали, что его надежда на то, что он освободится от своих страхов, не оправдалась. Вместо этого яростная точка гнева каждого обратилась к молодежи, делающей трансляцию.

{Мне жаль}

Однако юноша, очевидно, предвидел, что гнев толпы обрушится на него.

{Где вы сейчас слушаете эту трансляцию? Может быть, вы находитесь в одном из убежищ, и я уверен, что есть те, кому также не удалось сбежать в убежища. Каждый должен быть наполнен беспокойством, верно? Я могу понять, каково это бояться и хотеть свернуться в клубок. И я думаю, вы все думаете: «Кто этот случайный парень, играющий с надеждами каждого в такое время?»}

----

{Я ... просто никто. Как и все остальные, меня просто швырнула судьба, я был раздавлен из-за неожиданных обстоятельств и настолько напуган, что мои ноги не могут перестать дрожать. Такой парень. Даже работа по созданию этой трансляции ... Я принял ее только после того, как поднял шум. И я все еще думаю, что это бремя слишком тяжело для меня. Честно говоря, есть другие, которые более квалифицированы, чтобы говорить со всеми. Я уверен, что есть}

Голос юноши дрожал, как будто говорил прямо из испуганных и дрожащих сердец людей.

А потом последовали просто честные мысли о молодом человеке, сомневающемся в собственной ценности.

Отношение слушателей выходило за пределы удивления и разочарования, пока не осталось ничего неопределенного.

Прямо сейчас, когда все жаждали надежды, почему они поставили эту молодежь перед вещательным устройством?

Даже сам юноша сказал, что есть более квалифицированные люди.

Но почему его отправили?

{Но здесь я говорю со всеми. Так много людей, которые говорят мне, что я должен это сделать. Что это не будет совершенно бессмысленно. Но вы слышите, как я дрожу? Говорить перед людьми - не моя сильная сторона. Я плохо разбираюсь в словах, и у меня нет харизмы, чтобы руководить кем-либо. Я слаб, беспомощен, и даже здесь, в таком важном положении, я не могу помочь, но хочу убежать ……}

Тон его голоса постепенно падал, словно волоча сердца слушателей в пропасть.

Этот слабый, прерывистый голос звучал так, как будто он скрипел через грудь, сморщенную тревогой, только чтобы запутаться в его животе. Если бы юноша за этим голосом был в пределах досягаемости, ей бы хотелось заткнуть ему рот, чтобы он заткнулся.

Мальчик: сестра ……

Прежде чем она это знала, ее младший брат не спал.

Услышав этот зов, девушка обняла уши своего младшего брата, словно чтобы не дать голосу этого слабака пробраться внутрь и заразить его своей трусостью.

Но, как плата за защиту ее младшего брата, этот голос продолжал ударять по барабанным перепонкам девочки, втягивая ее в свою слабость.

Тем не менее, голос вещателя продолжал,

{Я не знаю, что я могу сделать… что я действительно хочу, так это просто заткнуть уши, держать голову, спрятаться в углу и ждать, пока кто-нибудь еще все исправит все для меня ……}

Девушка: ――нет…

Закрыв глаза, девушка покачала головой, словно отвергая чувство беспомощности и отчаяния.

Я знаю. Я знаю, даже если ты мне не напомнишь.

То, что говорила молодежь, было не чем иным, как внутренними мыслями каждого человека, сжимающегося под угрозой культа ведьмы.

Это была слабость, которая разъедала сердце девушки.

Это была трусость, укоренившаяся в недрах взрослых.

Это был невыносимый страх, мучивший душу ее младшего брата.

Конечно, с этим никто ничего не мог поделать.

И, несмотря на это, столкнуться с этой жестокой реальностью…

{―― Но, так как я не могу убежать, я буду драться. Вот такой я парень

Сказав это, голос молодежи явно дрожал.

Девушка: …… да?

Неуверенная девушка открыла глаза и огляделась.

Владельца голоса там не было. Но вокруг она могла видеть изумленные лица, как и ее собственные.

Голос на мгновение остановился, словно выбирая следующие слова.

А также,

{Позвольте мне спросить вас снова. Все слушают этот голос, где вы сейчас? Вы убежали в убежище? Вы прячетесь в своем доме? Вы дрожите от одиночества? Вы с кем-то? Вы с человеком, наиболее важнее вас? Или, даже если вы рядом с незнакомым лицом, это лицо, которое вы узнали за последние несколько часов?}

----

{Это довольно произвольный запрос, и он может быть сложным, но, пожалуйста, не будьте одиноки. Когда человек один, он просто начинает придумывать неубедительные идеи. Я знаю это по опыту. Доверьтесь мне. Поэтому, пожалуйста, не будьте один. Оставайтесь с кем-то. А также--}

Вдыхая, с небольшим колебанием,

{А если можете, то посмотрите на лицо человека, который рядом с вами}

Девушка: ――――

После слов юноши взгляд девушки медленно опустился на ее руку.

Ее младший брат смотрел на нее. Его колеблющиеся, неуверенные изумрудные глаза встретились с ее глазами.

{Чье лицо вы видите сейчас? Это кто-то важный для вас, или незнакомец, с которым вы провели эти последние несколько часов? Или, может быть, это друг. …… Но, скорее всего, это жалкое лицо. Лицо, которое вот-вот заплачет, лицо, которое находится в бедственном положении, и я думаю, что оно, вероятно, не улыбается. Нет, возможно, есть кто-то, кто имеет сильное лицо, заставляя себя улыбаться, чтобы не беспокоить окружающих. Если есть, то это удивительный человек. Если кто-то, о ком вы заботитесь, так улыбается, вы должны гордиться им. Но теперь, с учетом этого, сравните это с улыбкой, которую вы знаете}

Лицо ее брата было близко к плачу.

Это было сморщенное лицо,которое должно было снова расплакаться.

В то время как отраженное в глазах ее брата, ее собственное лицо было пустым, как будто оно потеряло свое выражение.

{А также это приемлемо для тебя?}

Девушка: …… ни за что

Маленький, тонкий голос сорвался с губ девушки.

Это был слабый и сломанный звук, который было невозможно услышать даже ей самой.

тем не менее,

{Я не могу принять это. Я не приму это}

Голос юноши зазвонил, как будто услышал ее ответ.

{У меня также есть люди, которых я люблю друзей, которые дороги мне. И я не могу простить того, кто выражает это скорбное, печальное выражение на лицах людей, которых я люблю. Я не хочу, чтобы вы заставляли себя улыбаться. Ты издеваешься надо мной? Перестань шутить. Я хочу повысить свой голос и кричать, что улыбка девушки, которую я знаю, должна быть намного симпатичнее этой…}

Мальчик: Сестра ……

{Я не хочу продолжать проигрывать. Было бы слишком жалко, чтобы сдаться здесь. Я никак не могу этого допустить. Они ошибаются. Даже если вы слишком слабы, чтобы делать правильные вещи, чтобы ударить тех, кто ошибается, вы должны хотя бы знать, что правильно. И когда вы знаете, что вы правы, вы не можете позволить себе проиграть тем, кто неправ. По крайней мере, я не собираюсь сдаваться и кланяться этим парням}

Девушка: Фред ……

Услышав, как ее младший брат слабо зовет ее, она осторожно обняла его и прижала лбом к себе

Жар передается между ними. Жарко, очень жарко, это был жар жизни.

Она не могла сказать, был ли это ее младший брат или ее собственный, но жара была определенно там.

{Я хочу убежать, но я не могу убежать. Я хочу плакать, но я не могу плакать. Враг силен, но я не хочу проигрывать. И так, я буду драться. Я знаю, что я слаб и глуп, но все же я буду бороться. Они ошибаются. Они не правы, что заставляют людей, о которых я забочусь, выглядеть так, будто они собираются плакать Так что борись. Я буду драться. "И я хочу, чтобы вы все сражались"

Девушка: ―― хк..

У нее перехватило дыхание. Её горло внезапно закрылось, стыдно за свою слабость.

Конечно, это потому, что голос молодежи перестал дрожать, и стал сильным, словно указывая на дорогу впереди.

Она могла понять его чувства. Она получила сообщение, больно и ясно.

В ее сердце воля девушки была такой же, как и у того молодого парня. Она хочет драться. Она хочет сделать все возможное, чтобы изгнать бандитов, напавших на их город. Но и она, и ее младший брат были маленькими, молодыми, и их руки были слишком коротким.

Они были беспомощны, невежественны, слабы, трусливы и так далее…

{Не поймите меня неправильно. Я сказал, что хочу, чтобы вы сражались, но я не говорю вам, чтобы вы взяли палку и сражались с ними. На самом деле, пожалуйста, избегайте таких безрассудных поступков. Я не хочу, чтобы вы собрались и пролили кровь, сражаясь против культа ведьм. То, за что я прошу вас бороться, это не смотреть вниз}

Девушка: не… смотреть вниз ……

{Смотреть на свои ноги ничего не изменит. Ваш взгляд не будет пробивать дыру в полу, и даже если это произойдет, это ничего не исправит ... Так что, пожалуйста, поднимите свое лицо и посмотрите вперед}

Она посмотрела вверх. Не на коленях, не на светлых волосах брата, а в убежище.

И там она увидела лица окружающих, которые тоже поднимались.

Их глаза встретились, широко открытыми, как будто в изумлении.

Так же, как и девушка, все подсознательно подняли свои лица, подчиняясь голосу.

{Если вы оглянетесь вокруг себя, то наверняка встретитесь с кем-то глазами. Как и вы, это тот, кто боится и хочет убежать …… но, как и вы, это также тот, кто не хочет проигрывать. Есть человек, которого вы любите, есть человек, на которого вы сейчас смотрите, и, если вы добавите себя в список, это уже три человека. Там должно быть больше в зависимости от того, где вы находитесь}

Как сказал этот парень, взгляды людей пересекались, когда они поднимали лица.

Блеск в их радужных оболочках был сложным, и, конечно же, собственные глаза девушки должны были быть такими же. Однако теперь казалось, что это нечто большее, чем просто толчки террора.

{Если ты видишь, что ты не одинок, то этого достаточно. Вы не одиноки. Это само по себе сильно, не так ли? Я не хочу видеть печальные выражения на лицах людей, которых я люблю. И я не хочу, чтобы люди, которые смотрят на меня сейчас, видели в моих глазах жалкое выражение. Я не единственный, кто такой тщеславный, слабый и упрямый, не так ли?}

----

Этот умоляющий, зовущий голос пытался собрать мужество людей.

И все же, по слухам девушки, юноша умолял о помощи - о чем-то, о чем угодно, за что цепляться.

И тогда она поняла это.

Его чувства не менялись с момента начала этой трансляции.

Оплакивая свою слабую, недостаточную самость, он не сдавался.

Он говорил себе, что это его единственное оружие, и говорил всем остальным, что они такие же.

{Пожалуйста, помогите мне поверить в это. Я могу быть слабым и безнадежным, но пока я не могу сдаться. Я не единственный трус, который не хочет сдаваться ... пожалуйста, помогите мне поверить в это}

Это был трусливый голос. Трусливая просьба.

Это был голос , который, когда все нуждались в помощи, беззастенчиво кричать быстрее и громче всех: «Пожалуйста , помогите мне» -

{Или ... я один такой?}

Голос потерял уверенность. Или скорее. У голоса не было уверенности с самого начала.

Чувство возбуждения вспыхнуло. Как бы то ни было, она хотела кричать, чтобы он остался.

Девушка: …… ты .. не

Из ее горла донесся слабый голос, неразличимый, как крик комара.

Этот голос не достиг бы его. Ответ должен быть громче.

Чтобы ответить на голос этого труса, испуганного и одинокого…

{Кто верит …… даже сейчас мы все еще можем драться… я один?}

Девушка: ―― ТЫ НЕ ОДИН!

Открыв рот, девушка закричала во все легкие.

Голоса раздавались по всему убежищу. Не только девушка.

Другие, которые тоже подняли свои лица, тоже кричали.

Это были голоса, противостоящие печали, слабости и страху.

Если это было его планом с самого начала, то они полностью его выполняли.

Это слабое дрожание его голоса, эта нерешительная бодрость, это жалкое ободрение и эта умоляющая, цепляющая вера, даже если все это было актом ...

Если они влюбились в такое мастерское выступление, кто мог их обвинить?

Но если это действительно был голос неуклюжего слабак, как кто-нибудь мог просто оставить его?

{Я не один?}

Девушка: Ты не один!

{Вы, ребята, все еще сражаетесь? Вас не проглотила слабость?

Девушка: нет… .. мы не хотим проиграть!

Глубина ее груди стала горячей. Корни ее зубов дрожали, и страсть, отличная от гнева, бушевала.

Это чувство не было одной девушки. Это была пылающая страсть, поглощающая всех в один ад.

Тревога, которой они только что поделились, теперь превратилась в костер другой эмоции.

{Если вы с кем-то важным для вас, держите его за руку и верьте в него. Если вы с кем-то, кого вы не знаете, дайте им кивок и убедите их, что вы сделаете все возможное вместе. Потому что ни вы, ни этот человек не разбиты поражением или не собираетесь сдаваться. И пока все будут сражаться, я буду бороться до конца. Я буду драться… Я буду драться и побеждать!}

В версии с изображениями тут находится картинка.

В конце концов, это просто приют далеко от мэрии.

Как бы громко они здесь ни кричали, как бы они ни кричали, что они с ним, ничто из этого не дойдет до молодежи.

Тем не менее, юноша казался облегченным, как будто он услышал девочку и ответы других. Он получил это, он получил это и объявил голосом, дрожащим в опухшей эмоции:

{Что ж, я буду бороться и побеждать}

Не было вопроса, возможно ли это.

Только верить, что, конечно, он будет.

Точно так же, как он верил, что девушка и жители этого города не будут побеждены отчаянием

… Девушка и граждане верили, что парень, стоящий за этим голосом, одержит победу в предстоящей опасной битве.

Почему они в это поверили? Потому что, конечно же, этот голос...

{«Меня зовут Нацуки Субару. Я - пользователь духа, победивший Архиепископа Греха Лень культа ведьм}

---- !!

Шум вспыхнул в связи с раскрытием личности молодежи.

Девушка не совсем поняла значение этой декларации. Но это было не так для людей вокруг нее. Воздействие было подавляющим, и, конечно, не в отрицательном смысле.

Сначала они были поражены, затем, когда последовало понимание, надежда и вера разразились взрывом, поскольку даже волна девушки была поглощена этой волной эмоций.

{Мои друзья и я сделаем все, чтобы позаботиться о культе ведьм в этом городе! Поэтому, пожалуйста, верьте в нас и сражайтесь. Держись за руки дорогих вам людей и отбрось дрожащую часть себя, которая хочет сдаться. А также…}

----

{Оставьте все остальное мне!}

Оглушительные возгласы разразились, наводнив приют с горячим энтузиазмом.

Ожидание стало надеждой, и на одном дыхании одна надежда стала неисчислимой надеждой.

Девушка посмотрела на своего младшего брата на руках и увидела неоспоримый свет, сверкающий в его глазах.

Просто чтобы быть уверенным, она снова крепко обняла своего брата. В ее ответ, брат крепко обнял ее тело, и, наслаждаясь теплом этого объятия, девушка посмотрела на потолок.

Не в силах скрыть свой страх или опасения, этот юноша, тем не менее, взял на себя надежды каждого человека в этом городе и заявил, что он будет сражаться.

Девушка закрыла глаза, набросав образ героя, чье лицо она даже не знала, и помолилась за каждую вообразимую удачу ему.

«Конечно, он, должно быть, обычный человек, сражающийся ради кого-то важного для него.

***

Оставив магическое устройство в форме граммофона, Субару медленно отступил назад.

Нервный пот полностью пропитал его лоб. Опираясь на соседний верстак, он грубо стащил его со лба.

Глубоко вздыхая, он задумался, улавливает ли устройство этот звук.

Но когда он посмотрел на Анастасию, которая отвечала за управление устройством рядом с ним, казалось, что она уже благополучно выключила его. Мгновенно его охватило облегчение.

Субару: …… Ха-ха, это было утомительно

Он вздохнул, когда его голова изогнулась от невообразимой усталости.

Честно говоря, он был в таком трансе, когда говорил, что едва мог вспомнить, что сказал. Не то чтобы он все забыл, но воспоминания были слишком расплывчатыми местами.

И у него также были записки речи Анастасии ...

----

Вытирая капли, свисавшие с подбородка, с рукава, Субару заметил, что в комнате было необычайно тихо.

Люди, которые смотрели трансляцию, не сказали ни слова. Рядом с Анастасией были Гарфиэль и Ал. В то время как Юлий и Рикардо, которые позже присоединились к ним, также стояли в углу комнаты. Видеть всех этих обычно шумных людей, внезапно замолчавших, не может быть хорошим знаком.

Разве его бессвязная передача была настолько плохой?

Анастасия: Нацуки-кун

Субару: Уааа! Мне жаль! Я сделаю лучше в следующий раз!

Анастасия: Почему ты извиняешься? Странный ребенок

Субару сжал сердце от беспокойства, извиняясь, как только услышал его имя. Пока, смеясь над его реакцией, Анастасия улыбнулась.

Анастасия: Странный ребёнок сказал странную вещь, но, Нацуки-кун, ты ……

Субару: Хм?

Анастасия: Раньше вы были мошенником или кем-то еще?

Субару: Что за это необоснованное обвинение вдруг !? Как видите, я обычный ученик… или, в некотором смысле, я даже не ученик!

Анастасия: Ах, нет, нет ... Я не имела в виду это плохо. Я просто пыталась сказать, что то, как ты говоришь, было изящным… как ты бросил их в отчаяние, только чтобы снова поднять их, просто безупречное использование риторики

Размахивая протестами Субару, Анастасия слабо хихикнула «Таххаха» .

Но, услышав это, Субару только запутался, как никогда.

Субару: Риторика? Какого черта ты говоришь? Я сразу отключился и даже не знал, что говорю. Все буквы на шпаргалке были размыты вместе, и я ничего не мог вспомнить после того, как перестал читать

Анастасия: Да, ты почти пропустил наши заметки . Ты не можешь себе представить, что я чувствовала, когда ты начал говорить, что не имеет ничего общего с тем, что мы обсуждали …… но, похоже, мне не стоило волноваться

Субару: Я очень сожалею об этом! Но, в целом, не было ли это более или менее в соответствии с заметками? Я имею в виду, если бы это было так плохо, ты бы остановила меня, верно, Анастасия-сан?

Записки в его руке: шпаргалка, о которой он забыл в самый ответственный момент, была наполнена цветным ораторским искусством, призванным убрать беспокойство людей в этом городе.

Это был гордый конгломерат методов ведения переговоров Анастасии, обширные хранилища пословиц Гарфиэля и даже некоторые из современных знаний Субару об аккуратных и остроумных комментариях.

Несмотря на то, что он не мог читать из этого, когда это действительно имело значение, у него, вероятно, были некоторые из его идей, всплывающих в его голове, и в итоге они включались в его речь так или иначе.

Анастасия: Я не знаю, как это выразить, но, Нацуки-кун, твоя речь даже не затрагивала ничего в заметках. Я имею в виду, совсем нет

Субару: «А?»

Не оставляя двусмысленности в этом вопросе, слова Анастасии мгновенно опровергли предположения Субару.

Внезапно становясь жестким, Субару оглянулся на остальных, чтобы подтвердить, правда ли это. Тем не менее, остальные четыре показали только свою версию неуклюжих лиц, когда взгляд Субару проходил над ними.

Среди них Юлий сделал шаг вперед.

Юлиус: Это как Анастасия-сама сказала, Субару. Твоя трансляция не содержала ничего из того, что мы говорили заранее. В частности, часть, которая должна была быть раскрыта в начале, о вашем достижении убийства Архиепископа Лень Грехов, была перенесена во вторую половину. Это было почти до такой степени, что я хотел спросить тебя, что ты пытался сделать

Субару: Серьезно? Если бы я этого не сказал, то разве я не был для них каким-то супер-случайным парнем?! Если бы это было так, ты мог бы остановить меня! Даже если бы мне пришлось начать все сначала, это было бы лучше, чем запутать их до чертиков!

Юлиус: Начать заново? Это немыслимо

В то время как Субару начал срываться на признании сомнения Юлиуса, тот покачал головой с выражением полной серьезности.

Затем, почти с чувством почтения к Субару,

Юлиус: «Это была… прекрасная речь

Субару: …… Ааа?

Юлиус: Неважно, что ты забыл записи. Своими собственными способностями ты достиг чего-то, что превзошло все наши ожидания. У меня есть только похвалы за твои достижения. Это то же чувство, которое я испытал, когда ты убил Белого кита и лень

Перед ошеломленным Субару, Юлий только нагромождал его преувеличенные похвалы.

В отличие от Юлия, Субару показалось, что он увидел волнение в глазах «Самого совершенного рыцаря». Но в тот момент, когда он пришел в себя, Субару начал подозревать, что что-то случилось.

Что попало в этого рыцаря? Субару мог так расстроить его самообладание?

Субару: Перестань шутить ... Я всегда думал, что твои шутки не очень смешные, ты знаешь..

Юлиус: Если это звучит для тебя как шутка, то только потому, что ты слишком мало думаешь о себе. Но, опять же, возможно, именно это сделало твою речь такой, какой она была. Это была речь, которую никто не мог произнести

Субару: Ты действительно высмеиваешь меня, не так ли?

Учитывая критическую ситуацию, в которой они оказались, похвалы Юлиуса только делали Субару более расстроенным.

Субару уже привык к сарказму Юлиуса, но сейчас не время бессмысленно спорить. Если речь не дала того эффекта, на которой они надеялись, им нужно было бы как можно скорее придумать другой план.

Субару: Вместо того, чтобы давать людям силу, если я всего лишь заставлял их не доверять нам, то это не сработает, даже если я попытаюсь снова. В следующий раз кто-то еще должен ……

Анастасия: Нацуки-кун, тебе достаточно самоунижения, понимаешь? Это заставляет людей чувствовать себя неловко, просто слушая

Сказав это, Анастасия прекратила нытье Субару.

Глядя на Субару с выражением неодобрения на ее очаровательном лице,

Анастасия: Твоя речь была исключительно эффективной, наверное, мне придется объяснить это тебе, поскольку ты, кажется, не можешь понять это сам. - Нацуки-кун, твоя речь была более совершенной, чем мы могли себе представить. Знаешь, у тебя талант настоящего демагога

Рикардо: Что с тобой и с твоими словами! То, как ты обманул Эмилию-саму, Круш-саму, эту маленькую девчонку и подземного дракона, это было просто нечто!?

Субару: Вы оба говорите вещи, которые я не могу просто пропустить! Что ты имеешь в виду обманутым? Кого ты называешь демагогом?

Слушая их чрезмерно скандальные оценки, Субару повысил голос, крича.

Но Анастасия и Рикардо только невинно посмотрели друг на друга и пожали плечами. И здесь, видя, как все, казалось, были в этом, Субару начал подозревать, что они не были полностью шутили.

Это стало еще более очевидным, когда он увидел Гарфиэля, сидящего на корточках на полу и наблюдающего за ним.

Гарфиэль: Капитан ……

Субару: Гарфиэль… что ты думаешь?

Гарфиэль: Верно капитан. Я был прав, следуя за вами из святилища …… вот что я думаю

Субару: …… твои ожидания всегда слишком тяжелы для меня

Гарфиэль: Ну, это твоя вина, не так ли, Капитан

Гарфиэль встал и подошел к нему, сверкая улыбающимися клыками. Увидев это, Субару выдохнул через ноздри и

Субару: В этом случае бегать от моих обязанностей - это то же самое, что сдаваться, не так ли? Я не хочу, чтобы это случилось ... это, наверное, то, что я сказал в эфире, верно?

Анастасия: Вот, пожалуйста.

Анастасия улыбнулась, наблюдая, как Субару почесал голову, выглядя опустошенным, словно только сейчас, принимая это.

Анастасия: На самом деле, ты поднял моральный дух каждого настолько высоко, что я начинаю беспокоиться, что они начнут делать что-то глупое. Знаете, даже здесь вы полны духа благодаря власти Гнева.

Субару: Если ты так преувеличиваешь, я подумаю, что ты снова дергаешь меня за ногу …… серьезно, насколько я хорош для радио-диджея, во всяком случае…

Поднимаясь все выше и выше, становилось все труднее оборачиваться вокруг него.

Оторвавшись от водоворота теплых взглядов, Субару медленно подошел к тайному устройству еще раз.

Субару : В любом случае, если эта речь имела значение, это лучше, чем что-либо другое. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы предотвратить дальнейшее насилие в убежищах …… Итак, есть какие-нибудь мысли о нашем следующем шаге?

Анастасия: Теперь, когда граждане успокоились, мы позаботились обо всем, кроме самой первопричины. Однако после речи Нацуки-куна Культ Ведьм определенно знает о наших намерениях ……

Субару : Интересно, какова будет их реакция. Как вы, ребята, сказали, кроме того факта, что это будет иррационально, больше нечего сказать. В то же время мы должны решить это как можно скорее.

Независимо от эффективности речи Субару, это не изменило того факта, что средства уничтожить этот город все еще находились в руках сумасшедших. Даже с величайшим оптимизмом, велики были шансы, что Великие Водяные Врата будут освобождены в полночь, и город будет поглощен потопом.

Независимо от того, что они должны закончить это, прежде чем это произойдет.

Анастасия: И для этого нам нужно захватить все четыре башни одновременно …… правильно?

Субару: Есть четыре Архиепископа Греха и два врага, о которых мы не знаем. Нам нужно будет проконсультироваться с нашими силами о том, как справиться с этим

Одновременный захват всех четырех контрольных башен является необходимым условием для спасения этого города.

Сосредоточить свои силы, как они сделали для штурма мэрии, здесь не получится. Поскольку, как только они нападут на какую-либо из башен, возникнет опасность, что остальные три отпустят шлюзы.

Субару не был уверен в том, что они смогут выжить в этой ситуации четыре раза подряд.

Против шести главных врагов их боевая сила была…

Субару: Это… Есть вероятность, что это может повториться в нашей атаке на мэрию. Но… если бы у нас была хотя бы еще одна карта

???: ―― В таком случае, как насчет Джокера?

Пока Субару считал их силы на пальцах его рук, внезапно раздался голос.

Не задумываясь, Субару повернулся к фигуре, стоящей у входа в комнату, и,

Субару : Похоже, за время, прошедшее с тех пор, как я видел тебя в последний раз, твоя самооценка немного возросла?

???: Не так сильно, как Нацуки-сан, которого просят выступить с речами и все такое …… Я никогда не думал, что среди моих друзей есть герой, но думаю, что я был неправ

Субару : Все же не думаю, что это меня устраивает, хотя

Видя, как фигура стреляет в него озорной улыбкой, Субару пожал плечами и засмеялся. Затем, подойдя ко входу, он дал этой улыбающейся фигуре пять.

Наблюдая за этим воссоединением, лицо Гарфиэля также прояснилось,

Гарфиэль: Отто-братан! Ты в безопасности, не так ли?

От восторженного крика Гарфиэля Отто, который пропал без вести с тех пор, как начались неприятности, ответил кивком.

Помимо грязи на его одежде, Отто казался совершенно невредимым. Присоединившись к ним, он дал приближающемуся Гарфиэлю также пять,

Отто: я едва сохранил свою жизнь. Это чудо, что я выжил. Рад видеть, что вы двое в безопасности. Хотя я знаю, что вы, ребята, трудитесь намного тяжелее, чем я, так что я не так уж и сильно волновался

Субару: Это верно. Вообще-то, я не беспокоился о тебе. Почему это?

Гарфиэль: Я не знаю. Может быть, это просто природные вибрации брата-Отто?

Отто: Разве ты не можешь беспокоиться обо мне немного больше? Знаете, в таком кризисе было крайне опасно находиться там одному !?

Но в действительности ему удалось присоединиться к ним, так что это было не очень убедительно.

Во всяком случае, пока они были в середине этого радостного воссоединения, Анастасия хлопнула в ладоши и втиснулась в разговор,

Анастасия: Хорошо, хорошо, успокойся, успокойся. Во-первых, приятно видеть, что Отто-кун жив. И я уверена, что есть множество вещей, которые вы хотите спросить друг друга о том, чем вы занимались, и тому подобное, но…

Отрезав там свои слова, Анастасия бросила на Отто яркий взгляд зелеными лукавыми глазами,

Анастасия: Это бросающееся в глаза замечание, которое вы только что сделали ... не могли бы вы сказать мне, что это значит?

Отто: Джокер, верно? Это простая история. Если бы я позволил ему войти сразу же, мое выживание было бы в значительной степени упущено, поэтому я умно попросил его немного подождать снаружи

Выглядя немного смущенным, Отто подошел к двери, подталкивая Анастасию, и подал сигнал кому-то по другую сторону двери.

Вслед за звуком шагов в комнату вошел новый персонаж.

????: ―― Извините, я опоздал

Одно предложение. И одно это высказывание заряжало слушателей ощущением того, что его поддерживают десять тысяч человек.

Наряду с ощущением пронизывающего порыв ветра, перед их глазами появилась иллюзия выжигающего пламени, заставляющего их сердца содрогаться.

И в действительности это воссоединение действительно обладало такой силой.

Рейнхард: Рейнхард ван Астрея немного припоздал, но я пришел к вам

Сказав это, Святой Меч объявил о своем намерении присоединиться к битве.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 43. «До встречи»

Перевод: Funny_R

Редактура: Toster

Прости меня за то, что не оказал помощь в этот критический момент. Я могу только думать о том, как мне не жаль.

Получив взгляды присутствующих внутри, Рейнхардт извинился.

При виде Святого Меча с опущенной головой все на мгновение замолчали.

Выступить резко в ответ на его извинения было бы просто. Но слова обвинения было легче сформировать, чем слова, которые выражали истинное намерение.

По правде говоря, то, что все это время они остро нуждались в его силе, а Рейнхард пропал без вести, не изменилось.

В тот момент, когда мэрия была взята, если та же сила была там, это было немыслимо.

Так что даже просто негативные слова не легко всплывают у кого-то из уст.

Только,

Субару: На самом деле, ты идиот. Потому что тебя здесь не было, как ты думаешь, как тяжело это было для нас?

Подойдя к этому алому герою, Субару крикнул, пихая его в грудь.

Когда этот кулак слегка коснулся его, Рейнхард с таким отношением, как он не мог оправдать себя, Субару отвел взгляд. Он фыркнул.

Субару: Ты знаешь, если бы ты появился на 15 минут раньше, тогда мне не пришлось бы произносить речь, совершенно не подходящую моему статусу. Это должна была быть твоя работа.

Рейнхард: Извини… .. Однако это была отличная речь с твоей стороны. Хотя от меня требуется много вещей, я не могу делать трансляции с такой смелости. Ты был правильным выбором.

Субару:Между мной и тобой, роль, необходимая для этой трансляции, немного отличается.

Субару снова толкнул его в грудь. И он также ткнул пальцем в нос этого унылого героя.

Субару:Рейнхард.

Рейнхард:……?

Субару:С тех пор как ты пришел,теперь у нас возросли силы на сотню парней, нет, на тысячу. Я рассчитываю на тебя

Рейнхард:----

Это была сила, которая соперничала с силой приливов. Оценка Субару в сто крат, даже в тысячу раз была смешной.

На вопрос Субару, наполненный ожиданиями, голубые глаза Рейнхарда моргнули. Но это колебание немедленно исчезло, и губы Рейнхарда превратились в улыбку.

Райнхард: Ааа, рассчитывай на меня. Если вы ожидаете, что от меня так много, я буду стараться.

Субару: Это что-то типа «делаю женщин счастливыми», разве ты не можешь это остановить? Что, достаточно… И с этим, если у каждого теперь есть что-то, что он хочет сказать, пожалуйста, скажи это нам.

Видя, что первоначальный дискомфорт исчез с лица Рейнхарда, когда он смеялся, Субару повернулся и оглянулся. Взглянув на тех, кто до этого ничего не говорил, он указал на Рейнхарда

Субару:В это время сторона, которая получает специальное лечение, страдает гораздо больше. Кроме того, шанс ругать этого святого меча, который хочет быть отруганным, случается не часто. Так что сколько хочешь, делай, делай.

Рейнхард:----

Субару:После признания того, что у нас на уме, давайте поговорим. ―― О том, как помочь всем.

При таком настроении было настроение одного затаившего дыхание.

Отто и Гарфиэль, только эти двое привыкли к браваде Субару и улыбались.

Во всяком случае, иметь одного или двух товарищей, чтобы понять его истинные намерения, было просто правильно.

Им не нужно было думать, потому что это было сразу после того, как он произнес такую речь.

***

После этого был проведен личный разговор с Рейнхардом, и снова начались разговоры о том, как вернуть город.

Даже если сказать, что, кроме мыслей Рейнхарда и Отто, явного улучшения не было. Количество врагов, которым они не могли избежать нападения, и стратегия захвата поражения всех контрольных вышек одновременно не изменились.

Субару:Но в разгар этого хаоса, где был Рейнхард и чем он занимался?

Когда они все сидели в кругу и разговаривали, Субару перешел к этому вопросу.

Субару:У тебя нет ощущения, и я хочу услышать много вещей. Ах, что-то вроде ругания тебя, это не так? По этому поводу со словами, которые я только что сказал, я отношусь к этому, как будто ничего не произошло.

Анастасия:То, что Нацуки-кун говорил, ну, это часть, которая меня тоже беспокоит. Ни в коем случае «Святой Меч» не испугался и не спрятался, я не думаю ничего подобного. Но я хочу услышать убедительную причину.

На вопрос Субару присоединилась Анастасия. Внимательно глядя на отношение Анастасии, казалось, что она получала сообщения от Юлия.

По ее словам, прямо перед началом беспорядков Рейнхард и Фельт связывались с Хейнкелем.

После ее вопроса выражение Рейнхарда, затуманившееся, казалось, было доказательством этого утверждения.

Вильгельм тоже, но когда дело дошло до Хейнкеля, объяснения Астрея были очень расплывчаты. Сказав это, их подход был как,

Субару: Как кто-то застрял внутри в течение десяти лет, и теперь это ребенок из поколения, которого пожилые родители считают опухолью… ..

Отто:Нацуки-сан прыгает до странных иллюзий, так что извините, но что вы будете делать? Если Рейнхарду-сан трудно сказать, тогда я могу говорить, но...

Его взволнованный взгляд был направлен на Рейнхарда, и его тон поддерживал извиняющееся настроение.

Субару:И вы пришли вместе с Рейнхардтом, верно, но могли бы вы быть с ним и во время беспорядков?

Отто:Нет, ничего такого не было. Я присоединился к Рейнхарду-сану в последний момент ... Однако, я в основном выяснил ситуацию.

Рейнхард:Спасибо, Отто. Но это проблема моего семейства. Поистине, это сложная тема для обсуждения, но было бы лучше, если бы я сам об этом говорил.

При рассмотрении Отто, Рейнхардт склонил голову и отказался от его предложения.

Рейнхард:Во-первых, хотя я говорил это много раз, позвольте мне еще раз извиниться. Находясь в положении, в котором я должен был помочь с самого начала, в течение многих часов я не мог собраться вместе с вами, чтобы помочь с ситуацией. Я глубоко извиняюсь и серьезно отношусь к этому вопросу.

Юлиус:…… С этой точки зрения, наша точка зрения такова, как мы только что сказали. Мы не можем простить все, как бы не было проблем. Тем не менее, ты нужен в предстоящей битве. Если ты хочешь покаяться, хорошо выступай в предстоящих боях.

Рейнхард:Я сделаю это, Юлиус…. Когда впервые вышел Культ ведьмы, меня и Фельт-саму вызвали на углу 2-й улицы. Тот, кто вызвал нас, был вице-капитаном Хейнкелем.

Рейнхард, который заговорил, жестким голосом назвал Хейнкеля «вице-капитаном».

Было известно, что они были отцом и сыном. Даже при этом, называя своего отца по званию, было достаточно, чтобы осознать, что отношения между ними были не просто отношениями отца и сына.

Субару:После этого боя и разлуки с Фельт, ты повиновался его призыву?

Рейнхард: Фельт-сама тоже хотела бы отказаться. Тем не менее, речь шла о вопросе, находящемся под властью лорда Астреи, поэтому возможности отклонения не существовало. Какая просьба будет сделана, нам было неизвестно… Фельт-сама сопровождала меня, и мы направились к назначенному месту.

Рейнхард:Мои извинения, но поскольку это непосредственно связано и касается Королевских Выборов. Я был бы признателен за то, что мне позволили не рассказывать всё в подробностях. Достаточно сказать, что разговор не прошел гладко.

Тон Рейнхарда понизился, и было легко понять, что разговор прошел плохо.

Даже если бы это было не так, у Фельт не было опыта борьбы с негативными эмоциями.

Принимая во внимание отвратительную природу Хейнкеля, было нетрудно представить, как разговор закончится.

Посреди такого разговора

Рейнхард:Затем произошла первая трансляция культа ведьм. Хотя мы едва могли поверить своим ушам, было ясно, что нам нужно немедленно двигаться. Если бы была действительно ужасная ситуация. это было мое намерение отправиться прямо сейчас. У других слуг также был способ вызвать меня, если нужно, подготовленный заранее.

Этот метод состоял в том, чтобы запускать магию в небо в любое время. Это было бы сигналом.

Когда появилась Сириус, если Латий включил сигнал, Рейнхард всегда бежал на сцену в течение 30 секунд. То, что он сказал, было правдой.

Однако Рейнхардт слышал так называемую трансляцию Культа ведьмы, и его явная злоба все еще не двигалась. Он не прибежал на место происшествия, и не только, он несколько часов молчал.

Это было так .. Какого черта?

Субару:В эфире, который, как он утверждал, отправили из мэрии, вы бы тоже об этом знали. В этот момент у вас была возможность бежать туда … .. Тогда почему ты не пришел?

Рейнхард:----

Это было не то, что он ругал его. Это не было намерением, но его голос был тверд, когда он требовал ответов.

Было несколько вещей, которые произошли с ним. Если бы до этого трудно преодолимого возвращения в здание муниципалитета прибыл бы Рейнхард. - Даже сейчас Круш, которая борется со своими страданиями, не пострадала бы. Это могло бы даже закончиться без того, чтобы правая нога Субару перенесла странный несчастный случай.

Хотя это не было преднамеренным, пристальные взгляды здесь были не только у Субару

Приняв взгляды всех присутствующих в комнате, Рейнхард, который до этого говорил бегло, закрыл рот и снова опустил взгляд.

С длинными ресницами и блестящими глазами, перед ним он не решался говорить какие-либо слова.

Рейнхард:Вице-капитан Хейнкель взял Фельт-саму в заложницы.

Субару:............

В версии с изображениями тут находится картинка.

Рейхард: Это моя необратимая ошибка. Фельт-сама была схвачена, и меч был прижат к ее шее, чтобы остановить мои движения. И поэтому я не мог действовать.

Сказав эти слова, Субару ясно понял, почему Рейнхардт так много с этим боролся.

Хозяйка, ради которой он должен был отдать все, никто, кроме рук его отца, не попал в плен.

Унизили и опозорили, насколько сильно Рейнхард мысленно обвинил себя?

Субару:… ..ЧЕ? Этот вице-капитан, он пешка культа ведьм или что-то в этом роде?

Получив шокирующее признание, Субару, обдумывая чувства Рейнхарда, бормотал про себя. Это правда, слишком жестокая. Культ ведьмы был спрятан здесь и там, так что кто мог знать, кто был культистом, что он слышал. Но появляться в такой семье он даже не хотел и думать. Помимо Петельгейзе, увидев реальность других архиепископов греха, он теперь подумал об этом еще сильнее. Потому что все культисты ведьмы были самыми низкими из всего, просто человеческим мусором.

Рейнхард:Если бы это было так, как бы я отреагировал. Мои чувства, как они могут быть ..

Субару:Какие?

Это его отношение, Субару задумался над этим. Однако другая половина, состоящая из Анастасии, Юлия и Отто, делала выражения, в которых говорилось, что они пришли к другому выводу.

Рейнхард:Вице-капитан, не является членом культа ведьм. … По крайней мере, в его замечаниях после захвата Фельт-сама я не увидел ничего такого, что подсказывало бы это.

Субару:Тогда что это все значит? Он какой-то идиот? Нет, даже если он не глуп, это нормально ... Тогда зачем? Зачем брать Фельт в заложницы? Делать что-то подобное, какой смысл…

Субару собирался сказать, когда понял.

Унылое выражение лица Рейнхардта и жалкое выражение Отто. Видя это, заключение, которое он сделал, почти заставило его хотеть смеяться.

Субару:Это случилось, только потому, что он хотел держать тебя там?

Рейнхард:----

Субару:Из трансляции культа ведьм он понял, что город в опасности …… Итак, чтобы быстро обезопасить себя и защитить себя, он просто хочет удержать там самого сильного парня?

Рейнхард…… Вице-капитан говорил… Ваша драгоценная любовница и отец оба здесь. Вы оставите ее, чтобы спасти ублюдков, лица которых вы даже не знаете?

Субару:Твой собственный отец выплюнул эту ерунду!

Субару ударил по полу кулаком.

Сегодня весь день повторяющимся утром он встречал этот гнев лицом к лицу. Но ни в коем случае, он никогда не мог себе представить, что яростно чувствую противника, совершенно не связанного с культом ведьмы.

Рейнхард:У меня не было слов, чтобы ответить. Конечно, Фельт-сама говорила, что все это блеф. Поскольку с ней все будет в порядке,она сказала идти спасать остальных. Но остаться там даже тогда было моим решением. Вина действительно лежит на мне.

Субару:Как?! Чья это вина, всем здесь очевидно, кто это!

Рейнхард:несмотря на это, выбор был моим.

Рейнхард признает свою вину.

Этот упрямый Рейнхард, он, вероятно, не будет склоняться к этому, что бы ни говорили. Субару яростно держал язык за зубами и заставлял свои жестокие чувства успокаиваться.

Рейнхард:Тем не менее, таким образом я оказался в тупике. То, что произошло после, ничего примечательного. Даже после дальнейших трансляций я остался не в состоянии действовать… Я просто получил серьезные выговоры от Фельт-сама.

Анастасия :Но она не с тобой, с Фельт все в порядке?

Анастасия спросила иронично улыбающегося Рейнхарда.

Анастасия:Держать часами в заложниках было бы морально утомительно.Теперь, когда Рейнхард-кун здесь, вот так, делаю это, я думаю, что проблема, вероятно, все же улажена.

Рейнхард:Да, это так. Фельт-сама теперь присоединилась со своими слугами в приюте. Вице-капитан был арестован, а Фельт-сама следит за ним.

Анастасия:Арестован …… Его поймали, да?

Рейнхард:Это я с радостью принял. Но без сотрудничества Отто, я думаю, даже этого вряд ли бы удалось достичь.

У Отто, который до сих пор не проявлял признаков появления, Субару нахмурился. Отто был, теперь в свою очередь, слегка прочистил горло, чтобы привлечь внимание.

Отто:Дело было так. Даже если так, то, как я попал на эту сцену, было результатом случайного совпадения. Просто, поскольку я знал об отношениях между этими тремя, случившееся на месте происшествия, я мог приблизительно прийти к пониманию ситуации.

Семейные проблемы Астреи и ситуация с королевской кандидатурой Фельт.

Уже зная это, он заметил, что Хейнкель держит Рейнхарда на месте, а Фельт - в заложниках. Даже если у вашего мозга было плохое кровообращение, вы все равно могли бы выяснить, какова ситуация с этим.

Отто:Я тоже понимал, что неспособность использовать силу Рейнхарда в борьбе против культа ведьм была наихудшим сценарием. В то же время я побледнел и подумал, как мне помочь.

Рейнхард: поэтому Отто как-то привлек к себе внимание, и каким-то образом Фельт была освобождена Именно так Рейнхард мог двигаться, и теперь ему удалось связаться с нами ... Вот так, верно?

Отто: К счастью, в это время была большая речь Нацуки-сана, поэтому место встречи было решено без каких-либо забот. Было бы неплохо, если бы мы могли двигаться немного быстрее, но у меня тоже было много работы.

Хотя это было коротким, на вклад Отто Рейнхард тоже кивнул.

Опять же, хотя люди не выглядят тайно, действуя хорошо, это темный спаситель Отто.

Субару:Но все же, как дела с тобой? Честно гулять городу с такой “силой”, это самоубийство.

Отто:Об этом было много поворотов ... Нет,сейчас я расскажу вам об этом.

Откашливаясь, Отто указал на внешность здания мэрии.

Отто:Как и было запланировано на утро, я ушел в компанию Муза один. По просьбе Киритаки-сана возобновить переговоры. Эта сторона также охладила голову после того, как прошла одна ночь, и казалось, что обещание дальнейших переговоров может быть получено без особых проблем ……

Субару:Казалось, но?

В тот момент, когда он прекратил говорить и сделал паузу, Культ Ведьм начал бы свою трансляцию, догадался Субару.

Однако Отто продолжил говорить, покачивая головой.

Отто:На месте компании «Муза», площади 3-й улицы, культа ведьм …… явился архиепископ греха. Эта фигура вызвала бурю негодования, поэтому атака культа ведьмы была обнаружена.

Субару:Архиепископ ……!? Перед трансляцией?

Отто:Да. Это было перед трансляцией.

Но, если вы подумали об этом, это не было невозможно. Если говорить о архиепископах греха, действующих перед трансляцией, то были включены Сириус и Регулус.

Кроме Капеллы, которая тогда нападала на мэрию, те архиепископы, у которых было свободное время в Пристелле, делали бы что-то, вероятность была высока,

Субару:Подожди, Отто.

Отто:----

На Субару, чей тон голоса понизился, взгляд Отто был мрачным.

Это его беспокойное отношение подтвердило мысли, появляющиеся в воображении Субару.

Сириус и Регулус встречались с Субару в то время, и поэтому не могли быть там. Капелла тоже участвовала в нападении на мэрию.

Сказав это, архиепископ, явившийся перед Отто, мог быть только один.

Субару:Тот, кого вы случайно встретили, может быть, это архиепископ 『обжорства』?

Отто:……Да. Он претендовал на то, чтобы быть таким. Нет особой причины лгать об этом, поэтому я думаю, что это правда. На площади, представившейся в качестве архиепископа Чревоугодия, он все еще казался ребенком.

Показания Отто совпали с тем, что Субару видел в Рое Альфарде.

Стандарт отбора для архиепископов, не то, чтобы он хотел что-то об этом знать, но «обжорство» было, по крайней мере, внешне ребенком.Тряпичный, грязно выглядящий ребенок. На словах, а также отношение он выглядел просто как ребенок.

Отто:Сначала неуверенный, был ли это оставленный ребенок, кто-то назвал их, приближаясь. Так как он стоял на страже возле Муза, я думаю, это был один из «Чешуи Белого Дракона». Этот человек был первым, кто уступил «обжорству». Буквально я не мог двигаться.

Субару:............

Отто:Просто так, с человеком просто покончено, даже если это казалось нереальным, вы не могли не поверить в это. Сразу же все больше, «Чешуя Белого Дракона» - все переместились, чтобы окружить его, но это не привело к счастливому концу.

С лицом, посиневшим, Отто тихо говорил об этом вырванном зрелище.

Обжорство как будто танцует, просто рассекает наемников по порядку. Что еще страшнее, острый нос «обжорства» - это было обоняние, которое никогда не теряло следа его добычи.

Отто:Поскольку это была та ситуация, не беспокоясь о том, кто был первым, они все пытались убежать. Однако этот парень не позволил этого. Что он сделал, я по правде не знаю. Но даже люди, которые стояли далеко, определенно почувствовали атаки обжорства. Даже внутри зданий было то же самое.

Субару:Что он сделал после?

После рассеянного вопроса Субару понял, что это бессмысленный вопрос.

Действия культа ведьм, мотивы этих парней не имели ничего общего с уверенностью. На самом деле Отто повернул голову вместо ответа.

Отто:Посмотрим, что бы это могло быть .. Но в любом случае, это стало ужасной ситуацией. Даже те, кто пытались сбежать из этого места могли подвергнуться нападению. Там их было мало, но это был полный тупик ……. Если бы Киритака-сан там не было, думаю, я бы тоже не смог находиться рядом с вами.

Субару:Киритика, как он это сделал?

Отто:Для начала, кажется, он был осторожным человеком. В президентском офисе компании Маус был подземный скрытый проход в здании, соединенном с каналом. Я сбежал оттуда на маленькой лодке. Убегая, я увидел, как спина Киритаки-сан была разрезана.

Субару:----

Отто:С 3-й улицы я беспорядочно сбежал, вот что я говорю. После этого произошла трансляция культа ведьм, и стало невозможно беззаботно гулять по городу, тем не менее я осторожно перемещался по району. Затем это произошло, и нам едва удалось встретиться, сцена, описанная как раз прежде.

Другими словами, под «сценой» он подразумевает ту, в которой застрял Рейнхард.

Когда история так далеко зашла, в то же время Субару понял, что Отто пережил страдания и ему снова удалось выжить.

Но то, что было сказано только сейчас, взвешивая его мысли,

Субару:Почему Киритика зашел так далеко? Если бы это было так, как вы сказали, он даже пожертвовал собственным телом, чтобы помочь сбежать Отто. Вот как это звучало для меня.

Отто:……Да, в самом деле. Киритика-сан, пожертвовал собой и дал мне сбежать.В конце концов, его ранили, потому что он толкнул меня на пол и накрыл меня своим телом.

Субару:Зачем заходить так далеко ……

Внутри Субару его мысленная картина Киритаки почти не существовала. Даже то легкое изображение, которое он имел, - его лицо покраснело, он кричал, бросая волшебные камни, это была только эта ситуация. Конечно, это было все, что нужно человеку, а не то, что он предполагал.

Но пожертвовать своим телом пытается спасти незнакомца. Этот уровень силы, в конце концов, он не видел в нем.

Отто:Поскольку я был клиентом, приглашенным в его магазин, он мог гордиться. Но определенно, казалось бы, у него была и лучшая причина. Ее немного, легче понять.

Субару:Легче понять ты говоришь?

Отто:Вы не поняли? Это Нацуки-сан.

Когда его имя внезапно появилось, Субару был потрясен.

При реакции Субару Отто на некоторое время закрыл глаза,

Отто:Глядя на существо, известное как архиепископ греха, и видя, что его собственные подчиненные падают, у Киритики-сан, должно быть, было что-то слабое в его внутренних мыслях. Просто он, должно быть, придерживался чувства долга, я думаю. Тогда тот, кто стал его надеждой, это вы, Нацуки-сан.

Субару:............

Отто:После событий предыдущего дня Киритака-сан уже знал о том, что Нацуки-сан остался здесь. И, безусловно, о твоих успехах в победе над Ленью. Если это так, то, естественно, это обернется надеждой. Помогая спасти меня прежде всего, это должно быть потому, что он ожидал, что я присоединюсь к Нацуки-сану в качестве партнера.

Объяснение Отто идеально вписалось, и оно с глухим стуком ударило Субару в грудь.

Но это, тем не менее, было неразумной историей.

Вот опять? Все ожидали этого от Субару?

Просто маленький, безнадежный и бесполезный человек, действительно ли они доверяли судьбу города кому-то такому?

Отто:Нацуки-сан, пожалуйста, не поймите меня неправильно...

Неосознанно создавая циничную улыбку, Субару отозвался голосом.

Отто посмотрел прямо перед собой, словно глядя на Субару. Он говорил с этим застывшим выражением лица Субару, пожимая плечами,

Отто:Киритака-сан тоже в своей голове думал бы о разных ракурсах, касающихся его роли и ответственности перед городом. Я знаю, что Нацуки-сан тоже колеблется с судьбой города. Но, определенно, то, с чем Киритака-сан доверил Нацуки-сану, немного проще.

Субару:……Какая?

Отто:Это очевидно. Где-то в этом городе есть женщина, которую любит Киритика-сан. Прежде чем пожелать безопасности города, то, на что он больше всего надеялся от Нацуки-сан, - это чтобы его любимая была в безопасности.

Субару:----

Отто:Потому что, когда он толкнул меня на пол, он так и сказал.

Приняв судьбу города только потому, что ему так хотелось, а теперь он переживал из-за этого, наблюдая, как Субару сейчас борется с такой ответственностью, он не мог не произнести эти слова.

И это за все остальное, сильно зарезанное в сердце жестко действующего Субару.

Его лицо стало горячим, Субару стало стыдно за себя.

Какова судьба этого города, каковы все эти надежды и ожидания, как нелепо... глупо.

Город, который оказался бы в бедственном положении, если бы его не подняли и не спасли, это было именно то, что он видел.

Нечто такое, что, если Субару не сможет защитить, тогда это не сработает, это не было похоже на эти внешне очевидные и жесткие слова. Только один, а потом другой .. Это были те жизни, которые имели значение.

Отто:Думать об этом не как о несущем одну большую сущность, а как о том, чтобы поднять на спину много мелких частей целого, разве это немного облегчает ваши чувства?

Сила помощника Отто была слишком велика, Субару действительно мог только поддаться ему.

Лицо того Субару, которое раньше было опущено, повернулось вверх, и в результате Отто казался довольным.

Анастасия:Что это, разве это не хорошие отношения? Глядя на это, я даже немного завидую.

Чувствуя паузу в их разговоре, Анастасия выбросила такую шутку. Сидя без дела, почти пристально глядя лицом к лицу, когда они разговаривали, Субару и Отто размышляли над собой.

А затем, снова глядя на них, Анастасия наклонила голову.

Анастасия:Даже так сказать, основываясь на том, что вы сказали …… Компания Муза закончила..

Отто:мы не можем знать наверняка, это правда. Я только видел, как Киритака-сан был порезан, но была ли эта рана смертельной для жизни ...

Юлиус:Это мотивы обжорства, думает ли об этом пустая трата времени? Для меня, несмотря ни на что, мысль о том, что он вызвал это беспокойство без причины, очень странна.

Субару:Не просто так странно. Есть ли какое-то доказательство этому?

Юлиус:…… Нет, что для этого есть четкая основа, я не могу утверждать. Это просто мое впечатление от скрещивания мечей с ним в мэрии. Я полагаю, что тот факт, что его списывают просто как простого культиста, ошибочен.

С этим Субару тоже был согласен. Он был не просто культистом, он был злым культистом.

Но это впечатление, разве это не был другой ответ, чем предполагал Юлий ..

Субару:Согласно трансляции, просьба Обжорства касалась искусственного духа? Может быть, есть шанс, что он ушел, чтобы найти ее?

Рейнхард:Если это действительно возможно. Однако, более насущный вопрос, во-первых, не должны ли мы заподозрить, есть ли существо, известное как «Искусственный дух»?

Пока Субару держал рот на замке, к нему присоединился Рейнхардт.

Ответ на это, в этом месте знали только Субару и Анастасия.

Не зная, Субару посмотрел на лицо Анастасии, но выражение ее лица не изменилось, как и ожидалось от ее опыта. Она не собиралась быть обнаруженной.

Отто:――Извините, только одно.

Перед Субару, который колебался в своем суждении, Отто снова просил внимания.

Отто:Что касается искусственного духа, мне также трудно это знать. Но что касается другого запроса, о «Книге Мудрости» из содержания «Гнева».

Отрезав там свои слова, после минутного колебания Отто заговорил.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 44. Ничего не осталось несказанным

Перевод: Funny_R

Редактура: Toster

Отто поднял руку и погрузил всех в комнату в состояние шока.

Непроверенное существование «Книги Мудрости» только что подтвердил не кто-либо другой, а один из них. Вполне естественно, что они будут в шоке… Субару был самым шокированным из всех.

Субару: З-зачем тебе нужна Книга Мудрости?

Отто: Прежде чем вы поймете неправильно, позвольте мне объяснить. Я был действительно тем, кто принес так называемую Книгу Мудрости в город, но книга не моя. Я был очень шокирован, когда услышал просьбу культа ведьм.

Анастасия: Так называемая «Книга Мудрости»? Это любопытный способ выразить это. Что вы имеете в виду?

Когда Отто ответил потрясенному Субару, Анастасия взяла этот дескриптор и спросила. На это Отто оглянулся на остальных и,

Отто: Вы, ребята, все знаете о Книге Мудрости, верно? Проще говоря, это похоже на Евангелия ... те подозрительные книги пророчеств, которые есть у культистов-колдунов ... за исключением того, что кажется оригиналом. Я слышал, что разница в точности огромна

Анастасия: Евангелие оригинальное…? Это может быть натяжкой, но это напоминает мне о пророчествах о Драконьем Камне. Хотя, конечно, их авторитет, репутация и позиции далеко не одинаковы

Отто: я никогда не видел Камень Дракона Аннал и пророчества Евангелия в действии, поэтому я не могу ничего сказать об их надежности… Боюсь, это относится и к Книге Мудрости. К тому времени, когда я взял его в руки, книга уже была не более чем обгоревшими остатками

Субару: Сгоревшие останки ……

Описание Отто соответствовало судьбе обоих томов Книги Мудрости в сознании Субару.

Одна принадлежал Беатриc и была потеряна в пламени горящей Запретной библиотеки. Другая принадлежала Роузвалю и, по словам Рам, погибла в горящем Святилище.

Трудно было сказать, какому из ее создателя, свидетельству Эхидны можно было доверять, но, если верить ее словам… тогда оба тома должны были быть сожжены.

В этом случае то, что получил Отто, должно быть его обугленными останками.

Анастасия: Понятно. Думаю, я знаю, почему Отто-кун принес книгу в Пристеллу сейчас. Нужно ли обратиться за помощью к Мастеру Восстановления, не так ли?

Отто: …… Это верно

С этим простым ответом Отто кивнул в заключение Анастасии. Хотя и Юлий, и Рейнхард приняли это с пониманием, Субару, казалось, смутил термин, который он никогда не слышал раньше.

Субару: Кто такой Мастер Восстановления?

Анастасия: Как следует из названия, они - специалисты по светлой магии, которые могут восстановить объекты в их первоначальные формы. Дарц, который живет в этом городе, является довольно известным членом их круга. Даже книги, которые повреждены более чем наполовину, могут быть восстановлены с довольно хорошими результатами, если у них будет достаточно времени

Отто: Мне удалось связаться с Мастером Дарцем и передать ему остатки Книги Мудрости. Так что книга должна быть в его мастерской на данный момент

Благодаря свидетельству Отто, местонахождение Книги Мудрости наконец раскрыто.

Гарфиэль: Но тогда, когда Отто-бро встретил этого парня?

Отто: Вчера после переговоров с компанией Муза все развалилось. Когда все разошлись, я навестил Мастера Дарца. У нас был приватный разговор, и он, казалось, с энтузиазмом воспринял работу… ..

Субару мог только представить, как Отто побледнел, когда услышал, что «Книга Мудрости» всплывает во время сегодняшних потрясений.

Это объясняет, как выжила сожженная Книга Мудрости и почему она была привезена в этот город, но мотивы Отто все еще были неизвестны. Почему он хочет восстановить Книгу Мудрости?

Честно говоря, у Субару не было хороших впечатлений от Книги Мудрости.

Это была зловещая книга, связанная не только с ее создателем, Ехидной, но и с Евангелиями в руках культа ведьм. Это была причина, по которой Беатрис была связана с Запретной библиотекой в течение четырехсот лет, и причина, по которой заговоры Роузваля вызвали насилие в Святилище.

По правде говоря, Субару с облегчением узнал, что книги уничтожены.

Отто: я не буду вдаваться в подробности того, как я приобрел ее или почему она здесь. Я только собирался прояснить существование Книги Мудрости и ее текущее местоположение. Все, что находится за ее пределами, является внутренним делом нашей фракции.

Юлий: Но теперь у нас есть Культ Ведьм, в котором одно из их требований - Книга Мудрости. Как вы думаете, чья это ответственность?

Отто: Я не думаю, что что-либо, что делает Культ Ведьм, можно обвинить в чем-либо, кроме культа Ведьм. Но если вы настаиваете на этом, мне придется сделать несколько собственных недружественных замечаний

Отто стоял на месте перед протестами Юлиуса. И, увидев, как Отто перевел взгляд на Анастасию, Юлий быстро покачал головой.

Юлий: Мои извинения. Я сказал что-то бесполезное только сейчас. Естественно, я не собираюсь обвинять вас. Преступления Культа ведьмы будут надлежащим образом окуплены, когда мы их строго накажем

Отто: Согласен

Отто кивнул решительным словам Юлия, украдкой взглянув на Субару. Но, увидев этот тайный взгляд, Субару не мог сказать ни слова.

О чем думал Отто? Даже если Субару не собирался подозревать его, он все еще не знал, что он задумал. Видя Субару таким, Отто тихо шевелил губами,

{Отто: давай поговорим позже}

Тогда он все объяснит. В таком случае, им лучше пока приостановить дело.

Рейнхард: Теперь, когда существование Книги Мудрости подтверждено, мы не можем быть настолько уверены, что часть об Искусственных Духах - это просто бредовые разговоры

После того, как все решилось, Рейнхард начал с новой темы.

Хотя это происходило только с потоком вещей, теперь, когда Отто уже раскрыл что-то потенциально невыгодное для себя, у Субару не было причин продолжать удерживать его.

Субару: Анастасия-сан

Анастасия: я знаю, я знаю. Ну, это не будет легко

Видя, что Субару ищет ее согласия, Анастасия сняла шарф с шеи. Она разложила его на столе, в то время как все остальные склонили головы к ее решительному выражению лица.

Но то, что она сделала дальше, повернуло все их наклоненные головы.

Анастасия: «Не нужно больше играть опоссума, Ехидна. Ты можешь теперь говорить

Лисий шарф: в моем случае, вместо того, чтобы «играть в опоссума» , не будет ли «игра в лису» более подходящей, Ана?

Анастасия:—

Следуя зову Анастасии, шарф белой лисы вытянул свои конечности с собственной волей. Видя это, те же самые выражения шока омыли лица Юлиуса и Рикардо.

Похоже, что Анастасия скрывала существование Искусственного Духа Ехидны даже от членов своей фракции.

Рикардо: Эй мисс… я не знал об этом. Черт, что это за штука ……?

Анастасия: Извините, что скрывала это от вас, Рикардо, и Юлий тоже. Этот ребенок будет Искусственным Духом, о котором мы говорим. Ее зовут Ехидна, и она долгое время была моим партнером.

Лисий шарф: Привет, Рикардо. Было бы довольно неловко представиться, как будто мы только что встретились, когда я технически знала тебя целую вечность. Мы можем быть приятелями, как обычно, если хотите.

Ехидна была исключительно дружелюбна с Рикардо, который выглядел так, словно смотрел на что-то жуткое. И, несмотря на то, что Рикардо был удивлен отношением белой лисы, лицо Юлиуса выглядело еще более потрясенным.

Столкнувшись с тайной, которую его учитель скрыл от него, его ученики колебались с редким и нескрываемым ужасом,

Юлиус: …… значит, Анастасия-сама тоже является пользователем Духов-Искусств?

Анастасия: Нннн ~ не совсем. Между мной и Ехидной нет духовного контракта. У меня просто нет умения для этого. А также, в отличие от обычных духов, Ехидна не может сражаться вообще

Лисий шарф: Это верно, я настолько некомпетентна, насколько это возможно. Боюсь, я могу быть даже самым слабым духом, который есть. Настолько слабой, что даже Дух-Рыцарь не мог почувствовать мое присутствие

Джулиус: Это так …… нет, но потом ……

Подозрения Юлия были отклонены Анастасией и Ехидной по очереди. Но вместо того, чтобы быть уверенным, он перевел взгляд на Субару, который стоял в стороне.

В желтом взгляде, который он направил на Субару, была определенная резкость.

Юлиус: Почему Субару выглядит так, как будто он уже знает? Когда я ... как твой Рыцарь ... не знал, как он мог ...

Анастасия: Это не так. Это…

Субару: Это потому, что она Искусственный Дух, как и мой партнер Беатрис. После того, как мы услышали требования Культа ведьмы, Анастасия-сан объяснила мне это. …… Так что я узнал совсем недавно, мало чем отличаясь от вас

Юлиус: Она - Искусственный Дух ……? Анастасия-сама, это правда?

Отрезав Анастасию, Субару объяснил ошеломленному Юлию. Видя, как Анастасия кивнула на его вопрос, Юлий пробормотал вот как… и кратко закрыл глаза, как будто хотел все это принять, прежде чем глубоко вздохнуть.

Юлиус: извини, что перебил вас. Пожалуйста, прости меня за любое недовольство, которое я мог причинить вам, Анастасия-сама. Мне очень стыдно

Анастасия: Я не имею права наказывать вас, когда я все это время держала это в секрете. Я должна просить вашего прощения вместо этого

Юлий кивнул Субару и извинился перед Анастасией. Но, увидев извинения Юлиуса со стороны, Рикардо схватил Ехидну со стола.

Рикардо: Тем не менее, это действительно важно, мисс! Как давно мы знаем друг друга? Почему ты скрываешь это от меня? Мне немного обидно! Это все, что мы есть друг для друга?

Лисий шарф: Я была бы признательна, если бы вы не обращались со мной так грубо. Даже в этой форме я все еще очень привередлива в своих волосах. И мы бы не хотели портить очаровательную внешность Анны, не так ли?

Рикардо: Довольно болтливая, да? Тьфу, неважно. Я отпущу это на этот раз

Потянув и раздавив его до глубины души, Рикардо, казалось, остался доволен и отпустил белую лису. Приземлившись на стол, белая лиса быстро подошла к Анастасии, обернулась вокруг ее шеи и снова стала неодушевленной.

Анастасия: Итак, искусственные духи тоже существуют.…… Тем не менее, как и в Книге Мудрости Отто Куна, я не собираюсь отдавать этого ребенка в Культ Ведьм

Субару: Извините, что держал это в секрете. Но это то же самое со мной. Беако мой партнер. Я даже не позволю ей держаться за руки с этими безумцами

Анастасия и Субару оба заявили о своем решении отказаться от требований культа ведьм.

Услышав это, Рейнхард кивнул и

Рейнхард: я знаю. Конечно. Мы не можем принять ни одного из их требований. Хотя, возможно, тот, что о свадьбе, их невеста могла быть пропущена

Субару: Абсолютно нет! Потому что невеста, о которой говорят эти придурки, это Эмилия!

Отто: Пфф !? Эмилия-саму захватили!? И тут мне стало интересно, почему я ее не видел, поэтому она в беде !? Не могли бы вы сказать это раньше !?

Рейнхард расширил глаза, и шокирующая новость заставила Отто округлить глаза. Субару сжал зубы перед реакцией этих двоих и продолжил Извините ...,

Субару: Это была моя вина, я видел, как ее забрали. Но, поскольку они говорят о свадьбе, значит никто не причинил ей боль. Поэтому мы должны пойти туда, убить их и вернуть ее. ...

Рейнхард: «Да, мы так и сделаем. Мы абсолютно не можем этого допустить

Сама мысль о Регулусе вскинула ярость в голове Субару, и в поддержку этого негодования Рейнхард полон своего намерения сражаться.

Это была аура настолько надежная, что это было ужасно. Без сомнения, его присутствие было чрезвычайно обнадеживающим.

И при этой мысли Субару перевел взгляд на угол комнаты - на человека, который до сих пор не вмешивался в разговор.

Сидя там, прислонившись к стене, выражение его лица было скрыто за шлемом.

Субару: Эй Ал. Ты тоже должен присоединиться к разговору. Ты не сказал ни слова с конца речи. Наше самое смертоносное оружие было задержано из-за того парня, которого ты привел. Ты лучше сделай что-нибудь полезное

Подойдя, Субару позвал Ала.

Хейнкель держал Фельт в заложники и эффективно удержал Рейнхарда на месте.

Это явное предательство, направленное на кандидата в королевских выборах, было не только преступлением, а изменой. Обычно нет никакого способа, которым преступник мог бы избежать смертного приговора после совершения такого отвратительного преступления, но только как Рейнхард справится с этим?

По крайней мере, Субару не мог подобрать его по лицу Рейнхарда.

Ал: «Извините, но я ухожу

Субару : …… ха?

Возможно, Субару отвлекся от мыслей о Рейнхарде, пока Ал не встал. Сняв спину со стены, Ал выглядел так, словно собирался пройти мимо Субару. Осознав это, Субару быстро схватил Ала за плечо, развернув его.

Субару: П-подожди! Ты уходишь? О чем ты говоришь? Нам нужен каждый боец, которого мы можем получить прямо сейчас, а ты хочешь оставить нас? Ты что, сумасшедший?

Aл: Сумасшедший или что-то в этом роде, вы с ума сошли бы считать меня бойцом для начала. Любой случайный парень, которого ты вытащишь из приютов, который дрался, будет лучше меня. Так что не важно, пойду ли я

Субару: Черт возьми! Не говори мне эту капризную чушь! Если тебе есть что сказать, скажи это!

Ал: ―― Ты единственный человек, от которого я не хочу этого слышать, братан

Отряхнув руку от Субару, взгляд Ала пронзил Субару из его шлема.

Этот неразборчивый взгляд и нехарактерный тон вызвали озноб, ползущий по спине Субару.

Субару казалось, что он когда-то видел эти необъяснимые эмоции, но не мог вспомнить, где и что это было.

И он не понял, когда они продолжали свое противостояние, когда…

???: Мое вдохновение вспыхивает! Послушай, пожалуйста: ―― Твой взгляд вызывает жар в моей груди ~

Субару: Заткнись !!

???: Аа!?

Субару рефлексивно набросился назад на беспечный голос, который появился из ниоткуда. Цель подпрыгнула от этого крика и резко упала на стол позади нее.

Каталась, стонала и плакала, это была девушка с рыжеватой кожей…

Субару: Ты ... Лилианна !?

Лилианна: Уугьяуу! Мой локоть! Мое колено! Каждая кость, которую можно назвать костью в моем теле, разрушена! Все шесть моих ребер сломаны!

Тот, кто энергично катался по полу перед Субару, была Лилианна Маскарад.

Видя ее такой же, как и прежде, Субару даже не удосужился указать, что у людей было более шести ребер, а лишь похлопал по груди с облегчением.

Субару: Я был очень взволнован после того, как мы расстались, но я рад видеть тебя в безопасности. Какое облегчение

Лилианна: В безопасности!? Разве ты не видишь, что я здесь на грани смерти !? Как ты можешь с облегчением погладить свою грудь перед несчастной девицей, что это за больной юмор !? Мое вдохновение вспыхивает! Послушайте, пожалуйста: ―― Пальцы! Уши! И глаза ~!

Субару: Ты все еще достаточно живучая, не так ли?

Сидя, скрестив ноги, на полу, она вздрогнула , внезапно представив картину здоровья. Хотя внезапность ее выздоровления была довольно тревожной, Субару был просто рада, что с ней все в порядке.

Субару: Но как ты попала в мэрию? Должно быть, было опасно бродить снаружи ……

????: Естественно, разве это не то, что я должна решать? Простолюдин

Субару: Гх

Прежде чем он успел спросить Лилианну, как она сюда попала, высокомерный голос ответил на вопрос вместо нее.

С звоном шагов на высоких каблуках в зал заседаний вошла женщина в великолепном красном цвете. Украшенная румянами с головы до пят, она метнула свои кроваво-красные глаза по комнате.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Присцилла: Похоже, все актеры собраны. Это было хорошо, что вы, черт побери, приготовились к прибытию звезды. Будьте уверены, чтобы держать это в будущем

Улыбается в хорошем настроении, держа веер на губах… это была Присцилла.

Ее внезапное прибытие удивило всех, включая Субару, но первым отреагировал не кто иной, как ее слуга Ал.

Ал: П-принцесса-сан! Вы в порядке ... Я волновался, когда не смог найти вас

Присцилла: Мм, это ты Ал? Какой смысл в том, что ты общаешься с этими крестьянами вместо того, чтобы служить мне? Разве ты не обязан смотреть на мою фигуру, слушать мой голос, вдыхать мой аромат и подчиняться моим командам? И Шульт, заставляющий меня искать его сам, должен быть предел вашей наглости.

?????: П-пожалуйста, прости меня, Присцилла-сама ……

Пока Присцилла безжалостно ругала своего взволнованного слугу, маленький мальчик в униформе дворецкого выглянул из-за ее головы, робко цепляясь за ее платье. Кажется, что Присцилла спасла не только Лилианну, но и ее дворецкого, прогуливаясь по городу, наводненному культом ведьмы.

Субару: Что за сумасшедшая дерзость ……

Субару вздохнул в тонкую грань между чрезмерной храбростью и безрассудством. Услышав это, Присцилла перевела взгляд на Субару. Закрывая веер, она быстро подошла к нему, и,

Присцилла: Ты там, не двигайся

Субару: Хк

С порывом ветра она прижала кончик своего веера к горлу Субару.

Как обычно, двигаясь с невероятной скоростью, она добралась до него прежде, чем его глаза успели заметить ее движение. Но, поскольку Рейнхард не вмешался, Субару решил, что ему не грозит реальная опасность.

Субару : Что ты делаешь? У нас здесь важный разговор, у нас нет времени на ……

Присцилла: Хорошо. Так-так, неуклюжий эфир, это был твой голос?

Субару: …… Да

Каким бы жалким он ни был, полагаясь на отсутствие движения Рейнхарда в качестве своего индикатора, Субару предпочел не спорить с ворчливой Присциллой. На этот ответ она прищурилась,

Присцилла: Решительно, я не потерплю никого, кто получит больше внимания, чем я. Итак, я докажу, насколько я очевидно выше таких как ты

Субару: А? Ау !?

Подняв веер на шее Субару, он так сильно ударился о его подбородок, что слезы потекли из его глаз. С этими словами Присцилла покинула его и властно уселась на одно из мест за круглым столом.

Присцилла: Такой бесполезный стул. Я могу сказать, как дешево это просто сидя на нем

Сделав это обжигающее замечание о качестве мебели, она взглянула на лица, сидящие за столом. Затем, открыв ее покрасневшие губы, на ее лице появилась великолепная ужасная улыбка.

Присцилла: Давай сейчас, я позволю тебе рассказать мне все о текущей ситуации. Будьте хорошими рабами и полностью выполняйте свои обязанности. В качестве награды я одолжу тебе мою помощь. Не забудьте меня поблагодарить

Ал: Подождите, принцесса! Теперь, когда мы нашли друг друга, нет причин оставаться здесь, верно? Мы должны выбраться из этого опасного места и ……

Присцилла: Ты предлагаешь мне сбежать, Ал? Если это так, то ты серьезно ошибаешься

Видя, как Присцилла откидывается на свое место, словно намереваясь участвовать в конференции, Ал поспешно запротестовал. Но Присцилла отбросила взгляд, мгновенно заморозив Ала в своем металлическом шлеме.

Присцилла: Ты слушаешь? Я та, кто решила остаться в этом городе. И я буду единственной, кто решит, оставить ли это. Я не принимаю инструкции от кого-либо. Кроме того, ты хочешь, чтобы я отвернулась от этих бешеных дураков и бесстыдно убежала? Да за кого ты меня держишь?

Ал: …………

Присцилла: Все в этом мире работает в мою пользу. Итак, почему я должна уйти и позволить этому неприятному беспорядку продолжаться? Если ты хочешь называть себя моим слугой, то знай это, Ал. Я благословлена божественным провидением, и поэтому мои действия - это божественное провидение.

Воля Присциллы была непоколебимой.

Все присутствующие, больше всего Ал, знали это. Видя, как Ал опускает свое единственное плечо, молодой дворецкий Шульт тихо прижался к нему. И, криво улыбаясь от этого утешительного жеста, Ал тоже успокоился.

Субару: Отто, у тебя есть минутка?

Отто: Да, пойдем

Когда за круглым столом началось информирование Присциллы о текущей ситуации, Субару прошептал Отто. Очевидно, предвидя это, Отто подчинился без малейшего удивления.

Субару: Гарфиэль, дай мне знать, когда они закончат

Оставив эту инструкцию, Субару покинул зал заседаний с Отто.

И как только они вышли на улицу, они повернулись и встретились в коридоре. Увидев взгляд Субару, в глазах Отто не было путаницы. Он точно знал, о чем им нужно было поговорить.

Субару: Какого черта ты пытаешься восстановить Книгу Мудрости? Нет, до этого, когда ты успел собрать его остатки?

Отто: Это было год назад, после того, как мы решили проблемы в Святилище. После того, как снег Эмилии-самы исчез, я бродил по помещению, когда я… ну, это было не случайно. Я слышал, что случилось от Рам-сан, поэтому я активно искал сожженные остатки этой книги

Субару: Итак, то, что ты нашел, были остатки от Книги Мудрости Роузваля?

Отто: Да. Мне необычайно повезло, так как это оказалось местом, которое я хотел проверить

«Необычайно везучий» должен быть шуткой, так как обычно ему не везло. Хотя Отто иронично улыбался, у Субару не было настроения делиться этим мнением.

Потому что причинами этого Отто был все еще узелок в груди Субару.

Отто: Скажи мне честно, Нацуки-сан, что ты думаешь о Макграфе Мейзерсе?

Субару: Роузваль?

Когда Субару погрузился в молчание, Отто задал ему этот вопрос. Это звучало как несколько не относящееся к данной теме. На мгновение Субару задумался над вопросом:

Субару: Ну ... я думаю, что мы определенно не можем ослабить свою защиту по отношению к этому парню. Не после всего, что произошло год назад. Но, поскольку его цели сейчас ясны, и, если предположить, что они не изменились, я не вижу в нем непосредственной угрозы. На самом деле, теперь, когда мы понимаем друг друга, я чувствую себя как сообщник

Отто: я вообще не доверяю Макграфу Мейзерсу

- отозвался Отто, указывая на наивное мышление Субару.

Услышав это, Субару расширил глаза от резкости этого заявления.

Отто: Вы упомянули, что случилось год назад. Да, это правда. Но он замышлял задолго до того, что случилось в Святилище. Вы и Эмилия-сама, похоже, прощаете это

Субару: …… Это не значит, что мы его простили. Все, что делает этот парень, заставляет меня хотеть кричать «Что, черт возьми» , и я все еще очень взбешен. Но дело в том, что нам нужна помощь этого парня. Так что мы мало что можем сделать, и у Эмилии те же соображения

Отто: это называется прощать. …… Хотя я не говорю, что это плохо

Отто бросил нетерпеливый взгляд на Субару, выражая его срочность.

Другими словами, Отто говорил ему, что он недостаточно осторожен. Конечно, Субару знал, что за этим нужно следить, но,

Отто: Всё хорошо. То, как вы к нему относитесь, прекрасно. Нет необходимости менять это. Так как я буду следить за необходимыми мерами предосторожности

Субару: Меры предосторожности?

Отто: как министр внутренних дел, у меня было много возможностей пообщаться с Макграфом. Из того, что я видел за последний год, я не заметил никаких признаков интриги или странного поведения. Но это не значит, что он не мог уже изложить свои планы до этого. Он мог бы легко отложить свои планы на некоторое время

Субару: ――――

Субару закрыл рот. Осторожность и беспокойство Отто прошли.

У него были все основания не доверять Роузвалю. Это было просто естественное следствие действий этого человека, хорошо это или плохо. Хотя в этом случае в основном плохо.

Отто: если он следует каждому слову Книги Мудрости и верит, что оно предсказывает будущее, то один взгляд в книгу позволит нам узнать все, что он планирует. Таким образом, мы можем принять необходимые меры для защиты от любых предательств в будущем.

Субару: Ты имеешь в виду, что ты хочешь восстановить эту книгу …… потому что ты не доверяешь Роузвалю?

Отто: …… Совсем наоборот. Именно потому, что я не хочу не доверять своим союзникам, я хочу убедиться в этом. По крайней мере, я хочу точно знать, что ничего плохого не произойдет. Поэтому я держал Книгу Мудрости в надежде восстановить ее. …… Я не консультировался с тобой до этого, извини за это

С этим извинением Отто опустил голову.

Но перед ним Субару не мог сказать ни слова. Он не чувствовал, что имел право.

Озабоченность Отто и действия, которые он предпринял, чтобы разрешить их…

Это все, что Субару и Эмилия должны были заметить. На самом деле, усилия, которые он предпринял для этого, были полностью ради Субару и Эмилии.

Теперь, когда он понял, как Отто молча помогал ему, Субару сразу же стало стыдно за то, что он не осознал этого раньше.

И почему Отто сделал это для него? Это было только потому, что они друзья?

Отто: я не скажу тебе почему, хотя. Это довольно скучно в любом случае

Как будто прочитав мысли Субару, Отто ответил.

Субару: Почему-то, ты всегда меня выручаешь, понимаешь

Отто: Это может быть, но я думаю, что вы хороши, как и когда делали эту передачу, Натсуки-сан

Отто почесал голову, в то время как Субару щелкнул языком и опустил плечи, немного смущенные его соображениями.

Субару: я понимаю. Проблема в том, что эти придурки все еще ищут это. Так что же мы на самом деле делаем?

Отто: Независимо от того, была ли она успешно восстановлена или нет, я думаю, что нам лучше вернуть его. Есть большой шанс, что мастер Дарц может пострадать, и это будет последнее, чего я хочу

Субару: Но мы собираемся одновременно атаковать все четыре Контрольные башни. У нас нет сил, чтобы сэкономить на этом

Отто: я могу быть некомпетентным, но я могу более чем справиться с собой, если я путешествую по водным путям. Возможно, я не выгляжу так, но использование животных, таких как водяные драконы, является одной из моих сильных сторон, знаете ли

Положив руку рядом со ртом, Отто, должно быть, хвастается своей Божественной защитой: шепотом зверя.

На самом деле, когда дело доходит до бегства, Божественная защита Отто была бы очень кстати. Кроме того, основные силы противника были сосредоточены на контрольных вышках. Предполагая, что они не привели лишних культистов-колдунов, Отто не должен быть в слишком большой опасности.

Отто: Вместо того, чтобы беспокоиться обо мне, ты должен думать о штурмовых командах. Вы должны спасти Эмилию-саму, в конце концов. Это очень ответственная миссия

Субару: Понятно. Я сам возьму голову этой жадной жопы

Образ того седовласого монстра, который украл Эмилию, мелькнул у него в голове.

Это и тот факт, что он был архиепископом греха, означало, что он был врагом, которого нужно победить.

Отто: Должны ли мы вернуться? Они должны быть готовы к подведению итогов

Увидев бодрого Субару, Отто повернул голову в комнату собраний. Но, как только Субару кивнул и был рядом с ним,

??????: Субару-дано

Он был остановлен звонком с лестницы.

Никто не мог ошибиться, кому принадлежал этот голос. Человек наверху, наблюдавший за ним со строгими синими зрачками… это был Вильгельм.

Субару: Отто, иди вперед

Отто: Хорошо. Мы продолжим это позже

Отто вернулся в зал заседаний, а Субару поднялся по лестнице, чтобы встретить Вильгельма, ожидающего на верхнем этаже.

Затем, как только они оказались на одной высоте, Вильгельм слегка поклонился.

Вильгельм: Извините, я не смог присоединиться к конференции. Я приношу извинения за неудобства

Субару: В сложившейся ситуации никто не подумает обвинить тебя, Вильгельм-сан. Итак ... как дела с Круш-сан?

Он слышал, что она в довольно ужасном состоянии. Как женщина, она, вероятно, не хотела бы, чтобы кто-нибудь еще видел ее такой.

Вспоминая жалкое состояние его ноги, он мог представить, какой ущерб был нанесен Круш. И одна эта мысль заставила его сожалеть об этом.

На вопрос Субару Вильгельм тихо опустил глаза.

Вильгельм: Круш-сама попросил поговорить с тобой, Субару-доно. Могу ли я побеспокоить вас пойти со мной?

Субару: Круш-сан попросила меня? Нет, конечно, я приду, но ... всё действительно хорошо?

Вильгельм: Это ее искреннее желание. Хотя Феррис не будет этому рад

Субару: …… Наверное, нет

У Ферриса, вероятно, будут какие-то горькие слова, чтобы сказать Субару.

В конце концов, единственными, кто столкнулся с Капеллой на верхнем этаже мэрии, были Субару и Круш, и только Субару должен был защитить ее.

Вильгельм: Если Феррис говорит что-то неуважительное, не обращайте на него внимания. И, пожалуйста, прости его, если это возможно. В глубине души он понимает. Просто он сталкивается с эмоциями, с которыми он не может совладать

Субару: Смотреть, как страдает самый важный для него человек… Я могу понять, почему он хотел бы проклинать окружающих его людей, хотя бы просто чтобы отвлечься от того, о ком он беспокоится

Если выражение его ярости может облегчить его боль, то кто может обвинить его?

И поэтому Субару был готов принять на себя некоторые из его оскорблений.

Вильгельм: Сюда

Не замечая ответа Субару, Вильгельм повел Субару к тому месту, где будет ждать Круш.

Вильгельм: Субару-доно, я должен сказать тебе кое-что еще

Субару: Что это? Это что-то, что не касается Круш-сан……?

Вильгельм: Речь идет о двух мечниках, сопровождающих архиепископов греха

Невольно он остановил свое дыхание.

Это должно было быть настолько очевидно, как он позволил этому сойти с ума? Неизлечимая рана Мими, нанесенная «Божественной защитой Бога смерти» .

Истинные личности этих мечников суперкласса должны…

Вильгельм: Один из них - «Восемь Вооруженных» Курган. Грозный мечник, который был генералом Воллахской Империи, человек, который должен был умереть десять лет назад

Субару: Человек, который ... должен был умереть? Хм, Вильгельм-сан ...

Вильгельм: А другой ...

Он остановился, и Субару последовал его примеру. Затем Вильгельм отвернулся и мгновенно погрузился в тишину. Субару сделал шаг вперед, чтобы взглянуть на лицо Вильгельма, но тут же пожалел об этом.

Он не должен был это видеть.

Вильгельм: «Другой - это Святой Меч предыдущего поколения, Терезия Ван Астрея. Моя жена ... которая должна была погибнуть в битве против Белого кита пятнадцать лет назад

Субару: ――――

Тот факт, что он мог держать свой голос таким ровным, должно свидетельствовать о силе его воли.

Но когда Субару увидел мучительную агонию, которая исказила лицо Вильгельма, все это впечатление исчезло.

Субару: Твоя жена ... и генерал Империи? Если ... они на самом деле еще живы ...?

Вильгельм: Если это …… нет, это невозможно. Будь то моя жена или Курган, они оба мертвы. Это не может быть отменено. Мертвые все еще мертвы, но оскверняются

Субару: Если они все еще мертвы, тогда ... это что-то вроде Некромантии?

Магия некромантии, которая манипулирует мертвыми, довольно распространена в вымышленных вселенных. Конечно, в том, что касается вымысла, магия, которая может вернуть мертвых к жизни, также довольно распространена. Хотя, ничего более удобного в этом мире не существует.

Это было то, что Субару мучительно осознал за те несколько месяцев, что он провел здесь.

Вильгельм: магия, которая манипулирует мертвыми, запрещена. Хотя я знаю кого-то, кто когда-то использовал это. Во время гражданской войны в Лугнике между людьми и полу-людьми десятилетия назад она была одним из трех врагов Королевства, сражавшихся на стороне полу-людей

Субару: Три врага Королевства ……?

Вильгельм: герой-полу-человек, Либре Ферми. Великий стратег Валга Кромвель. А также……

После паузы,

Вильгельм: Ведьма, Сфинкс. Отвратительное существо, которое, не моргнув глазом, безжалостно проливала кровь людей и полу-людей. Единственная ведьма, кроме Сателлы, чье имя осталось в истории королевства.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 45. Неизбежное проклятье

Когда Вильгельм произнес имя Ведьмы, о котором он никогда не слышал, Субару вздрогнул.

Он знал только о «ведьмах», кроме Сателлы, когда они встретились с шестью ведьмами греха в гробнице Ехидны.

То, что «ведьмы», кроме тех, которые каким-то образом существовали, было ужасной новостью.

Субару: Тогда, Вильгельм-сан, если эта ведьма Сфинкс участвует в этом рейде Культа ведьм …… Вы говорите, кроме архиепископов, есть и другая ведьма?

Если так, то главными врагами были четыре архиепископа и два воина. Кроме того, ведьма, примкнувшая к ним, превратила и без того непростую задачу в самоубийство.

Что касается опасений Субару, Вильгельм, поднимая руку,

Вильгельм: Извините, моя формулировка была неясной. Ведьма, известная как «Сфинкс», погибла в войне с полу-людьми. Она не могла быть причастна к этому рейду.

Субару: ведьма мертва? Это точно так? Судя по моему впечатлению от ведьм, даже после того, как они умерли, их души все еще могу существовать тут

Сателла была такой. Всякий раз, когда Субару нарушал табу, она наказывала его, и в Цитадели Снов, наслаждаясь своей загробной жизнью, Ехидна была той же.

Даже слух, что они мертвы, ничего не гарантировал, это ведьма.

Вильгельм: Какое впечатление у Субару-доно о ведьмах я не знаю. Но Сфинкса называют только ведьмой, это просто существо, которое так и назвали. Дело в том, что силы Королевства называли это так, но заинтересованная сторона никогда не называла себя одинаковой.

Субару: Называя их заинтересованной стороной… Вильгельм-сан встречался с ними напрямую?

Вильгельм: Много раз. Для конца войны с полу-людьми решающим моментом могло быть даже обезглавливание Сфинкса. Роузваль, Бордо и его жена были ведущими фигурами того времени.

Субару: Роузваль!?

Неожиданное имя вынудило Субару широко раскрыть глаза.

При той реакции Субару Вильгельм на мгновение слегка опустил голову и погрузился в свои мысли.

Вильгельм: я знал Роузваль-доно два поколения назад. Хотя тогда я был не слишком дружелюбен ... она заботилась обо мне.

Субару: Два поколения назад ... ааа, это тот случай? Тогда имя «Роузваль» наследуется из поколения в поколение.

Вильгельм: К сожалению, вскоре она скончалась, и после этого я отошел от них. нынешний лорд Мазерс - просто мимолетный знакомый ... но это все лишние разговоры.

Теперь он прислушивался к рассказам об удивительных отношениях, но начальная тема была определенно не об этом.

Субару кивнул головой, а затем Вильгельм с «И так» продолжил свой рассказ.

Вильгельм: Не Сфинкс, а каким-то образом существо, использующее заклинание, которое действует аналогично, моя мысль. Метод контроля за мертвыми в то время назывался «Трупные солдаты».

Субару: Трупные солдаты …… Это… Есть ли что-то вроде слабостей?

Вильгельм: Из того, что я знаю, трупный солдат ограничен техникой перемещения тела. Это не так, что он может вернуть способности, которыми обладают в жизни. Он просто стыдит мертвых, сохраняя при этом внешний вид, и фактически отражает навыки того, кого воскресили

Субару: Но, Восемь Оружий и …… Это.

Он не мог найти слов.

Тот, кто превратился в трупного солдата, чья смерть была осквернена, была женой Вильгельма. Тем не менее, Вильгельм принял это.

Вильгельм сделал горькое лицо из-за отвращения Субару.

Вильгельм: Я благодарю вас за беспокойство. Но это необходимо. Моя жена и навыки Кургана близки к тому, какими они были в жизни. Это просто превышает силу, которую может использовать трупный солдат.

Субару: Тогда, возможно, это что-то кроме трупного солдата? Если так, то ваша жена, возможно, даже не умерла ……

Вильгельм: Моя жена мертва. Потому что моей силы не хватало.

Стороной, висящей на хрупкой надежде здесь, был Субару.

Вильгельм оборвал его надежды одним ударом.

Субару ничего не мог сказать старому мечнику.

Вильгельм: Даже в то время то, что не могло быть просто оценено как просто трупный солдат, существовало очень редко. Было ли это из-за сложности ритуала, или, скорее, из-за чего-то другого, я не знаю, но …… Мы должны рассмотреть силу этих двух как таковых.

Субару: У тебя есть способ победить их?

Вильгельм: Тщательно уничтожить тело или убрать след проклятия где-нибудь на теле. Тогда трупный солдат вернется к простому трупу.

В поисках того, что он должен сделать, приходя к выводам с усилием, он искал это. Его дрожащий голос, его сжатый кулак, его сжатые глаза, он ничего не скрывал.

Вильгельм: Я прошу прощения за то, что держал вас так долго. Круш-сама не может больше ждать. Теперь сюда.

Вильгельм наклонился и указал на дверь в комнате, к которой они подошли. В самой внутренней части 4-го этажа с раскрошенной табличкой, помечающей ее как гостиную, была комната.

Внутри ждал Крау, вызвавшая Субару.

Обойдя со стороны Вильгельма, Субару направился к двери.

Определенно, расстояние до двери ощущалось ужасно большим. Подошвы его туфель прилипли к полу и мешали Субару.

Это была слабость его побежденного я. Субару это ясно осознавал.

Субару: «Это я. Нацуки Субару. Это… Круш-сан?

Он постучал в дверь, и голосом, столь тихим, он задался вопросом, доносится ли он до другого. Таким образом, после минутного молчания другая сторона медленно открыла дверь.

Появилось лицо Ферриса. Но его внешность полностью изменилась.

Феррис: Субару-кун. ......

Красные глаза вспыхнули от плача и растрепанных каштановых волос. Его тело покрывало не его, а чья-то кровь, окрасившаяся в чёрный цвет.. Его щека и шея также были испачканы свежей кровью.

При этой жалкой внешности его дыхание невольно перехватило у него в горле.

Субару: Круш-сан позвала мне

Феррис: Да. Внутри она на кровати ……Не делайте ничего лишнего, пожалуйста.

Твердый голос, с некоторой ненавистью в конце.

Однако эта ненависть не была направлена на Субару. Можно сказать, что она направлена на все. Ненавидя всех в этом мире, ярость, которой некуда идти, теперь контролировала Ферриса.

Глубоко вздохнув, Субару последовал за Феррисом внутрь.

Даже называя это гостиной, это была не очень просторная комната. Длинные столы и стулья были расставлены в два ряда, а дальше, небольшая комната была разделена порогом. Кровать была за ним.

И на этой потертой кровати лежала она.

Круш: На ~ тсуки-сама?

Круш узнала, что Субару вошел, и назвал его по имени.

Реагируя на голос, шея Субару стала жесткой. Готовясь, притворяясь спокойным. Чтобы быть неспособным даже сделать что-то настолько простое ..

Круш: Моя внешность не презентабельна ... Мои извинения ... ..

Субару:… .. Нет, это не так …… Вы в этом не виноваты

Увидев Субару, Круш извинилась. При печальном отношении этой девушки потрясенный Субару заговорил смутными словами.

- Будучи залитым кровью Капеллы и облеченным проклятием, Круш была в ужасном состоянии.

Ее шея, тыльная сторона ладоней и ступни по всей коже, которую можно было увидеть, блестели темные вены. Нетрудно было представить, что под полотенцами, одеялами и одеждой кожа будет поражена тем же. Эти черные кровеносные сосуды, которые пульсировали вместо циркулирующей крови, как будто извивающийся змей, казалось, душил тонкое тело Круш.

Эта ее белая, незапятнанная кожа теперь выглядела ужасно.

Конечно, повреждение не ограничивалось только шеей.

Её лицо напоминающее длинный вытянутый меч, было наполовину покрыто уродливыми пятнами. По сравнению с этим правая сторона ее лица сохранила свою красоту. Это скорее подчеркнуло контраст между двумя сторонами и сделало несправедливость оскверненного благородного человека более очевидной.

Субару: Это ... то же проклятие крови дракона, что и на мне?

Если это было то же самое, то его проклятье было совсем не жестоко.

Зная Круш Карстен, беспокойство Субару на этом не закончилось.

Он посмотрел на свою правую ногу. Как и кожа Круш, она также была пестрой и покрыта почерневшими прожилками. Однако на ноге Субару, несмотря на ужасное зрелище, остальное не повлияло. Он не чувствовал боли.

Но Круш была определенно другой. Ее дыхание было затруднено, и всякий раз, когда темные вены пульсировали, она вздыхала, словно сопротивляясь боли.

Субару: Феррис……

Он повернулся, чтобы посмотреть на величайшего целителя в королевстве. Круш нельзя было вылечить. Однако, вид Ферриса только подтвердил эту короткую мысль Он беспомощно стиснул зубы, укусив свои губы и ударил ногтями по рукам. Феррис понимал его недостаток силы и был встревожен этим больше, чем кто-либо другой.

Зная отношения между ними, у Субару не было причин сомневаться в том, что все возможные методы, выходящие за рамки его воображения, уже исчерпаны.

Субару: Круш-сан …… Зачем вы меня позвали?

Почему в такой болезненной ситуации она звала его?

Что он мог что-то сделать, он так не думал. Может быть, она хотела что-то сказать. Чтобы попросить месть Похоти за нее. Возможно, даже некоторые обиженные слова будут направлены на Субару.

Даже если его накормят оскорблениями, даже если на него наложат проклятия, он все это примет.

На вопрос Субару Круш открыла рот, словно ей было больно.

Круш: …… Не… не пострадал… Я рада.

Субару: ――――

Круш: Также …… Как и я… Был тоже проклят… ..Я слышала……

Субару почувствовал, как тяжесть пропала от ее облегченного вздоха.

В то же время он понимал истинные чувства в своем сердце и настолько разозлился на собственную глупость, что хотел умереть.

Субару: Про …… прости… Круш-сан ……

Не понимая, что он делает, он протянул руку и схватил руки, которые Круш слабо положила себе на живот. Черные кровеносные сосуды не имели особой текстуры, даже если их касаться. То, что ощущение кожи с этим испорченным видом не изменилось, было еще более жалким. Но,

Круш: Фу, у… ..?

Субару: Гу !?

Внезапно падающий звук вздоха Круш и одновременно болезненный шум из горла Субару перекрыли друг друга.

Агония, как будто он схватил горячее железо, вонзившееся в него с его ладони. В одно мгновение Субару отпустил руку Круш и уставился на ладонь, откуда пришло ощущение.

Эта почерневшая эрозия распространялась по нему.

Subaru: Что …… это!?

Феррис: Покажи мне, Субару-кун!

Феррис осмотрел эрозию. Свет исцеления покрыл пятно, но не было никаких признаков того, что боль или недуг исчезают. Вместо--

Субару: Феррис …… Рука Круш-сан!

Феррис: Э ……?

Взгляд широко раскрытого глаза Субару потянул Ферриса туда, куда он смотрел. И эти желтые глаза, видящие то же самое, что и Субару, теперь тоже расширились.

Субару схватил левую руку Круш. На этой руке, хотя и слегка, почерневшая эрозия начала исчезать.

Это изменение и, глядя вниз на его правую руку, было то, что проходило в голове Субару.

Субару: Оно перешло от тела Круш к моему …… Это как?

Можно только думать об этом. Тронутая рука и изменение само по себе было напрямую плюсом и минусом. То, что проклятие пришло к телу Субару от Круш, не было никаких оснований сомневаться.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Феррис: Бу, но я совсем не изменился? Я осмотрел тело Круш-сама, много раз касался ее, так как… я, для меня ……

По предположению Субару, Феррис покачал головой.

Это была не радость от возможности найти исцеление, а скорее подозрение, что гипотеза была ложной. Нет, его собственные чувства были определенно другими.

Феррис: Я не могу сделать так, чтобы Круш-сама чувствовала себя лучше ……

Субару: Тогда давай попробуем еще раз.

Оттолкнув в сторону Ферриса, Субару снова встал перед Круш. Круш, с лицом, которое еще не подозревало о том, что произошло, направила сверкающие глаза на приближающегося Субару. Чтобы не показать застывшее лицо в этом одноглазом взгляде с повязкой на глазу, Субару глубоко вздохнул.

Чтобы проверить это снова, на этот раз он слегка коснулся щеки Круш.

Субару: ――Гу, ой!

Боль, словно магма пролилась в его вены. Сквозь кончики его пальцев проникало проклятие в теле Круша и сжигало его чувства.

Субару: Га, ааааа!

Чувствуя колющую боль, которую было трудно вынести, Субару громко закричал. Таким образом, часть руки, которая касалась Круш, отвалилась.

Субару: Ах, ха, ха ……

Его легкие дрожали, и его глазные яблоки сжались.

Как рыба на суше, Субару отчаянно искал кислород.

Феррис: Су... Субару-кун ... Ты в порядке?

Видя, как его дыхание начинает успокаиваться, Феррис заговорил с Субару. Едва будучи в состоянии избавиться от ощущения дикой боли, он с трудом поднял тело.

И глядя на лицо Круш, лежа в постели

Субару: Феррис, помогло ли это хоть немного?

Феррис: Ах ……

С оглушением Феррис, который подтвердил состояние Круш, снова сел.

Он бы тоже видел своими глазами. Щека, которая была разрушена проклятием, от этого проклятия немного ослабла. Если такое лечение было возможно, то спасение Круш было также ».

Круш: Ты не можешь, Нацуки-сама ……

Чтобы попробовать еще раз Субару поднялся. Однако, не кто иной, как сама Круш, остановила его.

Не понимая смысла ее слов, спросил Субару.

Субару: Ты не ... заметила? Твоя рука ……

Круш: ――Рука?

Услышав это, она посмотрела на свою правую руку. И тогда она наконец осознала произошедшее изменение.

Как правая нога, почерневшие вены распространились по коже. Это было хорошо. Если бы это было так много, его решимость взять проклятие Круша не была бы поколеблена.

Но здесь определенно было что-то странное.

По сравнению с эрозией, которая была взята из Круш, степень была намного больше.

Эрозия на ее теле, затемненные части ее левой руки и щеки стали немного светлее из-за прикосновения Субару.

Однако Субару, который поднял ее на правую руку от локтя до задней части кожи, был полностью покрыт почерневшей эрозией. Степень этого была совершенно несопоставимой.

Соотношение, в котором было перенесено проклятие, было не один к одному. Это было больше на уровне десять к одному.

Субару : Нет, даже тогда ……

Было ли это причиной колебаться, было другое дело.

Была боль в момент передачи. Но как только оно было принято на тело, еще не было никаких признаков того, что проклятие действительно повредит Субару.

По сравнению с постоянными адскими страданиями Круш, Субару получил всего лишь мгновение. Там, между мужчиной или женщиной, чья сторона должна нести бремя ее пыток, не было даже необходимости рассматривать это.

Была ли это его правая нога или почернение правой руки, если это было ради спасения Круш, это не имело значения.

Круш: Нацуки-сама, этого не может быть …… Я не могу принять эти чувства.

Субару: Не будь глупой. Это только немного жжет, так что все в порядке.По сравнению с тем, чтобы сделать татуировку во время демонстрации и сожаления об этом позже, давайте подумаем об этом, как об испорченном теле, которое изначально было таким. Я тоже могу снять боль. Это странно, но это не доставляет мне проблем. Так.

Круш: Можете ли вы гарантировать, что это будет правдой в будущем?…… Возможно, мы с Нацуки-самой не сможем сражаться. В нынешней ситуации это будет смертельным ударом ……

Беспокойство за город и за людей, а не за ее собственное тело, было решением Круш. Это было логично, но не все должно продвигаться вперед только с этим.

Круш: Феррис, пожалуйста, останови Субару ……

Феррис: я, я ……

Круш: Пожалуйста. Потому что Нацуки-сан теперь нужен другим, а не только мне ……

Феррис: Если бы Субару-кюн решил помочь …… К-Круш-сама страдает ...

Нерешительное суждение о Феррисе было тем, что держало Круш первым. В этом никто не мог его винить. В конце концов, никто из присутствующих не ошибался.

Мысль о том, что «что не плохо, то правильно», ошибочна.

Круш: Вы не должны быть перегружены эмоциями одного момента. Нацуки-сама, я прошу тебя ……

Субару: Круш-сан, даже тогда я.

Круш: Разве ты… ты так не говорил раньше. Что осталось, оставь все это мне.

Субару: «Эх!»

Умоляющие глаза Круш схватили Субару и не отпускали.

Эти надежные слова исходили из ее уст? Услышав это, чтобы Круш сказала все это, она говорила ему ...?

Круш: Пожалуйста, скажи это… мне тоже ……

Субару: ――――

Круш: «Все, что осталось, оставь все это мне».

Страшная улыбка ожидала слов Субару.

Глотая дыхание и переводя язык в сухой рот, Субару тихо закрыл глаза.

Не думая о будущем, погружаясь только в то, что было перед ним, он заставлял ее говорить то, что не нужно было говорить, так по крайней мере…

Субару: Круш, спокойно отдохните здесь, пожалуйста.

Круш: …… Нацуки… сама.

Субару: Потому что все, что осталось, ты можешь оставить все это мне.

Круш: -. Да

Если это было просто заполнение необходимой роли и произнесение желаемых слов, то это просто нужно было сделать.

Услышав ответ Субару, Круш глубоко вздохнул и, казалось, расслабился.

Ее веки, слабо моргнув, закрылись мгновение спустя, доказав, что до сих пор любыми возможными способами она держалась за внимательность. В этот момент, вздохнув тихо, Круш снова начала бороться с последствиями проклятия.

Субару: Извини, Феррис. Но мне пора идти.

Феррис: я …… Что я должен… Это хорошо?

Обмотав Круш полотенцем, как одеяло, и, встав, Субару услышал тихий голос, когда уходил. Субару впервые увидел слабость Ферриса.

В своих самых сокровенных мыслях он хотел остаться рядом с Круш.

Но в нынешней ситуации способность Ферриса не допускает такой вещи.

Субару: мне нужна твоя сила. Я не говорю, чтобы покинуть мэрию. Но если что-то случится, я дам им знать, чтобы эвакуировать раненых здесь. Итак, я оставлю это вам.

Феррис: …… Тот, кого я хотел спасти больше всего… И я не могу им помочь.

Субару: Феррис ……

Феррис: Извините. Я сказал что-то глупое ... Просто дай мне минутку, пожалуйста.

Отводя взгляд, Феррис сел на стул рядом с кроватью. Субару, наконец, слегка похлопал его по плечу и вышел из гостиной.

Не изменившись с тех пор, как он вошел, Вильгельм остался ждать в коридоре.

Вильгельм: Большое спасибо за внимание к чувствам госпоже Круш.

Навстречу возвращающемуся Субару Вильгельм сказал это. Что произошло внутри снаружи, или, возможно, выражение лица Субару было легко читаемым?

Субару: Это не какая-то благородная история, как я учел ее чувства. Так как это больше история о том, как меня обнадежили ... Моё тело, что с ним такое?

Принятие проклятия Круш, и его ослабление в первую очередь против него. Возвращаясь к еще большему, так называемому фактору ведьм и «Возвращению смерти», все это было действительно расплывчатым.

Однажды он сможет увидеть их причины и их конец?

Субару: Круш оставит это Феррису. Когда все решено, я думаю попробовать еще раз.

Вильгельм: С этой правой рукой все в порядке?

Субару: На первый взгляд это немного ненадежно. Если бы я был в длинных рукавах и в перчатках, это могло бы быть хорошо… Ради спасения милой девушки, только один шрам, который не исчезает, не представляет никаких проблем.

Хотя у него было некоторое отвращение к этому, это были истинные чувства Субару.

Если не было никакого другого решения, тогда полное снятие проклятия Круша тоже было бы хорошо. Даже если его тело стало черным из-за этого. Эмилия, Рем и Беатрис, ему придется просить прощения у всех из них.

Субару: Но это все разговоры после того, как мы преодолеем это препятствие и будем жить. Вильгельм-сан, давай опустим голову. Вероятно, они сейчас говорят о плане вернуть контрольные вышки.

Вероятно, все силы высшего класса, которые могла бы собрать эта сторона, уже были бы собраны там.

То, что последует после этого, будет зависеть от сотрудничества и способностей архиепископов греха, а также от времени и выполнения плана атаки. От срока, установленного культом ведьм, осталось всего шесть часов.

Вильгельм: Субару, по этому поводу у меня есть просьба.

Субару: Просьба?

Слова Вильгельма остановили Субару, когда он направился к лестнице. Старший мечник кивнул головой с дверью в вестибюле за спиной, выражая беспокойство в глазах своей хозяйки внутри.

Вильгельм: Если это возможно, пожалуйста, порекомендуйте мне задачу порабощения Похоти. Поскольку я хорошо понимаю ее силу мутации и супер-регенерации, я буду просить вас об этом.

Субару: Это месть за Круш?

Вильгельм: Это так, но помимо этого важно поймать Похоть живым и услышать от нее о том, что было сделано с Круш За это я даже стану демоном. Прежде чем отрубить ей голову, я обязательно извлеку из нее правду.

Намерение убийства, исходящее от Демона Меча, ощущалось как волна тепла для Субару.

Яростно, мрачно, не в силах что-либо сделать, страсть Вильгельма отомстить за свою хозяйку теперь поднялась как пламя.

Субару: С этим духом все в порядке… Но с солдатами трупа все в порядке?

Вильгельм: ――――

Субару: Твоя жена, разве ты не знаешь ее лучше? Что бы ни случилось, Вильгельму понадобится выносить суждения.

Вильгельм: Субару-доно, Рейнхард появился ниже?

Вильгельм внезапно прервался, когда он говорил о своих проблемах.

Субару неловко кивнул. Силы Рейнхарда не могли быть исключены из атаки. Однако то, что воины будут там, как препятствия для него, было точно.

Вильгельм: Истинная природа солдат-трупов, не могли бы вы рассказать об этом Рейнхарду?

Субару: …… А?

Озадаченный Субару не смог понять причину внезапного запроса.

Субару: Тогда …… Не рассказывай этому парню о жене Вильгельма …… Ты это имеешь в виду?

Вильгельм: Да, это так. Для Рейнхарда …… Для моего сына я хочу, чтобы он не встретился с моей женой в форме мёртвого солдата. Он наверняка обвинит меня. Потому что вина не что иное, как моя собственная.

Субару: вина Вильгельма-сан, что-то в этом роде ..

Это неправда, хотел он сказать, но Субару не мог так небрежно это заметить.

Потому что образ появления Хейнкеля, разрушающего настроение рано утром, появился в его голове.

Там не было никакого доверия. Но это нельзя было отрицать.

Вильгельм считал Рейнхарда причиной смерти своей жены. И такого непростого и невероятного прошлого он не отрицал.

Вильгельм: Субару-доно считает, что Благословение Святого Меча как нечто особенное?

Субару: …… Честно говоря, я бы сказал, что мало что знаю об этом. Может быть, у всех, кого звали Святой Меч, все это было, и если оно у вас есть, вы становитесь невероятно сильными, у меня только такое впечатление ……

Вильгельм: Знать бы об этом. Но если есть разница между Благословением Святого Меча и другими благословениями …… Разве это может быть унаследовано?

Субару: Унаследованное… Благословение ……

На вдохе Субару Вильгельм кивнул.

Старший мечник закрыл глаза, словно вспоминая скорбные воспоминания.

Вильгельм: Это благословение прошло непременно со времени Рейда Астреи. Благословение стало наследием семьи Астрея, и всегда был выбран член клана, чтобы стать следующим Святым Мечом. Благословение моей жены определенно перешло к Рейнхардту.

Субару: Итак, благословение, которое наследуется в клане… .. Это… Так ли это. И когда твоя жена умерла, благословение перешло к Рейнхарду.

Понимая это тоже, что-то застряло в голове Субару, когда он все больше убеждался.

После того, как Демон Меча убил Белого Кита, линия преемственности привела к Рейнхарду. Это было грустное прошлое, но то, что можно было бы назвать правильным прохождением.

Этот поток совершенно не соответствовал тому, что было сказано в споре между Астреем сегодня утром.

Сердце Вильгельма, издевательство над Хейнкелем, молчание Рейнхардта мешали идее правильной преемственности.

И ответ:

Вильгельм: Это было во время покорения Белого кита.

Субару: Вильгельм… сан ……

Вильгельм: Рейнхард получил благословение, когда моя жена была в середине экспедиции против Белого кита. Во время этого конфликта моя жена, оставленная мечом, могла сражаться только как обычная женщина.

Это была правда семейного деления Астрея.

В разгар битвы за покорение Белого кита, благословение внезапно прошло во время боя. И на поле битвы результатом стало то, что остался только бывший Святой Меч.

Теперь оставил предшественника и обычного человека, чтобы защитить многих других солдат, с которыми она все еще сражалась с злой ведьмой ―― И они потеряли связь с ней.

Вильгельм: Тот, кто забрал меч у моей жены, был не кто иной, как я.Свергнув мою жену, которую любил меч, заставив ее отбросить ее в сторону и превратив ее в обычную женщину, это был не кто иной, как я. Это было то, что вызвало смерть моей жены.

Субару: ――――

Вильгельм: меч, который предала моя жена, не простил ее, и поэтому ее благословение было забрано на поле битвы. Она могла полагаться только на один клинок, я думаю о том, что она, должно быть, чувствовала тогда …… Это правда, что я не мог принять это, и оклеветал Рейнхардта, которого выбрало благословение. Когда он плакал из-за смерти своей бабушки и нес новый тяжелый груз, я безудержно не мог простить его ... Я сожалею об этом сейчас.

Прошлой ночью сожаление, которое Вильгельм открыл Субару, было той ошибкой.

Даже зная, что Рейнхард не сделал ничего плохого, Вильгельм оплакивал смерть своей жены и не смог ее принять. В результате семья Астреи разделилась

Вильгельм: я не хочу повторять это снова. Рейнхард не виноват в смерти моей жены. У меня нет причин обвинять моего внука вообще.

И поэтому, вместо того, чтобы рассказать об этом Рейнхарду, он говорил, что сам доведет это до конца.

Это чувство он теперь до боли понял из этого разговора. Если бы Субару мог это сделать, он бы тоже хотел. Но бремя, которое нес Вильгельм, было слишком высоким.

Субару: О госпоже Круш и о твоей жене …… Он будет похоронен там, Вильгельм-сан. Даже если я не буду говорить о мёртвом солдате, вопрос о том, где они могут появиться ...

Вильгельм: Это определенно ненужное беспокойство, Субару-доно.

Субару: Ха ……?

Вильгельм покачал головой, глядя на Субару, и собирался указать, что это не так.

И Демон Меча заговорил, когда выражение его лица превратилось в страшную гримасу.

Вильгельм: «Потому что у моей жены нет шансов не встретиться со мной.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 46. Состояние ума

Перевод и редактура: Toster

Возвращаясь к месту встречи с Вильгельмом, все с нетерпением ожидали возвращения Субару. Когда Рейнхард посмотрел на Вильгельма, дедушка поприветствовал своего внука, почесывая подбородок.

Пока они стояли вместе вдоль стены, обмениваясь взглядами, Субару присел рядом с Отто за круглым столом.

Субару: я извиняюсь за опоздание. Как завершились переговоры?

Отто: Мы даже не сдвинулись с мертвой точки … как дела у Круш-сама?

Субару: Кажется, она не очень хорошо себя чувствует. Тем не менее, мы уже не можем сказать, что надежды нет. Как только мы прогоним культ ведьмы и закончим с переговорами, мы сможем что-то сделать.

Отто: Если это так, то это только хорошие новости.

Отто погладил свою грудь, и, как и все остальные, слушавшие историю, выдохнул с облегчением. Видя их реакции, Субару захотел извиниться.

Хотя это не было ложью, это утверждение было далеко от реальности. Субару может спасти Круш, забрав ее проклятье, но это слишком опасно. Если бы ее проклятье было таким же, как у Субару, он ожидал, что ее шансы выздороветь значительно возрастут.

Субару: В любом случае, возвращение Круш-сан на фронт в этом сражении невозможно. Поскольку кажется, что Феррис также не хочет разлучаться с ней, я думаю, было бы лучше, если бы они и еще пару человек остались в мэрии. Кроме того, там, куда мы придем, есть вероятность, что мы не сможем общаться.

Анастасия: Это значит, что план атаки на четыре места одновременно не изменился. Кажется, мэрия видна из всех четырех башен, да?

Анастасия с хлопком посмотрела на всех присутствующих.

Анастасия: В таком случае, перейдем к главному вопросу. Есть четыре контрольные башни и четыре архиепископа Грехов. Ради победы над ними мы проведем совещание по военной стратегии.

От фракции Круш был Демон меча Вильгельм.

От фракции Фелт был Святой Меч Рейнхард.

Из фракции Анастасии были Уважаемый рыцарь Юлий и Вождь железного клыка Рикардо.

Из фракции Эмилии были Духовный рыцарь Субару и Щит святилища Гарфиэль.

А потом, из фракции Присциллы был...

Присцилла: Я и Ал будем вместе.

Субару: Ты тоже будешь драться? Ты ведь кандидат на королевских выборах.

Когда присутствующие перечисляли тех, кто будет сражаться, Присцилла смело назвала свое имя. Когда Субару нахмурился, она фыркнула на него, чтобы попытаться насмехаться над ним.

Присцилла: Так как ранее важный дурак стал бесполезным, вы объединили всех до одного из неучтенных слабых бойцов. Я выше всех вас как в плане сражений, так и в плане статуса

Вильгельм: Теперь тебя стало трудно игнорировать. Под словом дурак, конечно, вы не имеете в виду мою госпожу?

Присцилла: Я всегда говорю то, что я думаю. Есть такое выражение, старый солдат: пытаясь поймать муху, потеряла форель. Это выражение очень хорошо описывает твою госпожу

С самого начала обсуждения Вильгельм и Присцилла уже начали конфликтовать. Казалось бы, привычно игнорировать кого-то из-за различных обстоятельств, но Вильгельм не мог позволить себе терять время.

Анастасия: Да, да, давайте продолжим обсуждение, потому что и со слабыми, и с дураками все в порядке. Не надо заводить друг друга.

Присцилла: О, это скучно. Разве вам еще не надоело слушать истории этого слабака?

Анастасия: Если вы не покажете степень своего великодушия, тогда никто не последует за вами. Имей немного терпения.

Присцилла: Хмф

Поскольку в замечании Анастасии не было цели задеть, Присцилла не возражала, а только фыркнула.

Поскольку было естественно, что между фракциями возникли разногласия, Вильгельм сделал серьезное лицо.

Вильгельм: Что ж, от фракции Присциллы-сама будут сражаться Присцилла-сама и Ал. Даже если ваш мальчик не рассчитывает на то, что его тоже возьмут на поле битвы…

Присцилла: Может ли что-то сделать такой деликатный и слабый ребенок? Этот ребенок сопровождал меня всюду только ради того, чтобы служить мне. Естественно, мы не возьмем его с собой.

Вильгельм: Понятно. Тогда было решено, что мы захватим четыре локации с не менее чем восемью бойцами.

Мальчик, который был дворецким Присциллы ―― Шульт, хотя и склонил голову, не возражал, что его не включили в ряды бойцов.

Теми, кто не сражались, были Анастасия, Шульт, Лилиана, Отто и Круш с Феррис на верхнем этаже. Всего шесть человек

Анастасия: Прежде чем мы разделим наши боевые силы, давайте перечислим то, что мы знаем о архиепископах греха. Давайте посмотрим, человек, который видел все их лица...... это Натсуки-кун, верно?

Субару: Да. Хотя даже мне противно говорить о лидерах культа ведьм, я постараюсь рассказать. Я знаю об их способностях, хотя и не в подробностях.

Собрав всеобщее внимание, Субару начал говорить о культе ведьмы, который напал на этот город, и ужасных архиепископов греха, которые контролировали его.

Субару: Сначала это Гнев. Этот Архиепископ Греха, который называет себя Сириусом, - человек, который полностью обвязан бинтами. Я не знаю, как она выглядит, хотя я считаю, что она, вероятно, женщина. Она атакует, используя цепи, обернутые вокруг ее рук. Кроме того, похоже, что она также использует магию огня.

Рейнхард: Если это так, то она не представляет серьезной угрозы. Она очень талантлива?

Субару: Если мы говорим о простой боевой силе, то Вильгельм или Юлиус смогут оказать достаточное сопротивление. Ее другие способности, казалось, были в равной степени с Эмилией. Тем не менее, она обладает властью Гнева.

Рейнхард: Власть……

Рейнхард нахмурился, поднося руку к подбородку.

Субару продолжил, кивая ему в ответ:

Субару: Самая большая проблема архиепископов - это их характерная способность, называемая их властью. Будучи непостижимой силой, которая отличается от магии и колдовства, бесполезно даже думать о том, как она работает. Поскольку каждый из них могущественен, победа над Властью станет основой победы над архиепископом греха.

Вильгельм: Поскольку Субару-доно якобы победил Лень в прошлом, была ли у него такая сила?

Субару: Да. Власть ленивца, это Невидимая рука. Эта способность может вырастить большое количество рук, которые не только невидимы, но и обладают невероятной силой. Если бы кто-то был пойман в них, они могли бы легко разорвать его тело.

Юлий: Я сам был свидетелем и проверил их силу. Это правда, что эти руки могут с легкостью разорвать чью-то плоть

Юлий продолжил объяснение Субару.

Субару: Более того, лень обладает способностью высасывать энергию людей вокруг себя. Трудно сказать, была ли это его Власть, но она не действует на пользователей духовного искусства.

Юлиус: Даже если бы мы могли сказать, чья это была способность, предполагая, что Архиепископ Греха обладал такой ужасающей способностью, это не значит, что мы определенно преуспели бы, если бы мы назначили способного бойца правильному противнику.

Субару: Ты сказал необычно хорошую вещь, Юлий. В каком-то роде ты прав.

Когда Субару хвалил его, Юлий посмотрел на Субару проницательным, хотя и теплым взглядом. Ощущая странное чувство от этого взгляда, Субару еще раз прочистил горло и продолжил:

Субару: Итак, давайте вернемся к обсуждению власти гнева. На данный момент мы знаем о способностях Гнева - это обмен и распространение эмоций и чувств.

???: Обмен... эмоциями и чувствами?

Поскольку объяснение Субару не имело смысла, большинство участников дискуссии склонили головы. Поскольку это было трудно объяснить, Субару пришлось тщательно подбирать слова.

Субару: Я имею в виду, это то, что Гнев способен объединять эмоции людей вокруг себя. Это превращает гнев одного человека в гнев каждого, а печаль одного человека - в грусть каждого.

Анастасия: Какого черта? Если это правда, то почему...

Субару: Конечно, если бы ты просто заставил себя использовать свою способность чувствовать настроение, но это не так. Страшная часть этой способности – эмоции могут усиливаться бесконечное количество раз. То есть, если Гнев - ваш противник и направляет их враждебность по отношению к вашим предполагаемым компаньонам, он также обязательно будет передан людям по периметру.

Отто: Значит, он поворачивает горожан по периметру против нас?

Субару: Точно.

Щелкнув пальцами, Субару указал, что Отто сделал правильный вывод.

Несмотря на то, что все смотрели на него подавленно, проблемы не заканчивались только этим.

Присцилла: Глупый простолюдин, ты говорил, что Гнев может поделиться эмоциями и чувствами?

Как первая, кто наконец достигла понимания, Присцилла откинулась на спинку кресла.

Присцилла: Если объяснение только что было о разделении эмоций, то разделение чувств другое. И если мы тогда предположим, что это просто мое воображение, разве это не слишком сильная способность?

Субару: Я не знаю, как ты себе это представляешь, но это хуже всего. Власть Гнева разделяет раны людей в своем диапазоне. Это не исключает ран Гнева.

Рикардо: Если даже сам человек не исключение…… эй, братан, это не правда, не так ли? Разве это не худшее? Другими словами, разве другие парни не умерли бы, если бы Гнев был убит?

Он уже однажды осознал эту ужасную сцену на практике рукой Рейнхарда.

Даже если они сокрушат Сириуса, которая был источником злобы, один только этот поступок нанесет раны окружающим их людям. Они не будут знать, будет ли кто-то втянут в бой, будет хорошо, если им удастся ее убить

Присцилла: ―― Интересно. Очень хорошо. Я дам этому Гневу хорошую трепку. Ты можешь радоваться.

Субару: Ну, подожди, подожди, подожди! Хотя я не знаю, почему ты так жаждешь этого, это не так легко! Ты вообще слушала что я сказал!?

Присцилла: Давайте согласимся, что я слушала. Таким образом, выслушав это, я объявила, что пойду. Он действительно отвратительный противник с трусливыми методами, поэтому я сама хочу его убить.

Даже не слушая попыток Субару остановить ее, Присцилла оглядела всех, складывая веер.

С этим острым взглядом и рвением она подавила даже самых сильных присутствующих бойцов.

Присцилла: Если вы сказали все об его Власти, то я хочу процитировать отрывок из стиха: Желание быть в сопровождении тех же самых масс, которые не обращают на тебя внимания и тому подобное, является дерзким. Вульгарные массы существуют исключительно ради меня. Если какой-нибудь наглый червь поднимет на меня руку, я немедленно выбрасываю его из своего сада.

Ал: П, принцесса...... Вы не хвастаетесь слишком сильно?

Присцилла: О чем ты говоришь, Ал? Даже зная, какой ты трусливый, я поражена тем, что ты смеешь боятся, что я проиграю такому мерзкому и подлому противнику. Тем более, со мной будет эта певица.

Ал: Я не говорю, что вы можете проиграть…… Певица?

Когда Ал попытался остановить иррациональное поведение своего хозяина, он остановился, услышав неожиданное слово. Щедро кивая на удивление своего последователя, Присцилла указала своим свернутым веером на Лилиану, которая сидела за углом круглого стола.

Когда она внезапно стала темой обсуждения, Лилиана широко раскрыла глаза на веер, который показывал на нее.

Лилиана: Значит, ты имела в виду меня? Почему ты вообще решила, что я могу сражаться??

Присцилла: Ты что, забыла о своих путешествиях? Как долго твои песни сотрясали сердца масс. Ты должна сделать то же самое и сейчас. Короче говоря, ты должна бороться за эмоции вульгарных масс и тому подобное.

Лилиана: Кажется, я заставила тебя волноваться только потому, что я немного повысила голос. Мне кажется, что ты оказываешь слишком сильное давление на такую ​​слабую молодую девушку, как я. Я не уверена что смогу его победить...

Присцилла: Ох. Итак, если это твой выбор, ты согласна с тем, что твоя песня ничтожна по сравнению с Властью этого упыря?

Слова Присциллы, которые звучали так, будто она от всего сердца презирала ее.

Лилиана: То есть, что ты имеешь в виду……?

Присцилла: Кажется ли тебе, что твоя песня, которую так усердно передавали из поколения в поколение, имеет тот же самый эффект, что и способность архиепископа Гнева?

Лилиана: Ааа Ааа! Поняла! Отлично! Я пойду! Я все поняла! Я обязательно смогу победить этого гада!! Даже покойный Киритака-сан вылезет из могилы, как только услышит мою песню!

Лилиана: Прекратите, если вы подумали о том, чтобы спеть хотя бы реквием, чтобы утешить душу Киритаки-сан, жалко упавшего в воды города! Я, человек, который унаследовала эту песню. Вы думаете, что мы потерпим поражение из-за неизвестной силы или из-за чего-то подобного!? Мы не знаем силы песни в конце концов! *Рррр *!

Шульт и Отто поспешно начали успокаивать взволнованную Лилиану, которая возмущалась и прыгала на диване.

Субару: Если не брать во внимание ее неуправляемого темперамента, ты, похоже, уверена в ее успехе. Но даже если ты права, это все-таки слишком рискованно......

Присцилла: я не планирую подвергать ее опасности или что-то еще. Все в этом мире будет сделано по моему вкусу. Кроме того, именно потому, что я была вместе с этим певцом, я дошла до ратуши. После того, как я взяла ее с собой именно потому, что я осознала полезность этой певицы, я снова решила взять ее с собой.

Субару: Вы говорите, что Лилиана является противоборствующей силой для Сириуса?

Присцилла: Я бы не смогла бы ничего сделать, не обладай она такой способностью. И что-то вроде моего поражения невозможно в этом мире. Поэтому именно из-за этого певца. Должна ли я объяснять это дальше?

Субару постепенно терял самообладание, из-за ее гордыни и самоуверенности. Тем не менее, именно Шульт поднял руку, пытаясь успокоить Субару и разъяснить замечания Присциллы.

Шульт: Ну, ладно…… я думаю, что правда, что у песни Лилианы есть особая сила. Это правда, что они были освобождены от беспокойства или раздражения, когда слушали песню Лилианы-сама...... Это также то, что мы узнали из нескольких убежищ, которые мы посетили, прежде чем приехать сюда.

Субару: Вы позволяли Лилиане петь в убежищах, которые вы посещали?

Присцилла: Я думаю, что я так и сказала.

Субару: Ты этого не говорила!

Даже недостаточность ее объяснения была чрезмерной.

Будучи обеспокоенным отношением Присциллы, Субару повернул голову к Рейнхарду.

Субару: Эй, Рейнхард. Знаешь ли ты о врожденной способности, которая может видеть силу людей, или, скорее...... Да, божественную защиту. Разве нельзя увидеть такие вещи, как божественная защита?

Рейнхард: Я думаю, что есть божественная защита, которая узнает о божественной защите людей. Я слышал, что владелец Божественной защиты Суда может их видеть. Люди, которые обладают такой божественной защитой находятся не в Лугунике, а в Воллахии. Но мы должны проверить, какую божественную защиту имеет Лилиана-сама. Это, безусловно, станет одним из наших главных вопросов.

Когда он понял цель вопроса Субару, Рейнхард глубоко задумался.

Поскольку он просто пытался спросить, потому что ему нечего терять, даже он знал, что попросил Рейнхарда о чем-то невыполнимом. Субару покачал головой задумчивому рыжеволосому юноше и сказал: Не бери в голову.

Субару: Хотя я ожидал чего-то невероятного, это не то, что ты можешь сделать. Все хорошо. На данный момент мы сможем как-то ослабить авторитет Гнева с песней Лилианы, немного протестировав ее……

Рейнхард: Тебе не нужно беспокоиться об этом, Субару. ―― Я уже получил это.

Субару: Ха?

Поглаживая плечо Субару, который пытался предложить эксперимент с песней Лилианы, Рейнхард улыбнулся. После этого, сузив голубые глаза, он посмотрел на Лилиану, которая выступала в углу комнаты.

А потом,

Рейнхард: Я удивлен. Лилиана обладает Божественной защитой телепатии.

Субару: А? Что ты сказал только сейчас? Ты сказал, что получил это? Что ты получил?

Рейнхард: Субару, это не та ситуация, над которой надо смеяться. Я был в состоянии подтвердить божественную защиту Лилианы-сама. Божественная защита телепатии - это, так сказать, божественная защита, которая передает мысли владельца другим. Это божественная защита, которая в основном просто передает тривиальные мысли компаньонам, с которыми владелец имеет тесную связь, но...... песню? Я даже не думал о чем-то подобном.

Пока Рейнхард искренне восхищался Лилианой, у Субару отвисла челюсть, услышав такое.

Божественная защита, в которой он нуждался, та божественная защита, о которой он думал, оказалась в его распоряжении или что-то еще, если бы он пожелал этого.

Субару: ――――?

Едва успев прийти к мысли, Субару понял, что произошло.

Он мог обрести божественную защиту, о которой думал, если бы хотел этого. По крайней мере, это можно выразить только тем, что случилось с Рейнхардом. Хотя это само по себе было чрезвычайно завидной силой.

Поскольку казалось вероятным, что он что-то ошибся, Субару не закончил свое замечание.

Члены группы захвата Гнева были определены ―― Присцилла, Ал и Лилиана.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 47. Возвращение городской заставы

Субару: Во-первых, давайте оставим архиепископа Гнева команде Присциллы. У нас есть гарантия от Рейнхарда, что у Лилианы есть благословение.

Рейнхард: Незнакомое благословение может показаться не очень обнадеживающим. Но, конечно, если это песня Лилианы-сама, я считаю, что это может быть эффективной контрмерой способности Гнева

После замечаний Субару и Рейнхарда взгляды участников круглого стола обратились к Лилиане.

Она играла со своей косой, и, держа ее под носом, воображала, будто это была борода,

Лилиана: э-э-э, пожалуйста, оставьте это мне. Эта Лилиана, как только она получит запрос, она определенно выполнит свою работу. Будьте уверены, я только пою. И если захочу, я буду петь, как трель! Разве это потрясающе? Если бы я могла даже получить несколько похвал или пожертвований, то я бы подняла руки и начала праздновать!

Субару: На чаевые не надейся

Лилиана: Бу-хи!

Взволнованная Лилиана спустилась, а Присцилла фыркнула на Субару. С глазами, похожими на красное пламя, она повернулась, чтобы осмотреть Субару и Рейнхарда.

Присцилла: Видя, как два мальчика сплетничают, я поняла, что они замышляют, но, похоже, они просто тратят свою энергию на бесполезное общение. Ценность этой певицы уже подтверждена. Я соизволю раздавить этого фанатичного дурака.

Субару: Даже если, как бы это сказать, чтобы быть уверенным, нужно проверить ……

Присцилла: Как забавно. - Певец - это тот, кто посвящает свою жизнь пением. Эта певица только и делает, что бормочет под музыку. Зачем ей брать на себя такой риск. В этом просто нет смысла.

Субару: ——

Сказав эти слова, она не оставила Субару и шанса чтобы возразить. По правде говоря, единственной, кто предложил использовать Лилиану и поверила в то, что у нее достаточно сил чтобы противостоять Гневу, была сама Присцилла.

В отличие от ее слов и отношения, ее благоразумие и сообразительность были исключительными и уже хорошо известными.

Ал: Принцесса, не беспокойся. Братан, давайте просто помолчим.

Присцилла: Червь, твои мысли и твои взгляды все еще такие наивные? Ты достаточно взрослый, как мужчина, но все еще ведешь себя как девочка. Не стоит снижать свою ценность перед этими простолюдинами.

Ал: …… это не так.

Отвернувшись, Ал положил подбородок на правую руку и стал наблюдать. Присцилла также фыркнула и замолчала.

Субару: Итак, атака на Гнев будет оставлена ​​команде Присциллы. Что качается остальных, это Похоть. Я считаю, что атаку на него должен организовать Вильгельм-сам

Юлий: Ты выдвигаешь кандидатуру Вильгельма-сама? Могу я спросить почему?

Вильгельм: Я смиренно попросил это у Субару-доно, Юлиус-доно.

Старый мечник поднял взгляд.

Вильгельм: Как вы все хорошо знаете, Круш-сама все еще страдает от силы Похоти. Я обязан бороться за свою госпожу как слуга Круш-сама

Анастасия: Если возможно, ты хочешь поймать Архиепископа Греха живым и допросить ее об этом. Мотив Вильгельма-сана, должно быть, таков.

Вильгельм: Можно оставить мне захват Похоти?

Эти голубые глаза с сильной волей, за спиной испускали тьму, которая давила на комнату.

Глубокая решимость Вильгельма и его праведность по отношению к своей госпоже. С глазами, которые отражали эти чувства, никто не мог возразить ему.

Рейнхард: По правде говоря, я против этого.

Вильгельм:...... Рейнхард

В то время как мечник поразил всех, только выражение лица Рейнхарда не изменилось. Глядя на Вильгельма с его обычным серьезным выражением,

Рейнхард: В настоящее время дедушка потерял самообладание. Конечно, чувствовать враждебность к Греховному архиепископу, который причинил вред Круш-сама, понятно. Однако я не верю, что ты сможешь достичь цели с этим чувством.

Вильгельм: Потерять спокойствие – ты думаешь мне это помешает?

Рейнхард: Учитывая состояние Круш-сама, неспособность захватить Похоть не простительна. Поэтому я возьму на себя эту задачу. По крайней мере, у меня с психикой все в порядке.

Слова Рейнхарда были правильными и основывались на здравой логике. Он учитывал возможные ситуации, чтобы обеспечить как можно большую безопасность и эффективность операции.

То, что Вильгельм был слишком силен и терял самообладание, было неверным. Но когда Рейнхард высказал это мнение, Вильгельм замолчал.

Вильгельм: - Потерять здесь спокойствие - это данность, Рейнхард.

Рейнхард: Тем не менее, дедушка ……

Вильгельм: Кто, ты думаешь, твой дедушка? Я – Демон Меча Вильгельм. Я прилагаю все усилия, чтобы жить как меч, но не могу удержаться от того, чтобы не полюбить женщину. Хотя, я выполнил только половину своих намеченных целей, я никогда не отступлю!

Яростная улыбка охватила Вильгельма. Теперь это напомнило кровь, железо и жизнь, пылающую пламенем, призрака человека, чьи обычные чувства испарились.

Вильгельм: Когда я владею мечом, мое сердце колотится как бешеное. Даже не будучи спокойным, на поле битвы мне все равно. Вот как я дожил до этого возраста. На этот раз я также не собираюсь гнить, не выплачивая своих обязательств перед любовницей в полном объеме. Ваше бессмысленное беспокойство не является необходимым.

Рейнхард: Это аргумент, а не только менталитет ……

Вильгельм: Менталитет, удерживаемый до конца, становится уверенностью. Даже если на это уйдет четырнадцать лет, даже то, что некоторые могут назвать тупым мечом, отомстит за мою жену

Если после боя с Белым китом Вильгельм сказал, что его месть за его бабушку была полностью выплачена, Рейнхард не мог бы сказать больше ничего об этом.

Но даже тогда Рейнхард невольно опустил глаза.

Вильгельм: нужного вам поля битвы здесь нет. Битва, в которой вы нуждаетесь, находится в другом месте.

Рейнхард: Битва, в которой я нуждаюсь ……

Вильгельм: -Субару-доно. Мой внук, пожалуйста, возьми его с собой на поле боя. Чтобы спасти Эмилию-саму, вам нужно сразиться с Жадностью. Рейнхард будет твоим мечом.

Субару: Честно говоря, я хотел подождать, чтобы сказать это, пока разговор о Похоти не закончится... Да. Откровенно говоря, твоя сила - это то, что я хочу одолжить для борьбы с Жадностью. Для победы над этим надоедливым ублюдком, я уверен, что мне понадобится твоя сила.

Согласно его знанию способностей Архиепископа Грехов, сила, которой обладал Регулус, была самой опасной из всех.

Хотя он не мог сказать наверняка, в нынешней ситуации он не мог представить, как охарактеризовать его, кроме как непобедимый. Конечно, он не хотел думать о нем как о просто непобедимом существе. Должна существовать какая-то слабость или предел. Он хотел в это верить, но.

Субару: Чтобы прорваться через Непобедимую защиту Регулуса, чтобы сразиться с этим парнем, нам нужна сильная атакующая способность. Его атакующие и оборонительные способности, по сравнению с другими архиепископами греха, я думаю, сильнее всех. Поэтому я хочу позаимствовать силу Рейнхарда, когда мы нападем на него.

Рейнхард: Неуязвимый противник …… Конечно, для такого монстра это правильным выбором. Тем не менее.

Даже услышав об абсурдной силе Регулуса, колебания Рейнхарда не исчезли. Но, увидев беспокойство Рейнхарда, раздался другой голос.

???: - Дедушка Вильгельм пойдет с крутым мной.

Шагнул вперед Гарфиэль, скрежетавший своими острыми клыками.

Рейнхард удивленно смотрел на него.

Гарфиэль: Твои умения, крутой я тоже знает об этом. Тогда для спасения Эмилии-сама я не нужен. Хорошо, капитан?

Субару: Нет, Гарфиэль.. Для меня, даже если это так, я не хочу просто сказать тебе……

Гарфиэль: Меня не нужно утешать. И я не говорю эти вещи только потому, что я дурак. Это наоборот. Что касается меня, то у меня с этим ублюдком свои счеты.

Среди тех людей, которые пострадали от Похоти, был человек, которого он пообещал спасти.

Тогда для Гарфиэля Похоть была не просто противником.

Гарфиэль: Из-за ошибки крутого меня, есть идиот, который попал под раздачу. Итак, крутой я должен исправить свою ошибку. Также, крутой я будет следить за Вильгельмом, чтобы он не наделал глупостей.

Под пристальным взглядом Гарфиэля Вильгельм медленно опустил голову на подбородок.

Здесь старый мечник и молодой воин объединились в борьбе за дорогих им людей. В корне у них обоих были общие мотивы, связанные с женщинами, о которых они заботятся, поэтому у них было еще больше общего

По выражению лица Гарфиэля Субару тоже было нечего сказать.

Субару: Я повторюсь, но сила Похоти - это трансформация и изменение. Она меняет себя и может также вызывать изменения в других. И ее кровь. Несмотря ни на что, не позволяйте ее крови коснуться вас. Это то, что вызвало травмы Круш-сан. Культисты... Они все ужасны, но она особенно опасна.

Вильгельм: Понятно.

Гарфиэль: Я раздавлю и порву ее в клочья.

При последних словах Субару ни Вильгельм, ни Гарфиэль не показали никаких признаков неуверенности.

Когда Субару, наконец, посмотрел в глаза Рейнхарду, чтобы проверить, что он думает, Святой Меч, который был тверд до этой решительной сцены, казалось, потерял желание говорить.

Рейнхард: Это не имеет значения. Гарфиэль достаточно силен. И если там будет дедушка, то я считаю, что не будет никаких проблем с захватом Похоти.

Гарфиэль: Ты говоришь неубедительно

Рейнхард: Это правда. Ваша, и дедушкина победа, я в это верю. Я буду действовать как меч Субару.

Когда Гарфиэль почесал лицо с неловким взглядом, Рейнхард кивнул головой на Субару. Судя, по правдоподобным словам Святого Меча, Субару почувствовал, что заручился сильной поддержкой.

Субару: Я сожалею об этом эгоистичном желании, Рейнхард.

Рейнхард: Все хорошо. Неважно, где находится поле битвы, я приложу все усилия. Я хочу помочь вам

Субару: Мне жаль, что я просто полагаюсь на тебя. Ситуация такова, что я слишком полагаюсь на то, что ты действительно силен ……..

Рейнхард: ——

Услышав эти слова, Рейнхард внезапно расширил глаза и закрыл рот. Субару наклонил голову, и Рейнхард немного рассмеялся.

Рейнхард: В этом нет ничего такого. Я с нетерпением жду нашей битвы.

Субару: Отлично. Итак с этим разобрались, но осталось еще Обжорство...

Юлиус: Я и Рикардо убьем его.

Услышав, как Юлиус говорит грубым голосом, не свойственным для него, Анастасия пристально посмотрела на рыцаря.

Анастасия: Юлий, ты в порядке? С тех пор твое лицо выглядит не так хорошо..

Юлиус: Я прошу прощения за то, что заставил вас волноваться. Тем не менее, я в порядке. Говоря о комфорте и дискомфорте тела, я не могу сейчас жаловаться, особенно перед Субару.

Субару: Что ты имеешь в виду?

Юлиус: Учитывая как ты продолжаешь бороться с такой травмой, у меня нет права жаловаться спорить с тобой.

Субару: ……

Субару испытывал странное ощущение, что что-то не так. Внешность Юлиуса и Анастасии казалась ему подозрительной. Он не мог понять, почему, но..

Юлиус: Рикардо и я будем нести ответственность за битвой с обжорством. Первоначально Субару и Вильгельм-сама хотели бы справиться с этим сами. Но поскольку вы дали нам это задание, мы обязательно выполним его.

Субару: …… Ааа, хорошо.

Юлиус чувствовал, что Субару хотел бы сразиться с ним сам. Вильгельм тоже хотел бы убить его, чтобы спасти Круш.

Из-за того, что от власти Обжорства Рем впала в кому, а Круш потеряла память, Субару хотел убить его своими руками.

Субару: Неважно кто это сделает, я бы не допустил, чтобы Обжорство убил не я. Рем. Я хотел вернуть ее себе. Я верил, что это моя обязанность.

Юлий: ……

Субару: Но, если это не сработает, если я не доверю это кому-то, тогда я оставлю это тебе. Не пойми неправильно. Для меня ты единственный, кому я могу доверить эту задачу, даже если мне это не нравится.

Память Рем и само ее существование были украдены Обжорством. Жадность забрал Эмилию и держит ее где-то.

Они обе были драгоценными людьми, которых он должен бы вернуть, и поэтому обеим Субару хотел показать свою крутую сторону. Но...

Субару: Я свергну Жадность и спасу Эмилию. Обжорство я передам тебе ……. Не облажайся.

Юлий: - Я не подведу твои ожидания. Особенно в этот раз.

Твердо кивнув, Юлиус принял поручение Субару.

Величайший Рыцарь посмотрел на Вильгельма и слегка наклонил голову.

Юлий: Вильгельм-сама.

Вильгельм: Это правда, что у меня нет никаких связей с Чревоугодием …… И так же, я доверю это Юлиусу-доно.

Рикардо: Что, никто не хочешь послушать мое мнение? Я конечно не возражаю и считаю этот вариант наилучшим, но все же...

Анастасия: Знаешь, вот так злишься с твоим большим размером, на самом деле это выглядит не очень мило.

Рикардо: Расслабься. Ты когда-нибудь видела, чтобы я лгал, Ана-бо?

Субару: Тогда решено.

Следуя замечанию Субару, все присутствующие за круглым столом кивнули.

Субару: Для нападения на Сириуса, Присцилла и Ал. Считая Лилиану, всего трое.

Присцилла: Предположение, что я могу поддаться игре эмоций, действительно смешно. Беспомощный дурак, который появился не в то время, и наткнулся на такого противника, заслуживает урока!

Лилиана: Я только пою ~, я только пою ~ Я, я просто кусок мяса, который поет! Не дорожи своей жизнью. Хорошо, я чувствую, что могу это сделать. Прямо сейчас я действительно чувствую, что могу это сделать!

Субару: ――――

Присцилла отмахивалась, когда Лилиана занималась сомнительным самовнушением. Лица Ала не было видно, но впечатление, что он все еще не убежден, казалось, исходило от всего его тела.

Хотя это было слегка тревожное трио, по уверенности они были самыми сильными.

Субару: Далее, для захвата Похоти, Гарфиэль и Вильгельм-сан.

Гарфиэль: Понял. Крутой я схватит его за горло, и заставит его плакать.

Вильгельм: Пожалуйста, оставьте это мне. Мы гарантируем, что сможем выполнить свою задачу.

Демон Меча Вильгельм был обязан своей любовнице, а также своей жене, которую он не мог забыть даже на мгновение.

Что касается Гарфиэля, в нем была какая-то эмоция, заставляющая его дрожать от нетерпения.

Возможно, оба этих воина искали ответы в предстоящей битве.

Субару: И для завоевания обжорства это вы двое, Юлий и Рикардо.

Юлий: Безусловно, мы решим эту проблему.

Рикардо: Моя семья, эти ублюдки заставили их страдать. Я отомщу за них, Я буду избивать их. Я заставлю их страдать!

Субару: Последний - Жадность, я и Рейнхард. Я могу рассчитывать на тебя?

Рейнхард: Да, оставь это мне. Я тоже рассчитываю на тебя, Субару.

Субару: Что касается выбора мест для настройки зеркал связи, то их всего три. Предполагая, что я оставлю одну в мэрии... Кому отдать остальные?

После небольшой паузы, он продолжил.

Субару: Лично я определенно хочу, чтобы кто-то взял его в битву с Гневом. И один …… Похоть или Чревоугодие.

???: Каковы ваши причины?

Субару: Гнев - это тот, кто имеет влияние на весь город. В зависимости от того, умрет они или нет, ситуация в городе изменится. Поэтому я хочу быстро узнать об этом.

Субару: Об этом не нужно говорить, но Рейнхард будет с Жадностью. Если что-то пойдет не так, что я хочу, чтобы Рейнхард отправился в качестве подкрепления.

Рейнхард: Однако, если у команды в Жадности нет зеркала общения, то обмен этой информацией невозможен, не так ли? Но я, конечно, считаю, что мнение Нацуки-сан в основном верно.

Субару: Ответ на этот вопрос прост. Используйте вещательное волшебное устройство. В общегородском эфире я хочу, чтобы мы информировали всех о местах, которые нуждаются в помощи. Используя зеркало связи, Анастасия-сан организует всю информацию и возьмет на себя ответственность за ее передачу всем. Как это?

Анастасия: Я думаю, это мудро. Кажется, твоя голова хорошо работает, Натсуки-кун.

Анастасия с удивлением рассмеялась и бросила в Присциллу зеркало для общения.

Присцилла поймала его и покрутила перед Лилианой.

Лилиана: Ва, ва, вау!?

Присцилла: Певица, возьми это. Поскольку я не могу поднять ничего тяжелее посуды.(ХАХАХАХА ПОСУДОМОЙКА, извините)

Лилиана: Эта инсигния, она почти такая же тяжелая, как некоторые блюда. Не говорите напыщенных вещей.

Присцилла: Не говори так глупо, проверь это сама. Золото подвешено и инкрустировано из него роскошно, и только потому, что оно весомое.

Лилиана: Разве она не тяжелее посуды ……

Независимо от того, что она сказала, в конце концов Лилиана взяла его. Не обращая внимания на Лилиану, которая быстро поправляла волосы в зеркале, последнее коммуникационное зеркало было передано Вильгельму.

Субару: Учитывая количество врагов, стороне Похоти зеркало нужнее, чем группе Обжорства. Думаю, что с вами все будет в порядке, но немедленно свяжитесь с Анастасией, если это покажется опасным.

Вильгельм: Понятно, я обязательно с ней свяжусь.

Внимательно относясь к Юлиусу, Вильгельм положил зеркало в нагрудный карман.

Однако это было слегка тревожное суждение. Как бы то ни было, Вильгельм может разгорячиться от ярости и игнорировать инструкции с этого момента. И, разумеется, Гарфиэль был тем типом, который взрывался при малейшей провокации.

- Как бы там ни было, подготовка к битве была завершена.

Субару: Я отойду ненадолго. Когда я закончу, начинается операция по повторному захвату контрольных вышек.

На слова Субару все присутствующие ответили кивком головы.

Однако, увидев их тихие, напряженные лица, Субару все равно подумал, что настроение плохое.

Субару: Разве вам не кажется, что когда вы делаете злые лица, то плохие вещи могут произой быстрее чем должны

Отто: Натсуки-сан опять сказал что-то странное.

Субару: Это не странно. Это важно. Независимо от того, насколько большая армия собирается, если моральный дух низкий, она может превратиться в сброд. Я не говорю, что наш моральный дух здесь низкий, но я не думаю, что лучше нельзя. Итак, давайте повысим наш боевой дух!

Хлопая в ладоши, Субару встал.

Субару: Давайте все очистим, все! С помощью этой битвы, избавьтесь от беспокоящих город ублюдков! Культ ведьм терпит неудачу, и мы получаем счастливый конец!

Другие: УРАААА―!!

Боевой дух воинов поднялся.

Восстановление города началось всерьез.

Субару: Эта битва - наша победа!

Субару сказал все, что хотел, и встреча за круглым столом завершилась.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Некоторое время спустя ее приглушенные ощущения восстанавливаются, ее сознание медленно возвращается к реальности.

Когда реальность начала проникать через сонливые чувства, чувства в ее руках и ногах естественным образом вернулись.

Затем, когда чувство распространилось по всему ее телу, ее первое ощущение было чем-то мягким, охватывающим ее.

Тепло, это расслабляло, как мех большого животного окутал ее.

Что-то подобное она чувствовала довольно давно. Давным-давно, когда она была маленькой, время, когда ее тело не могло следовать за феями, время, когда она боялась спать одна.

Теперь, вдали от ощущения текстуры этого меха, с тех пор прошло довольно много времени.

Эмилия: ――А.

Сначала ее глаза наполнились слезами от ностальгического прикосновения.

Отбросив свое глупое желание продолжать чувствовать тепло, она медленно открыла глаза.

Ее длинные ресницы дрожали, и аметистовые ирисы безучастно отмечали мир.

Она была в комнате с высокими потолками и арками, которых она никогда раньше не видела. Лежа на кровати, она оказалась в летнем одеяле из качественного меха.

Сидящий рядом с ней незнакомец чистил лицо мокрым полотенцем.

Эмилия: Ты ……?

???: ――

В версии с изображениями тут находится картинка.

Глядя на нее сверху вниз, когда она открыла глаза, была красивая женщина с чисто белым лицом.

На довольно болезненном, истощенном кровью лице было приложено красивое и невыразительное лицо, похожее на лицо куклы. Ее красота была такова, что она наверняка осветит комнату, если улыбнется, но ее лицо было жестко, как маска, которая не могла смеяться.

Поднявшись, ее длинные волосы развевались позади нее, женщина в черном платье сразу же покинула комнату.

Она быстро попыталась позвать ее, но, не зная, как ее назвать, не зная ее имени, дверь захлопнулась. Таким образом, она оказалась одна.

Эмилия: Здесь... Интересно, где это?

Нерешительно она села на кровать.

Хотя она была слегка утомлена, не было никакой боли. Наверное, тяжесть в том, что она использовала слишком много магии, к которой она еще не привыкла.

Зайдя так далеко, она сразу вспомнила все.

Эмилия: Верно. Ах, на площади я боролась со странным человеком и ……

Продолжая, в ее голове всплыли события незадолго до того, как она потеряла сознание.

Монстр с лицом, закутанным в бинты ―― Тот, кого Субару назвал Гнев, пришел за ней с грозным боевым мастерством и прямо-таки жутким количеством гнева. На мгновение она вступила в бой с преимуществом, но затем, уступив силе яростного пламени, ее отправили в полет…

Эмилия: А потом, должно быть, я потеряла сознание. Но я все еще жива.

Возможно, кто-то пришел ей на помощь. Субару и Беатрис были там, возможно, она была спасена этими двумя.

Эмилия: М-м-м-м, нет времени для грусти. Даже если я этого не сделаю, я уже опаздываю, поэтому у меня нет времени оставаться здесь.

Даже если за ней присматривает смотритель, это место должно быть чьим-то добрым домом. Поскольку она не была доставлена обратно в гостиницу, ее положение могло быть довольно серьезным.

Эмилия: Но я не чувствую никакой боли, так что, может быть, опытный целитель …… А?

Придя в себя, Эмилия кое-что осознала.

Эмилия: я голая.

В тот момент, когда босые ноги коснулись пола, она заметила, что на ней нет одежды. Эмилия наклонила голову, сначала она обернула одеяло вокруг тела и спустилась с кровати. Оглядев комнату, она оглянулась, надеясь что-нибудь надеть, но, к сожалению, ничего не нашла.

Эмилия: Ммм, что мне делать? Если я выйду из комнаты вот так, меня будут считать плохо воспитанной ……

От Пака она узнала, что не должна показывать кожу перед другими. Следуя этому правилу, ее собственная внешность прямо сейчас была проблемой,

Эмилия: Но, поскольку я волнуюсь за всех, это чрезвычайная ситуация, поэтому ничего не поделаешь.

Сражение с Архиепископами Греха, как оно закончилось, она должна была выяснить как можно быстрее. С этой задачей в качестве оправдания Эмилия вышла из комнаты в одеяле.

Выходя в коридор, это было определенно не то здание, которое она когда-либо видела прежде. Просто, по сравнению с тем, как она себе это представляла, внешняя часть комнаты производила странное бесхитростное впечатление холодного коридора.

Эмилия: Я думала, что это особняк, но это не так. Мм, это просто странная комната?

Обернувшись, она увидела комнату, в которой спала.

Большая кровать и маленький шкаф. Однако при ближайшем рассмотрении она не могла избежать впечатления, что тут что-то не так.

Проверяя атмосферу коридора, это было определенно не то место, где люди могли жить. Это было место, где люди работали. Она сфокусировалась и услышала слабый звук воды.

Пока Эмилия ломала голову над этим, там…

???: Ах, кажется, ты открыла глаза, какое облегчение, какое облегчение. Я рад, что ты в безопасности.

Эмилия обернулась.

В этот момент в дальнем конце коридора появился молодой человек. Обнаружив Эмилию, седовласый юноша улыбнулся ей.

???: Тем не менее, я не чувствую себя комфортно, когда ты ходишь сразу после пробуждения. Случались разные вещи, и у тебя был большой день, поэтому у тебя скорее всего болит голова. Впредь будь осторожнее, хорошо?

Эмилия: Тогда ты ……?

Эмилия моргнула и посмотрела на молодого человека, разговаривающего с ней.

Это поведение было похоже на Субару. Однако принципиальная разница между Субару и им заключалась в том, что его отношение не имело намерения уважать другого человека. Молодой человек перед ней не показывал намека на это.

???: Это так, прости, прости. Я даже видел твое спящее лицо, но я бы сказал, что ты впервые видишь меня. Я даже еще не назвал тебе свое имя. В каких бы отношениях мы с тобой не были, так не пойдет. Я был слишком поспешен в этом вопросе, это моя вина. Воистину, как я извиняюсь, я извинюсь. Поскольку я человек, способный на такие вещи.

Эмилия: Д-да ……

Этот молодой человек где-то, я помню, видел его раньше.

???: Маленькое счастье изо дня в день просто, более чем достаточно, чтобы осветить путь, известный как жизнь. Не просто быть в плохом месте, но и видеть хорошие стороны этого, это образ жизни, который хочется попробовать. Ты тоже так не думаешь, Эмилия?

Эмилия: Я, не помню, чтобы я говорила тебе мое имя …… Так ты?

???: Ой, извини. Когда мои чувства слишком разыгрываются, сам не зная об этом, я перестаю замечать свое окружение, это моя плохая привычка. Именно по этой причине мне иногда не нравится мой ласковый характер.

Чувствуя, как пощипывает ее кожа, Эмилия не сводила глаз с молодого человека. Она понимала, что ее собственная безопасность находится под угрозой.

И причиной этой интуиции был молодой человек перед ней.

Регулус: Меня зовут Регулус Корниас. Я занимаю руководящую должность в определенной группе, но что-то подобное для тебя не важно. То, что действительно важно, это только одно. Что я твой муж, а ты моя 79- я жена.

Эмилия: …… Э??

Молодой человек дал имя: о чем удивительно говорил Регулус, значения этого она не понимала. Эмилия разозлилась, и ее красивые брови нахмурились. Но Регулус не обращал внимания на реакцию Эмилии и уставился на тело девушки, покрытой только одной легкой тканью,

Регулус: Этот наряд ядовит для моих глаз. Я закажу сменную одежду, чтобы ее привезли прямо сейчас. Ты можешь расслабиться. Они в той же ситуации, что и вы, мои другие жены. Надеть свадебный наряд - это то, к чему они привыкли.

Эмилия: свадебное платье, что ты имеешь в виду? Нет, дело не только в этом. Называешь меня своей женой, что ты говоришь?

Регулус: Верно. Я забыл что-то важное! Для такого, как я, это было опасно.

Эмилия открыла рот, чтобы задать другой вопрос, но Регулус не слушал. Он хлопнул в ладоши и слегка схватил Эмилию за плечо, когда она собиралась спросить. Эмилия нахмурилась, почувствовав странное усилие, исходящее от этих пальцев. Подойдя достаточно близко, чтобы коснуться лба Эмилии, Регулус посмотрел ей в глаза.

Регулус: я забыл важный, важный вопрос. Эмилия, это важно, поэтому я хочу, чтобы ты ответила внимательно. Для нашего будущего это очень важно.

Эмилия: ――

Принимая ее отношение как согласие, Регулус улыбнулся. С улыбкой спросил он.

Регулус: Эмилия, ты девственница?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 48. Тот, кого ты когда-нибудь полюбишь

Перевод и редактура: Toster

На мгновение Эмилия не поняла значения того, что ей сказали.

Недолго думая, она сглотнула. Молодой человек перед ней - Регулус в ответ поднял руку, улыбаясь.

Регулус: Аа, извини, что сделал это так внезапно. Возможно, я немного шокировал тебя. Честно говоря, я прошу прощения. Кажется, мне постоянно приходится это говорить, но я человек, способный извиняться. В этом мире есть неприглядные люди, которые не признают свои собственные грехи и обвиняют в этом то и то. Они думают, что не ошибаются ни в чем. Я считаю, что они ошибаются. Насколько высокомерными они могут быть? Если бы они могли просто еще немного изучить то, что у них под ногами, сравнить себя с просторами мира и по-настоящему понять, насколько малы они на самом деле, то они бы не оказались такими, просто одно извинение это то, что они называют личностью? Это отражает их характер. Тебе так не кажется?

Эмилия: Тогда важно извиниться?

Регулус: Правильно! Это верно, извинения важны. Какое облегчение. Это очевидно, и ты, кажется, понимаешь этот момент, поэтому я очень рад. В этом мире неожиданно много людей, которые не могут понять нечто столь очевидное. Это заставляет меня не любить их. Таким образом, кажется, нет проблем в вопросе корректировки понимания между супругами об извинениях. Я рад, что теперь я смогу хорошо ладить с тобой. И так, я извинился. Проблема была в том, что я был немного нетерпеливым ……

Сказав это, Регулус осмотрел на Эмилию с ног до головы. Поскольку ее тело было только завернуто в одеяло, она немного замерзла.

Регулус: Да, застенчивость важна даже между супругами. По этому вопросу я думаю, что ты очень хороша. Еще раз, речь идет о заданном ранее вопросе, я бы предпочел, чтобы ты не поняла неправильно. Я, более всего, не проверял, являешься ли тыы девственницей с мирской точки зрения. Я говорил это несколько раз, но я твой муж, а ты моя жена. Брак не будет нуждаться в сильной привязанности и вежливости. В связи с длинной, длинной цепью, называемой любовью, преданность партнеру очевидна. Поэтому, что ты никогда не была тронуты другим человеком... Вот такая уверенность мне нужна.

Эмилия: Уверенность, что меня не трогали другие ……?

Регулус: Конечно, проверять, сохраняешь ли ты свою девственность по достоверным свидетельствам, - чепуха. Но, как своего рода пробный камень, я думаю, что он имеет такую ​​значительную ценность. Итак, сознательно, даже зная, что это будет опыт, который тебе не понравится, я спросил. Я хочу, чтобы ты поняла, что это связано с моей любовью к тебе. Какой-то незнакомец, которого ты не любишь, который заботится о своей девственности. Потому что я люблю тебя, поэтому проверяю.

Регулус бегло и непрерывно говорил о своих мыслях. Измученная этими волнами слов, Эмилия почувствовала что-то жуткое в хладнокровных словах Регулуса.

То, что он рассматривал как важный, термин девственница. Это было--.

Регулус: Итак, я хочу спросить еще раз. - Ты девственница? Или нет?

Эмилия: Хм, под девственницей, что ты имеешь в виду? Сожалею. Я этого раньше не слышала.

Регулус:…..Что?

Она знала, что это что-то важное для Регулуса, но Эмилия не очень хорошо знала, что оно значит.

Возможно, это относится к молодой девушке, подумала она.

Спросив тихим голосом и услышав ответ Эмилии, выражение Регулуса затуманилось.

Закрыв глаза, он закрыл рот. Задумавшись, его внешность вызывала беспокойство, но молчание длилось не так долго.

С широко открытыми глазами Регулус протянул руку к Эмилии.

Регулус: Отлично. - Ты моя идеальная девушка.

Эмилия: Да?

Держа Эмилию за руку, на лице Регулуса появилась яркая улыбка.

Это было по-настоящему счастливое лицо, в отличие от улыбки только что. У него было такое выражение лица, которое мог бы сделать сияющий ребенок, получив игрушку, которую он действительно хотел от своих любящих родителей.

Регулус схватил и пожал руку Эмилии вверх и вниз и повторил этот жест много раз.

Регулус: Да. Так должно быть. Девственность тела это, это не очень подходит для меня как пробный камень, я всегда так думал. Однако истинное чувство чистоты - это то, что лежит в вашем сердце. Что действительно важно, так это то, что твой разум тоже остается девственным. Я чувствую, как будто я достиг истины. Удивительно. Ты принесла что-то новое для ранее довольного меня.

Эмилия: ——

Регулус: Да, да, я понял. Будь уверена, я буду приветствовать тебя как мою жену. Кроме того, из-за этого я понял что-то важное. Впредь, приветствуя новую жену, просто недостаточно узнать ее девственность. Если она не на уровне ребенка, которому не хватает знаний о том, что такое девственность, это снижает ценность жены. Прелюбодейное сердце не подойдет. Это не подходит моей жене.

Выпустив руку Эмилии, Регулус вышел с очень довольным видом.

Смысл его замечаний все еще был не очень хорошо понят Эмилией. Во-первых, то, что он имел в виду под мужем и женой, было для нее загадкой. По пониманию Эмилии, жена была частью семьи, как отец и мать, но из замечаний Регулуса на ум пришло изображение многих жен. Таково было представление далеко от знаний Эмилии о природе супружеских пар. Возможно, он говорил о чем-то другом?

Регул; Вау, и твою внешность нельзя так оставить. Я сразу же организую смену одежды. Нет. 184! Иди сюда.

Эмилия: ———

Оставив недоумевающую Эмилию в покое, Регулус внезапно произнес число. Затем с другой стороны коридора появилась женщина, вышедшая из комнаты, в которой находилась Эмилия. Молодая женщина с длинными светлыми волосами и вежливыми манерами, она подошла к Регулусу и скромно поприветствовала его на месте. Регулус кивнул на ее жесты

Регулус: Для нее …… Смена одежды для Номер 79. Как только это будет готово, я проведу свадьбу. Этот ребенок находится в том же положении, что и все вы. Ладно, и позаботься о ней.

Номер 184: ———

Регулус: Да, ты больше не склонна смеяться. ---Хороший ребенок. Хорошая жена.

С тихо кивающей женщиной Регулус говорил так, словно был доволен.

После этого, приближаясь к Эмилии, которая все еще казалась потерянной, он провел пальцем по ее серебряным волосам и погладил ее по голове.

Регулус: Тогда, немного позже мы продолжим нашу беседу.

Эмилия: Да ……

Приняв короткий ответ Эмилии, Регулус со звуком шагов исчез на другой стороне коридора.

Номер 184: Сюда.

Женщина рядом с Эмилией внезапно позвала ее. Она смотрела на спину, которая давно исчезла. Услышав голос женщины впервые, он напомнил ей струнные инструменты из-за его красоты. Тем не менее Эмилия чувствовала, как будто все эмоции в ней замерзли и ожесточились.

Эмилия: Эй, прости. У меня есть куча вопросов, которые я хочу задать ……

Номер 184: Ваша сменная одежда.

Эмилия: Одежда важна, но есть …… Да, ты знаешь, где мы? Я была на площади в Пристелле с человеком из культа ведьм …… Ах, правда.

Игнорируя Эмилию, когда она пыталась задавать вопросы, женщина сразу же ушла. Быстро следуя за ней, Эмилия продолжала задавать вопросы, пытаясь как-то пролить свет на ситуацию, но она не ответила ей.

Идя за женщиной перед ней, она прибыла в комнату, в которой она спала ранее. Это было также пространство, которое напоминало просто обставленную комнату, в которой мебель была силой вытолкнута внутрь.

Эмилия: Должно быть, изначально это была немного другая комната ……

Номер 184: Одежда, подобранная с осторожностью, Муж принес сам. Номер 79, вы должны переодеться в нее.

Эмилия: Номер 79, ты имеешь в виду меня? Просто сейчас, я думаю, Регулус тоже меня так назвал. Вы……

Номер 184. Я - Номер 184. Его жена, как и вы.

Эмилия: Как и я ……

Эмилия: О слове жена я спрашивала несколько раз, но означает ли это то же самое, что и миссис? Тогда я не думаю, что стала миссис Регулус ……

Номер 184: Даже если у вас нет такой идеи, у него есть такая идея. И если у него есть эта идея, значит, твоя не имеет значения.

Эмилия: Разве это не странно... Чтобы стать миссис, ты должна выйти замуж за своего хозяина, верно? Я этого не делала и не собиралась. Брак состоит между парнем и девушкой, которые говорят, что будут вместе и после этого будут любить друг друга. Я не могу дать такое обещание никому еще..

Номер 184: Если вы имеете в виду свадьбу, она состоится прямо сейчас. На этом все.

Номер 184, похоже, не собиралась слушать Эмилию. Несмотря на то, что диалог казался установленным, на самом деле это не так, и Эмилия все больше и больше путалась.

Тем временем Номер 184 подошла к Эмилии и пыталась отодвинуть покрывало, покрывающее ее.

Эмилия: Ах, подожди, что ты делаешь?

Номер 184: Переодеваю вас в свадебный наряд. К счастью, ваша одежда уже готова. Когда мы вас раздели, чтобы уложить в постель, мы сняли мерки, поэтому, пожалуйста, будьте уверены.

Эмилия: Ты была тем, кто раздевала меня?

Номер 184: Он вообще не интересуется женщинами. После того, как он удостоверился что вы девственница, он ничего больше не делал.

Эмилия: Ты тоже говоришь об этой девственнице?

Номер 184: …… Это удивительно. Ты правда не знаешь?

Впервые что-то похожее на эмоцию слегка мелькнуло на лице Номер 184. При этом слегка удивленном взгляде Эмилия широко раскрыла глаза и слегка засмеялась.

Эмилия: Я считаю, что улыбка тебе больше к лицу

Номер 184: …… Муж-сама не желает этого. Я также оставлю этот совет вам: мужу сама нравится ваш обычный образ. Разумнее не смеяться, не злиться и не менять свое выражение лица. Думаю, если будет возможно, даже не открывать рот будет лучше.

Эмилия: Ты говоришь не разговаривать? Зачем?

Номер 184: Это может ущемлять права Мужа-сама.

Сняв одеяло с Эмилии, Номер 184 поднесла нижнее белье к Эмилии, и размер, казалось, идеально подходил.

Наблюдая за тем, как она надевает нижнее белье и трясет руками и ногами, Номер 184 внезапно глубоко вздохнула.

Эмилия: что-то не так?

Номер 184:… Нет, я просто думала, что ты прекрасна. Твои узкие руки и ноги, белая кожа и особенно длинные серебряные волосы.

Эмилия: ——? Спасибо. Даже если ты на самом деле не имеешь это в виду, я счастлива. У меня есть только Субару и Энн, рассказывающие мне такие вещи.

Номер 184: Субару …… Человек, не так ли?

Эмилия: Да, мой рыцарь. Думаю, он будет беспокоиться обо мне. Итак, я хочу выяснить, где я нахожусь ……

Возможно, это доставит ему много беспокойства.

В голове Эмилии не было никакого беспокойства о Субару. У него была Беатрис с ним, и мысль о том, что Субару попадет в ситуацию, когда он умрет, была для нее невообразима. Субару, он бы как-нибудь прошел через это.

Номер 184: Тот человек, которого вы называете Субару, никогда не упоминаете его при Муже-саме, пожалуйста

Эмилия: Ну почему?

Номер 184: Если заимствовать слова мужа-сама, девственность вашего ума может стать подозрительной.

Эмилия: Опять же, речь идет об этой девственнице.

Без объяснения причин для надутой Эмилии, Номер 184 взяла чисто белое платье из шкафа и поднесла его к телу Эмилии.

Это было красивое платье с блестящим внешним видом и множеством причудливых украшений.

Эмилия: Но, кажется, трудно двигаться.

Номер 184: Жалобы тоже. Не говорить о них, было бы разумно. Я сейчас одену тебя.

Удивляясь, ее голова наклонилась, подойдет ли ей такой чудесный наряд, Эмилия, в соответствии с инструкцией Номер 184, она переодевалась в платье.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Регулус: - Ааа, разве это не просто замечательно? Как я и думал, белый тебе подходит.

Эмилия: …… Спасибо.

Его внешность тоже изменилась по сравнению с их встречей в коридоре. Выражение лица Эмилии подсказывало, что она заметила, и Регулус легонько хлопнул воротником в ответ,

Регулус: Свадьба важна, ты знаешь. Обычно я думаю, что не стоит одеваться, но я не хотел бы смущать вас некоторым несмешным упрямством. Это идеальный вариант для супругов проявлять заботу друг о друге, не считая это неудобным. Что касается этого, я не хочу обременять тебя мыслями обо всем. Я просто хочу, чтобы вы знали, что, если это ради вас, я человек, который может принять внесение некоторых изменений. И к месту встречи, он будет готов в ближайшее время, через некоторое время.

Эмилия: место …… Вы имеете в виду здесь?

Одетый в белый смокинг и мантию, Регулус повернул голову, и, следуя за ним, Эмилия тоже оглядела пространство, в котором находилась.

Это был собор - если быть точным, это был собор, используемый только для единственной важной задачи: свадебная церемония

Эмилия впервые покинула здание и быстро поняла, что отдыхает в комнате в одной из контрольных башен. Таким образом, Эмилия была ведома Номер 184 от башни и доставлена ​​прямо в этот собор.

Снаружи собора были заняты суетящиеся рабочие фигуры, для подготовки к свадьбе. И бессловесно, безучастно занимаясь подготовкой места, куда бы ни смотрели, были красивые и модно одетые женщины.

Регулус: Эти девушки мои жены, они в том же положении, что и вы. Всего их 291... Грустно, но многие из этих детей умерли, вы знаете. Но все же, для тех, кто все еще со мной, я думаю, что я изливаю свою любовь на них одинаково, я думаю. Это очевидно. Какой-то принцип одобрения и любви только к одному человеку слишком искажен, чтобы соответствовать тому, что вы называете мужем. Я никогда не делаю такие абсурдные вещи. Фиксированная любовь, в фиксированном количестве, фиксированными способами. Здесь нет фаворитизма, неравенства, несправедливости. Я тоже так люблю тебя.

Эмилия: То, что ты говоришь, не так ли ……

???: - Муж-сама. Вкратце, слово.

Разве это не странно? - собиралась сказать Эмилия.

Регулус: Я сейчас с ней разговариваю, понимаешь? Прерывая меня сейчас, когда мы разделяем взращивание любви между нами, только мной и ней, разве ты не думаешь, что смазываешь это ядом? Или это просто не у тебя на уме? Такие маленькие вежливости между мужем и женой, я думаю, они действительно важны. Разве я не говорил тебе это? И все же, все еще мешая, ты загадываешь мое очень незначительное желание. Как ты думаешь, Номер 184?

Номер 184: Мне очень жаль. Однако это важно. Я знаю, что это самонадеянно, но я действую только из-за заботы о Муже-сама. Я смиренно прошу вас услышать мои слова.

Ее речь становилась все более быстрой, и все тело Регулуса извергало признаки опасности. Тем не менее, даже под воздействием этого острого как бритва взгляда, Номер 184 не изменилась, как она посоветовала Эмилии. Естественно, при этом виде Регулус оторвал шипы от своей внешности.

Регулус: …… Хорошо. Щедрость жены - щедрость мужа. Я не такой мелкий человек, что не могу даже так много делать.

Номер 184: Я действительно благодарна. Ну, это касается сообщения о трансляции, сделанной некоторое время назад …… Все будет хорошо?

Регулус: Трансляция? Это действительно имеет значение? Если они просто разговаривают, это совсем не проблема. Это какой-то заполненный жалобами трус, который не может даже говорить о своих собственных навыках, перечисляя некоторые подходящие слова, это все, что мне кажется. Если это Капелла или Сириус, если это для мусора, то я не знаю ……. Но мне все равно. Или ты не веришь в мои силы? Тогда, как жена, ты сомневаешься в способностях своего мужа?

Номер 184: Нет, я верю в это. Если муж-сама здесь, то нам не о чем беспокоиться. Я просто надеялась, что слова мужа-сама смоют мою тревогу, вот и все. Пожалуйста, простите недостающую жену, которая не смогла положиться на вас.

Регулус: Это, я сам не думал об этом, извини. Даже если бы меня не спросили, я все равно должен был заметить твои тревожные мысли.

Номер 184: Скорее, мне очень жаль. Слова мужа-сама придали мне смелости. Я тоже немедленно отправлюсь на помощь в подготовке места.

Регулус: А, пожалуйста.

Прощаясь, Номер 184 отвернулся от Регулуса. В то же время она встретилась глазами с Эмилией и подмигнула. Вероятно, это было предупреждением Эмилии о неосторожности ее слов.

Было бы неправильно описать Эмилию как игнорирующую опасность, которую представляет Регулус. Когда о таких вещах стало известно, Эмилия без колебаний вынесла решение за доли секунды.

Эмилия: —— Осторожно!

Номер 184: А?

Когда Номер 184 пыталась сбежать, Эмилия сильно потянула ее за руку. Прижав ее высокое, но легкое тело к груди, Эмилия сделала большой шаг назад.

Пространство перед ней, где несколько минут назад стоял Номер 184, было расколото ветром. Открывая длинную борозду на полу собора и разрушая его, ветер поразил главные ворота, превратив вход в порошок.

Эмилия: ———

В этот момент подавляющей разрушительной силы Эмилия, которая обнимала Номер 184, не могла говорить. Номер 184 также, заметив разрушение, вставая из-за нее, застыла и полностью свернулась калачиком.

Регулус: Извините, извините. Я просто немного поскользнулся. Это хорошо, что с вами ничего не случилось. (нихрена себе поскользнулся он блин)

Эмилия: ———

Регулус: Я буду в комнате ожидания, пока не настанет время, поэтому позови меня, когда все будет готово, хорошо? Ааа, пока ты тоже ждешь, почему бы тебе не уложить свои волосы в прическу? Я считаю, что этот вариант гораздо привлекательнее. Я думаю, что это красиво, но то, что нужно делать постоянно, это то, что нужно делать непрерывно, это то, о чем я думаю. Я говорю, что вместо того, чтобы пытаться оставаться красивым, пытаться стать красивым, это скорее минимальный уровень вежливости по отношению к тому, кто вас любит.

Говоря так, словно то, что он уничтожил почти половину собора ничего не значил, Регулус, улыбаясь Эмилии, направился к двери комнаты ожидания на другой стороне собора. Оставшись безучастно уставившись на остатки разрушения, она глубоко вздохнула.

Эмилия: Только что, что это было ……?

Номер 184: …… Большое спасибо, что спасли меня.

Сказав это, Номер 184 оторвалась от груди Эмилии. Ее шаги привели ее туда, где готовились другие женщины в соборе.

Казалось, что эти женщины продолжали свою работу с внешностью, из которой можно было предположить, что они совершенно не связаны с разрушением, которое было до этого. Мало того, но некоторые из них собрались вокруг разрушенного пола и двери, и было видно, что они начинают каким-то образом скрывать эти следы.

Эмилия: Подожди! Это странно Разве вы не думаете, что это странно?

Другие: ——

При таком невозмутимом отношении Эмилия в замешательстве подняла голос. Как одна, женщины не обращали внимания на голос Эмилии и просто продолжали готовиться в тишине.

Если это так, то это будет продолжаться вечно, - подумала Эмилия, направляясь к единственному человеку, которому, казалось, дошли ее слова. К Номер 184,

Эмилия: Только что тебя почти не убили. Если бы я не потянула тебя назад, твое тело наверняка было бы взорвано. Это было страшно.

Номер 184: Ну, что это? Я уже поблагодарила вас за спасение. Кроме того, что еще ты хочешь от меня? Что-нибудь еще, не является ли это нарушением моих прав?

Эмилия: Это не о правах или обязанностях! Давайте поговорим о чем-то более важном!

Эмилия указала на женщин, все еще усердно работающих в соборе.

Эмилия: Регулус сказал, что они его жены. Они все, жены этого человека? А так как они жены, они делают то, что он говорит? Если вы жена, то даже если вас собираются убить, вы спокойно принимаете это... Это странно. Это странно! Это слишком странно… Для меня вы, другие; Никто из них не выглядит счастливым. Я ошиблась?

Номер 184: Да, вы ошибаетесь. Даже если вы не счастливы, брак возможен. Супруги не должны любить друг друга. Если они продолжают быть вместе, они становятся супругами. Затем, как супруги, они привыкли к этому.

Номер 184, не отрицала, что она оставалась в положении, которое она ненавидела. Мало того, что она не опровергала это, она даже утверждала свою собственную ситуацию. Это было странно и неправильно.

Брак, это для тех, кто хочет стать супругами. Это не то, к чему вы просто хотите привыкнуть.

Эмилия: Это бракосочетание, я не собираюсь с этим соглашаться.

Другие: ——

Те женщины, которые не обращали внимания на слова Эмилии, подняли свои лица.

Выдерживая бурю этих безэмоциональных взглядов, Эмилия расправила плечи.

Эмилия: У меня есть кто-то, кто беспокоится обо мне. И есть много вещей, которые я должна сделать, несмотря ни на что. Так что я не могу просто оказаться в таком месте, как это. Вместе со всеми, я сейчас сделаю то, что должна.

Номер 184: Такие вещи, муж-сама не простит.

Эмилия: Я не помню, чтобы стала женой Регулуса. Тогда вместе со всеми …… Я обязательно вернусь, чтобы спасти вас всех.

Номер 184: —— Э-э.

Эмилия: Все вы, я знаю, что вы не останетесь с Регулусом, потому что хотите этого. Так что я поговорю с Регулусом и освобожу всех. Любой, кто все еще хочет остаться с ним тогда, может просто оставаться его женой. Но люди, которые хотят уйти, я их освобожу. Даже если вы женаты, это бессмысленно, если вы не счастливы вместе.

Картина, которую Эмилия нарисовала у себя в голове, была изображена двумя людьми, которые любили друг друга и с нетерпением ожидали объединения. Что всплыло у нее в голове, из ее сна прежде, так это появление Фортуны и Джуса. Эти два человека никогда не женились и никогда не становились супругами. И все же она подумала, что это хорошо.

Так--,

Эмилия: Я знаю людей, которые любили друг друга, но не могли жениться. И поэтому, если я женюсь и не смогу быть счастлива после этого, мне не нравятся такие отношения.

Другие: ……

По заявлению Эмилии, ажиотаж распространился среди равнодушных женщин. Но Номер 184 быстро извлекла себя из этого шума.

Она посмотрела прямо на Эмилию, а затем на разрушенный вход.

Номер 184: Если вы решили уйти, то это ваше право. Однако муж-сама нас не простит. На месте, конечно же, мы все будем убиты.

Эмилия: Даже если ты его жена ……?

Номер 184. Жена, которая даже не может выполнить желания мужа-сама, по мнению мужа-сама, не способна удовлетворить все требования жены. Если ты уйдешь, мы умрем. Если ты все еще уйдешь, это ты убьешь нас.

Эмилия: ——

Ее мнение, с ее радикальным содержанием. Как будто это отражало мнение их всех, женщины в соборе стояли, чтобы окружить Эмилию, и ограничивали ее движения.

Конечно, там не было никого, кто мог бы бороться и остановить ее. Все они были обычными женщинами. Родившиеся из обычных семей, имеющие обычные нравы, живущие в стремлении к обычному счастью, обычные женщины.

Другие: ——

Она не смогла опровергнуть хотя бы одно их решительное намерение. Эмилия видела преступления Регулуса своими глазами.

Просто слегка поболтав, он просто попытался в ответ отнять их жизнь. Когда он узнает о побеге Эмилии, трудно было утверждать, что он не усмирит свой гнев. Жены Регулуса хорошо это понимали.

Эмилия: Сколько здесь жен Регулуса?

Номер 184: супруги мужа-сама, всего 291 человек. Из них 238 уже скончались, поэтому оставшееся число 53 всего.

Эмилия: Те жены, которые скончались ……

Номер 184: Вам нужно объяснение?

Вопрос, который она получила в ответ, вызывал чувство издевательства.

Эмилия: Если бы я ушла, то все вы бы понесли наказание……

Наказание, это скорее верная, неизбежная смерть.

Безусловно, эти женщины были заложниками Регулуса. Она подумала о Субару и его спутниках за пределами собора в Пристелле.

Эмилия: Хорошо. Свадьба, давай сделаем это.

***

После этого подготовка объекта прошла быстрыми темпами.

Хотя они и не были профессионалами, ущерб был восстановлен настолько хорошо, что он был едва заметен. Просто взглянув на хорошее мастерство, можно было понять, как часто этим женщинам приходилось убирать после истерики Регулуса.

После того, как Эмилия согласилась продолжить свадьбу, Номер 184 и несколько других жен Регулуса ухаживали за ее волосами в раздевалке и украшали ее.

За исключением случаев, когда Аннароза помогала ей с волосами, это был первый раз, когда прическа Эмилии была настолько сложной, так как Пак исчез в кристалле.

Ее длинные серебряные волосы были собраны и вплетены в косу.

Чтобы не отвлекать внимание от чистоты ее белого платья, с несколькими простыми украшениями, свадебное платье Эмилии было завершено.

Эмилия: ――――

Глядя на свое отражение в зеркале, Эмилия восхищалась женской работой.

Действительно, она выглядела совсем иначе, чем обычно. Никто, кроме Субару, не требовал, чтобы ее волосы были уложены.

Номер 184: Хорошо, поехали. Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не испортить настроение мужа сама

Номер 184 напомнила Эмилии, когда они вышли из раздевалки.

Обернувшись в часовню, Эмилия увидела, что участники уже выстроились в очередь, ожидая ее прибытия - все они - жены Регулуса вместе с самим Регулусом в белом смокинге, стоящем перед алтарем.

Хотя она не знала точных процедур, Эмилия вышла на красную ковровую дорожку, проложенную у входа, и пошла к алтарю, где ждал Регулус.

Регулус с удовлетворением кивнул, увидев красиво одетую Эмилию,

Регулус: Я почти не узнал тебя, когда ты надела платье, но украшения подняли его на совершенно другой уровень. Я был прав, что оставил место Номер 79 свободным.

Эмилия: Номер 79 …… Почему это число пустует?

Регулус: Ну, раньше была женщина, которую я изначально считал идеально подходящей для этого числа, но, к сожалению, я посчитал ее непригодной до свадьбы. Хотя ее взгляды были очень близки к моему идеалу, я, тем не менее, неохотно оставил это место свободным. Но благодаря этому я встретил тебя, так что все это стоило того в конце концов

Что это должно означать?

Простой звук этого разжигал уже мутные чувства Эмилии.

Регулус: Хорошо, теперь мы начнем свадебную церемонию? Я полагаю, это немного неформально, но я надеюсь, ты не против? Пока церемония проходит правильно, все остальное - лишь поверхностные детали. Я не из тех дураков, которые расставляют приоритеты только для того, чтобы упускать из виду суть. Неспособность увидеть сущность материи таким образом просто смешна. Как кто-то может быть доволен только внешним видом? (да кто бы блин говорил) Довольные своим невежественным, замкнутым существованием, они слишком глупы, чтобы даже заметить, что за их спинами смеются

Эмилия: ――――

В то время как Регулус продолжал свою замысловатую тираду, Номер 184 подошла к другой стороне алтаря. По-видимому, она будет служить посредником этой церемонии.

Действительно, она, казалось, выполняла координирующую роль среди 53 жен Регулуса. Хотя неясно, что это означало, когда Регулус мог убить любого из них по малейшей прихоти.

Это была просто еще одна причина, этого человека нельзя было простить.

Эмилия: Скажи, Регулус. Есть кое-что, что я должна сказать тебе прежде чем я выйду за тебя замуж

Поэтому Эмилия хотела сделать это абсолютно ясно.

Выражение лица Номер 184 напряглось от слов Эмилии. Но Регулус удивительно дружелюбно кивнул в ответ.

Регулус: Аа, это верно. Есть несколько важных вещей, о которых я хочу рассказать, прежде чем ты станешь моей женой. Хотя я полагаю, что смогу постепенно научить тебя после того, как мы поженимся, жизненно важно, чтобы ты была подготовлена заранее. Разобраться в наших различиях здесь и там после того, как мы уже поженились, было бы трагично, не правда ли? Чтобы убедиться, чтобы что-то столь неудачное не случилось, я думаю, что крайне важно, чтобы мы открыто поделились своими мыслями друг с другом. Как только мы станем парой, мы будем связаны сердцем и душой, поэтому важно сначала разобраться с этим

Эмилия: Ммм, да. Если это значит быть связанным сердцем и душой, это важно, не так ли

Регулус: Верно? Хорошо, что мы думаем одинаково. Итак, мои другие жены, должно быть, уже рассказали вам некоторые правила, но почему бы нам не пересмотреть их. Во-первых, раз ты жената на мне, тебе запрещено улыбаться

Эмилия: ……?

Нахмурившись, Эмилия, похоже, не поняла значения слов Регулуса. Но Регулус поднял палец и продолжил: Ну…,

Регулус: Это очень важно, ты знаешь. Мне нравится твое лицо. Мне очень нравится твое лицо. Я выбираю своих жен, основываясь на их лицах. Красивые, очаровательные, стройные лица. Всего у меня была 291 жена, и у всех были красивые лица. Твое лицо тоже восхитительно. И вот почему ты станешь моей женой. Ты понимаешь?

Эмилия: ――――

Регулус: Вот что я думаю. В этом мире много, много людей, гораздо более эгоистичных, чем я. Разве вы не часто слышите о парах, чья любовь начинает умирать, как только они вступают в брак? Они вступили в отношения, потому что они любили друг друга, но, как только они живут вместе, начинают возникать всевозможные проблемы. Несовместимые вкусы в еде. Несовместимые привычки. Несовместимые хобби. Существуют всевозможные эгоистичные оправдания, и когда иллюзии об их партнере исчезают, они относятся к нему как к мусору. Я совершенно презираю таких безнадежных людей

Улыбаясь, Регулус радостно превозносил свои взгляды на любовь.

Невинно, безоговорочно, он бредил по поводу своего негодования на тех, кто презирал любовь.

Регулус: Вот почему я выбираю партнеров на основе их лиц. Если у моего партнера есть лицо, которое мне нравится, я не разочаруюсь, какой бы человек ни стоял за ним. Потому что я люблю это лицо. Пока это лицо там, моя любовь никогда не умрет

Эмилия: ――――

Регулус: Даже если она маньяк-убийца, которая без разбора убивает детей. Даже если их кулинарные навыки зверские. Даже если они продали своего собственного брата, чтобы расплатиться с долгами. Даже если они не разделяют белье разного цвета, оно будет сливаться друг с другом. Даже если он психопат, который тайно убивает животных для развлечения. Даже если у них ужасный вкус в одежде. Даже если они добывают деньги от природы. Даже если они не любят купаться и пахнут как бездомные. Даже если они всерьез полагают, что приближается апокалипсис, и продолжают говорить об этом… я не люблю их

Один за другим Регулус кричал на присутствующих 53 женщин.

Непонятно, какое из этих описаний соответствует какой из женщин. Эмилия также не могла понять, как он может утверждать, что любит только их лица и отделить их от человека внизу.

Регулус: Я бы никогда не сказал это в прошедшем времени, как Я любил. Я люблю ваше лицо. Даже если вы ведьма, которая стремится убить каждого человека в этом мире в предельной мучительной агонии, я не разочаруюсь. Пока у меня есть твое лицо

Эмилия …… Какое это имеет отношение к тому, чтобы не улыбаться?

Регулус: Это очень просто. Бывают случаи, когда девушка, которая обычно милая и красивая, может внезапно стать отталкивающей в тот момент, когда она улыбаются, понимаешь? В любом случае, я не позволю, чтобы ваше милое восхитительное лицо было искажено каким-либо образом. Так что не улыбаться. Нет плакать. Не дуться. Допускается только очаровательность

Эмилия: Вы сказали, что любите их лица и никогда не разочаровываетесь …… если так, то почему вы напали на нее?

Регулус: А?

Увидев Эмилию, указывающую на Номер 184, Регулус наклонил голову.

Не опуская руку, Эмилия вырвалась из пальцев Регулуса,

Эмилия: Если бы я не оттащила ее, она наверняка умерла бы. У нее лицо которое ты любишь и потому воспринимаешь как свою жену, верно? Если это правда, то как ты мог так поступить?

Регулус: А, это тоже просто. Это потому, что, как и я, она все же сумела меня расстроить. Я не прошу многого, не так ли? Но некоторые люди слишком невнимательны. Я, конечно, думал, что ни одна из моих жен не такая, но что еще я могу сделать, если это бросается прямо мне в лицо? Поскольку ничего не поделаешь, у меня не было выбора, кроме как выполнить свои обязательства

Эмилия: И так, ты разочаровался? Ты противоречишь тому, что сказал прямо сейчас ……

Регулус: Я не разочарован. Мне все еще нравится ее лицо, я все еще люблю ее. Даже если она мертва, это все равно не изменит мою непреходящую любовь к ней. Даже когда умирает тот, кого ты любишь, этот человек живет в твоем сердце, потому что твоя любовь к этому человеку вечна и не угаснет? Это очень хорошо характеризует мою любовь

Извращенная логика Регулуса была безупречна.

Безупречная, без малейшего замешательства, его логика была полной в его уме. Без малейшей возможности для опровержения это было прекрасно, безупречно.

Перед безмолвной Эмилией Регулус нахмурился.

Потому что он заметил цвет недоверия в глазах молчаливой Эмилии.

Регулус: Я действительно некоторое время задумывался …… У тебя, может быть, есть проблема? Если так, то это действительно разочаровывает. Я уже пошел на уступки из-за тебя, но разве ты вообще не можешь оценить мои соображения? Знаете, человек не должен все говорить. Если у тебя есть хоть малейшее отношение к чувствам других людей, если бы ты могла просто поставить себя на место других людей, ты бы не стала такой, я не думаю. Если человек не может даже сделать это скромное усилие, тогда я не могу понять, как такой человек может иметь какую-либо ценность. Это неуважительно. Точнее, это неуважительно для меня. Это непростительно

Эмилия: Я думаю, что брак должен быть чем-то очень красивым

Регулус: А?

Эмилия: Это церемония, которая объединяет двух людей, которые любят друг друга и хотят быть друг с другом. Это очень важно - любить кого-то, и поэтому, найти кого-то из всех людей в этом мире и иметь такого человека, как ты…… это удивительная вещь, я думаю

Эмилия в свадебном платье приложила руку к груди, слушая, как лицо Регулуса исказилось от недоверия. Выражения лиц присутствовавших жен, включая Номер 184 на алтаре, начали темнеть.

Они должны волноваться за меня, подумала Эмилия.

В конце концов, это было доказательство того, что они были сострадательными, добросердечными людьми.

Эмилия: Почему вы называете своих жен по их номерам?

Регулус: Зачем увлекаться именами? Так же как увязнуть в поверхностности, это полное недопонимание любви. Мне не нужны эти лишние украшения, чтобы быть уверенными, что моя любовь реальна. И поэтому нет необходимости унижать себя такими тщетными мелочами. Чтобы любовь была равной, нужно отпустить эти несущественные аспекты, не так ли?

Эмилия: …… Понятно. Но мне нравится, когда Субару называет меня Эмилия - тан

Регулус: Субару ……?

Услышав имя, которое он не мог пропустить, на лице Регулуса поднялся цвет недовольства.

Но Эмилия проигнорировала изменение в выражении Регулуса, продолжая:

Эмилия: Когда Субару называет меня Эмилия-Тан, его голос полон чувств. И иногда, когда он пропускает -тан, я сразу могу сказать, что это что-то особенное. Я не думаю, что это вообще бессмысленно. Имена должны... нести такое чувство

Регулус: Эй, ты сейчас говоришь сама, но кто такой Субару? Это имя человека, не так ли? На самом деле это мужское имя, не так ли? Девушка, которая собирается выйти замуж, упоминает имя другого мужчины перед мужчиной, за которого она собирается выйти замуж, что противоречит здравому смыслу, независимо от того, как ты на это смотришь, не так ли? Знаете, даже если это просто имя какого-то незнакомца, это все равно причиняет боль. Это вредит. Ты знаешь?

Эмилия: Он не случайный незнакомец. Субару - мой избранный рыцарь, человек, который называет меня по имени и говорит, что любит меня

Регулус: ――Хаха!?

Услышав ответ Эмилии, из тела Регулуса хлынул поток душераздирающей ауры.

Чувствуя это, Номер 184 и другие жены немедленно попытались подбежать к нему, но,

Регулус: Не двигаться!! Если кто-нибудь посмеет двигаться, я отрублю ей голову!

Эмилия: ――――

Регулус: Я позволю тебе объяснить. Постарайся тщательно подбирать слова, чтобы я не понял их неправильно. Я не хочу, чтобы эта свадьба превратилась в чьи-то похороны. Понимаешь?

Удержанные угрозой Регулуса, никто из присутствующих не двинулся с места. Но, не вздрогнув, Эмилия продолжила говорить

Эмилия: Брак должен быть между двумя людьми, которые любят друг друга. Но я не думаю, что наш брак соответствует этим критериям

Регулус: ――――

Эмилия: Потому что я до сих пор не знаю, как любить мужчину. Хотя Субару говорит мне, что любит меня, я все еще не могу ответить на его чувства или даже дать ему прямой ответ. Это с моей стороны несправедливо, и я знаю, насколько это больно. Но…

Регулус замолчал. Но Эмилия не думала о нем.

Эмилия: Даже если я не знаю, как любить кого-то, я уверена, что когда-нибудь я это сделаю. Однажды я полюблю кого-то. И я уже решила, кого полюбить, когда наступит этот день. Поэтому…

Вздохнув и глядя на Регулуса, Эмилия заговорила.

Эмилия: Я никогда не стану твоей женой

Регулус: А-а-а-а, верно? Ну, я не хочу эгоистичную суку, как ты!!

Лицо Регулуса вспыхнуло красным от объявления Эмилии.

Перед протянутыми пальцами Регулуса все тело Эмилии вздрогнуло от маны, чтобы встретить его атаку. Чтобы противостоять его неизвестному разрушительному механизму, ее первое действие должно быть…

-!?

Как раз в то время, когда их атаки должны были начаться, во всей часовне раздался сильный шум.

Звук сопровождался огромным импульсом, когда что-то попало прямо в тело Регулуса, как пуля. Врезавшаяся в Регулуса в его белом смокинге и разбившаяся от удара, деревянная дверная панель - одна из двух у входа в часовню, которую они только что переустановили.

Он пролетел весь путь от входа до Регулуса.

А также,

???: Черт возьми, мы пинали одновременно, но результат совсем не тот! Что с твоей силой ноги?

????: Извините, я не сосредоточился должным образом. Но мне удалось поразить цель, которую я стремился поразить, так что все хорошо, не так ли?

???: Мой удар только открыл дверь, но твой удар вынес дверь и попал прямо по врагу ……

У входа в часовню появились два ворчащих силуэта.

Один был черноволосый мальчик, а другой - красноволосый юноша.

Глаза Эмилии расширились от удивления, и перед ней Регулус оторвал деревянные осколки. Стоя там, невредимый, он с презрением смотрел на двух злоумышленников.

Регулус: Я не помню, чтобы приглашал гостей мужского пола, но не мог бы сказать мне, кто ты и какие свадебные подарки ты принес?!

Встретившись с ревом Регулуса, двое у входа посмотрели друг на друга.

Затем, кивая друг другу,

Субару: Духовный Рыцарь без его духовного партнера, Нацуки Субару

Рейнхард: Потомок Святого Меча, Рейнхард ван Астрея

В версии с изображениями тут находится картинка.

Объявив свое имя, Рейнхард сделал шаг вперед.

Рядом с ним Субару подмигнул Эмилии, затем указал на Регулуса, сказав:

Субару: Я возражаю против этого брака. И я возьму с собой невесту

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 49. Крестовый поход против жадности

Перевод и редактура: Toster

Эмилия: Субару!

Голос, который звал Субару принадлежал Эмилии, которая стояла перед алтарем в свадебном платье.

Одетая в белоснежное платье, ее длинные волосы были заплетены в косу на голове, она была слишком красива; прекрасна в действительно ослепительной степени. При правильных обстоятельствах Субару, как никто другой, хотел бы полюбоваться свадебным нарядом Эмилии.

Субару: Я разберусь с мыслями об EMT позже. Похоже, мы прервали свадьбу.

Рейнхард. Похоже, церемония уже шла наперекосяк. Хотя нас все равно будут считать злоумышленниками.

Церемония, казалось, шла плохо, предлагая им прекрасную возможность вмешаться.

Услышав их слова, уже нетерпеливое лицо Регулуса покраснело от ярости. Он дернул переднюю часть своего костюма, когда его рот скривился.

Регулус: Извините, хотя я чувствую к таким незваным гостям уважение, эта свадьба все равно скоро станет похоронами. Эмоциональная подготовка к такому радостному событию, чтобы стать плачем... ах, да, тебе все равно не нужно думать о таких вещах. Поскольку скоро вы перейдете от тех, кто прощается, к тем, с кем нужно прощаться.

Субару: Что ты делаешь, когда тебя отвергли прямо перед свадьбой? Невеста и так сыта по горло. Кроме того, ты не слышал меня, когда я представил этого парня рядом со мной?

Что касается убийственного бреда Регулуса, Субару издевался над ним, глядя на Рейнхарда. Удивленный, Регулус выдохнул.

Регулус: Кто, Святой Меч? Я думаю, что слышал о нем однажды. Разве это не прозвище какого-то парня, который ничего не знает, кроме как размахивать мечом? Что ты планируешь делать с таким парнем? Может быть, вы подумали о нем, как о козыре? Ах, это богато. Будь то репутация из истории или слава по родословной или еще что-то, все это не что иное, как старомодный традиционализм. Подобные понятия, будучи пораженными волной прогресса, должны рухнуть в пепел.

Рейнхард: Ничего не знает, кроме как размахивать мечом, да. Забавно, что ты так сказал. По правде говоря, многие ожидания от меня связаны с этим одним фактом. Но здесь есть небольшая проблема.

Даже сталкиваясь с таким высокомерием, Рейнхард не проявлял никаких следов раздражения. Пока он говорил, его рука тихо подкралась к его талии.

В ножнах находился небесный меч с гравировкой, нанесенной когтями самого дракона, который всегда носил Рейнхард. Однако, когда он сжал ладонь вокруг рукояти, он покачал головой.

Субару: Что случилось, Рейнхард?

Рейнхард: Меч Дракона - это бесподобный клинок, который был передан с начала линии Астрея, но у него есть один недостаток. Он отказывается быть обнаженным в присутствии любого врага, которого он считает недостойным.

Субару: Что значит?

Рейнхард: Похоже, меч пришел к выводу, что противника не стоит убивать.

Субару: -черт

Независимо от того, имел ли Рейнхард это в виду, Регулус получил довольно унизительную оценку. Но Субару лично был свидетелем того, как во время столкновения с Эльзой меч не появился, и поэтому он понял, что имел в виду Рейнхард.

Но даже с учетом этого, нелестная оценка Регулуса осталась.

Регулус: Святой Меч, который даже не может достать свой меч, почему я должен беспокоиться о тебе? Знай свое место, подонок. Во-первых, я даже не на том же уровне, что и вы; Вы, кто борется со своим безобразием и беспристрастными оправданиями, даже не может сравниться с тем, кто уже достиг совершенства. Дурак, который не может обеспечить свою самооценку, не сравнивая себя с другими, не имеет права противостоять божественному мне.

Перед лицом горящей непристойности в глазах Регулуса Субару обнаружил, что искренне удивлен.

Игнорируя все его угрозы и слушая только суть его речи

Субару: Лицемерие - твоя сильная сторона, не так ли? Утверждая, что достиг совершенства, когда терпишь неудачу в сравнении с кем-либо, кого найдете?

Регулус: - ХК! Ты, жалкий червь, ты еще не дорос, чтобы проповедовать безупречному мне!

Взбешенный насмешками Субару, Регулус наконец-то применил свои угрозы.

С убийственным намерением он ударил землю перед алтарем; мгновенно тротуарный пол раскололся с удивительной силой. Поток обрушился прямо перед ними, сметая осколки дерева и камня в его непреодолимые объятия и разрушая их еще больше.

Субару: - Ува!?

Рейнхард: Субару, сюда.

Как только разрушительная волна приблизилась к нему, кто-то схватил его за шею и дернул его в безопасное место.

Внезапный порыв ветра освободил Субару от оков этого потока; это делал Рейнхард. Одной рукой он притянул Субару к себе, избегая атаки.

Аккуратно положив Субару обратно на землю, Рейнхард развернулся, готовясь к встрече с Регулусом. Тем не менее-

Регулус: Не двигайся! Только сделайте что-нибудь, и они все умрут в одно мгновение.

Рейнхард: ——

Глядя на Рейнхарда, Регулус положил руки на стены церкви.

Ряды искусно одетых женщин бесстрастно смотрели на него. Ясно, что они признавали цель его действий и серьезность ситуации, но они только стояли в своих рядах, безразлично принимая окружающий хаос.

Субару: На этой ноте, хотя я бы предпочел не вдаваться в подробности, кто эти женщины?

Регулус: Все они мои дорогие любимые жены. Прекрасные принцессы, которые лелеют и дорожат мной. Не могли бы вы позволить таким невинным умереть? Как ты можешь быть таким жестоким!?

Субару: Черт возьми, у меня было небольшое подозрение, но я вообще не могу начать разговор.

Держать этих женщин в заложниках и при этом заявлять о том, что они были его женами, было отвратительно. Хуже всего было то, что как провозглашение невиновности, так и представление о том, что Регулус их убьет, несомненно, были правдой.

Эта нелогичная битва с заложниками была действительно чрезвычайно эффективной тактикой.

Регулус: Я не хочу, чтобы они умерли или что-то в этом роде. Даже если вы продолжите сопротивляться, у меня не будет выбора. Я начну с самого начала и пойду по порядку. Разве не заставляет меня делать что-то ужасное, просто бессердечное?

Субару: Разве это не имеет никакого смысла, но я не помню, чтобы я подталкивал тебя к этому?

Регулус: Не придирайся! Может быть, именно я их убью. Но вы сняли этот предохранитель. Ваше убийственное намерение могло бы быть настоящим оружием. Вы используете меня как опору. Вы настоящие убийцы! Не уклоняйся от ответственности. Вы бессердечные убийцы...!

Непристойность горела в глазах Регулуса, когда он скрежетал зубами. Убийца, извергавший свою извращенную риторику, казался ничуть не обеспокоенным его отвратительными заявлениями.

Пытаясь выиграть время в диалоге, Субару многозначительно взглянул на Рейнхарда. Однако их изменчивый противник держал в своих руках около пятидесяти заложников. Если бы обе стены рухнули одновременно, даже Рейнхард не смог бы предотвратить несчастных случаев.

Субару: ——

Если бы это продолжалось так, они застряли бы в тупике - нет, это развивалось именно так, как надеялся Регулус.

Однако в тот момент, когда он так подумал,

Эмилия: Вы уже забыли обо мне?

Регулус: А?

Разноцветные огни начали танцевать рядом с Регулусом.

В одно мгновение свет окутал всю церковь; в следующем, появился резкий звук. Свет и звук соединены друг с другом, переплетены и резонируют, простая, чистая мелодия, наполняющая храм.

В то же время в центре комнаты засиял грандиозный ледяной покров.

Чары сосредоточились на алтаре, образовав ледяное убежище вокруг женщин, которых Регулус взял в заложники.

Кроме того, лед заморозил ноги Регулуса до земли, и замерзший меч прижался к его голой шее - меч, который простирался от руки Эмилии.

Эмилия: Ты был слишком небрежен. Даже я не могу рассчитывать на то, чтобы просто сразиться с тобой, поэтому я готовилась долго и усердно чтобы тебя заморозить. Ты проиграл."

Регулус: … я говорю, ты действительно не способна читать атмосферу, не так ли? Прямо сейчас, я не собираюсь заставить их отступить? Это важная сцена, показывающая, что я по праву способен решительно противостоять гнусным врагам. И мои жены тоже, все ясно верят в меня и молятся за мою победу... кем вы себя считаете?

Эмилия: Освободи всех нас. Хотя никто этого не сказал, некоторые из них остаются с тобой только потому, что боятся. Тем не менее, вы должны беречь их, так как именно они стараются изо всех сил помочь вам…

Регулус: Действительно, с кем, по-твоему, ты разговариваешь? Похоже, что не делать тебя женой было действительно мудро.

Эмилия: "А?"

Субару: Эмилия, нет! Этого недостаточно, чтобы остановить его!

Регулус: - тч

Вздохнув, Регулус начал скручивать свои замерзшие конечности; это легкое движение начало разрушать лед, попадающий на его ноги.

Когда остальной лед начал таять, замороженная тюрьма рассыпалась в прах. Столкнувшись с этим изменением, Эмилия не успела даже вздохнуть, прежде чем Регулус схватил ее за шею и позволил ей свисать, подвешенный только одной рукой.

Регулус: Такое высокомерие, даже не зная, как сохранить себя достойным для мужчины. Неважно, что ты физически и морально девственница, твой нечистый дух определяет тебя. Ты шлюха. Ты грязная шлюха. Как будто играть с моим невинным сердцем было недостаточно, вы сделали еще один шаг и попытались заставить меня выйти за тебя. Никогда я не видел такой непростительной женщины.

Эмилия: Ааа, Ий... ууу...

Регулус: Ваше милое лицо, сколько мужчин оно обмануло? Просто краткая улыбка, и ты согреешь все их сердца. Просто тихий звук, и вы бы привлекли все их внимание. Просто нежное прикосновение, и они будут наливать тебе подарок за подарком. Ах, ах, какая грязная женщина.

Субару: Стоп! Убери от нее руки, придурок!

Вздыхая про себя, голос Регулуса был полон презрения, когда он говорил с Эмилией, все еще застрявшей в его руках. Его холодные и бесчеловечные глаза пронзили гнев Субару от этих невыразимых слов.

Регулус: Насколько ты глуп, что не можешь решить эту ситуацию? Или вы один из тех дураков, которые уже разочаровались в понимании? Вот я, непрерывно пытаюсь объяснить, но такие люди, как вы, которые не думают о самосовершенствовании и отказываются от всех сознательных мыслей, не думаете ли вы, что вы слишком расточительны к щедрости? Делайте все возможное, чтобы стоять в чужой обуви, разве вы не можете этого сделать? Вы по-прежнему играете в такие карты, не слишком ли возмутительно ваше мастерство во взаимодействии?

Рейнхард: Отпусти Эмилию-саму, и я выслушаю твои просьбы.

Из-за Субару, который потерял дар речи от ярости, Рейнхард поговорил с Регулусом.

Услышав это, дикарь поднял брови. Судя по всему, судя по всему, разговор с Рейнхардом может протекать более гладко, чем с бурлящим Субару.

Регулус: Неплохо, неплохо, это скромное отношение. Именно потому, что у людей есть все виды средств коммуникации, если они хотят, чтобы тема развивалась в том направлении, которое они хотят, они должны научиться эффективно использовать эти методы. Те, кто этого не понимает, большинство могут рассчитывать только на грубую силу, чтобы довести сообщение до конца. Как отталкивающе. Разве не должно быть ясно, что вопросы, которые могут быть урегулированы путем переговоров, не требуют демонстрации силы? Ну, такие люди ничуть не впечатляют. У таких парней нет шансов против такого пацифиста, как я, разве это не природа?

Рейнхард: Не нужно так резко крутить. Позвольте мне выслушать ваш запрос. Наблюдение за страданиями Эмилии-сама причиняет боль и мне, и моему другу.

Регулус: Хорошо. Тогда я скажу это прямо. - Сними эту оболочку с талии и встань перед алтарем.

Когда лицо Эмилии стало пепельным, Регулус, в намеренном движении, поднял ее выше. Ее ноги болтались в воздухе, и ее ледяной меч стучал по полу.

Столкнувшись с этим показом, Рейнхард больше не колебался. Он освободил Меч дракона от своей талии и передал его Субару.

Субару: … Если бы это была пьеса, я бы очень хотел вытащить этот меч и покончить с этим ублюдком.

Рейнхард: Это хорошая идея, но, к сожалению, я сомневаюсь, что вы тоже сможете снять его. Будьте уверены, я спасу Эмилию-саму.

Завершая разговор шепотом, Рейнхард выполнил приказ Регулуса.

Святой Меч стоял безоружным посреди храма, останавливаясь, когда Регулус приказал остановиться здесь. Осталось всего около пяти метров; расстояние, которое Рейнхард мог бы преодолеть в одно мгновение.

И все же проблема заключалась в том, как Регулус в настоящее время держит Эмилию в своих руках и уничтожит ее, когда к ней приблизился Рейнхард. И истинную природу непобедимости Регулуса еще предстоит решить, даже с учетом намеков, которыми они обладали.

Субару: ——

Затаив дыхание, Субару внимательно следил за движениями Рейнхарда.

В этот момент, не найдя возможности выйти из тупика, он мог рассчитывать только на Рейнхарда. Стремясь взяться за дело, он знал, что он ничего не сделает, чтобы решить это.

Рейнхард: Как пожелаешь, я остановлюсь здесь. Что дальше?"

Регулус: Позволь мне убить тебя. Разве это не легко? Это немного клише, я тоже так думаю. Но ты здесь для моих жен или для этой шлюхи? Я не чувствую никакой искренности в ваших мыслях. Я просто не хочу, чтобы меня неправильно понимали, как эгоистичного человека. Я просто нормальный человек, довольный простыми радостями моей повседневной жизни. Я надеюсь, что вы полностью понимаете.

Рейнхард: ——

Регулус: Итак, у меня есть только одно условие освободить заложников. Ты стоишь в этом месте и несешь один удар от меня. Ни самообороны, ни уклонения. Пока ты это сделаешь, я освобожу всех. Неужели ваша несправедливая атака на меня не будет прощена таким образом?

Рейнхард: Один удар, да?

Наблюдая за своей вдумчивой фигурой, Субару мысленно отчаянно покачал головой от нелепости этого предложения. Независимо от того, как появился Регулус, сила его атак была очевидна.

Непристойная сила, которая могла бы разложить, казалось бы, что угодно; даже Рейнхард не смог бы выдержать такой удар. Даже если он едва цепляется за свою жизнь, если его не добьют, эта битва не сможет продолжаться.

Рейнхард: Я понимаю. Я принимаю."

Однако, вопреки догадкам Субару, Рейнхард легко принял это условие. Ошеломленный Субару наблюдал, как Регулус кивнул с одобрением.

Регулус: Мудрое прозрение, я вижу. Вы уважаете меня. Хотя ты враг, который пытался убить моих жен, у тебя, кажется, есть хоть какое-то базовое человеческое смирение.

Субару: Держаться за заложников, даже являясь непобедимым, и он не чувствует, что ошибается…

На мгновение Регулус и его сладкие, цветистые слова были действительно отвратительными. Однако, казалось, что Регулус не слышал злости Субару, потому что он держал руку на шее Эмилии, поворачивая правую руку к Рейнхарду.

Субару: Р-Рейнхард, ты... что ты делаешь?

Рейнхард: Субару, как и обещал. Там, где меня не хватает, ты найдешь способ заполнить пробелы, верно?

Субару: Перестань быть таким самонадеянным…

Даже самая тяжелая битва имеет шанс на победу, был ответ, который Субару надеялся услышать. Однако прежде чем он успел ответить, Регулус махнул рукой Рейнхарду.

Кончики пальцев рассекали воздух, как будто что-то швыряли в Рейнхарда; однако снаряд был невидим. Эта атака вполне могла быть чем-то вроде Невидимой руки.

Было ли предположение правдой или нет, осталось без ответа.

Рейнхард: ——

В версии с изображениями тут находится картинка.

Фигура Рейнхарда, стоявшая перед Субару, превратилась в брызги крови.

Его раздвоенное тело упало на землю.

Субару: Эх?

Кровь текла из упавшего трупа Рейнхарда, окрашивая малиновый ковер оттенком баклажана. Его тело дрожало в смертельных судорогах

Наконец, наступил момент, когда даже эти движения прекратились, и он отошел в мир иной.

Это была верная кончина Рейнхарда ван Астреи.

Регулус: Независимо от того, как человек действовал в жизни, смерть - дело простое. Те, кто совершил великие подвиги, те, кто совершил великие грехи; смерть относится к ним одинаково, крадя их жизни таким же образом. В этом крайне несправедливом мире это одна из немногих действительно справедливых частей жизни.

Регулус, убив Рейнхарда лишь взмахом руки, просто покачал головой.

Убийца носил спокойный взгляд, как будто это не имело ничего общего с его собственными действиями.

Регулус: Именно потому, что они знают, что конец неизбежно наступит, живые не должны стремиться к слишком большому счастью, пока живут. Поэтому я очень доволен низким порогом моего счастья. И если я Жадность, то только потому, что мне всегда хочется оценить то, что у меня есть, и то, что я буду иметь. Если бы я никогда не был удовлетворен тем, что я имею, я никогда не был бы счастлив в своей жизни. Но, к счастью, я родился с уникальным подарком. Чувство удовлетворения в простых радостях.

Придерживая руку, которая убила Рейнхарда к его груди, Регулус начал смеяться.

Затем-

Регулус: Я хочу знать, довольны ли вы смертью? Если так, поздравляю с вашей смертью. Если нет, то это слова судьбы.

Субару: АААААААААААААА -

Еще до того, как эхо нелепых слов Регулуса исчезло, Субару с ревом вздрогнул.

Он схватил стул и швырнул его в Регулуса. Повернувшись к снаряду, Регулус смахнул его одним движением, как будто это было просто насекомое. Сказать, что удар расколол стул, было бы преуменьшением, и Регулус отошел с неприятным выражением лица.

Регулус: По сравнению с этим грациозным юношей, ты действительно шумный и грубый.

Субару: Быть ​​рыцарем без следа рыцарства - моя специальность!

Встав на ковер, испачканный кровью Рейнхарда, Субару отстегнул плеть от своей талии и направил кончик в сторону Регулуса.

В ответ Регулус просто продемонстрировал, как крепче сжал шею Эмилии, поднимая ее.

Регулус: Твои глаза просто для украшения? Разве ты не видишь?

Рейнхард: Это все очень странно. Согласно тому, что вы обещали, вы должны были освободить заложников.

Регулус: - Эх!?

В тот момент, когда он услышал этот звук, лицо Регулуса охватило ужас.

Оторвав взгляд от центра церкви, Субару увидел стройную, окровавленную фигуру и почувствовал, как его горло сжалось от шока.

Регулус: Что?!?

Рейнхард: Божественная защита Феникса.

Рейнхард с краткостью ответил на вопрос колеблющегося Регулус, и три фигуры двигались как одна.

Субару прыгнул к алтарю, позволив своему кнуту вытащить Эмилию в безопасное место.

Даже когда ее горло задыхалось, Эмилия пнула свой ледяной меч Рейнхарду.

Рейнхард, появившийся из ниоткуда, схватил меч и направил его на Регулуса.

С женщинами, защищенными от линии огня, владелец этого клинка больше не колебался.

В следующее мгновение звук исчез из мира - яркий синий свет сопровождал ударную волну, охватившую церковь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 50. Кандалы любви

Перевод и редактура: Toster

- Когда сверхновая звезда исчезла и к Субару вернулось зрение, состояние церкви полностью изменилось.

Субару: Хотя я знаю, что говорил это раньше…

Увидев эту сцену своими глазами, Субару тихо вздохнул.

Чтобы не вдыхать рассеянные частицы пыли и щепу, он прикрыл рот рукавом.

Стоя в ныне открытой церкви, залитой вечерним бризом, Субару топнул по полу и ткнул пальцем в мужчину перед собой.

Субару: Конечно, этот парень просто чудовище!

Рейнхард: Хотя я говорил это раньше, как удручает

Субару: Это действительно повод жаловаться на душевную боль!? Твои физические раны, очевидно, здесь важнее! Чем ты думаешь, черт возьми?

Рейнхард ответил ему кривой улыбкой, когда ледяной меч в его правой руке рассыпался и рассеялся. Несмотря на то, что его ударили только один раз, способность противостоять силе Святого Меча указала на то, что его прочность заслуживает похвалы.

Эмилия, которая сделала этот меч, в настоящее время обнимает левой рукой Рейнхарда.

В этот момент он освободил шею Эмилии от рук Регулуса, сохраняя ее в безопасности.

В результате Регулус был единственным, кто подвергся этой атаке.

Помимо этого первоначального удара, все, казалось, сработало, но…

Объектом его беспокойства была женщина, которую он вырвал из опасности, как и Рейнхард, до того, как хаос рухнул. Хотя женщина с золотыми волосами была довольно красива, ее пустые глаза и невыразительное лицо испускали зловещий воздух.

Субару: Извините, если мы вас удивили, но чтобы воспользоваться его слабостями, у нас не было другого выбора. Если вам больно, скажите, и мы поможем вам.

184: ——

Хотя Субару окликнул ее, она все равно не дала никакой реакции.

Хотя эта ситуация действительно вызывала беспокойство, он не мог беспокоиться только о ней одной. Оставив все еще сидящую женщину там, где она была, он шагнул к алтарю - или, вернее, туда, где когда-то стоял алтарь.

Это место, которое очень напоминало то, что Субару знал как церковь, было полностью разрушено Рейнхардом.

Передняя часть здания, где находился алтарь и коридор, ведущий в боковую комнату, была снесена после сверхновой. Все, что едва сохранилось, - это самые края и задняя часть здания. К счастью, благодаря защите ледяной стены Эмилии, сидящие женщины остались нетронутыми.

Субару побежал туда, где Эмилия и Рейнхард стояли возле разрушающегося алтаря. Выйдя из рук Рейнхарда, Эмилия сразу же начала мучительно кашлять.

Субару: Эмилия-тан, ты в порядке?

Эмилия: - хк … ах, я в порядке. Просто мое горло зудит...

Субару: Этот ползучий лизал твое лицо или что-то еще? И это свадебное платье... он надел его на тебя? Черт, этот придурок, я не отпущу его. Но это платье действительно удивительно. Неважно, что на тебе надето, ты выглядишь мило, Эмилия.

Эмилия: Субару, успокойся немного. Я не могу понять, что ты хочешь сказать.

Столкнувшись с неистово озабоченным Субару, Эмилия осторожно отступила.

Глядя на его расстроенную внешность, когда он тщательно удостоверился, что она в целости и сохранности, Эмилия вздохнула с улыбкой.

Эмилия: Хорошо, спасибо, что пришли, чтобы спасти меня. Я все время знала, что ты придешь.

Субару: Я также знал, что Эмилия-Тан верит в меня и будет ждать спасения. Но если бы я прервал свадьбу хоть немного позже, кто знает, что могло...

Эмилия: Это не имеет значения. Я бы не вышла за него замуж. Если бы я вышла замуж, это был бы кто-то, кого я люблю.

Субару: Это здорово! Действительно обнадеживает. Тогда этот человек тебе нравится...

Эмилия: Ах! Рейнхард! Твоя травма, как она?

Как только Субару готовился нанести удар, Эмилия увидела Рейнхарда и закричала на него.

Видя интерес Эмилии к Рейнхарду, Субару остановился и нахмурился.

Рейнхард, который спас Эмилию - неожиданно он получил тяжелую травму.

Передняя часть белой одежды была почти порвана и полностью запятнана красным. Наблюдая за этой сценой, Эмилия холодно выдохнула.

Субару: Ах, как жестоко! - ты уверен, что все хорошо!?

Эмилия: Да, какая тяжелая рана! Позволь мне взглянуть, я тебя исцелю!

Рейнхард: Спасибо. Но не беспокойся об этом. Рана начала заживать.

Отвечая на беспокойную, взволнованную пару с улыбкой, Рейнхард вытер кровью своими белыми рукавами.

И на его очищенной груди следы травмы действительно исчезали. Рана полностью ушла, оставив только первозданную кожу Рейнхарда.

Субару: Рана исчезла... Эй, что случилось сейчас? У тебя что, есть еще какая-то способность к регенерации и ты использовал ее только сейчас?

Рейнхард: И под только сейчас ты имеешь в виду…

Субару: Хватит ухмыляться!... Просто сейчас, когда Регулус захватил заложников, я не знал, как ты собираешься с этим справиться, поэтому я просто молча наблюдал. Но как ты выжил? Ах, просто скажи мне уже!

Рейнхард: Скажем так, молчаливое наблюдение очень помогло.

Даже столкнувшись с нетерпением Субару, Рейнхард ответил ровным тоном. Думая, что он просто пытается поддерживать более расслабленную атмосферу, Субару вздохнул.

Субару: Я просто подумал, что, поскольку это ты, у тебя, должно быть, была какая-то хитрость в рукаве. Но видя, как ты падаешь, я думал, что ты действительно мертв, как ужасно...

Рейнхард: Тем не менее, ты отреагировал вовремя. Я очень рад, что ты верил в меня.

Он слегка постучал Рейнхарду по плечам, отвечая на это безрассудство грубыми словами. Слушая их разговор, глаза Эмилии расширились от удивления.

Эмилия: Как вы смогли продумать план только обменявшись парой фраз?

Субару: Мы это сделали когда ты отдала ледяной меч Рейнхарду и я начал двигаться.

Рейнхард: Это действительно очень помогло. Конечно, наносить удар по нему только руками не очень удобно. Но я рад, что это сработало.

Субару: Да, это закончилось половиной обрушения здания. Ты в этом виноват, ты и неси ответственность. Но будем считать, что это было обязательно для нашего выживания.

После многочисленных встреч с Эльзой в прошлом Субару не мог быть слишком оптимистичным.

Теперь, когда он так говорит, его тревога в отношении Регулуса не ослабевает.

Субару: Итак, Рейнхард, как ты это провернул? Это не может быть какая-то техника клонирования. Пожалуйста, не говори мне, что помимо того, что ты рыцарь, ты также ниндзя.

Рейнхард; Хотя я не знаю, что такое ниндзя, я уверен, что это не такая большая загадка. Эта Божественная Защита Феникса - это просто благословение, которое можно использовать для воскрешения мертвых. Итак, ваше наблюдение, что я выгляжу так, как будто я был мертвым, было верным, я был немного мёртв (немного блин)

Субару: Просто немного мертв, господи! Ты оговорился или ты просто идиот?

Встреча с таким неожиданным ответом отправила Субару в безумие.

Умереть под Божественной защитой Феникса или еще чем-то, разве это не было просто издевательством над смертью? Это были слова, которые лучше не называть Субару, или, скорее, лучше сказать, что только Субару мог говорить таким образом.

Субару: Ты забираешь все лавры себе, блин…

Рейнхард: -? Сожалею. Но в то время я чувствовал, что это был самый эффективный способ иметь дело с Архиепископом Греха. И это действительно работало довольно гладко. Ах, но, если возможно, я бы предпочел не умирать снова.

Эмилия: Умирая, чтобы спасти только меня, я не могу не чувствовать себя виноватой...

Субару: - Ууу

Эмилия: Субару? Что с тобой?

Рейнхард: Субару

Субару: Понял.

Сузив свои голубые глаза, Рейнхард позвал Субару.

Субару поднял голову, и Эмилия посмотрела туда, куда смотрел Рейнхард.

Хищник, испуская зловещую ауру, появился перед ними.

Он стоял на развалинах руин церкви, возвышаясь над остальными. Белые волосы, белая одежда и пустое выражение лица; этот хищник, сделанный из белого, фыркнул и заговорил.

Регулус: Оставляя меня, и просто смеясь в таком месте. Как вы можете поддерживать нормальную атмосферу, не слишком ли это бесчеловечно? Если только вы не почувствовали, что только что наступили на муравья или что-то в этом роде? Разве убийство меня не отличается от убийства жука?

Пока он раздувал пламя своего преувеличенного возмущения, Регулус прыгнул от тлеющих обломков к остаткам церкви.

Когда он приземлился, он расправил пальто своего белого костюма, почистил рукава своей рубашки и поправил штанины своих брюк, прежде чем перевести свой суженный взгляд на них.

Его тело не изменилось от удара Рейнхарда.

Будь то травма или грязь, ни один не показал даже след на его форме.

Рейнхард: Понятно, как я слышал от Субару, вы действительно грозный противник.

Эмилия: Только что, архиепископ Греха, которого вы упомянули, Субару… он один?

Услышав это, Регулус злобно посмотрел на Эмилию.

Регулус: Ах, это правильно. Я - Грех Архиепископ Жадности Культа Ведьмы, Регулус Корниас... Говоря о том, что, даже не зная личности другой стороны, вы пытались прервать свадебную церемонию. Это проблема, которая предшествует отсутствию осознания того, чтобы быть женой. Наглая, безнравственная, несправедливая! Действительно, ваш недостаток как женщины не знает границ, если честно!

Эмилия: Несправедливо и так далее, ты мне вообще ничего не сказал. То, что я нечистая и аморальная тоже беспочвенно. А ты – архиепископ греха культа ведьм... культ ведьм, культ ведьм...

Столкнувшись с обиженным ругательством Регулуса, Эмилия собиралась опровергнуть его мнение, прежде чем она внезапно погрузилась в молчание.

Положив руку на голову, брови Эмилии поднялись, словно она много думала.

Эмилия: Культ ведьм, архиепископ греха… ты, ты когда-нибудь сталкивался со мной раньше?

Регулус: Ха? Откуда мне знать? Хотя, прямо сейчас, если бы ты сказала, что наша встреча была судьбой, это был бы просто смешной фарс. Очаровательное лицо, но в душе – последняя тварь...!

Субару: Черт, какого хера ты болтаешь, сволочь?

Нацелившись на бесконечно разглагольствующее лицо Регулуса, Субару щелкнул кнутом. Под этим ударом лицо Регулуса резко изменилось, и он зарычал от ярости.

Неудивительно, что на его лице не было никаких следов удара.

Субару: На данный момент, на самом деле, если мы не сможем разгадать тайну его Непобедимости, мы не сможем добиться победы…

Рейнхард: На близком расстоянии или издалека каждая атака сводится на нет. Даже магия Эмилии-сама ничего не делает, чтобы остановить его. Должен быть какой-то трюк, чтобы победить его… Субару, берегись, хорошо?

Рейнхард погладил плечо Субару, а затем исчез.

В следующий момент Рейнхард ударил прямо в тело хищника, откинув его назад.

Регулус: А, ах!?

С криком Регулус, который не успел собраться с силами, полетел назад и врезался в гору обломков, что привело к еще большему разрушению церкви.

Рейнхард: Его оппонентом буду я. Надеюсь, вы сможете раскрыть тайну его непобедимости так быстро, как сможете. Я выиграю время для тебя.

Субару: Хорошо, выиграть время - это хорошо, и все… но не лучше ли победить его одним махом?

Рейнхард: Если бы я мог, я бы уже сделал это. Отведите этих женщин в безопасное место. Если они останутся здесь, их вытащат на поле битвы.

Эмилия: Подождите, Рейнхард. Хотя это, вероятно, не слишком эффективно, используй это. ”

Эмилия позвала Рейнхарда, держа в руках ледяной меч, только что сформированный магией.

Эмилия: Я сильно концентрировалась, чтобы сделать его - он должен быть немного более прочным, чем предыдущий.

Рейнхард: Моя благодарность невыразима.

Принимая ее предложенный клинок, Рейнхард предложил ей свою церемониальную благодарность взамен.

Затем он повернулся и отскочил от руин церкви к Регулусу. В один шаг он исчез из поля зрения Субару, преодолев невозможное расстояние.

Сразу после его исчезновения ударная волна врезалась в кожу Субару.

Окунувшись в это чувство, он повернулся, чтобы посмотреть на Эмилию.

Субару: Эмилия-Тан! Чтобы на время не попасться в бой с Рейнхардом, помоги увести этих женщин в безопасное место. Они все должны уйти... говоря об этом, они все женаты на Регулусе?

Как сейчас, так и раньше, единообразие женщин, запертых в ледяной стене, казалось неестественным.

Быть женами Регулуса сделало их всех членами культа ведьм. На первый взгляд их было более или менее пятидесяти. Если они напали, как Субару мог справиться с ними без помощи Беатрис?

Однако Эмилия покачала головой, отрицая это беспокойство.

Эмилия: Все хорошо. Хотя они и являются его женами, большинство из них, вероятно, здесь только благодаря силе и принуждению. Так что не волнуйся.

Субару: Хорошо, да. Если бы они были угрозой, Рейнхард не упустил бы из виду... ага, берегись! Только сейчас летающие ракеты начали атаковать нас! Как опасно!

За пределами церкви Рейнхард и Регулус вступили в битву, которая находилась далеко за пределами человеческих возможностей.

Обломки камней, сметенные различными ударами, летели как ракеты. Если бы его ударил один, не было никакой гарантии, что он остался бы нетронутым.

Хотя у Рейнхарда было абсолютное преимущество, когда дело дошло до нападения, пока природа власти Регулуса оставалась загадкой, это преимущество постепенно исчезало. Субару нужно было придумать контрмеры, прежде чем хищник смог его одолеть.

Эмилия: Эй, ты в порядке? Нет травм?

В момент размышлений Эмилия начала трясти блондинку за плечи.

Это была та самая женщина, которую Субару только что спас с помощью кнута. Исходя из ее положения перед алтарем, ее статус казался уникальным. Однако выражение ее лица было таким же пустым, на нем не было ни малейшего следа раздражения.

Посмотрев на Эмилию, женщина медленно покачала головой.

184: Я… мы должны остаться здесь. Если хочешь сбежать, пожалуйста, оставь меня.

Эмилия: Останься, почему? Ваши ноги повреждены? Тогда я тебя сразу исцелю. Просто этой ледяной стены недостаточно, чтобы вы были в безопасности. Спешите, мы должны уйти!

184: Пожалуйста, позвольте мне отказаться. Только ты можешь покинуть это место.

Эмилия: Почему!? Оставаясь здесь, вы будете вовлечены в борьбу! Регулус, независимо от вашего присутствия, будет атаковать все, что захочет. Пожалуйста, поторопись и пойдем с нами...

184: —Муж-сама не давал указаний уходить.

Убеждение Эмилии было прервано холодным голосом женщины, передающим ее чувства, одинаково лишенные тепла.

Ее холодный застывший взгляд встретился с аметистовыми глазами Эмилии.

184: Не слушая мужа-саму, он рассердится. Если это произойдет, есть только один возможный результат.

Эмилия: Это… не…

Субару разделил безмолвную реакцию Эмилии.

Называть ее решительной было бы неправильно, потому что у нее не было самостоятельности. Называть ее непоколебимой было бы неправильно, потому что у нее не было решимости.

Ее речь и отношение говорили о тяжелом отчаянии, которое давно стало неумолимым.

Она - точнее, они давно сдались.

Эти сердца, разбитые Регулусом, больше не могли думать ни о чем, кроме него.

Это была проклятая жестокость, которая больше не требовала слов или действий.

Субару: Противник Регулуса - Святой Меч Рейнхард. Я знаю, что вы в ужасе от него, но у Рейнхарда не будет проблем с его убийством. Так что не оставайся здесь. Нет необходимости подвергать опасности свою жизнь.

184: Неважно, кто противник. Святой Меч? Пожалуйста, не шути. Как кто-то может победить мужа-саму... Регулуса Корниаса?

Женщина отвергла заверения Субару только с презрением.

Это был ее первый раз, когда он проявлял какие-то искренние эмоции.

- Только тогда Субару понял истинную природу этих искаженных отношений.

Жены Регулуса Роговицы имели абсолютную веру в своего мужа.

Даже знание того, что его противником был Святой Меч Рейнхард, не сделало ничего, чтобы ослабить оковы проклятия, которые никто не мог отменить.

Беспрецедентная, подавляющая сила, которой обладал Регулус, полностью властвовала над сердцами его жен.

Жена доверяет своему мужу, и муж твердо держит сердце своей жены. В каком-то смысле это было идеальное состояние отношений.

Субару: Черт...

Субару пришел к мучительному осознанию того, что простые слова не помогут.

Все женщины до него единодушно в это верили; отсутствие инакомыслия и мертвое молчание только подтвердили это.

Чтобы заставить их уйти, потребовалось бы не что иное, как выбить их всех и переместить их одну за другой; но они отказались предпринимать такие решительные действия.

Субару: Рейнхард! Изменение планов! Делай то, что я упоминал раньше!

Разогнав идею убедить женщин, Субару взобрался на обрушившуюся церковь и позвал Рейнхарда, который в настоящее время бросал вызов закону гравитации, бросаясь через стену здания. Он перевел взгляд в сторону.

Рейнхард: Мы ускоряем битву? Эй, Субару, ты обеспечил безопасность женщин?

Субару: -!? Что это!? Откуда этот звук?

Рейнхард: Это Божественная защита телепатии, которая может распространить мой голос на тех, кто находится в определенном диапазоне.

Субару: Не мог бы ты перестать использовать такие сверхчеловеческие способности?!

Даже для Субару движения Рейнхарда явно выходили за рамки человеческого понимания.

Бегая и отталкиваясь от стены, Рейнхард взлетел в воздух и быстро развернулся.

Незадолго до того, как он приземлился, он позволил своей одежде раздвинуться, замедляя импульс, и взмахнул своими тонкими ногами, чтобы послать лезвие ветра, падающее на землю.

Смахивая пыль и кирпич, волна врезалась прямо в хищника, ожидающего в конце - фигура Регулуса, неспособная удержаться на ногах, снова сдулась.

Субару: Этот цирк только сейчас, что это было?

Рейнхард: Он атакует, бросая камни или песок. На самом деле нет никакого безопасного промежутка между частицами, рассеянными вокруг.

Субару: В моем случае это звучит так, будто я хочу спрятаться от дождя. - Главное, перемести поле битвы! Эти женщины не будут двигаться! Они так напуганы Регулусом, что не могут ничего сделать!

Рейнхард: Понятно. - Позволь мне попробовать.

Понизив голос, Рейнхард слегка прыгнул в сторону Регулуса.

Вновь поднявшись на ноги, Регулус топнул по земле, посылая куски дерева и песка. Однако Рейнхард уклонился и вытащил ледяной меч Эмилии, ударив Регулуса и снова отправив его в полет.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Крики хищника перекликались с резким звуком разбитого ледяного клинка.

Эмилия: Субару! Что мы планируем делать?

Субару: Уведи отсюда этого ублюдка… Ух ты, Эмилия-тан смелая.

Эмилия: Это платье красивое, но очень неудобное…

Рядом с Субару стояла Эмилия, которая вырвала часть ее платья.

Ограничительные части белого свадебного платья были дерзко разорваны, открывая больше белых бедер Эмилии.

Эмилия: Это не имеет значения! В любом случае, что ты хочешь от Рейнхарда?

Субару: План, о котором мы думали до битвы, так как мы не знаем, какова истинная сила Регулуса. - Нам нужно будет проверить возможные слабости одну за другой.

Эмилия кивнула, когда Субару достал из церкви любимый меч Рейнхарда. Затем он и Эмилия бросились прямо к полю битвы Рейнхарда.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Регулус: Гах! Черт, хватит прыгать вверх и вниз!

Громко ругаясь, Регулус взмахнул обеими руками вверх и вниз.

Его целью был Рейнхард, который быстро прыгал туда-сюда, а его оружием был обильный гравий.

Обычно куски гравия могут служить только для ослепления противника; люди, которые использовали его в качестве оружия, имели характер, не достойный похвалы, но если их использует Регулус, сила этой презренной тактики взлетает бы до небес.

Здания начали разрушаться там, где гравий соприкасался с ними, а окружающий пейзаж разрушался.

Рейнхард: - тч

Наблюдая за катастрофическим разрушением, разворачивающимся перед ним, Рейнхард начал уклоняться.

Он опустил свое тело, как будто он собирался ползать, и ускорился в движение. Вопреки своей неприглядной внешности, он двигался так быстро, что рискнул оказаться за пределами видимости простых людей.

И поэтому Регулус, который ничем не отличался от обычного человека, не мог догнать Рейнхарда.

Регулус: Черт... Эй! Куда ты убежал, похож на жука!

Потеряв из вида Рейнхарда, Регулус атаковал без разбора со всех сторон.

Мурашки на коже - верный признак того, что приближаться было бы ужасно опасно - инстинкт выживания, с которым все родились, предостерегая от противников рядом.

На самом деле это имеет мало общего с наличием явной угрозы. Любое живое существо было подвержено этому чувству. Регулус не был исключением; покалывание его нервов по всему телу подсказывало ему, что что-то не так.

- Только эта невероятная угроза приближалась со всех сторон, угнетающее кольцо угрозы.

Регулус: Где ты, сволочь?!

Рейнхард: Я всего лишь рыцарь Кандидата в Короли Фельт-сама. Пожалуйста, не забудьте также оказать ей всю поддержку.

Регулус: ——!?

Рейнхард сильно ударил Регулуса по голове - возможно, он был разбит сталью. Оружие было полностью изогнуто, и был слышен звук, указывающий, что оно было отброшено.

Униженный, Регулус впился взглядом в землю, прикусив губу.

С четкой работой ног, которая препятствовала легкости атаки, Рейнхард принял свою позицию.

Используя обычную боевую мощь, нельзя сказать, что сила Рейнхарда, способная победить даже самого смертоносного из архиепископов греха, была огромной. Но даже так-.

Регулус: Выиграю я, разве ты не понимаешь? Хотя я понятия не имею, насколько хорошо ты справляешься с этой силой, которая может только притеснять других; такой, как ты, чье счастье построено на жертве других, будет остановлен здесь! С этой силой, сколько жизней людей вы растоптали? Эта жадность действительно подлая.

Рейнхард: Это действительно печально слышать. Это правда, что из-за меня некоторые потеряли свое счастье. Без сомнения, причина, по которой я делаю это, искупление.

Перед лицом нелепой риторики Регулуса глаза Рейнхарда слегка сузились.

Видя ответное движение Святого Меча, Регулус расширил свое собственное.

Регулус: Черт возьми, это? Что-то вроде тебе не нужно говорить это, потому что я уже знаю? Я осознаю свои грехи. Я знаю, поэтому я пытаюсь исправить свои плохие качества, говорю вам. Все, что имеет значение, это то, что вы делали в прошлом. Твои ноги когда-то были поставлены на землю, где кто-то лизнул твои подошвы. Для такого человека, помогаете ли вы десяткам тысяч или сотням миллионов людей, все это бессмысленно. Грешник, просто умри. Ты, только умоляя других, можешь перестать притворяться хорошим человеком.

Рейнхард: Разговаривая с тобой, я действительно чувствую, что мне показывают зеркало. Это должно быть причиной, почему Субару сказал мне избегать вас и всерьез не прислушиваться к вашим словам.

Регулус: Говоря о том, что… этот парень там, это Субару? Гнилой человек, который вырвал у меня невесту, этот ненавистный ублюдок... Даже если она окажется грязной шлюхой, его проступок никогда не простить. Для тех, кто пытается взять то, что принадлежит другим, должное наказание

На полпути через его тираду мир Регулуса внезапно перевернулся с ног на голову.

В этот момент Рейнхард уронил стойку и схватил Регулуса за лодыжку, разворачивая его. Спина Регулуса врезалась в стену.

Под этим воздействием поток пыли, рассеянный, когда тело Регулуса, все еще качающееся взад и вперед, врезалось в здание и рухнуло.

Рейнхард: Хотя прямой контакт с вами кажется довольно опасным, но я постараюсь покончить с этим как можно скорее.

Регулус: Что, ты делаешь это, чтобы назвать его другом? Что за чертовски фальшивое проявление лицемерия... у испорченного тебя, естественно, нет достойных друзей. С кем-то, кого называют насильником, дружба - это…

Рейнхард: Общаться с тобой невыносимо вдвойне, когда ты клевещешь на моих друзей.

Ветер внезапно обвился вокруг их тел, и они начали подниматься вверх.

Регулус: Значит, это совсем не вопрос силы. – Если ты ударишь меня с такой высоты - это положит конец этой битве, ты не можешь быть настолько наивным, чтобы поверить в это. Ты держишь меня за дурака?

Рейнхард: Действительно, я мог бы попытаться ударить тебя и продолжить бой на земле... но я не буду это делать.

Регулус: Что ты…

В воздухе, без каких-либо опор, Рейнхард переключался между дрейфом вверх и вниз, слегка смещая свое тело. Регулус, все еще удерживающийся за его ногу, подвергся центробежной силе, и, пока Рейнхард качал его, его глаза расширились, когда он посмотрел вниз.

Регулус: Ни за что...

Рейнхард: То, что происходит, кажется, известно как первая волна. - Я надеюсь, что не увижу тебя снова после этого.

Рейнхард изо всех сил качнул Регулуса вниз. Пронзая воздух, Регулус несся в канал прямо под ним с импульсом пули. Он, омытый ветром, мог только наблюдать, как приближается поверхность канала.

Регулус: Единственная угроза - вода…!

Вращаясь взад и вперед, когда он плыл вниз, Регулус вытянул руки, намереваясь врезаться в воду.

Тогда его спокойное лицо может быть разбито одним ударом.

При этой мысли

Субару: Эмилия, давай!

Эмилия: Уль Хума!

Черноволосый юноша, жестикулирующий пальцем, и седовласая девушка, которая тихо пела.

В следующий момент, в падающего Регулуса полетели сосульки.

Они схватили его за конечности, ускорив падение. Кроме того, последняя врезалась прямо в спину Регулуса и заморозило тело. В общей сложности пять сосулек связали конечности Регулуса. Немедленно, рука льда протянулась вперед, сосредоточившись на том месте, где упал Регулус. Канал был запечатан в ледяной гробнице без единого отверстия.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Субару: Операция Всплеск успешно выполнена!

Рейнхард: Надеюсь, это было эффективно.

Рядом с Субару, который смотрел в замерзший водный путь, приземлился Рейнхард.

После выброса Регулуса с неба траектория его падения означала, что он не сможет избежать падения в воду.

То, что Рейнхард мог так хорошо двигаться в воздухе, едва ли удивительно.

Эмилия: Бросив его в воду, затем заморозив. Нет никакого способа, как он мог бы выбраться…

Тот, кто составлял планы сражений, был Субару, а тот, кто помогал им, был Рейнхард. Однако Эмилия была той, кто добила Регулуса.

Если бы все прошло гладко, он скоро был бы никем иным, как утопленником.

Субару: ——

Что касается Эмилии, Субару задумчиво скрестил руки на груди.

Хотя ему было очень жаль ее, утопить Регулуса было лучшим решением. Тем не менее, худшая возможность также должна ожидаться. Например-,

Субару: Рейнхард!

Рейнхард: -Тск!

Прямо у них на глазах ледяная поверхность потрескалась, и сразу после этого вылилась струя воды, летящая прямо к ним.

При виде изливающейся воды Рейнхард схватил Эмилию и Субару, когда струя воды приблизилась к ним.

Он одним прыжком отпрыгнул назад - после того, как они оказались вне досягаемости струи воды, Рейнхард прищурился.

Рейнхард: Похоже, он еще жив.

Субару: Верно. Он действительно опасен.

Рейнхард смотрел на фигуру, стоящую на вершине дрейфующего кусочка льда, в то время как Субару смотрел на результат, вызванный струей воды.

Вокруг летели капли воды, стекающие рядом с тем местом, где стояли Субару и остальные.

Каждая часть брызг глубоко врезалась в землю, проникая сквозь землю, словно кусаясь с силой гигантского зверя.

Эта разрушительная сила не уступала силе камней и песка, брошенных Регулусом.

То есть, независимо от того, твердое ли это тело или жидкость, сила атаки Регулуса оставалась постоянной.

Эмилия: … Его тело совсем не замерзло. Так же, как то, что случилось в церкви.

Бормоча это, Эмилия посмотрела на Регулуса, все еще сидящего на вершине этого дрейфующего льда.

Субару поручил ей заморозить тело и конечности, используя магию. В соответствии с инструкциями Субару не проявлять пощады, сосулька пронзила тело и конечности Регулуса. Однако, когда он упал в воду, кончик сосульки не проникли в его тело, и Регулус просто замерз на поверхности, точно так же, как в церкви.

Для Регулуса ни замерзание, ни магия не были эффективными.

Подобно снарядам и ударам, он мог также аннулировать эти типы атак.

Субару: Хотя, когда он отмахнулся от пламени Гнева, я немного подозревал... основа его непобедимости, является отмена любых физических или магических атак

Рейнхард: Есть ли что-то, что я могу попытаться проверить в бою?

Субару: Если мы не приблизимся, никогда не узнаем!

Вихрь появился на замерзшей поверхности воды, на расстоянии от места, где была трещина. Постепенно его импульс увеличился, втягивая дрейфующий лед, который занял Регулус. А потом-

Субару: Водяной дракон!

Выпрыгнув из сердца водоворота, дракон обнажил свои клыки перед Регулусом, который стоял на льду.

Обычно занимавший водные пути, окружающие город, был одним из одомашненных Водных Драконов. Он широко раскрыл челюсти, стремясь нанести удар по спине Регулуса.

Возможно, даже тот Водный Дракон получил довольно мало влияния Гнева, однако у его челюстей не было шанса закрыться.

Субару: ---

Горло у Субару невольно забилось от ужасного зрелища, разворачивающегося перед ним.

Что произошло в этот момент, как это можно описать?

Рот Водяного Дракона дрогнул в тот момент, когда он навалился на Регулуса.

Нижняя челюсть Водяного Дракона была вывихнута.

Сохраняя свой импульс, когда он летел к Регулусу, его челюсть сместилась. Однако, не в силах исправить вывих, он раскололся на две части с большим содроганием.

Через мгновение много крови и внутренних органов, которые когда-то были водяным драконом, всплыли на поверхность; это была его ужасная кончина.

Рейнхард: Эмилия-сама. Если возможно, не могли бы вы сделать мне копье?

Эмилия: … А?

Рейнхард: Копье. Копье льда, пожалуйста. Я прошу тебя

Соединяя точки, Эмилия поспешно сфокусировала свою ману. После нескольких неудачных попыток в конце концов Эмилия создала ледяное копье и передала его Рейнхарду. После проверки его баланса,

Рейнхард: Извините

Схватив ледяное копье, он откинул запястье назад, чтобы нацелить Регулуса, и позволил ему взлететь.

Копье вылетело верно - однако, это не был острый наконечник, который был направлен на Регулуса. Когда он повернулся на бок, его ствол нанес прямой удар. Но дело в том, что когда древко копья упало на Регулуса, оно упало прямо в водный путь, разбившись на две части.

Эмилия: В чем смысл…?

Субару: Понятно… я понял, Рейнхард.

Видя сломанное копье, Эмилия в замешательстве наклонила голову. Рядом с ней Субару понял значение, почему Рейнхард сделал это, вздрогнув от его результатов.

Услышав подтверждение Субару, Рейнхард кивнул и сказал:

Рейнхард: Эмилия-сама, ты видела, что случилось с копьем, когда оно ударило его?

Эмилия: Оно сломалось, верно? Ледяное копье отличается от настоящего, поэтому естественно, что оно сломалось надвое после того, как ударило с такой силой...

Рейнхард: Не совсем, копье не сломалось. Часть копья, которая ударила его, отсутствует. Копье было разбито не на две части, а на три.

Объяснение Рейнхарда послужило ответом на то, что случилось с копьем и с Водяным Драконом.

Ни один объект, после контакта с Регулусом, не смог проникнуть в его тело. При обычном барьере столкновение могло бы привести к тому, что снаряд отскочил или разбился от удара, но этого не произошло.

Тело Регулуса буквально отвергало все, что сталкивалось с ним.

Регулус: - Какие невежественно наивные выражения. Так оно и есть.

Этот спокойный голос звучал так, словно он просто шептал сам себе.

Регулус: Непонимание, непонимание непонимание непонимание. Вы все, действительно, действительно, действительно ничего не понимаете. Это ничего не значит. У вас нет шансов. Вы ничего не добьетесь. Неважно, насколько вы напрягаетесь и боретесь, это бессмысленно. Почему вы не видите этого? Я скажу это вам, покажу вам, заставлю вас увидеть… вы никогда не сможете понять.

Регулус прошептал про себя, спрыгивая со льда. Прыгнув немного вперед, его тело упало в канал; на мгновение его фигура исчезла. Однако, положив руку на край канала, он вытащил себя из воды, забравшись обратно на улицу. Затем он снова посмотрел на тех, кто наблюдал за ним.

Рейнхард: - Его тело совсем не мокрое. Его дыхание остается неизменным. Естественно, обломки льда не нуждаются даже в упоминании, и ни одна капля крови не пролилась на него. Его одежда абсолютно чиста и не загрязнена водой.

Наблюдая за Регулусом, Рейнхард дал быстрый отчет.

Услышав это, Субару кивнул и попытался обдумать все свои опасения, хотя и подавил свой ужас. Казалось, что все, что он намеревался подтвердить боем, было проверено.

Рейнхард: Субару, мой меч.

Субару: Ах, ах, верно…

По просьбе Рейнхарда Субару быстро передал меч, который он держал все время. Пока Рейнхард осторожно проверял рукоять своего любимого меча, Эмилия посмотрела сбоку, робко удивляясь:

Эмилия: Можно ли обнажить меч?

Рейнхард: Нет. Кажется, это неправильно... но нет другого оружия, которое можно было бы использовать, чтобы противостоять ему.

Эмилия: Так как твой меч не может быть извлечен, что ты собираешься делать? Напасть на него прямо в ножнах?

Рейнхард: Не совсем…

Рейнхард с едва заметным напряжением в голосе шагнул вперед.

Он встал перед Субару и Эмилией, прикрыв их от поля зрения Регулуса.

Рейнхард: Субару, пожалуйста, позволь мне выиграть время. Продолжайте обдумывать стратегию против него.

Субару: Чувствуется, что трудностей только прибавилось. Но я буду болеть за тебя.

Эмилия: Я тоже буду болеть!

Рейнхард: Тогда я тоже буду болеть. -Иди!"

Регулус, который продолжал ждать, встретил его только с спокойствием.

Регулус: Я говорю, ты не видел? Если не судьба дракона, то копье.... Твоему воображению так не хватает?

Рейнхард: Только обращая внимание на монету, вы отвлечетесь от того, что важно - как однажды сказал мой мастер.

Регулус: Это так?

Вздох Регулуса, глубокий и незаинтересованный, перекрывался с открывающим ударом Рейнхарда.

Звук мышц и костей, пронизанных чем-то острым, разорвался в воздухе. Субару наблюдал, как Рейнхард схватил ножны, вонзив рукоять меча в Регулуса.

Регулус: О, кажется, у тебя даже нет стратегии.

Звук этих ударов отличался от судьбы водяного дракона и ледяного копья; по крайней мере, любимый меч Рейнхарда не сломается при ударе Регулуса, что бы он ни делал.

Однако Регулус не дал никакой реакции на атаки. Предыдущие атаки Рейнхарда, хотя и не нанесли ущерба, по крайней мере, были достаточны, чтобы отправить его в полет; теперь даже это не получилось

Рейнхард: Не стесняйтесь гордиться. Вы второй, кто заставляет меня использовать Меч Дракона.

Регулус: Я не слышу ничего, кроме принижения, ты действительно так меня игнорируешь? Это не природа меча, это то, что вы имеете в виду? Такой оскорбительный взгляд, такие пренебрежительные слова для такого просвещенного, как я, вполне естественно, что я понимаю!

Рейнхард: Все довольно…!

Столкнувшись с убийственными кончиками пальцев Регулуса, уклончивые движения Рейнхарда приводили в движение все его тело.

Внезапно его ноги перестали двигаться. Нет, они не могли двигаться.

Рейнхард упал на колени.

Его правая икра раскололась, проливая обильное количество крови.

Субару: Тебя ударили? Что произошло!?"

Ни Субару, наблюдающий на расстоянии, ни Рейнхард, не могли понять, что произошло.

Регулус: Свои бесчеловечным зрением и реакцией ты можешь избежать гравия и воды. Но ты слишком наивен, не так ли? Если ты действительно хочешь противостоять мне, помешай мне дышать. Ты не можете, не так ли? Прямо сейчас. Я выдохнул.

Рейнхард: Даже дыхание...

При прямом попадании его атаки будет достаточно, чтобы Рейнхард разлетелся на куски. К этой атаке у Рейнхарда больше не было времени увернуться.

Он поспешно поднял меч на руки, блокируя удар черными ножнами…

Рейнхард: Ууу …!

Регулус: Как ты думаешь, что ты можешь сделать, с этими раздражающими ножнами. Вцепившись в то, чего ты не достоин, почему такие люди, как вы, делают такие вещи? Я вообще не могу понять.

С этим защитным действием тело Рейнхарда полетело, как будто это был игрушечный мяч.

Несмотря на то, что он был защищен от смертельной силы удара, он упал на улицу, пробиваясь сквозь окружающую архитектуру. Когда тело Рейнхарда катилось и катилось, разрушение только продолжалось.

В этот момент тело Рейнхарда, отправленное в полет, превратилось в пулю.

Регулус: Хорошо, а теперь…

Субару: ——!

Увидев Рейнхарда на расстоянии, Регулус, казалось, кое-что вспомнил, обернувшись. Субару был твердо сосредоточен на этом взгляде.

Рядом с ним Эмилия скандировала заклинание, и в одно мгновение небо было покрыто множеством сосулек, которые безжалостно летели к Регулусу.

Однако результаты говорят сами за себя.

Регулус: Женщина, которая не умеет понимать ситуацию, - это просто слово. Тратить время на дисциплинирование их - это такой позор. Однако, поскольку женщины просто невежественные существа, их нужно сначала научить. Вот только как это. Они намного лучше после того, как их приручили.

Врезаясь в его тело и разбиваясь на осколки, сосульки не могли даже сдвинуть его с места, прежде чем упали на землю.

Субару: Эмилия! Попытки бороться сейчас бесполезны! Если мы все еще не понимаем тайну, даже если мы нападаем, это не будет иметь никакого эффекта!

Эмилия: Но…!

Субару: Хорошо, сейчас давайте просто уйдем отсюда!

Сдержав запястье упрямой Эмилии, Субару попытался оттащить ее от Регулуса.

Действия Субару только способствовали дальнейшему возбуждению Регулуса.

Регулус: Ха-ха, ты пытаешься сбежать? Ну, это только естественно. Теперь, когда такая ситуация, когда у тебя нет шансов против меня, хотя ты должен был понять это задолго до того, как по-детски постучал в мою дверь… если хочешь бежать, то беги.

Регулус смотрит, как они убегают, только с улыбкой.

Однако, учитывая этот шанс на побег, им нужно было извлечь из этого выгоду. Неважно, что сейчас у них не было времени даже

Регулус: Но вы должны сначала уйти

Пока он говорил, Регулус подошел к каналу; наклонившись, он поднял половину трупа водяного дракона из воды.

Схватив его за хвост, он начал хлестать его взад и вперед со свирепой улыбкой.

Эмилия: Субару… у меня такое предчувствие.

Субару: Какое совпадение, у меня тоже

Каждое ничем не примечательное действие, которое он предпринял, имело совершенно необычайные результаты, это было ясно, как день.

Поэтому скорость Субару и Эмилии быстро росла.

Не спеша, Регулус приятно рассмеялся и поднял голову, прежде чем начать движение. Он ступил на крышу соседнего здания, затем перепрыгнул через его верхние этажи и приземлился на другое, более высокое сооружение, пока, наконец, не достиг здания высотой с башней с часами.

После этого обе стороны теперь находились на значительном расстоянии друг от друга.

Однако, несмотря на пройденное расстояние, Субару все еще мог разглядеть лицо Регулуса.

- Так ясно была видна эта убийственная ухмылка.

Регулус: Приходите, если хотите попытаться спрятаться, посмотрим, сможете ли вы. Шлюха, которая не заслуживает того, чтобы стать невестой, и ублюдок, который считает эту женщину сокровищем. Я дам вам кровавый дождь!

Регулус поднял половину водяного дракона обеими руками и беспощадно изогнул труп.

Плоть дракона раскололась с неприятным шумом, и медленно капала кровь. Регулус радостно взмахнул кровавыми ошметками со своей высокой платформы.

Пока он вращался над его головой, кровь бесконечно летела от него.

Дальше, дальше, пока они не долетели туда, где бежали Субару и Эмилия.

Эмилия: Субару!

Субару: Беги, беги, беги, беги, беги, беги!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Кровопролитие стало дождем разрушения, еще более разрушив город, эта ковровая бомбардировка направлена ​​прямо на отступающих Субару и Эмилию, которые были вынуждены бежать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 51. Злоба в обмане

Перевод: Funny_R

Редактура: Toster

Рикардо: Почему у тебя такое лицо? Что-то беспокоит тебя?

Незадолго до достижения контрольной башни, Рикардо поговорил с рыцарем, который носил суровое выражение лица.

Остановившись, Юлий удивленно поднял брови.

Юлиус: Как удивительно, Рикардо. Я никогда не ожидал, что ты будешь беспокоиться о ком-то другом.

Рикардо: Не путай эту фразу с чем-то другим. Тут с тобой только я. Даже если ты скажешь что-нибудь, это тоже будет секретом от мисс.

Юлий: … Ты не ошибаешься, ага

Хотя это было редко, Рикардо часто делал правильные наблюдения за людьми.

Если бы не это, он не смог бы взять на себя роль главы Железного Клыка. Глядя только на себя и игнорировать окружение, невозможно было остаться в живых. Раб, наемник, это относится к обеим ролям.

Рикардо: Теперь ты стал брутальным. Несмотря на это, я буду играть ту роль, которую должен, поэтому ты можешь зависеть от меня. Я также возьму консультацию зятя.

Юлиус: Этот зять страшен. У меня нет таких странных чувств к госпоже Анастасии

Рикардо: Что, мисс? Может, дело в Мими. Кроме того, ей пока не удалось убедить мисс.

-

Юлий горько улыбнулся. Этот жест тихой тряски его головы, как всегда, был грациозен, но на этот раз ему не хватало точности при выборе подходящих слов.

Рикардо: Что-то не так о возвращении мэрии. Мисс тоже с этим согласна. Мисс почти ничего не слышала об этом, но я все выясню.

Юлиус: Кажется, ты довольно неумолимый.

Рикардо: Конечно, это опасно для жизни. Не хочу оставлять прикрывать мою спину какой-нибудь темной личности. Ты не собираешься выдумывать какое-то оправдание в качестве опровержения?

Юлиус: … Нет, это действительно так, как ты и говоришь. Это я ошибся. Конечно, я увеличиваю наш риск, не решаясь говорить.

Юлий искренне кивнул преследующему Рикардо и изящно изогнул брови.

Тем не менее, больше Юлиус ничего не говорил. Столкнувшись с таким отношением, Рикардо вышел из собственного оцепенения и издал угрюмый голос.

Рикардо: Почему ты остановился там? Грустно, что ты так потерян. Просто выпусти это изо рта и откровенно все об этом скажи. Юлиус что тебя останавливает?

-

Рикардо: Юлий

Юлиус: Я извиняюсь. Я не могу решить, какие слова будут подходящими, чтобы выразить то, что я хочу сказать. - Причиной для моего беспокойства является, как ты уже догадался, архиепископ Греха, с которым столкнулись в здании городского правительства. Рой Альфард из Чревоугодия, был этим человеком, безошибочно. Безошибочно, но...

Юлий смущенно оборвал свои слова на полпути, когда в его желтых глазах мелькнула неопределенность.

Юлиус: Подобно другим архиепископам греха, возможно, Чревоугодие также обладает необъяснимой способностью. Сила поедания воспоминаний, поедания имен была заметна еще во времена битвы с Белым Китом. Тем не менее…"

Рикардо: Юлий!

Рикардо крикнул в тот момент, когда ему стало не по себе от слов Юлия. И Юлий мгновенно осознал смысл этого.

- Атмосфера дрожала, все звуки исчезли из мира, и свет поднялся в небо.

Может быть только одна ситуация, в которой этот необыкновенный свет пронзит ночное небо. Это должно быть после удара самого сильного человека в этом мире.

Рикардо: Такой необычный ход. Я прав, если предположить, что это Святой Меч, а?

Юлиус: Ах, Рейнхард, не так ли? Кажется, что Субару и другие уже вступили в контакт с Жадностью. Мы также не можем допустить каких-либо задержек. Мы также должны поторопиться.

Когда один архиепископ греха подвергся нападению, другие архиепископы греха не объединились для защиты и возмездия.

Юлиус и Рикардо ускорили шаг, нацеливаясь на приближающуюся башню.

Рикардо: Итак, что же такого странного в этом обжорстве? Ты сказал, что он необыкновенный монстр?!

Рикардо постучал по плечу в надежде услышать историю Юлиуса до конца и прервал его движение вперед.

Юлиус: Нет. Хотя кажется, что он не был полностью серьезен, навык обжорства, похоже, лежит за пределами человеческого понимания. Если мы оба являемся его противниками, то этого может быть достаточно для него, однако, вражеская боязнь - совершенно другое.

-

Само его неизбежное беспокойство было связано с тем фактом, что сам Юлиус не знал о нем почти ничего. И именно необычный эгоизм Юлиуса заставил его не упоминать этот аргумент на предыдущем совещании по стратегии.

Юлиус считал Обжорство непостижимым и жутким противником, но все же считал, что он должен скрестить мечи с ним.

Рикардо не знал причины этого.

Нельзя сказать, что даже Юлий ясно знал.

Они пнули каменный тротуар и прошли по кривой улице до ее выхода. Там лежала одна из четырех контрольных башен, окрашенных по-разному по сравнению с другими зданиями, и перед ней было:

???: О, мы думали, что ты придешь. Мы ожидали, что ты придешь. Это верно, это совершенно верно, это совершенно верно, возможно, это правильно, возможно, это правильно, возможно, это правильно, не так ли, не так ли, вероятно, не так, потому что это верно ~ цу! Ожидание того стоило ~ цу!

Перед входом в диспетчерскую вышку на булыжной площади стоял одинокий мальчик.

Одетые в грязные лохмотья, темно-каштановые волосы долго росли, пока не достигли большой длины. Его сумасшедшие глаза сверкали и сияли от счастья, острые клыки и язык свисали изо рта.

Независимо от того, как вы на него посмотрели, он, казалось, едва обладал какой-либо силой и выглядел просто бродячим ребенком, но из его тела исходила аура ужаса.

Рикардо: Это он, верно?

Не было необходимости спрашивать, было ли это правдой. Не было никаких сомнений, это был он.

В ответ на Рикардо Юлиус только тихо опустил челюсть.

Не было никаких сомнений и ошибок, что там стоял Архиепископ Обжорства

Юлиус: Рой Альфард…

Рой: Да, правильный ответ. Это наше имя. Мы рады, что вы это помните. Довольно счастливы. Очень счастливы. Реально счастливы. Как мы счастливы. Потому что мы счастливы, пьем ~ цу! Обжорство ~ цу! Было бы полезно поесть и выпить. А также…"

Объявив свое имя, Альфард рассмеялся с ужасной жестокостью. Его глаза уставились прямо на Рикардо, стоящего рядом с Юлием.

Он открыл рот и дышал носом, его глаза наполнились экстазом.

Рой: На этот раз кажется, что у нас будет даже щенок. Это делает нас невероятно счастливыми. В конце концов, наш желудок, возможно, был немного обеспокоен, если бы это был Юлиус. Что бы вы ни говорили, это было бы совершенно безвкусно, не так ли?

Юлиус: Кажется, мне стало скучно от твоих оскорбительных слов. Впредь, чтобы уладить это быстро, я попросил моего друга сопровождать меня на этот раз

Рой: О-о, это хорошо, с этого и начнем. Делать это, чтобы повысить самосознание, может быть приятно, и это типично для Юлиуса, бу, оно довольно слабое. Мы - гурманы постоянно все дегустируем и это немного проблематично, но тем не менее, мы заинтригованы, так как Юлиус- один из лучших, который мы видели до сих пор! Опрятный и последовательный. ”

Юлиус: Ну, хорошо… в дополнение к большому приветствию, которое мы получили, я также благодарен за эти слова.

Рой: Ну, с этим ничего не поделаешь ~ цу! Наша честность - это то, что упускается из виду. То, что мы хотим, чтобы вы упустили из виду, это небольшое несоответствие персонажей.

Размахивая руками, Альфард не сгибал позу до конца. Юлиус вызывающе сохранял спокойствие, но Рикардо не мог скрыть своего чувства неприятности. Он щелкнул языком и хрустнул костями шеи.

Рикардо: О, скажи, что ты хочешь сказать, мальчик. Было бы ошибкой не замечать тебя. То, что ты получишь за свои грехи, не будет очень красивым. Я путешествовал все это время чтобы сломать твою задницу

Рой: Ох, страшно. Не смотри на нас с этим страшным лицом. Мы приносим свои извинения, если вас обидели, что мы назвали вас щенком, Рикардо Велкин. Но, тем не менее, мы все еще желали тебя немного, понимаешь? Не пугай нас своим грубым громким голосом!

Назвав Рикардо по имени, он закричал, а Юлиус нахмурился. Увидев его глаза, Юлий покачал головой. Странно. Замечания Альфарда были всего лишь обманом сумасшедшего, но они приносили огромное чувство дискомфорта. Например - когда он узнал имя Рикардо?

Рикардо: Черт, жуткий паренёк …… Где и когда ты узнал наши имена?

Рой: Было бы не очень разумно пытаться исследовать. Просто очевидно, что мы будем знать ваше имя. Разве это не правда, Юлиус-ку ~ н?

Юлиус: Независимо от того, насколько вы правы, я не согласиться. Я совершенно не знаю вас.

Рой: Послушай, опять скучный вывод. Хотя нас это очень волнует, это непросто, непросто, неприятно ~ цу! Сокрытие этого в груди, откладывая размышления о себе для дальнейшего ~ цу! Он довольно добродетелен как рыцарь, но довольно скучен как человек.

Вытащив свой рыцарский меч, губы Юлия тихо что-то шептали.

И сразу после этого шесть чрезвычайно ярких огней окружили Юлия.

Это были шесть квази-духов, которые всегда сопровождали Юлиуса

Именно это сочетание мастерства владения мечом и духовного искусства сделало Юлия Безупречным Рыцарем.

Рой: Ни аромата чувства неполноценности, ни богатой текстуры переживания разочарования, ни сладости сильного желания, ни редкого вкуса чувства удовлетворения после того, как вы состарились, у вас их нет ~ цу!

Юлий: —Рикардо. Давай работать вместе."

Рикардо: Да, оставь это мне.

Встряхнув руками, Альфард обнажил кинжалы на запястьях. Владение двумя кинжалами было боевым стилем Обжорства, но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить магию Юлиуса или предотвратить удары Рикардо.

Несмотря на это, в глазах Рикардо Альфард не казался противником, способным оказать достойное сопротивление.

Юлиус: Духовный Рыцарь, Юлиус Юклиус.

Согласно его манерам, Юлий дал свое имя перед боем.

Однако у Рикардо, который стоял рядом с ним, не было таких обязательств, которым нужно следовать. Они устремили свои глаза, ожидая, пока обжорство подтвердит его личность.

Увидев линию обзора Рикардо, Альфард крикнул.

Рой: Как мило, довольно мило, возможно, это хорошо, не правда ли, возможно, это хорошо, возможно, это хорошо, возможно, это хорошо, потому что это, вероятно, приятно ~ цу! Прожорливое питье ~ цу! Обжорство ~ цу! Изысканный, странная еда, насыщение, переедание ~ цу! Пряность, мягкость, вкусность, деликатес ~ цу! Мы все съедим ~ цу! Даже жизнь без вкуса - это еще и новый для нас вкус ~ цу! ”

Юлиус: Эль Клозель

Вибрация шести цветов рисует круг перед глазами Юлиуса, и из кончика его меча исходит чрезвычайно яркий свет, направленный на то, чтобы пронзить сердце Альфарда.

Множество родственных связей смешались, эта разрушительная сила превращается в радужный удар, который может поглотить все.

Рикардо шагнул вперед с импульсом, сокрушившим булыжник, прямо за ослепительным светом. Как будто в попытке заставить Рикардо оттолкнуть Альфарда, прямо в чрезвычайно яркий свет. На фоне тяжелых ударов и чрезвычайно яркого радужного света Альфард раскрывает свои клыки.

Рой: Действительно, сестра так великолепна, как я и предполагал. Мы будем очарованы, черт возьми.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Под луной, сквозь ветер рассекались серебряные вспышки, когда из симфонии меча вылетали искры.

Первым музыкантом был Демон Меча, который размахивал парой клинков с четкими нотами.

Его партнер приветствовал его; мечница, чьи движения напоминали путь нежного ручья.

Вспышки металла танцевали в воздухе; стальное столкновение должно было звучать жестоко, и все же эта симфония почему-то была задумчиво меланхоличной. Звон острых, точных столкновений напоминал нежные ласки пары влюбленных.

Причина этого была проста; эти два мечника дополняли друг друга на уровне, превосходящем совершенство.

Вильгельм: Хаааа!

Демон меча задержал дыхание, выпустив поток ударов.

Эти точные дуги были практически формой искусства, их чистые движения - идеальный стандарт для всех начинающих мечников.

Его явное мастерство было настолько ошеломляющим, что любой, кто достоин называть себя рыцарем, был бы настолько пленен, что их битва гарантированно была бы проиграна.

Терезия: ——

Один легкий удар был бы более чем смертельным в этом дожде бесконечной смерти.

Однако встреча с этим несравненным ураганом была длинным мечом, владелец которого был действительно необычным.

Более того, этот длинный меч имел странное качество.

Длина клинка, такая же высокая, как у его владельца, была слишком громоздкой, чтобы сделать правильное оружие; и все же стройная мечница легко взмахнула огромным клинком, как будто он был невесомым.

Хотя владелица длинного меча была с головы до ног в черном плаще, мешающем ее зрению, кончик ее меча струился, словно танцуя в воде.

Будь то с точки зрения скорости или точности, двойные лезвия значительно опередили длинный меч. Тем не менее, каждая из пронзительных атак Демон Меча была, без сомнения, поглощена и отражена.

Между искрами и острыми лязгами, с почти жалким шипением в сторону Демона-Меча, мечница отскочила назад. Удар, слишком медленный, чтобы отреагировать на неожиданное движение, когда он уже собирался протолкнуться вперед, отблеск лезвия пронзил его лоб.

Вильгельм: - хк

Это был специальный смертельный удар, который вспыхнул быстрее, чем мгновение ока. Если бы не его обширный опыт дуэли с ней, он не смог бы увидеть эту атаку и клинок прошел бы через мозг и убил бы его.

Кожа между его бровями обгорела. В одно мгновение Демон меча отбросил свои опасения и начал преследовать женщину, застывшую в жгучей позе.

Вильгельм: Хуу, куу

Терезия: ——

Еще до того, как он сосредоточился, чтобы действовать, женщина вогнула пальцы ног в его плоть.

Ее тонкие ноги пронзили его хорошо тренированные мышцы живота и трясли его органы; серебряная вспышка нарисовала дугу, нависшую над его головой.

Сверкающий меч летел прямо, как истина, как будто намереваясь срубить луну.

Достигнув вершины своего полета, меч начал скользить обратно на землю и прорезать прямо сквозь атмосферу, чтобы разрезать пополам Демона меча

Сила этого нападения была несопоставима с любыми предыдущими; и смертоносность самого клинка, и умение его владельца были более чем способны рассечь любое человеческое тело.

В кратчайшие вспышки приближалась эта верная смерть.

Вильгельм: Хватит смотреть на меня свысока!

Все еще согнувшись, он сразу же поднял обе руки вверх, пошатываясь.

Лезвия Демона меча перекрыли друг друга, когда они поймали оружие, надвигающееся на него. Не в силах отразить это полностью, его руки начали падать; неглубоко клинок пронзил его лоб.

Пролилась кровь, делая его поле зрения красным. Однако он не упал на колени, не сломал свои собственные мечи.

Вильгельм: Куууу

Руки, удерживающие меч, напряглись и взмахнули вверх, снова оттолкнув упавший меч.

Отбросив в сторону тяжелый клинок, остаточные толчки сотрясли форму мечницы перед ним; Воспользовавшись моментом, он пнул ее вперед.

Сочетание силы от падающего клинка и удара отправило женщину в полет. Стареющий Демон Меча упал.

Но вдруг...

Против мечницы, которая взлетела в воздух, Демон меча опустил плечо и начал атаку.

Догнав ее, атака началась одновременно сверху и снизу. Как одно, два клинка нарисовали дугу, разрывая ее стройную фигуру.

В воздухе, повернувшись к нему спиной, она не могла контратаковать.

Терезия: ——

Капюшон, который закрывал голову мечницы, не в силах противостоять рывку гравитации, слетел с ее головы..

У нее были длинные волосы цвета красивого бушующего пламени.

Терезия: ——

Атака мечника несла в себе недостаток, который был заметен гораздо короче, чем одно мгновение.

Эта ошибка была невероятно тонким, легким отклонением от совершенства. Тем не менее, никто другой не сможет парировать эту атаку.

Однако, учитывая нынешнего противника Демона меча, эта ошибка была фатальной. К существованию, которое когда-то завоевало благосклонность бога мечей, этот мутный клинок не мог достичь вообще.

Терезия: ——

На сцене перед ним горло Демона меча замерзло от содрогания.

Его удар был прерван на полпути.

Это не было ничего особенного. Женщина просто вытащила меч в воздухе и втиснула его между мечами сверху и снизу. Так же просто, как скользящая скоба между парой клыков.

Лезвие и удар ее длинного меча полностью поймали продвижение двух мечей. У Демона Меча началась дрожь была от того, что звук удара прозвенел только один раз.

Поймав два клинка только одним ударом, это означало, что она рассчитала время их столкновения с собственным оружием до миллисекунды.

Вильгельм: - Куу

В этот момент нога женщины, которая все еще была зажата между мечами, разлетелась по широкой дуге, отбросив руки Демона Меча, который все еще лежал там, где его атака остановилась.

Удар выбил его оружие из рук, и в этот момент он оказался совершенно беззащитным.

Затем со вспышкой стали длинный меч сделал крест.

Сочетание скорости, с которой лезвие приближалось, и дальности.

Даже с небольшим временем и расстоянием, мечник с пустыми руками не мог блокировать эту атаку.

Длинный меч пронзил его тонкую кожу и продолжил врезаться в его органы и перерезать позвоночник, продвигаясь через левую сторону одним движением и разделяя его тело пополам - кашляя кровью и внутренними органами, тело, уже закованное в старость, разрывалось от удара. Это была неизбежная судьба, которая его ожидала.

Это был конец, от которого нельзя было уклониться.

После окончания своей жизни, потеряв все, он не мог даже цепляться за шанс на искупление.

- Такое заключение было просто невозможно принять.

Вильгельм: РАААААААААААААААААААААААХ!

Он восстал против кровавого конца, который промелькнул у него в голове.

Горло призрачного меча сгорело от последней сцены иллюзии, из которой вырвались жизненные силы его сумеречных лет. Выходя за пределы концентрации, так что даже ход времени остановился, только он и его противник существовали в этот момент, звуки и цвета мира исчезали.

Надвигающийся клинок проследил неожиданную орбиту, чтобы вонзиться в его тело.

Медленно чувствуя прикосновение лезвия, пронизывающего его хрупкую кожу, а также жар и боль от кровотечения, ощущая, как будто естественная сила тяжести возросла в десять раз, он вложил всю свою силу в свои две ноги.

Он перенаправил силу размахивания руками вправо в реактивное движение.

Поворот его тела с кратчайшего расстояния и наилучшим углом, поворот в сторону, как будто он приближается к лезвию, которое касалось его тела, форма уклонения, которая позволяла ему катиться вдоль лезвия, которое скользило по его стороне.

Терезия: ——

Будучи сорванным в ее атаке, последующая атака мечницы была задержана на короткое время.

В это время Демон Меча отступил на несколько шагов, вырвав свои двойные мечи из воздуха. Вздохнув, он положил ладонь на бок, проверив глубину раны.

Это была конечно не мелкая царапина.

В конце концов, он повернулся, когда лезвие вторглось в его тело. Вращаясь, он наносил рану на собственное тело.

К счастью, он не позволил лезвию вонзиться в его органы, но количество крови, стекающей с раны в нескольких сантиметрах от его внутренних органов, было далеко не маленьким.

Для обычных людей это было серьезной травмой. Хотя это было естественно

Вильгельм: … С самого начала я не чувствовал, что смогу долго оставаться в этой битве.

Демон меча- Вильгельм стянул с себя рубашку и остановил кровотечение из своей талии. Пока он лечил свою рану женщина не преследовала его.

Она просто тихо смотрела, ее взгляд лишен эмоций.

В своем собственном ожидании каких-либо колебаний или едва заметных изменений в этих глазах Вильгельм горько улыбнулся. Нажав на открытую рану, он очнулся от боли.

Вильгельм: Такая слабость бесполезна. Хватит мечтать, это священное воссоединение, однажды ты сможешь потворствовать так много, как ты захочешь, на небесах.

Терезия: ——

Вильгельм: Я не думаю, что у меня галлюцинации. И я не ожидаю чудес. Моя жена была женщиной, которая не хотела идти по пути меча, но она никогда не перекладывала ответственность на других.

Бесчувственный труп, возрожденная конструкция.

Малиновые волосы шелковистые и гладкие, снежная и прозрачная кожа, глаза, украшенные драгоценными камнями; закрывая свои глаза, он вспомнил это милое лицо.

Все это было до него, и все это не должно было быть теперь.

Вильгельм: Терезия, как ты прекрасна. - Поэтому ты не можешь оставаться здесь.

Вильгельм крепче сжал мечи, снова встав в стойку.

В этот момент, стоя здесь, не было мужа Терезии ван Астрея. Тот, кто молился, чтобы стоять здесь, был не Вильгельм ван Астрея.

В этот момент здесь стоял Демон меча Вильгельм.

Вильгельм успокоил свой дух, его взгляд стал ясным и чистым.

Даже если бы его кровь кипела, он не позволил бы своему гневу прийти к критической точке.

Но прямо сейчас, в этот момент, в это время все остальное было излишним.

Не позволяйте теплу запятнать лезвие, не допускайте, чтобы ваша кровь кипела, вы должны научиться любить холодность стали.

А как сейчас? Жарко?

Вильгельм: Нет, это холодно. Как лезвие ножа.

Под луной Демон меча пронзил своего противника стальным взглядом.

Талантливая фехтовальщица, которая была его противником, также махнула кончиком длинного меча снова, без каких-либо изъянов.

В одно мгновение их мечи снова вспыхнули навстречу друг другу.

Ожидание конца и надежда на то, что оно никогда не кончится.

Как будто обмениваешься бесконечным диалогом без единого слова. Звук игры на мечах звучал непрерывно, эхом.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Гарфиэль: Черт побери! Никакого ответа, глупая шутка!

Стук с земли, стук с стены, удар с крыши и взлетание.

Летевший по диагонали в воздухе, его короткие светлые волосы развевались, пока они купались на ветру, обнажая зубы, изображение отчаяния.

Снова и снова, скрежетал клыками, боролся с жжением в теле и груди.

Гарфиэль: Ублюдок! Что случилось?

Его одежда развевалась, он бросился бежать, как только снова коснулся земли.

Это был подвиг, которого могли достичь только те, кто обладает исключительной силой и выносливостью, далеко за пределами человеческого уровня. Однако тот, кто летал над городом только своим телом, не выражал гордости за свои способности.

Вместо этого он продолжал реветь в ручном зеркале.

Единственным спринтером был Гарфиэль, который выл в магическое устройство в руке - метия

Метия, которое должна была быть в состоянии связать его с другими, кто им обладал, молчало. Никто не ответил на звонок Гарфиэля, хотя, очевидно, было две группы людей, способных ответить.

Гарфиэль: Парни из мэрии, или гневные ребята! Черт, почему вы молчите?

Предполагалось, что метия были назначены так, чтобы каждый мог оставаться на связи во время сражений.

На самом деле, они прекрасно работали сразу после того, как он покинул здание муниципалитета. Но теперь, когда контакт был необходим, метия замолчала.

- Об этом нужно было сообщить немедленно.

Гарфиэль: Должен сказать им, что они должны эвакуировать жителей города прямо сейчас, черт возьми!

Как он сказал это, он прыгнул вверх, пропуская улицу перед ним.

Хотя его грубая посадка разрушила крышу, на которую он приземлился, Гарфиэль не обращал на это внимания. По сравнению с разрушением города обеспечение безопасности его спутников было гораздо важнее.

Целью его быстрого путешествия была ратуша.

Гарфиэль спешил обратно в то место, которое он оставил только десять минут назад. Оставив позади своего товарища по оружию Вильгельма, он отчаянно звал по метии.

Не было другой причины.

Опасность быстро приближалась к мэрии, которая служила их базой.

- Вильгельм и Гарфиэль прибыли к контрольной башне, занятой Похотью, примерно в то же время, когда Рейнхардт начал сражаться с Жадностью.

Увидев далекое сияние, они вошли в диспетчерскую вышку.

Ни один из культистов-колдунов, ни неприятные люди, которых они ожидали, не могли помешать им. Как и ожидалось, приспешники культа ведьм в городе, казалось, состояли только из незначительных противников.

До этого все было гладко, и не было никаких других комнат, достойных внимания, кроме диспетчерского пункта водяных ворот.

Итак, пара, естественно, направилась на верхний этаж, чтобы подготовиться к решающей битве с Похотью. В воображении, доля силы в лагере Похоти самая опасная. В дополнение к Похоти было два выдающихся бойца, что означало, что им придется столкнуться с тремя врагами - естественно, они оба были охвачены напряжением.

Вильгельм: Если возможно, я буду признателен за то, что мечницу оставят мне.

Гарфиэль: Ты тоже сказал мне это. Кажется, между вами что-то есть. Но крутой я также имеет дела с этой женщиной. Не могу позволить тебе так легко ее убить.

Вильгельм: Это моя жена. Эти ублюдки издевались над смертью моей жены, растоптали ее душу и заставили ее направить меч на то, что она поклялась защищать.

Гарфиэль: ——

Вильгельм: Неважно, это недопустимо.

По дороге Вильгельм раскрыл причину желания сражаться.

Это была причина, по которой Гарфиэль не мог не держать язык за зубами. И его неспособность сформировать ответ в тот момент, возможно, была тем, что решило наиболее подходящего противника мечницы.

Гарфиэль: ——

Хотя он ничего не сказал, Гарфиэль уступил противника Вильгельму. Вильгельм также выразил свое понимание этого, молча склонив голову, чтобы выразить свою благодарность.

Поэтому, когда он вошел в диспетчерскую вышку, Гарфиэль почувствовал, как его волосы встали дыбом.

Если Вильгельм собирается сразиться с мечницей, ему придется самому разобраться с оставшимися двумя. Мечница осталась без упоминания, и сопровождающий ее великан оказался не менее могущественным, чем она.

Хотя Похоти, похоже, не хватало боевой эффективности, Субару неоднократно подчеркивал, что в культе ведьм было страшно его прямое боевое мастерство.

Безмолвное напряжение и всепроникающий боевой дух.

Когда его обоняние почувствовало сильный запах крови, Гарфиэль надел серебряные щиты, которые были привязаны к ногам, и ворвался в комнату.

Там он увидел это.

Какого черта я просто послушно буду ждать здесь? Дурак.

Слова нацарапаны кровью, занимая всю стену комнаты.

Бегство от битвы, как будто это само собой разумеющееся, тип личности, который может прямо сказать, что не было необходимости ждать.

Вильгельм: Небрежно. Этот ублюдок - как раз тот тип, который использует этот трюк.

Вильгельм понизил голос и снял с рукава метию (разговорное зеркало) Причина попытки немедленно связаться с мэрией заключалась в том, что Вильгельм сначала подумал об этом.

Вильгельм: Если наши войска будут отправлены в рейды, боевая мощь нашей базы, естественно, уменьшится. Этим ребятам не будет стыдно использовать эту возможность.

Перед бледным лицом Гарфиэля Вильгельм поморщился перед зеркалом.

В то же время на крыше диспетчерской вышки возникла глубокая, гнетущая враждебность.

Чувство, что его спина поглаживается лезвием, было тем, что сообщило Гарфиэлю о существовании врага.

Вильгельм также чувствовал враждебное присутствие.

Вильгельм: Господин Гарфиэль, я поручаю вам мэрию.

Гарфиэль: Если это произойдет, крутой я может дойти быстрее.

Вильгельм: Пожалуйста, продолжайте пытаться установить контакт. - Мой господин, я доверяю ее вам.

Гарфиэль: Идет.

Гарфиэль поймал брошенную метею и выскочил из диспетчерской вышки.

Таким образом, он перелетел через город, пересек водный путь и продолжил в метии, которое не предлагало ответа. —Битва Вильгельма, вероятно, началась.

Гарфиэль: Черт возьми! Все это, ни за что!

Если Похоть предпримет внезапную атаку на мэрию, там будет очень мало сил, способных ее противостоять

Анастасия и Феррис не имели боевой мощи, и Круш упала в обморок от травм. Хотя несколько членов Железного Клыка стояли на страже, их боевой мощи было недостаточно для сравнения с Мими.

В тот момент, когда он подумал о Мими, у Гарфиэля заболела грудь.

Девушка, которая даже сейчас зависла в бездне смерти, которую он защитил.

Поддерживать ее жизнь, спасать ее, очевидно, должно было быть его обязанностью.

Мими, Субару, его сестре и Рам или кому-то еще, он не мог поднять голову, чтобы встретиться с ними лицом к лицу.

Гарфиэль: Я снова поражаюсь!

Ничего не можете сделать?

Не отвечающая метия отражало такое бесперспективное лицо. В тот момент, когда он проклял себя,

Гарфиэль: ——!?

Пока он прыгал по крышам, он слишком медленно реагировал на летящую со стороны тень.

Эта форма, гораздо более массивная, чем его собственная, встретила его горизонтальным ударом.

Причина, по которой он не мог даже издать крик боли, заключалась в том, что его горло было зацеплено локтем. Кровь и кислород, не способны циркулировать по его мозгу, поддерживать его сознание становились все труднее.

Тело, которое косо встретило его с воздуха и врезалось в соседнее здание. Разбив стену всем своим телом, Гарфиэль выбросил облако пыли.

Сильная боль и сломанные кости вызвали стон Гарфиэля. Используя упругость своего тела, Гарфиэль ударил землю так сильно, как мог, снова выпрямившись.

Он оказался в строении без освещения. Смог, заполнивший комнату, превратился в белый дым под лунным светом, и перед своей собственной кровоточащей фигурой он мог обнаружить другое присутствие.

Это был, несомненно, виновник, который подстрелил его и высадил их здесь.

Гарфиэль: Ты, ублюдок, ты действительно знаешь, как…

В тот момент, когда он занял боевую стойку, кулак ударил его в живот.

Вся область живота Гарфиэля приняла на себя огромные кулаки противника, и его тело взлетело вверх. Затем он был разбит кулаком, летящим сверху, и под ним уже сломался дряхлый пол, и он упал на другой уровень.

Гарфиэль: Куу, что… гуу!?

Подошва ноги врезалась в его падающее тело.

Ущерб, причиненный как импульсом, так и массой, заставил его плевать кровью, и его тело, снова растоптанное, яростно рухнуло прямо на вход в здание.

От этого поразительного удара Гарфиэль продолжал кашлять, и он поднялся на ноги. В то же время он сам применял простую целительную магию, сращивая сломанные кости, когда поднимал голову.

Несмотря на то, что с ног до головы нападавший покрыт черными одеждами, даже это не могло скрыть толщину его рук и ног. Вместо того, чтобы сказать, что он был мускулистым, было бы без преувеличения сказать, что он носил доспехи из мускулов.

Для Гарфиэля это будет третий раз, когда он столкнется с этим врагом.

Это имя уже было известно.

Гарфиэль: Восьмирукий Курган…

Он был одним из героев Империи Воллахия.

Хотя он, как говорили, погиб в битве во время Битвы за оборону Имперского города несколько десятилетий назад, для него, чтобы быть здесь прямо сейчас, мог ли он перенести такое же унижение, как и жена Вильгельма?

Курган: ——

Когда Гарфиэль произнес это имя, великан Курган вытянул руки.

В этот момент застежка его мантии ослабла, обнажив фигуру.

Как и ожидалось, его сильное тело было покрыто толстой мышечной броней.

Мощное телосложение, которое могло бы соперничать с гигантами, и лицо, которое можно было бы назвать демоническим, наполнено властным выражением бога войны.

И что сделало этого бога войны богом войны, так это восемь рук, которые позволили использовать эти странные боевые приемы.

Помимо двух рук, которые обычно росли из плеч, из того же места выросли еще две руки.

Это было в соответствии с именем Кургана. Кто-то, способный испортить волю своего врага, чтобы сражаться только с его естественным телом.

Курган: ——

Стоя перед Гарфиэлем, который глубоко вздохнул, Курган молчал, выхватывая оружие.

На его толстых ногах, по совпадению уст1ановленных в том же стиле, что и щит Гарфиэля, была пара толстых, длинных, искаженных клинков - Призрачный Колун.

Этот бог войны вытащил два других клинка из его спины, всего четыре. Хотя оставшиеся четыре руки все еще не вооружены, Гарфиэль, тем не менее, скорее всего проиграет.

Гарфиэль: ——

Его тело дрожало.

Гарфиэль уставился на героя, легендарную фигуру, великого человека, который оставил след в истории.

Не знать имя Восьмирукого Кургана было для него невозможно.

Гарфиэль действительно интересовался его бесчисленными легендами, идущими со всех сторон.

И сегодня он стоял перед своими глазами как враг.

Гарфиэль: … ха-ха-ха

Дыхание Гарфиэля ускорилось, когда он приблизился к его ногам.

Там были установлены так же, как Курганские Призрачные Колуны, были серебряные щиты.

Положив свои щиты на них, как будто чтобы прикрыть кулаки, он надел их.

Его снаряжение готово, и его раны зажили достаточно, чтобы не мешать.

Тем не менее, его разум все еще был измотан.

Гарфиэль: Нет времени говорить что-то глупое!

Сжимая клыки, Гарфиэль ударил себя по лицу.

Покачав головой, он снова перевел взгляд вперед. Приняв свою позицию снова, он обнажил свои клыки перед богом войны.

Гарфиэль: Ты стоишь там, черт возьми, я изумляюсь! Будь то капитан! Или другие парни тоже! Они все борются! Все борются, так почему ты там стоишь ублюдок?!

Курган: ——

Против кричащего Гарфиэля Курган оставался бесстрастным.

Безмолвный бог войны, с которым сталкивался Гарфиэль, лишь тихо наблюдал за ним. С надутыми губами он бросился вперед на один шаг.

Сквозь подошвы своих ботинок он впитывал силу земли, позволяя его Божественной защите духов Земли перенаправить всю эту энергию в удар.

Его кулак был действительно наполнен силой разрушить каменное здание.

Его серебряный щит усилил удар кулака, достаточно сильный, чтобы сломать даже героя.

Его рука летела прямо и прямо в талию Кургана…

Гарфиэль: - Как это?

Курган: ——

Используя всю силу своего тела, атака Гарфиэля была заблокирована Призрачным Колуном.

Он выдержал силу удара Гарфиэля. Он не уклонился и не вздрогнул.

Гарфиэль: - Куу

Курган ударил Гарфиэля с плеча. Его тело было схвачено рукой, которая высовывалась из стороны, и, не в силах убежать, он мог только биться в дикой форме.

Его скулы были сломаны в одно мгновение, и его дно было сломано. Поле зрения его правого глаза было ярко-красным. Бритвенный клык раскололся и сдулся. Его тело все еще было поймано, его бросили на землю, ударили ногой и катили, катили, катили, катили в ближайший водный путь.

Гарфиэль: -аа

Все прошло мгновенно, и он уставился на луну, которая парила так высоко над ним.

Эта луна, казалось, смеялась над ним. После этого тело Гарфиэля погрузилось в водный путь.

- Поверхность воды медленно окрашивалась в малиновый цвет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 52. Звезды и архиепископы греха

Перевод:Funny_R

Редактура:Funny_R

Крушение наступало.

Этот поток свежей крови, каждая капля и каждая капля, словно злая рука, схватившая за доблестное разрушение, растоптал город.

Везде, где капли касались других каплей, более чем ударяя листом бумаги о край лезвия, он невольно терял свою сплоченность. Разрушительное распространение разрушило здания, а последствия, в свою очередь, распространились вокруг него еще больше.

Субару: Аааааааааа !!

Эмилия: Тск!

Полностью осознавая, что он был неразумным, но все же выжимал дыхание из легких, Субару продолжал прыгать сквозь спринт. Рядом с ним бегала Эмилия, ее блестящие серебряные волосы развевались в воздухе, а рот плотно закрыт, как и в середине шага.

Однако живописные водные городские специальные каналы протянулись от них во всех направлениях.

Проще говоря, найти прямой путь к правильному побегу оказалось трудно. Перед лихой парой раскинулись водные пути, в то время как разрушение сзади угрожало поглотить их обоих.

Субару: Берегись!

Эмилия: Мы плывем близко к ветру, но… Субару, хватай!

Когда их путь побега заставил Субару поднять голос, Эмилия тут же задумалась о другом.Он без колебаний схватился за ее вытянутую руку, и в этот же момент холодок охватил окружающий воздух.

Это был эффект как волшебства заимствованной силы духов, так и силы самой Эмилии, действующих вместе.

Эмилия: Пожалуйста, все!

Как только Эмилия приказала им, из каждой светящейся точки синий свет падал вниз.

В следующее мгновение земля внизу была мгновенно пропитана белым, и в мгновение ока распространился целый мир мороза.

Субару: Ой !? Эмилия-Тан удивительна! Такая умная!"

Эмилия: Управлять сложно, поэтому не отпускай мою руку!

Субару поднял голову, его правая рука все еще была связана с ладонью Эмилии. В приподнятом левом кулаке полуэльфийка, была плотно зажата сосулька, направленная вперед, которая пролетела вперед несколько мгновений назад.

Замораживая землю и выбрасывая из нее сосульку, ее заимствование движущей силы из ее магии, ускорило их бегство. Еще более удивительным было течение льда, сформированного духами в воздухе.

На краю водного пути перед ними образовался нечто вроде лыжного трамплина, и пара Субару и Эмилия, скользя со своим нарастающим импульсом, проплыли по каналу.

Субару: Э-э-я-ха-ха!

На другой стороне водного пути был создан другой слой льда. Пока она касалась его и каталась на коньках, Субару честно оценил мастерство Эмилии.

Субару: Здорово , Эмилия-Тан! Я снова влюбился в тебя!

Эмилия: Но я не знаю, как нам остановиться! Что нам делать?"

Субару: Эээ

Эмилия уже выпустила сосульку, но оставшегося импульса было еще достаточно, чтобы нанести неминуемо большой урон, когда они натолкнулись на препятствие. Используя только ее ледяную магию, удобно сделать что-то вроде подушки на двоих, чтобы поглотить тяжелый удар, было невозможно.

Тем временем пара приближалась все ближе к стене. Моменты до удара, чувствуя, как рука Эмилии крепко сжимает его, Субару сделал резкое суждение.

Субару: Эмилия-Тан! Сделай кривую!

Эмилия: "Кри...кривую?"

Субару: Мягко изгибающуюся стену! По кругу!

Услышав отчаянный зов Субару, Эмилия со своей магией кротко подчинилась.

Прямо перед их скользящими формами образовалась нежная кривая, и, следуя вдоль нее, широко разворачиваясь, эти двое избежали удара.

Субару: Просто так, не дай кривым обрезаться! Воронка ー! Воронка ー!

Эмилия: Tочно ー! Воронка ー!

Именно так, поворачиваясь так широко, чтобы не отрезать стену, образовалось больше изгибов льда.

При взгляде сверху образовалась ледяная стена в форме спирали от комаров, и два тела, достигшие средней точки, едва потеряли достаточную скорость, чтобы безопасно остановиться.

Субару: Ху, потратив кучу магии Эмилии-тан, мы как-то это сделали.

Эмилия: Более важно, атака из ранее.

Когда остановившийся Субару вздохнул, Эмилия взмахнула ледяным покровом рукой и разбила его. Наблюдая за тем, как колотый лед возвращается к частицам маны и поворачивается, чтобы увидеть следы разрушений, от которых они убежали, дрожь пробежала по позвоночнику Субару.

В центре вокруг башни, на которой возникла атака Регулуса, обстановка города изменилась.

Особенно вблизи центра, где сильно ощущались удары крови, разрушения были серьезными. Далее наружу по периметру разрушения образовались отклонения в его следах. Но даже тогда немногие здания все еще сохраняли свою первоначальную форму. Другими словами, это была атака с аномально высокой областью воздействия.

На месте Субару атака пересекла водный путь и достигла его. То, что он едва не достиг Субару, было результатом случайности и отчаянного спасения - нет.

Субару: Рейнхард.........

На здании Регулус стоял до этого момента, теперь никого не было.

Вместо этого в его окрестностях поднимался густой дым, и раздавался звук огромного разрушения.

***

Регулус послал Водяного Дракона к его смерти, разорвав его на части, ухмыляясь, пока он брызгал кровью.

В этот момент он уже видел две маленькие фигуры, отчаянно пытающихся сбежать по переулку.

Как ничтожно, как очень позорно, как по-настоящему банально.

Смеясь насмешливо, когда его разбросанная кровь растоптала город, он с нетерпением ждал момента, когда разрушение настигнет бегущий дуэт.

Для них смерть в граде крови была подходящей, подумал Регулус

Регулус: Вы, отвратительные злодеи, которые растоптали мое сердце!

Рейнхард: Мои извинения, но я не могу позволить вам сделать это.

Сразу после того, как эти слова объявили о своей ярости и победе, он был поражен голосом, звучащим близко к его уху.

Когда он обернулся, появилась рыжеволосая голова с видом пламени, раздуваемого ветром.

Регулус: Как глупо вы выглядите! Помешать чьей-то любви с таким рвением!

Рейнхард: Если бы ваш метод был верным и уважал права, если однажды вас отвергли, вы могли бы пообещать отойти аккуратно, тогда я бы даже не побоялся поболеть за вас.

Разъяренным голосом Регулуса Рейнхард ответил смехом и поддразниванием.

Несмотря на то, что эта покорная поза была действительно ненавистной, то, что теперь охватило чувства Регулуса, было необъяснимым подозрением. Затем, прыгнув в единственном порыве, появилась нога Рейнхарда.

Конечно, та правая нога на голени получила серьезную травму.

Хотя и не полностью оторванный, сказать, что его держали на лодыжке с простой полоской кожи, не было бы преувеличением. Далекий от боеспособности, он не мог идти дальше. То, что оно покинуло это состояние, означало:

Регулус: Это так глупо, это не просто фехтование, а целительная магия тоже ваша специальность? Со всеми этими вашими талантами, которые лучше других, насколько сильно вы растоптали их сердца на пути сюда? Разбивать сердца других, даже не пытаясь испачкаться, разве это хорошо?

Регулус: Среди ваших заблуждений 一 В одном отношении я обязательно исправлю вас.

Рейнхард изогнулся, ветер закричал, окутывая его тело.

Его выпущенный вращающийся удар полетел в воздух, приземлившись прямо на тело водяного дракона, которым владел Регулус. Тот труп, который уже превратился в простую мясную массу, теперь разбит ,

Регулус: Что!?

Рейнхард: Я не могу использовать любую магию, не говоря уже о целительной магии.Просто духи в воздухе пришли мне на помощь, поспешно исцеляя раны на ноге .

Когда сила его ноги разрушила тело, он выдернул лодыжку из рук Регулуса. Благодаря этой очень умелой работе, останки водяного дракона не подверглись чрезмерному жестокому обращению, а затем были аккуратно брошены на крышу частично разрушенного здания.

Затем,

Рейнхард: Отлично. Далее в контрольном списке начнется Тактика J.

Регулус: Кьяяя!

В тот же момент, когда он завидовал лицемерному поступку Рейнхарда, удар его меча сбил его с ног на голову. Ударившись, тело Регулуса скатилось по склону крыши.

Наклонившись над землей и направившись прямо вниз, в ухе снова было

Рейнхард: Я проверю это.

Регулус: ―― !?

Прыгнув под тем же углом со скоростью пули, Рейнхард подошел ближе, схватив ногу Регулуса, когда он перевернул середину падения, и с дрожью его форма была поглощена действиями Рейнхарда. Теперь Рейнхард, неся Регулуса, прыгнул в направлении бегущего Субару с ужасной бурей, разгоняясь достаточно быстро, чтобы оторвать ногу любого обычного человека.

Регулус: Эй, чего ты...?

Рейнхард: Ничего особенного

Заявляя об этом, Рейнхард поднял тело Регулуса и остановился.

С отношением ребенка, схватившегося за кукольную ногу и грубо играющего - в то время как характер Регулуса на этом обращении взорвался, он пришел к пониманию более мелких деталей плана Рейнхарда.

Владея телом Регулуса, Рейнхард бросил его в падающие капли крови.

Даже разрушающие здания, образованные из камня, этот поток крови пропитан силой Регулуса.

Если бы у него была такая сила, то эта атака, совершаемая способностью Регулуса, может даже быть эффективной против любой защиты, которую он имел на своем теле.

Если это была идея, она оказалась глупой.

Регулус: Если это мой собственный удар, то он должен работать на меня? Я не знаю, насколько естественно вы одарены, но я не злобно смотрю свысока на других, как я говорю. Я бы так не поступил с таким глупым методом, как этот!

Рейнхард: Это тоже было неэффективно...

Эти капли крови, коснувшиеся тела Регулуса, на месте превратились в простые капли и выплеснулись от его формы. Очевидно, приоритет был другим.

В этот же момент, Рейнхард внезапно отпустил руку, которой держал ногу Регулуса.

Он был умным парнем. Если бы он позволил каплям добраться до него как таковой, его ладонь превратилась бы в беспорядок, который не мог бы снова схватить меч.

Сила качелей исчезла. Выйдя на улицу, Регулус снова столкнулся с Рейнхардом. Он сузил глаза в знак предупреждения.

Рейнхард: Каким-то образом, кажется, больше невозможно прикоснуться к нему снова.

Регулус: Кажется, у вас острый нос, хотите ли вы снова пострадать, как недавно? .

Рейнхард: Теперь я буду осторожен с вашим дыханием и зрением. Если есть какие-то другие меры предосторожности, я буду рад их услышать .

Регулус: Убирайся с глаз моих, сейчас же!

Выйдя с поднятыми руками, Регулус побежал к Рейнхарду.

С невероятной скоростью Рейнхард развернулся широкой аркой, чтобы увернуться, давая ему широкое место. Используя "Удар Драконьего Меча",он издалека ударил Регулуса.

Регулус: Вы просто любите убегать, куда бы вы ни пошли…!

Рейнхард: Будучи неспособным решить проблему с помощью ударов мечом, как бессильно. Воистину, мне стыдно за себя .

Регулус: Вы еще даже не достали свой меч!

Повернувшись лицом к Рейнхарду, когда он плелся взад-вперед, Регулус сделал относительно невидимое движение, протягивая руку.

Однако такая легкомысленная атака никогда не сможет достичь такого героя, как Рейнхарда. Мало того, ярко-голубые глаза Рейнхарда по-прежнему настороженно относились к мелким уловкам Регулуса.

Регулус: А?

Но затем копье внезапно полетело прямо вперед.

Направленный на Регулуса, который стоял лицом к лицу с Рейнхардом с прямой спиной, сосулька пробивалась сквозь землю у его ног.

Однако лед под его ногами после того, как он сделал один шаг, рассыпался, прежде чем вид мог стать конкретным.

Легкомысленно, Регулус пристально посмотрел вокруг и остановился на сереброволосой деве, которая стояла на другом конце канала, вытянув руку. Несомненно, ледяная магия была одной из ее маленьких хитростей.

Отвратительно, это было внутреннее чувство кувырка и кипения.

Регулус: Каждый из вас, что вы уже не можете понять ?! Тот факт, что мы разные! То, что мы имеем с момента нашего рождения, отличается! Вы все не можете достичь или конкурировать с моим восхитительным Я. Признайте, что вы тусклый, будьте довольны этим и умрите!

Такой абсолютный разрыв не может быть уменьшен. Почему это было так трудно понять.

Рейнхард: Тактика 'А' также провалилась. Что дальше?"

Регулус топнул ногами, разбивая переулок, в его ушах не осталось места, чтобы слушать бормотание Рейнхарда.

***

Эмилия: Ничего хорошего! Как и ожидалось, эта атака была неэффективной!

Субару: Это не так! То есть возможность того, что его ступни стали ахиллесовой пятой, также исчезла ...

Эмилия, согласно ее указаниям, атаковала подошвы ног Регулуса, однако они сдали лед без каких-либо следов травм.

Рейнхард: Тактика J тоже провалилась. Извините, мои возможности отсутствуют...

В одно мгновение Рейнхард также использовал [Божественную защиту телепатии], чтобы послать экстрасенсорное сообщение, и Субару больше не оказывался потерянным из-за этих сверхчеловеческих способностей. Внимательное изучение травмы правой ноги показало, что кровотечение прекратилось, но даже если оно было полностью раздроблено, это не было бы удивительным.

Кроме того, Субару уже испытывал последствия разбитой ноги.

Субару: Если его непобедимость является препятствием, он может не достигать точки соприкосновения его ног с землей, поэтому я придумал Тактику А (подошвы ног)…

Его заземленные части должны были отключить электричество, иначе он просто погрузился бы в землю. Субару думал, что это может быть так, но он оказался неправ.

Согласно отчету Рейнхарда о тактике J ,идея о том, что Регулус должен будет отключить свою непобедимость, чтобы начать свои непобедимые атаки, также была отвергнута.

В этом случае Тактика I, также была невозможной. Казалось, что реальность опровергла мнение о том, что в его непобедимости будет слабость.

Субару: Есть что-нибудь еще? Слабость непобедимого врага…!

Закрыв рот, Субару яростно приказал своему разуму вращаться.

До встречи и даже после встречи с Регулусом, что его часто беспокоило, было способом победить кого-то с помощью абсолютного щита, и какими бы то ни было, другими способами.

В голове Субару пролетали ответы от разных субкультур, как будто он почти понял это, но четкого ответа не было.

Субару: Я думаю об этом. Неправильное ли направление?

То, что было необходимо, было, возможно, не способ преодолеть непобедимость.

Скорее, что-то более фундаментальное - авторитет Регулуса, какова его природа?

Эмила: Субару, что там еще? И, что мне делать?

Эмилия допросила Субару, который глубоко задумался.

Перед ними, через большой канал, продолжалась ожесточенная битва между Рейнхардом и Регулусом, но она не смогла предложить какую-либо помощь, что оставило ее чувство смущения.

Эмилия или Рейнхард, оба доверяли Субару, оба ожидали от Субару какого нибудь плана, для одолевания Жадности.

И не только двое из них. Союзники, дислоцированные в другом месте, и жители Пристеллы, которых он вызвал в своей передаче, разделяли эти чувства.

----

Мышление, мышление, мышление, мышление, мышление, мышление, мышление!

Хотя эти воспоминания были неприятны, Субару начал вспоминать все, со времени своей первой встречи с Регулусом, вплоть до этого момента, его действия и слова, атаки и схемы, которые он пытался осуществить.

Там должно было быть что-то. Должна была быть какая-то причина. Не только Регулус был в порядке. Включая других архиепископов греха, должно было быть что-то. Все они были подонками. Это было уже ясно. Это было не то ...

Субару: Имена звезд

Эмилия: Субару?

Внезапно Субару понял это.

Раньше он думал об одном и том же, а теперь отбросил шутку, чтобы серьезно подумать об этом.

Теперь, когда вещи достигли этой точки, он начал заново рассматривать оставленную идею.

Регулус, Капелла, Альфард, Сириус, Петельгейзе.

Эти связанные со звездами имена собрались в одном месте, мог ли он действительно так небрежно относиться к ним как к совпадению?

Оглядываясь назад, павильон Водного оперения, обычаи Карараги, Хошин Пустошей.

В этом мире так много мест было затронуто влиянием оригинального мира Субару, что он не мог просто воспринимать это как шутку. Почему он только сейчас понял, что Культ Ведьмы не возник отсюда?

Петельгейзе, был Бетельгейзе. [Рука Ориона], [Невидимая Рука].

Регулус был Лео, [Маленький Король]. Таким образом, у него был титул.

Этот [Маленький король] был действительно титулом, соразмерным с ним.

Субару: Эмилия. У меня есть кое-что, что я бы хотел у тебя спросить

Субару тихо заговорил, и Эмилия открыла глаза, чтобы кивнуть.

Субару чувствовал внимание, исходящее от ее белоснежного лица, и закрыл один глаз.

Субару: Этот человек однажды схватил тебя за шею, верно? Это о том моменте, в церкви.

Эмилия: Ммм?

Субару: Рука Регулуса, была тепло? Или была холодно?

Эмилия: ――――

По вопросу Субару, Эмилия расширила глаза.

И вот, она коснулась рукой своей тонкой шеи, пощупывая, и ответила.

Эмилия: Нет. Вспоминая об этом ... Я ничего не чувствовал. Ни жары, ни холода, температуры не было .

Услышав ответ Эмилии, Субару задержал дыхание.

С тех пор, как он был брошен в канал, его невозмутимое дыхание и пропитанное тело.Неэффективность атаки на подошвы ног, неэффективность отмены собственных атак.Безупречен как в нападении, так и в защите.

Если бы это было не просто, просто [Непобедимость] -.

Субару: Рейнхард!

Он позвал через канал имя героя, сражавшегося со злом.

В неустанной битве Рейнхард решительно посмотрел на Субару.

Чтобы услышать, Субару высоко поднял голос.

Субару: Рейнхард! Проверь, бьется ли сердце этого гада!

В громких словах Субару была Эмилия, Рейнхард расширил глаза.

Итак, Регулус, он-

Регулус:...

***

Отто также покинул мэрию для выполнения возложенной на него обязанности после того, как он подтвердил, что были проведены одновременные рейды на четыре контрольных места, и после того, как каждая из сторон отправилась их выполнять.

Анастасия: Я не думаю, что его стоит остановить …… но также верно и то, что прямо сейчас мы должны подтвердить, где находится Книга Мудрости, о которой просил Культ Ведьм. Жаль, не так ли? Этот Отто-кун .

Так сказала Анастасия при отъезде Отто. Казалось, правда, что Анастасия хотела, чтобы Отто тоже остался в мэрии.

Это было место, где Субару и другие лагеря уже столкнулись с архиепископами греха. Хотя мэрия, как ожидается, будет выполнять функции штаб-квартиры, на данный момент было не так много умных, которые могли бы искать информацию из нескольких разных мест.

Однако оставить Книгу Мудрости в руках других тоже нельзя. Вы можете установить отношения сотрудничества с противостоящим Архиепископом Греха, но, выйдя из этой ситуации, они снова станут врагами.

Когда это происходит, следует избегать эффективности Книги Мудрости, за которой следят другие. По правде говоря, речь шла о том, что Книга Мудрости была полностью отстранена от ситуации, в которой она будет обсуждаться, - но Субару и Гарфиэль были в порядке с этим. Отто хотел вздохнуть, поскольку он чувствовал, что его собственная личность была виновата здесь

Отто: Интересно, когда я стал кем-то, кто бегал за такими, как это….

Ударив седыми руками по руке, Отто беспокоил вопрос, который несколько раз приходил ему на ум в прошлом году. Положение, в котором он стоял, было неожиданным, его отношения с людьми были неожиданными, его нынешние эмоции были также неожиданными. Что подумает его семья, когда узнает, что он все это делает?

Отто: Если у меня все хорошо и я преуспею, я постараюсь написать письмо….

Если бы Субару был здесь, он определенно показал бы на флаг смерти, сказав что-то странное, когда Отто вышел на третью улицу города

Архиепископы Грехов должны быть сосредоточены в контрольных башнях, и, учитывая это, их не должно быть в городе. Они не должны быть.

Отто: Ха ~ а …… ха ~ ц

Сильно схватившись за грудь, Отто почувствовал, как его сердцебиение ускорилось.Культ Ведьм, Архиепископы Грехов - у Отто были плохие воспоминания о них. Год назад Отто вспомнил свою первую встречу с Субару. Он не мог забыть, как он был напуган архиепископом греха тогда.

Глаза сумасшедшего, который не подумал бы дважды, прежде чем лишить себя жизни. Тот сумасшедший, фигура фанатиков, которые по собственной воле посвятят свою кровь и плоть. Когда он искренне надеялся на помощь, доминировали только тишина и одиночество. Он никогда не был так напуган в любое другое время.

Он никогда не чувствовал себя таким пустым в любой другой момент. Сравнивать страх того с сражением с Гарфиэлем, лицом к лицу с охотником за недрами, со стадами колдунов-ведьм - это было ничто. Столкновение с культом ведьмы отбросило чрезвычайно тяжелую тень на сердце Отто. Несмотря на то, что он знал, насколько ужасна эта штука, это не было так легко стереть.

Эмилия, которая из-за своего сходства с Ведьмой Зависти, не могла избежать предрассудков из-за ведьмы.Субару, которому суждено было стать ее рыцарем и сражаться за нее, а также стремиться к дьяволам культа ведьм. Беатрис, которая сражалась вместе с Субару и потратила всю свою силу в этом маленьком теле. Гарфиэль, который приложил все свои силы к кулакам, чтобы защитить свою семью. Рам со сладостью, которую нельзя игнорировать, но с другой стороны, с жгучим языком. Фредерика, которая жила в негативных чувствах к своему брату и имеет чувство ответственности за ее положение. Петра, которая была очень милой, и действовала с ясным улыбающимся лицом ко всем, будучи обращенным как ребенок.

Я люблю всех...

Хотя он не собирался оставаться на одном месте слишком долго, к сожалению, это было слишком удобно.

Хотя он знал, что нужно избегать страшных вещей, он не мог избежать их.

Чтобы сохранить это место, я хотел бы встать на их сторону и поддержать их; даже в своем страхе я хочу помочь им там, где их руки не могут достать. Вот почему…

Отто: Так или иначе, я должен выполнить свою роль.

Сказав это, он ступил на Третью улицу. Перед ним стояла маленькая фигура. За каменным мостом на водном пути была площадь, и там была тень. Помимо этой тени, можно было увидеть еще несколько фигур.

Но прямо сейчас глаза Отто были устремлены только на одного маленького призрака. Звук пропал. Все прошло ужасно тихо, и ничего не было слышно.Ситуация, когда живые существа втягивали дыхание и сдерживали его, отчаянно пытаясь скрыть свое существование, Отто Сувен хорошо знал эту ситуацию.

Впоследствии фигура перед глазами мягко хлопнула в ладоши и, растрепав свои длинные волосы, подняла лицо. Но его сердцебиение было на удивление спокойным.

???: Добро пожаловать, они-сан -.

Лей: Добро пожаловать к культу ведьмы, перед тобой архиепископ греха, олицетворяющий обжорство ...... Лей Батенкайтос, ужину банкет ~ цу!

Открыв рот, полный клыков, архиепископ греха , который не должен был быть там, ужасно смеялся.

Прежде чем читать 53 главу, обязательно следует почитать следующую короткую историю

Осторожная энциклопедия Джошуа Юкулиуса "Второй стих"

Перевод:Funny_R

Редактура:Funny_R

ー Когда ветерок летел по небу, он взял письмо с собой.

???: "П-подожди! Пожалуйста, постой!"

Крича, мальчик поднял руку к небу, нацеливаясь на письмо. Однако письмо оставило его позади и полетело, словно взмахивая крыльями, с полной грацией.

Погоня за ним по склону была элегантным.

Его связанные фиолетовые волосы, его ясное молодое лицо и его яркие мерцающие желтые глаза, а также очки на левом глазу были характерными для него чертами лица. Можно было с уверенностью сказать, что он был одет в благородное черное платье из дворянского дома.

Это было также еще одним фактором, который заставил его рывок вниз по склону выглядеть так, будто что-то пошло не так.

???: "Х ~ хк ......! Если бы я только посмотрел, на содержание ... Ах! Ах ~ хк!"

Сидя у окна в тихой комнате, погрузившись в мир литературы. ー ー Это был сценарий, подходящий для молодежи, но он смотрел вверх и кричал.

Люди в окрестностях задавались вопросом, что он делает, поскольку они стали свидетелями того, как молодой парень упал в середине склона. И там, где письмо, которое искал молодой парень, приземлилось в видное место..

ー Письмо висело на пароме-драконе, путешествующем по водному пути, и сопровождало его.

Заимствовав силу ветра, на этот раз он позаимствовал силу воды. Скорее, было бы более уместно сказать, что он заимствовал силу водяного дракона, но здесь дело не в этом.

???: "...... Эй, вы там, вы в порядке?"

Проходящий мимо упавший юноша, который производил впечатление спящего, был огромным человеком, который задал этот вопрос. Видя отсутствие ответа, прохожий посмотрел на его лицо, чувствуя, что проблема здесь может быть серьезной "ー

???: ー ー Черт возьми! Я не могу просто остаться в этом месте!

???: "Ха !?"

Сильно размахивая длинными ногами, юноша вскочил и встал. При его внезапном движении прохожий был заметно удивлен, на что юноша ответил Прошу прощения, изящно кланяясь.

???: Хотя я показал вам неприятное , я уверяю, что вам не о чем беспокоиться. Мне поручили выполнить определенное задание, и я обязательно выполню ......

?? ?: "Я...понятно. Так что же делать?"

К концу слов энергичной молодежи прохожий указал на водный путь.

Там, где он указывал, был виден пловец, неспешно плавающий, паром с письмом и улиц.

???: "П-Подождите! Пожалуйста, подождите!"

Изменив выражение лица, юноша продолжил погоню за письмом.

***

ー ー Достигнув в этом году 17-летнего возраста, это был Джошуа Юкулиус, младший брат Юлиуса

Семья Юкулиусов была благородной семьей и имела давнюю историю с королевством Лугуники. Следы известности семьи и выдающихся членов семьи уходят в прошлое к нескольким поколениям.

Хотя есть несколько знатных семей, которые не делают этого, в семье Юкулиуса, если вы родились мужчиной, это означало, что вы должны стать королевским рыцарем. Естественно, ребенок также получил необходимое образование для этого, следуя словам правильный образ жизни для достижения элегантности, которые передавались из поколения в поколение с древних времен.

Однако тело Джошуа предало ожидания его родителей, которые также придерживались той же веры.

Когда он просто держал меч в простом игривом подражании, когда был ребенком, именно это повлияло на его дыхание, прежде чем он даже получил какое-либо надлежащее обучение. Его образовательные планы были изменены после того, как он был прикован к постели из-за лихорадки.

ー ー Насколько он мог помнить, он мог видеть только большую часть своего времени, проведенного сидя на кровати, читая книги.

"ー ー ー ー"

Переворачивая страницы, он посмотрел за окно, где он мог видеть сад своего особняка и его брата, практикующего способ удержать меч.

Он был под руководством того же учителя, которым должен был быть Юлиус, получил то же образование, что и Юлиус, и взял на себя ответственность, которую должен был принять . ー ー Увидев свою фигуру, молодой Джошуа сузил свои уставшиеся желтые глаза.

ー ー На большом расстоянии от него, в саду, висели на деревьях красные шары.

Джошуа: Ха, ха ......

Обеими руками, стоя на коленях, Джошуа хрипло пыхтел в отчаянной попытке восстановить силы, делая выражение, как будто он был на грани смерти.

Прошло всего пять минут с тех пор, как он начал преследование письма ー ー, и его тело уже достигло своего предела. Вдобавок ко всему, письмо вместо того, чтобы летать, теперь находилось на пароме, отдаляясь от Джошуа все дальше и дальше.

Джошуа: Если я не смогу это достать… это будет плохо.

Джошуа покачал головой, ощутив немного крови в слюне, сопровождающей его бездыханное дыхание.

Письмо было важным. Он не может просто потерять его, и его извинения также не будут приняты.

Содержание письма включало инструкции, которые окажут серьезное влияние на будущее того, кто может стать правителем королевства. ー ー И он знал, что этот человек тоже ждал этого письма.

Он не верил во что-то вроде надежды, но в том, что говорилось в шутку, была неоспоримая сила в тоне. Письмо, несомненно, содержало искренние, сердечные чувства.

Сейчас ー Уже полтора года Джошуа работает со своим учителем Анастасией.

Не только то, что она является королевским кандидатом, но даже связана с высшим советом, который она представляла. Быть способным помочь кому-то вроде нее по хозяйству было для него честью. Тем не менее, стимул для восхищения и радости для него было внешний и незнакомый мир.

В отличие от чтения книг, он чувствовал истинную сущность реальности этого мира и был свидетелем этой сцены, в которой жизнь человека преображалась его собственными глазами в Торговой палате.

И в этих сценах у человека всегда было одно и то же выражение.

Душераздирающая вера молодого человека заключалась в том, что это было выражением искренности.

Отныне, какой бы неприятной ни была другая сторона, они не потерпят такого отношения. Более того, использование вашей собственной ошибки для нанесения вреда противоборствующей стороне было просто невероятным.

Джошуа: Итак, если письмо сейчас уйдет…

???: ー ー Мистер! Пожалуйста, возьми это!

Джошуа: "А?"

Джошуа попытался поднять глаза и голову с его дальнейшим усилением решимости. Перед ним было письмо, которое он поклялся преследовать до края света.

Глаза расширились, руки дрожали, Джошуа держал письмо. Он не понимал. Это действительно было письмо.

Джошуа: Ах, ах, ах!

???: Очень хорошо! Если это сделало вас счастливым, то и мой дух тоже поднялся!

Джошуа: Да, да! Спасибо вам большое! Если бы я потерял его, я бы ... Я бы не смог с кем-нибудь встретиться в будущем!

???: Тогда я действительно рад! Это честь, что я смог помочь!

Прижав письмо к груди, Джошуа склонил голову. Улыбающийся мальчик стоял перед Джошуа.

С мягкими розовыми волосами и двумя симпатичными большими круглыми глазами. Возможно, около десяти лет. Несмотря на свою молодость, он был хорошо одет в одежду, и хотя его природа и характер были неизвестны, он испустил дружественную ауру.

Этот молодой мальчик забрал письмо. Его можно назвать только впечатляющим.

Джошуа: "Кстати, как вы поняли, что это письмо принадлежит мне?"

???: Я видел, как господин мчался по улице, крича о письме, подняв руку, чтобы поймать его, то есть! Вот почему я понял, что я не должен его отпускать.

Джошуа: Вы правы, это письмо действительно важно… И я бежал за ним, хотя и не был быстрым.

Он медленно бегал из-за тяжелого дыхания, чувствуя искреннее смущение, когда юноша сказал, что он лихой.

???: После этого я поспешно позвал капитана парома. Я вежливо попросил его и смог получить письмо, поэтому мне просто повезло!

Джошуа: ...... Нет, это просто ваша скромность. Я действительно благодарен.

У молодого мальчика было скромное отношение, и он быстро указал, что то, что он сделал, не было его подвигом.

Несмотря на это, Джошуа хотел искренне поблагодарить его за помощь.

Джошуа: Тем не менее, я должен поблагодарить вас за это….

У него сейчас ничего не было, но он просто направлялся в гостиницу. Тем не менее, брать юношу так далеко с собой тоже было бы плохо.

Джошуа: Если есть что-то, с чем я могу вам помочь, пожалуйста, попросите что-нибудь.

???: Ах, тогда ......

По предложению Джошуа мальчик покраснел от смущения.

И, поколебавшись, сказал.

???: "Правда в том, что я, похоже, сбился с пути. Как бы ни было неловко, я в настоящее время...потерявшийся ребенок. ..."

И, объясняя свою позицию, предоставил ему прекрасную возможность отплатить за услугу.

***

Идя по улице , было необычное и прекрасное, сочетающегося пара маленького мальчика по имени Шульт и Джошуа.

Шульт: ー ー Вот почему я изо всех сил стараюсь служить тому, кто проявил милость принять меня! Я усердно работаю, просто чтобы не быть раздавленным своим долгом перед ними!

Джошуа: Это действительно великолепно! Это действительно великолепно, Шульт!

Шульт: Да-да, большое спасибо за такие слова .

Шульт повернул голову вниз и улыбнулся восхвалению Джошуа. Увидев его, Джошуа был искренне потрясен.

Он был, конечно, добродушным молодым мальчиком. Из того, что он сказал сейчас, можно сказать, что он не воспитывался в благоприятной обстановке.Однако, судьбоносно встретив кого-то, он теперь стремился принять счастье и улыбку, которым он был наделен за чистую монету.

Это было немного не похоже на Джошуа.

Джошуа: ...... Кажется, Шульт очень уважает этого человека.

Шульт: Конечно! Настолько, что уважение - это преуменьшение! Ах, но я действительно уважаю господина Ала и госпожу Присциллу тоже. Насчет господина Хейнкеля....я не уверен. ..

Он обычно улыбался, как цветок, но теперь у него было трудное лицо. Покачав головой и покончив с усталым выражением лица, Шульт посмотрел на Джошуа.

Шульт: У Мистера тоже должен быть кто-то, кого он уважает. Есть у вас такой человек?

Джошуа: ー ー. Ху, я ждал этого вопроса .

Шульт: О! Это восхитительно!

Перед Шультом, который расширил глаза, Джошуа поднял лицо и указал ладонями вперед. Солнце было видно сквозь щели между пальцами, заставляя его сузить глаза и слегка вдохнуть. Это было потому, что ー ー,

Джулиус: Когда вы смотрите на солнце, вы не можете видеть, как течет прекрасный ветер. Для меня мой старший брат был таким же ослепительным существованием .

Шульт: Брат Мистера, да! Похоже, он действительно удивительный!

Джошуа: Ха, ты прав! Брат действительно потрясающий. Он всегда усердно работает, как будто он может сделать что-нибудь и будет пытаться сделать это. Его форма, его мышление, он действительно величайший!

Шульт: Величайший! Он действительно кажется кем-то удивительным!

Когда Джошуа сжал кулак, Шульт хлопнул в ладоши.

Джошуа редко говорил о своем брате, но он редко слышал о своем брате.Сердце Джошуа испытывает неожиданное тепло, поскольку оно очаровывает его.

Брат Джошуа, Юлиус Юкулиус, несомненно, был человеком, заслуживающим уважения.

Желание жить было сильно запечатлено в его душе. Он имел обыкновение недооценивать себя, но был в состоянии искренне и объективно признать свои собственные усилия и был полностью способен помочь себе.

Если никто не скажет вам, что вы удивительный человек, вы неизбежно перестанете верить в это.

Отныне, для Джошуа, который только дешево подражал Юлию,

ー ー ー ー

. Случай, который произошел, этот негативный случай и возвращающийся к нему, Джошуа запечатал свои губы.

Как только он услышал эти слова похвалы, Джошуа остановил свои шаги.Ходящий Шульт оглянулся и посмотрел на его лицо. И,

Шульт: ー ー Похоже, мистеру действительно нравится этот брат!

ー ー

Шульт: Услышав это о нем, даже я был взволнован! Если бы случился шанс, я бы с радостью встретил брата мистера!

Увидев его улыбку, он вздохнул.

Избавившись от противоречивых чувств в своем сердце, Джошуа улыбнулся и кивнул.

Джошуа: Да, вы правы. Брат прекрасен, поэтому он, несомненно, будет хорошо относиться к Шульту. Если случится такая возможность, то, пожалуйста, сделайте это .

Шульт энергично ответил: Понял .

Он действительно хотел встретиться со своим братом. Вид Шульта, который услышал похвалу своего брата и его желание встретиться с ним, был действительно душевным.

За его глазами наблюдало это успокаивающее зрение ...

???: "ー ー Хм. Хотя это между этой работой, есть что-то...

Чувство эксцентричности пробежало по его позвоночнику. Они были на улице.С несколькими людьми, проходящими мимо, с несколькими голосами, звучащими мимо, один этот голос потряс барабанные перепонки Джошуа с полным отсутствием стеснения.

Несмотря ни на что, он мог сразу разглядеть тот факт, что эти слова были направлены на него.

Джошуа: ー ー Шульт, слушай мои инструкции и бросайся вперед со всей своей силой, пожалуйста.

Шульт: Мистер?

Оглядываясь на улицу и глядя на владельца этого голоса, сказал Джошуа, похлопывая Шульта по плечу. Шульт был озадачен, но у него не было времени, чтобы объяснить детали. ー ー Нет, даже он сам не знал никаких деталей, в том числе личность противника.

Однако, глядя именно на это место среди заполненной толпой улицы, цель маленького юного мальчика был Джошуа, и одним взглядом можно было понять, что мальчик не был кем-то безобидным.

Джошуа: Вот, пожалуйста, возьми это. Пожалуйста, передайте это моему брату или мастеру, Шульт. "

Осторожно передавая письмо, которое он держал, Джошуа вышел вперед. Шульт, получивший это письмо, был смущен тем, что ему следует делать. Но, даже прежде,

Джошуа : Беги!

Как он был проинструктирован, Шульт повернулся и побежал. Маленький мальчик сделал именно то, что сказал ему Джошуа, плавая между толпами людей. Увидев его спину, Джошуа повернул голову вперед. стоящий по другую сторону от него теперь был прямо перед ним.

Джошуа: ー ー ~ ~..

???: Извините за удивление, браатик. Даже мы хотели немного поиграть. Время, обещанное маме, приближается. На данный момент, давай просто завернем это. "

Джошуа:" У меня даже нет ничего, чтобы сказать что-то об этом ... "

Был слышен звук. Джошуа, который получил эти слова, к сожалению, не было никакого способа Остановка молодости. Фехтование, магический талант, управление телом, все было бы неэффективно в его теле. Однако безопасность письма и Шульта была ー ー,

Джошуа: Действительно ......

Лей: Хорошо тогда, самые глубокие извинения, но нет времени. ー ー Приятного аппетита, и спасибо за угощения!

В этом голосе чувствовалось безумие, как крик, эхом разносился по улице.

ー ー Он неясно думал, сумел ли он сделать что-то хотя бы минимально существенное для своего Величайшего брата. Прямо перед тем, как его сознание покинуло его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 53. Город раздоров

Перевод:Funny_R

Редактура: Toster

Субару: -Проверьте, бьется ли его сердце!

Интуиция пробудила сознание Субару.

Он не был абсолютно убежден и не имел оснований так думать.

Архиепископы Грехов; имена звезд; Карарагия......

Все это было связано с родным миром Субару. Помимо него были и друшие попаданцы

Если культ ведьмы также был связан с этим, то имена звезд и архиепископов, о которых думал Субару, не обязательно имели только случайное сходство.

Если бы власть Регулуса Корниаса не могла рассматриваться как прямолинейная [Непобедимость], тогда ему нужно было бы мыслить нестандартно.

Надеясь, что между его силой и названием звезды не будет никакой связи, Субару уже произнес что-то вроде молитвы.

И в следующий момент.

Субару: ——

Пришло ядовитое чувство угнетения, создавая иллюзию, в которой Субару чувствовал себя так, будто солнце стерто с лица земли.

Воздух стал густым от загрязнений. Ему будет трудно найти слова, чтобы выразить этот дискомфорт, это отвращение.

Отвращение от шелушения струпа, дискомфорт от зловонного выдоха на лице, отвращение липкого языка на голой коже.

Субару с ужасом повернул голову, чтобы оглянуться назад.

В тот момент, когда он встретился с ним взглядом, тело Субару начало невольно дрожать.

Бессмысленные и пустые, эти глаза, как проклятие, погрузились глубоко в его душу. Как будто его пронзили ржавой иглой, даже его легкие и сердце застыли от ужаса.

Однако, несмотря на то, что Субару оказался неподвижным, его одолевали такие чувства…

Рейнхард: Не отвлекайся, твой противник я!

Высоко подняв руки, Рейнхард сжал в своих руках то, что можно было описать только как металлолом. Такие материалы, которые когда-либо были отходами, в руках Рейнхарда не уступали лезвию.

Длинный клинок, пронзивший воздух, ударил в заднюю часть костюма Регулуса.

Ударная волна разлетелась в воздухе, поднимая вихри в больших каналах, где плавали тонкие слои льда.

С такой силой удара, не было бы неожиданностью, что тело Регулуса разлетелось на куски.

Тем не менее, прежде чем он мог сделать один шаг.

Регулус: Не пойми меня неправильно, Святой. Я развлекал тебя, потому что у меня доброе сердце. Но даже здесь есть пределы.

Рейнхард: ——

Слегка Регулус похлопал по месту, где его ударил Рейнхард, и наклонил голову.

Рейнхард, предупрежденный этим движением, попытался прыгнуть назад под широким углом, он как раз когда он готовился прыгнуть, его ноги замерли на месте.

Сверхчеловеческая интуиция Рейнхарда.

Она информировала его о страшных, неминуемых угрозах и обнаружении атак. Его острые инстинкты говорили ему, что он не может увернуться назад. Он сразу же выпрямился и начал искать другие способы.

Регулус: Я уже коснулся этого воздуха.

Его противник заключил его в невидимую клетку. Суждение Рейнхарда сказало ему ускользнуть от силы зла, но для этого он был вынужден нанести оборонительный удар.

Рейнхард: Хаа!

Удар, нанесенный им, имел достаточно силы, чтобы пробиться сквозь камень.

Рукоять Драконьего Меча вонзилась в грудь Регулуса, но он легко его схватил.

Регулус: Бесполезное усилие, но спасибо за беспокойство. Просто молись, чтобы тебе не было слишком больно.

Рейнхард: Как и сказал Субару, твое сердце, кажется, не бьется.

Регулус: ——!

На лице Регулуса показалась улыбка, когда он посмотрел на свою грудь.

Получив этот удар, Регулус подпрыгнул высоко в вверх.

Рейнхард блокировал удар ножнами Драконьего Меча, его тело отправили в полет от удара. Однако то, что развернулось дальше, было другим.

Субару: Рейнхард!

Воздух позади Рейнхарда наполнился большим количеством воздушных ловушек, установленных Регулусом.

Если бы он попал в них, результаты нетрудно было представить

Его белая одежда, запачканная кровью была разорвана. Он вскочил, но насколько это могло смягчить его раны, было неясно. Рейнхард, снова похороненный в руинах, усилил разрушение города, сделав невозможным оценку его состояния.

Но то, что могло быть определено наверняка, было ответом Рейнхарда

Субару: Неплохо, Рейнхард!

Эмилия: Субару!

Субару: Все в порядке. Рейнхардт, он должен быть в порядке! Так что беспокойтесь о нем позже!

Эмилия: Я понимаю. Я бы хотела узнать что тебе от меня нужно?

Он думал, что Эмилия будет в первую очередь обеспокоена безопасностью Рейнхарда, и ее ответ ошеломил его. Эмилия, смотрящая на Субару, была внимательна и полностью понимала, где ей нужно стоять на этом поле битвы.

Эмилия: Рейнхард, он тоже прошел через все это, потому что доверял тебе. Что я должна была понять о Регулусе? Скажите мне!."

Тяжелое доверие. Тяжелые ожидания. Реальность этой веры была слишком тяжелой, достаточной, чтобы пробудить его боевой дух.

Он, конечно, должен был бы также поблагодарить Рейнхарда. Позже он обязательно пойдет и поможет забрать его тело. (ну или то, что от него останется)

Регулус: Двое из вас, постоянно болтающие, но отчаянно пытающихся что-то сделать! Ваше подлое и злое поведение разозлило меня, поэтому из этого следует, что вы должны быть наказаны, не так ли? Да. Разве это не правильно? Невежливость, неверность, независимо от того, направлены ли они против кого-то, достойными десяти тысяч казней.

Отогнав Рейнхарда, Регулус усмехнулся от неудобства.

Через канал начал распространяться дух зла, и, по правде говоря, Субару почти не мог заставить себя встретиться с ним лицом к лицу.

Однако убегать сейчас было бы бессмысленно.

Нацуки Субару не сможет сбежать от Эмилии и Рейнхарда

Субару: Чистая героиня, подозревать ее в неверности, делает тебя идиотом.

Регулус: А?

Субару: Разве не глупо перечислять все причины, по которым мы должны бояться? Попробуй хоть немного перенаправить свой пустой ум.

Услышав внезапную речь Субару, Регулус расширил глаза.

Субару покачал головой, словно хвастаясь.

Субару: Насколько прекрасную, гладкую жизнь ты провел, я не знаю и не хочу знать… но ты уже заметил? Ты сейчас находишься в патовой ситуации.

Регулус: Ты в этом уверен? Ты настолько сильно дрожишь сейчас, что я даже не могу смеяться. Что ты хочешь этим сказать. Нет, ты не можешь объяснить свои слова понятным языком. Ну, нет необходимости заставлять себя говорить неуместные вещи, не так ли?

Субару: Эх, не говори так, ведь у тебя есть право слушать, твое любимое право.

Регулус: Мое право…?

Регулус нахмурился, и Субару с легкой насмешливой улыбкой продолжил: Да, в конце концов…

Субару: Потеряв что-то, даже не зная как это произошло, ты будешь сожалеть об этом!.

Регулус: С вас достаточно! Просто исчезни!

Регулус прыгнул с края канала. Не имея достаточной силы для прыжка, его тело погрузилось в воду ;однако она не повлияла на его движения.

Перед ним Субару подтвердил, похлопал Эмилию по плечу.

Субару: Эмилия, прямо сейчас!

Эмилия: Уль Хума!

Получив инструкцию Субару, Эмилия собрала магию, чтобы освободить сосульки.

Настолько маленькие, что их нужно было пристально разглядывать, чтобы увидеть полностью, ледяные копья были направлены прямо на Регулуса, образовывая нависающие ледяные перила, которые окружали его.

Регулус: Я действительно думал, что ты попробуешь что-то новое. Но независимо от того, что ты делаешь, это бесполезно. Независимо от того, сколько раз тебя учили, ты никогда ничему не научишься! Ты планируешь придерживаться своих ошибок? Повторяешь одно и то же снова и снова. Ты всегда так бесполезно относишься к другим, презирая их?

Регулус оскалил зубы, срезал перила льда, и с огромной силой разбил их. Барьер с легкостью рухнул, и, несмотря на все ее усилия, магия Эмилии не выдержала.

Но этого было достаточно. Это было хорошо.

Эмилия: Я больше не могу....я не могла даже выиграть время должным образом.

Субару: Все хорошо, Эмилия-Тан.

Видя неэффективность ее силы, у Эмилии было мрачное лицо, но Субару покачал головой.

Субару: Характер этого человека коварен. Он не может не задавить то, что презирает. Даже если нет необходимости уничтожать любое препятствие, с которым он сталкивается, он не может чувствовать, что победил, не разрушив его полностью.

Жалкий характер его сердца, скудость его терпимости и объем его тщеславия были очевидны.

Субару: Во-первых, ему не нужно было преодолевать препятствие. Но он предпринял это лишнее действие. Даже секунда, нет, миллисекунда - результат.

Эмилия: Ты хочешь сказать, что можешь победить Регулуса?

Субару: На это понадобится время, но я смогу его победить. Я избавлю кожу этого монстра от его тела.

Тестирование сердцебиения Регулуса, показало, что не презирает Субару.

Там не было ни тепла, ни сердцебиения, ни дыхания, ни внешнего влияния с его стороны.

Хотя это, несомненно, он не был непобедимым.

Субару: Эмилия, сюда!

Субару взял Эмилию за запястье и пересек с ней помятые переулки. Эмилия шла с Субару и повернулась, чтобы напасть на Регулуса сосулькой.

Регулус, увидев, как они убегают, сжался от гнева, зреющего в его груди.

Регулус: Даже после всего этого хвастовства, какого черта ты бежишь? Называть кого-то глупым, заявлять, что убьешь меня, насколько ты планируешь высмеивать меня? Кто ты, черт возьми? Ты трус!"

Поскольку его физические способности не были лучше, скорость преследования Регулуса мало отличалась от скорости беглецов. Скорее, можно сказать, что он был медленнее, чем Субару.

Однако, из-за своей чудовищной способности, он в конечном итоге наверстал упущенное.

Эмилия: Субару! Куда ты бежишь?

Субару: Наше предназначение - церковь! Наша цель - жены Регулуса!…"

Услышав вопрос Эмилии, он ответил.

Внезапно на полпути сквозь слова он заметил сзади:

Регулус: Перестань обращать внимание на посторонние вещи, ты!

Субару: Увааааа!?

Расстояние, которое существовало между ними, исчезло без следа. Повернув голову, Регулус уже появился перед ним. (почему я вспомнил стенд Окуясу из 4 части ДжоДжо?)

Регулус махнул рукой в ​​их сторону, и Субару едва успел дернуть головой в сторону. Он чувствовал, что его противник уже был рядом, поэтому он подхватил Эмилию и подошел к ближайшей стене, наступая и продвигаясь вдоль нее одним движением.

Эмилия: Вавава, Субару потрясающий.

Субару: Эмилия, держись за меня покрепче!

Эмилия, ошеломленная акробатикой Субару, обняла его за шею и обернула ноги вокруг его талии. Мягкая и ароматная, она наполнила Субару волной энергии. Сильно ударившись о край стены, он пролетел через него.

Регулус: Я уже говорил, что ваши усилия бесполезны.

Сказав это, Регулус коснулся нижней части стены, по которой взбирался Субару.

Раздался звук грохота камня, и каменная стена рухнула, как будто это тофу. Стена потеряла опору и упала. Разумеется, то же самое случилось с теми, кто лез на стену.

Субару: Ух!

В процессе падения он выдернул кнут и щелкнул им. Передний конец зацепился за что-то, и Субару силой вытянул свое тело вверх.

Размахнув ногой, когда он коснулся стены, он сильно ударил ее. В сочетании с силой реакции центробежная сила, создаваемая кнутом, позволяет его телу все быстрее и быстрее двигаться вперед.

При ближайшем рассмотрении они оба прибыли на склад, который был уже наполовину разрушен.

Субару врезался в балкон, который торчал из карниза, и посмотрел на свою ладонь.

Субару: Ого, я не ожидал, что смогу сбежать при помощи грубой силы…!

Эмилия: Субару! Нам просто нужно попасть в церковь. Ты знаешь путь!? (Do YoU kNoW dE wAy????)

Больше не глядя на свою расколотую ладонь со слабой болью, он осмотрелся. К счастью, высота балкона позволяла легко увидеть все.

Далеко, далеко, он мог видеть церковь, разрушенную после первой атаки Рейнхарда. Как-то, они сильно отошли от нее.

Субару: Нет. Мы бежали в противоположном направлении. Что теперь!?"

Эмилия: Это там?

Субару: Это прямо там? В чем дело...

Эмилия: Давайте идти дальше!

Эмилия, услышав ответ Субару, хлопнула в ладоши, и на балконе образовался мост.

Таинственный сине-белый мост начинался с балкона и соединялся через аллеи церкви, имитируя большую воздушную дорогу в воздухе.

Субару: Что?!

Используя наклон моста в качестве стартовой площадки и используя принцип прыжка с трамплина, он перепрыгнул через аллею и перелетел через Регулуса к церкви.

Субару: Эмилия-тан, ты стала такой умной!

Эмилия: Может быть, Субару сбил меня с пути.

Субару: Ты не должна говорить это в ответ на похвалу!

Хотя Регулус и мог атаковать с дистанции, он мог касаться только того, что было на расстоянии вытянутой руки.

Они держались подальше от него. Глядя на приближающуюся церковь, глаза Субару сузились.

Эмилия: Что нам делать, когда мы встретимся с женщинами в церкви?

Субару: Я не знаю, угрожали ли они им или они действительно восхищаются им…

На вопрос Эмилии Субару опустил подбородок на ладонь, перебивая себя.

У него на уме появились женщины, потрясенные действиями Регулуса в церкви. Страх, который он видел тогда, если бы он был подлинным...

поэтому он молился.

Субару: Забудь про разум, может быть, даже их сердца были украдены. Сердца, в буквальном смысле.

Позади Регулус преследовал их. Рейнхард был на волоске от смерти. Шансы на победу были невелики, но один вопрос мучил его все это время

Все ли хорошо с остальными?

(ахаххахах смешно пошутил субарик)

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Юлиус: —Эль Клаузел

Благодаря силе шестицветных квази-духов из кончика меча рыцаря исходило радужное сияние.

Получился упреждающий удар, направленный прямо на противника.

[Клаузель] был магической техникой того же типа, что и [Клариста], которой удалось повредить даже тело Петельгейзе, однако, в отличие от [Кларисты], которая наполняла меч разрушающей силой, [Клаузель] была дальнобойной атакой.

Благодаря Петельгейзе впечатление от грешных архиепископов оставалось сильным в уме Юлиуса

Чувства, которое испытал Юлиус, сражаясь с безумцем, архиепископом [Лени], огромным грешником и человеком, долгое время приносившим большие страдания миру, полностью отличались от тех, которые он испытывал сейчас.

Юлий Юклиус, получивший звание [Величайшего рыцаря], часто неправильно понимает людей из-за их поведения, но он верит в эту так называемую теорию, что вся человеческая природа в конечном итоге идеальна.

Он считает, что все человеческие действия зависят от толкования, но есть некоторые вещи, о которых человечество должно подумать, например, влияние действий одной стороны на другие.

Кто-то, кто не может этого понять, кто игнорирует тяжелую работу и усилия других, неизбежно станет для него врагом.

Для Юлиуса худшее, что сделал культ ведьм, - это нанес вред его [рыцарству].

Никаких скрытых трюков, никаких козырей.

С самого начала Юлиус, не колеблясь, уничтожил этих дьяволов.

Необычайная техника, которая одновременно обрабатывает все шесть цветов магии с помощью шести квази-духов.

Не было допущено ни малейшего несоответствия магической силы. Это было установлено только после объединения квази-духов, благодаря усилиям и таланту гениального духовного пользователя по имени Юлиус.

Это было не то же самое, что мог сделать Розваль Л. Мазерс, находящийся на вершине магического мастерства.

На первый взгляд, магия не выглядит слишком страшной, и противник рассеивается без возможности регенерировать.

У Юлиуса была одна вера в его груди - он должен отдать приоритет уничтожению врага, а не расследовать несовместимость между ними.

Длинные темно-каштановые волосы, грязные тряпки, тусклые сверкающие кинжалы поглощаются сиянием радужного света…

Рой: Это, конечно, то, чего Нии-сама не ожидал, у него есть слабость отворачивать глаза от того, чего он не хочет видеть, не так ли?

Рикардо: -Что!?

Когда он рухнул на землю, послышался бормотающий голос Альфарда. Богохульник, с его длинным языком, ударил по земле с позой, достаточно низкой, чтобы можно было почти сказать, что он лежал на земле.

Рой: Мы восхищались тобой, Нии-сама. Нии-сама, который ненавидит показывать свою тяжелую работу другим, будет использовать такие дьявольские навыки в отчаянии, как бы мы не узнали этого ~ цу ".

Юлиус: Что ты говоришь!

Рой: Думая, что мы не узнаем, Юлиус, Нии-сама действительно невиновен. Но мы любим эту часть тебя ~ цу! Гяхахахаха ~ цу!

Альфард прыгал по земле и уворачивался от магии. Впоследствии Рикардо побежал, чтобы ударить Альфарда, но это преследование также было ходом, которого он ожидал.

Их кинжалы сталкиваются, рассеивая искры и звон вокруг. Рикардо превосходил Альфарда по силе. Но он противостоял разнице в силе невообразимо умелым владением мечом.

Неожиданно, Альфард врезался в мохнатый торс Рикардо и он закричал от боли.

Рой: Ладно, хорошо, кусок мяса собаки ~ цу! Твердое и сочное мясо должно быть липким и мягким, чтобы его было легче есть, чтобы было легче кусать, чтобы было легче переваривать, чтобы оно легче разлагалось, и после того, как все это станет таким легким, мясо нужно съесть, чтобы начать цикл цикл цикл цикл пищевой цепи ~ цу! О, как чудесно ~ цу!!

Рикардо: Нмм, ах, ах!?

Скорость Альфарда, который произнес эту быструю речь и с кинжалами на обеих руках, не была чем-то необычным. Его период роста еще не закончился, и его тело все еще не закалено, однако его физические способности противоречили здравому смыслу.

Юлиус: Рикардо!!

Мех, как провода и толстые мышцы. Тело Рикардо, которое было похоже на саму броню по сравнению с обычным человеческим телом, до сих пор не получало никаких ранений, за исключением атак Альфарда.

Юлиус был ошеломлен, глядя на кровоточащую рану Рикардо.

Альфард атакует высокоскоростными движениями, каждое движение нацелено точно на суставы и тонкие части меха. Независимо от прочности тела, если вы подвергнетесь нападению в слабых точках, вы получите травму, прольете кровь и потеряете свою жизнь.

Юлиус: -хк

В тот момент, когда Юлиус увидел, как Альфард бьет Рикардо с бешенной скоростью, то он снова вызвал квази-духов. Удары ветра смешались с пламенем огня, меч командовал квази-духами двух цветов - Иа Огня и Аро Ветра. Со стороны слет с красноватым пламенем направляется к Альфарду.

Рой: Да, мы уже знали это ~ цу!

Юлиус: Что!?

Рой: Этот сюрприз совершенно предсказуем ~ цу! Мы поглотим это без проблем ~ цу!

Его пятка проникла в мышцы живота, как будто он врезался в Юлиуса. Спереди, как раз в тот момент, когда Рикардо начал контратаку, палец его ноги вонзился прямо в нижнюю челюсть.

Рой: Как хорошо, как хорошо, это стало весело ~ цу! Это Нии-сама! Это Рикардо-сан! Они оба сражаются в этой великой битве, а мы их противники! Хотя мы со своими слабым телом абсолютно не можем этого сделать, не можем этого достичь, не можем этого увидеть, не можем этого понять, должны были уже сдаться в этом положении ~ цу! A ~! Чтобы не было так весело, как нечестно, нечестно, нечестно!

Они должны принять во внимание его невероятное мастерство и детскую жестокость.

Рикардо: Это намного больше, чем я слышал. Несмотря на это, черт возьми, этот парень меня бесит. То, как он ходит, как он говорит, все "о нем", так жутко!

Рикардо, который едва пострадал, сказал это с туманным голосом, облизывая раны на руках. Юлиус поднялся, тяжело дыша, и согласился с Рикардо.

Юлиус: Это то же самое, что и мэрия… нет, просто его поведение все равно непостижимо. Это может быть попытка насмехаться над нами, но это не продуктивно и ничего более.

Рой: Даже если ты так говоришь, это всегда человек нии-сама, скрывающий свои чувства беспокойства от нечеловека Рикардо-сан, нет? Мы сказали, что ~ уже знаем об этом ~ цу!

Юлиус: Ты ублюдок…

Сжав руки, Альфард неудержимо смеялся, и Юлий послал квази-духа [Воды] Кия под руководством Рикардо, чтобы залечить его раны.

Рикардо: Ах! Эй, Юлиус! Не ходи туда!

Юлиус: Просто оставайся здесь, пока твои раны не заживут настолько, что кровотечение не остановится!

Направив вперед рыцарский меч, Юлиус бросается к Альфарду. Однако сейчас движения были явно не таким, как прежде.

В резких шагах и порезах Альфард, получивший первую атаку, почувствовал, как Юлиус слегка порезал его.

Рой: Это…

Юлис: Сила квази-духа Ян

Рой: О?

Юлиус и ударил Альфарда ногой по голове. На этот раз оне не успевает защититься. Его руки свисают, и закатывая глаза, Альфард поворачивается и отчаянно пытается увернуться.

Рой: Ува кия! Тот, который сейчас был?

Юлиус: Мой квази-дух [Ян]. Человек с моим мечом - это квази-дух Инь. Это взаимное партнерство, которое улучшает физические способности. Это был первый раз для тебя, не так ли?

Рой: … О, хе-хе, как мы и ожидали! Юлиус- замечательный! Все еще нагруженный очарованием, о котором мы не знали, не так ли ~ цу!

Юлиус: -!?

Альфард покраснел.

В тот момент, когда Юлиус нахмурился от этого теплого взгляда, Альфард убрал и выбросил кинжал, прикрепленный к его руке. Пронзительный звук отозвался эхом, когда он стучал по булыжнику.

Сразу после этого его каблук сломал булыжник.

Рой: Кажется, ты не можешь удивить нас мечами, на этот раз мы собираемся увидеть это с помощью кулаков ~ цу.

Юлиус: Гх-хк!

Альфард сократил расстояние в мгновение ока. Юлиус противостоял ему пустой левой рукой, но удар оттолкнуд его руку прямо в грудь.

Альфард сделал сильный крен от земли и скрутил талию, тем самым увеличив разрушительную силу его удара. Через мговение, Юлиуса отправили в полет.

Если бы Субару был бы свидетелем этого зрелища, он бы подумал об автомобильной аварии.

Рой: Наши кулаки, которые уничтожили более восьмисот человек ……. мы предполагаем, что они потрясли Нии-Саму, разве нет?

Это было также не менее жестокое зрелище, как будто машина, не способная остановиться, переезжает и отправляет в полет беззащитных людей.

Его грудные кости, все его внутренние органы были раздавлены, кровь залила его одежду, и его высокое тело сдуло. Рикардо, которого лечили, быстро реагирует на ситуацию.

Рикардо: Юлиус, берегись!

Рикардо обнял и защитил Юлиуса, который летел с огромной скоростью головой в стену. Но он не смог его остановить, и врезался в здание сзади него.

Рикардо: Духи! Не знаю, слышите ли вы меня, но у ващего хозяина неприятности! Принимайтесь за работу! И не думайте обо мне!

Было ли это благодаря зову Рикардо или нет, синий свет начал изливать свою силу в умирающее тело Юлия. Рикардо в отчаянии выпрыгнул в оживленную ситуацию после большого перерыва, которое было ему необходимо, чтобы восстановиться.

Рой: С возвращением! Хотите поесть? Хотите угостить? Или, может...

Рикардо: Убери свой язык обратно в свой проклятый рот, черт побери... Я научу тебя, что случается, когда ты высмеиваешь взрослых.

Рой: Ох, ээй, давай не будем. Мы не хотим собаку в качестве еды в любом случае. Если ты не хочешь играть с мечами или кулаками...

Альфард с улыбкой разводит руками, и Рикардо тут же усилил бдительность. Рикардо яростно жует губу и не оторвает взгляд от противника.

- На водном пути за Альфардом поднимается поток воды с водоворотом, похожим на шею водяного дракона.

Рикардо: Мастерство меча, боевые искусства, а на этот раз магия. Юлиус, что черт возьми ты...

Рой: Мы - анонимные не практикующие маги, на которых даже семья не может с гордостью смотреть. Нечто подобное ~ цу!

Сразу после того, как Альфард выкатил язык наружу, струя воды направилась к Рикардо.

Хотя это просто вода, его импульса и массы было достаточно, чтобы раздавить тело живого существа. Кроме того, за ним был Юлиус, поэтому он не мог избежать этого.

Рикардо: Я сделаю это сейчас. Ха-ха-ха-ха!

Открыв рот и прижав тело к земле, Рикардо выпустил волну рева.

Из трех заместителей командира [Железного Клыка] двое из них уже продемонстрировали свою способность сопротивляться этой атаке. Однако первоначально Мими разработала эту технику, подражая Рикардо, и Рикардо утверждает, что она изначально принадлежала ему.

Однако, по сравнению с Мими, которая уменьшает отдачу от этой техники, рассеивая ее, волна рева, используемая одним человеком, является огромной нагрузкой для тела.

Рой: Ух ты, удивительно ~ цу.

Рев волны Рикардо врезается в поток мутной воды.

Волна сталкивается прямо с фронтаном и брызгает водой, а вода массой в несколько тонн рассеивается и испаряется в туман. Через несколько секунд разрушенный мутный поток, словно дождь, попадает на площадь, затопляя каменный тротуар и сбивая падающего Рикардо.

Рикардо: Это, конечно, было что-то… Даже край моего рта немного порвался, ага.

Альфард был совершенно незатронут, без каких-либо признаков истощения, он просто танцевал там.

Рой: Потрясающе ~ цу! Прошло много времени с тех пор, как мы видели, как кто-то переносил это. Настолько долго, что не останется ни следа в нашей памяти. Как хорошо, довольно красиво, довольно мило, может быть, это хорошо, не правда ли, возможно, это приятно, возможно, это хорошо, возможно, это приятно, потому что это, вероятно, приятно ~ цу! (он совсем кукухой поехал)

???: Твоя повторяющаяся речь заканчивается здесь.

Рой: Хорошо, это великое возвращение Нии-самы. Страшно, мило, завидно.

Перед Альфардом, который покачал головой, рядом с Рикардо стоял Юлиус

Его лицо было бледным, а его рыцарская форма была окрашена в кровь. Его дыхание было неровным, и нельзя было сказать, что он был в отличной форме. Но…

Юлиус: Спасибо за помощь, Рикардо.

Рикардо: Я уверен, что помог тебе. Я сделаю так, чтобы я правильно сообщал о своих намерениях атаковать.

Юлиус: Я тебя уверяю, ты можешь совершенно не беспокоиться об этом.

Схватив рыцарский меч, Юлиус постучал по плечу Рикардо и затем взглянул на Альфарда. Чувствуя этот взгляд, богохульник улыбнулся с окрашенными щеками и раздраженно скривил губы.

Его выражение лица, действия, даже его способ борьбы были переполнены чувством страха.

Или, возможно, это само по себе было связано с его властью Чревоугодия.

Юлиус: С таким мастерством в использовании мечей, боевых искусств и даже магии, почему ты присоединился ко злу. Эту силу можно было бы использовать для чего-то другого, чего-то лучшего.

Рой: Где-то еще, да. Приведи несколько примеров, что НИИ-САМА рассматривает?

Каждый раз, когда язык Альфарда навызвает его имя, каждый раз, когда он говорит, что с ярким тоном и застенчивым отношением это слово теряет свою ценность для Юлиуса.

Юлиус: Например, рыцарь, наемник, герой. Неопрятная власть легко попадает в руки зла, а сила превращается в насилие. Поэтому…"

Рой: Мы догадывались, что ты так скажешь ~ цу! Мы думали, ты скажешь это, Нии-сама! Мы думали, что нии-сама, которого мы знаем, что нии-сама, которому мы доверяем, скажет это. Мы так и думали ~ цу!

Резко останавливая разговор, Альфард подпрыгивает и подходит к Юлиусу.

Он держит свой рыцарский меч вертикально и наносит удар.

Альфард резко поворачивается и продолжает свой удар ногами под низким углом, он толкает Юлиуса, чтобы заставить его врезаться в здание позадинего.

В его интенсивных и сильных движениях, даже Рикардо теряет из виду его мечи.

Рой: Ты помнишь, когда мы были детьми! Когда мы заболели и сломались, мы спросили Нии-сама, можем ли мы принести Аппу с дерева в саду ~ цу!

Юлиус: Говорите вещи по собственному желанию ……! Почему я помню. Хватит навязывать свои иллюзии другим!

Рой: Мы и Нии-сама были еще маленькими, и Нии-сама сначала сказал, что это невозможно, сказал нам отказаться ~ цу! Ты помнишь? Ты не помнишь? Но мы, просто потому, что Нии-сама пытался остановить нас, в конечном итоге захотели этого еще больше ~ цу! Когда мы сделали то, что сказал Нии-сама, было невозможно, мы подумали, что сделали потрясающую работу! Наша уверенность возросла! Мы действительно думали, что это так!

Юлиус: Что ты, что ты говоришь!? Я не знаю ничего подобного... не помню!

Юлиус принимает его удары, его пятку, его круговой удар, его прямой удар, его удар в прыжке в высоту, его сальто, его удар в спину с помощью рыцарского меча.

Его руки онемели, его внутренние органы болели, и он чувствовал вкус крови во рту. Нет, это отличалось от вкуса чистой крови, так как это была его кровь, смешанная с рвотой. Он прикусил губы.

Он не мог не внимательно выслушать иллюзию Альфарда.

Рой: Из-за того, что случилось потом, мы ~ цу! Мы ~ цу! Нии-сама ~ цу!

Юлиус: - хк!

Рой: Мы всегда, всегда думали об этом ~ цу! Мы всегда, всегда чувствовали это ~ цу! Это было по-другому! Как это было раньше! Как это сейчас! Какое приятное чувство! Так было такое чувство! О, это так приятно! Мы наконец получили это!”

Юлиус: Я абсолютно ничего не знаю о тебе!

Юлиуса заставляли становиться все более и более жестоким.

Держа свой рыцарский меч с огромной силой, он пытается атаковать всякий раз, когда обнаруживает пробел в позиции Альфарда. Ударить, пронзить, ударить, колотить, запутывать, уворачиваться.

Окрашенная гневом и враждебностью косая черта пронизывает воздух, и волосы Альфарда, которые были слишком поздно подняты, чтобы избежать этого, отрезаются и падают на землю. Тем не менее, это не просто косая черта, на которую следует обратить внимание.

Юлий: Да! Кая! Аро! Инь! Янь! Б!"

Вызванные квази-духи начали вращаться, как актеры

После того как их имена были названы, шесть цветов квази-духов усиливаются, превращая простое подтверждение их существования в мощную силу и изливая все это на противника своего рыцаря.

- Шесть цветных огней окружают Альфарда со всех шести направлений, блокируя любой путь к спасению.

Юлиус: На этом все закончится!

Юлиус твердо верил в свою победу, поскольку Альфард больше не мог убежать.

Сила проталкивает прямо через середину груди Альфарда,

Рой: Ладонь Короля кулаков.

Темная ладонь перед его грудью сталкивается с рыцарским мечом между ними и дробит его на куски.

Мусор рассыпается, и смертельный удар теряет свою эффективность.

Тем не менее, все еще оставалось волшебство,

Рой: Магия.

Неожиданная и сбивающая с толку магическая сила накапливается позади Альфарда и уничтожает все шесть приближающейся магии.

Магия одного цвета сталкивается с магией того же цвета, и вся магия уничтожается.

Наконец, глаза Юлиуса, который якобы запечатлел победу этой атаки, открыты.

Рой: Змея Двойных Мечей.

Пальцы ног Альфарда подбрасывают кинжал, который он должен был выбросить.

Рой: Нии-сама забыл это. Вот почему мы ненавидим Нии-сама.

Рука, резко срезанная с локтя, поднялась в воздух и упала на булыжник.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 54. Сила тех, кто не сражается

Перевод и Редактура: Imy и Toster

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

???: Чревоугодие …… ~ цу

Перед тем кошмаром, который стоял впереди, Отто не мог удержаться, но холодный пот тек по его спине.

Противник, который назвал себя архиепископом греха обжорства,

Отто: Из того, что я слышал, имя грешного архиепископа обжорства должно было быть Рой Альфард.

???: Ах, вы уже встретили нас? Если так, то, онии-сан, быть оставленным без присмотра и нормально действовать, действительно впечатляет.

Мальчик, который назывался Лей Батенкайтос, улыбался и смеялся над вопросом Отто. Услышав этот смех, Отто знал, что его ужасная идея была подтверждена.

Два! ー Есть два архиепископа греха『обжорство』.

Отто: Нет, если быть точным, по крайней мере, два из них ……

Лей и Рой, скорее, дуэт Батенкаитос и Альфард? В худшем случае, возможно, придется предположить, что они были кошмаром, как великие кролики

Юлиус и Рикардо должны были пойти и захватить контрольную башню Обжорства, но если тот, кто ждал там, не был одинок, то вместо жестокой борьбы это было бы неизбежным поражением.

???: "Эй! Тратить время, говорить с этим ублюдком?! Сейчас не время для всего этого!

В тот момент его мысли прервал чрезвычайно женственный голос.

Отто: Почему госпожа Фельт здесь? Я уверен, что Рейнхард-сан сказал тебе спокойно оставаться в эвакуационном центре!

Фельт: Когда город находится в таком состоянии, как будто я проигнорирую это и пойду посижу в маленьком углу эвакуационного центра!

Отто: Теперь, когда это произошло, мое поражение неизбежно……

Лей: Тебе не нужно быть таким пессимистичным, они-сан. Для нас любая встреча - это специя для гурмана. Мы должны быть прожорливыми, но мы полностью понимаем важность подготовки ~ цзю.

Батенкаитос был в центре, а Отто и Фельт стояли в виде треугольника. На оставшейся вершине стояла другая фигура, с которой Отто, казалось, был знаком.

Отто: Я рад снова вас видеть, Киритака-сан ……

Киритака: Тихий голос с мертвыми глазами и неспособность что-либо понимать! Я не понимаю это чувство.

Фигура Киритаки, которая была покрыта тонкими бинтами и страдала от боли, стояла перед Отто. Несмотря на его присутствие, Отто не радовался, увидев его.

Когда Отто сбежал из штаб-квартиры компании Маус, он столкнулся с обжорством, в результате чего его судьба стала неясной. Он счастлив, что пережил это, но актеры на нынешней сцене все еще делали вещи сложнее.

Иными словами, Отто, вместе с Фельт и Киритакой, поняли кое-что одновременно. ー ー Здесь нужны были соответствующие силе архиепископа бойцы.

Отто: Есть три группы, все из которых не могут сражаться, которые столкнулись с главной силой среди врагов. Какая это плохая шутка! Пожалуйста, просто остановись.

Фельт: Я не думаю, что мои союзники придут в ближайшее время. Братец, ты слишком полагаешься на себя.

Фельт сказала Отто. Отто также не мог оправдываться. Позади Фельт- огромно выглядящий слуга, который выглядел жестким. У Киритаки также были некоторые члены Весов Белого Дракона. Только Отто был один.

Лей: Мы говорим, что все будет одинаково, независимо от того, сколько людей вы соберете. Если это вы, ребята, то эта наша жажда никогда не излечится ~ цу! О, где ты, мы ищем тебя, мы хотим встретиться с тобой, мы хотим встретиться с тобой, давай встретимся с тобой.

Отто и другие были окружены пессимизмом в отношении их боевой мощи, но Батенкайтос произвольно проявил свое эгоистичное отношение.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Отто: Хочешь встретиться? Что ты имеешь ввиду?

Отто попытался продолжить разговор, подбирая слова.

Если до этого дойдет, Отто может быть сбит с ног через мгновение. Выигрывая даже малейшее время, необходимо было создать этот разрыв любой ценой.

Лей: Было бы очень сложно объяснить это так много раз, да. Мы не можем позволить себе, чтобы другие тоже ломали наши рты ~ цу. Это было бы худшим, не будет ли это худшим, это было бы абсолютным худшим, не будет ли это худшим, разве не худшее - это то, что мы говорим.

Фельт и Киритака покачали головами от слов Батенкаитоса. Вместо того чтобы отвечать, казалось, что их допрашивали несколько человек. И когда этот разговор был неожиданно установлен, Отто продолжал смотреть, поскольку он не мог говорить с обжорством.

Но все же Отто с его Божественной защитой языка души мог разговаривать даже с теми существами, которые не могли иметь волю человека.

Отто: Давай договоримся Независимо от того, какой может быть проблема, она все равно будет лучше, чем проблема, окружающая Субару.

ー ー Пожалуйста, одолжи мне свои силы, Нацуки-сан.

Отто: Сказав это, я действительно мог бы стать сильнее. Пожалуйста, попробуйте поговорить со мной. Тот, который был упомянут в запросе, может быть, вы говорите об искусственном духе?

Довольно опасный шаг. Этот выбор слов, этот упрямый тон легко может зажечь взрыватель Батенкаитоса. Но Батенкаитос покачал головой.

Когда юноша получил слова Отто с намерением ответить на разговор, он радостно засмеялся,

Лей: Тот, кого мы хотим знать, - это только один… тот, кто делал трансляцию раньше. Герой, который сделал это, это тот, кого мы ищем.

Субару не одолжил мне своей власти, и я не хочу отдавать его имя.

Лей: Этот возлюбленный, любимый герой, кажется, пришел, чтобы наказать нас.

Отто: …… Приход такого беспокойного человека, сможет ли он вообще что-то сделать.

Если бы он действительно был здесь, продолжай мечтать! - это то, что он сказал бы, но бессмысленно ссылаться на проклятия со стороны тех, кого здесь нет.

На реакцию Отто, Фельт нахмурилась

Фельт: Я говорила вам, что вы будете тратить время только на разговоры! Только последняя тварь продаст своих товарищей. Даже для моей беспощадности, я не сомневаюсь в этом, за исключением Рейнхарда, я не уверена в нем.

Отто: Мне жаль слышать такую ​​оценку, но я ничего не скажу, потому что видел Фельт-саму, захваченную во время нападения

Грубая Фельт, не сказала ни слова на запрос Батенкайтоса. То же самое и с Киритакой.

Они оба сразу поняли, что запрос Батенкаитоса был о Субару, и сразу же отклонили его.

Это решение было хорошим, но, несомненно, слишком поспешным в этой ситуации.

Отто: Этот человек все испортил. Эта девушка и остальные просто нетерпеливы, и, услышав речь героя, которого вы ищете, взволнованного и выпрыгнувшего из эвакуационного центра, все это просто нетерпение.

Фельт: что~ ч!?

Киритака: Тссс

Слова Отто заставили Фельт начать буйствовать. И тот, кто ее успокоил, был Киритака.

Как и ожидалось от главного торговца компании Маус, он сразу понял мнение Отто. В то же время их взгляд и прямая видимость совпадают.

Отто пристально посмотрел на него.

Отто: Если ты не хочешь отвечать на какие-либо вопросы, я отведу тебя к герою. Я тоже хочу сохранить свою жизнь. Однако я требую его безопасности.

Лей: Действительно! Ты знаешь? Ты знаешь это? Место, где наш герой! Фигура нашего любимого героя! Этот слабый и хрупкий, неспособный ничем помочь, если его не поддержат, этот человек!

Отто: Да, да.

Как будто он много знал о Субару. Взывая к своему герою, а также обращая внимание на человека по имени Нацуки Субару.

Отто: Нет, я буду вести тебя.

Однако Отто запутался. Не удивительно, если бы два или три архиепископа греха уже знали о Субару.

Лей: У тебя ужасно хмурое лицо, они-сан цу!

Отто: Вам не нужно так заботиться. Вместо того, что вы будете делать. Убить каждого из нас или гарантировать жизнь всем здесь и встретить героя в ответ. ー ー Что вы собираетесь делать?

Лей: Какой неприятный способ говорить, ты торговец, не так ли? Такие вещи, в которых вы должны использовать свой мозг, мы не способны на это.

Отто: Если это так, то выбрать то, что рекомендуется другими не так уж плохо. Это высказывание популярно среди торговцев, хотя.

Лей: …… Хм

В разговоре инициатива была у Отто. Батенкаитос был действительно послушным грешному архиепископу. Ему казалось, что он просто ребенок, и искаженный дисбаланс заставил его спроецировать себя как монстра. Может быть, он всего лишь жалкий молодой парень ー ー.

Лей: ー ー Только что, ты пожалел нас, не так ли?

Отто: а?

Лей: Эти глаза, мы их помним. Это глаза, которые смотрят свысока. Эти презрительные глаза. С этими глазами, думая, что мы какой-то продукт... А, вот так. У нас было неприятное чувство с самого начала.

Отто продолжал наблюдать, как глаза Батенкайтоса наполнились полным отвращением и враждебностью.

Лей: Вы, торговец, верно? Надевая ценники, это люди, которые продают их, чтобы набить себе карманы. Человеческие ценности и мнения тоже, все, все!

Отто: То есть… я думаю, что здесь есть небольшая разница во мнениях.

Когда начали образовываться облака сомнений, Отто, чей разум был уже подготовлен, тоже начал волноваться. Удалось ли ему донести свое послание? - это был вопрос, ответ на который был четко виден на выражениях Фельта и Киритаки.

Лей: Кто, черт возьми, будет слушать то, что вы, ребята, говорите ~ цу! В конце концов, этот мир прожорлив, выпивая ~ цу! Обжорство ~ цу! Пока мы не съели это, не облизали это, не проглотили это, мы не будем доверять этому! ”

- крикнул Батенкайтос, шагая вперед, показывая свои клыки.

Фельт: Так оно и получилось в итоге, не так ли?

Сказав это с неудовлетворенностью, Фельт держала в руке нож. Как ни странно, у Батенкайтоса были также короткие ножи на обеих руках.

Тем не менее, было бы огромное различие в уровне их подготовки.

Киритака: Если до этого дошло, то на кого можно положиться - это на Весы Белого Дракона.

???: Хейхей! На этот раз я говорю, что мы тоже здесь!

Отто: Просто думая об этом, ценность этого человека значительно снижается, да ……

Лей: О чем ты?

Батенкаитос медленно посмотрел на лица Отто и остальных. Выражение борьбы было на лице каждого. Глядя на это, Батенкаитос с удовлетворением кивнул.

Лей: Для гурманов важны приправы и ингредиенты. Начиная со сборки хороших доступных ингредиентов, только тогда блюдо можно будет съесть ~ цу!

Отто: Я вроде как понял, вроде как…

Лей: Хорошо, даже если ты не понимаешь ~ цу! Мы никогда не думали, что нашу эстетику может понять кто угодно, кроме нас! Нет, ну тогда о времени. ー ー Давайте есть!

Разговор скрепил судьбу. Батенкаитос, открыв большой рот, подошел к Отто с невероятно мощным прыжком. Отто, стоявший рядом с водой, указал пальцем на богохульника.

Отто: Слишком поздно!

Лей: ー ー Ху ~ ч?

Отто: В атаку!!

Отто дважды издает высокий звук.

Лей: ー ー ~ Цу!!

Позади Отто стая водяных драконов выскочила из водного пути и одним махом бросилась к Батенкайтосу.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Ему удалось промыть мозги стаду водяных драконов, сопровожденные огромному влиянию Полномочия [Гнева].

Полномочие [Гнева], с его сверхшироким диапазоном, даже если оно не охватывало весь город, оно сильно потрясло эмоции людей, посеяв семена слабого духа среди горожан, что привело к огромному смятению и подозрительности.

Тем не менее, недавнее выступление Нацуки Субару подняло боевой дух народа, что также было основой гипотезы Отто об использовании силы водяных драконов.

Лей: "Ох, о~хーー ~тцу!?”

Батенкайтос, находившийся в воздухе, не мог остановить огромное количество водяных драконов.

С их лишенными конечностями и змеевидной структурой тела, и весом, который был не ниже ста килограммов, многочисленные тела сокрушают Батенкайтоса. Пока они продолжали сверлить бело-голубыми чешуйками,их клыки были нацелены на раздавленного Батенкайтоса.

Лей: "Охота водяных драконов жестока.”

Вцепившись клыками в добычу, они крутятся и разрывают плоть на части. Это маленькое тело превратилось бы в бесчисленные куски мяса, даже без такого огромного количества водяных драконов.

“ーーーー”

Последствия не будут хорошими.

Благодаря влиянию Полномочия [Гнева],водяные драконы находились в сильном и возбужденном состоянии, и были искусно обмануты словами [Божественной Защитой Духовного Языка].

Фельт: "Удивительно! Это сделал братец”

Фельт подбежала, когда она поднялась, чтобы подбодрить его.

Несмотря на то, что она не шевельнула ни одной бровью, видя эту жестокую сцену. Только теперь кажется, что она была тронута.

Отто: "То, что я сделал, это дал только щепотку водяным драконам. Является ли он Архиепископом Греха или нет, он не может победить природу.”

Киритака: "Возможно и так, но... ты человек, который может делать гораздо более ужасные вещи, чем я думал.”

Отто: "В любом случае, я рад, что у нас все в порядке. Киритака-Сан тоже, думать что ты выжил……”

Киритака: "Я действительно получил травму спины, но [Чешуя Белого Дракона], которая является известной группой наемников, помогла мне с их опытом в медицинском лечении.”

Однако это, несомненно, выглядело болезненно. И все же, что могло быть причиной, по которой Киритака все еще был в движении, даже с такой травмой? Понимая, что скрывается за пристальным взглядом Отто, Киритака сложил руки на груди с выражением полной серьезности.

Киритака: "Это решено, не так ли? У меня есть должность исполнительного директора в управлении Пристеллы. Я слышал передачу, но не могу оставить все как есть.”

Отто: "Я считаю, что этот дух достоин похвалы, но……”

Киритака: "Конечно, существует низкая вероятность того, что я смогу сражаться должным образом и оказать какую-либо помощь. Но в кои-то веки даже я смогу что-то сделать.”

Киритака стыдливо сделал это замечание после эффекта полномочия [Гнева] и речи Субару.

Действительно, именно речь Субару оказала поддержку гражданам, и это было лекарство, слишком сильное для людей, у которых уже были сильные миссии для выполнения. До такой степени, что он отключил страх и разум, которые обычно останавливают человека от совершения таких безрассудных поступков.

Фельт: "Это просто безрассудство, не думай о таких вещах.”

Прочитав мысли Отто, Фельт произнесла это заостренными губами.

Фельт: "Каждый имеет право бороться за то, что для него важно. Никто не может остановить чувство того, кто хочет сделать что-то для этих ситуаций, даже если это не подкреплено большой причиной, они могут.”

Отто: "Это... личное мнение, и такое суждение не должно быть принято кем-то, кто находится в ответственном положении."

Фельт: "Все зависит от ситуаций! Кроме того, я никогда не говорила, что это применимо к данной ситуации, не говорила. как я, и те ребята, мы вышли только потому что мы могли победить.”

Отто: "Победить, говоришь?”

Следуя за Киритакой, Фельт потерла под носом своим пальцем.

Фельт: "Я тоже слышала речь братика. Этот глупый Рейнхард тоже вместе с тобой отправился в здание мэрии. Все, кроме меня, не так ли?”

Как ни несправедливо, но то, что Фельт чувствовалось сейчас, было недоразумением. В этом мире, точно так же, как есть правильные слова, чтобы соответствовать, есть также некоторые вещи, которые могут быть сделаны только теми людьми, которые достаточно склонны.

Вслед за этой теорией Отто прекратил дальнейшие поиски, так как, казалось, не знал причины своего появления здесь.

Отто: "Правильно ли захвачен Хейнкель?”

Войлок: "Его держат в приюте Кэмберли. Мы с Гастоном возвращались, чтобы забрать то, что было забрано.”

То, что было забрано, сказав это, Фельт повернула свою челюсть к Гастону. Гастон держал в руках белый сверток, похожий на длинное копье.

Отто: "Это?”

Фельт: "Старик Ром... похоже, это секретное оружие, которое он хранил в сумке нашего персонала. Я имею в виду, это волшебный инструмент.”

Отто: "Волшебный инструмент!? Как удобно для такого времени!”

В идеале, устрашающая сила магического инструмента должна была бы позволить получить результаты, которые обычно были бы невозможны.

Услышав, что это волшебный инструмент, ожидания человека неизбежно возрастали.

Фельт: "Условия для его использования это боль, но оно того стоит за свою силу. Тем не менее, эта штука может пригодиться в уборке беспорядка, в котором находится братик……”

???: "——~Хк.”

Слова Фельт, возможно, и не имели значения, но то, что в тот момент прозвучало в ушах Отто, было криком.

Отто оглянулся назад, туда, откуда он пришел, и Фельт и Киритака отреагировал расширенными глазами. Они больше не слышали этого крика. Это же очевидно. Как будто это был крик голоса, непонятного для людей.

Лей: "Они кажутся гораздо более забавным противником, чем мы думали, н~о... простые водяные ящерицы - это не еда, не так ли? Будь то для нас гурманов или для любого другого гастронома, они не~пригодны.”

Послышался голос, голос, который, казалось, мог победить все, что угодно в этом мире.

В то же время стая водяных драконов, которые должны были прыгать вокруг и охотиться на эту добычу. Их фигуры с хвостами, туловищами, растрепанными головами были чрезвычайно возбуждены во время первого нападения, но их мучительные страдания и текущая кровь передавали всем ненормальность ситуации.

Отто: "Фельт-сама, этот волшебный инструмент... очень силен, верно?”

Фельт: "Из того, что сказал старик Ром, даже Рейнхард не может избежать этого, понимаешь?”

Отто: "Понятно. Это, конечно, обнадеживает...... Киритака-Сан!”

Киритака: "В.. В чем дело?”

Фельт, которая получила этот ответ, и Киритака, у которого было выражение отчаяния после того, как он увидел водяных драконов. То, что он оставил сзади себя [Чешую Белого Дракона], все еще было очень опасно для не умевшего сражаться Киритаки.

Отто: "Я, Фельт-сама, и все из [Чешуи Белого Дракона] выиграем время. За это время Киритака-Сан должен отправиться в здание мэрии... нет, сначала в восемь эвакуационных центров города!”

Киритака: "Идти туда.. Там вообще что-то есть!?”

Отто: "——Если ты пойдешь туда, то все поймешь. Тот, кто может победить, которого Киритака-Сан впоследствии пошлет сюда, присутствует там.”

Увидев решительное лицо Отто, когда он сделал это заявление, Киритака, изменив выражение лица, энергично кивнув. Затем он повернулся к своим охранникам,

Киритака: "Все так, как вы слышали. С этого момента я, как и велел Отто, отправлюсь в эвакуационный центр. Я хочу, чтобы вы остались здесь и сражались вместе с ними. Чтобы защитить этот город.”

???: "Наша работа быть защитой молодого человека... вот как это должно быть, когда это стало таким надоедливым положением”

Киритака: "Это неверно. Ваша работа не быть моей защитой. Помогите мне с моей целью, таким было первое условие.”

Перед горько улыбающимися лицами [Чешуи Белого Дракона] Киритака ответил с выражением крайней серьезности на лице. Причина, по которой его манера обращения к себе стала еще более вежливой, заключалась в том, что город значил для Киритаки гораздо больше, чем просто ответственное положение в нем.

Киритака: "Помогите мне с моей целью, [Чешуя Белого Дракона]. Чтобы защитить наше важное рабочее место Пристеллу, и давайте бороться, чтобы спасти нашу любимую певицу, Лилиану.”

???: "Хотя повернуть назад было бы невозможно.”

Киритака: "Это не имеет ничего общего с неспособностью снова улыбнуться или с тем, что лежит в моих мыслях. Я люблю Лилиану, и мне больше не нужно подвергать свою жизнь опасности.”

Сказав это, Киритака посмотрел на Отто и Фельт. Одновременно он поднял сумку, которую держал в руках.

Киритака: "В любом случае, давайте покажем, что мы можем это сделать. Потому что никто не знает систему этого города и Лилианы лучше меня.”

Фельт: "на мгновение мне показалось, что это круто, но в конце концов все это разочаровывает.”

Отто согласился с мнением Фельт, но не упомянул об этом, он молча кивнул, наблюдая за приготовлениями Киритаки.

Лей: "——насчёт времени, вы готовы?”

Движения взволнованных водяных драконов прекратились, и, лишившись своих белых глаз, они были близки к смерти.

Сквозь брешь в этой группе медленно появился Батенкайтос. Богохульник выглядящий как юноша, обнял себя за плечи и с радостью заявил о себе как о противнике.

Лей: "Это было так мило, эта контратака. Безрассудство и храбрость - это разные вещи, а заброшенность и упорство - это тоже совершенно разные вещи! Это лицо, которое знает об этом. Мы очень рады. Наконец, вы, ребята, тоже получили квалификацию, чтобы быть приглашенными к нашему обеденному столу.”

Фельт: "До сих пор всё, что мы делали, просто стоило того, чтобы выкинуть в мусорное ведро, хах, этот парень все испортил.”

Отто: "Хорошо или плохо быть признанным врагом - это опять же разные вещи. Лично я считаю, что те, кого презирают, могут еще многое сделать.”

Неужели он получил эту идею, находясь рядом с Субару? А может быть, на его мысли повлиял Субару? Насколько это было бы плохо. В любом случае..

Отто: "Киритака-Сан!”

Киритака: "Желаю тебе удачи в предстоящей битве!”

Следуя словам Отто, Киритака побежал, чтобы покинуть это место. Только один человек, Батенкайтос, наклонил голову, увидев фигуру Киритаки, который пытался бежать с поля боя.

Лей: "Просто останов~ись. После того, как ты мягко простимулировал нашу мотивацию и это чу~вство голода!”

Следуя за спиной убегающего Киритаки, тело Батенкайтоса прыгнуло вперед. Полностью используя свое маленькое тело, его воздушная скорость в одном направлении была невероятно быстрой. С той же скоростью клыки Батенкайтоса проходят прямо сквозь них и достигают Киритаки—— они были на грани того, чтобы сделать это.

Фельт: "Гастон!”

Гастон: "Если я умру здесь, я буду плакать и преследовать тебя после того, как стану духом!”

Голос Фельт разорвал воздух, и гигант, прыгнувший почти одновременно с ним, прервал курс Батенкайтоса. Скрестив руки на груди и согнув спину, это был слуга Фельт, Гастон.

Лей: "Не вставай на пу~тиーー”

Размахивая кинжалами своих рук, Батенкайтос попытался срубить препятствие. Стальной клинок ярко блеснул, и удар пришелся в незащищенную руку Гастона.

Звуки отдались эхом, и кинжал Батенкайтоса сломался.

Лей: "Ху~х?”

“ーーーー”

Вопросительный голос Батенкайтоса сопровождался голосом Отто: они видели, что произошло.

Положение Гастона ничуть не изменилось. Своей рукой он сломал Кинжал Батенкайтоса.

Фельт: "Иой гигант довольно крепкий. Достаточно, чтобы быть моим охранником.”

Счастливая Фельт, которая, казалось, думала, что они его отпугнули, бросила нож, который держала в руках, в сторону Батенкайтоса. Батенькайтос уклонился от удара с той же скоростью, с какой он уклонился от удара Гастона. Как только он кувыркнулся назад, к открытому пространству, [Чешуя Белого Дракона] изменила свое положение и преградила дорогу.

Лей: "Хмм, Хе~й. Мы видим.”

Подавляющее существо называемое Батенкайтос, было в меньшинстве, но приятная улыбка, которая прилипла к его лицу, не исчезла.

В том же темпе Батенкайтос взглянул на противостоящего ему Отто,

Лей: "Количество людей, которыми Лоуис, вероятно, будет доволен, составляет три хух.”

Прошептав с дрожащим вздохом, он вынул из руки сломанный кинжал. Теперь его левая рука была обнажена, и только правая была вооружена.

Отто: "По какой-то причине я чувствую, что этот пробел вообще не заполнен.”

Как обычно, тревожный звонок Отто продолжал отвечать на эту величайшую из угроз.

Не обращая внимания на голос в голове, Отто посмотрел на Фельт. Это неизменное лицо решительно смотрело на напряженную битву.

Давайте драться, не имея возможности убежать.

Отто: "Учитывая количество возможностей для борьбы, которые я получил за последний год, что я буду делать даже как торговец?”

Голос, который лился из этого рта, не достигал никого

Отныне никто не замечал, что голос его звучит пессимистично не из-за содержания слов.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 55. Тот, кто бросил вызов богу

Перевод: Kira

Редактура: Toster

-Легенды о Боге Войны Кургане были широко распространены в Воллакии.

В могущественной империи Воллакии, до тех пор, пока у человека были способности, обстоятельства их рождения не принимались во внимание.

По сравнению с Лугуникой, в которой есть сознательная разница в обращении к полулюдям, и с Святым королевством Гутеско, которое закрыто для иностранцев, Воллакия придерживается системы отсутствия внимания к происхождению или внешнему виду подобно Карараги.

Поэтому среди четырех основных стран Воллакия считается лучшей страной для проживания нечистокровных людей.

Но, с другой стороны, жестокое правило выживания сильнейшего означало бы жестокие репрессии и угнетение тех, кому не хватает силы и ума. Конечно, суждения о личных качествах и суждения о расовой принадлежности будут другими.

В особенности, Клан Многоруких много лет скитался, как кочевая раса, которая никогда не останавливалась на одном месте. Представители Клана Многоруких выглядели так, как и назывались, а их приспособляемость к использованию магии, как полулюдей, была крайне низкой. Их можно было бы считать разве что низшей расой

Общее число представителей Клана Многоруких было невелико. Если когда-нибудь возникнет разногласие среди них, они будут больше склонны переселиться, чем бороться за защиту своей земли.

Неизбежно, что такая раса, прогнанная из бесчисленных мест, пришла бы в Воллакию, где их естественным образом поглотила бы империя крови и металла, и их бы настиг упадок.

-В этом мире власти, слово Нет было сказано получеловеком по имени Курган.

Хотя у представителей Клана Многоруких была особенность, что у них рук было больше чем две, как у обычных людей, это число варьировалось от одного представителя к другому. В то время как у большинства было четыре или пять, Курган, у которого было восемь рук, был особенным явлением.

Это был молодой Курган тех дней. Когда местный лорд решил забрать обратно себе земли, Курган отказался, и своими восемью руками взмахнул, чтобы гонец ушел обратно. Затем, он подстегнул своих дрожащих братьев, личная армия Лорда была оттеснена и прорвана, раз за разом, до тех пор, пока, наконец, особняк Лорда не был атакован

Хотя варварское нападение напугало лорда, Курган предложил ненасильственное решение.

Он молвил, что он и его народ показали себя, и приняли ценное место в личной армии лорда. После этого, на протяжении различных сражений, имя Восьмирукий Курган распространилось как легенда Империи Воллакии.

Гарфиэль: "--"

Все его тело было погружено в холодную воду, и он все еще мог видеть колеблющуюся луну через воду, которая текла над головой

Кость, которая поддерживала его правый глаз, сломалась, и глазное яблоко, заключенное в глазницу, казалось, вот-вот выскользнет. Он сразу же использовал левую руку, чтобы поддерживать магию лечения и минимально исцелиться

Его оставшийся левый глаз вышел из своей орбиты, наблюдая за красными отложениями, текущими вместе с водой, его тело, выгнулось вверх и ударилось о дно водного пути.

Гарфиэль:"--"

Очевидно, что он лежал под водой, но при этом он не чувствовал никаких следов ее равнодушной прохлады.

Его тело освободилось от тяжести гравитации, сила медленно вливалась обратно в его руки и ноги в этом мире, потерявшем свою тяжесть.

Если бы только освободить сердце от боли было бы так же просто, как тело - сейчас его сердце погрузилось во тьму.

Или же он мог просто продолжать тонуть вот так, такая мысль ни в коем случае не могла полностью исчезнуть из его сердца. Тем не менее, задерживать дыхание стало уже больно, и в темноте, его глаза не оставили его полностью ослепшим.

Девушка с волосами персикового цвета, кошкодевочка с оранжевым мехом и черноволосый парень появились в его сознании и зажгли его почти затопленное сердце

Может быть, это было пламя, которое сразу же исчезнет. Раньше это было именно так, даже если смелость притворяться храбрым была полностью разрушена, да, так все и есть. Но даже так, несмотря ни на что

-Это не было оправданием навсегда остаться тонуть в этой воде.

Гарфиэль: "Фва!"

Протянув руку, чтобы выпрямить спину, сильно хлопнув о воду, вытолкнув себя к одному вдоху. По мере того, как голова выходила из воды, Гарфиэль отряхивал голову от нее.

Зрение в правом глазу все еще было затруднено, а длительные последствия избиения превратились в шум в ушах, непрерывно звенящий в его голове. Все его окровавленное, израненное тело было залито рвотой, и отсутствие ощущений во рту дало диссонирующий эффект по его зубам.

Гарфиэль: "Ебаное дерьмо..." (за мат соре)

Ухватившись за край водного пути, он вытолкнул себя. Гарфиэль встряхнул все тело от воды и оглянулся вокруг.

Раньше Гарфиэля швырнули в водный путь.

Ничего не изменилось, бог войны остался стоящим на месте

Положение его протянутого Демонического Лезвия было таким же, и учитывая неудачную атаку Гарфиэля, не было никаких сомнений, что он сохранил свою позицию.

Курган: "--"

Глядя на безмолвного бога войны, Гарфиэль начал думать.

В конце концов, нельзя сказать что столкновение между Гарфиэлем и Курганом было действительно неизбежно. Задача, которую Гарфиэль надеялся выполнить, была остановить внезапное нападение, которое Похоть, вероятно, должна была совершить на город. Даже если бы он сражался с Курганом здесь, он не спас бы город исключительно неспособных сражаться людей.

С первого взгляда, все говорило Гарфиэлю избежать здесь битвы с Курганом.

Гарфиэль: "Но... ни за что, он не позволил бы мне сбежать".

Настолько большое тело, что пришлось бы поднять голову, чтобы увидеть его полностью, чтобы увидеть это невероятное количество мышечной массы. Даже если он выглядел неспособным проявить ловкость, даже если Гарфиель попытался бы сбежать, он не мог себе представить, что ему удастся избежать этих мечей.

С того самого момента, как этот бог войны предстал перед ним, Гарфиэль был признан неспособным к бегству.

Теперь, было только два варианта, которые Гарфиэлю было позволено выбрать.

-Сражаться до смерти или восстать против этой смерти - только эти два варианта.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Гарфиэль: "Сейчас не время так думать!"

Мысли о поражении проносились в его голове, Гарфиэль скрежетал зубами, чтобы прогнать их. Клыки, быстроотросшие, чтобы компенсировать его потеряные, ныли болью, но эта боль заставила негативные мысли о поражении отойти на второй план.

Любое ощущение неминуемого поражения, любой намек на него, будет развеян.

Слова самоуспокоения, чтобы оправдать свое поражение, были не нужны!

-Победить, победить, победить, победить, победить, победить!

Победить и доказать, что чего-то стоишь!

Гарфиэль: "УУУУАААААААААААаааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!"

Громко рыча, прогоняя любую слабость прочь, Гарфиэль в очередной раз бросился вперёд. В предыдущей стычке, единственный удар, в который он вложил все свои силы, был заблокирован.

Однако, если веса в ударе не хватает, он может ускориться чтобы направить этот вес/направить этот вес скоростью/использовать его с большей скоростью/использовать скорость, чтобы контролировать этот вес.

Использовать когти, использовать зубы, открывать, рвать, кусать, опустошать.

Курган: "--"

Безмолвный бог войны, поприветствовал устремившегося к нему Гарфиэля.

Удар от Демонического Лезвия пришел с его плеча

Можно было бы назвать этот удар точным, но проникающая сила была слишком мала, можно было бы дробящим, но он двигался слишком резко. Такой удар принадлежал исключительно Кургану, это сочетание мастерства меча и мощи, которое оставляло его противников разгромленными.

Внезапно приближающееся Демоническое Лезвие прошлось над затылком Гарфиэля, так как он наклонился вперед. После этого близкого удара настрой Гарфиэля неуклонно становился более пылким.

Если бы был только один удар, Гарфиэль смог бы с легкостью его избежать. Скорость его небольшого и гибкого тела сильно отличалась от скорости этого огромного тела с настолько же огромной рукой и оружием.

После того, как он увернулся от массивного удара, отправить прощальный подарок в виде режущего удара лапой было просто. Вернее, должно было быть.

Гарфиэль: "-гхх"

Однако Гарфиэль, находясь под кучей этих рук, был вынужден сразу уклониться. Одна из гигантских боковых рук Кургана неслась снизу вверх, угрожая из-под подбородка отправить его в полет.

Также это было неожиданно - нет, все потому что равновесие в таком теле было просто другим.

Курган, рожденный в Клане Многоруких, неустанно тренировался, чтобы найти стиль, который подходил его собственному телу.

Он оттачивал пугающие техники его тела, которые полностью отличались от тех маневров, которые Гарфиэль знал практикуясь в расчете на четыре конечности у противника.

Как только его атака заканчивалась, его тело осталось бы открытым, и открылись бы слабые места - такой здравый смысл применялся.

Если бы одна рука использовалась только для защиты, то в оставшемся пространстве можно было бы найти слепую зону противника

Даже если он cмог заблокировать смертельный удар одной руки, все равно остались семь других, с которыми он должен справиться.

Если он не сможет справиться со всеми ними, то его ждет только один исход.

Гарфиэль: "нгх, гааааа!"

Перед дрожащим Гарфиэлем рук бога, казалось, было достаточно, чтобы сотрясти мир.

Ревущие Демонические Лезвия ударили со всех сторон, сокрушив тело их противника с неистовой силой.

Блокируя один удар щитом, наклоняясь, чтобы увернуться от другого, бросаясь назад, чтобы уменьшить воздействие следующего, вращаясь, чтобы избежать еще одного, отражая один со всей силой своего тела, позволяя следующему сломать плечо, чтобы избежать смертельной травмы. Звериные ручники нанесли один удар, одно попадание, лишь, чтобы попасть в каменные ступеньки.

Гарфиэль: "уа, фух".

-Восемь рук.

Только что Гарфиэль бросил все против Кургана, и едва выжил в последовавшем контрнаступлении.

Подобная атака несла смертоносность бури, и все же, для Кургана, это было просто размахивание каждой из рук.

Если это было то, что означало быть богом войны, если бы борьба продолжилась бы, Гарфиэль был бы уничтожен за мгновения. Прямо сейчас, рухнувший на землю, окровавленный Гарфиэль все еще дышит только потому, что все еще стоящий бог войны не имел намерения преследовать.

Курган: "--"

Встав в такую же позу, как, когда Гарфиэль вылез из водного пути, Курган посмотрел вниз на проигравшего в их борьбе

Никаких подобных чувств разочарования, что он был недооценен, не возникало.

Теперь вопрос был, сможет ли он хотя бы достичь чего то сравнимого.

Состязание воинов на поле боя друг с другом.

Имя этого бога войны, Восьмирукий Курган, было легендой.

Гарфиэль: "хуух... хуух..."

Он не смог бы выиграть. Победить было невозможно.

Живая легенда, покинувшая этот мир, получеловек, который стал героем, этот бог войны.

Процветавший в Великой Воллакии, даже когда его клан считался низшим и презирался, был этот человек, который изменил судьбу своей расы в одиночку.

Гарфиэль был не более чем маленьким ребенком, который почитал эту легенду.

Гарфиэль: "хуух... хуух... хуух"

Очевидно, что это было так, но почему то его тело само по себе выпрямилось.

Даже его внутреннее "я" было столь потрясено, но все же его тело стояло прямо.

Гарфиэль: "Ааах... шумно, шумно, чертовски шумно!"

Стук его сердца теперь был необычайно громким.

Сопровождаемый звоном барабанов в ушах, Гарфиэль топтал землю. Каменные ступени под его ногами начали раскалываться, и трещины прошли прямо под ноги Кургана.

Молчащий Курган и окровавленный Гарфиэль стояли напротив друг друга.

Качаясь, Гарфиэль собрал силу в пальцы ног, снова ударяя ими о землю. Затем, Курган сдвинулся.

Нет, его сдвинули.

Курган: "--"

Через ступни Гарфиэля, Божественная Защита Духов Земли пропускала свою силу. Эта сила перемещалась от вновь образовавшихся трещин к ногам Кургана, и земля, поддерживающая гиганта, улетела к небесам.

Это огромное тело, парящее в воздухе, хотя и отточенное сотнями сражений, все еще было рабом законов физики.

Потеряв поддержку нижней части тела, он больше не мог наносить свои мощные удары.

Гарфиэль: "Аааааааааааааааааааа!"

Этот был ключевой момент.

Прицелившись в то место, где висел Курган в воздухе, Гарфиэль взмахнул рукой.

Частично звериная, рука, покрытая мехом и мускулами гигантского тигра, ударила по Кургану. Даже бог войны не имел возможности сопротивляться, если он не мог изменить свою позицию в воздухе.

Со звуком столкновения, перехватившее удар Демоническое Лезвие отлетело, открыв тело Кургана.

И теперь его ожидал удар Гарфиэля. Воспользовавшись первым клинком своих доспехов, его когти пронзили эти толстые мышцы пресса.

Рыча, Гарфиэль не ослаблял натиск своих атак.

Грудная клетка, бедра, колени и живот - все это принимало постоянные удары.

Подавленные силой атак, многочисленные руки Кургана не успевали их отражать, и он мог лишь принимать каждую атаку в своей раскрытой позе.

Гарфиэль: "Это успех!"

Гарфиэль, убежденный, что победа близко, закричал.

Режущие звериные когти разрывали Кургана, обливая Гарфиэля темной кровью.

Гарфиэль стряхнул кровь с своего тела, продолжая свой натиск

Уверенный в том, что его противник теперь беспомощен, Гарфиэль обнаружил, что Курган, был покрыт железом. По его телу прошелся холод и его волосы встали дыбом.

Курган: "--"

Глаза бога войны уставились на Гарфиэля, его манера осталась в точности такой же, какой она была в начале, он ничуть содрогнулся.

Гарфиэль: "А?"

Именно тогда Гарфиэль понял.

Бог войны промедлил с контратакой.

Удар Демонического Клинка врезался в пару поспешно поднятых щитов Гарфиэля, сломив его стойку, и тот сильно врезался в землю.

Гарфиэль: "Гх"

Он даже не мог ворчать.

В мгновение ока он потерял ориентацию в пространстве, конечности Гарфиэля двигались полностью под воздействием удара, который послал его в полет.

В воздухе, не имея точки опоры, Курган совершил яростную атаку усилием только верхней части своего тела.

Этот метод был простой и прямолинейный.

Он схватил Демоническое Лезвие двумя руками, чтобы увеличить силу удара. Сила удара резко возросла.

8-Это принцип щелчка в лоб.

Использование двух рук, чтобы превратить атаку в смертельный удар.

Отправить его в полет, чтобы уменьшить силу его атак. Для этого метода Курган нашел абсолютное решение.

Гарфиэль: "-кх"

Его цепочка контратак была прервана, Гарфиэль получил удар ногой от огромного тела прямо над ним.

Удар ноги в сумме с ускорением от падения был настолько силен, что тело Гарфиэля отскочило от земли, как только он долетел до нее.

Боль и поражение заняли его мысли. То, что заставило его использовать свою исцеляющую магию, было исключительно его инстинктом выживания.

Прикрепив переломанные кости на предплечье, локте и раздробленные плечи, он начал лечить свои исковерканные внутренние органы. Его ребра, кости талии, части левого бедра также были сломаны, но их слишком трудно восстановить в худшем случае.

Его магические врата начали излучать тепло внутри тела. Он сконцентрировал всю свою магическую силу, изнуряя запас маны.

Воспользовавшись возможностью черпать силу из земли, с его телом, прижатым к ней, он начал лечить и восстанавливать себя с головы до ног.

Несколько секунд, или десятки секунд, или, возможно, несколько минут.

Игнорируя даже ход времени, Гарфиэль сосредоточился на восстановлении своей плоти.

Наконец, достигнув точки, когда он хотя бы мог едва двигаться, он выплюнул кровь из рта и встал.

Курган: "--"

Бог войны спокойно смотрел на запятнанного кровью Гарфиэля.

Увидев этот жест, углы глаз Гарфиэля воспылали. Жара внутри заставляла его склонять голову, дрожать зубами.

Гарфиэль: "Блять, это...?"

С самого начала, позиция Кургана оставалась непоколебимой.

Он отвечал на вызовы Гарфиэля, но он не брал на себя инициативу и не бросался на Гарфиэля с обнаженными мечами.

Гарфиэль, был безжалостно сокрушен трижды.

Он почувствовал себя сломленным и униженным, это разбило его, разбило его воинское тщеславие и гордость.

Он чувствовал, что он обязан его победить.

Также, он также думал, что было бы лучше покончить с собой, чем страдать от этой насмешки.

Бог войны Курган, герой Воллакии.

Так как его считают воином над всеми воинами, просить его понять разочарование в сердце Гарфиэля было бы невозможно.

Гарфиэль: "Может быть, все в порядке, просто..."

Убей меня, он мог попросить его об этом.

Честно признав поражение, признав очевидное неравенство в силе, попросив, чтобы ему было позволено умереть как воину.

Опустив щиты, расправив руки и формируя выражение блаженства.

Был ли он готов так его умолять об этом?

Пасть в битве с богом войны; для воина это было, пожалуй, наивысшей честью.

Гарфиэль: "В этом месте..."

Разве это не было бы так просто, если бы все закончилось.

Гарфиэль: "Разве это не было бы так просто, раз на этом все закончится."

Вооруженный щитами, он сжимает руки, чтобы показать враждебность.

Он смотрит вперёд, показывая намерение бороться до последнего.

Гарфиэль: "Если слишком долго думать, ты теряешь время даром".

Кое-кто однажды сказал ему, что не стоит так много думать во время боя.

Ты довольно силен, когда не думаешь о посторонних вещах, а просто следуешь инстинктам в сражении.

-Правда, так и есть?

Гарфиэль: "Все это звучит как потеря времени..."

Как раздражало его сердцебиение.

Все кости в нем перекручивались и соединялись, и начинал формироваться звук.

Раздражающий, раздражающий, раздражающий, раздражающий.

Этот посторонний звук, весь он, полностью, был таким раздражающим.

-Этот звук, можешь ли ты его не слышать?

Гарфиэль: "Могу ли я слышать... всегда, конечно, крутой я могу это слышать".

Даже если бы он избегал мыслей об этом, это бы ничего не значило.

В ухе Гарфиэля, или, возможно, в его части, отделенной от барабанной перепонки, этот голос все равно был услышан.

Чей-то голос, близкий ему голос, знакомый голос, согревающий сердце голос, подавленный голос, гордый голос, голос, который не мог сдержать свою ярость.

Все эти голоса, отказались отпустить Гарфиэля.

Даже если бы он полностью отдался инстинкту сражаться, эти входящие звуковые волны никак не исчезли бы, и Гарфиэль не одинок.

Чем больше он думал об этом, тем слабее он был, и тем слабее он был сейчас.

Все отличалось от того времени, когда он был в Святилище, играя роль одинокого волка. Теперь он проявлял больше смирения, увидел больше вещей.

Чем больше людей было у кого-то, тем слабее они становились, и они проводили всю свою жизнь, становясь еще слабее.

Гарфиэль: "Как это... возможно".

Принимая эти неугасающие голоса, проглатывая его ощущение того, что он уже проиграл, возбуждая желание победы, и вкладывая его восхищение и зависть во все это.

-Гарфиэль, бросил вызов богу войны.

Гарфиэль: "-кхх".

Курган: "--"

Взгляд Гарфиэля изменился.

Курган, будучи свидетелем этого, спокойно сдвинулся.

Из своих четырёх Демонических Лезвий, он вложил два в ножны.

Однако, это ни в коей мере не означало, что сила Кургана ослабла. Вместо этого, это позволило ему больше сосредоточиться только на этих двух Демонических Лезвиях. Как бы объяснить, бог войны просто изменил свою стойку.

Бог войны, который стоял вперед лицом, балансирующий на своей правой ноге, слегка наклонился, пока он смотрел на Гарфиэля.

Это была боевая позиция.

-Доказательство, что Курган, наконец, рассматривал Гарфиэля как врага.

Гарфиэль: "-Так что теперь, ты действительно относился к великолепному мне как к ребенку. Ястреб непригоден для воспитания детей, Это здесь и происходит, не так ли?"

Курган: "--"

В тишине Гарфиэль понесся к богу войны.

Ответом на это жестокое наступление стало Демонические Лезвие.

Подавив ужасное чувство непреодолимого отчаяния, приближающимся к нему, Гарфиэль бросился вперед, воспользовавшись возможностью со всеми своими силами.

Это была недооцененная тактика его предыдущего нападения.

Это было вызвано аурой, которая исходила от Кургана, так же как и страшное восхищение героем в воображении Гарфиэля.

Гарфиэль: "Уааааа!"

С крюком, он рванулся к Кургану.

Хотя был тяжелый звук железа на теле, он ударил не туда, куда прицелился, а по руке вытянутой, чтобы заблокировать.

Гарфиэль: "Что это за шутка!"

Увидев кулак, блокированный ладонью, Гарфиэль заревел.

Черпая силу из ступней своих ног, он влил эту силу в свой кулак, который был встречен ладонью Кургана, и кулак прорвался вперед.

Курган изогнул пальцы, чтобы избежать внезапный удар, и Гарфиэль воспользовался возможностью приземлиться на талию военного бога, и побежал вверх по груди, как будто он собирался сделать сальто.

Курган сдвинулся назад, и в то же время, ударил своим Демоническим Клинком.

Почувствовав поток воздуха, чтобы предсказать направление удара, Гарфиэль принял его с помощью своей пары щитов.

Громовым звуком тело Гарфиэля отлетело назад.

Гарфиэль: "Ааааа-".

Хлопнув конечностями по шиферному полу, он заставил его тело остановиться. Он глянул вверх, бог войны уже был близко.

Курган, который еще не начал свою собственную атаку, теперь бросился вперёд, чтобы прикончить Гарфиэля.

Только один момент, чтобы предсказать, только один момент, чтобы отреагировать, только одна секунда, чтобы результат принес плоды.

Курган: "--"

Гарфиэль напряг руки, которые он засунул в шифер, поднимая перед собой землю. Ринувшийся на него Курган разбил эту стену, запущенную в его плечо, и набросился с клинком.

Какофония.

Гарфиэль, приняв прямой удар, был отброшен назад. Пятка, которая пыталась твердо стоять, скользила по земле, и осколки зубов вылетели вперед.

Но...

Гарфиэль: "Не смотри на меня свысока, ублюдок!"

Он использовал свои зубы, чтобы блокировать шпору призрачного мачете.

Из его резцов капала кровь, покрывая Демонический Клинок, но Гарфиэль не колебался.

Курган: "--"

Он напряг шею и челюсть, и тело Кургана дрогнуло.

Он схватил рукоятку укушеннего клинка другой рукой, и напрягся, чтобы вырвать его одним движением, но этого было не достаточно.

Кроме этого, еще и сила укуса его зубов еще больше возросла. Верхняя часть тела Гарфиэля надулась и начала превращаться.

Гарфиэль: "ГРРРООООооооаа, ГРААААА!!!"

Превращение его головы в животную форму значительно снизило бы его способность к рациональному мышлению.

Его мышление регрессировало бы до уровня зверя, и ему бесчисленное количество раз говорили, что это палка о двух концах.

Но в этот момент это был выбор Гарфиэля.

Эта желанная сила была незаменима.

Столкнувшись с самым могущественным представителем расы Многоруких, как он мог победить, если отрицал собственную глубинную природу?

О тигр, тигр, тигр, в этот момент одолжи мне свою силу...!

Курган: "--"

Как только золотой тигр открыл глаза, Демоническое Лезвие было разорвано.

Клинок был измельчен, и разрушение перешла с клинка на рукоять, пошатнув стойку гиганта, он вдруг потерял свою опору и равновесие.

-Это действительно была возможность.

Гарфиэль: "Хуу, ха, ха! ”

Зверь размахивал лапами, нанося удары по голове Кургана. Гигант не мог поймать равновесие, находясь под неоднократными ударами зверя.

A slice and a bat появились одновременно, и Курган, с кровью сочащейся из ран, был оттеснен

Курган: "--"

Тигр последовал дальше, но был встречен ударом.

Лицо огромного тигра разбилось о локоть, переносица сломалась, и сразу же после этого, снизу, был нанесен удар по его нижней челюсти.

Тигр удачно приземлился, но удар спереди прилетел ему в лицо.

Кровь залила его помутненное поле зрения.

Осознание, контроль исчезли из его разума.

Не то, чтобы это было связано с ним самим. Все, что было по настоящему важно для него, было в его сердце.

Даже не думать об этом, оно не исчезнет, будет направлять его окровавленное, избитое тело.

Демонический меч приблизился.

Оставшийся из тех двух, который не был разломан.

Только один момент, чтобы предсказать, только один момент, чтобы отреагировать, только одна секунда на результат, чтобы принести плоды.

Гарфиэль: "гуу, уу..."

Лезвие, движущееся в сторону его тела, прошлось по его щиту и встретило его живот.

Даже если удар был рассеян, этот удар все равно мог прорезать толстые брюшные мышцы его тела.

Однако, столкнувшись с волосами, жесткими, как золотые иглы, и набухшим телом огромного тигра, разрез все еще не был возможен.

У ног Кургана, топот от Гарфиэля. Это был эффект благословения Божественной Защиты Духов Земли.

Гарфиэль: "Уууууааааааааа!"

Лезвие, все еще приложенное к брюшным мышцам, Гарфиэля это не остановило.

Курган был лучше напорядок в рукопашной борьбе, но Гарфиэль не мог ничего не делать.

Отсутствие зубов, рука, которая была сломана несколько раз, и инстинкт, подавляющий его чувствительность, заставили его прилагать больше усилий, чтобы держать Кургана.

Курган: "--"

Дергаясь своим громоздким телом, Гарфиэль бросил Кургана - в водный путь позади.

В тот момент, когда он был брошен, Курган протянул руку, чтобы схватить Гарфиэля, и тот полетел вместе с ним.

Они оба упали в водный путь с громким всплеском.

Два огромных тела обдало течение, и кровь стекающая в воду, была смыта.

Курган: "--"

В воде эти две фигуры все еще непрерывно то атаковали, то оборонялись.

В темной, затмевающей зрение жидкости, Гарфиэль и Курган продолжали бить друг друга, не обращая внимания на сопротивление воды.

Кулаки гиганта крушили его органы, мучительно выдавливая воздух из легких. От боли к боли, от страданий к страданиям, так продолжалась подводная битва.

Между тем, Гарфиэль понял свое невыгодное положение.

По какой-то причине, бог войны перед ним, похоже, не дышит. Он ощутил будто его противник - воскресшее тело.

Кислородное голодание вызывало вялость, и Гарфиэль находил каждое свое действие медленным и застывшим.

Поток воды постепенно усиливался и вспучивался, снова и снова две фигуры падали из водопада в водопад.

По мере того, как его сознание угасало, кончики пальцев теряли свой боевой дух.

Гарфиэль: "-ах"

-Его дыхания было недостаточно.

Это стало бы истинной причиной его поражения, так как сознание Гарфиэля покинуло его. И победа была...

Курган: "-"

Тяжелый звук, приглушенный, постоянный, доносился до него.

Возвращаясь в свое угаснувшее сознание, Гарфиэль увидел что-то в мутной воде.

Демонический Клинок врезался в стену и дно канала, и удар бога войны создал прореху в потоке воды.

У него не было ни возможности, ни воздуха спросить, что он делает.

Звук лезвий со всех сторон сотрясал поток воды, до тех пор, пока, наконец, звук ломающегося металла и шокирующей порыва не наложились.

В следующий момент появилось новое течение.

Отдельное от основного потока, оно было совершенно другое. Тело Гарфиэля, захваченное им, было выброшено из водного пути.

Гарфиэль: "-пуа, куу, куу"

Он перестал ощущать воду вокруг себя и выплюнул объем все проглоченной им воды.

Из его глаз, носа, ушей, из всех отверстий в нем вылилась вода, и Гарфиэль покачал головой.

Как только ему стало интересно, что случилось, он услышал это.

???: "Великолепный Тигр?"

Под звук протекающей воды, кто-то тихо взывал к нему.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 56. Заявление о разводе

Перевод:Kirahegao -Полномочие [Жадности], связанное с именем его звезды, было истинным лицом его [Неуязвимости].

Имена звезд, которые знал Субару, совпадают с именами архиепископов.

Происхождению имени Бетельгейзе [Рука Ориона] вполне соответствовала [Невидимая Рука] безумного Петельгейзе Романи-Конти.

Поэтому Субару считал, что имена звезд тесно связаны с силами архиепископов.

Архиепископа [Жадность] звали Регулус Корниас. Его имя "Регулус" происходило из латинского, как "Лео", что означает [Маленький король], а также - [Сердце Льва].

Хотя он однажды посмеялся над этой идеей, Субару понял, что эта идея не бессмысленна, и продолжил такой ход мыслей, придя к гипотезе.

В первую очередь, как определяется [Король]?

Королевство Лугуника в настоящее время находится в середине королевских выборов, каждый кандидат стремится показать, что он достоин трона. Хотя каждое видение, каким должен быть достойный правитель, рано или поздно станет известным, Субару хотел поднять здесь тему [Короля], в этой ситуации, когда оно приобретало более общий смысл.

Этот так провозглашенный [Король], был представителем королевства, стоящим на его вершине.

Если рассматривать такое более общее определение слова [Король], нация могла быть состоять из чего угодно, но один человек не мог быть нацией.

[Король], символизирующий страну, существовал благодаря [Гражданам] внутри нее.

Следуя этой линии мысли, нося имя [Маленький король], Регулус Корниас, вероятно, также имел бы, соответственно, [Граждан], которые могли бы даровать ему титул [Короля].

Субару: "Тогда, те, кто сделают Регулуса королем, где же [Граждане] этого [Маленького королевства]?".

Ему даже не пришлось об этом думать.

Не взяв с собой никаких приспешников, епископы напали на город Пристелла.

Несмотря на то, что это была группа действовавших независимо друг от друга дьяволов во плоти, единственным, кто взял с собой посторонних людей, был Регулус.

Зачем ему это понадобилось?

Хотя, зная Регулуса, вероятность того, что он просто выставлял напоказ свою жадность, нельзя было исключить, но если все же это не так, если он действовал из необходимости...

Субару: "Для того, чтобы Регулус стал [Малым королем], он должен был принести коллективное [Гражданство] своих жен. Хотя неизвестно, имеет ли расстояние до них какое-то отношение к его силам или нет, похоже, что из-за этого ограничения, даже если бы существовало пятьдесят жен, Регулусу все равно пришлось бы привести их".

Было ли условие этой [Неуязвимости] основано на количестве жен? Или на расстоянии от жен?

Если бы тот факт, что Регулус является [Маленьким Королём] был чем-то обусловлен, то пределы того, что [Жадность] может достичь, потенциально были бы затронуты этими условиями.

Короче говоря, жены Регулуса не могли не иметь отношения к его [Неуязвимости].

Субару: "Но этого недостаточно, чтобы раскрыть мне секрет его трюка".

То, что Субару понял из его рассуждений, было лишь частью того, чем является [Маленький король].

Другое его имя, [Сердце Льва], еще не было объяснено, как и подавляющая мощь, как наступательная, так и оборонительная, которая сопровождала его [Неуязвимость], а также тот факт, что его окружение не влияло на него. Все это оставалось загадкой.

Если бы у него было только усиленное тело, Рейнхардт смог бы его пробить; однако, [Неуязвимость] Регулуса явно не поддавалась ему.

Субару: "Это не может быть супер-сильным барьером. Все меры, чтобы остановить [Неуязвимого] врага, уже были опробованы. Вдобавок ко всему, ему определенно не хватает сердцебиения и температуры тела. Тогда..."

Имя [Сердце льва] привело к мысли, и последний кусочек головоломки упал на место.

Полномочие [Жадности] Регулуса не было [Неуязвимостью].

Истинным лицом подавляющей силы убийцы было [Остановка времени объекта].

Уже поставлено, уже оценено, без дыр.

Слова, которые Регулус всегда произносил с искаженным самоудовлетворением на лице, были о том, что он был человеком, довольным своим идеальным существованием, но в то же время не делал никаких попыток скрыть природу своих способностей.

Subaru: "Время его тела заморожено, так что забудьте о нападениях, даже вода не намочит его. Время песка, который он бросает, замерзло, так что он не отскакивает, а проходит прямо насквозь".

Среди суперсил, известных в манге, была подобная [пространственный разрыв].

Эта сила, как и предполагает ее название, вызывало разрыв самого пространства, отрезав что-то от его окружения, независимо от того, что может попытаться на него повлиять; способность Регулуса действовала таким образом, в какой-то степени.

Можно сказать, что Регулус Корниас, который мог отрезать себя от потока времени, сам являлся искажением пространства.

Действительно, хотелось сказать, что масштаб разве что другой - [Неуязвимость] была лишь побочным эффектом [Остановки Времени Объекта].

Осталось сказать...

Субару: "Секретная техника остановки времени - твоя истинная способность!"

Регулус: "Можешь сказать так гордо что захочешь, я не буду комментировать! Ты из такого типа людей? Кто хочет верить, что что-то знает, значит все вокруг тебя тоже должны узнать? Даже гордость должна знать меру, покажи мне немного самосознания, ты, мелкое отродье!"

Спина Субару была прижата к каменной стене, скрывавшую его, когда он кричал, и Регулус бросился на него с насмешкой.

Пробивая стены, прорезая себе путь, он буквально вызвал целый парад разрушений - в результате Регулус догнал Субару.

Прямо сейчас Субару столкнулся с этим всем в одиночку. Тем не менее, на самом деле это был не тот захватывающий случай, который мог быть описан словом [сражение].

Регулус: "Метание туда-сюда раздражает меня до смерти, ты. Не убегай, будь мужчиной, думаешь, я бы так сказал? Меня с тобой нельзя сравнивать. Хотя ты явно вытаращил глаза, когда я послал Святого Меча в полет, ты даже не можешь понять что-то подобное? Неважно, как ты на это смотришь, разве ты не смотришь на меня сверху вниз!?"

Субару: "Когда это кто-то, кого ты ненавидишь, что бы он ни делал, хорошо это или плохо, всегда раздражает. Если бы я ринулся вперед, я бы только столкнулся с будущим, которое меня убило бы. Кроме того... этот выбор - правильный ответ, должен им быть."

Регулус:"Правильный ответ, идиот. Будь то личный выбор или стратегия, всевсевсе это! Это может быть только результат, который приведет к смерти, не так ли? Если бы вы хотели продолжить борьбу, не лучше ли было бы этой цветущей девице остаться? Такой зрелый человек, как ты, может что-нибудь, кроме как трогать чужую жену?

Субару: "То, что ты болтаешь, на самом деле довольно грубо".

Несмотря на то, что едкие слова Регулуса давили на него, Субару нисколько не волновался.

Не волновался, не раздражался; даже его отвращение было рассеялось, так как он полагался только на то, что он продумывал свою речь, чтобы контролировать ситуацию.

Теперь же Субару заманил Регулуса подальше от церкви, чтобы отвлечь от Эмилии, оставшись наедине лицом к лицу с убийцей.

Лицо к лицу, так сказать было бы неточно. Поскольку Субару просто пытался спрятаться, он продолжил дразнить его, стремясь лишь выиграть время.

Если бы Регулус понял это и совершил разрушительную атаку, которая бы перевернула бы все вверх дном, планы Субару были бы разрушены в одно мгновение. Однако Субару был уверен, что Регулу никогда этого не сделает.

За этот короткий промежуток времени, учитывая враждебный характер их взаимодействия, он очень хорошо понял характер Регулуса.

Вкратце, Регулус был подонком.

Это простое утверждение никоим образом не могло объяснить все проблемы Регулуса.

Точнее говоря, Регулус был тем, кто ценил себя очень высоко, но, конечно, никогда не смог бы игнорировать существование других людей.

Честно говоря, назвать его воплощением желания одобрения и желания показать себя не будет преувеличением.

Утверждая, что у него нет никаких желаний и требований своими утонченными словами, рассматривая свое себя как того, кто уже достиг совершенства, Регулус, казалось, не в состоянии продолжать жить, не провозглашая свою собственную ценность для других.

Подавить чувства других людей, навязывая им свои собственные ценности, используя запугивание и насилие, чтобы силой провозгласить себя в качестве высшей власти.

Это не было его отношение только к невестам, а то, как он относился ко всему миру.

Поэтому, в определенном смысле, Регулус действительно был внимательным и серьезным, с чем бы он ни столкнулся.

Его битва с Рейнхардом служила совершенным доказательством.

Если бы у Регулуса была такое намерение, он мог бы полностью свел на нет атаки Рейнхарда своей [неуязвимостью] и убил немного мешавших Субару и Эмилию.

Несмотря на это, он сознательно стремился принять атаки Рейнхардта напрямую, и поэтому не смог воплотить в жизнь этот изящный план.

Хотя это не означало, что Регулус ценил любое высокомерие.

Скорее, это окончательно доказало его сущность, которую он якобы отбросил в сторону.

-Этот человек, Регулус, не использующий всю свою силу, пока противник не подавлен, не мог остановиться.

Поэтому, не сокрушить вмешивающегося Рейнхарда и не проигнорировать провоцирующего Субару, так он не мог поступить в бою.

Уверенный в постулате, что он не может быть ни ранен, ни побежден, он нуждался в том, чтобы заставить своих противников полностью сдаться, и оставить их побежденными и сломленными - человек, который знал только такой способ сражаться.

Такая отвратительная природа была поистине уродливой, чтобы ее наблюдать.

Субару понимал это потому что, каждый без исключения, когда то в какой-то степени чувствовал тоже самое. Даже сам Субару знал о присутствии подобной мерзости в себе.

Именно потому, что он заставлял людей смотреть на это уродство, существование Регулуса вызывало такую ненависть.

Тем не менее, именно это позволило увидеть тусклый проблеск крошечного шанса на победу.

Субару: "Ваш секретный метод остановки времени, ладно, можешь проигнорировать, но как насчет первой части? Неужели мои догадки были полностью отменены? Даже если эта идея неточна, я надеюсь, что ты смог бы поправить меня".

Регулус: "Зачем мне отвечать на вопрос? Это бессмысленно и не обязательно с моей стороны. Дело в раскрытии моих собственных секретов, уже даже не в правах. До какой степени ты планируешь смотреть на меня сверху вниз. Ты, ублюдок, неспособен понять, если не измельчить твои кости в пыль!?"

Попавшись на провокацию Субару, Регулус сильно стучал подошвой о землю.

Кончики его ног протыкали каменную дорогу, как будто она была сделана из пудинга. Направление запущенных им осколков можно было отследить только по звуку, которые случайно уничтожили участок возле укрытия Субару.

Задолго до того, как пули смогли его настичь, Субару, который читал движения Регулуса, убежал от стены. Во время побега он также опрокинул каменные колонны, стоящие на краях улицы.

Так веревка, привязанная к каменному столбу, развязалась, и отозвался ряд слабых звуков.

Над головой Регулуса, который посмотрел вверх, чтобы увидеть, что произошло, бесчисленное количество осколков льда полетело вниз. С помощью Эмилии улица была превращена в минное поле аккуратных ловушек.

Конечно, место, куда пришелся прямой удар по Регулусу, не было поврежденно, но...

Регулус: "Такие действия! Это ничто иное, как отчаянное изнурение своих ограниченных способностей!"

Регулус, не пытаясь уклониться от падающего льда, расправил руки, чтобы принять его со всем телом.

Конечно, не было надежды пронзить его [неуязвимость], осколки льда разбивались, рассеиваясь в виде частиц маны. В том числе части, которые не смогли коснуться его тела, напоказ, Регул растоптал все разбитые кусочки льда, уничтожив их полностью.

Регулус: "Что это должно было быть? Если бы твоя несвязная длинная теория только что была верна, не мог бы ты сам подумать о том, насколько бессмысленна эта атака? Если посмотреть на это с другой стороны, то не намного ли эффективнее атаки этой девушки. Мотаясь туда-сюда, что же ты вообще собираешься делать!"

Субару: "То, что я намереваюсь сделать мотаясь туда-сюда, если я отвечу на твой вопрос, ты должен соответственно ответить на мой. Таковы должны быть наши условия обмена, не так ли?"

Регулус: "И обмен между мной и тобой, что это за дикое высокомерие!"

Субару быстро ринулся, увеличив дистанцию между ним и Регулусом.

Отказавшись его отпустить, Регул упорно гнался за Субару, спокойно сгибая колени и делая рывок вперед одним движением. Продвигаясь вперед такими обрывистыми движениями, он мгновенно сократил расстояние до Субару.

Так кончики пальцев смерти достигли Субару - почти, до того, как Регулус потерял свою опору.

Регулус: "Чт!?"

Субару: "Хоть это и превзошло мои ожидания, но твоя слабость, человека, который использует только прямые атаки, реально жалкая".

Классическая ловушка c ямой, также была возможна благодаря магии Эмилии, которой она смогла ее вырыть. Примитивная техика - слой льда, немного накрытый землей.

Однако, ветеран сотен сражений, который должен был увидеть сквозь такую простую ловушку, Регулус на самом деле попался в нее. Хотя это и иронично, но это также послужило доказательством того, что Регулус не мог ничего сделать, кроме как заполучить победу грубой силой.

Прямо и точно, используя свою читерскую способность, он уничтожал противника грубой силой.

Способный ни на что кроме этого, человек, который не стал бы рассматривать никакую другую тактику боя.

Субару: "В отличие от тебя, что бы ни потребовалось, чтобы победить тебя, мы это сделаем. После таких слов, становится трудно даже сказать, кто является антагонистом".

Сначала сократив путь чтобы добраться до церкви, сражаясь за каждую последнюю секунду, чтобы превратить эту область в минное поле ловушек.

Хотя Эмилия и отказывалась покидать Субару до последней секунды, она никогда не воспользовалась бы этими подлыми приемами, так как это противоречило ее бесхитростной натуре. Поэтому они выбрали более подходящее распределение ролей.

Субару: "--"

В то время как Регулусу еще только предстояло вылезти из ямы, Субару тайком глянул на свою правую ногу. Она все еще была в отличном состоянии, даже после интенсивной нагрузки. И когда ее почти разорвало в клочья, и когда ее обволокло этим таинственным черным веществом, это было тем, что он никогда не смог бы забыть.

Возможно, это было влияние [Крови Дракона], которое ощущалось так, будто кровь хочет что-то сказать Субару.

Этот высокомерный фальшивый [Король], который является вашим врагом, покажи ему величие Королевства Дракона.

Субару: "В этом случае, я попрошу тебя о помощи еще. Хотя я буду многим тебе обязан."

Регулус: "Твое нытье до смерти меня раздражает!"

Земля взорвалась, осколки каменных ступеней и комочки земли разлетелись в разные стороны.

Движимые силой Регулуса, они еще больше нанесли ощутимый урон улицам. Вопреки этому бедствию, Субару оказался вне пределов его досягаемости.

Вылетев из-под земли, Регулус, с глазами, расширенными от ненависти, таращился на Субару, который снова увеличил дистанцию между ними. Субару специально показал Регулусу средний палец.

Субару: "Кажется, что кто-то однажды сказал "отчаянное истощение ограниченных возможностей", могу я спросить, кто сказал это, напомни? Хотя часто говорят, что [видеть в других отражение себя может привести к пониманию победы и поражения], но не стоит ли для начала хорошенько посмотреть в зеркало?".

Регулус: "Издеваясь, издеваясь надо мной, до такой степени, ты...!"

После того как ему вежливо указали на его недостатки, Регулус показал свирепый взгляд.

Скорее всего, его ярость по отношению к Субару уже с легкостью вышла из под какого-либо контроля, и пламя ненависти поглотило его смертоносное неизменное тело.

Регулус, казалось бы, совсем не заметил, что все это более или менее соответствовало ожиданиям Субару.

Так как, он не сконцентрирован на своем намерении убить, его беспорядочные и неточные атаки были неэффективны, Регулус не осознавал это ни на секунду.

Субару: "Пусть это так, но я не могу позволить себе относиться к этому легкомысленно".

Вытирая пот с шеи, Субару, легкомысленно улыбаясь, готовился к смерти.

Что он не мог позволить Регулусу понять, так это то, что он лишь хотел выиграть время. И даже если бы это было понятно, Регулус совершенно не мог видеть рассуждений, стоящих за этим.

Это было условие для победы в этой битве, задача, которую Субару, отправивший Эмилию подальше, должен был выполнить.

Это было то, в чем он и Эмилия поклялись друг другу, что каждый из них выполнит свои обязанности, несмотря ни на что.

И так...

Субару: "Предоставляю это тебе, Эмилия. -Будь уверена, что пробудишь сокровенные чувства сердцах жен".

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Когда Эмилия пришла в церковь, невесты все еще были там, где их оставили.

Эмилия: "Отлично, все еще там где..."

Увидя издалека жен там, где она ожидала их увидеть, Эмилия немного успокоилась.

Однако она замолкла, когда увидела, что каждая из жен не сдвинулась с места ни на каплю.

Если Эмилии не изменила память - они не сдвинулись с места ни на йоту с тех пор, как она сбежала из церкви.

Эмилия: "Только потому, что Регулус приказал не двигаться...?"

У него не было способности удерживать человека на месте, это то, что Эмилии было ясно из того, что Субару уже сказал ей о полномочии [жадности].

Хотя он неоднократно уточнял, "это всего лишь гипотеза", Эмилия полностью поверила в его теорию.

Чтобы победить этого убийцу, Субару и Эмилия должны были совершить то, что еще предстоит сделать.

Эмилия: "Все, все здесь... тогда проблемой меньше".

Самой пугающей возможностью было то, что жены разделились и прятались, или в панике сбежали из церкви.

Была вероятность что им придется прибегнуть к крайнему средству. План, который Субару рассказал с такой серьезностью, что Эмилия хотела избежать его любой ценой.

И так...

Эмилия: "Послушайте меня, умоляю, послушайте".

Не было времени.

Хотя была гарантия, что ее хотя бы выслушают, Эмилия должна была преодолеть это препятствие сейчас.

184-я: "Достопочтенный муж, что с ним?"

В полуразрушенной церкви, посередине, женщина с светлыми волосами стояла перед Эмилией - сто восемьдесят четвертая.

В отличие от других молчащих жен, сидящих аккуратными рядами, только она сидела спереди возле рухнувшего алтаря.

Помогая Эмилии переодеться, дав ей свой совет, с холодными глазами, как когда она говорила об отчаянии, которое сулит ей будущее, сто восемьдесят четвертая спросила возвращающуюся Эмилию и ее голос не дрогнул.

Эмилия: "Регулус снаружи... Простите. Мы все еще ведем битву с ним. Я не смогла его сразить." 184-я: "Вот как. ...так ли это."

Углы рта 184-ой поднялись почти незаметно.

Такая незаметная улыбка, как будто она не знает, зачем она улыбнулась. Кроме того, Эмилия поняла, что эта улыбка не передает ни радости, ни печали, скорее напоминает насмешку.

Потому что с такой улыбкой, которая существовала, чтобы причинять вред другим, Эмилия сталкивалась много раз в прошлом.

И поэтому

Эмилия: "Такая холодная улыбка. Не думаю, что она подходит тебе. Это выражение лица."

184-я: "... Мои извинения. Поскольку достопочтенный муж запрещает улыбаться, я позволила тебе увидеть неприятное выражение."

Эмилия: "Пожалуйста, не извиняйся. Я имела в виду не это."

Эмилия покачала головой в ответ самоуничижительным словам 184-ой.

Внутри ее груди, где-то не в области сердца, начал концентрироваться жар. Все как сказал Субару, эти слова продолжали крутиться у нее в голове.

Интенсивное до степени дискомфорта, сильное чувство невыносимо нарастало в ее сердце.

Закрыв глаза, подавляя бурные эмоции, Эмилия, прежде чем сказать, оглянулась вокруг церкви.

Эмилия: "Мы собираемся уничтожить Регулуса. Для этого нам нужна помощь всех вас".

Жены: “——”

Эмилия: "Я не знаю, какое отношение Регулуса вам пришлось терпеть до сих пор, но даже я, которая лишь недолго контактировала с ним, вижу, что Регулус ошибается".

Она была схвачена им в бессознательном состоянии, он попросил ее руки в браке, как только она проснулась. Тогда на нее сразу свалилась свадебная церемония, и ей рассказали о представлениях Регулуса о браке и о том, как он обращается со своими женами.

Это сильно отличалось от счастливых бракосочетания, о которых рассказали Эмилии.

Эмилия: "Я не хочу проиграть Регулусу. Я понимаю, что в битве успех или неудача не имеют отношения к добру и злу. Но прямо сейчас, прямо здесь, я не хочу проиграть Регулусу. Если я проиграю... конечно, все что мне важно, будет растоптано".

184-я: "То, что важно... ха."

"Эмилия: "--"

184-я: "Если ты не хочешь потерять свою жизнь, тебе стоило повиноваться нашему достопочтенному мужу с самого начала, или ты должна была попытаться бежать, не обращая внимания ни на что другое. И то, и другое было возможно. Очевидно, что так было бы лучше для тебя".

184-я ответила Эмилии с мрачным взглядом.

184-я: "Что случилось с Святым Мечом и с твоим рыцарем, которые сопровождали тебя ранее? Их настиг ответный удар достопочтенного мужа-сама и они пали в битве. И поэтому ты одна прибежала сюда."

Эмилия: "Нет. И Субару, и Рейнхардт, они оба все еще заняты Регулусом. Они верят в мое возвращение и ждут".

184-я: "Чего ты можешь достичь своим возвращением? И еще ты сказала, что тебе нужна наша помощь и так далее... Я не понимаю, что ты имеешь в виду."

Эмилия: "Ты действительно не понимаешь, что я имею в виду?"

184-я: “——?”

Столкнувшись с настойчивым вопросом Эмилии, 184-я безмолвно приподняла бровь.

Эта естественная реакция, кажется, не была вынужденной ни на каплю. Хотя она ослабла, с тех пор как сдалась, с самого начала 184-я не имела намерения обманывать Эмилию, которая оценивала ее слова.

Другими словами, она действительно не имела понятия.

-Что [Сердце] Регулуса было доверено женам, в том числе и ей.

Эмилия: "А все остальные? Все, вы действительно согласны с этим? Разве нет здесь никого, кто все еще хочет сделать хоть что нибудь или чтобы кто-то другой что-то сделал с этим?"

184-я: "Пожалуйста, остановись. Я выслушаю тебя. Если у тебя есть вопросы, пожалуйста, спрашивай меня. Мой ответ - это ответ всего коллектива."

Смотря на Эмилию, которая пыталась узнать, что на уме у остальных, 184-я прервала ее.

Упрямая, или, может быть, храбрая- Эмилия вспомнила, как ради нее она даже перечила Регулусу, рискуя собственной жизнью.

Хотя это действительно было проявлением альтруизма...

Эмилия: "Что важно, это то, что у меня есть чувство, что я отказалась от своей собственной жизни".

184: “——”

Эмилия: "На самом деле, ты была самой важной, ты просто не понимала, так ведь?"

Вспомнив, что в начале всего этого, 184-я были той, кто говорил с Эмилией.

Не только потому, что Регулус приказал ей взять Эмилию под свою опеку. Вместо Эмилии она высказывала свое мнение Регулусу, выступала от имени других невест и сейчас намерена иметь дело со словами, высказанными им всем.

В такой позиции она, как доверенное лицо Регулуса, могла удачно манипулировать Эмилией и невестами, появилось такое подозрение.

Эмилия: "Но я не думаю, что это так. Ты не [Сердце] Регулуса. Я бы хотела в это поверить."

Эмилию неоднократно была спасена 184-ой.

Не помогала ей так, что она пожалела бы об этом, но и не вела, взяв за руку.

Вместо этого, перед столкновением с непредсказуемым врагом, убеждалась, что она была готова встретиться с ним лицом к лицу.

Кто-то, кто так заботится о других...

Эмилия: "Будучи настоящей невестой такого человека, я не могу себе такое представить."

184: "... Возможно, это потому, что я хотела, чтобы ты поверила тому, что я говорила тебе, ты знаешь."

Эмилия: "Это так. Я, я не так умна, так что если ты пытаешься обмануть меня, ты бы вполне смогла. Но..." Эмилия не была уверена, что она правильно относится к другим.

В настоящее время товарищи Эмилии были с ней не потому, что Эмилия выбрала их или ожидала, что в конце концов они станут ими.

А потому, что все товарищи Эмилии выбрали ее.

Но о том, что она была избрана, она никогда не думала, что что-то вроде "разве я не великолепна".

Скорее, она всегда чувствовала себя неловко, боясь, что ей придется оправдывать ожидания.

Тем не менее, она хотела оправдать ожидания других, и хотела, чтобы она была тем, кто может оправдать эти ожидания. Всегда она молилась об этом.

Эмилия: "Я хочу верить в тебя. Это выбор, который я сделала".

184: “——”

Эмилия: "Что ты выступаешь на фоне безмолвной толпы? Почему, несмотря то, что я вижу в твоих глазах, что ты сломлена, ты все равно помогаешь мне? Почему, ты..."

184-я: "Всё вопросы".

Прервав вопрос Эмилии, 184-я покачала головой.

Потом, впервые с тех пор, как Эмилия пришла, она подняла голову.

Застывшие чувства в суровом выражении лица.

Такие пустые глаза и сомкнутые губы.

Это чувство скорби вывело красоту и без того прекрасного лица женщины на другой уровень.

Однако, то, о чем она думала.

184: "Пожалуйста, уходите, как только сможете". Если муж-сама увидит нас, мы все умрем".

Эмилия: "Послушай меня..."

184: "У меня нет причин отвечать на эти вопросы. Ты больше не жена достопочтенного мужа-сама. Не такая, как мы."

Эмилия: "Я полуэльф".

184: "А?"

Услышав признание Эмилии, женщина замолкла.

Поняв, что она сделала что-то неожиданное, Эмилия слабо улыбнулась. С другой стороны, женщина наконец поняла смысл признания Эмилии.

Она поняла, перед ее глазами стоит серебристо-волосый полудемон.

184: "Серебристо-волосая... полуэльфийка..."

Эмилия: "По правде говоря, раньше мы с тобой были разными. Разные ситуации, разное происхождение, мы отличаемся по самым основополагающим качествам. Но я не думаю из-за этого, что-то вроде "Все в нас разное, поэтому нас ничего не связывает"".

184: “——”

Эмилия: "То, что мы с тобой видим, несомненно, одно и то же. Когда тебе грустно, ты захочешь плакать, когда встретишь что-то, что не можешь терпеть, ты будешь злиться, когда встретишь что-то счастливое, ты будешь радостно смеяться. В этом одинаковы, да?"

184: "Что именно ты пытаешься сказать?"

Эмилия, которая говорила в спешке, заставила 184-ую вздохнуть.

Услышав вопрос, Эмилия оказалась в замешательстве. Что именно она хотела сказать, она сама не могла понять.

Это показало, что она слишком поддалась эмоциям, это заставило ее забыть о теме и сойти с пути. Ей стоило взять пример с Субару, и сказать то, что она хотела, более прямо...

Эмилия: "То есть, я..."

Она хотела кое-что узнать. Были вещи, о которых она хотела спросить.

О [сердце] Регулуса. О том, как она взяла на себя роль лидера жен. Как с ее совершенно подавленным выражением, она защитила Эмилию.

Все это, она надеялась, что 184-я расскажет.

И еще кое-что, что ей нужно было знать в первую очередь.

Это было...

Эмилия: "Твое имя, не могла бы ты сказать его мне?"

184: “——”

Эмилия: "Меня зовут Эмилия, просто Эмилия, полу-эльф. Хотя мои обстоятельства, отличны от твоих, но, конечно, у нас есть что-то общее.".

184: "Мммф..."

Эмилия: "Если мы видим одни и то же, чувствуем одно и то же, разделяем одни и те же надежды... Конечно, наш разговор не будет лишен смысла".

Давным-давно она уже представлялась так.

Когда ее сердце было охвачено тревогой, когда она была убеждена, что ей не на кого положиться, когда она чувствовала, как будто она тонет.

Тогда ее принимали все теми же словами.

-До сегодняшнего дня она думала.

Но после она была по-настоящему счастлива.

Парень, которого она никогда не встретила бы, пока не признала бы ответственность за свою жизнь, сделал ее очень счастливой.

Когда ее вот-вот ожидал отказ, внезапно брошенный словами, подобными тем, она безнадежно ослабла.

184: “——”

Ей снова пришлось позаимствовать силу Субару.

Отовсюду, она одалживала, а затем отчаянно пыталась собраться с силами.

Но этого оказалось достаточно.

184-я: "Хватит издеваться... Почему, до сих пор..."

Перед Эмилией, 184-я, женщина держала свою голову, трясла ей и кричала изо всех сил.

Это выражение было наполнено агонией, этот голос с обидой, и на ее лице был взгляд будто она смотрела на то, что сильно ненавидела.

С самого начала это было первой настоящей эмоцией, которую Эмилия вызвала в ней...

184-я: "Почему после всего этого ты вдруг говоришь что-то вроде того, что мы снова сможем быть людьми!"

Будто, чтобы высвободить давно подавленные эмоции, она завопила.

184-я: "Не то, чтобы быть не человеком, а куклой - это просто прекрасно. Этот человек, удовлетворен, только если мы действуем как послушные куклы. Если с нами будут играть как с куклами, наша жизнь останется целой и невредимой. Только потому, что мы верим в это, мы продержались до сегодняшнего дня... так оно и есть!"

Материализуя силу своих чувств, она кричала на Эмилию.

Чужачка, которая ничего не понимает, что она могла знать о таких людях, как она, отчаянно пытающаяся хотя бы остаться в живых.

184: "Что вы вообще знаете о нас!"

Эмилия: "Я знаю, что вы невероятно добры".

184: "Что ты вообще знаешь о нас!"

Эмилия: "Я также знаю, как усердно ты работала, чтобы выжить."

184: "Что ты вообще знаешь о нас...!"

Эмилия: "Я знаю, что вы все кричите о помощи."

Услышав слова Эмилии, женщина подняла лицо, как будто внезапно отскочив назад.

С расширенными круглыми глазами, с сжатыми, слабо двигающимися губами.

Она не могла произнести даже одно слово.

Потому что до сих пор, если бы кто-то из них сказал это, их сердца, несомненно, разбились бы.

Отчаяние, известное как беспомощность, и поиск надежды, известной как спасение, были едины.

Держать такие надежды, до сих пор, не было позволено. Чтобы их разум не поддался этим мыслям, они были подавлены в их сердцах.

И в результате, даже самая простая просьба о помощи была запечатана глубоко в их сердцах.

Эмилия: "Я хочу спастись; все вы так говорите. Поэтому я спасу вас. Я освобожу вас от рук Регулуса. И с этой целью—"

184: “——”

Эмилия: "Пожалуйста, одолжите мне свою силу. Пожалуйста, помогите тем, кто для меня, и вас... тем, кто даже сейчас, все еще сражается".

Она опустила голову.

С искренностью, заявив о своих надеждах, Эмилия опустила голову.

Она смотрела прямо на землю.

Ее сердцебиение прыгнуло болезненно, и едва различимая, едва ощутимая атмосфера, окружавшая ее, чувствовалась, как будто это был ураган.

Ее тело будто вот-вот рассыпется, она сжимала зубы, чтобы закалить свое сердце.

Чувствовала страх не только она.

Потому что, конечно, так долго, что она не могла представить, они жили с кошмаром, от которого они не могли проснуться.

Тогда...

184-я: "... Пожалуйста, подожди минутку."

Эмилия:"--"

Женщина, прикусив губы, заговорила с Эмилией, которая не поднимала головы.

Затем, глубоко вздохнув, она отвела свой взгляд от Эмилии. Там были собравшиеся молчащие жены, которые наблюдали за ходом диалога.

184-я: "У меня есть вопрос, который я хотела бы задать. Тот, который до сих пор, я еще никому не задавала".

Женщина на мгновение остановилась, и жены беззвучно смотрели безразличными лицами.

Эмилия также не могла сформировать не одного предложения, и таким образом, ждала результата.

В море взглядов, которые могли заставить остановить дыхание, говорила женщина, которая всегда стояла во главе жен.

184: "Есть ли кто-нибудь, кому нравится этот мужчина?"

Вопрос, который задала женщина, нежно наклонив голову, распространился по всей церкви.

Содержание ее вопроса шокировало Эмилию, и невесты, которые молчали, только бросали свои взгляды друг на друга. Смущение сопровождалось слабыми эмоциями, которые возникали в них.

Как пульсация, оно распространилось.

Жена: "... Ненавижу его."

Тот, кто говорил это, не был ни Эмилией, ни женщиной, выступавшими в качестве представителя жен. Это была одна из жен, сидящая в рядах, женщина с короткими волосами.

Те слова, которые едва были выжаты, шокировали не только Эмилию.

"Я тоже, ненавижу его". "Я тоже его ненавижу". "Я всегда его ненавидела". "Я ненавижу его, я действительно ненавижу его." "Такой псих." "У него черти-что в голове." "Ему раньше кто-нибудь нравился?" "Только он сам." "Не знаю, сколько раз я представляла, что отказываю ему." "Я хочу плакать." "Но я не могу." "Ненавижу его." "Он должен просто сдохнуть." "Ненавижу его больше всего на свете." "Ненавижуненавижуненавижу, по-настоящему ненавижу его." "Его взгляд омерзителен." "То, как он говорит, отвратительно." "Мне ненавистна даже его походка." "Его характер мерзок." "Его никто не может любить." "Я ненавижу его больше, чем вчера." "Завтра я возненавижу его еще больше." "Отвратительно". "Извращенец". "Ум как у ребенка". "Даже ребёнок был бы лучше." "Даже дракон был бы лучше." "Никто не мог бы быть ему парой." "Он даже физиологически неполноценен." "Ненавижуненавижуненавижу". "Меня от него тошнит." "Не знаю, сколько раз я думала об избиении его до смерти." "Хуже быть никого не может." "Он хуже, чем можно представить." "Меня тошнит находиться рядом с ним." "Его прикосновение заставляет меня чувствовать, что я гнию." "Он растоптал мою душу." "Враг всей моей семьи." "Как он мог мне понравиться, если он насильно похитил меня?" "Неужели такой злой умысел без какого-либо раскаяния вообще возможен?" "Мне так больно, что я хочу умереть." "Он легкомысленный и напыщенный, каждый раз, когда я с ним разговариваю, я хочу умереть чуть больше." "Надеюсь, его кишки сгниют." "Верни моего любимого!" "Я хочу домой, я хочу домой..." "К черту спасение, просто убейте его вместо этого." "Мерзавец". "Воистину отвратителен, я буду ненавидеть его вечно!" "Женщина, которая когда-нибудь его полюбит, не существует, разве может такое быть?" "Он не человек." "Ни один человек никогда не полюбит его."

Как будто прорвавшаяся плотина, жены изливали слова, которые до сих пор были подавлены в их сердцах.

Слова, переполненные обидой и отвращением, которые слишком долго гнили в них, наполненные годами ненависти и страданий, конечно же, не в коем случае не положительные эмоции.

-Более того, их выражения их лиц, когда они выплевывали эти слова, становились радостнее и свободнее.

184-я: "Такие единодушные мнения, которых раньше не было слышно".

Эмилия: "Ты тоже хотела бы что-нибудь сказать?"

184: "Ах, да."

Услышав признание жен, женщина повернулась лицом к Эмилии.

Поглаживая ее длинные светлые волосы, затем с лицом, полным улыбки, отбросив в сторону приказ, запрещающий улыбаться, она впервые показала свою прекрасную улыбку.

184: "Такой человек, как он - самый омерзительный, какой может быть. -Пожалуйста, помогите нам".

Вот так, со слабой улыбкой, было подписано заявление о разводе.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 57. Там где лежит сердце

Перевод:Kirahegao -С тех пор как Субару оставил свою жизнь в руках судьбы, прошло около десяти минут.

Регулус: "Давай уже! Попробовал разок и хватит, как насчет того, чтобы послушно здесь умереть?"

Субару: "Уааааа!"

Регулус ударил по дому, врезавшись в него с ужасающей точностью, и здание, потеряв опору, беспомощно опрокинулось.

Облако обломков, сопровождавшее обвал, заполнило окрестности, и Регулус, чье собственное видение затуманивалось, нетерпеливо зацокал языком - слушая эти цоканья, Субару вернулся на поле боя, которое было завалено обломками.

Регул: "Все постоянно бежишь куда-то... ты вообще не представляешь, как можно атаковать напрямую? Хотя меня не могут не волновать твои отношения с этой шлюхой, но если ты утверждаешь, что ты ее рыцарь или что-то в этом роде, разве можно так сражаться!"??

Субару: "Говори, что хочешь, можешь говорить, пока не будешь доволен!"

Регулус: "Вот он ты где!!!"

Если бы Субару попытался опровергнуть злонамеренное бормотание Регулуса, он бы получил взамен горсть песка, которая бы положила конец его жизни.

Сразу после того, как Субару далеко отбежал, обломки, за которыми он прятался, испарились.

Если его заденет, он получит смертельную травму, одно попадание будет означать мгновенную смерть.

До сих пор все атаки Регулуса чудесным образом не достигли своей цели. Так как контакт мгновенно означал бы конец, благодарить за это судьбу было бы несколько неуместно.

Субару: "Сконцентрируйся! Сконцентрируйся! Сконцентрируйся!"

Захватив дыхание, вытирая пот, он напряг все свое внимание, чтобы подготовиться уклоняться.

Поднявшаяся пыль запачкала его лицо, и Субару выплюнул много слюны, в которой он чувствовал вкус грязи.

Результаты тренировки паркура принесли свои плоды.

В отличие от тех дней, когда его упражнения не имели цели, ясное понимание цели здесь и сейчас оказало огромное влияние на состояние ума Субару.

В лесу рядом с новый особняком в Розваля, повторяющиеся каждый день тренировки, тяжелые до такой степени, что его тошнило от них - потраченное время не было напрасным.

Субару: "Ха, что бы ни было, я просто парень, который, может хотя бы подурачиться в меру своих возможностей...!"

Но даже до этого он был тем, кто остановил Архиепископа Культа Ведьмы.

Учитывая ситуацию на поле боя и личные навыки Субару, сказать, что он совершал нечто особенное, не было бы притянуто за уши.

Если бы Пристелла смогла благополучно вырваться из зловещих рук культа ведьмы, несмотря ни на что он попытается сделать для этого чуть больше -

Субару: "Итак......!"

Регулус: "Ты собираешься продолжать пытаться убить время этим, ты серьезно думаешь, что кто-то вроде тебя может быть угрозой для меня? Ты просто тот, кто лишь немного разгадал секрет [жадности], но не путай это с возможностью противостоять мне!"

Не имея даже места, чтобы перевести дыхание, разъяренный Регулус только увеличил масштабы разрушения, которое он несет. Регулусу уже не было дела до того, сколько побочного ущерба он нанесет, чтобы убить Субару.

Пристелла, славившаяся своими прекрасными пейзажами, постепенно теряла эти достопримечательности от преступлений Культа Ведьмы .

Каменный мост, построенный через водный путь, был разрушен, магазин, тщательно декорированный стеклом, был разрушен. Находя странную красоту в мерцании дрожащего стекла, которая диссонировала с разрушениями, Субару доверился своей правой ноге, и принял момент обрушения, как сигнал, чтобы бежать.

По иронии судьбы, в его правой ноге произошел всплеск энергии.

Черная, зараженная, черт знает чем, эта правая нога в настоящее время спасала жизнь Субару.

Махнув кнутом, он зацепился за водосточную трубу на стене дома. Поверив в прочность своего кнута, Субару двигал ногами что есть сил, пересекая улицу по дуге. как будто пробежавшись по стене - он пролетел мимо Регулуса, как будто специально для того, чтобы заставить злодея смотреть на него разинутыми глазами, он высунул язык, чтобы издевнуться.

Регул: "Ты!!! Понятия не имею, где твое достоинство!!!"

Камень, брошенный из его руки, улетел далеко, совсем мимо Субару, который бежал, ускорившийся натяжением кнута.

Даже не думая атаковать, он убегал.

Те, кто погиб от рук [Жадности], погибли из-за своего чрезмерного мужества. Слабый, хрупкий и робко настаивающий на побеге. Конечно, такой человек не мог проиграть.

Таким образом, он мог стерпеть выпавшую ему неприятность.

Ради своей цели...

Субару: "Все еще не готово, Эмилия? -Сердце этого парня!"

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Эмилия: "Кто-то, у кого есть идея... нету здесь таких?"

Перед невестами, обещавшими помощь, Эмилия взялась за загадку и прикусила губу.

Пятьдесят три собранные невесты, все смотрели друг на друга взад-вперед на вопрос Эмилии, прежде чем, наконец, слабо покачали головой.

Сильфи: "Мои самые искренние извинения. Желание освободиться от этого человека и помочь вам, безусловно, искренне. Только..."

Склоняя голову от угрызений совести, это была представительница жен, блондинка по имени Сильфи.

Среди всех жен Регулуса, именно она была наиболее хорошо информирована об их нынешнем положении, и поэтому она стала своего рода представителем.

Сильфи: "Я с трудом могу поверить, что этот мужчина оставил бы нам что-то настолько важное. Хотя этот мужчина может называть нас женами и невестами и тому подобное... но на самом деле вести себя так, как будто мы муж и жена, ни разу такого не случалось".

Эмилия: "Хотя мне говорили о том, что Регулус - очень проблематичный человек, все не так, как ты думаешь. Регулус... [Сердце Льва] определенно, определенно находится в тебе."

Хотя Сильфи начала чувствовать себя удрученной из-за отсутствия каких либо идей, Эмилия так просто не сдастся.

В конце концов, Сильфи и другие жены, по своей воле, нашли в себе решимость сбежать из-под контроля Регулуса. Это было только началом для их намерения. Опасаться этого самого первого шага было совершенно недопустимо.

А что касается Эмилии, то она верила в Субару без капли сомнения.

Субару был удивителен. Он не только знал так много вещей, которые Эмилия не знала, но он мог применять свои знания и не терять активный настрой, чтобы найти решение, независимо от того, с какими испытаниями им пришлось столкнуться. И так,

Эмилия не сомневалась в его теории, что полномочием Регулуса было [Сердце Льва].

Это не значит, что она вела себя бездумно или слепо доверяла.

Только потому, что это Субару, значит все в порядке - нет, это не так. Даже Субару совершал ошибки, а иногда и потерпел неудачу. Однако, эта ошибка была бы исправлена. Или она взяла бы его за руку и стала бы той силой, которая помогла бы ему, это стало источником веры Эмилии в него.

Эмилия: "Субару считает, что [Сердце Льва] должно быть в женах..."

Дотронувшись до подбородка, как будто затерявшись в мыслях, Эмилия вспомнила секрет силы [Жадности], которым Субару поделился с ней.

-Полномочие, которое могло остановить время предмета, которое могло сделать его неспособным к изменению.

Хотя первоначально она думала, что такая сила немыслима, она обнаружила, что слишком многое встало на место с этим объяснением.

Может ли такое действительно существовать в реальности? Вместо того, чтобы сомневаться, было бы лучше сказать, что...

Эмилия: "Невообразимая сила в действии".

Очевидно, это было нечто еще более иррациональное, чем Божественная Защита.

К сожалению, Эмилия, сама не имея Божественной Защиты, не могла понять силу, присущую тем, кто был благословлен Божественной Защитой.

Тем не менее, в Регулусе она могла чувствовать нечто подобное. Что-то гораздо более свирепое и уродливое, чем Божественная Защита, были эти полномочия.

Эмилия: "Сердце, сердце..."

Для Эмилии наихудший сценарий был бы, если бы одна из жен была по-настоящему доверенным лицом, связанным с истинным сердцем Регулуса. Эта настоящая невеста тогда встала бы на сторону Регулуса и скрывала бы свое сердце от Эмилии.

"--"

Оставив в стороне задумавшуюся Эмилию, невесты собрались вокруг Сильфи, тщательно анализируя свои предыдущие разговоры на предмет подсказок.

Аметистовые глаза Эмилии внимательно разглядывали их лица, когда те вступали в серьезный разговор.

В то же время, она направляла малых духов искать изменения в их телах. Эти крошечные духи не были особенно чувствительны к изменениям в людях, поэтому их поведение, будто они будут проверять только тех кто был согласен, было явно неприятным.

Тем не менее, ее опасения уже давно превысили уровень, который нежелание сомневаться могло бы обуздать.

Духи: "Ммм........."

Крошечные духи дали ответ.

Пусть она не была уверена на сто процентов, но никто из жен не попытался отторгнуть духов. Все же в сфере, которую Эмилия могла наблюдать, не было жен, которые служили бы доверенным лицом Регулуса.

В этом случае, единственная другая возможность, которая пришла в голову...

"А?"

Внезапно почувствовав, как будто ее потянули за волосы, Эмилия тут же подняла голову.

Перед ее глазами, танцуя в поле зрения Эмилии был малый дух, светящийся голубым. Дух, который должен был следить за одной из невест, качался в воздухе, словно желая что-то передать Эмилии.

Ее глаза, отследили линию движения духа и обнаружили, что теперь она смотрит на Сильфи. В настоящее время она тоже усердно трудится, как солистка хора восстания жен против Регулуса.

Микро-Дух трепетал вокруг ее спины, словно качаясь вверх и вниз.

Эмилия: "Привет, у тебя есть минутка поговорить?"

Сильфи повернулась с выражением удивления на приветствие Эмилии. Эмилия подошла к Сильфи и тайком взглянула на духа, который подчеркивал свое присутствие возле ее груди.

Сильфи: "В чем дело?"

Эмилия: "Извини меня на секунду."

Никто кроме Эмилии не мог видеть микро-духов без физической формы. Так что как бы эти духи не пытались достучаться, они не могли связаться ни с кем, кроме Эмилии.

Поэтому, когда Эмилия внезапно протянула руку к груди Сильфи, Сильфи взглянула на Эмилию, словно в шоке.

Сильфи? "А? Эээээ?"

Эмилия: "Подожди, пожалуйста, помолчи. Я сейчас кое-что проверяю."

Сильфи: "Что ты проверяешь, эй, что ты проверяешь...?"

Её щеки покраснели, Сильфи допрашивала Эмилию, не скрывая своего удивления.

Затем Эмилия ответила Сильфи с серьезным выражением.

Эмилия: "Ритм, твоего сердца."

Сильфи: “——!”

"Это потому, что я пользователь духов". Хотя мой первоначальный партнер по контракту в настоящее время в отпуске, я все еще могу общаться с малыми духами. Я попросила этих духов исследовать ваши тела, и получила ответ, что только твое сердце бьется странно".

Сильфи: "Мое сердце......................................"

Сильфи проглотила полный рот слюны.

Ее выражение было совершенно невероятным сюрпризом. Ее шок был само собой разумеющимся. В конце концов, она только что услышала краткое описание [Сердца Льва], прежде чем ей сказали, что ее сердцебиение изменилось.

И раз все дошло до этого момента, есть только одно объяснение -

Эмилия: "Слишком много... Регулус соединяет свое сердце вместе с сердцем того, кого он называет своей женой...!" ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ Регулус: "Независимо от того, как ты на это смотришь, хотя ты и носишь образ добродетели, произнося свою многозначительную речь, с чего ты взял, что твоя борьба за выигрыш времени действительно принесет плоды, для меня это полная загадка". И хотя я не знаю, как ты смог получить какое-то представление о моей силе, но теперь же, ясно понимая ее, ты действительно хочешь продолжать борьбу?".

Когда он посмотрел вниз на окровавленного Субару, Регулус, казалось, приподнял подбородок, чтобы похвалиться своей победой.

Рухнув на землю, лежа рядом со зданием, он делал больные вдохи, половина лица Субару была запятнано свежей кровью.

Субару: "А, гхх.."

Регулус: "Несмотря на то, что я позволял тебе бегать туда-сюда, ты очень скучен, когда лежишь на земле. Ну, этого и следовало ожидать. Это и не могло быть по-другому. Учитывая разницу между тобой и мной, это просто жатва, когда урожай закончился. Вот так, наконец, без лишних неприятных эмоций, пришел конец".

Приближаясь к упавшему Субару, Регулус крошил камни, валяющиеся у него на пути, наступая на них. Будто он хотел продемонстрировать, что его полномочие было все еще активно.

Регулус: "В итоге, не чувствуешь ли ты, что виной все твое высокомерие? До сих пор было много таких, как ты, которые хотели сразить меня или устроить со мной битву. Но из всех этих людей, ни один никогда не прикасался ко мне. Такова судьба тех, чьи желания превосходят их способности, это безусловный закон природы. Понимаешь?"

Архиепископ Греха [Жадности], обсуждая природу желаний, утверждал свое презрение к тем, кто позволил чрезмерному желанию погубить себя.

Желание привело бы к бессмысленным мукам. Желание создаст безграничный голод. Желание создаст безграничную безжалостность.

Именно по этой причине, не иметь желаний и потребностей было ценно.

Просто молитесь, если вы бедны, чтобы ваш собственный талант был подходящим.

Регулус: "Просто довольствоваться тем что есть достаточно, жажда того, что за пределами собственных способностей приведет к вашему собственному разрушению.*Собираетесь вместе один за другим, но отказываетесь учиться, вы действительно кучка безнадежных существ".

С вздохом, Регулус провел рукой через свои белые волосы, качая головой, как будто он опъянел от трагичности происходящего.

Однако печаль в этом голосе не была наиграна. Регулус, в той или иной степени, но искренне, вздыхал от глупости Субару и других, тех, кто не был им.

Это был самодовольный, необъяснимо одинокий голос кого-то всемогущего.

Субару: "Прежде чем... я умру... твоя... сила..."

Регулус: "А? Ааа, как говорят, [последнее слово]? Поверю, что ты знаком с подобным пережитком. Ты превзошел меня заполучив больше знаний, которые в результате оказались не нужны, это то, что ты пытаешься сказать?"

Регулус засмеялся, наблюдая за Субару, чье дыхание звучало так, будто сейчас остановится, желая только последнего ответа. Не было не единого пути побега, все, что осталось для его печального существования была неминуемая смерть.

Регулус: "Ну, ты уже зашел так далеко. В самом конце, я дам твоему ничтожному "я" награду за усилия. Я скажу тебе, все твои усилия, чтобы купить время, все они совершенно бессмысленны".

Субару: "Бессмысленны... ты имеешь в виду..."

Регулус: "Все действительно довольно просто. Мое сердце, которое вы с этой женщиной ищете, на самом деле мои жены носят в себе. -Но, что касается того, кто из них его носит, ни я, ни кто-либо из них не знают. Равные права, поровну разделенная любовь, и ответственность и обязанности, которые они несут, также равны".

Регулус пожал плечами перед удивленным Субару: "Ну, что-то вроде этого?".

Регулус: "Для тех, кто взял нескольких жен, обращаться к каждой из них одинаково дело само собой разумеющееся. И еще одно искусное обоснование правомерности: только те, кто практикует равенство, могут осуществлять свои полномочия. Другими словами, я доверяю им свою жизнь. Так я всегда проявляю свою любовь к ним".

Субару: "А жены не знают о твоем сердце, потому что...?"

Регулус: "Не похоже, чтобы это была особенно сложная причина. -Нету никого, кто постоянно слыша каждый день звук чьего-то сердцебиения и дальше отдавал ему должное, не так ли?"

Наблюдая за Регулусом, который смеялся с открытым ртом, Субару понял.

Метод, с помощью которого Регулус спрятал свое сердце, этот мерзкий метод.

И простой, и эффективный, и более надежный, чем любой другой метод.

Субару: "Своим сердцем и сердцами своих жен, ты...!"

Регулус: "Управление имуществом мужа действительно является одной из обязанностей жены. Но видишь ли, поскольку я мужчина без бессмысленных желаний. Во-первых, у меня нет такого количества бессмысленных материальных ценностей, как у таких парней, как ты. И поэтому, что доверяется моим женам, так это само мое существование... какое великолепие, разве это не сама сущность супружеской любви?"

-Отвратительно.

Безжалостная сила Регулуса. Без злого умысла, он верил, что это естественный ход вещей.

Субару придумал ряд теорий о скрытом механизме [Сердца Льва], прежде чем отправить Эмилию в церковь. Но как бы он не думал об этом, это не было одной из них.

Более того, если никто не мог остановить...

Субару: "Что-то настолько выходящее за рамки разума... Эмилия, она ничего не могла сделать".

Только сейчас, если то, чем Регулус хвастался с полным гордости выражением лица, было на самом деле механизмом [Сердца Льва], то все еще должен быть способ, чтобы его остановить. Если можно было бы передать эту информацию Эмилии, с ее силой, она могла бы позаботиться об этом.

Вопрос был не в возможности, а в правильности.

-Это вопрос жизни и смерти.

Регулус: "А? Эй, ты..."

Пока Субару поднимался с отвратительным выражением лица, Регулус с непонимающим взглядом смотрел на Субару, который уставился на него.

Будучи пойманным среди разрушенных городских зданий, Cубару, который до сих пор, казалось, находился на грани смерти, очистил пыль с колен, вставая, не отводя взгляда от Регулуса. Через мгновение Субару удивившись приподнял брови, так как он заметил настороженность Регулуса.

Субару: "Притвориться мертвым... а, нет. Притвориться, что я на грани смерти. Так как летящий камень случайно порезал мне лоб, я просто хотел попробовать это сделать, вот и все."

Кровь на его лице и изображение того, что он в агонии, сделали свое дело.

С широкой улыбкой на лице, Субару посмотрел на Регулуса, которого он провел.

Субару: "Я верил в тебя. Ты определенно из тех, кто, если бы нашёл умирающего врага, высокомерно и безостановочно бы хвалился своей победой".

Регулус:"--!"

Субару: "Воу!"

Резко подлетев, тело Регулуса понеслось вперед по прямой.

С невероятной скоростью, движением, возможным только по отвратительной случайности, он летел по прямой. В этот редкий момент Регулус смог добиться ускорения, способного шокировать даже Рейнхарда.

Однако, не имея возможности понять как это произошло, его понимание произошедшего было ограничено.

Субару: "Ууууу!"

Он оттолкнулся правой ногой, без колебаний его тело дернулось к левой. Цель Регулуса заключалась в том, чтобы влететь прямо в Субару, но ему помешало ограничение [линейности].

В итоге, можно сказать, что кратковременные сверхчеловеческие возможности Регулуса были результатом применения замораживания его физической формы. Время его тела было отделено от мира, и в него нельзя было вмешаться, это была его способность. Если он атаковал внезапно таким образом, будь то гравитация, сопротивление воздуха или инерция, ничто не могло сдержать его.

Этот эффект не был всегда в силе, наверное, потому что были ограничения...

Регулус: "-Гхх, ублюдок!"

Субару: "Тот, кто должен кричать, это я...! Я должен найти способ добраться до Эмилии..."

Найти, где находится сердце Регулуса.

Чтобы сообщить о нем и выбрать что делать дальше. Как сделать это...

Чтобы спасти город, нужна была Эмилия.

Субару: "Эмилия..."

В отличие от Регулуса, который накапливал движущую силу, Субару посмотрел в сторону церкви, где должна быть Эмилия.

Посреди разрушенной улицы с обрушенными домами, улицы, которую нельзя было пересечь из-за последствий деятельности Регулуса, была полуразрушенная церковь.

-И это место в следующий момент было поглощено блеском, который сиял синим и белым цветом.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сердца жен стали единым целым с сердцем Регулуса.

Выводы Эмилии вызвали дрожь во всех окружающих женах, которые это услышали.

Больше всего это сказалось на Сильфи, которая оказалась носителем сердца Регулуса.

Сильфи: "Мое сердце... и...?"

После того, как ее рука отступила, лицо Сильфи застыло, пока она шаг за шагом отходила назад. Женщина, стоящая за ней, беспокойно положила руку на спину Сильфи.

Сильфи: "Не трогай меня!"

В следующий момент Сильфи рефлекторно сказала, скинув руку.

Как будто для того, чтобы другие жены держались подальше от нее, находясь в той же позе, она посмотрела на Эмилию.

Сильфи: "Ты уверена, что здесь нет никакой ошибки?"

"Малый дух сказал, что это неестественно. Я тоже слабо слышу будто еще одно сердцебиение звучит одновременно с твоим".

Сильфи: “——”

Сильфи положила руку себе на грудь и закрыла глаза, как бы подтверждая то, что только что сказала Эмилия. Скорость, сила и интервал в ее сердцебиении звучали внутри, она сделала глубокий вздох.

Сильфи: "Вот как... как сильно, до какой же степени он хочет растоптать души других, этот человек!"

Эмилия: "Подожди, что вы делаешь!?"

Изобразив невероятно безрадостную улыбку, Сильфи ступила в глубины церкви. Наполовину разрушенная атакой Рейнхарда, в ее углу были разбросаны осколки витража, искусно вырезанного стекла.

Сильфи подняла осколок стекла и повернулась обратно.

Сильфи: "Не так ли, ты понимаешь, как устроен этот человек. Он облагает нас своими слабостями, а затем мы должны искать решение".

Эмилия: "Решение... ты говоришь".

Сильфи: "Чтобы остановить сердце этого человека, остановить свое сердце - это единственный возможный способ. Как говорит этот человек, [пока смерть не разлучит нас], не так ли?"

Когда она перебирала осколок в руках, Сильфи говорила с легкомысленным голосом. Эмилия поняла, что она имела в виду, и в то же время поняла основную мысль. Прозрение Сильфи и коварность Регулуса.

Эмилия: "Подожди, ты не можешь! Должно же быть что-то, должен быть какой-то другой способ..."

Сильфи: "Такой удобный способ, ты действительно веришь, что он существует? С нашими сердцами, уже соединенными, остановить сердцебиение только этого человека, не остановив мое, не может быть, и,"

Эмилия: "Не сдавайся так легко! Если бы я могла позволить что-то подобное, за что я... Зачем я ушла из этого леса!"

Вновь кто-то собирался стать жертвой.

Из-за отсутствия у Эмилии силы и знаний, жертвоприношение снова должно было произойти перед ней. Также, как все в лесу. Прямо как Фортуна или Джус. Как будто, чтобы похоронить то, до чего Эмилии не прикоснуться, все, кроме Эмилии, были склонны тратить собственные жизни.

Сильфи: "Дни, когда я была взята в жены, были действительно тяжелыми."

Отчаянно, Эмилия думала, есть ли другой способ.

За это время сердце Сильфи постепенно успокоилось, и с ясностью приближаясь к заслуженному финалу, она медленно начала становиться более решительной.

Сильфи: "Просто, чтобы не спровоцировать императорский гнев этого человека, я держала в сознании, что смерть близка. Делая вид, что ничего не происходит, каким бы жестоким ни был этот человек, приветствуя новых невест... только для тех детей, которые были в том же положении, что и я, несмотря ни на что, я хотела их защитить. Точно так же, как те, которых я впервые встретила, так же, как и те, которые защищали их".

Выступая как представитель всех жен несмотря ни на что, и теперь ее истинная цель стала ясен.

До нее были другие. Провоцируя Регулуса, те, кто стояли в первых рядах всех этих захваченных женщин. И тогда Сильфи взяла эту обязанность на себя, потому что и сейчас эти жены оставались неподвижными.

Сильфи: "Даже если бы наш дух был осквернен этим человеком, потому что он никогда бы не прикоснулся к нашим телам... Конечно, если бы оба были осквернены, мы бы давно не выдержали. Так что до сегодняшнего дня, независимо от языка, голоса или поведения этого человека, мы бесконечно терпелитерпелитерпелитерпелитерпелитерпелитерпелитерпелитерпели и до сих пор"!

Достигнув этого момента, Сильфи, которая кусала губы, приподняла свою голову.

В ее глазах были большие, большие капли слез, а также пламенный гнев, который казался достаточно жгучим, чтобы испарить даже эти слезы.

Сильфи: "Рука этого человека, испортила даже мое тело! Я думала хотя бы защитить свое тело, но даже то, что я хотела защитить так сильно, с самого начала, никогда не было было гарантированно"!

Слезы текли, и рев души, вырывался из неё, а рука Сильфи покрывалась каплями крови. Стекло, которое она крепко схватила, прорезало ладонь, и хотя она хмурилась от боли, углы ее рта вскоре жалобно расслабились.

Сильфи: "Поскольку женщины с травмами нетипичны, даже малейший синяк означал бы смерть от этого мужчины. Эта рана - моя свобода".

"--"

Сильфи: "Ни в коем случае это не твоя вина. Я невероятно благодарна тебе. К этому человеку, месть за каждый день вплоть до сегодняшнего, лучший способ никогда не мог бы быть найден".

Сильфи слабо улыбнулась Эмилии и посмотрела на других жен - на тех, кого можно было бы назвать ее спутницами.

Затем, схватив стакан двумя собственными руками, она прижала его к груди.

Сильфи: "Если я умру, его сердце перейдет к кому-нибудь другому". Я уверена. Этот человек не стал бы использовать только меня в качестве щита для своего сердца. Точно так же, у каждого нет причин отрицать упрямство этого человека".

???: "Конечно, так и будет."

Кто из невест, мягко прошептал это, не было неизвестно.

Как будто утверждая то, что сказала Сильфи, жена, которая ответила, вышла из толпы. Женщина с длинными каштановыми волосами тоже взялась за один из осколков стекла, разбросанных под ногами Сильфи.

Жена: "О чем-то вроде смерти, я тоже не раз думала. Даже если я живу так, я не могу сказать, что я по-настоящему жива. Я лучше воссоединюсь со своей семьей в загробной жизни".

Жена: "Моя причина не делать этого была в том, что я не хочу умирать. Даже если бы меня освободили от этой боли, у меня все равно не было бы счастливых воспоминаний о жизни".

Жена: "Но, если бы смерть... Если бы эта жизнь смогла отомстить тому человеку... Чтобы моя смерть имела смысл..."

Одна за другой выходили жены и брали осколки стекла.

Невесты смотрели на эти острия, как будто на свои надежды. Благодаря словам Эмилии,жены получили шанс, они обрели свои надежды, нашли то, на что можно было бы потратить свои жизни.

Сильфи: "Спасибо, мы искренне благодарны тебе. -У этого человека, кроме нас, точно нет других жен. Это то, что мы можем абсолютно гарантировать. Теперь мы лишь побеспокоим тебя тем, что будет дальше".

"-"

Сильфи: "Пожалуйста, убедись, что наши слова достигнут его. Наш гнев, должен обязательно достигнуть этого человека. -Все, что мы можем сделать, это доставить тебе неприятности, среди тех кого он выбрал этот человек, лишь ты смогла его отвергнуть".

Просьба Сильфи, была произнесена голосом, полным тепла.

Все жены подошли к разбитому витражу церкви, который должен был стать свидетелем брака, держа в руках осколки как символ, они выбрали его конец.

Они поднесли острия к своим бледным шеям, затаив дыхание они собирались покончить жизнь самоубийством...

Эмилия: "Подождите минутку".

Это бесповоротно смертельное деяние было остановлено словами Эмилии.

Эмилия молчала до сих пор. В ее словах была [сила]. Как в физическом, так и в метафорическом понимании.

Ледяные руки, протянувшиеся из земли, заблокировали движения жен. Режущее движение успешно было остановлено, предотвращая их самоубийства.

Сильфи наблюдала за движением Эмилии широкими глазами, а затем заговорила дрожащим голосом,

Сильфи: "Умоляю, пожалуйста, пойми нас! Твое, твое сочувствие, я искренне благодарна тебе. Но любой другой способ, кроме этого..."

Ничего, кроме смерти может послужить возмездием.

Только смерть может нанести удар этому человеку, Регулусу.

Это был вывод Сильфи, вывод жен.

Остановить свои собственные сердца, это печальное решение, Эмилия тоже понимала. Поэтому, чтобы понять, как оспорить его, она думала и думала, все это время думала как.

И так...

Эмилия: "Мне очень жаль, но не так."

Сильфи: "Э.......?"

"Если бы это был Субару, он мог бы придумать другой способ. Но мои мысли немного медленные, так что как бы я ни думала, я понятия не имела... Так что..."

Окружив робко говорящую Эмилию, яркие голубые и белые огни стали танцевать.

Насыщаясь маной, появлялись сияющие огоньки, это были малые духи, принявшие видимое состояние. Как будто бы поглотив все рухнувшее здание, появилось значительное скопление малых духов - в каком-то смысле это было зрелище сокровенное, будто сон, и Сильфи и остальные затаили дыхание.

Эмилия: "Я хочу остановить ваши сердца. -Потомучто если ты проткнешь себе глотки таким оружием, ты не умрешь такой легкой смертью. -Потому что, если вы вот так проткнете себе глотки, ваши смерти будут нелегкими."

После того, как Эмилия подняла руку, казалось, что сияющие духи следуют за этим движением, и в церкви начинал выпадать синеватый снег. Снег ложился тонким слоем вокруг невест, и там, где он касался их кожи, он превращался в белый кристалл.

Это волшебство, на которое была способна Эмилия, было одновременно и нежным, и жестоким

Эмилия: "Простите. Только там я могу вам помочь".

Сильфи: "Пожалуйста, не извиняйся."

Осознав намерения Эмилии, Сильфи вздохнула с облегчением. Таковы же были чувства всех остальных жен. Они посмотрели на Эмилию, которая не могла ничего сказать, и сказали в унисон.

Жены: "Спасибо".

"Эмилия: "--"

Затем, сияние, переливающееся синим и белым, поглотило церковь...

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Сосульки поднимались и покрывали слоем льда всю церковь.

Формируя звук, настолько печальный, как будто небо опрокинулось, как будто само небо стало белым и погасло. Сколько печали застыло внутри этой формы из льда?

Никто, кроме того, кто был ответственен за эту сцену, не смог бы понять.

Субару: "...Эмилия".

Лед, созданный неимоверно мощным магическим вихрем, был бесподобен, и не мог быть сделан никем, кроме Эмилии.

[Сердце льва]... действительно было повержено - вместе с жизнью собранных невест, его сердцебиение угасло. Субару уже думал о таком способе. Единственным возможным способе.

Тогда этот метод было бы невозможно воплотить в жизнь.

Он даже эмоционально подготовился к тому, что Эмилия не сможет добраться до церкви.

Но, когда он увидел это зрелище, ответ стал ему ясен.

-Этот ответ, избранный Эмилией.

Регулус: "Эй-эй, разве это немного не..."

Регулус, который мог представить себе результат этой ледяной структуры, смотрел в том же направлении, что и Субару, и его щеки начали дёргаться. Место, где поднялись огромные ледяные сосульки было там, где его жены находились в настоящее время. Регулус, конечно, хорошо понимал, что означало это зрелище.

И так.

Регулус: "Вы двое! Это то, что вы собирались сделать?! Люди вообще способны на такое!? Отнять чужую возлюбленную, без какой либо причины, без разрешения! Просто... насколько хладнокровным надо быть, чтобы так жестоко поступить!?"

Регулус топтал землю и кричал на окровавленного Субару.

Его подошвы разбили шифер, и даже исказили землю настолько, что казалось, будто иллюзию город сам покрывался трещинами и крошился.

Стремясь вперед, не задумываясь, Регулус вонзил пальцы в Субару.

Регулус: "Доволен? Ты доволен?! Для того, чтобы убить меня одного, вы осмелились отнять жизни всех моих безупречных жен, и ты даже счастлив что это произошло, ваша человечность-".

Его рот изрыгал проклятия, тело Регулуса, который говорил о горести быть ограбленным, неожиданно было отправлено в полет как кукла и в процессе в него полетело еще несколько копий из льда.

На этом инерция не остановилась, и, таким образом, тело Регулуса швырнуло прямо в водный путь, и с громким треском водный путь был заморожен, превратившись в ледяную скульптуру в форме Регулуса.

Эмилия: "-Считай, что это все - развод с твоими женами".

Идя по замерзшей улице, Эмилия в мгновение ока вернулась на поле боя.

Она стояла на обрушившейся улице, глядя на приближающегося Субару, чей жалкий вид заставил ее прищурить свои аметистовые глаза.

Эмилия: "Субару, эти раны..."

Субару: "Я в порядке! Просто царапина еще немного кровоточит. Что важнее, церковь... где жены?"

Эмилия: "... Все, хотели победить Регулуса. Так что...

Отвернув взгляд, Эмилия ненадолго устремила свое внимание обратно на церковь.

Этой реакции было достаточно, достаточно, чтобы передать, что выбор, который сделала Эмилия, принадлежал не только ей. И Субару также бы не пришлось бы нести на себе весь груз этого выбора.

Субару: "Но, но эффект [Сердца Льва] прерван. С трюком неуязвимости этого человека должно быть покончено".

Эмилия: "Нет. Похоже, это не то, с чем можно так легко справиться."

Субару: "А?"

Жертвы, принесенные в результате наших решений, должны были быть ценой, заплаченной за победу , Эмилия слегка покачала головой в сторону Субару, который так думал.

Как он был поражен ее ответом, лед, заполнивший водный путь за ними начал трескаться.

Трещина начала расширяться, влияя даже на течение в заблокированном водном пути. Трещина, распространилась до воды, подошвы Субару уже были погружены в переливающуюся через края воду.

Регулус: "Поистине смехотворно нелепое высокомерие, неисправимая грубость, неправоспособность, от которой нет слов, такое бесстыдство, что не верится, неполноценность, которая безнадежна...!".

Выходя из канала, убийца, которого омыло водой, но он не промок.

Его белый костюм незапятнан, его белые волосы непоколебимы ветром, его белое лицо без ран, без единой капли пота. Такое могло существовать только во сне - нет, скорее в кошмаре, который случился посреди дня.

Регулус: "А теперь, что ты будешь делать? Вы двое, как вы планируете нести ответственность? Несмотря на то, что вы все время шумели, как будто сделали что-то великое, в конце концов, это был всего лишь просчет, в конце концов, есть лишь жертвы, как вы планируете исправить эту ситуацию!?".

У появившегося перед ними Регулуса, который был в безумной ярости, эффект [Львиного Сердца] неизменно был в действии.

Эмилия совершила нападение на этом уровне, забыв о том, что была ранена, даже следа того, что случилось, вообще не видно.

Субару: "Как это возможно?! Даже сейчас вы говорите о присутствие эффектах [Сердце Льва]... Как у кого-то вроде тебя, может хватить рассудка, чтобы вот так блефовать сейчас?"

Регулус: "Неужели ты думаешь, что я настолько добр, что пропустил бы мимо ушей, то, что нельзя проигнорировать? Я скажу это в первую очередь, разве понятие неприкосновенности чужого сердца не является частью элементарного этикета?!? Очевидно, что никто не смотрит свысока на права других, так как же так получается, что вы двое всегда делаете что-то настолько умственно неполноценное? Не говоря о совести, у вас даже отсутствует элементарный интеллект?"

Услышав эти непреднамеренно провокационные слова Субару, Регулус посмотрел вниз с не впечатленным выражением лица, постучав по своей голове полной белых волос.

Регулус: "Кажется, что эта презренная проститутка неверно посчитала, не так ли? Не помня количество жизней, даже если это она их украла, это мышление убийцы. Конечно, что-то здесь не так".

Субару: "С каких пор ты имеешь право произносить эти слова..."

Регулус: "Не пытайтесь тайком изменить тему. Все, что я делал до сих пор и тому подобное, не имеет абсолютно никакого отношения к неблагодарности этой женщины. Не отворачивайся от грехов, которые ты совершил. Не отворачивайся. Перекинуть свои проблемы на кого-то, чтобы обвинить в них, тебе не стыдно называть себя человеком?"

Куда бы он ни пошел, он нес свою ярость, изливая ее на других, таков был Регулус.

Отсутствие каких-либо сомнений в своем образе жизни, это то, на чем основывался Регулус Корниас.

Сколько противоречий появится в его серии речей, прежде чем он был удовлетворен.

Дискуссия с Регулом была действительно вредна для здоровья ума. Столкновение с этим Архиепископом Культа Ведьмы, создавало иллюзию, что все нормальное неправильно.

Регул: "Но... смотри, ты просчитался".

То, что присутствовало в нем вместо нормального человеческого рассудка, не могло вообразить какую либо альтернативу тому, что абсолютно любой падет перед его неуязвимостью.

И в этом нету никакого противоречия. На протяжении рискованного пари со своей жизнью, Регулус показал, что он не настолько умен, чтобы быть в состоянии использовать слова для достижения своих целей, как это может Субару.

Регулус не имел способности обманывать или полагаться на свое ораторское искусство, чтобы ввести в заблуждение.

Он был совершенно неспособен изменить свой образ мышления. В его мире не было никого, кроме него. Брак был просто имитацией, речи были лишь идеологическими, в сражениях он был лишь наблюдатель. Его образ жизни был чистым коварством - почти в точности как у [маленького короля].

Эмилия: "53 человека..."

Эмилия тихо сказала, рядом с дрожащим Субару.

До сих пор она не реагировала на заблуждения, проклятия, невыразимые жалобы Регулуса. Всего одно предложение, все, что она сказала, это одно предложение.

Регулус: "А?" Что? Только что, что ты сказала?"

Эмилия: "Я сказала, пятьдесят три человека. Количество женщин, которых ты насильно забрал. Может быть, я ошибаюсь? Это было бы абсолютно невозможно. Я никогда не ошиблась в количестве жизней".

Регулус: "Хм... И? И что? Что ты пытаешься сказать?"

С презрительным отношением, Регулус проигнорировал тихие слова Эмилии. Засунув палец в ухо, он показал свое насмешливое отношение.

Субару захотелось саркастично похлопать в похвалу за легкомысленную манеру его ответа. Подобно тому, как Субару хотел принять провокацию Регулуса, Эмилия посмотрела прямо на него. Затем она слегка покачала головой Субару, который задержал дыхание.

Эмилия: "Все в порядке, Субару. Теперь я всё понимаю".

Субару: "Под "понимаешь" ты имеешь в виду..."

Эмилия: "И, поэтому я невероятно зла сейчас... Нет, теперь я его точно не прощу."

Чувствуя, как страх сжал ему грудь, Субару увидел это.

На ее нежном лице, тихо исчезли какие либо эмоции. То как застыли ее чувства, до этого момента, это была самая большая ярость, в которой ее можно было застать.

Холодное пламя отозвалось в ее ледяном взгляде, Эмилия дотронулась до груди.

И затем сказала.

Эмилия: "Сердце Регулуса здесь. -Прямо сейчас, бьется у меня в груди."

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 58. Доверие

Перевод:Kirahegao

Регулус: "Хехе".

Положил руку себе на грудь после того, как Эмилия закончила говорить.

Как же зазвенел смех, который нельзя было сдержать. Хотя то, что просочилось было лишь дыханием, вскоре он уже не мог больше терпеть, и его голос постепенно увеличивался в громкости, пока не стал истерическим хохотом.

Регулус: "Хахаха! Ахаха! Хуу, ахахахахаха!"

Выпрямив спину, Регулус громко засмеялся, как будто услышал очень хорошую шутку. Засунув руку в свои белые волосы и взъерошив их, убийца погрузился в припадок смеха, который никто другой не смог бы понять.

По ему самодовольному поведению Субару мог сказать, что догадки Эмилии были верны.

Субару: "Ты ублюдок, что смешного!?"

Регулус: "Конечно, это смешно, разве нет!? Или, вернее, ты. Я действительно должен предположить, что в этой отчаянной ситуации, ты должен отказаться от попыток думать, и мы все сможем посмеяться вместе". Теперь вы понимаете текущую ситуацию? Вы сами, собственными руками в самый ответственный момент взяли и вызвали это бедствие!"

Субару: "Гхх..."

Никакие слова не подойдут.

Только в этот момент ответ Регулуса был настолько хорошо аргументирован, что ничем нельзя было ответить ему, кроме как молчанием.

Субару повернул голову, чтобы посмотреть на Эмилию и убедиться, что ее домыслы были доказаны.

Однако, в сторону взгляда разъяренного Субару, Эмилия покачала головой.

Эмилия: "Нет никакой ошибки. Микро-духи подтвердили это, и я чувствую это сама". Внутри меня есть что-то постороннее, что не принадлежит мне. Это чувствуется отвратительно".

Эмилия подтвердила, таким образом, угнетающую догадку.

Эффект [Львиного сердца] переместился на Эмилию. Другими словами, единственный способ остановить Регулуса сейчас - это остановить и сердцебиение Эмилии.

Субару: "Тогда еще раз, почему сердце Эмилии... и [Маленький король], может быть, я ошибся? Человеческое сердце, неважно чье, сколько он захочет..."

Если бы это была такая способность, у полномочия Регулуса не было бы контрмер. Если бы он мог отдать свое сердце даже враждебным и незнакомым людям, это означало бы, что до тех пор, пока существует человеческий род, способа убить Регула не существовало.

Если же его сердце могло заменить сердце любого живого существа...

Субару: "Невероятная непотребность".

Регулус: "Приятно слышать бесполезный вой отступающей собаки. Хахаха, что бы я ни говорил. Просто продолжай следовать своему нраву, искать какое-то нелепое оправдание своему поражению- это право неудачника. И наслаждаться превосходством, слыша их - мое право как победителя... Ах, это неплохо! Совсем неплохо!"

Эмилия: "Я не отвечаю твоим стандартам жены, ты сам говорил это раньше."

Регулус: "Так раздражает. Продолжаешь и продолжаешь, как будто ты достаточно сильна, чтобы говорить о своих правах. Что еще более важно, как вы планируете взять на себя ответственность за убийство моих жен? Мои идеальные жены... как вы думаете, сколько времени понадобилось, чтобы собрать такую группу? Как вы думаете, сколько лет это займет? Очевидно вечность, но не имея жены или любовницы, вы хотите, чтобы я был одним из тех отбросов-вдовцов, которые никому не нужны? Прежде чем я найду новую жену, вы обязаны присоединиться ко мне!"

Высказывая свои жесткие требования Эмилии, преисполненный духа, когда он озвучивал свою риторику - это Регул.

Он высказал свое, наполненное насилием, видение мира, в которое он верил без каких либо сомнений. Он был убежден, что его сердце действительно в Эмилии. Если так, то возможность удалить сердце Регулуса из Эмилии...

Регулус: "Хочешь попробовать? Посмотреть, сможешь ли ты переместить мое сердце?"

“——”

Regulus: "Если ты хочешь попробовать, способ прост.. Прямо сейчас, просто убей эту девчонку. Сразу как оборвешь ее жизнь, ты, естественно, поймешь, остановится мое полномочие или нет. Очень простой, эффективный и разумный... ага! Но ты ведь не сможешь этого сделать, правда? Если ты сделаешь что-то подобное, с теми мотивами и ценностями, с которыми ты бросил мне вызов, не потеряешь ли ты свои принципы!?"?

Трудно признать, но Регулус был прав.

У Субару не хватило бы смелости принести в жертву Эмилию. Называйте его эгоистом, называйте его высокомерным, этого он точно не мог сделать.

Для того, чтобы победить Регулуса, они уже пожертвовали жизнь его жен.

Даже с пониманием, что нету другого пути, кроме как пожертвовать ими, ни в коем случае для него это не может сравниться с жизнью Эмилии или других его друзей.

Выбор Нацуки Субару всегда был, эгоистичным до отвратительной степени.

Регулус: "Понятно. Кто-то вроде него никогда не смог бы. В таком случае, как насчет убить себя? Просто, не так ли? Так же, как и то, что ты сделал с другими. Или что? Ты не можешь это сделать? Хотя ты, очевидно, забрал жизни других без согласия, но потому что ты так дорожишь своей собственной, ты не можешь сделать это? Это потрясающе, думаю, меня сейчас стошнит?"

Эмилия: "-Субару."

Субару: "Подожди, ты не можешь. Серьезно, это само по себе неприемлемо."

После провокации Регулуса Эмилия казалось тоже, похоже, призывала Субару, будто поняв. Услышав неумолимый тон ее голоса, Субару встрахе поспешил остановить Эмилию.

Даже если бы она последовала провокации, она, конечно, не сразу приняла бы решение пожертвовать собой.

Тем не менее, Эмилия уже имела хороший опыт в том, чтобы выбрать худший вариант, если нет способа выиграть.

Субару мог подумать только о том, что он абсолютно точно не будет выбирать этот путь. В этом случае все было бы потеряно.

То, что Субару назвал ее по имени, остановило Эмилию, но сейчас он потерял дар речи.

Регулус: "Тогда, в этом случае, мы почти готовы подвести все к итогу, не так ли. Хотя держать при себе женщину низкого сорта, как ты, не в моих интересах, пока что я пойду на компромис. Прежде чем найти свою следующую жену, я побуду с тобой ненадолго. Хотя я просто убью этого парня. Ты уже нарушил мои права... А, точно. Так раньше ты смеялся?"

Перед Субару, который сжал зубы, Регулус с радостью повернул уголки рта вверх.

Вокруг Эмилии ключем бил поток магии, пока она планировала принять свое собственное решение. В то же время, Регулус смеялся, не обращая внимания на ветер.

Регулус: "Ты тот самый парень, не так ли? Тот громкий голос в городе, который звучал прямо перед моей свадьбой? Убийство одного Архиепископа Греха или что-то в этом роде... ну и шутка, да? Мои соболезнования, если ты действительно думал, что можешь превзойти меня только потому, что убил это ничтожество. Этот человек, как до, так и после того, как стал архиепископом, ничего не добился, он всегда был простаком".

Регулус, стоял перед ним и хихикал. Его слова, несомненно были о сумасшедшем Петелгейзе Романи-Конти, которого Субару считал отвратительным.

Петелгейзе принадлежал наихудшему типу сумасшедших, в нем не было ничего, что могло его искупить. Он не почувствовал ни капли доброжелательности к этому сумасшедшему, вместо этого ненавидел его до костей, и никогда не пожалел бы его, даже если бы он вернулся как призрак.

Но, тем не менее, увидев Архиепископа Греха насмехающимся над Петелгейзе, который должен был быть товарищем, в нем возникло ощущение неприязни.

Возможность победы над Регулуcом, а также, то, что это вопрос жизни и смерти Эмилии не нуждалось в упоминании.

С другой стороны, Петельгейзе, он...

Субару: "-А."

Должен был быть ненавистным ему, сошедшим с ума, заклятым врагом, чокнутый кровожадный смех, появляющийся в его сознании. Вспоминая, он поднял лицо. Затем что-то почувствовалось, как будто что то начало шевелиться в его груди, он поймал это, затаив дыхание.

Может быть, что-то подобное тоже возможно?

Субару: "Может ли это быть сделано...?"

Непостижимо.

Строго говоря, никто не может гарантировать возможность, зародившуюся в сознании Субару. Точно так же, как привести пустой стол к переговорам - вернее, это было больше похоже на результат заблуждений Субару. Лишь собственные ощущения Субару.

Но именно поэтому. Именно поэтому, в состоянии прийти к этой возможности был лишь Субару.

Теперь это понятие, основанное лишь на интуиции, даже бог не знает, удастся ли это... но...

Субару: "Эмилия".

Эмилия: "--"

Чувствуя магию, которая, казалось бы, поднялась до предела, Субару призвал ее.

Эмилия молчала, показывая только осознание трагедии. Тем не менее, в глубине ее глаз промельнул намек на другую эмоцию. Это было, доверие к Субару и вера в него, кто смотрел на нее.

Будто чтобы поддержать эти чувства, Субару спросил.

Субару: "Эмилия".

Эмилия: "Ммм".

Субару: "Можешь ли ты полностью довериться мне, и оставить все на меня?"

Эмилия: "Могу."

На этот вопрос ее ответ пришел легко и без колебаний.

Эмилия положила руку себе на грудь и впервые после возвращения на поле боя, улыбнулась.

Эмилия: "Я верю, что если это Субару, он может сделать все, что угодно".

Ааа, черт возьми, как это было ужасно.

Девушка, которая ему нравилась, относилась к нему с непоколебимым доверием, как он мог потерпеть неудачу!

Чтобы не произошло, он не мог здесь ошибиться!

Субару медленно и глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул.

Затем, посмотрел на Регулуса, который наблюдал за ними в тишине. Регулус не мешал их разговору, просто поставив руки на пояс, неторопливо ждал.

Субару: "Не слишком ли ты расслаблен?"

Регулус: "Разве я обычно не расслаблен?"

Никаких следов сомнения или чего либо подобного, ни намека не было видно.

Регулус не скрывал своих приготовлений и собирался покончить с Субару. По правде говоря, полномочие Регулуса [Сердце Льва] было совершенно. После раскрытия того, как оно работает, победа все еще могла быть разве что в мечтах.

Тем не менее, именно потому, что он был убежден в своей предстоящей победе, он наблюдал бы усилия Субару без особого вмешательства.

Он понятия не имел, что происходит. То же самое можно сказать и о Субару.

Субару: "--"

Если бы Беатрис была здесь, возможно, был бы другой способ. Если бы эта умная девочка была рядом с ним. то был бы, конечно, менее рискованный способ победить.

В глубине своей груди, он почувствовал связь с девушкой, которая была его другом. Конечно, после того, как все это было закончено, она бы отругала его, если бы не отругала, это было бы неправильно.

Так что теперь, когда он оказался наедине, он вспомнил времена, когда он был одинок, воспоминания, оставшиеся внутри него - конечно, не те, которые могли бы принести счастье, пробуждающие только изначальную картину ужаса и агонии.

Эмилия: "Субару".

Субару: "--"

Эмилия: "Отпусти и сделай это".

Зов Эмилии, стал для него силой, чтобы принять решение.

Субару сильно схватился за свою грудь, пробуждая что-то внутри него, это было действительно трудно считать частью его самого, сосредоточив свое сознание на центре водоворота, где эта хаотическая сила бурлила, высвобождая это -.

В этот момент, он слегка изменил манеру, в которой он сказал это.

Для того, чтобы убийца, который оскорбил того сумасшедшего понял, что произошло.

Эта сила, эта сила унаследована от того лишившегося рассудка урода!

Субару: "Выходи... Невидимая Рука!!!"

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

-Невидимое Провидение. Или скорее, [Невидимая рука].

Сила, пронизывающая его тело, Субару считал силой ведьмы, созданной Ведьминским Фактором. Он слышал от Эхидны в ее дворце мечты, что он получил Ведьминский Фактор, когда убил Петельгейзе, - какие негативные последствия он оказал еще было неясно. Однако, сила, которая дала Субару Невидимую Руку, несомненно, пришла оттуда.

Поэтому до сих пор Субару никогда не стремился использовать Фактор Ведьмы в качестве источника силы.

Субару твердо верил в это. Природа этой силы, подобная силе того чокнутого, была таковой, потому что Ведьминский Фактор [Лени] по своей сути обладал этой природой.

Возможность того, что Петелгейзе впал в ярость внутри него, он даже не захотел рассматривать.

-Но если это так, то к чему было это чувство.

Пульсирующее, живое, молчаливое ликование внутри Субару.

Ликование из-за того, что его призвали. Ликование из-за того, что он снова может использовать свою силу. Ликование из-за того, что его попросили, за то, что он выполняет свою цель. А затом, это была исключительно невыразимая непостижимая радость.

Сопровождая освобождение этой силы, это счастье и радость, а также это чувство благодарности.

Сама эта непонятной эмоция, явно не была тем, что могло бы решить проблемы Субару.

Регулус: "А!?"

Громкий крик Субару сопровождал крик самого Регулуса, когда он смотрел на небо.

Он не должен был его видеть. Потому что это была, Невидимая Рука.

Смертоносная Рука, идеально подходящая для убийств из-за своей невидимости, была оскорблена Регулусом как вялая, ничтожная и посредственная сила, нечто еще более слабое и посредственное, чем она была на самом деле.

Лишь одна, с невероятно коротким радиусом действия, и множеством неизвестных последствий.

Как ключ к победе в этой ситуации, она должна быть хоть в какой-то мере контролируемой.

Субару: "--"

Первый шаг вызова магической руки, был пройден. Теперь предстоял неизвестный второй шаг, как и третий, который уже станет последним.

Своим собственным сознанием, Субару повелел пальцами, принять меры, вкладывая свои собственные надежды в магическую руку, которая, казалось, соткана тьмой.

Субару: "Эмилия!"

И еще раз, подтверждая, понимала ли она, что происходит, в надежде на помощь..

Одновременно с этим звуком, Эмилия закрыла глаза, кивая головой, как будто она поняла, что произойдет после этого.

Эмилия: "Все в порядке. -Ты здесь, Джус."

Глаза Эмилии были наполнены теплом и пониманием, когда она расправила руки.

Она приготовилась к тому, что Субару собирался сделать. Как будто уже увидев, что произойдет, она сократила расстояние до своего сердца. Субару, не колеблясь, протянул магическую руку в грудь.

“——”

В версии с изображениями тут находится картинка.

Невидимая рука переместилась в центр груди Эмилии. Когда кончики пальцев без сопротивления проходили через ее белую кожу, плечи Эмилии подпрыгнули, будто она что-то почувствовала.

Однако, рука не могла остановиться. Через грудную клетку, через легкие, наконец-то достигнув того, что пульсировало внутри.

-Магическая рука добралась до сердца Эмилии.

Второй шаг был выполнен.

При нарушении табу, волшебная рука ведьмы легко проходила через тело Субару и ранила только его сердце. Это было применение этого приема. Невидимая Рука и волшебная рука ведьмы в этом были одинаковы. Для них остался единственный шаг, способ, чтобы ухватить свою удачу.

Однако, до этого момента все прошло гладко. Проблема была в том, что после этого не было прецедента для этой власти.

Схватить сердце Эмилии он мог бы в одно мгновение. Но это не имело смысла. Эта сила должна была быть использована не для этого.

Так для чего же была эта сила. -Правильно сейчас, в этот момент, эта сила должна быть использована для спасения.

“——”

Было ли это действительно возможно? Субару, погруженный в смятение, сделал глубокий вдох.

Невидимая рука, может ли она действительно быть использована как рука, которая спасает жизни? Будучи использованной ненормальным Петелгейзе Романи-Конти, сколько жизней отобрала эта сила?

Хотя это зависело бы от того, как эту силу используют, зачастую возможности способностей каким-либо образом ограничены. Была ли "Невидимая рука" той силой, которая может только принести вред?

Эта сила, независимо от того, существовала ли она ради чьего-то выживания, несмотря ни на что...

Эмилия: "Субару".

Полный сомнения и смятения в этот момент, голос Эмилии, который он не должен был слышать, достиг его.

Эмилия: "Все будет хорошо. -Потому что я верю в вас обоих".

О ком и о чем она говорила..

Эмилия показала свое доверие Субару, и еще одному человеку, которого он не знал.

Но он с легкостью принял и поверил во все это.

- Эта рука ни за что, ни за что не навредит Эмилии.

Субару: "Давай, моя третья рука...!"

В его сердце рассеялись, казалось бы, неопровержимые сомнения в этой силе.

То, откуда она появилась, уже не имеет значения. Эта сила сейчас находилась во власти Субару, и Субару не имел намерения причинить вред Эмилии, и чтобы ни существовало внутри самой этой силы.

В груди Эмилии магическая рука, сотканная тьмой, начала сжимать.

Кончики пальцев коснулись сердца Эмилии, ритм которого можно было ощутить, и Эмилии стало немного сложнее дышать от нежного прикосновения к поверхности ее сердца. Вместо боли это было похоже на легкий зуд.

Внутри груди Эмилии, окрашенной в красный цвет, волшебная рука, которая закрыла пальцы, чтобы захватить само сердце.

И это сердце билось не так, как у Эмилии, это [Сердце Малого Льва].

Субару: "Поймал тебя!!!"

Не было места, чтобы вытащить его.

Своей магической рукой Субару раздавил сердце, которое билось в Эмилии, как будто так и должно было быть.

Сердце Эмилии не получило ни малейшего урона, просто уничтожив паразитический орган, который пел оды любви.

Субару действительно почувствовал ощущения от третьей руки, которой у него на самом деле не было. И затем,

Субару: "Фух!"

В этот момент он ощутил цену использования силы, которая ему не принадлежит.

Он ощутил боль в органах, как будто их вырезали, его поглотило чувство отчаяния, будто он был осквернен. Субару тут же упал коленями на землю. Его охватил сильный кашель с привкусом крови.

Эмилия: "Субару!"

Эмилия протянула руку Субару, который стоял коленями на затопленной земле, кровь потекла из углов его рта. Он взял ее протянутую руку и положил себе на лицо.

Эмилия: "Ах..."

Субару: "Все еще жива, ведь, да?"

Эмилия: "... Я в порядке. Мое сердце в полном порядке, оно все еще бьется внутри меня."

Субару использовала прикосновение руки, по которой потекла кровь, чтобы отвлечь себя от боли. Другой рукой Эмилия проверила сердцебиение. В этот момент не было никаких сомнений, что бьется сердце, которое, казалось, так поздравляло ее с тем, что произошло.

И тогда только у Регулуса было выражение лица, как будто он не мог понять, что происходит, когда он смотрел на них.

Регулус: "А? Что, что случилось? Если не брать в расчет тех, кто вокруг вас, только те, кто связан с вами, могут понять? Что это за отвратительная сцена? Что вообще случилось, ты..."

Субару: "... Ты, не заметил?"

Регулус: "А? О чем ты говоришь? Не заметил? Что? Когда ничего не изме..."

Субару: "Твои ноги, они промокли".

Регулус: "--?"

Субару указал на это Регулусу, который, похоже, поддался гневу. Регул был шокирован, увидев, что его ноги намокли и мгновенно замолк, расширив глаза.

Осознав реальность, что его белые штаны - белые туфли и нижний край его одеяния - промокли внизу от воды.

Регулус: "Вы, люди, на самом деле!?"

Заметив эти изменения, реагируя слишком медленно, Регулус обнажил зубы и взмахнул рукой. Но, стройная белая нога нанесла удар, ударив по лицу Регулуса и отправив в полет.

Совершенно не готовый к такому удару, Регул завопил, когда упал на землю, покрытую водой. Половина его тела пропиталась водой, а на его лице остался отпечаток обуви, который был нанесен ногой.

Регулус: "Хк, хк... это, это...!"

Как будто неспособный понять происходящее даже в малейшей степени, Регулус хладнокровно приподнял лицо. Глядя вниз на Регулуса в таком состоянии, Эмилия, которая нанесла этот красивый удар, слегка наклонила голову.

Эмилия: "Я сделала это. Я наконец-то нанесла удар".

Регулус: "Ты, ты...!"

Из-за короткого предложения Эмилии, наполненного чувством выполненного долга, лицо Регулуса налилось красным и взбудоражилось. Вставая, он захватил воды и бросил горсть воды в Эмилию.

Однако, боль от принятого удара заставила его победоносную стойку сломиться, и бомба воды полетела в совершенно неверном направлении, оставляя его широко открытым.

Эмилия: "Искусство ледяной формирования!"

Регулус: "Кх"

Создавая молот из льда в руках, Эмилия ударила им прямо по центру тела Регулуса.

Получив удар, который грозил раздавить его кости, тело убийцы отлетело, вращаясь по воде. Регулус, не сдерживая кашля, не останавливаясь ударял кулаком о землю и смотрел на них покрасневшими глазами.

Регулус: "Почему! Почему? Люди, это должны были быть вы, что вы сделали! Почему вы сделали это с [Жадностью]! И с моими правами!

Субару: "Кому-то вроде тебя, кто видел все, что он натворил, но до сих пор не понял, было бы бесполезно объяснять это. Да, вот так оно и есть. Так просто".

Он высказал свое соболезнование кричащему Регулусу, пока терпел крики агонии своих органов, которое являлось искренним издевательством.

Он показал свирепую улыбку, которая не проиграла бы даже Петельгейзе.

Субару: "Тебя обыграли твои оппоненты, потому что ты их так высмеивал".

Регулус: "--!"

Даже если бы он не совсем понимал смысл этих слов, насмешка была четко передана.

Регулус закричал звуком, который нельзя было даже назвать звуком, игнорируя Эмилию, он набросился на Субару. Однако, его прервала Эмилия.

Эмилия: "Ранее, атака, которую я совершила от имени твоих жен, кажется, не сработала, позволь мне совершить ту, которая сработает."

Регулус: "Хватит дурачиться...!"

Появившись над головой Регулуса, зависло бесчисленное количество сосулек.

Каждая из них была разного размера, но если бы они упали все вместе, они бы принесли мгновенную смерть. Отвращение Эмилии к Регулусу достигло такой степени, что даже ее мягкое "я" не смогло выдержать.

Поднявшись на ноги с прыжком, Регул ударил по падающим сосулькам водой. Несмотря на то, что сосульки разбились, маленькие осколки все еще могли выполнить свою задачу.

Постоянно выбрасывая множественные пули воды, словно штормовой ливень, Регулус громко ругался, когда его омыло льдом и водой.

Белоснежные кристаллы льда превратились в туман, и замерзшие улицы, погрузились в воду. Даже около Субару вода у его коленей покрылась слоем льда, напугав его и поспешно заставив вытащить руки из воды.

Даже если бы там оказался Субару, он бы не пережил этот шквал. Конечно, Регулус, который, собственно, был целью атаки, не имел ни шанса.

Но..,

Субару: "... Никаких ранений?"

На замерзшей сцене после того, как закончился ледяной шквал, Регулус стоял на ногах, живой.

Его руки опирались на колени, неровные выдохи, несмотря на то, что все его тело было пропитано водой, он все равно избежал ледяных колий.

Регул: "Абсолютно, абсолютно..."

Регулус, который цеплялся рукой за грудь, как будто умирал.

Смотря на то, что происходит с Регулусом, Субару понял. Неуязвимость [Сердца Льва] все еще может быть использована, даже с сердцем тела самого Регулуса. Только,

Субару: "Если ты остановишь время, чтобы стать неуязвимым, это приведет к тому, что сердце в твоем организме также перестанет биться. -Это все еще совершенная неуязвимость, но с ограничением по времени?"

Регулус: "Кх...!"

Судя по реакции Регулуса, который превозмог боль в груди, чтобы показать свою злость, Субару попал в точку. Если есть ограничение по времени, рано или поздно Эмилия сможет совершить эффективную атаку.

В этом случае, Регул был всего лишь бойцом, который поставил все на атаку.

Регулус: "Так, так... разве ты не чувствуешь себя презренным ни в малейшей степени!?"

Регулус указал пальцем на Субару, который анализировал своего противника. Также он указал в направлении Эмилии, переводя взгляд туда-сюда между ними.

Регулус: "Два человека нападают на одного человека, по сути, с целью вымогательства, не мучает ли вас совесть? Что-то не так с твоей по сути самой человеческой частью? Действительно ли вы не сомневаетесь в себе, способные на такое. Сомневаться - это правильно, не так ли?"

Субару: "... Ты действительно нечто совершенно другое."

На самом деле, это исходило из того самого человека, который, пользуясь преимуществом [Сердца Льва], безостановочно насмехался, теперь же потеряв этот эффект и попав в неблагоприятное положение, осмелился использовать его, чтобы попросить своих оппонентов, как они оправдывают свои действия.

Субару уже полностью превозмог удивление, до такой степени, что теперь захотел его уважать. Такое существо без капельки человеческого достоинства, возможно, никогда бы не было найдено с древности до наших дней, с с этого момента и по далекое будущее.

Субару: "То есть, это то, во что ты веришь? Поскольку два-на-один слишком подло, ты надеешься, что сможешь сразиться в честном поединке один-на-один. Так и должно быть в битвах. Это так?"

Регулус: "Именно! Это было бы правильным поступком? За кого ты меня принимаешь... за кого ты меня принимаешь! Я Архиепископ Греха Культа Ведьмы, Регулус Корнеас, ответственный за [жадность]!? Самое довольное, самое непоколебимо существо в этом мире..."

Регулус говорил это дрожащим голосом, когда он смотрел вниз на свои руки.

Субару потерял дар речи. Вместо Субару говорила Эмилия.

Эмилия: "Ты противоречишь сам себе, содержание твоих речей полностью лишено какого-либо смысла. Я думаю, что ты самый жалкий человек в мире".

Регулус: "-кх! Как вы достали! Я... [жадность], определенно заставлю вас пожалеть об этом!"

Будучи в своей ярости, вызванной презрением к другим, или нет, Регулус бесконечно повторял свои проклятия.

Наблюдая его жалкое поведение, Субару наконец-то почувствовал полное облегчение. Регулус был действительно не в состоянии победить в любой ситуации, в которой у него нет ощутимого превосходства.

Если он мог использовать [Сердце Льва] хотя бы на короткое время, у него все равно был бы шанс на победу.

Очевидно, что так и было, но, увидев небольшую сложность, он сразу же сдался, даже не потрудившись взглянуть на обстановку.

Субару: "Пренебрежение саморазвитием приведет вас к неудачам в неожиданных местах".

Регулус: "Ха...?"

Субару: "Ничего, так, сам с собой. Что важнее, мы можем принять ваш вызов в сражении один на один."

Регулус: "-! Так то лучше. Так и должно быть. Конечно, рыцарь не позволил бы своему хозяину сражаться первым?"

До тех пор, пока это соответствовало его настроению, Регулус непременно выберет условия, которые дадут ему преимущество.

Боевые навыки Субару не нуждаются в сравнении с навыками Эмилии. Так он первым убил бы Субару и пошатнул бы этим дух Эмилии, поэтому у него есть надежда победить. Такой коварный расклад, казалось, идеально соответствует вкусам Регулуса.

Тем не менее, если он хотел обогнать Субару в плане настойчивости, он всегда был слишком позади.

Поиск шанса на победу в ситуации, когда победа невозможна, это путь, которому Субару верен в сражении.

Кого ждет победа, а кого поражение? Состязание между Регулусом и Субару уже началось.

Субару: "Действительно, рыцарский поединок - это праведный путь".

Регул: "В этом случае..."

Субару: "Теперь, когда речь снова идет об этом, я оставляю все на тебя".

Все еще стоя на коленях в воде, Субару сказал это после глубокого выдоха.

После этих слов Регулус наклонил голову с непонимающим "а?". Однако, слова Субару были предназначены не для него. А для [него].

???: "А, понятно. -Дуэль один на один, которую вы предложили, как рыцарь, я ее принима.".

Живое пламя произнесло эти слова.

По этим затопленным улицам шел молодой человек, который не вызывал ни единого всплеска, когда он шел по воде. В отличие от необъяснимой тайны, которой обладал Регулус, он обладал защитой, дарованной любовью небес.

Райнхардт: "Один из Рыцарей-Хранителей Королевства Лугуники, из линии [Святых Мечей] - Райнхардт ван Астреа".

Стоя перед Субару и Эмилией, рыцарь, сообщивший свое имя, указал на Регулуса мечом, заключенным в ножны. Представление в такой манере было приглашением начать поединок один на один.

На такое бы выразила свое согласие даже [Охотник за кишками] Эльза, элегантно объявленное приглашение на дуэль.

В то же время, Регулус вытянул руки.

Регулус: "Подождите, подождите! Это, это, это ненормально!?"

Священная дуэль, само понятие воина, они были осквернены, [Святой Меч] не покажет ему никаких следов снисхождения.

Вертикально пройдя вдодь его тела, первый удар прилетел снизу в подмышку Регуласа, - у Регулуса не было даже возможности вскрикнуть, прежде чем его швырнули далеко в небо.

Регулус: "-кх"

Перед его глазами был разрушенный водяной город - он оказался так высоко в небе, что ему открывался вид на весь город.

Будь то крик или проклятие, звук, непонятный всем, кто его услышал, отдался эхом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 59. Регулус Корниас

Перевод:Kirahegao Неможетнеможетнеможет этого быть. Что это, черт возьми, такое, я не понимаю. Почему я должен пройти через это. За кого вы меня принимаете. Я Архиепископ Греха "Жадность" Регулус Корниас. Самое довольное существо на свете! Самое беспорно уверенное, самое непоколебимое существо! Так и есть, так зачем же мне проходить через это?!Не дурачьтесь, это не шутки. Каждый из них, что с ними не так, они верят в бессмысленную чушь и считают, что она нечто само собой разумеющееся. Тот парень, та девушка, и тот рыцарь тоже, только потому, что я проявил немного милосердия, слишком много возомнили о себе, если бы я был серьезен с самого начала, то я мог бы разорвать их на куски, разве они не переоценивают свою собственную силу? То, что вы можете без какого либо стыда творить недоразумения, которые с моей точки зрения, неверны, непозволительны, вот почему я ненавижу связываться с другими! Неприятные, надоедливые, досаждаяющие, раздражающие, бесящие, грязные, уродливые подонки! Все было отлично, в течение многих лет, десятилетий, веков, так было всегда, я верно служил Архиепископом Греха больше, чем кто-либо другой. Когда я впервые был избран Архиепископом Греха и получил этот ведьминский фактор, я убил их всех, отца, который, несмотря на свои скудные заработки, страдал от вредных привычек пить, мать, которая бесконечно жаловалась день и ночь, и жадные братья, которые алчно смотрели на то, что по праву принадлежало мне, - все они были убиты мной, сельские жители, которые смотрели на меня, как на идиота, жители города, из-за которых я и мой дом оказались в этой безнадёжной деревне, неумелые правители страны, которые до этого небрежно оставили деревню и город в таком состоянии, я разорвал их всех на куски, и когда всё ушло, я наконец-то заметил, что я могу жить! Мне ничего не нужно. Все, что можно хотеть, лишь раздражает. Я уже доволен. Не было так, что у меня ничего нету, просто мне ничего не было нужно. В отличие от этих навязчивых отбросов, мне никогда ничего не было нужно. Кроме того, если вы хотите отдать мне что-то, не означает ли это, что со стороны, с вашей точки зрения, вы смотрите на меня и думаете, что я жалок. Каждый, кто хочет навязать мне что-то ненужное должны быть убиты, так что только те, кто оставит меня в покое наслаждаться своим существованием, могут жить в этом мире. Неважно, кто вы, вы просто говорите о своей эгоистичной чепухе, куски дерьма. Кто имеет право жалеть меня. Кто имеет право жалеть меня и доводить до отчаяния. Как будто я позволю. Мне ничего не нужно и я тоже ничего не прошу. Отец, который, несмотря на свои скудные заработки, измученный дурной привычкой пить, все же время от времени покупал мне подарки, лучше сдохни подонок. Мать, которая бесконечно жаловалась днем и ночью, говоря очевидные вещи вроде "извини, что побеспокоила тебя", лучше ты сдохни. Жадные братья, которые, несмотря на то, что охотно смотрят то, что по праву принадлежит мне, делили булку, выкинув мою еду, лучше сдохните подонки. Прекратите вы, ублюдки, быть добрыми ко мне. Ваше добро означает, что вы думаете, что я ничтожество, что вы смотрите на меня свысока. Таких, кто смотрит на других свысока, тем более таких, кто смотрит на свою семью свысока, это естественно, что их будут ненавидеть. Естественно, что они мертвы. Это не моя вина. Я не сделал ничего плохого. Это ваша вина, что вы меня жалели, относились ко мне как к жалкому, а не оставили меня в покое. Попробуйте каково это - чувствовать себя самым никчёмным человеком в мире. Вокруг меня должны только те, кто не испытывает ко мне жалости. Те, кто жалеет меня, должны исчезнуть из этого мира. Я слышу смех. Ты смотришь на меня, не так ли? Ты посмотрел на меня и смеялся, не так ли? Что смешного. Что ты увидел во мне, что заставило тебя смеяться. Все они смеялись и смеялись. Кучка немощных подонков, которые только и умеют, что болтать. Почему моя душа должна страдать из-за них. Не стой у меня на пути, не мешай мне, не жалей меня, я не жалкий, это ты беспомощный и глупый, все еще не лишенный "Жадности"! Ты должен ползать всю свою жизнь только для того, чтобы удовлетворять свою неполноценную сущность, ты жертва жадности! Я другой, я не такой как вы, я ничего не хочу. Я, лишенный желаний, лучше чем твоя неполноценная сущность. Не жалей меня. Правда в том, что ты завидуешь мне, восхищаешься мной и потому что тебе никогда не стать мной, ты просто открываешь свой рот. Это верно, так должно быть, очевидно что это так. Подожди, подожди, просто подожди. Просто хватит. Не смотри на меня, не произноси мое имя, не говори обо мне. Хорошо это или плохо, просто перестань, не обращай на меня внимания, игнорируй меня и оставь в покое. Несмотря на то, что полноценное существо имеет сердце, которое не может быть растоптано, как так получилось, что такие, как вы, так настойчиво хотите со мной взаимодействовать. Я не могу понять этого ни в малейшей степени. Мы с вами разные люди. Даже держа в голове все риски, взаимодействие, независимо от того, как бы вы не обдумывали его, никогда не будет благоразумным, всегда будет ошибкой. Вы больные. Успокойтесь и подумайте, и вы сможете понять. Все люди, кроме меня, продвержены этой лихорадке. Спрашивать других, что сам факт, что он понятен, бессмысленен, бесполезен и безответственен, должно быть легко понять. Это все ваши фантазии, которые вы называете любовью, любовь, дружба, и доверие, что за глупый идиотизм, продуктивные действия сами по себе являются самыми отвратительными. Я не понимаю, что это значит. Зачем вы это делаете. Мать вы или ребенок, хотя это и создает семью, даже если это украшено такими словами, это будет отличаться от меня самого, независимо от того, исчезнет это или нет, какое отношение это имеет ко мне. Если они продолжат жить после моей смерти, со мной будет кончено. Если они умрут, а я буду жить, это будет означать только продолжение моей жизни. Любовь и привязанность делают так, что люди не могут быть независимыми. Личность должна быть независима в первую очередь. Для тех кто не движим теми заблуждениями, смотреть вниз на других - глупо, и поэтому я нашел себе общество, собрав хорошо выглядящих женщин, и чтобы не быть преданным, я прошу только о девственницах, чего еще вы от меня хотите. Нельзя проигнорировать такой эгоистичный поступок. Нарушая мои права до такой степени, все же спрашиваете, можете ли вы посягать на них еще больше? Подумать только, ты попал в эту точку! Подумать только, твои мысли могут быть настолько извращенными! Навязывая все это мне, что еще ты ожидаешь от меня. Что я должен сделать, чтобы меня не жалели. Самый жалкий человек в мире, или как либо по-другому! Ни в коем случае, ничего из сказанного той дамой, которая хочет воссоединиться с тем, кто ей нра~вится, дамой, прогнившей вульгарной "Жадностью", может быть оправдано!

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Регулус: "Ра-а-а-а!!!"

Выше, выше, с ветром, тело Регулуса летело в ночное небо.

В тот момент, когда удар пришелся по его подмышке, Регулус активировал [Сердце Льва] и остановил сердцебиение, чтобы войти в состояние непобедимости. В результате, несмотря на то, что ущерб от удара был предотвращён...

Регулус: "Кх, кх, кх"

Регулус задыхался, со стоном, его зрение размыло от боли.

Остановка времени Регулуса, с использованием его собственного сердца, может длиться максимум пять секунд. Хотя он мог передать [Сердце Льва] жене на любой промежуток времени без последствий, если он попробует это сейчас, его тело уже не будет подлежать восстановлению.

Кроме того, как только [Сердце Льва] было применено, боль от внезапного высвобождения остановившегося сердца была неизбежна. Ничего подобного боли или страданиям он не чувствовал уже более ста лет.

Регулус: "Вы шутите..."

Болезненно откашливая ненависть, будто это была кровь, летящий вверх, Регулус больше не мог говорить внятно. Его летящее тело не сходило с траэктории, имеющее, бог знает сколько импульса, наблюдало вид на Пристеллу с высоты птичьего полета.

Город водных врат Пристелла - там, когда он увидел запись [Евангелия] о том, что вакансия нехватающей жены могла быть заполнена, очевидно, что в его сердце находилась только радость.

Регулус: "Такой... глупый результаааааааааат!"

Из-за потери тех жен, которые были собраны с таким тяжелым трудом, даже его статус [Жадности] пошатнулся, был оскорблен проклятым ребенком, чей единственный талант был в его грязном языке, его жалела позорная женщиной, которая только его встретила.

Не было большего стыда. Он не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь испытывал такое унижение. Разве не потому, что он не хотел испытать это отвратительное чувство, он стал архиепископом. Очевидно, что все равно испытал это чувство, разве это не отличалось от того, как все должно было быть.

Регулус: "Хватит, хватит, хватит... хк!"

Не нужно думать о том, что надо быть милостивым. Проявление снисхождения закончится на этом. Это никак не связано с тем, что его противник понял как работает [Сердце Льва], или с этим необыкновенным Мечом Святого.

Пока он мог остановливать свое сердце на пять секунд, Регул сможет убить их много раз. Потому что он не хотел видеть выражения отчаяния, слышать крики смерти, он воздержался до сих пор.

Используя эффект [Сердца Льва] - эффект, создающий состояние неуязвимости, Регулус мог игнорировать все физические законы в мире, если ему хочется. Достигнув скорости, которая могла обогнать ветер, на этом, противоречащем логике, промежутке времени, с силой, настолько превосходящей обитателей этого мира, что сложно себе представить, он превратил бы их в трупы.

Если бы он использовал полномочие [Жадности], чтобы оказаться в небе, было бы достаточно легко убить их, метнув песок. Хотя в город прибыли и другие Архиепископы Греха, ему было все равно, выживут они или умрут. В данный момент, смыть свое собственное унижения было приоритетом. Лицо тех глупцов, которые хвастались победой, будет украшено ужасом.

Как только этот бессмысленный полет подошел бы к концу, его падение на землю закляло бы смерть этих людей. А до этого, в лучшем случае, они могли порадоваться, что, якобы, уже победили.

Регулус: "-Ааааа!?"

Регулус, который постоянно повторял слова ненависти, закричал, как в спину ему прилетела атака.

Если посмотреть со стороны, станет понятно, что взлет Регула внезапно остановился, он моментально остановился. Как будто что-то с небес... наступило на него, чтобы прижать на месте.

Райнхардт: "Если бы это была нормальная дуэль, я бы отложил свой клинок, как только мой противник потерял бы свою волю к борьбе".

Владелец голоса находясь на спине Регулуса высоко в воздухе, неторопливо произнес это. Что касается того, кто оказался на его спине, Регулус понял мгновенно. Он содрогнулся, когда он осознал это. Он понял, как высоко они сейчас находятся.

Он прибыл на это место быстрее, чем Регулус, как вообще ему удалось достичь такой высоты.

Райнхардт: "Хотя я не имею намерения хвастаться, я вполне уверен в своей способности прыгать. Однажды я даже прыгнул с земли, чтобы приземлиться на спину летящего дракона".

Регулус: "Чертов монстр...!"

Райнхардт: "Действительно. Я монстр, который охотится на монстров. -И для тебя тоже пришло время принять свою судьбу".

Ноги Райнхарда покинули его спину.

Как только звук его голоса затих, Регулус почувствовал боевой дух. За свою жизнь, несмотря на то, что он неоднократно сталкивался с сильными противниками, Регулус ничему не научился.

Даже у него, встречавшего сильных противников зевком, сознательная память была ограничена. Опираясь на эту память, Регулус пытался реагировать.

-[Сердце Льва] было активировано, в тот же самый момент, когда его атаковали.

Регул: "Аааааа!!!"

По центру спины Регулуса, Райнхардт рубанул рукой так, как будто это меч.

Регулус получил атаку еще более сильную, чем реальное лезвие, но он принял удар своей непобедимостью и полетел вниз.

Ускорившись в сторону земли, Регулус ударился прямо в дорожное покрытие. Однако действие [Сердца Льва] продолжалось, и его тело продолжало лететь с той же скоростью прорывая себе путь в земле, как будто его глотали.

Тело Регулуса мгновенно пробило дорожное покрытие, пересекая жесткий пласт горной породы. Продолжая беспомощно бурить землю, Регулус вдруг понял.

Если бы этот импульс остался нетронутым, его тело упало бы на самый низкий уровень земли. Раньше он никогда не задумывался о том, есть ли самый низкий уровень или нет. Но земля этого мира не была бесконечной. Она окружена Великим Водопадом, в ее конце было бы то, куда стекали эти водопады.

Если бы он продолжит так падать, он остановится там?

Регулус: "Что-то вроде этого, как я смогу выдержать... гхх!?"

Буквально безграничный ужас заставил Регулуса задержать дыхание, когда он достигнул предела своего сердца.

Прошло пять секунд, Регулус оказался в замешательстве из-за своих суждений. Остановка его сердца в собственном теле более чем на пять секунд была невозможна. Количество секунд, которое он мог удержать максимум, было, возможно, меньше десяти. И даже если бы он мог продлить его, он бы просто прорыл больше.

Но здесь, что случится, если он отключит свою способность во время бурения в землю?

-Не было времени для дебатов. Сердце останавливается, мозг умирает или что-то тому подобное, глупость должна иметь предел.

Регулус: "Ууууууууу!"

Скрежеща зубами, готовясь к шоку, который вот-вот должен был его настигнуть, Регулус укрепил свою решимость.

Услышав звук своего сердца, который потребовал, чтобы возобновить его биение, Регулус отпустил эффект [Сердца льва], отпустил его неуязвимость, и законы физики были восстановлены -

Регулус: "Бу-е-е!"

Все его тело, все его кости, разбиты вдребезги.

Тело Регулуса было безжалостно сокрушено при ударе.

Это было само собой разумеющимся. Тело Регулуса упало на землю с гораздо большей скоростью, чем при свободном падении, и продолжало бурить в землю без потерь в скорости. Причина, по которой его тело не разбилось в полном смысле слова, заключалась в том, что под землей не было места для того, чтобы куски разлетелись.

Тем не менее, хотя они не могли распространиться по горизонтали, по вертикали совсем другое дело.

Регулус: "Aa, уе..."

Глухим голосом, слезы крови вытекали из разможенных глаз Регулуса. Удар прошел через все тело Регулуса, полностью уничтожив его.

Не будет преувеличением сказать, что ему был нанесен ущерб, превышающий разрушение тела, даже органы в его желудке были перемешаны. Первоначально безупречные белые волосы были покрыты кровью и грязью, а нижняя часть живота свободно высвобождала отходы.

Здесь лежал слой мяса, потерявший человеческую форму.

И что было самым удивительным, так это то, что этот кусок мяса все еще цеплялся за жизнь.

Регулус: "Аа, ау..."

Бесподобная настойчивость в том, чтобы цепляться за жизнь, вернее, она переросла в неприязнь.

Это была не просто какая-то привязанность к жизни. Осталась исключительно неприязнь к тем, кто все еще оставался в живых. До сих пор борющееся в таком состоянии, было это пустое тщеславие.

Если бы я мог, будьте серьезны, ублюдки - только это.

Регулус: "Ау, уу."

Эта навязчивая идея все еще не должна быть посрамлена.

Вся жизнь исчерпана в погоне за тем, чтобы его никто не пожалел. Зло, корень которого был все еще невредим после более чем столетия нападений, продолжало наиболее удобные суждения для своего собственного выживания и комфорта.

Тщетно, многократно используя [Сердце Льва], Регулус копал землю. Если он входил в состояние непобедимости, то было все равно сколько у него ран. В отсутствие боли он мог двигаться даже без вреда для своего раненого тела. Пустыми руками Регулус постоянно копал землю.

Его тело было похоронено вверх ногами, и он перевернулся обратно, копав по кругу. Как только его голова была направлена вверх, ему оставалось только медленно прокладывать себе путь из земли. И, возможно, как только он его закончит, он увидит этих самодовольных личинок, празднующихего кончину.

Непростительно. Это никогда не сможет быть прощено.

Быть высмеянным, быть презираемым, быть жалким, было больно несравнимо ни с чем. То, что такие раны были несовместимы с жизнью, было понятно, но их даже при смерти нельзя было терпеть. Ааа, точно. Все, что нужно было, действовать прямо. Те, кто его встречал, и те, кто его не встречал, если бы он просто покончил с ними, никто бы его больше не издевался. Если бы он только сделал это в самом начале. На этот раз он бы точно не совершил эту же ошибку. Вернуться на поверхность и убить всех троих, это то, как все должно закончиться.

"Регулус: "--"

Не способный больше издавать звуки, Регулус направил свою ненависть в усилия и продолжил копать землю.

Когда он бы поднялся, он был уверен, что будет наслаждаться видом тех людей, умоляющих сохранить их жизни. Особенно девушка, которая презирала его, он был бы уверен, что смог бы посмеяться над ней в равной степени. 79-я жена, роль, которую она должна была заполнить. Кстати говоря, девушка, которая изначально должна была занять эту вакансию, была той эльфийской женщиной, живущей в том лесу, где также был ненавистный Петельгейзе.

***

***

***

Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа. Ах, ах, ах, ах. Ах, ах, ах, ах, ах.

Он вспомнил. Теперь он вспомнил.

Эту женщину! Действительно, это была та женщина. Нет, тогда она была ребенком!

Маленькое отродье, которое плакало и кричало безостановочно, когда он собирался забрать 79-ю! Маленькое отродье с тех пор выросло в женщину!

Теперь он понял причину, по которой он почувствовал в тот момент, что именно она должна занять эту вакансию, когда он положил на неё глаз. Простое дело. Послужить заменой матери, было бы естественно, что дочь займет ее место.

Это было маленькое отродье 79-ой, которое презирало меня, и этот дурак Петельгейзе. Почему я раньше не понял. Нет, слава богу, я понял это сейчас.

Если бы он убил их, не заметив, то не смог бы получить от этого должной радости. Именно потому, что теперь он ясно осознал их грехи, была еще большая ценность в их убийстве. Почувствовал ли бы он завершение мести за свое унижение. Будет ли он испытывать это давно потерянное чувство, выполнения желания.

Смотри, как я запятнаю ее, номер 79. Смотри, как я схвачу ее, Петельгейзе.

Та, которую вы все лелеяли, та, что осмелилась пожалеть меня, та девушка.

Регулус: "Ааа, хе-хе".

Он почувствовал импульс, пульсирующий из глубины горла, почувствовал головокружение от волнения.

Без зубов во рту, он улыбнулся израненными губами. Возникла надежда на выживание. Чувствуя радость от мысли о жестоком мести тем, кто осмелился оскорбить его.

Поднимался, поднимался, поднимался, а затем...

Регулус: "--?"

Стремясь вверх Регулус, внезапно почувствовал, как его кончики пальцев соприкасаются с чем-то. Он убрал правую руку, с ладонью, потерявшей свою форму, и попытался что-то увидеть своим слепым глазом. Его окровавленная и грязная форма, была едва увлажнена чем-то иным, кроме крови.

Он пытался лизнуть это. Несмотря на горький вкус грязи, казалось, что это вода.

Вода. Это была вода. Понимая, что это была вода, Регулус сразу почувствовал жажду смочить горло. Одной капли было недостаточно. Он хотел успокоить горло, наполнить желудок. Эффект [Львиного сердца] был прерван, и тело Регулуса, вернувшись в круговорот времени, наконец-то получило возможность снова проглотить спустя век.

Пока что вода была в порядке. На вкус она была восхитительна. Как он думал, как будто в соответствии с его желаниями, вода булькала, пока стекала сверху.

Он глотал маленькими глоточками эту слегка грязную воду. Даже если у него выпали все зубы, язык был изрезан, кровь вытекала без остановки, на вкус эта вода была восхитительна. Так приятно это чувство.

-Водный поток, полившийся внезапно, увеличился, и тело Регулуса упало обратно на дно.

Регул: "Аа, у, вааа?"

В земле, где некуда бежать, вода все лилась.

Это было под землей, в ограниченном пространстве. В мгновение ока тело Регулуса погрузилось под воду, где он потерял свободу передвижения.

-Возможно, до этого момента Регулус все еще не понимал, что происходит.

Эта вода пришла сверху из Пристеллы. Теперь она без остановки заливала Регулуса, полностью погрузив убийцу под воду.

Словно выражая ярость по поводу разрушения городского пейзажа, от самого города и его жителей.

Регулус: "Куу, фу."

Излишне сказать, что Регулус, который тонул в данный момент, естественно, думал не об этом.

Застряв в ловушке у почвы, Регулус запаниковал от давления воды, которая лилась ему прямо в легкие, и хотел попытаться что то сделать. Однако он не мог ничего сделать с водой. Всё, что он мог сделать, это свернуться в клубок и защитить себя [Сердцем Льва].

Когда [Сердце Льва] было активным, он мог свободно дышать. Также уходила боль и двигаться было проще.

Однако, [Сердце Льва] могло продержаться всего пять секунд. Как только он почувствовал, что его сердце достигло предела, страх перед смертью заставил бы Регулуса освободить эффект и снова попал бы обратно в ад.

Итак, имеются две возможные причины смерти.

Независимо от этого, он не мог выбрать ни один из вариантов, и неважно, что ни она из причин не может быть устранена. Однако, у Регула не было другого выбора, кроме как выстоять. Все, что он мог сделать, это возмущаться этой неразумной ситуацией.

Время истекло.

Даже если бы он мог многократно использовать [Сердце Льва], это не помогло бы дышать. Чтобы повторно использовать [Сердце Льва], ему нужно было бы подождать несколько секунд.

Сердце не выдержит.

Он задохнется.

Сердце не выдержит.

Он задохнется.

Сердце не выдержит...

Он задохнется...

Боль и страдания продолжались без конца или паузы.

Регулус открыл рот, и вода и грязь хлынули в открытый рот. Нарушение работы легких и внутренних органов чередовались, Регулус закричал. Голосом, который не мог издать и звука, он продолжал кричать.

Никакого ответа. Вокруг него никого не было.

Тем не менее, он продолжал кричать. Из его криков исходила ненависть, надежда, что все человечество умрет.

После его смерти, насмешливый смех закончится.

Радость из-за мести матери этой девушки и Петельгейзе, тоже закончится.

Одна лишь мысль о восторге этой девушки от смерти Регулуса, сияющей от волнения, вызывала рвоту.

Цель жизни, мотивация продолжать жить, ее осуществление, безусловно, принесло бы радость.

Стало ясно как смерть Регулуса повлияет на эту девушку.

Это неправильно, что это все порадует эту девушку, это было невыносимо.

Его смерть сильно повлияет на сердце девушки...

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Регулус Корниас разбился о каменную улицу и был похоронен в грязи.

В могилу, выкопанную телом убийцы, лилась вода из Города водных врат. Как глубоко утонул убийца, было неизвестно. Однако, учитывая пределы его силы, прорваться на другой конец света он не мог.

По всей вероятности, эффект прекратился где-то под землей, и как будто и его раздавило. Даже если бы он не был раздавлен каким-то образом, вода, которая залила его никогда не позволит ему бежать.

Убийца, который купался в своей могущественной силе, наконец, утонул в дань уважения к городу, который он разрушил.

Субару: "...Эмилия-Тан, ты выглядишь печальной".

Эмилия наблюдала за пещерой, где Регулус утонул. Увидев след траура на ее лице, Субару заговорил.

Для этого убийцы не должно было быть ни единого намека на сочувствие. Так Эмилия должна была себя чувствовать, а не печалиться по поводу его подземной кончины, так должно было быть правильно...

Субару: "Хотя доброта Эмилии-Тана замечательна, я не думаю, что ее следует тратить на него впустую. Совершенно безнадежный парень, он действительно таков."

Эмилия: "... Спасибо, что беспокоишься обо мне. Но дело не в этом. Дело не в этом".

Субару: "Нн?"

Эмилия медленно качала головой заинтересованному Субару из стороны в сторону.

Потом она надолго замолчала, опустив глаза, на которых висели ее длинные ресницы...

Эмилия: "Регулус, казался... Когда я впервые увидела его, мне показалось, что я где-то его уже встречала."

Субару: "Так это была не первая твоя встреча? В таком случае, когда?"

Эмилия: "Этого я не могу вспомнить."

Столкнувшись с вопросом Субару, она склонила голову в сомнениях.

Чудесным образом, это совпало с тем моментом, когда кричал похороненный заживо Регулус.

Голосом, который не мог быть услышан, убийца кричал, чтобы Эмилия не радовалась его смерти.

Смерть ее матери и безумие ее благодетеля, он был тесно связан и с тем, и с другим. Для молодой девушки это был, возможно, поворотный момент, который она никогда не могла забыть, он не хотел, чтобы она нашла удовлетворение от его смерти.

Таково было предсмертное желание убийцы, которое не имело возможности достигнуть поверхности. Эмилия: "-Регулус, где ты меня встретил?"

Регулус Корниас, не оставил никакого впечатления на Эмилию.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 60. Одна битва, один конец

Перевод:Funny_R

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Вид белого света.

Теплый, мягкий, свет, который успокоил сердце.

Приветствовать утро с таким безмятежным настроением было слишком долго.

Всегда просыпаясь в отчаянии, в бесконечных буднях, которые были как ночные кошмары, не было и следа покоя.

Постепенно приходит твердое убеждение, что навсегда и навсегда эта тьма никогда не возвестит утреннее солнце.

Возможно, именно поэтому этот луч так освежал.

???: "-Эй проснись."

Слышался чей-то голос...

За белым светом кто-то звал ее

Этот белый свет, мелькнувший на расстоянии, окончательно поглотил ее зрение.

Эмилия: «Доброе утро. Знаешь, ты выглядишь сонно, пора просыпаться.

Открыв глаза и взглянув, застенчивая сереброволосая девица засмеялась, произнося такие слова.

Эти слова заставили Сильфи покраснеть и пустить слезы

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Церулеанский свет залил небо, когда заклинание льда поднялось.

Лед, который охватил полуразрушенную церковь, постепенно превратился в свет, и рассеивающая мана была окружена микро-духами и исчезла.

Вид одной непостижимой фантазии, охваченной другой непостижимой фантазией, выгравировал мучительную рану в сердцах зрителей.

Хотя это не было бы странным, чтобы быть взволнованным таким взглядом, причина, по которой они плакали и вопили, была, конечно, чем-то большим, чем это.

От того, что охватило их жизнь, кошмар, связавший самое блестящее и искрящееся время их жизни, - от этого они были освобождены.

Субару: «Говоря об этом, Эмилия-Тан довольно удивительная».

Бездумно ослабив губы, Субару пробормотал рассеянно.

Перед его глазами была Эмилия, и невеста в слезах цеплялась за нее - бывшие невесты, в здоровой форме.

Количество женщин в платьях было ровно пятьдесят, при этом ни одной ошибки в подсчете.

Субару: «…… Когда я сообщил ей, что его сердце и невесты объединяются, я подумал, что не будет способа спасти невест, не заставив их умереть».

Забирая жизни невест, лишив [Львиного сердца] места, в котором нельзя находиться. Субару отчасти серьезно отказался от другого способа остановить этого отвратительного человека. Он был подготовлен к жертвам.

Однако, в отличие от Субару, Эмилия не сдалась.

Это правда, что в жестокой и рискованной для жизни стычке с Регулусом его мышление зашло в тупик. Однако Эмилия не переставала думать.

С карточками, которые она держала, и, подумав, что все для нее будет возможно, она сделала ход.

Вот почему

Субару: «На этот раз Эмилия-тан полностью спасла нас, да».

Эмилия: «Это не так»

Выпустив измученный вздох рядом со стеной, Субару заметил свое собственное поражение. Услышав его облегченный выдох, Эмилия вернулась к нему. Ее белое платье было порвано, а ее серебряные волосы, которые преодолели борьбу за жизнь и смерть, были растрепаны.

Даже после того, как бой закончился, Эмилия выглядела прекрасно.

Вдохнув это, Субару дернул подбородком.

Субару: «У этих людей тоже полно выражений неудовлетворенности, которые не могут в достаточной мере выразить свою благодарность Эмилии».

Эмилия: «Давай не будемм дурачиться. И я не могу им объяснить какую-то великую идеологию. Даже если ненадолго ... выбор смерти был навязан им ».

Субару: «Но нет никого, кто умер. Все еще живы. - Этот момент важнее всего остального ».

Этот результат был более совершенным, чем все остальное.

Найдя ответ, который он искал, Субару почувствовал облегчение. Эмилия положила руки на бедра и подняла голос, когда говорила с Субару, который все еще относился к себе слишком низко и, таким образом, подавлял себя.

Эмилия: «Ранена повсюду, заставляя себя все равно… если бы Субару не работал так усердно, все бы так долго не справились. [Львиное Сердце] тоже, все благодаря Субару, заметившему это ».

Субару: «Нехватка козыря - это обычное дело ... Тем не менее, все это чувствуется. Но, слава богу, это было замечено. Замораживание жен, чтобы поместить их в смертельный транс.

Эмилия: «Я тоже была заморожена слишком долго»

Хехе , Эмилия высунула язык с таким чувством. Прелестно.

Хотя, по какой-то причине, это не похоже на содержание, которое можно обсуждать во время смеха.

То есть действия Эмилии и стремление нанести удар по Регулусу принесли наибольшую эффективность без излишних жертв.

Пятьдесят три жизни этих драгоценных жен были спасены.

Эмилия: «Хоть я и не могла этого сделать, мне немного не хватало уверенности».

Субару: «Но это было сделано даже до сих пор. Эмилия-Тан, усердно работала, чтобы улучшить свои навыки и силу ».

Эмилия: «Но такая возможность, что они так и останутся замороженными, также существовала. Освободить всех, как это, наконец-то и позволяет мне расслабиться ».

И затем, словно чтобы скрыть свою застенчивую улыбку, она коснулась своей груди.

Под ладонью этой руки, казалось, было подтверждено, что остался только ее пульс и сердцебиение.

Эмилия: «Кроме того, если бы Субару не вытащил сердце Регулуса из моей груди, мне пришлось бы использовать ту же магию на себя. В таком случае, будь то для Сильфи и других, или для меня, я думаю, что это будет хуже, чем таяние, как это. Потому что тогда это могло занять еще сто лет.

Субару: «Опять же - не преувеличение ли это, независимо от того, как ты на это смотришь?»

Эмилия: «……»

Субару: «Значит, это преувеличение !? Или, что еще хуже, разве это не беспрецедентный экстремизм!

Наблюдая за молчаливо горько улыбающейся Эмилией, Субару почувствовал резкий шок.

Из-за провокации Регулуса Эмилия хотела остановить влияние [Львиного сердца] на нее. Если бы на нее не смотрели, если бы ситуация не была исправлена, то, возможно, Эмилия рассталась бы с этой жизнью. Конечно, понятия о том, чтобы везде искать способ растопить лед, чтобы избежать этого, все еще существовали.

Субару: «Что-то вроде двух спящих красавиц, мой заразный демон действительно необычен, пожалуйста, дай мне свое прощение».

Несмотря на жалобы, сердце Субару успокоилось.

В любом случае Эмилия была спасена в целости и сохранности, а жены были освобождены без вреда. Хотя битва с Регулусом привела к масштабам разрушений, превышающим то, на что один противник казался способным - в целом, их сторона не потеряла более или менее без потерь.

Несмотря на это, плоть Субару несла все виды бремени, а также ненужную судьбу, разделяемую с культом ведьмы.

И в дополнение -

Эмилия: «Рейнхард ушёл...даже не обработав свои раны. Интересно, с ним все будет хорошо».

Субару, который был погружен в свои мысли, Эмилия внезапно заговорила так.

Субару поднял голову, махнул рукой.

Субару: «Все будет хорошо, так как этот парень, даже если он оставит свои раны, как и микро-духи, придут и обработают их. Он сам так сказал.

Эмилия: «Ах, это имеет смысл. Первоначально здесь было довольно много микро-духов, но как только Рейнхард ушел, все тоже ушли… Рейнхард, возможно, обладает способностью потенциально быть духовным пользователем искусства ».

А что касается обстоятельств Рейнхарда, даже без всего этого он был достаточно силен. Хотя тот, кто бросил Регулуса на разборки с Рейнхардом, был сам Субару, манера сражения Рейнхарда в этом последнем неразличимом поединке, холодно описанная в одной фразе.

Может ли человек прыгнуть с такой легкостью над облаками. Даже если они не могли быть классифицированы как люди, они все были рыцарями на выборах короля.

Субару: «Эмилия-тан, хоть я и слаб, пожалуйста, не отвергай меня».

Эмилия: «——? Я зависима от Субару?

Субару: «Это верно! Это верно! Отныне и в будущем я тоже буду работать изо всех сил! »

Эмилия: «Извини, твой внезапный бросок перед тяжелой работы немного сбивает с толку…»

В любом случае, лучше перестать сравнивать это с этим. Для этого было бы то же самое, что Регулус, который не мог действовать спокойно, не используя в качестве ориентира других.

Хотя его всегда считали человеком без качеств, которыми можно восхищаться, но неожиданно для него отношение к нему как к системе негативных ориентиров сработало просто отлично.

Эмилия: «… Все остальные, они хорошо ладят?»

Субару: «Именно по этой причине Рейнхард был взят со мной. Честно говоря, потому что все остальные сильнее меня ».

Чтобы доверить друг другу или, вернее, одному положиться на другого, наиболее подходящим было бы неловкое выражение, известное как Вера.

Несмотря на различие фракций, которые однажды встретятся в конфликте в борьбе за трон, Субару все еще верил в них. Даже с учетом различий личностей, способностей и убеждений.

По крайней мере, он поверил бы, что не проиграет этим отвратительным, безнадежным парням из культа ведьм.

«-»

Более того, если кто-то потерпел неудачу, если жизнь кого-то, кто имел значение, - это сказать, что Субару нужно подумать об использовании [Посмертного возращения]. Контракт с Розвалем, даже если бы его не существовало, если бы оставался хоть какой-то небольшой шанс на спасение, они наверняка были бы спасены.

Боль и страдания были достойны его ненависти.

Но трагедии были, безусловно, еще более достойны его отвращения.

Эмилия: «Субару».

Субару: «——»

Не зная, что видел Субару, который рассматривал смерть, Эмилия наклонилась из-за сидящего Субару.

Ее тело опиралось на его левое плечо, когда она нежно погладила его опущенную голову. Как зудит. Но с этим было трудно расстаться.

Субару: «Эмилия-Тан?»

Эмилия: «Прямо сейчас я разделяю те же чувства, что и Субару. Хотя я волнуюсь за всех, моя собственная сила расходуется. Даже протянуть руку невозможно. Так что мне тоже можно помолиться с Субару? В надежде, что все будут в целости и сохранности ».

Субару: «——»

Эмилия: «Конечно, проблем не будет. Потому что каждый, по сравнению с нами, очень силен, супер умён, супер трудолюбив ».

Чтобы успокоить Субару, тщательно обдумывал выбор слов Эмилия. Ее использование фразы звучало особенно для нее, и Субару тоже был в состоянии расслабиться.

Вера. Верить в каждого. И Рейнхард, который уже отправился в путь.

Сразу после победы над Регулусом Рейнхард ушел помогать своим соотечественникам. Поле битвы с его присутствием не будет поводом для беспокойства.

Не теряя ни одного человека, приветствуя наступающее утро. В этом случае уловить беспокойство Субару оставалось только одной проблемой -

«-»

Рядом с Субару, который смотрел на небо, словно в молитве, Эмилия тоже смотрела сквозь потолок разрушенной церкви, чтобы посмотреть на ночное небо. Как будто чтобы не дать Эмилии увидеть, Субару крепко сжал его грудь.

- Момент смерти Регулуса, казалось, будто что-то бесформенное и черное, пульсировало в его собственную грудь.

Должно быть, то же самое, что произошло с Петельгейзе тогда.

Поэтому он, чтобы Эмилия не заметила, просто молчал.

Молись небесам, приходи к прозрению, просто молчи.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Вернемся назад на время, пока Регулус не был побежден.

Когда Субару и остальные ушли к контрольным вышкам, и Отто, который проводил их перед уходом, чтобы забрать [Книгу Мудрости], даже выяснил это примерно через четверть часа после.

Это было, когда Отто и Фельт столкнулись с [обжорством] и начали сражаться, когда Гарфиэль и Курган только что приземлились в канале, когда Вильгельм обнародовал плащ Терезии, когда Юлий нахмурился, услышав дискурс ненависти, который он не мог что-то вспомнить, когда церковь, где невеста была на пути к принуждению к браку на фарсе свадьбы, была наполовину разрушена, когда каналы на севере города внезапно загорелись сразу - это был момент, когда мэрия, в которой остались только некомбатанты, подверглась нападению.

???: «Кяха! Время для дебюта этой прекрасной леди ~!

На самом верхнем этаже мэрии, высотой в пять этажей, огромные силы разрушили стены без места для сопротивления.

Огромная вибрация разбила окна архитектуры и в сочетании с повреждением фундамента здания, которое произошло в течение дня, нанесло смертельный ущерб. Здание муниципалитета Пристеллы, здание, которое когда-то было центром города, за один день превратилось в грань разорения и стало неприглядным.

Однако то, будет ли занавес закрываться только на грани разорения, зависит от того, что здесь произойдет, - решение будет приниматься на основе этих результатов.

???: «Четыре башни соответствуют четырем воротам. Независимо от того, какой откроют, город будет затоплен ... Не стоит рисковать, возможность забрать все башни не удастся. Даже если бы вы гнилые мяса,не хотели, вам все равно нужно было бы рассеивать свои силы, поэтому использование ваших общих сил тоже не поможет ».

Скучно, голос, который был нападением на уши, описал непосредственные обстоятельства города.

И затем эхом раздавались голоса, противоположные этому.

"Все! Будьте уверены, чтобы выжить, чтобы защитить этот город! »

«Используя наши силы, давайте вернем эту красивую улицу!»

«Мы, стоящие с справедливостью, не можем проиграть!»

«Добро оплачивается добром, а зло - злом. Эта битва будет той победой, которую мы ждем!

Суровый голос молодого человека.

Храбрый голос молодой женщины.

Крик строгого голоса мужчины-солдата, который ощутимо видел войну, крик рациональной наивности от молодой женщины, подбадривающей всех.

В любом случае, только невинность этих неослабевающих и не стыдных завещаний и доказывала эти непреклонные линии дискурса - только уста, которая обсуждала это, была единственной.

???: «Почему ~, это просто нежелание думать о плохом~?»

Затем из того же рта, который произнес эти эффективные слова, словно предавая все предыдущие замечания, оскорбляя и насмехаясь, голос, укоренившийся со злым умыслом, чтобы говорить, как будто даже без осознанного злого намерения размазывать их, говорил так.

А затем владелец голоса обнял свою миниатюрную оправу, словно увидев что-то отвратительное, и начал трясти взад-вперед по плечам.

???: «Кяхахахахаха! Стоп,стоп, сто ~ п, пожалуйста, не делайте этого! Почему у этой прекрасной дамы нет иного выбора, кроме как приветствовать это правосудие, которое источает тот же запах, что и почва и пот? Вы гнилое мясо, вы все собрались вместе, чтобы ваш мозг мог вскипеть?

Повышение ее голоса высоко, производя смех, пронзительный как шум.

Без способности скрываться, без намерения скрывать злобу был этот знойный голос, и источником этого голоса была молодая девушка, которая еще не достигла зрелости.

Широкие круглые глаза и тонкие тонкие губы, светлые волосы, спущенные на плечи, и слегка покрасневшие щеки, словно принимающие форму понятия привлекательной женщины, это лицо казалось несовместимым с блеском и жестокостью молодой девушки. Одетые в кусочки ткани, которые были практически просто женским бельем, забудьте о том, чтобы быть женщиной, для молодой девушки, чьи черты человеческого тела еще не выработали этот наряд, было слишком обнаженным. Любой нормальный человек, который видел это, имел бы извращенное чувство отвращения.

Страшная молодая девушка - точнее, цель монстра лежала здесь.

Архиепископ греха культа ведьмы, олицетворяющая Похоть, , Капелла Эмерада Лугуника, чудовище, целью которого было высмеивать нравственность и достоинство человечества как можно шире.

Капелла: «То, что вы бы бредно поверили, что эта прекрасная леди будет следовать приличиям, и послушно ждать в башне, практически непостижимо! То, что вы позволили вам пройти эти дни, - это уже благотворительность! То, что называется битвой, это то, что вы не позволяете противнику делать то, что ему нравится, а затем делать то, чего он от вас не хочет. Этот принцип понимают даже цветы в теплице, гнилое мясо.

Посреди этих грубых слов невыносимой насмешки был монстр, который был только симпатичным по внешнему виду, который был Капеллой.

Этим чудовищем тыкали пальцами в щеки и скручивали ее тело. Она сразу же после успешного проникновения в здание муниципалитета вернулась к человеческому облику и вошла в соседнюю комнату. На встрече с Капеллой появился рыцарь с кошачьими ушами, который ранее погрузился в ее оскорбительные слова. И длинноволосая женщина, которая лежит на платформе позади него.

Здесь был самый верхний этаж зала, комната, которую занимали пара Феррис и Круш.

Феррис: «Ты, Архиепископ греха [Похоти]…!»

- закричал Феррис голосом, дрожащим от ярости, когда он защищал кровать, глядя на Капеллу. Капелла наклонила голову на обозрения, который посмотрел на нее, затем посмотрел на кровать позади него и кивнул с выражением согласия.

Капелла: «Ах ~ хорошо, твоя ненависть понятна. Она действительно проиграла из-за крови. С самого начала это не должно было работать. Даже несмотря на то, что это считалось, на самом деле увидеть эту неудачу действительно разочаровывает. Самая благородная кровь Лугуники вводит меня в заблуждение, чтобы иметь хоть малейшие надежды ».

Феррис: «С какой целью ты навязала бы что-нибудь подобное на госпожу Круш !? Что нужно сделать, чтобы спасти ее! Ответьте мне!"

По отношению к Капелле, которая вздохнула с чем-то вроде вялости, чем разочарования, милое лицо Ферриса покраснело от гнева, когда он закричал. В его руках лежал короткий солдатский меч, который он носил до сих пор.

Этот меч был выгравирован с богато украшенными украшениями и эмблемой льва, больше похожего на первоклассное украшение благосклонности, чем на оружие боя. В соответствии с собственными незрелыми навыками Ферриса, ему не хватало способности проводить эффективные атаки.

Капелла: «Это игрушка? Важный подарок? Неважно, что, используя свои хрупкие руки, чтобы взмахнуть чем-то вроде этого, довольно изрядно, ты... маленькая девочка… нет, хм?

Капелла, которая высунула язык, чтобы издеваться, внезапно нахмурилась.

Капелла: «Ух, отвратительно. А? У тебя довольно неестественное тело.Ясно, что человек, но это тело ... То, что должно было быть удалено, было не так ... как ты стал таким. На первый взгляд, это принципиально отличается от простого переодевания в женскую одежду, разве эта милая леди не испортила вам настроение сейчас? »

Феррис: «- ХК »

Мало того, что она видела сквозь пол Ферриса, Капелла проявляла отвращение к неестественности. Монстр внимательно осмотрел Ферриса сверху донизу, выглядя так, словно это было непреднамеренно.

Капелла: «Это манера одеваться, это чтобы соблазнять других мужчин? В любом случае, все, что стоит, это принести понимание бессмысленности людей.Все мужчины - дураки, женщины - все шлюхи, а человечество - полная ерунда ... вот что эта милая женщина сделала из своих предпочтений ».

Феррис: «Как грубо! Остановись с бесполезным разговором… и ответь уже на мой вопрос ! Что именно ты сделала с госпожой Круш!!

Капелла: «Ах, как же сильно это раздражает».

По отношению к Капелле, которая еще не вступила в диалог, Феррис не смогл вынести оскорбление и снова выпустил рев ярости. Капелла, услышав это, расслабила плечи, и через мгновение лицо молодой девушки растворилось.

Феррис: «—— !?»

Перед тем, как Феррис, который сделал ошеломленный вдох, тело молодой девушки начало распадаться и преобразовываться.

Невысокий рост, удлиняющийся, словно в кошмаре, ярко-золотистые волосы начинают меняться в цвете. Соблазнительное милое лицо, которое у кого-либо вызывает желание защитить его, когда оно будет замечено, стало суровым, а одежда, похожая на нижнее белье, превратилась в голубое платье.

Хотя, слышав об этом, этот процесс изменения был все еще первый раз, когда он появился перед Феррис. Освобожденное тело совершенно не соответствовало чужим мнениям и свободно изменялось, как любил создатель этого кошмара.

А затем, столкнувшись с этой сценой, словно кошмар, Феррис застыл от шока.

Феррис: «А-а-а…»

Капелла: «-Чего так удивляться то?»

Сказав так, ласковые длинные зеленые волосы были тем лицом, которое больше всего лелеял Феррис.

Фигура Капеллы, которая стояла перед ним неподвижно, стала самой внешностью самого любимого мастера Ферриса. Это сделало лицо Ферриса совершенно бледным, и даже рука, держащая короткий меч, начала слегка дрожать.

Капелла: «Сюда смотри, свирепость из прошлого полностью исчезла. Это лицо, это тело, этот голос, перед твоими глазами, теперь стал таким.

Лицо Круш, которого он никогда раньше не видел, рассмеялось, и Капелла медленно шагнула вперед.

Она подошла к Феррису и остановилась, когда достигла расстояния, на котором она могла дотронуться до него, если протянет руку. Как будто думая о чем-то, указал короткий меч, который Феррис держал на своей груди.

Кончик меча лежал прямо в центре большого сундука Круш.

Если немного наклониться вперед, он пробьется сквозь нее, это было положение, в котором он находился.

Капелла: «Твой презренный враг прямо перед тобой. Отомсти за меня.Больно, больно. Даже дыхание приносит мне страдания. Глаза не открываются. Через мою грудь течет не кровь. По всему моему телу течет нечто, похожее на яд. Так что спеши, отомстить за меня. - Она так говорит, вот так ты знаешь ~.

Феррис: «Ху, ху, ху…!»

Капелла: «Вонзи лезвие одним вдохом, размешай рану, как хочешь, и вытяни ее одним вдохом. Тогда сердце будет уничтожено, пульс прекратится, кровь начнет течь постоянно. Ты можешь убить ее.

Дыхание Ферриса стало учащаться, взгляд начал блуждать.

Жизнь врага его хозяина ценилась больше, чем золото, предлагалось прямо на его глазах. Как она сказала, так атака может быть действительно эффективной. Может разрушить ее сердце. Может убить ее.

Однако именно потому, что на ней было слишком знакомое лицо.

Капелла: «Ударить, ударить вниз, ударить вниз, ударить вниз, ударить вниз, ударить вниз».

Феликс: «——»

Капелла: «Убей!»

Феликс: «У-а-а-а-а!»

Управляемый как будто недоразумением, меч Ферриса коротко ударил в эту грудь.

Лезвие пронзило это тело с легкостью, проникая между костями и разрушая сердце внутри. С поворотом острого клинка раздался безжалостный звук разрыва мышц, и, наконец, вместе с кровью, которая вырвалась вперед, короткий меч был вырван.

Феррис: «Ха, ха»

Феликс старается не запачкаться хлестающей кровью, неровное дыхание отступает. Короткий меч соскользнул с его рук на землю, пол был мокрым от капающей крови.

Капелла: «Ха, ка».

А потом Капелла, которой нанесли удар в грудь, опустилась на колени на землю, выплевывая огромное количество крови изо рта.

По внешнему виду она все еще носила лицо Круш. На лице было пятно крови, янтарные глаза были полны недоверия, устремленного на Ферриса.

Капелла: «Больно, это больно ... Почему, почему ...»

Феликс: «Это ты заставила меня ударить…! убей меня, но не тронь ее! »

Капелла: «Так неудобно, так неудобно… Слишком много, непростительно.Хотя ясно говорю о том, что люблю тебя, люблю тебя… … »

Феликс: «-! Не говори таких глупостей! Я не разделяю такого рода отношения с Круш!

Капелла: «Ах, это так? В этом случае интерпретация самого сценария была отключена ~ »

С искренним выражением лица Капелла вытерла кровь с лица рукавом, когда стояла.

Она небрежно задела рану на своей груди, и недавно сделанная рана исчезла в одно мгновение. Искаженное выражение агонии также исчезло, оставив только вздох.

Капелла: «Действительно, играть бессмысленно, если это не начинается с самого начала, это что-то в этом роде. Мастер и вассал, которые любят друг друга, заставляют одного убивать прекрасную даму, которая похожа на другую. А потом, чтобы раскрыть историю о формировании любви, было то, что изначально планировалось ... провал, провал ».

Феликс: «Надеть такой фарс… как раз то, чего ты намереваешься. Что ты хочешь от нас! »

Капелла: «Ничего особенного. За этим нет особого намерения, и нет ничего, о чем можно было бы вас действительно спросить. Смотреть, как муж убивает свою жену, значит убивать время. Попросите рыцаря-адъютанта надеть женскую одежду, что-то, вызванное такими предпочтениями, просто подумай об этом ».

Феликс: «Мое обещание с Круш, ничего такого поверхностного!»

Капелла: «Показав таким образом склонность и сексуальность на поверхности, эта милая леди находит это довольно легкомысленным выступлением, которое ты знашь ~».

Что касается обозрения, которое не могло не закричать, Капелла наклонила голову, когда она сказала это. Затем Капелла подняла правую руку, и ее внешняя форма снова резко изменилась.

Ее ладонь стала похожа на гигантский лепесток цветка, щупальца, которые растягивались вперед, заставили Ферриса взлететь, прежде чем спутать его, когда они подняли его, а затем крепче сжали, когда они ударили его о стену.

Феликс: «Ках, ху…»

Капелла: «Видя или чувствуя, что это одно и то же, тело такое тонкое и хрупкое. Если ты не хочешь стать женщиной так плохо, как насчет этой прекрасной леди, которая протягивает тебе руку? В руках этой милой леди это была бы только детская игра. Как насчет того, чтобы получить помощь в его удалении и образовании дыр за считанные минуты?

Феликс: «Мое тело не имеет значения ... Более важно, что с Круш…!»

Капелла: «Как смешно. Что-то вроде того, чтобы ценить другого за себя, как насчет того, чтобы ты смело сказал сладкие слова. И если говорить о том, что ты спрашиваешь о том, как восстановить тело, зараженное Кровью Дракона, до его первоначального состояния? Ха, если такой метод существует, то лучше сказать, что эта прекрасная леди хотела бы узнать больше ».

Щупальце продолжало сильно корчиться, в результате чего у тонких конечностей Ферриса началось кровотечение. В агонии его глаза расширились, звук перекручивания сломанных костей эхом разнесся по комнате.

По сравнению с правой рукой, которая приняла форму плотоядного цветка, поднятая левая рука приняла форму косы богомола. Поддерживая Круш, она стала отвратительным монстром, чья левая рука была насекомой, а правая - цветком.

Тем не менее, на этом лице не было никаких следов изменений, тем более ужасных для того, чтобы оставаться украшенным красотой.

Капелла: «Непосредственное превращение вас в мясной фарш также было бы довольно увлекательно, и у этой прекрасной леди все равно не было много свободного времени. Прежде чем появятся какие-либо другие люди, не стоит позаботиться о вас и вашем хозяине.

Феликс: «-уу, куу»

Капелла: «Тем не менее, ты действительно какой-то глупый, безграничный парень . Не ожидая, что эта прекрасная леди появится здесь, даже стратегия контратаки у меня вялая. К чему это приведет прежде ...

Сказав это, когда-то восхищенное лицо Капеллы стало слегка нахмуриться.Словно сомневаясь в том, что она только что сказала, она тащила перед собой все еще задыхающегося Ферриса.

Капелла: «Неважно, что это не слишком медленно? Даже с учетом того, что эта прекрасная дама проникла сверху, другим людям потребуется слишком много времени, чтобы подняться на этот верхний этаж.

Феликс: «… а»

Капелла: «Ты должен что-то планировать, торопиться и раскрывать все для вашего же блага, ты же знаешь? В противном случае, ивой самый дорогой человек потерпит еще более ужасные изменения… »

Коса Капеллы, простирающаяся от ее левого запястья, потянулась к Круш, которая лежала на кровати, и Феррис оказался перед несравненно жестоким выбором. Ответом на этот вопрос послужил дрожащий голос Ферриса, который он выдавил,

Феликс: «Ты»

Капелла: «Ах ~? Какой способ просить пощады вы…

Феликс: «Ты, совершенно… бесполезное существо».

Капелла: «Ха?»

Желтые зрачки, несущие отвращение, уставились на Капеллу.

Сразу после этого щупальца, которые связывали Ферриса, начали извергать дым, и лепестки обесцвечивались и гнили. Относительно ее собственной правой руки, которая была разъедена, Капелла показала выражение удивления.

Капелла: «А ~ рара? Что случилось с рукой этой прекрасной леди?

Феликс: «Ну, просто подумай об этом, как о подонке, который не является уникальным для тебя».

Щупальца сгнили, и тело Ферриса было освобождено.

Еще один звук перекрыл звук Капеллы, которая повернула голову к этому.Это был милый голос с уникальным ритмом. Капелла посмотрела в сторону кровати, издающей звук - в этот самый момент свет залил всю комнату.

Белый луч, который практически создал эффект мгновенного всплеска температуры. Этот энергетический луч сгорел на лице Капеллы, уничтожив всю левую половину ее лица.

Наполненная карбонизацией половина ее лица сопровождалась зловонием выжженной плоти, и Капелла отступила на несколько шагов. Затем протянул руку к змеиному языку, чтобы погладить поверхность этой раны, улыбнулся.

Капелла: «Стоя на лице союзника без малейшего следа снисхождения… ну, не так, это имело большой эффект. Присутствие кого-то здесь вполне ожидаемо, так что нет ничего удивительного в том, чтобы так закончить ».

???: «Что-то вроде« союзник - это недопонимание ». Мы коммерческие конкуренты ... нет, это больше похоже на конкурентных противников. Более того, мы не живем такими легкими жизнями, что не решались бы атаковать, увидев лицо такого противника ».

Капелла: «Условный союзник рано или поздно станет врагом. В таком случае, была ли особенно направлена ​​на лицо какая-то преднамеренная упреждающая схема? Если это действительно так, ваша личность может быть слишком извращенной.

???: «А, я уже говорила, не было такой путаницы между частными и государственными делами. То есть, стоявший во главе, должен был просто видеть, что его уничтожение может оказаться фатальным, так что на мгновение все....

Сказав так, человек, который карабкался с кровати, вздохнул обманутых ожиданий.

На месте Круша на кровати лежала Анастасия.

Она коснулась своих собственных волнистых волос, окрашенных в зеленый цвет, и с легкой улыбкой ответила Капелле, которая выжила, даже сгорела даже половина ее лица.

Анастасия: «Хотя...Ах...я явно надеялась на это, похоже, смерти не произошло».

Капелла: «Несмотря на то, что вы, возможно, отличаетесь от того типа женщины, которая только улыбается, увидев деньги. Но что-то вроде безошибочно обжигающего половину лица женщины, личности, превосходящей разумное количество собственных интересов, поистине женского мяса, которым эта милая леди заинтересовалась бы! »

Анастасия: «Будучи заинтересованным таким человеком, как ты, даже мы здесь чувствовали бы некоторое сопротивление. Видите ли, мы вот любимые с длинным мехом, который на ощупь выглядит шелковистым ».

С формальностью Анастасия откровенно ответила на слова монстра Капеллы. С небольшим кашлем она подошла к Феррису, который был возле кровати, взяла его за запястье и помогла ему подняться.

Наблюдая за слезоточивым обозрением, Анастасия с « не достаточно ли » в качестве предшественника,

Анастасия: «Никакой информации не было собрано. По крайней мере, давайте пока отложим дело Круш.

Феликс: «… я понимаю. Вы уже сопровождали меня в такой рискованной игре.

Анастасия: «За эту ситуацию мы здесь несем довольно большую долю ответственности, поэтому давайте просто назовем это так».

Даже способность Ферриса, который был целителем в королевстве, ничего не могл поделать с нынешней Круш.

Чтобы спасти ее, не было другого пути, кроме как найти причину и решение от того, кто сделал это с ней.

Что касается прозвучавшего Ферриса, Анастасия не смогла отказаться.

Приветствовать каждого кандидата в городе Пристелла была Анастасия. И тут дело дошло до этого. Из-за того, что Анастасия несла часть ответственности за это дело, она не смогла опровергнуть просьбу Ферриса.

Анастасия: «Это что-то вроде этого, назовите это совершенно бесплодным, и все же ей все удалось обмануть ожидания».

Капелла: «Быть ​​обремененным такими ожиданиями, мои глубочайшие извинения, но эти чувства действительно полностью отсутствуют. Но не должно было быть никакой гарантии, что я вообще появлюсь?

Анастасия: «Разве не было объявления от Нацуки-куна? Кажется, ты бы поступила, услышав это.

Отправление основных боевых сил, оставление базового лагеря без защиты, несомненно, вызовет активность у противника. Во-первых, культ ведьм не обязан был приветствовать его честно. Поистине это было так, как говорилось в предыдущей речи Капеллы.

Анастасия: «Нацуки-кун там, наивный в критический момент».

Хотя ни в коем случае не было возможности гарантировать, строго говоря, исходя из природы культа ведьм, появление на атаку могло быть только одним из [Гнева] или [Похоти].

Таким образом, Анастасия заложила ловушку и позволила атаковать ратушу. Настоящая Круш, конечно же, сбежал в соседнее убежище с другими ранеными.

Конечно, не было бы никого, кто ступил бы на этот самый верхний этаж.Люди, которые все еще остаются в этом здании, кроме тех, кто находится на этом верхнем этаже.

Капелла: «… Хм-ф. Люди, чьи умы двигаются слишком быстро, просто немного раздражают других. Но разве вы не недооцениваете эту прекрасную леди? Эти кошачьи уши там, эта маленькая леди здесь, они не похожи на тех, кто может сражаться в битве.

Анастасия: «Называть маленькой леди на самом деле довольно стыдно».Хотя мы здесь выглядим так, технически я все еще взрослый ».

На замечания Капеллы Анастасия закрыла один глаз в ответ.

Капелла: «Это было решено. Это твоё милое, прекрасное лицо, это все, что будет, когда все под твоей шеей станет саранчой. Повернувшись к этому, попробуйте еще раз, чтобы напасть на меня, используя этот грубый рот ~ ».

Анастасия: «Как ужасно ... в таком случае лучше всего попрощаться».

Капелла: «——»

Отказ Анастасии удивил Капеллу, которая была угрожающей стороной.

Анастасия потянула за свои еще зеленые волосы, огляделась по комнате.

Анастасия: «Мы здесь уже должны были упомянуть, мы ждали вас все время - в таком случае, мы не могли бы ждать, не делая никаких приготовлений».

Как только звук ее голоса упал, Анастасия мягко постучала пальцами по полу.

Два звонких звука, как будто какой-то сигнал - сразу после этого у пола Капеллы появились трещины на полу, и сломанное тело молодой девушки упало вниз.

Капелла: «О, мой»

Нижняя часть пола падала, и появление в полу, к которому она упала, было похожим отверстием.

Таким образом Капелла продолжала падать этаж за этажом, падая на четыре этажа высотой на одном дыхании, приземляясь прямо в подземную комнату под первым этажом.

Сплат с таким звуком взорвал тело Капеллы.

Беззащитно врезавшись в землю, тело молодой девушки было полностью сплющено на холодной поверхности.

Кровь хлынула из ее лица, и ее конечности были согнуты и сломаны с жалким видом. Но тело, которое стало кусочком плоти, сразу же начало вяло двигаться в руках и ногах, а тело молодой девушки стояло в виде водного аморфного состояния.

Появившись там, фигура соблазнительной женщины.

Одетая в чрезвычайно откровенную одежду, демонстрирующую свою плотную плоть без следа стыда, редкое зрелище черных волос было превращено в трехниточную косу. Излучение несколько опасной ауры и красоты, которая вызывала беспокойство на ее пути.

Будь то Феррис или Анастасия, оба не должны знать, кому принадлежит эта внешность. В любом случае, двое, оставшиеся на четвертом этаже, не должны видеть ее трансформации.

И поэтому не должно быть никого, кто бы с удивлением отреагировал, увидев эту фигуру.

Капелла: «А-а-а-а, действительно… не то, чтобы это меня так обрадовало, я так взволнована. Кяхахахахаха ! »

С манерой мучительной смерти и манерой, которая не могла чувствовать агонию, Капелла отпустила свой голос. Это был легкий и деликатный звук, несовместимый с ее мутировавшей внешностью, эхом разносящийся по всей подземной палате мэрии.

В тени, в воздухе холодно и влажно. Это был не просто ландшафт подвала, он был частью многочисленных водных путей, распределенных по всему городу, - частью средств управления, используемых для обслуживания этих водных путей.

Откуда-то донесся шум стремительной воды, а откуда-то над головой дул ветерок.

Капелла: «Получать такой теплый прием и еще много чего, позволяя мне свободно менять размер груди, это здорово, не правда ли? Вернуть и крепко обнять их, заставить их исправить свое воспитание из рук этой прекрасной леди, чтобы они никогда не любили ничего, кроме этой прекрасной леди… »

???: «Не могу вернуться».

Капелла: «——»

Окрашенный в алые щеки, Капелла, которая была взволнована до такой степени дрожи, была запрещена кем-то неизвестным.

Прозвучал глубокий голос, мужской голос приглушенный и дуется.

Когда она услышала этот голос, Капелла подняла голову, и из теней под землей появилась фигура человека.

Выражение лица Капеллы, увидевшего его, внезапно исказилось.Рассеянное выражение лица, которое до сих пор было у нее на лице, сразу же исказилось от ненависти, когда она посмотрела на своего противника.

Капелла: «По эстетическим ценностям этой прекрасной леди самые нетерпимые те, кто пытается скрыть свое уродство, не так ли?»

???: "Я вижу. Отдыхай спокойно. По моим эстетическим ценностям, твои чувства тоже не могут быть терпимы ».

Отвечая на Капеллу апатичным образом, вздыхая, как будто что-то давило на него.

А потом,

???: «Разве ты не слышал сверху? Твой поступок был замечен этим злым на нашей стороне. Что сказать ... с точки зрения зла, как ты мог надеяться на победу над нашей принцессой?

Пока он говорил, тяжесть в его голосе все еще присутствовала.

Меч, прикрепленный позади него, был извлечен из ножен, и вялый свет отражался на него из пустого пространства над его головой.

Стоял мужчина с одной рукой. Была тень, одетая в черный шлем. Был необычно одетый странный человек.

Незнакомец, стоящий перед Капеллой, указал одной рукой, держащей Меч Синего Дракона.

Ал: «Хотя я только что поприветствовал тебя, у меня сегодня ужасное настроение. - Прежде чем я умру, поторопись и убирайся отсюда. Жалкий моллюск «.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 61. Жертва территории

Перевод: imy.

Редактура: Funny_R

Меч Синего Дракона был в его единственной руке, человеку, болтающему без перерыва, Каппела, слегка наклонила голову.

Трехплетная коса, длинная и темная, ниспадала на ее белое плечо, с руками сложенными так, чтобы подчеркнуть ее полную грудь, она наклонилась вперед, бросая завораживающий взгляд на человека в шлеме.

Используя этот завораживающий взгляд, чтобы соблазнить мужчину, даже зная что это ловушка, она все равно будет сводить его инстинкты с ума.

Однако даже такой демонический план, будет он эффективен или нет, зависит от противника.

Ал: "Эта эротическая поза действительно немного переборщена, но если твоя цель - соблазнить меня, то это бесполезно, ты же знаешь. Для закоренелого девственника... заставить меня жаждать прохожую сестренку настолько сложно, что я практически смеюсь.”

Капелла: «Чтобы унизить твои собственные легкомысленные слова так же как умеренную сдержанность... откладывая в сторону подходят ли тебе цели этой прекрасной леди или нет, человек, который создает впечатление, что не понимает это, разыгрывая из себя Арлекина чтобы вызвать беспечность в противнике.. только для чего предназначена эта толстая штука?

Ал: "Женщины не должны отпускать такие грязные шутки. Это настоящий провал.”

Капелла: “——”

Провокационный взгляд Капеллы, казалось, от ответа этого человека превратился в выражение безмолвия. Эта мера удивления также быстро рассеялась, и Капелла рассмеялась, как будто всем сердцем счастлива.

Капелла: "Кяхахахаха! Что это за замечание в таком возрасте и в такой манере. Эта дева из твоих~ снов живет только~ в твоей груди. Ты~ тоже один из тех людей, чей внешний вид не соответствует вашему внутреннему, а ты без сомнения не цветок из оранжереи. Кья~, как грязно~.”

Ал: "Хотя я и извиняюсь за то, что прервал твое шоу, не заставляй меня повторять это так много раз. Я сегодня не в настроении. Я бы не смог тебе ответить даже если бы ты спросила когда я был бы в настроении, особенно сегодня."

По отношению к той, которая так позировала, Капелле, которая постукивала ногами, взгляд Ала стал чрезвычайно сложным и раздраженным.

Скорее, это было не позирование, а своего рода недовольство этой ситуацией всем сердцем. Он довольно сильно отличается от тех двух людей которых раньше она видела выше. Это привело Капеллу к тому, что она стала более недоверчивой.

Капелла: "Не в настроении, находишь это хлопотным, и все ещё не расчистил путь. Твои~ слова действительно полны противоречий. В таком случае, какого черта ты все еще в компании такой пронзительной маньячки, как я?”

Ал: "У тебя хватило наглости сказать это самой, пронзительная маньячка.”

Капелла: "Конечно это будет сказано. С точки зрения этой прекрасной дамы, в любом случае абсолютно все, что существует в этом мире - это просто способ скоротать время. Вы все целиком, в конечном счете, вещи этой прекрасной дамы. Любовь прекрасной дамы безгранична, исполнена милосердия, потому что все кроме поиска любви у этой прекрасной дамы не нужно... со всем остальным, делай как тебе нравится.”

Раскинув руки, Капелла с выражением как у ядовитого цветка сладко засмеялась.

Ал, смотревший на эту улыбку, с шумом уронил клинок Меча Синего Дракона. Вывернув шею так, что хрустнули кости, он испустил долгий вздох "Ах..."

Ал: "Ты.. Довольно сильно отличаешься от других грехов, которых я знаю.”

Капелла: "О боже, ты видел другое сгнившие после гниения мясо? Это извращенное женское мясо, которое возмущается ее собственным

желанием? Этот девственный ублюдок с маленьким сосудом? Это ничтожное отродье причудливой еды с мерзким характером? Или это был тот больной в голове, больной в сознании, больной в мыслях, самопровозглашенный дух? Неважно кто, для спутников они - абсолютно худший выбор! Разве твои родители не учили тебя? Тщательно выбирай своих спутников."

Ал: "...К сожалению, мои нынешние друзья относятся к тому типу людей о которых меня предупреждали родители.”

Капелла: "Это тоже заслуживает соболезнований. Даже такой как ты, будет обнимать августовскую любовь этой прекрасной дамы? Сними этот шлем и открой свое лицо, обними и посвяти любовь этой прекрасной даме!”

Независимо от того, как презирали или отвергали, Капелла, которая выполняла жесты поиска любви, была воплощением ума, который искал любви. За исключением понятия самой крайней односторонней любви, которая без оглядки на других насильственно грабила любовь до сих пор, которая была названа неправильным названием [Любви].

Конечно, в ответ на ее любовь, которую вместо того, чтобы назвать неловкой, лучше было бы описать как полное пренебрежение к человеческой природе.

Ал поднял Меч Синего Дракона, который недавно опустил, и медленно покачал головой.

Ал: "Извини. Я рад, что ты так считаешь, но мы с тобой все еще незнакомы, и было бы неловко, если бы какие-то странные слухи распространились среди моих друзей. Пожалуйста, прими мой отказ.”

Капелла: "Что-то вроде уважения к взглядам посторонних, разве у тебя нету еще довольно милых сторон. Неужели этой милой леди здесь не хватает? И здесь у меня сложилось впечатление, что я прощаюсь с грязным мужским мазохистом, которому нравится, когда им командуют женщины."

Ал: "... А?”

Капелла: "Не обращающие внимания на другие суровые глаза. Тело, о котором можно даже сказать, что оно наполнено чувственностью и насилием. Ростом ниже, чем эта прекрасная леди в настоящее время, своего рода прекрасная открытая кожа. Хотя слова меняются вместе с настроением, внутренний характер всегда держится с разумом и уверенностью, который никогда не становится бессмысленно высокомерным. Передает много задач подчиненным, но редко становится зависимой от них. Не приятная~, но и не неприятная~, позиция и женщина одинаковы.”

Болтая без умолку, фигура Капеллы преобразилась.

Все еще сохраняя пышное тело, укорачивая свой рост, одежда трансформировалась в смелое платье, которое открывало плечи и спину. Глаза на лице менялись от сонных до острых, от ее пристального взгляда разливалась атмосфера уверенности. Появилась красивая женщина с распущенными длинными золотистыми волосами.

Партнер из города. Хотя у нее и не была внешность какого-то конкретного человека — из какого-то неизвестного места, она источала атмосферу, похожую на атмосферу женщины, с которой связан Ал.

Ал: “——"

Капелла: "Ой, не золотые? По крайней мере черты Лугуницы будут включать золотые волосы... в этом случае, хм— м-м, красные... оранжевые.”

Наблюдая за тонкой реакцией Ала, цвет волос Капеллы постепенно менялся. Проверяя черный, коричневый, зеленый, синий, колеблясь на мгновение, когда он стал красным, а затем стал оранжевым.

Только этим она производила впечатление до смешного похожее на очень знакомую ему женщину.

Ал: "Аж волосы встали дыбом... Где ты познакомилась с нашей принцессой?”

Капелла: "Никогда не видела, никогда не говорила с ней, никогда даже не знала о ее существовании. Просто по твоим реакциям можно определить тип женщины, которая тебе нравится. Эта прекрасная леди - женщина, которая даст тебе все, ты знаешь? Для того, чтобы понравиться хорошо любимому партнеру, это само собой разумеющееся, чтобы отдать все~.”

Ал: "Говоря о реакциях, мое лицо..."

Капелла: "Голос, движения, манера речи. Угол наклона шеи и взгляд, поза. От общения понимаю твое отношение, характер, предпочтения.”

Ал: “——”

Капелла: "Один рывок или одно движение, не пропуская ни одного. Вкладывая все свое сердце и дух в то, чтобы быть любимым, эта прекрасная леди полностью посвящает себя этому. Эта прекрасная леди уже полностью посвятила чебя ей, так что ... Посмотри на эту прекрасную леди. Смотри только на эту прекрасную леди. Ни на кого больше не смотри. Это прелестное женское лицо, тело, голос, взгляд, жесты. Все это! Все должно быть полностью в соответствии с твоими~ предпочтениями!”

Пока она говорила, голос Капеллы - Капеллы, принявшей облик Присциллы, постепенно становился грубым. Ее заявления были прямой линией с желанием угодить, но слишком прямая линия превратится в любовь, которая пронзит свою цель насквозь.

Казалось, Ал даже не мог ответить покачав головой или произнеся какие-то слова. Он мог только подготовить волю всего своего тела, чтобы бороться с реакцией на Капеллу. При этом молчаливом ответе на лице Капеллы отразились разочарование и презрение.

Капелла: "Ты, эгоистичная мужская мразь ... каким аспектом этой прекрасной дамы ты недоволен~?”

Ал: "Не пойми меня неправильно. Ты мне ни нравишься, ни не нравишься, В любой случае это нормально... Извини, это ложь. Как и ожидалось, ты отвратительна, так что ты мне действительно не нравишься.”

Капелла: "— Кх! Ты жалкий кусок гнилого мяса!!”

Правая рука Капеллы, с плеча начала превращаться в огромную голову волка. Свирепо воющая звериная голова со скоростью, превышающей ту, которую мог воспринять глаз, полетела к замершему Алу. В одно мгновение клыки головы, острые как лезвия, полностью раздробили верхнюю часть тела Ала укусом – за мгновение до этого, Ал полетел вперед в щель приближающихся клыков собак, летя горизонтально, чтобы убежать.

Капелла: "Не думай, что ты можешь убежать только с помощью этого!”

Ал: "Как будто я не смогу! Сбоку! А затем сзади!”

Сверху на крутящегося Ала обрушилась мощная атака с руки. Палец этих гигантских рук мог сравниться с человеческим ростом, и быть пойманным в его хватку было бы сродни тому, чтобы быть пойманным змеей.

Однако и эта атака была ускользнута Алом через прыжки. А затем волчья голова, чьи клыки, казалось, хотели раздавить талию Ала, была возвращена, точно остановленная Мечом Синего Дракона, который он держал за спиной.

Ал: “Вуааааа, Дона!”

Не полностью рассеивая инерцию атакующего зверя и сохраняя позицию блокировки Мечом Синего Дракона, тело Ала скользнуло вперед. Наполовину призванная стена земли поднялась из земли, ударив прямо снизу в правую руку, которая превратилась в зверя.

Волк, чью нижнюю челюсть ударили, издал вопль, и смещение массы её правой руки привело к тому, что вся фигура Капеллы рухнула. Увидев это, Ал, уклонившись от мощной атаки левой руки, бросился вперед.

Ал: "Дона! И с этой стороны тоже, Дона!”

Капелла “—Хк”

Дона, которую постоянно запускал Ал, была самым низким уровнем магии Земли.

Будь то мощь или прочность стены, и то и другое идеально соответствовало ее природе как самого низкого уровня магии. И все же Ал полагался на эту магию, как на свою лучшую тактику в настоящем бою.

Формирование препятствий, блокирование поля зрения, формирование опоры – точно так же, как он делал в этот момент.

Ал: "Рааааааа!

Твердая земляная стена мешала движениям далеких правых и левых рук Капеллы. Вдобавок само тело Капеллы было атаковано стеной грязи, которая затемняла ее фронтальное зрение.

Затем, подготовившись, Ал поднялся в воздух — используя скорость и инерцию земли, поднимающейся с земли, и полетел вперед, словно на крыльях.

В то мгновение, когда Капелла, услышав эти крики, подняла голову, на ее тонкой шее появилась вспышка, и голова ее отлетела в сторону.

Лицо, похожее на лицо Присциллы, заплясало в воздухе, из раны хлынуло чрезмерное количество крови. Кровь Капеллы имела неизвестный эффект чего-то, казалось бы, ядовитого, что и было причиной страданий Круш.

Конечно, даже с предупреждением не смахивать чрезмерную кровь –

Ал: “Кого ты пытаешься обмануть, ты чертова лгунья?"

Шагнув в эту лужу крови без всякого снисхождения, Ал вытащил свой Синий Драконий Меч.

Острие клинка, не колеблясь ни секунды, протянулось сквозь спину обезглавленной Капеллы, выдернутое из грудной клетки между костями, нанося еще одну смертельную рану противнику, который должен был умереть. Однако оно не могло остановиться на этом.

Ал: "Получай! Эль Дона!”

Подметая пронзенное тело, Ал, который летел вперед, с инерцией произносил заклинание на уровень выше, чем у Доны — магию Эль уровня, использующая Меча Синего Дракона в качестве стартовой точки, чтобы она началась в теле Капеллы.

Конечно, тело Капеллы не смогло подавить ту массу, которая набухла изнутри, и оно разлетелось в взрыве.

Бах, с глупым звуком, словно в шутке, тело Капеллы превратилось в клочья. Руки и ноги разбежались и улетели, розовые внутренности и ярко-красные пятна запятнали всё подземное пространство. В холодном воздухе куски мяса даже, казалось, излучали тепло, в конце концов это привело к результату, от которого можно было уйти.

Ал: "...Как же так! Хах, Хах, В этот момент, это..."

Тяжело вздохнув, Ал обратился к Капелле, которая превратилась в куски мяса.

Существо способное выжить после того, как было уничтожено до такого состояния просто не могло существовать. На объявление Алом своей победы, существо, которое могло бы ответить, не появилось, или по крайней мере, должно было.

Капелла: "Ах~ как~ чрезмерно~ — ах. Несмотря ни на что, обычно все не заходило так~ далеко.”

Ал: "Черт.”

Та, кто приняла оскорбления Ала с отвращением, ответила ему все еще с злобным голосом.

Голос исходил не из плоти, а из той части головы, которая была первоначально отрублена, — другими словами, он исходил из того места, куда упала голова Капеллы. Голова Капеллы с того места, куда она скатилась, осталась лежать на земле, радостно наблюдая за реакцией Ала.

Ал: "Послать твою голову в полет, уничтожить твое сердце - этого недостаточно. Разве это не нарушает слишком много правил здесь…”

Капелла: "Летящая голова и разбитое сердце не представляли бы никаких проблем для этой прекрасной дамы... Внезапно стать такой без следа терпимости это действительно редкость. Эта прелестная леди, прямо сейчас, должна была бы искушать вас вашим любимым лицом, может быть, это был промах глаза? Или, может быть, вы из тех, кто выражает любовь, причиняя боль?”

Перед тем, как Ал обнаружил чувство беспомощности, голова Капеллы выпрямилась.

Отрубленная голова медленно шевелилась, черная плоть, которая никак не могла появиться, хлестала наружу. Образуя голову как пьедестал, дрожащая плоть превратилась в конечности, черные поверхности скрылись из виду белой кожей, превращаясь обратно в — нет, полностью превращаясь в золотоволосую девушку.

Ал: "...А куски мяса, разбросанные здесь?”

Капелла: "Поскольку они не нужны, они могут раствориться.”

Ал с изумлением наблюдал, как разбросанные куски плоти, из которых состояло тело Капеллы, начали с шумом растворяться. Органы и конечности превратились в вещество, похожее на черную грязь, пузырясь по мере исчезновения. Даже их метод исчезновения вызывал отвращение вплоть до эстетической усталости.

Капелла: "Во всяком случае, ты без колебаний отрубил мне голову. Тот, что было сверху... ка~жется было ненастоящим. Ра~зве тут не было одного вашего товарища что больше не мог сражаться, после того как получил кровь этой прекрасной дамы? Вот так в ней купаться, ра~зве это не стра~шно?"

Ал: "Это не был какой-то блеф. Хотя я не знал, какие условия должны быть выполнены, знать, что капанье не будет концом, это то, что я уже проверил. Уворачивался как сумасшедший, и это было бесполезно.”

Капелла:" —? Но вы не показали даже намека на попытку избежать её.”

Ал: "Это то, о чем ты не можешь знать. Голова, сердце, если и то и другое не работает, в следующий раз отрубленная голова будет раздавлена. Неважно, сколько попыток это займет.”

Необычайно усталый вздох Ала был еще более болезненным, чем до начала этой битвы. Это должно было произойти из-за трюков Капеллы. Постороннее бремя, которое легло на его плечи после их встречи.

Во всяком случае, на только что восстановленном теле Капеллы не осталось и следа повреждений.

Вдобавок к изменчивости и трансформации, способности к регенерации вплоть до отказа от смерти – даже самые типичные смертельные атаки на голову и сердце оказывались неэффективными, она была действительно настоящим монстр.

Однако трудноубиваемый не приравнивался к непобедимому.

Ал: "Существуют также такие методы, как замораживание всего тела, чтобы запечатать его, или некоторые методы, такие как бросание в Большой Водопад.”

Капелла: "Ра~зве отчаяние после неудачи убить противника приятна? Ра~зве ты не де~йствительно неисправимое грязное мясо. Но, иметь мотивацию это правильно и хорошо, ты действительно можешь это сделать? Ка~жется, ты хорошо разбираешься в мелких трюках, таких как уклонение и побег, раз~ве тебе не хватает способов на самом деле убить эту прекрасную леди.”

Ал: "Даже если бы я умер сто раз, я не смог бы убить тебя. На самом деле, я уже прошел половину пути... но, ты ничего не забыла?"

Ал перекинул Меч Синего Дракона через плечо и постучал, его шлем издал лязгающий звук, он направил свой меч, и голова Капеллы, которая была повернута в его сторону, повернулась.

Он указывал на здание мэрии — куда-то за её пределами.

Ал: "Изначально ты намеревалась разрушить нашу базу. Мы также можем представить себе, что твоя контрольная башня совершенно пуста. Это означает, что те, кто пошли в атаку на [Похоть] скоро бросятся обратно. Пока я придерживаюсь этими тактиками выигрывания времени, естественно, скоро с тобой будет покончено.”

Капелла: “——”

Ал: "К твоему сведению, мои способности хороши для того, чтобы выиграть время, не так ли? Я испробую все способы, чтобы удержать тебя внизу, чтобы удержать тебя здесь. Так что, если ты хочешь сбежать, твой шанс - сейчас.”

Ал был заперт в битве против Капеллы в одиночестве, он использовал скорое прибытие подкреплений, чтобы попытаться заставить своего противника отступить. Услышав эти слова, Капелла удивленно подняла бровь, и на ее вопросительный взгляд Ал тоже ответил “Хм?”.

Ал: "Что это за реакция? Даже если у вас есть какие-то жалобы на мое недавнее предложение, то…"

Капелла: "Неужели ты действительно веришь, что эта прекрасная дама, которая пришла одна на вражескую территорию, не подготовила мер против войск, которые вы~ послали? ”

Ал: "... А?”

Капелла: "Силач и Фехтовальщица были расставлены на пути. Даже среди наших марионеток, эти двое - нечто... неужели ваше подкрепление так легко сможет отделается?”

Ал: "-хк.”

Непредвиденное развитие событий заставило Ала издать звук, и он посмотрел на большую дыру над головой. Как будто глядя сквозь шлем, чтобы увидеть выражение его лица, Капелла продолжила:

Капелла: "Разговорное зеркало, которое у тебя было, запечатано. ты знаешь? Поэтому, даже если ты поспешно попытаешься установить контакт с кем-нибудь, ты не сможешь ни с кем связаться.”

Ал: "Как ты сделала что-то подобное!?”

Капелла: "Это волшебное устройство, должно быть, было сделано [Ведьмой]. Слухи о таких легендах издавна передавались в Культе Ведьмы. Включая такие вещи, как нарушение длины волны разговорного зеркала.”

Из-за природы этого необычного раздражения, цель о которой говорил Ал, оказалась пустой.

Хотя Ал никак не мог убедиться в правдивости слов Капеллы, по правде говоря, те двое, что были посланы из мэрии, чтобы взять на себя [Похоть] — Вильгельм и Гарфиэль, рано или поздно столкнутся с ее приспешниками. Вероятность возвращения из битвы между чудовищем и человеком можно было назвать только невероятно низкой.

Что и следовало сказать..

Капелла: "Отсутствие средств для сражения в такое время, как это. Разве это не значит, что скоро это закончится?”

Ал: "... Не имея ничего, я бы не зашел так далеко, чтобы сказать это.”

Услышав неопределенный ответ Ала, Капелла слегка улыбнулась.

И через мгновение слабая улыбка растаяла. И снова тело молодой девушки превратилось в бесформенный кусок мяса, и подобно этому, масса Капеллы начала рости в геометрической прогрессии.

С булькающим звуком форма Капеллы нарушила границы человеческой формы, становясь огромной.

Нежная девушка, соблазнительная женщина, суровый юноша, серьезные воины — ее плоть росла с невиданной силой, и подземное пространство отзывалось эхом смеха.

А через мгновение появился черный дракон, чье тело сливалось с тенью.

Ал: "...Я вижу. Ты даже можешь превращаться в дракона.”

Учитывая тот факт, что здесь не были разделены комнаты, подземелье было намного просторнее, чем мэрия. Однако даже такое пространство не могло так легко вместить огромное тело черного дракона.

Услышав тихий голос Ала, дракон прищурил свои золотистые глаза, и Капелла открыла рот, словно собираясь ответить Алу. Из этого рта вырвалось безжалостное обжигающее дыхание.

“—Хк”

Огненное дыхание, казалось, воспламеняло сам воздух подземелья, когда белый свет проближался к Алу.

Заклинание, полностью подавленное ревущим звуком, создало стену земли в пределах этого дыхания. Однако, столкнувшись с подавляющей температурой, стена не смогла установить даже кратковременную защиту, прежде чем рухнуть под жарой — однако, цель Ала не лежала здесь.

“Ка, хуу—”

Челюсть черного дракона, выпустившего воздух, была поражена внезапно поднявшейся стеной земли. Рот, из которого исходило дыхание, был вынужден закрыться, и вместо этого черный дракон опалил собственное горло своим пламенем.

И все же пламя, которое черный дракон выплюнул перед тем, как его прервали, продолжало гореть. К его спине, которая пыталась вырваться из радиуса жара, приближалось зеленое пламя—

Ал: "Черт возьми! Дона! Гех!?”

Произнося заклинания вместе с запахом гари, стена земли внезапно врезалась в бок Ала. Используя этот импульс, Ал со спиной полной пламени, был запущен в ближащий водный путь. Затем, в тот момент, когда его спина коснулась поверхности воды, еще одно заклинание подняло стену земли, заставив его вылететь из воды.

Ал: "—Шиии!”

Полностью промокший Ал вылетел из воды. В одно мгновение острые когти черного дракона пронеслись по дну реки. Вздымая пену, стена, вынесшая Ала из воды, разлетелась на куски. Хотя это был уклоняющийся маневр, яростная атака на Ала продолжалась, и он бесконечно уклонялся, уклонялся и уклонялся.

Используя невероятные движения, чтобы уклониться в таком чрезвычайно маленьком пространстве, выдерживая атаки сзади, которые должны были быть непредвиденными, недостаток способностей его тела были дополнены его собственной магией, поскольку он постоянно избегал смертельных ранений.

“Гуииии!”

Ал: "До, До, До, Донааа!”

Теперь уже нетерпеливый дракон вращал своим огромным телом, косясь вниз хвостом.

Столкнувшись с этим сокрушительным ветром, который нарисовал дугу, Ал использовал несколько заклинаний, чтобы создать пять земляных стен к своему фронту — после того, как уменьшил угрозу этой атаки настолько, насколько это было возможно, использовал свой Меч Синего Дракона, чтобы защититься от травм, взлетел и ударился о землю и перекатился несколько раз, прежде чем остановится.

Драматические перекатывающиеся движения уменьшили давление на его тело, и Ал встал с Мечом Синего Дракона в качестве костыля. Однако, урон не был полностью предотвращен.

Через щель в нижней части его наклонненого шлема поспешно вылилось большое количество рвоты.

Ал: "Кха, кха... черт возьми, на этот раз я на стороне жертвы... действительно не повезло...!”

Капелла: "Хотя, кажется, это не так. Учитывая твои способности, есть какая-то непонятная глупость в том, что ты стойко стоишь с союзниками…”

В сторону Ала, который вздыхал над своим нынешним положением, Черный дракон Капелла, произнесла довольно непонимающую похвалу.

Даже с ее точки зрения, отчаянная оборонительная битва Ала содержала в себе необъяснимое чувство назойливого насилия. Атаки, которые не должны были быть замечены, погони, которые не должны были быть представлены, Ал все это время использовал свою собственную способность выживать как можно дольше. - Как будто он давно знал все эти варианты.

Однако, ни у кого из них не было времени предаваться этим праздным мыслям.

Что же касается причины..

Капелла: "...Не слишком ли это много?”

Причиной, по которой Капелла, поднявшая голову, сказала это, были слабые вибрации, передаваемые с поверхности — и теперь, роковые звуки исходили от мэрии, которая постоянно терпела повреждения.

Фундамент здания, который вытерпел слишком много крупных сражений, уже был сильно поврежден, а затем битва, которая произошла под землей, нанесла фундаменту последний удар. В результате отверстие, служившее ловушкой для Капеллы, постепенно расширялось, и трещины расползались не только по полу, но и по всему зданию.

Даже маленький ребенок мог сделать вывод что случится — обвал.

Ал: "Хватит дурачиться! Если эта территория будет уничтожена,то я умру!”

Увидев, как часть потолка падает сверху, Ал встал, превозмогая боль, и с затрудненными шагами прыгнул в текущий водный поток.

Вместе с шумом воды его тело отдалялось из за подземных водных путей. И тогда Капелла, провожая его, сохраняя форму черного дракона, глядела на постепенно рушащийся потолок.

Капелла: "Чтож~, интерес угасает. Устала от игры, так что забудь об этом.”

Пробормотав что-то невнятное, черный дракон зевнул.

Вот так, самое редкое зрелище в мире осталось незамеченным никем, погребенное под обломками рушащегося здания.

***

“—у”

На месте обрушения раздался низкий гудящий звук.

Звук сопровождался раздвиганием щебня, несколько более крупных камней скатились с горы щебня. Благодаря этому удару гора рухнула, и из образовавшегося отверстия высунулась белая рука.

Как будто ища что-то, эта тонкая рука поспешно атаковала гору щебня и заставила ее падать водопадом кусочком за кусочком.

А еще через несколько минут, наконец-то сумев вырваться из-под горы развалин, появился Феррис, чья одежда превратилась в лохмотья.

Феликс: "Кха кха.”

(В англ. переводе используется и Феликс, и Феррис. так что я не буду ничего менять.)

Закашлявшись, Феликс выплюнул огромное количество земли и крови.

То ли песок, то ли кровь остались в щели между языком и зубами. Но для Ферриса это не имело никакого значения. Сейчас ему просто хотелось прополоскать рот.

Феррис: "Я не ожидал, что мэрия рухнет. Разве это не очередная напрасная смерть...!"

Феррис использовал внутреннюю сторону своей грязной одежды, чтобы вытереть кровь с лица. Вытирая то, что испачкало его как-то так, вернет его аккуратное и милое лицо.

Посреди развалин, которые всего несколько минут назад нельзя было даже вообразить пятиэтажным зданием, сейчас было в состоянии раздавить людей насмерть без всякой подготовки к обороне.

Феликс: "Что-то вроде... Верно, госпожа Анастасия!”

Подняв вверх кошачьи уши, Феррис выкрикнул это имя, оглядываясь по сторонам.

Добровольно явится вместо Круш, чтобы помочь в этой опасной битве, действуя в качестве приманки, решила Анастасия. Успешно устроить засаду [Похоти] как и планировалось, хотя результат можно было бы описать только как трагедию. Но, соратник был соратником.

И в необходимости определить, жива она или умерла, также заключался уровень эмоционального долга перед Юлиусом.

Феликс: "Если бы она, как и я, была бы прямо раздавлена до смерти…”

Оглядевшись, начинал поиски среди ближайших обломков. В тот момент, когда здание начало рушиться, Анастасия и Феликс находились в одной комнате.

Внезапный обвал у них под ногами, если бы она попала в него без всякой подготовки, то закончила бы точно так же. По крайней мере, если бы она не умерла мгновенно, то до тех пор, пока она могла быть подвержена исцеляющей магии Ферриса, она была бы цела и невредима.

Феликс: "С помощью всего лишь одного ответа этот поиск был бы намного проще!”

Что-то вроде поисково-спасательных работ, это было не то, для чего годились тонкие руки Ферриса.

Даже если помощь раненым была особой специальностью Ферриса, Феррис плохо подходил для работы, которая лежала перед исцелением. Даже из-за недостатка информации, полученной от [Похоти], Феррис испытывал небывалое чувство тяжелого труда, и именно в этот момент.

Анастасия: "Ах, Феррис, ты тоже цел и невредим.”

“——!”

Звук шагов, отшвыривающих щебень, приближался, и Феррис, подпрыгнувший от неожиданности, обернулся, увидев одинокую фигуру. Потягивая за волосы, выкрашенные в зеленый цвет, слегка улыбалась Анастасия, которую он искал все это время.

Подол ее одежды, который, казалось, с трудом покачивался, она осторожно приблизилась к Феррису.

Феликс: "Леди Анастасия, вы не пострадали?”

Анастасия: "Как видишь, нет. На самом деле, это мы здесь должны это спрашивать. Ты, Феррис, слава богу, выбрался невредимым из этих обломков.”

Феликс: "Это…”

Хотя, строго говоря, он не был невредим, Феррис подавил свой инстинктивный ответ. Не было никакой обязанности отвечать, да и вообще, это сейчас не самая важная тема для разговора. Закрыв рот и ничего не ответив, Феррис напротив Анастасии оглядел развалины после обрушения здания мэрии.

Анастасия: "Сказать всем, чтобы они ушли в убежища заранее, действительно было слишком правильным решением. Это было поистине грандиозное событие.”

Феликс: "Грандиозное событие…”

Анастасия нахмурилась, как будто была невероятно обеспокоена, и Феррис тоже огляделся вокруг.

Анастасия называла это грандиозным событием, было ли это тем обстоятельством, о котором можно было говорить со спокойной душой. Хотя называть это грандиозным событием было бы не так уж и неправильно, казалось, что в нем не хватает некоторой серьезности.

Не говоря уже о том, что причиной этого разрушения было именно —

Анастасия: "Мне кажется, что причиной разрушения является подземная битва между Алом и Похотью…”

“——”

Анастасия: "Будучи полностью похороненными, выкапывать их из этого, было бы проблематично. Если они успешно войдут в подземные водные пути, мне кажется, будет возможность спастись живыми…”

Конечно, в этом случае также необходимо было рассмотреть возможность выживания Капеллы.

Как заметил Феррис, способность Капеллы к регенерации превосходила человеческое воображение. Иметь половину лица, уничтоженную магией Анастасии, и не обращать на это никакого внимания было поистине сверхъестественно. Точно так же, как жизнь Ферриса продолжалась после того как он выбрался, это не должно было быть результатом какого-то неестественного закона.

Феликс: "Кстати, где вы научились такой магии?”

Анастасия: "...Это как-то связано с этим?”

Феликс: "Поскольку я слышал, что вы не можете сражаться, немного сюрпризов тут не помогут.”

Во время дискуссии о том, как распределить боевые силы, она сама сказала, что у нее нет боевых способностей. То ли сама Анастасия, то ли сопровождавший ее искусственный дух, так это и было.

Однако, если это было так, то что же это за магия, которая испортила лицо капеллы?

Ал: "— Эта тема...я бы тоже хотел немного о ней послушать.”

Анастасия: “——”

Анастасия промолчала в ответ на вопрос Ферриса, и как раз в этот момент раздался голос третьего лица.

Повернув головы, они увидели промокшего Ала, пинающего щебень. Повернув голову так, что из отверстия в шлеме полилась вода, он приблизился.

Анастасия: "Приятно видеть тебя целым и невредимым. Удачно прыгнул в водный путь?”

Ал: "Около трех раз я чувствовал, что умираю. Эх, не то чтобы это имело значение в конце концов. Намного важнее то, нам есть о чем поговорить.”

Анастасия повернулась вперед, чтобы поприветствовать возвращение заслуженного соратника, но Ал обнажил свой Меч Синего Дракона после своих слов. Указывая на кончик лезвия, она тоже нахмурились.

Ал и Анастасия стояли друг напротив друга, и Феррис оказался между ними. Места, где стояли эти трое, образовывали точный треугольник.

Анастасия: "Что именно ты намерен делать? Если это шутка, то мне не смешно.”

Ал: "Не похоже, что я в шутливом настроении. Отложив на время этого ушастого братана, я действительно не могу спокойно смотреть на то, как ты выжила после этого разрушения. В дополнении…”

Анастасия: "Просто были запасные планы. Скрывать их действительно было моей ошибкой, но что касается этого, я не могу объяснить это прямо…”

Ал: "Это действительно должно было быть сказано. Проблема здесь в твоем отношении. Едва успев выбраться из рухнувшего здания, затем лениво болтая со знакомым лицом на вершине руин... От твоего отношения чувствуется как твои выражения и чувства совершенно неуместны. Ты знаешь, как мы называем людей, которые могут так разговаривать?"

“Анастасия”: “——”

Что касается Ала, который продолжал сыпать вопросами, Анастасия перестала отвечать. Однако, теперь ее лицо застыло в лукавой улыбке.

И тут прямо перед Феликсом, Ал произнес решительную уточняющую фразу.

Ал: "Таких людей мы называем Ведьмами.”

"Анастасия": "... прямо сейчас, не кажется ли тебе такой оборот речи несколько излишним”

Невероятно философский тон ответа, производил впечатление вполне чувственного истощения чувств.

Лукавая улыбка исчезла, а то, что появилось потом, было пустой улыбкой, которая была только снаружи. Как будто это движение кожи было направлено не к кому-то, а к самой себе в самоунижительной манере.

"Анастасия": "По моему опыту, [Ведьма] это ни в коем случае не термин, используемый с чистой совестью.”

Ал: "Может быть, у тебя создалось впечатление, что я легкомысленно бросаю приветствие? Твое первое впечатление было верным, мошенница лиса.”

Феликс: "Что?”

Впечатление двух людей, которые достигли взаимопонимания — наблюдая за Анастасией, изменившей тон, и Алом, Феррис искал возможность вмешаться. Ал блокировал Ферриса своим безруким левым плечом, его взгляд все еще был устремлен в сторону Анастасии.

Ал: "Это что-то вроде того, что мисс все еще выглядит как обычно, но внутри она другая. Эта лиса со злым характером болтающаяся у нее на шее ... Ехидна внутри нее.”

Ехидна: "Это результат, который ставит во главу угла выживание Аны, просто результат оказался таким. Это дело, о котором говорят с такой искренностью, как будто у меня есть какой-то злой умысел, действительно довольно неприятно.”

На враждебные слова Ала, Анастасия — Ехидна ответила с озабоченным выражением лица. Затем Ал хмыкнул в свой шлем: "Ха!’.

Ал: "Кто-то заменяющий другого, не должен говорить таким праведным тоном.”

Ехидна: "Замена или что-то в этом роде это действительно недопонимание. Откуда взялась такая идея?”

Ал: "Вплоть до твоего фальшивого Карарагского акцента, который для мисс служит доказательством. К сожалению, природа [Ведьмы], которая не может понять людей, была увидена мною насквозь.”

Феликс: "Веди себя немного приличнее! Сколько бы вы ни говорили вот так, мы не продвинемся!”

Услышав систематически подробные ответы Ала на вопросы Ехидны, Феррис наконец взорвался.

Хотя для информации о текущей ситуации у Ала имелась определенная степень достоверности, сейчас важнее всего было что же с телом Анастасии. Ее тело прямо сейчас действительно было под контролем Ехидны.

Феликс: "Прежде всего, госпожа Анастасия в порядке? Это не просто что-то вроде защиты ее тела, но ее сознание куда-то улетело?”

Ехидна: "Этот не тот случай. Анастасия не была здорова ни телом, ни душой. Потому что в противном случае не было бы необходимости использовать забытую технику.”

Феликс: "Забытая техника?”

Ехидна: "Имеется в виду это состояние. Так как врата Аны немного сложны, она не может использоваться сама. Даже когда я выступаю в качестве доверенного лица, бремя все еще невероятно тяжелое. Как то так.”

Поглаживая свою тощую грудь, Ехидна сделала выражение Анастасии мрачным.

Хотя Ал все еще держал свой меч с нетерпимым видом, Феликс с силой встал перед острием клинка, как он продолжил беседу с Ехидной.

Феликс: "Тогда почему ты притворилась Анастасией? Чтобы поговорить с нами?”

Ехидна: "Разве есть что-то более неестественное, чем воздержатся от приветствия, когда видишь своего союзника живым и невредимым? Притворяться Анной, значит не дать тебе обнаружить наши слабости. Как я только что сказала, тело Аны довольно неустойчиво. Поэтому я хотела скрыть тот факт, что она стала единым цеоым со мной... а потом нас увидели насквозь.”

Феликс: "Юлиус также ... не знает об этой способности. В конце концов, он даже не знал о твоем существовании до этого. Что вы собираетесь с этим делать?”

Ехидна: "Это проблема между Аной с Юлиусом, а также с Железным Клыком. Что касается твоих вопросов, то я не считаю себя обязанной высказывать предположения.

Все было улажено. Ощущение несоответствия, которое Феликс испытывал от Анастасии на вершине горы обломков, проистекало из внутреннего мира Ехидны, чьи ответы были недостаточно понятны.

В дополнение к тому, что ее магия была ее защитой, был факт что тело Анастасии действительно было защищено от рушащегося здания – с этими двумя пунктами, прежние сомнения Ферриса развеялись.

Феликс: "Хотя, тот, что вон там, все еще производит впечатление человека, не желающего опускать оружие?"

Ал: "... Тц.”

Как и просил Феррис, Ал прищелкнул языком и неохотно вложил Меч Синего Дракона в ножны. Увидев это, Феррис снова взглянул на его избитое тело.

Ожоги и царапины придавали ему вид действительно раненого.

Феликс: "Хорошо, Дай мне взглянуть, и они скоро заживут. Уаа, это...! Хья, этот порез, это чудо что ты не умер от него?”

Ал: "С моими способностями, превращать смертельную травму в серьезную - это предел. Хотя было бы лучше, если бы я не проиграл эту игру... ну, неважно.”

Феликс:"——?”

Ладонь Ферриса, наклонившего голову, убрала даже тот факт, что Ал был ранен.

Все, что можно было сказать, это то, что благодаря целебным свойствам голубого и белого света многочисленные раны на теле Ала зажили в мгновение ока. Ал, подтвердив это, поблагодарил Ферриса.

Ал: "Я, как и мисс, в конечном итоге выжили. Без сомнения, Эта сука [Похоть] тоже должна быть жива. Нельзя быть спокойными, даже зная, что она будет погребена под обломками.”

Ехидна: "Насчет этого.”

Услышав предостерегающий голос Ала, Ехидна подняла руку. Держа в ладони разговорное зеркало, другой рукой она легонько постучала по его поверхности.

Ехидна: "На самом деле, пока здание не рухнуло, разговорное зеркало не издавало не единого звука."

Ал: "Я слышал. [Похоть] ... или, скорее, Культ Ведьмы? В Культе Ведьмы, похоже, существует какой-то способ калечить магические устройства. По-видимому, это подавляло связь с кем-либо снаружи…”

Ехидна: "Так я и думала. Просто, если это был Архиепископ Греха, из за которого это произошло, он должен был уже уйти.”

Ал: "... Ходим по кругу.”

Ехидна: "Извини, это привычка. Я хотела сказать что функция переговорного зеркала была восстановлена.”

Услышав эти слова, Ал и Феликс одновременно были потрясены.

Ал был удивлен, что переговорное зеркало могло достучаться до других. Но Феликс был удивлен причиной неисправности переговорного зеркала и устранением самой возможности ее возникновения.

Феликс: "Что ты имеешь в виду? Вмешательство [Похоти] закончилось... то есть она мертва?”

Чудовище, которое постоянно хвасталось своей способностью к регенерации, умерло от того, что было погребено под обломками, это было действительно слишком невероятно. Как и сказал Ал, все трое присутствующих были еще живы.

По отношению к Бессмертному монстру с особой жизненной силой, поверить, что она умрет вот так, было действительно слишком трудно. Если какие-либо возможности помимо этого можно было бы рассмотреть —

Ехидна: "Получила рану до такой степени, что прервало работу. Или само прерывание призвано вызвать в нас беспечность…”

Феликс: "Это кажется немного неуместным с этим ужасным персонажем…”

Ехидна: "Действительно, Я тоже так думаю. Она должна быть более смелой, чем просто прятаться... Например, принять форму одного из нас троих здесь? С тем, что оригинал уже умер, она может вытеснить его существование. Это именно та тактика, которой [Похоть] наслаждалась бы.”

Предположение Ехидны заставило Феликса вздрогнуть.

Вспоминая, что перед обвалом этот монстр принял форму, идентичную Круш. Непосредственно наблюдая за этой трансформацией, не было никаких сомнений в том, что она была фальшивкой. Конечно, Даже если она станет Круш, Феррис был уверен, что сможет видеть ее насквозь, но эти двое - совсем другое дело.

Эта возможность заставила Ферриса в состоянии покоя почувствовать себя плохо. Однако..

Ал: "Не получай кайф от того, что говоришь дезориентирующие вещи, какой нехороший характер. Отсутствие реакции делает это очевидным. Конечно, она повернулась и побежала. Уходит после того, как ей надоело играть, она просто такой человек.”

Ехидна: "Сказать что-то такое без основания или причины…”

Ал: "Прежде чем быть раздавленным, монстр носил совершенно незаинтересованное выражение лица. Вот в чем причина.”

Лицом к лицу с Капеллой до самого конца был Ал.

Если бы противником был другой человек, такой вывод был бы ошеломляющим, но если бы противник был Архиепископом греха, то стандарты здравого смысла не могли быть поддержаны. Конечно, даже если предположить, что предостережения не могут быть отброшены.

Ал: "Что ещё важнее. Если переговорное зеркало работает, то нельзя ли установить контакт с принцессой? Вот что самое главное. Поторопись и помоги мне подключиться.”

Группы, которые покинули здание мэрии с переговорными зеркалами, были группами Вильгельм-Гарфиэль и Присцилла-Лилиана. Первоначально Ал, который должен был быть частью команды Присциллы, по приказу своей госпожи остался с оставшейся позади командой. Мысль о том, что он хочет удостовериться в безопасности своей госпожи, практически не могла быть более понятной.

Ехидна: "Понятно. Тебе не нужно так спешить... хм?”

Умиротворяя Ала подобным образом, Ехидна, державшая в руках переговорное зеркало, нахмурилась.

Как раз в тот момент, когда Феррис оглянулся, намереваясь спросить, что же произошло, переговорное зеркало в руке Ехидны начало постепенно излучать слабое свечение. — Это был признак установления связи с другим разговорным зеркалом.

Внутри слабо сияющего переговорного зеркала было —

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 62. Похвала Воина

Глава 62 - "Похвала Воина"

Перевод: imy.

Редактура: Funny_R

???: "- Великолепный Тигр?”

В тот момент, когда Гарфиэль услышал этот звук, его сознание резко встряхнулось.

Он откашлял воду, которую проглотил, стряхнул всю влагу с тела, зрение начало возвращаться к его мозгу, сонному из за кислородного голодания.

Это место было подземным пространством. Тусклым и холодным одновременно.

Твердый каменный грунт все еще был погружен в воду потоками воды. Казалось, что мутный поток затопил комнату из углубления в стене позади него, что позволило вдохнуть свежий воздух.

В данный момент он был осыпан множеством взглядов. В них таились тревога, настороженность, страх, сопротивление.

По количеству людей перед ним и по мириадам чувств в их глазах Гарфиэль смутно пришел к выводу, что это одно из городских убежищь.

Водный путь, в который он провалился, соединялся с убежищем, пробитая стена вела к этому месту. В результате его унесло вместе с водой.

Гарфиэль: “——”

После этого осознания, затуманенное сознание Гарфиэля испытало шок.

Вздрогнув, он вскинул голову, вспоминая события, произошедшие ранее, он вспотел и волосы на его теле встали дыбом. Он поспешно повернул голову, быстро ища гиганта, который упал в воду вместе с ним в путанице —

Гарфиэль: "... ах”

Его взгляд пересекся с зелеными глазами молодого белокурого мальчика.

Он помнил это лицо. Это лицо заставило его грудь сжаться, а за ним последовали воспоминания, которые мучили его душу.

Он снова столкнулся с ним лицом к лицу, с тем мальчиком, который был связан с матерью Гарфиэля.

Он был младшим братом, остающийся там, где хотел быть, принимая любовь матери—

Гарфиэль: “——!?”

Ощущение того, что он был оставлен, снова было погребено под избытком чувств.

А затем, огромный всплеск прокатился по воде, окружавшей Гарфиэля, форма гиганта, который с плеском летел, стоял на мелководье. Эта громадная фигура размахивала руками, безжалостно ударяя по тупо уставившемуся Гарфиэля.

Столкнувшись с этой атакой, Гарфиэль отреагировал слишком поздно.

И этот удар, оказался смертельным.

Сиюминутная небрежность предложила противнику изъян.

И от бога войны, стоящего перед Гарфиэлем, пришла не бесцветная атака.

В общей сложности на Гарфиэля обрушилось восемь ударов.

Один или два были заблокированы. Однако оставшиеся шесть врезались прямо в Гарфиэля.

Один удар прошел по лицу, и два удара ранили тело. Затем летящее тело было сбито кулаком на землю, ударившись головой о воду и получив кулак сверху.

Получив удар в лицо, две атаки в сторону, оставив его тело в воздухе. А потом его плавающее тело ударилось о землю, а голова ударилась о воду, получив еще один удар прямо над головой. Его лицо врезалось сквозь воду в твердую землю, нос и зубы также получили серьезные повреждения. Поверхность воды окрасилась в багровый цвет, струйка крови потекла изо рта и носа Гарфиэля, когда он вскочил на ноги.

Гарфиэль: "Перестань.. дураааачиться!”

Рев вырвался из пасти, в которой были выбиты зубы, стряхивая прочь звон в ушах от ударов по голове. Импульс гнева пронесся через это подземное пространство, и бог войны, стоявший прямо перед ним, шагнул вперед, как будто это было причиной.

Кулаки перекрываются. Гарфиэль повернул голову, используя зубы, чтобы поцарапать кулак, который царапал его голову, разрывая ее от запястья до локтя одним движением. его голова и зубы размазали кулак по лицу и разорвали его от запястья до локтя. Вытянув правую руку, чтобы в тот же миг схватить противника за шею, он вонзил ее до самого низа живота.

Из острого разреза брызнула свежая кровь, причинив немалый урон телу бога войны.

Однако семь оставшихся рук бога войны продолжали наносить удары. Чтобы избежать их всех, Гарфиэль должен был сделать все возможное, чтобы ответить.

В одном обмене ударами он должен был использовать одну руку, чтобы справиться с восемью.

Ошеломляющие недостатки, ошеломляющие различия в способностях, ошеломляющие различия в бою – все это на самом деле воспламеняло его волю к борьбе.

Гарфиэль: “Аааа, Аааааааааааа!!”

Атаковать, атаковать, атаковать, атаковать, атаковать, атаковать, атаковать!!!!!

Блокировать, противостоять, избежать, уклонится, нырнуть, отбросить, ответить головой!

Кулак к кулаку, порождая ударные волны, которые вызвали испарение пота, капающего с него

Неподатливый и стальной, стоящий лицом к лицу при столкновении, ошеломляющий звук мешал поверить, что это он был плоть об плоть. Их тела не выдержали этого и разлетелись в разные стороны.

Свирепый тигр и огромное тело были отброшены в сторону, вызвав гигантские брызги.

Спина Кургана ударилась о стену, и Гарфиэль снова близко познакомился с водой. Он тут же поднял голову и встретился взглядом с Куганом, который смотрел прямо на него.

Хотя не было произнесено ни единого слова, взаимопонимание установилось в одно мгновение.

Гарфиэль встал, ступая в воду, которая теперь доходила ему до лодыжек.

Гарфиэль чувствовал [Божественную Защиту Духов Земли] под подошвами своих ног, вырезая четырехугольник из пола под ногами, позволяя ему плыть вверх. Отбросив в сторону этот плавающий кусок пола, огромные дыры заставили большую часть воды в подземелье течь в него сразу, резко снижая уровень воды.

Пока Гарфиэль осушал воду, Курган подошел к отверстию, в которое стекала вода.

Дыры, которые отправили обоих под землю, были огромными, огромное количество воды лилось изнутри. Оставшись в одиночестве, подземное пространство затопило бы в считанные минуты.

Курган выдернул Демонический Тесак. За вычетом того, который Гарфиэль разорвал на куски, оставалось еще три Демонических Тесака. Курган убрал один, чтобы прицелиться выше, его мишень висела прямо над дырой – он поднял массивный кусок железа к потолку, разбив его вдребезги.

Используя зрение воина, чтобы видеть сквозь разрушение, он грубо заполнил дыру в стене щебнем. Конечно, даже заблокировав дыру, вода все равно просочится внутрь, но не до такой степени, чтобы мгновенно затопить подземелье

Дыру заткнули, воду спустили, вода больше не будет доходить до лодыжек.

Молча проверив состояние окружающей обстановки, оба воина вернулись на исходные позиции. Лицом к лицу. Кулаки со щитами подняты, Демонические Тесаки обнажены. Герой [Восьмирукий] Курган, и его соперник [Великолепный Тигр] Гарфиэль.

Подчинить противника в пиковом состоянии. Таково было негласное соглашение между воинами.

“——”

Гарфиэль знал, что сейчас не время для подобных вещей.

Его долгом было вернуться в мэрию, которая, вероятно, подверглась нападению, чтобы спасти тех, кто не мог сражаться.

Однако перед любым вопросом о том, с кем столкнуться или не столкнуться, о том, с чем столкнуться, Гарфиэль уже давно столкнулся с этой проблемой.

— Это чувство было неуместно, но Гарфиэль почувствовал возбуждение.

Его жалкий проигрыш против Рейнхарда, запечатаные воспоминания и чувства к матери, неспособность отомстить за добрую девушку, которая защищала его, оставил союзника в опасной ситуации, когда он столкнулся с засадой.

Так много важных вещей вырвалось из его рук, оставив его чувствовать себя беспомощным и опустошенным.

Покинув [Святилище], увидев мир, Гарфиэль осознал свою собственную слабость.

Оставаясь в [Святилище], его собственная сила не уменьшалась. Потому что тогда он мог сравнивать себя только с собой, не сомневаясь в боевых способностях, которые он тренировал.

Покидая [Святилище], видя мир, Гарфиэль осознал что есть гораздо большая сила.

По сравнению с тем временем, что он провел в святилище, его собственная сила не уменьшилась. Однако его сравнения больше не были только в воображении. Что делало его слабым в теории.

Всего за два дня перемена в сознании заставила его ясно осознать этот вывод.

Бессилие и утрата обнажили внутреннее "я" Гарфиэля, заставив его признать, что он всего лишь блефующий мальчишка. Его внутреннее "я " породило колебания, сомнения, сожаления. Колебания его сердца сделали его слабым.

- И вдохнул жизнь в его увядшую душу именно Курган.

Герой [Восьмирукий] Курган, Герой империи Воллахии. Самый сильный человек в племени многоруких.

Он приготовил свои Демонические Тесаки, рассматривая Гарфиэля как воина перед столкновением. Это было важно для Гарфиэля, который не мог определить свою собственную ценность.

Двое запутавшихся мужчин рухнули в воду, где Гарфиэль потерял равновесие из-за своей неопытности в водных схватках. Воскресшему с помощью магии Кургану не нужно было дышать, и если бы он хотел решить исход, то мог бы просто подождать, пока Гарфиэль утонет.

Однако бог войны разрушил стену водного пути, соединенную с убежищем, и позволил Гарфиэлю выжить.

С какой целью..

Гарфиэль: "Сначала я думал... что это было твое проявление милосердия.”

Курган: “——”

До того, как Гарфиэль прозрел, Курган не считал его воином.

Отбросить в сторону нападающего ребенка и пнуть его. Это то, что не сделал бы воин. И таким образом, столкнувшись лицом к лицу с Гарфиэлем, который закатывал истерику, Курган полностью обошел его стороной.

Но это было неправильно.

Именно потому, что он встал и поднял свои щиты, Гарфиэль считал его богом войны.

Вот почему он увидел, как обнажаются знаменитые Демонические Тесаки и принял позу приветствия воина.

После того, как он увидел его поведение, то, что он показал Гарфиэлю, конечно же, не было простым милосердием или жалостью.

То, что искал Курган. было результатом решающей битвы за победу над Гарфиэлем.

—Битва между двумя воинами может закончится только взаимными ударами.

Гарфиэль: "Эй, вы, ублюдки... как долго вы собираетесь продолжать смотреть?”

Гарфиэль проверил щиты на своих руках. Его слова были обращены не к Кургану, а к зрителям.

Те, кто после того, как двое мужчин были сметены, молча наблюдали за битвой между воинами — были беженцами.

Собравшись вместе, хотя и отличаясь друг от друга одеждой и даже расой, все, что у них было общее - это их способность сражаться. Они представляли собой группу людей, кто не способен сражаться. Людей, которых можно было отправить в полет одной атакой.

Если Гарфиэль падет здесь, то здесь никого не будет, кто мог бы нанести Кургану ощутимый урон. Хотя трудно представить себе Кургана, совершающего зверства против тех, кто не способен сражаться, но, вероятно, единственным, кто знал об этом, был Гарфиэль, стоящий перед ним.

И..

Гарфиэль: "Вы должны быть в состоянии понять это с первого взгляда. Даже если вы наблюдаете оттуда, то вы абсолютно никуда не сможете сдвинутся. Пользуясь случаем поторопитесь и найдите убежище за пределами…”

Фред: "- Великолепный Тигр—..”

Гарфиэль: "А...?”

Слова Гарфиэля, призывавшего их поскорее уйти, были заглушены громким криком.

Окликнув Гарфиэля, чьи брови были сдвинуты в напряжении, использовать эту фразу, чтобы окликнуть Гарфиэля, решил один из зрителей.

Глаза мальчика наполнились слезами, обе щеки покраснели, он судорожно вцепился в подол своей одежды.

Встретившись с изумленным взглядом Гарфиэля, мальчик уставился на него своими мокрыми глазами. В нем была достаточно сильная воля, раз Гарфиэль затруднялся ответить.

Гарфель: "Эй, малой... ты что, черт возьми творишь…”

Фред: "Великолепный Тигр—..”

Гарфель: “——”

Фред: "В.. Великолепный тигр!”

Дрожащий голос мальчика воззвал к молчащему Гарфиэлю.

Как будто не зная, как еще выразить свои чувства, он выкрикивал это имя.

Так звали Золотого тигра. Это было имя, которого так жаждал Гарфиэль Тинзель, имя самого сильного тигра.

Почему он решил сказать это имя сейчас? Что он хотел этим передать?

По покрасневшим щекам мальчика текли слезы.

По всей подземной аудитории разнеслись крики мальчика. Так что все разделяли эту долю страсти, которая была впрыснута, несмотря на то, что была невыразимой.

Гарфель: "Хватит, ты уже сказал. Теперь иди."

"Великолепный Тигр!..”

Вздох Гарфиэля был похоронен под их криками, призывающими Золотого тигра.

Из-за спины мальчика его обняла девушка с такими же светлыми волосами. Это была сестра мальчика. Как будто, чтобы защитить своего младшего брата. Ее взгляд задрожал, когда она увидела Гарфиэля.

Ее губы тоже безостановочно дрожали. Беззвучным голосом она выкрикивала имя Золотого тигра.

- "Ты обязательно победишь!”

Не мальчик, не девочка, и конечно же не Гарфиэль.

- Крикнул другой человек в подземном пространстве, поднимая кулак вверх.

Гарфиэль: "Подождите, я же сказал вам бежать…”

"Дерись, а потом выиграй!”

"Не проиграй!”

"Д.. Даже если мы можем только... наблюдать!”

Гарфиэль потерял дар речи.

Голос, которым он призывал их бежать, то и дело заглушался другими голосами.

Направив его внимание назад, энтузиазм в голосе мальчика достиг сердец всех под землей, ни один человек, наблюдавший за дуэлью Гарфиэля и Кургана, не сделал попытки убежать.

Если использовать здравый смысл, если успокоиться, чтобы подумать, как кто-то может думать, что остаться было правильно. Все были ошеломлены. Исключительно ради этой бессмысленной решимости и веры, придя к выводу, который, вероятно, закончится самопожертвованием.

Гарфиэль: “——”

"Черт возьми, что это значит?", - подумал Гарфиэль.

Какой смысл оставаться здесь? Зачем шуметь? Демонстрировать поддержку?

Было бы гораздо лучше поспешить и убежать. Ему самому не придется беспокоиться о том, чтобы втянуть их в это дело. Вероятность того, что они будут принесены в жертву, даже если он сам упадет, уменьшится. Это было гораздо разумнее.

Но ни один из них не бежал, почему это было так?

Гарфиэль: "Капитан ... Конечно, ваша речь произвела слишком сильный эффект…”

Из рта Гарфиэля вышло его прозвище Субару, вспомнив слова, которые он передал всему городу.

Речь Субару тронула сердца всех в городе, мощная трансляция, которая была объявлена слабой, объединила всех людей, которые чувствовали себя погруженными в беспокойство и ужас. Мерцающий огонек свечи был зажжен с последней надеждой.

И огонь догорал, чтобы оставить тепло в сердцах людей, ожидающих следующей перемены, чтобы снова зажечь огонь.

И для них момент возгорания наступил именно сейчас.

И то же самое произошло с Гарфилом в этот момент.

"Великолепный Тигр—..”

Солидарность, однако, не прекращалась.

Первым, кто окликнул Золотого тигра, был младший брат Гарфиэля, о рождении которого он не знал. И чтобы защитить своего младшего брата, у него была младшая сестра, о рождении которой Гарфиэль так же не знал.

Младший брат и младшая сестра смотрели прямо на Гарфиэля.

Город, который принял его мать после того, как она потеряла память. Его жители смотрели прямо на Гарфилда.

Гарфиэль: "Это дуэль между воинами... по сравнению с обычной, слишком шумная.”

Курган: “——”

Гарфиэль: "Правда, извини. Я все время беспокоил тебя. Особенно беспокоят тебя маленький брат и сестра крутого меня. После этого они получат настоящую взбучку.”

Курган: “——”

Гарфиэль: "Чтож.”

Бог войны безмолвно готовил свой боевой дух.

Излишне говорить, что его позиция была одной из самых сильных.

Гарфиэль сжал кулаки, ударяя свои щиты друг о друга.

Звук удара стали о сталь зажег искру, сквозь клыки Гарфиэль глубоко вздохнул.

Гарфиэль: "[Щит святилища] ... нет.”

Курган: “——”

Гарфиэль: "[Великолепный Тигр], Гарфиэль Тинзель.”

Объявление имени, которое должно было стать началом битвы.

Когда Гарфиэль назвал свое имя, Курган промолчал. Просто поскребся своими Демоническими Тесаками, демонстрируя противнику предельную волю к битве.

Этого было достаточно.

Гарфиэль: “Хааа, ааааааах!”

Гарфиэль ударил ногой по каменному полу, бросаясь вперед.

Курган ответил ему тем же, и расстояние между ними мгновенно сократилось до нуля.

Сказать, что удар был бы слишком резким, сказать, что удар был бы тупым, атаки, которые Гарфиэль делал без паузы, оставляли мало места для дыхания.

Воздух, к которому прикасались Демонические Тесаки, не свистел и не резал, а убивал, и каждый клинок Гарфиэль ловил только благодаря своим инстинктам воина, которые говорили об опасности.

В одном обмене ударами он должен был довольствоваться восемью руками, а эти восемь рук должны были бороться только с одной.

Учитывая разницу в количестве рук Гарфиэля и Кургана, победить его было для Гарфиэля так же трудно, как взобраться на небо/достичь небес.

Однако без каких либо действий он не смог бы достичь этой цели. И вот он начал эту битву, поставив на кон все свои силы.

“——”

Столкнувшись с тяжелыми ударами, сделавшими его тело своей мишенью, при прямом попадании даже тупого удара было бы достаточно, чтобы разорвать его кровь и плоть. Без малейшего колебания Гарфиэль поднял ногу, одним движением разбив Демонический Тесак, несущийся к нему.

Прямо над головой каблук сломал Демонический Тесак, толстый клиное пронзил каменный пол, грохот раскалывающегося пола создавал иллюзию, что весь город дрожит.

Хоть он разобрался с одним из них, он не мог ослабить бдительность.

В то же самое время, когда сломанный Демонический Тесак пронзил пол, второй прорезал дугу в воздухе со стороны левого плеча противника. Услышав свист Демонического Тесака своим правым ухом, Гарфиэль немедленно защитил голову щитами, пристегнутыми к рукам. Атака произошла как раз в тот момент, когда он поднял руки, отвлек его на мгновение.

Удар справа сломал ему локоть, запястье предплечья разлетелось вдребезги. Гарфиэль стиснул зубы так, что с них капала кровь. Это была вторая рука.

Пустая третья и четвертая рука ударили в тот же миг.

Сжатые кулаки Кургана с его гигантской фигурой были не меньше детского черепа. Взрывная сила в сочетании с взрывным размером, можно сказать, сравнима с силой удара военного корабля.

Не говоря уже о том, что один из них впервые почувствовал себя способным пронзить железную пластину, приблизившись к Гарфиэлю, чей разум помутился после удара по голове. Один из них был направлен в его тело, а другой - в голову, и любое прямое попадание могло взорвать человека.

Удар, сконцентрированый на теле Гарфиэля обжег его, царапнув по животу.

Кулак горел, словно опаленный пламенем, с неестественной силой.

Скрутившись поперек его тела, этот кулак лишь содрал кожу на поверхности живота. Третья рука.

Ощущение, как будто половина его тела терзает сознание. Правой рукой Гарфиэль блокировал удар, направленный ему в лицо. И без того сломанная и раздробленная правая рука полностью раскрылась под этой чудовищной силой.

От локтя до запястья и до кончиков пальцев эта рука больше не выглядела как рука. Щит, прикрепленный к запястью, тоже отлетел в сторону. Но потеря руки вряд ли была смертельной раной. Гарфиэль выгнулся всем телом, чтобы первым ударить в лоб. Ударив кулаком Кургана по голове, он уклонился от удара четвертой руки.

Остались пятый, шестой, седьмой, восьмой. Все еще далеко. Слишком далеко. Достаточно далеко, чтобы вызвать смех. Чтобы заставить дрожать до самых зубов.

Гарфиэль: "- Ааааааааа!”

Пятая, шестая руки тоже были пустыми. Один Демонический Тесак все еще оставался, и смертельная рана еще не была нанесена.

Обе эти руки были левыми, каждая торчала из-под плеча и сбоку тела атаковали одновременно. Правая рука, которой он блокировал удар, теперь была бесполезна. Его левая рука не успела сделать это вовремя. Гарфиэль без колебаний выставил вперед правую ногу.

Подошвы его ботинок рисовали всплеск, в то же время передавая его волю земле.

Иногда земля давала ему силу, иногда подчинялась его прихотям, и на этот раз тоже предлагала ему свою собственную силу.

Из-за наклона под ногами, нижняя часть тела Кургана потеряла равновесие.

И все же бог войны без промедления выпрямился. В его движениях не было ни малейшего колебания. Однако в его непоколебимом внимании возникла пауза.

В то мгновение, когда внимание Кургана переместилось вниз к его ногам, воспользовавшись этим перерывом, Гарфиэль бросился вперед.

Подняв ногу, он резко повернулся и просунул голову между двумя приближающимися кулаками. Словно в эпицентре бури, оба кулака пронеслись позади его тела.

Как только его ноги оказались на месте, Гарфиэль содрогнулся от собственных суждений.

Он сам не был уверен, почему он принял такое решение, мысль и решение, выполненные за долю секунды. Мозг обжигает. Сердце обжигает. Жизнь на грани разрыва.

Таким образом он разобрался с пятой и шестой рукой. А потом - седьмая и восьмая рука ...

“——”

Внезапно волосы Гарфеля встали дыбом.

Курган, от чьих шесть рук он уклонился, хотел использовать оставшиеся две, чтобы закончить с Гарфиэлем. - Смертельный удар приближался.

- Перескакивая через седьмую руку, атакует последняя, восьмая рука.

Он остановил атаку одной рукой, используя ее, чтобы использовать Демонический Тесак.

Правая рука держит рукоять Демонического Тесака, правое плечо крепко сжимает Демонический Тесак. Удар, превзошедший по силе предыдущего, вот-вот должен был встретить Гарфиэля.

Окруженные со всех сторон таким подавляющим присутствием, что можно было поверить, что они умрут, как бы ни пытались спрятаться.

Это было зрелище, которое заставляло жалкие атаки предыдущих шести рук казаться почти пустой тратой времени.

Избежать этого было невозможно.

Отступление, отскок в сторону или бросок вперед-все это приведет к прямому попаданию.

Перед его глазами возникла картина превращения в кусок мяса в результате этого нападения.

Избежать было невозможно. Нападение было бы еще более безрассудным. - Был только один вариант, и все.

Гарфиэль положил свою неповрежденную левую руку на голову, опустив талию.

В этот момент раздался голос, который все еще был слышен. Это были крики младшего брата и младшей сестры, и большая толпа ликующих людей.

Оценка происходила только в одно мгновение, движение происходило только в одно мгновение, результат был тут же.

“——”

В то мгновение, когда Демонический Тесак двинулся, Гарфиэль полностью покинул этот мир.

Всеохватывающая тишина, всеохватывающая бесформенность. Постороннее окружение исчезло в одно мгновение. В центре внимания Гарфиэля, чей фокус был заострен до абсолютного предела, оставался только Курган.

С ненормальной медлительностью он рубанул демоническим тесаком вниз по Гарфиэлю.

Гарфиэль поднял голову, движения, которыми он встретил атаку, были столь же медленными. В мире, столь застойном, что вызывал тревогу, все, что Гарфиэль мог сделать, это крепко стиснуть зубы.

-Ошибаешься, еще есть время, чтобы развернуться.

Он увидел Субару. Увидел Рам. Увидел Мими. Увидел Фредерику. Вспомнил Льюис и Эмилию, Отто тоже появился, подумал об этом ублюдке Розвале, увидел Беатрис, Петру и всех остальных в [Святилище], а потом свою мать Решию, младшего брата и младшую сестру.

Битва, произошедшая в [Святилище], позволила Гарфиэлю осознать собственную слабость.

Осознав всю широту мира, когда он проиграл Рейнхарду, Гарфиэль принял неправильное впечатление, что он был слабее, чем до того, как покинул Святилище.

- Это было невозможно.

Если принятие большего означает еще большую слабость, то для чего же тогда люди живут?

Быть достаточно сильным, чтобы защитить все, что ты обнимаешь. этого было достаточно.

Гарфиэль: "Ах - чувствую себя отдохнувшим.”

Внезапно раздражение, терзавшее его сердце, исчезло.

В этот момент Демонический Тесак ударил по щиту на его левой руке, послав толчок, который ощущался как молния по всему его телу.

- ...КХА!!”

Защита, установленная его левой рукой, была в одно мгновение прорезана Демоническим тесаком.

Точно так же, как его правая рука, запястье, локоть, бицепс и даже плечо были искривлены до неузнаваемости.

Чувствуя знакомую боль в раздробленной руке, словно в кошмарном сне, агония окрасила его зрение в красный цвет, мысли погрузились в полную пустоту. Гарфиэль открыл рот, чтобы завыть.

Клыки, которые были сжаты все это время, ослабли, начиная хор отчаяния за каждую накопившуюся рану.

Штурм Демонического Тесака не закончился

При ударе левой рукой, импульс, который остался, прошёлся по голове Гарфиэля. Такой силы было бы достаточно, чтобы разбить маленькое тело Гарфиэля, оставив от него только фарш.

Как же бог войны относился к этому молодому воину, который издавал мучительные вопли, словно умирал?

В его сердце было сострадание или жалость — ни того, ни другого.

Пока одна из сторон не перестанет дышать, принцип воина, жалеющего другого воина, не будет существовать.

“—Аааааааа!”

Гарфиэль взвыл от боли и опустил голову. Этот душераздирающий звук продолжался еще долгое время, а потом ...

Гарфиэлю: “—аааа, Гха.”

Вой прекратился, Гарфиэль стиснул зубы. На зубах, которые он снова стиснул, сверкнуло серебристое сияние.

Это был серебряный щит, выпавший из его искалеченной правой руки, который Гарфиэль поймал зубами.

Гарфиэль: "Гааааа, аааааааа—..”

Резко повернув голову, укусив щит, Гарфиэль встретил Демонический Тесак, направленный ему в лицо, укусив щит, установил свою вторую защиту, ударив его в боковую часть лица в тот момент, когда атака достигла цели. Кровь брызнула из носа Гарфиэля, его зубы разлетелись в стороны, но колени не опустились.

Он поддерживал вес Демонического Тесака силой укуса и сильной шеей.

Искра столкновения стали со сталью — создала пламя, заставив сознание Гарфиэля замерцать.

“——”

Даже при том, что белки его глаз начали сверкать, Что за сила воли все еще поддерживала его шею.

Был ли это боевой инстинкт, или, скорее, жизненная сила и выживание зверя.

Внезапно хлынула кровь. Огромные объемы крови хлынули наружу, алые цвета крови собирались в этом подземном пространстве.

Она брызнула из правой руки Кургана, последней правой руки, сжимавшей Демонический Тесак.

На нем была рана, сохранившаяся с последнего раза, когда он атаковал Гарфиэля, достаточно глубокая, чтобы была видна кость от кисти до плеча. От этого удара только что рана полностью раскрылась.

На лице Кургана не отразилось никакого шока. И выражение его лица не изменилось от боли.

Это было само собой разумеющимся. Он был трупом. Боль существовала ради побуждения людей к жизни, для того, чтобы свет свечей жизни все еще существовал за минимальным пределом — умерший не нуждался в таком средстве.

Таким образом, Курган не обратил внимания на последствия ранения правой руки.

Если он действительно хотел провести самую совершенную атаку, то последний удар должен был быть нанесен по его все еще функционирующей левой руке.

Успех или неудача определялись здесь сразу — не было подходящего места, чтобы сказать.

Однако,

Гарфиэль: "- ах.”

Выдерживая атаки с восьми рук, Гарфиэль тяжело вздохнул с окровавленным лицом.

Щит, зажатый между его зубами, с грохотом упал на землю. Фронт Кургана был широко открыт. Но левая и правая рука Гарфиэля, были совершенно бесполезны, мышцы обеих ног были разорваны от недостаточно сильных ударов. Но даже в этом случае он мог сделать еще один шаг.

Что делать, после прыжка? Руки, которыми нельзя было пользоваться. Тогда остаётся—.

Гарфиэль: "Ааааааааааааааааа!”

Гарфиэль вскрикнул, широко раскрыл окровавленный рот и бросился к Кургану.

Зубы Гарфиэля впились в шею неподвижного бога войны. Зубы с легкостью пронзали тугие мышцы, разрывая у основания эти жизненно важные для жизни органы.

Укусив вот так, Гарфиэль скрутил свое тело, зубами разрывая мышцы и сухожилия, отрывая большой кусок шеи, хрустя с силой.

Гарфиэль: "Хах, ах.”

Совершенно беззащитный Гарфиэль рухнул на землю, выплевывая разорванную плоть. Он повернул голову, когда его вырвало, наблюдая за фигурой Кургана, из шеи которого хлестала кровь.

Руки Гарфиэля исчезли, нескольких зубов не хватало, тело оставалось в пятнах крови.

Будучи смертельно раненым Гарфиэлем, покрытым ранами, героическое тело Кургана все еще оставалось стоять с прямой грудью. Это был дух героя, столь же трогательный, как и человеческое сердце.

“——”

Наконец Курган медленно повернулся лицом к Гарфиэлю.

Повернувшись лицом к лежащему на земле воину, бог войны спокойно скрестил руки на груди.

И затем,

Курган. “— Великолепный.”

Низким и тяжелым тоном он похвалил победителя.

Гарфиэль: "Ахх…”

Даже не дав ему времени ответить...

Тело Кургана рухнуло прямо перед двумя широко раскрытыми глазами Гарфиэля.

Рассыпавшись как песок, фигура, настолько большая, что нужно было вытянуть шею, чтобы увидеть чужое лицо, превратилось в камень и пепел. Такой конец внушал такое горе. Умерший умирал еще раз - таков был результат.

Это в конечном счете печаль людей, умерший снова превратился обратно в мертвого – вот результат.

Гарфель: "...Какие приятные слова.”

Наблюдая, как бог войны рассыпается в прах, Гарфиэль недовольно вздохнул.

Не то чтобы он желал ему такой неестественной жизни, но после взаимной смертельной дуэли ощущение пустоты в конце было естественным.

Итак, это было просто горе, которое Гарфиэль не мог выразить никак иначе.

Гарфиэль: "Ах, черт... блять, к черту все это…”

Кровотечение было слишком сильным.

Лежа на земле, Гарфиэль использовал все свое тело, чтобы направить [Божественную Защиту духов Земли], чтобы превратить собранную им ману в исцеляющую магию для восстановления своего тела. Особенно его руки, и его лицо были катастрофой.

Раны, которые еще не зажили поверхностно, немедленно сопровождались таким количеством атак. Остаться с тяжелыми травмами было не такой уж неожиданностью.

???: "Великолепный Тигр!”

Гарфиэль, который вкладывал все свои силы в исцеление, услышал рыдающий крик.

По лужам к ниму приближались фигуры младшего брата и младшей сестры. Другие тоже приблизились, но в глазах Гарфиэля были только эти двое.

Оба, казалось, были на грани слез — нет, они уже плакали.

Тут уж ничего не поделаешь. Даже по мнению других, состояние Гарфиэля было катастрофическим. И для кого-то знакомого с этим зрелищем, то, что он остался жив, было практически невообразимо. Если бы на них посмотрели опытные врачи, их лица наверняка стали бы белыми от ужаса, что означало бы необходимость срочного лечения.

Это также служило доказательством того, сколько адских испытаний он преодолел.

Конечно, хотя ему и хотелось этим гордиться —,

Гарфиэль: "Выжил... но не смог выиграть немного времени.”

Даже то, что он победил [Восьмирукого] Кургана не означало, что он преуспеет в отсрочке.

Это была битва Гарфиэля, но не только его. Возможно, именно тогда, когда его втянули в сражение, союзники оказались в опасности.

Гарфиэль сел, чувствуя необходимость вернуться в ратушу.

Услышав его слова и увидев его движения, выражение лица младшего брата и младшей сестры, которые бросились к нему, изменилось. У младшей сестры был особенно яростный вид.

Сестра: "Неужели, неужели ты идиот!? Ладно, ложись уже! Сейчас же ... да, сейчас же, сейчас же я вызову врача.…”

Гарфиэль: "Есть и другие ребята, которым нужны врачи. У крутого меня есть и другие дела, детка.”

Гарфиэль кивнул сестренке, чье лицо стало ярко-красным. Но его лицо, залитое свежей кровью, выглядело не очень убедительно. Сестренка беспрестанно плакала горькими слезами.

За это время жалкие сломанные кости в его руках вновь соединились. Хотя плоть еще не полностью восстановилась, пробежав несколько шагов, он не потеряет сознание. Придя к такому выводу, Гарфиэль встал.

Сестра: "Подо... Подожди минутку... ты действительно собираешься идти?”

Гарфьель: "... Трансляция...ты тоже её слышала?”

Сестра: "Э ... мм, мм.”

Слова Гарфеля, с кончиков пальцев которого все еще капала кровь, получил ответ.

Голос по радио придало храбрости младшему брату и младшей сестре, дав Гарфиэлю последний толчок. И поэтому Гарфиэль должен был отплатить этому голосу с трансляции.

Он сказал, что все будет хорошо, Субару сказал, что все будет хорошо, и поэтому он должен был сделать это так.

Гарфель: "Чтож, Крутой я—"

Сестра: "Ах!”

Пошатнувшись, его обескровленное тело опустилось на колени. Младшая сестра поспешно поддержала тело, которое, казалось, вот-вот упадет, и Гарфиэль прищелкнул языком.

И вот теперь перед Гарфиэлем стоял младший брат.

Фред: "Великолепный Тигр.”

Гарфель: "... Извини, но если ты скажешь "стой", это не сработает.”

Фред: "Это.. это не то. Великолепный Тигр, твоя одежда светится.”

Услышав утверждение младшего брата, Гарфиэль опустил глаза и наконец заметил его.

На поясе его собственной рваной одежды мягко светился кусок ткани.

Там было спрятано разговорное зеркало. Поскольку он не мог связаться с мэрией, он засунул его туда, решив, что оно бесполезно. Его сияние прямо сейчас означало..

Гарфиэль: "Я думал, что оно сломалось!”

Сестра: "Я... я возьму трубку.”

Дыхание Гарфиэля участилось. Младшая сестра потянулась к его поясу и вытащила зеркало прежде чем ее успели остановить. Поверхность зеркала блестела, что якобы означало, что сюда звонит еще одно переговорное зеркало из другого места.

Другими словами, это была либо мэрия, либо другая группа, призывающая его на свою сторону.

Сестра: "Что... что мне делать?..”

Гарфель: "Поднести его сюда. - А кто это?”

Сестренка осторожно поднесла зеркало поближе к Гарфиэлю. Гарфиэль посмотрел на зеркальную поверхность и позвал:

Переговорное зеркало медленно начало мигать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 63. Страсть Лилианы Маскарад

Глава 63 -“Страсть Лилианы Маскарад”

Перевод: imy.

Редактура: Funny_R

Присцилла: "Кажется, там какие-то беспорядки... Не пойти туда безусловно принесет сожаления.”

Эмилия: "Хах?”

Дергая Беатрис за руку, Субару почему-то торопливо покинул парк, что-то бормоча себе под нос.

Первые слова были сказаны Присциллой, которая провожала их взглядом. От неожиданности Эмилия тоже широко раскрыла глаза. Две красивые женщины встречаясь взглядами, создавая прекрасное зрелище.

Позвольте нам насладиться атмосферой, поскольку мы восхищаемся аурой, которую они излучают с легкомыслием.

В их сталкивающихся взглядах росли искрящиеся лепестки пламени!

Красные глаза, тонкие и изящные, и слегка раскосые глаза из бледного аметиста.

Погруженная в пристальный взгляд Эмилии, Присцилла вздернула изящный носик и скрестила руки на груди. Ее грудь была подчеркнута. При виде этой большой груди, агрессивно подпрыгивающей, я тихонько погладила по своей груди.......плоская...

Эмилия: "Что это значит?”

Присцилла: "Ничего, буквально. Однако что-то несущественное в этой степени ты должна быть в состоянии это увидеть. Или ты действительно намерена задавать вопросы? В таком случае это смешно до боли в боку.”

Эмилия: “——”

Присцилла: "Даже между хозяином и слугой секреты естественны... верить в это - смешно. Слугам нужны только руки и ноги, если что-то подобное будет разрешено, они обнаружат отношение, не соответствующее желаниям их господина. Именно в такой ситуации ты и находишься.”

Острый как бритва язык хлестал без остановки, столкнувшись с этим, Эмилия показала задумчивое выражение. Этот встревоженный взгляд и серебристые волосы, колышущиеся вместе с ветром, вызывали поистине неописуемые эмоции... по правде говоря, хотя и довольно постыдные, это было выше всякого утешения.

Лилиана: "Эхехе…”

Как бы то ни было, мысли Эмилии были в полном согласии. Она кивнула в сторону Присциллы с "понятно" в качестве ответа.

Эмилия: "Да, хотя это правда... хотя я верю, что то, что вы сказали, верно, но мои мысли о том, как должны вести себя хозяин и слуга, немного отличаются.”

Присцилла: "Как самонадеянно возражать против моего указа. А тупость и глупость имеют одинаковый недостаток. Досуга для несогласия не остается. С поспешностью, можешь идти.”

Эмилия: "Спасибо. Я пойду за ними одна... хотя, жаль оставлять Лилиану.”

Лилиана: "Хе-Хе... Ва!?”

В середине спокойного слушания этой истории Эмилия виновато подмигнула мне. Размышляя, что это значит, я подняла кулак на Эмилию.

Лилиана: "Пожалуйста, не волнуйтесь, Эмилия-сама. Певица Лилиана здесь! Верит в ваше возвращение, так что расслабьтесь и оставьте защищать этот парк от вреда для меня!”

Хотя энергично произносить слова о том, что я певица, таким образом было действительно неловко! Более неловко, чем ожидалось ранее!

Эмилия: "Хотя я и не уверена, что именно ты имеешь в виду, но я оставлю это тебе. Присцилла, не запугивай Лилиану.”

Присцилла: "Воздержись от небрежного произношения моего имени. Мое намерение полностью передано. Уходи немедленно, найди того клоуна, чтобы поиграть с ним.”

Эмилия: "Верно.”

Довольно недружелюбное отношение, но Присцилла казалась невозмутимой. Вплоть до исчезновения из поля зрения, Эмилия продолжала смотреть на меня с беспокойством.

Ах, прощайте, Эмилия-сама. Хотя было еще много слов, которые следовало бы сказать, просто иметь возможность рассмотреть вас со всех сторон было достаточно.

Лилиана: "Вспышка. Пожалуйста, послушай. - Чтобы смотреть вверх из-под ног.”

Присцилла: "Дура, если есть время для легкомыслия, используйте его, чтобы найти высшую мелодию. Этот мир не может сравниться с вашим талантом, но предел вашей жизни равен для всех... ценность одной идентичной секунды сильно отличается между вами и одним из масс. Свободное расточительство по своему усмотрению - это прерогатива богатых. Но отсутствие дисциплины, чтобы улучшить себя, равносильно тому, чтобы бросить себя в канализацию.”

Лилиана: “Пристыженная твоими похвалами, я быстро поднимаюсь и быстро падаю духом, слишком много для меня чтобы поспевать за тобой!”

Это была похвала? Это была ругань? Умные люди всегда сбивают с толку чрезвычайно непонятными словами.

Я странствующий бард, редко испытываю стыд, без образования, без семьи и без могилы! Скитания без конца и без границ по этой земле - вот мой идеал! Путь песни!

Присцилла: "Другие, будучи неспособными понять ваши причуды, живя совершенно в другом мире, не могут помочь. Но даже в этом случае невежество недостойно гордыни. Это влияет на качество вашей любимой песни.”

Лилиана: "Нет-нет-нет! Ни в малейшей степени?”

Присцилла: "—О?”

Лилиана: "ИК!”

Услышав инстинктивный ответ, Присцилла понизила голос: Ее прищуренные глаза прекрасны и ужасны, любой из них заставит эту Лилиану немедленно уступить.

Лилиана: "П.. пожалуйста, перестаньте, госпожа Присцилла ... я не собиралась бросать вызов госпоже Присцилле…”

Присцилла: "Воздержитесь от прискорбных поступков, не соответствующих вашему таланту. Если бы ваша ценность уменьшилась, это было бы оскорблением для меня, которайя хвалила вашу песню. Вы прощены.”

Как и в случае с линиями на ладони, пути к счастью не разделяются!

Неуверенная в том, почему Присцилла беспокоится о чем-то подобном, э... просить немного не должно быть таким уж большим делом, верно?

Лилиана: "Итак ... для Присциллы... мудрость и песня связаны?”

Присцилла: "Конечно.”

Лилиана: "Но то, что я хочу узнать, в корне не связано с песней.”

Присцилла: "О, и почему ты так думаешь?”

Лилиана: "...Потому что в моей песне условие для потрясения сердец не было выполнено.”

Песни, были сильны.

Я, которая не может определить силу свой песни, все еще незрелой. Отныне утверждались только высота цели и правильность усилий, но впереди еще лежал долгий путь борьбы.

Незрелая песня, незрелое исполнение, но сердце, которое с юности было полно страсти, действительно было зрелым.

Лилиана: "Использовать песню для выражения радости не требует большого обучения, для использования песни для выражения печали, достаточно просто сердца, для использования песни для выражения гнева, достаточно обнаженной ярости... что-то такое.”

Лу-лиры и этого крошечного тела более чем достаточно для использования в песне.

Сложные слова были излишни. Желание учиться драгоценно, но неспособность наслаждаться песней без этого не было избранным путем барда.

Бард живет ради песни. Но песня не выбирает аудиторию. И поэтому бард тоже не должен этого делать.

Лилиана: "Достаточно, чтобы моя песня содержала мои чувства, я не хочу, чтобы она выражала что-то сложное. Что же касается того, что осталось в сердце зрителя, то это уже зритель должен определить — то, что называется песней, приносит радость именно таким образом. Задерживаясь в сердце, время от времени бессознательно издавая внезапный гул... если что-то подобное должно было произойти в моей песне, то эта жизнь прожита не зря.”

Присцилла: "Хмм.”

Лилиана: "Хах!”

Чистый бард полный энергии и кандидат в короли, чья аура могла бы сразить летящую птицу в воздухе.

Между ними Присцилла была особенно известна своим беспокойным характером. Имея только отношения пения и танцев вместе, пытаться сблизиться с ней было слишком самонадеянно!

Лилиана: "Эх, хорошо, сегодня я с тобой соглашусь... это исключение, мм, исключение. Хе-хе, хотя извини, что намеревалась проигнорировать…”

Присцилла: "отлично, ты (кисама) ... скорее, ты (соната) действительно хороший ребенок.” (???)

Лилиана: "А?”

Ноги, которые собирались извиниться и убежать, были пойманы словами Присциллы.

На этой ноте Присцилла только что улыбнулась? Другими словами, Присцилла просто улыбнулась? Чистая улыбка без враждебности, что-то вроде этой, почему-то показалась милой.

Присцилла: "Я сама была неразумной, ты просто следуешь своим шагам вперед. подойди ко мне, если встретишь неприятности. ибо ты достаточно ценна, чтобы получить мое уважение.”

Лилиана: "Эээээээ!?”

По какой-то причине это была оценка гораздо выше, чем можно было себе представить!

Затем Присцилла неожиданно и без колебаний присела на край фонтана в парке, чтобы отдохнуть. Смело скрестив ноги, а какие длинные ноги! Или нет.

Лилиана: "Я.. могу сохранить свою жизнь?”

Присцилла: "Даже если этот мир встретит свой конец, Я буду гарантировать твое выживание до последнего.”

Лилиана: "Жить с уверенностью, даже если мир будет полностью разрушен! Вдохновение пришло, пожалуйста, послушайте-женщина полного отчаяния...”

Присцилла: "Если эта песня посвящена мне, то, разве она не должна быть благородной?”

Лилиана: "... Рождая классику под названием "Летопись завоевания злого дракона"!”

Эта освежающая атмосфера смерти среди радостных звуков и смеющихся слов.. как прекрасно это было.

Присцилла сидела перед бурлящей водой, перед фонтаном, который, казалось, мог поглотить ее, а я старалась изо всех сил, как будто наступала на горячие угли. Играя на струнах Лю-лиры, сосредоточившись до предела на этой хорошо заученной пьесе.

Сосредоточившись до предела, это чувство отбрасывания мира в сторону я называю "Царством Певца", приходите, погрузитесь в него!

Ну же, погружитесь! Забудьте о волнениях и страхе, вместе с каждой бедой!

Хяхья, все эти неприятности!

***

Присцилла: "- Прекрати представление.”

Лилиана: "э-э-э, ничего не поделаешь... А? - Что ты сказала?”

Если бы было слишком много неприятностей, В [Царство Певца] нельзя было бы спокойно войти, но только что погружение пришло без проблем.

Затем, несмотря на то, что песня была исполнена идеально, Присцилла стояла с серьезным выражением лица, почему? Песня звучала неотшлифованной?

Лилиана: "Присцилла-сама?”

Присцилла: "Разве ты еще не заметила? Что-то в этих улицах нечто странное... как только я расслабилась, что-то злобное начало глупо шевелиться.”

Лилиана: "А…”

Слова, слетевшие с губ Присциллы, сбивали с толку.

Что именно только что произошло?

Присцилла: "Похоже, что Пристелла столкнулась с катастрофой. Если так пойдет и дальше ... интуиция этого клоуна на удивление точна. Как неприятно.”

Тот, кого называли "клоуном", вероятно, был Субару. Но насчет интуиции, какое отношение она имела к тому, что уводила Беатрис, а Эмилия пошла за ними?..

Субару = [Лолимансер]

Беатрис = [Лоли]

Эмилия = [Удивительно Прекрасная Девушка С Магией]

Лилиана: "О нет! Что случилось с Пристеллой?”

Присцилла: "В самом деле, если ты находишься в середине песни, кровь не циркулирует в твоей голове вообще. В отличие от Меня, исключительной во всех отношениях, ты исключительна только в одном. Но Я нахожу это симпатичным"

(Здесь и ранее она говорит о себе словом "Mineself". Дальше буду помечать с заглавной буквы.)

Присцилла, которая была с закрытыми глазами, с веером, который она вынула в какой-то момент, начала обмахиваться им, как будто у нее болела голова.

Действительно, стоило бы еще раз обменяться парой слов с этой Присциллой, но сейчас было неподходящее время.

Лилиана: "Действительно, все, кто были в парке, исчезли…”

Присцилла: "Это было потому, что ты проявила грубое отношение во время своего выступления.”

Эх... Надеюсь, ты простишь меня за то, что я лежу на земле и играю на Ле-лире.

Лилиана: "Однако, если произойдет какой-либо инцидент, волшебное радио в мэрии должно немедленно транслироваться по всему городу. Киритака-Сан тоже напоминал мне об этом сегодня утром.…”

Присцилла: "Эмо то, что может распространять звук на весь город? Действительно, слушать твою песню по всему городу приятно... но что с того?”

Лилиана:"...?”

Передача каждое утро стала обычным делом, Город Водных Врат Пристелла имел большие Водные врата, поэтому это было место с высоким вниманием к безопасности. Убежища располагались по всему городу, горожане должны были об этом хорошо знать.

(Убежище - бункер/приют.)

Так почему —

Лилиана: "Ах... Что это?”

Грудь.. отчего же она вдруг начала болеть?

Как странно. На моей груди не было ничего другого, кроме старой раны.

Итак, это чувство —

Присцилла: "...Не подходи.”

Я натянуто улыбнулась и выдала “А?" от испуга. Присцилла внезапно подняла голову и посмотрела на небо.

- Вслед сразу же раздался звук городской трансляции.

Капелла: "Ну тогда, все вы, гнилые куски мяса, пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы жалко умереть от гнили, Кьяхахаха! Соизволить сделать эту трансляцию решила Архиепископ Культа ведьмы, олицетворяющая [Похоть]! Капелла Эмерада Лугуника-сама! Кьяхахаха!”

Резкий пронзительный голос внезапно оборвал все, а потом наступила тишина. Остался только звук льющейся из фонтана воды. Появление этого звука было слишком внезапным, наполненным нереальностью, как во сне.

Присцилла: "В самом деле, довольно самонадеянные слова.”

Ах, это был не сон. Похоже, это был не сон.

Тон Присциллы, которая стояла рядом, стал ужасающим, и я повернула голову, чтобы подтвердить ее слова. Мой острый инстинкт выживания подсказывал мне: "Такой поворот событий ни к чему хорошему не приведет!’.

Лилиана: "Умм..так что, Присцилла... так что, возможно, это просто....просто действия... или, может быть, злонамеренная шутка, такая возможность тоже существует. Вот что я думаю, но... …”

Присцилла: "Желания и размышления по своей природе различны. Если это была злонамеренная шутка, то кто же мог опорочить имя культа ведьмы? И вдобавок противник утверждает, что он Архиепископ Греха. Знайте, что эти сумасшедшая группа людей, которая не думает ни о времени, ни о месте, ни о средствах.”

Лилиана: "Ууу…”

Присцилла: "И в этом городе есть тот клоун, который может убить эттих сумасшедших. При этом то, что они станут еще более безумными, - это само собой разумеется. Кто знает, сколько людей совершенно безнадежны, как и ты.”

Слова Присциллы, как всегда, были трудны для понимания, но сейчас она, казалось, прилагала огромные усилия, чтобы я смогла понять их.

С этим, даже кто-то вроде меня с дырками в мозгу могли понять.

Нападение Культа Ведьмы, возглавляемого Архиепископом греха, уже стало реальностью, и, кроме того, городская ратуша уже была захвачена.

В таком случае…

Лилиана: "С Киритакой-Сан все в порядке?”

Присцилла: "Ну, это незнакомое мне имя. Если он имеет отношение к городу и, кроме того, живет в мэрии, нет никакого способа обеспечить его безопасность. Кажется, что сейчас уже не время оставаться здесь и наслаждаться музыкой.”

Как только Присцилла закончила говорить, она взяла веер и решительно двинулась вперед. Да, но это было в противоположном направлении от убежища.

Лилиана: "Тогда, значит, ты не хочешь найти убежище!? Таким образом, выбор пути, отличающегося от того, что надо делать в чрезвычайной ситуации, приведет к катастрофе!”

Присцилла: "Прячась в укрытии с опущенной головой, ожидая, когда неприятности пройдут, как будто направление действительно прекрасно. Но на этот раз дело обстоит иначе, потому что, если Я не буду действовать, эта ситуация не закончится.”

Лилиана: "То есть, Ты намерена убить Архиепископа!?”

Эта кандидантка в короли, которая намеревается прорубить себе дорогу в мэрию ...

Если посмотреть на это под любым углом, то само собой разумеется, что позволить ей броситься на такое поле боя без расчета на победу означало бы только трагедию.

Кстати, раз Присцилла так уверена в себе, может ли быть, что она способна вступить в бой?

В ответ на мои слова, полные сомнения, Присцилла прикрыла рот веером и оглянулась, слегка наклонив голову.

Присцилла: Нет, сначала нужно найти Шульта. В любом случае с Алом все в порядке, и неважно, что станет с этим дураком. Но прелесть Шульта ничем не заменима. Если Я не позабочюсь о том, чтобы спасти его, он наверняка будет где-то плакать.”

Лилиана: "Э? Э?”

Присцилла: "Что касается второго, то он, по-видимому, последовал моему утреннему указу и попусту тратит время в таверне. Прогулка по этому району, возможно, определит его местонахождение. Действительно, какой проблемный человек.”

Продолжая болтать, Присцилла без колебаний направилась к выходу из парка. Хотя все ясно происходящее было перед моими глазами, каким бы ослепительным оно ни было,я не понимала что делать. Все было как в тумане.

Затем Присцилла обернулась,

Присцилла: "Хотя я и не просила тебя следовать за мной, но если ты забредешь слишком далеко, то [Солнечный Диск] больше не достигнет своей цели. Если ты хочешь удержаться от общения с безумными глупцами, тебе лучше последовать за Мной.”

Что это такое, это же ужасно! Что же все-таки произошло?

Лилиана: "Я говорю, Присцилла-сама, что произойдет после нахождения тех, кого нужно найти!? Подождите, Присцилла-сама!”

Торопливо гоняясь за безмолвной тенью ее спины, не обращая внимания на тех, кто бежал в укрытия, мы с достоинством прошлись по городу.

Тень от ее спины излучала такое чувство безопасности, что, возможно, даже Архиепископам Греха не нужно было бояться…

- Думать так было ошибкой, это я поняла вскоре после этого.

***

Двигаясь вперед по городу, согласно словам Присциллы.

Что было удивительно, так это то, что, несмотря на то, что она не знала, где именно находится ее цель, на каждом из каналов и улиц Присцилла без колебаний выбирала свой путь.

Из-за этих правильных решений, у меня, которая должна была направлять её, не было и шанса дать свое представление!

Лилиана: "Разве Присцилла-сама не впервые в Пристелле? Двигаясь с такой легкостью, поразительно…”

Присцилла: "Нет, это первый раз. Поскольку его имя похоже на мое собственное, а достопримечательности водной столицы славятся, Моей решение было посетить его на один день. Такого развития событий никто не ожидал ни в малейшей степени.”

Лилиана: "Это так, это действительно позор. Предполагалось, что это будет гораздо более спокойный, прекрасный город, без необходимости так спешить.”

Город Водных Врат Пристелла, безусловно, было местом, которое стоило посетить. Для барда долгое пребывание, неспешная прогулка по городу были счастьем.

Даже штаб-квартира компании "Муза", построенная здесь, Такие, как Киритака-Сан, была весьма склонны к этому.

Ну, вместо того, чтобы говорить, что Киритака-Сан беспокоит меня, лучше сказать, что это я беспокою его. Киритака-Сан, пожалуйста, будьте в порядке.

Лилиана: "Кстати говоря, там никого нет! Город, где люди на улицах, где водяные драконы видны на каждой улице с каналом, где пение ведет к встрече с Киритакой-Сан, находится в такой странной ситуации!”

С тех пор как Культ Ведьм впервые выступил с трансляцией, ничто не шевелилось. В дополнение к людям и водяным драконам, которые все пропали, единственными звуками, которые шевелились, были поток воды и ветер.

Как тихо. Но это было больше, чем просто тишина. Эта тишина, не слишком ли она зловещая?

Присцилла: "Не уходи, здесь должен быть поворот направо. Теперь понимаешь? Следуй по моему направлению.”

Лилиана: "Эх, а ты не хочешь пойти по этому пути? Это явно короткий путь... действительно, как легкомысленно со стороны Присциллы...”

Присцилла: "Хо—?”

Лилиана: "Ик! Прошу прощения, я оговорилась!”

Я хотела сократить расстояние, рассказав ей о кратчайшем пути, но у меня ничего не вышло! Кстати говоря, это “Хо” было слишком страшным! Взгляд зверя ... нет, взгляд хищника!”

Присцилла: "Следуй моим инструкциям, и все будет в порядке.”

Лилиана: "Хе-хе, эта скромница теперь будет полностью подчиняться Присцилле!”

Следуя указаниям Присциллы, после этого мы выбрали несколько извилистых маршрутов. Почему-то за это время не встретилось ни единого человека. Время истекало!

Лилиана: "Давайте будем веселыми, пока будем ходить и петь?”

Присцилла: "У тебя нет никакого чувства сцены. Даже если ты выбираешь партнера, чтобы слушать, то этот человек имеет право выбрать что-то другое.”

Лилиана:"...?”

Присцилла: "Самое время дать отдохнуть и твоему горлу... скоро тебе представится возможность петь.”

Лилиана: "Хааах.”

Вот так в глазах Присциллы появился намек на то, что она что-то предсказала. Эта извилистая манера говорить со мной, которая считала прямоту своим долгом, задыхалась, закрывая рот и храня молчание.

И вот, эта странная и тихая экскурсия по городу –

Присцилла: "Тут.”

То, что Присцилла, которая остановила свои шаги, рассматривала, было одним из убежищ в городе - конференц-центр на 2-й улице.

Если мэрия в центре города служила местом собраний для всего города, то конференц-центр каждой пронумерованной улицы был местом, где обсуждалась каждая из их точек зрения.

Киритака-сан был не только управляющим конгресс-центра на 3-й улице, но и имел влияние в городской администрации.

Лилиана: "О, меня неожиданно привели куда-то в безопасное место! Куда все люди пошли. Честно говоря, я даже немного испугалась!”

Присцилла: "Хм? Что ты говоришь? Поторопись и забирайся внутрь, пугливый кот.”

Поскольку это был конференц-центр, внутри, вероятно, находилось несколько необычных людей, и в то же время это быль убежищем, так что, как будто воссоединение двух давно разлученных влюбленных, это успокаивало сердце —

???: "Ты, что ты бл*дь говоришь? Умриии!”

Этот прекрасный сон наяву рассеялся, как туман, после того как его встретил крик ярости.

Яростный рев, наполненный запахом крови, содержавшийся в этих резких словах, был полон острым намерением убить.

Эти неотесанные люди отбросили свое обычное легкомыслие, чтобы излучать подлинное намерение убивать – Я бы сказала, что все еще будучи бардом, бродившим по стольким местам, выбирая не только безопасные пути, но и путешествуя по опасным... это было то, что было известно как [ярость].

То, что не могло остаться незамеченным, [Гнев], который сопровождал насилие и убийство.

Лилиана: "П.. Присцилла-сама...? Это…”

Не отдавая себе отчета, я упала рядом с Присциллой, но она уклонилась от моей протянутой руки, оглядывая зал заседаний крайне вялым взглядом.

Я, стоя на коленях, с недоверием наблюдал за сценой, которую разглядывала Присцилла

—Звук, похожий на крик.

В этом конференц-зале толкающаяся толпа бросала оскорбления, издавая звуки отвращения, когда они толкали друг друга.

Их было, наверное, пятьдесят... нет, сто? Двести?

Короче говоря, масса людей без разбора набросилась на тех, кто стоял рядом с ними, мужчины и женщины, старые и молодые.

Оскорбляя друг друга ... эти оскорбления, окрашенные враждебностью и злобой, жестокие манеры, полные намерения ранить и убить. Было много тех, кто истекал кровью, в углу конференц-зала стояли дрожащие фигуры детей.

Что, черт возьми, происходит?

Присцилла: "Хм... среди такой массы случайных людей, найти Шульта будет трудно.”

Отбросив в сторону смущенную меня, Присцилла хмыкнула с невозмутимым, как всегда, лицом.

... Нет, но эта ситуация была катастрофой? К чему эта непринужденность?

Присцилла: "Раздор до такой степени, конечно, уже проник в город. Медленная ты, возможно, не осознала, как мы избежали неприятностей.”

Лилиана: "Избежали...!?”

Наконец-то я поняла, что означают эти слова.

Причина, по которой Присцилла выбрала извилистый путь, — состояла в том, чтобы избегажать любых противоречий.

Я одна этого не замечала, лениво жалуясь на такие вещи, как отсутствие людей...!

Лилиана: "Вот так извиваться и драться... Это как-то связано с Культом ведьмы?”

Присцилла: "если бы это было простое разногласие, идти на такую крайность было бы полной глупостью, не так ли? Эти люди ... нет, периметр всего этого города был преодолен глупостью. Это и есть результат.”

Самые важные части слов Присциллы были непонятны.

Но, по крайней мере, было понятно, что люди, причиняющие друг другу боль прямо сейчас, делают это не по своей воле.

Лилиана: "Почему, почему я не тронута? Чтобы иметь уникальную возможность бороться с чем-то подобным... или, скорее, я пробудилась в этот момент!?”

Присцилла: "Это мое величие [Солнечного Диска], но, ты одна должна быть в состоянии избежать его... гораздо важнее."

Присцилла прищурилась, разглядывая тех, кто толкал друг друга. С тем же самым взглядом, которым она одарила меня произнося “Хо—?”. То есть это было ужасно. Глядя в эти два глаза, ее следующие слова, вероятно, будут столь же ужасающими.

Угадать.

Присцилла: "Найти кого-то в этой суматохе-это практически мечта сумасшедшего. С небольшим показом они закроют свои рты.”

Лилиана: "... А?”

Когда ее слова были произнесены, Присцилла небрежно [выхватила меч из воздуха]. Нет, говорить так было неправильно.

Точнее, свет превратился в меч?

Присцилла: "Пади в свет Моего клинка Ян —”

Меч, который Присцилла держала высоко, был украшен красивым цветочным узором, окрашенным в красный цвет от рукояти до клинка, меч алого цвета. Излучая солнечный свет из рук Присциллы, освещая весь конференц-зал... как ослепительно! как чудесно! До такой степени, что обычный свет был не в состоянии достичь, обжигая глаза, словно солнце. Ки.. кияааа!

С близкого расстояния, как вредно для моих глаз!

Нырнув подальше, чтобы сохранить дистанцию, планируя сделать что-то против Присциллы— прежде чем заметит это.

В конференц-центре стало тихо, эти дерущиеся люди сосредоточились на Присцилле. Но, конечно, если бы появился такой ослепительный свет, было бы вполне естественно, что все ссоры закончились бы.

И как раз в тот момент, когда эта рука упала, и все голоса смолкли.

???-Госпожа Присцилла!!”

Рыдающий мальчик с раскрасневшимися щеками бежал от стены к Присцилле. Присцилла поймала мальчика прямо спереди, нежно поглаживая его персикового цвета волосы.

Присцилла: "Чтобы доставить столько хлопот, только ты один мог бы привлечь мое внимание подобным образом. Шульт, ты хоть понимаешь, каким дураком ты был?”

Шульт: "я.. Я... Я думал, что не смогу...! Но, Госпожа Присцилла ... Госпожа Присцилла…”

Присцилла: "Чтож, плачь свободно, как и положено детям. Их не следует винить за это.”

Вид мальчика, которого так нежно гладили по волосам, заставил меня подпрыгнуть.

Скорее всего, потому, что Присцилла пришла специально за этим ребенком, поэтому я предположила, что она очень заботилась о нем, но наблюдение показало, что это не так. Ощущение насилия было очень острым. Потому что отношение Присциллы было холодным. От одной мысли об этом у меня чуть не свернулась шея.

Однако нельзя было предположить, что с таким зрелищем будет легко сбежать. В конце концов, мы стали объектом пристального внимания этого конференц-центра!

Острие копья разъяренной толпы было направлено на сияющую Присциллу. И вдобавок, только что было замечено, что сияющий клинок исчез.

Лилиана: “Присцилла-сама, куда только что делся меч?”

Присцилла: "Его потребление очень велико. Поэтому, когда он не используется, он должен снова исчезнуть в солнечном свете. Хмпф.”

Отвечая на мой вопрос, Присцилла посмотрела на тех, кто смотрел на нее. Этот взгляд был спокойным, как всегда... то есть равнодушном.

Присцилла: "Глупцы, чего вы все пялитесь без причины? Поклонение Моей красоте - это в человеческой природе, но поймите свое время, место, и свое собственное положение. Сначала, встаньте на колени.”

Лилиана: "Зачем ты их провоцируешь —!?”

Прижав Шульта к груди, Присцилла со свирепым выражением лица указала на землю, приказывая всем присутствующим встать на колени. Хотя, как и ожидалось, толпа, которая была более вспыльчивой, чем обычно, неистово зашевелилась и бросилась вперед.

Рябь оскорблений отозвалась эхом, и я поспешно опустила свою задницу на землю, пытаясь свернуться калачиком... однако Присцилла осталась стоять там. Нет, подожди...

"Эта женщина! Что за шутка…”

Присцилла: "Прежде всего, Ты. По крайней мере, отправляйся вверх с большим изяществом.”

Крупный мужчина в припадке ярости попытался схватить Присциллу, но она тут же отскочила в сторону, толкнув его широкую грудь.

Человек, чей вес вдвое больше моего, улетел, как лист. Воистину, эта легкость была не преувеличенна.

"—Кха!?”

Тело человека, отлетевшего в сторону, столкнулось с массой людей, вызвав драматическое жалкое зрелище. Один за другим они падали, переворачивались, как костяшки домино.

И вот, из-за этой исходной утраты, импульс толпы остановился. Тот, что стоял впереди, задрожал, увидев силу Присциллы

Присцилла: "Как видите, будь Моя воля, всех вас можно было бы легко срубить. Хотя это было бы неприятно. Если хотите напасть, подходите по очереди. Сегодня Я потрачу свое время, чтобы тщательно ответить на ваши желания.”

“——”

Присцилла заговорила царственным голосом, глядя на окружающих ее людей.

Тем не менее, не было никого, кто подошел бы, услышав эти слова. Яростное поведение до этого, ушло неизвестно куда... или, скорее, ярость осталась в сердцах каждого. Просто его острие не было направлено на Присциллу

Присцилла: "Кажется, их нет. Тогда, больше нет смысла оставаться здесь. Мой слуга был найден живым и невредимым. Вы можете наслаждаться собой дальше, как только Я уйду.”

Лилиана: "Эх!?”

Как только Присцилла закончила говорить, она взяла за руку плачущего Шульта и широкими шагами направилась к выходу из конференц-центра.

Лилиана: "Ах, но! Просто оставить всех здесь вот так…”

Присцилла: "После моего ухода ссора начнется снова... было бы удивительно, если бы в конце концов она превратилась в бойню. Однако, есть ли у Меня причины прекратить его?”

Лилиана: "В таком случае…”

Это было так, но было ли это действительно правильно?

Неважно, как вы на это смотрите, но просто оставить их сзади было перебором.

Лилиана: "Пр.. Присцилла-сама ведь кандидат на королевские выборы…”

Присцилла: "Даже для Меня, есть то, что не может быть сделано. Без сомнения, Я действительно нахожусь в этом раздражающем положении, но я вынуждена использовать это в качестве оправдания.”

Лилиана: "Гуу…”

Насильно заблокировав мне рот, я больше не могла повышать голос ни на какие возражения!

Но.. Но, если мы уйдем, начнется ссора. Сбежать, я действительно могу сделать что-то настолько безжалостное?

Что-то вроде этого, я —

Присцилла: "Или хочешь сказать, что ты это решишь?”

Лилиана: "Эх!?”

Пока я колебалась Присцилла тихо прошептала:

То, что она сказала, было довольно привлекательным предложением.

Присцилла: "То, что ты сказала мне ранее. Чтобы наслаждаться песней, Не требуется никакой квалификации. Не выбор места или аудитории - вот суть того, что ты назывываешь песней. Если это так, то почему ты не используешь свою чудесную песню, чтобы спасти их?”

Лилиана: “……”

Присцилла: "Ты погружена в мой [Солнечный Диск]. Кроме того, как уже было сказано, Ты должна сама приблизиться ко Мне, если обнаружишь неприятности. Хотя, возможно, еще рано разыгрывать эту карту... но это все равно приятно. Чтобы услышать твою песню, можно было и остаться на мгновение.”

Словно провоцируя ее, Присцилла сложила руки на груди. Было ли это причудой - вот так поднимать грудь?

Эту яростную ложбинку можно было легко заметить. Проводя рукой по груди. Я уставилась на руку, которая только что коснулась моей груди.

На этой ладони лежал холодный пот.

Лилиана: "Это... возможно?”

Присцилла: Это не имеет значения, даже если это будет сделано. — Если подходить к этому так, то это будет просто напрасная трата усилий.”

Если думать, что песни не имеют силы, то такая линия мышления не была неправильной.

Хотя, говоря это, это было не так.

Я сняла со спины Лю-лиру и крепко сжала ее обеими руками.

Те, кто еще не стал моей аудиторией, кто хранил всю свою ярость в своем сердце, были действительно без разума! Когда ясно отныне, я бы сказала, как я пою!

- Надеюсь, что когда они все вместе радостно насладятся песней, они не будут больше драться!

Присцилла: "Шульт, подожди немного. Ты увидишь занимательное зрелище.”

Шульт: "Понял.”

Присцилла и Шульт стояли позади моей фигуры с Лу-лирой.

С какими выражениями, тьфу, презренными, очевидно без оглядки!

Лилиана Маскарад! Странствующая по миру с одной лишь Лю-лирой, бард, которая вечно хранит героев в своем сердце!

Лилиана: "Вдохновение вспыхивает! Пожалуйста, послушайте рябь на поверхности Города Водных Врат!”

Придите в себя, и покажите мне безумие!

Если это отнимает время, которое было бы потрачено на борьбу, это тем более важно!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 64. Уныние Лилианы Маскарад

Перевод: imy

Редактура:Funny_R

“——”

Пальцы скользят по Лю-лире, кончики пальцев сжимаются по привычке. В течении многих лет, в течении многих десятков тысяч раз, кончики пальцев играли эти ноты, сколько себя помнят.

Для меня петь было так же естественно, как дышать, так же естественно, как смеяться при встрече с развлечением…

Горло открывается, мембрана вдыхает, переплетая ритм со звуком мелодии.

Выкрикивала все слова и все чувства, возникающие в моем сознании в этот момент

И в равной степени, давая голос мелодии, которая всплыла в моем сознании вместе с песней.

“——”

При создании новой песни, хотя я бы сказала " Прилив вдохновения ",сказать честно, то что вдохновение приливает, было довольно абсурдно.

Другими словами, это был не внезапный прилив, а открытие. Назвать это так, было бы более правильно. В это мгновение мелодия и слова, возникшие в моем сознании, были по своему происхождению вещами, скрытыми в этом мире.

Открытие мелодии, забытой миром.

Спотыкаться по счастливой случайности, подниматься по счастливой случайности, словно дар спустился с небес – мелодия, скрытая в уголках мира. Я всегда смотрела на это именно так.

И так я сказала госпоже Присцилле, что музыкой можно наслаждаться, даже ничему не научившись. Полностью отказаться от всей мудрости, от всех знаний, было бы тем же самым.

Потому что это была песня, а не человек, который пел.

Вы когда-нибудь слышали пение птиц? Вы когда-нибудь слышали хор цикад? Вы когда-нибудь спокойно слушали ветер, несущийся через ручей, чувствовали, как он поднимает шепчущий голос?

Неужели у них тоже есть человечность? Возможно, или скорее, нет они не должны были её иметь. По крайней мере, я думаю, не должны! Не должны!

От солнца, которое все освещает, от Луны, которая прибывает и убывает, от Земли, которая распространяет свой аромат, от дров, которые потрескивают, вы когда-нибудь чувствовали музыку? Я да! Я чувствовала — это доказательство того, что музыка пронизывает этот мир.

Мир построен музыкой, этот мир наполнен музыкой, этот мир связан музыкой, это и есть доказательство.

“——”

Мы, барды, просто заимствуем песни из этого мира, наполненные музыкой. Музыка, которая сама по себе присутствует повсюду, которая при небольшом внимании может стать видимой. То, что мы запечатлеваем в песне, На самом деле не нужно.

Без стеснения, без извинений, мы наслаждаемся этой изысканной мелодией в одиночестве.

Сделать это хорошо. То, что мы так думаем, прекрасно.

Но разве музыка не прекрасна?

Делиться чем-то прекрасным с другими приносит большую радость.

И с большей радостью, звонкий смех имеет больший восторг.

Музыка есть сама по себе, если это музыка, то ее можно сделать.

Так как весь мир поет, кто будет ругать тех, кто поет?

Приходите, посвящайте, посвящайте, посвящайте все.

Приходите, погружайтесь, погружайтесь, погружайтесь.

Погрузитесь в радость, наполнитесь ликованием, будьте пленены счастьем!

Уши, глаза, нос, кожа, дух, душа, представьте все, [присоединяйтесь] к [музыке]!

Неистовство поглотило публику, смыв крайний [гнев] в одну волну.

Покачиваясь в танце, их звук сливался с представлением. Если бы их взгляды пересекались с теми, кто их окружает, они бы почувствовали что обмениваются чувствами.

Конечно. Музыка всегда была рядом с вами, всегда присутствовала рядом с вами от рождения до смерти.

Видели, слышали, чувствовали.

Мы всегда здесь, требуя такой музыки ...

Лилиана: "Так что, черт возьми, да! Совсем не тихо, Спасибо за внимание—! ”

Продолжаем петь, уваааа!

***

Эх~, Так что, как бы это сказать, извините за то, что я радостно забылась.

После окончания такого обширного представления, как это, вспоминая страстное поведение, которое я носила, мои щеки покраснели.

Шульт: "Хм, сестрёнка была потрясающей! Я был очень тронут!”

Xи-Хи! Каким милым был неуклюже чистый взгляд Шульта! Сердце зудит и ноет! Непорочные, здоровые, водянистые красные глаза, заставляющие мое сердце стучать!

Вееерно, этот парень был совершенно без злобы, в его словах не было сарказма. Он просто искренне выразил свои детские чувства. Хотя и осознавал это, но из-за того, что он был слишком милым, его похвала не могла быть принята с комфортом!

Какая жалость, Шульт... став взрослым, эта чистота была бы запятнана.

Шульт:"...? Кое-что из этого было непонятно, извините за то, что я все еще учусь.”

Кья! Это удрученное выражение было несправедливо мило!

Это какая-то злая шутка против меня, этого ребенка!? Немного, просто немного прикоснусь... Эхехе…

Присцилла: "Лилиана, это выступление было неплохим, ты заслуживаешь похвалы.”

Лилиана: "Гиобих!”

Присцилла: "Что это был за ужасный звук? Девушка... особенно ты, не должна издавать подобные звуки.”

Как раз собираясь протянуть взрослую греховную демоническую хватку, я была поймана таким ловкачом, как госпожа Присцилла. Нет, я не собиралась ничего делать прискорбного, вообще ничего.

Кстати, в тот момент, когда Шульт увидел госпожу Присциллу, его поведение стало открытым, прижавшись к ее талии. Хотя, говоря так, его хватка не была крепкой, он просто слегка придерживал часть ее красного платья... скромное поведение Ангела

Затем, чтобы поприветствовать этого драгоценного Шульта, пытающегося превратить этот жестокий конференц-центр в фестиваль…

Лилиана: "Этот результат был неожиданным... в какой-то момент, когда я не обращала внимания, мне показалось, что я достигла высот музыки. Действительно, богиня музыки без аналогов!”

Присцилла: "Глупость. Необходимо быть в курсе своего калибра и мирной суеты. Но для того, чтобы оценить себя так высоко, не хватает элегантности. Твоя песня действительно стоила того, чтобы наслаждаться ею, но сейчас еще не время называть себя без аналогов. Тебе просто повезло, что они погрузились так рано исключительно потому, что были внушаемы.”

Лилиана: "Внушаемы?”

Что это значит?

С вялым выражением лица госпожа Присцилла обмахиваясь веером, изучала лица в конференц-центре. Я поспешно проследила за ее взглядом, увидев множество людей.

Люди, которые наконец-то освободились от атмосферы оскорблений, нападений, драк, вновь обрели хладнокровие. Одни протягивали руки к тем, кого толкнули, другие приносили извинения, третьи постоянно отвечали: "все в порядке, все в порядке", четвертые молча лечили раненых.

Ну что ж, тогда моя песня была просто потрясающей! Те, кто спорили раньше, тоже погрузились в такое теплое состояние... практически мастерский талант!

Присцилла: "Не забывайся от радости. Влияние беспорядка, которое играло с этими простолюдинами как марионетками, все еще сохраняется. Твоя песня смягчила недоверие и страх простолюдинов. Однако, не разобравшись в корне причины, ситуация вернется к тому, которая только что была.”

Лилиана: "Пфф!? Ах, нет, но подумайте об этом, каждый раз, когда они будут втянуты в то же положение, я смою это своей пылкой песней…”

Присцилла: "Теоретически, это сработает. Однако корень проблемы остается. Не только здесь, эта суматоха происходит не только в этом конференц-центре.”

Лилиана: "Чт-чт-чт-, Что?”

Это был первый раз, когда я услышала о... нет, ранее по пути сюда госпожа Присцилла сказала, что такого нарушения удалось избежать. Неужели такое происходит по всему городу??

Лилиана: "П.. П.. Пристелла.. есть ли что-то, что можно с этим сделать?”

Присцилла: "Ну, вот так вот. Честно говоря, у меня не то настроение для спасения города…”

Шульт: "Госпожа Присцилла…”

Непостоянные эмоции, холодная кровь, железное выражение лица. Шульт дрожащим взглядом посмотрел на Присциллу. Как бы это сказать, с первого взгляда было очевидно, что Шульт рядом с Присциллой казался таким нормальным, совершенно здоровым.

Ах, этот ребенок безнадежен, полностью соответствует моим предпочтениям.

Не получив ответа от Шульта, не зная, разделяет ли он мои чувства, я считала это своей потерей. Присцилла беспомощно пожала плечами, ее грудь сильно подпрыгнула, когда она положила руки на талию.

Лилиана: "Сколько лет госпоже Присцилле?”

Присцилла: "Девятнадцать.”

Лилиана: "Понятно. Между прочим, мне уже двадцать два.”

Присцилла: "Тебя никто не спрашивал.”

Я просто хотела упомянуть об этом. Что это за разница, что-то в диете? Неужели это только то, с чем должен смириться странствующий бард? Какое страдание.

Присцилла: "Даже не упоминая о том, что Шульт был пойман здесь в ловушку, осмелившись проявить такое неуважение во время моего пребывания, Я вряд ли такая прощающая трусиха. Независимо от того, какой Культист Ведьмы вовлечен, их головы будут катиться.”

Когда мои руки сжались сильнее, решение Присциллы, казалось, было очень решительным.

Хотя многое еще оставалось сказать, я хорошо понимала, что чувства Шульта нужно уважать.

Лилиана: "Действительно, по отношению к Шульту, госпожа Присцилла действительно слишком заботлива♪ …”

Присцилла: “——”

Лилиана: "ГЯ!? Горю, горю, вся горю!?”

В огне!? Только что загорелась!?

В то мгновение, когда я ткнула Присциллу локтем в бок, над моей головой вспыхнул огонь!? Кончики моих волос завились от огня!? Даже без заклинания!?

Внезапная жестокость! Настоящая паника! Незабываемый кошмар!

Шульт: "С.. Сестрёнка, ты в порядке...!?”

Ко мне с моей горящей головой подбежал шокированный Шульт. Возможно, чтобы попытаться немедленно погасить пламя, он вытащил бутылку из свертка, которую держал в руках, намереваясь опрокинуть ее содержимое в меня, снимая тяготы, навязанные моему телу. В тот же миг мою голову снова охватило пламя.

Присцилла: "Стой, Шульт.”

Шульт: "Но.. Госпожа Присцилла...!”

Присцилла: "Это мое вечернее вино. Поскольку оно принадлежит мне, даже небольшая капля превратила бы искру в огненный шар. Это звучит как шутка, но такова реальность.”

Лилиана: "Ооооо!”

Прежде чем я успела воспламениться, я каталась взад и вперед по холодной земле. Шульт наклонил свою крошечную шею, чтобы спросить: "Может ли вино загореться?’.

Презренный господин и слуга, которые сотрудничали, чтобы я погибла в огне ... но! Даже если я умру здесь, душа барда не успокоится, исполняя ночную песню у твоей постели ... потому что песня была повсюду в этом мире!

Присцилла: "Если ты не возражаешь, это тоже прекрасно. Кстати говоря, поднимать такой шум из-за опаленных волос.. Поторопись и встань!”

Лилиана: "А? Куда делось проклятое пламя? Я должна была быть заключена в обжигающем пламени и превратиться в пепел?”

Да, действительно, никаких ожогов не было. Что это было? Напугало меня до смерти.

Смеясь от смущения, параллельно снимая одежду, под пристальными взглядами всех окружающих, иду к Присцилле, чтобы начать переговоры.

Лилиана: "Ну что ж, госпожа Присцилла! Чтобы спасти Пристеллу, пожалуйста, атакуйте с грохотом, грациозно передавая привет Архиепископу Греха! Я буду оказывать поддержку в меру своих возможностей!”

Присцилла: "Не говори так, будто это дело другого человека. Я уже решила взять тебя с собой.”

Лилиана: "Уииииииииииии—!?”

Земля раскалывается! Небо переворачивается! Красота крадет жизнь! Зачем указывать на меня в этот момент??

Лилиана: "Кто-то вроде меня, барда, знает только, как быть милой, петь, и ещё раз быть милой. Бард без каких-либо специальностей... взяв меня, я могла бы удовлетворить только ваши глаза и уши, знаете ли.”

Присцилла: "Эта откровенность не лишена привлекательности. Как уже было сказано. Ты Мне нравишься. Эту песню было бы стыдно потерять . Не говоря уже о том, чтобы выбросить тебя в массы. Что возможно приведет к несчастью. Как только ты бы покинула бы мой [Солнечный Диск].

(под массами имеются ввиду обычные люди/простолюдины.)

Лилиана: "То есть... я такая милая, что ты хочешь меня защитить?”

Присцилла: "Хо?”

Лилиана: "Уа! В приступе гнева, госпожа Присцилла поистине добра!”

По сравнению с нападением, когда мои волосы подожгли без всяких предупреждений, как добра была Присцилла, которая подожгла меня только после предупреждения. Хм, покалывание в груди. Что это было за чувство... учащенное сердцебиение, капающий пот, тяжелое дыхание, исчезающая с лица кровь…

Присцилла: "Есть и другие причины взять тебя. Это раздражающее заявление глупого простолюдина ... должно ли это было значить, что в здании управления есть магическое устройство?”

Лилиана: "А? Ах, да, это в мэрии. Каждое утро, вставая пораньше, протирая глаза ото сна, чтобы сделать то, что просит долг ... Ах! Это не значит, что я не буду петь, потому что хочу спать. На самом деле, вместо того, чтобы называть это падением от истощения на полпути к песне, оно спит больше половины. Как только я начинаю петь, оно будит меня! Немедленно просыпаюсь!”

Присцилла: "Достаточно знать местоположение. Мне нужно это магическое устройство... и ты.”

Лилиана: "Ты хочешь меня…”

Присцилла: "Твой голос.”

Изменение в формулировке.

Однако благодаря этому я наконец поняла, что именно Присцилла хотела сказать. Вот что она хотела сказать..

Лилиана: "Чтобы то, что произошло в этом конференц-центре, распространилось по всему городу от трансляции магического устройства…”

Присцилла: “——”

Лилиана: "Эм, ум... Госпожа Присцилла? Что такое?”

Присцилла: "Осмелилась быть такой показушной передо мной? Дура! Что ты сделала с настоящей Лилианой? Она не может быть такой умной.”

Лилиана: "К умной и милой мне относятся как к иллюзии!”

То, какое впечатление она произвела на меня, по правде говоря, было очень разочаровывающим.

Однако я понимаю мысли Присциллы. Если бы беспорядки, подобные тому, что происходят в этом конференц-центре, происходили по всему городу, тогда, возможно, была бы моя очередь выйти на сцену.

Иметь возможность выступать по городу, чтобы давать представления, было бы чем-то замечательным, но у меня не было достаточно времени, чтобы путешествовать вот так! Уже слишком поздно, чтобы путешествовать в таком виде! В таком случае, я приняла решение!

Лилиана: "Хорошо, поняла! В данном случае я согласна, что мысли госпожи Присциллы, которая хотела, чтобы я сопровождала ее, были настоящими! Кроме того, подойти к мэрии — месту, где сосредоточится мыслящая сила города! Конечно, Киритака-Сан будет там, в такой чрезвычайной ситуации, как эта, на него можно положиться!”

Присцилла: "Конечно, в мэрии наверняка ожидают Архиепископы Греха. Уничтожение этих вредителей неизбежно. Тебе лучше не попадаться на эту удочку.”

Лилиана: "Я совсем забыла!”

Правильно. Прямо сейчас [Похоть] оккупировала мэрию. А это означало, что если мэрия служит базой, то план сражения можно себе представить.

Лилиана: "Но, нет! Этот Архиепископа Греха, возможно, уже ушла из мэрии! Там есть много секретных комнат, которые ей недоступны, так что, возможно, они не заняли много времени, и [Похоть] уже давно ушла!”

Фхахаха, действительно, взрыв божественного рассуждения. Это была идея, принадлежащая мне. Мне, которая каждое утро уходила от работы.

По правде говоря, это было место, где все спешили на работу, так что не было никого, кто бы признал меня. Детям, которые не понимают цифр, скажут, чтобы они уходили. Вот как это чувствовалось!

И таким образом, наверняка мэрия будет совершенно пуста…

Капелла: "Яхо. Яхо~. Яхохо~.”

В этот момент, трансляция зазвучала во второй раз.

***

Прослушав вторую трансляцию, мы покинули конференц-центр, чувствуя себя подавленными (Присцилла и Шульт не выглядели подавленными).

Выход из конференц-центра занял немного времени, так как после второй трансляции люди снова забеспокоились, и мне пришлось успокаивать их своей песней.

Честно говоря, это предоставление можно было назвать только непреднамеренным.

Независимо от того, что пелось, любое действие, лишенное причины, не могло быть включено. Однако добавление в основу посторонних примесей к песне было недопустимо.

Стать опьяненным песней, погрузиться в песню, петь с этими чувствами - это было то, что я намеревалась сделать. Но использовать песню в качестве противовеса этой психологической атаке, которая выбивала людей из колеи, я не хотела. Но в конце концов пение стало своего рода мерой, Если бы я хотела петь так, если бы подлинность песни была утрачена, песня все еще могла бы достичь сердец других... возможно, этих мыслей не было бы там тогда.

Присцилла: "Захватили контрольные вышки и главные водные врата, а затем перечислили ряд запросов…”

Выйдя из конференц-центра, как всегда с уверенными шагами, только я неуверенно следовала сзади. Вместо того, чтобы назвать это потерей уверенности, возможно, это была потеря идентичности?

Без сомнения, я существую для того, чтобы петь, но в этих обстоятельствах я сама просила себя петь, или песня, чтобы петь, или это песня, или результат.

Хотя все три были даны мной, я не поняла ни одного из них.

Не могу понять, что это было.

Присцилла: "Третья трансляция должна состояться, прежде чем мы вернем мэрию и магическое устройство.”

Шульт: "Почему так?”

Присцилла: "Культ ведьмы нуждается в использовании магического устройства, и они пошлют третий запрос. После этого останется только наблюдать за четырьмя контрольными башнями, подальше от любой ситуации, в которой они могут потерять свое преимущество, раскрыв свое местоположение. Однако, ради того чтобы играть в их извращенную игру, есть возможность захватить магическое устройство.”

Шульт: "Мы можем этим воспользоваться?”

Присцилла: "Пока тот, кто управляет этим магическим устройством - это [Похоть], есть такое чувство... хотя она носит довольно порочную кожу, то, что лежит под ней, довольно хитро. Умный лунатик, получив такую возможность, будет выглядить именно так.”

Хотя выражение моего лица все еще было тяжелым, Шульт взял на себя инициативу задавать Присцилле вопросы. Шульт мгновенно разгадал секрет того, как не рассердить Присциллу (возможно, он даже не знал об этом!). И поскольку он был таким искренним, Присцилла серьезно отвечала на все, о чем ее спрашивали.

Поскольку это было объяснение, предназначенное для ребенка, я тоже легко его поняла.

То есть, ситуация будет развиваться так, как того пожелает Культ ведьмы?

Присцилла: "И после третьей трансляции, когда их запросы будут сделаны. Если магическое устройство работает, твоя песня присоединится к игровому полю. Если в городе начнутся беспорядки, кто знает, где соберутся вредители среди львов.”

Шульт: "Прежде чем произойдет что-то настолько сложное, есть ли шанс что госпожа Присцилла использует тот яркий меч, чтобы покончить с Культом Ведьмы?”

Присцилла: "Контрольные вышки со всех четырех сторон, стоит кому либо из них открыть хоть одни водные врата, город будет затоплен. Даже одинокая Я. Поднимать руку в контратаке неэффективно. В этом городе есть несколько других способных... они тоже попытаются вернуть магическое устройство.”

Другие способные, о которых упомянула Присцилла, были теми, кто мог встретиться с Культом Ведьмы в бою.

Насколько мне было известно, в городе действительно находятся люди, имевшие опыт борьбы с Культом Ведьмы. Действительно, [Лолимансер] Нацуки Субару и [Сереброволосая Ведьма] полуэльфийка Эмилия, которая сопровождала его!

Лилиана: "О, я поняла! Мы ждем третьею трансляцию, прежде чем идти в мэрию.”

Кулаки сжаты, дыхание непроизвольно становится диким.

Честно говоря, быть не в состоянии протестовать против этого было немного удручающе. Однако не пойти в мэрию означало бы быть неспособной обеспечить безопасность Киритаки-сану... или, скорее, даже быть уверенной в его безопасности , не принесло бы пользы битве…

Однако, хотя бы ради одного этого человека, я не могла помочь но могла петь.

Лилиана: "Значит, перед этим…”

Шульт: "Идите с Лилианой, и отправляйтесь в убежище!”

Лилиана: “Да да, возьми меня в убежище и- подожди, чтоооо!?”

Шульт ответил с бешеным энтузиазмом, что это сейчас было!?

Присцилла удовлетворенно кивнула. Увидев это, Шульт с ярко-красным лицом обрадовался, хотя было ясно что меня назвали, оставили меня одну..

Явно рядом со мной, но почему-то все еще чувствую себя одинокой.

Присцилла: "Хотя я и знаю, как твоя песня влияет на эту волну тревоги, но сначала твое настроение должно быть успокоено, прежде чем просить тебя выступить... хотя только что ты была в растерянности, у тебя прямо сейчас нет времени для таких проблем.”

Лилиана: "Но разве это имеет какое-то отношение к убежищам??”

Присцилла: "Хотя использование магического устройства, чтобы рассеять проклятие, является твоим долгом, прежде чем вернуть мэрию, это время будет чистым для тебя, и в течение этого же времени сердца простолюдинов будут отложены в сторону, в течение которого они будут колебаться с беспокойством.”

Лилиана: "А…”

Присцилла: "Прежде чем ты сможешь занять свое место перед магическим устройством, тех, кому нужна твоя песня, будет бесчисленное множество. Чтобы предотвратить это, ты должна удовлетворить их потребности.”

Предложение Присциллы, наконец, можно было легко понять.

Прежде чем дойдут мои песни, произойдет бесчисленное множество случаев, когда люди причинят друг другу боль, как это было в конференц-центре. К тому времени, возможно, доставка самой ценной спасительной благодати песни, может быть слишком запоздалой.

Конечно, не все они могли быть спасены. Но протянуть руку тем, кто мог бы быть, оказалось бы не такой уж бесполезной задачей.

Присцилла: "По моему мнению, ты обладаешь немалой смелостью на сцене. Однако это колебание сейчас опасно. Возможно, в критический момент оно покажет свое лицо. Таким образом, ты должна увеличить количество раз, которое ты испытытаешь на сцене.”

Лилиана: "Количество раз на сцене... так?”

Количество раз на сцене, было уже в количестве, которое нельзя было посчитать. Хотя выражение "мужество на сцене" никогда не употреблялось, никогда прежде сцена не вызывала чувства стыда.

На самом деле Присцилла имела в виду следующее: —

Присцилла: "Твои проблемы неизвестны. Однако нужна песня не для себя, а для других. Пойми, что твои песни предназначены для других. И таким образом, ты должна увеличить свое количество раз на сцене.”

Лилиана: “——”

Присцилла: "Быть подтолкнутой Мной до такой степени действительно высокомерно. Покайся с результатами, которые ты принесёшь."

Сказав это, как будто приняв решение, Присцилла сложила обе руки на груди, энергично выпятив ее — эти большие груди яростно подпрыгивали, ее руки двигались, чтобы положить их на талию.

Песня, что присутственно отличается от самой себя. Петь таким образом...

Шульт: "Госпожа Присцилла такая же нежная, как и ожидалось! Я все понимаю!”

Присцилла: "Слишком шумно, Шульт.”

Обмен репликами, которые не могли не показаться немного шутливыми, но с этим я решу свою проблему, начав битву гастролей по каждому убежищу, чтобы выступить.

Во-первых, жить в соответствии со словами Присциллы, во-вторых, жить в соответствии с песней и танцем барда — будущее Лилианы! ———

—.

***

***

Что ж, во время посещения убежищ с такой страстью, проверяя тех, кто поддался разочарованию и отчаянию, произошла третья трансляция…

Присцилла: "Хм... кто-то другой пришел первым. Как это раздражает.”

Присцилла-сама подняла голову и посмотрела на бледное небо, бормоча что-то себе под нос.

Что касается того, к чему были направлены эти чувства, я, конечно, тоже слышала.

Нацуки Субару провел трансляцию с помощью магического устройства.

Хотя эти слова не были неуклюжими, и их нельзя было назвать вдохновляющими, но, возможно, в сердцах людей в городе, помимо беспокойства и страха, можно было почерпнуть что-то еще.

Такая же идея, что и наше желание петь.

В данном случае, кто бы это ни сделал, все было в порядке.

Лилиана: "Даже если кто-то пришел первым, как он и сказал, в мэрии, кажется, все чисто. А пока давайте встретимся со всеми и начнем битву за возвращение города! Я! Буду петь лучше всех!”

Присцилла: "Не проявляй такого беззаботного отношения.”

Лилиана: "Нет, нет, нет, это не что-то вроде высокомерия.”

В какой-то степени это было чувство уверенности, но еще сильнее было чувство стыда.

Шанс был отнят, упущена возможность стать [певицей].

Но занять это место, иметь возможность стоять в месте, где родился [Герой], дало мне такое удовлетворение.

— Это удовлетворение, когда этот герой бездумно решил вступить в контакт с Присциллой, должно было вот так рассеяться!

Ура! Еще будет шанс спеть! Ну что ж!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 65. Сожаления Лилианы Маскарад

Перевод: imy

Редактура:Funny_R

Хей — это Лилиана выступает на сцене—!

Дада, в настоящее время мы находимся в северной части города Пристеллы! Участвуем в битве, чтобы взять одну из башен управления—!

Четыре башни управления были захваченны Культом Ведьмы! Чтобы отбить башню, самые способные в городе сделали свой ход, проведя крупномасштабную битву, которая поразила все четыре башни сразу!

Среди сил, которые ни в малейшей степени не побледнели, по какой-то причине простая симпатичная музыкантка, таккая как я, должным образом вступила в битву, как неожиданно! Однако, об отступлении даже не могло быть и речи!

Ну что ж, теперь представим сумасшедшее лицо, которое будет участвовать в этой операции вместе со мной, Лилианы Маскарадом!!

Присцилла: "От этого лица меня тошнит. Подставь свою шею Мне. Как только эта голова будет отрублена, череп прекрасно послужит подсвечником.”

Хорошо, это здесь~! Безжалостные слова и порочная тактика! Но если это было использовано, нам уже конец! Я умру, так что, пожалуйста, сжальтесь!

Свет пляшет в этих тонких красных глазах, фигура поворачивается назад, словно пламя! Даже этот трудный персонаж был похож на постоянно меняющуюся форму пламени, очевидно опасную на ощупь!

Держа Мечь Янь в одной руке, она была чемпионом нашего наступления! Присцилла Бариэль!

Присцилла пересекла зажженный водный путь сбоку, на одном дыхании размахивая ослепительным Мечом Янь! Взмах! Взмах-взмах-взмах!

Удар! Сияние! Звук! Тот, кто получил его, был сильно отброшен назад~!

А потом тот уставился на Присциллу!

???: "Аах, аах, ааааааааах! Действительно, действительно, действительно! Почему это происходит, этот, или все они, сгруппировываются и приходят вместе? Вы хотите помешать мне встретиться с этим человеком? Мучительно, мучительно, как я мучаюсь! Сердце разрывается в груди! Встряхиваются эти отчаянные чувства в сердце! Такую агонию невозможно сдержать—!”

Появился тот, кто кричал, пока слезы текли свободно, рыдающий разъяренный безумец, завернутый в бинты.

Лицо покрыто белыми бинтами, которые петляли и петляли, и петляли, и петляли, чтобы закрыть глаза. Тело полностью закрыто плащом. По правде говоря его пол был неразличим, хотя судя по голосу скорее всего женский! С этой манерой одеваться, которая выдавала личность женщины, с опасными мыслями, раскачивающими цепи, которые петляли, петляли и петляли вокруг ее рук! Был ли тот, кто, будь то я или кто-то еще, уже потерял смысл того, что она говорила,

Архиепископ греха Культа Ведьмы, олицетворяющая [Гнев] Сириус Романе-Конти! Которая только что объявила о себе!

По закрытому лицу сумасшедшей Сириус текли слезы! Эти слезы были словно в огне, позволяя языкам пламени падать во внутренний двор под башней управления! Такая связь! Это было необъяснимо!

Вдобавок к этому в водном потоке была белая рука пламени, цеплявшаяся за людьми, которые были снаружи, которым казалось это безразличием! Люди, которые должны были прятаться в убежищах на севере, большинство из них, чтобы увидеть эту битву, ушло с их пути, чтобы броситься сюда — но не совсем! Потому что сейчас все валялись на земле и кричали, рыдали! С тем же чувством, что и сумасшедшая Сириус! Это была сила [Гнева], которая распространила хаос по всему городу—!

В глазах всех, кто рыдал и кричал, не осталось и следа осознанности! О них можно сказать что они отравлены чувствами, или опьянены чувствами, или манипулируются чувствами, или мучаются чувствами как игрушки, то это было бы именно такое чувство! Это невероятно ясно как вода, кристалл, что произойдет, если они останутся одни, так что постаратся немного сильнее здесь было бы хорошо, не так ли?

Лилиана: "уи, уии... Ну же, ну же, это конечно большая сцена!”

На вершине высокой платформы. Сверху я видела то, что горело внизу, под этой сценой, и все еще рыдающую публику, и актера, который распространял пламя, словно обезумев, повышая голос, чтобы тоже выйти на сцену.

По правде говоря, из-за того, что я оставила Присциллу с очень сильным чувством, с этого момента моя грудь была бесконечно пронзена, как будто на меня напала печаль, уныние и одиночество, но не думайте, что из-за такой причины я остановлюсь, разглажу пальцы или потеряю дыхание от горящего пламени!

Если вы вынуждены чувствовать что-то вроде агонии, если песня должна быть непосредственно пережита, по крайней мере, что-то будет сделано, так что если бы свет пришел с большей длиной волны, я не была бы побеждена!

В конце концов, я познакомлю каждого из этих людей, потерявших рассудок, с тем, кто сыграл главную роль~!

Лилиана: "Подходите, подходите, те, кто далеко, прислушайтесь к звуку! Те, кто рядом, наблюдаюте за танцем! Те, кто еще дальше, я буду повышать голос, чтобы вы могли слышать! Лилиана Маскарад, здесь, чтобы петь, танцевать и выступать для вас, так что слушайте внимательно! —Приди, небо, которое превосходит рассвет!”

Вложив тонкую, но смелую силу в пальцы, игравшие на Лю-лире, открыв горло, чтобы дотянуться как можно дальше, чтобы эхо отразилось рядом, заимствуя из мира звуки и ритмы, начав играть—!

Но перед этим! Давайте возьмем только небольшой перерыв, чтобы вспомнить, как возникла эта ситуация!

***

Лилиана: "Итак, итак-итак, госпожа Присцилла! Так что, это действительно нормально?”

Присцилла: "О чем ты говоришь?”

Шаги Присциллы не замедлились ни в малейшей степени

Преследуя эту фигуру, я поспешно бросила свои слова вперед.

Ну что ж, это было очевидно. Когда стало ясно, что следующим шагом будет борьба с Архиепископом греха, единственным, кто был привлечен к делу, была я!

Разве не так? В самом начале , это было совсем не то, что я планировала.

После третьей трансляции Культа Ведьмы Нацуки Субару сделал, как бы это описать, не твердую, но оставляющую отпечатки в сердце, ну, во всяком случае, трансляцию с таким чувством. И мы перегруппировались с теми, кто был в мэрии!

Примерно тогда, услышав, что Киритака-Сан, возможно, находится в плохом состоянии, что-то похожее на беспокойство сформировалось в моем сердце, но в этот момент всплыла шокирующая реальность!

Так или иначе, Архиепископы греха, который прибыли в Пристеллу, была не только [Похоть]. Архиепископов греха, где одного было бы достаточно для катастрофы, на самом деле было четыре! А то, что четверо будут каждый занимать по башне, было уже достаточно страшно.

Кто это распространил такую новость, будто Культ Ведьмы-это группа девиантов, без командира не способных функционировать как группа. Разве это не прекрасный пример командной работы? И разве это не было результатом того, что они так поступили?

Была только единственная часть в соответствии с этим, часть, что они были девиантами. Этого не может быть — остается только страх—!

Но ведь, на нашей стороне собрались кандидаты Королевских выборов!

Хотя некоторые из этих ценных людей получили ранения в предыдущей битве, но в глазах тех, кто столкнулся с перспективой отвоевать город, не было ни тени сомнения! Независимо от того, как вы смотрели на это в данный момент, все, что оставалось, - это отправить всех этих людей, наполненных энергией.

Присцилла: "... Бояться нечего, пока Я и этот музыкант находимся здесь.”

Внезапно, в ушах у меня зазвучал реквием Киритаки-сан, и я услышала решение исходившее от Присциллы.

В самый разгар битвы с Архиепископом греха гнева, разве не туда меня привезут?

Нет-нет, не слишком ли это вынужденно, пожалуйста, передумайте — хотя я храбро спорила таким образом с холодным отношением, как будто она забыла те часы, которые мы только что провели вместе, Присцилла ударила меня провоцирующими словами.

Чтобы воспринимать слова в такой степени, как это может быть, я всего лишь женщина. Бард.

И потом, услышав, что этот [Гнев] был тем, кто послал волнение по всему городу, с этим сокращением назад не было выбора.

Первоначально Присцилла привела меня, чтобы я использовала магическое устройство в мэрии, чтобы распространить мою песню среди всех жителей города. Но так как эта цель была достигнута речью Нацуки Субару, я не вышла на сцену и осталась с чувством поражения…

Если появится еще один шанс встретиться лицом к лицу с [Гневом], это будет прекрасная возможность снова вступить в бой.

Скорее, это было возобновление войны, которая закончилась без боя, битвы и мести, о которой противник не подозревал.

Что-то вроде этого, разве это практически не заставит кого-то воспламениться.

Лилиана: "Отлично! Мисс Лилиана! На сцене по приказу госпожи Присциллы, с Лу-лирой и этим горлом, будет петь красиво!”

Тада! Покончено с изяществом.

Пока госпожа Присцилла и ее рыцарь Ал сосредоточивались на битве с [Гневом], я, стоя сзади, облекала в песню тех, кто пострадал от непостижимой силы [Гнева]. Идеальная команда!

Это было тем, что я думала. Хорошо, с этим сцена возвращается к предыдущему обмену. К Присцилле, отвечающей на мой постыдный голос: "На что ты намекаешь?"

Верно-верно, конечно так она бы и сказала.

Лилиана: "Почему вы сказали Алу вернутся в мэрию? С двумя женщинами, одна из которых - очаровательная я, а другая - прекрасная госпожа Присцилла, разве это не немного неудобно?”

Присцилла: "Это не так, с самого начала Меня одной уже было бы достаточно. В конце концов, в этом положение дел настолько не хватает персонала, что даже Я должна действовать. Когда Я была вынуждена делать случайные усилия, те из Культа Ведьмы, должно быть, полагали, что находятся на грани победы.”

Лилиана:"...? Я действительно не понимаю, что ты говооооооо—! Госпожа Присцилла потрясающая!”

Получив только косой взгляд от Присциллы, место, на которое она посмотрела, обожгло болью! Оптическая иллюзия? Это была оптическая иллюзия!? Было ли это от того, что я была слишком близка и чувствовала жгучую страсть Присциллы, и мое тело, таким образом, было обусловлено ею!?

Присцилла: "Все должно быть так, как ты слышала: пока сигнал посылается на контрольную башню, культист наверняка примет пустую базу за цель и будет действовать. И когда это произойдет, те, кто останется там, будут свободны, чтобы играть с ними. Хотя тот купец, кажется, понял это.”

Лилиана: "Ах, так вы говорили с Анастасией перед уходом.”

Присцилла: "Хотя кажется, что вариант взять только магическое устройство и спрятаться в убежище с другими не боевыми людьми рассматривался... поскольку Культ Ведьмы идет в любом случае, выбор приветствовать их битвой был бы положительно удовлетворительным. Тот, кто вернется, вероятно, будет [Похотью], но если это Ал, он может что-то сделать.”

Лилиана: "Ах, так вот как это... кажется Алу действительно можно доверять ииииик!”

Услышав слова Присциллы, после кивка пыталась уследить за другим взглядом, который был дан!

Но тогда я не сделала ничего плохого! Потому что что-то вроде того, чтобы оставить союзника в месте, где враг попытается прорваться, это было определенно то, что нельзя было сделать без доверия.

Присцилла: "Не говори небрежно о доверии и уверености. Хотя Я не станету отрицать, что меня поддерживают Ал и Шульт. Хотя этот человек действительно играет роль дурака, на самом деле он полезный человек. Хотя он является картой, нарисованной для его внешней особенности, размещение его рядом со Мной не служит препятствием.”

С насмешливым звуком Присцилла заговорила так тихо, как будто ей было скучно.

По правде говоря, такие слова не должны были быть обращены к самому главному рыцарю, и в конце концов степень теплоты в оценке доверенного партнера была равна нулю, почему это было так.

Эти слова явно содержали только поверхностный смысл и чувства, но по какой причине это чувствовалось как будто этого было достаточно.

Лилиана: "Потому что оценки для других ниже предела низкого уровня, поэтому те, кто оценивается как нормальные, чувствуют, что их оценивают хорошо, Проблема распределения...?”

Присцилла: "Тебе нет необходимости понимать мои манеры. Что касается исключительно результатов, то все в порядке. И Я не ожидаю, что ты поймешь это. То, что Я ожидаю от тебя, - это только то, что Я признаю.”

Лилиана: "Ч.. что-то, что во мне можно считать полезным с точки зрения признания?”

Присцилла: "Можно сказать, что это полезно до такой степени, что имеет ценность быть приведенной рядом со мной. Ты не обязана отвечать на мои ожидания.”

Ухи, просто быть рассматриваемой как таковой делает эту обязанность действительно тяжелой!

Или, Ну, во всяком случае, если оставить это в стороне, я кое-что заметила.

Только что на собрании в Мэрии, Присцилла действительно обращалась ко мне "ты там, ты там, ты там" (кисама), что привело к тому, что внезапно возникло ощущение отдаленности, но теперь ее обращение снова изменилось на " ты " (соната). Может ли это быть...?

Лилиана: “Особую сторону ты показываешь только тем, кого ты считаешь дружелюбными, проосто шучу... ухиии!

Я схватилась за голову, прячась от обжигающего взгляда Присциллы. Хуу, я научилась этому за последние несколько часов. Как бы это сказать, что это была Присцилла или что-то вроде атмосферы? Такие тонкие изменения в Присцилле, все это было остро уловлено моими чувствительными ушами, кожей и так далее…

Лилиана: "Хмм? Ожидаемый резкий упрек не прозвучал? Как это возможно, чтобы ожидание этой Лилианы сбылось…”

Присцилла: "Несмотря на то, что вы все еще находитесь в середине этой маленькой пьесы, интерес к вашему фарсу простирается только до сюда.”

Лилиана: "Ах, опять ты меня называешь меня на вы…”

Неужели расстояние снова было создано с помощью этого? Поскольку у меня были такие слегка подавленные чувства, я подняла голову, чтобы понять. А, понятно, сейчас не время шутить со мной.

В какой-то момент мы достигли нашего пункта назначения - башня управления. Ну, тогда эта башня управления, которая стала проблемой, имела некоторый небольшие различия с тем, что я знала—.

Лилиана: "Ты знала об этом, Присцилла? Согласно моим знаниям об Пристелле, башня управления не должна быть чем-то таким, что могло бы случайно покрыться пламенем.”

Присцилла: "Конечно. Несмотря на то, что это украшение одобряю Я, дизайн этого безнадежного спектакля выходит за рамки грубости. Это жгучее обжигание действительно подняло бы духов, но удовольствие нельзя получить, полагаясь на глупость.”

Хотя Присцилла являла собой образец хладнокровия, я не могла относиться к этому так холодно.

Северная башня управления, эта крепкая башня, окруженная различными водными путями, вся конструкция была в этот момент охвачена пламенем. Поскольку башня была построена из камня, этот материал не должен был так легко воспламеняться. А, кажется, вот-вот произойдет вспышка.

Лилиана: "Вспышка. [Запеченая каменная башня и запеченый ямс]. Хотите послушать?"

Присцилла: "Если ты хочешь, чтобы в этом мире остались только твои следы, то непременно пой. Если есть один промах, то это станет реальностью. Посредственность, банальность, обыденность, если на мою славу полагаются, то относись к ней с должным вниманием, группа дураков ничего не может сделать. Не жди от Меня такого милосердия, чтобы я обращалась с глупцами, которые причиняют себе вред, с милосердием.”

Внезапно показала выражение суровости! Было ли это признаком того, что Присцилла начала готовиться к битве?

Это верно, это правильно. Наблюдая за горящей башней управления, давление росло по мере ее роста. И тогда, приветствуя наса двоих. Тот, кто приветствовала нас, был уродиной, которая стоял перед башней, охваченной пламенем, с распростертыми руками! При этом не было никакой возможности заполучить не того человека.

Сириус: "Прошу прощения, но не могли бы вы потрудиться сделать шаг вперед? Спасибо.”

Первая фраза забинтованной уродины прозвучала неожиданно спокойно, как будто она была очень внимательна к нам.

Это в сочетании с руками, которые были разведены с самого начала, и манерой склонять голову почему-то создавало довольно милый вид. Может быть, из-за контраста с этой внешностью? Возможно, это было вызвано этим чувством.

Сириус: "Хотя это, возможно, немного чересчур для ориентира, но поскольку функции города были остановлены сегодня вечером, кажется, что здесь не хватает света, не так ли? Заблудиться в темноте или соскользнуть в воду, потеряв равновесие, было бы довольно опасно, и поэтому я попыталась разжечь костер для света.”

Как будто считая это отличной идеей, забинтованная уродина.Нет-нет, это было грубо. Остановимся на Бинт-сама Бинт-сама сообщила нам о причине этого пожара.

Ммм, так вот оно что. С чувством прикосновения ничего нельзя было поделать. Город, известный как Город Водных Врат Пристелла, несомненно, был заполнен водными путями. А напоминание о необходимости соблюдать осторожность при ночных экспедициях было обычным делом. Особенно когда уезжаешь куда-нибудь в глухой переулок. Главные дороги по этой причине ночных путешествий держались с резервным освещением, но даже так водные пути содержали высокую степень опасности.

Хуу, Бинт-сама из другого места действительно могла распознать и принять во внимание что-то подобное о Пристелле, это привело к некоторому затяжному чувству счастья.

Ах, нет, это вовсе не значит, что Пристелла для меня какой-то родной город, но стоять в качестве представителя Пристеллы и чувствовать благодарность было бы довольно странно.

Эх, поскольку я видела, как Киритака-Сан делает много вещей, связанных с операциями города, видя, что усилия кого-то, с кем вы знакомы, окупаются, ни в малейшей степени не разочаровывало. Мхм.

Сириус: "Но, все в этом городе довольно удивительны. Хотя это, возможно, звучит как произвольное мнение, но реакция на возникшую чрезвычайную ситуацию была действительно превосходной. Взрослые помогают детям, мужчины помогают женщинам, мужья помогают женам, старшие братья помогают младшим сестрам, старшие сестры помогают младшим братьям, даже незнакомые люди помогают тем, кто слабее их. Этот дух взаимопомощи глубоко укоренился в наших костях. Увидев эти фигуры, спешащие в укрытия, я не могла не почувствовать, что зрелище взаимной поддержки действительно превосходно.”

Лязг-лязг. При ближайшем рассмотрении это были звуки, издаваемые цепями, обернутыми вокруг двух рук Бинт-самы. По словам Субару, это, похоже, оружие Бинт-Самы, но посмотрите, глядя на неё так, разве это не модно?

Слишком большое пальто, которое Бинт-Сама носила на своем теле... подумайте об этом как о преднамеренном чувстве одежды, и это было неплохо... Ммм, совсем неплохо!

Тон Бинт-самы был очень вежливым, но этот голос был немного, что ли, смущающим? Как бы высоко это ни было, чувствовася тонкий фальши, та, кто зарабатывает на жизнь голосами, не могла не заметить.

Глядя на это целостно, чтож, разве нельзя сказать, что разговор больше не имел необходимости!

Лилиана: "Это облегчает, госпожа Присцилла! Кажется, что это противник, с которым можно общаться гладко. Что касается ситуации, если все пойдет плохо, Присцилле будет труднее ааааа, мои глаза ааааа!?”

Мои глаза горели! Ааааа, огонь вспыхнул в моих глазах!

Мои глаза, мои глаза растают! Растают и станут неспособными видеть прекрасные виды этого мира!

Лилиана: "Ах, черт возьми... если бы я знала, что это произойдет, я бы выжгла взгляд этих красавиц в мэрии полностью в моих глазах...!”

Присцилла: "Дура. Подними голову. Не становись так небрежно поглощенна и не приводи Меня к разочарованию.”

Услышав теплый голос Присциллы, который вовсе не был теплым, я напряглась, моргнула и подняла голову. Ах, чудесно, глаза все еще были целы. Я все еще могла видеть мир, могла видеть все это. Я видела красную Присциллу и белую Бинт-саму.

Действительно, теперь Присцилла, придала свое обычное суровое выражению лица Бинт-саае. Та мягкими движениями наклонила голову в сторону.

Да ладно, в данном случае Присцилла была абсолютно неправа.

Лилиана: "Присцилла, ты не можешь....ты не можешь так относиться ко всем, независимо от того, кто это, так, как будто они были плохо воспитанной собакой. Так что из-за моей плоской груди и лица... я веду переговоры…”

Ээээ, ну почему это было так. По какой-то причине слезы были на грани срыва.

Но это было нормально. Если я использую это отношение столкновения с реальностью моей плоской груди, становясь мостом, который связывал души Присциллы и Бинт-самы, эти слезы будут проглочены!

Лилиана: “Подойди, от имени моей плоской груди, протяни руки...!”

Сириус: "Действительно, это что-то прекрасное. Я согласна с теплотой этой Мисс. Люди и другие люди способны взаимно общаться, взаимно понимать, взаимно переживать. Тепло лица с теплом, доброта с добротой, любовь с любовью! Делая именно это, вы обретете счастье.”

Лилиана: "Ииии! Я тоже об этом подумала! В самом деле, это на самом деле любовь, не так ли? Присцилла, это любовь! Хотя я не могу отрицать, что идти вместе с этим было связано с влиянием, но идти по течению имеет свой собственный аромат! Эй, это Город Водных Врат, город, наполненный текущими водными путями! Эй, эй!”

Присцилла: “——”

Речь Бинт-самы слово за словом трогали мон сердце. Уву, он пронзит дух, пронзит его—...

Видя, что Бинт-сама и я разделяем одни и те же мысли, упрямая решимость Присциллы соответственно распалась, открыв нам... напряженное выражение лица?

Присцилла: "Чтобы достичь такой степени, я должна признать, что это была недооценка. Другого выхода нет.”

Лилиана: "Хах—? Присцилла, почему у тебя такое выражение лица…”

Присцилла, которая положила руку на лоб, словно размышляя, вздохнула. Эта вздыхающая фигура могла бы составить прекрасный портрет, но она тут же встала передо мной, как будто что-то сообразив.

Так как мой рост можно было считать довольно миниатюрным, то после того, как Присцилла, носившая высокие каблуки, встала передо мной, я могла только смотреть на нее снизу вверх. Раздражает, откуда такая внезапная близость.

Лилиана: "Присциллаааа, фуууу.”

Присцилла: “——”

Почувствовав, как грудь Присциллы смещается вперед, ее белые пальцы крепко обхватили мою шею и подбородок. Затем лицо Присциллы, приблизившееся ко мне, встретилось со мной. Вернее, губы встретились с моими губами эээээ—!?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Лилиана: "ННН—! Ннннннн—! Нннммммнннн—!”

Пощечина, удары, с ярко-красным лицом я сопротивлялась изо всех сил. Но приближающаяся сила была ошеломляющей, а прижимающиеся губы были слишком мягкими.!

Ах, хаэ, подождите секунду, с губ Присциллы текло что-то обжигающе похотливое, ахи, хиии, аху.

Лилиана: "... Хааах.”

Жар, беспрерывно струящийся наружу, привел к головокружению, как только я заметила, что уже рухнула на землю в изнеможении. Присцилла даже не взглянула на меня ни на секунду, так как она своим малиновым языком пробежала по губам.

Присцилла: "Ну, этого должно быть достаточно.”

Вот так, вот так, вот так, провоцирует-провоцирует-провоцирует-провоцирует!

Я с силой потерла влажные веки, прикладывая силу к талии, которая была лишена всякой силы, чтобы встать. Действительно, Присцилла только что, ааааа, я бы выразила бунтом!

Лилиана: "П.. Присцилла-сама, только что, что это было!? Пожалуйста, пожалуйста, возьми на себя ответственность. Если вы меня заставили пойти на такое, то теперь я не могу выйти замуж—!”

Присцилла: "Позволяя ртам соприкасаться, Я не допускала и этого. Хотя использование первого раза в качестве оправдания - это твоя прерогатива, но разве не благодаря этому ты смогла восстановить свое чувство разума?”

Лилиана: "А? Ссылаешься на восстановление?”

После того, как она растоптала чистоту другого, Присцилла действительно все еще носила нераскаявшееся выражение лица. Неужели она думает, что делать что-то с бардом-это нормально? хнык, хнык.

Присцилла: "Как плохо себя вела. Ну, подними голову, посмотрит на этого человека.”

Лилиана: "хныкхныкхнык-, э?”

Со слабостью женщины, которая повинуется этим словам, я подняла голову и увидела в их первоначальных положениях Присциллу и Бинт-саму, нет, хах, Бинт-сама?

Нет-нет-нет, как такое возможно? Почему я не почувствовала никакого дискомфорта, так любезно назвав этого человека Бинт-самой? Необъяснимо, совершенно необъяснимо!

Сириус: "Обе женщины, и все же они... хотя, есть те, кто в этой форме. Хотя форма любви каждого человека различна, даже если они принимают разные направления, они все равно будут любить одинаково. Это на самом деле лучше выражает красоту людей любящих людей…”

Присцилла: "—Прекрати этот нелепый фарс. Как неприлично.”

Присцилла и я наблюдали за этой забинтованной архиеписькой, которая прижимала руки к лицу, когда она бубнила, но эти слова быстро заставили меня почувствовать недовольство.

До сих пор казалось, что можно доверять без всяких условий, но эти слова, это отношение, эта манера, когда ты стала способна нормально принимать условия, навязанные Гневом, вдруг все изменилось.

Нет, поджигать башню из-за темноты, чтобы она служила светом, не может быть, считать эти слегка красные темные и грязные цепи модными было совершенно ошибочно, и в конце концов оценка тех, кто находился в убежищах, действительно вызывала отвращение! Как вы думаете, кто это сделал??

Присцилла: "Хотя в этом мире крайняя любовь и рассеянная поверхностность в стороне от тех, кто погружен в удовольствие, многочисленны, но даже среди них твой эгоцентризм является крайним. Называть тебя клоуном не соответствует твоей подавляющей отталкивающей силе, называть тебя дураком дает тебе слишком много власти... ценность в твоем продолжающемся выживании невозможно найти.”

Сириус: "о боже, о боже, о боже, неужели это так? Спасибо за ваше внимание, прошу прощения. С благодарностью, извиняюсь. Мои слова кажутся вам трудными для общения... но, это действительно происходит.”

Присцилла: "О, довольно разумно. готовься поспешить и предоставь свою шею"

Сириус: "Конечно, конечно. Чтобы исчерпать речь ради взаимопонимания, это тоже важная церемония в отношениях между людьми. Точно так же вскоре после этого сердца смягчатся и сольются в одно. Таким образом, любовь станет единым целым, и будет упорно трудиться. Любовь возвышенна, все это время меня учили так, и все это время я жила так!”

Лилиана: "Уваааа! Хотя осознание было немного запоздалым, я только что поняла, но впервый раз я разделила поцелуй с кем-то другим!”

Присцилла: "Только существование этой горящей башни, чтобы приветствовать Меня, заслуживает похвалы.”

Ух ты! Хотя для меня это было немного Эх, но теперь диалог не был установлен ни в малейшей степени!

Взывая к Гневу, которая все это время чувствовала себя неспособным прислушаться к голосу разума, Присцилле, которая шагнула вперед, чтобы сделать свой собственный путь, и мне, которая была дезориентирован от нападения на мои губы! Эй, разве я не была совершенно лишней?

Присцилла: "Где ты нужна, так это после этого. Рот ко рту был именно по этой причине.”

Лилиана: "Пожалуйста, перестань напоминать мне об этом! Кроме того, пожалуйста, постарайся не смотреть в эту сторону. Такое чувство, что когда Присцилла смотрит на меня, у меня в груди все переворачивается.…”

Присцилла: "То, что результат оказался слишком эффективным, тоже можно считать проблемой. Моя красота действительно как грех.”

Рядом со мной, которая пыталась вытерпеть удары, Присцилла вздохнула, как будто ее одолевали какие-то тревоги. Этот образ был прекрасен до боли ... ээээээх, сейчас не время говорить такие вещи. Присцилла с самого начала была полна упорства, но противостоящая Гнев не показывала никаких признаков отступления, и таким образом битва была неизбежна! А если я останусь здесь, то стану обузой!

Лилиана: "Н...не лучше ли мне немного отступить?”

Присцилла: "Ну что ж.”

Эй, зачем ты с кем-то связываешься до такой степени?

А потом, как только я подумала, это случилось. Мой острый и зоркий слух улавливал звуки. Это были шаги. Без сомнения, это были шаги. И не только без сомнения, эти шаги были не только одной парой, их было много... нет, они выходили за пределы многих, чтобы быть чрезмерными!

Присцилла: "Так вот оно что, собрать всех людей поблизости и собрать их здесь.”

Сириус: "Все эти люди находятся в согласии с моей любовью. Хотя иногда встречаются такие упрямые люди, как вы, но, как говорится [Как только дождевая вода попадает в водный путь, все различия исчезают]. Если бы ваши сердца были преданы, перспективы тоже изменились бы?”

Если бы что — то вроде дождевой воды было бы смешано, неожиданно возникло бы загрязнение - хотя пословица означала что-то вроде этого, сейчас было не время для такого праздного досуга!

Горящая башня управления! Окруженная со всех сторон водными путями! Мы во дворе напротив башни управления! И огромная толпа, глядящая на нас с другой стороны водного пути!

Она действительно была очень большой. Конечно, не такой, как в конференц-центре, где было сто или двести человек! Это была тысяча, а может быть, и больше? Действительно, нас окружало так много людей, и хотя говорить это очень невежливо, они смотрели на нас ужасными взглядами!

Можно ли сказать, что это было состояние, когда душа полностью охвачена [Гневом], которое описывал Субару??

Присцилла: "Прежде всего следует отметить, что у тебя только что было такое же выражение лица, как и у тех, кто был там.”

Лилиана: "Увееех, правда!? Какой ужас! Ах! Но в таком случае, если бы Присцилла поцеловала каждого из них, каждый пришел бы в себя, не так ли?? Если не позаботиться о губах Присциллы, они распухнут...ааааа!.”

Присцилла: "Кто будет давать милостыню, не заботясь о том, кто получает. Ты бы хотела, чтобы тебя сожгли, начиная с твоего тыла?"

Такой поворот событий привел к поджогу с тыла! Неправильный ответ означал бы смерть! Это состояние было до смешного несимпатичным для кого-то вроде меня, кто часто говорил, не думая!

Присцилла: "В любом случае, это твоя роль. За что, по-твоему Я привела тебя сюда? Отказаться от своих обязанностей и просить помощи у меня - значит устыдиться.”

Лилиана: "Нет но, это...я понимаю причину, но—”

Что с этим количеством людей, потерявших чувствительность, без достаточной подготовки песня не может быть спета. И если представление состоится до нее, то вероятно, Гнев, попытается положить этому конец.

Присцилла: "Таким образом, я сама выйду на сцену.”

Когда я, извиваясь, отступила, Присцилла заговорила, как будто демонстрируя отвращение.

Нет, хотя я признаю, что Присцилла-сама была невероятна, против такой толпы... ха, подождите, до сих пор мне была невыносима идея [Присцилла невероятна!], но была ли Присцилла действительно такой невероятной?

Хотя я и видела, как она ладонью отшвырнула довольно крепкого молодого человека, но кроме этого не было никаких воспоминаний о подобных подвигах! Эээ, на этой ноте, даже если [Гнев] был единственным противником, действительно ли следование было правильным решением?

Сириус: "Очевидно, что отношения между вами близки к тому, чтобы разделить поцелуй, и нужно приложить усилия, чтобы достичь взаимопонимания, чтобы достичь большей близости. Пока желания становятся единым целым, мысли могут соединяться. Точно так же, как те, кто окружает этот двор, как и большинство, становятся единым целым!”

Когда Гнев сделала шаг назад, то же самое сделали и все окружающие во дворе. Поведение, которое тысяча человек повторяли без малейшего намека на беспорядок, можно было описать только как громкое.

Это была сила, которая заставляла дрожать двор, качалась поверхность воды, казалось, что уже зажженная башня накренилась... хотя, была ли это любовь или нет, можно было поспорить, но это, несомненно, была угроза!

Если бы это большое сборище приблизилось, чтобы попытаться захватить нас как единое целое—

Сириус: "Подойди, ты тоже будешь окутан любовью, испытаешь экстаз единения—!”

Э, гья! Как только это было сказано, это действительно произошло! Все кончено!

Тысяча против двух - это была разница в численности, которую даже настоящий герой не смог бы не оценить!

Со звуком, похожим на яростный рев, толпа, как один, ринулась вперед. Не обращая внимания ни на что, как на водный путь, как на Орду трупов, они пришли за нашими девственными телами—!

Ува! Мама, папа, Киритака-Сан, прошу прощения! Места, кроме губ Лилианы, тоже будут лишены девственности!

Лилиана: "Если бы я знала, что это случится тогда безудержно с Киритакой-Сан…”

Присцилла: "Пессимистично ли вы, или эта оптимистичная толпа. Каждый из вас, кого вы считаете себя самим собой?”

Лилиана: "А?”

Прежде чем я отчаялась, Присцилла зашевелилась. Прежде чем это было замечено, в руке Присциллы появился алый клинок — меч Янь. То, что уже было достаточно ярким, когда его видели днем в конференц-центре, в это ночное время, когда Солнце погасло, излучало вызывающую дрожь красоту.

Как будто он оживил солнце, которое должно было упасть ...

Присцилла: "Дрожать от моего клинка - это правильно. Это пламя истока, пламя, которое впервые осветило трон императора — хотя я верю, что это алое сияние - то же самое, что и то, что вы узнаете.”

“——”

Присцилла, торжественно диктуя это, взлетела вверх, держа в руках меч Янь.

Это было действие, которое можно было описать только как бегство. Хотя чисто появляясь, как будто только легкий прыжок, но с такой ловкостью, как будто становясь ветром. Казалось, приближаясь к краю водного пути перед толпой, которая дико рванулась вперед, Присцилла направила острие меча Янь на поверхность воды.

И следовало сразу же после этого..

“——!?”

Перед моими глазами выросла стена багрового цвета - нет, это было пламя, стена пламени.

Восходящее пламя пересекло барьер багрового цвета, казавшегося даже белым. Как бы отвергая всякое описание "колеблющегося", скорбный свет рассеивался, свидетельствуя об ужасе этой жары.

Обжигающим был водный путь, даже сама вода...

Вода, которая должна была быть эффективна против огня...

Вода, которая была естественным противником огня — это было зрелище, которое перевернуло такие естественные представления.

Огненый Меч Янь Присциллы могло зажечь даже воду.

И вдобавок - все то, что окружало водные пути вокруг двора!

Сириус: "Это...”

Перед взором, который принадлежал не этому миру, даже Гнев потеряла дар речи

Это нельзя было описать словами вроде тлеющего пламени, которое только существовало. Останавливая шаги толпы, пытающейся пересечь водный путь, пригвоздив их к месту.

Это было само собой разумеющимся. Хотя мотыльки, толпящиеся вокруг огня, были повелением природы, люди обладали мудростью и инстинктом, но все же были способны сопротивляться этому.

Присцилла: "Даже если только по форме, ваше использование любви в качестве оправдания для того, чтобы называть это не доминированием, стало критической слабостью. Если это сила, которую может преодолеть даже повиновение инстинкту, то нечто такого уровня никогда не сможет остановить человека на его пути.”

Вновь приняв стойку с Мечом Янь, Присцилла высмеяла молчаливую Сириус, таким образом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мои руки невольно увлажнились от пота, взгляд скользнул по сцене. Мысль о том, действительно ли Присцилла была настолько невероятной, что не покидала ее до сих пор, была полностью отброшена прочь.

Присцилла невероятна! Присцилла могущественна!

Присцилла: "В конце концов, такие слова, как "любовь становится единым целым", - это просто поверхностность. Мое несравненное "Я" находится на самом пике, и поэтому, сколько бы вы ни боролись с простолюдинами, вы никогда не сможете стать единым целым со Мной.”

ВАА, Присцилла потрясающая! Хотя она была потрясающей, но разве эта ситуация не была странной?

Присцилла: "Даже если вы способны приблизиться ко Мне, догнать меня абсолютно невозможно. Любовь, о которой вы говорите, уже побеждена, не так ли? И поэтому говорить о том, чтобы стать единым, - это не что иное, как дикие слова.”

Лилиана: "Хм, Присцилла, самое время…”

Присцилла: "Даже в качестве заблуждения стать таковым слишком ошибочно. Родится чем-то иным и желание стать им - это отрицание самого себя. Почему то, чего вам самому не хватает, имеет какую-то ценность в непосредственной близости? Ошибочна вся предпосылка, и действовать на основании этой неправильности - значит существовать в общности. - Что-то такое вульгарное.”

Лилиана: "Уваааа! Почему такое абсолютное неприятие??”

Что-то вроде этого! Очевидно, из-за прилива крови к голове! Ясно!

Хотя даже если бы кровь Присциллы бросилась ей в голову, возможно, все еще был некоторый запас движения, но для кого-то незначительного, как я, предпочтительнее было бы, чтобы ваше почтенное я воздержалось от этого и покончило с этим как можно скорее!

Возможно, она видела это, потому что [Гнев], встретившая слова Присциллы, молча склонила голову и погрузилась в молчание. Ну, если бы его встретили с таким количеством высокомерных слов, любой бы пришел в ярость. Потому что говорить в ответ казалось, что это вызовет множество слов в ответ, так что даже разъяренное молчание будет сохранено.

Можно сказать, что это было совершенно неудобно, так что если бы Присцилла могла просто победить [гнев] и назвать это победой, это было бы облегчением.

Присцилла: "Дура. Это означало бы, что все, кроме Меня, будут разделены пополам, не так ли? Хотя вид города, окрашенного в красный цвет кровью, был бы привлекательным, но нет никакой необходимости делать это в моей стране. Ну, тогда эта возможность должна быть сначала отложена, и ты также должна выполнить свое предназначение.”

Ах, да, так оно и было. В конце концов, мой долг был именно в этом.

Получить влияние [Гнева] означало бы разделить боль и даже раны, нанесенные этому человеку. Именно для избавления от такого состояния и требовалась моя песня.

Лилиана: "Увидев настоящую сцену, я на самом деле очень расстроилась, так что кто знает, сработает ли моя песня на самом деле!”

Присцилла: "Если ты не хочешь, твоя голова и головы этой толпы могут свободно упасть рядом с головой этого существа. Если этой сцены лучше избежать, непременно вложи свое сердце в песню.”

Я продолжала сжимать лю-лиру, отпрянув назад теперь, когда на меня свалилась такая огромная ответственность.

Горящий водный путь удерживал толпу, но толпа оставалась заложниками, и способ освободить их был моей песней! Присцилла-сама была обязана—?

Лилиана: "Итак, это значит, что пока я не использую свою песню, чтобы поколебать очарованную толпу, долг Присциллы состоит в том, чтобы уберечь меня от смерти, разве это не так??”

Присцилла: "Если ты умрешь, что ж, все, что нам остается, - это как можно скорее отрубить им головы. Лучше всего думать об этом, как о том, что вся их жизнь обернута вокруг твоего горла.”

Лилиана: "Укя—..”

Присцилла: "Такое медленное понимание. А теперь ... мм.”

После того, как я закрыла свое лицо резким криком, выражение лица Присциллы изменилось. Присцилла посмотрела на [Гнева], которая до сих пор хранила свое молчание, нахмурив брови.

С тревожным предчувствием, я украдкой взглянула в ту сторону сквозь щели между пальцами.

Сириус: "— Как, забавно.”

Лилиана: "А?”

Сириус: "Как забавно, такая радость. Пожалуй, это следует назвать восторгом. Нет, пожалуй, невозможно назвать это восходящее чувство в моем сердце.”

Сказав это тихим голосом, томно [Гнев] подняла лицо. На этом лице, скрытом бинтами, метались взад и вперед страстные, полные решимости глаза.

Глядя на Присциллу, на стену пламени, на меня, подожди, пожалуйста, не смотри на меня.

Сириус: "Прошу прощения, я была рассеяна на мгновение. Тем не менее, спасибо. Я проснулась. Вот такие слова, как желание без усилий достичь понимания, были слишком эгоистичны.”

Это был смех.

Рот монстра раскрылся горизонтально, обнажив улыбку, показавшую белые зубы, монстр рассмеялся.

Интимно, как будто приветствуя друга или семью, быть отвергнутым как таковой и даже так!

Сириус: "Пожалуйста, позвольте мне еще раз представиться. Я - Архиепископ греха Культа Ведьы, представляющий Гнев, Сириус Романе-Конти. Я очень надеюсь, что мои дела будут приняты близко к сердцу.”

Она поклонилась, вежливо поздоровавшись.

А потом Гнев - чудовище Сириус расстегнула цепи на ее руке. Вращающиеся запястья, развязывание оков, удлинение досягаемости цепи, цепи вращаются, рассекая воздух, звук слой за слоем металла становится самой злобой, рассекая атмосферу.

И все же на лице монстра играла улыбка.

Сириус: "Это [Испытание]! Воистину, это без сомнения [Испытание]! Для этого города, в котором мой муж был встречен еще раз, чтобы встретиться с ним еще раз, чтобы выразить любовь в словах, [Испытание] нисходящее на меня! Свидетельство моей любви, которой суждено было еще раз встретиться с этим человеком! Ты - такое [Испытание], которое стоит на моем пути!!”

Звенящим голосом, с размахом влюбленной девушки, чудовище беспрестанно размахивало цепями, сокращая расстояние до этого места на одном дыхании. О нет, просто быть причесанной означало бы для меня смерть.

Присцилла: "После усмирения толпы противником этого существа буду Я. Не делай лишних движений.”

Лилиана: "Увех? Присцилла!?”

Присцилла: "Ты должна подготовить свою песню. — Если тень упадет на Меч Янь, я сама, несмотря ни на что, отсеку голову этой мерзости. Прежде чем это случится, потом.”

Даже то, что вы даете произвольный предел это—!

Словно не слыша моих слов, Присцилла и чудовище Сириус обменялись первыми ударами, начиная свою битву!

Прислушиваясь к яростному столкновению цепи и меча, я думала, что должна хоть что-то сделать.

Вместо того чтобы называть это чувством ответственности, скорее побуждаемая каким-то неясным чувством, я побежала к стене пламени на водном пути. Безнадежно.

Беги быстрее! Черт возьми, разве это не было неспособностью думать о чем-то!

Лилиана: "А пока, пожалуйста, послушайте меня. —Хошин из Пустоши хууух горячо!?”

Приблизившись к границе водного пути, я приготовилась увлечь тех, кто был в пределах слышимости, в водоворот песни, но сразу же после приближения мое лицо было уничтожено пламенем!

Не может быть! Действительно не могу! Несмотря на то, что Присцилла изо всех сил пыталась создать видимость представления, стена пламени была слишком горячей! Очень горячо! Горячее, чем обычно!

Но, не приблизившись до такой степени, по правде говоря, никто не смог бы увидеть!

Лилиана: "Ууууууууу, горячо-горячо—.. Мои руки будут обожжены! Если мое горло или легкие обожжены, это будет проигранная битва ... подожди, а?”

Облизываясь язычком пламени, проклиная свою поспешность за лицо, которое, должно быть, было опалено безвозвратно, я обнаружила, что руки, которые должны были быть поглощены пламенем, не пострадали... или, вернее, даже деревянная Лю-лира не была уничтожена пламенем, что ли?

Лилиана: "это не обычный огонь...?”

Нет-нет, с самого начала было очевидно, что это не обычный огонь, но этот, похоже, не зажигался? Хотя от палящего жара он не будет гореть?

В таком случае тогда через него можно было бы переправиться в мгновение ока, не так ли? Черт возьми, что это было! Это была блефующая имитация пожара, предназначенная для того, чтобы отпугнуть людей!?

Следование за ним было действительно провалом решения!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 66. Сцена Лилианы Маскарад

Перевод: Kirahegao

Лилиана: "Аа! Какой кошмар! Этот огонь слишком горячий! Слишком-слишком горячий! В семь раз жарче обычного огня! Умереть от него это семикратная агония!"

Белая стена пламени была воздвигнута перед моими глазами! Поскольку это было пламя, которое не сжигает то, к чему прикасается, и, кажется, исключительно чудесным, необъяснимым образом издаёт волны ощутимого тепла, тот факт, что люди способны терпеть боль, означает, что эту преграду все таки возможно преодолеть.

Таким образом, для того, чтобы скрыть правду от всех, кто был слишком напуган, чтобы броситься вперед, я притворилась, что пострадала от пламени, что означало, что я предупредила всех вокруг насколько опасно это пламя!

Ну, даже при том, что психическое состояние каждого из них лишало их восприятия действительности, казалось, инстинкты не лишили их понимания, того что пламя опасно для жизни. Так что мой отчаянный поступок, возможно, не принес большой пользы, но даже так, я не соглашусь с тем, что лучше было так не делать.

Лилиана: "Хотя для Присциллы-сама было легко сказать, пой и танцуй, чтобы поднять людям дух...."

Честно говоря, поднять настроение, вернуть расположение духа, ля-ля! Такие намерения, полностью препятствуют и противоречат самим принципам песни.

Когда пение искреннее, сами небеса благоволят, чтобы что-то воздушное осталось в сердцах слушающих. И почувствовать что-то в этом намерении Небес, и получить похвалу за такое пение это настоящее счастье!

Если исходить из желания получить похвалу, оно проникнет в песню. Песня с таким желанием в своей сути, это не то, чего я хотела.

Нельзя было с самого начала считать, что этот план не имеет шансов на успех!

Лилиана: "Окунувшись в воспоминания, я могу сказать, что, хотя года прошли мимолетно, все равно я прочувствовала эти полные суеты дни. Отец-сама и мать-сама, хотя я была поглощена чувством обиды, когда в тринадцать лет после провозглашения независимости меня бросили в жестокий мир, но теперь у меня осталась лишь благодарность за то, что я родилась такой милахой. Несмотря на то, что я всё это время была совершенно невоспитанной дочерью, благодарность и гнев, которые я испытывала по отношению к вам двоим, моим достопочтенным родителям, были чем-то неотъемлемым во всех моих начинаниях... Уху! Aaaaa, жаркоежаркоежаркое, нескончаемое лето!"

Говоря о благодарности родителям и о различных других капризах, я чувствовала, как будто те, кто стоял на противоположной стороне стены пламени, вот-вот подойдут и снова ощутят нестерпимый жар. Очень надеюсь, что вы отреагируете соответствующим образом, вы, кучка неспособных понимать, что происходит!

Но теперь неважно, насколько действенным будет мое выступление, рано или поздно его ждет крах. И тогда, если неискренность будет разоблачена, ничто не остановит крайние меры госпожи Присциллы.

И вот! Всё кончено!

Сириус: "О, Боже, вы можете уделить хотя бы немного времени, на то, чтобы подумать и наконец понять? Что у ребенка, на которого вы рассчитываете, выражение лица, такое, как будто все обречено. Я могу с ясностью чувствовать скорбь и усталость, которые подавляют дух этой девочки. Все эти бесмысленные старания, равзе это не вызывает жалость?"

Присцилла: "Нет, ни капли."

Не обращая внимания на меня, схватившуюся за голову и отсчитывающую секунды до конца, в центре двора, окруженного горящими водными путями, и велся диалог между госпожой Присциллой и этой уродиной Сириус.

При этом диалог полностью состоял из того, что Присцилла-сама просто игнорировала сказанные непоколебимомым тоном слова Сириус! Не говоря о манере речи Сириус, ее фигуру, которая вращает цепи обеими руками, ни на миг нельзя назвать непоколебимой.

Воздух рассекается, атмосфера накаляется, извиваясь металлические цепи свободно находят свой путь в воздухе! Вздрагивая, горцуя вперед-назад, слева направо, цепь ударила в сторону Присциллы-самы, как будто металлическая змея!

Растягиваясь и сокращаясь, цепь издавала пронзительный звук. Цепь настолько заполонила пространство, что я подумала, что госпожу Присциллу окружила железная клетка, которая стала ее тюрьмой.

Каменные ступени, в которые попадали удары цепи, взрывались и осыпались, показывая насколько сильны эти удары. При прямом контакте с кожей результат выглядел бы очень неприятно, как будто нанесенный клыками и языком змеи! Если бы получателем был кто-то вроде Присциллы-самы, чья кожа бела и нежна, то сказать, что это самая мучительная пытка, не было бы приувеличением!

Но госпожа Присцилла, на самом деле, яростно противостоит этой металлической цепи...!

Присцилла: "Буйный и в то же время безвкусный шум, бездумное расплескивающее силы во все стороны, постоянно находящееся в напряжении, примитивное оружие, в котором невозможно почувствовать даже намека на элегантность, поверхностные и в то же время непристойные и пустые разговоры... как же повезло, что я хорошо сконцентрирована, чтобы сдержать свой гнев, поэтому мое превосходство может проявить милосердие. От этой профанации у меня остался лишь восторг".

Лилиана: "Присцилла-сама потрясающа!!”

Присцилла-сама все еще носила выражение, которое выражало апатию, размахивая клинком Янь, она приветствовала цепь, которая атаковала со всех сторон. Не говоря о атаках, приходящих спереди, сбоку, сверху, снизу, как вообще может быть отражена атака со спины?

Кроме того, всякий раз, когда клинок Янь отбивал цепь, место соприкосновения была выжжена белым, возможно та сила была уникальна для клинка Янь. Огневой мощь клинка казалась не незначительной, и все же цепь сгорала и становилась постепенно короче и короче! Если так продолжится, цепь, несомненно потеряет свою массу!

Лилиана: “Хехеее—! Присцилла-сама, пожалуйста, избавьтесь от этой цепи!..”

Присцилла: "А об этом... смотри на это как на искренние чувства, которые забыли закрыть глаза . Хотя понять что-то подобное, для простака, по-видимому, затруднительно, но это, безусловно, поприятнее, чем скучная теория, которая постоянно меняется в угоду вашим желаниям. Но хотя бы одного человека в этом мире, который поймет, было бы достаточно.”

Лилиана: "Эх!? Только что это была похвала для меня, настоящая похвала!? Было бы очень неплохо, если это похвала! Знаете, я вот-вот почувствую себя счастливой!! Потрясающе, действительно потрясающе. Ура!”

Даже если бы мне сказали, что это была не похвала, я уже чувствовала себя счастливой, так что было слишком поздно!

Приняв мою поддержку, Присцилла-сама также подняла свою голову выше. Она продолжала наступать,непрерывно сжигая цепь. Ее потрясающий дух, казалось, подавил даже уродца-архиепископа, и теперь лишь осталось подождать! Картошка уже в духовке!

Лилиана: "Нет, подождите секунду, Присцилла не может справиться с этим таким простым способом! Если это будет сделано так, то с той же легкостью мы тоже будем убиты, эээээээ!?”

Присцилла: "Ммм, это действительно так. Слишком весело время было проведено.”

Это было опасно! Если бы я сейчас не остановила ее, этот человек был бы так просто убит! Ошеломленная Сириус воспользовалась шансом и увеличила дистанцию между ними.

Возможно, лучше было бы сказать, что хотя с Присциллой сложно иметь дело, но противник , к счастью*, не кто иной, как архиепископ греха. Может быть, следует спросить, могут ли люди так двигаться или нет?

Сириус: "Столько усилий на болтовню, очевидно, и все же госпожа так упорно отказывается открыть свою душу, это действительно редкость. По какой причине вы так тщательно прячете свою душу?”

Увеличив дистанцию на некоторое расстояние, Сириус бросила взгляд на свои руки, когда она произнесла эти слова. Цепь уже совсем укоротилась, но, когда уродина заговорила, она раскрутила намотанную на запястья цепь, чтобы восстановить ее длину. Казалось, что множество цепей крепко намотано на ее руки, и неизвестно, перекрывают ли они кровообращение.

Сириус: "Каждое сердце, независимо от того, чье оно, имеет свое место в мире. Жить-значит чувствовать, но независимо от того, что это за чувства, это то, что есть у каждого человека... даже, скажем, чувство, которое вы стойко несли в себе все это время, когда оно открыто другим, его смогут понять.”

Присцилла: “——”

Сириус: "У тебя тоже есть душа, которая может страдать, чувства, которые мешают, хотя непоколебимо скрывать слабости от других-это условие, чтобы быть сильным... но это не просто цель, к которой нужно стремиться в одиночестве. То, что один человек может достичь в своем одиночестве, имеет предел. После того, как вы становитесь одним целым с другими людьми, происходят события, которые, когда ты один, с тобой никогда не произойдут. Чтобы люди могли помочь тебе это осуществить, необходимо взаимопонимание, необходимо делиться своими чувствами.”

Сириус покачивала своим телом, говоря это молчаливой Присцилле-сама.

Этот голос был воплощал желание проникнуть прямо в душу. Он был близкий, как плоть и кость. Эта манера была нежной, растворяющий чужую бдительность. Содержание этих слов как будто соблазняло.

Будто сладкий яд, они заставили меня таять, сделали меня вялой, мои конечности даже онемели.

Сириус: "Не могли бы вы позволить мне помочь вам достичь взаимопонимания с другими? Воистину, ваша любовь так глубока и вы полны любви к миру. Желание стать любимой. Я могу это понять. И надеюсь, что другие, смогут прийти к пониманию этого. Чтобы не проводить каждую ночь в одиночестве.”

Присцилла: "Поистине стыдно полагаться только наваждения и догадки и болтать без умолку. Если ты не сомневашься в своих словах, то ты именно та, кого называют сумасшедшим.”

Сириус: "О боже, большое спасибо. Это титул, соизмеримый с титулом моего мужа. Преступник, который ни в малейшей степени не может понять, насколько выдающимся является этот человек, по отношению к этому человеку выплевывает дикие слова восхищения, зависти, ревности.”

Присцилла: "Это не стоит упоминания. То, что принадлежит мне принадлежит мне. Повествовательная манера твоего монолога-это дикие слова. Таким людям, как ты, даже малейшая часть моей загадки не может быть раскрыта.”

Присцилла-сама с уверенностью и полной ясностью отвергла ее высказанное до этого сладкое соблазнительное предложение. Впрочем, в плане самоуверенности Сириус не проигрывала. Она наклонила голову, словно ожидая отказа Присциллы-сама,

Сириус: "Сказать про малую часть, это воплощение упрямства... не так ли? В таком случае, как прозвучит такое? «Ирис и король шипов».”

Присцилла: “——”

Сириус: "или, может быть, «рыцарь розы Тьероса»? «Гильотина Маглица».”

Я не понимала значения слов Сириуса. То же самое можно сказать про ее намерения.

Однако эти слова вызвали немедленный эффект.

Присцилла: "... лучше сдохнуть.”

Когда мне показалось, что я услышала эти тихо произнесенные слова, фигура Присциллы-сама исчезла из виду.

Когда я выразила свое замешательство, расстояние, которое когда-то существовало между Присциллой-сама и Сириус, исчезло. Присцилла-сама взмахнула клинком Янь сверху наискось, безжалостно следуя по дуге к шее Сириус. В одно мгновение все замедлилось до такой степени, что это вызвало у меня недоверие к своим чувствам, и даже я смогла увидеть путь, по которому шел клинок Присциллы-сама.

Клинок уже коснулся шеи Сириус

Если это случится, моя шея и шеи всех, кто находится поблизости, также разрежет.

Может быть, именно потому, что я это понимала, все происходило так медленно? Скажем,если надвигается угрожающая жизни опасность, человек интенсивно сфокусируется и замедлит свое восприятие мира.

Хотя, даже с этим, когда небесные весы моей собственной жизни были наклонены кем-то другим, что я и многие люди вокруг меня могли бы сделать с этим?

Малиновое сияние клинка Янь, точно так же, впечатляюще рассекло пространство—

Лилиана: "-Э?”

Из-за того, что я не могла понять открывшееся передо мной зрелище, я не могла не издать звук, как ошеломленный дурак.

Голова того, кто издал этот звук, все еще крепко держалась на своем маленьком теле.

Это было само собой разумеющимся. Моя голова не была отрезана. Ни моя собственная, ни шея Сириус.

Вместо этого тело Присциллы-сама, которая должна была броситься на Сириус, с силой отбросило назад.

Металлические цепи выдержали, Сириус поприветствовала Присциллу ударом цепей, изза которого ту отбросило назад.

Лилиана: "Присцилла-сама!?”

Я закричала в ее сторону, очевидно, она отпрыгнула не по своей воле.

Если бы Присцилла-сама была убита, это была бы непоправимая трагедия — я едва ли могла даже думать о таком варианте, крича только потому, что возникло ощущение опасности. И все же, Присцилла-сама внезапно развернулась назад, прокрутившись вокруг лезвия Янь, которое она вонзила в булыжник.

Присцилла: "Прекратите шуметь, настоящий урон еще впереди.”

Отвечая таким образом на мой вопль, Присцилла-сама звучно приземлилась. Однако сразу же после этого ожерелье Присциллы-сама начало меняться. Первоначально это было ожерелье с тремя зелеными камнями, но один из них превратился в пепел.

Почти так же, как если бы он занял место Присциллы-сама в нападении, которое было только что.

Присцилла: "Чтобы возместить стоимость моего ожерелья, знаете ли, придется заплатить довольно большую сумму.”

Сириус: "Вот оно как. Нанесенные вам раны переносятся на то, что ценно для вас. Это действительно что-то под стать гордости ... Нетнетнет, это невозможно, это невозможно.”

Присцилла: "Преднамеренно унизительное предположение, злонамеренное до крайности, преступление невероятной степени смехотворности, оно не может быть искуплено даже десятью тысячами смертей. Для твоей смерти лучше всего подходит палящий жар, который горит и никогда не угасает.”

В сравнении с Сириус, чье поведение оставалось тем же, что и раньше, Присцилла-сама светилась гневом. Вместо того, чтобы сказать, что лезвие Янь в ее руке сияло сильнее и сильнее, следует сказать, что увеличивался жар. Царственный наряд Присциллы-сама мне показался даже колышущимся под этим палящим, как будто солнечным, светом.

Хотя, глядя на это, действительно не было никакого способа думать, что Присцилла-сама может стоять в невыгодном положении... но было также и то, что непонятно происходило только что.

Сириус своими необъяснимыми словами, казалось, хотел подразнить Присциллу-саму.

Хотя Присцилла-сама, казалось, бросилась вперед, словно поддавшись на эту провокацию, поскольку это движение было настолько предсказуемым, —но это было не так.

Скорее, это было мнение стороннего наблюдателя, как я. Для меня движения Присциллы-сама казались быстрыми до такой степени, что она исчезала из виду, но, возможно, для Сириус это было не так. Хотя эту возможность нельзя было отрицать, но должно было быть, это все же было не так.

Потому что, когда лезвие Янь ударило, движения Присциллы-сама прекратились.

Хотя такими словами можно было объяснить происходящее, но это было что-то на другом уровне, она вовсе замерла как статуя .

Застыть в такой неестественной позе, я не предполагала, что это желание Присциллы-сама, как и то, что люди могут сознательно поступать подобным образом. В таком случае эта остановка должна была быть связана с какой-то непонятной способностью, но что это могло быть?

Сириус: "Пожалуйста, не сердись так. Кажется, что вы постоянно в гневе на что-то , такое поведение приводит к истощению, и только иссушит душу. Что-либо подобное гневу, это способ выкопать себе могилу, его следует больше всего избегать в этом мире... исходя из этого чувства, которые должны постоянно бурлить в сердце, это экстаз и радость.”

Лилиана: "Кх, пусть ты и придерживаешься такой философии, все те люди снаружи не выглядят очень счастливым, разве не так?”

Сириус: "Хм?”

Ха!? Только что, неужели мой голос был услышан!?

Уродливая Сириус смотрела прямо на меня, ее глаза были видны сквозь дыру в бинтах, плотно обмотанных вокруг ее тела. Ух ты, кажется я навлекла на себя катастрофу!

Сириус: "Действительно, в сердце каждого из них царит беспокойство и скорбь. Хотя в этом есть что-то трагическое, это всего лишь результат переполнения человеческих сердец нежностью и состраданием.”

Лилиана: "Что ты вообще говоришь?”

Сириус: "Оказавшись в моей сфере влияния, люди становятся способными открывать свои сердца друг другу и резонировать. Таким образом, чувства, которые не могут быть выражены словами, могут выйти на свет. Быть человеком - значит уметь сопереживать, это драгоценное состояние, из которого могут возникнуть чувства. Если вы испытываете нежную любовь к другим, когда вы лицезреете чужую печаль, в вашем собственном сердце также расцветет печаль. И скорбь также прорастет в сердцах тех, кто станет свидетелем скорби. Когда цикл повторится, капли печали станут прудом, озером, рекой.”

Она начала говорить что-то отвратительное.

Это означало, что чем больше людей соберется, тем более катастрофические результаты принесет пребывание рядом с ней.

Нечто, что может вселить злость, распространить страдания всем в городе... и это не ограничивается на создании беспорядков.

Этот человек называл это связью сердца.

Присцилла: "Если это кажется трагедией, во что бы то ни стало возьмите на себя инициативу в спасении всех. Ничего не делать, только вздыхать - знаете ли, это всего лишь раздражающий шум, свойственный простолюдинам.”

Сириус: "Мм, я могу понять эти слова. Я беспомощна, я всего лишь жертва несправедливой атаки. Однако у меня есть средство спасти всех тех, кто охвачен скорбью!”

Сириус хлопнула ладонями с таким видом, будто готова была заявить: "замечательная идея!’.

Хотя было сомнительно, что ее представления о хорошей идее могут изменить ситуацию к лучшему, но ни я, ни Присцилла-сама не заговорили. Не знаю насчет Присциллы-сама, но в моем сердце кипела ярость.

Чувство, которое невозможно было описать словами, бурлило в моей груди, мое сердце будто охватило пламя.

Сириус: "Средство спасения всех тех, кто охвачен скорбью ... это использовать радость, использовать радость, чтобы смести эту скорбь. То есть, раз мне суждено стать проводником такого спасения, я должна обрести счастье!”

“——”

Сириус: "Боже мой. В этом городе находится мой муж, с которым я уже довольно давно рассталась. Подтвердить эту любовь с моим мужем, с этим человеком, вернуть ее. Счастливая супружеская пара-это символ счастья. Если мое сердце наполнится до краев такой радостью, то все, кто плачет, будут спасены. Взаимно наслаждаясь счастьем, сердца каждого будут спасены—”

Пока Сириус произносила свою речь, Присцилла-сама сохраняла совершенно незаинтересованное выражение лица, я бросала на нее быстрые взгляды, а мой разум был занят множеством вещей.

Я осознала, что это был тот самый раз, когда я не могу убежать от реальности, притвориться, что я не понимаю, что это не имеет ко мне отношения. Или, скорее, это можно было сказать, я все понимала. Досконально и полностью поняла, что я должна сделать все, чтобы эта страшная Сириус Романи-Конти была побеждена.

“——”

Я подняла голову и посмотрела на окружающий водные пути, охваченные пламенем.

По другую сторону белой стены пламени виднелись фигуры людей, которые стояли на месте, не имея возможности пересечь водный путь. Все они были поглощены чувствами, потеряли осознание происходящего.

Я будто слышала голоса мертвецов.

Из-за моего особого слуха, который, является моей специальностью как барда, мне казалось, что эти голоса эхом отзываются без остановки в моей голове.

— Так страшно, так печально, спаси меня, как больно, почему, почему, не надо.

Тревога накатывала, как вихрь, вопли тянулись, как будто целую вечность, я слышала эти голоса.

Это и есть та самая эмпатия? То самое становление единым целым? Столь ужасным образом проявляло себя это так называемое объединение чувств.

Лилиана: "Должна освободить…”

Стать единым, и стать одинаковыми - это не одно и тоже.

Мужчины, женщины, взрослые, дети, младенцы, старики, люди, зверолюди-все они были совершенно разными.

Усилить их чувства, ввергнуть в беспорядок и назвать это "так все поймут друг друга и станут единым целым" — это, конечно, не шутки.

Это совсем не шутки!

Присцилла: "Тебе не нужно быть счастливой. Заткни свой маленький умный рот, пока можешь, и умри в одиночестве.”

Сириус: "Не ... не используй свое одиночество, отделенность от других, чтобы утешить себя. Если ты та, кто не может понимает счастье, то взглянуть на мое счастье и дать ему шанс не так уж плохо, не так ли? Или, может быть, если вы поймете радость соединения с тем, кто в вашем сердце, тогда вы придете к пониманию радости быть невестой, разве нет?”

Присцилла: "К сожалению, мое превосходство уже семь раз шла под венец. И каждый из них не приближал меня к чему-то вроде счастья. Не применяйте свои ничтожные стандарты ко мне, это тошнотворно.”

Сириус: "Семь раз ... хи-хи…”

Присцилла-сама восприняла слова Сириуса как насмешку и махнула клинок Янь сверху. Однако Сириус тоже начала свою яростную атаку стальными цепями. Искры вспыхнули и рассыпались, разорванная цепь отлетела в сторону, и фигуры этих двоих были смещены с центра двора столкновением.

Цепь рассекло надвое. Белое, неугасающее пламя. Неспособные ничего сказать, люди, которые вопили в агонии.

Внутри меня все это медленно собралось воедино. Может ли это быть осуществлено?

Если мое предположение верно, то в этом случае она не должна быть недостижимой.

Сириус: "Несмотря на то, что я явно потратила так много времени на это только ради того, чтобы добраться до сердца этого одного человека... у тебя было семь шансов, и ты потратила всех их впустую.”

Присцилла: "Не перекладывай вину за собственное отсутствие привлекательности на меня. В этой ситуации даже тот жалкий человек, о котором вы говорите, отказался бы встретиться с вами—”

Сириус: "Я тесно связана с этим человеком, и наша любовь... !”

Это была ярость, вызываюшая приступ ужаса.

Сразу же после этого, разделив двор пополам, появилась красная огненная змея! В то мгновение, когда Присцилла-сама блокировала цепи, бьющие из рук Сириуса, пламя последовало за цепями, и бушующее пламя поглотило тело Присциллы-сама.

Огненная змея раскрыла свою пасть, поглощая тонкое тело Присциллы-сама головой вперед. Не имея средств противостоять этой огненной атаке, Присцилла-сама была проглочена и выброшена за пределы двора, теперь уже охваченного пламенем. Как раз в тот момент, когда она должна была упасть, она внезапно развернула себя касанием меча о землю так, что смогла удачно приземлиться. И все же, после погружения в пламя тело Присциллы-сама осталось — совершенно невредимым.

Со звуком драгоценный камень ожерелья снова разлетелся вдребезги. Две застежки ожерелья расстегнулись одновременно, оно упало на землю с оглушительным шумом.

Сириус: "Я разделяю с этим человеком глубокие чувства! Этот справедливый и искренний человек просто ничего не может поделать с тем, что он еще не закончил то, что начал! Неверно истолковывать искренность этого человека как чистую любовь-это просто неприлично! ААА! Ааааааа! Как это раздражает!”

Присцилла-сама снова выжила, теперь уже ценой ожерелья, но ее поведение по отношению к Сириус полностью изменилось. Уродка открыла рот, как будто обнажая клыки, не останавливая поток своих отвратительных слов, она яростно выплескивала свой гнев. Ее руки подняли вихрь красного пламени.

Сириус: "Почему ты так бесцеремонно терзаешь мое сердце? Это насилие над моим сердцем, еще один способ показать, что гнев - это моя страсть! Дрожь сменится жаром, сжигающим тех, кто грешен! Это то, что ты хочешь и для себя, ты, показушная одинокая девка ааааааа!”

Присцилла: "Эти слова, этот рот, эти глаза, такая фальшивка…”

Кипящая архиепископ Гнева воспламеняла себя, вихрь пламени поднимался над Сириус, которая медленно поднимала свои руки. То, пламя исходило из ее рук в форме двух тонких змей-близнецов. И когда эти руки скрестились, близнецы слились в одну крупную змею.

Она махнула рукой вертикально вниз, и огромная огненная змея бросилась на Присциллу-сама. Вместо того чтобы уклониться, Присцилла-сама встала в стойку, чтобы встретить атаку.

Клинок Ян летел сверху вниз, острие вонзилось в голову гигантской змеи.

Это не был звук встречи меча и цепи, змея промахнулась мимо своей цели, так как была отклонена в бок от своего изначального пути!

Тем не менее, Присцилла-сама была отправлена в полет от удара и не смогла продолжить атаку!

После того, как Сириус вызвала змею в припадке гнева, баланс нападения и защиты в их битве резко изменился.

Присцилла-сама была вынуждена защищаться, и металлическая цепь и пламя преследовали ее отступающую фигуру.

Почему это было так? Хотя с первого взгляда было ясно, что способности Сириус нельзя недооценивать, но анализ боя не показал бы, что Присцилла-сама находится в невыгодном положении. Она сказала, что клинок Ян быстро поглощает ману, не это ли так затрудняло ее бой?

А может быть, это просто предположение.

Не то чтобы Присцилла-сама не могла напасть—

Лилиана: "Это я!”

Быстрая кончина, не только для меня, но и для всех, кто находится поблизости.

Чтобы избежать такого результата, битва велась, чтобы выиграть время!?

Постойте, как это могло случиться, что высокомерная Присцилла-сама, которая считает значимой только себя, делает что-то подобное!?

“Ты должна подготовить свою песню. - Стоит тени упасть на меч Янь, мое превосходство во что бы то ни стало отрубит голову этой мерзости. Прежде чем это случится.”

В это время что-то дрогнуло в моей голове!

Присцилла-сама сказала мне об этом прямо перед тем, как развернулась битва.

Прежде чем лезвие Ян достигнет своего предела, я должна была подготовить песню. И она добавила, что если это время приблизится, она безжалостно отрубит голову Сириус, а вместе с ней и всем остальным.

То что она просто оттягивает этот момент— в этом было что-то большее, чем я первоначально думала.

В таком случае, Присцилла-сама действительно ждет. Действительно ждет, когда я приготовлю песню.

По крайней мере, чтобы взять на себя ответственность за все, что было до этих слов.

Лилиана: "Ла-ла-ла! Мммм! Мммммм!”

Как же раздражает! Этот человек чертовски надоедлив! Если есть чувства, просто признайся в них уже! Этот человек, безусловно, испытывает ко мне чувства. Нет, мне уже сказали, что я нравлюсь, это определенно было сказано раньше. Ааа, как больно, к черту это, это было ужасно, неужели не было другого способа ...

Лилиана: "Присцилла-сама—..”

Если ситуация была такой, как я подозревала, то, чтобы сражаться в невыгодном положении, она должна была понимала, о чем я думаю прямо сейчас.

Я указала на каменную башню, которая была зажжена пламенем Сириуса.

Присцилла-сама повернула голову на звук моего голоса и посмотрела туда, куда я указывал.—

“Хо-хо”

У нее было ужасающее выражение лица, ужасающий взгляд, но это выражение лица внушало чувство надежности, она рассмеялась.

Настолько злое выражение лица, что трудно было понять, кто же здесь архиепископ!

Сириус: "Не уводи от меня взгляд—..!”

Присцилла: "С таким противником, как ты, посмотреть в сторону это не ошибка. Не читай лекций, что мне делать.”

Присцилла-сама отскочила назад, одновременно отбивая мечом приближающуюся цепь. Ее тело набирало скорость быстрее, чем о прыжок может позволить. Она приземлилась возле горящей башни.

Присцилла-сама смотрела на горящую башню, направляя острие клинка Янь к ее основанию,

Присцилла: "Такое неприглядное пламя. А это по-настоящему красивые огни, такие ослепительные.”

Эстетические различия в огнях пламени были непостижимы для такого обывателя, как я.

Хотя это и было непостижимо, даже посторонний глаз мог ясно разглядеть, что теперь контрольную башню окружало совершенно иное пламя!

Белые языки пламени, колыхающиеся там, были того же типа, что окружали водные пути.

Даже несмотря на то, что змеи, исходящие из цепей Сириус, также ярко горели алым и обжигали ошеломляющим жаром, в пламени, испускаемым клинком Ян, было что-то священное, создававшее впечатление неприкосновенности.

Присцилла: "Сцена подготовлена. - Убедитесь, что вы сделаете все возможное.”

Лилиана: "Отлично, отлично! Поняла!”

Окружив горящую контрольную башню еще одним слоем пламени, Присцилла-сама произнесла эту одну фразу. - Я ответила с пылкой уверенностью, бросаясь к контрольной башне.

С таким видом, как будто все происходящее ее оскорбило, Сириус, бросив взгляд на эту сцену, протянула обе руки в нашу сторону!

Сириус: "Какого черта ты делаешь с пламенем, которое я зажгла как символ моей любви к этому человеку!”

Лилиана: "Поджог целого здания, чтобы пофлиртовать, я думаю, что вам лучше не говорить такие нелепые диковинные вещи!”

Я сказала это сказала это сказала это сказал это! Хехе!

Летя к моей спине, пока я говорила во время бега, я почувствовала, что цепь страшной Сириус приближся! Горящие цепи! Жара, Жара, жара!

В тот момент, когда я была атакована, еще до того, как зажглось пламя, я знала, что моя голова может разлететься в разные стороны, но, не обращая внимания на то, что было позади, я бежала! И причина в том, что!

Присцилла: "Что бы этот человек ни придумал, это ситуация, в которой мое превосходство не будет сдерживаться до самого конца.”

Лилиана: “Еееееее!”

Заняв мое место, с которого я убежала, Присцилла-сама приземлилась там, где должна была ударить цепь. Лезвие Ян скользнуло вниз, отклоняя весь язык пламени.

Услышав прерывистые звуки столкновения Присциллы-сама и этой уродины, я наконец добралась до места назначения-горящей каменной башни.

Лилиана: “Фууух, фууух…”

Хотя пройденное расстояние было не слишком большим, дышать стало трудно, и мое тело почувствовало усталость! Честно говоря, сейчас не было бы ничего лучше, чем глоток ледяной воды перед тем, как рухнуть на кровать. Хотя это было что-то не предназначенное для странствующего барда, но после того, как я так долго провела в тепличном окружении, ничто кроме мягкой кровати не сработает!

Лилиана: "Аааа, правда... разве это все не вина Киритаки-сана и всех остальных—”

Позволяя мне жить в этом городе, предлагая мне свое теплое гостеприимство. Будь то Чешуя Белого Дракона или жители города, все они выражали свою любовь, и такие, как Киритака-сан, с таким энтузиазмом, что я даже была ошеломлена, это их вина! Моя вина в том, что я осталась в этом городе, что я утеряла привычку не оставаться на одном месте!

Ну тогда просто нужно немного дополнительных усилий-вспомни былую безжалостную решимость своей талии и ног!

Лилиана: "Ну что ж, ииииии!”

Это боевое крещение, стиснув зубы, крепко держа в руках свою Лю-лиру, я бросилась к пылающей башне! Так жарко, так жарко, так жарко, так чертовски жарко ...

Предвкушение жгучей боли резко пронзило меня.

Тем не менее, несмотря на то, что они испытывали ошеломляющую волну жара, ни кожа, ни волосы, ни Лю-Лира не были сожжены пламенем. Хотя жар пламени был отчетливо ощутим, ничего не загорелось.

Как и в случае с пламенем над водными путями, здесь был болезненный, но несжигающий жар. И таким образом я распознала это пламя как поддельное клинка Янь.

Однако все было по-другому. Действительно, по-другому.

Клинок Ян, которым владела Присцилла-сама, действительно прожег металлические цепи. Меч явно использует то же самое пламя, но сжигает только то, что было выбрано.

Пламя Присциллы-сама могло выбирать, что сжечь. Естественно это также означало, что оно могло выбирать, что не сжигать.

Лилиана: "Оооо-! .. ”

Ну что ж! Белое пламя, обволакивающее эту контрольную башню, определенно не сожжет меня!

Даже если оно было настолько горячим, что должно было бы аннигилировать, настолько мучительным, что казалось смертельным, боль, которая заставила бы любого, кто испытывал ее, хотеть упасть и корчиться от боли на земле, оно не сжигало, не ранило, не было смертельным!

Глазные яблоки таяли, язык увядал, волосы горели, кожа гноилась, Лу-лира превращалась в уголь, кости трещали, плоть горела, сознание превращалось в ничто-все это было иллюзией—..

Не горячо, так горячо, так горячо, так горячо, не горячо, не горячо, так горячо, в некоторые моменты было так горячо что не было понятно, что это жар. Пусть это закончится я хочу умереть, я не хочу умирать, так горячо, не горячо, горячогорячо, даже если это было так горячо ...

Бегом вверх по лестнице контрольной башни, первый этаж, второй этаж, сколько же там этажей!? Где же крыша!? Огонь выполз наружу и протянул свою руку, глядя налево и направо, но видя только белый огонь, такгорячогорячо, как может быть такая агония, такая горячо, жар за пределами возможного, я ...

“——!”

Мне хотелось завыть от жара, прямо сейчас хотелось кричать до тех пор, пока мое горло не разорвется.

Ни в коем случае. Если бы этой агонии был дан голос, она осквернила бы мое горло. Моя голос совершенно не может быть так утерян. И эти пальцы тоже. Желая вонзить в себя ногти, хочется выразить свое страдание каким бы то ни было способом. Но нет, абсолютно нет, если эти пальцы будут утеряны, они не смогут играть мелодию.

Ни лаза, ни кожа, ни волосы, нет, если они расплавятся, это конец.

Но ни это горло, ни эти пальцы, ни эти уши, нельзя их потерять, потому что все они были необходимы для того, что будет дальше.

С силой взбежав по ступенькам, пинком распахнув невероятно тяжелую дверь, я увидела ночное небо — ветер бешено завывал, жар продолжал струиться из-под моих ног, стены больше не загораживали вид, и я бросилась к самой высокой точке, чтобы взглянуть вниз.

Ветер то поднимался, то опускался, а внизу виднелись красная фигура и белая фигура, размахивающие опасными предметами, белое пламя, окруженное вопящей толпой.

Мне было так жарко, так жарко, мне казалось, что я вот-вот умру.

Сейчас жар еще не совсем спал, подошвы моих ног все еще горели, и белое пламя, колышущееся на ветру, все еще медленно усиливалось, печаль внезапно поднялась в моем сердце, и наворачивались слезы ...

Лилиана: "Ииии, отлично, такое выступление выдается раз жизни!”

Достигнув места, к которому я стремилась даже сквозь жар и агонию, вызывавшие желание умереть, отсюда все было видно, отовсюду доносились звуки.

Даже чувствуя себя опустошенной до смерти, перед смертью мне еще оставалось кое-что сделать, и так...

Лилиана: "Давайте же, собирайтесь вокруг, даже если ты далеко обязательно прислушайся! Все, кто рядом, убедитесь, что вы смотрите танец! Для всех, кто еще дальше, я буду еще громче, так что просто слушайте!! Лилиана Маскарад, здесь, чтобы петь танцевать выступать для вас! Так что слушайте внимательно! - Небо, рожденное лучами рассвета!!”

- Просто соберите все эти горящие чувства и высвободите их!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 67. Лилиана Маскарад

Перевод: Kirahegao

Оказалось, что Лилиана не помнит слов, которые хотела спеть.

Семья Лилианы, начиная со времен ее матери, бабушки, прабабушки и даже раньше, была семьей, которая все это время не оседала на одном месте, путешествовала по миру.

Лишая нормальной жизни, профессия барда, конечно, истощает. Никогда не оставаться на одном месте, вместе с ветрами, следуя прихотями людских сердец, непрерывно путешествовать только на своих двух.

Среди бардов, казалось, многие из них собирались вместе, выступали вместе. Однако Лилиана не особенно любила природу подобного объединения людей. Хотя она не испытывает отвращения к общению с другими, ее интересы были иными. У нее было совсем другое восприятие музыки.

Как и ее мать, и ее бабушка, и остальные женщины в ее роду, Лилиана одна отправилась в странствие. Однако даже среди них, очень разных личностей, нельзя было отрицать, что она пришла к независимости довольно рано. Ей было тринадцать, когда она покинула родительское гнездо.

- Эй, соплячка! Как у тебя могли возникнуть такие мысли! Жизни в согласии с родителями тебе не достаточно?”

Хотя и не по пустяковому поводу, в результате ссоры она сбежала ничего не сказав. Начиная с десяти лет, Лилиана всегда хотела жить самостоятельно. Это были слишком легкомысленные мысли дочери, слишком глубоко погруженной в погоню за своей мечтой, ее родители, особенно мать, насильно удерживали ее.

Примерно в возрасте десяти лет характер юной Лилианы были уже немного более зрелым, чем у других девочек ее возраста. Это было более или менее результатом стихов ее матери, выступлений ее отца и глубокого влияния других ее родственников.

Персонажи, появлявшиеся в музыке, которую пела ее мать, были очень энергичны. Наблюдая за их приключениями, борьбой, сражениями, романами, интригами, для Лилианы всегда было невыносимо, что ее ноги не могут идти вперед.

- Люди, о которых она узнала из ее песен, явно могли свободно выбирать свой образ жизни.

Для десятилетней Лилианы герои, которые появлялись в песнях, были друзьями. Идя по той же тропинке, любуясь теми же самыми видами, находясь под тем же самым небом, которое они видели над собой, она также хотела насладиться красотой жизни.

Цепляясь за это чувство, она смогла прожить эти 3 года.

Целеустремленность Лилианы происходила из ее страсти и желания взаимодействовать с другими, у отца она украла умение играть на Лю-лире, а у матери украла звуки той песни и нескольких знаменитых песен.

Накануне того дня, когда ей исполнилось тринадцать, мать вручила ей традиционно передаваемую по наследству Лю-лиру, и после грандиозного ссоры с родителями и детей она убежала от родителей, уехав одна из дома.

Хахахаха! Поживем-увидим, старушка! Я буду правителем бардов!…

Полностью избежав преследования своих родителей, она, оставшись одна, дала клятву ночному небу.

С этого момента началось грандиозное приключение Лилианы Маскарад.

С тех пор как ей исполнилось десять лет, ее родители осуждали безрассудство Лилианы.

Жаловалась, что ее навыки еще не созрели, что она относится к тому, что не учит мелодии, как к шутке, иногда отказываясь от еды после этого.

“Хахаха! Такая маленькая девочка, как ты, которая думает, что может жить самостоятельно, десять лет это маловато! Такое высокомерное дитя, отдайте ей самой расделать мясо кроликов, попавших в ловушку!”

“О боже, бедняжка! Каким недоваренным кажется сегодня мясо, все же его ешь? Ты не была бы такой жалкой если бы слушала своих родителей!”

К лучшему это или к худшему, но родители также гонятся за своими мечтами.

Для такой пары, как они, побег их единственной дочери, должен был быть очень печален, сколько бы ругани ему не предшествовало.

- Будет оставаться больше еды! Отныне я буду есть три раза в день!”

“Если не будет Лилианы, мы просто заведем еще одного ребенка!”

Конечно, ссоры было не избежать. Конечно, все это было больно.

Этот спор был последним подарком, который она получила от них.

Если мечты Лилианы будут разрушены, вернуться к родителям - это не то, что она захочет сделать.

Они говорили эти слова, чтобы отрезать Лилиане путь к отступлению

Ослабеть изза мысли о пути к отступлению, найти отговорку - такова человеческая природа. Пока есть куда бежать от сложного решения, человек не решится.

Особенно странствующий бард, у которого нету собственного дома.

Семья и родной город, как правило, понятия, которые идут рука об руку. Зависимость от семьи подсознательно подавляет человека. Самое большое препятствие на пути к независимости это решиться разорвать эту зависимость.

Благодаря ее юношескому безрассудству и проницательной манипуляции, которую совершили родители, она преодолела это препятствие.

Лилиана, прихлебывая мутную воду, жуя корни травы, подавленная голодом и слабостью, думала о возвращении ... именно когда она думала о нем, она поняла, что они сделали.

Если бы ее решимость рухнула тогда, возможно, она бросила бы свою Лю-лиру. Она почувствовала благодарность родителям. Расстаться было лучшим выходом.

- Эээ!?”

Много лет спустя, столкнувшись с ними в другом городе, им еще предстояло уладить свои разногласия.

Вдобавок ко всему, на руках у родителей был незнакомый младенец.

Сначала Лилиана решила, что это ее младшая сестра, но вместо того, чтобы поговорить с родителями, она просто выпятила грудь, выпрямила спину и ушла тем же путем, каким пришла.

Годы спустя, если бы у нее были достижения, более достойные гордости, возможно, воссоединение с родителями могло бы даже быть полным улыбок и счастливых разговоров.

Однако сегодняшней ей достижений катастрофически не хватало. Так что не стоит на этом останавливаться.

Конечно, после этой встречи она, возможно, никогда больше не увидит своих родителей. И еще больше шансов, что она никогда не сможет представиться как старшая сестра своей младшей сестре, чье имя ей еще предстоит узнать.

Однако именно это выбрала Лилиана-образ жизни барда.

В будущем, когда Лилиана станет всемирно известным бардом, ее родители, без сомнения, будут хвастаться каждому кто будет слушать. Первой жертвой, без сомнения, станет ее младшая сестра. И таким образом, еще немного удолетворить свое самол было совершенно естественно.

Хе-хе, какое душетрепещущее видение будущего! Что не должно было быть слишком большой просьбой…

Когда Лилиане исполнилось семнадцать, она вновь обрела решимость.

Лилиана, которой сейчас было двадцать два года, прожила девять лет самостоятельно – это была совершенно необычная жизнь, пронизанная несчастьями.

Особенно это было заметно в возрасте тринадцати лет, сразу после того, как она начала свое путешествие, когда ее заявление о намерении стать величайшим бардов было растоптано на следующий день. Если бы ее не подобрали прохожие торговцы, несомненно, умерла бы в одиночестве.

Это была группа торговцев, перебирающихся с место на место, чтобы заработать себе на жизнь.

Лилиану подобрали, о ней позаботились, она служила у них служанкой. Это был способ путешествовать намного безопаснее, намного комфортнее, чем путешествие в одиночку, у нее была еда и кровать.

Добравшись до городов, кроме работы у торговцев, Лилиана брала Лю-лиру и пела на обочине дороги за монету. В дали от родителей, первый раз, когдаее выступление признали, был незабываемым.

Торговцы заботились о ней около года, но когда их представитель поселился в городе, приобретя собственный магазин, группа распалась. Несколько отделившихся групп торговцев приглашали Лилиану пойти с ними, но она торжественно отказалась, продолжив свой путь в одиночку.

Отпустить этот более безопасный и комфортный способ путешествовать, чтобы обновиться как личность.

Теплые дни закончились, и началась повесть Лилианы Маскарад. Без сомнения, у этой истории был уже другой дух.

После этого было несколько лет тяжелого труда. Будь она с группой торговцев или членом уважаемого дома бардов, даже если она носит с собой их знак, безжалостный мир не выказывал никакого расположения к маленькой девочке, отделенной от своей семьи музыкантов.

Именно тогда она в полной мере осознала, какое расположение ей проявляли перед отъездом.

Именно тогда Лилиана поняла еще одну великую истину этого мира.

Дело было в том, что мир, в котором она жила совершенно отличался от миров, в которых жили герои ее любимых историй, и она никоим образом не была одной из спутниц этих героев.

Ничего столь же уникального не происходило.

Как всегда, она жевала корни травы, ела красные фрукты, которые еле могла найти в горах, и в одиночестве страдала от боли в животе и лихорадки, и в ту ночь она поняла.

“А-а-а.”

Герои захватывающих историй, которые она знала, не должны были быть такими.

Потому что с этими сказками было покончено. Дни, когда они плевались свежей кровью, говорили о своих стремлениях, выкрикивали свои надежды и размахивали клинками, остались в далеком прошлом.

Лилиана шла по их следам, сплетая их истории для других, чтобы те могли пережить их. Делала лишь это.

Лилиана любила их, но они никогда не любили Лилиану.

Ее собственные мысли были полностью односторонними, и на самом деле были сродни тому, чтобы споткнуться о давно мертвый труп и заблудиться.

- Тогда кто же такой бард?

- Стать величашим бардом! Говоря так, Лилиана много лет носила мантию барда, пока наконец не поняла, насколько она бесполезная.

“А-а-а!”

В течение трех дней и трех ночей боли, лихорадка и рвота Лилианы не прекращались.

Опустив голову, Лилиана задумалась, был ли это жестокий сон или реальность.

На четвертый день Лилиана пришла в себя, ополоснула лицо в ручье и выпила воды.

"Я", отраженная там, носила уже другое выражение лица, не то, что прежняя "я".

Листва шелестела изза ветра, жвиые звуки насекомых и птиц неслись через ручей.

И там она впервые почувствовала эту песню.

Из глаз Лилианы потекли слезы, и она не удержалась и прыгнула в ручей.

Насекомые, птицы, рыбы были напуганы, их музыка лилась к поверхности воды, где вынырнула голова Лилианы, смеющейся от души. Она плакала, смеялась, кричала.

Лилиана спустилась с горы, тело ее было покрыто засохшей грязью и грязной водой, она остановилась на улице.

Все с отвращением смотрели на молодую девушку в грязном платье, сжимавшую в руках инструмент. На лице владельца магазина также отразилось отвращение, прохожие на улицах тоже казались ей встревоженными.

Если просто постоять так несколько секунд, то, возможно, тебя собьет с ног какой-нибудь неосторожный прохожий.

Однако Лилиана, стоявшая на улице, двигалась проворно. Не то чтобы она думала, что ее собьют с ног, если она не начнет действовать в ближайшее время. В этот момент ей хотелось только одного-как можно скорее запеть.

“——”

Когда она взяла Лю-лиру в руки, несколько человек заметили это.

В грязной-грязной девушке, старой и увядшей Лу-лире, в ее руках, которые касались Лу-лиры, появилось что-то захватывающее дух.

Вопрос был в том, сколько людей заметили это.

Если бы выступление началось, люди наверняка немедленно ушли бы.

Выступление Лилианы началось, и в то мгновение, когда эти изящные очаровательные руки соткали на струнах музыку, шаги всех на улицах остановились, как и их дыхание.

В одно мгновение все поняли, что произошло что-то жизненно важное, они были захвачены ожиданием огромной волны, которая пройдется по их сердцам.

Источник звука - стоящая на улице грязная молодая девушка, все взгляды были устремлены на нее.

Лилиана чувствовала на себе тяжесть взглядов и в то же время понимала свое возвышенное положение. Сцена была подготовлена, и на одном дыхании она бросилась на нее.

Когда аплодисменты по поводу выступления достигли апогея, началась песня Лилианы.

Песня текла из ее уст, заставляя всех понять, все песни которые они когда-либо сами пели пренадлежали той же субстанции.

Их собственные знания, мысли о знаменитых мелодиях были задеты, она резонировала с ними.

Пара, которая жила друг для друга, друзья, считавшие себя неразлучными, с чистым сердцем смотрели, как их превозносит к небесам.

- Сейчас песня была подарком, для друзей прошлого же, о которых она пела, она была ничем.

Лилиана понимала так, что ее собственное предназначение, было стать настоящим бардом.

С этой мыслью глубоко в ней, отныне она могла продолжать петь.

Показать всем, что в этом мире такие потрясающие люди существовали.

С такими потрясающими людьми, о которых она когда-то думала как о друзьях, показать как она рада, что они были дружелюбны к ней.

Конечно, настанет день, когда она подружиться с удивительными людьми, и дружить с такими удивительными людьми, чтобы с гордостью делать что-то подобное…

- Закончив свою песню, Лилиана залилась слезами.

Люди потеряли дар речи и проливали слезы так же, как и она, вытирая носы.

Аплодисменты эхом прокатились по всей улице, в этот момент Лилиана Маскарад стала бардом.

С тех пор знакомство Лилианы с музыкой продолжалось.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Находясь на верху горящей контрольной башни, Лилиана вспомнила, как она пела в первый раз, как она подпевала и как она пела в первый раз как бард.

Чувство, похожее на то, что было тогда, заплясало в ее сердце.

То, что она хотела петь, хотела выразить словами, хотела донести, всего этого было слишком много. Точно так же и в разгар песни. Все это так сильно захлестнуло ее, что это можно было бы назвать помешательством.

Решив сгореть до конца, все еще горя прямо сейчас, не обращая внимания на обстоятельства.

Возможно, прямо сейчас Лилиана не чувствовала обжигающего жара, но этот всепоглощающий жар не мог так просто перестать мучать ее.

Теперь она ощутила его, всепоглощающий жар мучал ее спину, тело, которое она пронесла через контрольную башню, объятую пламенем, оно постоянно испытывало боль. Боль, от которой она упала на колени, пронзила ее до такой степени, что ей захотелось немедленно закричать.

Однако просто расплакаться было бы непристойно.

Перед ее глазами была аудитория, которая хотела услышать песню. Ее голос был предназначен не для того, чтобы плакать.

“——”

Возникшая песня была не той, что передававалась по наследству ее матерью или семьей.

Обязанность барда-наследовать истории, и, возможно, для барда это было не очень правильно, но это была другая песня, песня, которую Лилиана получила в подарок, когда впервые начала понимать мир.

Когда наступит следующий рассвет, небо окрасится в красный цвет.

Рассвет прогоняет ночь, Лилиана любила смотреть на это утреннее небо.

Наступающий день пронзает все красными и желтыми лучами, принося всем утро.

Небо, которое обогнало рассвет.

Что бы ни таила в себе ночь, утро всегда наступит.

Голубое небо за пределами рассвета, было началом нового дня.

“——”

Прямо сейчас хаос постепенно охватил город, и огромное количество людей было охвачено тревогой и печалью, которые обездвижили их.

В разгар ночи, когда ни вперед, ни назад не было выбора, каждый из них боролся, боролся, был реальностью.

Но даже так, Лилиана хотела спеть.

Потому что она хочет петь. Она хочет петь.

Она сама не переживет мучений, если будет сдерживать себя, когда ей хочется петь.

И, таким образом, прямо сейчас было идеальное время, чтобы передать через песню то, что она хотела.

Лилиана расслабила дрожащее горло, которое было сильно сжато, и продолжила петь.

Пальцы двигались по Лю-лире, словно в танце,одновременно с этим она пела и танцевала. Она хотела, чтобы все окружающие услышали ее с вершины контрольной башни.

И все же как прискорбно, что ее голос никак не мог достичь ушей каждого.

Проблема не только в громкости. Проблемой также является и расстояние. Сердца ее слушателей встревожены. Как ни старалась Лилиана, существование физических и ментальных препятствий было неоспоримо.

Лилиана верила в силу песни.

Однако, только когда мелодия поется самоотверженно, ее можно считать настоящей.

Тревога и печаль распространились повсюду, сколько же людей охвачены ими?

Возможно, сотни или даже тысячи. У Лилианы никогда не было опыта общения с такой большой аудиторией без помощи магического устройства.

Будь то средство усиления звука или средство распространения звука, обычному человеку такие устройства не доступны.

Борьба Лилианы слишком безнадежна, ее стремления тщетны.

Лилиану, которой когда-то было десять лет, противные ей родители считали слишком безрассудной.

И прямо сейчас, было ли все так же, как тогда, повторением тех же самых ошибок?

Сила песни реальна, так значит это ее подача неискренняя?

“——!”

От такого сомнения у нее перехватило горло, сделав ее беспомощной.

В этот момент..

- Лилиана-прекрасная певица. Твой голос прекрасен, я хочу, чтобы ты осталась со мной навсегда.”

Глупый человек со своей глупой софистикой не выходил у Лилианы из головы.

Странный человек. Несомненно, чудак. Наверное точнее было сказать извращенец.

Те, кто услышав песни Лилианы, испытывали злобу, все же остались.

Лилиана не обращала внимания на все это. Что-то нехорошее в песне, имитация искренности, такое нельзя передавать слушателям. Таковы ценности и путь барда.

“Я влюбился в твою красоту. Пожалуйста, будь со мной!”

Таким образом, он был первым, кто от всего сердца хотел стать ближе к ней.

Осознание того, что Лилиана была певицей, пришло к нему уже после того, как он признался ей в любви с первого взгляда. Когда она впервые выступила перед ним, вместо того, чтобы петь, его взгляд скользнул по ее лицу, груди, ногам, что честно говоря, довольно неловко.

Однако это не означало, что он не был тронут песней Лилианы. И его чувства к Лилиане не были покрыты слоем лжи.

Проявляя влечение к ее внешности и понимая ее песню, давал знать что ни за что ее не покинет.

- В городе Пристелла есть четверо больших врат. Так, в черте города действуют несколько убежищ в качестве экстренной меры. Цель этого волшебного устройства заключается в том, чтобы граждане были каждый день осведомлены о своей безопасности, и в случае чрезвычайной ситуации были подготовлены к ней.”

“Э-э... а для чего это? .. ”

- Давай попробуем сыграть песню Лилианы по этому радио. В этом городе есть много людей, которым еще предстоит прочувствовать твои пенси, это идеальный шанс.”

Песня, усиленная магическим устройством, была для Лилианы кратчайшим путем.

Без сомнений, если есть аудитория, песня должна быть спета перед ней. Лилиана отказалась. Но он только беззаботно рассмеялся.

“Я хочу иметь особые права на тебя. Однако, ни в коем случае нельзя ограничивать твою песню. Певица для всех остальных, Лилиана для меня. Неужели это невозможно?”

Его смех действительно был преисполнен такого злого умысла. Если это он так хотел убедить ее согласиться с этим, она бы фыркнула.

Лилиана знала, что многие любовные истории этого мира были записаны в песнях и романах.

В этих любовных историях их сердца трепетали, они влюблялись друг в друга. Он знал ее. Знал, какие слова будут очаровательными, а какие действия волнующими…

Лилиана не будет легко поддаваться на его слова.

Возможно, они не были милыми, но, но они оценили голос певицы.

Настолько преувеличенная похвала, что она не могла выпрямив грудь сказать, что это про нее.

Потому что он всегда с нетерпением ждал становления Лилианы певицей.

Потому что этот человек превратил ее в певицу этого города.

“——”

Делиться друг с другом, отдаваться эхом, отдаваться эмоциями, это желание—

Какой бы темной ни была ночь, даже если настолько темной, что невозможно ничего увидеть.

И даже тогда, как и всегда, наступит утро.

Более решительная, чем кто-либо, верящая в это настолько, что не передать через песню.

Певица из города водяных врат Пристеллы, Лилиана Маскарад.

“——”

Из этого чувства больше нельзя извлечь никакой боли.

Все в ней, запястья, которые бренчали на Лю-лире, ноги, которые танцевали под ритм, связки, которые пели без отдыха, все было погруженно только в это чувство.

Лилиана пела, пела, пела и не заметила.

Плач тех, чей дух был взят под контроль, больше не отдавался эхом в ее ушах.

На противоположной стороне пылающих водных путей те, кто вздыхали в отчаянии, смотрели вверх, в пустое небо.

Нет, не пустое. Из охваченной пламенем диспетчерской вышки доносился звук.

Миниатюрная фигура на вершине, продолжающая петь с большого расстояния.

Они не могли оторвать от нее глаз. Полностью сосредоточенные на своих ушах, все затаили дыхание, увлеченно, внимательно прислушиваясь .

Песня, которая не должна была быть услышана, была ясно слышна всем.

Это не было ни чудом, ни коллективной галлюцинацией. И это не была власть архиепископа, это точно не были навязанные эмоции.

Это дар, который Лилиана получила от небес, божественная защита телепатии распустила свои цветы.

Божественная защита, которая до сих пор работала подсознательно, только с этого момента могла оказать все то влияние, на которое она способна. Благодаря своим способностям певицы и осознанию того, что в этот безнадежный момент она бросила все, чтобы помочь другим, она стала огромной силой, вливающейся в город.

Конечно, Лилиана не знала об этом.

Кроме того, не было никого, кто мог бы рассказать ее о происходящем.

Единственное что Лилиана делала сейчас - пела всем сердцем и душой.

Быть истинным бардом, вложить все силы в пение, вложить все в это мгновение - здесь и сейчас.

Эхом отдавался голос певицы города Пристеллы.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Присцилла: "... как и ожидалось, аранжировка, которую мое превосходство подготовила, зазвучала.”

Алый меч пылал в ее руках, и Присцилла, будто державшая солнце, громко рассмеялась.

Песня также достигла ушей Присциллы.

Лилиана заняла главную сцену на горящей башне и исполняла самую великолепную из песен.

Хотя пламя находилось под контролем клинка Ян, тепло, излучаемое им, существовало. Жар находился на критическом уровне, и каменная башня не могла не обжигать. Даже в этот момент, было так жарко, что ей захотелось бы спрыгнуть.

Тем не менее, в этой песне, которая передавала все чувства Лилианы, не было ни намека на ее боль.

Не то чтобы этих чувств не было. Скорее, боль обрела чистоту песни.

Какой глупый вывод. К такому может придти только дурак, это уровень идиота.

Апогей гениального идиота, способного дать результат, который нельзя получить полагаясь на разум.

Присцилла: "Этот идиотизм действительно завораживает. Глупая как сама глупость. Дурак не заслуживает жизни, но у дурака есть своя уникальная радость. И даже более того, она продемонстрировала ценность, вызывающую что-то большее чем радость. Поэтому она заслуживает моей награды.”

Прежде чем Присцилла закончила свой монолог, сверху и слева приблизились горящие цепи. Змея несла пламя своей опущеной челюстью, следуя прямо за Присциллой.

- Верх неказистости, - фыркнула Присцилла.

Поднятый клинок Ян сверкнул по диагонали.

Сверху, слева, приближающихся вращющиеся цепи было насильно разорваны. Звук надлома, казалось, прозвучал дважды и одновременно, увидев эти искры, уродина злобно зарычала.

Сириус: "И ты, и эта девчонка чертовски меня раздражаете! Какое такое отличие между мной и ней? Разные методы, но суть одна и та же! Похоже, что причина в этом!”

Сириус громко вскрикнула, притянув горящие цепи к себе.

Вращая цепи руками, яростно разжигая огонь, ее черный плащ колыхался, глаза уродины уставились прямо на Лилиану, танцующую на вершине горящей контрольной башни.

Божественная защита телепатии Лилианы стала невероятно сильна, достаточно сильна, чтобы повлиять на восприятие Сириус.

Так как она восприимчива к переменам в эмоциях других, она ощущала эффект этой песни в полной мере.

Горожане были освобождены от полномочия Гнева, которое пустило корни в их сердца.

На другой стороне реки, все еще пылающей белым пламенем, в глазах людей, стоявших там, не было и следа былого безумия. То, что было видно в их глазах, было не отчаянием, а тихо падающими слезами.

Им было непонятно, какое чувство заставило слезы течь из их глаз, и Сириус была не в состоянии принять это бесформенное чувство. Потому что вместо того, чтобы сгуститься в одно определеное чувство, оно продолжало пульсировать и меняться.

Сириус: "Этот человек, пока он есть, это можно доказать...! Почему ты преграждаешь мне путь? Люди хотят преследовать.. хотят действительно стать одним целым! Мир продолжает идти по этому пути! И все же!”

Присцилла: "Как и природа песни, сопровождающие ее чувства различны. Некоторые песни приносят положительные эмоции, боле того, видение идеальной песни у каждого свое. Все кричишь о своих истошных чувствах, но такое поверхностное понимание того, что является наиболее жизненно важным... это глупо.”

Сириус: "Хватит уже!!”

Сириус широко раскрыла глаза, услышав беспощадную речь Присциллы, и с ревом сложила руки на груди. Столкнувшись, ладони громыхнули цепями, и каждая рука начало яростно разматывать цепи.

Кожа на руках отслаивалась, плоть соскребалась, словно от боли, Сириус раскинула руки, с силой вращая цепи.

Вращающиеся цепи не было видно изза покрывавших их огненных вихрей, слой пламени на краях кругов, по которым вращались цепи, утолщался.

Обжигающее пламя приняло форму одного вихря в форме диска, зажженое в честь пробудившегося Гнева.

Присцилла: "Может быть, бинты нужны изза таких ран?”

Бинты предназначались для ожоговых ран. Если они нужны были изза того, что было сейчас засвидетельствовано, то на самом деле это глупость.

Лицезрея эту невероятную силу, с эту опасность, Присцилла не дрогнула.

Две огненные цепи, слившиеся в одну мощную бурю.

Присцилла апатично посмотрела на огненный вихрь.

Сириус: "Трепет чувств... всепоглощающие эмоции, эта сила, этот гнев!”

Внушительное отвращение, чувство отвращения питало пламя Сириус.

Вращающееся пламя приближалось.

Металическая цепь прекратила свое существование. В то мгновение, когда пламя засияло, роль цепей, как оружия, подошла к концу.

Цепь, сделавшая свое дело, исчезла в мгновение ока, и только огонь летел на Присциллу. Масса жара, поглощающая все, будто облако, упавшее с неба, неумолимо приближается.

Увернуться было невозможно, единственное, что предстояло - быть проглоченной.

Что же касается самого пламени, то тут был только один выход.

Присцилла: "... Если мое слово это слово небес, то свет клинка Янь последует ему.”

Столкнувшись с приближающейся волной пламени, Присцилла подняла клинок Янь.

Не то чтобы она чувствовала себя неловко в этой ситуации, она просто высоко подняла свой клинок.

Сириус: "Исчезни—..!”

Присцилла: “——”

В момент столкновения Сириус высказала свою ядовитую ненависть к Присцилле.

Присцилла не обратила внимания на ее ярость. Единственным звуком, который она услышала, была песня.

В тот момент, когда волна жара должна была поглотить ее тело, лезвие Ян изменилось.

Раньше на мече все золото сияло светом, теперь же сияние внезапно исчезло. Только багровое свечение и алое лезвие остались в руках Присциллы.

Меч встретился с пламенем.

“——”

Без золотого сияния меч превратился в обычный стальной меч, таким образом, он был не способен отразить приближающееся пламя. Если бы в этот момент кто-то наблюдал за происходящим, возможно, он подтвердил это.

Но результат оказался прямо противоположным.

Присцилла: "... совершенно бессмысленно.”

Тихо произнеся это, Присцилла отвела лезвие Янь в сторону.

Она должна была быть поглощена пламенем и исчезнуть.

И все же она еще не исчезла. Мало того, ее тело не несло на себе никаких следов воздействия тепловой волны, красивое и стройное, как всегда.

Волны огня, мощь которых можно было ощутить, были сметены без следа.

Будто лишь лезвие Янь, к которому вернулся золотой свет, знало, куда исчезло пламя.

Присцилла: "Мм—”

Крепко сжимая клинок Янь, Присцилла сменила выражение лица.

Там, где когда-то была уверенная улыбка, теперь было напряжение на щеках, она ускорила шаг.

Прямо в поле ее зрения была быстро бегущая Сириус.

Бешеный несясь она сильно отдалилаась от Присциллы. Очевидно, что она бежала, не проверяя результат своей атаки.

Это означало, что с самого начала целью Сириус была не Присцилла.

Сириус: "Прекрати эту проникающую песню—...Гнев, который я разделяю с этим человеком, не отрицай его произвольно!”

Глаза налились кровью.

Сириус помчалась прямо к контрольной башне, где пела Лилиана.

Белое пламя, окружавшее контрольную башню, было пламенем, которое высвобождало Лилиану. Когда Сириус ворвется в здание, она наверняка будет сожжена этип пламенем.

Что-то подобное, поймет даже помешанная. Затем цель была,

Присцилла: "Негодяйка, ты заставляешь меня—”

Движимая инерцией, фигура Присциллы пронеслась через двор. Хотя Сириус была действительно быстра, Присцилла догоняла ее.

Первоначальное преимущество Сириус пропало даром, Присцилла замахнулась клинком Янь на нее. Даже если бы она захотела, у нее больше не было средств для защиты. Без цепей на руках у нее не было возможности встретить меч Присциллы.

Присцилла: "Стой, простолюдинка—..”

Сириус: "Достала, прекрати уже!!”

Присцилла:"...!?”

Прежде чем меч Янь успел ударить Сириус, тело Присциллы замерло. Все ее тело застыло, словно намертво прикованное к месту, горло Присциллы внезапно перехватило.

Сириус приподняла плащ, и из-за спины донесся звук цепи спрятаной под плащом, который был так знаком в этой битве ...

Присцилла: "Кхх!”

Вместо удара по рукам, цепь обмотала ноги Присциллы, и она застыла на месте.

Как все ее тело было застыло на месте, она не могла отразить атаку.

Несмотря на яростную атаку цепью в несколько раз более быструю чем, чем любая атака рукой, Присцилла с величественным взглядом сделала резкое движение. Раздался звон стали на ее теле, и связанные оранжевые волосы Присциллы распустились, красивые волосы рассыпались.

Ее лицо осталось незапятнанным. Однако ее гордость была уязвлена.

Сила цепи, сдерживающей Присциллу, уменьшилась, но Сириус приблизилась башни.

За это время Сириус приблизился к контрольной башне, используя движение за пределами возможностей обычного челоека, чтобы перенести ее силу и вес тела в движение цепи, и она высвободил силу всего ее тела.

Огненный змей с бешеной скоростью врезался в контрольную башню, и основание каменной башни с гулом обвалилось. Основание каменной башни было поглотили волны огня, оно распадалось, крошилось на кусочки, башня накренилась от сильного удара пламени.

- Лилиана была на той каменной башне.

Каменная башня накренилась и полетела вниз.

Присцилла с рассыпавшимися по плечам оранжевыми волосами смотрела, как рушится башня, широко раскрыв глаза.

Был виден силуэт Сириус. Но на вершине падающей башни не было видно силуэта Лилианы.

И все же,

Песня Лилианы продолжалась. Даже если земля рухнет, даже если она будет погребена под башней.

Лилиана выполняла свои обязанности, продолжая утешать сердца людей.

— ... Что значит!”

Итак, Присцилла без колебаний направилась к Сириус.

Если голос Лилианы будет прерван, власть над сердцами людей вернется к Сириус.

Приняв решение за долю секунды, она сверкнула клинком Янь, и Присцилла одним ударом ноги рассекла землю.

Сириус: "Беспощадная эгоистка! Не сочувствуйте, неся в себе такое высокомерие! Вы, у кого нет связей с людьми, ущербны, взаимопонимание, соединие-это естественное состояние человека!”

Сириус, разрушившая контрольную башню, поддалась действию гнева Присциллы.

Цепь подпрыгнула, голова откинулась назад. Пламя рвануло вперед, взрыв достиг тела Присциллы и отбросил ее назад. Пауза... а затем снова шаги.

Купаясь в тепле, Присцилла не отводила глаз.

То же самое можно было сказать и о безумии Сириус. Помешанная больше не слышала никакого другого голоса.

На этом все и закончится.

Из тех двоих, что схлестнулись, как пламя и вода, могла остаться только одна.

“——”

Контрольная башня издала грохот. Разбросанные камни, дым и пламя рассеялись, и внутренний двор превратился в пылающий адский пейзаж.

Те, кто стояли у воды, куда упала башня, кричали со слезами на глазах, когда убегали. Но не слезы горя.

Слезы чего-то другого,

Слезы от звука песни.

Сириус: "Любовь-это как—”

“Нет. - Настоящие принятие любви учитывает различия. Ибо все к одному и тому же человеку относятся одинаково, разделяют одни и те же чувства, это вызывает тошноту и отвращение.”

Она наклонилась, чтобы отбросить цепь, и наклонилась, чтобы встретить стремительную атаку.

Расстояние сократилось,и раздался звук удара о цепь.

Звук столкновения стали со cталью был заглушен ревом рушащейся контрольной башни.

- Голос Присциллы достиг ушей Сириуса.

Присцилла: "Все кончено.”

Сириус: "Неужели ты думаешь, что я не знаю лучше?”

В тот момент, когда Присцилла взмахнула клинком Янь, Сириус распахнула пальто.

Вокруг талии уродки были туго намотаны цепи, как и вокруг рук и ног, вокруг ее тела были обмотаны цепи.,

Молодая девушка с вьющимися светлыми волосами.

Чего Присцилла не знала, так это того, что ее зовут Тина. С самого начала этой суматохи она была заложницей Сириуса.

Хотя Субару упоминал ее во время обсуждения стратегии сражения с гневом, Присцилла не запомнила этого.

- МММ!”

Тем не менее, Присцилла без колебаний замахнулась клинком Янь на стоявшего перед ней заложника.

Клинок не колебался и несся к Тине и к телу Сириус. Лезвие меча, славящееся своим ужасным жаром, беззвучно рассекло защитные цепи вокруг ее тела, разрезав пополам.

Сириус: "О боже, о боже?”

Присцилла: "Клинок Ян может легко рассечь все, что он выберет.”

Тело связанной девушки было освобождено. Упавшая девушка подняла заплаканное лицо, встретив прикосновение меча, который прошел сквозь ее тело, она не могла не упасть от неожиданности в тот же миг.

Но в результате на теле молодой девушки не было видно жесткого ранения от клинка.

Вместо этого Сириус была атакован и отступила.

Помешанная посмотрела на рану и медленно встряхнула себя, оглянувшись на Присциллу.

Сириус: "Эта агония ... ты…”

Присцилла: "Какова причина говорить сейчас о твоей боли? Мое великолепие не заботится о том, чтобы стать единым целым с кем-то. Ты будешь нести свою чушь, пока ты умираешь в одиночестве.”

Присцилла снова взмахнула мечом.

С поразительным звуком и скоростью тело Сириуса забилось в конвульсиях на булыжной мостовой, залилось свежей кровью, покатилось к воде и упало в нее.

Услышав шум воды, Присцилла посмотрела на клинок Янь.

Присцилла: "Это наконец закончилось? Слишком хлопотно.”

После того, как она заговорила, обвалились остатки башня управления. Большая ее часть превратилась в щебень, и крыша, на которой была Лилиана, тоже почувствовала обвал, превратившись в щебень.

Из рухнувшей бащни - разумеется, не доносилось никакой песни.

Она смотрела на груду обломков, молодой голос позвал прищурившуюся Присциллу:

Тина. Ее лицо все еще выражало недоверие, и Присцилла опустила голову, только чтобы увидеть, как глаза Тины задрожали, а слезы потекли вниз.

Присцилла вздохнула.

Клинок Янь исчез.

Как и белое пламя, которое освещало водные пути. Множество людей подходили ближе. Несколько человек направились к рухнувшим обломкам в поисках погребенной певицы Лилианы.

Присцилла: "В такую ночь, как эта, тут только шумные простолюдины. То, что должно было быть дебютом певицы, собрало лишь вульгарность простолюдинов. Как это утомительно.”

На первый взгляд это была та же апатия, что и всегда, но под этой апатией было еще какое-то чувство.

Присцилла посмотрела на рыдающую Тину, потом на водный путь.

Присцилла: "Но, неплохо. Есть овации.”

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

Медленно течет вместе с водой...

Больное тело, переполненное жизненной силой, как бы это лучше описать, тело, покрытое ранами? Или травмированное? Точно можно сказать, что оно не было способно даже пошевелиться.

“—Ах —ах.”

Она полностью лишилась энергии, не могла издать хоть какой-то звук, даже кончики пальцев не могли сдвинуться с места.

К счастью, наряд барда достаточно обнажал тело, небольшое количество ткани, так что после падения в воду наряд не увеличил ее массу, увеличивая шансы на выживание.

Но для меня, не способной плыть самой, просто плыть по течению и не утонуть и так было сложно.

Если так продолжать, рано или поздно я замерзну, разве это не было бы достаточно проблемно!?

- Громко выкрикнул голос изнутри.

Если я засну, я умру.

Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет.

“—Ах, —да.”

Горящая башня, пламя.

Все тело будто поджарили, сначала оказаться в водном потоке было прохладно и приятно, но теперь стало холодно... ух, это плохая новость.

Кстати говоря, решение не убегать, а оставаться в рушащейся башне, чтобы петь, пока она не упадет в воду, была, вероятно, еще более фатально…

Потому что это было приятно. До такой степени, что я думала, будто жила ради этого момента.

На самом деле, она надеялась на такое развитие событий.

Казалось, что все кончено, так что пока Присцилла-сама не была убита, все, вероятно, пройдет гладко. Это было приятно осознавать.

Ладно, тогда все хорошо.

Стать настоящим бардом.

То, что было необоходимо сделать, чтобы стать истинным бардом, в каком-то смысле можно сказать, что я это сделала.

Возможно, цель оставить классические песни в истории не была достигнута, но, если все, кто был там, были спасены, оставить вклад в их спасение, было бы интересной историей, чтобы расказывать на семейном ужине... оставить приятный отпечаток в сердцах людей, в этом мире, было то небольшое, что я искренне желала.

Кстати, только что раздался странный крик, вероятно, это знак того, что я все еще нахожусь в этом мире.

Есть ощущение, что абсолютно все нужно отпустить …

Голос-это доказательство жизни. Ах, столкнувшись со смертью, как я ухитряюсь быть такой беспечной? Хотя, похоже, что пришло время, чтобы все закончилось.

Хотя пришлось пройти через многое, в целом это была счастливая жизнь.

Ну что ж, спасибо вам за все, большое спасибо!

“Ой! Ой! Боль в голове!”

“Ааа! Что это было только что? Лилиана?”

Голова сильно ударилась обо что-то, будто столкнулась с лодкой, плывущей по водному пути или еще с чем-то. Да, наверное, так оно и было.

А из лодки доносился знакомый мужской голос.

“Лилиана! Так рад снова тебя видеть! Но почему ты находитишься в водном пути? Нет, сначала мы отступим. Подожди меня!”

Несмотря на то, что это было ужасно больно, изза шока я забыла вскрикнуть.

Кстати говоря, Киритака-Сан, кажется, подобрал меня.

- Отлично, почти ... отлично, поймали!”

Киритака-Сан наклонил голову к воде, вытягивая мое плавающее тело вверх.

В этот момент, ах, его рука коснулась моей!

Но, эх, нет сил, чтобы злиться прямо сейчас. Так что все в порядке.

Когда меня затащили в лодку, я все еще не могла пошевелиться.

Киритака: "Твое тело такое холодное. Подожди меня, Лилиана. Я использую огненный камень. И я тебя вытру. Ты, которой я дорожу, не можешь промокнуть насквозь.”

Он вытер полотенцем мои волосы и лицо.

Его движения были неожиданно мягкими, почти что движения джентльмена.

Внезапно нахлынуло чувство облегчения.

Я выдохнула и сказала.

Лилиана: “Киритака... что ты делал?”

Киритака: "Я ... ты имеешь в виду меня? Многое произошло, верно, многое было сделано для того, чтобы отвоевать город!”

Откинув назад челку, которой он так гордился, а его зубы блестели.

Поскольку у меня не было сил открыть глаза, я не могла видеть его, но он, казалось, всплыл перед моим мысленным взором.

Я не могла удержаться от смеха, который, казалось, шокировал Киритаку.

Я хочу услышать все о проблемах Киритаки-сан, и у меня есть несколько вещей, которые я хочу сказать вам. Сейчас мне очень хочется спать, но я хочу тебе сказать.

Лилиана: "Я действительно хочу спать, с этого момента я собираюсь спать, я хочу спать".…”

Киритака: "А-а, хорошо. Я отвезу тебя в безопасное место, не волнуйся.”

Лилиана: "Спящая я, если ты не сделаешь ничего плохого... тогда мы поговорим позже…”

Киритака: "Эээээ!?”

Нет, тогда, может быть, я скажу это первой.

Но, если я открою глаза, может быть... Нет, определенно мы скажем друг другу что-то неловкое, это будет слишком неудобно.

- Быть вашей певицей прекрасно, сказать этого будет достаточно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 68. Гурман, питающийся именами

Перевод: Kirahegao

Суровое сражение, вспыхнувшее в городе водных врат Пристелла против культа ведьмы, наконец-то приближалось к своему финалу.

На востоке города стояла единственная церковь, она была покрыта льдом, были воздвигнуты колющие ледяные столбы, достаточно высокие, чтобы пришлось поднять голову, смотря на них.

На севере города одновременно зажглись все водные пути, и раскаленный каменный монумент с гулом рухнул вниз.

На западе города часть водного пути была разрушена, и вода, пусть и стекая под землю, привела к наводнению.

В самом центре города, мэрия утратила стены, а впоследствии и форму.

Развернувшиеся военные действия нанесли серьезный ущерб различным районам, оставили на городе след угрозы, известной как культ ведьмы. Однако были и те, кто сопротивлялся и отверг зло, защищал город, несмотря на свои ограниченные возможности, и пытался выполнить то, что должен.

И если в битве за Город водяных врат было поле боя, про которое стоит сказать, что дела шли далеко не лучшим образом, то про какое именно? Пожалуй, про это....

- Да. Вспыхнув неожиданно и непредвиденно, произошло противостояние, битва с архиепископом греха культа ведьмы, олицетворяющего "обжорство", Леем Батенкайтосом.

Лей: "Ха-Ха~! Что, будем совсемсовсемсовсемсовсемсовсем не дело~! Что с тобой не так, что ты хочешь делать, что ты собираешься делать, что с тобой случилось??”

Это место было широко известно как "Улица Водного пути", окруженная тонкими и извилистыми водными путями.

На открытой площади этой улицы один миниатюрный призрак громко смеялся, резко и быстро прыгая.

Используя свои короткие конечности и размахивая длинными темно-каштановыми волосами, это был маленький мальчик.

Мальчик лет пятнадцати был одет только в лохмотья, так что не было бы ничего странного в том, чтобы с первого взгляда спутать его с простым бездомным ребенком.

Однако нельзя сказать, что он им не являлся, вместо этого это впечатление распространялось и на его истинное личность.

Кроме того, само сие зрелище мальчика, громко смеющегося вот так посреди улицы было неуместным, неестественным и отвратительным.

С первого взгляда можно было понять, какое гнетущее давление испытывает все его тело. Это было окончательное безумие, взывающее к тем инстинктам, которые люди отбрасывают и пренебрегают ими в нормальной повседневной жизни.

Хотя бы благодаря этому, все с осторожностью смотрели на это ненормальное существо.

Он - богохульник, попирающий человеческие желания и человеческое общество.

Он - архиепископ греха культа ведьмы, великое зло, которое топтает человеческие сердца и саму человечность.

???: "Противник-всего лишь один ребенок! Окружите его и не дайте ему убежать! Сломите его!”

???: "Да, это просто один мелкий сорванец! Поймайте его и разорвите на куски!”

Громкий командующий голос звучал с яростным смехом юноши.

Свирепо глядя на приближающихся к нему людей, Лей Батенкаитос - "Обжорство" шагнул вперед и довольно беззаботно сократил дистанцию, вместо того чтобы отступить.

Лей: "--ням.”

Прервав свои слова, люди в белых одеждах бросились на Батенкайтоса.

Каждый из мужчин в белых одеждах был наемником организации "Чешуя Белого Дракона", действующей по приказам Киритаки. Держа в руках короткие мечи, они со всех сторон наносили удары своими клинками по "Чревоугодию".

Против синхронного наступления, в котором каждый действовал слажено, Батенкайтос выступил,

Лей: "есть несколько потертых пятен, это не годится.”

Проскользнув в просвет в “идеально слаженой " атаке, он уклонился от четырех мечей движениями, которые потребовали минимум усилий.

Отведя свое тело в сторону и уклоняясь от клинков, он отбил одно лезвие вниз кинжалом, привязанным к его правой руке,и оттолкнув одного человека ударом ноги в туловище, он прорвался через ограждение. Перед ним, скрестив руки на груди, стоял кто-то с огромной фигурой.

???: "О-о~х! Такое отчаяние, а, ты~ы!”

Это был слуга Фельт, Гастон.

Отобрав один из кинжалов архиепископа греха с помощью своей секретной техники, он теперь, с его телосложением, бросился к Батенкайтосу и попытался врезаться в него.

Увидев его, Батенкайтос посмотрел широко отркрытыми глаза и улыбнулся. Это была улыбка, на удивление подходящая его возрасту, однако острые клыки во рту вызывали беспокойство и тревогу.

"Кажется, у вас все хорошо, дядя. Не так уж и плохо!”

Гастон: "Я еще не достиг того возраста, чтобы меня называли дядей ... парен~ек!?”

Батенкайтос подскочил, и его правая нога врезалась в лицо Гастона, который бросился на него.

Получив удар по лицу, Гастон вздрогнул и с ненавистью посмотрел на Батенкайтоса.

Как и удар кинжала, эта атака не пронзила Гастона насквозь. Принцип этой способности был непонятен, последствия атак не достигали тела Гастона.

В том же темпе Гастон вытянул руки, хватая непрерывно движувшегося "Обжорство".,

Лей: “Ладонь Короля Кулаковーー”

Держа ноги поднятыми, Батенкайтос что-то пробормотал. Его ладонь коснулась торса Гастона. По сравнению с ударом, он не имел ни силы, ни скорости, это было просто прикосновение.

Однако в тот момент, когда тот слегка толкнул его рукой, его тело изогнулось и сломилось.

Гастон: "Ууу, гххуеее!?”

Опустившись на колени, Гастон изрыгнул желудочно-кишечную жидкость.

Идя рядом с телом, которое склонилось перед ним, Батенкайтос, прорвавшийся через ограждение, обернулся и наклонил голову.

Это все, что у вас есть? Вот, что выражал его жест, и "Чешуя Белого Дракона" не могла скрыть своего выражения, показывающего, насколько их гордость была унижена.

Член Чешуи Белого Дракона: "Монстр!..”

Слово, слетевшее с чьих-то губ, было явным доказательством способностей Батенкайтоса.

В этом напряженном голосе, возможно, смутно чувствовалась зависть, а возможно, это просто послышалось.

???- ...У нас гораздо меньше шансов нанести решающий удар, чем я предполагал ранее.”

Наблюдая за полем боя, которое даже если описывать оптимистично, нельзя было назвать сражением на равных, Отто облизнул пересохшие губы и отчаянно закрутил головой.

В противостоянии с "Обжорством" их боевой потенциал, который непосредственно контрастировал с способностями противника, не был ни в коей мере надежен, конечно, это было правдой, что все они рисковали своими жизнями, но это был также факт, что это было недостаточно.

Отто: "Я не настолько верю в свою удачу, чтобы ожидать, что такая удача свалится на меня.”

Жизнь Отто Сувена шла рука об руку с трудностями и несправедливостью. Отто верил, что ничего такого, как удача, не существует, и результат может быть получен только через собственный тяжелый труд, подготовку и действия.

Для него удачей было бы, имея столь непринимаемую другими божественную защиту, родиться в понимающем доме, его удачей было встретить Субару, который спас его и убил архиепископа греха.

Поскольку он считал, что его удача уже закончилась, он не стал излишне негативно относиться к своему невезению.

???- Тот Водяной дракон, которого принес старший братик, больше не может быть использован, верно?”

Стоя рядом с Отто, погруженным в свои мысли, спросила Фельт, которая тоже наблюдала за этой ситуацией.

То, на что смотрели ее алые глаза, было по другую сторону меча, сражающегося с "обжорством", и это был, лежащий брошенным на каменной мостовой, с дергающейся длинной шеей, умирающий водяной дракон.

Водяные драконы, вызванные Отто, но покромсаные Батенкайтосом, к сожалению, вряд ли вернутся на передовую.

Отто: "К сожалению, я не думаю, что их можно заставлять сделать больше. Это были все водяные драконы, с которыми я разговаривал перед тем, как прийти сюда ... я мог бы поговорить с другими водяными драконами и заставить их сделать то же самое, но вы хотели бы так использовать их и сбежать?”

Фельт: "Не шути так. Этот бредовый побег примадонны конечно был прекрасен, но у нас не один козырь, есть и второй. Второй-ну, я готовлюсь использовать его.”

Сказав это, Фельт взглянула на длинный и тонкий сверток, который сжимало ее миниатюрное тело.

Ее "козырной картой", завернутой в белую ткань, казалось, было волшебное оружие, которое принес ее слуга. Она заявила, что даже Рейнхардт не может уклониться от него, но для его использования требуется выполнить непростое условие, и пока оно не будет выполнено, он не может быть использован.

Фельт: "Не говоря об этой примадонне, старший братик или я не можем убежать, даже если попытаемся. Потому что, кажется, что этот ублюдок нацелился на нас.”

Отто: "Если честно, это то, за что я хочу освободиться больше всего.”

Отто удрученно опустил плечи, услышав слова Фельт. Она тревожно вдохнула через нос воздух.

Он не мог отрицать ее слов, потому что чувствовал периодические взгляды, наполненные предвкушения, обращенные к ним, даже среди ожесточенной борьбы.

Батенкаитос испускал радостные вздохи, с влажными глазами и покрасневшими щеками, и часто бросал взгляд на Отто.

Хотя это был взгляд с эмоцией, напоминающей предвкушение перед сбором урожая, но истинный смысл, стоящий за ним был аппетит голодного свирепого зверя.

Для хищного зверя, капли крови говорили, что его ожидает первоклассная плоть-это единственное, что требовалось от жертвы. Хотя в это не было ни в малейшей степени ничего почетного, три человека поняли что это взгляд эстетического восхищения.

Это были Отто и Фельт, вместе с человеком с нечесаной бородой, который вел "Чешую Белого Дракона". Отдавая приказы своим людям, он неоднократно вступал в стычки с Батенкайтосой и быстро возвращался на свою позицию.

Человек с серьезным лицом выскочил из боя и задумался об обстоятельствах боя, все время делая быстрые шаги туда-сюда,

Член Чешуи Белого Дракона: "Это Дайнас. Именно благодаря ему побег нашего молодого господина удался.”

Отто: "Успех побега-это достижение группы Фельт-сама. Стоит отметить, что, Киритака-сан сбежал для того, чтобы помочь нам . С этим……”

Если Киритака, сбежавший из этого места, будет действовать в соответствии с инструкциями Отто, все может пойти по другому пути. Хотя в нем говорила надежда на помощь и не факт, что все произойдет так, как хотелось бы, но по идее Киритака не сбежит просто так.

Большее количество способов победить никогда не может быть чем-то негативным. Как только какой-либо из этих способов будет использован, то, что остается, это просто ждать, как этот способ сработает.

“----”

Увидев Отто, притихшего и качающего головой, мужчина сделал удивленное выражение лица, но потом изменил его. Это было выражение убежденности.

Дайнас: "Я вижу, кажется, все так же, как я слышал. Как и следовало ожидать от сотрудника внутренних дел дома Эмилии-сама, который отправил на верную смерть одного из руководителей культа ведьм. Кажется, я могу ожидать, что у вас будет свое собственное блюдо для этого архиепископа греха.”

Отто: "Спасибо за такую завышенную оценку. Эм, извините, кстати, вы случайно не знаете, какую работу должен выполнять сотрудник внутренних дел? Я полагаю, что это несколько отличается от того, что я делаю.....?”

Дайнас: "А, ну и такое следование этикету тоже, ха. Кроме того, наши сотрудники внутренних дел объезжают приюты и заботятся о пострадавших. Разве не такой работой должны заниматься сотрудники органов внутренних дел?”

Ущерб, который он нанес имиджу сотрудников органов внутренних дел, был огромен.

В прошлом году он решил отказаться от должности сотрудника органов внутренних дел, но не смог смириться с тем, к чему это приведет.

Чья это была вина? Может быть, потому, что такие ситуации, как стихийные бедствия, постоянно повторялись? Это была вина Субару. Как только все вернется на круги своя, он сразу же ввергнет все в хаос. Именно поэтому он и решил...

Отто: "Ну что ж, тогда ... ”

Надо отложить мысли о делах, которые ждут после битвы и сосредоточиться на текущей ситуации.

Перед глазами Отто Батенкайтос то и дело входил в контакт с бойцами "Чешуи Белого Дракона" и Гастоном и, демонстрируя свою необычайную боевые навыки, наносил удары ногами.

Однако больше всего смущало то, что он даже не пытался наносить удары кинжалом в правой руке.

Лей: "Несмотря на то, что такие неплохие взрослые люди нападют всей своей бандой, вы не можете даже поймать одного ребенка!? Не пойдет, не пойдет, разве такое сойдет, а может ли вообще, да никогда!”

Обнажив клыки, Батенкайтос увернулся от нападавших движением одних лишь ног. Его движения в раслабленном темпе, поразительно подвижная верхняя часть тела, мечи в конце концов рассекли воздух.

Движения его верхней части тела и нижней были совершенно разными, как будто это были две совершенно разные системы. Когда это зрелище отразилось в глазах Отто, Дайнас невольно сглотнул.

Отто: "Дайнас-Сан?”

Дайнас: "Ах, нет ... прости. Его движения просто немного ... . Ох!?”

Фельт: "Неужели даже тебя, с такой огромной фигурой, напугали!”

Закрыв рот Дайнас пытался отрицать мысли, которые приходили ему в голову. Стоя у него за спиной, Фельт пнула его в спину.

Дайнас обернулся, Фельт, надув щеки и покраснев, подняла на него глаза.

Фельт: "Как только вы сунете руки в карманы, все, что вам остается сделать, это выбрать, что взять, а что оставить. Если вас будут преследовать в любом случае, то лучше просто использовать все, что вы можете. Ты понял?”

Дайнас: "Почему ты говоришь с точки зрения вора?”

Отто наклонил голову в ответ на совет Фельт, а Дайнас, сидевший рядом с ним, покачал головой. Тот начал свою речь, сказав “ "Я думаю, да”, и оглянулся на Фельт,

Дайнас: "Все как и сказала мисс. Вы просто должны сказать все, что приходит вам в голову, и найти выход из этого. На данный момент я чувствую, что все это просто странно, но ... ……”

Мисс, так называл ее Дайнас, казалось, что он не заметил, что она кандидат королевских выборов. Но, хотя Отто понимал, что тот заблуждается, Отто решил не упоминать об этом. Далее он внимательно слушал слова Дайнаса.

Дайнас: "Этот архиепископ греха ... он может просто выглядеть как сопляк, но его навыки хороши, его движения хороши, честно говоря, у него слишком много опыта. Судить лишь по физическим способностям... опять же, это не совсем правильно.”

Фельт: “--? Разве это не то же самое, что родиться с хорошими боевыми навыками? Например, как Рейнхардт?”

Отто: "Я хотел бы просто сдаться, если он сравним с Рейнхардом-Сан.”

Рыцарь госпожи Фельт, сильнейший меч королевства, Рейнхардт.

В настоящее время он сопровождал Субару и, как предполагалось, они сражались с "Жадностью", но его сила была чем-то таким, что Отто, который разве что мог пытаться защитить себя, что вызывало мурашки.

Просто находясь рядом с ним, можно было почувствовать абсолютную безопасность и одновременно удивление. Назвать сильнейшим в королевстве-не было преуменьшением. На самом деле, не было бы ошибкой назвать его самым сильным в мире.

Сейчас же, вскипело сильное чувство отвращения и тревоги, просто от встречи с Батенкайтосом. Это пределенно было непохоже на ощущения, которые вызывала встреча с Рейнхардом.

Конечно, его неестественная боевая мощь была бесспорно неоспорима.

Дайнас: "Даже это не так. Я достаточно пожил и участвовал в достаточном количестве сражений, чтобы сказать ... что боевая техника этого мальчишки не может быть объяснена просто талантом. Его движения-это движения человека, который формировал их годами.”

После этих слов Дайнаса Отто и Фелт еще раз взглянули на Батенкайтоса.

Как раз в этот момент Батенкайтосу нанесли удар коротким мечом по его руке. Схватив за запястье того, кто держал меч, Батенкайтоса развернул его и, перевернув вверх ногами, бросил на землю.

Более того, когда наемники начали преследование, ноги "Обжорства" скользнули по булыжнику, очерчивая круг, свободно использовав свои конечности таким образом, он нарушил их равновесие и заставил упасть.

Бесспорно, это плавное и элегантное движение было элементом элегантного стиля боя, отличавшегося от других, буйных движений Батенкайтоса. Как-то он освоил впечатляющее владение системой разнообразных боевых искусств.

Юноша, которому на вид было четырнадцать, отточил такие приемы, на освоение которых ушли бы годы и годы?

Дайнас: "Я полагаю, что кто-то, кого называют гением боевых искусств, может быть способен на это, но ... я не хочу думать, что ребенок был одарен таким талантом.”

Мастерство Батенкайтоса было настолько высоко, что Дайнас мог сказать только это. В этот момент Отто понял, что означала зависть в словах одного из мужчин в белых одеждах, который боролся с "Обжорством". Те, кто сражался в этой битве, поняли эту истину раньше Отто и остальных. Вот почему они...

Отто: "Владение кинжалом, навыки рукопашного боя, идеально отточеные приемы боевых искусств...?”

Сказав это, Отто снова усомнился в причине происходящего. “Это вообще возможно?”- это была единственная мысль, которая пришла ему в голову.

“----”

Он слышал, что в Южной империи Воллакии, некоторых людей посылают в Колизей в очень юном возрасте, и тех, кто становится мечниками, обучают и тренируют боевым приемам. Если бы Батенкайтос оказался в такой обстановке, возможно, он и мог бы приобрести такие навыки в этом возрасте, но эти навыки, техники боя опять же были бы другими.

Единственный способ для него изучить и развить их - это тренироваться под руководством столь же подходящего тренера.

Или же....

Отто: "Украсть их... нет, съесть их подобно пище?”

Отто уже слышал, как Субару упоминал, что"Обжорство "- это существо, которое питается "именем " и " воспоминаниями " своих противников. По правде говоря, Отто знал об состоянии двух молодых девушек, которые были съедены, что все потеряли воспоминания о них. Трудно поверить, но он, конечно же, не ел, то что можно увидеть глазами. Однако до сих пор мысль о том, что происходит с тем, что съедается, не приходила ему в голову.

Возможно, "Обжорство" хранил съеденные воспоминания своих противников и использовал их.

Техники мастера боевых искусств, который тренировался более десяти лет, или боевые навыки воина, хорошо знакомого с полем боя, или даже имитация атаки молодой девушки, которая была рядом с Субару и поддерживала его.

Отто: "Он использует магию!!”

Фельт: "Гастон!”

Лей: "Аль Хума.”

В момент, когда началась Шокирующая атака, крик Отто и заклинание Батенкайтоса прозвучали одновременно.

Звук резонировал вокруг Батенкайтоса, в воздухе кристализовалась вода, и появились острые кристаллы льда, быстро двигаясь, нацеленные на испуганных бойцов Чешуи Белого Дракона.

Однако, несмотря на шквал льда, Гастон стоял твердо, раскинув руки. Гигант, используя лишь свою броню, разбил весь лед, который соприкасался со всем его телом. Чтобы избежать урона, бойцы Чешуи Белого Дракона прыгнули за его спину, чтобы уменьшить наносимые им повреждения. Тем не менее, они все еще не смогли предотвратить ущерб.

Лей: "Этот вывод старшего брата хорош. Похоже, это не могло стать столь внезапным нападением, как мы думали.”

Наблюдая за их муками, Батенкайтос, ответственный за магическую атакой, ухмыльнулся.

Гастон, который действовал как твердая стена, хрипло выдохнул, и шестеро из "чешуи Белого Дракона" за его спиной лежали раненые. Один из них сильно истекал кровью, а двое сидели на корточках, раненные в ноги. Остальных троих тоже нельзя было назвать невредимыми. Их боевый потенциал сократился вдвое, и вдобавок ко всему...

Лей: "То что вы говорите, неужели это означает, что наш трюк раскрыт?”

Отто: "... Ну, я не знаю.”

Лей: "Старший брат, нас не проведешь. Перед тем как вы будете мучаться от боли, не можете ли вы перестать вести себя как торговец?”

Ответив Отто угрозой заставить его страдать, Батенкайтос исчез в следующее мгновение.

Нет, он бросился вперед своими быстрыми движениями, достаточно быстрыми, чтобы можно было подумать, что он исчез.

Его миниатюрная фигура скользнула мимо Гастона к раненным бойцам Чешуи Белого Дракона.

В мгновение ока, трое, способных двигаться, отодвинулись прочь, но трое раненных не смогли убежать.

Лей: "Аста. Лукфелт. Хикс.”

Прошептав что-то, Батенкайтос тихонько погладил троих по плечам.

На глазах у всех, наблюдавших за ним широко раскрытыми глазами и недоумевавших, что он делает, тела троих подпрыгнули, едва их коснулся Батенкайтос. И Батенкайтос повернулся назад и поднял левую руку,

Лей: "Лизь.”

Он лизнул свою пустую левую ладонь. От этого поступка Отто немедленно почувствовал дискомфорт.

То, что случилось, несомненно, произошло. Однако он не знал, что произошло, и это было не все, что он знал.

Отто: "Те, что лежат у его ног ... Кто они такие?”

Отто указал пальцем на ступни Батенкайтоса, который высунул длинный язык.

У ног зла, принявшего облик мальчика, лежали фигуры трех человек. Хотя они лежали там, непонятно, кто это были. Возможно, судя по их одежде, они могли быть членами "Чешуи Белого Дракона", но когда они появились и когда были сражены?

Лей: "Грустно, как грустно, так грустно, довольно грустно, очень грустно, потому что это грустно. Даже если наше воссоединение окажется только односторонним, ничего не поделать, но мы желаем удолетворения!”

Отто: "Дайнас-Сан! Эти трое?”

Дайнас: "Я не знаю! Я даже не видел их раньше! Но--!”

Даже если бы ему сказали, что те, кто носит такую же одежду, были неизвестными союзниками, это все равно не было убедительно. Даже так, в голосе Дайнаса не было ни обмана, ни уверенности. Бросившись вперед, словно летя, он поднял короткие мечи в обеих руках и рубанул по Батенкайтосу.

Лей: "Перестань, Дайнас. Эти взаимоотношения в прошлом. Очищение родного города на шаг впереди тебя, так что скрещивать мечи со своими товарищами глупо.”

Дайнас: “--!? Ты, откуда ты, об этом!”

Беспечно попирая прошлое Дайнаса, Батенкайтос поднял острие своего правого кинжала. Смягчив удар двух коротких мечей своим кинжалом, "Обжорство" ударил Дайнаса коленями в грудь, и также быстро отскочил назад, будто отпружинив.

Дайнас закашлял, схватившись за грудь, но сумел поднять упавших трех незнакомцев.

Увидев Дайнаса в таком виде, Батенкайтоса вздохнул.

Лей: "Не надо упрямо цепляться за пустые сосуды. Что важно-это сердце и то, что внутри, нет? То, что позволяет человеку быть таким, как он, - это не внешнее, а внутреннее. Мы знаем о вашей тяжелой работе, Дайнас. Это не твоя вина, что ты не смог защитить Милиан и Мейли. Тебе не повезло.”

Дайнас: “Заткнисьзаткнисьзаткнисьзаткнисьзаткнисьзатк-нись! Что ты! Знаешь обо мне! Перестань говорить все, что тебе вздумается! Ты гнилой демон!”

Разъяренно крича, забыв о боли, причиненной ударом в грудь, Дайнас снова бросился на врага. Он повернул два своих коротких меча и нацелился в лицо Батенкайтосу, но тот, сделав такое лицо, словно был знаком с этой атакой, с легкостью увернулся. С той же скоростью Батенкайтос протянул руку за спину Дайнаса.

Лей: "Уо?”

Гастон: "Как долго ты будешь нас игнорировать”

Фельт: "Это мы и говорим, идиот!”

Гастон целился сзади прямо в тонкую талию Батенкайтоса. Батенкайтос ударил его локтем в нос, но Гастон не пошатнулся от удара.

Более того, пока Гастон останавливал Батенкайтоса, Фельт атаковала. Она ударила своим длинным и тонким свертком, который сжимала в руках, по его уязвимому затылку.

Лей: "Идиотка ха, как обидно. Может быть, мы на самом деле знаем гораздо больше чем ты, понимаешь?”

Фельт: "Гхх!”

Но Батенкайтос наклонился вперед, когда Фельт атаковала его, и подняв кинжал правой руки, встретил удар. Энергичный удар породил сокрушительный звук, однако его цель была нетронута, и позиция фельт оказалась открытой.

Видя, что Фельт и Дайнас могут вместе отступить, а его рука также может дотянуться до Гастона, он коснулся своей дьявольской рукой каждого из троих,

Отто: "Но я тебе этого не позволю!”

Как раз в тот момент, когда он собирался дотянуться, брошенный магический камень достиг ног Батенкайтоса. В тот момент, когда он увидел это, движения Батенкайтоса остановились, и Фельт с Дайнасом поспешно ретировались.

Фельт: "Не отпускай, Гастон!”

Лей: "Не забудь это, ты девочка-демон...!”

Гастон, твердо стоявший на ногах, не смог сбежать от Батенкайтоса и попал в радиус действия магического камня. Сияние магического камня усилилось, и в следующее мгновение раздался взрыв, достаточно мощный, чтобы обрушить каменную мостовую.

Загорелся красно-белый свет, и Фельт откатилась изза врзрыва. Отто каким-то образом схватил ее, а затем взглянул на размах взрыва.

Эти волшебные камни Отто постоянно носил с собой “на всякий случай”. Еще после драки с Гарфилом в святилище он решил, что так будет лучше для его же собственной безопасности.

Это может быть болезненно сказаться на его кошельке, но над их мощью нельзя было посмеяться.

Отто: "Ваш спутник в порядке??”

Фельт: "Ха, Не стоит недооценивать моего гиганта. Он-моя броня. Он не пострадает от слабой атаки. Но……”

Как только она произнесла эти слова, из дыма появилась гигантская фигура. Это был Гастон. Его тело выглядело закоптившимся, он ударил себя по телу, делая отчаянное лицо.

Гастон: "А~а~а~! Жарко! Жарко! Жарко, жарко! Я умру!”

Отто: "Даже если вы можете принимать на себя взрывы, я думаю, что вы не можете остановить свое тело от нагревания или охлаждения.”

Фельт вздохнула, увидев, как ее сопровождающий мучается от высокой температуры. Хотя он искупался в мощном взрыве огненного магического камня находясь близко к нему, его жизнь, казалось, была вне опасности.

Убедившись в этом, Отто обратил свой взор обратно в сторону дыма. Черные испарения поднимались довольно приличных размеров, Батенкайтос, который был в самом центре, никак не мог защитить себя. По другую сторону черного дыма стоял Дайнас, опустившись на колени, но он, казалось, был в безопасности.

И,

Лей: "Беннетт. Кальцифус. Август.”

Отто: "--!?”

Послышался шепот, и все отвернули взгляд от эпицентра.

Были видны очертания трех лежавших на полу людей в белом, и Батенкайтос в полном здравии. Юноша снова поднял ладонь левой руки, и, сказав "лизь", поднес ее поближе ко рту и лизнул.

То, что последовало за этим, было за гранью понимания. Снова появились еще трое неизвестных в белых одеждах.

То, как он сбежал из эпицентра, и неожиданное появление еще трех жертв-все это было за гранью понимания.

Фельт: "Черт! Да что с ними такое! Откуда....... нет, когда.....?”

Стоя рядом с Отто, Фельт яростно растрепала ее прекрасные светлые волосы. Кроме того, она снова начала терять понимание того, что предстало перед ее глазами.

Что-то произошло и из этого нужно было сделать выводы о дальнейших действиях, но даже это что-то Фельт не могла понять. Однако Отто все понял. Это таинственное состояние.

Отто: "Вот что означает съедено имя!”

Молодая девушка по имени Рем исчезла из памяти каждого, и осталась только в памяти Субару и никого другого. Тот же самый феномен происходил прямо сейчас у него на глазах.

Возможно, люди, которые предположительно являются членами Чешуи Белого Дракона, лишились своих имен изза Батенкайтоса. Результатом этого стало исчезновение воспоминаний о том, что они присутствовали в памяти Отто и других.

Вот почему казалось, что они появились внезапно, и никто не знал, кто они такие.

“----”

В нем вспыхнул страх. И снова он осознал все зло чудовища, стоявшего перед его глазами.

Если он попадет в руки Обжорства - Лея Батенкайтоса, то в худшем случае, если Отто и остальные встретят здесь свой конец, все следы этой битвы, все имеющиеся улики исчезнут.

Все воспоминания о их битве и о том, что они вообще были здесь в том числе.

Другими словами, возможность исчезновения самого себя и исчезновения всех людей, которые вспомнили бы про тебя, - разве это не самое страшное в этом мире, гораздо больший страх, чем любой другой?

Отто побледнел. Несмотря на то, что они не пришли к такому же выводу, цвет лица Фельт и Дайнаса был столь же бледен. Отто понял, как глупы они были и как безрассудно себя вели.

Это заставило его поверить,что реальный выбор здесь состоял в том, сдаться или нет.

Фельт: "Черт возьми, он меня бесит. Может быть, попробуем сделать то же самое еще раз?”

“----”

Отто слабо вздохнул, когда Фельт проронила эти слова. Не раздумывая, Отто перевел взгляд на ее лицо.

Лицо Фельт было в полнейшем оцепенении перед этой ненормальной ситуацией. Однако она не жаловалась. Она продолжает укреплять свой дух, пока ее совсем не загнали в угол.

Чувствуя пот на всем теле, Отто хлопнул себя рукой по лицу.

Просто что он делает, ведя себя как слабак? Даже если он обанкротится, он не назовет это поражением, пока его не выгонят с работы. Это был решающий момент, когда его будущее будет определено. Надежда еще есть.

Увидев этих двоих, Дайнас и Гастон тоже встали, выражая готовность и решимость. И видя, что четверо стоят перед ним, воспряв боевым духом, Батенкайтос сделал удовлетворенное выражение лица,

Лей: "Как отлично, столь отлично, очень даже отлично, мы думаем, это отлично, не правда ли, скорее всего, это отлично, потому что это, да, отлично! Выпьем до дна! Обжорство! Вы все достойны быть на нашем обеденном столе! Даже если это лишь закуска, вы станете первоклассным блюдом, Гастон. Бооолее того, мы идеааально насладимся Фельт и Дайнасом.”

Сцепив руки, Батенкайтоса наградил троих не самой приятной оценкой. Потом, Батенкайтос, с тем же выражением в глазах, посмотрел в сторону Отто. Наклонив голову, он с таким же напором начал высказывать свои замечания в адрес Отто и теперь, вопреки ожиданиям, сделал недовольное лицо.

Лей: "Кажется умным, неслабоволен, старший брат кажется мягким... но даже тогда, ха.”

Отто: "Что ты ... Нет.”

Сказав это, Отто понял причину недовольства Батенкайтоса.

Словно восхищаясь, Батенкайтос ласково произнес имена Фельт и остальных.. Его уникальная способность есть имена и содержание его речи позволили Отто осознать это.

Батенкайтос не мог съесть имя того противника, чье имя он не знал.

Отныне обжорство не могло съесть имя Отто, чье имя не упоминалось здесь ни разу. Его недовольство было вызвано именно этим.

Отто: "У меня есть просьба к вам всем. Пожалуйста, ни в коем случае не называйте меня по имени.”

Если его имя не будет упомянуто, то, по крайней мере, цель Батенкайтоса не будет достигнута.

Или, на самом деле, все здесь, кто был съеден до этого момента, были съедены с целью узнать его имя.

То, что он позволил Отто и другим вести такую свободную дискуссию, возможно, и было тем, чего он ожидал - момент, когда они назовут имена друг друга и отныне будут поданы к его трапезе.

Фельт: "Моя вина, старший братик.”

Выслушав замечание Отто после того, как он его обдумал, Фельт ответила извинением.

Она сделала выражение лица, передовавшее неловкость, чего еще никто не видел в этой ситуации.

Фельт: "Во-первых, я не знаю имени старшего братика……”

Дайнас: "Извините, чиновник-не-самого-высшего-класса-Доно. Не говоря о вашей должности, ваше имя вылетело у меня из головы……”

Отто: "Да, конечно! Не то чтобы я особенно близок ко всем, и я не известная личность! Боже, черт возьми.”

Конечно, лицо Гастона тоже показывало осознание его собственной глупости, он пожал плечами.

С облегчением, состоящим из счастья и печали, по крайней мере, его страх перед тем, что его имя будет открыто Батенкайтосу, был подавлен этим. Хотя бы это можно сказать безошибочно.

Лей: "Не говоря о Дайнасе, вы двое прикрываете старшего брата? Если это так, то...выведать его будет достаточно хлопотно.”

Отто: "Знаешь, сдаться на сегодня и отступить-это ты также можешь сделать. Приходи когда-нибудь в будущем, когда-нибудь снова ... я думаю, да. К этому времени мы также можем подготовиться, чтобы оказать теплый прием в присутствии Рейнхарда-Сан.”

Лей: "Развернуться и уйти перед пиршеством, не заставляйте нас делать что-то настолько возмутительное. Пока наш живот не будет удовлетворен, мы не отступим. Это сделало бы Луис голодной.”

Конечно, Батенкайтоса не удалось убедить. Сражение было не остановить.

Фельт: "Гастон, в следующий раз уж точно не отпускай его.”

Гастон: "Только потому, что я не обижаюсь, не используйте меня так, как вам вздумается……”

Фельт: "В следующий раз я обязательно пойду с тобой.”

Гастон, который пытался выразить свое недовольство приказом, широко раскрыл глаза, когда услышал слова Фельт. Затем он грубо расхохотался и грубо потрепал Фельт по голове, взъерошив ей волосы.

Гастон: "Хватит шутить. Если старикашка узнает, что я заставил госпожу делать такое, кто знает, что он со мной сделает.

Фельт: "Не трогай мою голову. Единственный, кто может это делать, - дедушка Ром.”

Гастон: "Поэтому я это и делаю.”

Фельт шмыгнула носом, ее волосы были растрепаны, а рядом с ней стоял Гастон. Следующим стоял Дайнас с двумя короткими мечами в руках, и Отто подсчитал количество магических камней в рукавах.

Три в левом рукаве, два в правом. Ими нужно пользоваться осторожно.

Отто: "Он касается левой рукой, а затем ест-вот что я думаю. Если до тебя дотронулись, можно считать, что все кончено.”

Гастон “Вообще, это звучит очень сложно, не так ли?”

Дайнас: "Даже одного удара мечом по любому из его жизненно важных органов должно быть достаточно. Если мы можем это сделать, ничего страшного.”

Фельт: "Когда ты так это говоришь, я согласна.”

С заявлением Фельт, передающим ее готовность, их приготовления были завершены.

Вежливо, Батенкайтос наблюдал, как заканчиваются их приготовления. Заметив это, Отто прищурился, и маньяк рассмеялся.

Лей: "Разве это не обычная проявление манер - подождать окончания сервировки стола? Рой - невероятное обжорство, а мы - Гурман. Мы очень разборчивы в еде.”

Сказав это, Батенкайтос почтительно махнул рукой и поклонился.

Этот жест, который, казалось, был преисполнен напыщенности, тоже показался мне ужасно знакомым.

Лей: "Ну чтоож, еще раз. Архиепископ Греха Культа Ведьмы, Лей Батенкайтос, олицетворяющий "Обжорство".”

“ーーーー”

Лей: "Разве это не обычное проявление манер - сказать свое собственное имя в ответ?”

Фельт: "После всего, что мы обсуждали, он был бы идиотом, если бы ответил тебе своим именем, ублюдок.”

Среди воинов существует обычай, называть свое имя, когда кто-то назвал тебе свое.

Тем не менее, Батенкайтос, возможно, использовал это себе на пользу и получал имена бесчисленного количества людей, а затем съедал их.

У них не было причин придерживаться этого обычая прямо сейчас. Когда ему отказали, Обжорство рассмеялся,

Лей: "Ну вот и все. Что ж, давайте поедим!”

Подав сигнал к старту трапезы, миниатюрная фигура прыгнула вперед, как будто летя, сократила расстояние до них. Этого движения они раньше не видели, оно было похоже на вспышку, проносшуюся мимо. Батенкайтос, который до сих пор превосходил в наступлении и обороне своих противников, просто управляя ногами и уклоняясь, теперь действительно продемонстрировал свои навыки охоты на своих противников.

Отто, не приспособленный к бою, не мог уследить за его движениями и реагировать соответствующим образом.

В отличие от остальных...

Фельт: "Не думай, что сможешь победить в забеге против меня.”

Батенкайтос мчался, как ветер, лишь Фельт была в состоянии сравниться с ним в скорости. В тот момент, когда она легонько пнула каменное покрытие и понеслась вперед, она проявила потрясающую подвижность, будто ее сразу же понес ветер.

Он был удивлен, по крайней мере, хотя бы этим движением, и его первый удар пронесся в воздухе.

Лей: "--!”

В этот момент Гастон и Дайнас одновременно начали атаку.

Две катаны Дайнаса и короткий меч, который держал в руках Гастон, они оба схватились за свое оружие. В ответ на атаку этих двоих казалось бы уязвимый Батенкайтос широко расставил ноги и изменил свою стойку.

Встав руками на землю, Батенкайтос провернулся так, что его растянутые в шпагате ноги очертили круг. Он снес ноги обоих мужчин и нарушил равновесие Дайнаса.

И тогда ... ,

Отто: “Уа~а~а~!”

Дайнас: "Уа~а?”

Четвертый игрок - Отто схватил его с криком.

Перед этим Отто идеально настроил себя на ближний бой. Не ожидая такого поворота событий, Батенкайтос издал крик удивления, однако, он справился с Отто.

В следующий же миг Отто показалось, что сильная боль пронзила его внутренности. Левый кулак батенкайтоса пробил его, тело Отто отелетло и покатилось.

Отто: "Гхх - кхх, гхооогххх - кх!”

Лей: "В правильном месте, когда ассортимент вашего аромата и мягкости будет доступен, мы обязаны вкусить тебя, старший брат. Позже мы c вами будем отличными ……”

Когда Батенкайтос выпалил это, двое, которых тот сбил с ног, сдвинулись.

Дайнас нес Отто на руках, а Гастон защищал их обоих. Батенкайтос склонил голову и посмотрел вниз на то, чего касался его изодранный плащ.

В том месте, где он столкнулся с Отто, лежали два магических камня.

Лей: "Так, так.”

Его движения были слишком медленными чтобы сбежать.

В следующее мгновение, когда Батенкайтоса заметил магические камни, оба магических камня взорвались.

Это было комбо магического камня огня и магического камня воды.

Красный и желтый свет, синий и белый свет заполнили пространство, и тело Батенкайтоса поглотил свет, ударная волна была выпущена.

Лей: “Кххх!!”

Подвергнувшись облучению с близкого расстояния, Отто тоже подвергся урону.

Хотя Гастон, который действовал как стена, защищал от большей части воздействия, оно все еще ощущалось на коже Отто. Его кожа обожглась до степени замерзания, и замерзла до степени ожога.

Как только ударная волна остановилась, эпицентр этого взрыва стал поистине ужасным зрелищем. Булыжник был оторван, почва под ним была широко открыта, и опаленные осколки камня были разбросаны повсюду.

Лей: "А~х, это жестоко. Наша единственная хорошая одежда испорчена.”

Вновь, Батенкайтос оказался в точке, удаленной от эпицентра.

Однако, похоже, на этот раз, по крайней мере, он не был невредим.

Длинные волосы юноши пострадали от удара, обрушившегося на него, и его голос был несколько угрюм.

Похоже, юноша действительно попал в эпицентр взрыва. Он потерял тряпку, которая до сих пор покрывала все его тело, и кожа под ней теперь была видна.

Отто: “--Уф.”

Отто издал этот звук рефлекторно.

Гастон и Дайнас, скорчив лица, молчали, наблюдая то же самое.

Обнаженная кожа мальчика была покрыта ранами и шрамами.

Шрамы от хлыста, шрамы от раскаленного железа, шрамы, вырезанные острым предметом, шрамы, нанесенные ударами тупым предметом, шрамы от выдирания кожи, шрамы от клыков зверя, шрамы от прололжительных побоев, которые сделали кожу синевато-черной, шрамы бесчисленного количества.

Юноша в лохмотьях, на котором теперь был только пояс, обернулся, показав свое раненое тело. Он увидел, что Отто и остальные скорчили лица, его выражение лица изобразило недовольство.

Лей: "Силой отобрать у ребенка одежду, а потом так отреагировать - это обидно. Взрослым все это приносит удовольствие, не так ли?”

Отто: "... я не знаю, как насчет взрослых, с которыми ты близок, но обычно они такого не делают.”

Лей: "Хм-. А теперь вы показываете сострадание. Так легкомысленно менять отношение, из-за такого, мы не можем доверять вам лю-ди!”

Раскинув руки, словно показывая свое покрытое ранами тело, Батенкайтос выкрикнул это.

Отто вновь скорчил лицо при этих словах, а Дайнас изобразил отвращение. Только у Фельт и Гастона выражение лиц осталось спокойным.

Они посмотрели на хмурого Отто и вздохнули.

Фельт: "Эй-эй, не думай о странных вещах. Такое может быть на ком угодно, просто не на моем теле или твоем , но может быть на ком угодно.”

Вцепившись в сверток, который держала в руках, Фельт успокоила его. В ее глазах не было ни капли сострадания к этому монстру. Конечно, Отто знал, что их противник этого не заслуживает, но ведь он не был архиепископом греха и безумцем от рождения.

По крайней мере, такое впечатление на него произвело тело Батенкайтоса.

???: "Просто скучная выдумка, тебе это не поможет, очевидно. Думаю, в конце концов ты пожалеешь об этом, я полагаю.”

“----”

- Откуда ни возьмись, - эхом отозвался голос, которого не было на открытой площади.

Все, включая Батенкайтоса, подняли головы от неожиданности.

Все взгляды обратились к водному пути, окружавшему эту большую площадь,– и в воздухе, левитируя на небольшой высоте, появилась одна маленькая девочка, которая затем опустилась на землю.

В пышном платье с оборками, с красивыми круглыми глазами и вьющимися волосами кремового цвета. Теперь, когда она наблюдала за происходящим своими большими круглыми глазами, ее явно раздраженное поведение стало обычным.

И как только ее глаза встретились с глазами Отто, она вздохнула, давая понять, что у нее нет выбора.

???"Одного Субару достаточно для извращенных игр и сладости, я полагаю. Единственный, кому Бетти поможет, - это тоже лишь Субару... На этот раз это особое исключение, не более того, очевидно.”

Отто: "Да, да, мои извинения, что доставляю вам столько хлопот. Но, огромное вам спасибо.”

Услышав грубый ответ девушки, Отто, однако, почувствовал облегчение, настолько сильное, что ему захотелось лечь в изнеможении.

Само существование этой девочки было одним из вариантов победить, о которых думал Отто.

???- Ну что ж, тогда давайте покончим с этой суетой и я попрошу Субару обнять меня, я полагаю.”

Подняв руку, маленькая девочка произнесла это с безразличным выражением лица.

Нет, дух. Она же ведь еще и Великий Дух.

Дух, заключивший договор с Нацуки Субару, Беатрис--, наконец, вступила в бой в качестве подмоги.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 69. Омерзительный ужин-банкет

Перевод: Kirahegao

Все посмотрели на маленьку девочку, которая фыркнула, подол ее платья колебался от ветра.

Девочка по имени Беатрис, оглядевшись вокруг, изучила ситуацию. На этой большой площади улицы водного пути присутствовал сильно израненный "Обжорство" Лей Батенкайтос, а также Отто и остальные, противостоящие ему.

Глядя на Отто, Фельт и остальных, Беатрис устало вздохнула.

Беатрис: "Это довольно жалкие выражения лиц, я полагаю.”

Все были слишком измотаны, чтобы спорить с замечаниями Беатрис. Однако участие Беатрис в битве, несомненно, станет поворотным пунктом в этой все более обостряющейся битве.

Естественно, в груди Отто зародилось чувство облегчения.

Отто: "Беа-- -кх.”

Как только он собрался назвать ее по имени, Отто закрыл рот.

Батенкаитос был существом, которое питалось именами. Ведь он сам попросил, чтобы Фельт и другие не звали его по имени. Он не может сам нарушить это правило.

Эмоции Батенкайтоса к Отто, который скрывал свое имя... Архиепископ был явно раздражен тем, что он был помехой его обеду. Потому что Батенкайтос, чтобы съесть имя своего противника, должен знать это имя.

Отныне он не должен был слышать имени Беатрис. Он остановил движение своей руки и прекратил свою речь.

Однако такая предусмотрительность Отто оказалась тщетной.

По какой-то причине...

Лей: "Беатриса-сама? Чтоо ты делаешь на улице?”

Потому что именно это Батенкайтос произнес, наклонив голову вперед, не сводя глаз с Беатрис.

Продолжая наблюдать за Беатрис,Обжорство продолжал свою таинственную речь.

“----”

Лей: "Даже после того, как вам так не нравилось выходить на улицу. Кроме времени приема пищи, или когда вас сопровождал Великий Дух-сама...... А~х, значит, были и какие-тоо исключения?”

Батенкайтос продолжал свои слова, обращаясь к притихшей Беатрис.

Это были слова, предполагающие близость, нельзя было сказать точно, но они, несомненно, были словами человека, уже знакомого с ней, но держащего некоторую дистанцию.

Отто: "Это значит, что он ваш знакомый из прошлого ... Беатрис-са-- -кх.”

Знакомство из прошлого, между Батенкайтосом и Беатрис.

Потеряв понимание происходящего, прежде чем он смог позвать ее по имени, Отто потерял дар речи. На этот раз он невольно взглянул в лицо Беатрис.

С яростью в ее больших круглых глазах, Беатрис прикусила губу.

Эта девочка-дух редко выказывала ярость. Стоя перед изумленным Отто, Беатрис глубоко вздохнула и сердито посмотрела на Батенкайтоса.

Беатрис: "На самом деле ваш трюк был понят. Вот оно что, я полагаю.”

- Пробормотала Беатрис глубоким и тяжелым голосом.

Но в ее голосе не было враждебности, так как она подавляла свои эмоции.

Скрывая гнев, чтобы он не отразился на ее лице, Беатрис пристально вглядывалась в испорченные и мутные глаза Батенкайтоса и искривила губы от отвращения, вызванного тем, что она увидела.

И,

Беатрис: "Ты, сколько людей ты будешь накапливать в себе пока тебе это не надоест, in fact?”

Лей: "Кто знает? Но это все равно лучше в сравнении с Роем. Рой - невероятное обжорство, поэтому он ест все, что угодно, но так как мы тщательно выбираем, то количество будет поменьше! Нас заботит качество жизни, которую едим, поэтому мы не согласны с Роем.”

Поедать имена и воспоминания, сам Батенкайтос подтвердил, что таково его меню.

Называя себя гурманом и называя кого-то близкого себе невероятным обжорством, он демонстрировал своеобразный эстетический изыск, который Отто никогда не сможет понять.

“----”

И чего Отто никак не мог понять сейчас, так это эмоции Беатрис.

Отвращение молодой девушки, казалось, не было вызвано лишь тем, что она поняла сущность Батенкайтоса. Казалось, что она была вызвана чем-то другим.

Возможно, это связано с тем, что Батенкайтос относился к Беатрис так, будто он ее уже знал, и, думая об этом, Отто понял.

Причина, по которой Батенкайтос в одностороннем порядке был знаком с Беатрис.

Отто: "... этого не может быть.”

Боевые навыки Батенкайтоса были на том уровне, который могут только те, кто долго и упорно тренировался. Отто выдвинул гипотезу, основанную на наблюдениях Дайнаса.

Отто: "Я ожидал, что переживания тела противника, чье имя и память были съедены, перенимаются им. Ваши

навыки рукопашного боя и владения кинжалом, достижение такого невероятного уровня мастерства в вашем возрасте было бы невозможно. Если это так, то ... ……”

Даже навыки съеденного противника послужат ему пищей.

Если это так, то становится понятным, как Батенкайтос смог научиться навыкам мастера всевозможных боевых искусств.

Если эта гипотеза верна, то не только верна, но и несет в себе дополнительный смысл.

Отто: "Однако, если то, что мы воспринимаем, - это не просто переживания тела.”

Это означало, что это было нечто еще более порочное, большее чем угроза боевой мощи.

В конце концов, то, что сказал Батенкайтос.

Что он искал того, чья речь эхом разнеслась по всему городу.

Этот человек, слабый и хрупкий, не способный на подвиги, если у него не было того, кто его поддерживает.

Вы могли бы прочувствовать это, если бы обладали таким же характером, как у Нацуки Субару в течение некоторого времени. А в этом мальчике была та таинственная часть, которая заставляла окружающих думать именно так.

Однако эти мысли были о ком-то, кто трепетно относился к Субару.

Тот факт, что он знал о хрупкости и слабости, стоящими за силой и храбростью Субару, было доказательством того, что он близок к нему.

И если это доказательство было чем-то украденным "Обжорством" в то время, то на ум приходила только одна возможная кандидатура, одна молодая девушка.

Отто: “~кх!”

Наконец Отто почувствовал то же отвращение, что и Беатрис.

Заметив, как изменился цвет глаз Отто, устремленных прямо на него, Батенкайтос улыбнулся и обнажил клыки.

Лей: “Старшая горничная семьи Графа Розваля Л. Мэйзерса. ...... подожди, подожди, подожди, не так.”

Покачивая головой во время своих слов, Батенкайтос раскинул руки.

На своем покрытом шрамами теле он с любовью погладил один белый шрам. Этот шрам, висевший у него на плече, выглядел так, словно его ударили железным шипом, и на него было больно даже смотреть.

Лей: "Та, что любит Нацуки Субару, который когда-нибудь станет героем, его преданная сторонница, Рем ... так правильней?”

“----”

Лей: "Дайте же нам встретимся с ним, возлюбленным героем-сама! Наш герой, должно быть, прошел долгий путь сюда, чтобы вынести нам свой приговор!”

Вытянув язык, лизнув эту рану, Батенкайтос захохотал.

В этот же момент у Отто кровь прилила к голове. Он заскрежетал зубами, издавая скрип. Его охватила такая ярость, что ему захотелось врезать Лею.

Поведение Обжорства, тон, улыбка-все высмеивало чувства этой одинокой молодой девушки.

Не зная, как много эта молодая девушка, должно быть, молила о благополучном возвращении, теперь она была растоптана насмешками и презрением. Вот что зажгло сердце Отто.

Обжорство это враг, которому не будет пощады.

Отто: "Беатрис-Сан...?”

Беатрис шагнула вперед и встала перед Отто, который пальцами считал количество магическых камней, оставшихся в рукавах. Отто не мог понять, почему она подошла к нему. И...

Беатрис: "Чтобы ты понял, я тебе скажу, полагаю. На самом деле, хорошо, что ты позвал Бетти.”

“----”

Беатрис: "Он... единственный, с кем Субару лучше не встречаться, я полагаю. Если Субару встретит его, он будет ранен. Определенно, до такой степени, что рана никогда не заживет. Вот почему”

Отто: "Давайте остановим его здесь, своими силами.”

Сказав последние слова Беатрис, Отто объявил:

Хотя Беатрис не обернулась, по ее позе было ясно, что она согласна. Она была партнером Субару, для которого все они так дороги. Отто с болью понимал, как ему будет неприятно, если этот урод перед его глазами столкнется с Субару.

Фельт:"Погодипогодипогодиподи я же тебе говорю, стой!”

Тот, кто возвал к этим двум, намеревающихся сокрушить своего заклятого врага, был не он сам, Батенкайтос. Это была Фельт, которая все это время спокойно слушала диалог рядом с Отто. Она схватила свой сверток и направила его на Беатрис. ,

Фельт:"Я слышала, что ты говоришь как какая-то большая шишка, но что вообще может сделать эта маленькая девочка? Хотя я слышала, что ты компаньон того старшего братика...”

Отто: "А, хм, ясно. Вообщем, это не очень просто объяснить……”

Фельт высказала свои сомнения, Отто не мог дать им должного объяснения.

Возможно, она уже знала о том, что Беатрис была духом и заключила контракт с Субару, поскольку это было общеизвестно. Было также верно, что боевая мощь Беатрис в отсутствие Субару была неизвестна.

Беатрис: "На самом деле жалкое создание не должно называть других маленькими девочками. Если у вас нашлось свободное время, чтобы побеспокоиться о способностях Бетти, вам лучше использовать его для беспокойства об этом бесперспективном ущербном теле, я полагаю.”

Фельт: "Эй, мелочь, ну ты и грубиянка. Позволь мне сказать тебе, что теперь я ем и сплю нормально, так что моя спина и грудь растут. Это ты должна беспокоиться о своем будущем.”

Беатрис: "К сожалению, дизайн Бэтти так разработан. Так что...... Хм.”

Завязался забавный разговор, но Беатрис прервала его, сделав паузу. Ее взгляд упал на тонкий сверток в руках Фельт.

Козырной картой Фельт было магическое устройство, Беатрис удивилась, когда увидела его,

Беатрис: "Не может быть, это ведь метеор, я полагаю?”

Фельт: "Метеор?”

Беатрис: "Мама ... на самом деле, один почитаемый маг давным-давно использовал его, чтобы докучать дракону. Предполагалось, что его местонахождение более неизвестно, но это судьба, я полагаю.”

Фельт сочла объяснение Беатрис, которая скрыла важную его часть, и так спорным.

Но с точки зрения Отто, если сказать, что мать Беатрис была всеми забытой ведьмой, это было бы поистине возмутительное утверждение.

У него все еще оставались сомнения, о которых он хотел спросить, но если ведьма действительно использовала его, чтобы досаждать Дракону, его потенциала был высок.

Отто: "Я слышал о том, что его сложно использовать, но что мы можем ожидать от него с точки зрения мощи?”

Беатрис: "Об этой штуковине рассказывали анекдот, что Дракона почти заставили плакать. Мощная атака гарантирована.”

В ее заявление все еще трудно было поверить. Однако она подтвердила, что это полезное оружие.

Хотя слова Беатрис убедили Отто, Фельт все еще не была убеждена.

Фельт:"Черт возьми, я проучу тебя, чтобы ты не болтала всякую фигню, позже. Вместо этого, эта маленькая……”

Беатрис: "На самом деле ваш разум не может подняться выше этого уровня, очевидно. Но, полагаю, ваше беспокойство напрасно. В конце концов..”

Фельт:"А?”

Беатрис: "Атака уже подготовлена.”

Фельт непонимающе наклонила голову, Беатрис показала ей свою очаровательную улыбку. Немного подняв правую руку, она указала ей в сторону Батенкайтоса, все потеряли дар речи...

Фиолетовые кристаллы с треском материализовались в воздухе и окружили Батенкайтоса.

Лей: "Ах, Беатрис-сама так безжалостна.”

Беатрис: "Просто нигде в этом мире, никакое милосердие не может быть найдено для вас, я полагаю.”

Аль Миния.

Эта магическая атака, редкая даже среди магии Инь, была причиной того, что он так оскалился.

В тот момент, когда Батенкайтос высказал свою жалобу, фиолетовые кристаллы закружились в неистовом танце, нацелились, и бросились на его миниатюрное тело.

Чрезвычайно мощная и точная атака ударила по его тонкому телу, стоящему прямо, каменное покрытие и кристаллы крошились, поднялся дым. Эта ужасная сцена на огромной открытой площади показала силу Беатрис.

Беатрис: "Ну, а что ты думала, я полагаю.”

Демонстрируя свою магическую силу, Беатрис повернулась к Фельт с победоносным выражением лица. Хотя это был глупый поступок для четырехсотлетнего Великого Духа, но Фельт не могла указать ей на что-либо подобно, так как потеряла дар речи.

Фельт:"Н-ну, не так уж и плоохо, наверное.”

Но несмотря на свое безмолвие, Фельт отказывалась признавать свою ошибку.

Гастон: "В-ваш голос д-дрожит, Мисс Фельт.”

Фельт:"К тебе это тоже относится! Перестань нести чушь и смотри вперед!”

- Фельт крикнула Гастону, чей голос дрожал, сделав вид, что отвести внимание от себя. Но то, что она сказала, не было фарсом.

В конце концов, фигура Батенкайтоса, которая должна была ощутить на себе магическую атаку Беатрис, не присутствовала там, где она должна была быть.

Дайнас: "Он наступает!”

- Крикнул Дайнас, и все подняли глаза и посмотрели в ту сторону, куда он смотрел. Там они увидели Обожорство, со всеми четырьмя конечностями на земле, двигающегося подобно пауку.

Обжорство улыбнулся, обнажив клыки, из его глаз текла кровь.

Лей: "Ха-Ха~! Как и ожидалоось от Беатрисы-сама! Отлично, да, это отлично, отлично, можно ли действительно сказать, что это отлично, конечно, это замечательно, разве нет, замечательно, а как же иначе ~ням-ням!”

Встряхнув головой, взъерошив волосы, Батенкайтос вскочил с земли и бросился дальше вперед.

Беатрис: "Осталось еще пять раз.”

Отто услышал, как Беатрис что-то тревожно сказала, облизнув губы.

※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※ ※

В тот момент, когда Эль Минья была использована и началась атака, Беатрис почувствовала, как в ее кармане раздробился крупный магический камень.

У нее в кармане сейчас было шесть магических камней, из которых только пять можно было использовать в битве.

Перед этим в городе произошла стычка с архиепископами гнева и жадности и последующее сражение с ними на площади.

В результате этой битвы Беатрис потратила свою Ману на исцеление Субару и жителей города, до такой степени, что это нарушило ее физические возможности.

Дух Беатрис-это искусственный дух, созданный ведьмой ехидной.

Ее сила намного больше, чем у обычных духов, но цена этому - некоторые неприятные недостатки.

Ее трата сил прямо сейчас-это розыгрыш запасной карты, которую лучше не тратить.

Сейчас у Беатрис есть Семь магическых камней.

Большой магический камень-это камень, в котором Мана накапливалась в течение нескольких лет. Один из них уже был разбит вдребезги, и теперь их осталось только шесть. Они были даны Беатрис, которая погрузилась в глубокий сон, Киритакой, чтобы она помогла Отто и остальным в этом сражении.

Киритака: "Пожалуйста, я прошу тебя от всего сердца, Великий Дух-сама. Пожалуйста, одолжи мне свою силу и используй ее для защиты этого города. В этом городе есть те, кого я люблю.”

Киритака, весь в панике и чуть не плача, он умолял ее. Беатрис не могла проигнорировать Киритаку, который использовал безмерно ценный магический камень, чтобы пробудить ее ото сна.

Если говорить правду, то Беатрис хотелось поскорее добраться туда, где находился Субару.

Ситуация в городе резко изменилась, и Субару тоже оказался под угрозой. Если ее не было рядом с ним, Субару, в конце концев, безнадежный парень.

Вот почему теперь, когда она пробудилась, она должна посвятить себя Субару--.

Беатрис: "Глупо, наверное. На самом деле глупо.”

Беатрис отказалась от этого своего желания, как только почувствовала вину после того, как осознала, что сейчас ее проявление заботы лишь отмазка для того, чтобы избежать другого сражения.

Если Субару решил сражаться без ее нее, значит, у него есть способ сражаться без нее.

Субару не переоценивает себя. Скорее, он склонен слишком сильно недооценивать себя.

Он не станет безрассудно вступать в бой с противником, которого не сможет победить, а если ему нужна Беатрис для победы, то так или иначе разбудит ее.

Вот почему в cейчас Субару не нуждался в ней и оставил ее во сне.

Вот почему, как только Субару вернется после битвы, у нее должна быть своя победа, чтобы она могла с ним сравниться.

Для Беатрис, ставшей подмогой для Отто и остальных, Киритака предложил семь крупных магических камней.

Неспособная использовать Ману из своего окружения, сейчас Беатрис использовала ману магических камней, они неэффективный проводник, но других вариантов нету.

В кармане ее платья, в этих камнях, было столько маны, что можно было бы творить чудеса, но теперь их потенциал был растрачен на атаки.

Эта сила могла быть использована не для десяти, а даже тысячи магических заклинаний. Однако, хотя нет никаких ограничений на силу магии, но независимо от того, насколько слабо было заклинание, на которое тратится камень, после он разобъется.

Поскольку один из шести нужно было сохранить, можно было использовать только пять.

Другими словами, она должна завершить бой за пять заклинаний.

Беатрис: "Воссоединение с Братиком придется подождать, я полагаю. Вместо этого вы узрите ад.”

Один из больших магических камней, подаренных Киритакой Беатрис, изначально был нужен для Пака. Такова была первоначальная цель их путешествия, но теперь то, что эти камни тратились на сражение, не что иное, как ирония судьбы.

Лей: "Мы устали пребывать в аду! В конце концов, те, что были съедены нами, каждый из них в последний момент чувствовал это!”

С этими словами Батенкайтос бросился к ним.

Его движения были небрежны, но его пронзительный взгляд был крайне настороженно сосредоточено на Беатрис.

Он не знал, что после пяти заклинаний у Беатрис кончатся силы, что у нее кончится Мана. Чтобы произвести на него это впечатление, она начала с мощной атаки в обмен на один магический камень, что стратегия была лучшей из доступных и она оказала свое действие.

Беатрис подняла левую руку и указала ладонью на летящую в воздухе Батенкайтосу.

Беатрис: "Аль Миния!”

Лей: "---!”

Беатрис: "На самом деле, я просто пошутила.”

В этот момент, ожидая чрезвычайно высокого уровня магии, Батенкайтос напряг свое тело. Перед ним, Беатрис с высунутым языком, и тот понесся в обратном направлении.

В этот момент Гастон и Дайнас бросились на скрючившегося Батенкайтосу.

Гастон: "У-о-о-о!”

Дайнас: "Съешь и это тоже!”

Двое мужчин с криками бросились в контратаку на Батенкайтоса.

Весомый и резкий удар был нанесен Обжорству, но Батенкайтос увернулся от него с помощью выдающихся навыков обращения со своим телом, и в обратном направлении, повернул свой собственный кинжал в сторону двух наступающих.

Стальное острие пошло по траектории, нацеленной прямо в шею Дайнаса.

Гастон: “Это опасно...... гхх!”

Дайнас: "Извините!”

Гастон преградил кинжалу путь, заслонив Дайнаса и приняв удар на себя.

Раздался удар будто о дерево, и сила кинжала ослабла, но Гастон, отступая назад, сильно закашлял, красная кровь сочилась из его губ.

Это был предел его боевой способности использовать Ману, называемый методом потока.

Обладая крепким телом, Гастон сражающийся мечом и в рукопашную, использовал свое умение, известное как метод потока, альтернативный метод использования маны, не являющийся магией.

Это навык, требующий гораздо меньше таланта, чем магия, только обучение и время потраченое на тренировки имели значение, но пользователь должен был пролить кровь для его использования.

Беатрис: "Похоже, он слишком много взял на себя.”

В глазах Беатрис тренировки и талант Гастона были ничем иным, как посредственностью.

То, что он смог, так или иначе, взять на себя лезвие архиепископа греха с помощью своего посредственного метода потока, могло произойти только потому, что Батенкайтос не дрался с Гастоном в серьез.

Лей: "Как тебе?”

Гастон: “Гххху, аагххх!?”

Опущеный на колени, он ударил ногой прямо в челюсть Гастона.

Истекая кровью из носа, упав, неспособный двигаться, гигант теперь не мог сражаться. Таким образом, их боевой потенциал уменьшился еще на одну единицу.

Лей: "Вы очень старались, Гастон! Вы оочень храбро сражались. Столько, столько труда, но ты потерпел неудачуу! Мы считаем, что такйо парень как ты достоинг!”

Фельт:"Ты, ублюдок!’

От издевательств Батенкайтоса над Гастоном, у Фельт прильнула кровь к голове, и она направила метеор, который держала в руке, прямо ему в голову.

Если правиьно его использовать, его сила, несомненно, будет такой, какую следовало ожидать от ведьмы. Но если бы его использовать вот так, он не сможет раскрыть свой потенциал.

Лей:"А, О-оо! Боже, Фельт-тян, ты все же решила сделать это!”

Фельт:"Заткнись, заткнись! Иди к черту, кусок дерьма!”

Махая магическим посохом, будто палкой, Фельт использовала все свои физические способности, чтобы нанести удар по Батенкайтосу. Батенкайтос увернулся от каждого ее удара, просто изящно двигая ногами, словно исполняя великолепный танец.

Метеор даже каснулся с волос Обжорства, но этого было недостаточно, чтобы причинить ему какой-либо вред. Между ее навыками и ее была огромная пропасть. Он игрался с ней как с игрушкой.

Беатрис: "Ты! А теперь отойди, я полагаю! На самом деле, наш купец уже вылечил здоровяка!”

Фельт:"Неужели ты думаешь, что я пришел сюда только для того, чтобы отвлечь его!”

Разница в их физических возможностях была очевидна, и было очевидно, что она проиграет, если ее контратакуют.

Пока Фельт атаковала Батенкайтоса, Отто поспешно выволок потерявшего сознание Гастона с театра боевых действий. Дайнас тоже, судя по тому как он двержал свои две катаны, искал брешь, чтобы прорваться в бой Фельта и Батенкайтоса, но не было никакой возможности.

Даже если она возникает, Батенкайтос полностью заполняет этот пробел. То, как он высматривал момент, который был возможностью для Дайнаса и лишал этой возможности, было знаком того, что Обжорство, который был в меньшинстве и должен был быть в невыгодном положении, был тем, кто управлял этим местом.

Лей: "Что, что это, что это, что это может быть, почему это может быть, что же это может быть! Даже после того как помогла своему другу, Фельт-тян откажется от продолжения? Какая жалость.”

Фельт:"Идиотская болтовня! Ты, ублюдок, просто оставайся на месте и получи свой удар……”

Лей: "Ну и ну. Но нам уже становится скучно.”

Фельт:"Ух, кияяяя!?”

Фельт крикнула и ударила посохом, в этот момент Батенкайтос вышел вперед. Расстояние между ними исчезло, и ладонь Обжорства нежно коснулась груди Фельт.

В этот момент толчок сотряс тело девушки, мягко отбросил ее назад, пронзительный крича, она покатилась по улице.

Атака была достаточно сильной, чтобы просто отбросить ее тело назад, но проблема была не в этом.

Отто: "О нет! Он дотронулся до нее!”

Отто повысил голос, смотря, как закашляла девушка, получившая удар в грудь. Увидев тревогу на его лице, Беатрис поняла причину его беспокойства.

Еда была подана к столу Чревоугодия.

Лей: "Фельт-тяян. --Давайте же есть.”

Следуя непонятному обычаю, Батенкайтос поднес к себе ладонь левой руки, которая коснулась Фельт, и лизнул ее высунутым языком.

Как будто на ней присутствовало что-то жизненно важное, вроде жизни молодой девушки по имени Фельт.

Положив это на язык, с любовью, погладив рукой его шершавую поверхность, прочувствовал вкус каждой частички, словно собрал урожай, бросил в корзину и без капли жалости переварил.

В тот момент, когда все это было сделано, трапеза Чревоугодия подошла к концу, и имя поселилось внутри негодяй.

И все следы молодой девушки по имени фельт исчезли с лица земли.

Лей: "Гхх, тьфу.”

Фельт:"А? - В чем дело, ублюдок? До чего же грубо он себя ведет.”

Фельт, качая головой, смотрела на Батенкайтоса, который опустился на колени и блевал.

Конечно, память о ней не исчезла, она лишь стояла наклонив голову в ярости.

Это был тот самый момент, когда трапеза Обжорства столь неэстетично потерпела крах.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 70. Затмение

Перевод: Kirahegao, imy

Батенкайтоса вырвало, после попытки съесть Фельт

Постанывая в агонии, выплевывая желудочные соки, Обжорство явно не имитировал происходящее. Поэтому, хотя он и не положил в рот что-то реальное, его живот все равно сжимался, когда его рвало.

Это было таинственное зрелище, создававшее такое впечатление, которое само по себе не было абсурдным.

Фельт: "Черт, как больно ... попробуй еще иметь дело со мной……”

Поглаживая свою пострадавшую грудь, Фельт поднялась на четвереньки.

Те, кого она видела краем глаза, Беатрис и другие не забыли о ее существовании.

Трапеза Обжорства потерпела неудачу.

Лей: "Кха кхе гххбуэээ кх уэээ!”

Дайнас: "Не знаю почему это произошло ...но это хороший шанс!”

Дайнас совершил набег на Батенкайтоса, чье сознание было полностью вне поля боя, когда он выплескивал желудочный сок из края рта.

Два меча рассекли воздух и коснулись Батенкайтоса.

К беззащитной шее устремилось серебряное лезвие катаны.

Лей: "Гх, о~о~х!”

Издав звериный звук, Батенкайтос уклонился от клинка.

Его увертка была немного запоздалой, и часть его волос была срезана, но этого было недостаточно, чтобы разрезать кожу. Вращая своим миниатюрным телом с чрезвычайно высокой скоростью, Обжорство избежал атаки своими кошмарными движениями .

Беатрис: "Купец!”

Отто: "Я знаю!!”

В ответ на призыв Беатрис Отто взмахнул правой рукой. Два магических камня, вылетевшие из его руки, соприкоснулись с Батенкайтосом, избежавшим прежней атаки.

В этот момент когда они засветились, и поток магической энергии, сдул это тело, однако Батенкайтос сразу же ответил на него своим невероятным рефлексом.

Лей: "Хума~!”

Свет набирал яркость, Батенкайтос должен был быть поглощен разрушительной силой взрыва, но в этот момент Батенкайтос заключил магический взрыв в лед своей магией.

Взрыв, вызванный магическими камнями, остановился на ранней стадии, и в итоге стал лишь кучкой льда, которая упала на землю со стуком. Это было чрезвычайно хороший навык быстро блокировать бесцветные магические волны.

Возможно, даже это было бы способностью кого-то, чье имя съел Батенкайтосом. Сама мысль о том, что этот кто-то, который, должно быть, учился этой способности, теперь хранился в его желудке, не остался ни в чьей памяти, вызывала тошноту.

Однако сейчас было не время для подобных переживаний.

Что именно сыграло решающую роль здесь, это--.

Лей: "Фух! Опасно опасно ... но мы справились!”

Смеясь, Батенкайтос пинал лед, который захватил магические камни, в водяные пути. Он покрутил телом, зафиксировав талию, как бы успокаивая содержимое внутри живота, и, вытирая рот руками, наклонил голову вперед.

Эти порочные глаза осматривали Фельт, которая крутила руками и ногами, чтобы убедиться, что они не повреждены. Заметив, что Батенкайтос смотрит на нее, Фельт шмыгнула носом.

Фельт: "Что. Я также зла как и ты, ублюдок.”

Лей: "Какая еще злость, мы впечатлены. Мы так удивлены, ведь наблюдая за вами подумали, что вы совсем не блещите умом.”

Фельт: "Уух? Что ты говоришь……”

Лей: "Мы никогда не думали, что у вас хватит ума использовать против нас псевдоним. Мы были обмануты. Мы намеревались избежать пожирания до тех пор, пока имя не будет раскрыто, но ... если подумать, этот неожиданный поворот может принести свою пользу.”

“----”

Псевдоним... услышав слова Батенкайтоса, Фельт замолкла.

Реакция Фельт, нахмурившую брови, свидетельствовала о том, как сильно она не ожидала услышать то, что услышала. С первого взгляда можно было понять, что она понятия не имеет, что означают слова Батенкайтоса.

Тогда как Беатрис, услышав этот разговор, поняла причину того, что трапеза Батенкайтоса не удалась.

Батенкайтос обладал полномочиями того, кто мог съесть имя человека, чье имя он уже знал, прикоснувшись к нему, однако это должно быть настоящее имя человека.

Псевдонимы, или прозвища, они не подходят для функционирования полномочий.

Поскольку имя Фельт не соответствовало условиям трапезы, Батенкайтос, отведавший ее, пострадал.

С учетом сказанного,

Лей: "Старший брат и Фелт-тян ... их имена неизвестны, и оба они так подходят для нашего стола, как это хлопотно.”

Отто, чье имя было совершенно неизвестно, и Фельт, которая, как казалось, использовала псевдоним.

Дайнас, чье имя сразу же стало известно, и Беатрис, которую он знал из воспоминаний Рэм, для их поедания не было никаких препятствий, -это подразумевал Обжорство, это было отвратительно осознавать. Однако он, называющий себя гурманом, зависящий от поедания имен, тоже не был лишен своих собственных проблем.

Фельт: "Эй! С меня хватит твоей болтвони, а теперь заткнись и послушай меня, что ты несешь?”

Беатрис, которая была погружена в свои мысли, а Батенкайтос продолжал негодовать. Пока Отто и Дайнас наблюдали за происходящим, Фельт начала свою громкую и раздраженную речь.

Она была раздражена повторяющимися выводами, сделанными в отношении нее, и нацелилась на Батенкайтосу метеором, чтобы ударить его.

Фельт: "Псевдоним или что-то еще, не шути со мной. Я уже пятнадцать лет живу с именем, которое дал мне дедушка Ром. Сказать, что это не правда, это не смешно.”

Лей: "Человек, который не знает своего собственного имени, ох. Это означает, что родители, которые вырастили вас, проделали довольно неплохую работу, не так ли. Для нас это огромное неудобство.”

Фельт: "Имя, данное теми дерьмовыми родителями, которые бросили меня в переулке? Тогда должно быть меня зовут"обуза”, или “негодная в пищу”, или "мусор". После этого ты все еще хочешь высунуть язык, поесть и посмотреть, что выйдет?”

Лей: "Как будто мы на это клюнем. --Но вот что..”

Показав свои выпирающие зубы, Батенкайтос поднял руку в сторону Фельт, которая гневно улыбалась.

Лей: "После того, как мы съедим все остальное, мы заберем вас с собой. А как насчет того, чтобы встретиться с тем, кто дал тебе фальшивое имя, с дедушкой Ромом? Дедушка Ром может знать твое настоящее имя. Мы хорошо умеем заставлять людей излагать то, что они знают. Вы можете оставить это нам.”

Отто: "... Потратить столько времени просто ради этого... Разве у тебя нет выбора, чтобы сдаться?”

- Бездумно произнес Отто, обращаясь к Обжорству, который произносил свои оскорбительные слова. Услышав это, Батенкайтос приложил ладони ко рту и обхватил горло, словно наслаждаясь происходящим.,

Лей: "Если в мире конечное число людей, то число деликатесов, достойных гурмана тоже конечно. Тогда мы не упустим ни одного шанса познакомиться с этими эксклюзивными деликатесами для гурманов. Выпьем до дна! Обжорство! Облизать, прожевать, мы будем облизывать и наслаждаться вкусом, пока не закончится соус на тарелке. Ой, конечно же, старший брат тоже не исключение, так почему бы тебе просто не расслабиться?”

Взгляд батенкайтоса ясно дал понять, что он отказаться от четверых присутствующих.

Зацикленность Обжорства на еде была недоступна пониманию Беатрис и других, которые также были оценены, как достойные гурмана. Однако за его злонамеренностью не стояло больше ничего.

Желание этого мерзавца есть продолжало расти, это и вызывало раздражение Фельт.

Фельт: "Интересно конечно. Мне придется что-то здесь сделать, иначе ты доберешься до дедушки Рома, хех.”

Сказав это тихим голосом, Фельт по очереди качнула каждой ногой вперед.

Туфли, которые она носила, порвались, и теперь Фельт стала как и Батенкайтос босой. Ступив босыми ногами на каменное покрытие, она оставила Метеор лежать на полу и вытащила кинжал.

Лей: "--? Это не имеет смысла, Фельт-тян. Разве не это главный козырь?”

Фельт: "Вместо устройств, к которым я не привыкла, это будет гораздо проще в использовании. Конечно, разница не велика. Вместо устройств, которые неудобны в использовании, лучше использовать те, которые просты в использовании, окей?”

Она согнула свои босые ноги, и в следующее мгновение тело Фельт рванулось вперед. Через мгновение она уже мчалась как ветер.

Батенкайтос даже широко раскрыл глаза, забыв свое обычное легкомысленное отношение к каждому новому клинку направленному против него, и ответил на ее атаку. Ему даже пришлось воспользовать руками для обороны, его тело использовало движения из чужих воспоминаний.

Фельт: "Ррра-!”

Скорость босой Фельт была выше чем скорость любой другой проворной молодой девушки.

Это была поддержка силы за пледелами человеческих способностей, несомненно, это была божественная защита. Она несколько раз взмахнула кинжалом, но удары были встречены кинжалами Батенкайтоса.

Конечно, Батенкайтос намного превосходит ее в битве на ножах, но Фельт не была еще побеждена, потому что Дайнас поддержал ее.

Дайнас: "Только не бери на себя слишком много, !”

Фельт: "Ты тоже, дядя, только замолкни и не медли!”

Умело орудуя двумя мечами, Дайнас каким-то образом заполнил брешь в контратаке Обжорства. В течение этого времени Фельт быстро переместилась в слепую зону Обжорства. Эхом отзывались столкновения стали, силуэты трех смешались, искры заплясали в воздухе.

Обмен ударами, где решающий удар никак не мог быть нанесен.

Однако на этот раз решающий удар был нанесен вне поля боя.

Беатрис: "Атака ... попала, это будет больно, я полагаю!”

Отто: "Вы оба, отойдите, пожалуйста!”

Оставшись в стороне от сражения они готовили нападение, столько времени, сколько для этого было нужно.

Особые приготовления, которые обычно были бы излишними, удлинили время подготовки, так как они требовали особой осторожности..

Результат этого труда, наконец, должен был принять форму.

“----”

Услышав, что крикнул Отто, Фельт и Дайнас отбежали подальше от Батенкайтоса.

Обжорство мгновенно потянулся к Фельт, но ведь прикоснувшись к ней, он все равно не мог съесть ее имя.

Фельт: “Давай, вперед!”

Яростно махая ногой, за которую яростно цеплялись, и используя одну ногу, фельт отлетела назад на большое расстояние. Дайнас тоже, перекатившись, покинул это место, оставив в поле зрения Беатрис лишь Обжорство.

Нацелившись в него, Беатрис вызвала магию, которая требовала силы "тысячи“, и завершила ее, с уважением к силе”тысячи".

Беатрис: "На этот раз это не шутка, правда ... Уль Миния!!”

После произнесенного заклинания вспыхнул поток фиолетового сияния, и свет очертил круг с Батенкайтосом в центре. Батенкайтос поднял голову, чтобы посмотреть, что происходит, но его реакция была запоздалой.

Не готовиться, а бежать, независимо от того что это была за атака, было правильным вариантом.

Лей: "--!”

В один миг свет сошелся и закрыл Батенкайтоса, образовав кольцо вокруг туловища и рук Батенкайтоса. Кольцо света действовало как цепь и начало сдавливать Обжорство", движения верхней части тела которого были скованы.

Если все тело будет заключено в кольцо света, он больше не сможет избежать мощи Ул Минии.

Кристализующийся фиолетовый свет продолжал сдавливать верхнюю часть тела Батенкайтоса. Вот уже хватка кольца достиг даже нижней части его тела, и Обжорство, который был обездвижен, рухнул на землю.

Громкий звук, напоминающий скрип, заполнил пространство и над рухнувшим Леем появилось огромное голубовато-пурпурное сияние, острыми концами направленное в сторону Батенкайтоса.

Сила Уль Миньи - обездвижить и пронзить противника.

Атака, которой владела Беатрис, обрушилась на Батенкайтоса, и материализовавшееся разрушение летело на него непрерывным дождем.

Лей: “----!”

Послышался крик, но он был заглушен разрушительным фиолетовым светом.

Ошеломляющая мощь света раздробила каменной покрытие, ветер, вызванный взрывом, окутал площадь дымом, а юбка платья Беатрис сильно развевалась.

Фельт: "Неужели получилось!?”

Отто: "Получилось??”

Дайнас: "Действительно получилось??”

Смотря на взрыв все трое, лежа на земле, сказали это одновременно.

Батенкайтос, находившийся в самом центре взрыва, не имел возможности уклониться. Если он действительно сейчас подвергся атаке, то все следы его тела исчезнут, не оставив после себя даже фрагмента костей.

Беатрис: "Это еще не конец, я полагаю!”

Громким голосом Беатрис предупредила их, чтобы они были осторожны, и цвет лиц обрадованной Троицы изменился. Беатрис заметила ошибку, заметила раньше остальных трех, и это было нетрудно понять.

Она чувствовала это.

Беатрис: "--Осталось четыре.”

Большой магический камень, мана, которого накапливалась в течение долгого времени, не выдержал потока маны для Уль Миньи и разбился прямо перед тем, как Батенкайтос, должно быть, был раздавлен.

Несмотря на то, что кристалл был потрачен на заклинание, он был неспособен реализовать его в полной мере. Сияние не смогло уничтожить тело Батенкайтоса, и тело Обжорства было....

Лей: "Этот раз, вероятно, сделал нас немного нетерпеливыми!”

“--!”

Вылетев из облака дыма, Батенкайтос подлетел к Беатрис с низкого угла. Видимо, взяв в расчет силу произведенного только что заклинания, он решил, о ком следует позаботиться в первую очередь.

Беатрис обладала исключительными способностями как пользовательница магии, но ее физические способности были такими же, как у обычной маленькой девочки.

У нее не было навыков, нужных для боя на близком расстоянии с Батенкайтосом, чьи способности были гениальными.

Беатрис немедленно использовала свой третий магический камень в ответ на его атаку.

Беатрис: "Мурак!”

Лей: “Еще один трюк”

Заклинание Беатрис едва опередило руки Батенкайтоса, которые уже должны были коснуться до нее.

Его пальцы имели только одно намерение-не дать Беатрис сбежать, на его пути не было никаких препятствий. Тем не менее, возможность уже упущена.

В тот миг, когда ему показалось, что он коснулся платья Беатрис, тело Беатрис отлетело назад, будто лист по ветру.

“----”

Заклинание Беатрис - Мурак, магия инь, которая нарушает гравитацию. Это магия, которая нарушает силу, притягивающую тело к земле, или уменьшает вес тела, однако Беатрис использовала ее, чтобы уменьшить вес своего тела до нуля в тот момент.

Благодаря этому она могла быстро двигаться по ветру и избежала пальцев, пытающихся схватить ее.

Лей: "Эта мелкая---!?”

Как она и предполагала, ее тело отскочило от Батенкайтоса и мгновенно оказалось на краю большой площади.

Батенкайтос попытался последовать за ней, но тут услышал громкие шаги за спиной и немедленно повернулся.

Выхватив кинжал из-за спины, он попытался нанести удар незваных невоспитанных гостей. Однако этот удар разрезал лишь воздух. По какой-то причине там не было никого, кто мог бы издать звук шагов.

Отто: "Гарфиель или охотница за кишками, они были бы уничтожены!”

С помощью магии ветра Отто послал шаги воздуха, чтобы отлвлечь Батенкайтоса, а затем он бросил еще большее количество магических камней.

Взрывная волна жара, вызванная магическими камнями, двинулась к его незащищенной спине, и на этот раз Батенкайтос не смог уклониться от удара.

Дайнас: "На этот раз точно, это конец!”

Катясь по площади, с распростертыми руками и ногами, Батенкайтос в итоге оказался лежащим на земле. , Дайнас, который заранее подготовился, сжимая обе свои катаны, намеревался нанести завершающий удар.

“----”

Упавший юноша в потрепаном состоянии что-то прошептал.

Будь это его мольбы о спасении или слова сожаления, Дайнас не будет колебаться. Для него, прожившего всю жизнь наемника, борьба за жизнь является результатом ожесточенной конкуренции.

Погибнет ребенок или взрослый, в его мире такая дилема была пустяковой, а эмоции скорби и раскаяния были чувствами, которые можно позволить себе только после того, как ты выживешь, вот и все.

С этого момента все стало ясно. Но даже при том, что движения Дайнаса, в котором сидела эта ясная мысль, не колебались, даже сейчас, он не мог сохранить эту тайну, которая таилась в его груди.

Потому что то, что только что прошептал Батенкайтос, звучало так.

"Лунное затмение....”

и.....

???: "--О?”

Через мгновение после того, как послышалось эхо этого звука, все услышали ранее не знакомый голос..

А еще мгновение спустя из конечностей Дайнаса, который до этого момента держал два коротких меча высоко над головой, вдруг хлынула кровь. Каждую из них чрезвычайно глубоко пронзил кинжал, и сухожилия были точно разрезаны.

А именно, это означало, что функциональность его конечностей была полностью утрачена, и он был не в состоянии предотвратить свое тело от падения.

Дайнас: "Гхуу, а!?

Он упал лицом на каменное покрытие, его голова со всей силы ударилась о пол. Его нос был раздавлен, Дайнас потерял сознание.

Дайнас был побежден и раздавлен, и, пнув его тело, Батенкайтос встал и медленно повернулся к Отто

Отто: “......А.”

Он уже не в первый раз обменивался взглядом с этими порочными глазами.

Однако в один миг дух Отто был ими поражен.

Потому что бурлящая ненависть и безумие значительно отличались от тех, что были раньше, они стали еще чудовищней.

“----”

Это был один-единственный миг.

Расстояние между ними уменьшилось в мгновение ока, и когда он заметил это, обжигающий жар пронзил обе ноги Отто. Когда он взглянул на них, в обоих его бедрах были кинжалы, вырезающие крестообразные раны.

Словно срезав кожуру с плода, высунув язык, он обнажил его ноги. Красные мышцы и розовые сухожилия, белые нервы и кости коленей, все зеленые кровеносные сосуды-все было обнажено, без каких либо повреждений, и горло Отто сковало от нахлынувших эмоций.

Он был ошеломлен. Кроме всего он никогда не видел такой прекрасной техники.

Кровотечение было минимально возможным, никакого кровотечения вообще не было. Это поистине нереальное обращение с острием клинка, уродование человеческого тела в такой эстетической манере.

“----”

Присев на корточки, Батенкайтоса поцеловал его раненную ногу. Шершавое ощущение языка на плоти, он лизнул все жизненно важные части ноги Отто, которые лежали внутри кожи.

Сухожилия, кости, кровеносные сосуды, нервы-он вздрогнул, почувствовав, как все это облизывается, и в следующее мгновение Отто ощутил эстетическое отвращение и сильную боль.

Отто: "А, Гья~а~а~а~а ~Кхх!”

Ни капли крови не пролилось. Это невероятно.

Он просто чувствовал боль. Кроме того, вместо обильного кровотечения, обнаженные кости или нервы были обдало ветром, и из-за сильной боли он чувствовал себя так, словно его мышцы скоблили иглами.

В глазах замерцало, мозг как будто лопнул. Орган, который должен был воспринимать боль, отказывался ее воспринимать. Горло сильно дрожало, будто его рвало кровью, и с неподвижными конечностями он был не в состоянии даже биться в муках.

И пока Отто кричал, Батенкайтос, глядя на него, наклонил голову. Длинные темно-каштановыми волосы ниспадали на его плечи, Обжорство вздохнул, будто от усталости.

Лей: "Как раз тогда, когда мы думали, что это отдых после еды, возникло это обстоятельство. Гурман или невероятное обжорство, не важно ... на самом деле, никто не понимает, что такое еда, кроме нас.”

Безумная улыбка и поведение, которые были там до сих пор, но говорил он на удивление рассудительно.

Батенкайтоса медленно повернул шею и говорил так, словно издевался над самим собой, но как только возникло такое впечатление, он резко сменил выражение лица,

Лей: "Не говори таак. Это действительно было немного проблематично, но, даже несмотря на это, лакомство на вкус Луис было найдено. ”

Показав клыки, Батенкайтос повернул голову, и посмотрел на Беатрис. От этого взгляда и ужасного зрелища того, что произошло с Отто, обе девушки . Но, увидев их реакцию, Батенкайтос в очередной раз сменил взгляд на пустой и вялый.

Лей: "Конечно, оно не выглядит плохо, но ... сосуд дал бы больше гарантий, чем внутренности, не так ли? Кроме того, приказы Евангелия также не были прочитаны.”

Лей: "Луис может быть, и не видит этого, но ребенок внутри нас проинформировал. Вон та, Беатрис-сама, наверное, и есть та самая. Если это будет сделано, то и ум, и тело наполнятся, разве она не идеальная возможность!”

Он повернулся направо и произнес одни слова, повернулся налево и ответил, Батенкайтос обменялся словами, как будто он даже не говорил с самим собой, а мог ясно видеть перед собой.

Казалось, он разговаривает с кем-то еще, находящимся в его теле.

По правде говоря, это было возможно.

Внутри поедателя имен, Лея Батенкайтоса, присутствовало неисчислимое количество душ. Тогда, возможно, ему удастся поговорить с ними.

Если это так, то тогда можно как-то понять его разговор с самим собой.

Беатрис: "Ты можешь двигаться, жалкое создание?”

Фельт: "А? Я надеюсь, что ты не испугалась, мелочь.”

Окликнув друг друга, Беатрис и Фельт обменялись словами. Взглянув друг другу в глаза, они убедились, что боевой дух ни одной из них не пошатнулся.

Фельт слегка шмыгнула носом, а затем посмотрела на край площади. Беатрис подтвердила, что он здесь, и задумалась о его намерениях.

Беатрис: "... теперь они будут преследовать Бетти, я полагаю. Нужно поймать его, очевидно.”

Фельт: "Ты их остановишь? Если это препятствие тогда я буду……”

Беатрис: "Вы не можете глупо ожидать, что у вас выйдет вызвать у него рвоту еще раз. Вдобавок ко всему, независимо от решимости, это то, что Бетти не может использовать. Вы должны сделать это.”

На предложение Беатрис Фельт ответила задумчивым выражением лица. Но в следующее мгновение она повернула к ней голову, подняла брови, и проведя рукой по своим светлым волосам, она сказала:"Ах!”.

И она направила кулак в сторону Беатрис.

Фельт: "Не проиграй, девочка.”

Беатрис: "Вы тоже, я полагаю, жалкое создание.”

Протянутому кулаку в ответ не было ничего не пришло, произошел только обмен оскорблениями перед решающей битвой.

В то время как беседа Беатрис и Фельт подошла к концу, почти одновременно закончилась и беседа Батенкайтоса с самим собой. У Беатрис не было уверенности, чтобы столкнуться лоб в лоб с боевой мощью, которая сокрушила Дайнаса и Отто.

Лей: "Ну что, Беатрис-сама, твои приготовления закончены?”

Беатрис: "Если ответ нет, и ты предложишь отсрочку для этого, то это действительно мой ответ. Но если это не так, то, полагаю, в этом вопросе нет никакого смысла.”

Лей: "Именно так и есть. Хм, ну тогда еще разок -- давайте поедим!”

С другого угла, не сводя глаз с Беатрис, прямо на нее полетел Батенкайтос. Его скорость не была на том же уровне, уровне серьезной угрозы, свидетелем которой она была ранее. Как бы то ни было, это было достаточно опасно для Беатрис. Ее уязвимость в ближнем бою осталась неизменной.

Вот почему, любой эксперт в магии Инь знает что не надо соваться в ближний бой.

Лей: "Полу-чай, --!”

Прямо перед Беатрис, тело Батенкайтоса, который быстро поставил руки на землю, вертикально провернулось. При посадке после кульбита Лей призмелился пяткой в голову Беатрис, и острый удар пронзил ее макушку.

Беатрис: "Это не произойдет, очевидно.”

В этот момент тело Беатрис отлетело назад благодаря воздушной силе удара. Это было результатом того, что эффект Мурака не прекращал свое действие.

Откинувшись назад всем телом, Беатрис тут же вскочила обратно на ноги. Освобожденная от влияния гравитации, освобожденная от влияния веса, маленькая девочка взлетела.

Ловко сложив юбку платья, Беатрис плыла по ветру.

Лей: "Великолепно! Однако, эта погоня лишь завлекает нас!”

Батенкайтос, высунув язык, добрался до места приземления и, не дожидаясь его, прыгнул к находящейся в воздухе Беатрис и попытался поймать ее.

С силой и точностью хищной птицы, преследующей свою жертву, эти пальцы потянулись к Беатрис. Однако в то же время это было еще и доказательством того, что противник поднялся в воздух, где не было никакой возможности уворачиваться.

Помимо количества возможных заклинаний, это был выдающийся прием.

Беатрис указала ладонью на Батенкайтоса, который приближался снизу, и использовала заклинание, к которому она так привыкла за свою четырехсотлетнюю жизнь и этот год.

А именно--,

Беатрис: "Шамак!!”

Волшебный камень разлетелся вдребезги в ее кармане, а вслед за произнесенным заклинанием Беатрис испустился черный туман, летящий Батенкайтос встретился с ним прямо головой и попал в мир непонимания.

Лей: "A-гхх--!?”

Выпав из черной дымки, тело Батенкайтоса беззащитно упало на булыжник. Предполагалось, что он будет находиться в таком состоянии, что ничего не сможет сделать, пока все не пройдет, но эффект Шамака был не столь продолжительным.

Карта, оставшаяся у Беатрис - один магический камень, который можно было бы использовать, если бы она нанесла смертельный удар, он не смог бы его перенести. Вот почему это был момент выбора для Беатрис.

Лей: "Ах! Разве вы этого не сделаете, Беатрис-сама? Вы сражаетесь точно так же, как этот человек ... С вами что то случилось!?”

Стряхнув с себя Шамак, Батенкайтос перевернулся и показал клыки. Смотря через площадь, его глаза застыли прямо на Беатрис.

Вот почему, даже увидев влияние своих слов на нее, он не мог представить, что будет дальше.

Беатрис: "Вот, на самом деле, щедро полакомитесь последним волшебным камнем!”

Отпустив свои чувства, которые не давали ей сделать выбор, Беатрис указала ладонью на Отто, который лежал, подвернув под себя ноги. Используя силу последнего магического камня, исцеляющая волна была направлена к ранам на ногах Отто.

Он был далек от полного исцеления, но все же, он освободился от невероятной боли. Отто, весь в слезах, сильно кашлял вперемешку с рыданиями и стонами.

Лей: "Столь бесполезно, теперь, что произойдет после оживления?”

Беатрис: "Произойдет это, очевидно!”

Беатрис прокричала о последствиях своего поступка Батенкайтосу, который смеялся, говоря, что она зря потратила свою карту.

В тот же миг, как он нахмурил брови, услышав ее едкие слова, у ног Батенкайтоса что-то щелкнуло зубами. Когда клыки глубоко вонзились в его левую ногу, Батенкайтос рухнул.

Мгновенно взглянув на свою ногу, Батенкайтос широко раскрыл глаза.

Лей: "А-а!?”

Он удивился изза чего-то, что было за пределами его понимания, там был водяной дракон, весь в крови.

Вытянув шею, Водяной дракон, бешено метнувшись по каменному покрытию, укусил и грыз Батенкайтоса. Водяной дракон, который когда-то был загнан в угол и не мог сражаться, упорствовал до последного, выжимая все из своей силы воли.

Из пяти магических камней именно так был использован третий.

Первый - для интенсивной уль Миньи, которая не могла быть завершена, второй-для срочного уклонения с помощью Мурака, третий-для восстановления умирающего водяного дракона перед вызовом Мурака.

Четвертый - за использование Шамака, а пятый-избавление Отто от боли.

Именно так были использованы пять карт Беатрис, ее пять магических камней для достижения победы.

Отто: “--A~ч! Больнобольнобольно, это больнооо!”

Плача так, что его горло, казалось, вот-вот взорвется, Отто, который скрыл свой призыв к Водяному дракону, выполнив свою роль, теперь, наконец, кричал от своей собственной боли.

Отто действительно умен в подобных ситуациях, и в тот момент, когда он получил лечение Беатрис, он сразу понял, что ему следует делать в сложившейся ситуации. Только он был способен исполнять обязанности министра внутренних дел лагеря Эмилии, которого часто против его воли вытаскивали на поле боя.

Беатрис: "Отлично сделано, я полагаю, это и есть твое призвание!”

Отто: "Я действительно не понимаю как так вышло, но я не рад это слышать!”

Таков был ответ Отто, в слезах, на необычный комплимент Беатрис. А потом на глазах у обоих Батенкайтос, которого грыз водяной драконом, повалил его на землю, кое-как разжав клыки, попытался встать.

Однако это произошло за секунду да того как козырная карта была розыграна.

Фельт: "--Приготовления оконченны. Ты хорошо поработала, девочка.”

Раздался ликующий от успеха голос, и задняя часть метеора ударилась о землю, производя очень громкий звук.

Посох, замаскированный так, будто это водосточная труба. Фельт направила наконечник в сторону Батенкайтоси. В ее руках метеор окрасился слабым светом, а обертка сорвалась с него.

Когда белый сверток оторвался, изнутри показался тонкий белый посох.

Его рукоятка была достаточно длинной, чтобы считаться длиной копья, без каких-либо изысканных украшений или каких-либо устройств привлекающих взгляд.

Можно сказать, что его специальная полезность и структура действительно отражали дух его создателя.

Сам дух Ведьмы Ехидны, которая не искала в устройстве ничего более ценного, чем то, чем оно должно было обладать в качестве этого устройства.

Беатрис: Мама……

По правде говоря, Беатрис никогда не видела, чтобы Ехидна пользовалась посохом. Но даже сейчас она понимала его предназначение и силу.

Приставать к Божественному Дракону Вулканика—— это оружие, способное помешать даже Божественному Дракону.

С учетом сказанного, существуют некоторые условия для его использования.

Либо выполнение этих условий может быть трудным, либо могут возникнуть проблемы с пользователем, поэтому четко показать все его безграничные характеристики было трудно.

Фельт: Хо~рошо, сила, которая коснулась даже Рейнхардуа вкуси и узри~!

При выполнении условий, если Фельт все еще имела запас маны, ожидаемое количество должно быть достаточным.

Высасывая Ману из пользователя, Метеор безгранично продолжал истощать энергию, и сияние, освещающее его стип, было нацелено на Батенкайтоса.

Лей: ——~тцу.

Даже Батенкайтос не смог помешать могуществу обрушиться на него.

Решив, что это может оказаться смертельным, Батенкайтос мгновенно атаковал морду Водяного Дракона, удерживающего его ногу, и в тот момент, когда его клыки ослабли, он освободил свои ноги, и полетел, раненый.

В этот момент Метеор ярко и мощно сверкнул.

Фельт: Впередーー ~хк!!

В версии с изображениями тут находится картинка.

На кончике Метеора вспыхнул свет, и корона выстрелила в сторону Батенкайтоса.

Батенкайтос, мгновенно вырвавшийся из объятий Водяного Дракона, каким-то образом увернулся от его пути со своей поврежденной ногой. В том же темпе свет промахнулся мимо цели и в этот момент столкнулся с Водяным Драконом—— траектория которого исказилась. Свет прочертил сложную траекторию и приблизился к Батенкайтосу.

Лей: Чт—— ~тцу!?

Спасаясь от преследующей его легкой пули, Батенкайтос повысил голос. В том же темпе, с кареткой и прыжками своего острого тела, он выходил из траектории легкой пули, постепенно приближаясь.

Однако это было бесполезно. Даже если Батенкайтос убегал, откатывался, отскакивал, легкая пуля рисовала дуги, круги, медленно приближалась и нацеливалась на прямое попадание.

Такова была величайшая сила Магического Оружия Метеор, созданное Ехидной.

Как только он установил свою цель, он действовал так, чтобы преследовать за ней.

Оружие, созданное Ехидной, чтобы "Докучать" Божественному Дракону Вулканике. Если Ехидна действительно серьезно относилась к этому и хотела сконструировать устройство исключительно для того, чтобы "Докучать", то очевидно, что она не допустила бы в нем никаких компромиссов.

Отныне этот волшебный инструмент, не способный промахнуться мимо цели, не давал ей ускользнуть и превращался в оружие, чей удар всегда попадал в цель.

Лей: Нуу, ~тцугх...... Тогда, как насчет этого!?

Сколько бы он ни бежал, несвязанная легкая пуля продолжала преследовать его, и с некоторыми замечаниями Батенкайтос начал контратаку. Всплеск магической силы, и окрестности Батенкайтоса замерли.

Образовались различные левитирующие сосульки, их заостренные кончики были обращены к легкой пуле, и бурный шквал обрушился на корону—— однако это противостояние было ошибкой.

В тот момент, когда сосульки соприкоснулись с короной, они уменьшились до маны, начиная с их кончиков, и прежде чем они смогли нанести удар, они рассыпались на более мелкие фрагменты и были поглощены легкой пулей. Кроме того, легкая пуля поглотила все магические сосульки, которые приближались, и по мере того, как эта сила увеличивала свой собственный масштаб, она продолжала приближаться к врагу.

Лей: Черт, не может быть..... не может быть ~тцу!

Перекатившись, кое-как убравшись с её пути, Батенкайтос испустил проклятие. Однако рана на левой ноге была глубокой, и это не позволяло ему прыгать полностью.

В противном случае, если бы он мог быть достаточно проворным, он мог бы направить легкую пулю в Беатрис и остальных или прицелиться в нее, но у него не осталось столько энергии.

Преследующая легкая пуля прочертила свой путь вокруг катящегося Батенкайтоса, и, отключая участки, через которые он мог убежать, она постепенно обволакивала тело Обжорства своей разрушительной мощью——

Лей: Не может быть, тем, что выглядит так глупо, мы будем, мы будем——!

Лей: Прекрати свое бормотание. Сразу же должно начаться Солнечное Затмение.

В момент удара, Батенкайтос поднял такой несчастный голос, который был раскрашен, опять, жутко холодный голос. И тут свет взорвался.

“ーーーー”

Ослепительная корона раздулась в центре открытой площади и дала начало самому большому до сих пор кратеру.

Расширяющийся свет окрасил мир в белый цвет, и те части, которые были запятнаны, исчезли, как будто потеряв цвет.

Открытая площадь была выдолблена сферически, и вода, текущая по водному пути, текла в нее.

Однако,

???: Фьу, блин. Наличие неквалифицированного брата действительно вызывает проблемы.

Рядом с разрушительным катаклизмом была тень, подглядывающая за водным путем.

С удлиненными каштановыми волосами, это был кто-то с телом, покрытым шрамами. Излишне говорить, что физические черты были не чем иным, как чертами противостоящего Лея Батенкайтоса.

Как ему, возможно, удалось уклониться от атаки легкой пули—— однако самое удивительное в этом месте было не это.

Беатрис: Что это значит, я полагаю?

Слова Беатрис, не вытекали из путаницы нападения, не нанося удара.

Во-первых, неудача атаки не была проблемой. Ведь легкая пуля должна была поразить Батенкайтоса, а кроме Батенькайтоса - никого и ничего.

Именно поэтому было очевидно, что он не ударит мускулистого и крепкого гиганта, стоявшего к ним спиной. Проблема была в том, откуда появился этот человек.

Отто: Это... Обжорство?

——Сказал Отто, поднимая свое измученное лицо и глядя на него. Хотя ей и хотелось все отрицать, но сейчас у Беатрис не было слов для этого. Под пристальным взглядом молчаливой Беатрис и остальных, гигант резко обернулся.

Это был великан с мрачным лицом, похожим на лицо Батенкайтоса, но не вполне совпадающим с ним.

Судя по внешнему виду, ему было около сорока, но в нем не было ни одной черты, которая хоть немного совпадала бы с этим богохульником. Перед Беатрис, которая прищурилась, этот гигант положил руку на подбородок,

???: Нет нужды делать такое озадаченное лицо. Мы просто сделали это.

И, говоря женскими словами, противоречащими его внешности, мужчина расслабленно срезал мечом свои длинные волосы. Когда отрубленные пряди волос упали на землю, Беатрис поняла, как удалось избежать легкой пули.

Слежение за метеоритом продолжалось до тех пор, пока он не установил контакт со своей целью.

В этом была его сила. Даже если бы он соприкоснулся с одной частью тела, его мощи было бы достаточно, чтобы собрать все тело. Эта точка была использована в обратном порядке.

Мужчина—— Возможно как Батенкайтос, отрезал свои волосы и сделал так, чтобы легкой пуле показалось, что она “соприкоснулась с телом”. И, убегая из зоны атаки со всей своей силой, он сумел уклониться от удара.

По своей природе, для определения цели Метеора необходимо было выровнять его по направлению к тому, что станет целью и "Прицелом".

Хотя лучше всего было подключиться к Од или Вратам цели, но в этом случае, будучи использованным в качестве экстренной меры, он был применен к волосам Батенкайтоса, которые упали во время битвы. В результате чего легкая пуля отклонилась в сторону приманки из волос.

“ーーーー”

Подумав об этом, Беатрис заскрежетала зубами от того, насколько неблагоприятной была ситуация.

Она никак не ожидала, что козырная карта, Метеор, будет ускользнута таким образом. Ее Магические Камни были израсходованы, и теперь у нее остался только один, который она хотела приберечь для Пака.

Отто и другие мужчины больше не могли сражаться, и Фельт тоже, у которой большая часть маны была высосана из нее, рухнула, хрипло дыша.

Теперь ей уже ничего не оставалось делать—— хотя эта мысль пришла ей в голову, Беатрис отрицательно покачала головой.

Лучше умереть, чем смириться с поражением. Точно так же, как Субару находил выход даже из самых безнадежных ситуаций, ее собственное "я" должно было сделать то же самое.

Вот почему Беатрис подняла голову и посмотрела на мужчину.

Встретившись с ним взглядом, Батенкайтос округлил глаза. Затем он положил одну руку на бедро, а другой закрыл лицо. И,

???: Хорошо, как хорошо, разве это не хорошо, конечно, это хорошо, возможно, это хорошо, возможно, это хорошо, потому что это, вероятно, хорошо... мы тоже, мы тоже видим ценность того, чтобы "Съесть" тебя.

Беатрис: ーー~хк.

Прежде чем Беатрис успела возразить против услышанного, тело Батенкайтоса начало меняться. Его кости исказились, издавая особый звук, из них хлынула кровь, на которую было больно даже смотреть, тело великана поникло.

Истекая кровью из вновь образовавшихся ран, вновь обреталя облик юноши, хрипло дышал Батенькайтос.

Все тело Батенкайтоса было изранено, однако он продолжал выражать свою безумную улыбку. Обжорство, глядя в эту сторону и звеня своим опущенным горлом, раскинул обе руки, казалось бы, от счастья.

Льюис: Нас зовут, Архиепископ Греха Культа Ведьмы, представляющий Обжорство, Льюис Арнеб.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Беатрис: Льюис...?

Лей Батенкайтос, так, кажется, его звали.

Не читая намерения, стоявшего за тем, чтобы внезапно дать себе другое имя, Беатрис нахмурила брови. И, зашивая эту брешь замешательства, Батенкайтос, только правой ногой, мощно пнул землю.

Беатрис напряглась всем телом, наблюдая за тем, что он собирается делать, но Обжорство подлетел к краю площади, поднял упавшую там рваную ткань и надел ее, как будто скрывая свою покрытую шрамами кожу.

Затем,

Льюис: К сожалению, на сегодня все. Поскольку и Лей, и Рой слишком устали. Любое продолжение будет создавать помехи в рождении. Давайте встретимся снова, милая юная мисс.

Беатрис: ーー! Неужели ты думаешь, что сбежишь, я полагаю!

Льюис: Пожалуйста, перестань быть сильной. Хотя Затмение не может быть дожным образом обработано в этом теле, оно все еще может, по крайней мере, полностью уничтожить. Причина, по которой это не будет сделано, заключается в том, что обеденный стол не подготовлен.

Батенкайтос покачал головой и ткнул пальцем в сторону Беатрис, которая попыталась сделать шаг вперед.

Ужасно женственный жест—— нет, правда в том, что нынешний Батенкайтос, возможно, женщина. В этой части была суть чего-то трудного для понимания.

Батенкайтос кивнул Беатрис, которая остановилась с неприятным чувством и настороженностью.

Льюис: И Лей из гурманов, и Рой из странной еды ничего не знают. В конце концов. Еда - это не то, что вы ели. Это “с кем ты ел".

“ーーーー”

Льюис: Ну что ж. В следующий раз приходите к нам вместе с дорогим вам человеком.

Беатрис: Подоーー

Подожди, как раз когда она собиралась выкрикнуть это, Батенкайтос скользнул в тень открытой площади и исчез. Идти за ним было то, что Беатрис не могла сделать в этой ситуации, полной раненых.

Следовать за ним и нырять в ситуацию, когда Обжороство имеет явное преимущество, было бы также опрометчиво.

Теперь, когда даже козырь Метеорит потерпел неудачу, уже ничего нельзя было сделать.

Беатрис: ...Кажется все закончилось, на самом деле.

Подавив желание высказаться, Беатрис огляделась по сторонам.

Боль стерла большую часть сознания Отто, наемники и сопровождавшая их Фельт потеряли сознание, упали в обморок. На лице Фельт появилось разочарованное выражение, но создавалось впечатление, что она в любой момент может упасть в обморок.

И Беатрис тоже не была исключением.

В соответствии с отчаянным призывом Киритаки, его завершение без смертей должно быть принято только в результате участия Беатрис в битве.

Несмотря наーー.

Беатрис: Мне кажется, что Субару даже нельзя попросить обнять уверенно, я полагаю……

В добыче, которой было позволено сбежать—— Лей Батенкайтосе, спала душа молодой девушки.

Удостоверившись в этом, как можно было передать это Субару?

С ужасной душераздирающей печалью Беатрис повернулась и шагнула к Фельт, тихо позвав ее.

По иронии судьбы, борьба на этом поле боя подошла к концу с уходом Архиепископа Греха——

Теперь в Городе Водных Врат осталось лишь несколько поле битв.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 71. Демон Меча против Бывшего Святого Меча

Перевод: imy

***

Различные сражения по всему городу постепенно подходили к концу.

Разрушения, причиненные в тех местах, которые были превращены в поля сражений, были огромны, и способности города сильно пострадали.

Этот самый факт, который передавал масштабы катастрофы, произошедшей в этом городе Пристелла—— можно было бы назвать результатом злобы, принесенной в город Культом Ведьмы.

В ситуации, когда такие разрушения продолжают возврастать и наноситься, существует одно поле битвы с другим цветом волос.

Скорее всего, это даже не будет уместно назвать полем боя.

Эхом отдавался лишь торжественный звук бьющихся мечей, каждый из которых целился в жизнь другого.

Здесь присутствовало только бестактное желание двух мечников, направивших кончики мечей друг на друга, уничтожая все ненужное, с их, что можно было бы по крайней мере сказать, истинных желанией.

“ーーーー”

Лезвие мечей продолжало сверкать в лунном свете, и воины продолжали обмениваться любовью из-за столкновений стали.

Резкие выстрелы, рассыпая искры, седые и рыжие волосы продолжали плясать под лучами Луны.

Это был танец мечей, такой великолепный и отполированный, что в конце концов он украл бы взгляды всех зрителей или отнял бы у них их сердца, он был таков, что даже Бог мечей завопил бы.

Невообразимо блестящее движение длинного меча, словно он рассекал воду.

Отскочив назад, два меча пронеслись по ветру, ударяя друг друга, как молнии.

“ーーーー”

Словно танцуя представление возвратно-поступательной фиксации, мечи этих двоих продолжали переплетаться друг с другом.

Вильгельм принял удар меча той, что стояла перед ним, Терезии, которая была все так же прекрасна, как и в молодости, с той же силой, с какой он принял удар меча, и почувствовал печаль от того, что почувствовал в своей ладони.

Бурлящий из глубин его тела, это был крик сердца его молодого "я", несмотря на его возраст.

——Он начинал волноваться.

——Он начинал приходить в восторг.

——Он расцветал.

С честностью, должен он подтвердить.

Демон меча Вильгельм мысленно вернулся в прошлое и тосковал по настоящему, где он мог бы снова соединиться со своей молодой женой.

Это опалило его сердце.

Теперь его мысли были заняты тем, как сильно он хотел и как готов был бы бросить все, лишь бы этот обмен мечами, это свидание, никогда не кончалось.

Вильгельм: Но——

Такая жадность была богохульством, ему было непростительно даже выносить ее.

Богохульство, в те неутомимые дни, которые Демон Меча Вильгельм посвятил мечу.

Богохульство, в его клятве отнять меч, у Святой Меча Терезии, как только он заставит её проиграть.

Богохульство, в его чувствах к предельной преданности своему учителю, как мечнику.

Любовь, вспыхнувшая в груди Вильгельма ван Астрея, неотрывно следовавшая за ним, была бы богохульством по отношению ко всему живущему в этот миг в этом мире.

Отныне он не должен откладывать это на потом.

Независимо от того, как много было этих моментов, они оказались восхитительным раем для Демона Меча.

Терезия: "————"

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вильгельм: Хий, а~а~а~а~!!

Безмолвный удар меча, как буря, пронесся сквозь него, на что он ответил своим собственным шквалом бесчисленных ударов меча.

Длинные темно-рыжие волосы колыхались, и движения Терезии, облаченной в белые одежды, не прерывались.

Подобно листу, упавшему в ручей, смертоносный меч был пущен из глубины ее совершенно естественной позы.

Вверх, вниз, влево, вправо - удары ее меча не имели определенного угла.

Однако, когда атаки перекрывались, Вильгельм почувствовал, что что-то не так. И убедительное ощущение того, что что-то не так, было чем-то, что он чувствовал также в ее ответах.

Способности Терезии Ван Астреи как мечника были исключительными.

Это было нечто, с чем он когда-то соперничал в те дни, золотые дни физического развития Вильгельма, и что, несомненно, лежало в области чистого фехтования.

Прямо сейчас, это умение продолжало сиять в клинке Терезии, когда она стояла перед ним, молча.

Искусство Святого меча, безжалостно убивающего противников, приносило и облегчение, и зависть стражам.

——Тем не менее, ее нынешнее "я" и ее "я" тех дней имели решающую разницу между ними.

Вильгельм: ——Легкий.

Когда двойной меч и длинный меч столкнулись лицом к лицу и вокруг рассыпались искры, заметил Демон Меча.

Сцепив мечи, Вильгельм напряженно вглядывался в голубые глаза на другой стороне клинка.

Вильгельм: Даже не нужно сравнивать, он легкий, Терезия. ——Твой меч, который сбросил свой тяжелый груз, что-то слишком лёгкий.

Терезия: "————"

Уверенный тон, эти слова смешались с разочарованием, однако брови ее прекрасного лица даже не дрогнули.

Терезия, с совершенно ясными глазами, лишенными всяких эмоций, снова посмотрела на Вильгельма.

Ни опровержения, ни возмущения, в них даже не было вражды.

Раньше она была женщиной, которая часто улыбалась, часто сердилась, часто дулась.

Раньше, когда она молчала, она была женщиной красивой, как клинок, но в те времена, когда она молчала, ее почти не было.

Раньше она была женщиной, похожей на сферический цветок, распускающийся под солнцем.

В ее нынешнем состоянии не было ничего, кроме трагедии.

Терезия: "————"

Присутствовала только оболочка его молчаливой жены.

Когда он обменялся ударами мечами с человеком, которого продолжал любить, сердце Вильгельма разбилось вдребезги.

Прыгая, как будто вернувшись в дни прошлого, убывая, как будто понимая, что дни прошлого не могут быть возвращены, отбрасывая дни прошлого, как будто имея сон, подобный пузырю на поверхности.

——Вот уже пятнадцать лет, какую жизнь должна была вести Терезия.

Когда он вспомнил то время, когда потерял ее, и посвятил себя мести, неизлечимая рана на плече Вильгельма дала о себе знать.

Рана, нанесенная Благословением Бога Смерти, никогда не исчезнет.

(п/п: в прошлых главах было Божественная защита. заменил на благословение.)

Это было Благословение помимо Благословения Святого Меча, дарованное Терезии Богом Меча, чтобы положить конец тем дням войны.

Один порез мог вызвать целую реку крови, а несколько порезов, целую гору трупов.

Отныне для нее не было необходимости в поверхностном уме и хитрости, чтобы оборвать нить жизни.

В самом деле, единственный способ победить Терезию - это владеть мечом лучше, чем она.

Вильгельм прошлого кромсал себя до крайностей, с такой строгостью, что превратил себя в меч, продолжая до самого конца, пока ему действительно не удалось это сделать.

Не было никакого способа победить Терезию, которая тоже получила свои способности, повышенные до самого предела через Благословение Святого Меча.

И теперь, обменявшись ударами с ее юным "я", Вильгельм все понял.

——Способности владеть мечом были трансцендентными и лежали на территории ловкости. Однако на это искусство фехтования легла одна огромная тень.

Вильгельм: Даже если ты чувствовала беспокойство до того, как схватить меч, ты больше не чувствовала беспокойства после того, как взяла его. Ты была женщиной, которая знала это даже лучше меня.

Терезия: "————"

Вильгельм: Ты помнишь тот день, когда мы расстались? Во время Великого Порабощения ты встряхнула меня, когда я остановил тебя, и нанесла неизлечимую рану этому плечу. Слова того времени я не забыл. Ни одного из них.

Она не ответила. Он не требовал этого.

Это была просто церемония Вильгельма, вспоминающего тот день.

Наряду с болью в плече, память, запечатленная в нем, также была воскрешена.

В то время как она начала с Великого Порабощения, с путешествия, из которого она, возможно, никогда не вернется, Терезия буквально отпустила себя от Вильгельма и сказала:

——Когда я вернусь, в тот день, пожалуйста, дай мне услышать слова, которые я не слышала.

Вильгельм: Я пришел сюда, чтобы исполнить обещание того дня——!

Двойной меч взревел, и длинный меч Терезии зазвенел.

Бывший Святой Меч взмахнул клинком, используя эту отдачу, но Вильгельм, даже не глядя на эту контратаку, уклонился, полностью прочитав ее траекторию.

Он знал это.

Там, где должен был появиться клинок, достаточно, чтобы он полюбил это.

Вильгельм: Ру, о~о~о~о~!

Привычки были те же самые. Техника была та же самая.

Выжженные в его душе, в аскезе его прежнего "я", когда он кромсал себя, он рисовал их в своем уме, техники меча Святой Меча, которую он преследовал.

Победив ее, поклявшись отнять у нее это, достигнув той области, к которой он стремился, он стремился, и они опалили его душу.

То же самое было и с ее фигурой, которая согревала его грудь.

Терезия: "————"

Даже вопреки призыву Вильгельма красивое багровое лицо не дрогнуло, даже слегка.

Когда меч беззвучно, бесшумно, бесстрастно нацелился на свою добычу, Вильгельм сбил её с ног.

Он любил её так сильно, что знал это даже с закрытыми глазами.

Именно поэтому сейчас он предпочел любить ее, не закрывая глаз.

Вильгельм: ーー~хк.

Он повернулся, нанес ответный удар, обменялся ударами, поднял клинок, полоснул мечом по диагонали.

Приняв обрушившийся на него клинок, и отправив контратакующий удар, уклоняясь от удара, затем отпустив, вращая свое тело вокруг прыгающего острия меча, оба, которые рассекли по диагонали плечи друг друга, затем вплели свои мечи в качестве ключевого исполнителя и переместили контратаку.

Превосходя удары изящной защитой, в искусстве фехтования Терезии возникла возможность.

Терезия, которая накапливала удары, отступила, и Вильгельм без колебаний нырнул в образовавшуюся брешь.

“ーーーー”

На мгновение в глазах Терезии, которая смотрела на Демона Меча, вспыхнули эмоции.

Нет, это было его заблуждение. Его женственное сердце вырвало из памяти ситуацию прошлого, точно такую же, как эта.

——На глазах у многочисленных горожан Вильгельм нанес удар и разгромил главного актера церемонии, Святого Меча, и ограбил будучи мечником юношу по имени Терезия.

Возвращение той ситуации, точно такой же, как и та.

Тогда результат тоже будет, такой же.

Вильгельм: Терезияーー ~хк!!

Вильгельм атаковал длинный меч, летя к ее груди.

Демон меча поднял свой двойной меч против него, и, не выдержав нагрузки, в лезвии появилась трещина. Но в то же самое время длинный меч отразил его, повернувшись прямо над головой, и половина тела Терезии в значительной степени открылась.

Нарисовав большой полукруг, двойной меч Вильгельма вернулся.

Со времени начала этого свидания и до этого момента Терезия, которая была прямо перед его глазами, произвела самый большой разрыв. Мускулы его рук вздулись, и он вцепился в рукоять меча так, что она заскрипела.

И теперь, орудуя атакой изо всех сил, он должен положить конец этому немыслимому воссоединению——.

——Он попытался положить этому конец.

Вильгельм: ーー~хк!

Неистовая страсть переполняла его горло, в глазах плыли бесчисленные выражения лиц.

Ее лицо, когда она плакала, ее лицо, когда она сердилась, ее лицо, когда она дулась, ее лицо, когда она улыбалась, были любимыми выражениями одной и той же женщины.

Полностью стряхнув это, Вильгельм выстрелил клинком вниз.

Разрез меча метнулся, и прямо от головы к туловищу женщины——

“ーーーー”

Прежде чем удар был нанесен, в уголке глаз Вильгельма появилась чья-то тень.

На максимальном пределе концентрации это было колебание в его сознании, изначально невозможное. Впрочем, это было все, что нужно. Без какого бы то ни было влияния, это не было чем-то таким, что он мог просто игнорировать.

Как мечник, рискуя своей жизнью, он должен скрестить мечи на границе жизни и смерти, посторонние никогда не смогут создать в этом никаких сомнений.

Посвятив все свое существование тому, что находилось перед его глазами, он выполнил свое предназначение, нанеся мечом удар, подобающий Демону Меча.

Предполагалось, что это будет то, что он собирался сделать. Предполагалось, что именно это он и сможет сделать.

——Если бы только тень отражающегося человека, не была бы тенью человека красного цвета.

???: ——Отец?

Между ними было расстояние.

Сомневающийся голос был не так далеко, чтобы его эхо не достигло Вильгельма.

Даже сейчас ему казалось, что голос шепчет ему прямо в ухо.

На него смотрел мужчина с голубыми глазами и рыжими волосами.

Хейнкель Астрея наблюдал за последними моментами этого сражения.

Он был просто ошеломлен, увидев, как его отец, Вильгельм, и его мать, Терезия, завершали смертельную схватку, когда они целились в жизнь друг друга.

——В этот момент блеск его меча стал тусклым.

Вильгельм: ーー~хк.

Предполагалось, что он нанес решающий удар.

Вливаясь в тенденции боя, удар меча, который должен был положить конец этому долгому сну—— этот блеск потускнел, рождая простор для контратаки.

“ーーーー”

Терезия сильно наклонила свое тело и, повернув запястье, вернувшийся длинный меч отбросил двойной меч.

Звук столкновения двух клинков отозвался эхом, и она отбросила удар, который обещал ранить ее, с ее сердцем, техникой, телосложением, еще больше отдаляло его цель от исполнения, когда вокруг рассыпались искры.

Вильгельм: кх..... ~хк.

——Почему, он заметил.

Получив удар меча, трепещущего на ветру, уклонившись от его веса, Вильгельм всей душой столкнулся лицом к лицу со своими возникающими сомнениями.

Если бы он не заметил Хейнкеля, или если бы он проигнорировал его, если бы он сосредоточился на Терезии, он не был бы в том неприглядном состоянии, в котором он был сейчас.

Он решил посвятить ей всю свою жизнь и забрать Терезию у Бога Меча.

Результатом этого преувеличенного решения должно было стать именно это затруднительное положение.

В очередной раз началась цепочка звуков от удара легкого меча.

Однако клинок, который раньше становился прозрачным после обмена ударами, этот танец мечей уже был потерян.

Инородные примеси перемешались.

Использование всех видов силы всех возможных пределов, дальнейшее повышение чистоты клинка, все это было потеряно острием меча, который, как предполагалось, взмахнул только дважды, одним появлением с другой стороны.

То, что осталось, было единственным ударом старого Демона Меча по его любимой жене, перед их сыном.

Не став мечом, не живя как Демон Меча, он был слишком незрелым, слишком несовершенным, как отец, как муж, как мечник, как мужчина.

В конце концов, оказавшись неспособным сделать ни одного взмаха, он осознал свою незрелость.

Он был не в состоянии остановить смешение зла с сутью его мастерства мечника, которая вливалась в меч.

Отныне этот результат, возможно, был неизбежен.

Вильгельм: ーー~хк!?

Сбив оба клинка, он сразу же после этого взмахнул длинным мечом.

Принимая силу удара меча с глупой серьезностью, и силы сравнивались в промежутке, созданном Терезии, останавливающей ее ноги– в тот момент, когда он преодолел сопротивление и шагнул вперед, стройное тело перед его глазами вращалось, создавая вакуум вокруг.

На полпути перед ним появилась нога, и образовалась щель.

“ーーーー”

Сразу же после этого к нему пришло предчувствие гибели.

Он получил чрезвычайно мощный удар мечом, чья холодность не могла быть подвергнута сомнению, повернув свой меч назад без малейшего промедления.

Не будучи в состоянии остановить сокрушительную атаку, его меч, который принял ее, глубоко вошел в его собственное плечо. Наступив как будто на ногу, тело, наклонившееся вперед, брызнуло кровью. Его кости заскрипели, мышцы затрепетали, в мозгу зажегся свет.

Правый клинок принял его. Левый клинок все еще оставался.

С кровью, струящейся из уголка рта, Вильгельм правым клинком, словно держа его на плече, снова отвел длинный меч Терезии вверх.

Без каких-либо неточностей длинный меч Терезии был поднят над головой.

В тот же миг меч выпал из правой руки Вильгельма. Он не возражал против этого. Если его правая рука теперь свободна, он должен вложить всю свою силу в оставшийся левый клинок и нанести удар.

Своим левым клинком, он нанес удар Терезии сзади.

Его правая рука прочертила траекторию и вонзилась вертикально в Терезию——,

"————"

Посыпались искры.

И эхом отозвался звук, пронзительный отчет.

Тяжесть клинка в его руке уменьшилась вдвое, и Вильгельм, с его собственными ошибками, который бессчетно признавал свою слабость, снова заметил ее.

В тот момент, когда он нанес удар по Терезии, Вильгельм решил действовать бессознательно.

Клинок был зажат в его левой руке, чтобы ударить по нему, поворачивая его влево или влево.

Небольшая, простая, незначительная разница.

Но в то же время для тех двоих, кто достиг совершенства в фехтовании, это была смертельная вариация.

Если он выберет скорость, то влево, а если силу, то вправо.

После того, как он был пойман в этом выборе, если бы он понял, что он ошибся в этом действии, все еще можно было бы помочь.

Вильгельм, решив, стоит ли ему смотреть на Терезию прямо, в этот единственный миг сбился с пути.

“ーーーー”

Принимая атаку Демона Меча, был один взмах, выпущенный хваткой Терезии.

Поймав его в воздухе, Терезия перерезала траекторию атаки.

В тот момент, когда она приняла меч и занялась им, стоя неподвижно, она опустила его с огромной силой. Это рассекло середину меча Вильгельма и отбросило сталь, не встретив никакого сопротивления.

Длинный меч раздробил его меч, и Вильгельм почувствовал потерю своего особого оружия. Мгновенно схватившись за рукоять сломанного меча, он приготовился к следующей атаке, что было в его инстинкте мечника.

Однако эта готовность принесла бы свои плоды, если бы только он отличался чистотой мечника.

В этом отношении ее "я" перед его глазами было худшим из возможных противников.

Демон Меча, потерявший свой меч, и Святой Меча, любимый Богом Меча.

Эта разница была очевидна, и не было необходимости упоминать о ней.

В тот момент, когда он забыл даже моргнуть, Вильгельм увидел, как длинный меч пронзил его правую ногу.

“ーーーー”

Это был такой красивый меч, что он почти очаровал его.

Лезвие вошло в сустав правой ноги старого мечника, и лезвие меча было испачкано минимальным количеством крови.

Без каких-либо ненужных разрушений, прямо через разрыв между мышечными волокнами и нервами, забирая только функциональность ноги, это было совершенство выдающегося фехтования.

Отсутствие сопротивления было таково, что казалось, будто лезвие просто скользит по воде.

Когда это представление было поставлено на его собственную правую ногу, спина Вильгельма содрогнулась.

Было ли это чувством восхищения, досады, влюбленности, заинтересованное лицо не знало, какое из них подчинилось.

Но что он знал, так это то, что ему в лицо бросили правду о его поражении.

Вильгельм: Гх, угх...... ~хк.

Когда лезвие спряталось в его правой ноге и скользнуло внутрь, высота его колен разделилась.

Точно так же, как когда длинный меч пронзил его, когда его плоть была беззвучно вытянута, Вильгельм застонал от затянувшейся боли и рухнул вниз.

Когда кровь хлынула из раны на ноге, нижняя часть его тела оказалась бессильной.

Если была вызвана сила Благословения Бога Смерти, он мог бы использовать любой вид исцеляющей магии, но она не сработает. Если обладатель Благословения был близко, то чем ближе расстояние, тем больше его эффективность увеличивалась, независимо от того, насколько незначительна рана, она становилась проклятием, которое разрушало жизнь и вызывало бесконечное кровопролитие жертвы.

“ーーーー”

Рана на правой ноге Вильгельма была не такой уж легкой, чтобы ее можно было назвать неглубокой. Это была рана, которая могла быть опасной для жизни, если ею пренебречь, и Благословение Бога Смерти не позволяло восстановиться.

Казалось, что срок его жизни был установлен на слишком короткий срок.

Вильгельм: ......Прискорбно.

Когда боль опалила его мозг, он выплеснул свое горе прежде, чем страдание.

Чувство боли безостановочно возбуждало крик, но Вильгельм выражал его на лице, только нахмурив брови, и больше никак.

Он вовсе не легкомысленно сдерживал его или прилагал к своей силе воли.

Резкий толчок по телу, несмотря ни на что, не давал его сердцу укрыться от тени тьмы.

В то время как отчаяние, уныние, собственная трусость и никчемность выжигали его душу, какое значение могла иметь физическая боль для этого старого мечника?

“ーーーー”

Уронив меч, Вильгельм приложил ладонь к ране.

Предполагалось, что кровотечение унесет его жизнь, но побежденный не собирался сохранять дистанцию без какого-либо позора. Однако, согласно этикету, он не должен встретить свой конец из-за чего-то вроде потери крови.

Он сражался как мечник, он противостоял как мечник, он был побежден как мечник.

Тогда жизнь побежденного должна была быть отнята мечом победителя.

Вильгельм: Терезия, я……

Терезия: "ーーーー"

Женщина-мечница с кровавыми волосами, с длинным мечом на плече, смотрела на Вильгельма сверху вниз.

В этих глазах действительно не было глубоких эмоций. Не помня ничего до конца и продолжая ничего не помнить, она была богом смерти меча, который собирался пожать жизнь Вильгельма.

Он поднял глаза на прекрасное лицо и был очарован им.

Терезия молча взмахнула мечом перед Вильгельмом. Когда этот меч опустится, жизнь Вильгельма тоже придет к концу.

Ноーー

Вильгельм: Совсем один, никогда......!

Как только длинный меч почти опустился, Вильгельм протянул правую руку. Там лежал фрагмент двойного меча—— меча, который Терезия отбросила в сторону.

Вильгельм поднял его пальцами и барахтался, не в силах принять момент своей смерти, до самого конца.

Его поражение, вот что осталось.

С этим ничего нельзя было поделать.

Но ее, теперь, он не должен оставить Терезию, ее, одну.

Не в силах остановить жену, которую заставляли размахивать мечом против ее воли, он не мог позволить ей приблизиться к Круш, перед которой был в большом долгу, или к Субару и остальным.

Если его жизнь, будучи сожженной, была недостаточной, то он не возражал против уничтожения своей души после смерти.

——Тем не менее, размахом этого выбора было..

Терезия: "ーーーー”

Вильгельм: “Терезия.....?”

Крепко держа меч, Терезия отпрыгнула на большое расстояние назад.

Клинок он держал в правой руке, она была на таком расстоянии, что его удар не достигла бы ее. В положении, до которого Вильгельм, раненый в ногу, не мог дотянуться, Терезия слегка наклонила голову.

Бесстрастные глаза, увидев в них ужасно пустой цвет, Вильгельм впервые испугался.

Этот страх возник в его инстинкте, в инстинкте Вильгельма как мечника.

Не было никакой необходимости уходить с пути и наносить добивающий удар жертве, несущей смертельные раны.

С гордостью мечника, утраченной давным-давно, был приговор, который мог быть вынесен только хладнокровным богом смерти.

Вильгельм: Подожди...... Подожди, Терезия!!

— Крикнул Вильгельм, боясь быть брошенным позади.

Нога не болела. Забыв о боли в правой ноге, Вильгельм попытался догнать далекую Терезию. Однако боль, или, по крайней мере, рана, была реальной. Без всякой силы он упал. Сильно ударившись своим плечом, старый мечник изобразил на лице выражение, свидетельствующее о том, что это непростительно.

Раскачивая свои длинных красные волосы, Тересия все больше отдалялась.

Впереди на пути ее собственных шагов стоял Хейнкель, выпрямившись.

Длинный меч, до сих пор не утративший боевой дух, сделал его своей следующей добычей.

Убив человека, не знав, что он ее муж, она затем убьет человека, не знав, что он ее сын, за это——

Вильгельм: Остановись, Терезия! Неужели ты думаешь, что это... это простительно!? Дерись со мной! Посмотри на меня... на меня! Посмотри на меня, на меня, Терезия~а~а~а~!!

Голосом, словно истекающий кровью, Вильгельм звал Терезию.

Неисчислимое количество раз, бесчисленное количество раз это имя, которое он произносил перед ней, с фигурой, о которой он думал бесчисленное количество раз, и с фигурой, которая была точно такой же бесчисленное количество раз, гнев вместо приглушенной любви, безумие вместо страсти, вкладывая все это в неё.

Однако женщина не оглянулась.

Крепко сжимая меч, в котором обитал бог смерти, женщина направилась к Хейнкелю. Хейнкель вздохнул, когда эта фигура приблизилась, и не смог вытащить из ножен рыцарский меч, который он держал в руках, который должен был быть взмахнут.

Хейнкель: П-Подожди, я сказал подожди. Т-ты..... Терезия он сказал, невозможно? Этого не может быть... это, не может быть мать... ~хк.

Терезия: "ーーーー”

Хейнкель: Нет, даже если это не мать..... это не то! От-отец стал выглядить так, так что... дерьмо! Что это такое! Только что это такое, что ты дела~ешь!

Становилась неотвратимой перед его глазами, Терезия ее юных дней.

Эта форма и форма ее как матери внутри Хейнкеля накладывались друг на друга. Он отрицательно покачал головой и отчаянно попытался отрицать зрелище, представшее перед его глазами, произнося слова, которые не мог остановить.

Его колени поджались, взгляд был рассеян, а фигура, держащая меч, тоже казалась хрупкой.

Перед лицом бывшего Святого Меча у него не было ни малейшего шанса устоять.

С такой скоростью, бесспорно, Хейнкель будет зарублен насмерть Терезией.

Только это было нечто, чего нельзя было допустить.

Вильгельм: Терезия! Сюда! Я все еще жив! Если ты хочешь убить, то сначала убей меня! Хейнкель, ты никак не сможешь этого сделать! Прямо сейчас же, беги!!

Опираясь на меч, Вильгельм встал, чувствуя, как хрустят камни. Не имея возможности схватиться за рану, его ноша растянулась, более того, хлынула кровь.

Булыжник впоследствии, после пролива свежей крови, превратился в красный цвет, и в тоже время дёргая за нить этой крови, Вильгельм преследовал спину Терезии.

Далеко. Слишком далеко.

Медленно. Слишком медленно.

И снова Вильгельм не выдержал. И снова Вильгельм не мог до неё дотянуться.

Вильгельм: Хугх..... ~хк.

Терезия: "ーーーー”

Длинный меч Терезии описал дугу, и рыцарский меч Хейнкеля, который тянул его за плечи, принял ее.

Без малейшего застоя, и рыцарский меч Хейнкеля слишком быстро покинул его руки, издав пронзительный звук, когда он подпрыгнул на булыжнике.

Хейнкель: О-остановись... пожалуйста, остановись, м-мама...... ~хк.

Оказавшись безоружным, перепуганный Хейнкель упал на пол в этом месте. Отчаянно размахивая руками и ногами, Хейнкель пытался вырваться, словно ползком.

Однако его шевелящиеся пальцы, испуганное сердце, бесстрастные глаза Терезии сковали его разум и тело страхом, и он был почти полностью неподвижен на этом месте.

В горле у него пересохло, он вытер выступивший холодный пот, лицо Хейнкеля сделалось бледным.

Возможно, там было какое-то недержание мочи. Однако, лишившись самообладания и смутившись, Хейнкель уставился на поднятый вверх кончик длинного меча.

——Словно разрезая луну, длинный меч вытянулся прямо к небесам.

На пороге конца своей жизни Вильгельм станет свидетелем того, как его жена зарезала их сына насмерть прямо у него на глазах.

Он повысил голос. Он не достиг цели.

Он протянул руку. Она не достигла цели.

Вильгельм: Терезия!!

Никакой силы не осталось в просто кричащем голосе Демона Меча, который был неспособен посвятить мечу все свои силы.

Бессердечно, длинный меч взмахнул, чтобы отрезать Хейнкелю жизнь——

???: ——Вот и все, что можно сказать.

Этот голос внезапно, но отчетливо прорезал напряжение, которое, казалось, жгло.

С достоинством в тоне и без малейшего колебания в голосе, он не знал прощения. Те, кто слышал его, были поражены ощущением присутствия подавляющего существования, и было вполне естественно следовать его намерениям.

Вильгельм, Хейнкель и даже Терезия остановили все движения.

Впереди, в поле зрения троих, стоял одинокий юноша.

Пылающие красные волосы, как огонь, совершенно ясные, сверкающие голубые глаза, которые захватили небо.

Даже несмотря на то, что его белый наряд был испачкан кровью и грязью, фигура, стоящая прямо, не нуждалась в словах, чтобы украсить его помимо героизма.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Юноша медленно продолжал приближаться к этому месту.

В этой руке были ножны с гравировкой глубоких ран, и рыцарский меч, вынутый из ножен.

С лезвием меча, отполированным до ненормальности, он вцепился в Меч Дракона Рейда.

——Голос смеха Бога Меча хрипло резонировал в ушах Демона меча.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 72. Святой Меча против предыдущего поколения Святого Меча

Перевод: imy

——Драконий Меч Рейд был мечом с многочисленными загадками.

Было очевидно, что на протяжении многих поколений это был драгоценный меч, который давал начало Святым Меча один за другим и передавался из поколения в поколение в семье Астрея, но откуда этот Драконий Меч был дарован им, было чем-то, что не передавалось по наследству.

Драгоценный меч с темным прошлым, и вдобавок ко всему, темная история неспособности быть обнаженным кем-либо, кроме Святого Меча. В частности, даже с помощью Святого Меча он был способен обнажаться только в случае необходимости.

Это был драгоценный меч, который спустился на Божественного Дракона Вулканика первым поколением Святого меча, Рейдом Астрея.

В прошлом, когда драконы нападали на них в огромном количестве, уничтожал их всех сразу, этот легендарный меч.

В любом случае, это просто тупой меч, магический меч, который увеличивает свою силу, вдыхая кровь врага.

Если мы заговорим о его историях, все они были без каких-либо доказательств, которые казались просто сказками, их было бесчисленное множество.

Как бы то ни было, ничего нельзя было сказать ясно, и не было никакой возможности что-либо подтвердить.

Если бы существовал хоть один факт, это можно было бы утверждать,

—Драконий Меч Рейд был высшим мечом, который мог победить заветные мечи, легендарные мечи или магические мечи любого расположения.

——Это был край воплощения стали в меч, не существовало стали, превосходящей ее.

Даже для Вильгельма, удостоенного чести мечника, с "Ваном", увидеть незагрязненный белый клинок, было всего лишь третьей возможностью за всю его жизнь.

Вильгельм: ——Рейнхард.

С черными, как смоль, ножнами, которые были вырезаны когтями Дракона, в левой руке, он сжимал Драконий Меч правой.

Его красные волосы развевались на ветру, а голубые глаза серьезно контролировали ситуацию - это был нынешний Святой Меч Рейнхард Ван Астрея, это не мог быть кто-то другой.

Все были ошеломлены одинокой величественно стоящей фигурой, включая Вильгельма.

Унаследовавший Святого Меча, и ставший мечом королевства в качестве имперского рыцаря, был его внуком—— это был фактически первый раз, когда Вильгельм увидел его выход на поле боя

Потеряв Терезию в Великом Порабощении, Вильгельм покинул семью Астрея. Его спор с сыном и внуком из прошлого, даже спустя пятнадцать лет, все еще стоял, не похороненный.

С тех пор в течение последних пятнадцати лет Вильгельм постоянно преследовал свою жену и продолжал отводить глаза от своей семьи. Поэтому, было ли это ухудшение состояния его сына или рост и достижения его внука, он ничего не видел.

——Вот почему именно сейчас он был ошеломлен фигурой Рейнхарда.

Тот, кто стоял там, был Святым Меча.

Человек, благословленный любовью Бога Меча, обладающего способностью обнажать величайший меч, стоящий выше желаний всех мечников—— это мог быть только Святой Меч.

Увидев эту фигуру, Вильгельм вспомнил.

Он совершенно забыл о своей боли. То, что он помнил, было совсем другим чувством. То чувство, которое испытал Вильгельм, когда давным-давно увидел танец меча Святого Меча Терезии.

В это время Вильгельм почувствовал, что ему никогда не удастся преодолеть это расстояние.

Территория, до которой он ни в коем случае не сможет добраться, и Вильгельм сокрушался о пустяковости своих талантов владения мечом.

Даже не дрогнув, он взмахнул мечом, он продолжал размахивать им, и наконец ему удалось ухватиться одной рукой за край этой территории. Никакое расстояние не бывает слишком далеким, вот что он должен был доказать.

——Такая суженная, жалкая видимость.

Качества были разные. Высоты были разные. Весы были разные. Все было по-другому. Все и вся было по-другому.

Это было не существование, чтобы спорить о том, может ли оно быть достигнуто, или оно не может быть достигнуто.

В буквальном смысле это было существование в другом измерении.

“ーーーー”

Терезия медленно опустила поднятый длинный меч. Меч был на грани того, чтобы убить Хейнкеля, но остановился перед лицом вновь появившегося врага.

Бессердечное, движущееся мертвое тело Терезии ван Астрея уже утратило гордость мечника, стиль воина, все и вся.

То, что у нее было прямо сейчас, это только приказы заклинателя, который перемещал это мертвое тело с помощью каких-то тайных искусств.

Оптимальным решением для того чтобы использовать ее, было сделать ее препятствием.

И если в этом порядке приоритет отдавался тем, кто мог оказаться угрозой, ее суждение было естественным.

Лишенный возможности продолжать битву, ожидая только своей смерти от потери крови, был старым мечником.

Потерявший весь боевой дух, неспособный даже бежать, был заместителем командира только по имени.

Они оба, не расценивались в качестве угрозы или чего-нибудь такого для Терезии.

Поэтому, поворачивая свой длинный меч, наклоняя свои навыки, как бывший Святой Меч, к нынешнему Святому Мечу, было решением, лишенным каких-либо сомнений.

Вильгельм: Подожди! Терезия! Посмотри сюда, на меня! Терезия~а~а~!

Волоча ногу, вытягивая нить крови, закричал Вильгельм.

Как будто не услышав этого крика, Терезия не обратила на него внимания. Как будто обмен ударами меча до сих пор был ложью, она относилась к нему как к чему-то, чего даже не было.

Это было унизительно. Однако это было еще более печально.

Однако у него не было времени утонуть в горе. Он никогда не простит себе такого застоя своего нынешнего "я".

Теперь он должен кричать. Он должен остановить ее, сейчас же.

Терезия: "ーーーー”

Не обращая внимания на Вильгельма, сердце которого было напряжено, Терезия тотчас же прыгнула и сократила расстояние.

Перед глазами Рейнхарда, который стоял прямо перед ним, скакала Терезия со своими длинными красными волосами.

Длинный меч очертил полукруг, нарисовав художественную диагональ поперек Рейнхарда—— однако в промежутке короче, чем мгновение ока, Рейнхард свел на нет удар меча.

За Рейнхардом, который стоял спиной и боком, следовал кончик длинного меча, как будто это было живое существо, имеющее определенную цель. Когда он разрезал атмосферу своей траектории до смерти, даже на фоне продолжающихся разрезов, цвет лица Рейнхарда не изменился ни на йоту. Преодолев половину расстояния, он даже не был задет.

“ーーーー”

Понимая, насколько невыгодно ее положение, Терезия молча полетела вперед. Встретиться с Рейнхардом лицом к лицу с обнаженной половиной тела было равносильно самоубийству.

Обернувшись, Рейнхард посмотрел прямо на Терезию, чей длинный меч нацелился ему в глаз.

Точно за спиной Рейнхарда виднелась фигура Хейнкеля. Словно защищая отца, Рейнхард повернулся к бабушке. Только этим Вильгельм заметил, как наступление и защита только что были направлены на то, чтобы занять позицию стоя.

Хейнкель: Прекрати... что это такое, что это такое... что я, что я сделал......!

Сделав синее лицо, вцепившись в собственные волосы, Хейнкель ничего не заметил.

Это не имело значения, если его собственный сын стоял перед ним перед его глазами, защищая его. Предыдущие истины, с которыми он столкнулся, уже переполняли его сердце.

От него не ожидали, что он сумеет справиться с ситуацией. Так было с самого начала.

Вот почему все, что он мог сделать - это повысить свой голос.

Вильгельм: Остановись, Рейнхард! Посмотри на меня! Терезия находится в середине битвы со мной! Тебе не разрешается вступать в бой между двумя мечниками!

“ーーーー”

Рейнхард покосился на Вильгельма, который крикнул, что они все еще в самом разгаре сражения. Голубыми глазами он смотрел на правую ногу Вильгельма, которая все еще кровоточила.

Рейнхард: ......С такой ногой ты не можешь продолжать сражаться.

Вильгельм: Что ты имеешь в виду если моя нога не может двигаться! Для того, чтобы схватить меч, эти руки все еще живы... если мои руки умрут, тогда мой рот! Если мои уста будут неэффективны, тогда моя душа! До тех пор, пока я не потерял свою жизнь, я не был побежден!

Рейнхард: Если ты не потерял жизнь...... тогда что ты думаешь о той, которая находится перед твоими глазами?

Вильгельм: ーー~хк.

От вопроса Рейнхарда у Вильгельма перехватило горло.

Терезия, ничего не выражающая, с бесстрастными глазами, с абсолютным молчанием смотрела на своих противников. Не сводя с нее глаз, Рейнхард искал ответа у Вильгельма.

Рейнхардт: Простое мертвое тело без какого-либо самосознания, движущееся в соответствии с желаниями заклинателя—— я не верю, что есть какой-то смысл возиться с покойником и использовать стили мечника.

Вильгельм: Стили мечника ты говоришь...... ~хк!

Искать дуэль с движущимся мертвым телом было глупостью.

Вильгельм не мог опровергнуть рассуждения Рейнхарда. Правда заключалась в том, что Терезия уже отошла от Вильгельма, и битва подошла к концу.

Сколько бы Вильгельм ни кричал, желание мечника не будет исполнено.

Кроме того, нынешний Вильгельм тоже не мог громко заявить о себе как о мечнике.

Стоя упираясь на меч, нынешний сценарий его желания, где он извинял сталь за слова—— в этом Вильгельме ван Астрея все еще оставалась гордость и достоинство Демона меча.

Ничего подобного не было. Он был пуст.

Рейнхард: ——Покойники не двигаются. У покойников нет будущего. Я не прощу этого абсурда.

Сказал Рейнхард перед Вильгельмом, который потерял голос.

Он отвел глаза от деда и теперь пристально смотрел только на мертвое тело бабушки, стоявшее перед его глазами.

Легким движением Драконий Меч Рейд был направлен ей в глаза.

Странно, но эта поза была точно такой же, как у Терезии, когда она несла длинный меч на плечах, словно отражение в зеркале.

“ーーーー”

Удрученно рыдающий клинок Драконьего Меча был виден как сияющий, безмерно мерцающий.

Это была овация меча. Получив шанс быть взмахнутым, он испытывал глубокие эмоции, блаженство, и когда ему пришлось противостоять тому, кто был его прежним носителем, высший клинок носил плач, но восторг в своем голосе.

Рейнхард: “ーーーー”

Терезия: "ーーーー”

Голубые глаза двух воинов беззвучно переплелись.

Святой меча, с мечом в руках, не предложил свое имя, как он первоначально должен был сделать.

Это было естественно. Поскольку он искал противника с ценностью, которую они могли бы вернуть гордостью мечника и стилем воина.

Против противника, который не был таким, против противника, который не имел ценности быть равным, это не будет проводиться.

Атмосфера застыла, мир был раздавлен напряжением, обладающим цветом и весом.

Чувствуя, как все его тело тяжелеет, подчиняясь ощущению сжатости, Вильгельм открыл рот.

Не сознавая, какие слова он должен произнести, он был принужден чувством раздражения, проистекающим из чувства, что он должен что-то сказать.

——Как ни странно, это послужило сигналом для двух фехтовальщиков.

Вильгельм: Остановитесь—— ~хк!

Его голос не достиг их.

Оставив позади его голос, два мечника столкнулись.

“ーーーー”

Шагнув вперед, размахнувшись, длинный меч Терезии издал рев и прорезал атмосферу, а ее самый лучший удар меча, под идеальным углом, обрушился на Рейнхарда.

На самом деле, возможно, это был самый изысканный удар Терезии, которую Вильгельм видел до сих пор.

При обычных обстоятельствах Вильгельм, возможно, позавидовал бы тому факту, что вся совокупность способностей к мечу, дремлющих в Терезии, не было тем, что он мог бы отточить.

Однако в этот момент чувства, переполнявшие сердце Вильгельма, были иными.

И это что-то, взрывно давившее ему в грудь, выплеснулось наружу, приняв форму определенных слов.

Вильгельм: Не убивай ее......!

Эмоции, которые он сдерживал, страсть, которую он подавлял, то, чего он не желал, и любовь, которую он увещевал, вырвались наружу, как будто сломав барьеры Вильгельма.

Терезия, из дней юности.

Женщина, которая ласкала сердце Вильгельма, которая заставила его обратить внимание на мир за пределами меча, единственная в его жизни, даже когда он обменял все, женщина, которая думала, что этого все еще недостаточно, была там.

Любимая женщина, которой он ни разу не сказал, что любит ее, была здесь——

Вильгельм: Она моя, Терезияーー ~хк!!

Ни разу, он не сказал эти слова.

Если он окажется в замешательстве, в состоянии, когда он почти потерял свою жизнь, было бы непростительно с его стороны уделять приоритетное внимание своим эмоциям.

Это был поступок, который осквернял гордость мечника, стиль воина, благородство битвы.

Это был всего лишь мужской голос. Мужчины, который отчаянно хочет не потерять любимую женщину.

И этот зов готовности к смерти был——,

Рейнхард: ——Бабушка уже была убита мной 15 лет назад.

Голос, тихо шумный.

Слабый голос, было неизвестно, дойдет ли он вообще до него или нет.

Однако, несомненно, это был ответ на крик Вильгельма.

"ーーーー"

Удар мечом Терезии попал прямо в Рейнхарда.

Меч Дракона еще не успел войти в траекторию взмаха.

Он поразил. Он разорвал. Так бы это выглядело для любого, и тем не менее.

Рейнхардт: Тот, что здесь, просто подделка.

ーーДраконий Меч Рейд нарисовал локус.

Однин взмах, и Драконий Меч беззвучно взмахнул, и белое лезвие меча, словно в потоке, опустилось в ножны.

Острие меча соприкоснулось с ножнами, и послышался лишь слабый металлический звук.

Только что, бой подошел к концу.

Это был конец.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 73. Терезия ван Астрея

Перевод: imy

(п/п: в главе используется elder и Eldest к братьям (старший и самый старший), я не искал какой то способ это решить так что причина почему не ясно какой из старших - моя ошибка.)

***

——Как бы ты удивился, если бы узнал, что на самом деле это была любовь с первого взгляда?

***

Терезии ван Астрея было двенадцать лет, когда она получила Благословение Святого Меча.

Это была внезапная и непредвиденная перемена, вызвавшая в ее жизни огромное горе.

Во время ее обычной повседневной жизни оно внезапно обрушилось на нее.

“ーー? Может быть, меня выбрали?"

Это была искренняя эмоция, эмоция, которой она приветствовала благословение.

И Терезия продолжала держать эту истину в секрете еще некоторое время.

——Сильной стороной семьи Астрея был меч, который давал начало Святым Меча на протяжении многих поколений и продолжал существовать.

Благодаря достижениям, сделанным сотни лет назад первым поколением Святого Меча, Рейдом Астрея, Драконье Королевство Лугуника признало меч семьи Астрея как незаменимое существование и достояние.

Эта традиция передавалась из поколения в поколение, в том числе и во времена Терезии.

Отныне каждый человек, рожденный в семье Астрея, независимо от того, имел ли он Благословение Святого Меча или нет, должен был посвятить себя мечу на всю свою жизнь.

Это, конечно, относилось и к ее отцу, и к двум старшим братьям, и к ее одинокому младшему брату, самому младшему в семье. Независимо от того, становились ли они мечниками или получали Благословение, они должны были знакомиться с мечом в тот момент, когда достигали осознания ума.

Если бы вы спросили, как Терезия, которая родилась в семье Астреч, где такой способ взросления был естественным, взрослела, ответ был бы таким—— она проводила свои дни совершенно параллельно мечу.

Конечно, если вы родились в семье Астрея, то, независимо от пола, вы должны были взять меч в руки.

Бывали дни, когда Терезия и ее братья проходили суровые тренировки. Такие дни действительно бывали, но у Терезии не было абсолютно никаких похвальных способностей к мечу.

Вместо этого было бы более уместно сказать, что у нее никогда не было ориентации для встречи с мечом.

Как и многие девушки, Терезия не проявляла никакого интереса к мечу.

Это не означает, что она не плоха в этом. Немотивированные усилия, сопровождаемые вызывающим отношением. Вполне естественно, что ее родители в конце концов поймут, что бесполезно заставлять ее продолжать размахивать мечом, если она будет продолжать вести себя подобным образом.

—— Благословение Святого Меча даровалась только тем, кто доказал, что достоин получить любовь Бога Меча.

Поколения были свидетелями, только члены семьи Астрея были способны унаследовать Благословение Святого Меча. По крайней мере, таково было общее убеждение, поскольку не было известно никаких фактических подробностей, касающихся наследования Благословения.

Только когда мечник смотрел на меч с абсолютной серьезностью, благословение узнавало его и отдавало себя ему.

Видя, что вероятность того, что она станет Святым Меча уменьшилась до ничтожного, жадность Терезии в конечном счете была удовлетворена, и ей была дарована свобода, которую она очень желала.

Терезия отстранилась от практики владения мечом, но у нее тоже были свои разумные причины для этого.

Конечно, и ее незаинтересованность в том, чтобы стать Святым Меча, и ее отсутствие мотивации в использовании меча были факторами в этом, но ее самая большая причина этого была совершенно не связана с ними.

Терезия сознавала, что родилась с Благословением Бога Смерти.

Раны, которые она нанесет другим, будут беспрерывно кровоточить и не смогут исцелиться.

Когда она поняла, что ее сильная сторона заключается в том, чтобы отнимать жизни у других, то, что родилось в юной Терезии, был страх перед тем, что может произойти от ее ладоней.

Что-то вроде тренировки с мечом идеально подходило для усиления ее страха.

Даже если бы это была просто практика или тренировка, Благословение Терезии, над которой она не имела никакого контроля, не рассматривало бы ситуацию. Даже если рана, которую она может нанести, будет такой же скудной, как царапина, тот факт, что она не заживет, не делает ее смешной.

Особенно учитывая, что рана, которая может быть случайно нанесена во время тренировки с мечом, может оказаться смертельной.

Отныне, освобожденная от тренировок с мечом, Терезия чувствовала облегчение.

Жить, не причиняя вреда окружающим, было на самом деле чем-то трудным, если вы были сознательны в отношении этого.

Если бы вы осознавали это, вы бы заметили, что непреднамеренное и случайное причинение вреда другим может произойти очень легко. Как вы можете определить, сработает ли Благословение или нет, в случае, если вы в конечном итоге получите порез на пальце из-за осколка разбитой тарелки?

Молодая девушка по имени Терезия бессознательно уклонялась от общения с людьми.

Если бы она никогда не вступала в контакт, если бы она никогда не подходила близко, ей не пришлось бы беспокоиться о том, чтобы причинить боль людям. Приобретя естественную склонность избегать любого зрительного контакта, она стала проводить все больше и больше времени с цветами.

Получив свободу отказаться от меча, она сделала клумбу в саду своего особняка только для себя, и выращивая там сезонные цветы, она начала любить любоваться ими.

Ее братья, которые привыкли размахивать мечом в полном отчаянии и неоднократно подвергались трудным и болезненным тренировкам.

Не то чтобы она не чувствовала себя брошенной или жалела их, видя их фигуры. Просто из-за того, что она не могла рассказать им о своем Благословении, цветы были единственными, с кем она могла быть и доверять им с полным доверием.

"Интересно, смогу ли я когда-нибудь жить рядом с кем-нибудь……”

Ее страдания, ее сомнения, единственные, кому она могла доверить свои чувства, были только ее цветами, их лепестки танцевали в ритме легкого ветерка.

Это опять же, как и у многих людей, было желание у молодой девушки по имени Терезия, любить и быть любимой.

Хорошо понимая, что она может причинить боль другим, задаваясь вопросом, заслуживает ли она того, чтобы быть вместе с кем-то, и все это в то же время не подчиняясь планам своих братьев или родителей, дни неуверенности в себе Терезии продолжались.

——В разгар таких дней любовь Бога Меча была излита на Терезию.

“ーー? Может быть, меня выбрали?”

Без предупреждения, осознание пришло к Терезии.

Это было больше похоже на чувство несообразности, чем на осознание подобное ее Благословенияж Бога Смерти.

Это было естественно. Для нее осознание Благословения, с которым она родилась, было само собой разумеющимся, подобно тому, как глаза обеспечивают зрение, а уши-слух.

Что-то вроде внезапного обретения нового Благословения будет ощущаться, как будто крылья выросли у нее на спине. Она встретила это с чувством несообразности, которого раньше не было, и с расширением своего кругозора в плане своих возможностей.

——Я не возьму меч в свои руки.

Так думала Терезия, испытывая отвращение и тошноту к своему новому Благословению.

Она вспомнила те времена, когда ее заставляли размахивать мечом. Она поняла, насколько бессмысленными и бесцельными были ее действия тогда.

Теперь она инстинктивно понимала, как лучше, оптимальнее, идеальнее, лучше всего махать мечом.

Ее "я", чья сильная сторона заключалась в том, чтобы убивать людей, теперь полностью приобрело навык убивать людей.

“ーー~хк."

Это был ужас. Это было отчаяние. В этот день наступил конец света.

Опустившись на колени, она поняла, что была богом смерти, принявшим облик девушки, и что ее дни, когда она притворялась молодой девушкой, подошли к концу.

Теаресия никому не рассказывала о божественной защите, которую она получила.

Она намеревалась скрывать свое обладание " Божественным покровительством Бога Смерти "и" Божественным покровительством Святого меча " на всю вечность, и скрывать в своем сердце, что она была чудовищем, чьей единственной целью было убивать других.

Заметив, что ей нездоровится, она заперлась в своей комнате в особняке.

Забыв позаботиться даже о своей клумбе, Теаресия спряталась в своей раковине. Она ничего не делала, только спала и надеялась, что однажды проснется и поймет, что все это было лишь ее юношеским сном.

Но в конечном счете это была просто незрелость ребенка, отказывающегося смотреть в лицо тому, с чем она не хотела сталкиваться.

——Сразу же стало ясно, что Терезия унаследовала Благословение Святого Меча.

???: Брат. …...Следующий Святой Меча - твоя дочь. Этот ребенок

Главный дом семьи Астрея - место рождения Терезии и основание линии Святых Меча.

Шагнувший в особняк, обнаруживший, что прикованная к постели Терезия будет следующим Святым меча, был ее дядя, предыдущий Святой меча.

Благословение Святого Меча было исключительным Благословением, способное быть унаследованно только членами семьи Астрея, причем эта тенденция продолжалась в течение многих поколений.

Это Благословение наследуется следующим Святым Меча от предыдущего Святого Меча без какого-либо предварительного уведомления. И как только наследство завершается, предыдущий Святой Меча освобождается от своей ответственности и теряет Благословение.

Как только нынешний Святой Меча потеряет Благословение, естественно, что личность следующего Святого Меча будет тщательно разыскиваться Королевством.

И предыдущий Святой Меча может определить, кто следующий Святой Меча с одного взгляда.

Дни изоляции Терезии подошли к концу.

"Возьми меч в свои руки, Терезия."

С ее спутанными волосами, Терезию вытащили в сад.

Босая, в пижаме, с сознанием, дрейфующим между сном и реальностью, она все еще была насильно вытащена дядей наружу и вынуждена держать деревянный меч.

Своими пальцами, которые стали еще тоньше, она жестами выразила свое сопротивление и несколько раз покачала головой.

Однако жалобы ее противного "я" остались неуслышанными. Дядя с силой протянул ей деревянный меч и заставил повернуться лицом вперед, как только она взяла его за рукоять.

Перед Теаресией стоял старший брат из четверых.

Ее внимательный и нежный брат, который был вежлив и дружелюбен со всеми, стоял там с растерянным выражением лица. Он был не в состоянии понять, что происходит перед его глазами, и его недоумение можно было понять с первого взгляда.

——Там было много пробелов.

Подумав об этом про себя, Терезия вздрогнула.

С этим замешательством, поразившим ее прямо в сердце, Терезия, потеряв дар речи, просто держала глаза открытыми.

Не обращая внимания на Терезию и ее состояние, дядя глубоким голосом позвал старшего брата.

Держи деревянный меч и нападай на Терезию сверху. Докажи свои способности к фехтованию, поразив и победив свою младшую сестру, - сказал он.

Я никак не смогу этого сделать, - сказал её старший брат.

Ее брат был очень добр. Он усердно упражнялся с мечом и не сомневался в в пути семьи Астрея, но по отношению к своей младшей сестре Терезии он мог быть только добрым.

Она боялась причинить ему боль, поэтому никогда не была инициатором физического контакта, но ей нравилось обнимать брата и его огромное тело. Он был добрым, добрым старшим братом.

Затем раздался голос ее дяди, называвшего брата трусом.

Услышав насмешку от предыдущего Святого Меча, ее брат сделал такое выражение лица, словно его слова причинили ему боль. Терезия знала, что ее братья продолжали размахивать мечом, потому что они восхищались им.

Услышав от него такие резкие слова, ее старший брат был очень уязвлен. Два других ее брата, стоявшие на краю сада и тоже вышедшие на улицу, услышав шум, тоже скорчили такие же обиженные лица.

В конце концов, ее старший брат, сохраняя оскорбленное выражение лица, с ужасной готовностью смотрел на нее.

Выпрямив деревянный меч, который он держал в руках, и вложив в него всю свою энергию, он устремил взгляд на свою цель.

Заметив дрожь в его мече и некоторую остроту во взгляде старшего брата, Терезия пришла к осознанию.

Ее старший брат, чтобы не обидеть Терезию, прикажет деревянному мечу, который он сжимал в своих руках, сбить ее с ног. Это было очевидно по его позе, взгляду, языку тела и тому, как он держал свой меч.

С таким уровнем мастерства, как у ее брата, это, конечно, не будет трудной задачей.

Достаточно было бы доказать его способности как мечника, просто отобрав меч у Терезии.

“ーーーー”

При виде того, как напряглись щеки ее дяди, началась драка, в которой ни одна из сторон не хотела участвовать.

Ее старший брат энергично закричал и ударил острым деревянным мечом, который он держал, в Терезию.

Ограничение движений противника и контроль над его действиями были еще одним навыком в фехтовании. Если бы деревянный меч даже не был поднят, то, несомненно, было бы легко просто сбить его.

Сама основа этой борьбы была ошибочной.

Ни у Терезии не было причин сражаться, ни у ее брата не было причин причинять боль Терезии. Если интересы обеих сторон совпадают, то не должно быть никакого роста ошибок.

Там не должно было быть, но——

"——Это оно."

Деревянный меч, который был послан в полет, приземлился на землю на некотором расстоянии, и его звук отозвался эхом.

Услышав испуганный голос дяди, который смотрел на Терезию, которая держала деревянный меч, направленный вперед, и острие его касалось горла ее пошатывающегося брата, который издал хриплый вздох.

Она вспомнила, что отразила атаку деревянного меча, который обрушился на нее сверху, и отобрала деревянный меч у своего противника.

Затем она приставила острие меча к шее своего противника, доказывая, что может убить его в любой момент, ясно показывая разницу между их мастерством.

С ошеломленными лицами все смотрели на это невероятное зрелище.

"Следующий Святой Меча - это Терезия. Действительно, несомненно.”

- Эхом отозвался необузданный голос ее дяди.

“Ах...... ах, а~х……”

Терезия уронила деревянный меч, который держала в руке, посмотрела на свою руку и той же рукой принялась срывать с себя красные волосы. Она сорвала их с такой силой, что у нее пошла кровь, и, повысив голос, как у зверя, закричала.

Крича, теряя рассудок, отчаиваясь, почти истекая кровью, сожалея.

Терезия стала Святой Меча.

***

Время, которое ее братья посвятили мечу, фехтование Терезии насмешливо растоптало его.

Против подавляющей доблести меча, такие вещи, как время и усилия, посвященные не имели никакого значения вообще.

В глазах Терезии, ставшей Святой Меча, недостатки в обращении с мечом ее братьев были ясны как хрусталь. Теперь она была даже удивлена, что, несмотря на то, что проводила с ними так много времени, раньше не замечала этих недостатков.

Но все же, несмотря на явную разницу в силе между ними и Терезией, ее братья жалко продолжали тренироваться с мечом.

Ни старшие братья, ни ее младший брат не испытывали страсти ни к чему, кроме меча.

Потому что они родились в семье Астрея, выросли в доме, чье имя было уважаемо из-за их мечей, и посвятили свою жизнь и судьбу мечу, так что даже если их младшая сестра отняла их цель у своих братьев, у них все равно не было выбора, кроме как продолжать идти вперед.

Даже если они знают, что никогда, никогда не смогут достичь этого.

——Это довольно глупо.

Это мысль, которая приходит в конечном счете.

Они должны просто делать все, что им заблагорассудится. Они просто не должны больше заботиться о мече.

Если они никогда не смогут простить Терезию, они должны просто жить в своих собственных мирах по своему собственному выбору.

"Терезия-сама, приготовления закончены. Самое время, нам пора уходить.”

Пока она смотрела в окно своей комнаты, в сад, где ее братья продолжали тренироваться с мечом, в уши Терезии проник голос.

Когда она обернулась, то увидела элегантную девушку того же возраста, что и она, с короткой стрижкой прекрасных светлых волос.

Это была Кэрол Ремендис—— член семьи Ремендис, известной своими превосходными рыцарями, и из-за ее признанного исключительного владения мечом, несмотря на то, что она была такого же возраста, как и она, она была назначена помощницей Терезии.

Бесспорно, ее способности в фехтовании были поистине исключительными.

Хотя она не хотела никому говорить об этом, но ее мастерство владения мечом было сравнимо с мастерством ее братьев.

С абсолютно серьезным характером, с обильным мастерством владения мечом, она не могла не чувствовать себя неловко, как другая женщина ее возраста.

"Да, пойдем. сегодня у нас обучение людей в замке, верно?”

“Да. Все в замке также с нетерпением ждут, когда их обучит Терезия-сама. Конечно, я тоже испытываю те же чувства, что и они.”

".....Я думаю, ты уже достаточно сильная, Кэрол.”

“Отнюдь. Кто-то вроде меня не может даже дотянуться до ног Терезии-сама.”

Словно преуменьшая себя, Кэрол произвела впечатление собственных способностей.

Терезия несколько поколебала ее оценка. В конце концов, Терезия никогда не держала меч перед Кэрол. Нет, не только это.

В последний раз Терезия держала меч в руках, когда сражалась со своим старшим братом деревянным мечом.

В течение двух лет после этого Терезия не имела ни малейшего физического контакта с мечом.

Тем не менее, она все еще выполняла свои обязанности Святого Меча.

Реальность того, что она была Святой Меча, была истиной, которую невозможно было скрыть. Она не могла зайти так далеко, чтобы причинить неудобства всей семье Астрея, поэтому она была готова добросовестно выполнять только свои обязанности.

“Легко понять, что стоит посмотреть, а что нет, с первого взгляда. Даже если я не получу возможности увидеть это, если Терезия-сама возьмет меч в свои руки, она, несомненно, станет силой, которую никто не сможет подавить.”

Она криво усмехнулась убеждениям Кэрол.

Вместе с ней Терезия отправилась учить дежурных солдат. Даже во имя учения она не совершила в действительности никаких похвальных подвигов.

Она просто ходила вокруг и заставляла их орудовать оружием и тренироваться, и указывала на недостатки в их борьбе, как всегда, ничего необычного.

Самым страшным аспектом Благословения Святого Меча, возможно, было то, как она усиливала боевые инстинкты человека до совершенства. Дело не ограничивалось только мечами. Будь то копья или топоры, если они были связаны с битвой, Терезия знала все их преимущества и недостатки одинаково.

Если бы солдатам указывали на их ошибки одну за другой, они в конце концов исправились бы сами.

Однако, с точки зрения Терезии, хотя способ исправления этих недостатков может быть правильным, этого никогда не было достаточно, и даже если бы это небольшое изменение произошло, талантливые и бездарные восприняли бы это совершенно по-разному.

Терезия испытывала чувство вины, когда ее благодарили, когда ей оказывали уважение.

Точно так же, как когда-то она отчаялась унаследовав Благословение Святого Меча, теперь она отчаялась из-за ситуации, в которую попала.

Запершись в своей комнате, замкнувшись в своей скорлупе, она всегда надеялась, что приливы и отливы ее судьбы изменят свое направление.

Возможно, это было ее наказанием за эгоистичные и произвольные желания, за бегство от ответственности, которую она должна была взвалить на свои плечи.

В Драконьем Королевстве Лугуника возникли широкомасштабные конфликты с общиной полулюдей.

В мгновение ока сдерживаемые жалобы и недовольство полулюдей, которые были разбросаны по всему королевству, взорвались и поглотили королевство в своем пламени.

Разразилась самая ожесточенная и жестокая гражданская война в истории королевства - "Война Полулюдей".

***

Эта гражданская война, начавшаяся на востоке королевства, с каждым днем становилась все более ожесточенной.

Поначалу это выглядело как небольшое восстание сообщества полулюдей, которое можно было легко разрешить, не доводя его до разрушения, но королевство презирало углубление отношений полулюдей за закрытыми дверями.

Вдобавок ко всему, казалось, существовали люди, преодолевающие разрыв с полулюдьми через индивидуальные отношения, и по мере того, как конфликт распространялся от человека к человеку, огонь гражданской войны мгновенно расширял свой радиус.

По мере того как огненная война постепенно усиливалась и непрерывно распространялась по всему королевству, и после целого года бесплодных попыток потушить огонь, королевство наконец публично признало, что это была ситуация хуже, чем все, с чем королевство сталкивалось раньше.

"Сообщите нынешнему Святому Меча Терезии Ван Астрея. Ожидать появления на поле боя вместе с рыцарями и солдатами, которые в настоящее время сражаются, чтобы подавить гражданскую войну.”

Признавая беспрецедентную ситуацию угрозой всему королевству, старшие аристократы не собирались оставлять Святого Меча напоследок.

Конечно, Терезия также получила сообщение относительно просьбы об участии в войне.

——Терезия отчаялась в наступлении неизбежного будущего.

Это было совсем не похоже на те дни, когда она эгоистично отказывалась взять меч.

Теперь от нее ожидали не знаний, как от Святого Меча, а истинного искусства владения мечом и силы, как от Святого Меча.

У нее не было выбора, кроме как взять меч.

Это был также первый раз, когда ей также вручили Драконий Меч Рейд, которым может владеть только Святой Меча.

"Однако этот меч можно вытащить только тогда, когда это необходимо. Я полагаю, что тебе придется носить еще один меч, кроме этого. Ты можешь выбрать один из них по своему вкусу.”

Ее дядя, бывший Святой Меча, давал ей советы из опыта.

Ее дядя, который раньше носил Драконий Меч на поясе, понимал, насколько причудлив этот меч. В соответствии с советом ее дяди, длинный меч, который обеспечивал лучшее размахивание– тот, который также понравился Кэрол, коллеге по оружию, был тем, который выбрала Терезия.

——В своей первой битве Терезию сопровождала Кэрол вместе с братьями и дядей.

Что касается Тарезии, она не сказала бы, что эта ее партия была создана для явного выветривания.

Несмотря на это, она не могла отвести глаз ни на мгновение. Это также была возможность продемонстрировать мощь легендарного меча Астреи людям королевства.

Независимо от мыслей и чувств Терезии, ее окружение развивалось произвольно.

Все и вся отягощали ее произвольными ожиданиями, вроде того, что Святой Меча никак не может проиграть.

Безудержная, бесчувственная вера окружающих пугала Терезию.

Как будто теперь это стало нормальным, скрывая это от всех, пряча это в своем сердце, Терезия дрожала перед группой, сопровождающей ее в ее первую битву.

И, увидел ее в таком виде——

"Тебе страшно, Терезия?”

Да, тот, кто заговорил с ней своим нежным голосом, был ее старшим братом.

Терезия, ожидая своего первого сражения в палатке, была поражена, увидев, что ее старший брат говорит с ней, и с такой добротой.

Терезия сознательно избегала контактов со своим старшим братом.

Нет, ее старший брат был не единственным, кого она избегала. Ее старший брат, ее младший брат, а также ее родители и ее дядя, она избегала вступать в контакт со всеми ними.

После двух долгих лет она впервые обменялась такими добрыми словами со своим любимым братом.

Терезия не могла удержаться и продолжала смотреть вниз, не находя слов.

Однако ее брат сел рядом с Терезией, у которой было удрученное выражение лица, и нежно погладил ее по голове.

Терезия была застигнута врасплох, увидев, что ладонь ее брата все еще не изменилась.

“Я знаю, что ты чувствуешь себя в долгу передо мной и остальными нашими братьями. Не то чтобы я ничего не думал, проигрывая тебе таким образом. Но……”

Прервав свои слова на полуслове, брат слегка улыбнулся ей.

Это была та самая улыбка ее брата, на которую Терезия смотрела снова и снова, неоднократно.

“Ты моя драгоценная младшая сестра. Если ты не хочешь, если ты боишься... мне придется защищать тебя. Потому что я твой старший брат.”

“Б..... Брат……”

Слезы потекли по ее щекам. Она не должна показывать свои слабости.

Ее единственный и неповторимый брат, которого она победила, не должен этого видеть. Так она думала, но брат отверг ее мысли.

"После того как я проиграл тебе, мне было больно, и я подумал, что должен уйти. Но даже сейчас я люблю меч. Я благодарен, что родился в этой семье, что у меня были младшие братья, а ты была моей младшей сестрой. Я благодарен мечу.”

“ーーーー”

“Вот почему я рад, что взмахнул мечом.”

Терезия осознала свой идиотизм, считая его мысли глупыми.

Даже после того, как они потерпели поражение, увидев, что ее братья нацелились на тренировку с мечом, она думала, что у них нет другого пути, кроме того, что, не зная обо всем остальном, она думала, что они размахивают мечом, потому что у них нет выбора, что они просто цепляются за него, находясь под этим впечатлением, она смотрела на них сверху вниз.

Думая, что они должны просто делать все, что хотят, Терезия произвольно поставила своего брата на свои собственные весы и посчитала его ценностью.

Она насмехалась над братом, превращая его в простого воина, которым должна была восхищаться, которого должна была уважать.

Кто здесь был дураком. Она была глупа здесь. И Бог Меча был здесь крайне глуп.

Почему он не направил свою любовь на человека, который так сильно любил его?

Почему он благословил такого человека, как она, кто всегда отворачивался от меча?

Ее брат или другие люди, подобные ему, были единственными, кто заслуживал благословения.

“Тебе нет нужды сражаться. В конце концов, ты добрая девушка, которая даже насекомое убить не посмеет.”

Боясь силы Благословения Бога Смерти, она всегда заботилась о том, чтобы никому и ничему не навредить.

Она недооценивала своего брата, но брат хорошо понимал свою младшую сестру.

Это принесло ей такое удовлетворение, что за эти два года это тронуло ее сердце больше всего.

В итоге она вела себя как избалованный ребенок, попала в зависимость от него. Она цеплялась за него, плакала в него, она оставила все ему.

——В первом же сражении Терезии ее брат погиб, защищая штаб их войск.

Ни разу Терезия не взмахнула мечом. Она не смогла.

И снова Терезия на долгие годы отказалась прикасаться к мечу.

***

——Прошло пять лет с тех пор, как началась Война Полулюдей, а Терезии исполнилось девятнадцать.

Благословением Святого Меча осталось неизменным, продолжая безмолвно дышать внутри нее.

Тем не менее, Терезия, которая была чрезвычайно важна для войны, ухудшающейся с каждым днем, отстраненно и беззаботно проводила свои дни неторопливо.

Первая битва Терезии, в которой она не смогла сражаться.

Битва, в которой Святой Меча должна была высвободить свою яростную силу, полностью провалилась, и ее старший брат был убит во время войны. Сердце Терезии, получившее смертельный урон из-за этой реальности, затем не смогло принять прикосновение к мечу снова.

Правда о том, что нынешнее поколение Святого Меча имело такой позорный первый бой, была полностью скрыта от общественности. Существование Святого Меча также имело духовное значение для королевства. Они не посмеют открыть, что она плакала в лицо своему брату перед боем и что после смерти брата она замкнулась в себе.

С тех пор, не давая общественности знать об этом, бесчестье Терезии было стерто со всех записей.

И ее старший брат и младший брат, которые также участвовали в битве, чтобы защитить имя семьи Астрея вместо закрывшейся Терезии, которая отказалась выполнить свой долг как Святой Меча, также погибли.

Ее старший брат, полный доброты, который выслушает любое ее желание с искренней заботой.

Ее старший брат, который был немного злым, но всегда первым извинялся, когда они мирились.

Ее милый младший брат, испуганный кот и плакса, который всегда шел за ней, следуя по ее пути.

Все они погибли, сражаясь за Терезию, которая отказалась сражаться.

“——Я заставил тебя во все это ввязаться. Я виноват, Терезия.”

Ее дядя, бывший Святой Меча, который был источником мотивации для их войск, также погиб, сражаясь.

Сражаясь беспрерывно, не обращая внимания на свои раны, и, наконец, работая над исправлением отношений и прекращением огня, а также отдавая приказ об отступлении своих войск, он погиб, добившись выдающихся успехов в сражении.

Не то чтобы она ничего не имела против своего дяди.

Если бы не откровение ее дяди, возможно, никто никогда не узнал бы о том, что Терезия унаследовала Благословение Святого Меча. Если бы об этом никогда не узнали, ее братья, возможно, не приготовились бы к мученической смерти в этой гражданской войне и, возможно, вообще не погибли бы.

Если она думает обо всем этом, то наверняка затаила на него обиду. Она знала, но в то же время чувствовала, что нет.

Ее дядя, должно быть, и сам знал вес титула Святого Меча лучше, чем кто-либо другой. Как и предыдущий Святой Меча, он также, естественно, должен был пройти через то же самое, что и Терезия.

Его действия, должно быть, были оптимальными как для королевства, так и для Терезии.

Даже если это не сработает, его последние слова в его последние минуты.

Услышав эти слова, Терезия больше не могла держать на него зла.

Тогда, если она будет искать кого-то, на кого можно затаить обиду, единственным вариантом для нее останется она сама.

На себя, которая всегда была слабой и плаксивой, несмотря на то, что унаследовала титул Святой Меча.

"Терезия-сама это та, кто обязательно встанет. Это время просто еще не пришло.”

Кэрол, ее коллега, ни разу не попыталась бросить Терезию, которая была опустошена повторяющимися смертями своих близких.

Превращая свою первую битву в зрелище по-настоящему неприятное, упуская возможности из-за собственного эгоизма, а теперь замкнутая, одинокая Терезия была кем-то, в кого Кэрол все еще хотела верить.

Даже по последним приказам Королевского Замка она была заменена из зон, наиболее подверженных непосредственному воздействию.

Однако даже после того, как Кэрол проявила такую сильную надежду, Терезия не смогла ответить на ее чувства.

“ーーーー”

Оказавшись вдали от наблюдения Кэрол, Терезия рефлекторно начала бродить по столице.

Все это место было охвачено несколько неприятной атмосферой, так как гражданская война, которая велась в течение пяти лет, убила все живое в городе. Когда эта вибрация исчезла, все выражения лиц людей тоже исчезли. Вдали от всех людных мест, вдали от всех глаз, стояла одна Теаресия.

Место, которое недавно стало местом, куда Терезия часто ездила, было областью на границе столицы.

Это был район, развитие которого было отброшено в сторону из-за начала гражданской войны. Сквозь развалины и провалы в колоннах здания она направилась к площади позади.

То, что чуть приоткрылось за ним, было тем местом, которое нравилось Терезии, областью, которую даже нельзя было назвать площадью.

Она не была настолько особенной, чтобы заставить сердце пропустить удар или что-то еще.

Та пустота, которая существовала внутри руин, просто успокоила бы сердце, освободив его от всех мыслей.

Под несколько иронически прохладным утренним ветерком Терезия направилась в заднюю часть района.

Сидя на обломках камня и глядя на другую сторону, она увидела раскинувшийся перед ней цветочный сад, где лепестки желтых цветов сладко танцевали на ветру.

Солнечный свет, проникающий внутрь, и почва, излишне пригодная для роста цветов.

В этой тайной обстановке Терезия посеяла семена этих цветов. Ее цветы в особняке, тогда, она была слишком неумелой, чтобы заботиться о них должным образом, и все они в конце концов вымерли.

Тем не менее, она испытывала похожие чувства, видя результаты семян, которые она причудливо посеяла.

“Я даже не поливала вас... но вы так выросли.”

Цветы сильны.

Даже когда Терезия размышляет о своих собственных слабостях, цветы, глядя только в небо, разворачивают свои лепестки и расцветают в полном великолепии.

Раньше она восхищалась их великолепием, но теперь ей хотелось обладать их силой.

Она почувствовала, как ее чувства нарастают, и ей показалось, что она вот-вот расплачется.

Она мучительно пыталась сдержать слезы, и ее пальцы коснулись кантуса ее глаз, который был неожиданно теплым.

——Именно в этот момент к ней приблизилось жалящее присутствие.

"Ах, мне жаль.”

Это было само предательское присутствие, которое ворвалось в утреннее святилище Терезии.

Как и тогда, когда она собиралась показать свои слезы, Терезия намеренно произнесла эти слова, пытаясь показать свою силу. А потом она взглянула на того, кто появился на площади.

Она увидела, и ее охватил благоговейный трепет.

Подстриженные каштановые волосы, элегантные, но свирепые глаза, гибкое, стройное и подтянутое тело, и его чистая кожа, сияющая так ярко, что это пугало.

Однако то, что поразило Терезию в тот момент, не было чем-то настолько поверхностным.

По мнению Терезии, юноша выглядел точь-в-точь как обнаженный меч.

Ей показалось, что сама горячая, твердая, острая сталь устремила на нее его взгляд.

Перед этим миражом сердцебиение Терезии смешалось. Положив руку на грудь, Терезия задумалась о том, что с ней случилось.

Однако единственное, что пришло ей в голову, было то, что юноша не поймет путаницы её сердцебиения.

Отныне, чтобы скрыть это, сказала Терезия.

"Значит, есть люди, которые приходят сюда так рано утром. Вся дорога сюда——"

“ーーーー”

Вот такое это было приветствие.

Терезия заговорила с ним дружелюбно, но юноша прищурился, и ей показалось, что острие меча было направлено прямо на нее. Меч был настолько прочным и сильным, что не казался угрозой.

Возможно, он намеревался отвергнуть несимпатичные мысли Терезии.

Внезапно оно стало неинтересным.

Если он собирался использовать эту карту, то и Терезия ничего не утаит. Она заставит его понять, что он неправильно понял свой меч.

“...Что-то случилось? Ты делаешь такое страшное лицо.”

При этих словах Терезии юноша сделал такое выражение лица, как будто попробовал удар под лопатку.

Похоже, он считал, что Терезия непрофессионалка в фехтовании, и не только в этом, а в сражении вообще. По правде говоря, он не ошибся.

У Терезии не было никакого опыта настоящего боя, и у нее не было никаких записей о том, как она размахивала мечом.

Она была человеком, который был бы сильнее, чем кто-либо другой, если бы она действительно боролась.

“Что здесь делает женщина в такую рань?”

Юноша ответил грубыми и резкими словами.

Голос юноши, который она услышала впервые, был угрюмым, но его голос был прост и приятен для слуха.

——И снова она почувствовала, как ритм ее сердцебиения сбился с ритма.

***

С тех пор Терезия и юноша стали часто видеться снова и снова.

Судя по всему, юноша обычно приходил на площадь по определенным праздникам.

Казалось, его беспокоило присутствие Терезии, но он никогда не заставлял ее идти куда-то еще. Возможно, он думал, что человек, к которому ему придется подойти, это досадная помеха.

Ради того, чтобы увидеть этот желтый цветник, Терезия обычно ходила на площадь.

Бывали случаи когда юноша приходил первым, тогда как в других случаях обычно приходила первой Терезия. Пока Терезия сидела на куске бетона и любовалась цветником, пока юноша посвящал себя тренировкам с мечом, размахивая им с быстротой и превосходной техникой, и эти занятия стали обещанием тех двоих, которые привыкли проводить время в этом месте.

“ーーーー”

Она украдкой взглянула на танец меча юноши.

Не раздумывая, она чуть было не вздохнула. Смотреть на фехтование других и чувствовать себя так было чем-то чрезвычайно редким для Терезии——нет, это, возможно, было в первый раз.

Во-первых, она вспомнила отвращение, которое испытала к юноше, сжимавшему меч.

Юноша не был виноват здесь, это было из-за собственных убеждений Терезии. После того, как она убежала от своей роли Святого Меча, даже в том месте, куда она бежала, она наткнулась на кого-то, держащего меч.

Ее также прогнали из единственного спокойного места, которое она наконец нашла. Такое прискорбное беспокойство исчезло, как только она увидела, как юноша владеет мечом.

В том, как юноша размахивал мечом, не было ничего особенно подобострастного.

В глазах Терезии, которая обладала Благословением Святого Меча, также легко было найти недостатки. Видеть недостатки в обращении с мечом других и чувствовать отвращение от этого было плохой привычкой Терезии, но в случае юноши его чистая страсть использовалась, чтобы скрыть свои недостатки.

Братья Терезии тоже, должно быть, посвятили мечу все свои силы.

Даже для ее братьев, старших или младших, которые были так преданы мечу, это не было похоже на то, что Терезия была неспособна питать какие-либо негативные чувства.

Но все же, почему она не чувствовала то же самое к этому юноше и его мечу?

Ответ на этот вопрос, безусловно, удивительно прост.

“Как глупо……”

——В мече юноши не было абсолютно никаких примесей.

Он отдал мечу все, что у него было, он посвятил мечу все, что у него было.

Это легко выразить простыми словами, и Терезия думала, что ее братья сделали то же самое, это было немыслимо.

Воистину, юноша здесь был полон страсти, он, у которого был только меч.

У него не было ничего, кроме меча. Он не любил ничего, кроме меча. Он не любил ничего, кроме меча, который был установлен, как стальной удар.

“……Как глупо.”

Наблюдая со стороны за фехтованием юноши, Терезия почувствовала, как тепло приливает к ее щекам.

Терезия была Святой Меча. Благословенный любовью Бога Меча, существование которого стояло выше всех мечников.

Ее существование также стояло на его пути, для достижения его досадной цели.

Хотя это было, несомненно, ее собственное заблуждение, она чувствовала, что он спрашивает ее.

Святая Меча Терезия, могла понять все о мече, просто взглянув на него.

Она могла видеть его истинную природу, независимо от того, что это был за драгоценный меч, дьявольский меч, прочный меч или, в худшем случае, Драконий Меч. Она могла свободно им пользоваться. Не существовало такой стали, которая могла бы скрыть свои секреты в руках Терезии.

Он был единственным.

Он был единственным, кто не подчинялся свободной воле Терезии.

Он был мечом, но его пределы не могли быть определены ее собственным "я", которое было Святым Меча.

Безошибочно, именно поэтому, ее "я" разрослась, чтобы заботиться о нем столько.

"Это Вильгельм Триас.”

Через три месяца после первой встречи она обменялась именами с юношей—— Вильгельмом.

Несмотря на то, что они встречались несколько раз, они ни разу не поинтересовались именами друг друга.

По правде говоря, Терезия ждала удобного случая, но Вильгельм невольно проигнорировал ее желание. В конце концов им удалось обменяться именами, но только потому, что Терезия стала нетерпеливой и инициировала это, Вильгельм просто дал соответствующий ответ.

“До сих пор я мысленно называл тебя “цветочницей”.”

Каким же невежливым он мог быть, этот человек.

В его словах не было ни капли сочувствия, да она и не особенно возражала, потому что ее мысли были заняты собой, и она обычно удовлетворялась тем, что немного говорила и возвращалась обратно, так что теперь сердце Терезии трепетало.

“Ты любишь цветы?”

"Нет, я их ненавижу.”

Это был его ответ, даже после того, как он столько раз видел великолепие цветника Терезии.

Несомненно, он не мог ответить просто для того, чтобы подыграть собеседнику или поднять ему настроение.

Даже после того, как у нее появилось чувство тревоги из-за этого, она не могла не думать: “Но, именно поэтому, он такой мечоподобный человек...”.

Для меча, который не подчинялся ее воле, Святой Меча был не слишком велик, и Терезия в то время не понимала, как она была спасена этим.

“Почему ты размахиваешь мечом?”

С тех пор как они обменялись именами, слова, которыми они обменивались, тоже стали меняться.

Они обычно говорили о цветах и просто о каких-то других разных темах, а потом возвращались назад. То, что вызвало перемену в этом в тот день, было, возможно, из-за низкого настроения того дня.

Попытки подавить войну полулюдей потерпели неудачу, и Терезия слышала о сражениях на полях сражений.

Разбросанные по всему королевству полулюди, стоявшие за всеми разрушениями, были чрезвычайно сильны, и среди них была Ведьма, обладающая огромной сверхъестественной силой, существование которой также было подтверждено, как она слышала.

Ей вдруг стало не по себе.

Она слышала из его собственных уст, что Вильгельм не был солдатом королевства. И все же он был выдающимся мечником. Вдобавок ко всему, у него были глаза, которые видели ужасно много крови.

В такие смутные для королевства времена он, несомненно, был квалифицирован как солдат, но не настолько, чтобы быть непобедимым. Когда-нибудь, возможно, даже он больше не сможет приходить на эту площадь по утрам.

Из-за беспокойства, вызванного этим, Теаресия задала этот вопрос.

Закончив свой танец меча, потный Вильгельм с предельной серьезностью посмотрел прямо в глаза Терезии. Помедлив мгновение, он обдумал ответ, пожал плечами, показывая, что, по-видимому, считает этот вопрос глупым.

"Потому что это все, что у меня есть.”

Да, это был его стальной ответ.

А для Терезии это было именно то, на что она надеялась.

Терезия прекрасно понимала, что в ее груди поселилось чувство тревоги и одиночества.

“Ты уже полюбил цветы?”

"Нет, я их ненавижу.”

“Зачем ты размахиваешь мечом?”

"Потому что это все, что у меня есть.”

Когда-нибудь между ними возникнет обещание повторить этот обмен словами.

Сама Терезия не имела ни малейшего представления, чего ей следует ожидать в качестве ответа на свои переформулированные вопросы. Она не знала, хорошо ли, чтобы его ответы оставались неизменными, или ей следует ожидать каких-то изменений в его неизменных ответах.

Неосмотрительно оставлять вещи, которых она не знала, такими, какими они были, было самой сутью Терезии.

Например, как она, несмотря на титул Святой Меча, послала своих братьев на смерть и загнала Кэрол в угол, которая теперь отчаянно выполняла свои собственные обязанности.

Вот почему перемены всегда приходили и проходили мимо, все время изгоняя Терезию из самой себя.

***

Тот, кто достигает этой области первым, обычно была Терезия.

Визиты Вильгельма, которые раньше были нерегулярными, теперь также были постоянными, и слова, которыми они должны были обменяться друг с другом, также были полностью подготовлены.

Терезия также недавно осознала, как незрело она отнеслась к существованию меча.

Обменявшись мирами с Вильгельмом, взглянув на того, кто посвятил мечу все свои силы, Терезия на короткое время смогла забыть о тяжести, лежавшей на ее плечах как на Святой Меча.

Она была очарована им, потому что она была Святой Меча, она была спасена им, называя быть Святой Меча было глупостью.

Хотела ли она Святым Меча или нет, оба они были бы нечестны с ее стороны.

Она продолжала погружаться в теплую воду, не находя ответа, и ее охватило чувство вины.

Несмотря на оба своих желания, она хотела забыть о его существовании.

“ーーВильгельм.”

Как обычно, Терезия оглянулась, почувствовав его присутствие.

У входа на площадь стоял юноша с мечом.

Не раздумывая, она пошевелила губами, и Терезия улыбнулась ему.

“ーーーー”

Это был момент, когда ее эмоции сломались.

Вильгельм отвел глаза, губы его задрожали, и он прижал к лицу дрожащие пальцы. Сама Терезия была поражена его драматическим ответом и ощутила на себе его воздействие.

Терезия бросилась к нему, который закрывал лицо руками, раздумывая, за что бы ей извиниться. Однако, она не знала, что она должна сказать.

До сих пор Терезия отказывалась вступать в контакт с людьми, если это означало, что она не причинит им вреда.

Вот почему, когда она ранила чье-то сердце, она тоже не знала, как с этим обращаться.

Она была в отчаянии. На саму себя, которая не знала, как это сделать, и никогда не пыталась это сделать.

На саму себя, которая не могла произнести ни слова, перед обиженным Вильгельмом.

“Вильгельм……”

Не зная, что она должна, пожалуй, сказать, пальцами Терезия достигла Вильгельма. Сколько же времени прошло с тех пор, как она вступила с кем-то в физический контакт?

Боясь ранить других, она отказывалась прикасаться к кому бы то ни было.

Даже сейчас, в этот момент, она гораздо больше боялась не прикасаться к нему.

Терезия обняла пальцы Вильгельма, закрывавшие его лицо. В то время как он дрожал ужасно беспомощно, они были невероятно горячими, и она заметила.

Мечи, стальные, когда подвергаются воздействию такого невероятного тепла, превращаются в еще более упрочненную сталь.

Вильгельм был мечом, который всегда наносил удар первым, но он ни в коем случае не был законченным.

И вот теперь Вильгельм получал этот жар и менялся, как сталь.

Теперь от Терезии ожидалось, что она возьмет на себя роль ударника по стали.

——Если она имела дело с мечом, то она, Святая Меча, должна была это знать.

В случае с этим человеком, в случае с этим мечом, она, должно быть, хотела это знать.

“Ты уже полюбил цветы?”

Естественно, она задала свой обычный вопрос.

Если бы здесь был кто-то еще, кроме этих двоих, они, возможно, сочли бы ее слова глупыми, Так как ожидали бы, что она скажет что-то утешительное. Однако среди этих двоих это было к лучшему.

“…….Нет, я их ненавижу.”

И на ее неизменный вопрос последовал другой ответ.

Вот что тогда об этом думала Терезия.

Когда-нибудь, когда реакция Вильгельма изменится, не останется ли чувство, которое Терезия испытала бы на вкус, ощущением отчаяния, уныния и страха?

Но это было не так. Она любила только его изменившееся "я".

Вот что тогда думала об этом Терезия.

“Почему ты размахиваешь мечом?"

Вот почему, конечно, ответ на этот вопрос тоже был бы другим.

И, возможно, этот ответ мог бы стать тем, который спасет Терезиюーー,

"Потому что это все...... что я могу придумать для защиты.”

Меч был единственным, вот что ответил Вильгельм.

Да, для этого человека меч был единственным.

Это нормально, потому что он такой человек. Это нормально для этого человека.

——Вот и все, не было никакой необходимости в регулярном взаимодействии между ними двумя.

Однако это не означало, что они потеряли возможность перекинуться парой слов на площади.

Скорее, если говорить об обмене словами, то таких случаев стало больше, чем прежде.

Вильгельм, пришедший на площадь попрактиковаться с мечом, пришел, чтобы отдать предпочтение разговору с Терезией, а не размахиванию мечом.

Сидя на приподнятой поверхности, она внимательно прислушивалась к словам Вильгельма, который всегда поднимал скудные темы. Безнадежно плохие темы, которым она даже не могла положить конец, однако ей было приятно просто слышать его голос.

"Поговаривали о совете, и я стал рыцарем.”

С горящим взглядом он упомянул тему сегодняшнего дня.

Терезия всегда держалась на расстоянии от людей, поэтому она не была лучшей в общении, но она не была настолько глупа, чтобы не понимать смысла слов юноши, который произнес их после того, как набрался такого мужества.

Простой простолюдин, усердно работающий и ставший рыцарем благодаря своим усилиям и выходящий на поле боя, несомненно, производил впечатление.

Сколько подвигов совершил Демон Меча, Вильгельм Триас, было чем-то, что она болезненно хорошо осознавала, как трусливый Святой Меча.

Она задавалась вопросом, в чем же причина того, что он получил рыцарскую честь вдобавок ко всему этому.

"Вот как, поздравляю. Тогда ты на один шаг приблизился к своей мечте.”

Зная его истинные намерения, Терезия ответила намеренно позитивно.

Она не могла не покраснеть от такого тона. Собрав все свои силы, чтобы не допустить этого, Терезия улыбнулась Вильгельму, на лице которого застыло вопросительное выражение.

"Мечте?”

“Ты владеешь мечом, чтобы защищать, не так ли? Рыцарь - это тот, кто защищает других.”

Услышав слова Терезии, Вильгельм кивнул с таким выражением, словно понял, что она сказала.

Хотя обычно он бунтарь, иногда он проявлял эту детскую кротость.

——Он просто хотел быть одним из тех людей, которых он хотел защитить.

Хотя она и не была так уверена в этом, она ненавидела себя за то, что так себя уверяла.

Несмотря на то, что она хорошо понимала и осознавала свои собственные чувства, она обнаружила себя, которая не могла действовать в соответствии с ними, невероятно, невероятно глупой, отталкивающей, неисправимой, и с тех пор Терезия снова совершила ошибку.

В этот момент, когда она думала об этом, она приходила к выводу, что никогда не делала ничего правильно.

***

Вильгельм вышел на поле боя, когда его родной город сгорел дотла.

Когда Кэрол, запыхавшись, сообщила о стойкой борьбе, которую ведет Демон Меча, Терезия начала терять тепло своего тела и почти упала на колени в этом самом месте.

Бледнолицая Терезия почувствовала испуг Кэрол. Она чувствовала это, но ее тело не могло увеличить свою энергию. Она прекрасно понимала, насколько безнадежна эта ситуация.

“ーーーー”

Чей-то неуместный голос проник в уши Терезии, которая не отрывала глаз от земли.

Он не принадлежал Кэрол, и вообще никому в доме. Она была знакома с этим голосом, так как это был кто-то, кто всегда был близок к Терезии, с тех пор она заметила.

Это был звук смеха Бога Меча, высмеивающего ее за подавленную любовь.

"Я должна идти.”

Слушая смех Бога Меча, Терезия медленно встала.

Даже сейчас звук насмешки продолжал эхом отдаваться в ушах Терезии. Тем не менее, она не могла смириться с потерей всего, над чем смеялся Бог Меча.

Она оставила все на старшего брата и позволила ему умереть.

Она возложила свою ответственность на второго старшего брата, младшего брата и дядю и позволила им умереть.

Но, только его—— только Вильгельма я не отдам.

Потому что этот меч, эта сталь, этот человек принадлежат мне и только мне.

"Кэрол, готовься.”

“Терезия-сама......? Однако состояние вашего тела……”

“ーーГотовься.”

Кэрол, которая беспокоилась о теле Терезии, выпрямилась по второму приказу. Двигаясь быстро, она сразу же сделала все необходимые приготовления для проведения операции.

Боевой костюм, который она не надевала со времени своего первого сражения, и длинный меч, не испачканный кровью.

“На этот раз я не ошибусь.”

Сжимая кулаки и ругаясь на длинный меч, Терезия бросилась к Кэрол и запрыгнула на телегу.

Количество повозок, прибывших для спасения Вильгельма, было намного больше, чем ожидала Терезия. Это были люди, находившиеся в одном отряде с ним, или те, кого они когда-то спасли.

Только фигуры этого юноши, крепко держащего меч, нигде не было видно.

К настоящему времени этот юноша стал драгоценным мечом, привлекая многих своим блеском и остротой.

——Передовая линия родного города Вильгельма уже рухнула.

Крики ярости отдавались эхом, так как поле боя было покрыто запахом крови и ожогов.

Терезию затошнило, когда она увидела эту ужасную сцену. Она уже несколько раз представляла себя стоящей на поле боя, но реальность оказалась гораздо более ужасной, чем она могла себе представить.

На поле боя, где наносятся раны, отнимаются жизни, проливается кровь, заранее готовиться было бесполезно.

"Во всяком случае, ищи Вильгельма!”

Тот, кто повысил голос, был тот, кто возглавлял группу бойцов, Бордеаукс Зеллгеф. По его приказу, исполненному ярости, его группа, одетая в скалистые доспехи, двинулась вперед сразу же, в единстве.

"Терезия-сама! Что мы должны……”

Эхом отозвался голос Кэрол, спрашивающей указаний, но Терезия не могла его расслышать.

Группа Бордеаукса столкнулась с противоборствующими солдатами, которые разрушили его родной город. В интенсивном обмене ударами она смутно ощущала его присутствие.

"Терезия-сама!?”

Как только она это заметила, ее ноги задвигались.

Терезия бросилась вперед, не оставляя за собой пыли, на поле боя, где сражались бойцы. Даже не глядя, она знала, куда идти.

Она ступила на землю, прошла через груды трупов и направилась к тому месту, где перекрывались крики ярости и предсмертные вопли.

И достигнув этого темного пятна, на другой стороне, Терезия увидела.

Перед рухнувшим Вильгельмом стоял зеленый получеловек с огромным поднятым мечом.

С красным от крови лицом Вильгельм взглянул на меч. Его губы зашевелились. Слабым, слабым голосом он пробормотал:

"Я не хочу умирать.……”

“ーーーー”

Все в порядке.

Все в порядке, сказала я.

“ーーーー”

Она не могла больше ничего слышать.

Терезия лишь размышляла о том, что слышала в последний раз, - о шепоте Вильгельма.

Она взмахнула длинным мечом, который держала в руках. Было светло.

Он не издал ни звука, не произвел ни одной ударной волны и легко перерезал шею получеловеку.

Она оттолкнула огромное тело, державшее меч, чтобы он не упал на Вильгельма. В то же время выстрелы, наполненные жаждой крови, энергично продвигались к стройной Терезии.

Она чувствовала все эти траектории. Она могла их прочесть. Она чувствовала их на своей коже.

Увернувшись от них, Терезия последовала за таинственным лучом, который она могла видеть своим мечом.

Внезапно появляясь, таинственные белые лучи плыли в небе. Что было еще более загадочным, так это то, что она знала, что должна следовать за лучами своим мечом.

Следуя, следуя, ее меч скользил по белым лучам.

Ее меч сверкал, как ветер, а затем рассек тела полулюдей.

Отрезая им конечности, раздавливая глотки, разрезая животы, пожиная их жизни.

Благословение Святого Меча, Благословение Бога Смерти, взорвались при появлении, наконец, шанса.

Если она вскроет запястье, рана не заживет.

Если она перережет им кишки, кровотечение не прекратится.

Даже самые незначительные раны со временем сотрут их.

“ーーーー”

Краем глаза она заметила, что Вильгельма держат на руках.

Рядом с ним стояли Кэрол и юноша со щитом. Они попытались покинуть этот театр сразу же после возвращения Вильгельма.

Да, это верно.

Поторопись и забери отсюда Вильгельма.

“Терезия-сама...... ~хк.”

Кэрол сжала кулон, висевший у нее на шее, видя, как Терезия размахивает мечом. Ее жест, казалось бы, молитвенный, Терезия нашла немного забавным.

Я так думаю. Все именно так, как сказала Кэрол, не так ли?

В самом деле, я сильнее всех и лучше всех умею убивать.

ーーТолько если бы я заметила это раньше.

“ーーーー”

Молодые люди поспешно схватили Вильгельма, пытаясь выбраться отсюда.

Вильгельм, отталкиваясь от земли и сопротивляясь, использовал все свои силы, несмотря на глубокие раны, чтобы сделать то же самое.

Его присутствие исчезло. Она с облегчением почувствовала это.

Чувствуя облегчение, она забрала одну, две, три жизни. Легко, мягко.

Рубя, рубя, задыхаясь, она нырнула в крики ярости и предсмертные вопли.

Она смыла бесконечно громкий голос Бога Меча.

Просто дай мне услышать его голос, его, который отчаянно цеплялся за жизнь.

Пожалуйста, вытравите мой разум, за то, что я так дерусь.

Пожалуйста, дай мне поверить, что мой меч может спасти Вильгельма——.

***

Противостояние закончилось.

Цель Терезии, стоявшая за выходом на поле боя, была достигнута, Вильгельм был возвращен.

Однако цель Вильгельма - спасти родной город, не была достигнута.

Его родной город сгорел дотла, он потерял свое жилье, и теперь он был совсем один.

Вильгельм, размахивавший мечом в ярости, насчитал более трехсот убитых.

Для одного мечника на одном поле боя это было, бесспорно, невообразимое и экстраординарное число.

——С тех пор искусство фехтования Терезии, перерезавшей более тысячи Шей, было аномальным.

О существовании Святого Меча здесь ——

Поскольку ее позорное первое сражение было скрыто, этот случай был записан в историю как первое сражение Святой Меча Терезии.

Сама битва, возможно, закончилась бесспорным поражением, но ей удалось доказать свое превосходящее мастерство владения мечом.

Имя Терезии Ван Астрея эхом разнеслось по всему королевству и подняло боевой дух сражающихся солдат.

Конечно, он должен был быть услышан и ушами демона меча.

"Это унизительно.”

Между ними не было обещания встретиться снова.

Тем не менее, они чувствовали, что если пойдут на площадь, они встретятся.

Это было правдой, это стало правдой.

Вильгельм, вышедший на площадь, встретился взглядом с Терезией и взмахнул мечом.

Она положила свою руку на его путь и приняла его пальцами.

Терезия знала все, что касалось оптимального угла удара и оптимальной силы удара.

Когда взмах меча прекратился, Вильгельм резко скривил губы и произнес слова, окрашенные страстью, неподходящей для воссоединения.

“——Это так.”

“Ты что, смеялась надо мной?”

“ーーーー”

“Ответь мне, Терезия...... нет, Святой Меча!!”

Она не собиралась этого делать.

И у нее не было никаких причин для такого оправдания.

Правда, Терезия часто наблюдала за танцем меча Вильгельма. Правда, она видела его недостатки и не сообщала ему о них.

И для них не имело никакого смысла говорить о таких недостатках.

“ーーーー”

Взволнованный Вильгельм шагнул вперед и пришел в ярость. С сердитым выражением лица он атаковал ее, но Терезия уклонилась от его движения и контратаковала.

Вскоре схватка стала односторонней, и драгоценный меч, которым владел Вильгельм, перешел в руки Терезии. В буквальном смысле слова она увидела, как кровь хлынула в его руку, энергично полоснула по ней—— увернувшись от этой атаки, последовала за белым лучом и ударила его в живот.

Рукоять меча ударила его в живот, и Вильгельм упал, хрипло дыша.

“Я больше не приду сюда.”

С ненавистью, с жалостью и с искренними отрицательными мыслями он не мог вынести того, что было перед его глазами.

Терезия отвернулась и выбрала тот вариант, который до сих пор выбирала бессчетное число раз - сбежать.

“С таким лицом...... ты не должен быть с мечом в руках.”

С полным сожаления ртом, уткнувшись лицом в землю, Вильгельм отчаянно вырывался.

Имел веру и надежду в красоту и величие меча, был он. Обладала способностью пинать и топтать все, что попадется под руку, была она.

“Я Святой Меч. Я никогда не понимала причины этого, но теперь, наконец, понимаю.”

Она обладала редким Благословением Бога Смерти.

Ей была даровано Благословение Святого Меча, хотя она даже не просила об этом.

Казалось, что она наконец-то сможет пойти на компромисс с тем, чем была благословлена.

“Причина……”

"Размахивать мечом, чтобы защитить кого-то. Я думаю, что это тоже неплохо.”

Размахивать мечом, чтобы защитить кого-то.

Она пожалела, что не заметила раньше такой простой вещи.

Хотя, даже если бы она поняла это, то, возможно, не нашла бы кого-то, кого можно было бы защитить.

Теперь она знает.

——Защитить Вильгельма.

До тех пор, пока она может защищать этой силой, этой отвратительной силой убийства, она будет защищать Вильгельма.

Защитить его, защитить ее семью, защитить Кэрол, защитить гораздо больше, и в конечном счете защитить что-то столь же огромное, как королевство, и она станет подходящим Святым Меча.

Потому что я - сильнейшая.

Потому что Святой Меча - сильнейший.

Я могу растоптать его чувства, я могу предать то, во что он верил, но я не могу отказаться от того факта, что я Святой Меча.

"Только ты, подожди, Терезия……”

Больше не существовало слов, которыми нужно было обмениваться.

Его голос донесся до Терезии, которая повернулась к нему спиной, думая, что это конец.

“ーーーー”

Она уже собиралась остановиться. Она отчаянно подавила это чувство.

Голос Вильгельма, несмотря ни на что, достиг Терезии, которая отчаянно подавляла свои эмоции.

“Я отниму у тебя меч. Меня не волнует Благословение и долг, возложенный на тебя...... размахивать мечом...... не смей смотреть вниз на красоту клинка, Святой Меча!”

“ーーーー”

Ей сказали, что он будет отнят у нее.

И снова в ее голове раздался смеющийся голос Бога Меча.

Как бы в насмешку над этим юношески невинным заявлением.

Как бы насмехаясь над тем, что избалованного ребенка укачивает дух мимолетной надежды.

***

——Потребовалось еще два года, чтобы положить конец гражданской войне.

С тех пор как она рассталась с Вильгельмом, Терезия ступала на каждое поле битвы.

И решительно работая неистово усердно снова и снова, наряду с этим, она способствовала ослаблению альянса полулюдей.

Альянс также потерял свое высшее руководство, которое было его основой, и его основа ослабла.

Скажем так, у них не было другого выбора, кроме как ответить соответствующим образом на мирный договор, предложенный королевством.

С тех пор величайшая гражданская война, с которой когда-либо сталкивалось королевство, Война Полулюдей, отступила от своего ужаса на полпути и закончилась так же быстро, как и началась.

“Она...... закончилась?”

Она была полностью готова к следующей битве, последующей битве, к бесконечному количеству битв.

Вот почему Терезия была застигнута врасплох, как только услышала неожиданный отчет.

"Да, все закончилось. Гражданская война подошла к концу. ——Это и есть достижение Терезии-сама.”

Обнимая мягкое тело Терезии, невинно сказала Кэрол.

За последние годы Кэрол несколько раз проявляла такие мягкие эмоции, поддерживала эмоциональную Терезию и несколько раз нежно гладила ее по спине.

"Достижение, говоришь……”

На самом деле она не была согласна с её утверждением.

Терезия пошла по следам этой мысли. Она верила, что в конце концов все сводится к тому, чтобы защитить кого-то.

Она верила, что если бы ей удалось защитить этого юношу, эту армию из одного человека, которого нигде не было видно.

То, что Терезия не смогла понять, было именно так, как сказала Кэрол, что ее действия были признаны величайшим вкладом в королевство.

Для нее была проведена церемония, и, надев парадное платье и взяв в руки меч вежливости, Терезия ни разу, от начала и до конца, не почувствовала себя так, как будто она была в каком-то сне.

Нет, если это был сон, то Терезия всегда была во сне.

С тех пор как она узнала о существовании Бога Меча, с тех пор как она получила Благословение Святого Меча, она была во сне.

Вот почему это тоже был сон. Сон, явленный любовью Бога Меча, где никогда не светило солнце.

Вот почему, если наступит время, когда этот сон закончится,то тогда——

“ーーーー”

В разгоряченной и энергичной толпе поднялся шум.

Сквозь все крики, требующие его остановиться, человек продолжал входить в зал.

В руках у него был ржавый старый меч.

На нем была коричневая, грязная туника, вся в грязных пятнах. Но перед его отталкивающей внешностью было нечто, что каждый инстинкт замечал.

——Всепоглощающий ужас, освобождался от него.

——Нет, от этого Демона Меча.

“ーーーー”

Терезия приветствовала безмолвно приближающегося человека с мечом вежливости в руках.

Стражники вокруг короля и остальных окружают их и образуют защитный слой вокруг них. Она была благодарна ему за это. С этим, никакое препятствие не встанет на пути.

Теперь никто не будет мешать ее свиданию с Демоном Меча здесь.

——Никакого предупреждения не было.

Однако, как будто это было само собой разумеющимся, клинки этих двоих столкнулись и издали пронзительный лязг.

Тупое лезвие столкнулось с безошибочно узнаваемым священным мечом, хотя его предназначение было исключительно для вежливости, прямо спереди. Искры буйно плясали, порывы ветра проносились мимо, и две тени сплетались и расплетались на сцене, словно танцуя.

“ーーーー”

Размахивая мечом, Терезия была преисполнена восхищения. Ее сердцебиение ускорилось, сердце билось все быстрее и быстрее.

В глазах Терезии, как всегда, плыли белые лучи битвы. Если бы она просто последовала за лучами и проследила их своим мечом, то, несомненно, убила бы своего противника, такова была помощь Бога Меча в ее глазах.

И этот гарантированный путь к победе в битве мечей, построенный Богом Меча, был прорван простой преданностью и сводящей с ума страстью Демона Меча.

Плывущие белые лучи, казалось, всегда отсекались на концах ржавым мечом.

Перехватив каждый из бесчисленных белых лучей, Демон Меча взревел и шагнул к победе, которую он никогда не смог бы достичь.

Ее сердце билось все быстрее и быстрее. Каждый раз они вступали в контакт.

Каждый раз, когда их мечи сталкивались, каждый раз белые лучи были отрезаны.

Она влюблялась в Демона Меча, который стоял перед ее глазами.

Снова, и снова, и снова Святая Меча влюблялась в Демона Меча.

Она любила его. Она любила его. Она любила его так сильно, что это было невыносимо.

——Она была влюблена в этого человека до такой степени, что это было невыносимо.

“ーー~хк.”

Церемония превратилась в водоворот нелепостей, и на глазах у стольких людей, когда Терезия думала о том, что делает, она находила это невыносимо смешным.

Ее щеки пылали. Ее сердце бешено колотилось. С каждым мгновением ее любовь становилась все сильнее.

По правде говоря, я хочу немедленно выбросить свой меч и крепко прижать его к груди.

Теперь у меня нечего отнять. Давным-давно, когда я впервые встретила тебя, с тех пор, как твоя фигура впервые запечатлелась в моей памяти, я——

“ーーーー”

Возможность для нее сбежать, отказаться встретиться с ним лицом к лицу была полностью сорвана.

Но не голосом Бога Меча, а блеском в глазах демона, стоявшего перед ней, он отрекся от нее всем своим существованием.

Вы не должны быть в долгу перед чьими-то руками или даже своими собственными руками, я своими собственными руками заберу меч из ваших рук, своей собственной силой.

С моей собственной силой, с моим собственным упорством, со всем, что я посвятил мечу, я заберу эту женщину у Бога Меча.

Только на сколько.

Сколько раз, сотни раз, десятки тысяч раз, сотни миллионов раз он думал об этом про себя.

Удары меча соприкасались, они прижимались друг к другу, их кончики мерцали, и они обнимали друг друга снова и снова.

И гневный голос Бога Меча сопровождал завершенный удар——

“ーーーー”

Ржавое лезвие треснуло, его острие поднялось в воздух и упало на платформу.

Тот, кто подвергал его такому испытанию, был несомненным и страстным нападением Святого Меча.

Прежде всего, это была атака силы, вложенной в нее Святым Меча.

Однако,

“Моя"

“ーーーー”

“Моя победа.”

Драгоценный меч был отобран у нее из рук.

Ее ладонь онемела от шока, вызванного нападением, а драгоценный меч отлетел в сторону и со звоном упал позади них. И ржавый меч, разломанный пополам, со сломанным наконечником, оказался рядом с белой и тонкой шеей Терезии.

Красиво украшенная Святая Меча, проиграла грубо обученному Демону Меча.

Это был момент, когда ржавый, старый меч победил драгоценный меч, и фантасмагория, известная как Святая Меча, была побеждена.

“Ты слабее меня, поэтому у тебя больше нет причин владеть мечом.”

Раздался голос.

Теперь, когда я думаю об этом, я уже довольно давно не слышала его грубого голоса.

И подумать только, его первые слова будут такими.

“Если я не буду владеть мечом...... тогда кто?”

“Я заберу твою причину махать мечом. Ты просто стала причиной, по которой я размахиваю мечом.”

Он размахивал мечом, чтобы что-то защитить.

Ты стала той причиной, говоря это, он снял капюшон своей одежды.

Видя, что на нее смотрит этот угрюмый и кислый взгляд, Терезия покачала головой.

Хотя он и говорил довольно крутые вещи, вроде того, как отнять у нее это или защитить ее, он все еще никогда не мог понять сердце женщины. Он - меч, так что тут уж ничего не поделаешь.

“Ты такой грубый. Чтобы сделать все чьи-то решения и упорство бесполезными, как сейчас..”

“Я тоже займусь всем этим. Ты просто забываешь, что когда-то держала в руках меч.... Ты просто живешь в мире за моей спиной и выращиваешь цветы или что-то в этом роде.”

Ах, это, этоーー.

"В то время как меня защищает твой меч?”

“Верно.”

"Ты защитишь меня?”

“Верно.”

Если бы она считала себя причастной к тому, что он хотел защитить, а он отвечал бы на ее любовь.

Терезия улыбнулась словам Демона Меча, Вильгельма.

После этого, коснувшись меча на шее, она сделала шаг вперед.

Прикоснувшись к его мечу, она ощутила два года жизни Вильгельма.

И при мысли о том, что, возможно, за это время он думал о ней, она почувствовала, как в груди потеплело.

От нахлынувших чувств, которые она не могла вынести, глаза Терезии наполнились слезами. В конце концов, они перетекают и падают вниз по щекам улыбающейся Терезии.

“А ты любишь цветы?”

“Теперь я их не ненавижу.”

“Почему ты размахиваешь мечом?”

“Чтобы защищать тебя.”

Это был предел ее терпения.

С тех пор как она потеряла меч из своих рук, она больше не могла слышать голос Бога Меча.

Она не видела ничего, кроме Вильгельма.

Она не чувствовала ничего, кроме Вильгельма.

У нее не было ничего, кроме Вильгельма.

Мягко положив руки ему на грудь, она слегка приподняла голову.

Губы Терезии, закрывшей глаза, слились с губами Вильгельма. Она почувствовала его любовь, мягкую и теплую,и мир Терезии перевернулся.

С раскрасневшимися щеками она смотрела на своего возлюбленного, стоявшего перед ней.

Вильгельм молчал, молча ожидая ее слов.

Такое отношение было странным. Она была единственной, кто ждал. Поскольку он, казалось, не понимал этого, она снова, как и несколько раз до этого, инициировала его,

“Ты что влюблен в меня?”

“Ты и так это знаешь.”

Резко ответив, он отвернулся.

Как только он отвел глаза, ответив на ее вопрос, в их мир вошли звуки. Зрители снова пришли в возбуждение, и стражники направились к ним.

И там была видна фигура Вильгельма, осознавшего свое нападение, и приближающихся к нему стражниеков.

“Ну ладно, ладно.”

Глядя на расслабленное лицо Вильгельма, люди надували щеки.

Даже если она была прямо перед ним, почему он смотрел куда-то еще?

Он еще даже не произнес тех слов, которые она хотела услышать.

“Знаешь, я хочу, чтобы ты кое-что сказал.”

“Ах.”

Вильгельм отвернулся и почесал щеку, словно пытаясь обмануть ее. Однако вскоре он взглянул на лицо Терезии, а затем повернулся лицом вниз и вздохнул, обнимая ее тонкую талию.

И осторожно положил свое лицо рядом с ухом удивленной Терезии,

"Когда-нибудь, когда захочу.”

——Это чувствовалось, как будто это заняло бы много времени, чтобы достичь в того дня.

Она чувствовала разочарование, но в то же время с нетерпением ждала того дня.

Из-за своей слабости быть очарованной им, Терезия простила слова того, кого любила.

***

——После этого, оглядываясь на это сейчас, многое произошло.

Приветствие ее мужа, Вильгельма, который ворвался в церемонию с беспрецедентной жестокостью.

Вильгельм стал рыцарем Королевской гвардии вместо Терезии, которая перестала быть Святой Меча, по предложению Бордеаукса и других.

Убедившись, что она всю жизнь служила Терезии, Кэрол влюбилась в одного из коллег Вильгельма, но не вышла за него замуж.

Обладая несколькими подвигами своего таланта в бою, Бордеаукс получил место в Парламентском Комитете, причем задача по ведению важных дел королевства.

С таким количеством, действительно, много чего произошло, так что это были действительно веселые дни.

"Я люблю тебя, Вильгельм. Что насчет тебя?”

“ーーーー”

В конце концов, он так и не произнес тех слов, которые должны были последовать. Однако он действовал вместо слов.

Та, кого можно было обмануть этим, была либо доброй женщиной, либо женщиной, которая была по уши влюблена в мужчину, о котором шла речь—— поскольку Терезия была и тем и другим, она продолжала обманываться.

Время, которое они провели вдвоем, было спокойным и мирным, таким, что это казалось слишком мирным.

Вильгельм обещал Терезии, и с тех пор она ни разу не взяла в руки меч. У Терезии тоже не было никакой привязанности к мечу. Голос Бога Иеча тоже с тех пор был давно приглушен.

Даже сейчас, время от времени, она продолжала натыкаться на свое Благословение Святого Меча.

Например, во время приготовления пищи, всякий раз, когда она хваталась за какие-либо кухонные ножи, она одновременно осознавала такие вещи, как оптимальный угол для удара. Даже когда она каким-то образом справилась с этим, когда она научилась другим процедурам, которые следовали за этим, она поняла, что быть домохозяйкой было намного сложнее, чем быть мечником.

“……Ах.”

Это и было время, когда она научилась управлять своим Благословением Бога Смерти. Она случайно порезала палец о скорлупу ингредиента во время приготовления пищи.

Добровольные раны должны были быть подвергнуты Благословению, несмотря ни на что. Когда рана, которую она сама себе нанесла, побледнела, и когда она поспешно попыталась остановить кровотечение, оно тут же прекратилось.

——Это действительно так просто, была, по сути, ее первой реакцией.

Она признавала существование Благословений и контролировала их силу.

Маленькая девочка, которой на плечи был возложен великий титул Святой Меча, но которая на самом деле даже не понимала, чем она владеет.

Если бы только это случилось раньше—— подобные мысли наполнили ее сердце образами ее братьев.

"Терезия.”

“——Хм.”

В этот момент она увидела фигуру Вильгельма, возвращавшегося домой.

И он отдал свою иссохшую одежду Терезии, которая спрятала свои мысли в своем сердце.

И в таком положении она будет спасена.

“Ты влюблен в меня?”

“ーーーー”

Однако именно на этот вопрос он упрямо отказывался отвечать.

***

После этого, опять же, многое произошло.

Действительно, многое произошло.

У них родился сын Хейнкель.

Затем Хейнкель встретил женщину, которая впоследствии стала его невестой, и родился внук Терезии, Рейнхард.

——Никто ни в чем не виноват.

Хейнкель, серьезный и прилежный, усердно работал мечом с предельной искренностью.

Невеста, пораженная болезнью, известной как Спящая Красавица",, лишила Хейнкеля возможности оправдаться и оставила молодого Рейнхарда в полном одиночестве.

Рейнхард, наделенный талантами, которые можно было ощутить с первого взгляда, был переполнен судьбой, ненужной для его юного возраста.

Никто не был виноват.

Вот почему, как всегда, виновата была она сама.

Хейнкель исказился, невеста оказалась в клетке сновидений, а Рейнхард упорно трудился, стараясь быть любимым такими родителями.

Она обнаружила, что та, которая первой заметила это, была крайне глупа и ни на что не годна.

"Это битва, известная как Великое Порабощение…... завоевание, чтобы победить Белого Кита. Вон там, я..."

Рыцарь Королевской Гвардии только по имени, и весомая миссия только по имени.

Когда голос ее сына задрожал, представляя свое предложение, Теиезия спокойно, сразу же, закрепила решение.

С тех пор как она в последний раз использовала свой длинный меч, о нем заботилась Кэрол, которая сохранила его в таком состоянии и по сей день.

“Я против этого. О чем ты только думаешь!”

Терезия все еще сомневалась в своем решении, но Вильгельм был категорически против.

Она почувствовала на себе сильный взгляд.

У него было несколько седых волос, и его голос утратил былую молодость, но все же основа Вильгельма оставалась неизменной.

Его достоинство, его рвение, его неуклюжесть - все оставалось таким же, как и тогда, когда Терезия полюбила их, и она все еще любила.

“Этот чертов идиот...... он такой позор...... ~хк"

“Ни ты, ни я не имеем права так говорить.”

“ーーーー”

Вильгельм тоже оплакивал их сына. Вильгельм с трудом подавил яростное выражение лица и закусил губу.

Хотя его рвение оставалось неизменным, он повзрослел в отношении нагревания и охлаждения.

"Я тоже возьму ответственность на себя……”

“У тебя есть свои обязанности, которые ты должен выполнять. Ты должен знать об этом, Вильгельм.—— Не может быть, чтобы ты забыл, плачь Форда-сама.”

“ーーーー”

Младший брат короля, Форд, его дочь была похищена кем-то, кто вторгся в замок. Как командир Королевской Гвардии, Вильгельм был обязан немедленно вернуть её.

Невозможно было привести Демона Меча к Великому Порабощению.

Вместо этого Терезию, которая была наследницей Благословения Святого Меча, попросили выйти на поле боя.

Она не могла отказаться. Ее мирные дни, когда она отказалась от меча, были построены на ее собственном эгоизме.

Она не могла позволить этому продолжаться.

"Терезия, что-то вроде этого.……”

“Вильгельм.”

Убедительным голосом Терезия позвала его. Перед его выдыхающим лицом она улыбнулась.

И задала вопрос после долгого молчания.

“Ты влюблен в меня?”

"Чт..... ~хк.”

Волнение—— та же эмоция, что и раньше.

Улыбаясь, Терезия скользнула мечом по плечу Вильгельма. Она пронзила ветер и пронзила его кожу.

Стоя беззащитным перед женой, Вильгельм не мог защищаться в своем бессознательном состоянии, и только что нанесенная рана на его плече начала кровоточить.

“Терезия...... Что ты делаешь?”

Рана на его плече была подвергнута силе Благословения Бога Смерти. Рана была неглубокая, но кровотечение продолжалось. Так будет продолжаться до тех пор, пока Терезия, ответственная за это, остается рядом с ним.

"Теарезия?”

Она осторожно приблизилась к его груди.

Чувствуя, как напряглись плечи, за которые она ухватилась, Терезия прижалась губами к ране на плече Вильгельма.

Кровь окрасила ее губы, когда она впервые почувствовала вкус крови мужа.

"С этим ты больше не сможешь преследовать меня. Когда ты рядом со мной, эта рана не закроется.”

"Делать что-то настолько глупое для чего-то подобного...... позволь мне прояснить, даже если кровотечение не остановится, я все равно буду”

Слегка улыбнувшись, Терезия отпустила его тело.

И, указывая на рану Вильгельма на плече, добавила,

“Я оставлю эту рану такой, какая она есть. Чтобы ты не следовал за мной. Я закрою её, как только мы оба закончим свою работу.”

“ーーーー”

"Все в порядке, кроме того, за кого ты меня принимаешь? Я самая сильная мечница в этом мире, после тебя.”

"Но если сравнить твой уровень сейчас, в середине сороковых, с уровнем твоей молодости……”

“Не говори что-то настолько ненужное.”

Она резко заставила его закрыть рот, чтобы он не продолжил свои грубые слова.

Господи, даже после двадцати лет совместной жизни все это продолжалось.

Сталь по-прежнему оставалась неизменной. Однако,

"Я люблю тебя, Вильгельм.”

“ーーーー”

“Да, совершенно верно. Ответь на это позже.”

"Позже?”

Глядя на Вильгельма, который нахмурил брови, Терезия кивнула.

И, поклявшись на рану мужа, снова встретиться с ним——

“Когда я вернусь в тот день, пожалуйста, дай мне услышать слова, которых я не слышала.”

***

Ее воспоминания исчезали.

Видимость была нарушена из-за песчаной бури, и разрозненные звуки и голоса становились все более трудными для слуха.

“ーー!”

Слышались чьи-то гневный рев, крики, вопли.

Ближе к одной плоскости ее зрения все, что было видно, было зеленым—— нет, это была земля. Она была цвета пастбища. Когда она посмотрела вокруг на свое окружение, густой туман, грубо говоря, в недоумении вокруг, впереди, метрах в десяти ее, полностью блокируется весь остальной мир.

Карательные силы были уничтожены наполовину, и они находились в катастрофическом состоянии.

Началась отчаянная давка, и они не могли решить, в каком направлении им следует бежать в густом тумане.

Однако они лишь смутно ощущали титаническое чувство угнетения по ту сторону тумана. Отныне можно было понять, что гулкие голоса убегали в противоположном направлении.

“ーーーー”

Внезапно она перестала вспоминать, что произошло.

В жесткой и жестокой битве, где они упорно трудились, чтобы добиться господства в битве, она чувствовала, что было бы гораздо полезнее, если бы она использовала свою силу для отступления с линии фронта, и как раз тогда, когда она начала чувствовать себя так——

“ーー?”

Подумав так далеко, она заметила слабое чувство дискомфорта.

Она посмотрела на свою ладонь. Что-то, некомфортное.

Не было никаких проблем ни с конечностями, ни с глазами, ни с ногами.

Но она чувствовала что-то вроде, как будто, она потеряла свои крылья——

“Благословение……”

Она это заметила.

Она больше не ощущала ощущения обладания Благословения Святого Меча. То же самое касалось и Бога Меча, который всегда был рядом с ней, как бы далеко она ни заходила с мечом.

Даже его насмешки теперь были ни к чему.

“Рейнхардーー!”

В то же время Терезия чувствовала, что знает, кто теперь владеет тем, что потеряло ее тело.

Было ли это то же самое чувство, которое испытал ее дядя, когда почувствовал, что Теарезия является наследницей Благословения? В противном случае, вполне возможно, что Терезия просто знала о безграничном природном таланте Рейнхарда.

Как бы то ни было, Терезия не сомневалась, что следующим поколением Святого Меча станет Рейнхард.

Это чувство, возможно, было предательством по отношению к ее настоящему сыну, Хейнкелю—— но не существовало никого, кто мог бы возложить вину за это, и у нее не было времени найти кого-то, кто мог бы обвинить ее в этом

“——Ох, для одинокой леди присутствовать в таком месте весьма храбро."

Грациозный голос молодой девушки, неподходящий для этого времени и места, резонировал.

Обернувшись, Терезия увидела маленькую тень в густом тумане.

Белая одежда, платиновые волосы.

Интимный и ласковый, дружелюбный взгляд, наполненный сочувствием, безгранично превозносящий единене —— сбивал с толку любовь, до такой степени, что это выбивало из колеи.

“ーーーー”

"Похоже, я не совсем пришелась по душе.”

Сжимая длинный меч, Терезия шагнула вперед.

Если бы девушка была в нормальной ситуации, она, возможно, беспокоилась бы за нее. Однако это был мир смерти, управляемый густым туманом белого кита.

Молодая девушка, появившаяся здесь, была, несомненно, странной.

Даже если она потеряла Благословение Святого Меча, тело Терезии все еще обладало искусством фехтования бывшего Святого Меча. Полностью демонстрируя свои способности, свое мастерство фехтования, которое было вершиной мастерства фехтования, она пронзила прямо через миниатюрное тело молодой девушки——

“——Я хочу, чтобы ты поняла меня.”

Голос молодой девушки защекотал ей барабанные перепонки, и ее сознание прервалось.

В ее голосе было что-то особенное.

В темноте ее сознание упало.

Со связанными руками и ногами тело Терезии погрузилось в бездонную теплую воду.

Будущее ее внука, сердце ее сына, невеста, которая связала их - все эти заботы проносились в ее голове.

И, в конце концов,

“Вильгельм”

Она произнесла имя своего возлюбленного, и ее сознание полностью распалось.

Иーー.

***

Терезия: Такое жалкое лицо……

Медленно приоткрыв веки, она увидела искаженное лицо.

Его голова была совершенно белой, а лицо покрыто тонкими морщинами старения, но она не могла не думать, что это было по-своему круто.

Она никак не могла ошибиться.

Это было лицо ее мужа. Кажется, прошло уже довольно много времени с тех пор, как они расстались.

“ーーーー”

Она глубоко вздохнула.

Рядом стояли Хейнкель и Рейнхард. Она чувствовала их присутствие.

Все трое мужчин из семьи Астрея собрались здесь, возможно, просто чтобы проводить ее.

Потому что все такие добрые.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вильгельм: Терезия, Я……

Вильгельм с морщинистым лицом затаил дыхание.

Она не могла сказать, что не одобряет этого в присутствии сына и внука.

Где он оставил свое величие и достоинство? На самом деле, оглядываясь назад на это сейчас, такие его слабости всегда выделялись, удивительно.

Терезия: Привет, Вильгельм……

Ее голос был хриплым, но в то же время необычайно молодым.

Как будто это была не она, Нет, это определенно была она, но она должна была быть бабушкой.

Это было похоже на ее голос, когда она впервые влюбилась, как неловко.

“ーーーー”

Когда она впервые влюбилась, то чувствовала себя все более и более неловко.

Времени оставалось совсем немного, но они все равно потратили его впустую, предпочитая просто смотреть друг на друга.

Но даже сейчас все в порядке.

Слова, которые должна была произнести Терезия, она произносила достаточно часто. Вильгельм тоже должен это знать.

Вот почему тот, кто нуждался во времени, шансе и словах, был им.

Терезия должна просто, спокойно ждать этих слов.

Хотя ей придется подождать, ее ожидания обязательно сбудутся. Именно таким человеком был Вильгельм Триас.

Именно таким человеком был Вильгельм ван Астрея.

Вильгельм: Есть кое-что что я должен..... сказать тебе.

“ーーーー”

Вильгельм: Я... я плохой оратор... так что я не могу передать свои мысли хорошо, мне трудно даже с тобой...... вот почему даже за эти двадцать лет я ни разу не сделал этого.……

“ーーーー"

Вильгельм: Эти двадцать лет, возможно, сделали меня беспокойным. Но, Я.……

Терезия: ——Глупый человек.

Видя, как он изо всех сил старается говорить и как глупо себя ведет, она не могла сдержаться.

В конце концов она это сказала. В самом деле, что говорит этот человек?

Терезия: Неужели ты никогда этого не замечал?

Она душераздирающе потянулась к лицу, которое было в слезах.

Ее тело было ужасно тяжелым. На самом деле у нее не осталось сил, но она вложила всю оставшуюся силу в свои пальцы и вытерла слезы, стекающие по его лицу.

Терезия: Ты всегда так говорил.

“ーーーー”

Неужели он намеревался скрыть это?

Верил ли он, что сможет скрыть это, если никогда не скажет?

Терезия: "Твой голос, Твои глаза, твое отношение, твои действия, были всегда.”

Все, что связано с Вильгельмом, было направлено к Терезии.

Этот человек всегда, прежде всего, ясно передавал свое сердце——

Вильгельм: Я тебя...

Терезия: Я тебя...

Вот почему этого было достаточно.

“ーーЛюблю"

***

С самого начала и до конца моя жизнь была полна благословений.

У меня были братья, с которыми я была в хороших отношениях, у меня была подруга, которая всегда тепло относилась ко мне и нежно заботилась обо мне, мне помогали многие люди, я встретила Вильгельма.

Я уверена, что проблем должно быть ещё много.

Но я верю, что у вас все будет хорошо.

Но, по правде говоря, только одно.

В моем сердце осталась только одна последняя вещь, о которой я хотела спросить.

——Как бы ты удивился, если бы узнал, что на самом деле это была любовь с первого взгляда?

***

Это был последний раз, когда они обменялись словами любви друг с другом.

Фигура Терезии ван Астрея, которая удовлетворенно улыбалась, с раскрасневшимися от любви щеками и блестящими от слез глазами, в мгновение ока потеряла очертания и рассыпалась в прах.

В объятиях Вильгельма, опустившегося на колени, больше не было видно окровавленной, страдающей женщины, но то, что осталось, было лишь комком пепла—— и только это было доказательством ее прежнего присутствия.

“ーーーー”

То, что ее жизнь сгорела и превратилась в простой комок пепла, было Терезией. Вильгельм широко раскрыл глаза и просто, спокойно продолжал смотреть на останки Терезии.

???: ......Теперь ты доволен?

И вместо безмолвного и неподвижного Вильгельма раздался мужской голос.

Красноволосый мужчина средних лет—— Хейнкель, повысил голос на Рейнхарда, который стоял рядом с ним, с ненавистью глядя на него.

Рейнхард медленно встретился с ним взглядом и выдохнул.

Рейнхард: Что значит доволен?

Хейнкель: Не прикидывайся дурачком, все точно так, как ты видел! Ты доволен? Теперь ты должен быть доволен! Как на словах, так и на деле, титул Святого Меча теперь полностью твой, поздравляю! Слухи о том, что ты ограбил убив предыдущее поколение, были бы бесспорно правдивы сейчас. Хм, ты доволен? Хей!

Рейнхард: Я не понимаю, что ты пытаешься сказать.

Хейнкель: Не корчи рожицу, как будто ты надуваешься! Ты говнюк!

Хрипло выдохнув, Хейнкель попытался схватить Рейнхарда.

Однако Рейнхард избегал его пальцев и контролировал тело своего отца, наступая на его ладони, как ножной рев.

Нынешний Святой Меча не имел ни малейшего влияния на себя за то, что зарубил предыдущую Святую Меча до ее смерти. По правде говоря, и его противник тоже.

Словно пытаясь втолковать ему эту истину, горло Хейнкеля слегка дрогнуло.

Хейнкель: Не устраивай из этого сцену, Рейнхард..... ~хк.

Отчаявшись еще больше, стараясь скрыть дрожь собственного сердца, Хейнкель ткнул пальцем в Рейнхарда и сплюнул.

Хейнкель: независимо от того, насколько хорошо и правильно ты можешь попытаться сделать ситуацию, то, что я видел, не изменится. Это факт, что ты убил мать...... Терезию ван Астрея. Я объявлю об этом. Я распространю этот слух повсюду, так что никто больше не узнает в тебе Святого Меча!

“ーーーー”

Хейнкель: Каким бы спокойным ни было твое лицо, ты ни за что не откажешься от своего престижа Святого Меча. Возможно, ты продолжал иметь его до сих пор, но не больше. Тот, кто режет своих кровных родственников до смерти - это Святой Меча? Меч королевства? Ха, Не смеши меня! Ты убийца!

Рейнхард: Заместитель командующего, сколько бы раз вы это ни повторяли, я не понимаю, что вы имеете в виду. ——Заместителя командира неправильно понял, что я зарезал предыдущее поколение до смерти.

Хейнкель: Ха~х.....?

Рейнхард спокойно дал свой ответ Хейнкелю, лицо которого было покраснешее. Хейнкель округлил глаза, но Рейнхард, похоже, не собирался обманывать его или ходить вокруг да около.

Рейнхард не высказывал своего мнения, а просто констатировал факты.

Рейнхард: Только что враг был просто трупом, которого заставляли двигаться с помощью каких-то тайных искусств. Это не могло быть предыдущее поколение Святого Меча... бабушка. Может быть, все еще существует какое-то недоразумение?

“ーーーー”

Услышав слова Рейнхарда, Хейнкель оторопел.

После этого он запустил руки в свои красные волосы и яростно потер их. Со слабым смехом, Хейнкель, и ненормальной улыбкой..

Хейнкель: Тогда что же это было в конце концов? Когда она разговаривала с отцом!? Когда она с такой ненавистью смотрела на нас с тобой...... что же это было, если не мама!

Вильгельм: ——Хватит, остановись Хейнкель.

Скрежа собственными зубами, с жгучей ненавистью стоял Хейнкель. Единственным, кто погасил пыл Хейнкеля, был Вильгельм, до сих пор молчавший.

Пожилой мечник, сохраняя присевшую позу, разорвал рукав куртки и обработал рану на правом плече—— нанесенная длинным мечом.

Способность Благословения Бога Смерти, из-за которой рана не должна была закрываться, утратила свое действие в тот момент, когда перестала существовать Терезия. ——Нет, даже до этого, с тех пор как Терезия в конце концов вернулась к здравомыслию, оно было утрачено.

Вместо этого осталась лишь боль в левом плече, вызванная раной, нанесенной ему во время их последнего прощания.

Нормальная Терезия продолжалась на его левом плече, а умершая Терезия на правой ноге.

Раны, нанесенные способностью Благословения Бога Смерти, были сведены на нет потерей и того, и другого.

Хейнкель: Хватит, ты говоришь...

.. отец! Ты действительно в порядке!? Он ведь.....!

Вильгельм: Хватит, Хейнкель...... Остановись.”

Вильгельм возразил Хейнкелю и не дал ему ничего сказать.

Он снял свой педжак и использовал ткань для обертывания и хранения пепла Терезии. Оставить ее на холодном ветру, как сейчас, значило бы оставить ее слишком одинокой.

Он считал, что должен, по крайней мере, похоронить ее прах в соответствующей могиле.

Хейнкель: ーー~хк.

Увидев состояние отца, Хейнкель заскрежетал зубами и проглотил слова. И, собрав пепел, Вильгельм неуверенно встал.

Даже если кровотечение прекратилось, его тело потеряло довольно много крови. Рана на правой ноге была глубокой, так что ходить без всякой поддержки становилось все труднее. Задним числом Рейнхард попытался поддержать его дрожащие плечи.

Однако..

Вильгельм: ——Не подходи!!

“ーーーー”

Его пальцы, которые тянулись к нему, были подчинены яростью Вильгельма.

Рейнхард остановил его поднятую руку и больше не пытался поддерживать его плечи и смотреть ему в лицо. Но Демон Меча, не глядя на него, спокойно вдохнул.

Вильгельм: Рейнхард……

Рейнхард: ——Да.

В отличие от дрожащего голоса Вильгельма, Голос Рейнхарда звучал спокойно и с достоинством.

Услышав его голос, их взгляды встретились, и Вильгельм произнес эти слова одними губами.

ーーЭто был вопрос.

Вильгельм: Ты сожалеешь, что зарезал свою бабушку… Терезию до смерти?

“ーーーー”

Между вопросом и его ответом возникла небольшая пауза.

Или, возможно, он отбросил этот вопрос как бессмысленный, как и предыдущие вопросы Хейнкеля.

Однако вскоре Рейнхард ответил.

Рейнхард: Нет. ——Я сделал все правильно. Я ни о чем не жалею.

Вильгельм: ......Верно. Ты прав.

“ーーーー”

Вильгельм: Ты прав. Я ошибаюсь. ——Вот почему мне больше не о чем с тобой разговаривать.

Произнеся это тихим голосом, Вильгельм повернулся спиной к Рейнхарду.

Дед и внук полностью остановились на решающем вопросе-ответе, даже не глядя друг на друга.

И Вильгельм поднял палец и указал на центр города.

Вильгельм: Меня беспокоит Мэрия, куда направляется Гарфиэль. Если бы это было возможно, то я попросил бы тебяотправиться туда для оказания поддержки. Святой Меча Рейнхард.

“ーーーー”

Ужасно формальные и чрезмерно отстраненные, получив эти вежливые слова, Рейнхард посмотрел в том направлении, куда указывал палец. Он кивнул и наконец взглянул на Хейнкеля.

Хейнкель, который все еще выражал свое негодование из-за того, что его выставили напоказ, широко раскрыл голубые глаза и тяжело вздохнул, но Рейнхард проигнорировал его злобные слова,

Рейнхард: Снаружи опасно. Если можно, заместитель командира, отправляйтесь в укрытие. —— Вместе с Вильгельмом.

Хейнкель: Т-ты просто заткнись к чертовой матери! Поторопись и исчезни!

Пораженный словами духа неудачника, Рейнхард отвернулся. В том же темпе он рванулся к водному пути, словно хотел пнуть его поверхность, перепрыгнул через здание и исчез в направлении центра города.

Заметив его диковинные движения, Хейнкель сплюнул. Затем он бросился к Вильгельму, который шел медленно из-за своей поврежденной правой ноги. Однако,

Хейнкель: Отец, идти одному...…”

Вильгельм: Оставь меня пока в покое. Сейчас я не хочу, чтобы кто-нибудь видел мое лицо.

Хейнкель: Отец……

Вильгельм: Тебе незачем беспокоиться обо мне. Ты должен просто беспокоиться о себе. Спрячься в подходящем здании или укрытии..... ты будешь в порядке только так.

Давая свои мысли, Вильгельм оставил Хейнкеля, который был теперь один

Держа в руках пальто с прахом жены, он выпрямил спину и с трудом поднялся на ноги.

“ーーーー”

Он остался один, не в силах ни остановить его, ни быть рядом.

С Вильгельмом, в конце концов исчезнувшим из поля зрения, Хейнкель остался один.

Хейнкель: В чем твоя проблема...... в чем твоя проблема, в чем твоя проблема, в чем твоя проблема, в чем твоя проблема, черт возьми, в чем твоя проблема!

Оставшись один на площади, стоя на булыжной мостовой и глядя на ровную мостовую, Хейнкель проклинал свою ярость. Яростно почесывая затылок, ревя от ярости, которую невозможно было передать словами, он швырнул на землю меч, висевший у него на поясе.

Прекрасный рыцарский меч пронзительно зазвенел, катясь по земле.

Хейнкель: Чертчертчертчкерт, черт бы всех побрал......! Просто умрите все

....! Просто умрите~e~e~e~e~ e~ ~хк!!

Кровавый и ненавистный вопль Хейнкеля раздался на пустынной площади в полном одиночестве.

Крик, смесь безграничного, бесконечного негодования и горя, разнесся далеко и широко——.

На этом битва деда, отца и внука закончилась.

Леди, бабушка, мать, жена.

Конец Терезии ван Астрея нанес раны в сердца троих.

——Таким образом, все поля сражений в борьбе за Город Водных Врат Пристелла были улаженны.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 74. Плоды Битвы за Пристеллу Часть 1

Перевод:imy

***

"Отвратительный Культ Ведьмы, захвативший четыре контрольные башни и угрожавший городу, был отброшен назад. Этим подтверждается безопасность города—— Триумф Города Водяных Врат Пристелла!”

Субару услышал трансляцию, которая резонировала в городе вместе с Эмилией, когда они спешили в мэрию.

Радостное объявление было передано через магическое устройство, которое передавало голос в город.

Хотя были места, где звук прерывался, это были только колебания голоса человека, делающего передачу. Не было никаких оснований сомневаться в содержании приветственного объявления.

Эмилия: Субару! Только что они сказали...!

Субару: Похоже на то. Так или иначе, но мне кажется, что все кончено.

Перед лицом сияющей Эмилии Субару расслабил щеки и опустил плечи.

Причиной его апатии было облегчение и некоторое беспокойство.

Субару: ...Во всяком случае, это потому, что враги такие, какие они есть..

Существовала Капелла, Похоть, которая обладала Полномочием Варьировать и Изменять; в худшем случае существовала возможность того, что вещательный голос был уловкой, чтобы бросить ложную надежду на граждан. Не было никакой гарантии, что они не зайдут так далеко, и именно эта злоба Архиепископов Греха пугала.

Тем не менее, голос трансляции—— казалось, был голосом Киритаки Мьюза, его заявление было сознательно уважительным, он не смог скрыть свои слабые эмоции и радость. Услышав этот голос, ни у кого не было бы никаких причин беспокоиться о том, что его одурачат таким злым обманом.

Субару: Это значит, что все это сделали……

В трансляции говорилось, что четыре контрольные вышки, занятые Архиепископами Грехов, были захвачены.

По крайней мере, можно было с уверенностью предположить, что К О Н Е Ц, где все Водные Врата в конечном итоге будут открыты, а город в конечном итоге будет затоплен и уничтожен, удалось избежать.

В этот момент они могли бы искренне вздохнуть с облегчением. Если и была какая-то проблема, которая беспокоила Субару—— так это жертвы.

Субару: Чудесным образом, Регулус не стал причиной каких-либо жертв.

Хотя у них был довольно мощный состав, их врагами были Архиепископы Греха с одной или двумя особенностями. Единственная причина, по которой они победили в походе против непобедимого Регулуса, заключалась в том, что он сам был паршив в бою.

Хитрая Похоть и Гнев, чьи поражения он не мог видеть. А Обжорство, с которым его связывала судьба, называть их трудными врагами или угрозами, было просто недостаточно.

Несмотря на то, что они победили, их урон—— был ужасен.

Эмилия: Согласно тому, что сказал Субару, были также Архиепископы Грехов в других контрольных башнях. Все остальные, интересно, в порядке ли они...?

Слова Эмилии сопровождались тем же беспокойством, что и Субару, который не мог изобразить на лице радость.

Субару покачал головой, закусил губу, и посмотрел на Эмилию, которая опустила глаза.

Субару: Я тоже беспокоюсь об этом, но... все, что мы можем сделать, это доверять другим. Я хочу подтвердить, что они в порядке, как можно скорее.

Эмилия: Да, верно……

Такими простыми словами утешения он не мог рассеять огорчения Эмилии.

Если учесть, насколько могущественными были враги на этот раз, они не могли избежать возможности, что среди их союзников были жертвы. И все же нельзя было сказать, что массовые разрушения ради спасения города были именно тем результатом, которого они желали.

Таким образом, хотя это зависело от обстоятельств, принимая во внимание использование Посмертного Возвращения в качестве одного из вариантов, было решимостью, которую Субару держал с самого начала этой операции.

Лично Субару не нравилась стратегия использования Посмертного Возвращения

Конечно, он был против того, чтобы выбрать собственную смерть, но это также было связано с процессом, свидетелем которого он стал в Святилище, мир после смерти Субару.

На самом деле, было неизвестно, продолжается ли мир после смерти Субару, но Испытания показали, что такая возможность существовала. Поэтому Субару твердо решил, что не будет использовать Посмертное Возвращение для увеличения числа попыток.

Тем не менее, если Субару добровольно выбрал Посмертное Возвращение, то это было бы тогда, когда его ожидал неприемлемый результат продолжения потерь.

И на этот раз Субару рассматривал такую возможность.

Те, кто поклялся вернуть город и бросил вызов Архиепископам Греха, кандидаты в короли, их рыцари и их союзники.

Чтобы не потерять тех, кого он не хотел терять, он был готов повторять боль и страдания.

Эмилия: ...Субару, у тебя веееесь лоб сморщенный.

Субару: Хех?

Эмилия смотрела прямо перед собой на Субару, лицо которого было мрачным и серьезным. Она бросила взгляд на его морщинистый лоб, заставив Субару рефлекторно широко открыть глаза.

Когда ее аметистовые глаза наполнились мраком, Эмилия заговорила с ним,

Эмилия: В конце концов, что бы ты ни делал, ты все равно волнуешься. Извини. Хотя это трудное время, спасибо тем, кто захватил… (?)

Субару: Нет, это не вина Эмилии-тан. Даже без Эмилии-тан необходимо было победить Регулуса. Если бы там не было Эмилии-тан, я не знаю, смогли бы мы спасти невест.

Чтобы спасти невест от Жадности, они должны были временно остановить свои сердца, которые несли Львиное Сердце

Эмилия, вероятно, была единственной, кто мог бы сделать это из их существующего состава. Феррис, возможно, тоже был бы смог.

Без нее, в худшем случае, невестам пришлось бы стать жертвами, чтобы победить Регулуса.

Субару: Ну, я тоже не хотел делать этот выбор, и Рейнхард не позволил бы этого.

Даже если это была необходимая жертва, чтобы противостоять такому великому злу, он не мог принять это.

Этот молодой человек, который был воплощением справедливости, никогда не мог позволить себе даже нескольких жертв. В такой ситуации дело с Регулусом могло бы решиться не так быстро.

Субару: Или, возможно, я бы умер на полпути, если бы только я оказался вовлеченным.

Во-первых, если бы Эмилия не была похищена, существовал шанс, что составы команд для разгрома Архиепископов Греха были бы совсем другими. Поскольку никто не знал, каков правильный ответ, думать об этом было бесполезно.

Но, надеюсь――,

Субару: После того, как мы расстались, Рейнхард пошел к остальным. Это позволит уменьшить урон.... Вот во что я хочу верить.”

Эмилия: Да, это правда.―—Мы должны убедиться в этом как можно скорее.

В ответ на ответ Субару Эмилия кивнула с серьезным выражением лица.

И когда он снова направился к Мэрии, Субару мягко положил руку себе на грудь. Он почувствовал, что его сердце забилось чуть быстрее—— Это была еще одна забота Субару, помимо подготовки к Посмертному Возвращению.

Ощущение странной черной силы, бездушно свернувшейся рядом с его сердцем.

Это была извращенная грязь, которая проскользнула в Субару в то же самое время, когда Смерть Регулуса была подтверждена. Субару смутно догадывался, что это за грязь.

――Фактор Ведьмы.

Эта так называемая вещь, вероятно, была идентичностью грязи, которая связывала Субару и Культ Ведьмы.

Сразу после победы над Петельгейзе Романе-Конти, Лени, Субару почувствовал тот же дискомфорт внутри своего тела. Личность чужой силы, которую он чувствовал, была Фактором Ведьмы, и первым человеком, который сказал ему об этом, была Ведьма Ехидна.

Фактор Ведьмы имел глубокую связь с Архиепископами Греха и Ведьмами Греха.

И по какой-то причине это также повлияло на Субару, как будто оно поглощало его.

Если так, то это, несомненно, связано с Ведьмой Зависти, которая вызвала его Посмертное Возвращение.

Это не было чем-то, что можно было считать положительным.

Субару: Неважно, сколько жутких вещей овладевает мной, я - это я..... Это должно быть прекрасно.

Как бы ни усиливалось влияние Фактора Ведьмы, он никогда не позволит ему повлиять на себя.

Даже если Фактор Ведьмы поглощал Субару каждый раз, когда он убивал Архиепископа Греха

Плюс――,

Субару: Если Беако проснется, она рассердится на меня за то, что я ей не сказал.

Независимо от того, что такое Фактор Ведьмы, Субару не нужно было беспокоиться об этом в одиночку.

У него были товарищи, которые работали вместе с ним, чтобы попытаться решить проблему, когда он признался им в своих опасениях.

Он был уверен, что найдет способ справиться с этим.

Эмилия: Субару? Что-то случилось?

Обеспокоенная тем, что Субару говорит неловко, Эмилия перевела взгляд на него. Субару сказал "Нет” и покачал головой, немного подумав,

Субару: Кстати, слушая трансляцию раньше, я думаю, что у Киритаки все в порядке. Если бы она знала, Лилиана наверняка обрадовалась бы.

Эмилия: Киритака-Сан исчез?

Субару: Он защищал Отто, и было неизвестно, жив он или мертв. По какой-то причине мне не казалось, что он мертв, так что я не волновался.

Эмилия: Тогда не унывай больше, или я кончу тем, что пожалею тебя.

Как будто она отбросила тревоги, которые висели над ней, Эмилия надулась на Субару.

Вместо того чтобы беспокоиться о возможности того, что кто-то пострадал, он должен был радоваться, что кто-то был спасен.

Возможно, это было также необходимым отношением к его нынешнему состоянию ума.

***

И вот они вдвоем помчались дальше, стараясь как можно меньше тревожить друг друга, но ожидавшая их сцена не была чем-то оптимистичным.

Субару: ...Это... ужасно.

Субару был ошеломлен, увидев, что здание Мэрии рухнуло и превратилось в гору обломков.

Слова, слетевшие с его пересохших губ, произвели откровенное впечатление.

Мэрия была пятиэтажным зданием, которое редко можно было увидеть среди зданий этого мира, но его величие рухнуло без следа.

Следы разрушений простирались до фундамента здания, центр участка земли, где располагалась Мэрия, был сильно разрушен, большая проваленная дыра походила на открытый рот.

Это разрушение, вероятно, не произошло бы, если бы фундаменты здания не получил серьезного удара.

Субару сделал это предположение по остаткам здания; Эмилия, которая видела то же самое, огляделась вокруг с беспокойным выражением на лице.

Эмилия: Передача ранее, она должна была использовать магическое устройство, которое находится в этом здании, нет? Тем не менее, со зданием в таком состоянии…

Субару: ——! Теперь, когда ты это говоришь, это правда…

Столкнувшись с беспокойством Эмилии, Субару торопливо огляделся по сторонам.

Крах Мэрии не был чем-то незначительным. Это, несомненно, был результат того, что оно было разрушенно злой хваткой Культа Ведьмы. Кроме того, в мэрии было не только магическое устройство, Отто и другие, кто не участвовал в группах по возвращению контрольных башен, но и жертвы Полномочия Капеллы также остались.

Так как Ратуша понесла такой большой урон, это означало, что произошла битва. Если так, то что же произошло в Мэрии, где остались только не способные сражаться?

Трансляция Киритаки, даже факт этого стал подозрительным.

Но, проблемы Субару――

???: Ах, в тот момент, когда я думаю, что кто-то идет, это, наконец, оказывается Субару и Эмилия, действительно.

Субару: ......Беатрис?

Знакомый голос девушки донесся до Субару и Эмилии, которые застыли на месте.

Когда он поднял глаза, Беатрис стояла на вершине развалин и смотрела на них обоих, держась за подол своего пышного платья. Она подошла к Субару, который удивленно открыл глаза и оглядела его сверху донизу, чтобы проверить, в каком он состоянии,

Беатрис: Хмм, ты, кажется, не ранен, я полагаю, я чувствую облегчение. Если бы ты пострадал, пока Бетти отсутствовала, я бы не смогла оставить тебя одного даже для того, чтобы сходить в туалет.

Субару: Я не ребенок, который нуждается в такой заботе... или, скорее, я должен сказать, Беако, почему ты здесь?

Субару удивился, увидев Беатрис, которая скрестила на груди маленькие руки и высоко подняла голову, сохраняя на лице невозмутимое выражение. Это легкомысленное отношение было точно таким же, как и всегда.

Субару: Разве ты не должна была потратить всю свою Ману и уйти с передовой? По крайней мере, ты не должена была участвовать в этой битве.

Беатрис: Звучит так, будто ты обвиняешь Бетти, так что прекрати, я полагаю! Если бы не преданность Бетти, твоя нога стала бы немного тоньше. Твоей благодарности, твоей признательности и твоих объятий будет недостаточно, я полагаю!

Субару: Я знаю, я знаю.

Субару нежно погладил разъяренную Беатрис по голове, как делал всегда. Беатрис недовольно надула щеки, но все же сделала шаг ближе к Субару, спокойно наслаждаясь его ласками.

И, следуя этому взаимодействию между Контактором и Духом, Эмилия мягко вмешалась.

Эмилия: Беатрис.

Беатрис: Слава богу, Эмилия, кажется, тоже в порядке. Если бы с тобой что-то случилось, Братик был бы в отчаянии, я полагаю. Благодаря этому, Субару рисковал в бою без Бетти, на самом деле. Если ты что-то узнала из этого, то, я полагаю, не позволяй снова захватить себя в плен.

Эмилия: Мхм, спасибо. Прости, что заставила тебя волноваться.

Беатрис: В частности, Бетти только немного волновалась за тебя, на самом деле!

Эмилия с улыбкой посмотрела на Беатрис, которая угрюмо отвернулась. Затем Эмилия окинула взглядом все тело Беатрис и слегка прищурила широко раскрытые глаза.

Нарядное платье и тщательно ухоженные вьющиеся волосы.

Оба были слегка запачканы грязью и кровью. Это было доказательством того, что эта девочка-дух не только что пробудилась от своих мирных снов.

Отсутствие Субару и крах Мэрии.

Эти неожиданные события, несомненно, были связаны с пробуждением Беатрис.

Эмилия: “――――”

Эмилия устремила на нее взгляд, полный таких мыслей, и Субару вздернул подбородок. И, глядя на Беатрис, которую он все еще гладил, он сказал,

Субару: Спасибо, похоже, что ты усердно работала во время моего отсутствия. Я сожалею обо всем. Я только причиняю тебе проблемы.

Беатрис: Я довольно привыкла к тому, что ты доставляешь мне проблемы, так что тебе не нужно беспокоиться об этом, я полагаю. Нет, на самом деле я все еще немного беспокоюсь об этом. Побеспокойся об этом и поблагодари меня, я полагаю.

Субару: Да, да.... Но, даже если ты усердно работала, это было немного чересчур. Сокрушить все здание - это уже слишком.

Эмилия: Хах, это сделала Беатрис?

Эмилия в замешательстве посмотрела на Беатрис, указывая на гору щебня.

Эмилия: Ты знаешь, сколько потребуется на ремонт такого здания... Субару?

Субару: С карманными деньгами Беатрис, я знаю, что это будет большой проект, который займет несколько десятилетий.

Беатрис: О чем вы двое говорите с такими серьезными лицами, в самом деле!? То, что сделала Бетти, я полагаю, совсем другое! Бетти увидела это здание только после того, как оно превратилось в руины!

Субару: Я сказал, что знаю. Если бы ты ударила по нему, мы бы услышали его издалека. Такая милая девушка.

Субару хихикнула, когда Беатрис попыталась защититься от ложных обвинений. На этот обмен репликами Эмилия сказала: "Э-э-э, кто же это?”.

Если они встретили Беатрис возле развалин Мэрии, тогда...…

Субару: По крайней мере, похоже, что нам не придется беспокоиться о том, что Культ Ведьмы пытается сделать что-то плохое здесь. Так что же случилось с Отто и остальными, которые должны были быть в Мэрии?

Беатрис: Хм, объяснить это будет сложно, я полагаю. Но те, кто был в Мэрии - это……

???: Мы тоже смогли сбежать, так что тебе не о чем беспокоиться.

Между ответом Беатрис послышался голос с Кансайским акцентом, точнее, с акцентом Карараги.

Когда они обернулись в ответ на это, то увидели маленькую фигурку, которая шла вокруг горы щебня. На мгновение они почувствовали что-то странное во внешности этого человека, так как цвет её волос, которые она поправляла с помощью ручного гребня, был другого цвета, чем тот, к которому они привыкли.

Субару: Это ты, Анастасия-сан?

Анастасия: Что за сомнения в том, как ты меня называешь...... Эх, аах, может быть, так оно и есть, верно? Это потому, что теперь у меня другой цвет волос.

Ее мягкие светло-фиолетовые волосы теперь были выкрашены в темно-зеленый цвет.

Только с Анастасией в ее кимоно их впечатление несколько изменилось. Она посмотрела на Субару и Беатрис,а затем, взглянув на Эмилию, удовлетворенно кивнула.

Анастасия: Похоже, ты смог вернуть Эмилию-сан без каких-либо проблем, Нацуки-кун. Святой Меча сказал мне, так что я не беспокоился об этом.

Субару: Итак, Рейнхард смог встретиться с остальными без каких-либо проблем

Анастасия: Он свистнул прямо с неба. Прямо сейчас он ищет каких-нибудь отставших от Культа Ведьмы... Вернее, я бы сказала, что он повел Ферриса-сан в эвакуационные убежища.

Субару: Посещение убежищ..... Это, конечно, обязанность пользователя целебных искусств.

Даже если бы они отразили нападение Архиепископов Греха, потребовались бы значительные усилия, чтобы возместить ущерб, нанесенный городу. Роль Ферриса была бы квинтэссенцией быстрого восстановления функций города. Похоже, Рейнхарда теперь использовали вместо собственных ног Ферриса, чтобы передвигаться.

Эмилия: Прости, я тоже доставила ему много хлопот.... Но что случилось с тобой, Анастасия-ман? Например, с цветом твоих волос или с этим зданием.

Субару: Конечно, конечно. Ты сделала макияж, чтобы изменить цвет волос на более приятный для глаз? Я думаю, что это подходит тебе, но когда вы знаете настоящую Анастасию-сан, это все-таки странно.

Анастасия: Нацуки-кун, ты довольно искусно извергаешь чепуху. Однако я покрасила их только для маленькой стратегии. Кроме того, это не окупилось.... наоборот, насколько я могу судить, все шло плохо.

Анастасия вздохнула, накручивая волосы на палец, и посмотрела на остатки Мэрии. Судя по ее словам, она была причастна к краху Мэрии.

Субару: Феррис в порядке, верно? Что случилось, и что случилось с остальными?

Анастасия: История проста..... После того, как все ушли, чтобы победить Архиепископов Греха, зло напало, воспользовавшись твоим отсутствием. Они немного все испортили.

Субару: Не похоже, что они все испортили только немного....

Было ясно, что это была жестокая битва, совершенно не похожая на вялый тон Анастасии.

Нападение на Мэрию—— злой трюк, которым воспользовались, он чувствовал, что за этим, вероятно, стояла Похоть или Гнев, однако тот, которого он чувствовал, скорее всего, был…

Субару: Был ли тот, кто пришел сюда, Похотью?

Анастасия: Как я слышала, её личность была самой худшей. От встречи с ней у меня мурашки побежали по коже.

Ее соперница не должна была быть настолько легкомысленной, чтобы просто дать кому-то пощечину, но в поведении Анастасии не было никаких признаков страха или шока. Чтобы встретиться с Архиепископом Греха, требовалось настоящее мужество.

Он хотел польстить ей, сказав: “Как и ожидалось от тебя”, но, что еще более важно, Субару что-то грызло в его голове.

Субару: Мне очень жаль. Мы покинули контрольную башню ,и после этого произошло внезапное нападение на здание Мэрии.. Мне следовало быть осторожнее.

Анастасия: Не беспокойся об этом. Мы просто делали то, что хотели, пока Нацуки-кун отсутствовал. Более того, мне стыдно, что мы ничего из этого не извлекли.

Судя по словам Анастасии, она ожидала внезапного нападения, вот что чувствовал Субару. Она, вероятно, покрасила волосы в зеленый цвет, как стратегию для этого.

Когда он думал о связи между темно-зелеными волосами и человеком, который, вероятно, интересовал Капеллу, он смутно понимал стратегию, которую они разработали.

Субару: Анастасия-Сан, ты оделась как Круш-сан и бросила им приманку, ты это имеешь в виду? Если бы ты повернула назад Похоть только с собой и Феррисом, то это поставило бы нас в затруднительное положение.”

Анастасия: Было бы здорово, если бы мы это сделали, но у нас тут был кто-то еще. Уважаемый рыцарь Присциллы-сан.

Субару: ......Ал?

Услышав это неожиданное имя, Субару широко раскрыл глаза от удивления.

Ал был тем, кто меньше всего интересовался битвой за возвращение города. И для начала он должен был пойти с Присциллой и Лилианой, чтобы победить Гнев.

Если бы он остался защищать Мэрию, команда захвата Гнева была бы в таком состоянии, что вызывала бы неуверенность и беспокойство по поводу их боевой силы и комбинации.

Анастасия: Просто чтобы вы знали, команда, которая столкнулась с Гневом, благополучно вернулась.

Анастасия объяснила это Субару, на лице которого было написано сомнение. Криво усмехнувшись, она посмотрела в сторону контрольной башни, которую занимал Гнев, и сказала,

Анастасия: Присцилла-Сан вернулась невредимой. К всеобщему удивлению, певица Лилиана вернулась вместе со своим принцем.

Субару: Своим принцем.... Ты имеешь в виду Киритаку? Эти двое отправились на битву и вернулись с парнем, с которым мы не знали, жив он или мертв.

Было слишком много тайн, как Присцилла, вернувшаяся невредимой из битвы с Гневом, и воссоединение Киритаки и Лилианы. Он хотел бы услышать больше подробностей об этой истории, но он должен был уделять больше внимания общей сути вещей.

Субару: Могу ли я верить в трансляцию Киритаки раньше?

Анастасия: “――――”

Субару: Возвращение башен управления прошло успешно. За этим следует статус каждого, кто сражался. Что с ними случилось?

Здание Мэрии рухнуло, но они, вероятно, извлекли оттуда магическое устройство.

Так что это не означало, что он должен был сомневаться в возможности того, что трансляция была ловушкой. Другая проблема заключалась в том, что, в конце концов, они с самого начала рассматривали только ущерб, нанесенный вещам.

И, отвечая на вопрос Субару, Анастасия сказала,

Анастасия: Тебе не о чем беспокоиться. Нацуки-кун, вы были последними, кто вернулся.

Субару: Мы были последними...а как насчет остальных?

Анастасия: Не волнуйся.

Эмилия и Беатрис с тревогой наблюдали за происходящим вместе с Субару, который выказывал легкое нетерпение. Перед этими тремя Анастасия кивнула головой, улыбаясь, и сказала,

Анастасия: Все благополучно вернулись. Ни один человек не пропал без вести.

И это был ее ответ.

***

Гарфиэль: Капитан! Ты вернулся целым и невредимым!

Ближайшим эвакуационным убежищем стал новый пункт сбора, на месте рухнувшей Мэрии.

Подбежал светловолосый парень и весело крикнул, глядя на Субару и других, присоединившихся к нему—— это был Гарфиэль.

Субару: О... Гарфель... э

Когда он попытался поднять руку, то был удивлен бегущей фигурой.

Хотя верхняя часть тела Гарфиэля была обнажена, все его тело было покрыто кровью. Тем не менее, его лицо сияло, казалось, что он провел довольно трудную битву, но, похоже, он выполнил свой долг.

Увидев это, Субару тут же сменил выражение лица с удивления на улыбку,

Субару: Хейа, это ты выглядишь не очень хорошо. Твое лицо выглядит ужасно.

Гарфель: Я не хочу слышать это тебя, капитан.... Я не думаю, что могу это сказать. Но, это ты капитан кто показал свое мужество. Ты спасли Эмилию-сама без всяких проблем.

Субару: Конечно.

Когда Субару протянул ему кулак, Гарфиэль стукнул его своим кулаком.

Этого было достаточно, чтобы почтить хорошую битву друг друга.

Субару: Но я слышал, что Похоть появилась в Мэрии. Ты, где и с кем дрался?

Гарфиэль: Это очевидно, с Восьми Руким Курганом.... Хотя я не знаю, до какой степени его можно называть этим именем

Субару: ——? Что ты имеешь в виду?

Гарфиэль: Крутой я сражался только с мертвецом. Конечно, когда он был жив, он не был таким. Вот почему я не чувствую себя победителем.

Это была секретная техника манипулирования телами умерших и использования их в качестве воинов.

Не было никаких сомнений, что на этот раз эта секретная техника использовалась в тайных маневрах Культа Ведьмы. Однако, казалось, что способности воинов ухудшились по сравнению с тем, когда они были живы. Если бы он был воином, как Гарфиэль, он, возможно, смог бы почувствовать эту разницу.

Независимо от того, привлекло ли это его внимание, помимо самой победы, казалось, что Гарфиэль чувствовал себя так, как будто он не получил желаемого результата.

Это чувство не было чем-то таким, о чем Субару не знал.

Эмилия: Враг не был силен, поэтому ты и расстроился?

Эмилия, прислушивавшаяся к разговору, склонила голову набок, словно не понимая, что происходит.

Услышав ее слова, Гарфиэль начала сказал “Хорошо, что ты в безопасности", радуясь, что она вернулась, а потом яростно почесал свои короткие светлые волосы.

Гарфель: Быть расстроенным, потому что он не был сильным.... Но дело не в этом. Почему-то я не могу этого объяснить. Потому что Эмилия-сама - женщина.

Эмилия: Это что-то такое, чего женщины не понимают? Значит, Субару понимает?

Субару: Немного. Но даже для мужчин существует что-то вроде неизвестного барьера между сильным и слабым... но я думаю, что результат заключается в том, что Гарфиэль силен. Не слишком ли много ты думаешь этом?

Гарфиэль: Я.... слишком много об этом думаю?

По лицу Эмилии было видно, что она не понимает, и ответ Субару был не совсем положительным. При этих словах Гарфиэль кивнул с печальным выражением на лице.

У Гарфиэля и так голова была забита заботами о Силе. Речь шла о том, что он вызывал Рейнхарда на дуэль, а также о том, что позже он получил болезненное посвящение от Культ Ведьмы.

Даже если он думал головой, сколько бы он ни думал, ответ на его проблему не приходил в голову.

Вполне возможно, что это было что-то вроде этого. Вот почему, в отношении этого――,

Субару: Хей, Гарфиэль. Если ты подумаешь об этом……

???: О! Здесь Гар~ф! Ицууууу!

Гарфиэль: Гуагх-!..

В версии с изображениями тут находится картинка.

Перед Субару, который пытался дать ему какой-то совет, с громким стуком рухнуло тело Гарфиэля. Он едва заметил, как маленькая фигурка ударилась о талию Гарфиэля, но его рука не успела вырваться вовремя, чтобы он не застонал от боли и не упал.

Он взглянул на рухнувшего Гарфиэля; та, что сидела у него на груди и застала врасплох, была кошачьей девчонкой, вилявшей хвостом.

Девушка навострила уши и придала своему лицу веселое и очаровательное выражение,

??? : Фухаха! Ты потерял бдительность, Гар~ф! Твой настоящий враг находится в твоём сердце! И в твоём сердце уже есть важные люди! Я имею в виду, что оно заполнено.

Гарфиэль: Ты стучишь и лезешь человеку на грудь....

Мими: Хехехе, Мисси сказала Мими! Что похлопывание мужчины по заднице может привлечь любовь... или что-то в этом роде? Мисси сказала, что это привлекательно или что-то в этом роде! Шлепнуть его по заднице - вот что сказала Мисси!

Мими визжала от смеха, лежа на Гарфиэле.

Она больше не была в том состоянии, когда теряла кровь из своей глубокой раны, которую нельзя было залечить. Перед лицом девушки, котора полностью пришла в себя, Субару коснулся своей груди и наклонился.

Субару: Ты выглядишь живой, Мими.

Мими: О, Братец, добро пожаловать! Добро пожаловать! Похоже, пока Мими спала, произошло много сложных вещей, молодец! Мими спала очень крепко! Но, похоже, Гар~ф тоже очень старался, не так ли? Хорошая работа!

Субару: Т-ты, кажется, не изменилась, это самое главное. Разве не так, Гарфиэль?

Он слышал, что раны Мими были нанесены из-за того, что она защищала Гарфиэля.

Гарфиэль был потрясен до глубины души ее раной, которая отказывалась заживать, и он нес ее обратно на грани смерти. Он не знал, рад ли он видеть Мими или нет.

Но на зов Субару Гарфиэль, который все еще сидел на заднице, потер нос.

Гарфьель: Хаа, это было бы проблематично, если бы я слишком сильно изменился. Я уже много раз говорил об этом, но заставлять суетиться, пока приходишь в себя...

Мими: Хм, что? Ты что-то сказал, Гар~ф?…. Ах!

Мими, которая приблизила свое лицо к лицу Гарфиэля, повысила голос и посмотрела вниз на свою грудь. Мими проверила внутреннюю сторону белого халата и широко раскрыла глаза от удивления,

Мими: Гар~ф, это ужасно! Твоя рана снова открылась! Кровь льется рекой!

Гарфиэль: Дура! Вот почему я говорил тебе об этом снова и снова! Черт возьми, если я не перевяжу её, не применю исцеляющую магию, она не заживет! Эй, иди сюда!

Мими: Кьяяя! Это больнооо! Это больнооо!

Из-за того, что рана становилась все хуже, Гарфиэль взял Мими за руку, которая оставалась невозмутимой, и повел ее во внутреннюю часть убежища. Столкнувшись с этим обменом репликами, которые были шумными, как тайфун, даже Субару потерял дар речи.

Эмилия: Пфффф... но если Гарфель останется в таком состоянии, у него может не быть времени волноваться.

Но, рядом с Субару, который стоял, как вкопанный, Эмилия положила руку на свои губы и сказала это внезапно. Глядя в спину удаляющейся парочке, она вспомнила о прежних волнениях Гарфиэля.

Я вижу, - подумал Субару, что согласен с этим мнением.

Субару: Несмотря ни на что, они составляют хорошую пару. То есть, те двое.

Эмилия: Мими симпатичная, и, кажется, ей действительнооо нравится Гарфиэль..... Похоже, что Гарфиэлю нравится Рэм, так что я не думаю, что это будет так просто.

Субару: Да, конечно.... Погоди, Эмилия-тан сделала замечание о любви между мужчиной и женщиной??

Несмотря на то, что этот пример был достаточно прост для понимания, Субару был удивлен, что она могла вести такой разговор.

Эмилия, которая еще до признания Субару была в таком состоянии, что не понимала любви между мужчинами и женщинами, смогла прокомментировать любовь других.

Эмилия: Хм, Субару, мне кажется, ты только что сказал что-то действительнооо грубое.

Субару: Хорошо, хотя я думал, что это точное признание..... Неужели Эмилия-тан изменилась так незаметно для меня? И она одета в свадебное платье!

Эмилия: Даже несмотря на то, что все закончилось очень плохо.

Из-за того, что здесь было трудно передвигаться, она порвала свое свадебное платье; похоже, ей не нужно было сильно беспокоиться об этом здесь.

Беатрис: Боже мой, на самом деле. Эта кучка детей, кажется, выросла в только размере, я полагаю.

Субару: Я не хочу слышать это от тебя, кто больше всего похож на ребенка здесь.

Когда Беатрис бросила свою шутку, чтобы подвести итог, Субару откашлялся. Тогда, если Мими пришла в себя, это означало—— Он оглядел убежище в поисках ответа,

Субару: “――――”

В углу, где люди радовались их воссоединению, он увидел фигуру мудрого мечника, стоявшего в тишине. Субару на мгновение задержал дыхание, глядя на фигуру Демона Меча, у которого были закрыты глаза в тишине.

Эмилия: Субару……

Субару: Извини. Я сейчас вернусь.

Ответив встревоженной Эмилии, Субару оставил там и ее, и Беатрис и медленно подошел к тому месту, куда он направил свой взгляд.

Прежде всего, что он должен ему сказать? Однако это беспокойство оказалось излишним.

Вильгельм: ——Это Субару-доно?

Субару: ......Да, это я.

Вильгельм открыл один глаз и увидел Субару, который подошел к нему, не решаясь заговорить первым. Увидев эти молчаливые голубые глаза, Субару понял, что молчать бессмысленно.

Вильгельм прислонился спиной к холодной каменной стене, сливаясь с пейзажем. Субару стоял рядом с ним и краем глаза видел его фигуру.

Фигура, полная ран, заставляла его чувствовать отголоски жестокой битвы.

На его легком одеянии без пиджака виднелись следы порезов, седые волосы, которые он завязал сзади, распустились и струились по спине. Больнее всего выглядела окровавленная тряпка, обернутая вокруг его правой ноги—— этого было достаточно, чтобы понять, что это была глубокая рана, угрожавшая его жизни.

Но больше всего внимание Субару привлек не сам Вильгельм.

Это был пиджак, который был прямо рядом с ним, и в ней было что-то, что казалось важным.

Субару: Вильгельм-сан, это......

Вильгельм: “――――”

Он попытался проверить, что было завернуто в его пиджак, не обращая на это никакого внимания. Услышав слова Субару, Вильгельм перевел взгляд на сверток.

Мудрый Мечник на мгновение замолчал, а затем пошевелил пересохшими губами,

Вильгельм: ...Как ты уже догадался, это моя жена.

Субару: “――――”

Вильгельм: Сразу после смерти ее тело превратилось в груду пепла. Было бы слишком жалко оставлять ее на ветру таким образом, даже если это позор, что я положил ее в свой педжак... даже если она просто пепел, я хочу положить ее в могилу и оплакать ее.

Это означало, что—— секретная техника, которая перемещала трупы умерших, в конце концов, превращала их в пепел.

Это было святотатство по отношению к душе после смерти, и воздействие, которое оно оказывало на людей, ставших мишенью этой тайной техники, было неизмеримо. Он даже не мог себе представить, что творилось в сердце Вильгельма, когда он думал об этом.

Вильгельм: Мне очень жаль. Это довольно не по-мужски, бессмысленная привязанность.

Субару: Не говори так!

Вильгельм: “――――”

Субару немедленно повысил голос, услышав тон Вильгельма, который звучал так, словно он винил себя.

Не сознавая, что он взвинчен, Субару смотрел прямо перед собой на Вильгельма. Вильгельм приоткрыл глаза и тоже посмотрел на Субару.

Субару: Я не думаю, что вы ошиблись, Вильгельм-сан, ни сейчас, ни во время Белого Кита, вы невероятный человек, которого я уважаю. Что плохого в том, чтобы ценить людей, которые тебе небезразличны? Здесь нечего стыдиться, думать так нехорошо.

Вильгельм: Субару-доно……

Субару: Вы невероятны, Вильгельм-сан. Ваша жена...... положить ее в могилу, оплакивать ее, эти мысли не являются ошибками. Я не очень хорошо умею выражаться, но ты потрясающий.

Таковы были его истинные чувства.

Это были, без сомнения, истинные чувства Субару, его истинные мысли, которые он не хотел отрицать.

Тогда, во времена Белого Кита, и сейчас, во время его печального воссоединения, судьба была по-настоящему жестока к Вильгельму.

Но даже в этом случае Демон Меча пошел против судьбы изо всех сил; он преодолел ее своей собственной силой воли и попытался достичь любви. Не все результаты могут в конечном итоге быть вознаграждены.

Его раскаяния и сожаления могут остаться полумертвыми. Но все должно закончиться хорошо.

Любовь Вильгельма в любви к тому, кого он любил, все должно закончиться хорошо.

Субару: Тут нечего стыдиться. Пожалуйста, должным образом положите ее в могилу. И, если представится такая возможность, и это не будет слишком большой помехой, пожалуйста, позвольте мне также посетить ее могилу.

Вильгельм: “――――”

Субару: Я хочу сделать это, я думаю, что это то, что человек должен делать.

Он плохо себя чувствовал и, кроме того, становился эмоциональным; Субару начинал злиться на самого себя.

Подавляя свои эгоистические чувства, он ничего не мог поделать, если бы Вильгельм расхохотался. Для него было бы вполне естественно сказать, что это не его дело, и отказать ему.

Однако Вильгельм резко разжал губы перед Субару.

На его застывшем, напряженном лице появилась небольшая щель. И он сказал,

Вильгельм: ...Да, пожалуйста, Субару-доно. Я также хочу, чтобы вы посвятили несколько слов моей жене. Если это ты.

Субару: ——! Д-Да, я схожу. Это большая честь для меня.

Он получил разрешение, точнее, благодаря великодушию Вильгельма.

Услышав эгоистичное пожелание Субару, Вильгельм тихо вздохнул. Догадавшись по его лицу, что он больше не хочет разговаривать, Субару опустил голову.

Он должен ненадолго оставить Вильгельма наедине с женой.

Но прежде чем покинуть это место, он хотел удостовериться в одной последней вещи.

И это было..

Субару: Вильгельм-сан. ―—Насчет вашей жены, эм, вам удалось?”

Вильгельм: “――――”

Удалось ли ему с ней поговорить? Неужели он достиг результата, которого не хотел?

Естественно, встреча с его мертвой женой не могла привести к желаемому результату. Но даже в этом случае никому, кроме Вильгельма, не было позволено встретиться с ней лицом к лицу; после того, как Вильгельм понял эту ситуацию, он искал выхода.

Таким образом, Субару не должен быть единственным, кто хотел этого, по крайней мере.

Вильгельм: Моя жена……

Вильгельм заговорил с Субару, который остановился, чтобы посмотреть на него. Но на этом его слова оборвались. Вильгельм слегка отвел взгляд от Субару. Он перевел взгляд на пиджак, в который был завернут прах его жены.

На долю секунды огромный вихрь эмоций пронесся в его глазах. И он заговорил:,

Вильгельм: ...Да. Я обменялся несколькими словами с женой и, конечно же, попрощался.

Слова, это было образное выражение, скорее всего.

Жена Вильгельма была бывшим Святым Меча, стычка мечей с ней была разговором, не похожим ни на какой другой для Демона Меча. Их закрывающиеся клинки сами по себе должны были стать их последними словами прощания.

Вот почему, несомненно, это закрытие было результатом выбора Вильгельма——

Вильгельм: Я люблю свою жену. ―— Я должен был донести это до всех.

Субару: Я понял.

Тихое признание Вильгельма в любви.

В отличие от скромного тона его голоса, в нем слышалось рвение, которое жгло сердца тех, кто его слушал, и в груди у Субару становилось все жарче. Глубоко вздохнув, Субару закрыл глаза.

Из него вырывались бушующие волны эмоций. Держа каждое в узде, он открыл глаза.

На лице Вильгельма, стоявшего перед ним, застыла одинокая улыбка. Однако с тех пор, как он позволил себе расплыться в этой улыбке, ему казалось, что он спасен, и Субару тоже позволила своим губам расслабиться.

Субару: Вильгельм-сан. Спасибо вам за вашу тяжелую работу.

Вильгельм: “――――”

Субару: Возможно, очень скоро все станет лихорадочным, я думаю, но до тех пор, пожалуйста, отдохните. Я пройдусь еще немного, чтобы посмотреть, что случилось.

Субару говорил слишком быстро и не был уверен, правильно ли прозвучали последние слова. Он почесал щеку одним пальцем и смутился, повернувшись к Вильгельму спиной.

За его спиной..

Вильгельм: Субару-доно――

Субару: Да?

Когда его окликнули, когда он пытался уйти, Субару остановился и обернулся. Тогда Вильгельм, на лице которого отразилось легкое удивление, немедленно сказал “Нет” и покачал головой.

Вильгельм: Прошу прощения. Это что-то тривиальное.. Пожалуйста, не обращай на меня внимания.

Субару: Это так? Нет, когда ты так говоришь, Я чувствую обратное...... Но, в общем, да. Увидимся позже.

Субару ушел оттуда с горькой улыбкой на лице, вызванной нетипичной реакцией Вильгельма.

Увидев, как выглядит Субару, когда он вернулся, Эмилия и Беатрис, казалось, выразили облегчение на своих лицах. В связи с этим выражение лица Субару, вероятно, сильно изменилось с тех пор, как он ушел и вернулся.

Субару и сам прекрасно это понимал.

Потому что воссоединение с мертвецами - это не то, чему можно радоваться.

Но, по крайней мере, Вильгельм покончил с этим собственными руками и остался доволен результатом. Он чувствовал, что этот факт был скромным спасением

***

Прищурившись, Демон Меча уставился в спину уходящему темноволосому парню.

Его губы были плотно сжаты, чтобы хоть что-то сдержать.

Это был провал в его маскировке, которая еще совсем недавно скрывала его истинные намерения твердой волей. Безумие эмоций, которое, вероятно, прогрызло бы его сжатые губы, если бы он пренебрег им, даже сейчас.

Конечно, то, что он скрывал от этого мальчика в своей груди до тех пор, было――

Вильгельм: Субару-доно......Ты...

Только в его устах, шепча хриплым голосом, Демон меча произнес имя мальчика,

Вильгельм: Ты мог бы стать, моим――

Сказав это, Демон Меча закрыл глаза, как будто он закрыл свое собственное слабое сердце.

Продолжение, которое не издавало ни звука, никто никогда не слышал.

Это также было нечто, что никогда не выйдет из рта Демона меча.

Это было единственное, чего Демон Меча никогда не позволит.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 75. Плоды Битвы за Пристеллу Часть 2

Перевод:imy

***

Закончив разговор с Вильгельмом, Субару тихо вздохнул с облегчением.

Вместе с Гарфиэлем, Они оба должны были разобраться с Похотью—— Они должны были быть комбинацией, которая должна была иметь самый трудный бой.

На самом деле Похоть покинула свою контрольную башню, и именно жена Вильгельма Терезия вместе с бывшим героем Курганом преградили им путь. Тем не менее, уже было подтверждено, что в этих трех местах не было жертв.

Субару: “――――”

Конечно, Гарфилю и Вильгельму есть над чем поразмыслить.

На самом деле, Гарфиэль говорил о тех оговорках, которые он оставил, и было легко представить, что раны, слишком трудные для выражения словами, лежали в сердце Вильгельма.

И все же, даже так.

Субару был счастлив, что они вернулись целыми и невредимыми после окончания своих сражений.

Если бы среди его знакомых были жертвы, Субару смирился бы с тем, что ему, возможно, пришлось бы использовать свое Посмертное Возвращение. Вот почему он испытал облегчение оттого, что эти двое выжили без его помощи.

Однако это чувство облегчения от того, что они не умерли, было связано с другим его убеждением, в то же самое время.

А именно, что в конце концов ему не придется снова зависеть от такой неестественной силы, как его Посмертное Возвращение.

Он полностью использовал свое Посмертное Возвращение и много раз бросал вызов, чтобы попытаться обеспечить лучшее будущее. После того, как он так сильно зависел от этой силы, в этот момент, возможно, он мог говорить о ней плохо, однако это было по этой причине.

Это был вывод, к которому мог прийти только Субару, именно потому, что именно Субару умирал много раз, и каждый раз он переворачивал будущее.

Во-первых, что-то вроде Посмертного Возвращения должно было быть ненужным.

Несомненно, существовал способ обеспечить будущее, которого он хотел, даже без Посмертного Возвращения. Как сейчас, когда все работали вместе друг с другом для достижения одной и той же цели, чтобы обеспечить это.

Эмилия: Субару, с Вильгельм-саном все в порядке..…?

Выйдя поприветствовать вернувшегося Субару, Эмилия спросила о мудром Мечнике, который стоял в углу убежища. На ее слова Субару кивнул в знак согласия, не оборачиваясь,

Субару: Да, я думаю, что он в порядке. Он немного ранен, но... похоже, ему удалось позаботиться о ранах в своем сердце, которые были самыми тревожными.

Эмилия: Я поняла... хотя это очевидно, он действительно сильный человек, не так ли?

Субару: Действительно. Он, конечно, сильная личность. Вот почему он в порядке.

Субару несколько раз кивнул головой в сторону Эмилии, которая сказала ему об этом. Эмилия широко раскрыла глаза, увидев жестикуляцию Субару, а затем расплылась в улыбке.

Увидев, что Субару нахмурился от ее неожиданной реакции, она приложила руку ко рту и сказала,

Эмилия: Мне очень жаль. Поведение Субару около Вильгельм-сана действииительно отличается по сравнению с тем, когда ты находишься с другими людьми. Как бы это сказать, по правде говоря, я думаю, что оно чисто, как свежевыпавший снег.

Субару: В наши дни никто не говорит, что оно чисто, как свежевыпавший снег……

Субару криво усмехнулся на устарелые слова Эмилии, которые, казалось, пришли из эпохи Сева. После этого он почесал щеку одним из своих пальцев.

Даже если казалось, что он дразнит ее, он понимал, что Эмилия пыталась сказать. И этого было достаточно, чтобы сам Субару осознал это.

Субару: Вильгельм-сан, как бы это сказать, особенный. Потому что он удивительный человек, которым я могу искренне восхищаться, ну, это то, что я чувствую в любом случае.

Эмилия: Я знаю, что он тоже удивительный человек, но в таком случае Рейнхард и другие тоже должны это знать, верно? И все же, несмотря на все это.

Субару: Перспектива меняется между кем-то одного возраста и кем-то из другого поколения. Несоответствие, которое ты чувствуешь с теми, кто того же возраста, имеет довольно большие последствия для тебя, которые в конечном итоге заставляют тебя чувствовать себя несчастным. Но различия, которые ты чувствуешь с теми, кто старше тебя, могут быть поставлены в качестве цели для тебя самого. Когда-нибудь, когда я стану угрюмым стариком, я хочу быть таким же внушительным, как Вильгельм.

Эмилия: ......Хмм, я поняла. Хехе. Если ты так говоришь.

Эмилия понимающе кивнула, глядя на легкомысленную манеру Субару, которую он нарушил, чтобы скрыть смущение.

Субару чувствовал себя побежденным таким отношением. Если говорить серьезно, то даже Субару не знал, как выразить словами те глубокие эмоции, которые он испытывал.

Хотя, возможно, почти наверняка, он думал, что это хорошо, что ему не нужно было облекать их в слова.

Беатрис: Бетти считает, что отращивание бороды не подходит Субару, на самом деле.

Субару: Я не думал, что это был такого рода разговор, но ну, как бы то ни было, это тоже нормально. Я отращу бороду, когда Беако сочтет это уместным.

Беатрис: ......Ну, тогда, я полагаю, такое время придет. Тщательно продуманное сосуществование пушистости и очаровательности - это область, которая не может быть поддержана без элегантности Братика. Посвети себя этому, я полагаю.

Эмилия: Да, да, я говорю.

Пока Эмилия и Беатрис обменивались своими чувствами в типичной для них манере, Субару—— посмотрел глазами в сторону угла убежища, где внезапно стало шумно.

Эвакуированные, собравшиеся в углу убежища, все люди, находившиеся там, были освобождены от страха и беспокойства, порожденных оккупацией города. Однако у них были необъяснимо веселые лица. И это потому, что――,

Лилиана: Хорошо, хорошо! Позвольте мне спеть еще раз! Пожалуйста, послушайте мою новую песню——Горящая Песня Пылающего Города!

Субару: Этот шум - Лиллиана, да?

В центре этой суматохи стояла невысокая молодая девушка с коричневой кожей. Он увидел оживленную фигуру барда, бренчащего на своей Люлире, распустившей светлые волосы.

Ее внешность произвела безошибочное впечатление, в ней было что-то оригинальное, что бросалось в глаза, что он не думал, что даже Похоть мможет имитировать; это была Лилианна без сомнения.

Беатрис: Она очень резкая девушка, на самом деле.

Эмилия: Но ведь Лилианна тоже была одной из тех, кто боролся против Архиепископов Греха, верно? Э….. Я вообще не могу себе представить, как она умудрялась драться……

Заметив то же самое, что и Субару, Эмилия и Беатрис тоже расслабили плечи.

Если она вела себя так оживленно, то, без сомнения, Лиллиана вернулась живой и без травм. Она и место битвы других—— Битва против Гнева была местом, которое он не мог себе представить, ни стратегии, ни необходимой боевой мощи, ни наиболее подходящего результата.

Субару уже рассматривал возможность того, что песня Лиллианы была бы полезна для ограничения полномочия Сириус, однако он не знал, как они смогли применить ее на практике в реальности. Он был полон решимости узнать, что же произошло на их поле боя.

Субару: Сейчас будет нелегко подобраться к Лиллиане. Давай отложим это на потом.

Эмилия: Да......кроме того, сейчас определенно время, когда песни Лиллианы наиболее необходимы. Если мы отнимем его, это будет нехорошо. Давай отложим разговор с ней до более позднего времени.

Беатрис: Я согласна, я полагаю. Бетти хотела бы продолжить разговор с этой раздражающей девушкой, на самом деле.

Субару и остальные пришли к такому выводу, наблюдая, как Лиллиана наигрывает мелодию, напевая во весь голос с предельной страстью.

На самом деле, если бы они только приняли во внимание ее певческий голос, она была бы достойна звания Певицы. Он согласился с мнением Эмилии, что именно сейчас она нужна городу.

???: “――――”

Когда он посмотрел, фигура Киритаки была совсем рядом с Лиллианой, когда она давала свое представление.

Его дорогой костюм был весь заляпан грязью и кровью, и на нем тоже остались следы от разрывов. Это был результат бегства через сцены кровавой бойни, и, согласно рассказу Отто, было неизвестно, жив он или мертв.

Субару: Ни у кого не было удобной битвы....

Заметив пристальный взгляд Субару, Киритака поклонился в его сторону. Субару помахал ему рукой и снова направился в глубь укрытия в поисках следующих союзников.

Затем Беатрис, которая шла рядом с ним, когда он перешёл на шаг, сказала,

Беатрис: Это не так уж важно, но это именно этот человек разбудил меня, когда я спала, я полагаю.

Субару: Киритака?

Беатрис: Этот человек даже дошел до того, что раздавил некоторые из своих драгоценных Великих Магических Камней, на самом деле. Бетти не волнует, было ли это связано с его чувством ответственности, или если это было для кого-то, я полагаю. Но именно это и произошло, на самом деле.

Субару: ...Понимаю, понимаю. Это здорово, Беако. Ты правильно сделала, что сказала это.

Беатрис: Хмпф, я полагаю.

Услышав эту историю о том, что помощь пришла из этого неожиданного источника, Субару погладила Беатрис по голове. Беатрис надула щеки, по-видимому, от недовольства, но само собой разумеется, что это был только фасад.

Согласно рассказу, который он вкратце услышал от Анастасии, действия Беатрис после того, как она проснулась, также были незаменимым вкладом в текущие результаты. Если бы Киритака сыграл в этом какую-то роль, то можно было бы сказать, что он выполнил свой долг, соответствующий его роли городского руководителя.

Эмилия: Субару. Похоже, те, кто получил ранения, находятся в самой дальней части убежища.

Эмилия, которая смотрела в ту часть убежища, сказала об этом Субару, когда он болтал с Беатрис. Когда он посмотрел в сторону тускло освещенного участка, на который указала она, там, в центре суматохи, был участок, который использовался как полевой госпиталь.

Прямо на земле были расстелены циновки и одеяла, и там лежало несколько раненых. Предполагалось, что это было первое место, которое посетил Феррис, так что, хотя лежащие люди еще не полностью пришли в себя, их жизни, вероятно, не были в опасности.

Субару: Означает ли это, что лечить так много людей в полной мере трудно, даже для такого человека, как Феррис?

Беатрис: Не имеет значения, насколько вы искусны в исцеляющей магии, на самом деле есть предел количеству маны, которое человек может удерживать. Если ты будешь исцелять всех, кого увидишь, то, я полагаю, это закончится почти сразу же. это было мудрое решение, на самом деле.

Беатрис, которая ответила, выглядела слегка раздосадованной, когда они смотрели на ряды раненых. Несмотря на то, что она скрывала это на поверхности, она была нежным духом, чьи чувства были глубоки.

Исцеляющая магия Беатрис была довольно эффективна, даже если она и не приближалась к магии Ферриса. Но даже если бы мы сказали, что у нее была Мана, количество, которое поставлял Субару, никогда не приблизилось бы к этому.

Она была неизбежно раздосадована и жаловалась на недостаток сил.

Эмилия: По правде говоря, я тоже хотела бы помогать всем с помощью моей исцеляющей магии, но...

Субару: У тебя другая роль, Эмилия-тан. Вот почему сейчас тебе нужно отложить это в сторону.

Эмилия: Да, я знаю.

Если бы они позволили себе увлечься эмоциями момента, они не смогли бы достичь своей цели и в конечном итоге потеряли бы все. Субару окликнул Эмилию, чтобы та сдержалась, и, проходя между людьми, стонущими от боли, они стали искать среди них своего спутника. И вскоре после этого они смогли найти парня, которого искали.

???: Нацуки-сан, сюда!

Субару: Хей, Отто!

В последнем ряду раненых был человек, который махал рукой. Заметив знакомую фигуру молодого человека, Субару и остальные подошли к нему с чувством облегчения.

На застеленной постели со слабой улыбкой на бледном лице лежал гордый Главный Воин Внутренних Дел Лагеря Эмилии Отто Сувен.

Отто: Хотя сейчас я чувствую, что мне дали оценку, которую я действительно не могу пропустить.

Субару: Это твое воображение, Главный Воин Внутренних Дел. Еще раз с тобой, это та же самая старая история блуждания по городу в поисках крови, в поисках врагов. Ты же любишь это делать, не так ли?

Отто: Скоро опять пойдут странные слухи, не прекратите ли вы эти совершенно ложные заявления!?

Вместо приветствий в честь воссоединения, Субару обменялся шутками с лежащим Отто. Отто закричал и опустил плечи в знак покорности, а Субару присел рядом с ним, чтобы проверить его состояние.

Похоже, у него не было смертельных ран, но обе ноги выглядели болезненными.

Эмилия: Отто-кун, как твои раны?

Отто: Кажется, что ходить будет немного трудно, пока я не поправлюсь, но кроме этого нет никаких видимых травм... когда дело доходит до ситуаций, Эмилия-сама должна была быть более трудной, это слишком жалко с моей стороны, что я серьезно ранен.

Эмилия: Это неправда. Это доказательство того, что вы сражались изо всех сил, не так ли? Работа Отто-куна не в том, чтобы драться, так что хорошо, что с тобой ничего страшного не случилось.

Отто: Пока что Эмилия-сама единственная, у кого есть приличный здравый смысл в отношении работы Главного Внутренних Дел.

Эмилия: А?

Перед Отто, который что-то тихо бормотал, Эмилия с растерянным видом склонила голову набок.

Оставив это в стороне, Субару попросил Отто объяснить ситуацию, в которой он получил травму. Изначально предполагалось, что Отто останется в Мэрии и будет ждать сообщений из разных мест на месте сбора.

Субару: Травма не из-за того, что ты попал в обвал здания Мэрии, верно? Согласно тому, что сказала Анастасия-сан, те, кто остался в мэрии, были Анастасия-сан, Феррис и Ал.

Отто: Я точно не знаю, что делали те трое, которые остались. Когда я вышел из Мэрии, через водные пути города... я столкнулся с Обжорством. Вот почему я оказался в таком положении.

Субару: ... Обжорство.... Этот ублюдок. Блин, есть еще и Похоть, сколько еще они намерены издеваться над нами…

Сердце Субару снова закипело, когда он услышал имя своего презренного врага.

Порочность Культа Ведьмы в целом высмеивала и подрывала все, что они создали из своих предсказаний. Их поведение, когда они игнорировали контрольные вышки, было насмешкой над теми, кто вышел на сцену.

Отто: К счастью, благодаря Фельт-саме и людям из Чешуи Белого Дракона нам удалось как-то противостоять им. Однако без помощи Беатрис-сан я не знаю, чем бы все закончилось.

Беатрис: Несмотря на то, что мы превосходили их числом, я не могла вынести этого, на самом деле!

Эмилия: Да, да. Спасибо тебе огрооомное.

Эмилия нежно погладила Беатрис, выпятившую свою маленькую грудь.

Этот обмен любезностями был приятен, но Субару интересовали действия Отто. Оставив в стороне результат встречи с Обжороством и то, почему он покинул Мэрию в первую очередь.

Даже если бы он вышел из строя, чтобы перехватить Похоть, он должен был оставаться в убежище и ничего больше. Не было необходимости покидать убежище и идти пешком по городу.

Отто: Был запрос от Культа Ведьмы... приоритет получения определенной книги.

Угадав сомнения Субару, Отто тихо произнес.

Книга, которую потребовал Культ Ведьмы, он говорил о ней довольно туманно, вероятно, из-за того, что Эмилия подслушивала за спиной Субару. Субару кивнул в ответ на его опасения,

Субару: Тот, что специалист по реставрации, как его зовут?

Отто: Это Мистер Дартс. Никто не должен знать, что он ее восстановливал... Но, чтобы быть абсолютно уверенным, я попытался забрать её. В конце концов, я столкнулся с Обжорством еще до того, как встретился с Мистером Дартсом, и вот результат.

Он понимал, почему Отто покинул Мэрию и бродил по городу, несмотря на угрозу Культа Ведьмы. И снова это выглядело так, будто он пытался заполнить область, на которую Субару не обратил внимания.

Он недостаточно тщательно обдумал нападение на Мэрию и возвращение Книги Мудрости.

Субару: По крайней мере, сначала посоветуйся со мной. Мы ведь друзья, верно?

Отто: Эмилия-сама была похищена, и ты также нес судьбу города на своей спине, как герой, ты хотел, чтобы я положил еще одну досадную ношу поверх этого? Извини. Но я не собирался давить на своих друзей такими глупостями.

Субару: Кех

Хотя он и собирался пошутить, но неожиданно закончил тем, что ответил счастливыми словами, заставив Субару хмыкнуть. Заметив их разговор, Эмилия и Беатрис переглянулись и глубоко вздохнули.

Беатрис: Эти парни не честны, я полагаю.

Эмилия: Я думаю, это нормально для них. Но тогда эта книга...? Было бы лучше, если бы мы её забрали. Эм, а как насчёт...

Субару: О, я позабочусь об этом. Или я заставлю Гарфиэля это сделать. Эмилия-тан не должна слишком беспокоиться об этой книге.

Эмилия: Да?

Он не хотел, чтобы Эмилия слишком увлекалась Книгой Мудрости.

Она имела обратную совместимость с Евангелиями, а также была своего рода реликвией, которую оставила ведьма. Не приближать её к Эмилии настолько, насколько это возможно, было одним из молчаливых решений Субару.

Субару: Но ведь те, кто встретил Обжорство, были Фельт и Чешая Белого Дракона, верно? Оставив в стороне наемников в белом, Фельт не спряталась где-нибудь?

Эмилия: Но я действительно не могу себе представить, чтобы эта девушка спокойно оставалась на одном месте, возможно...

Субару: Я согласен с этим.

Фельт и другие арестовали отца Рейнхарда—— Хейнкеля, и он слышал, что они охраняют его. Поэтому они не должны были участвовать в захвате башен управления, хотя, вероятно, некому было сообщить об этом решении.

Субару: Значит, Фельт..?

Отто: Она была истощена, но на самом деле у нее не было таких травм, как эти. Она выбежала из укрытия, чтобы забрать подчиненных, которых привела с собой.

Субару: Че-пу-ха, верно? Я слышал об этом, похоже, что у этих парней дела идут на удивление хорошо.

Трио, которое произвело и хорошее, и плохое впечатление, но ничего из этого не осталось. У них было знакомство, где он однажды был убит ими, но вместо того, чтобы когда-нибудь отомстить, он попытался оставить это в прошлом.

В любом случае, это был хороший результат, что он смог подтвердить безопасность этого лагеря. После этого они возьмут на себя задачу, связанную с Книгой Мудрости, так что следующей проблемой будет...

Отто: Нацуки-сан. ―— Будьте осторожны в следующем убежище.

Субару: В следующем убежище.....?

Отто тихо сказал это Субару, погруженному в свои мысли. На бурные эмоции, прозвучавшие в его голосе, Субару, естественно, тоже понизил голос.

Услышав реакцию Субару, Отто слегка кивнул.

И,

Отто: Там держат одного из Архиепископов Греха.

***

???- Что такое, это ты, простолюдин? Как ты смеешь показывать свое несчастное лицо в нашем присутствии? Эта наглость достойна восхищения, а не благоговения.

Он покинул убежище, которое было превращено в полевой госпиталь, и направился к следующему убежищу, следуя словам Отто.

По сравнению с прежним убежищем, масштабы этого убежища были довольно малы. Если предыдущее убежище было похоже на парковку торгового центра, то это - в лучшем случае на велосипедную стоянку.

Сразу же после того, как у него возникло смутное ощущение, что его назначение, даже если это было убежище, было, вероятно, другим, женщина в красном, которая устроилась у входа в здание, сказала ему об этом.

Женщину звали Присцилла Бариэль.

Среди кандидатов на Королевские Выборы, собравшихся в городе, она была человеком, которому совершенно не хватало кооперативной личности.

Тем не менее, даже такой человек, как она, несомненно, была надежным союзником в этой ситуации. Кроме того, именно Присцилла отвечала за неизвестного монстра, Сириус, Гнева.

Способность уничтожить эту угрозу столь блестяще и вернуть ее назад была результатом, который должен был быть искренне восхвален.

Субару: То, что тебе не нравится мое лицо - это твоя личная субъективность, так что пока все в порядке, хорошая работа для нас обоих. Я рад, что вы вернулись целой и невредимой. Я вам не льщу.

Присцилла: Моя личная субъективность - это эстетическое чувство, которое нужно уважать больше всего на свете. Это даже не стоит оценивать то, что ты должен сказать..... Ну, это нормально. Тем не менее, нет слов, которые ты можешь сказать в защиту своей слепоты, говоря безопасно, увидев Меня.

Субару: А? Ты ранена или что-то в этом роде?

Присцилла сидела на стуле у входа в убежище и обмахивалась веером. Осмотрев ее верхние и нижние конечности, он не обнаружил никаких повреждений или чего-то подобного.

Нет, дело было не в травмах или нет. На белой коже Присциллы не было ни единой царапины, даже на платье, которое она носила, не было ни пылинки, ни грязи. Если и были какие-то различия до и после битвы, то это касалось ее шейного аксессуара и того, что ее волосы были распущены.

Эмилия: Твоё ожерелье и заколка для волос, ты их где-то потеряла?

Присцилла: Хм. Значит, даже простолюдин с таким проницательным взглядом заметил, что это женщина? Хотя мне и не нравится этот хамский способ называть его ожерельем. Кажется, это вызывает негодование.

Субару: То, что ты не была в безопасности, на самом деле, ты говорила о своих аксессуарах…

На наивные и невинные слова Эмилии Присцилла фыркнула в ответ.

Конечно, теперь она потеряла свое роскошное ожерелье, инкрустированное драгоценными камнями, а также заколку для волос, которая удерживала ее оранжевые волосы на месте. Аромат ее очарования усилился, когда она распустила волосы, которые обычно держала на месте, какая же она грешная женщина.

Сияние Присциллы было похоже на сияние ядовитого цветка. Если ты приблизишься, то в конце концов тебя ужалят.

Субару: Итак, я передам, что меня ужалили. Почему ты решила остаться в этом убежище? Я не думал, что у тебя такая замечательная личность, чтобы добровольно нести караул.

Присцилла: Глупые шутки. Мне не следует заниматься подобными работами, как это делают простолюдины. Это не мое настоящее намерение - быть в таком месте, но я не могу позволить другим смотреть на мое чувство красоты сейчас. Так что я избегала взгляда публики в качестве компромисса. Кроме того, Ал настаивал.

Субару: Я думаю, что он постарался бы быстро отрицать это, если бы был здесь.

Пока он представлял себе преувеличенные движения отрицания, исходящие от железного шлема, Субару направил свой взгляд на вход в убежище. Он не видел упомянутого железного шлема, но слышал, что находится в этом убежище. Другими словами, он был не снаружи, а скорее внутри здания - рядом с Архиепископом Греха.

Субару: "Ал охраняет изнутри?

Присцилла: Верно. Мы не знаем, до чего бы дошло такое зло, если бы мы оставили его в покое. Вот почему Ал охраняет его. Когда дело доходит до него, он должен делать хорошую работу.

Субару: "...Ты не думала, что он попытается их убить. Это неожиданно.”

Присцилла: Он может это сделать, если захочет. Я его не остановлю.

Неужели ей было скучно отвечать ему? Присцилла зевнула, прикрыв рот веером. Похоже, это был ее способ выразить безразличие к вопросу Субару.

Она не собиралась останавливать его, если он войдет в здание. Субару посмотрел на вход в убежище и положил руку на грудь, где его сердце забилось чуть быстрее.

Эмилия: Субару, если ты боишься войти, тебе не нужно заставлять себя...

Беатрис: Действительно, в самом деле. Не думаю, что мы что-нибудь из этого получим, я полагаю.

Эмилия и Беатрис мягко высказали свое мнение Субару, который остановился как вкопанный. Он чувствовал себя так, словно хотел позволить их заботам изнежить себя. Однако как только эта мысль пришла ему в голову, он краем глаза заметил жестокий взгляд Присциллы, устремленный на него.

Это был взгляд, который рассматривал все сомнения и колебания Субару как скучный фарс.

Независимо от того, пойдет ли он вперед или назад, оценка Присциллой Субару, скорее всего, не изменится. Для Субару, который все еще получал самую низкую оценку, которая была совершенно беспощадной, что его не заботило.

Его это не волновало, но он сожалел, что те двое, которые были с ним, тоже были оценены таким образом.

Субару: Я иду. В любом случае, это не та проблема, от которой я должен бежать.

Эмилия и Беатрис: "――――”

Субару принял решение, и они оба не высказали своего мнения ни за, ни против. Они просто стояли рядом с ним, чтобы уважать его волю.

Затем вместе с ними Субару шагнул в темное укрытие. Присцилла больше не смотрела им в спину. Это было очень похоже на нее, сказал бы он.

С пересохшим стуком их шагов они двинулись вперед, в каменное здание. Вскоре они увидели конец прохода впереди тропинки, которая поворачивала налево,

???: ——Это ты, Братан? Я услышал голос Принцессы и решил, что она с кем-то разговаривает.

Присев на корточки в проходе, держа на плече Синий Драконий Меч, железный шлем—— Ал ждал их. Когда он увидел, что Субару и остальные направляются к нему, он обратил свое внимание на Эмилию.

Ал: О, похоже, что Мисс тоже в порядке. Хорошая работа, Братан.

Субару: Это потому, что благополучие Эмилии-Ттн было моим минимальным требованием для победы. Более того, я слышал, что ты столкнулся со многими проблемами. Иррациональность Присциллы, в частности, была сумасшедшей.

Ал: А, ты говоришь совершенно серьезно. И все же мне тоже было интересно, что с ней происходит на этот раз. Ну, нет, я почти всегда задаюсь вопросом, что происходит, поэтому у меня нет силы убеждения.

Эмилия: Но, кажется, тебе это не нравится...?

Ал: “――――”

Ал, который пробормотал что-то вроде жалобы на свою Принцессу, был поражен прямо в нос невинными словами Эмилии. Он не мог видеть то, что было скрыто за шлемом, но ему казалось, что он сформировал свои губы в форме へ .

С практической точки зрения он был человеком, которого Присцилла повсюду таскала за собой, и, несмотря на это, он все еще хотел быть ее слугой. Он предположил, что у них были отношения, которые другие не поймут.

Некоторое время Ал крутил шеей в окружении, которое, казалось, поглотило его, он похлопал себя по плечу острием своего Синего Драконьего Меча и резко направил свой взгляд в конец коридора,

Ал: Немного поздновато для того, чтобы вы зашли так далеко, но.... Вы пришли поговорить с Архиепископом Греха?

Беатрис: Ты думаешь, что есть еще одна цель, я полагаю? Как ты думаешь, мы бы потрудились прийти поболтать с охранником, мы бы ни за что не потратили свое время впустую, на самом деле.

Ал: Эта маленькая девочка действительно язвительна, хах? Не заставляй себя, Беако.....верно?

Беатрис: “――――”

Под холодным, острым взглядом Беатрис Ал демонстративно покачал головой. Держа Беатрис в узде, которая, казалось, вот-вот схватит его, несмотря на разницу в росте, Субару сердито посмотрела на Ала, который начал эту ненужную провокацию.

Субару: Я более или менее понимаю, что ты расстроен, но, пожалуйста, не провоцируй ее. Беако, ты тоже не попадайся на его удочку. Справься с этим как взрослый человек.

Беатрис: Бетти позволяет только Субару называть ее так, я полагаю. В следующий раз, когда ты будешь так называть меня, тебя ждет ужасное возмездие.

Ал: Да, да, я понимаю. Ты не можешь быть холоднее.

С этими словами Ал отошел в сторону и уступил им дорогу. Когда они углубились в проход, впереди показалась дверь. Скорее всего, Архиепископ Греха был заперт там.

Внезапно затылок Субару начал покалывать, жалуясь на напряжение.

Ал: Архиепископ Греха находится внутри. Его сдерживают, чтобы он не сделал чего нибудь плохого, так что пока я не думаю, что это закончится резней. ―—Кроме того, я дам тебе только один совет.

Субару: Совет?

Ал: Братан, Мисс и этот дух тоже. Будет лучше, если вы вернетесь домой, не разговаривая с ним. Ничего хорошего из этого не выйдет. Оставьте все как есть и возвращайтесь домой.

Субару: ...Мы просто не можем этого сделать.”

Понизив тон своего голоса, он серьезно высказал свое мнение, и голос его звучал серьезно. Отрицая эти слова, покачав головой, Субару ответил, что не может этого сделать, и отверг его предложение.

И на ответ Субару Ал со вздохом произнес: “я так и думал”.

Ал: Что бы я ни говорил, я не думаю, что когда-нибудь получу много доверия. На этот раз мое поведение здесь было неправильным, у меня нет никаких оправданий для этого.

Субару: На самом деле причина не в этом. Ну, это правда, что ты не был готов к сотрудничеству, но это не значит, что я не буду тебя слушать. Не пойми меня неправильно.

Приняв во внимание ужасные слова Ала о самобичевании, Субару указал на дверь в конце коридора. Задача, которую он имел под рукой с человеком внутри, была единственной проблемой Субару.

Независимо от того, были ли его намерения переданы, Ал сел на это место с большим плюхом. И, указывая на дверь в конце коридора, только головой, он сказал,

Ад: Надеюсь, ты не потеряешь себя из виду, пока будешь говорить.

Субару: Хорошо, не стесняйся помочь мне, если что-то случится.

Ал: Если это случится, я пришлю Принцессу, так что, что бы ни случилось, она отправит его прямо на небеса.

Обменявшись последними словами, Субару и остальные попрощались с Алом и направились к двери. Было что-то такое, что заставляло их испытывать странное чувство подавленности по отношению к двери, ведущей в закрытую комнату.

Прийдя сюда, даже если бы он пытался, он не мог избежать этого, и поэтому с этой решимостью Субару схватил дверную ручку и с силой толкнул дверь.

―— Это была узкая комната, в которой воздух, проходящий через нее, пах пылью.

Его источник света был маленьким и тусклым, даже для убежища, у него были только голые кости. Это была узкая комната, в которой могло поместиться самое большее пять или шесть человек, если вы набьете ее битком; в ней чувствовалась нехватка воздуха.

И в центре этой комнаты..

???: “――Аха. Так ты пришел, мой дорогой. Прошу прощения за причиненные неудобства? Спасибо.

На старом стуле, с полностью скованным цепями телом, сидело это чудовище—— Сириус ждала их.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 76. Плоды битвы за Пристеллу Часть 3

Перевод: imy

***

Архиепископ Греха "Гнева". Забинтованный монстр, которой утверждал, что является женой сумасшедшего, "Лени".

У Сириус Романе-Конти было связано все тело цепями, которые были ее собственным оружием, и она была заперта в комнате убежища, не имея возможности двигаться.

Сириус: Мне было скучно, потому что никто не приходил, и даже близко не подходил. Но, они позвали тебя, мой дорогой. Спасибо, прости? Спасибо всем, кажется, мы можем иметь счастливое воссоединение.... Хотя, похоже, есть и некоторые неприятности.

Увидев, что Субару входит в комнату, Сириус окликнула его приветственным голосом. Однако заключительная часть ее слов была наполнена сильным гневом по отношению к Эмилии и Беатрис.

Субару: “――――”

Как всегда, Сириус принимала Субару за тело, которым завладел Петельгейзе, или что-то в этом роде. Конечно, это было именно то, во что она хотела верить.

Ошеломленный мощным взглядом монстра, который излучал безумие, Субару пожал плечами, чтобы скрыть это, и сказал,

Субару: Ты вполне спокойна для того, кто попал в плен. Я не знаю, думала ли Присцилла попытаться захватить тебя по какой-то своей прихоти, но мы определенно не отпустим тебя в целости и сохранности.

Сириус: Даже если ты так говоришь, они не смогут избавиться от меня так легко, верно? Спасибо. Я знаю, что ты заботишься о моем благополучии. Но, прости? Ты взял на себя проблему беспокоиться, но для меня это не имеет никакого смысла. Как-то так, верно?

С этой странной мыслью Сириус истолковала угрозу Субару как позитивную. Монстр спокойно сидел на стуле, и только слегка дрожащим голосом,

Сириус: Пока есть "Любовь", чтобы думать о других и желать других в сердцах каждого, никто не может отказать мне. Это касается и этой гордячки.

Субару: ......Твое полномочие не должно было работать на Присциллу и Лилиану. Это не значит, что никто не способен ранить тебя.

Сириус: Но это не ты. Все, что не исходит от тебя, неважно, что это, в конечном счете не имеет для меня никакого смысла. Спасибо, прости?

Субару: ──тск.

Он стиснул зубы, глядя на Сириус, которая расслабила свои забинтованные губы в улыбку. Казалось, что разговор состоялся, но на самом деле между ними не было взаимопонимания.

Решительные ценности внутри Сириус не принимали даже малейшего внешнего воздействия. Чем больше это поражало его, тем больше страдал пораженный Субару.

Беатрис: Субару, это бессмысленно, на самом деле. Бессмысленно ожидать от таких людей человеческих эмоций, таких как самоанализ или сочувствие, я полагаю. Эти ребята просто злобные, на самом деле.

Сириус: ......Дух в облике девочки, не приближайся к моему драгоценному Петельгейзе.

Когда Беатрис потянула Субару за рукав, который стиснул зубы, Сириус резко приняла угрюмое отношение. Беатрис фыркнула своим маленьким носиком на слова этого монстра и притянула руку Субару еще ближе к себе.

Беатрис: Это очень плохо для тебя, я полагаю. Но Бетти принадлежит Субару, я была нужна здесь, и вот я здесь, я полагаю. И вообще, не называй Субару этим отвратительным именем. Ты даже не знаешь истинного значения этого имени.

Сириус: Не увлекайся, мелкая соплячка. Сторона этого человека - это то место, к которому я прижимаюсь сердцем и плотью. Не смей указывать на свою ошибочную, произвольную преданность этому человеку. Я подожгу твой зад, сожгу внутренности твоего живота дотла и превращу тебя в удобрение для Од Лагны.

Эмилия: Вы обе, не перегибайте и не начинайте драться. Меня это тоже разозлит.

Когда Сириус и Беатрис создали бурную атмосферу, взгляд Эмилии стал острым. Он был в ситуации, когда его окружали три женщины, которые тянули его за руку, но у Субару не было свободы шутить об этом прямо сейчас.

Таково было сильное чувство подавленности, которое он чувствовал в своей душе, находясь рядом с Сириус. Он не был уверен, было ли это вызвано полномочием, которым обладал монстр.

Субару: Эмилия, Беатрис, отойдите назад. Может быть, она просто поговорит со мной. Хотя, независимо от того, есть здесь кто-то или нет...... вряд ли это произойдет.

Эмилия: Но……

Субару: Пожалуйста. ——Это неожиданный шанс поговорить с Культом Ведьмы.

Если бы не эта ситуация, у него не было бы возможности сесть и поговорить с Культом Ведьмы.

Эмилия вздохнула на просьбу Субару, и они с Беатрис обменялись взглядами; они отступили на шаг, чтобы не мешать его разговору с Сириус.

Затем Субару, которому была доверена эта ситуация, снова повернулся лицом к связанному монстру.

Субару: Как пожелаешь, я поговорю с тобой. Итак, ты уже давно заставляешь свои цепи скрипеть, перестань двигаться. Если ты выскользнешь из своих пут, мы будем вынуждены сбить тебя с ног.

Сириус: У тебя тоже есть своя точка зрения. Я это понимаю. Все нормально. Эти цепи так легко не развяжутся и не порвутся. Спасибо.

Плененная Сириус была в восторге от поведения Субару, который пытался заговорить с ней.

Это не означало, что фигуры Эмилии и Беатрис исчезли из поля зрения, но казалось, что она полностью исключила их из своего внимания.

Сириус: Итак, о чем мы должны поговорить? Из-за твоих отношений со мной нам почти нечего сказать друг другу...... Мы можем просто обменяться "Любовью", как ты думаешь? Просто шучу, прости?

Субару: Твоя цель..... Да, твоя цель. Цель, стоящая за тем, почему все вы, Архиепископы Греха, напали на этот город одновременно. Вам не нужна такая чушь, как книга или искусственный дух. По крайней мере, мы прекрасно знаем, что на самом деле вы не собирались их красть.

Сириус: Это недоразумение, что мы на самом деле не собирались. Хотя, конечно, это правда, что лично я их не хотела. Не знаю, как другие, но я просто следовала описанию Евангелия.

Субару: Евангелие... Опять оно? То же самое было и с Петельгейзе. Почему вы все следуете этой странной книге? Петельгейзе тоже следовал ему.

И в результате он лишился жизни.

Описание Евангелия указывало путь будущего, которому должен следовать владелец—— Даже зная такие обстоятельства, оно не было всемогущим, это было ясно, если он думал о последних моментах этого сумасшедшего.

Субару знал, что путь будущего, который можно было увидеть, не был абсолютным.

Но даже так,

Субару: Почему Культ Ведьмы следует именно тому, что написано в книге? Может быть, потому, что эта книга поможет с воскрешением Ведьмы....... Твоей любимой Ведьмы Зависти?

Сириус: ——Пожалуйста, не пойми меня неправильно, дорогой.

Субару: Неправильно?

Радостные эмоции Сириус внезапно исчезли из ее голоса, когда она услышала обвинительный голос Субару.

В то время как монстр смотрел в глаза Субару своими блестящими глазами, на ее лице, которое было обернуто бинтами, она скривила губы так, чтобы обнажить пожелтевшие зубы.

А затем она заговорила.

Сириус: Ты единственный, кого я люблю. Единственный. Мне плевать на Ведьму. Все, это просто необходимые вещи, чтобы добраться до тебя.

Субару: “――――”

Сириус: Другие Архиепископы Греха похожи. Все они имеют ничтожные, низначительные, отталкивающие желания и просто цепляются за свои полномочия. Для меня единственная причина - это "любовь", а для моего любимого дорогого все по-другому. Прости? Все отличается во всех отношениях.

―—Целью Культа Ведьмы было воскрешение Ведьмы Зависти.

Субару не сомневался, что это так, учитывая поведение и высказывания Петельгейзе Романе-Конти, а также вероучение и варварские акты, которые он слышал о Культе Ведьмы до сих пор.

Однако этот принцип—— Сама причина существования группы, известной как Культ Ведьмы, была здесь поколеблена.

Конечно, Субару так же встречался с Регулусом Корнеасом, и они тоже обменялись несколькими словами.

Как только он подумал о том, что этот тщеславный, эгоцентричный человек, который смотрел свысока на все, кроме себя, будет боготворить Ведьму, его чувство несоответствия стало сильнее.

Теперь, когда он подумал об этом, это было очевидно. Чем больше он думал, тем больше приходил к лучшим выводам. Но если так, то с какой целью существует Культ Ведьмы?

Субару: Тогда какого черта вы все в Культе Ведьмы....

Сириус: Потому что ты в нем.

Субару: “――――”

Сириус: Это моя единственная причина. Я здесь, чтобы обменяться с тобой своей "любовью". Насчет остальных я ничего не знаю. Если мы станем одним целым, я думаю, ты поймешь.

Короче говоря, стать единым целым, вероятно, означало слить их сердца друг с другом силой ее полномочия.

Но это было не понимание, а вынужденное подчинение. Нельзя было назвать принуждение сердца против его воли путем привязывания его к одним и тем же эмоциям способом понимания друг друга, не говоря уже о том, чтобы стать единым целым.

Субару: Каковы цели других Архиепископов Греха? Какова конечная цель Культа Ведьмы?

Сириус: Ну, кто знает? Прости. К сожалению, это то, что меня не интересует.

Субару: В общем, где встречается Культ Ведьмы? Есть ли кто-нибудь, кто ведет его?

Сириус: ......Нет. Особенно с такой устоявшейся рутиной. Ты тоже это знаешь.

Все еще изображая безумную улыбку под бинтами, Сириус уклонилась от вопроса Субару. Нет, она, вероятно, даже не собиралась уклоняться от него.

Монстр собирался искренне, по-чудовищному, ответить на вопросы мужа, "Петельгейзе". Из-за ее поведения до сих пор, казалось, не было никаких сомнений, что Сириус была ненормально преданна Петельгейзе, в дополнение к ее зависимости.

Другими словами, как и утверждал монстр, она действительно ничего не знала.

Сириус: ——Даже так, в конце концов, это так?

Субару: "——?"

Сириус проворчала это, глядя на Субару снизу.

Субару немного медленно отреагировал на холодность этих слов. Чудовище воспользовалось мгновенной паузой, возникшей между ними.

Маленький стул скрипнул, когда он наклонился, и лицо Сириус приблизилось к лицу Субару. Ее налитые кровью глаза смотрели на Субару, который рефлекторно задержал дыхание, с близкого расстояния.

Сириус наклонила свой стул, все еще привязанный к лодыжкам, и удержала равновесие, используя только пальцы ног, которые едва свисали. Ее тело упало вперед с уколом инерции так, чтобы прислониться к Субару.

Субару: ......Ох

Сириус: Я думала, что-то было странным с тех пор, как мы воссоединились в часовой башне, но я была так уверена. Страсти того дня нигде не видно в твоих глазах. ──Дорогой, тебя что, проглотили?

Субару: “────”

Сириус: Тебя пожирает душа, тело, которое должно было стать временным пристанищем, и в итоге ты не можешь двигаться...... Правда, ты такой бесполезный человек без меня.

Длинный язык Сириус подозрительно лизнул щеку Субару, когда она судорожно вздохнула. Чувствуя шершавый кончик ее языка на своей коже, каждый волосок на теле Субару встал дыбом.

Растущее чувство дискомфорта вспыхнуло в его груди, и его глаза окрасились в темно-красный цвет. Было безумием думать, что это явление было вызвано просто её мерзким действием.

Было безумием думать, но он чувствовал, что не может думать ни о чем другом. И затем──

Эмилия: ИСКУССТВО ЛЕДЯНОГО ПРИЗЫВА!

Сириус: ГХ─── Фххх

Удар ледяного молота пришелся по диагонали и ударил по телу Сириус, которая цеплялась к Субару, отбросив ее к задней стене вместе со стулом.

Раздался звук удара, и Сириус, получившая этот ледяной удар, упала. По узкой комнате взлетела пыль, и с потолка посыпались осколки.

Субару: ох, ох......?

Стоя рядом с Субару, который в итоге упал на колени, Эмилия дематериализовала созданный ею ледяной молот. Субару, который был медленным, чтобы заметить, что это была Эмилия, которая сделала этот удар без какого-либо предупреждения, испустил глубокий вздох.

Он действительно не мог понять, что произошло в этот момент.

Беатрис: Субару такой большой идиот, я полагаю.

Субару: ───тск. Беако?

Среди удара и пересохшего звука Субару моргнул, заметив, что его ударили по щеке. Та, что ударила его по щеке, была Беатрис, которая прижалась к нему. Она искоса взглянула на Эмилию и сказала,

Беатрис: Если бы Эмилия не прервала это сейчас, Бетти сделала бы то же самое. Ты был слишком беспечен с кем-то вроде неё, я полагаю. В худшем случае она могла бы разорвать тебе горло своими зубами.

Субару: “────”

Субару осознал свою беспечность благодаря словам Беатрис. Это не было преувеличением или чем-то, над чем он мог бы посмеяться. На самом деле Сириус лизнула Субару языком в щеку.

Отбросив в сторону противность этого действия, если бы этот язык был клыком, и если бы вместо щеки это была бы шея, Субару не смог бы остановить это.

Эмилия: Не делай ничего странного. Я немного рассеянна, поэтому не могу себя сдерживать. Следующий удар наверняка будет действииительно болезненным.

Эмилия заявила, что она не собирается сдаваться легко, в то же время сохраняя бдительность против рухнувшей Сириус.

Сириус была полностью связана, так что она не могла двигаться── чрезмерные меры предосторожности, которые они в конечном итоге приняли против этого противника, которого держали в плену в этом состоянии, были доказательством дьявольской сущности монстра.

Казалось, он забыл об этом перед угрозой полномочия, однако этот Архиепископа Греха выделялся среди остальных, даже глядя на её боевую мощь. На первый взгляд можно было бы подумать, что самым сильным в Культе Ведьмы был Регулус “Непобедимый”, но на самом деле, поскольку Жадность полностью полагался на свое полномочие, его угроза была низкой.

Сила, которая не зависела от полномочия, наряду с угрозой полномочия—— в этом смысле другие Архиепископы Греха были намного жестче Регулуса

Беатрис: Субару, ты уже должен был это знать, я полагаю. Ты ничего не добьешься, даже если поговоришь с этим человеком. Она не из тех, с кем можно нормально поговорить. Я не знаю, что она знает, но даже если ты захочешь что-то из нее вытянуть, ты не сможешь нормально поговорить, чтобы узнать, что она знает, я полагаю.

Субару: Если с ней невозможно разговаривать...

Беатрис: Задавай вопросы ее телу, я имею ввиду пытку, на самом деле. Хотя это не то, что Субару должен делать, я полагаю. Это то, что королевство иногда делает после того, как поймало кого-то, на самом деле.

Беатрис потянула Субару за руку, чтобы заставить его встать, когда она выразила эту жестокую точку зрения.

Пытка, Субару почувствовал неописуемое чувство неловкости в отношении этого слова. Наряду со смертью и жестокостью, они не были словами, которые он слышал или говорил в своей повседневной жизни.

Хотя он и не знал всей реальности происходящего, насколько часто практикуются такие ужасные вещи, если они находятся в пределах досягаемости их воображения, он понимал это. Вместе с болью людей, которые были подвержены этому.

Субару: Я не думаю, что это то, чего они заслуживают.

Менталитет Субару был не настолько наивен, чтобы верить, что человеческая природа в корне хороша.

Он не думал, что все должно заканчиваться “Смертью”, когда дело доходит до урегулирования битвы; мысль о желании закончить все, с как можно меньшим количеством жертв всегда была в его природе. Это была моральная ценность, которую он принес из своего первоначального мира, и это само по себе было наивностью, от которой Субару не мог отделиться.

──Но даже в этом случае всегда существовал вывод, который выходил за рамки этих моральных норм.

Он предпочел бы закончить дело, не убивая, если бы мог. В конце концов, эта мысль означала, что ему придется убить своих противников, которые этого требовали.

Это относилось к обоим Архиепископам Греха, Петельгейзе и Регулусу. И это не будет исключением, когда дело дойдет до других Архиепископов Греха, Сириус, Капелле и Альфарду. Обжорству.

Он чувствовал ненависть и жажду мести. Но еще было намерение, которое определило, что эти парни были людьми, которых он должен был убить.

Субару: Я больше не буду с тобой разговаривать. Когда мы расстанемся здесь, у меня, вероятно, не будет другой возможности поговорить с тобой. Я не думаю, что это жалость или сочувствие. Но поторопись и выплюни то, что ты должна сказать, и тогда ты сможешь покоится с миром...... это всегда будет полезно.

Сказав кому-то "умри" прямо в лицо, вызвало у него трудности с дыханием.

Субару просто сказал это и пошел в сторону выхода из комнаты, так как больше ничего не оставалось. Как уже упоминала Беатрис, если они хотели получить информацию о Культе Ведьмы от Сириус, у них не было другого способа, кроме как задавать вопросы ее телу, чтобы получить от нее больше. Это была другая задача, которую Субару не мог выполнить.

Когда Субару выразил намерение уйти, на лицах Эмилии и Беатрис отразилось облегчение. Они обе с самого начала были против того, чтобы входить в комнату. Это была прискорбная ситуация, они просто были поставлены в плохое настроение, не получив никаких результатов. Однако, думая об этом в позитивном свете, им стало ясно, что их способ мышления был непостижим; казалось, они должны были довольствоваться этим.

Субару: “――――”

Невозможно было сказать, что случилось бы, если бы он подошел ближе.

Субару и остальные направились к выходу, даже не потрудившись поднять Сириус, которая все еще лежала, опрокинутая ударом Эмилии. Это определенно не было похвальным отношением, но с этим──

Сириус: “───”

Субару: .....Подожди

Субару остановился как вкопанный из-за неприятного ощущения, которое пронзило его череп как раз тогда, когда они почти достигли входа. Затем он посмотрел на Сириус, которая лежала на полу. Источник этой неприятности шел оттуда, из рухнувшей Сириус.

Монстр лежал на боку, тяжело дыша носом и прижимаясь лицом к холодному полу. Ее дыхание было таким пронзительным, что привлекло его внимание к ней.

──Перед тем как выйти из комнаты, он заметил, что она что-то напевает.

Субару: Прекрати эту песню, что ты пытаешься сделать?

Сириус: “────"

Она была расстроена, ее тон и ритм были в состоянии хаоса. На этом диссонанс не закончился. Это было не что иное, как заявление о намерениях Сириус в отношении слов Субару.

Другими словами, отказ, неприятие.

Субару: Я сказал тебе остановиться! Эта песня скрежещет у меня в голове!

Сириус: ──. Прости? Ах, но песни, конечно, замечательные, не так ли? Они научили меня, что песни прекрасны. Вот почему мне вдруг захотелось попробовать спеть.

Субару: Лилианна......!?

Сириус должна была услышать песню, когда она сражалась с Присциллой и Лилианой. Он понятия не имел, как ее песня укрепила ее полномочие во время их битвы.

В разгар битвы монстр не испытывал ненависти к песне, и она кое-что узнала о ней. Однако понимание песни монстром определенно отличалось от тех чувств, которые вложила в нее Лилиана.

У нее было что-то более жуткое и искаженное.

Субару: Не сравнивай ее песню со своей. У тебя все по-другому, это что-то другое.

Сириус: ──То же самое я могу сказать и о тебе. Ты другой. Ты изменился. Ты определенно отличаешься от того человека, которого я люблю. Даже если ты тот же самый, ты другой.

Субару: хах?

Сириус: Петельгейзе внутри тебя. Душа и душа сольются воедино, плоть и плоть станут одним целым, и вот так, этот любимый человек всплывет на поверхность, хотя это займет некоторое время. Что я должна сделать, так это помочь этому. Видеть, как этот человек просыпается рядом с тобой.

Все еще лежа на полу, Сириус вывернула шею и посмотрела на Субару.

В ее безумных глазах бушевала бесконечная буря эмоций. Гнев, радость, печаль и тоска, которую она не могла скрыть, все это продолжало кружиться в глазах Сириуса.

Сириус: Я вытащу этого человека из тебя. ──Спасибо, прости? Пожалуйста, пока этот день не настал, позаботься о своем уме и теле.

Субару: ──тск.

Сириус, конечно, понимала, что Субару и Петельгейзе - разные.

Она должна была это понять, но все же монстр спрятался под удобной фантазией, то есть переписала его. Петельгейзе, который спал внутри Субару, однажды выйдет поприветствовать его, сказала она.

Такого понятия не существует. Это было бы невозможно.

Вполне вероятно, что Фактор Ведьмы Петельгейзе, который он принял, был внутри него. Однако, невозможно что э дух Петельгейзе сохранился. Откуда этот монстр нашел такое сходство между Петельгейзе и ним, чтобы повторять такую чушь?

──Или у Субару и этого сумасшедшего были какие-то похожие детали, которые видны снаружи?

Сириус: И последнее, я дам тебе совет, чтобы ты не сделал чего-то ненужного.

Субару: ...Совет? Ты, мне?

Сириус: Да, чтобы я не потеряла своего любимого дорогого. ──Будь осторожен с Обжорством. Причудливое Поедание*, Гурман и Насыщение в конечном итоге попытаются вырвать тебя. Если это случится до того, как он проснется, никто не сможет вспомнить моего дорогого.

(п/п: Bizzare Eating.)

Субару: “────”

Из того места, где он меньше всего ожидал, Гнев упомянула имя Обжорства и дала ему информацию о них. Хотя само содержание не было чем-то необычным, это была просто информация, которую он уже знал, но──Нет.

Субару: Подожди. Гурман, и кто-то ещё?

Сириус: Гурман, Причудливое Поедание и Насыщение. Быть съеденным и поглощенным без того, чтобы кто-нибудь заметил, что что-то было потеряно - это акт варварства против Любви, которая должна слиться воедино, смешаться воедино и стать единым целым. Если тебе представится такая возможность, пожалуйста, убей Обжорство. Так как они доставляют беспокойство.

Она рассказала что-то о Архиепископах Греха, которые были в том же положении, что и она, и более того, она равнодушно желала их смерти. Замечательно, что в данном случае произошло фатальное расхождение в отношениях между высшим руководством Культа Ведьмы.

Проблема была в том, что Сириус сказал о Обжорстве──нет, о Обжорствах.

Субару: Я полностью был уверен, что Обжорство, с которым столкнулся Отто, был Обжорством, которое было в башне управления, так как они рыскали вокруг, как Похоть, но.....

А что, если это было не так, и это было просто одно из Обжорств из двух дополнительных. Что, если все три Обжорства скрывались в городе, и дело было не только в этом?

А что, если Обжорство, отвечающее за башню управления, продолжал защищать свой пост?

Субару: ──Тск. Черт, мне нужно убедиться.....!

Субару схватился за голову в отчаянии от собственной глупости, пнул ногой пол и направился к выходу. Сейчас было не время продолжать разговор с Сириус.

Субару должен был собственными глазами убедиться в безопасности всех, кто участвовал в битве за защиту города.

Он должен был убедиться, что никто не исчез из-за того, что их имена были поглощены Обжорством.

Субару: ЭМИЛИЯ! БЕАТРИС! Возвращайтесь прямо в убежище, где мы были раньше. Я должен кое в чем убедиться.

Эмилия: Субару? Я не знаю, что на тебя нашло, но успокойся……

Субару: КОГДА ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ! Я успокоюсь сколько тебе угодно. Я успокоюсь, так что, пожалуйста, позволь мне сделать все, что нужно, чтобы успокоиться. Это что-то срочное.

Субару поспешно ответил Эмилии, которая коснулась его плеча. Эмилия сглотнула, увидев поведение Субару, а затем кивнула, сказав: "Я понимаю.”

Беатрис, которая с самого начала не собиралась вмешиваться в поведение Субару, выглядела шокированной. Субару уже забыл о Сириус и поспешно выскочил из комнаты.

Эмилия: Подожди, Субару. Я тоже иду.

Итак, Эмилия поспешила за ним, и они быстро зашагали прочь.

Слушая их, Беатрис повернула голову назад, когда была уже у двери, и посмотрела на Сириус, которая все еще лежала лицом к полу, а затем указала ладонью на монстра.

Беатрис: По правде говоря, я думаю, что превращение тебя в пух и прах здесь было бы правильным, я полагаю.

Сириус: ──Так почему бы тебе этого не сделать? Духовная Шлюха. Мне будет очень приятно, если это ускорит пробуждение этого человека.

Беатрис: “────"

Беатрис вздохнула, услышав провокационную манеру речи Сириус, и опустила ладонь. Маленькая девочка придержала подол платья рукой, которую она опустила, и ее глаза наполнились сильными эмоциями,

Беатрис: Если ты заставишь Субару грустить, Бетти точно убьет тебя, на самом деле.

Сириус: Конечно. Воскрешение моего любимого Петельгейзе должно быть встречено радостью.

Было неясно, как много она поняла, и закончила ли она здесь или нет, но, несмотря на это, трепещущий разговор закончился, и Беатрис вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

Как раз перед тем, как она это сделала, искаженное пение Сириус проскользнуло в барабанные перепонки Беатрис.

Притеснение и суровость звука, который терся о слух с искаженным ритмом, как будто попирая концепцию музыки. Совершенно новый вид музыки, которая вызывала неприятные чувства у других── это была "Музыка Негодования".

Дверь закрылась, и Музыка Негодования оборвалась.

Но, где бы она ни была, этот искаженный ритм все еще звучал в ее ушах. Беатрис гналась за Субару и Эмилией в темпе адажио*, чувствуя это неприятное ощущение.

(п/п: Медленно, протяжно (о темпе исполнения музыкальных произведений).)

***

Выйдя из тюрьмы Сириус, Субару бросился к Алу, который ждал в коридоре. Ал, который был наготове, держа в руке Синий Драконий Меч,был застигнут врасплох грозным настроем Субару, который штурмовал к нему.

Ал: Привет, Бро. Я слышал очень громкий шум, Ты же не убил ее, верно? Удары кулаками и ногами также считаются жестоким обращением с заключенным, поэтому их нельзя использовать.

Субару: Я не убил ее, после я дам тебе надлежащее объяснение, что более важно, мне нужно кое-что проверить. Ал, там, где ты был, никто не умер, верно?

Ал: ──? Ну, если ты спрашиваешь об всем городе, то я не знаю. Но, по крайней мере, я, ушастая сес─бро и мисс с Карарагским акцентом - все в порядке. Я думал, ты уже знаешь?

Субару: Я знаю, но...... Аах, черт. Так я ничего не добьюсь!

Вполне естественно, что это был неубедительный ответ.

Следуя опасениям Субару, если бы был кто-то, кто оказался жертвой Обжорства, этот человек исчез бы из чужих воспоминаний, как Рем. В этом случае, спрашивать "Есть ли человек, которого вы не помните?" не имеет смысла.

Проще всего было бы назвать Алу и Эмилии имена всех по очереди.

Субару: ──тск.

Это было страшно, это было ужасно.

Хотя сейчас было не время прятаться, было бы ужасно услышать это из чьих-то уст. Было бы гораздо спокойнее вернуться в убежище и проверить безопасность каждого своими глазами.

Субару: Я вернусь в убежище. Пожалуйста, не отводи глаз, пока Рейнхард не вернется по какой-либо причине.

Ал: Хорошо, но..... Ну, нет. Я не буду спрашивать подробности. У меня мурашки по коже бегут.

Пожимая ему руку, Ал не стал спрашивать о истинных намерениях Субару, стоящих за его поведением. Субару возвращался через коридор, избегая размышлений, скорее, излишне думая о проблемах, и покинул убежище.

Искоса взглянув на Присциллу, которая, казалось, скучала, как всегда, он сказал "это вторая".

Присцилла: Хах. Простолюдины, конечно, небольшого калибра, поэтому ваши сердца возмущаются такими тривиальными вещами, это такая большая проблема. Если вы ходите туда-сюда, по крайней мере, сосредоточьте свое внимание, как будто вы осматриваете достопримечательности как можно больше.

Субару: То, что ты не изменилась, нисколько меня не успокаивает. Увидимся позже.

Не имея времени остановиться, Субару быстро прошел мимо Присциллы. Это была манера или, скорее, неуважение, которое могло испортить настроение Присциллы, но она ничего не сказала об этом и только пробормотала: “как скучно" пока махала веером.

Эмилия: Итак, Субару, что ты хочешь сделать? Что это такое, в чем ты должен убедиться?

Вернувшись в убежище, полное раненых, Эмилия спросила Субару, который беспокойно оглядывался по сторонам. Услышав ее вопрос, Субару на мгновение заколебался, стоит ли просить ее о помощи.

Думая о случае с Рем, Эмилия не имела сопротивления в отношении Обжорства. Субару не забыл шок, когда узнал о пропаже имени Рем из ее уст.

Он смирился с тем, что эта рана может снова открыться, и набрался храбрости, чтобы объяснить ситуацию Эмилии. Потому что это был бессознательный клинок, который Эмилия не могла заметить.

Субару: “────”

Субару подтвердил имена нескольких своих товарищей, которые сражались.

Сначала Беатрис и Анастасия. Потом к ним добавились Гарфиэль и Мими, потом Вильгельм и Отто, Лилиана и Киритака.

Существование Фельт так же подтвердилось со слов Отто. Согласно рассказу девочек, Рейнхард и Феррис тоже должны быть в порядке. И Присцилла, и Ал, с которыми он был совсем недавно.

Другими словами, еще не было возможности проверить безопасность──,

???: ──Субару, кажется, мы благополучно встретились.

Субару: Рейнхард?

Бодрящий голос окликнул Субару, чьи мысли быстро вращались. Когда он обернулся, то увидел красноволосого молодого человека, который приветственно поднял руку; это был Рейнхард.

Прошло всего несколько часов с тех пор, как они расстались, после поражения Регулуса он отправился помогать в другие лагеря. Тем не менее, оглядываясь в поисках знакомых, он почувствовал искреннее облегчение, увидев его лицо.

Рейнхард: Это облегчение, что и Эмилия-сама, и Беатрис-сама также благополучно воссоединились.

Эмилия: Спасибо, Рейнхард. Ты должно быть бегал по городу, верно? Слава богу, с тобой все в порядке. Да, действительно.

Рейнхард: Нет, ничего страшного. Кроме того, даже без меня каждый неуклонно выполнял свои обязанности. Моя скромная сила была лишь немного полезной.

Рейнхард вежливо ответил Эмилии, а затем посмотрел на Субару. Рейнхард прищурил свои небесно-голубые глаза и, словно заглянув в самую глубину сердца Субару, сказал,

Рейнхард: Итак, Субару, что-то случилось? Прямо сейчас ты выглядишь взволнованным.

Субару: Сейчас я хочу проверить, не случилось ли чего. ──Рейнхард, ты встречался с Фельт? Фельт, и другие..... Ну, то есть Ларкинс и другие.

Трио Тон Чин Кан*, теперь, когда дело дошло до этого── они тоже принадлежали к числу товарищей. Он слышал от Отто, что с Фельт все в порядке, он также слышал, что с ее слугами все в порядке, но это не означало, что он упомянул имена трех слуг и подтвердил их. Он не мог почувствовать облегчения.

(п/п: На японском их имена это игра слов, слово tonchinkan значит несущественный, вроде как.)

На отчаянный вопрос Субару, Рейнхард мягко положил руку ему на плечо и сказал,

Рейнхард: Да, они в порядке. Фельт-сама, эти трое - Ларкинс, Гастон и Кэмберли - все живы и здоровы. У Ларкинса и Гастона есть травмы, но они не настолько серьезны, чтобы беспокоиться. Что касается того, что Фельт-сама действовала независимо, я думаю, ей придется поразмыслить об этом позже, верно?

Субару: Похоже, есть довольно большой шанс, что наш сотрудник внутренних дел был спасен благодаря Фельт, так что прими это во внимание, я умоляю о мягком наказании.... В любом случае, кроме этого что-нибудь ещё не случилось?

Рейнхард: что-нибудь ещё?

Субару: Что-нибудь еще..... Нет, извини. Это был бы не совсем конкретный вопрос. Эмм, после того, как мы расстались, что-нибудь случилось? Любые проблемы или что-нибудь, что тебя беспокоит.

Даже если он подумал об этом снова, у него все равно не было конкретного вопроса, чтобы спросить; Субару чувствовал себя несчастным. Однако Рейнхард не рассмеялся, а спокойно обдумал услышанное и покачал головой.

Рейнхард: Нет, прошу прощения, но мне ничего не приходит в голову. После того, как я оставил тебя и Эмилию-саму, не произошло ничего особенного. Я так думаю.

Субару: Я... понимаю. Моя вина. Дело не в этом. Ну, эм... да, есть много вещей, о которых я хотел бы поговорить с тобой, так что, когда сможешь, не соберешься ли ты вместе с Фельт? Я хотел бы посоветоваться с теми, кто вовлечен в это дело, о том, что произошло сейчас и что будет после. Могу я оставить это на тебя?

Рейнхард: ――. Конечно, поскольку это твоя просьба. Прямо сейчас, я только что попросил Фельт-саму сидеть тихо в зоне ожидания еще раз, так что это, вероятно, прозвучит саркастично для нее, наверное.

Субару: ...Ладно, это плохо. Потом я тоже извинюсь, так что пока я полагаюсь на тебя.

Криво усмехнувшись на слова Субару, Рейнхард немного огляделся вокруг, а затем быстро покинул это место. Когда он выскочил наружу из убежища, едва можно было разглядеть его фигуру, которая одним прыжком перепрыгивала через здания; казалось, он скоро снова встретится с Фельт.

Проблема была в другом,

Эмилия: Субару, Феррис здесь. Ты ведь хочешь услышать его историю, верно?

Субару: Хмм, ах. Да, я тоже хотел поговорить с Феррисом.

Окликнутый Эмилией, он посмотрел туда, куда она указывала. Там он смог найти фигуру Ферриса, который беспокойно блуждал взглядом по углу убежища.

Пользователь целительских искусств с кошачьими ушами шатался, и его цвет лица выглядел ужасно. Скорее всего, это был результат его исцеляющего путешествия, которое он взял на себя с Рейнхардом. Свободно используя свою исцеляющую магию, он, казалось, выдержал значительное бремя. Тем не менее, он бродил вокруг в поисках своего следующего пациента, не отдыхая──или это было не похоже на это.

???: ──Ах!

Феррис, который оглядывался по сторонам, заметил Субару и Эмилию, и возвысил свой голос. Он поспешно подошел к ним и схватил Субару за шиворот, как будто тот собирался упасть.

Приподняв его легкое тело, Субару окликнул его "Эй?” И затем,

Феррис: Скажи мне....

Субару: А?

Феррис: АРХИЕПИСКОП ГРЕХА! ИХ ВЕДЬ ПОЙМАЛИ, ВЕРНО? Я ЗАСТАВЛЮ ИХ ВЫЛОЖИТЬ ВСЕ, ЧТО ОНИ ЗНАЮТ, Я УЗНАЮ, КАК ВЫЛЕЧИТЬ КРУШ-САМА! ИТАК, СКАЖИ МНЕ, ГДЕ ОНИ.….!

Субару был парализован взглядом Ферриса, который пристально смотрел прямо на его широко открытые глаза. Ярость Ферриса была подобна бушующему огню, он беспокоился только о благополучии своей любимой госпожи. И если это должно было спасти ее, он был готов не проявлять милосердия к тем, кто знает, как сделать это возможным.

Субару: Фе-Феррис, успокойся. Я понимаю твои чувства, но результат не придет, даже если ты поторопишься это сделать. А пока давай поговорим.....

Феррис: НЕ ГОВОРИ ЧТО УДОБНО! ТЫ ПОНИМАЕШЬ МОИ ЧУВСТВА? ТЫ НИКАК НЕ МОЖЕШЬ ИХ ПОНИМАТЬ! ПОКА ТЫ ГОВОРИШЬ ТАК СПОКОЙНО, ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК СИЛЬНО СТРАДАЕТ КРУШ-САМА... ЕСЛИ БЫ ТЫ ПОНИМАЛ, ТО НЕ СМОГ БЫ ОСТАВАТЬСЯ СПОКОЙНЫМ! ПЕРЕСТАНЬ БЫТЬ ТАКИМ БЕЗОТВЕТСТВЕННЫМ!

Субару: “────"

Получив удар в грудь и палец тычил в него, Субару держал рот на замке.

Будучи атакованый иррациональными комментариями, Субару даже не смог ответить. Состояние Круш не изменилось, она все еще была заражена кровью Капеллы, Похоти. Но больше всего Субару сейчас чувствовал облегчение от комментариев Ферриса, осознав, что он не забыл Круш.

Эта черная коррозия также заняла свое место в правой ноге Субару и ладони, которой он коснулся Круш.

Но это никак не могло принести облегчения сердцу Ферриса.

Феррис: Я должен спасти Круш-сама. Я могу и буду делать все, что для этого необходимо. Если мне придется мучить архиепископа греха, я сделаю это. Я знаю, как лечить людей. Вот почему, даже если я сломаю их, я могу исцелить их. Вот почему, вот почему……

???: Феррис. ──Этого достаточно.

Субару не мог ничего сказать Феррису, который сгорал от разочарования. И затем, тот, кто сказал ему сзади, чтобы он остановился, был мудрым мечником, который не мог видеть эту ситуацию.

Вильгельм окликнул рыцаря, который служил той же госпоже, что и он, голосом, лишенным всяких эмоций.

Вильгельм: Я полностью понимаю, что ты чувствуешь. Но такое поведение - не более чем оскорбление для Круш-сама, больше, чем для кого-либо другого. Сначала успокойся. Делай вещи после того, как успокоишься.

Феррис: Ты говоришь, что понимаешь, что я чувствую, как утешение.....!

Вильгельм: ──Я понимаю.

Вильгельм насильно остановил его на полпути, когда Феррис попытался вспылить на него. А затем, Вильгельм посмотрел на пиджак, в которую был завернут пепел и которую он прижимал к груди.

Феррис тут же прикусил губы, по его лицу он сразу же догадался, кто там спит.

Феррис: Это...... не справедливо. Это несправедливо, этонесправедливонесправедливонесправедливо. Старик Виль.....!

Вильгельм: Я знаю. Нехорошо с моей стороны злоупотреблять твоим великодушием и добротой. Навязывая это тебе, кто противостоит боли других больше, чем кто-либо другой. Ты должен винить этого старика.

Феррис: Уууу-уууa.....всхлип

Феррис сдержал слезы и опустил голову. Вильгельм обнял его за плечи и кивнул Субару.

Похоже, это означало, что он возьмет это на себя. Феррису тоже придется встретиться на конференции позже вместо Круш, когда он успокоится.

Тогда надо будет обсудить, как обращаться с Сириус. Но сейчас, что они должны сделать, так это обменятся словами, так как они понимают друг друга.

Спокойные глаза Вильгельма передали это Субару. От этого зависела какая-то жалость, Субару склонил голову и покинул это место.

Субару: Вильгельм-сан, должно быть, тоже хочет плакать.

Почему все идёт не так?

Не было никакого способа достичь радости для всех, знакомых и незнакомых. Сколько Субару придётся бороться, стараться и пытаться каким-то образом выбрать лучший вариант, чтобы прийти к такому результату── этого он не знал.

Недавно он подтвердил безопасность Рейнхарда и Фельт, а также Ферриса и Круш. Не хватало только Юлиуса и Рикардо, которые отправились возвращать башню управления Обжорства. Кроме того, Присцилла, Шульт, и этот неприятный человек, Хейнкель.

Кстати говоря, младший брат Юлиуса, Джошуа, с тех пор как начались проблемы, он всегда──

Субару: ──А?

Как раз в тот момент, когда он думал об этом, Субару увидел тень кого-то, наблюдающего за убежищем снаружи.

На нем была хорошо сшитая белая одежда, а на поясе висел тонкий рыцарский меч. Красивый, высокий профиль, блестящие пурпурные волосы, почти кричащие── Его невозможно было спутать.

Это был Юлиус. Прямо сейчас, парень, чью безопасность он хотел проверить, был здесь.

Субару: Хей, Юли――

Юлиус: “────”

Он быстро поднял руку и повысил голос, чтобы поприветствовать Юлиуса, который позволил половине своего тела выглянуть наружу. Но когда Юлиус заметил, что глаза Субару смотрят на него, он быстро повернулся и ушел. Он попытался быстро покинуть убежище.

Субару: А?

Столкнувшись с неожиданным поведением Юлиуса, Субару ошеломленно это произнес.

Такая реакция была совершенно неожиданной. Его мнения разделились относительно того, послушно ли Юлиус ответил бы на его голос, но даже в этом случае он никогда бы не подумал о такой реакции.

Это не был послушный ответ или сарказм, он просто проигнорировал его.

Субару: Этот ублюдок издевается надо мной?

Выплеснув все раздражение, которое до сих пор кипело в нем, Субару погнался за ним.

Не то чтобы он волновался. Не то чтобы он волновался, но он искал его, чтобы убедиться в его безопасности, он не должен был так относиться.

Что он задумал? Он должен был поймать его и выяснить. Надо было сказать, что сейчас не время шутить.

Эмилия: Эй, Субару? Что происходит?

Субару: Этот претенциозный ублюдок Юлиус был там и только что проигнорировал меня. Я собираюсь пойти и поговорить с ним!

Эмилия: Э?

Оставив позади удивленный голос Эмилии, Субару побежал и погнался за Юлиусом. Выскочив из убежища, он увидел его спину, которая вот-вот должна была исчезнуть за улицей. Это были явные движения, чтобы избежать пристального взгляда публики. Впрочем, если он не бежит, догнать его будет несложно.

Субару: Если ты в порядке, просто поторопись и скажи, что ты в порядке…

Словно приговоренный, Субару побежал к углу улицы. Когда один шел быстро, а другой бежал, расстояние неизбежно сокращалось. Как только он обернулся, то смог увидеть его спину, и Субару повысил голос.

Субару: Эй ты, ублюдок! Ты, какого черта ты бегаешь вокруг, когда все так заняты? Если ты не покажешь свое лицо, ты вызовешь беспокойство. Нет, это общее мнение.

Юлиус: “────"

Услышав яростный голос Субару, Юлиус остановился. Юлиус только повернул голову и спокойно посмотрел на Субару своими желтыми глазами.

Субару нахмурился от этого молчаливого взгляда, но Юлиус не изменил свою позу,

Юлиус: ...Мои извинения. Я искал кого-то, но, похоже, этого человека внутри не было. Я бы хотел добраться до другого убежища. Прошу меня извинить.

Субару: Подожди подожди подожди подожди, что ты говоришь? То, что ты ищешь, наверняка это Анастасия-сан, верно? Если так, то я был в этом убежище. Ты просто не понимал этого, потому что был нетерпелив. Это на тебя не похоже.

Юлиус: ──тц.

Он крикнул ему в спину, когда тот попытался уйти, оставив после себя только вежливые слова. Затем, Юлиус продемонстрировал драматическую реакцию на слова Субару.

Он расправил плечи и обернулся с удивленным лицом.

Субару: Э, э-э? В чем дело?

Субару рефлекторно отреагировал пронзительным голосом. Казалось очевидным, почему.

На лице Юлиуса когда он обернулся, отразилось удивление, которого он никогда раньше не видел. Нет, удивление было не единственным выражением его лица. Что там было, так это блеск, как будто он за что-то цеплялся.

Столкнувшись с этим чувством, которое совсем не подходило Юлиусу, Субару не знал, как реагировать. Увидев Субару в таком состоянии, Юлиус сглотнул и с выражением муки на лице произнес,

Юлиус: ......Субару. Ты, ты сейчас обращаешься ко мне?

Субару: Что это за вопрос? У тебя недостаточно неприметная личность чтобы о тебе забыли всего за несколько часов. Изящнейший Рыцарь, Юлиус Юклиус-сан, что за чушь ты..

Пожав плечами, Субару ответил так, словно смеялся над Юлиусом. И посреди своих слов он замолчал, осознав собственную глупость.

Беатрис: Субару! Не убегай сам по себе!

Субару, у которого замерло горло, и Юлиус напротив него.

Эмилия и Беатрис погнались за ним и присоединились к сцене, когда они стояли лицом к лицу на улице. Когда они увидели, что эти двое молча смотрят друг на друга, их большие глаза вспыхнули,

Эмилия: Это... ты в самом центре чего-то, верно?

Заметив странную атмосферу и напряжение, Эмилия встревоженно наклонила голову.

Субару почувствовал дурное предчувствие от ее реакции, особенно от ее взгляда, которым она смотрела на Юлиуса.

Таким образом, Субару указал на Юлиуса,

Субару: ......Да, это так, но дело не в этом. Эмилия-тан. Беако ты тоже, ну…

Эмилия & Беатрис: "──?"

Эмилия и Беатрис подняли вопросительные знаки на неловкие слова Субару.

Он должен был что-то сделать, возможно, решительный вопрос. Субару сглотнул слюну и взглянул на Юлиуса.

Перед взглядом Субару Юлиус приготовился и поднял свое ужасно впалое лицо,

Субару: Я нашел Юлиуса. Значит, я могу взять его с собой на конференцию, верно?

Беатрис: ──Юлиус

Спросила Беатрис, пристально глядя на Юлиуса.

Затем, Эмилия с сомнением заговорила тихим голосом,

Эмилия: Юлиус-сан, он знакомый Субару?

В версии с изображениями тут находится картинка.

И, словно повторяя кошмар прошлого, она сказала это.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 77. Безымянный Рыцарь

Перевод: Kirahegao, Yan Stein, imy.

(imy: глава сделана давно и впервые вот так в разброс, поэтому есть явные ошибки)

Получив толчок, его тело ушло с траектории кинжала.

Будучи не в состоянии заострить свой клинок, а даже если бы он и принял его своим сломанным рыцарским мечом, он не смог бы избежать тяжелой раны. Это был вывод, который любой понял бы с первого взгляда, отныне, Юлиус мог заметить, что его защищали.

Однако это, опять же, другой вопрос, выражать ли ему облегчение или благодарность за это──

Юлиус: ──Рикардо!

Рикардо: Черт, он достал меня... ~хк!

С болью в голосе, Рикардо, оттолкнувший Юлиуса, прищурился. Когда он выкрикнул это имя, в это же время струйка крови затуманила зрение Юлиуса.

Кровь хлынула из грубой, громоздкой правой руки Рикардо── потерявшей все от локтя. Это была рана, обнажающая мягкое поперечное сечение.

Рука, покрытая звериной шерстью, издала звук и упала на землю, а большой топор, который она сжимала, тоже издал глухой звук и покатился по земле.

Юлиус: Как подобное...... ~хк.

Рикардо: Аргх! Сейчас не время говорить об этом, Юлиус! Подними голову и смотри……

Рикардо обрушил громкий вопль на Юлиуса, который тяжело дышал. Однако этому внезапно помешала атака кинжала, которую он получил в живот, а его нос был сломан прямым ударом колена.

Он отбросил его назад, и когда Рикардо шлепнулся на пол, вытянув конечности, Обжорство усмехнулся.

Рой: Хаха~! Разве ты не собираешься, полностью сказать это ~тцу!

Юлиус: ──~хк.

Фигура Альфарда, который кричал от восторга, и Рикардо, который рухнул на землю. Видя фигуры этих двоих, два варианта пришло в голову Юлиуса.

Какому из двух он должен был отдать предпочтение? И за это время образовался, казалось бы, мгновенный пробел.

И, аппетит Обжорства никогда не упустит этот пробел.

Рой: Отвернуться посреди трапезы, у тебя действительно нет манер, братец──!

Юлиус: Ты ублюдок......!

Как пружина, Альфард ловко прыгнул. На это причудливое движение реакция Юлиуса немного запоздала.

Протянутая ладонь и сломанный рыцарский меч перепутались, и последовало ощущение того, что его грудь была тронута ладонью── а его удар был уклонен. То, что последовало сразу же после этого, было необъяснимым чувством потери.

Рой: А~х── спасибо за угощение ~тцу.

К концу этих слов, по какой-то причине, его сознание отдалялось все дальше, и дальше, и──

***

Юлиус: Хоть это и жалко, но в разгаре битвы с Обжорством мое "Имя" было украдено. Возможно, именно такова нынешняя ситуация.

Судя по тому, что сказала Эмилия, эта правда была раскрыта.

Изобразив на лице циничную улыбку из-за того, что его действительно забыли знакомые, Юлиус пожал плечами.

Субару: "Имя" было съедено... ты это имеешь в виду? Но..

Поедал "Воспоминания" и "Имена" людей богохульник, Архиепископ Греха Обжорства.

Угроза того, что "Имя" будет съедено, а все связи оборваны── Субару прекрасно понимал насколько это страшно. Однако теперь, глядя на Юлиуса, который, казалось, был в хорошей форме, он не мог не почувствовать, что его понимание было легкомысленным.

Субару: Его жертва, как у Рем или Круш-сан……

У Круш были съедены "Воспоминания", и она полностью забыла себя прежнюю.

У Рем было съедено "Имя", и она исчезла из памяти людей без единого исключения, и продолжала пребывать в глубоком сне в этом состоянии.

Жертвы Обжорства, две молодые девушки были страдальцами, с которыми Субару был хорошо знаком.

Однако, придя сюда, Юлиус оказался в ловушке, отличной от них. Его собственные воспоминания не были потеряны, и он не потерял сознание.

──Однако, из воспоминаний близких, его существование исчезло.

Субару: Неужели тебя никто не помнит? Если ты попытаешся……

Юлиус: Я уже встречался с Анастасией-сама и Рикардо. По какой-то причине они относились ко мне как к незнакомому человеку, я пережил этот опыт. Быть не в состоянии поблагодарить того, кто защитил тебя, неприятно, верно?

“ーーーー”

Юлиус рефлекторно подавил свои чувства и ответил, но его улыбка, в которую было вложено слишком много энергии, или тон его слов, естественно, Субару было трудно увидеть. Каким бы сильным ни было сознание Юлиуса как рыцаря, он никак не мог с легкостью выдержать такое психологическое напряжение.

Разрушеные отношения, которые он построил, страх и отчаяние потеряных дней, которые он прожил лично.

Это было чувство потери, которое Субару испытал до боли, когда впервые попал в другой мир.

Субару: Беатрис……

Беатрис: То, что Субару хочет сказать, очевидно. Но, к сожалению, даже Бетти не помнит этого человека, я полагаю. Бетти уже находится за пределами Запретной Библиотеки.

Сочувствуя его намерениям, Беатрис, с трудным лицом, горизонтально повернула шею.

По мнению Беатрис, Субару получил подтверждение── помнит ли она Юлиуса или нет.

Поскольку Эмилия ничего не помнила, то, естественно, Беатрис тоже ничего не помнит. Так и должно было быть, но не исключено, что Беатрис была исключением.

По какой-то причине Беатрис──

Субару: Даже несмотря на то, что ты помнишь Рем.

Беатрис: Это можно повторять сколько угодно раз, но, скорее, этот случай следует рассматривать как исключение, я полагаю. И теперь, следует думать, что это было доказано человеком впереди.

Субару: В конце концов, это вывод относительно твоих воспоминаний, хах.

Это было довольно давно.

Какое-то время назад Беатрис в Запретной Библиотеке однажды упомянула Рем после того, как ее имя было съедено Обжорством. Субару сомневался в этом после того, как она заключила свой контракт, после того, как Запретная Библиотека была потеряна, но это был один из выводов, к которому они пришли после их обмена.

Субару: Будучи изолированной от внешнего мира в Запретной Библиотеке, Беако не подвергалась воздействию того, что находилось за пределами комнаты. Вот почему в тот момент, когда имя Рем было съедено, никакого эффекта не последовало…… Это как я думал, верно? Вот почему, выйдя из комнаты, особого обращения не будет…… хах.

Беатрис: Этот тон, кажется, есть проблема, что Бетти покинула Запретную Библиотеку, я полагаю.

Субару: Н-ничего подобно~го! Я, невероятно счастлив, что могу гулять с тобой под лучами солнца!

Беатрис: Эх, на самом деле.

И в этом коротком движении взад и вперед лежала истина.

И в самом деле, Беатрис не выказывала никаких особенных чувств к Юлиусу. Беатрис пришла к выводу, что барьеры на пути к ее памяти служат своей цели только в Запретной Библиотеке.

Скорее, в данном случае проблема заключалась не в индивидуальности Беатрис──

Эмилия: Но почему Субару помнит Юлиус-сана? Точно так же, как в тот раз с Рем-сан.

Субару: Верно.

Наконец Эмилия задала вопрос, который должен был настигнуть каждого.

Единственный человек во всем мире, который помнит Рем, чье "Имя" было съедено - Субару.

Забытая даже через сохранение воспоминаний о Рам, которая была ее старшей сестрой-близнецом, однако, Эмилия и другие не сделали упоминания.

Это должно быть также потому, что, глядя на Субару, связанного с Рем с такой преданностью, они не могли случайно говорить о воспоминаниях или делать какие-либо безоговорочно доверчивые необдуманные замечания.

Но, не только это, способность опровергнуть воспоминания Субару, не могла быть сделана ничем иным, кроме как наличием определенных доказательств, которыми не обладал ни один из них.

Однако на этот раз все было по-другому.

В этом случае заинтересованная сторона, которая также помнила, кроме Субару── короче говоря, Юлиус, который был забыт с самого начала миром, сохранил сознание.

Естественно, что это взаимное признание и причина, по которой Субару рассматривался как исключение Полномочия Обжорства, вызывали сомнения.

Эмилия: У Субару есть какие-нибудь идеи? Никаких секретов, ладно?

Субару: Я не собираюсь ничего скрывать, но…… я думаю у меня есть парочка, но я не скажу.

Эмилия: Это, разве это не секрет?

Субару: Если вы не можете подтвердить это, не объявляйте об этом, я не думаю, что это хранение секрета.

Разговаривая с Эмилией, Субару изучал возможность того, что он был исключением.

Чувство, которое поднялось в самом начале, было влиянием Фактора Ведьмы, спящего внутри Субару. Если Полномочие Обжорства поедание "Воспоминаний" или "Имён" была силой Фактора Ведьмы, то, вполне возможно, в силу определенной причины она не могла распространяться на Субару, так же как и "Невидимая Рука"

Возможно, Субару использовал "Посмертное Возвращение" через силу Ведьмы Зависти. С помощью силы этой Ведьмы, он, возможно, отменил действие Полномочия Обжорства.

И еще оставалось ощущение исключительности, как в случае с Запретной Библиотекой Беатрис.

Это из-за того что Субару принадлежал к другому миру. Субару был человеком, чье происхождение было из другого мира, он не был тем, кто принадлежит этому миру.

Будучи человеком не из этого мира, он не подпадает под действие Полномочия, которое вмешивается в концепцию этого мира── такова была гипотеза.

Субару: Однако, если это последнее, то подтвердить это довольно легко. Юлиусу просто надо встретиться с Алом.

Единственный человек в этом мире, который находится в похожих обстоятельствах, это Ал.

Что касается исключения, если последняя гипотеза оказалась верной, то Ал, должно быть, тоже помнит Рем и Юлиуса. Однако, Ал и Рем не были знакомы друг с другом, поэтому, это не может быть подтверждено.

Субару: Не может быть, что в этот раз он ответит также, хах.

Эмилия: Субару?

Субару: Это касается вопроса Эмилии-тан, но перед тем, как ответить на него, есть кое-что, что я хочу подтвердить. Юлиус, тебе придется пойти со мной.

На слова Субару, Эмилия сделала несколько недовольное выражение лица.

Он хранил секреты, что можно было предположить, но это была мера, необходимая для подтверждения.

Прежде всего, в том случае, если правильность гипотезы будет доказана, то общее между Субару и Алом – то, что они оба прибыли из другого мира, все еще не дает достаточного понимания того, что происходит. Те, кто прибыли из-за Великого Водопада, не подпадают под действие полномочия - такое абсурдное объяснение стало бы единственным оставшимся вариантом.

Субару: Ты ведь не откажешься, верно? В конце концов, это касается тебя.

Юлиус: Должен отметить, что у меня нет выбора. Похоже, ты хорошо осведомлен о ситуации, в которой я оказался. Я последую за тобой.

Субару: Слушай, ты, почему у тебя такое "деликатное" отношение ко мне?

Будь то эта беседа, или что-то другое, что вернуло ему спокойствие, однако он восстановил свою сдержанность и элегантность. Несмотря на то как это отражается на его лице, эта ситуация слишком тяжела для его разума и сердца. Другими словами, ситуация, которую приятной никак не назовешь.

Субару: Внезапно оказаться поглощенным таким появлением Юлиуса и лишь прибавляющимися проблемами, хах… в любом случае, давайте вернемся в убежище. Я думаю, что сейчас самое подходящее время для всех собраться…… Верно, что насчет Рикардо? Он принимал участие в сражении вместе с тобой. Он порядке, верно?

Юлиус: ……Он был ранен, защищая меня, но сейчас его жизни ничего не угрожает. Прямо сейчас Феррис помогает ему.

Субару: …Вот как. Тогда, я думаю, все в порядке.

Искренняя реакция Субару на слова Юлиуса была наполовину чувством облегчения, наполовину размышлением.

Конкретнее - облегчение, что Рикардо в порядке, и размышление насчет бесчувственности Юлиуса, при том, что его проигнорировали те, с кем он сражался бок о бок.

При виде Субару, чей голос стал тише, Юлиус вздохнул,

Юлиус: Я не ожидаю, что ты проявишь дружескую обеспокоенность. Если ты будешь вести себя так, как обычно, мне будет комфортнее, особенно после этих ошеломляющих событий. Ладно, давайте тогда вернемся в убежище.

Сказав это, Юлиус по-дружески похлопал Субару по плечу.

Юлиус: Хотя это и не особо приятно, у меня нет другого выбора, кроме как предоставить тебе представить меня всем. Бесмысленные усилия, как тогда в зале королевских выборов, было бы неплохо, если бы ты обошелся без этого на этот раз.

Субару: Не надо поднимать чужую виноватую историю! Черт, беспокоиться за тебя было ошибкой.

Спихнув руку, лежащую на его плече, Субару кинул взгляд Юлиусу шагая к убежищу. Нету никаких сомнений - Юлиус только что высказал то, что он чувствует на самом деле.

Умеряя чувство вины Субару, он просто ответил, нуждаясь в умном ответе.

Он понял это. И так как он понял это,

Субару: Я идиот. Нет, я дейсвительно идиот.

Почему же он должен отстаивать позицию, дающую спасение сердцу Юлиуса?

Он, потерявший всех, прежде всего, должен был чувствовать беспомощную тревогу и одиночество, так как он мог ошибиться в своих словах и суждениях?

Его бесчувственность ужасно раздражала, как и он сам.

В ситуации, когда тревога была естественной, вести себя так, как будто ничего не произошло, было его сильной стороной.

Эта сила, несомненно, была чем-то, чего Субару никогда не смог бы достичь, несмотря на все свое желание.

До тех пор, пока Юлиус не вернёт то что потерял, Субару, несомненно, будет испытывать чувство собственной ответственности.

***

Глядя на спину Субару, который направлялся к убежищу, после того, как он разозлил его, уголки губ Юлиуса изогнулись в легкой улыбке.

Это была бессильная улыбка, которую он никогда не позволит увидеть Субару.

Эмилия: Это лицо, вы не хотите чтобы Субару его увидел?

В тусклой щели его сердца раздался звон серебряного колокольчика. Повернувшись, он увидел, что аметистовые глаза устремлены на него.

В ответ на этот взгляд Юлиус спрятал улыбку и покачал головой.

Юлиус: Скудность нрава, тщетное сопротивление побежденного, вот что это такое. Пожалуйста, не указывайте на это.

Эмилия: Побеждённого, говорите……

Юлиус: Возможно, среди тех, кто отправился на захват башен управления, мы единственные, кто потерпел крах. Полностью осознавая наше неимоверное бессилие, я теперь живу в позоре, и меня оставили одного в подобном состоянии. Полностью побеждённый.

Упорным отношением Юлиус сильно привлек внимание к их поражению.

На его слова, глаза Эмилии задрожали. Эмилия в этот момент, возможно, смогла обнаружить бессилие сердца Юлиуса.

Эмилия: Мне жаль.

Однако слова Эмилии отличались от тех, к которым он готовился.

Когда Юлиус поднял голову, Эмилия охватила руками свои стройные плечи, и сказала:

Эмилия: По правде говоря, я не знаю, что сказать вам сейчас. Я уверена, что знала вас, однако не могу вспомнить, и я не могу быть такой надежной, как Субару.

Юлиус: ……В случае с Субару, его не нужно особо упоминать. Он единственный, кто является исключением, верно?

Эмилия: Даже сейчас я знаю, что вам больно. Вот почему я ничего не могу сделать, кроме как извиниться и…… В отношении Субару, спасибо.

“ーーーー”

Тот факт, что она поблагодарила за Субару, был тревожным.

Эмилия вздохнула, глядя на Юлиуса, который нахмурил свои брови.

Эмилия: Если бы Субару увидел нынешнее лицо Юлиус-сана, он бы, конечно, страдал еще больше. Поэтому, спасибо, что спрятали его. Мне действительно очень жаль.

Юлиус: Пожалуйста, остановитесь, Эмилия-сама. Это не то, за что нужно благодарить, и более того…… более того, вы делаете для меня слишком много. Нет необходимости в подобных размышлениях.

Это было правдой. Юлиус, находившийся под пристальным взглядом Эмилии, полным врожденной доброты, почувствовал неловкое утешение.

С таким замечательным умом, это не было похоже на то, что он подтвердил самые глубокие мысли Субару. Это было нечто гораздо более простое, гораздо более неинтересное.

Юлиус: Я не хочу, чтобы он… Субару меня жалел. Вот и все.

“ーーーー”

Впереди, придвинувшись ближе, глядя на Субару, заявил Юлиус. Субару с трудным выражением лица потянул Беатрис за рукав, которая была рядом с ним.

При виде такого Субару, Юлиус не мог избавиться от собственного бессилия.

К чему эти мысли? Причиной была──

Эмилия: Только что, я впервые услышала истинные мысли Юлиус-сана.

Эмилия, продолжая идти, прокомментировала слова Юлиуса. Юлиус рассеянно округлил глаза, а Эмилия подняла палец,

Эмилия: Возможно, это не слишком поможет, но я также поговорю со всеми, чтобы попытаться убедить их. Вот почему, наряду с Субару, доверяйте и нам. Вперед.

Юлиус: …Да. И еще, Эмилия-сама.

Эмилия: Что?

Остановив Эмилию, когда она обернулась, Юлиус элегантно поклонился.

Пусть этого и не было в ее воспоминаниях, но оно оставалось глубоко запечатленным в нем, этот вежливый этикет рыцаря и дворянина.

Юлиус: То, что Эмилия-сама называет меня Юлиус-саном, порождает беспомощное чувство неудобства. Пожалуйста, называйте меня просто Юлиусом.

Эмилия: Я раньше называла тебя так, верно? ……Я понимаю, Юлиус.

Приложив палец к губам, Эмилия согласилась. После этого Эмилия погрузилась в раздумья и, бросив мимолетный взгляд на Юлиуса, обратила лицо к пустому небу. И,

Эмилия: Можно я тоже кое-что спрошу?

Юлиус: Интересно, что же.

Эмилия: Прямо рядом с тобой, Младшие духи… нет, может быть, Старшие духи*. Эти дети летают вокруг в видимом беспокойстве… ты знаешь об этом?

(imy: я точно не помню классы духов, но пускай будут:

младшие, старшие, высшие)

Юлиус: ──Да, я в курсе. Потому что они - бутоны, которые, находясь рядом со мной, рано или поздно расцветут.

Юлиус закрыл глаза, после того как на это указала Эмилия.

Когда он закрыл глаза, то понял, что рядом с ним летают Старшие духи, владеющие силой шести цветов. Однако эти бутоны не знали, почему они там оказались.

Вот почему, для них,

Юлиус: Слова моего нынешнего "я" до них не пойдут. Точно так же, как слова для моей госпожи или моих товарищей.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 78. Оставшаяся рябь в Городе Водных Врат

Перевод: imy

***

Рейнхард: Ах, Субару. Слава богу что ты в порядке. Я вернулся.

Субару: Рейнхард? Как быстро, ты же только что ушел.

Когда Субару и остальные вернулись в убежище после того, как они подобрали Юлиуса, они наткнулись на Рейнхарда, который только что вернулся в то же убежище.

Субару удивился на его быстрое возвращение, и Рейнхард, который слегка поднял руку, пока шел к ним, внезапно нахмурился. Видя измученное лицо Субару, а так же беспокойство в их позах, он сказал:

Рейнхард: В чем дело? Субару……что-то не так?

Субару: Определенно что-то не так……Кхм, довольно трудно подобрать слова. Есть кое-что, что я хотел бы спросить у тебя.

Рейнхард: Если нужна какая либо помощь, ты всегда можешь положиться на меня. В чем дело?

Рейнхард ответил Субару так же искренне, как и всегда. Вот почему Субару хотел верить в его исключительность, как делал это до сих пор, начиная с битвы с Охотницей за Потрохами, заканчивая битвой с Жадностью.

Однако эти мысли об достижении спасения благодаря божественной милости была――

Субару: …Ты что-нибудь знаешь о парне, который стоит рядом со мной?

Рейнхард: ……Ты ведь не имеешь в виду Беатрис-сама, верно?

Рейнхард сказал это, глядя на маленькую девочку в платье, которая уютно устроилась рядом с Субару. Субару не ответил на его слова. Он просто продолжал смотреть на Святого Меча, молясь, чтобы ответ, которого он желал, был дан.

В ответ на этот пылающий взгляд, Рейнхард посмотрел на другого человека, стоящего рядом с Субару, и слегка прищурился, как будто задумался. Однако…

Рейнхард: …Прошу прощения. Он кто-то, кого я не знаю. Хотя, судя по его виду и внешности, я думаю, что он один из самых доблестных людей этой битвы.

Юлиус: "――――"

Щеки Юлиуса напряглись от слов Рейнхарда.

Эти двое были близкими друзьями, товарищами с Ордера Королевской Гвардии──однако его "Имя" было съедено, и эта дружба была потерянна.

Юлиус мрачно опустил глаза осознав это, и Субару, глядя на него со стороны, тоже почувствовал себя подавленным.

Святой Меча, как самый сильный в королевстве, был самым искусным мечником, разрубившим даже Культ Ведьмы.

Однако даже Рейнхард ван Астрея не мог избежать влияния полномочия Обжорства.

Или, возможно, мысль о том, что это возможно, если это Рейнхард, была всего лишь беспочвенным желанием.

И это желание было жестоко разрушено, и это только подтвердило его собственную мелочность.

Рейнхард: Прошу прощения. Не знаю почему, но, похоже, я не оправдал ваших ожиданий.

Юлиус: ......хах, это мы должны так говорить. С твоей точки зрения, этот вопрос должен был показаться обвинением. Это мы должны извиняться.

Именно Юлиус взял на себя ответственность ответить на извинения Рейнхарда.

Он скрыл шок от того, что друг обращается с ним как с незнакомцем. Он огляделся вокруг, прикрываясь словами спокойствия. И затем,

Юлиус: Похоже, что пришло время собраться всем вместе. Самое время начать конференцию, чтобы так же решить что делать дальше.

Рейнхард: ......Я понимаю. Ты хочешь сказать, что мы будем говорить и о тебе там, верно?

Угадав намерения Юлиуса, Рейнхард вздернул подбородок. На самом деле, доблестные участники недавней битвы── те, кто участвовали в Королевских Выборах, наряду с их слугами, начали собираться внутри убежища.

И как раз в этот момент молодая женщина, одетая в кимоно, вернулась в убежище.

Анастасия: Хм, похоже, они собрались раньше, чем мы им сказали. Как удобно.

Анастасия, которая закончила осматриваться снаружи, сказала это с улыбкой, натягивая шарф. В окружении убежища──в ее поле зрения, очевидно, должна была быть фигура Юлиуса, стоящего рядом с Субару, но не похоже, что она собиралась позвать его.

Анастасия: Похоже, что Эмилия-сан и Фельт-сан уже пришли. Если Присцилла-сан придет немного позже, ничего страшного. Тогда, я думаю, мы можем начать конференцию.

Предложила Анастасия, хлопнув в ладоши.

Она произнесла это с невозмутимым видом, даже не позвав своего лучшего рыцаря, который был в ее поле зрения.

***

Место, которое было выбрано для конференц-зала вместо разрушенной Мэрии, было рядом с убежищем.

Это место также было убежищем, но из-за его плохого обеспечения против наводнения── Из-за бедствия, которое держало Пристеллу в состоянии повышенной готовности, казалось, что убежище не было использовано во время суматохи.

Анастасия: Для начала, сейчас должно быть хорошее время для людей в других убежищах начать возвращаться в свои дома, верно? По правде говоря, мы тоже хотели вернуться в гостиницу.... Но, похоже, уборка все еще не закончилась.

Когда она сказала уборка, она имела в виду гостиницу или людей, вовлеченных в нынешнюю суматоху?

Анастасия, вероятно, сделала это замечание, которое могло означать и то, и другое, чтобы взять инициативу на себя среди тех, кто здесь собрался.

Анастасия: Прежде всего, позвольте мне поблагодарить вас всех за вашу тяжелую работу. К счастью, сумма ущерба, нанесенного Культом Ведьмы, чрезвычайно низкая...... включая как людей, которые здесь находятся, так и тех, которых здесь нет, вот во что я верю. Это была битва, не похожая ни на одну другую.

Присутствующие на конференции: “――――”

Анастасия: Даже без этих мрачных лиц я тоже понимаю. Ущерб был невелик, по вашим лицам видно, что эти слова вас не убедили.

Выражение этих ничего не подозревающих молчаливых лиц стало жестче от слов Анастасии, которая в некоторых отношениях казалась безразличной. Анастасия пожала плечами и окинула взглядом комнату.

Здесь собрались не только первоначальные члены, которые приняли участие в битве, чтобы защитить город, но и другие люди, которые были вовлечены в нее.

Из лагеря Эмилии были Эмилия, Субару и Беатрис. Гарфиэль и Отто отсутствовали из-за тяжёлых травм.

Из лагеря Фельт были Фельт, Рейнхард и Кэмберли, чье лицо было бледным из-за его неуместности. Гастон и Ларкинс отсутствовали из-за ран и усталости.

Из лагеря Круш самый важный его член, Круш, все еще лежала в постели. Так что Феррис и Вильгельм принимали участие вместо своей госпожи.

Из лагеря Присциллы были Ал и Присцилла, чье лицо выглядело скучающим. Рядом с ними в целости и сохранности стоял их слуга Шульт. Похоже, Хейнкель был в безопасности, но он отсутствовал.

И из лагеря Анастасии была Анастасия, которая стояла в центре, Тиви и Рикардо, у которого были обмотаны белые бинты по всему телу. И так же Юлиус, который сидел у лагеря Эмилии.

Так же здесь были Киритака, Лилиана и Чешуя Белого Дракона, которые присоединились из-за их участия в битве.

Всего в зале собралось около 20 человек, так или иначе причастных к прошедшей битве.

И тот, кто решил первым заговорить и выступил с опровержением против первоначальной речи Анастасии, был Феррисом, который выглядел неуверенным.

Его желтые глаза дрожали от раздражения, подняв руку, он заговорил:

Феррис: Пост-конференция важна...... я понимаю это. Я понимаю это, но я хочу поговорить о том, что мы будем делать с Архиепископом Греха. В конце концов, один из высших руководителей Культа Ведьмы был захвачен живым, верно? Есть много вещей, которые мы должны спросить. Я хочу поторопиться с этим.

Анастасия:.Что ж, я знала, что Феррис-сан собирается это сказать. Кстати, каково сейчас состояние Круш-сан? Что-нибудь изменилось с тех пор?

Феррис: ──Я могу только сказать, что оно стабильно. Мы не смогли получить какую-либо информацию от Похоти, поэтому прямо сейчас она восстанавливает свои силы с помощью моей исцеляющей магии и своей силы воли. На мгновение ее симптомы немного ослабли благодаря помощи Субару-куна, но...

Наблюдая краем глаза за расстроенным Феррисом, Субару сосредоточил свой взгляд на собственной ладони. Часть его ладони почернела, и она была в таком состоянии, что обнажала непристойность, похожую на ожог или родимое пятно.

Аналогичное изменение произошло и с правым бедром Субару. Субару не чувствовала ни боли, ни ощущения чего-то чужеродного, но для Круш это было не так. Устранение того, что определенно съедало ее силы, было делом первостепенной важности для спасения ее жизни.

Для неё было довольно трудно нести эти черные вены на своей коже. То, что такая красивая женщина, как Круш, была в подобном состоянии, вызывало боль.

Анастасия: Если говорить честно, то я против того, чтобы этого Архиепископа Греха оставили в живых. Это существа которые приносят только неприятности. Если это возможно, то их быстрая смерть определенно была бы к лучшему.

Феррис: ──! Но тогда наши зацепки исчезнут!

Пока Субару беспокоился о черных венах Круш, спор между Анастасией и Феррисом достиг точки кипения.

Насчёт обращения с захваченным Архиепископом Греха──Сириус, Феррис упрямо покачал головой на предложение Анастасии казнить её. С его точки зрения, это было естественно.

Однако Анастасия лишь покачала головой, глядя на Ферриса, который уже начал заводиться.

Анастасия: Я думаю, что то, что случилось с Круш-сан, очень грустно. Но есть другие проблемы. Кроме того, этот Гнев даже знает что-нибудь о Похоти...… Я не думаю, что они знают друг друга хорошо. Мне кажется очень маловероятным, что Культ Ведьмы сотрудничает друг с другом.

Феррис: Если они связаны, то почему?! Почему случилось нечто подобное?! Архиепископы Греха собрались и пришли, чтобы напасть на город, и все же они не сотрудничают!?

Анастасия: Конечно, даже я не говорю, что их действия совпали случайно. Но их цели, время отступления и разброс не совпадают, было бы немного странно называть это сотрудничеством…… Культ Ведьмы не имеет представления о таких вещах, как сотрудничество.

Феррис: Это всего лишь умозаключение, верно?!

Повысив голос, Феррис полностью отказался от слов Анастасии. Похоже, Анастасия тоже поняла, что ее предложение трудно принять, и не собиралась опровергать то, что было отвергнуто сентиментальной аргументацией Ферриса.

После этого Субару медленно поднял руку.

Субару: Могу я кое-что сказать? У меня тоже есть свое мнение, но, во всяком случае, оно близко к мнению Ферриса. Я не думаю, что возможность получить информацию из Гнева не имеет смысла .

Феррис: ……Что ты имеешь в виду?

Субару: Это не та история, которой я горжусь, но некоторое время назад мне разрешили ненадолго поговорить с Гневом, там я смог немного услышать о Обжорстве. Даже если бы речь шла только о продолжительности, глубине и близости их отношений, было бы слишком поспешно говорить, что мы не можем получить от них никакой информации.

На самом деле, Гнев бросила Субару несколько слов, похожих на предупреждение насчёт Обжорства.

Благодаря этому, была часть что Субару осознал возможность того, что Обжорство это несколько людей, и в конечном итоге заметил Юлиуса, когда он попытался уйти от убежища. Он не мог закрыть на это глаза. Тем не менее, в истинных чувствах Субару у него так же была часть, которая соглашалась с Анастасией.

Субару: Но, оставив в стороне, можем ли мы использовать их в качестве источника информации, у меня также есть плохое предчувствие насчет того, чтобы держать их в плену……Хотя все Архиепископы Греха такие.

Прямо сейчас, чтобы они могли принять участие в конференции, дежурство Сириус было поручено Чешуе Белого Дракона.

Она была в таком состоянии, что ее безжалостно заковали в цепи, и даже заткнули рот кляпом, чтобы она не могла говорить. Они также были проинструктированы по очереди охранять ее, так как их сердцами можно было манипулировать, если они оставались рядом с ней слишком долго. Ничего не должно было случиться за время этой конференции, но его беспокойство было бесконечным.

Субару: Необходимо чувствовать эту тревогу, пока они захвачены живыми. Я не могу безоговорочно принять решение насчёт того, что с этим делать.

Феррис: На чьей ты стороне……!?

Феррис смотрел своими глазами, полными ненависти, на стоявшего напротив Субару. Субару поморщился от жара его взгляда и сказал:

Субару: Я не принимаю какую-либо сторону. Честно говоря, я думаю, что вы оба правы…… В худшем случае, я сделаю что-нибудь с черными венами в теле Круш-сан, используя части моего тела, которые ещё в порядке, если это решит проблему, то я думаю, это не будет больше проблемой.

Феррис: ──Ха?

Эмилия: Субару.

Мысли Субару насчёт решения черных вен Круш было довольно экстремальными. От его слов лицо Ферриса стало ошеломленным, а Эмилия посмотрела на него с упреком.

Все остальные так же повернулись, и посмотрели на него с потрясением и другими эмоциями.

Эмилия: Я тоже слышала об этом, но это действительно крайний случай, верно? Прямо сейчас мы не знаем, что произойдет. И даже если ничего, вести себя так, как будто это нормально...

Субару: Ну, Я хочу взять эту нездоровую штуку в свое тело не просто так. У нас есть прецедент с Круш-сан, что это немного облегчило ее симптомы.

Эмилия: “――――”

Субару: Я хочу сказать, не торопитесь делать выводы. Я понимаю чувство нетерпения, но даже если моя спина или моя задница почернеют, учитывая, что они находятся вне поля зрения, я не откажусь помочь. Вот что я имел ввиду.

Несмотря на то, что был способ сделать что-то, позволить этому пройти мимо из-за собственной привлекательности оставило бы у него неприятный привкус во рту.

Круш была для него ценным благодетелем, и, что более важно, существовал способ, который не касался ни его, ни чьей-либо другой жизни. Он постарался бы помочь, если бы это было что-то вроде потемнения его кожи, которая была вне поля зрения.

Вильгельм: Феррис, сядь. На данный момент Субару-доно прав.

Феррис: ……Я понимаю. Я действительно понимаю.

Вильгельм дернул Ферриса за рукав, который не мог найти слов, и заставил его успокоиться. Феррис посмотрел вниз и попытался что-то сказать Субару, но в конце концов сел, ничего не сказав.

Субару вздохнул, увидев его состояние; настроение вокруг напряженной зоны встречи вернулось к норме. Тем не менее, прошлая ситуация все еще продолжалась.

Анастасия: Во всяком случае, я понимаю, что мнения всех относительно обращения с Архиепископами Греха разделились. Держать их в живых беспокойно, и даже если пределы моих инстинктов и Нацуки-Куна не выходят за пределы……По правде говоря, если бы они убили её, а не захватили в плен, наш разговор закончился бы намного быстрее.

Присцилла: ――Что, эта никчемная болтовня закончилась? Сколько бы вы ни смотрели на меня, никакие награды не будут даны шоу, которое не имеет ценности. Немедленно прекрати смотреть этим нищенским взглядом.

Присцилла ответила зевком на насмешливый взгляд Анастасии.

Этот неуместный ответ был доказательством того, что Присцилла не слушала разговор должным образом до этого момента. Ее участие в этой конференции, должно быть, тоже было своего рода капризом.

Анастасия: Не говори так лукаво. Хотя такое отношение неприлично для того, кто захватил кого-то из Культа Ведьмы живым, больше, чем кто-либо другой, почему ты захватила её? Что привело к такому странному повороту событий?

Присцилла: Как будто я знала, будет ли она жива или умрет. Когда я нанесла последний удар, Мечь Янь затуманился и его острота исчезла. Таким образом, она выжила. Тот, кто вытащил ее из канала, был одним из тех, кто осушил воду в поисках певицы. Это не имеет никакого отношения ко мне.

Анастасия: Тебя не беспокоит, что тот, кого ты пыталась убить, не умер?

Присцилла: Как раз наоборот. Я управляла мечом исключительно для того, чтобы убить. Если она не умерла от этого, то я не собираюсь убивать ее снова. Хотя она и не умерла от моей руки, мне кажется, что это тем более удобно для меня.

Анастасия: Хаа, я не понимаю, Ну да ладно.

Анастасия, казалось, оставила попытки понять Присциллу, которая, как всегда, развила свою загадочную теорию. Субару тоже не понимал ее намерений, но мысли Присциллы, вероятно, не были поняты никем другим.

Сомнительно, что даже Ал и Шульт, стоявшие рядом с ней, понимали, что к чему.

Рейнхард: По крайней мере, я против судить Гнев в этом месте. Конечно, я хочу уважать чувства Ферриса, и это также уникальная возможность для Королевства. Я считаю, что помимо строгой охраны их, мы должны приложить усилия, чтобы получить от неё то, что они знают.

Фельт: ……Я думаю, что лучше её убить. Даже от одного только воспоминания об этих Архиепископах меня тошнит, я не думаю, что они сказали бы что-нибудь, что хотя бы наполовину имеет смысл. Лучше убить их до того, как они будут втянуты во что-то проблематичное, чтобы они не создавали никаких проблем в будущем, вероятно.

Рейнхардт: Фельт-сама……

Фельт: К твоему сведению, на этот раз я говорю это вовсе не для того, чтобы действовать тебе на нервы.

И, теперь в другом месте, мнения разделились между господином и слугой.

Рейнхардт, который выступал за то, чтобы они сохранили Гнев живым, и Фельт, которая была против этого. Хотя мнение Фельт было не вполне обоснованным.

Сама же она, похоже, не думала, что ее мнение будет принято. В конце концов, Гнев будет передана под стражу королевству, похоже, что все закончится именно так. И в худшем случае - в случае, если обвинительный приговор придется приводить в исполнение.

Анастасия: Если уж на то пошло, то да, похоже. Но в таком случае, последует ли Фельт-сан за тобой в столицу? Или господин и слуга пойдут разными путями……

Фельт: Если Рейнхард поедет, я тоже поеду. ――На этот раз ничего не поделаешь.

На лице Рейнхарда отразилось удивление, когда он услышал слова Фельт. Фельт поймала мимолетный взгляд его лица сбоку и сделала глубокий хмурый взгляд на свое прекрасное лицо.

Фельт: Не пойми меня неправильно. Тот факт, что я тебя терпеть не могу, не изменился. Он не изменился, но бывают времена, когда я не собираюсь этого делать.

Рейнхард: Бывают времена, когда ты не собирашься этого делать?

Фельт: Я не знаю. Попробуй спросить это у своей груди. Моя грудь недостаточно мягкая, чтобы ответить тебе.

Оттопырив свою недоразвитую для своего возраста грудь, Фельт показала Рейнхарду язык. Рейнхард опустил глаза, увидев позу своей госпожи, а затем тихо приподнял подбородок.

Только они сами знали, какие чувства были между господином и слугой. Во всяком случае, лагерь Фельт тоже выглядел не так, как год назад.

Кэмберли: Н-ну, в таком случае, я……

Рейнхард: Кэмберли, присмотри за Ларкинсом и Гастоном. Как только они смогут передвигатся, они могут сначала вернуться в особняк. Приводи их только вместе со Стариком Ромом.

Кэмберли: Д-Да, сэр, я понимаю.

Когда Кэмберли получил приказ, на его лице появилось выражение облегчения.

А пока, благодаря добровольному участию Рейнхарда, они могли чувствовать себя спокойно насчет сопровождения Гнева. То, что последует дальше, то, что они смогут получить от Сириус, будет обязанностью экспертов королевства.

Киритака: Тогда, может быть, перейдем к следующему вопросу? Дамы и Господа.

Киритака поднял руку после того, как увидел, что с Гневом все решили. Он пристально вглядывался в лица всех присутствующих, поправляя рукой слегка растрепанные волосы. А потом он заговорил:

Киритака: Прежде всего, что касается битвы за защиту этого города……Я хотел бы поблагодарить вас всех от имени всех его граждан. Если бы не вы все, Город Пристелла, скорее всего, попал бы в злые лапы Культа Ведьмы. Я приношу вам свою глубочайшую благодарность за это.

Киритака низко опустил голову и поклонился, взяв на себя ответственность говорить об общем согласии города. Лилиана, стоявшая рядом с ним с выражением паники на лице, тоже склонила голову, как и Киритака.

Если оставить Киритаку в стороне, то искренняя реакция Лилианы была совсем на нее не похожа. Возможно, ее борьба с Гневом или что-то еще после этого заставило ее изменить свое отношение.

В любом случае,

Субару: Мы уже были в городе, и у нас не было возможности просто наблюдать за происходящим в качестве зрителей, так что вам не нужно благодарить нас в такой грандиозной степени. Верно?

Эмилия: Ага. Кроме того, возможно, для Культа Ведьмы, захват города был просто бонусом, судя по их целям. Спасли ли мы их или они нас, может быть, мы не знаем, какой именно вариант.

Эмилия и Субару настаивали на том, что им было трудно принять похвалы за чистую монету за нападение Культа Ведьмы. Конечно, большая часть отпора Культу Ведьмы была заслугой собравшихся здесь членов. Однако, в первую очередь, целью Архиепископов Греха были “Эмилия”, “Искусственный Дух” и “Книга Мудрости”.

Все эти вещи были теми, что были вовлечены извне, и лагерь Эмилии был ответственен за их сбор. Они не могли искренне принять их похвалы.

Фельт: Подождите. Меня беспокоит, что вы говорите это свободно, как будто это консенсус*. Вы действительно хотите сказать, что если бы нас здесь не было, они бы ничего не делали? Я думаю, нам нужно поговорить об этом более ясно.

(п/п: кто не знает - Консе́нсус (лат. consensus — согласие, сочувствие, единодушие) — способ разрешения конфликтов при принятии решений, если отсутствуют принципиальные возражения у большинства заинтересованных лиц; принятие решения на основе общего согласия без проведения голосования.)

Присцилла: Это досадно, но я согласна с этой нищенкой. Не втягивайте нас всех в свою самодовольную простолюдинскую застенчивость. Не будьте такими тщеславным, ты, полу-ведьма, и ты, обыватель.

Однако суровый дуэт высказал свое жесткое мнение, услышав слова Субару и Эмилии.

Фельт и Присцилла посмотрели друг на друга после того, как они закончили говорить, и сразу же отвернулись, их лица выражали отвращение. С тех пор, с самого начала, эти двое не ладили друг с другом. Только те, кто был в ее лагере, были близки к Присцилле, так что это была вполне нормальная реакция.

Киритака: Пожалуйста, успокойтесь. Я рад словам Эмилии-самы, но, как сказала Фельт-сама и Присцилла-сама, оборона города была полностью вашей заслугой. В этом я клянусь как представитель города. ――А пока, я хотел бы, чтобы вы еще немного одолжили мне свою силу.

Субару: Под силой… Ты имеешь в виду следующую проблему, которую ты упомянул ранее?

Киритака: Верно. Речь идет о жителях, которые были преобразованы этой злой силой.

Каждый: “――――”

Все замолчали, услышав мрачный тон Киритаки.

То, на что он собирался указать―― Это было то, что все здесь понимали. Сотрудники мэрии, попавшие в злые когти Похоти и превратившиеся в нечеловеческие формы.

Один из них превратился в черного дракона, а дюжина в огромных мух.

Они все еще ничего не могли сделать из-за эффекта Полномочия Похоти, Вариация и Изменение. Хотя сейчас им следовало бы собрать их в одном месте и скрыть их существование.

Киритака: Преступник, Похоть, сбежала…… Нет, даже если бы мы смогли поймать Похоть, сомнительно, что у них было бы намерение вернуть их к нормальной жизни.

Субару: Это точно…… Но мы же не можем просто оставить их, верно? Есть ли вообще что-нибудь, что мы могли бы сделать? Это невозможно даже для Ферриса?

Изменения, произодшие с людьми, которые не могли вернуться к своей первоначальной форме, коренным образом отличались от травм или болезней.

Увидев пристальный взгляд Субару, Феррис покачал головой, а затем прикусил губу,

Феррис: Даже я просто не могу вылечить это. Нет, дело не в том, смогу я их вылечить или нет. Это не травма или болезнь, они просто превратились в таких существ. Исцеляющая магия может помочь вам вернуться к нормальной жизни, только если вы ранены или больны. Вот почему исцеляющая магия бесполезна против этих превращений.

Киритака: Честно говоря, я не могу сказать, есть ли у людей, которые были превращены в мух, осознанность. Я не могу их различить, а муха размером с человека даже не может летать. Они не научились правильно двигать крыльями, они находятся в незавершенном состоянии. Но, если у них есть осознанность…

Субару: если бы они четко понимали свои обстоятельства, они бы в конечном итоге сошли с ума, я думаю…

Они потеряли свои собственные фигуры.

Это была пугающая перемена, даже просто думать об этом. Однако, учитывая, что они были превращены во что-то нечеловеческоево―― во что-то отталкивающее, это делало все еще хуже. Когда ваше тело не свободно, и вы даже теряете средства для выражения своей воли, вы можете довольно легко представить себе, о чем они будут думать в конце концов.

Конечно, они будут…

Присцилла: Думаю, те, кто превратился в мерзких насекомых, захотят умереть. Если нет возможности повернуть их вспять, то не будет ли милосердно даровать им это?

Ал: принцесса, это…

Присцилла: Молчи, Ал. Нет смысла просто выдавать желаемое за действительное. Я не имею милосердия к ленивым свиньям, но убийство тех, кто поносит судьбу, будучи смешным до абсурда, - это тоже доброта. Короче говоря, вот что это значит.

Своим суровым взглядом Присцилла ответила Алу, который инстинктивно высказал свое мнение. Однако причина, по которой Ал больше не возражал, заключалась в том, что мнение Присциллы тоже было в некотором смысле правильным.

Конечно, он не думал, что они должны умереть. Но они превратились в мух, и не было никакого известного способа вернуть их к нормальной жизни; было совершенно естественно, что они захотят умереть.

Субару: Невозможно договориться с виновником, Похотью. Исцеляющая магия их не излечит. Что же нам делать?

Киритака: Я хотел спросить об этом всех. Не имеет значения, даже если это выстрел в темноте. Неужели никто не знает, как их вылечить?

Все еще цепляясь за надежду, вопрос Киритаки был пропитан ожиданием и смирением. Нет, сумма отставки была ещё сильнее. И это было естественно. Если бы существовала хоть какая-то возможность зацепиться, кто-то наверняка уже предложил бы ее.

Другими словами, в этот момент времени, когда до сих пор не было сделано никаких намеков на решение проблемы,

Киритака: ――Я понимаю. Я приношу свои глубочайшие извинения за причиненные неудобства. Разбираться с ними - это вопрос для города, ответственность мы возьмем на себя потом.

Субару: Возьмете на себя ответственность? Что вы все будете делать?”

Киритака: Мы рассмотрим возможности после этого…… Мы должны проверить волю тех, кто причастен, и увидеть каждый из их выборов. Каковы бы ни были окончательные мнения, мы доведем их до конца.

Они звучали как сильные слова, которые подразумевали конец, в котором они закончили свою жизнь вместо того, чтобы вернуться к нормальной жизни. Вывод Киритаки был в некотором смысле неизбежен.

Это было неизбежно, Но было слишком рано для такого вывода.

Эмилия: Подождите. ――Эм, а вы не могли бы оставить это мне?

Киритака: Эмилия-сама?

Поняв, что их разговор на эту тему подошел к концу, Эмилия быстро подняла руку. Она посмотрела прямо на Киритаку, чувствуя на себе его тревожный и выжидающий взгляд, и сказала:

Эмилия: Способ вернуть их всех к нормальной жизни прямо сейчас…… Извините, но я его не знаю. Но я хочу, чтобы вы не делали поспешных выводов. Нам нужно больше времени.

Киритака: Я понимаю ваши чувства, Эмилия-сама. Но все дело в том, есть ли в них это время. Большой вопрос заключается в том, как долго их духи могут сохранять равновесие в своих трансформированных телах……

Эмилия: Да, я знаю. Вот почему я найду время, чтобы защитить их разум. ――Это может быть грубый метод, но он, безусловно, сможет сделать свою работу. Способ усыпить их.

Субару: Я понял……Холодный Сон.

Поняв намерения Эмилии, Субару щелкнул пальцами и повысил голос.

Когда он почувствовал, что люди вокруг него вопросительно склонили головы из-за незнакомых слов, Субару кивнул Эмилии, которая смотрела на него,

Субару: Другими словами, Ты имеешь в виду то же самое, что и тогда с невестами в церкви, верно? С помощью магии Эмилии-тан мы погрузим трансформированных людей в состояние анабиоза. Это может закончиться просто отсрочкой неизбежного, но этого достаточно, чтобы отложить принятие решения. А пока мы должны найти решение.

Киритака: Заморозить их, и держать во сне…… Разве это возможно? Разве они не замерзнут насмерть во сне

Эмилия: С ними все будет в порядке. Это было недолго, но я использовала это на невестах, так что я понимаю, как это влияет на здоровье человека, и, кроме того, я также спала около 100 лет сама.

Киритака: ты спала около……!?

Хотя нежелательное волнение распространилось по всему залу, Субару сжал кулак от слов Эмилии.

Было необычно, что Эмилия была уверена в своей магии и что она настояла на том, чтобы попытаться использовать ее таким же образом. Это была прекрасная идея, о которой даже Субару не подумал.

Конечно, это не было радикальным решением проблемы, но им просто нужно было время, чтобы найти решение где-то еще, кроме как у Похоти. По крайней мере, их возможности должны быть увеличены в отсутствие установленного срока.

В худшем случае―― Да, это был худший случай, но такая возможность существовала.

Субару победит Похоть своими собственными руками и заберет Фактор Ведьмы, который был у неё. Или, возможно, если бы это был он, он не смог бы вернуть их к нормальной жизни, используя силу этого Фактора Ведьмы.

Он только что забрал Фактор Ведьмы Жадности, и вполне возможно, что повтор подобного был просто несбыточной мечтой.

Киритака: ……Если это возможно, то я непременно хотел бы попросить вас об этом, но……

Эмилия: Позволь мне это сделать. Вы точно не пожалеете об этом.

Эмилия повторила свою просьбу Киритаке, который колебался, не зная, что и думать. Киритака мучился перед ее серьезным отношением. Однако Лилиана, стоявшая рядом с ним, потянула его за рукав костюма.

Смуглая девушка посмотрела на Киритаку и заговорила:

Лилианна: О чем ты беспокоишься, Киритака-сан? А почему бы и нет? Пусть попробует! После всего, что сказала Эмилия-сама. Естественно, что есть шанс на успех!

Киритака: Конечно, я тоже хочу в это верить, очень хочу, Лилиана. Однако это то, что включает в себя много жизней. Мы не можем так легко принять решение……

Лилианна: Не стоит беспокоиться! Эмилия-сама не подведет. Потому что, Пооотооооомууу чтоооо! Великие герои будущего смогут без труда преодолеть все эти невзгоды! Эти героические сказки, где они преодолевают любую стену, стоящую на их пути, независимо от того, насколько она высока или толста! Кровь кипит в жилах, сказка, которая очаровывает всех, создается именно так!

Нежное бренчание Лю-лиры, неподходящее для этого места, разносилось повсюду.

Ни одно из идеалистических представлений Лилианны не имело под собой никаких оснований, но по какой-то причине они обладали странной силой убеждения. Конечно, это было не так просто, чтобы они приняли этот вывод, используя только это.

Субару: По крайней мере, давайте спросим их семьи. Если пострадали сотрудники Мэрии, то их семья должна находиться в этом городе, верно? Мы должны попытаться услышать от них, оставляют ли они такую возможность открытой.

Киритака: ……Что касается этого вопроса, то не должно быть никого, кто, казалось бы, смог бросить свою семью.

Субару: Тогда мы можем поговорить позже о том, оставим ли мы это Эмилии или нет. А что касается того, поверят они Эмилии или нет…… Ну, я хотел бы услышать об этом конкретно от консенсуса города.

Киритака перевел взгляд на Эмилию, выказывая признаки нерешительности. Если бы Эмилия съежилась от этого взгляда, то, возможно, спор затянулся бы еще больше.

Однако Эмилия без страха кивнула в ответ на его пристальный взгляд.

Эмилия: Предоставь это мне. ――Я сделаю это непременно.

Уверенность и убежденность―― Несмотря на то, что это было несколько иное чувство, Эмилия показала свою готовность встретить свои собственные поступки с сильным чувством самосознания и готовности.

Киритака: “――――”

Киритака потерял дар речи, увидев пристальный взгляд Эмилии и услышав ее утверждение.

И дело было не только в этом, взгляды людей вокруг, которые были направлены на Эмилию, также показывали бесконечное разнообразие реакций, как будто они качались на волне эмоций, отличных от тех, что были до сих пор.

Наконец Киритака глубоко вздохнул.

Киритака: Я по…нимаю. Конечно, я считаю, что мы должны стремиться к тому, чтобы наши желания сбывались, а не делать поспешных выводов. Поскольку битва за защиту Пристеллы тоже поначалу казалась безрассудной.

Киритака: Это я должен благодарить тебя…

Киритака криво усмехнулся, потеряв свою позицию. После конференции и после того, как они получат разрешение от семей жертв, казалось, что Холодный Сон от магии Эмилии будет реализован.

Субару ответил на кивок Эмилии, подняв вверх большой палец.

Прояснив второй спорный момент, то, что последовало дальше, стало их последней темой на повестке дня.

И это было――

???: Итак, последняя проблема……Было много сообщений о бессознательных людях неизвестной личности, которые были найдены один за другим в различных частях города. Я бы хотел, чтобы мы обсудили этот вопрос.

Скорее всего, для рыцаря, который был забыт и до сих пор хранил молчание, это был самая важная проблема.

***

???: В настоящее время число “Безымянных” людей, как сообщается, составляет 36. Среди них для нас есть шесть человек, которые, по-видимому, были частью Чешуи Белого Дракона. Более того, весьма вероятно, что в будущем число “Безымянных” людей будет увеличиваться.

Того, кто вел дебаты и выступал с докладом, звали Динасом, представитель Чешуи Белого Дракона. Он прикоснулся пальцами к драконьему гербу, вышитому на его белом одеянии, и на его лице появилось сильное выражение сожаления.

Скорее всего, это был герб, который означал, что они были Чешуей Белого Дракона. Двусмысленное свидетельство, которое он сказал, “кто, кажется, был частью”, должно быть, также было связано с этим гербом.

Фельт: Можно сказать, что люди, на которых напал этот Архиепископ Греха, “Безымянны”, верно? Мол, ребята, которые появились из ниоткуда, потерпели поражение.

Киритака: Принимая во внимание ситуацию, я бы сказал, что разумно так думать. Их униформа имеет соответствующую вышивку, вшитую…… Это действительно расстраивает, что их личности совершенно неизвестны.

Динас: Более того, есть еще 30 человек, которые находятся в аналогичном положении.....Это полный бардак. Неясно, были ли они или нет, трудно судить, что лучше всего сделать.

Жертвы Обжорства―― Иметь дело с людьми, у которых были съедены их “Имена”, в некотором смысле, было труднее, чем с жертвами Похоти. В конце концов, жертвы полностью исчезли из памяти тех, кто их знал. Кроме того, если люди, о которых идет речь, не были в сознании, то не оставалось никаких улик, чтобы установить их личность.

Даже с людьми из Чешуи Белого Дракона, возможно, было здорово, что только их принадлежность была известна, но никто не знал больше этого. Они не знали, о ком заботятся, или что-то в этом роде.

Фельт: Все “Безымянные“, которых вы нашли, были без сознания, верно? Какие были у пользователя целительных исскуств…… Нет, какой был его прогноз на этот счет?

Феррис: ……Это то же самое, как и с Похотью. Я не знаю, почему они без сознания. Результатом моего прогноза является то, что я думаю, что они просто спят. Но и в этом нет уверенности. Те, кто просто спит, должны продолжать ослабевать, но ведь есть случай с Рем-чан.

На слова Фельт Феррис посмотрел на Субару и затем заговорил.

Год назад, получив такой же урон от Обжорства, Рем была диагностирована у Ферриса так же, как и "Безымянные” люди. Результат прогноза был точно таким же. И все же до сих пор Рэм не проснулась, и все же ее здоровье не ухудшилось.

Несмотря на то, что она казалась спящей, он должен был сказать, что ее тело не выполняло своих функций по жизнеобеспечению. Ее волосы не росли, и даже не было никаких выделений. Она была в непостижимом состоянии.

Субару: Оставив в стороне знание их личностей или нет, забота об этих людях проста. Лучше иметь дело с прикованными к постели людьми, так как они прикованы к постели, мы можем просто оставить их спать в своих кроватях…… Хотя, по правде говоря, мне бы хотелось, чтобы рядом с ними был кто-то, кто их знает.

Рикардо: Поскольку это невозможно, то в этом и проблема, верно? Это что-то очень трудное.

Даже при том, что он знал, что говорить это было наполовину бессмысленно, Субару сделал это для Рем. В реальном смысле у него не было другого выбора, кроме как победить Обжорство для Рем.

Даже если бы он знал это, предложив немного сопротивления, Субару был бы доволен собой.

Наивность Субару была опровергнута Рикардо, который повысил голос, но на его лице не было никаких следов недоброжелательности. Когда он обернулся, чтобы взглянуть на него, Рикардо сидел на двух стульях, поставленных рядом, втиснув в них свое огромное тело, и принимал участие в конференции.

Казалось, его жизнерадостность не изменилась, но было что-то, что изменилось только в одном месте. И это было изрядное количество бинтов, которые были обернуты вокруг него, а его правая рука отсутствовала от локтя вниз.

Рикардо: Не делай такое несчастное лицо, бро. Это правда, что я облажался, но я жив. Когда ты думаешь о том, что произошло сейчас, это гораздо более предпочтительный ущерб.

Заметив пристальный взгляд Субару, Рикардо поднял отрубленную правую руку и обнажил клыки. Похоже, Рикардо потерял правую руку из-за нападения Обжорства во время ожесточенной битвы у башни управления.

Он слышал это от Юлиуса, который сражался на его стороне. Юлиус также сказал ему, что Рикардо потерял руку, защищая его, и что сам Рикардо этого не помнит.

Словно доказывая это, Рикардо перевел взгляд на Субару и сказал:

Рикардо: Кстати, я вижу, что этот красивый парень рядом с тобой - знакомый моего бро? Похоже, ты встретил парня, которого искал, и это большое облегчение, верно? Искренне благодарю вас за то, что помогли мне раньше.

Юлиус: “――――”

Назвав Юлиуса красивым парнем, Рикардо повел себя так, словно разговаривал с незнакомцем.

Судя по ходу разговора, Юлиус обменялся с Рикардо теми же словами, что и в тот раз, когда он сначала пытался убежать Субару.

Юлиус должен был отнести раненого Рикардо в убежище, так что можно было предположить, что в конце концов Рикардо поблагодарил именно за это.

Тем не менее, оставлять это недоразумение как есть было слишком мучительно.

Кроме того, они подошли к теме Обжорства. Казалось, пришло время перейти к делу.

Субару: У меня есть кое-что, о чем я хочу поговорить со всеми. Это что-то важное, связанное с делом “Безымянных".

Поднявшись, Субару привлек к себе внимание всех присутствующих в зале.

Прямо сейчас, тот, кто имел больше всего информации о том, как иметь дела с “безымянными” был Субару. Субару почувствовал, что все взгляды, естественно, наполнены предвкушением решения этого положения дел, однако он покачал головой.

Субару: Я сожалею, что вызвал ожидание, честно говоря, это не то, что сразу же даст надежду. Но я должен поговорить об этом.

Анастасия: Знаешь, если ты дашь экстравагантное предисловие, ты обязательно заставишь нас волноваться. Что ты собираешься сказать?

Анастасия бросила несколько шутливых слов Субару, чтобы попытаться снять некоторое напряжение в этом месте. Однако именно она должна быть наиболее подготовленной к этому.

В противном случае этот факт мог вывернуть ее нынешнее душевное состояние наизнанку.

Субару сделал быстрый вдох, а затем посмотрел на лица всех присутствующих. И наконец, он посмотрел на Юлиуса, который кивнул, несмотря на напряженный вид.

Увидев это, Субару указал рукой на Юлиуса и задал свой вопрос.

Субару: Здесь есть кто-нибудь, кто знает имя этого человека?

Каждый: “――――”

На вопрос Субару в зале воцарилась тишина.

Однако время, проведенное в молчании, не было вызвано отсутствием понимания. Это было потому, что все чувствовали намерение вопроса Субару и размышляли о положении Юлиуса.

И на этом основании, если никто не сказал ни слова, это означало, что не было никого, кто имел бы представление о личности Юлиуса.

Субару: Ал! Что насчет тебя? Разве ты не помнишь его лицо?

Ал: А? Что случилось, братан? С чего это ты вдруг меня спрашиваешь?

Услышав, как его имя резко выкрикнули, Ал от удивления повысил голос. Такого поведения было достаточно, чтобы доказать, что у него сохранились воспоминания о Юлиусе, но даже в этом случае он должен был убедиться.

Субару положил руку на круглый стол и задал свой вопрос Алу, одновременно наклонившись к нему.

Субару: Ты действительно не знаешь почему? Это то, что у нас с тобой общее. Так ты не помнишь этого парня? Ну? Ответить мне.

Ал: ……А, так вот почему. Прости, брат. Я знаю, что ты имеешь в виду, но не думаю, что смогу тебе помочь. Этого парня нигде нет в моей голове.

Субару: Ты абсолютно уверен? Если ты подумаешь немного серьезнее……

Юлиус: Достаточно. ――Этого достаточно, Субару.

Как попаданец―― Ал предположил намерение, стоящее за этими сериями вопросов, основываясь на этом, но он не кивнул головой. Тем не менее именно Юлиус остановил неумолимого Субару.

Юлиус похлопал Субару по плечу с несчастной улыбкой на лице и поклонился Алу.

Юлиус: Я слишком многого ожидал, прости. Мы приносим извинения за нашу невежливость.

Ал: У тебя нет причин извиняться. Я не знаю…… Если ли такая причина или нет, но вам не нужно извиняться передо мной.

Взмахнув единственной рукой, Ал отвернулся от Юлиуса.

В его реакции не было и намека на фальшь. Это была, вероятно, правда, что Ал не помнил Юлиуса. Тогда это означало, что часть гипотезы Субару была неправильной.

Мир, из которого они вышли, не имеет ничего общего с влиянием полномочия Обжорства.

Если это было так, то, в конце концов, наиболее вероятной причиной был Фактор Ведьмы внутри тела Субару. И это, казалось, было ограничено изоляцией с внешним миром как и в случае с Беатрис.

Вильгельм: Судя по рассказу, Субару-Доно. Этот молодой человек был связан с нами…… И в дополнение к этому, я также думаю, что это кто-то, кто был в довольно важном положении?

Вильгельм высказал свое умозаключение, понаблюдав за обменом репликами троицы. Другие, скорее всего, пришли бы к тому же выводу, что и мудрый мечник.

Субару кивнул Вильгельму, а затем повернулся к Юлиусу.,

Субару: Это Юлиус. Юлиус Юклиус. Как все вы уже догадались, его “Имя” было съедено Обжорством, и в итоге он стал одним из “Безымянных” людей. Но этот случай отличается от других людей, которые бессознательные. ――Его сознание осталось.

Феррис: У нас есть такой случай? Его забыли все вокруг, но сам он помнит…… Итак, этот человек - один из нас?

С недоверием на лице Феррис перевел взгляд с Субару на Юлиуса, а затем снова на него. На слова дрожащего Ферриса Рейнхард вздернул подбородок и сказал: "Кажется, это так"

Святой Меча посмотрел на Юлиуса своими спокойными глазами и сказал:

Рейнхардт: Перед конференцией Субару задал мне тот же вопрос. Он… Юлиус, вероятно, был моим знакомым или Ферриса. Или, может быть, слова "знакомый" недостаточно, чтобы описать наши отношения. Возможно, друзья.

Юлиус: ……По крайней мере, я думал о вас обоих как о друзьях. Если вы оба считали меня своим другом, то ничто не заставит меня чувствовать себя более польщенным.

Феррис: Друзья…… Значит, Юлиус, ты тоже рыцарь? Один из Королевских Гвардейцев?

И Рейнхард, и Феррис были озадачены тем, что незнакомец назвал их друзьями. С их реакцией ничего нельзя было поделать, поэтому Юлиус поправил их наполовину смиренно.

Внутренности Субару горели от гнева, когда он наблюдал за обменом репликами этой троицы.

Какая же это была извращенная, тошнотворная сцена.

Субару не знал в деталях, как они втроем встретились, как они стали друзьями, и на что была похожа их дружба.

Тем не менее, как коллеги, как друзья, все трое должны были общаться друг с другом в близкой, естественной манере. Теперь от этих связей не осталось и следа.

Когда “Имя” Рем было съедено, и все забыли о ее существовании, Субару подумал, что в этом мире нет ничего более печального, чем это.

Но как насчет нынешнего состояния Юлиуса? Ощущение полной утраты, охватившее его после того, как его покинули все в этом мире; если это не печально, то что же тогда?

Грусть - это не то, что можно сравнить. Но даже если и так, это было слишком жестоко.

Анастасия: ……я думаю, это не похоже на то, что он был простым Королевским Гвардейцем.

Как гром среди ясного неба, слова Анастасии встряли между болезненной первой встречей этих друзей.

Она придала своему нежному лицу задумчивое выражение и облизнула губы, коснувшись подбородка. Затем она указала на Рикардо, а потом на Юлиуса,

Анастасия: Юлиус-сан был тем, кто вернул на своих плечах тяжело раненного Рикардо. Сразу после того, как мы немного поговорили о лечении Рикардо, он сразу же ушел, сказав, что ему нужно пойти и поискать кого-нибудь…… Но что касается этой реакции, то именно так он и поступил, верно?

Юлий: Анастасия-сама……

Это была их вторая первая встреча, которая между хозяином и слугой обычно не должна была происходить. Вспоминая горькие воспоминания того времени, Юлиус с болью на лице произнес имя своего господина.

Однако Анастасия даже не обратила внимания на присутствие трепетной преданности, которую он вложил в эти слова. Она задумалась на мгновение, а затем подняла один из своих пальцев.

Анастасия: Случай с "Безымянным” Юлиус-саном - очень необычный. Мы не знаем, сколько людей в городе находятся в таком же состоянии, но, возможно, есть возможность подтвердить это и для других, которые подобны бессознательному “безымянному”. Нет никаких сомнений, что это тоже серьезная ситуация. Не верно ли это?

Отведя взгляд от Юлиуса, Анастасия перевела разговор на общий план. Похоже, вопрос о личности Юлиуса был отложен как одна из неразрешимых проблем.

Это было довольно несправедливо по отношению к нынешнему Юлиусу, но Субару был единственным в этом месте, кто мог чувствовать себя оскорбленным этим.

Анастасия: В свете этих проблем…… У меня есть предложение, ты не против?

Субару: Предложение?

Самые сокровенные чувства Субару были отброшены в сторону, и внимание конференции снова было направлено на Анастасию.

Оказавшись в центре внимания, Анастасия огляделась вокруг, прежде чем, наконец, остановить свой взгляд на Субару и Юлиусе.

Анастасия: Жертвы Культа Ведьмы…… Жертвы Похоти и “Безымянные" Обжорства. Просить Архиепископов Греха, о которых идет речь, найти решение для каждого из них безнадежно, согласны мы с этим?

Киритака: Было бы трудно заставить их говорить, в этом смысле, я думаю, вы правы. Но чрезмерно пессимистичное мнение, напротив, может привести к тому, что наше мнение затуманится.

Анастасия: Это не значит, что я тоже думаю о худшем. Но есть не только один способ получить ответ, я хотела это сказать.

Субару: Есть другой способ получить ответ?

Субару закончил тем, что повторил слова Анастасии, не понимая смысла ее слов.

Другое решение, кроме как спросить соответствующих Архиепископов Греха, кто был виновен в нанесенном ущербе―― Если бы такой способ существовал, он, вероятно, был бы близок к сделке с Ведьмой.

На долю секунды ему в голову пришел выбор, который Субару не должен был делать, потому что если бы это была Ведьма Жадности, она, возможно, знала бы ответ.

Эмилия: Так что ты имеешь в виду? Пожалуйста, скажите нам ясно.

Однако Эмилия спросила Анастасию об истинном значении ее слов вместо Субару, который был занят тем, что качал головой, отрицая эту идею. А потом, стуча пальцами по голове, Анастасия сказала:

Анастасия: Если мы не можем получить информацию от этих жуликоватых Архиепископов, то мы должны спросить об этом у другого человека, который может знать. ――Такой человек есть. Кто-то из этой страны, кто может знать способ.

???: Этого не может быть……

Догадавшись о значении слов Анастасии, кто-то произнес это хриплым голосом.

Однако, в отличие от всех остальных вокруг него, кто понял, что она имела в виду, Субару понятия не имел, что означало ее заявление.

Фельт: Я не понимаю. Не напускай на себя напыщенный вид и говори ясно.

Фельт угрюмо потребовала этого от Анастасии, ее понимание было таким же, как и у Субару. Анастасия криво усмехнулась словам Фельт и извинилась: “прости, прости”

Анастасия: ――Мудрец Шаула.

Фельт: А?

Анастасия: Сторожевая Башня Плеяд, если это “Мудрец”, который должен быть там……Если это легендарный человек, который может видеть все в мире, было бы не странно, если бы он знал, верно?

Она сказала это и раскрыла истинные намерения, стоящие за ее предложением.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 79. Сторожевая Башня Мудреца

Перевод: imy , Yan Stein

Редактура: imy , Ekidonaa

***

Анастасия: Мудрец Шаула…

Стоило только Анастасии упомянуть это имя, как вокруг тут же поднялся шум.

Пока все переглядывались между собой и не могли поверить в услышанное, Субару, казалось, был совершенно отвлечен от этой проблемы.

Он с мрачным видом похлопал Эмилию по плечу и сказал:

Субару: Эм, этот Мудрец Шаула… кто-то известный?

Эмилия: ...Субару, неужели ты не читал "Сказку о Ведьме", когда изучал алфавит? Я думала, что эта детская сказка должна быть в книге, которую ты столько раз перечитывал.

Субару: "Сказка о Ведьме"... Ах, в той книжке с картинками. Теперь, когда ты упомянула об этом, я подумал, что эта история тоже наверняка была там.

То, на что указала Эмилия, пробудило в нем прошлогодние воспоминания.

Он погрузился в воспоминания о тех суматошных днях, год назад, когда он только учился читать по детской книжке с картинками──Как раз тогда, когда он только устроился на работу в особняк Розваля.

Это был сборник классических произведений, состоявший из популярных в этом мире детских сказок, среди которых наверняка была и та самая иллюстрированная сказка о “Ведьме Зависти”. Впрочем, в той сказке…

Субару: Честно говоря, её содержание было не слишком подробным, поэтому я не до конца все понял. Все, что мне удалось узнать, это то, что давным-давно, в одном месте, ведьма сделала что-то ужасное.

Эмилия: Действительно, слишком расплывчато... Уммм, дай мне подумать.

???: "Ведьма Зависти“ - это символ немыслимого ужаса, который однажды принес хаос и разруху в этот мир.

Пока Эмилия размышляла, как бы ей рассказать все Субару, показавшему свое немыслимое невежество, Юлиус, сидевший напротив нее, заговорил.

Юлиус: Там говорится, что она была бесконечно жестокой и безжалостной полуэльфийкой, обладавшей огромной магической силой, которая позволяла ей в совершенстве пользоваться магией теней. Кроме того, ее имя… мы знаем только, что ее зовут Сателла. Даже сейчас шрамы, оставленные ей в этом мире, весьма ощутимы.

Субару: "……Ээээ"

Субару почесал подбородок в ответ на объяснение Юлиуса, который изо всех сил сдерживал свои эмоции.

Он сосредоточился на том, чтобы дать максимально нейтральное объяснение, но выражение его лица выдавало ту боль, которую он испытал, несмотря на то, что никто вокруг не упоминал об этом. Тем временем он продолжил свое объяснение:

Юлиус: У Великого Водопада, далеко на востоке Лугуники, есть святилище, возведенное из Магических Запечатывающих Камней. Сейчас эта Ведьма запечатана в том самом святилище. Даже сейчас эта нечестивая Ведьма продолжает извергать свои проклятые миазмы, докучая живым.

Субару: …Я слышал, что ее нельзя уничтожить. Но как тогда им удалось запечатать в святилище такую могущественную Ведьму?

Юлиус: Вот тут-то и вступает в игру имя Мудреца из прошлого.

Услышав вопрос Субару, Юлиус кивнул.

Рыцарь коснулся рукояти меча, висящего на его поясе, и посмотрел в самый конец круглого стола - прямо на красноволосого юношу.

Юлиус: Четыре сотни лет назад, три великих героя внесли свой вклад в запечатывание “Ведьмы Зависти”. Одним из них был Святой Меча, Рейд Астрея - Посланное небом дитя меча, который стал первым, кто получил Благословение Святого Меча и титул, который унаследовал Рейнхард.

(п/п: "Посланный небом ребенок" - распространенная в японской традиционной культуре концепция. Так называют дитя, которое было рождено в результате молитвы божеству. Многие из них существуют в легендах, фольклоре и, вероятно, религии в том числе.)

Рейнхард: Есть также записи, которые гласят, что Рейд Астрея, первый Святой Меча, не имел Благословения. Не все известные легенды безусловно правдивы. Хотя, конечно, нельзя спорить с тем фактом, что именно Рейд-сама дал начало нынешней семье Астрея и титулу Святой Меча.

Рейнхард, который был потомком упомянутого человека, дополнил то, что сказал Юлиус.

Однако, учитывая, что его предок совершил великие дела, которые оставили свой след в истории, выражение лица Рейнхарда, когда он говорил об этом, было несколько смятенным. Он также, казалось, забеспокоился о Юлиусе, когда дело дошло до этого. Не похоже, чтобы он собирался настаивать на вопросе о наследственном Благословении.

В любом случае,

Субару: Итак, Мудрец был спутником того Святого Меча, как я понял.

Эмилия: Точнее, Мудрец Шаула и Божественный Дракон Волканика… Дракон, который защищает Королевство Лугуника. Говорят, что все началось с обещания, согласно которому Волканика присоединился к сражению, чтобы запечатать Ведьму Зависти, и он по сей день наблюдает за нашим королевством.

Субару много раз слышал имя Божественного Дракона Волканика в том зале, где Кандидаты на Престол выражали свою решимость.

В его воспоминаниях кровь дракона всегда считалась чем-то, способным принести плодородие опустошенной земле, позволить человеку победить любую болезнь и сделать его великим и непревзойденным.

Юлиус: Принято называть Святого Меча, Мудреца и Божественного Дракона тремя великими героями. Ты должен это знать.

Субару: Воа, не заводись… Я понял, спасибо за объяснение.

Субару поднял руку, показывая согласие со словами Юлиуса и Эмилии, но вдруг его взор упал на Беатрис. Заметив пристальный взгляд Субару, она медленно покачала головой.

К сожалению, Беатрис, похоже, не была знакома с легендой 400-летней давности.

Она была искусственным духом, созданным Ехидной, но в ее распоряжении имелась лишь вся необходимая информация для поддержания Запретной Библиотеки, она была полностью отчуждена от остального мира. У Субару сложилось впечатление, что она не знала никакой дополнительной информации касательно этого дела, поскольку была довольно безразлична к истории и традициям этого мира, проводя все свое время взаперти.

Субару: Я сожалею, что завел разговор в тупик. Давайте продолжим. Но этот Мудрец Шаула...

После того, как он извинился за то, что прервал обсуждение, Субару взял на себя инициативу, чтобы попытаться вернуть разговор в прежнее русло. Но, пока он говорил, он заметил что-то странное и не смог удержаться, чтобы не наклонить голову.

Он понимал предысторию Мудреца Шаулы, героя 400-летней давности, но――

Субару: Эээ, Что? Она все еще жива? Спустя 400 лет?

Эмилия: Разве это так странно?.. Мне тоже около ста лет…

Все Остальные: "──!?"

Услышав бормотание Субару, Эмилия приложила палец к губам, на её лице появилось озадаченное выражение. Зал немного пошевелился от её шепота, но Субару, напротив, только ответил: “Ты права.”

Если он успокоится и подумает об этом, то реальный возраст полуэльфийки Эмилии превысит 100 лет, а Беатрис была лоли, которой было около 400 лет. Ему показалось, что Пак тоже упоминал, что ему 400 лет; в таком случае, не означает ли это, что средний возраст лагеря Эмилия был около 100 лет?

Субару: Если отбросить этот довольно шокирующий факт… Что насчет нынешнего состояния Мудреца?

Юлиус: Она жива. ――В этом, кажется, нет никаких сомнений.

Субару: Кажется…?

Субару нахмурился, услышав невнятный ответ Юлиуса.

Но Юлиус был не единственным, кто не мог четко ответить, все вокруг были такими же. Особенно те, кто был из Королевской Гвардии, Феррис и Рейнхард, которые выглядели уж слишком обеспокоенными.

Субару: Ну и что это значит?

Юлиус: Её местонахождение известно, и я осмелюсь сказать, что её существование подтверждено. Однако, ни одному человеку не удавалось поговорить с Мудрецом… Наверное, в этом вся проблема.

Субару: Еще раз, что это значит?

Они знали, где она находятся, и, хотя это было не совсем ясно, но они смогли подтвердить, что она жива. Однако, войти с ней в контакт было невозможно.

Он думал, что сможет сложить все эти образы воедино, но…

Юлиус: В настоящее время Мудрец Шаула находится в башне возле Святилища Ведьмы и всегда уединялась там, чтобы остановить тех, кто планирует возродить Ведьму Зависти. Всегда, с тех самых пор.

Субару: …400 лет?

Юлиус: 400 лет.

Это была крайне абсурдная история.

Беатрис, которая в течение четырехсот лет скрывалась в Запретной Библиотеке, уже была настоящим открытием, но этот Мудрец Шаула, или как её там, тоже была довольно упрямым человеком.

Феррис: Башня, в которой живет Мудрец Шаула - Это Сторожевая Башня Плеяд, верно? Там уважаемый Мудрец продолжает трудиться день и ночь, чтобы предотвратить Возрождение Ведьмы.

Субару: …Мхм, название башни заставляет меня кое о чем подумать, но это не имеет значения, продолжай.

Феррис: Даже если ты говоришь мне продолжать, это почти все, ты знаешь? Мудрец Шаула отдает этому все свои силы и продолжает следить за Святилищем, чтобы обеспечить мир во всем мире, вот что известно.

"Вот и все", - сказал Феррис, хлопнув в ладоши с угрюмым выражением лица.

Даже если он сказал, что это был конец, по его поведению было ясно, что история не закончилась полностью, учитывая, что то, что он сказал, не могло объяснить печальное настроение вокруг зала.

Естественно, должна быть какая-то причина, почему они были такими──,

Субару: В таком случае, она не должна вызвать проблем?

Анастасия: Чтобы обеспечить мир во всем мире, Мудрец Шаула продолжает наблюдать за Ведьмой… её имя известно везде во всем мире. Я тоже знаю о ней с тех пор, как была в Карараги. Но, в то же время, Мудрец Шаула известна и по другим причинам.

Субару: “──?”

Анастасия грациозно улыбнулась, сделав паузу между словами на секунду.

А затем, глядя на Субару, у которого было плохое предчувствие по этому поводу, она заговорила:

Анастасия: Мудрец Шаула - человек из тех, у кого есть крайние проблемы с доверием к другим людям. Она та, кто не может доверять ни единой душе. ──Неважно, какова цель тех, кто приближается к Сторожевой Башне и Святилищу, она убивает их всех. По крайней мере, я так слышала.

***

――Она была такой по объяснению Анастасии.

Мудрец Шаула построила Сторожевую Башню Плеяд и продолжала наблюдать за Святилищем Ведьмы.

До сих пор, было много людей, которые пытались войти в контакт с Мудрецом, но все их планы потерпели неудачу, и они сдались.

Это произошло из-за вмешательства не кого иного, как самого Мудреца Шаулы.

Анастасия: Великий Водопад на дальнем востоке Лугуники… Похоже, что Святилище Ведьмы и Сторожевая Башня находятся рядом, но Мудрец не знает, кто к чему собирается приблизиться, верно?

Поэтому Мудрец убивала без разбора, независимо от того, был ли это несчастный Культист, который пытался найти Святилище Ведьмы, или человек, который пытался войти в дружеский контакт с Мудрецом Сторожевой Башни.

Добро или зло человека, его симпатии или антипатии, его праведность или злонамеренность - все это не имело значения, поскольку это был лучший способ.

В результате не осталось никаких сообщений или записей о том, что кто-то смог войти в контакт с Мудрецом Шаулой за все эти 400 лет.

Феррис: Ноооо, поскольку ситуация, когда она нападает на любого приближающегося, продолжается и продолжается, мы можем легко быть уверены, что Мудрец Шаула все ещё находится в Сторожевой Башне даже сейчас.

Субару: Они сто процентов чертовски раздражают Мудреца…

Феррис: Это няу так. На самом деле, есть много Культистов Ведьмы, которые пытаются приблизиться к Святилищю. Их больше, чем ты можешь себе представить, Субару-кюн. Мудрец-сан имеет дело с каждым из них, она просто упорно придерживается своей цели предотвратить возрождение Ведьмы Зависти.

(imy: я ни разу за все главы что работал не видел этого стиля речи ферриса, я удивлен увидеть его почти в конце.)

Несмотря на то, что он высказал свое положительное мнение, выражение лица Ферриса не прояснилось. У всех членов Королевской Гвардии тоже было одно и то же тревожное выражение лица, и если это произошло, то, возможно, был случай, когда Мудрец преподала болезненный урок всей Королевской Гвардии.

Субару слабо кивнул в ответ на немного слащавое высказывание Ферриса.

Конечно, если посмотреть на это с точки зрения “делай все возможное, чтобы достичь цели“, это было бы невероятно раздражающе, но если принять во внимание злую природу Культа Ведьмы, это была бы естественная предосторожность.

Скорее всего, именно потому, что был кто-то, кто продолжал охранять Ведьму Зависти, можно было даже подумать, что в этом мире есть какая-то система безопасности, действующая против Ведьмы Зависти.

Присцилла: Мимолетна ночь, меня не заботят проблемы отшельника, что живет в трепете всё своё время. Важно то, что она отнимает у меня моё драгоценное время. Если вы продолжите эту бесполезную болтовню, я поспешу вернуться в гостиницу. Я должна попросить Шульта помассировать мне ноги.

Шульт: Д-Да, мэм. Присцилла-сама очень много работала и очень устала! Я ценю это всем своим сердцем!

Когда его обняли и похоронили в огромных грудях, Шульт ответил с покрасневшим лицом. Присцилла, которая гладила мальчика с улыбкой настоящей злодейки, с самого начала не нашла в этом разговоре ничего стоящего.

Это было что-то вроде чуда, что она за все это время не закатила истерику.

Фельт: Даже если я не на стороне этой принцессы, я тоже согласна, что мы должны вернуться к основной теме. Расскажи нам о Мудреце.

Фельт потребовала, чтобы они вернулись к основной теме, и на ее лице появилось выражение крайнего нетерпения.

Соглашаясь с таким положением дел, Субару обернулся и посмотрел на Анастасию.

Субару: Хоть мы постоянно прерывали тебя снова и снова, что ты там говорила насчёт этой затворницы-мудреце?

Анастасия: Тааак, история наконец-то возвращается к своему началу.

Анастасия хлопнула в ладоши. А потом она внимательно посмотрела на лица всех сидевших за круглым столом, все еще нежно касаясь своего лисьего шарфа,

Анастасия: ──Как всем известно, Мудрец Шаула помогла с запечатыванием Ведьмы Зависти своей несравненной мудростью и магической силой. А также отменной проницательностью, с помощью которой, как говорят, она видит мир насквозь, и знания, которые, как говорят, все об этом мире. Если и то и другое верно без преувеличения…… Тогда не думаешь ли ты, что она должна знать, что делать с тем, что оставили после себя Культ Ведьмы?

Субару: ...но разве то, что ты говоришь, не просто принятие желаемого за действительное?

Анастасия: Значит ли это, что ты не согласен, Нацуки-Кун?

Хотя казалось, что она ответила на его вопрос другим вопросом, найти ответ на вопрос Анастасии было трудно.

Попытка положиться на то, что он просто взглянет на её титул “Мудрец”, была честным выходом. В отношении этого Субару не думал, что это была плохая идея. Если она была кем-то, кто достиг таких достижений, которые зашли так далеко, что даже остались в легенде, тогда, возможно, она действительно могла знать способ как противостоять Полномочиям Фактора Ведьмы.

Но Субару охватило совсем другое беспокойство.

Имя Мудреца Шаулы и Сторожевая Башня Плеяд, где она жила. Эти два ключевых слова не позволяли ему послушно принять ее предложение.

Потому что слова "Шаула" и "Плеяды" были хорошо знакомы Субару.

Субару: “――――”

Согласно современным знаниям Субару, имя Шаула соответствовало второй по яркости звезде Скорпиона.

Плеяды со Сторожевой Башни Плеяд были гораздо более явными, поскольку это было название звездного скопления, известного как Скопление Плеяд―― Их японским названием было Субару.

Конечно, он не думал, что это было что-то, что обозначало Нацуки Субару, но того, что названия небесных тел, о которых он знал, появлялись в этом мире, было достаточно, чтобы его уровень тревоги поднялся до максимума.

Архиепископы Культа Ведьмы──Петельгейзе, Регулус, Сириус, Капелла, Альфард, Батенкайтос.

В настоящее время, все Архиепископы Греха, чьи имена вышли на свет, носили в своих именах имена звезд из мира Субару; невозможно было не иметь предвзятого отношения к Мудрецу Шауле и Сторожевой Башне Плеяд.

Феррис: Если отбросить особое мнение Субару-кюна…

Феррис вмешался в разговор вместо Субару, который продолжал молчать, так и не придумав удачного возражения. Он приложил палец к щеке и, приняв свою обычную позу, за исключением разве что строгого взгляда, сказал:

Феррис: Сама идея посетить Мудреца может быть и хороша, но разве это не вопрос, как мы это сделаем? Есть ли какой-нибудь способ? Даже когда никому не удавалось добраться до Сторожевой Башни.

Фельт: Причина, по которой это не случалось, заключается в том, что Мудрец просто слишком сильна, вот и вся история, верно?

Услышав дразнящие слова Ферриса, Фельт задала вопрос, скрестив ноги на стуле. Она бросила мимолетный взгляд в сторону Рейнхарда.

Ясно, если это не означало, что он не соответствует силам Мудреца, тогда…

Фельт: Мы могли бы справиться с этим, если это Рейнхард, верно? У него нет другой пользы, кроме как быть сильным, но когда дело доходит до подобного, он невероя-а-атен.

Рейнхард: Это необычно, что Фельт-сама хвалит меня, большое спасибо.

Фельт: Вот что я имела в виду.

Фельт почувствовала раздражение от ответа Рейнхарда. Однако сразу же после этого Рейнхард опустил брови, как будто его что-то беспокоило.

Он сказал "но…" извиняющимся тоном, и…

Рейнхард: .…К сожалению, я не смог добраться до Сторожевой Башни. Мне не хватало сил.

Фельт: …Этому парню не хватило силы... разве это немного не тревожит?

Юлиус: Он не имеет в виду недостаток боевой мощи, Фельт-сама. Я бы сказал, что в этом мире нет такой области, куда не смогла бы проникнуть истинная сила Рейнхарда. Но Сторожевая Башня Плеяд - это совсем другая проблема по сравнению с такими препятствиями.

Феррис: Чтож, тебе известны подробности… Хотя, если ты был в Королевской Гвардии, это вполне естественно.

Феррис смутился, услышав, как Юлиус продолжил слова Рейнхарда. Краем глаза наблюдая за напряженными отношениями между тремя Королевскими Гвардейцами, Субару обратился к Рейнхарду:

Субару: С какой целью ты пытался встретиться с Мудрецом?

Рейнхард: Это был приказ Королевства. Для излечения от болезни, вот для чего. ――Это было около двух лет назад.

Субару: Двух лет назад…

Фразы "болезни" и "два года назад" позволили Субару понять обстоятельства произошедшего.

Два года назад, члены Королевской Семьи заболели один за другим неизвестной болезнью, прямо в Королевском Замке. Это была эпидемия, когда не было известно какого-либо лечения── Скорее всего, они приказали Рейнхарду войти в контакт с Мудрецом, чтобы узнать лекарство от этой болезни.

Но он этого не смог сделать, что и объясняло мрачные лица трех Королевских Гвардейцев.

Рейнхард: Сторожевая Башня и Святилище, они находятся у Великого Водопада на восточной окраине Лугуники―― В окружении Песчаных Дюн Аугрии. Сторожевая Башня видна на некотором расстоянии от входа в Песчаные Дюны. Так что вы не должны потерять это место из виду, но…

Субару: Но?

Рейнхард: Есть много странных явлений, которые часто происходят в песчаных дюнах, так что вы не сможете приблизиться к Сторожевой Башне. Одна теория гласит, что это из-за миазм, которые просачиваются из Святилища.

Рейнхард: Вдобавок ко всему, Песчаные Дюны Аугрии превратились в пристанище для Магических Зверей, которых притягивают миазмы. На той земле, полной миазм, свирепость и сила зверей зашкаливает. Даже простую идею идти туда можно считать самоубийстенной.

Субару: Итак, это своенравная пустыня С пристанищем для Демонических Зверей. Конечно же это ад…

В дополнение к беспокойству о самом Мудреце, существовала ещё и пустыня, которую не смог пересечь даже Рейнхард, и целая куча Магических Зверей, которые бродили по пустыне──Считая все вместе, факторов для отказа от похода было слишком много.

Вполне понятно, почему за последние 400 лет ни разу не удалось установить контакт с Мудрецом.

Анастасия: ──Да, но что, если бы был способ пересечь этот ад?

Каждый: “――――”

Все подняли головы от её неожиданных словах, как раз когда мрачная атмосфера начала окутывать их.

Анастасия удовлетворенно улыбнулась, потому что вмешалась именно в нужный момент. Затем она кивнула, чтобы все могли видеть,

Анастасия: Он есть, именно поэтому я упомянула имя Мудреца.

Феррис: Анастасия-сама из Карараги, вы знаете способ как добраться до Мудреца, который был в уединении в течение 400 лет, в такое время? …Что это значит?

Анастасия: Ты испортил свое хорошенькое личико. Я тебе все объясню, даже без этого колкого лица.

Небрежно отвернувшись от взволнованного Ферриса, Анастасия сняла с шеи шарф.

А потом она развернула свой шарф поверх круглого стола и приподняла головную часть,

Анастасия: Я упоминала о ней перед оборонительной битвой, мой искусственный дух, Ехидна. Эта маленькая знает путь к Сторожевой Башне Плеяд. ――Вот почему мы можем пойти и встретиться с Мудрецом Сторожевой Башни.

Субару: “――――”

У Субару перехватило дыхание, услышав заявление Анастасии.

Искусственный дух Ехидна, существо, которое замаскировалось под лисий шарф, была ключом к достижению Мудреца.

???: ──Я получаю так много внимания, хах. Ты заставляешь меня краснеть!

Сказав это, лисий дух подняла свою шею.

Субару не знал, насколько он может доверять ей, так же как и ведьме, у которой она позаимствовала свое имя.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 80. Оставляя после себя рябь на поверхности воды

Перевод: imy, Yan Stein

Редактура: imy

***

???: ──Итак, давайте начнем.

Эмилия позволила своему прекрасному, кристально чистому голосу эхом разлететься по комнате, и ее лицо слегка напряглось.

Она обратилась ко всем людям в комнате своим звонким голосом.―― Или, возможно, она сделала это, чтобы убедить себя; в любом случае, она подняла вверх свои тонкие руки.

Эмилия: “――――”

Закрыв глаза, Эмилия начала концентрировать свою ману на обеих руках.

Огромная магическая сила кружилась вокруг, и она предельно сконцентрировалась, чтобы справиться с ней с точностью. Если бы у нее не было ни того, ни другого, она не смогла бы достичь своей цели, это была попытка, которую могла сделать только она.

Эмилия: “――――”

Бесчисленные взгляды устремились на Эмилию, которая столкнулась со своей великой магией лицом к лицу с серьезным выражением лица. Женщины и дети жались друг к другу, следя за ее действиями затаив дыхание.

Одни держали друг друга за руки, другие закрыли глаза, словно молясь или желая чего-то; они дрожали, разделяя лишь надежду и тревогу.

Субару: …Это должно быть тяжело для них.

А в дальнем конце той же комнаты Субару молча наблюдал за Эмилией, которую переполняло множество сложных эмоций.

Район, в котором они находились, был частью подземных сооружений в Пристелле.

Первоначально это был подвал, в котором хранилась провизия на случай непредвиденных обстоятельств. Его нынешнее почти пустое состояние идеально подходило для их цели. В каменном подвале ничего не находилось, и его просторность, казалось, только подчеркивала его унылость и холод.

Но он идеально подходил для их нынешней цели именно потому что это было именно таким местом.

Субару: Хотя я бы не сказал, что это что-то хорошее.

Беатрис: Перестань бормотать сентиментальности, я полагаю. Было бы нехорошо, если бы кто-то услышал тебя, и ты также в конечном итоге можешь испортишь концентрацию Эмилии.

Стоя рядом с Субару, у которого случайно вырвались эти слова, Беатрис дала ему свой совет.

Девочка, которая одной рукой держала левую руку Субару, а другой играла со своими закрученными кудрями, уставилась на белый ритуал, который проводился перед ее глазами.

Ее бледно-голубые глаза, казалось, сдерживали боль в некотором отношении к Субару.

Субару: Поскольку это Эмилия, все будет хорошо. Не беспокойся об этом так сильно.

Беатрис: …Не пойми меня неправильно, я полагаю. Бетти беспокоится не об Эмилии, а о Субару. Сопереживание эмоциям буквально каждого человека - плохая привычка, я полагаю.

Субару: Понятно.

Сила ее руки, которой она держала его руку, становилась все сильнее, и Субару согнул губы в форме へ на её беспокойство.

Он знал, что хочет сказать Беатрис, и знал, что ее беспокоит. Однако его решение после того, как он понял это, было основано на его нынешней решимости.

В этом вопросе он не мог уступить. Хотя он и знал, что это будет неприятно.

Эмилия: “――――”

Вдали от шёпота Субару и Беатрис, ритуал Эмилии продолжался.

У Эмилии, которая изо всех сил старалась сосредоточиться, на лбу выступили капельки пота, и она стала тяжело дышать. Она отдавала все свои силы, чтобы контролировать это огромное количество маны.

Бледно-голубой свет, исходящий от ладоней Эмилии, начал слабо окутывать подвал.

Хотя воздух был достаточно холодным, чтобы затуманить его зрение, холод не пронизывал его кожу; он был нежным, как будто обнимал его сердце.

Он слышал, что люди, которые погружаются в переохлаждение и находятся на грани смерти, забывают о холоде. Он слышал, что сильный холод отнимает у людей способность правильно определять температуру и он только дарит им тепло в качестве прощального подарка, прежде чем отнять у них жизнь.

Субару смутно подумал, не происходит ли в этом белом мире что-то похожее, но тут же покачал головой, отметая это как явную глупость.

Бледно-голубой свет заполнил комнату, и холодный воздух устремился к ее центру.

И в середине этого света было...

???: “――――”

Огромное черное существо, свернувшееся калачиком со сложенными крыльями.―― Черный дракон, который лежал на земле.

Это странное существо было не одним. Вокруг черного дракона так же были мухи размером примерно с человека. В целом, все это производило впечатление кошмарной сцены.

Однако Субару не испытывал никакого отвращения к этой сцене.

――Нет. Точнее, он твердо знал, что не должен испытывать отвращения к черному дракону и огромным мухам.

Они были жертвами, невинными людьми.

Они были жертвами злобы Архиепископа Греха Похоти, жертвами, которых лишили человечности.

Субару, как и все остальные, в настоящее время не знали способа вернуть их изменённые тела в нормальное состояние. Вот почему они выбрали именно это.

Субару: Может быть, мы просто откладываем неизбежное, но…

Беатрис: Это даст нам время, и так же даже это может быть спасением. Поскольку ты пытаешься ускорить события, твой кругозор становится все более узким, поэтому ты не можешь видеть варианты, которые обычно ты бы видел. Не осознавать этого или осознать позже… и то, и другое - жестоко, я полагаю.

Беатрис ответила чем-то вроде монолога на бормотание Субару.

Ее тихий, слабый вздох содержал проницательность и сентиментальность, которые могли иметь только те, кто провел долгое, очень долгое время в размышлениях.

Почувствав это в конце ее слов, Субару просто молча погладила ее по голове, не сказав ни единого слова в ответ.

Беатрис: …Что это значит.

Субару: Ничего.

Независимо от того, сколько времени им потребуется, они не обязательно смогут сделать правильный выбор.

Иногда, даже если вы дадите немного времени, бывают случаи, когда вы не сможете выбрать правильный выбор.

Тем не менее, вы можете действовать так, чтобы выбранный вами вариант был наилучшим.

Ответ, который Субару дал на 400 лет Беатрис, был примерно таким.

И поэтому он надеялся, что время, которое придет к городу, после обрушившейся трагедии, тоже будет таким.

Субару: “――――”

Кульминация холодного воздуха, заполнившего подвал, наложилась на сильные эмоции Субару, и, наконец, звук, похожий на треск воздуха, или так ему показалось, раздался повсюду――,

Эмилия: …Все прошло успешно.

Эмилия обернулась, выдохнув с облегчением.

Она быстро склонила голову в этом месте, немного запыхавшись──Позади нее, все их тела, оказались покрытыми белыми кристаллами; там были жизни всех душ, которые оказались заключены внутри льда.

Субару: “──тц“

Члены их семьи и близкие им люди рыдали в слезах.

Их горестные вопли прозвучали раньше, чем слова благодарности, и жестоким эхом разнеслись по всему подвалу.

В течение очень, очень долгого времени их вопли продолжали отдаваться эхом повсюду, как будто их горю не будет конца, пока их любимые не вернутся.

***

???: На данный момент, похоже, предложение Эмилии-сама оказалось хорошим… Будет ли все в порядке, если я немного почувствую облегчение от этого?

Получив информацию о прошедшей конференции, а также о последующей работе Эмилии по замораживанию жертв―― Отто с облегчением кивнул.

Они были где-то далеко от убежищ, в отдельной палате в больнице, куда его доставили.

Его состояние все еще не изменилось; обе его ноги были забинтованы до боли. Тем не менее, по крайней мере, ему удалось уйти от лечения в Полевом Госпитале, и можно было сказать, что его ноги выглядели так, как будто они немного улучшились.

На самом деле, Отто был одним из тех доблестных людей, которые внесли свой вклад в Оборону Города, так что было бы неплохо, если бы он получил более качественное медицинское обслуживание. Однако Отто не сказал им этого, поэтому Субару решил ничего не говорить, так как он, вероятно, рассматривал тех, кто его окружал.

Субару: Гостеприимство, которое предполагается без каких-либо слов… Вот в чем истинный смысл ваби-саби.

(п/п: Ваби-саби (яп. 侘寂, «скромная простота»; ваби «непритязательная простота» + саби «налёт старины; умиротворение одиночества») — обширная часть японского эстетического мировоззрения: «ваби» ассоциируется со скромностью, одиночеством, не яркостью, однако внутренней силой; «саби» — с архаичностью, неподдельностью, подлинностью)

Отто: Хотя ты здесь, Насуки-сан, твое сознание где-то далеко; Ты такой же, как и всегда, так что все в порядке, но в любом случае… Спасибо вам за вашу тяжелую работу, Эмилия-сама.

Не обращая внимания на кивок Субару, Отто поблагодарил Эмилию за ее тяжелую работу. Услышав его благодарность, она опустила брови и сказала:

Эмилия: Нет, все в порядке. И что еще важнее, я сожалею, что пошла на это сама, не посоветовавшись с Отто-куном. Но, это было потому что я думала, что это было то, что только я могла сделать.

Отто: Ах, все в порядке. Я не сержусь, потому что твои действия, несомненно, были драгоценными, добрыми делами. Кроме того, это были очень ценные действия даже в расчетливом смысле.

Эмилия: Расчетливом……?

Отто: Наверное, было бы лучше, если бы ты поняла, что я имею в виду, но если ты этого не понимаешь, даже если ты этого не понимаешь… Нет, как я могу сказать это. Что касается этого, честно говоря, мне действительно трудно решить, что было бы лучше.

Субару: Не думай об этом, чувствуй это. это и есть E.M.T.

(п/п: Оставлю так, но E M T - Эмилия-тан Настоящий Ангел.)

Эмилия не вполне осознавала результат своих действий. Произнеся несколько волшебных слов, Субару безмятежно отодвинул Отто в сторону, который лежал, озадаченный поведением Эмилии. Затем Субару продолжил, сказав: “Что более важно",

Субару: Твои ноги, кажется, какое-то время ими нельзя будет пользоваться, верно?

Отто: Учитывая нынешнее состояние Пристеллы, будет трудно относиться к ним более серьезно, верно? Количества Пользователей Целебных Искусств в городе недостаточно, чтобы заботиться обо всех раненых. Я думаю, что лучше было бы переехать в больницу в другом городе, но, похоже, Киритака-сан разослал столько гонцов, сколько смог, в соседние города и попросил прислать ещё Целителей. Вот почему спокойно ждать здесь Пользователя Целительских Искусств из одного из этих мест, возможно, было бы более разумно, чем возвращаться в особняк.

Слабо посмеиваясь, Отто был вынужден на некоторое время отойти от линии фронта.

Такие тяжелые раны, как у Отто, не могли быть так легко вылечены без Мага, который мог бы использовать Исцеляющую Магию достаточно хорошо. Они должны были быть на уровне Ферриса или Беатрис, когда она ещё была в запретной библиотеке.

Субару: Феррис постоянно присматривает за Круш, а наш Командир Специального Атакующего Корпуса ходит по Пристелле…Причина, конечно, в этой семье.

Эмилия: Эти трое, мать и брат с сестрой, верно? Тот человек, который имел форму дракона, является отцом, так что это была семья из четырех человек, я думаю.

Командира их Специального Атакующего Корпуса сейчас здесь не было―― Нет, он не должен так обращаться к нему, Гарфиэль - вот кого он имел в виду.

В настоящее время он ездил по городу, и где не хватало рабочих рук, работал так усердно, как только мог. По натуре Гарфиэль был добрым, хорошо сложенным юношей. Даже если бы он ничего не чувствовал к городу, если бы там были нуждающиеся люди, он бы помог им без колебаний.

Но даже так, его преданность Пристелле не имела себе равных. И Субару мог более или менее представить себе причину этого.

Субару: То, что он не сказал нам, должно означать, что существуют различные сложные обстоятельства, я думаю.

Эмилия: Да, это должно быть так… Действительно, меняю тему, но не кажется ли вам, что Гарфиэль и эта семья немного похожи друг на друга? Их цвета волос и глаз полностью идентичны.

Субару: Эмилия-тан, ты же знаешь, что тема не изменилась, верно?

Эмилия: Э!?

Если отложить удивленную Эмилию в сторону, Гарфиэль действительно оказался в подобном положении.

При обычных обстоятельствах, он должен был бы излечивать повреждения, которые нельзя было бы назвать незначительными, но из-за своего Благословения Духов Земли и безграничной физической силы, он не собирался отдыхать.

Кроме того, Мими, которая причиняла боль своим младшим братьям своими ранами, также следовала за ним, так что вокруг не было никакого шума.

Отто: Ну, что касается истинных чувств Гарфиэля, я думаю, однажды он сам их раскроет. Нам не нужно пытаться вытянуть их из него. Более важно…

Эмилия: Хм?

Отто: Ах, нет, так как вы оба вообще не упоминали об этом, я тоже ничего не говорил, но почему Беатрис-сан выглядит такой угрюмой?

Подняв свою верхнюю часть туловища, Отто перевел разговор в угол больничной палаты──там стояла Беатрис, надув красные щеки и заметно покачивая головой с угрюмым выражением в глазах.

Субару кивнул и ответил “Ах” на этот вопрос.

Субару: Это из-за этого, ты знаешь. Она в плохом настроении, потому что мы пошли к Рестовратору по твоему поручению, и в итоге нам отказали… Если посмотреть на это с разных точек зрения, разве это не твоя вина?

Отто: Нет! Ты заходишь слишком далеко…Разве не так, Эмилия-сама?

Эмилия: Ммм, ты прав. Это естественная обязанность контрактора заботиться о своем духе. Итак, тот, кто должен подбодрить Беатрис, это ты, Субару.

Субару: Ты упомянула о подбадривании, но даже когда ты говоришь это, у меня не так много воспоминаний о том, как Эмилия-тан заботилась о Паке.

Эмилия: Не придирайся к этому! Кроме того, я делал кучу вещей, когда Субару не было рядом. Например, чистила его шерсть, чистила когти, приласкивала его перед сном...

Сомнительно, что это можно было бы назвать форматом общения с духами, но выражение лица Эмилии, когда она заговорила о Паке, стало веселым.

С тех пор как его внезапное расставание в Святилище ранило ее, она испытывала сильную скорбь всякий раз, когда вспоминала Пака, но, похоже, эта стадия тоже прошла.

――Кристальный камень, сделанный из бесцветного Великого Магического Камня, был у Эмилии на груди.

Тот же самый стиль, какой у неё был до того, как она рассталась с Паком, в сочетании с красотой ее лица, она снова стала похожа на прежнюю Эмилию.

Она коснулась кристального камня одним из своих тоненьких пальцев, и сказала:

Эмилия: У меня все еще недостаточно сил, чтобы вызвать Пака прямо сейчас, но… Мой контракт с Паком не был разорван, так что мы сможем встретиться снова, как только я накоплю достаточно маны, чтобы он мог проявиться. Так что, еще немного терпения, эх.

Субару: Это все благодаря одному из достижений Беако, и… Ну, и благодаря доброте Киритаки.

Причина, по которой Субару и остальные пришли в Пристеллу, в первую очередь заключалась в том, чтобы получить Великий Волшебный Камень.

На самом деле он должен был отдать им его или нет после некоторых переговоров, но переговоры закончились невообразимым поворотом. Во всяком случае, они уже получили его и были очень довольны.

Субару: Так что ты тоже радуйся, Беако.

Беатрис: Я не в настроении, полагаю. это ваше недопонимание. Хмпх.

Эмилия: Ох, Беатрис, как мило…

Пройдя весь путь для того, чтобы выпустить легкий для понимания звук, Беатрис отвернулась от Субару, который пытался поднять ей настроение. Субару тоже был согласен с Эмилией, которая чувствовала его радость; однако, могли ли они говорить о ее милоте или нет, было еще одним вопросом.

Отто: Похоже, что Мистер Дартс - человек с темпераментом ремесленника, верно? Он не может оставить работу наполовину сделанной, раз уж взялся за нее, я понимаю такие вещи.

Субару: Но все же, давайте подумаем о том, что его профессионализм был доведен до крайности. Похоже, что этот парень работал в своей мастерской на протяжении всего хаоса, верно? Он слишком большой трудоголик.

Отто: Видишь ли, в нем есть ремесленник.

Субару: Ремесленник в нем, хах?

Он не очень понимал, почему Отто так горд, но, когда он это сказал, ему стало хорошо; мальчики - такие простые существа. Темперамент ремесленника был крут.

Однако Беатрис бросила сердитый взгляд на кивающих Отто и Субару и сказала:

Беатрис: Да, но это не значит, что он может полностью игнорировать слова своего клиента, я полагаю. Даже когда я сказала, что заплачу ему вдвое, он не сказал ни единого чертового слова.

Субару: Выдавать любые признаки того, что слушает, что говорит маленькая девочка, пока она хлопает по щекам пачкой банкнот, будет только тот, кто не является профессионалом в своем деле. И ты ей тоже скажи, Эмилия-тан.

Эмилия: Да, ты не должна так думать, Беатрис. Если ты собираешься тратить деньги впустую, мне придется в конечном итоге забрать твои карманные деньги.

Беатрис: Какое грубое обращение я получаю от вас обоих, я полагаю!

Возмущенная Беатрис схватила одну из штор, завернулась в нее и спряталась в ней.

После этого Эмилия больше не могла сопротивляться и обняла Беако, что была В шторе, заставив ее закричать: “ГИИИЙААА, В САМОМ ДЕЛЕ!”

Если оставить в стороне их веселое представление, нельзя сказать, что он не понимал чувств Беатрис.

То, что Отто заказал у Рестовратора Дартса, а Субару и другие пытались восстановить, было поврежденной Книгой Мудрости. Она была началом того, почему её владелец, Розваль, так старался вмешаться в будущее Субару―― Естественно было заинтересоваться её содержанием.

Субару: Хотя его вмешательство довольно тонкое, это потому что скользкая натура этого парня идет рука об руку.

Несмотря на то, что его попытки помешать были раскрыты, то, как себя ведёт Розваль, не изменилось с тех пор.

Конечно, поскольку за этим беззаботным отношением скрывались интриги, сохранять бдительность было крайне важно. Однако, было также правдой и то, что у него был такой вид, будто ядовитость ускользнула.

Тем не менее, это не было тем же самым, как назвать его союзником, что взял на себя роль наблюдателя.

Субару: Если бы мы могли хотя бы увидеть, что ждет нас впереди с Книгой Мудрости…

Если они верят, что Розваль ничего не планирует, невзирая на прошлое, то можно смело идти вперед вместе. Это, вероятно, также будет иметь немного больше положительного эффекта для будущего Лагеря.

Субару: Вот почему я хочу на этом настаивать.

Отто: Даже когда я не пытаюсь оправдываться, я и Эмилия-сама придерживаемся примерно того же мнения, что и Нацуки-кун, так что с этим у нас все в порядке. Просто Гарфиэль, ну… У него есть личная неприязнь, поэтому даже если он знает факты, его отношение может не измениться.

Под личной неприязнью он действительно имел в виду Святилище или Рам?

Не касаясь этой темы, Субару пристально посмотрел на Эмилию и Беатрис, возившихся вокруг…

Субару: Эта книга тоже не чужда Беатрис. Поэтому я думаю, что хотел бы подтвердить это, если это вообще возможно. Вытащить ее из Запретной Библиотеки и оставить прошлое позади - это разные проблемы.

Отто: Ты знаешь, что я много раз думал о том, чтобы попытаться обсудить это с тобой?

Субару: Я не виню тебя за это, ты знаешь.

Он думал, что возвращение Книги Мудрости, попытка вернуть ее в нормальное состояние и попытка сделать все это самостоятельно были хорошими решениями со стороны Отто.

И, в сущности, едва ли когда-нибудь соображения Отто подводили его. Он полностью осознавал, что не был человеком, что действует в собственных интересах.

Субару: Ты действительно не подходишь на роль торговца…

Отто: Не мог бы ты оставить меня в покое?! Что еще важнее, что насчет Мистера Дартса?

Субару: “возможно, это моя самая лучшая работа. Вы можете отложить оплату, поэтому я хотел бы, чтобы вы позволили мне работать над этим должным образом до конца", - сказал он.

Было тревожно, что срок еще не истек, но этот парень был мастером, поэтому он не мог сказать, что это невозможно.

Ему хотелось верить, что он не из тех ремесленников, которые ворчат даже после истечения срока.

Отто: Так что в конце концов мне также придется забирать Книгу Мудрости, я чувствую, что мое пребывание в Пристелле уже решено, не так ли?

Субару: Гарфиэль также планирует остаться на некоторое время для ремонтных работ и обороны города. То, что их прогнали, решено, но что, если это финт, и они нападут снова! Потому что они никогда не сдаются, эти говнюки.

Они были похожи на тех парней, которые снова и снова устраивают одни и те же пакости.

Похоже, Субару был не единственным, кто это осознал, все, кто был вовлечен, тоже не теряли бдительности. Возможно также, что их целью было вызвать ненужное чувство напряжения, чтобы таким образом мучить их.

Субару: Даже если я об этом заговорю, ничего больше с этим не поделаешь.

Отто: В любом случае, я думаю, нам нужно подождать и посмотреть, как пойдут дела. Как только мои ноги будут в лучшем состоянии, я пройдусь вокруг, чтобы проверить различные вещи. Однако…

Тут Отто прервал свои слова, обдумывая будущие планы.

Он с усилием приподнял верхнюю часть своего тела с кровати и посмотрел на Субару, который закрыл один глаз. И, как он постучал пальцем об висок, он сказал:

Отто: Я скажу это ясно, я против этого.

Субару: …Ну, я так и знал, что ты это скажешь.

Субару криво усмехнулся на заявление Отто.

То, что он скажет это и будет против, было предсказуемо для Субару.

В конце концов, Отто Сувен верно понял Нацуки Субару.

Сам Субару больше, чем кто-либо другой, осознавал свою беспомощность, но мало кто ясно понимал его недостатки.

В лучшем случае это были только Беатрис и Отто. Возможно, немного Патраш. И хотя сейчас было не время для него, Феррис, возможно, тоже.

Поэтому он предвидел, что Беатрис и Отто из их лагеря будут против этого. Он полагал, что если бы Патраш могла говорить, то и она, вероятно, была бы также против этого.

Однако…

Субару: Если ты так хорошо меня знаешь, то должен знать мой ответ.

Отто: …На самом деле, настроение Беатрис-сан такое не только из-за Мистера Дартса, верно?

Субару: Нууууу, я в этом не уверен. Как и следовало ожидать, даже я не понимаю, что творится в глубине сердца Беако.

Сделав вид, что он ни в чем не виноват, Субару пожал плечами, и на лице Отто отразилось раздражение.

Конечно, когда дело доходит до него и его острого слуха, он не должен испытывать недостатка в знании легенд и слухов. Он, должно быть, слишком хорошо знал риск выбора Субару.

Добавляя к тому, что он сказал, Субару собирался сказать Отто: “мне очень жаль”

Субару: Я пойду, чтобы увидеть этого Мудреца или кто она там, с этой белой лисой в роли проводника через некоторое время.

Он улыбнулся, сказав это.

***

???: ――Войдите

Когда он постучал в дверь изнутри ему ответил спокойный голос.

Это был знакомый голос, но ему недоставало духа. Субару почувствовал крайнее раздражение.

???: Это ты, Субару?

Субару: Разве плохо, что это я?

???: Это странно, но теперь, когда я вижу твое лицо, я чувствую облегчение.

Субару: Буэээ, противно.

Закончив говорить свои укоризненные слова, он вошел в комнату.

Даже когда он продемонстрировал такое поведение, в том, как Субару закрыл за собой дверь, было что-то особенное. Закрыть дверь без единого звука было минимальным проявлением вежливости для тех, кто спал внутри.

???: Было бы гораздо лучше, если бы они проснулись из-за шума.

Субару: Если бы это было так, не мог бы ты одарить тогда меня аплодисментами или еще чем-нибудь в этом роде? Это была бы бесценная сцена. Обжорство, которому позволили быть на свободе, злился бы все больше и больше.

???: Хмпф.

Расслабленно улыбнувшись, Субару наклонил голову, не глядя ему в глаза. Затем он оглядел комнату и, прищурившись, посмотрел на ряд кроватей.

Простая кровать и тонкое одеяло - вот и вся милость, оказанная людям, которые там спали. И Субару понимал, что большего и не нужно.

Люди, которые спали здесь, были стерты из памяти, отрезаны от повседневной жизни и остались только как дефектные существа, которые просто не были мертвы.

Субару: Юлиус. Я не из тех, кто говорит такое, но тебе не следует проводить здесь так много времени.

Юлиус: “――――”

Субару: Даже если ты продолжишь смотреть на них, ты не сможешь вспомнить то, что не можешь вспомнить. Это относится как к любимой младшей сестре, так и к тому, кто действительно похож на твою вторую половину.

Субару окликнул молодого человека── Юлиуса, не говоря ни слова утешения.

Он сидел в углу на самой дальней кровати в ряду. Он поднял своё красивое лицо, все еще полное печали.

Юлиус: Знать, что у меня в голове, и знать, что у меня в сердце - это совершенно разные вещи. Я не хочу показаться самонадеянным, но до сих пор я никогда не думал о себе как о падком на эмоции, самоуверенном человеке. То, что я не осознавал этого до того, пока это не произошло - это мой большой недостаток.

Субару: “――――”

Пока Юлиус говорил, он так же смотрел на кровать рядом с ним.

Естественно, одна из жертв Обжорства, потерявшая свое Имя, тоже спала тут, и их сознания и воспоминания были полностью отрезаны от мира.

Вот почему Юлиус Юкулиус не помнил этого человека── Тонкого молодого парня с длинными фиолетовыми волосами, который был его младшим братом, Джошуа Юклиус.

Джулиус: Джошуа, да?

Он знает имя своего младшего брата, потому что Субару сказал ему его и кем он ему приходится.

Жертвы Полномочия Обжорства──Когда стало известно, что было найдено много неопознанных людей без сознания, Субару был уверен, что они пострадали так же, как и Рэм.

И сам он, возможно, не забыл тех, кто был забыт. Полагаясь только на эту слабую надежду, он пошел в больничную палату и обнаружил спящего Джошуа.

Юлиус: Это странно. Хотя у нас достаточно общего, чтобы сделать вывод, что он определенно мой кровный родственник, выслушав твою историю, во мне нет ни единого воспоминания о моем младшем брате.

Юлиус закрыл глаза, не показывая никаких эмоций на своем лице.

Джошуа был единственным, кого он знал из тех, кого нашли. Среди жертв Обжорства. Он не мог найти других 30+ жертв в своей памяти, поэтому они продолжали спать, пока их никто даже не оплакивал и не беспокоился об их благополучии.

Если подумать, то можно было бы сказать, что Джошуа, о котором беспокоился его старший брат, был единственным счастливчиком.

Даже в этих условиях, когда он был забыт старшим братом, которого он так нежно любил, старший брат пошел в больничную палату, он цеплялся за свою братскую любовь только на словах, и позвал он своего младшего брата без истинных эмоций.

Даже если он был забыт, даже если он забыл его, даже если его не было в его воспоминаниях, даже если были только факты, это было просто душераздирающе.

Субару: ……Ебанный ад.

Он должен был догадаться. Он должен был это сделать.

Что Архиепископ Греха Обжорства был самым презренным злом в этом мире.

Вместе с Гневом, которая извращала эмоции людей по своему желанию.

Вместе с Похотью, которая сломала достоинство людей, а также их форму, прежде чем растоптать их.

Вместе с Жадностью, который отрицал все, кроме себя, навязывая свое эгоцентрическое чувство всемогущества.

Вместе с Ленью, который позволял себе использовать слово "усердие", чтобы закрасить жизни других своей эгоистичной любовью.

Они, без сомнения, были самым страшным злом, и ни один из них не заслуживал жизни.

Как он мог терпеть тех существ, которые оскверняли жизнь абсолютно всех, как это делал Обжорство.

Субару: ──Пребывание здесь только заставит тебя чувствовать себя подавленным. Не заставляй меня повторять это снова.

Только неприятные мысли проносились у него в голове.

Он выразил свое раздражение словами и обратился к Юлиусу. Когда он услышал эти слова, Юлиус встал, дотронулся до тонкой груди своего забытого младшего брата и сказал:

Юлиус: Он… дышит. Он жив. Это странно.

Субару: Да, ты прав. Однако он не ест, и ему не нужно ходить в туалет. Ему даже не нужно принимать ванну… Он даже не смеется.

Юлиус: Он не испытывает чувство печали оттого, что его забыли… так же. ――Это может быть благословением.

Субару: Благословением...?

Субару поднял брови в ответ на это слово, которое произнес Юлиус.

Посмотрев на него, Юлиус слегка приподнял уголки губ и, слабо улыбнувшись, сказал:

Юлиус: Если ты не понимаешь, что о тебе забыли, тебе не нужно бояться, что тебя оставят позади. Очень трудно вынести то, что должно было быть близкими отношениями с людьми… было отрезанно с одной стороны.

Субару: “――――”

Юлиус: Субару. Быть забытым, и забыть… Интересно, что из этого самое болезненное?

Субару: Как…

От этого вопроса у Субару перехватило горло.

Он не замешкался. Он нашел ответ в одно мгновение. Но то, что мешало словам Субару, не было замешательством. Это была ярость.

Субару впился взглядом в Юлиуса, на лице которого застыла циничная улыбка.

Субару: Откуда мне знать? Не валяй дурака, перестань тратить время на эти глупости.

Юлиус: …Субару?

Субару: Забыть, быть забытым, К ЧЕРТУ ОБА! НЕ ПЫТАЙСЯ ВЫБИРАТЬ МЕЖДУ ТАКИХ БОЛЕЗНЕННЫХ ВЕЩЕЙ, НЕУЖЕЛИ ТЫ НАСТОЛЬКО ПОЕХАВШИЙ?! ДЕЛАЕШЬ ЭТО ПРОКЛЯТОЕ ЛИЦО, КАК БУДТО ТЫ САМЫЙ НЕСЧАСТНЫЙ ЧЕЛОВЕК НА ВСЕМ БЕЛОМ СВЕТЕ. ВСЕ ЕЩЁ ХОЧЕШЬ ПОПРОБОВАТЬ СРАВНИТЬ СВОИ НЕСЧАСТЬЯ С МОИМИ? В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, Я ВЫИГРАЮ!?

Юлиус: “――――”

Юлиус потерял дар речи от внезапной перемены, произошедшей с Субару, который повысил голос, тыча в него пальцем.

Широко раскрыв глаза от удивления, он не мог ничего сказать Субару, который внезапно пришел в ярость. И пока он смотрел на Юлиуса, хранящего молчание, Субару опустил палец и пожал плечами,

Субару: Не делай такое отчаянное лицо. Я знаю, что ты страдаешь, и я знаю, что о тебе забыли, и тебе некуда идти… Но, мне очень жаль, но я не позволю тебе показывать свою слабую сторону.

Юлиус: “――――”

Субару: Ты забыл, Юлиус? ――Нет, не забывай.

Субару впился взглядом в Юлиуса, пока тот в отчаянии кусал губы. Он положил руку на грудь и снова сделал заявление, похожее на те, что он сделал раньше.

Субару: Я помню твою силу. Мой позор помнит это. Даже если все это забыли.

Юлиус: “――――”

Он не мог дышать, ощущение прилива крови к голове не исчезало.

Действительно, сколько времени прошло с тех пор, как он так злился? Со времён Регулуса. Он был поражен, что с тех пор не прошло и полдня.

Насколько эта суматоха в Пристелле отягощала его сердце и легкие?

Юлиус: Ха, Хахах…

Субару: Хаах?

Юлиус: Хаха… нет, ты действительно единственный в своем роде человек. Я убедился в этом еще раз…

Избавившись от удивленного выражения лица, которое было у него до сих пор, Юлиус вдруг согнулся от смеха.

Поддавшись порыву рассмеяться, Юлиус продолжал смеяться перед рассерженным Субару. И когда это желание постепенно улеглось, Юлиус испустил долгий вздох.

Юлиус: Похоже, ты прав. Это же не значит, что абсолютно все осталось позади, верно?

Субару: Вместо того, чтобы сказать, что тебя оставили позади, я бы сказал, что ты впереди примерно на три лошадиных длины.

Юлиус: Достаточно ли трех лошадиных длин?

Субару: Я, блять, надеру тебе задницу! Если мы с Беако будем одной командой, то для тебя все будет совсем по-другому!

Он показал ему средний палец и плюнул в Юлиуса, который уже начал возвращаться к своему обычному поведению.

Юлиус изящно уклонился от его плевка и откланявшись, сказав:

Юлиус: Тогда я постараюсь поверить в эти громкие слова.

Субару: …Мхм, Как хочешь. Как можно больше совершай великих дел, чтобы удивить всех, когда к ним вернутся воспоминания.

На этот раз при такой вялой позе Субару поднял большой палец вверх, а затем провокационно опустил его. Столкнувшись с этим грубым жестом, Дучший Рыцарь, которого знал только Субару, грациозно улыбнулся,

Юлиус: Итак, прежде всего, больше, чем кого-либо другого, я попытаюсь удивить тебя. Ты тот, кто помнит меня.

Сказав это, он укрепил свое намерение сопровождать его к Сторожевой Башне Плеяд, которая ожидала их.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 81. Тот, Кто Наполняет Сосуд Жадности

Перевод: imy

Редактура: imy, Ekidonaa

***

――Серия "Бунтов Культа Ведьмы" произошла в Пристелле, Городе Водных Врат.

Шрамы прошедшей битвы оставили свой след на целом городе, вместе с трагедией, которая поразила его жителей. Город до сих пор не восстановился окончательно, чтобы компенсировать потерю рабочей силы.

Многие проблемы все еще оставались нерешенными, но ситуация постепенно успокаивалась и люди двигались дальше.

От множества городских проблем, у Нацуки Субару тоже болело сердце.

Тем не менее, наблюдая за городом после ухода Культа Ведьмы, он чувствовал, что может предположить, что, возможно, он был в состоянии внести некоторый вклад.

Субару: Хотя есть еще много нерешенных проблем…

Шрамы, оставленные Архиепископами Греха, особенно те, что были оставлены Похотью и Обжорством, были кошмарны.

Люди, чьи тела мутировали из-за полномочия Похоти. Их тела были помещены Эмилией в “Состояние Временной Смерти” и ожидали момента пробуждения в убежище глубоко внутри города.

И большинство людей, которые были атакованы Обжорством, уже сейчас находились в бесконечном сне, и даже их узы с теми, кто ожидал их пробуждения от всего сердца, были разорваны.

Выражение лица Эмилии, предложившей отложить решение проблемы преображенных граждан, искажала болезненная гримаса.

Страдания Юлиуса, потерявшего свое место и страдавшего от того, как обстоят дела, были невообразимы.

И не было никакой необходимости упоминать о ранах в сердцах жителей города, которые пострадали больше всего.

Все были ранены.

Долг Субару был сделать все возможное, чтобы залечить эти раны…

И,

Субару: Есть еще проблемы, которые я должен решить.

Подумав о последней нерешенной проблеме, Субару решительно кивнул.

Только это. Это было тем, что Субару должен был сделать.

***

Субару: Юлиус пойдет с нами.

Анастасия: Понятно, тогда я могу чувствовать себя более спокойно.

Закончив с различными обсуждениями, Субару вернулся в конференц-зал и был встречен Анастасией.

За круглым столом в конференц-зале осталась сидеть только Анастасия. Обсуждение основных тем состоялось тут несколько часов назад.

Некоторые уже вернулись в гостиницу, а другие готовились покинуть Пристеллу. Однако и без этого день выдался утомительным. Не было никакой необходимости праздно отдыхать за столом и проводить время в темноте пустого убежища.

Субару: ――Что?

И все же она осталась здесь, ожидая, когда кто-нибудь придет.

Не то чтобы он был в этом уверен, но Субару догадывался, что она будет здесь.

В конце концов, сейчас она нигде не могла чувствовать себя комфортно.

Субару: Сейчас, те, кто нацелен на Сторожевую Башню Плеяд - это Эмилия, Я и Беако. Кроме того, если мы добавим Юлиуса и тебя, нас будет пятеро.

Анастасия: Не ошибся ли ты в количестве? В конце концов, нас не пятеро, а шестеро. Было бы проблемой, если бы ты забыл мою очаровательную Ехидну.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Она сняла шарф с шеи и расстелила его на круглом столе, заставляя танцевать. Шарф из белой лисы был послушен безобидной игре своего хозяина, словно кукла.

Но она не просто так выглядела ею.

Субару: Я не забыл. ――Вот почему… нас пятеро.

Анастасия? : “――――”

Прислонившись спиной к двери конференц-зала, Субару сказал это Анастасии, которая держала в руках свой шарф.

Услышав эти слова, улыбка Анастасии застыла. Ее элегантная улыбка исчезла, как будто растаяла, а затем она медленно наклонила голову.

Она прижала шарф к губам, и на ее лице появилось озадаченное выражение,

̶А̶н̶а̶с̶т̶а̶с̶и̶я: Ох, это странно. Откуда ты знаешь, что я не Ана?

Тон Анастасии совершенно изменился, настолько, что это было сразу заметно.

Он оставался ужасно дружелюбным и до боли знакомым, но в нем ощущалась некая пустота. Хотя я ее голос и звучал привычно, он явно отличался.

Субару: Если ты хочешь скрыть это, то следует делать это лучше. Конечно, насколько я знаю, Анастасия - самая рациональная и разумная из кандидатов, но… В ее поведении нет такого недостатка человечности, как у тебя, да и манера говорить у нее не такая.

Ехидна: Я наблюдала за Аной в течение некоторого времени, так что я могла бы подражать ей, но все пошло совсем не так, как я думала. Ты - второй, кто это заметил.

Субару: Второй?

Ехидна: Ал-кун тоже заметил. Он назвал меня Ведьмой, как он мог поступить столь жестоко?

Субару: Это……

Это был вполне подходящий термин, и Субару восхитился Алом.

Ехидна Анастасии и Ведьма Ехидна были принципиально разными, но они определенно были как-то связаны, в этом не было сомнений.

Возможно, это была проницательность Ала. Что-то, что только он мог заметить.

Он был тем, кого призвали в этот мир, так же как и Субару. Если сила Ведьмы Зависти была связана с призывом из другого мира, то Ал тоже мог быть связан с Ведьмой.

В обычное время он бы поговорил с ним об этом подробнее, но――

Субару: В любом случае, сейчас это не имеет значения. Самая главная проблема - это ты, которая похитила тело Анастасии и пыталась сделать его своим.

Ехидна: “Похитила” звучит довольно резко. На первый взгляд, нынешняя ситуация плоха, это кажется фактом, но я должна сказать; очень жаль, что ты неправильно истолкововал это. Серьезно, это делает мне больно.

Субару: Ты говоришь так, как будто это не так.

Ехидна: Это и в самом деле неправда, даже если ты этого не видишь. Я только позаимствовала тело Аны, это было неизбежно. Если бы я этого не сделала, это был бы конец для нас обоих. После этого я продолжила использовать Ану как сосуд, но не по своей воле.

Субару: Слишком долго. Вкратце?

Ехидна: Было нормально одолжить ее тело, но я не могу выбраться…

Понял, эта Скарфдона (Шарфидна)*── В данном случае он назвал бы ее Эридной, но он никогда не думал, что Эридна не была связана с Ехидной, и все же в их взаимодействии сейчас он не чувствовал никаких явных следов Ехидны.

(п/п: на всякий скажу - scarfdona - Шарф + Ехидна. )

Хотя способ, которым она все усложняла, был таким же, как и у оригинала.

Субару: Я попытаюсь выслушать твою историю.

Оттолкнувшись от двери, Субару набрался сил и уверенности для разговора с Эридной.

Теперь, когда он раскрыл ее личность, она не могла оставить его в живых, и можно было с уверенностью предположить, что опасность того, что она поставила ловушку, миновала.

Субару сел по другую сторону стола, лицом к Эридне.

Субару: Для начала, одолжить ее тело? Что это за ситуация такая?

Ехидна: Проще говоря, я переписываю свое существование в Од Аны, и я свободно заимствую ее, вот такая ситуация. В этом состоянии я могу управлять телом Аны по своему желанию, я также могу манипулировать вратами Аны, которые изначально неисправны, и использовать магию.

Субару: Что значит неисправны с самого начала?

Ехидна: Ты очень любопытен, не так ли? Я понимаю твою жадность до знаний, поэтому я не буду винить тебя, но желание узнать так много о другой девушке и другом духе; не заставит ли это твою Эмилию-сама и Беатрис ревновать?

Субару: Мне не нужна твоя забота, даже если они будут ревновать, они все равно останутся милыми, так что все в порядке. Перестань тянуть время и расскажи мне.

Когда Субару с неудовольствием попытался хлопнуть по столу пальцами, Эридна пожала плечами. Затем она аккуратно сложила снятый шарф и сказала: Ана…

Ехидна: …девочка, которая родилась с дефектными Вратами. Я думаю, ты уже знаешь, что Врата - это орган, который поглощает Ману из атмосферы и направляет ее в тело, но способность поглощать Ману у Анастасии работает не совсем хорошо. Она из тех, кто страдает хроническим дефицитом маны. Есть еще человек, у которого присутствует этот дефект - неспособность высвобождать Ману; ты уже должен понимать, о ком я говорю.

Субару: Я не знаю, плохо это или нет, и я не знаю, кого ты имеешь в виду.

Ехидна: Неужели? Это неожиданно. Кстати, тот, у кого есть этот недостаток, неспособность высвобождать Ману, является потомком Святого Меча. Хотя в его случае то количество, которое он поглощает, крайне необычно, и она добавляется к его физическим способностям. По-видимому, потому и нет никакого реального вреда.

Субару: Рейнхард?

Субару удивленно поднял брови, услышав слова Эридны. Но, поразмыслив, он также почувствовал, что Рейнхард уже говорил что-то подобное раньше.

Рейнхард не мог использовать магию, только в этом аспекте он был ниже.

Но вместо этого способность его Врат поглощать Ману из пространства была сильной――Ясно, поэтому ему было нежелательно приближаться к духам, включая Беатрис.

Субару: Ну, даже без магии, это не значит, что у него нет способов атаковать с большого расстояния, во-первых, в его случае не было бы ничего удивительного, если бы он победил своих противников только давлением своего меча, так что это не кажется недостатком вообще. Но давай поговорим об Анастасии…

Ехидна: Я не пытаюсь притворяться, это просто моя привычка говорить о том, что я знаю. Итак, разговор… Да, дело было о Ане. Когда дело доходит до Врат Аны, их функция полглощения недостаточно развита и не работает как надо.. Поэтому она может использовать магию, только поглощая Ману, которая изначально была в ее теле. Если она истощена, ей придется использовать свою Од, которая является источником жизни. Я не могу позволить ей совершить такое безумие, не так ли? Вот почему Ана не может использовать магию.

Субару: Но то, что ты можешь использовать магию, позаимствовав ее тело, не имеет смысла. Тот факт, что количество Маны, которая изначально была в ее теле, скудное, не меняется. Или это значит, что ты можешь использовать мельчайшие количества Маны?

Ехидна: “――――”

Субару: Не молчи, отвечай.

Ехидна: Во-первых, я не могла спасти ей жизнь, не лишив ее жизни, у меня не было выбора. Однако дискуссия между мной и Аной на этом закончилась. Кто-то вроде тебя, кто не имеет к этому никакого отношения, не имеет права что-либо говорить об этом. Ты ведь тоже не хочешь, чтобы я говорила о твоем контракте с Беатрис?

Она попала в точку.

Отношения Субару и Беатрис, как и их контракт, принадлежали только им.

Он не хотел, чтобы другие вмешивались в это, и даже если бы кто-то попытался бы это сделать, он бы отверг их.

Если Анастасия и Эридна пришли к такому же, Субару ничего не смог бы сказать.

Это была абсолютная связь между контрактором и духом, которую не должны были нарушать другие.

Ехидна: На этот раз я позаимствовала её тело по её собственной воле, в конце концов, это была чрезвычайная ситуация. Ты ведь знаешь, что в Мэрию пришел Архиепископ Греха, верно? Чтобы отогнать её, нам с Ал-куном пришлось пустить в ход все свои силы. Нужно было принять решение немедленно.

Субару: И что насчёт того, что ты не можешь выбраться?

Ехидна: Да, это и есть основная проблема…

Услышав слова Субару, Эридна хлопнула в ладоши и улыбнулась. Хотя внешне она была похожа на Анастасию, ее улыбка ясно показывала, что ее содержание было другим.

"Весьма странно", - подумал Субару, но тут же отбросил это чувство.

Наконец-то их разговор коснулся главного вопроса.

Стоя перед Субару, Эридна коснулась тонкой груди Анастасии.

Ехидна: Это не первый раз, когда я заимствую тело Аны подобным образом. Впрочем, это было не так уж и много раз. У нас с Аной нет официального контракта. Это также из-за проблемы с ее Вратами, я не хотела постоянно обременять Ану. Хотя даже среди духов я горжусь тем, что я та, кто потребляет ничтожно мало энергии. Когда дело доходит до того, чтобы просто находиться тут, мне не нужна Мана от контрактора.

Субару: Понятно. Моя Беако хочет держаться со мной за руку три раза в день.

Ехидна: Два раза из трех, наверное, просто потому, что ей хочется держаться с тобой за руки. Это личный момент… ――Итак, о нашем разговоре, было не так много случаев, когда я одалживала тело Аны в подобных обстоятельствах. Самое большее, это должно быть в четвертый или пятый раз. Мои отношения с ней длятся уже почти одиннадцать лет, так что это не так уж удивительно, верно?

Субару: Ну, кто знает? Учитывая твои слова о том, что это происходит раз в два года, разве это не так же мало, как скорость, с которой подхватывают грипп?

Ехидна: Это жестоко.

Эридна издала какой-то сдавленный смешок, ее смех был таким же, как у Ведьмы, которую знал Субару. В этот момент он испугался; фигура Анастасии показалась ему двойником Ехидны.

Встреча с Ехидной оставила на душе Субару груз, который вряд ли когда-либо исчезнет. Если бы это было возможно, он бы хотел больше никогда её видеть.

Кроме того, Юлиусу было бы очень тяжело от новости, что настоящая Анастасия исчезла. Он также хотел избежать и этого.

Субару: Тогда что случилось, Ехидна-сан, которая раздражает, как грипп?

Ехидна: Я не знаю, о каком гриппе ты говоришь, но в любом случае у меня нет большого опыта. Так что, будем честны, я тоже не знаю, почему это произошло… Я не могу отделить свое сознание от тела Аны. В результате Ана спит глубоко внутри своего Од.

Эридна заговорила, коснувшись своей груди, как будто Од был внутри нее, а затем посмотрела на свой шарф, безвольно лежащий на круглом столе.

Пока сознание Шарфидны было внутри Анастасии, ее шарф действительно должен был быть просто Лисьей шкурой, но…

Ехидна: Я неплохо справлялась с ролью кукловода во время конференции, не так ли?

Субару: Было много людей, которых обманула твоя внешность. Хотя, кроме меня, было еще несколько человек, которые считали это странным…

По крайней мере, он так думал.

Возможно, только Субару, знакомый с Искусственными Духами, испытывал это странное ощущение.

Субару: Даже если ты не заметила этого тогда, люди, которые глубоко связаны с ней, сразу поймут, что ты не Анастасия.

Ехидна: И все же, только люди с поверхностными отношениями, как ты и Ал-кун, это сказали. Разве это не значит, что я хорошо справилась?

Субару: Сейчас Рикардо и котята заняты своими собственными проблемами. И Юлиус тоже.

Ехидна: “――――”

От этих слов Шарфидна прищурилась.

В ответ на ее реакцию Субару взглянул с подозрением, но Шарфидна тут же вздохнула и продолжила:

Ехидна: В конце концов, Юлиус - Рыцарь Аны? Судя по ходу разговора в конференц-зале, это было наиболее вероятно, но… полномочие Обжорства ужасает. Оно может даже украсть мои воспоминания, а я, как предполагается, существую вне нормы.

Субару: Ты… Что ты хочешь сделать с Анастасией?

Ехидна: "──?"

Субару: Что касается вопроса о том, намеревалась ли ты похитить тело Анастасии, честно говоря, даже если мы поговорим об этом, я ничего не смогу сделать, поэтому я не буду донимать тебя. Я скажу это ясно, даже если ты скажешь, что это не так, у меня нет оснований верить тебе, но…

То, что она не могла вернуть тело Анастасии... было неприемлемо.

Для Лучшего Рыцаря это означало бы потерю одной из его надежд.

Духовная смерть кандидата──Он не хотел использовать это в битве на Королевских Выборах.

Субару: Я не откажусь от того, чтобы вернуть её к нормальной жизни, Ехидна.

Ехидна: Можешь быть спокоен. Я не настолько самонадеяна, чтобы думать, что могу завладеть телом Аны и жить вместо нее.

Столкнувшись с разъяренным Субару, который решительно выдвинулся вперед, Шарфидна сказала это с явным пессимизмом. С грустным выражением лица она обняла маленькое худенькое тело Анастасии.

Ехидна: Знаешь, мне нравится Ана. Более десяти лет, которые я провела рядом с ней без контракта, были не просто жаждой наблюдения. Я не знаю, правильные ли это чувства, но я ощущала нечто, похожие на чувства опекуна или члена семьи, я знаю об этом. Если это возможно, я хочу сделать так, чтобы она была здорова и счастлива больше всего на свете.

Субару: “――――”

Шарфидна говорила равнодушно, как и всегда, но в ее облике, когда она говорила и прикасалась к нежному телу Анастасии, в котором она теперь находилась, чувствовалась нежность.

Так же, как Пак чувствовал любовь и привязанность к Эмилии, а Беатрис к Субару, Шарфидна, возможно, чувствовала то же самое к Анастасии.

Если это так,

Субару: Так вот в чем истинная причина твоего желания встретиться с Мудрецом.

Ехидна: Это очень проницательно с твоей стороны. Мне плевать на людей, чьи имена были съедены Обжорством. Я просто хочу знать, как вернуть это тело Ане. Вот почему для этого я буду использовать и вас всех.

Субару: Есть ли вообще гарантия, что Мудрец знает, что делать?

Ехидна: Нет никакой гарантии. Но когда речь заходит о Мудреце, который, как говорят, все видит и все знает, есть шанс. Ставлю на то, что он сможет это сделать, это единственная возможность, вот и все.

Ни слова против не прозвучало из уст Субару в ответ на слова Шарфидны, полные железной решимости.

Без сомнения, это был ужасно эгоцентричный, эгоистичный вывод, к которому она пришла. Тем не менее, Шарфидна действовала, чтобы достичь своей цели своим собственным способом.

Таким образом, то, что Субару нужно было подтвердить, было…

Субару: Ты действительно знаешь способ добраться до Мудреца в Сторожевой Башне Плеяд?

Ехидна: Разумеется.

Субару: У тебя должно было быть описание персонажа, говорящее, "у меня нет воспоминаний о прошлом". Почему кто-то вроде тебя знает способ добраться до Сторожевой Башни, о котором никто другой не знает? В этом нет никакого смысла.

Ехидна: Я знаю только то, что знаю. Мне неприятно, что ты просишь у меня основания для этого, но это так. Если ты хочешь более красивого ответа, то это потому, что попасть туда - это судьба, я думаю.

Субару: Судьба? Предрешенная кем?

Ехидна: Моим Создателем, возможно.

Ответ Шарфидны был высокомерным, но для Субару это был худший вариант ответа.

Если Создатель, о котором она говорила, Был Ехидной, то тот, кто выжег путь к Сторожевой Башне в памяти духа, мог быть только ею.

Это означало, что в Сторожевой Башне Плеяд находилось что-то связанное с Ехидной.

Конечно, это вызывало у него дурное предчувствие и определенное ожидание от знаний самого Мудреца.

Ехидна: Интересно, это тебя убедило?

Шарфидна спросила об этом Субару, который молчал, придя к единственному выводу.

Колеблясь, стоит ли соглашаться немедленно, Субару испустил долгий, глубокий вздох.

Субару: Не то чтобы я очень убежден, но, по крайней мере, я понимаю. У тебя есть свои собственные цели и дела, которые тебе нужно сделать, и они не идут в разрез с моими собственными.

Ехидна: Конечно. У нас обоих есть вопросы, которые мы хотим задать Мудрецу. Вот почему мы будем сотрудничать, чтобы добраться до него. В этом нет ничего странного.

Субару: Прекрати. Как только ты это сказала, ты сразу же стала подозрительной.

Ехидна: Это довольно грубо.

Казалось, он сойдет с ума, если будет продолжать разговаривать со Шарфидной в форме Анастасии.

В любом случае, у них будет достаточно времени, чтобы составить друг другу компанию, пока они будут направятся к Сторожевой Башне Плеяд. Песчаные Дюны Аугрии, где находилась сторожевая башня, расположились в восточной части карты мира.

Это будет долгое путешествие.

Субару: Я постепенно начал привыкать к тебе, так что дай мне еще немного времени.

Ехидна: Все в порядке, даже если тебе это не нравится. Правда, Нацуки-кун слишком холоден рядом с такими милыми девушками. Ты ранил мои чувства, уууу...

Обернув шарф вокруг шеи, Шарфидна повторила привычную манеру поведения Анастасии.

Действительно, это было хорошо исполненное представление, но…

Субару: Твоя интонация “я” неверна. Кроме того, твой Кансайский диалект слишком гладкий. По сравнению с людьми, которых я знаю из Карараги, ему недостает подлинности.

Ехидна: Подлинности?

Это была очень маленькая разница. Шарфидна прохрипела эти слова, тем самым подтверждая слова Субару, и в конце концов вздохнула, словно признав поражение.

Со стороны Субару, ему не нужно было ничего подтверждать Шарфидне. А что касается возвращения тела Анастасии, то это будет зависеть от самого Мудреца Сторожевой Башни Плеяд.

Однако,

Субару: Не говори Юлиусу… или кому-то еще о том, что ты заимствуешь тело Анастасии.

Ехидна: ...я не возражаю, но просьба Нацуки-Куна довольно неожиданна.

Субару: Я не хочу вызывать ненужный шум в этой ситуации, которая и так уже достаточно запутана. Кроме того, если они узнают, что это действительно ты, а не Анастасия, предложили эту идею, Рикардо и другие могут немедленно выступить против нее. Мне тоже будет неприятно, если мы не сможем пойти к Сторожевой Башне, хоть это и чистейший эгоизм.

Был шанс, что Рикардо, Мими и другие будут беспокоиться о теле Анастасии и остановят ее.

В этом случае они могут быть вынуждены отказаться от своего путешествия к Сторожевой Башне, даже если это было отличным решением их проблем. Это было бы помехой для Субару и его группы, поскольку они хотели спасти жертв Обжорства.

Субару: Было бы здорово, если бы жертвы Обжорства, Похоти, и конечно же, вопрос с тобой и Анастасией мог бы решить Мудрец. Если все пойдет хорошо, то Рикардо и остальные не смогут потом жаловаться. Нет, даже если они будут жаловаться, я не стану их слушать.

Ехидна: Как сказал Хосин, «Счета в конце концов уравновешиваются».

Субару: В этом я согласен с Хосин-саном.

Как и следовало ожидать от Хосина, который, возможно, пришел из того же места, что и он, и говорил прекрасные вещи.

Субару: Ну что ж.

На этой ноте их беседа была закончена.

В худшем случае, если бы Шарфидна намеревалась использовать тело Анастасии, существовал бы шанс, что последняя битва в Пристелле развернулась бы здесь; то, что этого не произошло, принесло ему облегчение.

Только по этой причине этот вопрос возник в то время, когда Субару расслабился.

Ехидна: Кстати, Нацуки-кун...

Субару: Хмм?

Субару обернулся как раз в тот момент, когда он положил руку на дверь, чтобы попытаться покинуть конференц-зал.

Все еще опираясь на круглый стул, Шарфидна мило наклонила голову, как Анастасия в сторону Субару.

Ехидна: ──Есть кто-то еще, верно? Кто-то другой, о ком ты хочешь спросить у Мудреца. О том, как вернуть его обратно.

Субару: “――――”

Ехидна: Так или иначе, в Пристелле есть люди с похожими симптомами, верно? Лучше всего взять с собой примерно одного человека, который проявляет эти симптомы, чтобы узнать, как вернуть их в нормальное состояние.

Его рука все еще лежала на дверной ручке; Дыхание Субару замерло.

Шарфидна, в конце концов, продолжала равнодушно смотреть на Субару, чье лицо застыло, а глаза широко раскрылись.

Ехидна: Что бы ты хотел сделать? Это полностью зависит от тебя, Нацуки-кун.

Субару: Я…

Ехидна: В любом случае, мы остановимся у Особняка Маркграфа Мейзерса, верно? Если мы не подготовимся к походу через Песчаные Дюны Аугрии, мы не получим подтверждений, что мы в состоянии пойти К Сторожевой Башне. Когда мы это сделаем, твоя спящая красавица должна быть там.

Субару: “――――”

Ехидна: Я не думаю, что это плохо. Мы спасем всех, вопрос только в том, кто будет первым среди всех……Все будет в порядке, если Нацуки-кун позволит себе такую роскошь.

Равнодушный голос Шарфидны почему-то показался Субару дьяволски искусительным.

Он понял, что она хотела сказать. И хотя, вне всякого сомнения, он хотел продолжить то, что она сказала, он не смог ответить ей немедленно.

Конечно, это было потому, что――,

???: Субару!

Субару: ――хк!

Услышав свое имя, Субару удивленно поднял голову.

Эмилия и Беатрис стояли перед Субару, у которого перехватило дыхание. Они оба широко раскрыли глаза на реакцию Субару, и Эмилия наклонила голову и спросила его:”

Эмилия: Ты сказал, что пойдешь к Юлиус-сану……Ты так сказал, но поскольку тебя не было в больничной палате, я забеспокоилась. Что ты делал?

Субару: Нет, ничего особенного…… Знаешь, этот парень, у него было такое лицо, что я не мог долго его видеть.

Эмилия: Правда? Хотя мне кажется что у Юлиуса красивое лицо……

Субару: Эмилия-тан тоже так думает?

Эмилия: Ах, но лицо Субару тоже великолепное, я думаю, что это прекрасное лицо. Ну, знаешь, такое, когда чем больше смотришь на него, тем больше оно тебе нравятся, или, да, я думаю, что-то в этом роде.

Субару: Это продолжение такое болезненное!

Эмилия неловко поправляла себя, но то, как она это делала, тоже было слегка неприятно. С горькой улыбкой Субару опустил плечи. На этот раз Беатрис, молча стоявшая рядом с Эмилией, о чем-то задумалась.

Беатрис продолжала смотреть за спину Субару, в сторону убежища позади него. Как будто она догадывалась о разговоре, который он тут вел.

Беатрис: Субару, если ты собираешься делать что-то опасное, тебе следует позвать Бетти, я полагаю. Если бы я оставила тебя одного и потом стало бы плохо, Бетти была бы вне себя.

Субару: Это та же самая привязанность, которую я всегда испытываю к тебе. Поскольку ты такая милая, мне становится не по себе, когда я думаю о том, сколько времени пройдет, прежде чем тебя украдет похититель, которому хотелось немного сладостей.

Беатрис: Бетти не такая уж дешевка, я полагаю! Не смейся надо мной!

Разозлившись, Беатрис подошла к нему, чтобы выдавать ему пощечины снова и снова. Как только она это сделала, Субару поднял Беатрис на руки, которая издала удивленное “Фваааа”, и направился туда, где была Эмилия.

Беатрис: От-отпусти меня, поставь на землю, я полагаю! Ах, но, поставь меня на землю, только медленно.

Субару: Это довольно сложно, так что тебе придется пока оставаться в таком положении.

Тело Беатрис было легким, но странно теплым. Преобладало мнение, что у детей температура тела выше, но если Беатрис была маленькой девочкой, то применимо ли это к ней? Хоть она и была духом.

Эмилия, которая была рядом с ним, посмотрела на лицо Субару, который криво улыбался. Пока она смотрела на него, подняв глаза, Субару спросил ее, ”что такое?"

Субару: Разве это так необычно, что мы с Беако играем?

Эмилия: Нет. За прошедший год это уже не так необычно, но……я думаю, что сейчас ты делаешь такое смущенное лицо, что довольно необычно за этот прошедший год.

Субару: ――. Так ли это? Хотя я не могу сказать, что все в порядке, большинство проблем было решено, и сейчас мои лицевые мышцы расслабились достаточно хорошо, или как-то так.

Эмилия: Если ты так говоришь, я тебе поверю, но……

Эмилия бросила взгляд из-под длинных ресниц на Субару, который придавал своим щекам такую форму, словно они были резиновыми. Затем она медленно продолжила свои слова, которые она прервала.

Эмилия: Когда ты решишь, что делать, обязательно дай мне знать. И, если ты не найдешь ответа, несмотря ни на что, обязательно поговори со мной, хорошо? Было бы здорово, если бы ты пообещал мне это.

Субару: Обещание, хах?

Эмилия: Да, обещание, которые Субару не очень хорошо держит. Ты хорошо умеешь это делать, верно?

Субару: Воах, это слишком жестко для Эмилии-тан.

Он получил язвительную оценку от Эмилии из-за результатов своих прошлых обещаний.

Затем Эмилия со слабой улыбкой на лице протянула ему мизинец. Увидев это, Субару мгновенно перекинул Беатрис на другое плечо и соединил свой мизинец с ее, пока Беатрис кричала: “ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, Я ПОЛАГАЮ!”

Субару: Сердце на клочки порву, без надежды проживу, сотню иголок в глаз воткну, если вдруг я обману.

Эмилия: Клянусь.

Их мизинцы оторвались друг от друга.

С вытянутым мизинцем, Эмилия улыбнулась Субару:

Эмилия: Субару, сколько иголок будет в общей сложности с этими?

Субару: Ну, я не думаю, что они достигнут тысячи.

Эмилия: В таком случае, убедись, что ты действительно не получишь всю тысячу, хорошо?

Субару коротко ответил “Ага” на молитвенные слова Эмилии.

С таким ответом она почувствовала абсолютную безопасность ―― для Эмилии это, вероятно, было бы невозможно. Она даже не собиралась давать обещание с самого начала.

Вот почему ее обещание сейчас было предупреждением для Субару.

«Ехидна: ――Все будет в порядке, если Нацуки-кун позволит себе такую роскошь.»

Последнее искушение Шарфидны всплыло в его сознании.

Мог ли Субару позволить себе такую роскошь, мог ли он действительно позволить это?

Кто ему это позволит? Ему, кто зависел от подобных вещей.

Субару: У меня будет ответ. ――К тому времени, как я вернусь в особняк, я обязательно его получу.

Тем не менее, это то, что вы ожидали бы от кого-то, у кого было то же имя, что и у той Ведьмы.

По правде говоря, использовать в своих интересах самые слабые стороны людей было ее сильной стороной.

Субару: Действительно, как отвратительно…

Беатрис: Ты что-то сказал прямо сейчас, я полагаю?

Субару: Нет, но пока я несу тебя таким образом, я могу трогать или шлепать задницу Беако столько, сколько захочу.

Беатрис: КЯАА, В САМОМ ДЕЛЕ! О-отпусти меня, я полагаю! Поставь меня на землю! Медленно и нежно, словно хрупкий и нежный цветок, я полагаю!

Субару: Хахахаха.

Беатрис: Перестань хлопать меня по ягодицам, так мерзко смеясь, в самом деле――!!

В версии с изображениями тут находится картинка.

С Беатрис, поднимающей шум из-за его плеча, Субару отправился вслед за стройной фигурой, идущей впереди него. Время от времени Эмилия оборачивалась, и по ее виду казалось, что она хочет присоединиться к ним.

"Если бы только она была здесь", - подумал он, удивляясь собственной Жадности.

Занавес опустился над битвой Нацуки Субару в Городе Водных Врат.

――И теперь он молча двинулся к следующему этапу истории, которая вела его к Песчаной Башне.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Возвращение Драконьей Повозки

Перевод:imy

Редактура: Ekidonaa

***

──Группа Нацуки Субару продолжала двигаться прямо на восток, после того как они покинули Пристеллу.

Они направлялись к восточному краю мира - мусту, в котором были Песчаные Дюны Аугрии, которые были участком земли с богатой историей демонических зверей, которые продолжали существовать в течении сотен лет, отвергая каждое существо, ступавшее на их территорию.

Это место источало миазмы, которые заставляли путников теряться в пространстве и грызли их сердца.

Это место было наполнено группами демонических зверей, которые позволяли себе играть с жизнями людей.

И там был человек, который искал мира во всем мире - человек на сторожевой башне, который определял каждый из успехов и неудач, допущенных теми, кто подошел слишком близко. Этого человека звали Мудрецом Шаулой.

Субару: Просто зная это, я чувствую, что мы идем на самоубийство.

Одного упоминания о препятствиях, лежащих впереди, было достаточно, чтобы вызвать уныние.

На самом деле люди, которые направились к этому месту, зная, что ждет их впереди, возможно, похожи или на самоубийц, или, были приверженцами Культа Ведьмы. Во всяком случае, казалось, что они были больны на голову.

Однако эти люди не были ни тем, ни другим, поскольку они не собирались умирать. Скорее наоборот: они намеревались выжить любой ценой.

Они бы обеспечили путь другим, чтобы каждый из людей, потерявший себя на другом пути, получил ответы.

Они начали эту экспедицию, чтобы получить семя надежды.

Субару: ……Тем не менее, это довольно загадочно.

Субару, который сидел спереди, прошептал эти слова, продолжая ощущать тряску драконьей повозки, которая на самом деле не дрожала. Когда другие люди в повозке услышали его шепот, все до единого, четыре человека, резко повернулись к нему.

Эмилия: Загадочно? Что-то случилось?

Субару: Нет, ничего особенного, Эмилия-тан. Просто-о-о... Когда один из наших драконов, с которым мы едем, скорчил рожу, я подумал про себя: “В нем есть что-то загадочное.”

Этим ответом Субару попытался отмахнуться от вопроса Эмилии.

Эмилия и Беатрис расположились по обе руки от Субару, охраняя его с обеих сторон. Это были его главные союзники. Было очевидно, что эти двое будут с Субару, но все же, вопрос в том, кто из них имеет большее значение для Субару.

Юлиус: Ну, вполне нормально, что ты так странно себя чувствуешь. На самом деле, я тоже думал, что это действительно загадочно. Для Нацуки-куна довольно естественно чувствовать себя неловко, хах.

Анастасия: Хаа, это точно.

Человек, который издал пронзительный смех и сказал это на своем кансайском диалекте - диалекте, который был закреплен за Карарагийским диалектом - был Анастасией. После того как бессильная садистка ответила в свойственной ей манере, она посмотрела на него многозначительным взглядом, поглаживая свои волосы.

Анастасия: Хотя, возможно, ты не так плох, как Юлиус, если мы говорим только о таких вещах, как утешительные насмешки.

Юлиус: Это жестоко. Однако, пожалуйста, не волнуйтесь. ──Я все-таки рыцарь в душе. Мне достаточно одной ночи, чтобы привести в порядок свое сердце. Не говоря уже о том, что последние несколько дней были... Я обещаю никогда больше не допускать зрелища, подобного вчерашнему позору.

Анастасия: Как элегантно. Тогда, возможно, мы будем ожидать именно этого.

Юлиус поклонился в ответ на насмешку Анастасии, посвященную вчерашнему инциденту.

Он сильно пострадал от Полномочия Обжорства, но это больше повлияло на всех его друзей и близких, чем на него самого; это в первую очередь повлияло на ВСЕХ, кроме него самого.

Таким образом, люди, изменившие свое поведение, были его друзьями в большей степени, чем он сам. Он не скрывал своего беспокойства, когда получил такую реакцию, и, вдобавок ко всему, в связи с тем, что он только что сказал, казалось, что его друзья переживают это не так легко, как может показаться на первый взгляд.

Субару: …Ты просто поразителелен.

Он произнес эту похвалу своим обычным голосом, выражающим привычное равнодушие ко всему.

Слабым местом Субару было то, что он не мог ясно выразить искреннюю похвалу. Субару не мог забыть и это чувство - ощущение того, что твое собственное естество осталось позади, что рядом нет никого, с кем он мог бы поделиться своими воспоминаниями.

У Нацуки Субару определенно остались воспоминания о других версиях этого мира, которые никто не помнил, так как только он был тем, кто мог вернуться назад во времени с его способностью Посмертного Возвращения.

Если бы он вспомнил хотя бы один случай, когда он выстраивал связи только для того, чтобы потерять их в глубине души, то, возможно, это были бы первые дни в особняке Розваля - повторяющийся цикл бесконечной череды попыток.

Его призвали в другой мир, он бегал по Королевской столице, чтобы помочь Эмилии, и в результате его пригласили в особняк Розваля. Затем он пережил 4 итерации одних и тех же событий, прежде чем ступить ногой в 5-й мир.

Воспоминания вплоть до 4-го мира хранились в голове Субару и нигде больше.

Даже сейчас было трудно забыть тот шок, который он испытал, когда люди, с которыми он строил отношения в те дни в особняке, обращались с ним, как с чужаком.

Эта боль и печаль никогда не исчезнут.

Беатрис: …Что это? Субару, почему ты вдруг начал гладить Бетти по голове?

Субару: Не беспокойся об этом. Это просто мои потаенные эмоции, которые говорят: ”Я действительно спас это время благодаря тебе". Спасибо… Спасибо.

Беатрис:Я ничего не понимаю, я полагаю. Кроме того, мои волосы становятся спутанными, так что остано... тебе не нужно останавливаться, но гладь их немного мягче.

Беатрис повернула голову к Субару, облокотившись на спинку сиденья. Субару погладил ее по голове, как она и просила, не позволяя себе выкинуть из головы воспоминания о том времени, когда он был действительно спасен.

Единственным человеком, который не изменил своих чувств к Субару в течение нескольких циклов в особняке, была Беатрис. Они встретились еще до начала Посмертного Возвращения. Она оставалась единственным человеком, который не изменил своего отношения к Субару и после этого.

Более того, она тоже сохранит тот факт, что спасла его, как вечную тайну.

Субару: После этого, Эмилия-тан спасла меня, хах.

Эмилия:——?

Эмилия сделала удивленное лицо в ответ на слова Субару.

Субару был прямо здесь в этот момент исключительно потому, что он был спасен ее добротой, милым голосом, отношением и теплом ее заботы.

"—―――"

Именно так Субару смог распознать импрессивность Юлиуса в том, что он делает все самостоятельно, как реальность. Субару мог сделать такие выводы из-за того, как он добился своих триумфов; он получил столько помощи, сколько мог, поскольку прошло время, пока он пытался сделать все правильно 4 раза.

Или, может быть, это было потому, что рядом всегда был некто, чтобы оказать ему помощь.

Некто, которого Анастасия забыла; некто, который не искал помощи ни у кого в своем лагере; некто, чьи узы были разорваны с духами, с которыми он заключил контракт; некто, чей кровный брат тоже забыл его.

Если бы это было так, то он был бы благодарен за него.

Эмилия: Продолжая смотреть на лица людей, вот так… Что-то не так, Субару?

Субару: Ничего страшного. Я просто подумал о том, чтобы дать тебе понять, как ты прекрасна, и я люблю тебя, та, кто столь элегантно улыбается.

Юлиус: Прекрасная элегантность… Это действительно звучит великолепно. Я никогда не ожидал от тебя похвалы. Я на удивление счастлив... или, может быть, это преувеличение. Ну, разве моя прекрасная элегантность не дар?

Субару: Я не тебя хвалил. Хотя ты меня бесишь, когда так говоришь!

С его же манерой поведения с прошлого, или, скорее, с его реакцией, которая заставляла его казаться еще более искусным болтуном, Субару стал раздражительным.

Трудно было поверить в очевидную слабость, которая выражалась на его лице, когда он находился в больничной палате своего брата в Пристелле. В прошлом он был весьма энергичен, и Субару вспомнил времена, когда на его лице было заметно отсутствие удовлетворения. Впрочем, все это теперь совершенно забытая история.

Эмилия: Ты с Юлиусом хорошо ладишь. Умм, ммм, как вы, ребята, сейчас себя ведете, и как вы, ребята, разговариваете.

Субару: Эмилия-тан, ты все неправильно поняла. Нет никакого шанса что я и этот парень поладим. Ты видела мое лицо? У меня были самые страшные глаза на свете. Хотя, это только моя точка зрения.

Эмилия: Правда? Я не думаю, что ты прав, но....Ах, я говорю не о том взгляде, который был у тебя в глазах. Я имею в виду, когда ты сказал, что вы двое не очень ладите. В глазах Субару, как всегда, был тот же самый уровень экстремальной пугливости.

Субару: Тот же уровень экстремальной пугливости, как и всегда!?

Эмилия: Ну что касается меня, я люблю глаза Субару. Я говорю чистую правду.

Субару: Ах, черт возьми. Как бы мне хотелось, чтобы эта часть о моих глазах не прозвучала…

Эмилия криво усмехнулась, заставив Субару сожалеть. Затем она повернулась к Юлиусу с крайним любопытством, заставив его взглянуть на Субару.

Эмилия: Я сама не могу отрицать этих слов. На самом деле сказать, что мы с ним близки....это было бы неуместно так говорить. Хотя в моих глазах мы идем на компромисс друг с другом, несмотря на то, как все может выглядеть.

Субару: Ставить это как компромисс, это уже снисходительно. Даже более унизительно. …Возможно, это его разозлит.

Эмилия: Трудно сказать. Интересно, что мы должны ему сказать?

Он хотел, чтобы Эмилия согласилась с его мнением о Юлиусе, но она отреагировала на их обмен репликами тем, что пригладила волосы и,

Субару: Как я и думал, мы действительно близки, верно...?

Юлиус: Ну же. Это уже ясно.

Субару: А? Ну, тогда, я думаю, мы близки...

У Субару были разногласия с Эмилией, но он с Юлиусом вели себя так, словно ничего не произошло. Это все больше и больше сбивало Эмилию с толку. Анастасия попыталась удержаться от смеха, выдавив легкий смешок.

Реакция Анастасии заставила Юлиуса внезапно разжать губы, как бы показывая, что он успокоился. —Эти временные отношения хозяина и слуги вряд ли были подозрительными для Субару, поскольку он был знаком со всей подноготной этой ситуации.

Анастасия рядом отличалась от настоящей Анастасии Хошин, потому что она была лишь подделкой.

Тело Анастасии - это тело, которое в настоящее время использует искусственный дух Ехидна по прозвищу Эридна. Эта так называемая Эридна не собиралась захватывать ее тело, но он не был уверен, насколько ей можно доверять. Будучи человеком, который знал об этой ситуации, Субару не преминул сделать одну вещь: начал следить за Эмилией и Юлиусом, которые оба не знали об этой ситуации, пытаясь в то же время избежать раскрытия тайны.

Беатрис: …Субару, прекрати.

Беатрис сказала эти слова Субару, который, несомненно, был в состоянии глубокой задумчивости. Волосы этой девушки окончательно спутались, так как Субару гладил ее по голове все это время. На ее милом личике появилось кислое выражение.

Субару: Оххх!? Моя вина, Беако! Твоя милая внешность сейчас пострадала.....у тебя теперь все волосы в беспорядке.

Беатрис: Возможно, тебе не следует говорить так, будто привлекательность Бетти испорчена только из-за ее прически! Более того, твое лицо начинает выглядеть страшно.

Субару оторвал зад от своей половины сиденья, когда Беатрис произнесла эти слова, лихорадочно поправляя руками спутанные волосы. Субару издал "Аа..аа....", не давая себе заговорить, в то время как Беатрис старалась выглядеть так, как будто она была безразлична к такой ужасной некомпетентности.

Беатрис: Нет смысла делать такое чрезмерно озабоченное лицо, я полагаю. …Бетти позаботится об этом. Если возникает проблема, Бетти замечает ее гораздо быстрее Субару, я полагаю.

Субару: …Да..

Беатрис сказала это в ответ на беспокойство Субару. Это была Беатрис - еще одна персона, которая знала об Эридне и её связи с Анастасией.

Они договорились скрывать правду: во-первых, Субару не будет вызывать ненужного шума по этому поводу. А во-вторых, они убедились, что у Эридны не было намерений украсть тело Анастасии у нее. Однако, Беатрис будет единственной, кто поймет, когда что-то пойдет не так.

Это были два существа, которые были одним и тем же типом искусственного духа, который имел один и тот же тип отношений с Ведьмой Ехидной. Если покажется, что Эридна планирует что-то, то Беатрис, несомненно, это почувствует.

Хотя, если принять во внимание эмоции Беатрис, он не считал, что для Беатрис было бы очень желательно иметь дело с Ехидной, но…

Беатрис: Отбросив ненужные подозрения в сторону, это прекрасно, что ты действовал самостоятельно и искал помощи у кого-то, не заботясь о том, кто это был, как и всегда. Хотя, сначала ты пришел к Бетти, я полагаю. На этот раз я хвалю тебя за это.

Она ответила вот так, вот и все.

Эмилия: —я вижу его.

Как раз в тот момент, когда он подумал, что драконья повозка погрузилась в состояние тишины, Эмилия вдруг прошептала эти слова.

Казалось, Эмилия видела их цель издалека, когда смотрела в окно драконьей повозки. Субару также понимал, что вид из окна превращается в знакомый пейзаж.

Субару: Какой ностальгический путь. Мы скоро прибудем в особняк Розваля, хах.

Он пробормотал эти слова, прежде всего стараясь удержать свои чувства от того, чтобы оказаться рядом с их первым контрольным пунктом, вспомнив их первоначальную цель.

Целью этой группы, той же самой, что и в начале, были Песчаные Дюны Аугрии - место, где они попытаются поговорить с Мудрецом Шаулой. Однако, они уже договорились по дороге заехать в особняк Розваля, чтобы подготовиться к путешествию и сделать остановку в своей долгой экспедиции.

Было много вещей, о которых они хотели поговорить в лагере, включая инцидент в Пристелле и шанс встретиться с Мудрецом.

"――――"

Субару прищурился, чтобы разглядеть особняк, который был еле различим вдалеке.

Каждый из четырех человек в повозке внимательно смотрел на Субару. У каждого из них в глазах виднелись разные эмоции, но у Субару не было никакого самообладания, чтобы посмотреть хотя бы кому-то из них в глаза.

***

Было уже больше часа дня, когда драконья повозка прибыла в особняк Розваля.

Долгий путь из Пристеллы, который продолжался всего 10 дней, временно приостановился.

Петра: Субару!

Субару: О, Петра!?

Они подъехали на земляных драконах к особняку Розваля, поблагодарили кучера и вышли. Миниатюрная горничная выбежала из особняка навстречу Субару и набросилась на него с необузданной силой.

Она толкнула его грудь со всей своей мощью и силой, и Субару каким-то образом удалось поймать ее, отступая назад. Затем он погладил по голове девушку, которая бросилась к нему в объятия.

Субару: Петра, такими внезапными атаками ты пугаешь меня, знаешь ли. Меня не было почти месяц, у тебя все хорошо?

Петра: Я была в порядке, как ты можешь видеть. Однако Субару....-сама пришлось нелегко, верно? Я волновалась после того письма… Ты опять так сильно пострадал, да? Тебе больно?

Петра: *щекочет Субару*

Субару: Хей, Петра. Выполняй свою работу горничной должным образом. Если ты этого не сделаешь, Рам и Фредерика разозлятся на тебя.

Петра: …Ладно. Расскажи мне потом о том, что случилось.

Она быстро вернулась, но, похоже, доверие Петры было серьезно подорвано.

Беспокойство Петры было бы неизбежным, если бы он рассказал ей о том, как он оказался вовлечен в то, что казалось беспорядком, который затронул весь город. Хотя, это не был шум, который Субару намеревался вызвать для Культа Ведьмы, однако и это оправдание было бы бессмысленным.

Это было бы бессмысленно, учитывая, что большинство целей Культа Ведьмы были связаны с лагерем Эмилии.

Петра: Добро пожаловать, гости. Выражаю почтение вашим стараниям, позволившим совершить такое долгое путешествие. Я - горничная Петра Лейте. Я буду вашим проводником к особняку.

Воспоминания Субару были отброшены в сторону, а затем Петра произнесла эти слова, похожие на те, которые вы услышите, войдя в храм.

Юлиус взял Анастасию за руку, чтобы помочь ей выйти из повозки, и они оба спустились вниз с выражением крайнего восхищения на лицах. На лицах Эмилии и Беатрис тоже читалась некоторая гордость.

Анастасия: Ты вполне в форме, хотя и маленькая, хах. Ты тщательно тренируешься.

Юлиус: Действительно казалось, что Субару был совершенно другим человеком с его поведением после того, как она набросилась на него, хах.

Анастасия: ─Милое зрелище.

Юлиус согласился с улыбающейся Анастасией, и тут лицо Петры начало краснеть от того, что они сказали. Юлиус посмотрел на нее, а затем перевел взгляд на Субару. Затем,

Юлиус: Я вижу.....Хм, ты заставляешь людей все больше и больше восхвалять тебя в качестве "Лолимансера"*

(imy: Мы долго думали как будет правильнее, ибо гений на англ переводчике поставил "little girl user", т.е. "Повелитель/Пользователь Маленьких Девочек", но я решил остановится на старом Лолимансере.)

Субару: Чтобы ты знал, Петра не такая уж и маленькая, и даже если ты называешь меня так, единственная маленькая девочка, которой я "повелеваю", - это Беако, да и вообще, ей 400 лет! Смирись с фактами.

Беатрис: Вообще-то, Бетти не та девочка, которая усердно работает, чтобы быть использованной Субару как ему удобнее, я полагаю. Субару, ты тоже должен смириться с фактами.

Субару холодно ответил на шутку Юлиуса, а затем Беатрис еще холоднее упрекнула Субару.

Губы Субару нахмурились. Он замолчал, и Беатрис вздохнула. Затем она посмотрела на юбку Петры. Она встала рядом с ней, а затем сделала легкое движение, чтобы ухватиться за край ее юбки.

Беатрис: И еще, смотри. За это время мало что изменилось в Петре и Бетти, я полагаю……Подожди секунду. Бетти чувствует, что Петра немного выросла. Ее волосы тоже немного отросли, я полагаю.....!

Петра: Это потому, что прошел месяц, и это также мой период роста прямо сейчас. Мое тело вырастет, и мои волосы тоже вырастут, если я не подстригу их. Но Беатрис-тян останется маленькой.

Беатрис: чт, что....!

Петра крепко обняла Беатрис, и та удивленно улыбнулась. Она продолжала обнимать Беатрис, у которой было сердитое лицо в течение достаточного количества времени, а затем ушла, сказав: “Ну тогда позвольте мне провести вас внутрь”.

Субару: Хорошо, мы наконец-то пойдем в... Ммфф!…

Он попытался последовать за ней, но тут кто-то схватил его сзади за шею своими руками. Когда он повысил голос с комом в горле и оглянулся, то с удивлением обнаружил, что это Эмилия вцепилась ему в шею.

Ездовой дракон дернул Субару за подбородок, а Эмилия вцепилась ему в шею сзади.

Эмилия: Субару, Патраш, похоже, не в восторге.

Если бы вы посмотрели на земляных драконов, когда Эмилия сделала это замечание, из двух земных драконов, с которыми они путешествовали, вы бы заметили, что красивый, черный как смоль земной дракон смотрел на Субару ужасающе суровым взглядом.

Это был ласковый дракон Субару, Патраш. Когда Субару попытался ответить ей взглядом, она резко отвернулась. Затем она издала легкий, но очень недовольный звук.

Эмилия: Ты серьезно не смог помириться с ней, хотя у тебя было 10 дней, хах.

Субару: Да, я знаю, но я действительно не думаю, что это моя вина на этот раз……

Субару почесал затылок, думая о том, что делать с Патраш, которая навалилась ему на живот.

Что касается неприятностей, с которыми Патраш помогала Субару до сих пор, оглядываясь назад, вы увидите, что с тех пор, как они покинули Пристеллу… или, давайте заглянем немного в прошлое. Когда он пришел в конюшню земляного дракона после сражения с Культом Ведьмы, она уже был в плохом настроении.

Он не разговаривал с Патраш, так как не хотел оставлять Отто с его ранами. Она понимала его просто потому, что они давно знали друг друга. Этот ласковый дракон также пытался понять гнев Субару сверхурочно.

Субару: То есть, ну, я знаю, что пренебрегал ею во время неразберихи, и что я даже заставил ее чувствовать себя одинокой, но……гфууу!?

Эмилия: Субару!?

Субару уже заканчивал свое заявление, как вдруг Патраш взмахнула своим хвостом на него, точным попаданием покрыв его грязью с головы до пят. Как и следовало ожидать, Патраш безжалостна в своих нападениях. Если он ответит ей обманом она без колебаний нанесет ему удар.

Субару: Я этого не ожидал……Думать, что у меня хватит сил для защиты после отсутствия оной против атаки Регулуса - это просто...

Эмилия: Ты в порядке? Патраш решила вдруг снова тряхнуть хвостом, но разве это не значит, что тебя снова ударят, если ты не скажешь то, что надо?

Он получил помощь от Эмилии в виде её колен, но потом резко встал, услышав ужасающее пророчество из уст Эмилии. Он взглянул на Патраш, и она, конечно же, была там, держа наготове свой длинный хвост. Она рассекла воздух концом хвоста, словно плеткой, припугнув Субару. Он чувствовал, как она явно говорила ему, что удвоит силу удара после каждой ошибки, которую он сделает.

Он бессознательно потерял способность говорить что-либо, и его горло сжалось, когда он понял, что не может позволить себе ответить небрежно.

Юлиус: Даже если ты так беспечен, твой земляной дракон все равно испытывает к тебе огромную симпатию.

Однако это заявление, сделанное Юлиусом, не возымело нужного эффекта на Субару. Субару указал на себя и Патраш в ответ на аргумент Юлиуса и,…

Субару: Серьезно? Я вроде как весь в этой грязи, понимаешь? Ты называешь это симпатией?

Юлиус: Если бы ты когда-нибудь почувствовал на себе доказательство глубокой привязанности, ты бы понял это, не так ли? Это очень эмоциональный и чувствительный земляной дракон. Она злится, что не смогла помочь тебе во время того ужаса, и злится на тебя за то, что ты не обратился к ней за помощью. Так что это может быть просто естественное проявление чувств, а не гнев по отношению к тебе.

Субару: О чем ты говоришь? Остановись.

Правдивость высказываний Юлиуса была неизвестна, но, по крайней мере, его слова заставили прекратить Патраш взмахивать хвостом. Субару еще раз взглянул на Патраш, и она отвернулась, как всегда, но—

Эмилия: Глядя на нее сейчас, кажется, что она немного смущена, услышав это.

Субару: Эмилия-тан, ты тоже это заметила? И.. Я тоже это заметил. Это заставляет мое сердце трепетать, так что не делай этого слишком часто, пожалуйста, Патраш.

Он произнес эти слова, нервно протянул руку, и тогда Патраш наконец опустила голову, позволив Субару прикоснуться к ее телу, покрытому жесткой чешуей. И с этим, казалось, конфликт закончился на хорошей ноте.

Петра: Разве этого недостаточно? Теперь все в порядке?

Петра выказала свое нетерпение, когда они продолжали оставаться в саду перед особняком, не обращая внимания на уходящее время.

Она пришла сюда согласно инструкции, чтобы вести их в особняк, а они так беспечно потратили уйму времени…

Петра: Если мы не вернемся в ближайшее время, сестра Рам снова разозлится……

Рам: ──Если ты можешь беспокоиться о таких вещах, это означает, что тебе не хватает усердия.

Петра: Пья―!?

Петра вскрикнула и выпрямилась. Обернувшись, она увидела розоволосую горничную, идущую со стороны особняка.

Вне всяких сомнений, это была Рам. Она медленно перевела взгляд на Субару и его спутников, и гости вместе с Петрой застыли, как каменные статуи, от ее пристального взгляда.

Рам: Даже когда я думала, что ты стала лучше работать, видеть ЭТО, когда я только собиралась признать твои усилия... Рам действительно разочарована.

Петра: Из-извините, сестра Рам... о моей работе, вы собирались признать меня?..

Рам: Да. Твоя готовка лучше, чем у Рам; твоя уборка лучше, чем у Рам; ты лучше стираешь, чем Рам; и ты просыпаешься раньше, чем Рам, так что я была близка к тому, чтобы признать тебя.

Субару: У тебя должно быть больше сомнений, когда ты говоришь о таких вещах!

Насколько хуже была эта горничная-ветеран по сравнению с этой девчушкой, у которой был 1 год опыта работы горничной? Даже если принять во внимание обучаемость Петры…

Рам фыркнула носом так, что Субару это было хорошо знакомо в ответ на его крик и,

Рам: Как человек продолжает сомневаться в себе? Рам уверена в себе и здраво оценивает свои возможности.

Субару: Мне всегда казалось, что эта часть тебя - единственная вещь, которая действительно заслуживает уважения.

Субару ответил на высокомерное заявление Рам так, словно он только что потерпел сокрушительное поражение.

На самом деле, была причина учиться у Рам оптимизму ― или, скорее, была причина учиться у неё стойкости. Ему просто хотелось, чтобы она немного больше думала о себе, но,

Субару: Если бы ты это сделала, я думаю, ты бы не чувствовала себя настоящей Рам, хах.

Рам: Это страшная мысль. Кроме того, я не думаю, что было бы вежливо оставлять гостей здесь так долго. Давайте поторопимся и войдем в особняк.

Субару согласился в ответ на пренебрежительные слова Рам.

Они слишком много времени провели вне особняка. Ничего удивительного, если Фредерика и даже Розваль в конце концов объявятся тут, если они задержатся на ещё какое-то время.

Кандидаты на Королевские Выборы и главы территорий были собраны, но вопрос заключался в том, чем они были заняты.

Субару: Розваль направляется к особняку?

Рам, которая направилась к остальным, похлопала Петру по плечу, чтобы снять её напряжение. Когда Эмилия попыталась окликнуть Рам сзади, та ответила утвердительно, даже не оглянувшись.

Рам: К счастью, он сказал, что вы все можете остаться в особняке, когда пришло письмо. В письме была краткая информация о Пристелле... и остальные нюансы.

Субару: Да, должно быть, учитывая, что действительно многое произошло...

Рам: Хм… Людей стало меньше, хах. ──Гарф и Отто умерли?

Субару: Черт возьми, как будто я позволил бы им умереть! Они не мертвы! Я просто не успел вернуться к ним, когда они получили свои раны!

Рам: Я слишком хорошо знакома с людьми, которым не хватает самообладания. Особенно у Барусу есть такая дыра, откуда выливается "твое содержимое", поэтому ты должен быть осторожен. Хуже всего, когда люди начинают осознавать твою глубину, а потом обнаруживают, что ты пуст внутри.

Субару: Это действительно больно, так что прекрати это! Более того...

Если письмо, которое было отправлено в особняк из Пристеллы перед их отъездом… Если эти детали были написаны в письме, они должны понимать, что это была не просто поездка обратно для Субару и остальных.

Поэтому, когда Субару попытался подтвердить содержание второй половины письма, и когда он уже подготовил речь в голове, Рам с готовностью подняла палец.

Рам: Я же говорила тебе, не так ли? Не беспокойся. Розваль сказал, что вы можете остаться... кроме того, были сделаны приготовления как для Спящей Красавицы, так и для комнаты заключения. Хотя―

Она оборвала свои слова в сторону Субару в конце и затем нежно облизала губы.

Она облизнула губы красным кончиком языка жестом, в котором было что-то грациозно приукрашенное, и сказала:

Рам: Хотя ни то, ни другое не было делом рук Рам. Это была работа Фредерики и Петры.

Субару: Почему ты сделала такое гордое лицо?

Хоть они и не виделись целый месяц, Рам за это время совершенно не изменилась.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Его способ оказать теплый прием

Перевод: imy

***

Это немного неожиданно, но база лагеря Эмилии, особняк Розваля, на самом деле отличается от особняка, который сгорел в прошлом, тем, что теперь это была главная резиденция Территории Мейзерсов.

Однако планировка особняка не отличалась от той, что была в прошлом, так как он был оформлен в привычном стиле: книжное крыло располагалось в центре, а западное и восточное крыла располагались слева и справа. Он также был оформлен таким образом, чтобы пространство было примерно таким же; даже если они будут ходить внутри, они редко будут сталкиваться с запутанными ситуациями.

Единственная проблема заключается в том, что он был просто слишком похож, что делало более вероятным забыть о том, что деревня Алам больше не была поблизости. Было несколько случаев, когда Субару просыпался с энергией, стремился сделать радио-гимнастику по дороге в деревню, а затем посреди этой длинной дороги он понимал, что не знает, в какую сторону повернуть дальше.

Беатрис впоследствии догонит его в суете, и она будет очень сердита.

Как бы то ни было, они прибыли в особняк Розваля, где их встретили все те же старые Петра и Рам, и затем они вошли в гостиную, где их ждал Розваль, хозяин особняка, но—

Розваль: О, с возвращением. Это здорово, что ты вернулся целым и невредимым.

Розваль сидел на диване и хлопал в ладоши, приветствуя их возвращение. Субару и Эмилия были застигнуты врасплох радушным приемом Розваля, который был полон улыбок.

Они посмотрели на его чрезмерную и дружелюбную улыбку, а затем посмотрели друг на друга.

Субару: …Эмилия-тан, было ли что-нибудь странное написано в письме?

Эмилия: Я-я не знаю. Более того, не зашел ли ты так далеко, как приготовил какой-нибудь странный подарок? Потому что, ты, знаешь, Субару и Розваль иногда ведут секретные разговоры, так что…

Субару: Н-ни за что! И даже если бы я планировал сделать Розвалю подарок, я бы выразил свою обычную благодарность и посоветовался с Эмилией-тан, Беатрис, Петрой, Фредерикой, Патраш и, возможно, даже с Рам, чтобы они помогли мне придумать способ сократить время и деньги, необходимые для подарка.

Беатрис: Это были только имена девушек, я полагаю.

Субару: Разве это не стыдно, чтобы я спрашивал таких людей, как Отто и Гарфиэль, о подарке мужчине как другой мужчина!?

Субару ответил недовольной Беатрис, а затем криво усмехнулся в ответ на презрительный взгляд Эмилии.

Кстати, он намеренно опустил имя Рам, чтобы не вызывать беспокойства у других, так что не поймите его неправильно; он действительно чувствовал себя виноватым. Как бы то ни было, Розваль, наблюдавший за всем этим разговором, пожал плечами и сказал:

Розваль: Какая удивительная реакция. Я беспокоюсь о вашей безопасности, поэтому мне интересно, что такого странного в том, что я радуюсь, что вы все в безопасности. Это ведь естественно, верно?

Эмилия: Это──верно, но…Розваль, до сих пор ты не очень-то показывал нам эту свою сторону, так что…

Розваль: У меня также были различные изменения в моем образе мышления за прошедший год. Разве Эмилия-сама не должна быть немного счастлива, что я стал сотрудничать?

Эмилия: Хмм. Ты прав.

Эмилия отреагировала на наглый ответ Розваля так, как это было типично для ее терпимого "я", когда она принимает перемену в своих мыслях Он кивнул головой Эмилии, и просто видя, как она начала махать ладонями взад и вперед, Субару не мог оставить его на этом неадекватном уровне доверия, но—

Беатрис: Даже если бы ты попытался понять его образ мышления, это было бы невозможно, потому что он слишком странный. Субару……у Субару тоже немного, но суть в том, что у него более, я полагаю.

Субару: Ты слишком расплывчато выражаешься.

Он погладил по голове Беатрис, которая, казалось, предпочла вложить в свое замечание неопределенные и старческие слова, а затем подошёл к Эмилии, входя в гостиную.

Веселый Розваль─они сомневались в нем, но каким-то образом догадывались о его скрытых мотивах.

На самом деле он сам только что говорил о своем мотиве.

Розваль был искренне рад, что Субару и Эмилия вернулись целыми и невредимыми.

У него больше не было своей Книги Мудрости. Быть дружелюбным дня него было бы лучшим шагом, чтобы выполнить свои планы, которые он еще не раскрыл; его единственной целью было чтобы Субару сломал препятствия, которые стояли на пути.

Субару: Если ты так считаешь, то все в порядке. Хотя, было бы полезно, если бы ты пошел немного на сотрудничество.

Розваль: Ты достигнешь своей цели с моей помощью или без нее. Вот почему я считаю, что мое сотрудничество - это ненужная часть твоей силы. Это действительно даже не отношения.

Субару: Мне кажется, что я страдаю от правил в RPG, потому что второстепенный персонаж был бы слишком сильным для использования.

Это было правило, в которой чрезвычайно сильный второстепенный персонаж будет делать все, что угодно, но не участвовать в битве.

Это была ситуация, которая также была близка к тому, как Розваль воздерживался от участия в битвах; в его случае он будет все больше и больше развлекаться, продолжая сидеть и смотреть, как Субару—кто-то, кто верил в свою собственную силу изменять судьбу со своей способностью Посмертного Возвращения─принимать отчаянные меры, продолжая загонять себя все глубже и глубже в затруднительное положение.

Он был хитрецом, отчего Субару захотелось щелкнуть языком.

Анастасия: ──Не пора ли и тебе нас познакомить?

Субару: Извините, что заставил вас ждать. Розваль, они гости. Позвольте им сесть.

Розваль: Я слушаю. Тем не менее, у тебя есть несколько интересных людей.

Девушка, которая ждала в коридоре, обратилась к человеку, который стоял у входа. Субару принес им легкие извинения, а затем жестом попросил Розваля, который сидел на диване, впустить их.

Розваль встал, а затем снова сел на свое главное место в мертвой тишине. Затем они сели на диван для посетителей. Субару и остальные медленно оперлись спиной на диван, обращенный к Розвалю.

Розваль: Добро пожаловать в еще более отдаленное место. В последний раз мы так разговаривали друг с другом на церемонии признания.

Анастасия: Действительно. Кроме того, это было не так, как если бы мы разговаривали друг с другом в нормальной обстановке... по сути, это первый раз, когда мы будем чувствовать, что говорим друг с другом.

Церемония признания, которая возникла в этом разговоре, была официальным признанием подавления белого кита, совершенного комбинацией лагеря Эмилии, лагеря Анастасии и лагеря Круш. Это была церемония, на которой оценивали их вклад.

Хотя церемония, проведенная в Королевском замке королевской столицы, была небольшой, они все же обсудили проблему Святилища. Представители лагеря собрались, чтобы поговорить о Святилище,и все члены сразу же после решения вопроса были естественно вовлечены в церемонию.

Он хорошо помнил напряженное, бледное лицо Отто и замок, сияющий в глазах Гарфиэля, хотя Розваль беззаботно решил принять участие даже после всех этих бурных реакций.

У Отто так же было напряжение, но и у Эмилии тоже оно было, так что Субару не мог сказать об этом много. Напряжение Эмилии имело смысл, учитывая, как ее хвалили за достижения, о которых она даже не помнила.

В любом случае, это встреча была в прошлом. Взаимные приветствия были сделаны в спешке.

А теперь разговор сразу перешел на главную тему: отчет по поводу Пристеллы──

Розваль: И точно так же, как сказано в письме, Отто и Гарфиэль были оставлены из-за своих ранений. Я вижу. Понятно. Эти достижения поистине многообещающи.

Розваль испустил восхитительный вздох, произнеся эти слова после того, как услышал отчет. Это заставило Эмилию поднять брови, когда она произнесла “хей” с немного сильным тоном в ее голосе.

Эмилия: Они были ранены так сильно, что даже не смогли вернуться. Тем не менее, ты все еще так говоришь. Что ты хочешь этим сказать?

Розваль: Давайте воздержимся от поспешных выводов. Да, это душераздирающе, что они были ранены таким образом, и да, их вынужденное, временное задержание в городе не менее душераздирающее, чем их раны. Однако, с другой стороны, никакие смертельные повреждения не могут быть скрыты лагерем. Если вы включите другие лагеря и рассмотрите встречи с несколькими Архиепископами Греха.....успешное сокрытие этого урона было бы поистине чудесным исходом.

"――――"

Розваль: Шрамы, нанесенные Архиепископами Греха, конечно, должны быть быстро обработаны, но каждый нанесенный ущерб был сведен к минимуму благодаря Эмилии-сама и защите города. Я думаю, что вы должны признать это сами.

Эмилия: ……О. Спасибо.

Эмилия поблагодарила с неубедительным выражением лица в ответ на то, что указывал Розваль.

На самом деле его слова должны были звучать как веский аргумент. Однако важно учитывать впечатление от выступающего. Субару казалось, что его впечатление было сомнительным, и все остальные, вероятно, тоже так думали.

Розваль: Ну, если оставить в стороне вопрос о том, что думают обо мне люди, может, перейдем к чему-нибудь другому? —Кстати, тот, кто вызвал Эмилию-саму в Пристеллу с таким шумом, должно быть был Анастасией-сама.....Что вы можете сказать по этому поводу?

Анастасия: Непростительно было втягивать ее в этот переполох. Если вы хотите, чтобы я извинилась, я сделаю это должным образом, так как я мысленно готова сделать это.

Розваль: И если вы искренне склоните голову, это закончится без вашей оплаты, ни отдав ни единого цента......О, но тебе не нужно извиняться передо мной. Разве Эмилия-сама уже не отказала тебе?

Эмилия: Ну разве не следует возложить вину на Культ Ведьмы, если именно они причиняют зло? У меня не должно быть обязательств перед Анастасией, она просто просила о нашей помощи. Кроме того, кажется мы не достигли наших целей, ради которых нас вызвали в Пристеллу.....

Розваль бросил косой взгляд, на что Эмилия ответила, ощупав кулон, висящий у нее на шее.

Новая, невероятно большая драгоценность находилась внутри этого кулона. Даже сейчас, крепко спящий большой дух спокойно ожидал своего пробуждения, продолжая спать. Пак получил очень чистый кристальный камень, который станет его йориширо──это то, чего лагерь, безусловно, достиг со своими целями; того, что было не меньше, чем то, к чему они стремились.

(imy: Йориширо - предмет, который призывает духа.)

Эмилия: Кроме того, возможно ли, что Культ Ведьмы ушел, потому что мы просто случайно оказались там? Если ты думаешь об этом в таком ключе, тогда это следует рассматривать в качестве достижений Ана...

Анастасия: Думать об этом так много, конечно, было бы слишком благосклонно к другому лагерю, так что я остановлю тебя на этом.

Анастасия почему-то превратила слова оптимизма Эмилии в слова поддержки.

Однако нынешние вопросы Розваля были всего лишь попыткой держать людей в узде. На самом деле, вполне возможно, что большинство целей Культа Ведьмы были принесены в Пристеллу именно Субару и другими. Если бы на это указали, атмосфера стала бы тяжелой, даже с уверенностью в зле ведьмы.

Таким образом, в их интересах было бы избежать утверждения мнения: “Давайте работать вместе. Культ ведьмы самый худший!” .

Субару: Мы отхватили одни врата, и остальные 3 группы так же справились хорошо*. Один Архиепископ Греха также умер, а другой попал в плен....черт возьми, с Культом Ведьмы происходило все одно за другим.

(imy: я вообще не понял всю эту часть в англе, поэтому заменил на что-то абсолютно свое.)

Розваль: Хотя их организаторские способности немного сомнительны. В их случае, если говорить об их сотрудничестве и единстве, они будут выглядеть как преступная группа, не имеющая отношения друг к другу. Даже если они потеряют одного из своих союзников и кто-то в конце концов останется один, психика этого одинокого сумасшедшего не будет восстановлена.

Субару: ...Я согласен со сказанным тобой.

Субару согласился с мнением Розваля, так что он, вероятно, был прав.

Так называемая “организация”, Культ Ведьмы, была теперь скорее объединенной командой сумасшедших, чем реальной организацией. Теперь, когда им не хватало организованности, они не смогут заставить себя думать ни о чем невинном; они не думали, что отныне будут просто послушными.

Оставшиеся Обжорства и жестокость Похоти никогда не прекратятся.

Субару: Вот почему нам нужно найти способ противостоять им. Следующее, о чем я буду говорить, связано именно с этим.

Розваль: .....Ты хочешь встретиться с Мудрецом, Шаулой, хах.

Субару: Я знаю, что это будет нелегко, но у меня нету выбора, кроме как попробовать это, пока я не смогу придумать какой либо другой способ. Наконец-то всемогущий и всеведущий...... или, скажем, всеведущий. Если такой мудрец существует, нет ничего плохого в том, чтобы просто заставить ее выслушать, верно?

Розваль: Хотя все, кто в эти последние сотни лет пытался это сделать, в конечном итоге понесли большие потери, заплатив своими жизнями.

Он изображает это общеизвестным, и это, безусловно, был тревожный взгляд на ситуацию. Однако для этой причины у них было кое-что припрятано в рукавах.

Анастасия сделала подтверждающий жест подбородком, когда Субару обменялся с ней взглядами. Затем,

Анастасия: Вот тут-то я и вступаю. К счастью, у меня есть способ, которым мы сможем безопасно добраться до Сторожевой Башни Мудреца. Так что нет причин беспокоиться о том, что кто-то пропадет. Это успокаивает ваши тревоги?

Розваль: Ну, даже если вы скажете мне просто верить вашим словам...во-первых, даже если у вас есть этот метод, у вас есть много товарищей, которые захотят больше, даже после того, как им заплатят большую сумму денег. Почему ты единственная, кто...

Анастасия: Деньги, безусловно, важны для меня как для торговца. —Однако в этом мире есть вещи, которые нельзя заменить деньгами. Это является одной из этих вещей.

Анастасия тронула свою худую грудь, преувеличивая величие Эридны.

Она притворялась Анастасией, но одно это слово обладало удивительной силой; силой, которая поразила Субару, даже когда он знал о том, что Анастасия не была ее изначальной "я" прямо сейчас.

Анастасия смотрела в глаза Розвалю. В ответ он закрыл один из своих глаз и некоторое время смотрел на нее единственным желтым глазом. Затем,

Розваль: Боже~е~е мой. Вот почему трудно иметь дело с людьми, которые понимают, что такое борьба и азартные игры. Более того, вряд ли Эмилия-сама согласится с этим.

Эмилия: Я считаю, что ты ведешь себя немного грубо, приходя к таким выводам самостоятельно.

Розваль: Но ты не зайдешь так далеко, как попросить меня прекратить это делать. Но все в порядке. Ты осмелитесь пойти по этому тернистому пути. Там он будет сопровождать тебя.

Розваль вяло ответил, хотя он был заинтересован в том, как они хотели попасть туда в конце концов.

Высота препятствия, через которое пришлось перелезать Субару, становилось все выше в зависимости от выбора Эмилии этой трудной дороги. Это потому, что она напоминала надежду, которая заменит Книгу Мудрости с точки зрения Розваля, начиная с этого момента.

Субару: В любом случае, мы наткнемся на какую-то пустыню, основанную на информации Анастасии, хотя это снова заставит пройти некоторое количество дней.

Юлиус: Это не просто “какая-то пустыня”, это Песчаные Дюны Аугрии. Ты уже столько раз совершал эту ошибку, так как насчет того, чтобы взять и наконец запомнить это правильно?

Юлиус внес свои пять копеек, вздохнув в ответ на смутную память Субару.

Человек, который все это время молча наблюдал и сидел на диване рядом с Анастасией, посмотрел на Розваля умным взглядом и,

Юлиус: Что касается того, что сказал Розваль, я действительно считаю, что это очень трудное предложение. Тем не менее, Пристелла все еще подвержена тирании Культа Ведьмы, и есть огромное количество людей, у которых поврежденны разум и тело из-за них. Если бы мы могли как-то помочь им, то я хотел бы получить на это разрешение.

Розваль: У тебя довольно изящная манера говорить. Похоже, что ты обладаешь экстраординарными способностями...но совершенно непонятно, почему у меня нет никаких воспоминаний об этом. Что значит….это. Верно?

"――――"

Розваль понимал ситуацию, просто зная, что он был кем-то, о ком у него не было никаких воспоминаний. Юлиус посмотрел немного вниз, затем Розваль положил подбородок на руку, которой он уперся об подлокотник кресла.

Затем он показал бодрую улыбку, и,

Розваль: Все забывают о человеке, затронутом Полномочием Обжорства. Такое чувство, будто мир оставил тебя позади. Чтобы избежать отставания, ты будешь искать слабую надежду, направляясь к Мудрецу Шауле. Это не значит, что тебе нужно оправдываться тем, что это ради кого-то.

Юлиус: —Ни в коем случае я не принимаю такие действия из-за личных интересов!

Розваль: Я не виню тебя. Это вообще-то естественно, так что мне нравится это. Делать что-либо для себя вместо того, чтобы делать что-либо ради кого-то другого, становится отчаянием. Даже если вы спасли других людей в результате своих действий—чувствовать удовлетворение и чувство достижения от этого—Не было никакой необходимости отрицать свое снисходительное сердце.

Лицо Юлиуса застыло. Розваль осторожно продолжая ответил.

Его лицо под клоунским гримом расплылось в еще более широкой улыбке. Затем,

Розваль: И даже более того, если ты спасешь их, то есть большая вероятность, что и другие люди будут спасены таким же образом. Ты даже носишь на плече справедливое дело своими действиями, так что тебе не нужно брать на себя немного вины, верно?

Юлиус: Я...

Анастасия: Глава территории Мейзерсов, могу я попросить вас остановиться на этом?

Анастасия удержала Юлиуса рукой, а затем заняла его место. Она изящно улыбнулась и наклонила свою прелестную голову.

И затем,

Анастасия: У меня тоже нет воспоминаний о нем.....но даже тогда этот ребенок кажется моим рыцарем. Вот почему я чувствую себя не в своей тарелке, когда вижу, как над ним издеваются, а он ничего не может с этим поделать.

Розваль: Вы хотите сказать, что связь между хозяином и слугой все еще существует между вами, даже когда он исчез из вашей памяти?

Анастасия: Интересно. Я тоже не слишком уверена в этом. Я не чувствовала, что его беспокойство было естественным во время поездки, хотя.... более важно―

Анастасия осторожно подняла палец и указала на диван, на котором они сидят. Затем,

Анастасия: Они все были здесь все это время. Вы рассматриваете разрыв вашего лагеря как защиту?

Розваль: ──Боже~е~е мой.

В ответ на замечания Анастасии— Розваль посмотрел на Субару, который находился на грани извержения, а затем пожал плечами. Субару был на грани того, чтобы закричать. Естественно, Эмилия и Беатрис тоже были на грани этого.

Можно было бы сказать, что Розваль сдался, когда он поднял обе руки в знак покорности.

Розваль: Хорошо, хорошо. Я сожалею об этом. Хотя, я думаю, что я просто указывал на возможность определенного аспекта.

Субару: В этом не было необходимости. Тебе действительно нужно прекратить нести эту чушь.

Розваль: Но было ли это так? Ты, скорее всего, столкнешься с людьми, которых не волнует, сколько людей выиграет от результата; недоверчивые товарищи, которые унижают вас оскорбительными жалобами. Мне показалось, что вы не знаете об этой возможности, поэтому я просто подумал посоветовать вам предвидеть ее.

“Ты делаешь это не ради кого-то. Ты делаешь это для себя.”

На самом деле, Субару также имел опыт, хранящийся в нем в виде жалкой раны, где его ругали за подобные действия.

Однажды он сказал Эмилии в Королевском замке, что действует ради нее, но она ответила, что он действует ради себя самого. В результате он не смог легко забыть о боли от этого. Это была чистая правда.

Тем не менее, он почувствовал вкус этого через свои вредные намерения, было ли они верно или нет. Но то, что он это сделал, еще не значит, что―

Субару: Это не значит, что чувство выполненного долга уменьшается в зависимости от количества людей, которые одобряют твои действия. Как будто этот человек такой. Хватит.

Розваль: Тут уж ничего не поделаешь, верно? Потому что, в отличие от тебя, я не знаком с его личностью. …..Хотя ваши отношения с ним не похожи на те, что были бы у вас после поездки, в которой вы были вместе на протяжении нескольких дней.

Розваль смотрел снизу на Субару, который вышел из себя. Именно в этот момент глаза Розваля, обрамленные длинными ресницами, потемнели от полномасштабного чувства трагедии. Затем,

Розваль: Это значит, что ты единственный, кто снова помнит. Как и то, что ты единственный, кто помнит Рем.

Субару: Хотя мне интересно, что это за судьба.

Розваль: Это доказательство того, что ты особенный. Ты должен заботиться об этом. Ты должен дорожить этим. ─Потому что есть много вещей, которые не могут быть получены, даже если вы этого хотите.

Никто, кроме самого Розваля не следил за второй половиной его слов.

Однако, даже если бы он продолжал задавать ему вопросы до тех пор, пока тот не прольет свет на это, Розваль не выдал бы правду, поэтому Субару быстро сдался. Во всяком случае, то, что нужно было сказать, следовало сказать сейчас.

Дальше будет―

Субару: Как и было сказано в письме, комната заключения и....

Розваль: И Спящая Красавица приготовлены, да. Хотя я был уверен, что ты действительно ненавидишь, когда к ней прикасаются.

Субару: Может быть, найдется способ разбудить ее, так что я попробую. Разве это не данность?

Розваль: Я был удивлен, когда узнал, что ты впервые испытал эту меру с этой девушкой. Ты производишь впечатление эгоиста, но на самом деле ты сам себя наказываешь этой частью дела. Не кажется ли тебе, что где-то в глубине твоего сердца, где-то в уголке своего сознания, с самого начала, ты желаешь быть тем, кто спасет её?

"――――"

Он попал в яблочко, и Субару рефлекторно погрузился в молчание.

Он продолжал беспокоиться о том, будут ли другие жертвы страдать тем же, что и Рем, из за Обжорства, пока они не оказались прямо перед особняком во время поездки к Плеяде.

Желание разбудить Рем, конечно, не позволило бы ему даже забыть об этом беспокойстве. Если бы у нее была возможность проснуться, он хотел бы, чтобы она поторопилась и сделала это, даже если бы это было только на один день, даже если бы это было только на одну секунду.

Однако уверенность в том, что именно Субару это сделает, была совсем другой проблемой.

Все эти люди в Пристелле страдают от такого же ущерба, как и Рем. Это была ситуация, когда спящие люди даже не были способны беспокоиться о том, как их семьи отнесутся к тому, что их забрали.

Чем больше Субару думал об этом, тем острее ощущал пронзающий его странный клин.

Это было чувство вины из-за того, что он желает спасти ее в первую очередь из множества других людей.

Вот почему он и на этот раз колебался, брать ли Рем с собой—вплоть до сегодняшнего дня, но―

Эмилия: Я уже убедила Субару, так что никаких проблем.

Розваль: .....Это довольно удивительно.

Человек, который сказал это Розвалю, был Эмилией. Она заняла место Субару, который находится в состоянии молчания.

Розваль сомневался, но посмотрел на Эмилию, которая надулась от гордости, и закрыл один глаз. Затем,

Розваль: Ты так говоришь, но разве ее пробуждение не будет неприятным для тебя? Субару-кун испытывает сильные чувства к этой девушке, независимо от того, как ты на это смотришь. На самом деле, они так же сильны, как и его чувства к тебе.

Эмилия: Да. Я думаю, что это правильно. Субару посвятит себя этой девушке на некоторое время, и он сможет перестать заботиться обо мне.

Субару: Нет. Ни при каких обстоятельствах это не.....

Случиться. Это не должно будет случиться.

Он клянется, что отныне его чувства к Эмилии тоже не поколеблются.

Просто его чувства к Эмилии были другой частью его чувств. Его сильные чувства к Рем - это факт, и, как сказала Эмилия, если бы она проснулась, не было никаких сомнений, что он стал бы предан ей.

Однако, она сказала “Все в порядке” Субару. Затем,

Эмилия: Если это заставит Субару повернуть в другую сторону, это просто означает, что на этот раз я сделаю все возможное, чтобы ты повернул в мою сторону. Я не беспокоюсь о том, что Субару вдруг не будет там. Поэтому я также хочу, чтобы ты пошел по моему пути, независимо от того, насколько безумно ты влюблен в Рем и насколько она мила.

Субару: А? Эмилия-тан!?

Эмилия: Таково мое решение, и это то, что я решила. Более того, никто не будет жаловаться на то, что ты спас ее. —Так что все в порядке. Давай разбудим Рем.

Эмилия поддержала решение Субару своими сильными словами.

Эти слова имели какой-то вес, которые ощущались как исповедь. Это удивило Субару и заставило его колени дрожать. Было много случаев, когда Эмилия говорила ему вещи, которые звучали как привязанность—они случались, но ни в одном из этих случаев она не выходила за пределы своей глубокой привязанности.

Эмилия: Я, Рем, Беатрис, Петра, Патраш, Отто-кун, Гарфиэль, мы все хотим, чтобы ты был действи-и-ительно о-о-очень счастлив!

Субару: Хотя во второй половине своего заявления ты смешала земляного дракона с людьми.

Она так же добавила лоли в середине.

Во всяком случае, он принимает это, и тогда Беатрис, сидевшая рядом, ткнула его в плечо. Субару издал “оохии" и посмотрел в её сторону. На лице Беатрис, как всегда, отразилось разочарование.

Беатрис: Я не собираюсь жаловаться на склонность Субару дурачиться с девушками.....но моя рука всегда свободна, я полагаю. Это единственная особая привилегия Бетти..

Субару: …..Ты до смешного мила.

Беатрис: это данность, я полагаю. Очарование Бетти существует для богов неба и земли.

Он не заходил так далеко, чтобы беспокоиться о том, что боги неба и земли думают об этом, но это прозвучало в сердце Субару.

Субару был поддержан Эмилией и Беатрис, и он будет усердно работать, чтобы разбудить Рем.

—Он долго колебался, стоит ли это делать.

Субару: Так вот в чем дело, Розваль. Прости, что тебя так "любят". Рем будет забрана.

Розваль: Ты просто удивишь Эмилию-саму и Беатрис-саму, когда ты заставишь их звучать как "очередных". Все в порядке, делай что хочешь. В любом случае я никогда не планировал вам мешать.

Субару: Хорошо, тогда о прошлом разговоре.

Розваль: Я чувствовал беспокойство и просто хотел убедиться, что вы поняли смысл моих действий. Я также причинил боль вашему невероятному, безымянному рыцарю, или как-то так.

Субару: Все в порядке.

Розваль говорил таким тоном, что казалось, будто он подшучивает до самого конца. Юлиус слегка вздохнул, и когда он обменялся взглядами с Анастасией,

Юлиус: Я Юлиус Юклиус. Сейчас это осталось только в его памяти, но я - королевский рыцарь Королевства Лугуника. Я не настолько неумел, чтобы мое сердце тревожилось из-за чего-то подобного.

Он сделал свое заявление вот так и проделал великолепную работу, отмахиваясь от назойливой злобы мага.

Субару: ......Не очень решительно.

Юлиус: На чьей ты опять стороне? У меня такое чувство, будто меня только что ударили ножом в спину.

Он прикопался в его последнее заявление сразу после окончания их разговора.

***

Разговор закончился, и Субару с остальными покинули гостиную.

Они направились к комнате заключения, расположенной в восточном крыле особняка. Они направились туда, чтобы вступить в контакт с этим человеком, который, возможно, был важным ключём для достижения Песчаных Дюн Аугрии.

Ее привезли в комнату заключения около года назад, когда сгорел предыдущий особняк—в то же время, когда жители особняка переехали—и с тех пор ее там держат.

Она была не из тех людей, с которыми хочется вступать в контакт, и это тоже было небезопасно, но—

Розваль: Интересно, какие результаты они принесут. Интересно, означает ли это также, что я снова оказываю на них влияние, давая им ожидания?

Розваль опёрся спиной на диван и глубоко погрузился в него, бормоча эти слова.

В гостиной остался один человек. Маг обдумывал затянувшееся воспоминание о предыдущем разговоре, он кое-что вспомнил, а затем издал легкий смешок. Затем,

Розваль: Означает ли это, что я становлюсь приятным членом и для него тоже? А ты как думаешь?

Беатрис: .....ты, конечно, можешь говорить некоторые отвратительные вещи—это то, что я думаю, я полагаю. У тебя действительно нет никаких ограничений, я полагаю. Это пугает; по-другому и не скажешь, я полагаю.

Розваль: Не то чтобы мне не хватало чести, чем больше это тело достигает своего конца.

Беатрис: Ты раньше был женщиной. У тебя достаточно мер предосторожности, я полагаю.

Розваль улыбался все более жизнерадостно, и тогда маленькая дев—Беатрис, которая ответила на его заявление, начала играть со своими волосами, когда она потянула их с невозмутимым выражением лица.

Может быть, потому, что ей было скучно, или, возможно, это была привычка, которую она делала, когда нервничала.

Розваль: Субару-кун и остальные идут в комнату заключения, ты знаешь? Тебе не кажется, что без тебя ему небезопасно?

Беатрис: Домашняя собака, которая укрепляет свой собственный дух - это больше бремя, чем бродячая собака, у которой бывают моменты, когда она теряет свой дух. Поэтому я и решила держать его в узде, я полагаю.

Розваль: Называть его домашним псом жестоко. Хотя я думаю, что это было бы то, чего он хотел бы, если бы это означало быть собакой Сенсея.

Беатрис: Он беспомощный извращенец. …..Розваль, не стоит недооценивать его слишком сильно, я полагаю. Если ты заведешь его понапрасну, Бетти тебе этого не простит.

Розваль расплылся в улыбке с оттенком непристойности, когда Беатрис вдруг с горьким выражением лица дала ему такой урок. После этого Розваль перестал улыбаться и, как всегда, закрыл один свой глаз—голубой, а затем снова помотрел на Беатрис, но уже только желтым глазом.

Розваль: Мы с тобой ведем себя по-разному, когда остаемся только вдвоем; я веду себя искренне, а ты ведешь себя беззаботно.

Беатрис: Это значит, что ты видишь во мне ту сторону, которая совершенно не похожа на мать. Бетти, которая держит Субару за руку, в несколько сотен раз лучше, так что как насчет того, чтобы не оскорблять меня подобным образом?

Розваль: Это то, что ты стала способна признать. Кто-то вроде тебя, кто притворяется библиотекарем запрещенной библиотеки, должен стать настолько счастливым, насколько это возможно.

Беатрис: Это естественно. Вот почему я заставлю чтобы ты позволил мне действовать, чтобы защитить это счастье, я полагаю.

Беатрис боролась с Розвалем с таким же уровнем интенсивности в своих глазах, пока она стояла перед ним, в то время как он продолжал сидеть на диване. Розваль прищурил глаза, словно пытаясь заглянуть в сердце этой круглоглазой девочки и,

Розваль: Один человек победил нескольких Архиепископов Греха. Субару-кун, скорее всего, думает, что это сделал не один человек.

Беатрис: .....должны быть другие кандидаты, кроме Субару, которые помогли победить их.

Розваль: Но никто из них не приблизился к нему и не встал на него сверху. Это самоочевидная истина, независимо от того, просто ли она задевает его или собирается встать на него сверху. Перестань делать вид, что они сделали больше, чем на самом деле.

Беатрис: —Я не позволю тебе сказать больше, я полагаю.

Беатрис ответила на доводы Розваля голосом, в котором слышалась решимость, которую она прежде скрывала от Розваля.

Она крепко вцепилась в рукав и сердито посмотрела на Розваля.

Беатрис: Бетти - это Бетти Субару. Следовательно, Субару будет самим собой, я полагаю.

Розваль: Я не хочу мешать твоим усилиям. Просто мне было бы удобнее иметь меньше людей, которых можно было бы признать. Это все.

"――"

В конце Беатрис бросила на Розваля свирепый взгляд, а затем уверенно направилась к двери.

Остальная часть дискуссии также была прекращена.

Розваль: Беатрис.

Розваль обратился к далекой девочке.

Беатрис остановилась, но не обернулась.

Розваль: Видишь ли, Беатрис, я хочу, чтобы ты была счастлива—или, по крайней мере, всегда была сильнее всех остальных масс. Это то, что я чувствую, и это потому, что ты... ты мне как младшая сестра.

Беатрис: —Это не делает меня очень счастливой. Более того, ты не мама.

Розваль: Разве это не является любовью?

Она не ответила.

Она просто открыла дверь, и тогда единственным звуком, который можно было услышать по всей гостиной, был тихий звук закрывающейся двери.

И после этого в гостиной не осталось ни единого звука.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Клетка маленькой девочки

Перевод: imy

***

Фредерика: Как прошел ваш разговор с Розвалем-сама?

Субару: Можно сказать, что все прошло так же нормально, как и всегда, и что он раздражал меня больше, чем обычно. Посочувствуй мне немного.

Фредерика: Я просто скажу тебе "понятно".

Группа Субару покинула гостиную, и Фредерика повела их в восточное крыло особняка.

Эта страшноватая горничная с красивыми, длинными светлыми волосами, в своем вежливо ношенном наряде горничной, вежливо──наконец-то обменялась приветствиями с Анастасией и Юлиусом как одна из честных горничных особняка, и заговорила с Субару, который ходил с унынием.

Фредерика: Был ли Гааф-тян полезен в вашем путешествии и в городе? Чтобы он получил тяжелую травму до такой степени, что не смог вернуться, даже когда я дала ему конкретные инструкции...Я беспокоюсь о том, что он причинил неприятности Госпоже Эмилии и остальным.

Эмилия: Нет, не беспокойся об этом. В конце концов, мы заставляли Гарфиэля работать действи-и-ительно тяжело. Он сейчас отдыхает вместе с Отто-куном, не причиняя никаких неприятностей....ну, я не так уверена насчет того, что никаких проблем нет. Я надеюсь, что это так, но в любом случае мы попросили их просто отдохнуть.

Фредерика: Приношу свои извинения за то, что мой глупый младший брат доставил вам неприятности.

Эмилия впала в полусомневающееся состояния не закончив свои объяснения, в то время как Фредерика принесла свои извинения.

Как бы то ни было, Гарфиэль был человеком, который беспокоил Петру, Рам, Розваля и Фредерику своим поведением, но его менталитет так или иначе изменился во время инцидента в Пристелле. Если бы вам пришлось описать это, вы могли бы сказать, что он повзрослел. Да, он определенно повзрослел.

Сила Гарфиэля проявилась уже в 15-летнем возрасте.

Он все еще был далек от того, чтобы похвастаться своей силой как сильнейший, если принять во внимание битву с "Охотницей за потрохами" и битву с "Восьми Руким”. Но даже тогда у него определенно был уровень силы, который соперничал не только с лагерем Эмилии, но и с сильнейшими всего континента.

Самой большой проблемой была, вероятно, его незрелая психика. Если бы он мог контролировать свою умственную слабость, то поднялся бы на следующую ступень.

Просто, ну...это тоже было чем-то, что не следовало торопить. Это потому что неуклонно и уверенно становясь сильнее, чтобы твердо шагнуть по лестнице на следующую ступеньку, было подходящим способом созревания для 15-летнего парня.

Также―

Субару: Есть еще одна причина, по которой он не вернулся сразу в этот раз.

Эмилия: Ты говоришь о Мими?

Субару: О ней тоже, но...

Эмилия вмешалась в разговор, и Субару криво улыбнулся ей в ответ.

Даже Эмилия, которая была плохо осведомлена о любви в отношениях, казалось, в какой-то степени интересовалась любовными делами других людей. Ее очень интересовали отношения Гарфиэля и Мими.

Конечно, Гарфиэль также рисковал своей жизнью и защищал себя, что, вероятно, вызвало у Мими чувства к нему, поскольку она ясно выражала свою привязанность как до, так и после битвы.

Откровенно говоря, нет такого мужчины, который не содрогнулся бы от любви девушки, которую он не ненавидит. Субару так же не был исключением.

Субару ничего не мог сказать об этом феномене, учитывая, что он был одним из тех, кто испытывал его раньше.

Он хотел проследить за изменениями, которые произойдут с этого момента, учитывая то, как Гарфиэль любил Рам и неуверенность в том, как он реагирует на чувства Мими.

Но это было совсем другим делом. У Гарфиэля осталось другое дело в Пристелле.

Фредерика: ──Субару-сама? Ты хочешь меня о чем-то спросить?

Субару: Нет, ничего особенного. С моей стороны было бы неправильно говорить об этом.

Он посмотрел на Фредерику глубокомысленным взглядом, и она спросила, что это значит.

Он думал об истинных чувствах Гарфиэля, скрывая ее сомнения. В Пристелле, семья, о которой беспокоился Гарфиэль——это была семья, у которой были золотые волосы и зеленые глаза, которые были чертами, которые напомнили бы о Фредерике и Гарфиэле, которые были братом и сестрой.

Отношения Гарфиэля с ними были похожи на его отношения с Фредерикой.

Конечно, Гарфиэль хотел гордиться этим и хотел сообщить об этом своей

семье, Фредерике и Рюдзу. (imy: одна из Льюис вроде как.)

Субару: Так что я ничего не скажу. Нацуки Субару оставит все как есть в ультра-крутом виде.

Эмилия: О, кстати о Гарфиэле, некоторые действи-и-ительно дружелюбные дети были в Пристелле. насчет тех детей...

Субару: Эмилия-тан Эмилия-тан, ты заставишь мой монолог пойти прахом!

Его объяснение почти превратилось в пустую трату времени, поэтому Субару остановил Эмилию.

Синергия была бы страшной, если бы он оставил все как есть, поэтому он решил, что найдет время, чтобы должным образом объяснить суть обстановки позже.

Субару с вымученной улыбкой помахал рукой Фредерике, лицо которой становилось все более и более озадаченным.

Фредерика: Извините, что прерываю вас, ребята, пока вы счастливо подогреваете свою близость, но куда вы направляетесь?

Субару: О, это место называется "Комнатой заключения". Человек, о котором мы говорили раньше, здесь.

Юлиус: Хм, обычный человек, хах. —Интересно, хорошо ли пойдет разговор?

Субару: Это то, что не было сделано раньше, так что я не знаю. В любом случае, я хотя бы попробую спросить, чтобы убедиться.

Юлиус ответил на объяснение Субару, погрузившись в глубокую задумчивость со сложным лицом, пока следовал за ним сзади.

На самом деле Субару также знал о количестве проблем, связанных с этим предложением. Однако если все пойдет хорошо, то они смогут значительно снизить риск своего путешествия.

Эмилия: Кроме того, эта девочка относительно знакома с Субару, так что разве это не должно быть прекрасно?

Субару: Эта девочка больше знакома с Гарфиэлем, чем со мной. Не думай, что я могу быть доволен ее кошачьей стороной.

Субару отреагировал на оптимизм Эмилии такой же кривой улыбкой, а затем Фредерика остановилась. Субару и Эмилия тоже остановились, и тогда они явно вошли в другой уровень атмосферы в этом особняке.

Это был настоящий особняк Розваля, который устроен так, чтобы ничем не отличаться от прежнего особняка. Однако подвальная часть восточного крыла──это было единственное место, которое имело явное отличие от предыдущего особняка.

В центре особняка находилось главное центральное крыло, в котором были сосредоточены удобства, необходимые для повседневной жизни.

В западном крыле располагались многофункциональные удобства, такие как комнаты для прислуги и гостей. А еще было восточное крыло, где хранилась история семейного наследства Мейзеров──место, которое служило хранилищем / сейфом, где хранились такие вещи, как книги.

Единственное место, которое отличалось в восточном крыле, было подвалом. У холодной каменной комнаты подвала благородного особняка была ясная цель.

Анастасия: Довольно неприятная атмосфера витает в этом месте, хах.

Анастасия фыркнула носом, а потом откровенно прокомментировала перемену в атмосфере.

В ее взгляде на атмосферу не было никакого отрицания, так что это была действительно четкая оценка, с которой все согласились. Атмосфера, царившая на этом уровне особняка, не могла быть описана никак иначе, как атмосфера, которая испускала "неприятное чувство".

Анастасия: Это все еще кажется другим, чем миазмы, но это, конечно, не дает хорошего ощущения телу.

Юлиус: Помимо вопроса о структуре здания──прежде всего, цель этого помещения... ну, это не имеет никакого отношения к этому, но я действительно верю, что эта структура позволяет кому-то в конечном счете быть скрытым внутри него.

Анастасия и Юлиус смотрели вниз на непрерывную лестницу, которая вела вниз в подвал особняка, наполненного темнотой, когда они обменивались этими словами.

Они уже говорили о "Комнате Заключения". Эти двое начали думать о почти бесконечных ответах, стоящих за смыслом помещения,которое находилось в подвале.

Фредерика: Ну что ж. Теперь я буду направлять вас всех. Пожалуйста, будьте осторожны, чтобы не споткнуться.

Фредерика произнесла эти слова и повела их вниз по лестнице. Субару и остальные последовали за этой высокой женщиной сзади, когда они спустились в подвал. Лицо Юлиуса также говорило о том, что он готовился к тому, что его ждет впереди.

Их шаги, сделанные во время ходьбы по каменной лестнице, очень отчетливо раздавались по всему пространству, в котором они находились. Холодный ветерок дул из подвала, заставляя его челку слегка дрожать, что до непостижимой степени действовало ему на нервы.

Фредерика: Я собираюсь открыть её.

Когда они спустились в подвал, их преградила железная дверь прямо перед ними. На двери было множество крепких замков. Фредерика открыла несколько из них один за другим.

Ключ от двери издавал звук, замки открывались, и затем дверь открылась со скрипом. За дверью расстилалась каменная дорожка, и они снова увидели другую дверь глубоко внутри этого места.

Фредерика: Человек, которого вы ищете, находится за этой дверью.

Когда она отступила в сторону двери, она освободила путь для них, чтобы войти, и затем поклонилась. Они сделали одобрительный жест подбородками в ответ на ее поклон, и четверо людей направлились прямо к двери, чтобы вести Субару.

──На двери в самой глубокой части подвала не было замка.

Он потянулся к дверной ручке. Если бы он толкнул ее, то, возможно, смог бы заглянуть внутрь.

Когда Субару нервно коснулся двери, ему стало трудно дышать, и он оглянулся.

"―――—"

Эмилия, Юлиус и Анастасия уставились на замершего Субару. Они кивнули Субару, и он сделал глубокий вдох. Затем он вложил силу в свою руку, которая сжимала ручку.

Она издает какой-то звук, затем он толкает дверь, и...

???: Арррр, ррр, Яяя собираааюсь тебяяя съееесть!

???: Кьйааа. Помогите мне. Нееет.

???: гохихихихи. Никто не придет и не спасет тебя, даже если ты будешь так звать на помощь.

Дверь открывалась. Прекрасный голос можно было услышать, пока путь купался в свете.

По другую сторону открытой двери в комнате было видно одинокую девочку. Вокруг нее было расставлено множество кукол. Ее спина была обращена к остальным, в то время как она продолжала играть с куклами, используя обе руки.

Она перешла на имитирующий голос, хотя они не знали, что именно она имитирует. Тем не менее, он казался довольным.

???: Нет, они уже идут. Потому что они устроены так, чтобы приходить в трудную минуту……хмм?

Эта девочка, которая встала, вдруг что-то заметила, пока держала в руках своих маленьких кукол. Она робко оглянулась, увидев, что Субару и остальные ошеломленно стояли у входа, а затем раскрыла свои круглые, большие глаза.

У нее были заплетенные в косу светло-каштановые волосы и простые, но милые черты лица.

(imy: ошибка англ. переводчика? они же у неё какие-то фиолетовые+- )

Субару: Йо. Как поживаешь?

Субару произнес эти слова и поднял руку, как будто ничего не произошло.

???: Б-братец, ты идиот! По крайней мере, стучи, прежде чем входииить!

И конечно же, она накричала на него, желая, чтобы он был в предыдущей сцене.

В версии с изображениями тут находится картинка.

***

Субару: Так что да, это заключенный этого особняка. Она будет слушать то, что мы говорим, как советник по отношению к Магверям*.

(imy: Магические Звери/Демонические Звери)

Мейли: Они грязныее. Брат причинил им боль……сопение…

Когда Субару представил растроеную девочку, которая сидела на корточках в углу комнаты, окруженная мягкими игрушками——когда он представил Мейли, Юлиус покачал головой, и приложил палец ко лбу.

Видя девочку краем глаза, он заговорил так, словно обвинял увлекшегося Субару,

Юлиус: Это было немного неуклюже с моей стороны, что я не получил больше информации об этом заранее……но бедность твоего характера проявляется. Если ты не прекратишь так себя вести, то я буду очень недоволен.

Субару: Я не думаю, что веду себя так уж плохо, хотя……или, ладно, я согласен, что это было плохо. Кроме того, она действительно была кем-то опасным раньше, понимаешь?

Субару дал объяснение этими словами, что заставило Юлиуса засомневаться. Эмилия и Анастасия выстроились в ряд чтобы поговорить с Мейли, проигнорировав Субару и Юлиуса.

Эмилия: Прости, Мейли. Позже мы будем ругать Субару за это, так что не волнуйся.

Анастасия: Боже, какая милая девочка, не правда ли? Беатрис-тян, Петра-тян...не слишком ли это похоже на вкусы Нацуки-Куна?

Субару: Это нелепое мнение обо мне. Не могла бы ты сказать что-нибудь более подходящее!? Я думал собрать людей, а не конкретно лолей!

Внезапно в его прозвище “Лолимансер" появилось какое-то чувство реальности, поэтому он хотел, чтобы она не говорила пугающих вещей.

Оставив это в стороне, Мейли тоже не слушала Эмилию и ее слова, так как была совершенно зла. В этом смысле у людей с детской чувствительностью наблюдается дисбаланс.

Субару: Мейли

Мейли: Не слышу тебяя.

Субару: Мейли, ну давай.

Мейли: Мне всеее равно.

Такова была ситуация. Она была помехой, которая вошла в режим “я тебя не слышу".

Таким образом, Субару быстро решил использовать последний способ. Субару потянулся себе за спину, и он показал Мейли свой туз в рукаве.

Субару: Смотри, Мейли. Это подарок. Возьми это. Это новая мягкая игрушка - Дарепанда.

Мейли: ——! Вау! Она милая!

То, что Субару показал Мейли, было мягкой игрушкой, которую он сделал в драконьей повозке на обратном пути из Пристеллы.

Как человек, который улучшил свои навыки в области домашней помощи за прошедший год, навыки шитья Нацуки Субару стали вдвое лучше, чем раньше. Он мог делать мягкие игрушки,а если бы захотел, то, возможно, даже шить одежду для женщин.

В любом случае, мягкая игрушка была новаторской работой, которая включала в себя тему панд, "ленивые из-за жары". Ему казалось, что он уже видел что-то подобное раньше, но это пересекало миры, и это не было бы большой проблемой, поэтому он проигнорировал это.

Он показал новую работу, в которой было то-то и то-то, и Мэйли приняла ее с сияющими глазами.

Мэйли: Милая! Это новое животное! Интересно, как я должна назвать его……ладно, я придумала! Я назову его Большой Пандой!

Субару: Ты назвала его так, как его зовут в буквальном смысле.

Если отбросить в сторону её желание именования, она была чрезвычайно искусна в понимании сути вещей.

Когда она с любовью обняла плюшевую панду, то посмотрела на Субару и остальных с выражением лица, которое свидетельствовало о том, что ее настроение улучшилось.

Мейли: Кстати, с возвращением Братец и Сестра. Похоже, вы, ребята, приехали из довольно далекого места, хах. Петра была одинока, понимаешь?

Субару: В конце концов, нас не было целый месяц. И мы снова уезжаем немного далеко, так что я действительно не хочу думать о том, как это, вероятно, разозлит Петру, но……

Мейли: Петра-тян все-таки любит Братца. ……Хм? Новички?

Мейли расставила разбросанные плюшевые игрушки по полкам, а потом вдруг сделала понимающее лицо на Юлиуса и Анастасию. Юлиус удивился такой перемене в ее настроении, но Анастасия просто кивнула с невозмутимым видом.

Анастасия: По сравнению с Мими, кажется, это только начало того, что она может показать.

Юлиус: …Теперь, когда вы сказали это, я согласен. Давайте поблагодарим Мими.

Госпожа и слуга показазали странную сцену согласия, и после этого Юлиус внезапно осмотрел комнату. Он бросил быстрый взгляд на подвальную комнату и сказал,

Юлиус: Тем не менее, я предполагал, что здесь будет суровая среда после того, как услышал, что это комната заключения……но вопреки моим ожиданиям, она кажется мирным местом для проведения времени.

Эмилия: Человек здесь - девочка. Не то чтобы они хотели ее мучить. ……Но, она так же не может выйти на улицу, так что все очень сложно.

Эмилия вяло опустила брови.

Как она и сказала, ”Комната заключения"——откровенно говоря, обстоятельства жилой комнаты Мейли, в которой она была заключена, вызывали очень снисходительное чувство.

Она действительно казалась холодной именно из-за каменной дорожки, но в комнате этой девочки, которая находилась в самой глубокой части особняка, были красочные обои и ковер, так что она могла делать все, что хотела, с тем, что её не сдерживало. На полках стояли бесчисленные мягкие игрушки сделанные Субару, а также множество книг и других игрушек.

Казалось, что ей дают еду, и не было никаких проблем с тем, чтобы помыться или сходит в туалет. Короче говоря, это было место, где хикикомори мог жить в мире. Она была настолько удобна, что даже Субару захотелось оказаться в ней взаперти.

Однако――

Субару: Кажется, здесь особый воздух, похожий на миазмы, протекающие бесконечно.

Анастасия: Это похоже тоже этой девочки……верно?

В ответ на взгляд Анастасии и остальных, Мейли кивнула с улыбкой на лице.

У нее была честная улыбка, но что-то исходило от этой девочки, что было настолько ужасно и отвратительно, что это невозможно было скрыть. Это была главная причина, по которой Мейли была заключена здесь и не была освобождена.

Субару: Я действительно говорил об этом раньше, когда мы были в драконьей повозке, но эта девочка на самом деле пыталась убить таких людей, как Эмилию и других раньше........Уммм, что ж, она как профессиональный убийца. Наверное, можно сказать и так, верно?

Юлиус: Я чувствую, что это уже неправильно, но, пожалуйста, продолжай.

Субару: Такое чувство, что ты что-то подразумеваешь под тем, как ты это сказал……в любом случае, она профессиональный убийца. Итак, что касается того, что Мейли может сделать со своим маленьким телом, короче говоря, это манипулировать Магверями. Она "Повелительница Магверей".

Мейли: Ага, я очень сильно дружу с плохими животными.

Мейли сказала это с "Кхем", когда она надулась от гордости, но все равно, эти детали были слишком шокирующими.

Магвери были слишком опасны для человечества и никогда не были дружелюбны с людьми в первую очередь. Казалось, что было одно исключение, когда можно было договориться, чтобы он повиновался человеку: это сломать рог Магверя, но──

Субару: В случае с Мейли, существование рога не имеет значения, хотя теория слаба, и даже если я объясню ее, вы не поймете.

Мейли: По словам моей мамы, у меня та же роль, что и у "рога" Магверя. Так что-о-о, я могу дружить с Магверями.

Исполнять роль рога Магверя──смысл этого был неясен.

Тем не менее, казалось, что никогда не проводилось никаких исследований по поводу Магверей. Конечно, существовала вероятность, что есть люди, которые зарабатывают себе на жизнь охотой на Магверей, но даже если они знали информацию об их чертах, они не рассматривали их с исследовательской точки зрения.

Эмилия: Сначала Мейли напала на нас с еще одним человеком. Гарфиэль напал на того человека, и эта девочка была поймана. С тех пор эту девочку всегда держат в особняке.

Анастасия: Почему они так много сделали? Неважно, что вы говорите, если она была врагом, мы должны быстро разобраться с……или не совсем, так как не похоже, что с этим ребенком нужно справлятся.

Эмилия: ……Мы никак не можем убить ее. Но в то же время мы не можем отпустить ее. Потому что эта девочка говорит, что если ее отпустят…

Мейли: Мама рассердится на меня. Эльза умерла, а я потерпела неудачу, так что она определенно убьет меня, если найдет. Так что оставаться здесь - самый безопасный вариант.

Мейли ответила спокойным тоном, но казалось, что она что-то скрывает в своем выражении лица.

Мейли потеряла Эльзу, с которой работала, и она провалила свою работу. Их опекуны, скорее всего, были кем-то вроде профессиональных менеджеров-убийц, и их неудачи определенно никогда не будут прощены.

Она будет изгнана и получит наказание──это, конечно, будет ее страдания из-за последствий, хотя Субару и другие не имели к этому никакого отношения.

Субару: Это тоже самое, что видеть плохие сны. В конце концов.

Юлиус: Это не первый раз, когда вы с Эмилией обсуждаете эту идею. Как бы вы на это ни смотрели, для нас было бы абсурдно говорить вещи, которые были не более чем бессмыслицей. ……Кстати, а кто ее мать?

Субару: Я не знаю. Любое другое имя, кроме “Мама”, неизвестно. Судя по тому, что сказала Мейли, мы даже не знаем, как выглядит ее лицо. Что это за семья такая?

Но, учитывая этот бизнес, возможно, что этому мрачному образу жизни нельзя помочь. Они догадывались, какой была эта мать, основываясь на том, что сказала Мейли, и казалось, что будет трудно избавиться от её беспокойства о будущем.

Субару: Этот ублюдок Розваль был также бесполезен после смерти Эльзы, так как не было никого, кто мог бы стать посредником.

Юлиус: Ты что-то сказал?

Субару: Просто разговариваю сам с собой.

В первый же день, когда Субару призвали, инцидент с эмблемой был вызван Розвалем.

Конечно, поскольку Эльза пыталась убить Эмилию по его приказу, если учесть ход событий, когда был сделан заказ, то сделать такой вывод было бы несложно.

Однако посредник этой временной линии каким-то образом умер, и, похоже, они не смогли установить контакт. Если верить словам Розваля, нападения Эльзы и Мейли после этого не были связаны с его намерениями──именно тогда мать стала предметом беспокойства.

Субару: Во всяком случае, так обстоят дела с Мейли. Эта девочка здесь по необходимости. Это не для того, чтобы испортить ее.

Мейли: Учитывая это, Субару и все остальные ведут себя слишком мило.

Субару: Что касается этого, то это всего лишь хорошая часть твоих мечт!

Потому что, в конце концов, было больно видеть эту маленькую, юную девочку, запертую в холодном подвале. Это было не то, что вы могли просто решить забыть, и если вы попытаетесь игнорировать это, вам будут сниться плохие сны.

Так что не похоже, чтобы он имел на нее зуб, и поэтому ему было лучше быть с ней в хорошем настроении.

Анастасия: ……Разве обычно ты не держал на нее зла?

Субару: ……Должен ли я?

Анастасия: Я имею в виду, разве ты не говорил, что она пыталась убить тебя? Если так, то…

Субару: Ну, я имею в виду, что особой злости нету, хотя преступление есть преступление, независимо от возраста.

В ответ на вопрос Анастасии Субару задумался, почесав щеку. Как только он взглянул на Мейли сбоку, то увидел, что она смотрит на Субару с нечитаемыми эмоциями в глазах.

На самом деле он не беспокоился о ней, но честно высказал свои мысли.

Субару: Если кто-то приказывает человеку без суждения совершить преступление, то виновен должен быть тот, кто отдал приказ. Тем более, если это ребенок. У них есть голова, чтобы думать, но даже так, есть еще условия, которые идут с этим. Это не что иное, как минус к кодексу Хаммурапи “око за око”.

Анастасия: Это была какая-то пустая болтовня. Тогда ты думаешь, что люди, которых убила эта девочка, поймут это именно так?

Субару: Я так не думаю. Они вольны желать отомстить Мейли. Что касается меня, то если бы я умер, то даже я не думаю, что стал бы выражать свое прощение так, как сейчас.

В конце концов, мнение Субару и мысли об этом были основаны на том, как она встретит его.

Если ему скажут что-то вроде того, что его ключевой вопрос не был решен, или что он был захвачен своими эмоциями, то так тому и быть. Собственно, так оно и было.

Субару: Когда я был ребенком, я брал на себя ответственность, с которой не мог справиться сам, за родителей и взрослых. Так что, дети рядом со мной, или, ну, я думал, если дети, с которыми я мог бы подружиться, не могут взять на себя ответственность, как насчет того, чтобы я взял её вместо них? Вот и все.

Анастасия: ...Это было ценное мнение. Спасибо.

Анастасия завершила слова Субару, так как она потеряла интерес на полпути.

Конечно, он чувствовал, что это была типичная реакция, поэтому его чувства не были задеты. Если его ненавистное суждение о преступлениях было организовано таким образом, что его можно было уважать, то преступление было бы признано неправильным, независимо от возраста.

Это было отложено из-за снисходительности лагеря. Субару не испытывал неприязни к этой атмосфере и окружению.

Эмилия: Я…

Субару: ──Хм?

Эмилия: Я думаю, то, что ты говоришь, имеет смысл.

Субару: ...Спасибо.

Он не ожидал полностью положительной реакции, но был спасен от этих слов.

А потом он переключился на Мейли, которую несколько забросили, хотя это был разговор о ней. Субару посмотрел ей в глаза и сказал:

Субару: Мне нужно поговорить о том, В чем мне нужна твоя помощь. Не против пойти со мной?

Мейли: ...Океей. Я пойду с Братцем.

Субару произнёс эту просьбу, и Мейли спокойно кивнула ему.

Субару никому не сказал о том, что ему показалось, будто он увидел легкие слезы, исходящие от девочки, которая спрятала лицо в объятиях панды.

***

Мейли: Я была в Песчаных Дюнах Аугрии только дважды.

Субару и другие объяснения закончились, и Мэйли сказала эти слова, играя со своими заплетенными волосами.

Она закрыла глаза, словно что-то вспоминала, и сказала:

Мейли: Я приехала, чтобы пополнить количество Магверей. Там было много Магверей, так что был достигнут большой прогресс, но...

Субару: Но?

Мэйли: Вы действительно собираетесь туда идти? Любой другой, кроме меня, вероятно, умрет, вы вкурсе...?

Казалось, что их поступки отражались как безрассудство в глазах этой девочки, которой не хватало моральной интерпретации. Мнение лидера Магверей имело вес в отношении того, насколько они были опасными.

Субару: Я действительно хочу использовать твой опыт в качестве ссылки, но твое мнение уже имеет резкий аргумент с тем, как ты говоришь, что мы умрем, если пойдем, так что уже слишком поздно для этого. Кроме того, если это просто пустынный лабиринт, то у нас есть способ, как вырваться из него.

Анастасия: Да, это я.

Анастасия помахала рукой, подчеркивая что вести их будет она.

Однако, просто пытаясь не заблудиться на пути в этом покорении пустыни, для того добраться до сторожевой башни, дали 30 очков──это была отметка, обозначающая неизбежную неудачу. Или, скорее, до тех пор, пока они не смогут найти ответ, как получить идеальный балл, им, вероятно, будет трудно выбраться живыми.

Тремя проблемами были “Песчаный Лабиринт”, “Логово Магверей” и “Око Мудреца”.

“Песчаным Лабиринтом" займётся Анастасия, являющаяся Эридной, а что касается проблемы с “Логовом Магверей", то это то, к чему они хотели подготовиться.

Вот почему он хотел услышать подробности от Мейли, но――

Субару: Как бы это сказать... ты не знаешь, как избежать встречи с Магверями? Или наоборот, способы их заманить?

Мейли: Если ты побежишь один, то они обязательно сразу набросятся на тебя сразу все-е-е, понимаешь, братец?

Субару: Я уже делал это несколько раз, и это был довольно болезненный опыт.

Один раз это случилось год назад с китом на равнинах, а другой - чуть позже в особняке. Он чувствовал, что не хочет делать это ещё раз.

Конечно, он не отказался бы сделать это, если бы не было других мер, но он хотел избежать того, чтобы быть единственным, кто остался бы в середине пустыни, если это возможно.

Мэйли: Если братец не хочет этого делать, тогда, может быть, ты сможешь подготовить к этому других людей. Все-е-е Магвери прыгают на живых существ вместо нормальной пищи, так что, что-то в этом роде.

Эмилия: Определенно нет! Я против этого! Я против этого!

Субару: Ты не должна так отчаянно возражать. Никто не будет выбран, так что все в порядке.

Тем не менее, казалось, что никаких полезных предложений не возникало.

Или, по крайней мере, в отношении Магверей; до тех пор, пока Мейли не придумает какой-нибудь эффективный план, как кто-то, кто лучший в обращении с ними, чем кто-либо другой, они были беспомощны.

Субару: Ага, думаю, нам придется победить Магверей, которые приходят к нам один за другим. Не ждите многого от Эмилии-тан или Юлиуса.

Юлиус: Я хочу знать твою собственную оценку, учитывая, что ты не включил себя туда……но ты говоришь, что мы можем это сделать?

Юлиус отреагировал на предложение Субару, спрашивая Мейли о его целесообразности. Услышав его, Мейли посмотрела на Эмилию и Юлиуса.

Мейли: Наверное, нет. Может ли Братец и другие использовать магию около недели без отдыха?

Субару: Ты хочешь, чтобы у нас было что-то вроде битвы на истощение!?

Эмилия: Я-я попробую...?

Субару: Тебе не нужно! Это просто поток неразумного разговора! Волосы и кожа Эмилии-тан высохнут, так что давай не будем! Ладно, отказано!

Казалось, что план прорыва силой уже имел некоторые неразумные детали.

На самом деле Мейли не знала, насколько серьезна была эта сцена, но если она не преувеличивала ее, как ребенок, то они никогда не поступят неразумно.

Субару: Как насчет того, чтобы размазать кровь Магверя по драконьей повозке и обмануть обоняние других Магверей?

Юлиус: Нет, земляному дракону их не одурачить, и есть вероятность, что они не соберутся вместе, как акулы. Что-то вроде найма охранников... как насчет того, чтобы собрать большую армию для этого, как ты сделал с Белым Китом?

Субару: Это так же невозможно. Это уже делали люди, бросававшие вызов Сторожевой Башне Плеяд. Хотя она и не была такой большой, как армия, все же это была большая группа, которая бросила ей вызов. Ты можешь догадаться о результате. Как насчет того, чтобы сломать Рог мощного Магверя и использовать его как препятствие для других Магверей?

Юлиус: Если он не будет столь же подавляющим, как кит, тогда мы будем захвачены их числом. Было бы неплохо, если бы это было просто, и у нас было бы что-то вроде спрея от насекомых, чтобы избежать их.

Запах Субару──или, скорее, запах посланный ведьмой, был спреем, который наоборот привлекал, так что он был бесполезен.

Розваль был тем, кто постоянно управлял барьером, который защищал деревню Алам от Магверей. Если бы для людей вокруг него были бы созданы барьеры, и каждый из них использовал бы их для перемещения──казалось, что-то подобное сделать было бы невозможно.

Субару: Может быть, нам стоит, чтобы Розваль держал нас, и мы все атаковали бы с неба.

Юлиус: Если бы мы могли проскользнуть мимо Ока Мудреца, тогда, возможно, это был бы вариант.

Субару: Ахх, черт, точно. Мы также должны рассмотреть Мудреца.

Его нереалистическая точка зрения была опровергнута реалистической.

Даже если им удастся избежать встречи с Магверями и Пустыней, все равно придется беспокоиться о Мудреце. Просто из-за того, что никто никогда не мог проскользнуть мимо этого человека, это было действительно единственное, с чем они не знали, как справиться.

Субару: Если бы мы могли сузить все хотя бы до двух проблем……

Мейли: ──Блииин, похоже, у меня нет выбора.

Субару: О?

Субару и все остальные сидели в кругу в комнате, испытывая головную боль от мыслей о том, что делать, и тогда, наконец, Мейли сказала эти слова. Она встала и качнула своей маленькой головкой на Субару и других, которые сидели, и сказала:

Мейли: Я могу пойти с вами, ребята. Если я буду там, Магверям будет все равно, что вы будете делать. Вы будете свободны держаться от них подальше, делать их домашними животными, заставлять их убивать друг друга или заставить их съесть того мудрого человека.

Субару: Мы не будем делать вторую половину! В любом случае...

Он широко раскрыл глаза, услышав это довольно резкое замечание, но это предложение удивило его еще больше.

Он был удивлен, что Мейли высказала мнение, которое, как он думал, она никогда не скажет. Это означало, что она была готова к сотрудничеству, но еще больше его удивило то, что это означало, что она была в готова к выходу на улицу.

Субару: Тебе не страшно выходить на улицу? С тобой все будет в порядке?

Мейли: Это не значит, что Мама найдет меня, когда я выйду из особняка, понимаешь? Я боюсь, что меня найдут, но я не могу оставаться здесь всю свою жизнь.

Он был удивлен тем, что Мейли знала, что она должна была выйти в конце концов.

Но, возможно, это было естественно. Он продолжал находить время, чтобы посмотреть, как поживает девочка, но даже тогда было гораздо больше случаев, когда эта девочка была заперта в своей комнате одна. У нее наверняка было так много времени, чтобы подумать, что тишина станет пугающей.

Быть запертой в своей комнате в одиночестве было одновременно и успокаивающим, и пугающим.

И даже если эти ощущения когда-нибудь парализуют ее, ее сердце внезапно замучается.

Эмилия: Субару...

И когда Субару почувствовал необычную симпатию к сердцу Мейли, Эмилия мягко потянула его за рукав. Субару знал, о чем она думает, и тоже был с этим согласен.

Субару: Мы идём туда не для развлечения. У нас есть проводник, но мы будем пересекать пустыню. И хотя у нас есть ты, мы должны пройти через логово Магверей. И что еще хуже, Мудрец так же может нас увидеть.

Мейли: Разве не приятно прогуляться после некоторого времени?

Мэйли сказала эти слова Субару, продолжая быть сильной. Он не знал, насколько это был блеф, и насколько она говорила правду, но――

Эмилия: Она - козырная карта против Магверей, верно?

Субару: Ах, да, именно так. Мы рассчитываем на тебя, Мейли.

Мейли: Я буду стараться изо всех сил в любом случае.

Эмилия и Субару перегляделись, а затем кивнули Мейли. Девочка, которая приняла их слова, сказала это, как будто переоценивая себя, и крепко обнимала панду.

И это стало их первым шагом вперед к завершению их путешествия, поэтому Юлиус сложил руки на груди и произнес несколько коротких слов с выражением восхищения на лице, когда убедился в результате.

Юлиус: Я действительно не хочу этого говорить, но убеждать маленьких девочек действительно одна из твоих сильных сторон. ……Хотя, я не думаю, что это действительно хороший способ стать известным.

Субару: Это потому, что вы, ребята, постоянно обращаетесь со мной как с Лолимансером! Что касается того, что она маленькая девочка, то я хочу, чтобы вы знали, что Мэйли не так мала, как маленькая девочка, понятно!?

Субару в отчаянии указывал на вход в комнату в ответ на бесполезные слова Юлиуса. Как раз в тот момент, когда он это сделал, человеком, который появился по другую сторону двери, был...

Беатрис: ──Я думала о том, почему было так шумно, только чтобы узнать, что это просто снова Субару шумит, я полагаю.

Она закончила свой личный разговор с Розвалом и присоединилась к ним. Похоже, у нее была еще одна ссора, но ее отложили в сторону, как нечто не заслуживающее упоминания, и она попыталась прервать их для начала.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Причина, чтобы вытащить тебя отсюда

Перевод: imy

***

Покорение смертоносных Песчаных Дюн Аугрии, чтобы добраться до Сторожевой Башни Плеяд.

Повелительница Магверей Мейли присоединилась к группе Субару в качестве члена, что повысит их уверенность в побеге из песчаного лабиринта──лабиринта, содержащего огромное количество Магверей.

Они решили взять ее с собой. Однако эта девочка продолжала оставаться единственным человеком, проживающим в комнате заключения особняка в течении целого целого года, потому что она помогала Розвалю. Субару знал, что, естественно, будут споры по поводу освобождения Мейли, учитывая, что было событие, когда она напала на особняк вместе с коварной “Охотницей за Потрохами", но——

Мейли: В этом нет ни-и-ичего плохого, верно? Если будут другие люди, кроме Эмилии-сама и Субару-куна, тогда не должно быть особых проблем с моим уходом, верно? Даже если мое суждение было неточным и у нее оказались плохие намерения, вы, ребята, те, на кого она нацелилась, вы-ы-ы знаете.

Розваль ранее легко разрешил Мейли уйти. Специфика его ответа была такова, что вы не могли не признать, что его слова действительно звучали так, как он обычно говорит. Но в любом случае, она получила его разрешение. Таким образом, Мейли удалось благополучно освободиться из заточения, в котором она находилась целый год.

Мейли: Мм~! Как я и думала, атмосфера снаружи действи-и-ительно другая. Находясь в той тесной комнате так долго-о-о, мне было трудно дышать.

Субару: Но все же, он пытался сделать много разных вещей, чтобы заставить тебя чувствовать себя иначе, хах. Все было не так плохо, как ты говоришь, понимаешь?

Мейли: Пра-а-авда? Я ценю твое внимание, но возможность свободно двигаться вместе со своим телом - это соверше-е-енно другое чувство. Братец, если ты не научишься ценить мелочи, тебя возненавидят сестра и сестрёнка задолго до того, как ты это поймешь.

Мейли надула губы, держа в руках множество мягких игрушек. Кстати, под "сестрой" она имела в виду Эмилию, а под "сестрёнкой" Беатрис. Петру она называла "Петра-тян”, Гарфиэля “Клыкастым братцем”, а Отто “слабым человеком".

Мейли: Можно мне отдохнуть в этой комнате?

Субару: Судя по тому, что мне сказали, проблем быть не должно. Кто-то пришел, чтобы убрать это место, несмотря на то, что это комната, которая используется не очень часто. Так что ты не должна чувствовать себя неловко из-за того, что она грязная или что-то в этом роде. Фредерика должна была прийти, чтобы убрать комнату как раз в то время, когда мы вынесли наш багаж, как-то так.

Мейли:….Окей.

Это место находилось в западном крыле особняка Розваля. Эта комната, которую Мейли продолжала с любопытством осматривать, была расположена в углу зоны для прислуги.

Мейли старательно пыталась прочувствовать, каково это быть свободной от заточения. Конечно, нужно было, чтобы кто-то наблюдал за особняком, чтобы им не пренебрегали. Но в чем именно заключалась ее роль? Была ли она гостьей? Была ли она горничной? Ее роль была не так уж далека от роли гостьи, но было бы также несправедливо упустить ту ее часть, которая делала ее служанкой.

Таким образом, её можно было бы назвать рабочим помощником (?) особняка, поскольку было бы недостаточно назвать ее горничной, и было бы недостаточно назвать ее гостьей. Она будет заботиться только об этой комнате на этаже для прислуги, как если бы она представляла собой вторую половину её самой. Она принесла все свои вещи, которые раньше хранились в ее комнате заключения, так что казалось, будто эта пустая ранее комната была окрашена в цвет.

Мейли: Даже если меня освободили вот так, я не знаю, как долго я здесь пробуду. Когда появится перспектива, которая будет выглядеть как возможность жить мирно, я немедленно уйду, в конце концов.

Субару: Ну, самое главное, чтобы ты не доставляла неприятностей. Так что, пока ты не приведешь меня к своей пугающей матери, ты можешь делать все, что захочешь. Ох, как только я позабочусь, что ты выполнила свою будущую задачу должным образом. После этого ты сможешь делать все, что захочешь.

Мейли: Ты хочешь сказать, что когда я... обо всем позабочусь, я смогу умереть там, где захочу?

Субару: Почему я должен даже слышать о таких вещах? Почему меня должно волновать, что кто-то где-то умирает? ……Вот что сказал бы циничный, претенциозный я из прошлого, но сейчас я не буду говорить ничего подобного.

После того, как Субару занёс все её вещи в комнату, он погладил Мэйли по голове, пока она стояла неподвижно у окна. Эта девочка с заплетенными в косу каштановыми волосами сверкнула глазами, пока Субару продолжал гладить ее по голове.

Субару: Я хочу, чтобы моя группа была готова честно рисковать своими жизнями, несмотря ни на что. Ты можешь сколько угодно делать всё что захочешь, но если ты собираешься это делать, то должна также следовать одной вещи, о которой говорилось в письме; то есть, ты должна просто наслаждаться этим временем так сильно, как только можешь.

В конце своего заявления он легонько погладил ее по голове, а затем убрал свою руку. Получив легкий шлепок по голове от руки, которая до этого гладила ее волосы, Мейли презрительно посмотрела на Субару.

Мейли: ……Братец, ты так победил Сестру и Петру-тян? Го-о-осподи, даже постоянной осторожности с тобой недостаточно.

Субару: На самом деле это не входило в мои намерения, ты же знаешь.

После того, как Субару закончил помогать Мейли заносить ее личные вещи, он почесал голову и направился к выходу из комнаты. У него не было ни малейшего намерения помогать ей с перестановкой в комнате после того, как он закончит заносить ее вещи. Вдобавок ко всему, у них так же были разные вкусы, поэтому он решил, что лучше всего будет уйти, прежде чем он сделает что-то ненужное, что могло бы вызвать у нее неприязнь к нему.

Мейли: Хорошо, я не буду отказываться от твоих слов. Кроме того, тебе все равно скоро придется скоро расстаться с жизнью в Песчаных Дюнах Аугрии.

Субару: Мы не собираемся выбрасывать наши жизни; мы собираемся собрать наши жизни. И именно там мы будем очень сильно полагаться на твою силу, так что мы будем рассчитывать на тебя.

Мейли: Хорошо, хорошо.

Мейли помахала рукой взад-вперед, а затем вывела Субару из комнаты, держа его за руку. Она вытащила все свои вещи из коробки──с безразличным выражением лица, избегая желания бросить взгляд на Субару──и ее вещи начали формировать временную картину ее собственной комнаты. Как и сказала Мейли, эта комната заставляла ее чувствовать себя так, словно она не знала, как долго пробудет здесь и вернется ли вообще.

Мейли: Мне весело, аххх.

Эта девочка предавалась удовольствиям в своей собственной комнате, расхаживая по ней с безудержным энтузиазмом.

Субару был в состоянии частично видеть приятное зрелище живости этой девочки, что было живостью, которая проявлялась от того, что она была удовлетворена просто тем, что все ее любимые мягкие игрушки были расставлены по всей комнате. Это был тип живости, который напоминал, как реагировала бы любая другая девочка ее возраста, получив впервые свою собственную комнату.

***

С решением добавить Мейли в группу, участников "Захватывающего тура за ответами Мудреца" стало 7: Субару, Эмилия, Беатрис, и трое беспомощных──То есть, три человека, которыми были Юлиус, Анастасия и Мейли──и, наконец, единственная девушка, которую они, наконец, смогут вывести, Рем. Это был окончательный список, которому предстояло столкнуться с Песчаными Дюнами Аугрии, расположенными на самой восточной части мира.

Направление к Песчаным Дюнам Аугрии──это было место, которое находилось далеко в мире и было местом, которое было далеко от их группы──напоминало прямую линию, которая указывала прямо на восток от восточного особняка Розваля. Однако этот путь был длиннее, чем путь, который нужно было бы пройти, чтобы дойти к Городу Водных Врат Пристелла; это займет около 20 дней только для поездки в один конец.

Другими словами, это путешествие займет в общей сложности 40 дней только для того, чтобы добраться туда и обратно. Они благополучно доберутся до Сторожевой Башни, и если они подумают о том, чтобы остаться там на пару дней, то продолжительность этой большой экспедиции вполне может превратиться в нечто вроде 2 месяцев вместо этих 40 дней. Проблема заключалась в том, что──

Субару: Хей, Петра. Прости, что оставил тебя одну. Я заставлю тебя чувствовать себя лучше.

Петра: Не волнуйся~. Я не сержусь. Все нормально. Субару-сама может отправиться в любое далекое и опасное место, как и всегда, верно?

Петра поддавалась жестокой депрессии, вызванной вынужденным пребыванием в Пристелле в течение месяца, что вскоре превратиться в ещё два месяца. Эта девочка порывисто расхаживала по особняку с холодным, ясным лицом, развивая свой наряд горничной──нарядом, который очень подходил ее миниатюрному телу. Что касается Субару, то он извинялся позади нее и старался придумать, что нужно было сказать, чтобы попытаться исправить ее настроение.

В любом случае, в то время как Субару безумно старался придумать как исправить настроение Петры, у девушек также было это общее предположение о парнях в отношении их настроения. Это общее предположение состояло в том, что во все времена и во всех местах, когда они становились недовольны, как Петра сейчас, как правило, это была вина парня.

На самом деле, Петра была девушкой с самой выдающейся женской силой в особняке. Она с гордостью демонстрирует эту девичью силу как представительница девочек. Единственными несчастными людьми в этом особняке, которые могли испортить ей настроение, были Субару, Розваль, Гарфиэль, Отто──Погодите-ка, разве это не много людей? И подождите...разве не все парни несчастливы, когда дело доходит до подобного? Пак также должен был принять эту жалкую силу людей, он должен был сделать это, чтобы осуществить свое возрождение. Это было за гранью жалости. Но в любом случае──

Субару: Я знаю, что то, что мы оставляем тебя с Розвалем в особняке будет очень сильно напрягать тебя, так сильно, что тебе будет трудно дышать, но если ты просто подумаешь, что это просто еще одна работа, и сделаешь все возможное……Гуах!

Петра: Я не злюсь из-за таких вещей! Я не ребенок! Перестань говорить такие странные вещи, когда у меня есть Сестра Рам и Сестра Фредерика!

Субару: Думать, что девочка, которая бьет головой в живот парня, может утверждать, что она не ребенок, это просто…

Петра, заставившая Субару чуть не упасть в обморок из-за агонии от удара по жизненно важной части его тела, действительно напоминала чистый гнев. Она приняла горделивую позу, держась обеими руками за талию, и выпятила грудь, настойчиво убеждая его, что ее внешность напоминает фигуру, которая указывает на что угодно, только не на ребенка. Однако дух женщины - это то, что созревает быстрее, чем тело успеет догонять. Что касается Беатрис, то скорость роста ее тела вообще не догоняла, так что казалось, что ее дух тоже стоит на месте, но…

Субару: Но Петра, разве ты не начала этот удар головой с более высокого места, чем предыдущий? Ну, даже тогда мне показалось, что в начале твоего предыдущего удара головой был небольшой момент, когда ты стояла на цыпочках, прежде чем полететь к моей груди.

Петра: ……Я ошарашена. Разве Беатрис это не говорила? Хей! Смотри! Через месяц я так же вырасту, потому что у меня подросла спина, подросли ноги, и разве мое лицо не стало милее?

Субару: Ах, я думаю, ты действительно немного подросла? Я имею в виду твою спину и волосы. Хотя, твое лицо было милым с самого начала.

Петра уже была красавицей деревни Алам. Быть выманенной из особняка в качестве одной из его служанок в то время было сложной ситуацией, поскольку у Петры был этот фиксированный образ девушки, на которой все хотели жениться. Если быть более точным, вы могли бы вызвать турнир по сумо, который развернулся бы в центре площади, если бы вы бросили вызов этим плаксам. Взрослые ворвались бы в конце, и празднование подъемом каким-то образом избитого Субару в воздух достигло бы своего конца. Это был бы загадочный обряд посвящения.

В любом случае, Петра была той девушкой, которую любили жители деревни. Она была девушкой, которая часто выражала свое горе желая помочь с особняком. Он хотел как можно больше увеличить удобство ее пребывания в особняке ради неё в будущем. Тем не менее, в то же время у Субару не было никакой власти в особняке, поэтому он будет лелеять эти дни до такой степени, чтобы продолжать жить, не забывая этот тип обычной жизни, хотя──

Субару: Кроме того, ты не смогла бы быть чрезвычайно игривой девочкой, какой являешься. Что же касается твоей сестры с ее очень хорошо известным характером…Я знаю, как ты задыхаешься от того, что она все время говорит тебе работать.

Петра: Но это не так……

Субару раскрыл обе руки, чтобы утешить надутую девочку. Петра сделала несколько неуверенный жест, а затем прыгнула в объятия Субару. Он обнял ее маленькое тельце, а затем погладил по голове, как будто хотел вознаградить ее.

Петра: Субару….Я имею в виду Субару-сама, ты снова собираешься делать что-то опасное?

Субару: Это не так опасно, как может показаться на первый взгляд, знаешь? На самом деле, хоть это и звучит так, как будто я говорю, что ты не должна рассматривать возможность того, что это опасно, но правда в том, что это действительно может быть достаточно безопасная экспедиция.

Петра: Какова вероятность каждого исхода?

Субару: Я думаю, что это будет соотношение 8:2, где безопасный исход это 2, наверное?

Петра: По-моему, тогда это было бы довольно опасно.

Раскрытие чего-то в конце разговора и неспособность лгать были двумя неудачными тенденциями Субару. Субару почувствовал, как Петра начала испытывать недовольство, находясь в его объятиях. Затем он вздохнул, так как не понимал, почему она начала так себя вести. Внезапно Петра начала тереться лбом о его живот.

Петра: Я волнуюсь. Субару-сама всегда такой; с тех пор, как ты впервые пришел в особняк, и с тех пор, как я встретила тебя в деревне. Ты снова будешь усердно действовать повсюду, даже когда это кажется таким опасным. Было бы неплохо, если бы ты кое-чему научился у моего ленивого господина.

(imy: мне лень переводить слова англ переводчика, скажу своими: "Петра обращается к розвалю данна-сама, что значит господин(особняка), и бла-бла-бла". дальше - Розваль-сама. )

Субару: Умм. Несмотря на то, что Розваль дал свое одобрение, он, вероятно, все еще думает как нам напакостить, когда мы не видим этого. Я согласен, что он бесполезен, когда речь заходит об опасных для жизни вещах.

Петра: это было грубо с Магверями; это было грубо с Культом Ведьмы; это было грубо с грязными пауками; это было грубо со статуей богини; это было грубо с Элиорским лесом; и это было грубо с уборкой могил тоже. Несмотря на все это, вы все равно сражались с Культом Ведьмы в Пристелле, а затем Отто и другие…… все еще сражались.

(imy: крч. опять своими словами: "ситуация с пауками очень слабо описывалась в 5 арке, поэтому вы можете этого не помнить. бла-бла-бла". -_-)

Субару: Отто чуть не убил нас тогда.

“Отто слишком часто умирал". Удивительно, но Субару был полностью согласен с этим, но он хотел, чтобы он просто не умер. Если бы Отто должен был умереть, Субару не мог бы позволить ему умереть──не преувеличивая, это была дружба, которая продолжится после смерти или как-то так.

Петра: Почему это не может сделать кто-то другой, кроме Субару-самы? Кто──другой человек.....ты должен просто предоставить это кому-то более сильному или что-то в этом роде, как Розваль-сама, так как у него есть время.

Субару: Я...я понимаю. Я понимаю, как много разочарований накопилось у тебя из-за того, что Розваль так часто тратит свое время впустую. Перестань пытаться что-то добавить в попытках загнать Розваля на верную смерть. Это создает сильное напряжение в лагере.

Это не было бы проблемой, если бы это были просто такие вещи, как выжатый сок из ткани в его чай. Однако, очевидно, было бы плохо, если бы она начала явно демонстрировать свою враждебность и злобу. Субару сказал это приказывающим голосом, прежде чем все обернулось бы так, но Петра посмотрела на Субару серьезным взглядом. Казалось, что полуобнаженный обман и неискренние слова не смогут убедить ее. Кроме того, Петра всерьез беспокоилась о безопасности Субару. Сказать что-нибудь ненужное и неосторожное в этой ситуации было бы неуважением к чувству тревоги Петры.

Субару: Ну, я понял твою точку зрения. Я действительно хочу. Это правда, что кажется, что на пути к башне мудреца есть магвери; это правда, что пустынный лабиринт, по слухам, страшен. И я знаю, как нелепо в первую очередь целиться в мудреца, который будет раздражен тем, что мы приближаемся к башне……но даже так, черт возьми, я ни за что не оставлю это кому-то другому.

Петра: ……Почему? Субару-сама, не переоцениваешь ли ты свои силы? Просто позволь Гаф-сану сделать это.

Субару: Эта твоя сильная строгость абсолютно смешна! Ни за что на свете я не оставлю это Гарфиэлю!

Эти суждения Петры были настолько грубые, что любой мужчина задрожал бы, услышав их. Было бы уместно охарактеризовать отношение Гарфиэля к своей слабости как одно из ложных ожиданий, оставаясь невозмутимым. Тем не менее, Гарфиэль убедился, что приложил серьезные усилия, чтобы превратить эти “ложные ожидания” в “реальность”. Кроме того, в данном случае проблема, вероятно, заключалась в том, что он интерпретировал свою способность создавать “ложные ожидания” как силу. Таким образом, Гарфиэль не мог справиться с этим вопросом, учитывая его интерпретацию своей силы и его фактическую силу.

Субару: Ну, убрав в сторону сопоставление впечатления Гарфиэля и его образа мыслей....это не то чтобы я...не то чтобы я думал, что нет человека, более подходящего для этого дела. И прежде всего, оставить все на Рейнхарда было бы безопаснее во всех отношениях, если бы был способ пройти пустынный лабиринт.

Петра: Тогда почему ты не позволишь ему сделать это?

Субару: Интересно, почему. Несмотря на то, что я человек, который любит быть избалованным, я думал, что я был кем-то, кто не жаждал чести.

На самом деле он действительно не понимал, почему ему так хочется это сделать. Таким образом, его дерзкие слова просто обретут форму. Всякий раз, когда его дерзкие слова обретали форму, это, вероятно, становилось чем-то вроде этого, может быть.

Субару: ──Неважно. В конце концов, это то, что я хочу сделать сам. Даже если найдется кто-то более подходящий для этого, даже если я знаю, что таким образом у меня будет больше шансов на успех, я все равно хочу это сделать.

Петра: Почему?

Субару: Это немного неловко, но....это потому что я хочу быть первым, кто увидит ее, когда она проснется.

"────"

Он не уточнил, кого именно. Даже если он не уточнил, Петра поняла, кто это был. Если бы в башне мудреца был найден способ разбудить эту девушку──девушку, которая продолжала пребывать в состоянии глубокого сна──он хотел бы быть тем, кто воспользуется им.

Даже если бы нашелся кто-то другой, более подходящий для этой работы, даже если бы у кого-то, кроме него самого, было больше шансов на успех, это было единственное, от чего он не отказался бы. Он не хотел сдаваться. Это было эго Субару.

Субару: Если бы я пренебрег своими чувствами и подумал об этом с рациональной точки зрения... любой мог бы разбудить ее. Если бы что-то вроде нелепой болезни, из-за которой никогда нельзя было бы проснуться, распространилось, и если бы мы только говорили о спасении их, мне было бы все равно, кто будет разрабатывать вакцину или конкретное лекарство от нее. Мне было бы наплевать на процесс, если бы это означало их спасение.

Петра: ……Ага.

Субару: Но если мои чувства берут верх, я хочу делать все по-своему. Я хочу быть тем, кто спасет их. Я хочу быть тем, кто их разбудит. Я хочу отдать этому все и спасти все.

──Таким образом, Нацуки Субару будет тем, кто пойдет.

Было бесчисленное множество других, кто был сильнее.

Было бесчисленное множество других, более надежных.

Было бесчисленное множество других, кто был мудрее.

Было бесчисленное множество других,

кто подходил на это дело больше.

Но Нацуки Субару проигнорирует все это, и он будет тем, кто пойдет. Он сделает это только потому, что хотел, чтобы эта девушка похвалила его после того, как он спасет ее.

Субару: Прости, что разочаровал тебя своим эгоизмом.

Петра: ──Ты действительно разочаровал меня. Ничто из того, что ты сказал, не изменило моих чувств.

Петра: Хмм?

После того, как она признала его позорность, Субару погладил Петру по голове, пока он был готов к ненависти. Но после того, как Петра издала неясный голос, она подняла голову от рук Субару. Субару был удивлен, когда ее круглый, большой глаз затуманился гигантской слезой. И затем──

Петра: Еей!

Субару: Еще один удар головой──!?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Петра наклонила свою заостренную голову вниз, а затем ее лоб причинил сильную боль Субару. Петра прицелилась в беззащитные жизненно важные органы Субару──что заставило Субару упасть на колени──и затем она вырвалась из его рук с разочаровывающим прыжком. Затем она закрыла один глаз и высунула язык.

Петра: Субару-сама ты идиот! Ты эгоист! Почему бы тебе просто не пойти и не сделать то, что ты хочешь!

Субару: Гх, ай……

Петра: Потому что когда пройдет 2 месяца и ты вернешься, я удивлю тебя, став действительно красивой девушкой. Не стесняйся сожалеть, что не сможешь увидеть этот рост своими глазами!

Субару: В этом действительно есть что-то печальное.

Это ненормально, когда ребенок так внезапно меняется в период своего роста. Но Петра так же была очаровательной 13-летней девочкой. Через 2 месяца у нее может сложиться совершенно другое впечатление.

Субару: По правде говоря, я тоже вырос на 19 сантиметров между 7-м и 8-м классом……

Петра: Хах? Это кажется немного невозможным.....

Ну, это был редкий случай, когда Субару рос, потому что его первоначальный рост был коротким.Хотя Петра не оправдала его ожиданий, на которые он ставил, эта девочка сжала кулак вскоре после этого. Затем она протянула кулак к Субару и сделала заявление.

Петра: В! Любом! Случае! Вот что ты должен сделать: иди вперед и отправляйся в опасные места, как ты хочешь, беспокоя всех и мешая всем, а после этого возвращайся, как ты всегда делаешь.

Субару: Похоже, я довольно большая помеха для других, когда ты так говоришь……

Хотя, если посмотреть на это с другой стороны, то, как она описала его, на удивление, не звучало неправильно. Как бы то ни было, Субару тоже вытянул руку, а затем сравнял кулак Петры со своим собственным.

Субару: Это всегда беспокоит Петру, но я буду небрежно направляться в опасные места, как я всегда делаю, а ты просто жди, когда я вернусь, как обычно, после того, как я закончу делать разные вещи──одну за другой. Петра имеет особое право приветствовать нас, как только мы вернемся из нашего путешествия.

Петра: ……Ты не позволишь Сестре Фредерике или Сестре Рам сказать это первее, верно?

Субару: Да. Я обещаю.

Петра: Включая Розваля-сама?

Субару: Даже если ты не волнуешься об этом, Розваль будет первым, от кого я получу удар, когда мы вернемся.

Петра: ……Мм, я понимаю. Ладно, это меня убеждает.

Она отвела назад свой кулак, который был связан с кулаком Субару, и затем торжествующие духи начали течь в вздыхающую Петру. Поток был значительным и должен был выглядеть как большая форма прощения, но──

Петра: Господи, Субару-саме ничем не помочь.....

Казалось, что она произнесла это утверждение таким тоном, словно обращалась ко всем подряд. Он не мог согласится с этим. Таковы были мысли Субару.

***

Хотя он не был обеспокоен до такой степени, чтобы решить неопределенный вопрос, который лежал в особняке, Субару, наконец, вошёл в эту комнату.

"————"

Вход в эту комнату был единственным случаем, когда Субару, естественно, задерживал дыхание и замедлял шаги. Но даже если бы он вошел в комнату, громко напевая и постукивая своими шагами, ситуация в комнате определенно не изменилась бы.

И все же, возможно, он бессознательно решил сохранить тишину в комнате просто ради девушки, которая лежала на кровати в комнате, чья фигура вызывала боль в его груди, если бы он посмотрел на нее слишком пристально.

Это был глубокий сон, в котором, если бы она могла проснуться в этот момент, он хотел бы, чтобы она проснулась. Однако он чувствовал, что даже если это случится, если он потревожит ее глубокий сон, то понесет какое-то наказание, похожее на проклятие. Эта девушка, погрузившаяся в глубокий сон вечных сновидений, была ему до такой степени дорога.

Субару: я говорю это, но это, конечно, просто мое собственное чрезмерно субъективное убеждение, хах…

Произнеся эти слова тоном недоверия, Субару отодвинул стул в сторону от кровати, чтобы сесть. Точно так же прошел месяц, и он ступил в эту комнату, встретив лицо спящей Рем, чье состояние не изменилось с прошлого года, а теперь также продолжало находиться в состоянии глубокого сна.

Субару: Я вернулся, но извини, что пришел к тебе так поздно. У меня были кое-какие дела...и вдобавок ко всему я проявил некоторую нерешительность, сделав этот визит очень последним.

"————–"

Это было очевидно, но Рем, погруженная в глубокий сон, конечно, никак не отреагировала. Субару протянул руку со своим голосом, несмотря на то, что знал, что ответа не будет, и даже тогда сохранял спокойное выражение лица. У Нацуки Субару было такое выражение лица, которое он мог бы показать только этой девушке.

У него было такое решительное выражение лица, которое говорило о том, что он готов выбросить что-то, что он покажет только Эмилии. У него было такое преданное выражение лица, что казалось, будто он может доверить свою жизнь только Беатрис. И тогда у него появилось это выражение, которое выдавало его слабости, которые он так часто пытался скрыть, выражение, которое он показывал только Рем.

Субару: Интересно, все ли в порядке, если я говорю… На самом деле, есть так много вещей, о которых я могу поговорить с тобой, понимаешь? К сожалению, я не смог навестить тебя раньше, потому что был в Городе Водных Врат Пристелла, но было действительно много вещей, которые произошли там. Это был такой большой шум, что даже если бы я говорил с тобой об этом всю ночь, мне все равно было бы что тебе рассказать. …Но даже так, у меня достаточно времени, чтобы поговорить с тобой обо всем этом.

Субару осторожно просунул руку, ища руку девушки, у которой на груди было одеяло, и начал произносить речь, схватив Рем за руку. В ее длинных кончиках пальцев, в ее тонких бледных руках чувствовалась нежность и теплота, но почему-то казалось, что кровообращения в них──нет, в ней не было признаков жизни.

Одинокая сила внутри нее сохраняла жизнь внутри нее. Однако в ней не было силы, которая могла бы помочь ей двигаться вперед.

Рем, с этой противоречивой ситуацией, происходящей внутри нее, все еще держала свое время замороженным, пойманным в ловушку в состоянии глубокого сна. Однако──

Субару: Скоро я наконец-то доберусь до тебя.

"————"

Субару: Конечно, я также могу сделать свои ожидания слишком высокими и в конечном итоге не быть удовлетворенным. Конечно, мудрец также может не оправдать свое имя и остаться ни с чем, только в конце концов просить прощения за свою неточную информацию.

"————"

Субару: Но...

Наконец-то появлился ясный путь решения, отличный от победы над Обжорством. Хотя у других людей были бы ожидания и они были бы разочарованы решениями, которые были получены в результате такого путешествия, ответ, из-за которого он следовал этой дорогой, все еще напоминал символ надежды, который он, наконец, сможет взять в свои руки.

Субару: Потому что Ехидна испугалась и не послушала...

В Святилище, на кладбище Ведьм, когда он был приглашен на это сюрреалистическое чаепитие, встретив Ведьму Жадности вместе с Ехидной, Субару отверг ведьм, вырвавшись из-под контроля их рук. Нацуки Субару принял это решение, чтобы защитить свою собственную хрупкую душу, но в то же время это было решение, которое дистанцировало его от людей, которые могли бы (возможно) помочь ему найти способ спасти Рэм.

Конечно, он не знал, каких мыслей Ехидна придерживалась об Архиепископах, размахивающих своей силой. Но, возможно, если бы он все же раскрыл свои обстоятельства, возможно, он смог бы найти решение после того, как услышал мнение Ведьмы.

Он был уверен, что принял правильное решение, и его немедленный отказ от требований Ведьмы был чем-то похожим на его решимость. Но время шло, и когда он осознал, что природа уходящих сезонов оставляет Рем позади, он забеспокоился о том, было ли его решение правильным в конце концов.

Даже если бы он пообещал от всего сердца, что спасет ее, он сам еще не предпринял никаких определенных действий, которые могли бы привести к этому. Он смог только выскользнуть из ловушки, в которую попал из-за безвыходного положения, в котором оказался, и теперь, наконец, смог что-то сделать для нее.

Чтобы спасти множество людей──множество людей в Пристелле, которых постигла та же участь, что и Рем──он отправится в путешествие к Сторожевой Башне Плеяд. Однако, если вы укажете на его истинный мотив, настоящая причина, по которой Субару двинулся вперед к этой сторожевой башне, была из-за Рем; ничто другое не было реальным возможным кандидатом на то, что могло быть его истинной причиной. Это было неразумно и неуместно, даже понимая это, Субару продолжал──

Субару: Я спасу тебя, Рем. Это моя клятва.

Точно так же, как она была рядом с Субару в те хрупкие дни, в те времена... сейчас было время, когда Субару хотел быть рядом с ней и предложить свою руку, в эти времена, когда Рем больше всего нуждалась в чьей-то руке.

"───Это больно."

Субару: ──!?

Субару, который крепко зажмурился, произнося слова решимости, услышал этот голос, который заставил его резко поднять лицо. Он взглянул на Рем с выражением непостижимого удивления в глазах, но обнаружил, что она тихо лежит с закрытыми глазами, молча держась за руку Субару. Если это так, то чей голос──

Рам: Отпусти ее руку, Барусу. От одного взгляда на то, как сильно ты держишь ее за руку, мне становится больно.

Субару: ……Ох, это ты, Рам.

Когда Субару оглянулся, он увидел, что Рам стоит и смотрит на него с холодным выражением в глазах у входа в комнату. Почувствовав облегчение от ее взгляда, он понял, что держал руку Рем своей рукой крепче, чем ему казалось, и быстро отпустил ее.

Рам: Все в порядке, я могу спокойно смотреть, как Субару насилует белоснежные пальцы Рем из-за своих сексуальных желаний.

Субару: Разве ты не можешь так не говорить? Это заставляет меня чувствовать, что видимость моей прежней решимости полностью превратилась во что-то отвратительное.

После того, как Субару отпустил руку Рем, Рам, вошедшая в комнату, сразу же взяла ее за руку. Старшая сестра нежно погладила тонкие белые пальцы младшей сестры, а затем искоса посмотрела на Субару.

Рам: Неужели твоя решимость была так чиста? Внимательно поразмышляй над собой еще немного и произнеси свою речь снова. ……Если ты дашь волю своим сексуальным желаниям по отношению ко мне, кто очень похожа на Рем, Рам так же почувствует дрожь по спине и убежит.

Субару: Успокойся. Несмотря на то, что внешне вы очень похожи, я никогда не смогу ошибся, видя разницу в сиянии внутри вас двоих.

Рам: Это так. Тогда, наверное, все в порядке. Но даже если бы ты наконец нашел способ разбудить ее, если бы ты снова встретился с ней, не вспомнив, кто она такая, чувства Рем не были бы спокойны. Было бы удивительно, если бы она не питала к тебе никакой ненависти, если бы твои мысли о ней во время наших бесед не были просто дикими фантазиями.

Субару: Как же мало ты веришь в меня…мы уже давно знаем друг друга, понимаешь?

Рам: Хаах.

Фыркнув носом, как она всегда делала, Рам жестами показала, что она собирается встать со своего места. Поднявшись со своего места, она оглядела комнату, а затем сказала:

Рам: Мне нужно подготовиться к отъезду, так что кто-то также должен подготовить второй комплект одежды для Рем. На ее одежде не так много пота, так что менять ее на самом деле не нужно, но... ее тело все еще нужно вытирать.

"————"

Рам: Что-то расширяется под твоим носом, отвратительно.

Субару: Я ничего не сказал, потому что на самом деле мне нечего было сказать, но даже когда я ничего не говорю, что это за обращение, которое я получаю!?

Забота о теле Рем──той самой Рем, чье имя и воспоминания были съедены── по сути, никак не было связано с получением реакции от ее тела. Не было никакой реальной осязаемой практической причины делать такие вещи, как вытирание ее тела и смена одежды. Причина таких поступков была не более чем в том, чтобы время от времени утешать себя, напоминать окружающим о ее существовании, не позволяя забыть это.

Глядя на Рам с презрением, Субару казалось, что он неразумно собирается начать ломать комедию, но когда он вспомнил место, где он был, он отпустил свой кулак.

"————"

Только учитывая конечные результаты от всего этого, такие действия, как Субару, произносящий речь, и Рам, заботящийся о теле ее младшей сестры, ничто действительно не указывало на причины продолжать это. Он не останавливал людей от действий, которые можно было бы считать бессмысленными, потому что он понимал, что даже если люди не говорят об этом вслух, он знал, что люди все равно признают тот факт, что их действия не принесут реальных результатов.

Субару: Не пора ли тебе начать чувствовать, что Рем - твоя настоящая сестра?

"————"

Субару неожиданно задал этот вопрос Рам, которая со своей заботливой манерой делать вещи смотрела на фигуру спящей Рем с добротой. Несмотря на то, что Рам мужественно заботилась о Рем, у нее не было никаких воспоминаний об этой девушке, которая представляла ее вторую половину. Девушка была так похожа на Рам, что вряд ли можно было утверждать, что они не родственники. Но если принять во внимание только истинные чувства Рам к ней, то можно сказать, что отношения Рам с Рем были слабыми.

И все же такие дни проходили целый год. Несмотря на то, что она потеряла свои воспоминания о Рем, у нее появилась возможность сформировать новые, отличные от прежних. Возможно, теперь определенные воспоминания обретали форму внутри Рам.

Рам: Искренние чувства - это не то, что прорастает так легко. У меня до сих пор нет воспоминаний о ней, и я никогда не видела эту девушку в бодрствующем состоянии. Хотя я могу себе представить, что она, вероятно, была кем-то выдающимся и достойным, похожим на меня.

Субару: Конечно, она была великолепна, но я действительно не помню, чтобы она была настолько достойной. Скорее, было много случаев, когда она удивительно спешила до такой степени, что была безрассудной, заставляя меня волноваться.

У Рем была и другая безрассудная часть ее натуры, которую она иногда проявляла. Рам ответила Субару “я понимаю" вялым голосом, похожим на ветер.

Рам: Говорить о воспоминаниях, которые я не помню, даже если это просто для развлечения, это не более чем движение назад. Это то, что мне не очень нравится, Барусу.

Субару: Это так? Если ты так говоришь, то я остановлюсь.

Рам: ....После того, как она проснется, если я восстановлю свои воспоминания о ней, даже тогда, у меня будет много вещей, чтобы поговорить с ней. Но даже если сказать, что я не верну их, если она просто проснется, как бы сильно она ни хотела говорить об этом, я бы это сделала…

Взглянув в лицо младшей сестры, Рам с неизменным выражением лица поиграла с ее челкой. Волосы Рем свободно спадали с ее бледного лба, и Рем тихо вздохнула. Выражение ее лица показалось Субару жестоким, но в то же время мягким.

Даже если она ничего не помнит, даже если она потеряет свои воспоминания о ней, это не значит, что их связь исчезла. Даже если она исчезла, это не значит, что она не переплетется снова. Таковы были мысли Субару.

Субару: Ну, предоставь все это мне. Я завоюю Сторожевую Башню Мудреца, а потом обязательно заставлю Рем проснуться. А потом у вас, сестер, будет эмоциональное воссоединение.

Таким образом, Субару произнес эти слова в чрезмерно яркой манере, с намеренно громким голосом. Во всяком случае, этот момент между Субару и Рем не вписывался в спокойную атмосферу в комнате.

Субару произнес эту речь только для того, чтобы Рам оглянулась на него с крайне растерянным видом.

Рам: Что ты говоришь, Барусу?

Субару: Хах?

После этого, Рам посмотрела на Субару таким взглядом, что ему показалось, будто Субару выглядит полным идиотом.

Рам: Рам также будет сопровождать тебя в этом скором путешествии, так что говорить об этом довольно снисходительно. Если это будет эмоциональное воссоединение, Рам будет действовать по собственному желанию.

Субару: Это новость, которую я раньше не слышал, знаешь ли!

В ответ на удивленный взгляд Субару, Рам посмотрела на него с еще большим презрением. Даже если она посмотрела на него таким взглядом, он не мог знать, о чем ему не говорили, и не мог знать о вещах, о которых не мог слышать, так что это была неразумная ситуация.

"————–"

В ответ на вопрос Субару о том, о чем она говорит, Рам делала вид что его не слышит. Этот день подготовки также постепенно пройдет, так как они не могут вести прямой разговор.

──Было принято решение, что Рам будет сопровождать его, с целью воссоединения с сестрой.

Путешествие, начинающееся с целью встретиться с Мудрецом, путешествие, чтобы покорить Сторожевую Башню Плеяд── Всего будет участвовать в нем 8 человек. Именно такая ситуация, казалось, ждала его впереди.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Каждое их беспокойство

Перевод: imy

***

Было проведено много различных разговоров и подготовок. Было много проблем, когда люди прощались, но все же, утро, когда они должны были уехать, наконец наступило.

Субару: Итак, нас оказалась несколько больше, чем я думал, но……

Субару скрестил руки на груди, глядя на людей, которые отправяться в “Путешествие за ответами к Башне Мудреца".

Участвовали лагерь Эмилии и лагерь Анастасии. Лагерь Эмилии состоял из Субару, Эмилии и Беатрис, а также Рем, которая продолжала спать, и Рам, которая сопровождала ее. Всего их было пять человек. Так же были Анастасия, та, кто будет их вести по Песчаным Дюнам Аугрии, и Рыцарь Юлиус. А так же Мейли, которую они взяли с собой в качестве Повелительницы Магверей, которая позволит им пройти безопасно мимо Магверей, которых там было огромное количество.

Если целью было сделать все по простому плану, то у них было много людей, которые были вовлечены в спасение Пристеллы, а что касается командования людьми, то Субару имел опыт покорения Белого Кита, а также битвы с Ленью.

Однако простое движение к далекой земле──у этих 8 ключевых людей для этого путешествия не было никакого опыта.

Субару: Интересно, действительно ли все будет хорошо…

Эмилия: Беспокоишься о чем-то, Субару?

Он наклонил голову, и когда он пытался представить будущее, он увидел, как Эмилия появилась в его поле зрения. Субару сделал "хм" глядя на Эмилию, одетую в легкое платье для дальних путешествий, и сказал:

Субару: Когда я думаю о месте, к которому мы поедем, я не могу перестать нервничать. Когда я перестаю думать об этом……Я боюсь идти в опасное место с большой группой людей, так как трудно помочь всем, когда их так много.

Эмилия: Возможно, ты и прав. Рем и Рам тоже едут с нами. Субару так же надо будет защищать как Мейли и Анастасию.

Субару: Что за!? Со мной уже обращаются как с человеком, который не способен сражаться!?

Эмилия: Да ну, Субару. Очевидно же, что это просто шутка. В конце концов, ты собираешься отнестись к этому серьезно.

Когда Субару внезапно поднял голос на Эмилию, которая бросила шутку, она начала смеяться, так как не могла справиться с этим. Субару тоже рассмеялся после такой реакции, и он несколько расслабился.

Разумеется, Эмилия была намного лучше в подобном, чем Субару. С точки зрения Эмилии, Субару был тем, кого следовало защищать──конечно, она не хотела думать о нем только так, но...

Субару: Следующее, что так же вызывает беспокойство……

Когда Субару несколько передохнул от своего разговора с Эмилией, он обратил свое внимание вперёд.

Они уже были в саду перед Особняком Розваля, и подготовка к отъезду шла гладко. Затем то, что увидел Субару, было близко к 10 людям, стоявших возле большой пассажирской повозки. Два земных дракона были связаны вместе для того, чтобы тянуть драконью повозку. Оба были из расы, пригодными для путешествий на большие расстояния.

Проблема была в ситуации рядом с драконьей повозкой. Там был черный как смоль земной дракон, небрежно стоящий на месте, и маленький силуэт, который столкнулся с ее мордой, пока они смотрели друг на друга.

Субару испустил шокированный вздох от этой ситуации, и он ворвался между этими двумя, которые смотрели друг на друга.

Субару: Ты была восхвалена как Повелительница Магверей, но разве ты не можешь ладить с земными драконами тоже?

Мейли: Ой, да ну, Братец. Разве ты не можешь меня понять с первого раза? Единственные животные, которым я могу приказывать - это плохие с рогами. Я не понравлюсь любому другому животному, потому что от меня несет вонью.

Субару: Так вот как... разве это не грубо?

Субару пожал плечами на объяснение Мейли и погладил мордочку Патраш, которая сердито смотрела на нее. Когда Субару прикоснулся к этому очень гордому земляному дракону, она стала нюхать его руки.

Как будто она делала это, чтобы заглушить вонь девочки перед ней запахом Субару.

Субару: Это действительно необычно видеть Патраш такой прямолинейной, так как обычно она довольно терпилива и внимательна к вещам.... кажется, её действительно трудно вывести из себя.

(imy: разве в конце 1 главы она тебя не ударила?) )

Мейли: Я могу быть очень дружелюбна с другими животными, но этот земной дракон слишком привязан к Братцу. Она так привязана, что мне кажется, что если я ослаблю бдительность нп мгновение, то меня сразу укусят. Братец, если ты не приучишь ее как следует, я стану пищей для этого животного, так что будь осторожен.

Субару: Не говори таких страшных вещей, как будто это ничего не значит…….Патраш, вуа, вуа.

Субару успокоил слегка взволнованного любвеобильного дракона и затем позволил Мейли прокатиться на ней. Кроме того, у этой Повелительницы Магверей, которая поедет с ними, было мало багажа. Она была девочкой, которая редко носила какие-либо вещи. Но сейчас она взяла с собой панду, которую сделал Субару. Ее детское обаяние было восхитительно.

Анастасия: Похоже, у тебя проблема, Нацуки-кун, поскольку ты всегда стараешься угодить девушкам.

Субару: ……Если ты так думаешь, то я буду счастлив, если ты перестанешь отнимать у меня время.

Когда он подтолкнул Мейли в драконью повозку, Анастасия позвала его дразнящим тоном. Анастасия──хоть ее и звали так, внутри она была белой лисой Ехидной.

За время что они ехали из Пристеллы до особняка большая часть разногласий была похоронена. Даже если она продолжит притворяться Анастасей таким образом, казалось, что в конечном итоге будет трудно отличить их друг от друга.

Анастасия: Я была бы признательна, если бы ты не сомневался во мне так сильно. Разве я не говорила тебе, что у меня нет мотивов? Поэтому я вызвалась быть вашим проводником на этом опасном пути.

Субару: Включая и этот момент, моя позиция заключается в том, что существует вероятность того, что у тебя есть различные планы, учитывая кто тебя создал. Я так же говорил это много раз, так что запомни. Это не значит, что я не хочу тебе верить. Мне было бы гораздо спокойнее, если бы я мог тебе поверить.

Анастасия: Совсем не забавно быть в таком невыгодном положении, не имея возможности вспомнить кого-то. Похоже, мой создатель лишил меня памяти, чтобы вызвать у тебя недовольствие.

Субару: "────"

Анастасия: Вот почему ты не должен так злиться. Боже, это так страшно.

Когда он впился взглядом в Эридну, которая перестала притворяться на мгновение, а затем снова притворилась Анастасией и надула губы. С этими словами она прошла мимо Субару и села в драконью повозку.

После этого количество людей было──

Розваль: Субару-кун, можно я тоже немного поговорю с тобой?

Когда его окликнули и он обернулся, то он увидел Розваля, выходящего из особняка.

Рядом с Маркграфом в клоунском гриме стояли Эмилия и Юлиус. Розваль повернулся к ним, думая о том, как необычно это сочетание, и посмотрел на троих людей, закрыв один глаз.

Розваль: Во-первых, я полагаю, что это путешествие займет почти два месяца. Именно поэтому я думаю о непредвиденных ситуациях, которые могут возникнуть на полпути. Если у вас есть Эмилия-сама и Анастасия-сама, чтобы каждый раз иметь дело с проблемами, то я не думаю, что будут какие-то серьезные ошибки, Но-о-о……

Эмилия: Да, можешь на меня рассчитывать. В конце концов, я ведь не буду сидеть сложа руки.

Розваль: Эти слова обнадеживают. Я искренне доволен ростом Эмилии-сама. ……Хорошо, отложив в сторону беспокойство во время путешествия как нечто, о чем будуте заботиться лично вы, есть один человек, на которого вы должны обратить внимание. ──Это Рам.

"――――"

Розваль сказал это понизив голос, и это заставило Субару и остальных изменить выражение лица.

Глаза Эмилии выражали непонимание, а лицо Субару напряглось, как будто он глубоко задумался. А Юлиус, единственный человек, не имевший никакого отношения к лагерю в этом месте, слегка нахмурился.

Юлиус: Насчет этого, как насчет того, чтобы я был рядом с ней? Сэр Мейзерс, как Рыцарь Анастасии, положение дел в лагере… хотя я всего лишь и слуга, я должен понимать, что раскрывать их было бы не очень хорошей идеей.

Розваль: Не то чтобы я предложил эту идею, не заботясь ни о чем и ни-и-и о ко-о-ом. Юлиус Юклиус-доно. Увидев твое поведение в особняке и то, как ты ведешь себя с Субару-куном, я понял, что ты надежный человек. Я бы хотел, чтобы ты подумал об этом, в отношении предыдущей услуги.

Субару: Это твой самый мрачный голос за долгое время, Роз-чи.

Эмилия: Извини, я тоже так подумала……

Когда Розваль ответил на беспокойство Юлиуса серьезным голосом, Субару и Эмилия почти одновременно поддразнили его.

Даже без учета предыдущего проступка, то, что сказал Розваль, было слишком нехарактерно для него самого. Он сказал: “Не то чтобы”, возможно, потому, что он сам знал, насколько это было нехарактерно. Он криво улыбнулся Субару и остальным и сказал:

Розваль: Ну-у-у, может быть, мне просто не хватает убеждения. Юлиус-кун делает все возможное, чтобы другие лагеря находили недостатки……Я действительно думал о том, какой жадной личностью он обладал. Вот почему я хочу, чтобы ты тоже услышал. Это вопрос жизни и смерти, знаете ли.

Юлиус: Жизни или……

Когда Юлиус прошептал это с чрезвычайно серьезным лицом, Розваль сказал “Да, жизни", и кивнул.

Розваль: Точно так же, как Субару-кун и Эмилия-сама знают, состояние Рам просто немного особенное. Сосуд в ее теле вбирает в себя слишком много способностей, которые в итоге заполняют его. Или, возможно, вы могли бы сказать, что топливо, соответствующее пламени, называемому способностью, не готово.

Субару: ……Я не настолько информирован об этом, чтобы ты мог говорить: “Точно так же, как Субару-Кун и Эмилия знают”.

Розваль: Это так? Тогда-а-а, как насчет того, что она является частью клана Они?

Субару: Насчёт этого……

Конечно, он знал, что Рам и Рем - члены клана Они.

Он был спасен более чем дважды Рем, которая могла использовать свою силу Они в свое удовольствие, когда она призывает свой рог. Он также слышал от самой Рам о том, как она потеряла свой рог и стала “безрогой”.

Поэтому Субару подумал, что на самом деле это не было чем-то удивительным, но...

Юлиус: ──Клан Они, ты сказал?

Субару: Юлиус?

Человек, который понизил голос и показал свое удивление, был рядом с ним, Юлиус. На его красивом лице были подняты брови, а в его желтых глазах читалось беспокойство.

Юлиус: Я слышал, что клан Они был уничтожен.

Розваль: Около 10 лет назад сгорела последняя деревня, Рам единственная кто выжил……извините, включая Рем, выжили только две сестры.

"────"

Он говорил об этом косвенно, но Субару не вмешивался в разговор. Он был больше удивлен тем, что эти сестры были единственными, чем раздражен.

Эмилия: Была ли причина для того чтобы клан Они пропал?

Розваль: ...Не волнуйтесь, Эмилия-сама. Падение клана Они было неизбежным следствием естественного отбора. Это результат того, что они не шли по течению времени и цеплялись за старые обычаи. Они определенно не уменьшились в численности из-за дискриминации и предрассудков, и в итоге рухнули.

Эмилия: ...Ох.

Эмилия понимающе и меланхолично посмотрела на объяснение Розваля.

Эмилия родилась полуэльфом. Для нее было естественно чувствовать беспокойство и сочувствие к тем двоим, которые остались позади, а их родной клан превратился в руины.

Субару: Мы поняли, что эти двое из клана Они. Ну, и что?

Субару чувствовал, что разговор начинает застаиваться, поэтому он перевел разговор намеренно громким голосом. Когда Эмилия и Юлиус подняли головы в ответ на этот голос, Розваль коснулся своего подбородка и сказал:

Розваль: Если отбросить Рем, которая не может пользоваться своим телом, то в теле Рам есть недостаток, как я уже говорил ранее. Это потому, что она потеряла орган, который важен для клана Они. Этот орган - рог. По сути, огромное количество маны в качестве компенсации за рог для перемещения тела──этого нет, поэтому ее тело всегда разрушается болью и усталостью.

Эмилия: Вот оно как...!?

Розваль: Нет ничего странного в том, что ты удивилась. Эта девушка слишком твердая. Ни разу это не заставило ее нахмуриться, после всего случившегося.

В ответ удивленной Эмилии Розваль медленно покачал головой.

Субару тоже был удивлен вместе с Эмилией. Он знал, что у Рам нет рога. Со слов Рем он также знал о том, что у Рам были способности, которые она показывала до того, как она потеряла свой рог.

Не только это, было еще одно наказание за отсутствие рога, кроме как падение способностей. Он не понимал, что это продолжает разрушать ее, даже сейчас.

Юлиус: ──Понятно. Я начал понимать мысли Сэра Мейзерса

Затем Юлиус внезапно сказал это, только слыша разговор до этой стадии, и он кивнул. Розваль сделал “Хмм” и поднял брови в ответ на его слова, а Субару и Эмилия посмотрели друг на друга.

Эти вещи просто произошли из-за того, что они подтвердили состояние Рам. Юлиус продолжал гладить свою челку перед Субару и остальными, которые были шокированы, как будто он понял просьбу Розваля.

Юлиус: У расы Они есть такие черты, как манипулирование огромным количеством маны и боевая сила с их сильными телами. Существенная вещь, которая поддерживает эти два признака, это рог, которого нет ни у одного другого вида. ──Если рог Они не выполняет свою роль, тогда он/она страдает, поэтому должна быть замена, которая выполнит роль “рога”.

Розваль: Я вижу, что лишение твоего имени было настолько неприятным, что это сделало тебя умным. Быть в состоянии видеть меня насквозь так хорошо только с этим, делает меня таким счастли-и-ивым.

Эмилия: Ох, Так вот оно что……

Розваль восхитился объяснениям Юлиуса. Эмилия так же хлопнула в ладоши поняв о чем речь. Единственный человек, который все еще был озадачен и ничего не понимал, это Субару.

Когда дело доходило до магических сил, Субару не спешил их понимать, так как был дилетантом.

Субару: Может, вы не будете понимать это одни? Что именно это означает?

Юлиус: Все просто. Тело Мисс Рам пытаемся взять из пространства такое же количество маны, как и тогда, когда у нее был рог. Она потеряла свой рог, и если она не может найти ману, то тогда кто-то должен найти способ дать ей эту ману. ……Вот тут-то и наш выход.

Розваль: Хотя, обычно это я брал на себя эту роль и тайно снабжал ее но-о-чью.

Субару: ……Ах!?

Мысли Субару соединились из лекции Юлиуса и слов Розваля.

Каждую ночь он видел, как Рам с волнением шла туда, где находился Розваль. Честно говоря, Субару отводил взгляд от ярких подозрительных отношений между хозяином и горничной.

Подумав об этом снова после понимания обстоятельств, возможно, это было что-то в этом роде.

Розваль: Тебе что-то пришло в голову, Субару-кун?

Субару: Н-нет, ничего важного. Просто продолжайте.

Розваль: Ты уверен?

Несмотря на то, что он прояснил недоразумение, которое у него было больше года, это не стоило того, чтобы исправлять себя.

Родственники Розваля были взрывоопасны от того, как они пытались встретиться с Ведьмой Ехидой на протяжении многих поколений. Трудно было забыть о том, как сам Розваль был необыкновенно привязан к Ехидне. Он понимал, что он не дурачится с Рам, а наоборот, понимал, как тот к ней привязан.

Юлиус: Но есть одна проблема, Сэр Мейзерс. Все дело в этой просьбе. Я чувствую, что недостаточно компетентен, чтобы взяться за это.

Сбоку от Субару, погруженного в бесполезные мысли, Юлиус виновато покачал головой, отчего Розваль прищурился.

Розваль: “Скромно говоря, возможно, я не буду поддерживать людей из другого лагеря” ...похоже, это не входит в твои намерения. Для подношения Рам - потребуются атрибуты огня, воды, ветра и земли. Именно из-за них ты больше подходишь для этой работы, чем Эмилия-сама.

Юлиус: Сэр Мейзерс, вы, вероятно, возлагаете на меня большие надежды из-за этих детишек вокруг меня.

Юлиус сказал это с несколько хрупкой улыбкой. Затем он показал слабый свет, летающий вокруг, и они увидели мерцание шести видов света.

Они были известны как шесть квазидухов*, с которыми Юлиус заключил контракт──однако, на данный момент...

(imy: возможно я не правильно все понял, в 78 5 арки я перевел как старшие духи, но возможно это слово используется для духов с атрибутом. кто знает - напишите в комменты.)

Юлиус: О моих бутонах……их связь со мной исчезла. Хотя, если бы это не произошло, у меня не было бы причин отклонять эту просьбу.

Розваль: Твой контракт с духами был разорван из-за того, что твое имя забрали……хах. Тем не менее, похоже, духи не пытаются уйти от тебя.

Юлиус: Возможно, в них есть остатки утраченной связи. Или, может быть, они были ослепленны, и контракт все еще существует только из-за того, что они не могут видеть……в любом случае, меня спасает только привязанность этих бутонов к тому, кто не выглядит неквалифицированным. У меня почти ничего не осталось, так что я не знаю, смогу ли я помочь с моими слабыми способностями.

Юлиус говорил о связи с Квазидухами и затем вздохнул. После этого он лишь на секунду взглянул на Субару. Субару не мог сразу понять, чего он хочет этим взглядом, поэтому все, что он мог, это только выглядеть обеспокоенным.

Юлиус: ──Сейчас я всего лишь преданный рыцарь. Мои извинения.

Розваль: Понятно-о-о. Это очень плохо. Это серьезный ущерб, но……

Эмилия: Все в порядке. Если Юлиус не может этого сделать, то предоставьте это мне.

Розваль понизил голос, обращаясь к Юлиусу, которому стало грустно, но его остановила Эмилия, заговорив с гордым лицом. Когда она энергично вышла вперед, она вызвала вокруг себя своих собственных меньших духов.

Эмилия: Они немного отличаются от квазидухов Юлиуса, но хоть они и низшие духи, я все равно могу позаимствовать их силы. Атрибут огня слишком слаб против моей магии, но если я могу заимствовать силы меньших духов, то я могу использовать и другие магические силы. Как вам это?

Розваль: Конечно, это был бы не только он. Мне также хотелось обратиться с просьбой к Эмилии-сама, так что не должно быть никаких проблем, если она захочет это сделать. Те-е-ем не ме-е-енее, я думаю, что сначала будут большие проблемы со стабилизацией магической силы. Для помощи в этом, пожалуйста, обратись за помощью к Беатрис.

Субару: Беако?

Розваль: Беатрис действи-и-ительно превосходно разбирается в теориях магической силы и использует их. Прямо сейчас она связана с Субару-куном, так что я чувствую, что это действительно потеря таланта, но все работает, даже с недостающей магической силой, ве-е-ерно? Что касается неё, то я бы хотел, чтобы ты обратился за этим к Эмилии-сама.

Субару: Не называй это отсутствием магии. Но я понимаю.

Не было никаких проблем, если бремя Рам станет легче благодаря сотрудничеству Эмилии и Беатрис.

Субару начал понимать, но сразу после того, как он кивнул, он озадаченно склонил голову набок.

Субару: Нет, подожди. Если это так, то почему ты говоришь это мне, а не напрямую Беатрис? То есть, я тоже хочу послушать, но было бы логично сказать это сразу Беако.

Розваль: Потому что если я поговорю с Беатрис, она, очеви-и-идно, скажет, что это бессмысленно, и откажется. Беатрис более скупа со мной, чем ты думаешь. Возможно, вы могли бы быть немно-о-ого более снисходительны по отношению ко мне.

Субару: Ах, не надейся. Если бы мне пришлось сказать, на чьей я стороне, я бы сказал, что я полностью на стороне Беатрис.

Он с легкостью отклонил просьбу Розваля, на лице которого застыло жалкое выражение.

Все было сделано, и этот факт уже нельзя было изменить. Это была не канава, где их хоронили около года. Времена были не настолько хороши, чтобы он просто открыл свое сердце кому-то, кто мог бы убить его, если бы события были немного другими.

Субару: Теперь, когда я думаю об этом, разве это не немного беспокойно, как я веду себя с людьми, которые убили меня, и людьми, которые избили меня……?

Эмилия: Ах, Субару. Ты выглядишь так, будто увлекаешься собой.

Субару: Неужели я действительно иногда так выгляжу?!

Так или иначе, он принял просьбу Розваля.

Эмилия и Беатрис займутся Рам. Эмилия была мотивирована сделать это, так что не должно было быть никаких проблем, если Субару поговорит с Беатрис позже.

Розваль: Я рассчитываю на тебя, Субару-кун.

Субару: Хах, это было действительно похвально с твоей стороны. Ты редко говоришь такие вещи.

Розваль: Ты становишься восхитительным. ──В конце концов, это первый раз, когда я говорю, чтобы Рам держалась подальше от меня.

"――――"

Это было единственное, что он сказал, и это не было похоже на шутку. Розваль произнес это серьезным тоном.

Когда он отвел взгляд от лица Субару, то посмотрел на голубое небо.

Розваль: Рам и я не должны помнить о младшей сестре. Но у нее действительно есть кое-что, что меня впечатляет. Видеть, как Рам эмоционально идет против моего мнения, пугает меня. ──Итак, я хочу попросить вас, ребята, поговорить с ней.

Субару: ……Да, я запомню это.

Рам все еще посвящала себя Розвалю после инцидента в Святилище.

Даже когда Розваль сказал, что все и вся стоит на втором месте после того единственного, что важно, у Рам все равно было свое мнение, как у человека, которая пошла на такие крайности, как посвящение себя.

Если это можно назвать переменой, то отнюдь не плохой.

Или, по крайней мере, было намного лучше быть человеком и волноваться с неуправляемыми эмоциями, чем обременять друзей как непонятное чудовище.

Розваль: ──Кажется, время пришло.

Прежде чем он успел заговорить, Розваль обернулся.

Дверь особняка открылась позади него, и с другой стороны появились четыре девушки. Все они были горничными резиденции Розваля. Видеть их всех вместе было довольно великолепным видом.

При этом одна из девушек спала, а другая, очень похожая на спящую, выглядела так, словно готовилась к путешествию, так что их красоты немного недоставало.

Фредерика: Розваль-сама, приготовления для этих двоих закончены.

Розваль: Я ценю твои усилия. ──Рам, будь осторожна в пути.

Розваль ответил Фредерике, которая очень тихо отчиталась и позвала Рам, которая была одета для путешествия. Услышав это, Рам ущипнула себя за край юбки и вежливо поклонилась.

Рам: Розваль-сама, спасибо, что удовлетворили мою эгоистичную просьбу. Я обязательно верну результаты, чтобы показать свое уважение.

Розваль: Я буду ждать с нетерпением. Хотя, убедись, что ты не делаешь ни-и-ичего неразумного. Кроме того, убедитесь, что Эмилия-сама и Субару-кун тоже не делают ничего неразумного. Это тоже часть твоей роли, в конце концов.

Рам: Я полностью осознаю это.

Он хотел было возразить: “я не хочу слышать это от тебя!”, но взгляд Рам заставил его замолчать. Субару поддался этому взгляду и посмотрел на невысокую фигуру рядом с Рам.

Рем был тут. Она была в одежде, подходящей для поездки, и теперь ее везло кресло-каталка Петры──она была на чем-то, что Субару воспроизвел из своего первоначального мира используя свою память.

Модель инвалидной коляски уже существовала в этом мире, но она имела довольно большой объем работы, вложенной в реконструкцию; у нее было литейное переднее колесо, которое не будет помехой при изменении направления движения, а также леса и сиденье. Конечно, ремень безопасности и подушка для защиты головы были также реализованы.

Это была единственная в своем роде инвалидная коляска, ради которой Субару настоял на том, чтобы не давать это Розвалю, и он сделал ее на свои собственные деньги.

Субару: Я беспокоюсь о техническом обслуживании, когда мы далеко уедем, но……

Фредерика: Субару-сама, материалы такие, какие они есть, так что я думаю, что она может работать исправно в течение двух месяцев. Конечно, пожалуйста, не делайте ничего неразумного.

Петра: Пожалуйста, будь осторожен, Субару……-сама.

Он получил согласие Фредерики, и Петра доверила ручку инвалидной коляски. Он принял её, и когда он шел позади Рем, он чувствовал себя намного легче таким образом по сравнению с тем, когда нес ее.

Это было потому, что дорога была тротуарной, и поэтому она не будет эффективна в пустыне, на траве или на гравии.

Субару: Хорошо, похоже, это сработает. Петра, Фредерика, берегите себя.

Фредерика: Можете оставить Розваля-сама на нас.

Петра: Мы позаботимся об Отто-сане и Гарфиэле-сане тоже.

Петра и Фредерика ответили Субару, кивая ему, пока он передвигал инвалидное кресло.

Даже если путешествие займет два месяца, Отто и остальные в Пристелле, вероятно, успеют выздороветь и вернутся в резиденцию Розваря.

Он оставил это горничным, которые позаботятся о вещах, пока их не будет. Субару толкнул коляску и повернулся к драконьей повозке.

Субару: Хорошо, это прискорбно, но я думаю, что мы должны уходить.

Рам: Почему Барусу должен мной командовать? Не будь таким самонадеянным.

Субару: Но я не собираюсь командовать тобой. Как насчет того, чтобы ты взяла все на себя?

Рам: Неужели я кажусь тебе такой бесстыдной? Я была бы тебе очень признательна, если бы ты не заставлял меня так себя вести, как горничную, что должна быть грациозной и внимательной.

Субару: Что с тобой? Неужели ты в том возрасте, когда ничего не можешь делать, кроме как жаловаться?

Рам: Это не так. Просто…

Рам оборвала свою фразу и многозначительно посмотрела на руку Субару. В данный момент Субару толкал инвалидное кресло Рем.

Субару догадался о значении этого взгляда, и он глубоко вздохнул.

Субару: Если ты хочешь поменяться местами, так и скажи……

Рам: Если ты подумаешь о том, почему я иду и о моей цели, то позволить мне справиться с ней - это само собой разумеющееся. ……А что касается того, что ты узнал чего я хотела, не облекая это в слова, то я думаю, что могу увидеть тебя в лучшем свете. Немного.

Когда Субару неохотно уступил свое место, Рам заняла его место и толкнула инвалидное кресло. Она проявила заботу о своей спящей сестре, сидящей в инвалидном кресле, пока она медленно направлялась к драконьей повозке и двигалась вперед.

Субару без всякой причины открывал и закрывал ладонь, провожая их взглядом. Затем маленькая рука мягко схватила его за руку сбоку.

Субару: Ох, это ты, Беако.

Беатрис: Ты не должен выглядеть так жалко. Не то чтобы твои чувства к этой девушке были слабее, чем чувства ее сестры, так что тебе не о чем беспокоиться. Просто будь собой и делай то, что можешь, я полагаю.

Субару: Это не совсем……или, ну, так оно и есть?

Не то чтобы он чувствовал, что его роль отнята у него, но, глядя со стороны, возможно, выражение его лица указывало на то, что он не понимал этого таким образом.

Субару коснулся своей щеки рукой, которая не была занята, потянул за нее и ущипнул. На этот раз его руку взяла другая белая рука.

Эмилия: Да, да, я возьму эту руку.

Субару: Охф, Эмилия-тан……

Беатрис: После того, как эта девушка проснется, твои руки легко будут заняты. Мне интересно посмотреть, что Субару будет делать с этим.

Эмилия: Ах, мне это тоже может быть интересно.

Субару оказался зажатым между Эмилией и Беатрис, и он сделал обеспокоенный взгляд. Однако, в следующую секунду, он заменился серьезным и предвкушающим взглядом.

Что еще хуже, взгляд Петры пронзал его сзади, и Рам даже бросила на него холодный, презрительный взгляд перед драконьей повозкой, когда она обернулась.

Он был невероятно окружен со всех сторон──затем Юлиус издал “Хмм", увидев это, и кивнул. В ответ на эту желанную реакцию Субару широко улыбнулся.

Субару: В чем дело? Если ты хочешь что-то сказать, скажи это. Давай, вперед!

Юлиус: Правда? Хорошо, тогда я скажу только одну вещь. ──Ты действительно не мог бы быть более благословенным, находясь в окружении таких красивых девушек. Я не могу избавиться от чувства большого сомнения относительно того, удовлетворяешь ли ты все эти цветы своими руками.

Субару: Что это? Меня начинают обвинять!? Я сделал что-то не так!?

Юлиус с потрясенным видом пожал плечами. Жалобный крик, который издал Субару, взмыл в небо.

К несчастью для него, в этом месте не было ни местных чиновников, ни высших офицеров, чтобы следить за его заявлением.

У Субару не было выбора, кроме как сражаться в одиночку в этом предстоящем двухмесячном путешествии.

Он понимал эту реальность. Он чувствовал, как доверие и глубокая привязанность вместе с теплом, исходившей от его рук, наполняют его грудь. Он почувствовал в груди тревогу, что не отстает. Именно в такое утро они отправлялись в путь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Подпись Юклиуса

Перевод: imy

***

Путешествие началось с утра, наполненного беспокойством, и путешествие было долгим именно из-за того, сколько расстояния было пройдено почти за один месяц. Однако никаких серьезных происшествий на этом пути не произошло.

Они ехали прямо по главной дороге на восток. Это было скучное путешествие, в котором ничего не происходило.

Субару: Это было похоже на поездку к Пристелле и обратно……но наблюдать покой Королевства Лугуника по пути довольно приятно.

Юлиус: Наблюдение за главной дорогой и поддержание общественного порядка имеет важное значение для королевства. Лугуника особенно тщательно относится к подобным вещам, даже если сравнивать её с другими странами. Они должны иметь низкие показатели урона от групп бандитов и магверей.

Субару: Хочешь сказать, что другие страны не такие?

Юлиус: Королевство Густеко не в состоянии поддерживать свою главную дорогу нормально в первую очередь из-за того, что она всегда покрыта снегом. Она глубоко в снегу, что был там с самого начала. Что же касается Королевства Лугуника и Города-государства Карараги, то здесь есть люди с различными манерами и обычаями, вместе с многочисленными расами, смешанные вместе. В этом смысле трудно сказать, что тут соблюдается общественный порядок.

Субару: Понятно.

Головы двух земных драконов были выстроены в ряд, и они энергично бежали, пока Субару и Юлиус разговаривали.

Патраш Субару и дракон Юлиуса вели их вперед и тянули за собой большую драконью повозку.

Все в драконьей повозке не успеют вовремя среагировать, если случится чрезвычайная ситуация. Таков был их состав, но, как вы могли видеть из разговора, который они вели от скуки, путешествие шло спокойно.

Субару: Ахх...

Юлиус: Субару

Вдобавок к тому, что путешествие было скучным, как только он увидел, что пейзаж не меняется, Субару начал зевать. Субару прикрыл рот рукой и почувствовал сонливость, а в ответ Юлиус бросил ему обвиняющий взгляд.

Юлиус сидел на своем любимом драконе. Он быстро приподнял челку, чтобы та не колыхалась сквозь Благословение Уклонения от Ветра,

Юлиус: Я понимаю, что ты хочешь избавиться от этого чувства напряжения, но моменты, когда ты расслабляешься, являются самыми опасными. Я не скажу, что ты позволяешь своему разуму блуждать, но я не позволю тебе действовать таким образом, который кто-то сочтет ленивым.

Субару: Сколько ты собираешься сказать только из-за одного зевка? Ведь даже ты зеваешь. Верно?

Юлиус: Конечно. Но если у тебя есть самосознание рыцаря, то ты можешь держать это в себе, когда находишься перед другими людьми, понимаешь? Вот чего тебе все еще не хватает.

Субару: Да-да.

Он пытался получить реакцию с пронзительно саркастической силой, но Субару уже стал мастером в парировании. Уже прошло около 20 дней в этом путешествии, где его сопровождал Юлиус. За это время, что они ехали от Пристеллы к особняку, а теперь и к Песчаным Дюнам Аугрии, он научился справляться с Юлиусом.

Юлиус: Я думал, что это часть хороших манер - смотреть на человека, с которым ты разговариваешь, когда у тебя серьезный разговор?

Субару: Человек отводит взгляд во время серьезного разговора из-за времени. Ты тоже должен быть спокоен. Ты слишком себя напрягаешь.

Юлиус: Мы с тобой не наблюдаем, и почему……

Субару: Тебе не нужно так сильно напрягаться. Они не нападут на нас так быстро. Если они попытаются сразиться с нами, нас не убьют в таком просторном месте.

"――――"

Субару перебил его и сказал это, качнув головой. Юлиус моргнул, как будто Субару сказал что-то неожиданное.

После этого этот красивый мужчина тихо вздохнул.

Юлиус: Верно ли, что сейчас я выгляжу встревоженным в твоих глазах?

Субару: Ага, у меня такое чувство, что это как выстрел в темноте. Но, мне кажется, что все думают, что ты слишком напрягаешься. Больше, чем обы……на самом деле, возможно, ты просто ведешь себя как обычно……

Юлиус: На данный момент ты единственный, кто знает, что я просто веду себя как обычно, в конце концов.

Субару: ……Ага.

Когда Юлиус понизил тон, Субару, естественно, так же понизил свой.

Они не могли слышать разговоры девушек в задней части драконьей повозки, так что девушки тоже не должны были слышать их разговоры.

Они были братанами, и у них были различные осложнения в их положении, но прямо сейчас они работали вместе.

Возможно, настало время, когда ему следует говорить более откровенно.

Субару: Мы уже говорили об этом с Розвалем, но как там твои квазидухи?

Юлиус: Все так, как я уже говорил. Бутоны собираются вокруг меня, но они не садятся на меня. Похоже, мои слова до них тоже не дойдут.

Юлиус поднял руку в ответ на вопрос Субару, и он показал квазидухов.

Шесть квазидухов, слабо светящихся, все еще парили вокруг Юлиуса, который заставлял земляного дракона бежать. Однако они мелькали на его протянутой руке как бы в замешательстве, в попытках уйти. Субару подумал: “Понятно, действительно похоже, что Юлиус потерял свой контракт со своими квазидухами.”

Субару: А ты не можешь снова заключить с ними контракт? Ты каким-то образом притягиваешь их, так не означает ли это, что твое благословение работает?

Юлиус: Похоже, что Благословение Сбора Духов все еще сильно. И наоборот, это связано с таинственностью их признания. Это как иметь определенные большие, непонятные, неуправляемые эмоции.

Субару: Не уверен, что мне следует так говорить, но как насчет принятия мер с помощью других духов?

Юлиус: Я бы рассмотрел эту идею, если бы я был пользователем духов, что может заимствовать силы меньших духов, что находятся повсюду, как Эмилия-сама……но я не могу полностью использовать силы духов таким образом. В конце концов, мне так же понадобилось несколько лет, чтобы связать себя с этими бутонами, квазидухами.

Субару: ……Ну, это правда, что Эмилия-тан не может вывести среднюю силу Пака из других духов тоже. Наверное, быть партнерами с духом - это все-таки что-то особенное.

Юлиус: Эмилия и великий дух. И как ты с Беатрис-сама.

Это было грубо. Субару не мог сказать что-то вроде “Иди найди новых духов”, как кто-то, кто был пользователем духа, как и он. Это все равно что спросить его, отпустит ли он Беатрис после того, как разорвутся их узы. Разумеется, он поднимет средний палец в ответ.

Что касается Юлиуса, то его отношения с шестью квазидухами были точно такими же.

Юлиус: Таким образом, по состоянию на сейчас, я могу использовать только техники меча, чтобы исполнить свой долг, как рыцарь. Конечно, я не думаю, что меч хуже, чем использование духов, но это правда, что моих способностей недостаточно.

Субару: Это также путешествие, чтобы вернуть это, и ты говоришь, что твои навыки меча просто смешны. Если ты сражишься со мной, то это будет еще более смешно.

Юлиус говорил о своих поврежденных, недостающих духовных техниках.

Субару, конечно же, почувствовал эту силу год назад на столичном плацу. Субару действительно стал лучше по сравнению с тем временем, но он не чувствовал, что разница была покрыта.

С точки зрения Юлиуса, драться с Субару в то время было все равно что отнимать конфету у ребенка. Это было похоже на то, как будто он боролся с 5-летним Субару. Это было как раз о том, насколько разными были их уровни силы.

Субару: Рейнхард тоже такой. У вас, ребята, дурная привычка недооценивать себя, хах. Попытка быть слишком скромным превратится в высокомерие! Полагаю, такие слова используются везде.

Юлиус: Я хочу сказать тебе тоже самое, но хмм.. Забыв о нас с тобой, Рейнхард не скромничает и не недооценивает себя. Вероятнее всего.

Субару: Не скромничает или недооценивает……?

В то же время он представлял себе его красноволосым героем, но недоумевал, почему такая разница в понимании.

Он никогда не думал, что столкнется с разными мнениями о Рейнхарде, потому что с любой точки зрения он был самым сильным, абсолютно несравненным суперменом.

В ответ на сомнения Субару Юлиус сказал “Нет” и покачал головой.

Юлиус: Что касается истинной силы Рейнхарда, то мы оба одинаково высоко ее оцениваем. Скорее всего, все его знакомые разделяют это чувство. Все они думают, что он достиг пределов человечества или, возможно, даже превзошел их.

Субару: Удивительно, насколько это не преувеличение.

Юлиус: Он и сам прекрасно понимает, что это не его истинная сила. Я впервые встретил его, когда мне было около 10 лет…… но это никогда не менялось.

Субару: С тех пор, как ты встретил его, когда тебе было 10 лет? Серьезно?

Субару удивился от воспоминаний Юлиуса, параллельно держа уздечку Патраш.

Когда же Рейнхард стал тем, кем он является сейчас? Он думал, что это был вполне философский вопрос, но, по крайней мере, казалось, что версия его самого почти 10-летней давности была завершена.

А это означало, что он нес на своих плечах очень героическую судьбу.

Субару: Рейнхард был Святым Меча с тех пор?

Юлиус: Ему было еще 5 лет, когда он унаследовал Благословение Святого Меча. Предыдущим Святым Меча была Терезия ван Астрея-сама……она умерла во время Великого Завоевания 15 лет назад, и благословение было передано Рейнхарду от бабушки.

Субару: Вот как… хах.

Она умерла после битвы с белым китом и все еще продолжала оставаться Святым Меча, униженным после смерти.

Она была бабушкой Рейнхарда, женой Вильгельма, и на этот раз ее дух вернулся на небеса.

Но 15 лет назад благословение было унаследовано Рейнхардом.

Субару: Как он себя чувствует…

Юлиус: Хм?

Субару: Он взял на себя Благословение своей бабушки с тех пор, как ему было пять лет, и что еще хуже, он унаследовал кровь героя, верно? Я не могу себе представить, что он чувствует.

――Субару отчасти понимал тяжесть родительских ожиданий.

Субару знал, как больно быть раздавленным тяжестью ожиданий, которые люди возлагали на него.

Конечно, вес и ответственность, которые несли Субару и Рейнхард, были очень разными, поэтому сравнивать себя с ним, возможно, было бы грубо само по себе.

Субару: Я действительно сильный. Я настолько силен, что у меня нет ночей, когда я хотел бы иметь чрезмерное количество силы, только имея грустные мысли о том, как я слаб и недостаточно хорош.

Юлиус: Я чувствую, что это довольно беспочвенно.

Субару: Заткнись.

Субару высмеяли в середине его важной речи, и он щелкнул языком.

Субару: В любом случае, я лично чувствую беспокойство за что-то неважное. Я не думаю, что Рейнхард такой же, каким он был, когда ему было 5 лет, но мне интересно, что он чувствовал.

Юлиус: Как и следовало ожидать, я также не знаю, что он чувствовал в те дни. Но…

Это был единственный раз, когда Юлиус оживился, оборвав свои слова.

Юлиус крепко вцепился в уздечку, глядя перед собой, и прищурился от солнечного света, в котором купался.

Юлиус: ――То время, когда я увидел Рейнхарда, стало для меня поворотным моментом.

В этих словах можно было даже услышать торжество.

Юлиус щурился от солнечного света, но, возможно, он не щурился из-за солнца.

Возможно, в то время он смотрел на Рейнхарда такими же глазами.

Субару: Это означает, что вы с Рейнхардом знаете друг друга около 10 лет, я полагаю. Я действительно думаю, что это едва ли удовлетворяет требованиям, чтобы вы, ребята, были друзьями детства, но так ли это?

Юлиус: Нет? Да, именно тогда я узнал о Рейнхарде, но он узнал обо мне гораздо позже……он знает меня с тех пор, как я был назначен королевским рыцарем. Это случилось, когда мне было 16, так что я лично знаю его уже шесть лет.

Субару: ……это очень большой пустой период времени, верно?

Юлиус: В то время у меня не было таких способностей, как у него, поскольку он принял титул Святого Меча. Он заставил меня осознать это до такой степени, что это было больно, и это было моим началом.

Юлиус произнес эти слова спокойно, в то время как тон его голоса, напротив, был страстным.

В ответ на отстраненный взгляд его желтых глаз Субару кивнул на это единственное слово: “началом”.

Вдобавок к этим непонятным словам, тот день, вероятно, был живым в душе Юлиуса.

Если таково было начало Юлиуса, то это было само собой разумеющимся, чтобы оно ясно запечатлелось в его памяти.

Воспоминания Субару о своем собственном начале были горячими в его груди, опаляя его душу.

Время, когда он был спасен Эмилией в другом мире, время, когда Рем поддержала его, время, когда он взял руку Беатрис в огне, все эти времена были “началом” для Субару.

Субару: Когда ты говоришь, что все началось оттуда, значит ли это, что ты был удивительно непослушным ребенком? Как распутный дворянин или распутный сын.

Он пошел против течения своих самовнушительных чувств и сказал это намеренно дразнящим голосом.

Он ни за что не поверил бы, что дело ограничивается только Юлиусом, но он действительно думал, что он был молодым безвкусным дворянином, когда впервые встретил его. И если это была история, то тип надменной жизни, которую этот молодой дворянин вел в детстве, казалось, был ясен.

Субару вложил эти чувства и сменил тему, чтобы изменить ход разговора, что заставило Юлиуса внезапно разжать губы и сказать:

Юлиус: Я бы хотел, чтобы ты изменил способ выражения этого. Совсем немного… но есть вещи, которые я не могу отрицать.

Субару: Серьезно!? Ты действительно был таким дворянином!? Ты пинал простолюдинов сидя на лошади, и ты настойчиво давил на слуг, издеваясь над ними!?

Юлиус: Я не могу не задаться вопросом, почему ты начал так радоваться.

Юлиус холодно взглянул на Субару, и тот заволновался. После этого Юлиус бросил взгляд назад.

Его интересовала не драконья повозка, а девушки в ней. Конечно, ему не нужно было долго убеждаться, что он не слышит их разговоров, но это был вопрос его желания сделать это.

Юлиус: Как много ты знаешь о моем происхождении?

Субару: Ничего.

Юлиус: Ты ответил так быстро, что, кажется, тебе это понравилось.

У него действительно не было никаких знаний об этом.

Субару ловко навалился грудью на дракона, и Юлиус криво улыбнулся ему. После этого он почувствовал его рыцарский меч на его поясе. Возможно, он передавался по наследству через семью Юлиуса. По его лицу было видно, что он сомневается, достаточно ли у него квалификации, чтобы владеть им в данный момент.

Юлиус: ――Я не первый старший сын в семье Юклиус.

"――――"

Юлиус: Точнее говоря, я должен сказать, что я не являюсь официальным старшим сыном. Альвиеро Юклиус - настоящий глава семьи Юклиус. Кляйн Юклиус был его младшим братом, что делает его моим отцом, хотя он уже умер, а зять является главой семьи.

Субару не ответил на слова, которые были более удивительными, чем он ожидал.

Трудно было сказать, насколько структура благородного общества этого мира соответствовала знаниям Субару о том обществе, которое он знал, но положение Юлиуса определенно было сложным.

Кроме того, в таком случае, каково положение его младшего брата, Джошуа Юклиуса? Он скучал по своему старшему брату Юлиусу, и теперь этот мальчик был потерян из памяти мира.

Юлиус: Я не знаю, какие отношения у настоящего меня с Джошуа, что остался в Пристелле. Просто из-за того, что он не остался во мне, возможно, он является младшим братом, что унаследовал кровь моего настоящего отца, Кляйна Юклиуса. Или, может быть, он действительно законный ребенок, унаследовавший кровь моего приемного отца, Альвиеро Юклиуса.

Субару: ……А что, если все по-другому?

Юлиус: “Братья” - это всего лишь фигура речи, так что, возможно, наши отношения будут по существу кузенами. В этом случае Джошуа Юклиус, скорее всего, станет главой семьи Юклиус.

"――――"

Юлиус сказал это спокойно, и именно из-за этого, это бросилось ему в глаза, как правда.

В этот момент Юлиус и сам не понимал всей сложности этого способа говорить, хотя на самом деле именно он занимал эту позицию. Если бы Юлиус и Джошуа были настоящими братьями, то именно Юлиус стал бы преемником семьи Юклиус. Однако, если Юлиус не был настоящим братом Джошуа, тогда было бы правильно сказать, что Джошуа будет преемником семьи Юклиус.

И Юлиус не знал, как это подтвердить; существование Джошуа было отнято у мира, и Юлиус потерял свои воспоминания о своем брате, и он не знал, кем он был.

Юлиус: Это было что-то неизбежное, но когда я думаю об этом, это делает мое положение очень сложным. Не знать о своем собственном завтрашнем дне не очень привлекательно, хотя сейчас я должен больше беспокоиться о себе, чем о будущем семьи Юклиус.

"――――"

Юлиус сказал это, казалось бы, в шутку, возможно, потому, что Субару получил неожиданный шок.

У Субару пересохло во рту. Он скрипел зубами, чувствуя раздражение в желудке. Он до смешного беспокоился о Юлиусе, о том, как он сейчас себя чувствует.

Юлиус: Поскольку у меня была такая история, я был неустойчивым в те дни. Мой приемный отец привел меня в королевский замок, и когда я показал плохой этикет, меня проучили, и я стремился вернуться домой. Тогда-то я и увидел Рейнхарда, которому было еще восемь лет. ――Вот и все.

Юлиус предпочел закончить разговор несколько принужденным тоном.

У него не хватило смелости возразить или сделать какое-нибудь остроумное замечание. Он увидел, что Юлиус одиноко смотрел вперед, и он несколько расслабился.

А потом, то, что вышло сразу же, было вопросом.

Субару: Почему тебе вдруг захотелось рассказать мне об этом?

Юлиус: Я действительно чувствовал, что ты был единственным, кто слушал меня. Может быть, я ошибся?

Субару: Нет, это правда и……это моя вина, но я не к этому клоню. Тебе не кажется странным вести со мной такие разговоры?

Юлиус: Нет. Это было чем-то общеизвестным для Рейнхарда и Ферриса…людей среди королевских рыцарей. Конечно, Анастасия-сама тоже знает. В этом нет ничего особенного.

"――――"

Субару ничего не понял, и его лицо несколько нахмурилось.

Даже если он сказал, что все знают об этом, это не означало, что он мог распространять это повсюду. Как и ожидалось, он почувствовал, что это были неестественные слова.

Возможно, Юлиус понял недовольство Субару по его хмурому взгляду.

Он натянул уздечку и немного ускорил своего любимого дракона.

Юлиус: Да, это то, что все знают. ――Так вот почему я хотел, чтобы ты узнал об этом сейчас. Возможно, я хотел, чтобы ты знал, человек, что знает меня больше всех в этом мире прямо сейчас.

Синий земляной дракон ускорился, размахивая хвостом, и выражение лица Юлиуса больше не было видно.

Тем не менее, он не собирался ехать так быстро, чтобы оставить его позади. Это был его обычный самодовольный способ просто объявить, что разговор окончен.

"――――"

Субару: Хм, все в порядке. Спасибо, что позаботишся обо мне, Патраш.

Бегущий черный земляной дракон подняд голову и посмотрел на Субару. В ответ на ее жест, говорящий: “будем ли мы соперничать с земным драконом впереди?”, Субару выразил свою благодарность и погладил голову этой леди.

Субару: ……это было нехарактерно для меня.

Он изливал эти маленькие, извращенные слова изо рта.

Неужели он становится слабым? Или, может быть, он разыгрывает из себя главного героя трагедии?

Собственно говоря, “раздражать” было единственным способом выразить свои чувства.

Субару: Ах, черт возьми. Я действительно идиот……

Субару почесал затылок, и он выпускал только раздражительные слова изо рта.

В конце концов, у него не было точного ответа на то, что сказал Юлиус на этот раз.

И у него не будет точного ответа, пока они не окажутся перед Песчаными Дюнами Аугрии.

Ответа не последовало даже тогда, когда отряд прибыл в городок Милура, находившийся неподалеку от песчаных дюн.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Стремясь к Песчаному Морю

Перевод: imy

***

Ближайший к Песчаным Дюнам Аугрии городок и впрямь был песчаным гостиничным городком.

Городок имел подходящую структуру, но, конечно, он был значительно меньше, чем такие места, как Город Водных Врат Пристелла, Промышленный Город Костул и Королевство Лугуника.

В королевстве повсюду проводилось обслуживание главных дорог, проложенных внутри. Драконья повозка ехала непрерывно по дороге на восток в Милуру, но этот городок был настолько мал, насколько это только возможно.

Эмилия: Но, возможно, с этим ничего не поделаешь. Если посмотреть на карту, то отсюда только Песчаные Дюны Аугрии на востоке……и самый большой лес королевства южнее, верно? Мы находимся далеко от пяти городов, и мы также знаем, что здесь не такой большой трафик.

Идя рядом с Субару, Эмилия выпустила это впечатление, оглядывая городок.

На ней была белая накидка, закрывавшая её голову. Ее прекрасные серебристые волосы и внешность были слегка скрыты. Такая красивая девушка, как Эмилия, появившаяся в сельской местности, поразила бы чувство красоты горожан――это была шутка Субару, но у нее также было высокое положение. Вот почему она проявила некоторое внимание не только к своей внешности, но и к тому, чтобы избежать неприятностей, связанных с ее родословной.

Тем не менее, это были не единственные причины, по которым ее голова и рот были скрыты.

Другая причина скрываться заключалась в особом “губительном” воздействии песчаного ветра.

Субару: Он не может расширяться на восток или юг, и вдобавок ко всему, этот песчаный ветер почти постоянен. Это жестоко.

Эмилия стояла с подветренной стороны, и Субару, пробормотав эти слова, пряча свое лицо, так же поднял ткань, которую он носил на своем лице. Когда он пошевелил языком, то почувствовал, как песок трясся между зубами, и ему стало совсем плохо.

Этот песчаный ветер врывался в городок так, словно дул с восточных песчаных дюн.

Казалось, что песчаный ветер будет дуть на городок непрерывно в дни сильного ветра. Было необходимо носить подобное, чтобы ходить по городу.

Эмилия: ――? Субару, что-то случилось?

Субару: Ничего такого. Я просто подумал о том, что все обернулось несколько иначе, чем я себе представлял, когда услышал, что это пустыня.

Эмилия наклонила голову в сторону Субару, когда он искоса взглянул на себя.

Ее тело было скрыто до предела, так как она была покрыта с головы до ног плащом. Идея Субару была в основном в том, что красивые девушки должны радовать глаза окружающих их людей различными нарядами. Однако они не могли радовать глаза из-за таких защитных мер.

Говоря о пустыне, он думал о костюме танцовщицы, защищающем от солнечного света――как он назывался?

Субару: Тем не менее, возможно, нам следовало прислушаться к совету трактирщика.

Эмилия: Сейчас “песочное время”, верно? В конце концов, сейчас на дороге никого нет.

Ветер был не очень сильный, но песок превращался в мелкую пыль, возможно, потому, что он был легким. В этом желтом, затуманенном поле зрения, никого, кроме Субару и Эмилии, не было видно на дороге городка.

Горожане, привыкшие к этой среде, запирались внутри во время “песочного времени”, когда дул песчаный ветер, и они даже закрывали свои окна и двери в зданиях.

По правде говоря, в пределах песчаного ветра было почти ничего не видно, и также было довольно сложно дышать. Было так плохо, что даже трактирщик остановил их и сказал, что они не должны выходить во время “песочного времени”.

Однако была причина, по которой они проигнорировали трактирщика, что остановил их и вышел наружу.

Субару: Вот как это происходит в городе. Песчаный ветер в песчаных дюнах совсем не такой, верно?

Эмилия: ……Нет, не такой.

Они вышли не для того чтобы проверить себя. Они вышли специально во время “песочного времени”, чтобы морально подготовиться.

Обстоятельства внутри песчаных дюн, где дул песчаный ветер и был песок во всех направлениях, не могли быть слабее, чем в предела “песочного времени". Они были далеко от песчаных дюн, но даже сейчас, им уже было плохо видно в этом городке с компактными зданиями.

Они должны были уже сейчас подготовиться к суровости песчаных дюн.

Эмилия: В любом случае, как насчет того, чтобы зайти в какой-нибудь магазин? А то мы иначе превратимся в глыбы песка.

Смахнув пыль и песок, Эмилия указала на здание, что было на противоположной стороне дороги. Место, на которое она указала, казалось баром или чем-то вроде этого.

Казалось, что другие магазины были неприветливы, но вход, по крайней мере, был открыт.

Они поспешили к этому зданию, как и предлагала Эмилия.

Они убрали с себя столько грязи, сколько смогли, и после этого медленно вошли в бар.

Лавочник: ……Добро пожаловать.

Когда они вошли в бар, лавочник по другую сторону стойки, полировавший стакан, посмотрел на них и поприветствовал тихим голосом. Его низкий голос звучал неприветливо, вероятно, потому, что с первого взгляда он заметил, что Субару и Эмилия были измазаны песком.

Они действительно убрали с себя столько песка, сколько смогли, но все равно на них налипло огромное его количество. Они скинули песок и вошли в магазин, хотя и чувствовали себя из-за этого неловко.

Лавочник: Что бы вы хотели заказать?

Субару: Холодное молоко.

Эмилия: Горячее молоко.

"――――"

В ответ двум людям, что сели за прилавок и сказали свои заказы, лавочник только прищурился и ничего не сказал.

Кстати, Субару заказал холодное молоко, а Эмилия - горячее.

Субару: Не очень-то процветает……бизнес в песочное время?

Субару снял капюшон, которым он прикрывался, и задал этот вопрос лавочнику, пробуя молоко, которое ему принесли. Немногообщительный лавочник ответил “Ааахх” и сказал:

Лавочник: Даже в лучшие времена трафик людей в этом городке невелик. Управлять магазином во время восхода - это просто хобби.

Субару: Понятно. Тогда как посторонние и клиенты мы должны быть завсегдатаями..

Лавочник: Не уверен в этом, даже если вы просто пьете молоко в баре, вы уже кажетесь завсегдатаями. Вот, это ваше, Мисс.

Эмилия: Вау, спасибо.

Лавочник протянул ей горячее молоко. Эмилия взяла в руки кружку и сделала глубокий вдох. Девушка, дуя на молоко, увидела, как Субару наклонился вперед к стойке.

Субару: Других клиентов нет, так что у тебя есть немного свободного времени, верно? Ты не против немного меня выслушать?

Лавочник: Даже если у меня оно и есть, запрещено начинать разговор с кем-то в середине работы, говоря, что у них есть время. ……Что бы вы, посторонние, хотели узнать?

Субару: Честно говоря, я хотел бы узнать о Песчаных Дюнах Аугрии.

Субару поднял палец, и поставил лавочника лицом к лицу с деталями своего вопроса. Как только он это сделал, у владельца лавки, что услышал это, выражение лица впервые сломалось.

Спокойный лавочник с короткими седыми волосами с сомнением прищурил глаза из-под темных бровей. После этого он сравнил Субару и Эмилию и слегка вздохнул.

Лавочник: Я не знаю, что это за шутка, но не стоит рассматривать это как простой пикник. Это закончится смертью.

Субару: Эй, эй, что ты говоришь? Неужели мы действительно выглядим так, будто дурачимся?

Лавочник: Чем еще показалось вам мое предупреждение? Это место - песчаное море смерти, где каждый, кто туда уходит, никогда не возвращается. Это не подходящее место для свидания.

Субару: Я, конечно, думаю, что эффект подвесного моста - это правильный подход, но я не настолько загнан в угол. Эмилия-тан, ты тоже ему скажи.

Эмилия: *дует* горячо……а? Что такое? Извини, я не слушала.

Субару: Смотрите: пути E・M・T.

Лавочник: Я дам тебе несколько полезных советов. Иди домой, пока не умер.

Владелец лавки смотрел на взаимодействие Субару и Эмилии, и вера, которую он имел в них, становилась все хуже и хуже.

Как бы то ни было, это было не похоже на то, что владелец лавки говорил это назло. Он действительно знал об опасности Песчаных Дюн Аугры из ее репутации. Однако――

Субару: У нас нет возможности уйти. У нас есть только путь, по которому мы можем идти только вперед. Кроме того, единственное, что мы можем сделать, это выбрать самый безопасный путь. Ты ведь понимаешь, правда?

Лавочник: Это вы не понимаете. Слушай внимательно. Эти Песчаные Дюны безнадежны. Миазмы Ведьмы бродят по логову магверей, и вы не можете приблизиться к той башне.

Владелец лавки начал говорить об угрозах песчаных дюн, будучи раздраженным настойчивым поведением Субару. Он показал на окно, которое было закрыто, чтобы песок не попадал внутрь, и, скривив губы, указал на восточную часть города.

Лавочник: Каждый год есть люди, подобные вам, ребята, которые безрассудно пытаются пойти в песчаные дюны. Они целятся на башню мудреца в песчаном море…… но никто до нее не добрался. Нет ничего лучше, чем вернуться живыми, но большинство из них либо полностью высыхают в песчаном море, либо становятся пищей магверей.

Субару: Неужели никто не добирался до неё раньше?

Лавочник: Я думаю, что башня в песчаном море была построена сотни лет назад. Но количество идиотов, что пытались туда попасть, не уменьшилось. Если бы человек действительно добрался бы до неё, он ни за что бы не скрывал себя. Разве ты не знаешь? Даже тот парень в конечном итоге потерпел неудачу, хоть он и Святой Меча.

"――――"

Покорение Сторожевой Башни Плеяд было неудачным испытанием даже для Рейнхарда.

Ему рассказывал об этом сам Рейнхард, и он также говорил об аномально высокой сложности покорения сторожевой башни.

Но даже тогда люди, что должны были преодолеть это, были нынешней группой Субару.

Субару: Конечно, мы не будем делать что-то глупое, например, заниматься этим без каких-либо планов. Вот почему мы собираем информацию. Делать это в баре - это основной шаг, не так ли?

Лавочник: Действительно? Зачем это делать в месте, где пьют саке?

Субару: Если вы попросите меня объяснить подробно, я, вероятно, не смогу, но разве это не потому, что все станут разговорчивыми после употребления алкоголя, а затем они будут в конечном итоге изливать различные слухи?

Лавочник: То есть простые сплетни. Недопустимо идти туда без каких-либо планов, но склоняться к бессмысленным планам тоже плохо.

Субару: Гхее! Твои рассуждения пронзительны!

Субару сбило с ног разум и он мгновенно поперхнулся молоком.

Обычно, когда Субару разговаривал с настоящими взрослыми, темп был для него ошеломляющим. Лавочник также привык разговаривать с людьми, что безрассудно бросали вызов песчаным дюнам. На самом деле, это не было похоже на то, что вызов Субару песчаным дюнам был безрассудным, но владелец лавки, с которым он столкнулся, который не знал больше, чем реальность, относился к нему так же, как и ко всем остальным.

В таком случае они в конечном итоге вернутся, не получив ни единой зацепки, и――

Лавочник: В любом случае, привести девушку в такой ад, это……

Эмилия: Простите, Мистер Лавочник. Вы проявляете заботу о нас, а Субару только и делает, что жалуется.

Как раз в тот момент, когда Субару был готов уступить в тупиковой ситуации, Эмилия остановила лавочника, что начал проповедовать. Лавочник широко раскрыл глаза от слов Эмилии, что начинались с извинений.

Увидев реакцию лавочника, Эмилия быстро опустила голову.

Эмилия: Спасибо вам за помощь, хотя мы даже не знакомы.

Лавочник: Я тоже извиняюсь за ворчание. Однако я по-прежнему твердо стою на своем. Я постоянно сталкиваюсь с такими юнцами, как ты.

Эмилия: Неужели так много людей пытались увидеть Мудреца?

Лавочник: Ну, на самом деле не так уж и много людей, у которых есть сильный дух, чтобы встретиться с Мудрецом. Большинство людей, пытающихся покорить Песчаные Дюны Аугрии, хотят, чтобы их чествовали. Конечно, есть люди, что говорят, что получат мудрость от мудреца, если все пойдет хорошо, но говорить, что они получат награду, достигнув башни, тоже глупо.

Лавочник опустил плечи и вздохнул с видом, что можно было бы назвать пресыщенным.

Как он и сказал, он, вероятно, провожал многих людей, которые бросали вызов Сторожевой Башне Плеяд. Возможно, он выглядел добросердечным даже с тем, как выглядело его лицо. Казалось, он мог чувствовать стыд.

Эмилия: Означает ли это также, что люди не видели мудреца……?

Лавочник: Никогда не слышал, чтобы кто-то забирался так далеко. По слухам, мудрец все еще смотрит на нас с вершины башни и наказывает наглых людей…… но я не был свидетелем этого. Я не могу отделаться от мысли, что песчаные дюны сами по себе являются ловушкой для охоты на добычу и вешают приманку.

Эмилия: Вы упомянули миазмы ведьмы. Что это такое?

Лавочник: Это то же самое, что я и сказал. Впереди логово магверей……В королевстве существуют различные расы магверей в различных местах. Но, в этих песчаных дюнах, есть все известные виды.

Лавочник понизил голос, но он сочинял рифмы, возможно, увлекшись весельем.

Когда Эмилия сглотнула, лавочник посмотрел вдаль.

Лавочник: Крапчатые королевские собаки и черные крылатые кошки имеют милую сторону. Эндемичные однорогие магвери и песчаные земляные черви - это звери, которых можно увидеть только здесь. Кроме того, если на песчаной почве есть цветник, то это место охоты ойранского медведя.

Эмилия: Ойранские медведи……

Лавочник: На самом деле кажется, что их можно найти только в Карараги. Это магвери, которые распустили цветы по всему телу. Как только вы будете одурачены их внешним видом, и вы приблизитесь к ним, они будут чавкать вашими кишками.

Субару: Магвери действительно…противные…

Кто рассказал ему о магверях, чьей целью было убивать людей?

Владелец лавки фыркнул на него, как бы говоря: “я же тебе говорил”, а Субару нахмурился, внимательно слушая.

Лавочник: Но опасность, которую вы должны остерегаться больше всего, даже больше, чем магверей, это миазмы. Да, есть такие опасности, как песчаный ветер и изменения окружающей среды, но вашей самой большой заботой должны быть миазмы.

Субару: Эти миазмы - это не то, что вы распознаете интуитивно...

Субару озадаченно посмотрел на лавочника, который снова потерял дар речи.

Субару уже много раз слышал слово "миазмы", и он даже мог представить себе, на что это похоже, основываясь на впечатлении, которое производило это слово. В основном это плохо влияет на тело и ваш ум, и это, очевидно, не было чем-то хорошим.

Он чувствовал, что это было не похоже на ядовитый газ, но, возможно, это было что-то близкое к нему.

Эмилия: Ммм, Субару. Если бы миазмы были описаны, они назывались бы маной, загрязненная плохими вещами. Вы не можете увидеть это своими глазами, но это что-то, что есть везде, разве ты не знаешь?

Субару: Эм…так мана - это миазмы?

Объяснение Эмилии удивило Субару. Объяснение было легко понять, но это немного отличались от того, что представлял себе Субару.

Мана действительно имела чрезвычайно большое влиятельние для пользователей магии и духов. Однако, если они просто жили своей жизнью и просто использовали конных драконов для передвижения, то мана не была действительно большой проблемой.

Но Эмилия медленно покачала головой, как будто предвидя разочарование Субару.

Эмилия: Ты не можешь относиться к миазмам так легкомысленно. Нормальная Мана - это нечто чистое, не имеющее ни цвета, ни направленности. Но миазмы……простой прием этой загрязнённой маны с помощью врат, развращает существ изнутри. Учитывая, что врата - это орган, который естественным образом поглощает Ману, этого нельзя избежать.

Субару: В конце концов, нельзя же просто перестать дышать.

Лавочник: Толкование леди верно, но миазмы, дрейфующие вокруг песчаных дюн, еще хуже. ――Тамошние миазмы портят даже пищу и питье для живых существ.

Субару: Ты имеешь в виду, что еда становится несъедобной?

Лавочник: Я имею в виду, что как только вы её съедите, загрязнение миазмами начнет прогрессировать. Вы сойдете с ума только от того, что взяли хотя бы немного этого через свои врата. Попробуете принять это непосредственно через желудок - и загрязнение поглотит вас целиком.

Субару: А что после? Это не прекратится только на том, что я сошел с ума?

Лавочник: Люди обычно говорят, что ты умрешь в безумии. Сказать по правде……ну, я не могу этого отрицать.

У лаконично говорящего лавочника, качающего головой, был бледный взгляд.

Вероятно, он уже видел это раньше, хотя и не говорил об этом прямо. Он видел, как последние мгновения жизни людей осквернялись миазмами, когда они сходили с ума, приближаясь к своей смерти.

Лавочник: Было бы гораздо лучше, если бы вы, ребята, не ходили туда. Поступите так.

Эмилия:――Спасибо за молоко. И так же спасибо за беседу.

Эмилия допила свое горячее молоко и выразила благодарность лавочнику, который начал заканчивать разговор.

Владелец лавки, вероятно, знал о том, как они начали осторожно извлекать информацию из разговора в середине. Он продолжал говорить пытаясь изменить планы Субару и Эмилии.

Ему было просто грустно за них. Но даже тогда Субару и остальные все равно пойдут в подобное место.

Эмилия: Я заплатила. Субару, пошли.

Субару: Хорошо……тогда пойдем.

Эмилия положила на прилавок серебряную монету, которую достала, и потянула Субару за рукав. Она дала ему слишком много за две чашки молока, но это были чаевые за информацию и его заботу.

Они встали, сказали спасибо лавочнику, и начали выходить из магазина.

Лавочник: ――Так здесь было около года, но теперь люди замечают, что есть птицы, которые летят к песчаным дюнам.

"――――"

Они снова накрылись своими одеяниями, готовясь к песчаному ветру, и голос окликнул их сзади. Когда они повернулись обратно, лавочник повернулся к ним спиной и продолжал говорить, протирая стакан, словно читая монолог.

Лавочник: Люди, которые видели их, говорят, что они летят к башне, и это распространилось как шутка. У меня нет никаких доказательств этого, но……

В этот момент лавочник прервал свою фразу и поставил стакан на стол.

А потом он сказал:

Лавочник: Если вы когда-нибудь почувствуете неуверенность, попробуйте поискать птицу. Если вам повезет, она сможет привести вас к башне.

"――――"

Лавочник: Хотя вам, очевидно, уже не повезло, раз вы стали неуверенными в песчаных дюнах.

Субару и Эмилия вышли из магазина, не сказав ни слова.

Выйдя на улицу, они заметили, что песчаный ветер заметно ослаб. Эмилия подтвердила, что теперь она могла видеть лучше по сравнению с тем, когда они вошли в бар, и она оглянулась на Субару.

Эмилия: А сейчас давай вернемся в гостиницу и встретимся со всеми остальными, так как Анастасия и остальные возможно тоже уже закончили.

Субару: Ага, звучит неплохо. Мне также интересно, какие результаты они получили.

Эмилия снова закрыла свое лицо, и Субару встал перед ней, как будто защита от ветра.

А когда они дошли до места, где уже не было видно бара, Эмилия тихо пробормотала:

Эмилия: У этого человека из магазина не было ноги.

Субару: ……Я не заметил.

Эмилия: Я не знаю, где он был ранен……но мне интересно, было ли это из-за “этого”.

Субару также знал, что Эмилия хотела сказать своими глубокомысленными словами.

Лавочник любезно и тепло выразил двум странным путешественникам свои сильные чувства по поводу опасностей песчаных дюн.

Если это было предупреждение, основанное на его опыте, то люди, которые отбросили эту заботу и все равно хотели отправится к песчаным дюнам, были жестоки. Вот на что это было похоже.

***

Анастасия: Похоже, Нацуки-кун и Эмилия-сан благополучно вернулись.

Они вернулись в гостиницу. Человек, который приветствовал Субару и Эмилию, был кем-то, кто должен был быть снаружи, как и они. Это была Анастасия.

Анастасия уже была одета в привычную одежду, и у нее была великолепная и элегантная улыбка, пока она сидела на кровати.

Гостиница, в которой остановилась группа, была первоклассной гостиницей Милуры.

Было все еще несправедливо сравнивать её с “Водным Оперением" в Пристелле, но не было никакого способа понять это, кроме рассуждения, что это было из-за качественного различия городов.

Субару: Где Юлиус?

Анастасия: После того, как он отправил меня в гостиницу, он сказал, что немного осмотрит городок. Я думаю, что он, вероятно, не привык к песку в глазах. Просто как и вы, ребята. Как все прошло?

Субару: Я действительно хочу, чтобы у нас были очки для защиты от пыли. Они похожи на прозрачное стекло, и они закрывают лицо тут, как защита. Разве мы не можем их сделать?

Субару вспоминал о подводных очках и спросил о них, указывая вокруг глаз. Анастасия склонила голову на эти слова и сказала “Понятно”.

Анастасия: Мы должны беспокоиться о таких вещах, как стекло и его долговечность, но это то, что стоит рассмотреть……возможно. Время песчаного ветра не имеет никакого отношения к Карараги, так что это может быть полезной идеей.

Субару: Я не пытаюсь говорить о патентах в далеком будущем. Если у нас нет этих вещей……ну, пока мы не используем их во время “песочного времени”, я не думаю, что будут какие-то недостатки.

Эмилия: Похоже, что более серьезные проблемы - это магвери и миазмы. Мы с Беатрис можем попробовать справиться с миазмами…… но нам придется положиться на Мейли в отношении магверей.

Эмилия произнесла эти слова и посмотрела на соседнюю комнату по другую сторону стены.

Сейчас Беатрис должна была следить за Мейли в той комнате. Он хотел быть сентиментальным и хотел верить, что Мейли не предаст их, но прошлое есть прошлое. Не то чтобы они так легко могли ей доверять. Они не могли с полной уверенностью сказать, что ее связь с матерью прервалась, и то, что мать запретила ей говорить, тоже не было невозможным.

Субару: Так что мы будем полагаться на Анастасию, что будет направлять нас. Это рискованно.

Эмилия: Хотя было бы справедливо назвать это чем-то обычным.

Субару: Ты не ошибаешься.

Субару улыбнулся редкому вмешательству Эмилии и посмотрел на Анастасию. Она сидела прямо на кровати и продолжила разговор, сказав: “Но хорошо”.

Анастасия: Сохраняйте спокойствие до тех пор, пока мы не достигнем поставленных целей. В конце концов, регулировка колес драконьей повозки и то, как мы будем справляться с въездом в песчаные дюны, будет оставлено меня.

Эмилия: Верно……извини. Мы вроде как заставляем тебя делать все.

Анастасия: Все в порядке, Все в порядке, так как взамен я буду рассчитывать на Эмилию-сан в отношении боевой мощи.

Анастасия спокойно махнула рукой.

Цели, о которых она говорила――одна из них была настройка драконьей повозки, с которой они войдут в песчаные дюны. Обычно вы предполагаете, что драконья повозка будет двигаться только по поддерживаемой главной дороге или, по крайней мере, дороге. Однако на этот раз дорога была в основном песчаной, так что обычная драконья повозка не могла хорошо двигаться по ней.

У них была возможность покинуть драконью повозку и оседлать драконов――но было много женщин и детей. Учитывая, что была также Рем, этот вариант не был реалистичным.

Таким образом, необходимо было приспособить драконью повозку к пустынным районам, а также сделать некоторые изменения с земляными драконами.

Субару: Не могу оставить Патраш позади. Оставить ее здесь было бы просто смешно.

Эмилия: Эта девушка действи-и-ительно умна. Если ты заговоришь о чем-то подобном, как оставить ее позади, она может тебя искусать……

Это действительно могло случиться, поэтому он не ответил. Кроме того, он не мог оставить ее здесь.

Эмилия: Так как насчет путешествия без драконьей повозки……

Анастасия: Это не так серьезно, как переговоры. В конце концов, я только сказала, что ты должна успокоиться и послушать.

Она показала заботливую улыбку, но Субару почувствовал, что она отличается от того, как выглядела, поэтому он начал несколько дрожать.

Кроме драконьей повозки было ещё одно дело, о котором нужно было позаботиться. Проще говоря, это был обряд посвящения, чтобы справиться с песчаными дюнами.

То есть, если кандидаты королевских выборов Эмилия и Анастасия пропадут в Песчаных Дюнах Аугрии, кто будет нести ответственность?

На данный момент вы действительно можете сказать, что эти двое занимали самые важные посты в королевстве. Если бы эти двое неожиданно попали во что-то серьезное, например, были похоронены в Песчаных Дюнах Аугрии, естественно, было бы неясно, кто понесет ответственность, и вы могли бы ожидать напряженных последствий.

Песчаные Дюны Аугрии――не говоря уже о том, кто будет управлять самими песчаными дюнами, феодальный лорд, пришедший в конце концов и правящий окраинами Милуры, не будет иметь сносного веса ответственности.

Таким образом, Анастасия заранее отправилась к подчиненным феодалов, чтобы написать несколько строк и убедить их в том, что “что бы ни случилось, это ответственность самого кандидата”.

Анастасия: Но все же их можно обвинить в том, что они не остановили меня……Моя жизнь - это не только моя собственная жизнь. Это большая ответственность, тебе не кажется?

Эмилия: Это было правдой с самого начала. Это не из-за таких вещей, как выборы или кандидаты. Если мы встретим Мудреца и не найдем способов вернуть себе различные вещи, то будет много людей, которых невозможно будет спасти. Твои слова это не что-то неожиданное.

Анастасия: Ты действительно настолько надежна, насколько только можешь.

Анастасия оглянулась на Эмилию, которая произнесла это заявление, и в каком-то смысле оно показалось ей счастливым. После этого она наклонила голову и посмотрела на Субару, сказав: “Ну так что?”.

Анастасия: Ребята, у вас есть какие-нибудь результаты после прогулки? Не может быть, чтобы вы, ребята, просто вышли на улицу, чтобы привыкнуть к песку в глазах, верно?

Субару: Ну, мы вышли посреди песчаного ветра действительно не только ради этого. Мы немного послушали кого-то информированного.

Эмилия: Хотя это было просто совпадение.

Субару: Мое предвидение выбрало этот бар.

Эмилия: У меня такое чувство, что именно я выбрала этот магазин……

Как бы то ни было, каким бы ни был ход событий и чьим бы достижением он ни был, это была несущественная информация.

Анастасия тоже сделала задумчивый вид, когда они заговорили о том, что они узнали.

Анастасия: Поймать птицу……хмм.

Субару: Действительно, это то, что тебя интересует?

Анастасия: Ну, другие части - это просто известная информация. В любом случае, самое интересное заключается именно в этом. Птицы и им подобные, наиболее чувствительны к ветру, смешанному с миазмами.

Эмилия: Теперь, когда ты это сказала……

В ответ на слова Анастасии Эмилия глубоко задумалась, трогая свои волосы. Когда Субару искоса взглянул на задумавшуюся Эмилию, он осторожно приблизил свое лицо к Анастасии.

Субару: ――Ты же не можешь на самом деле что-то задумать, верно?

Анастасия: Ничего особенного в голову не приходило. Тем не менее, это действительно было что-то очень интересное для меня.

"――――"

Анастасия: Не делай такое сомневающееся лицо. Послушай, ты заставишь ее заподозрить неладное.

Он мог немного видеть истинные чувства Эридны на ее лице, но сказав это, он только заставит ее отступить. К счастью, Эмилия сейчас не видела этого взаимодействия, так как была погружена в глубокие раздумья. Но в глубине души Субару почему-то чувствовал себя человеком, отчаянно скрывающим свою измену.

Субару: Когда мы должны уехать?

Анастасия: Мы должны уехать пораньше, верно? Важный разговор насчёт драконьей повозки еще не закончен…… возможно, нам следует уехать сразу же после того, как мы пополним запасы.

Субару: Завтра будет слишком быстро, как насчет послезавтра?

Анастасия: Думаю, остановимся на этом.

Когда Анастасия сказала это и согласилась, Эмилия тоже кивнула в знак согласия.

После этого она посмотрела на окно комнаты, которое было плотно закрыто, чтобы песок не попал внутрь, и прищурилась.

То, на что Эмилия смотрела своими голубовато-фиолетовыми глазами, было видом на восток по другую сторону окна.

Она увидела очень длинную тень, которая стояла заметно выше, чем магазины и дома.

Эмилия: Сторожевая Башня Плеяд

Она стояла одна и сказала это своим звонким голоском.

Башня назначения была так высока, что она могла даже смотреть на нее с Милуры.

――Разве можно было не увидеть что-то настолько большое?

У Субару возник этот вопрос с тех пор, как он начал видеть Сторожевую Башню Плеяд по пути, прежде чем они прибыли в Милуру.

Что бы кто-то сделал и какие ошибки совершил бы, если бы не смог найти такой ориентир?

Но, с другой стороны, предупреждение бармена также пронзило его, когда он подумал об этом.

Субару: Ни о каких планах не может быть и речи, а бессмысленный план - это плохой план, эх.

Как бы то ни было, у них не было возможности отказаться от вызова.

Именно поэтому они выбрали средства, которые только дали бы им шанс, средства, которые только увеличили бы их шансы.

Они должны были отличаться от тех авантюристов, о которых говорил лавочник, которые были не готовы иметь бессмысленные планы. Вот во что он верил.

Вот почему Субару этого не понимал. Он этого не поймет.

――Что бы ни случилось, отступление от вызова не было вариантом.

Он не понимал, что в этот момент уже отрезал себя от первого пути.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Посвящение Песчаных Дюн

Перевод: imy

***

――Наступило утро отъезда.

Прошло два дня с момента их разговора.

Субару и остальные закончили подготовку к пересечению песчаных дюн, и собрались у входа в городок Милура. В это же время Субару издал восхищенный вздох,

Субару: Вау, это……

Юлиус: Земляные драконы на которых мы будем пересекать песчаные дюны――вид Гирас - это вид, терпимый к песчаной почве. Это вид, приспособленный к песчаному ветру и сухости. Они хоть и большие, но ведут себя спокойно. Ты узнаешь о природе этого эндемичного вида, насколько легко с ними справиться.

Субару удивлённо смотрел на земляных драконов, привязанных к драконьей повозке, и Юлиус рассказал ему о них.

Они должны были прорваться через Песчаные Дюны Аугрии, так как они целились в Сторожевую Башню Плеяд. Типичные земляные драконы не способны скакать по неровностям на огромной дороге, где преобладает песок.

Поэтому они поменяли земляных драконов, которые привезли их до этого места, на эндемичных земляных драконов, что позволят открыть им путь вперед.

Субару: Эндемичные, да? Есть также водяные драконы Пристеллы, но вау, мир действительно велик.

Субару посмотрел на желтокожего земляного дракона, привязанного к драконьей повозке, и скрестил руки на груди.

Субару уже провел в этом мире не меньше года. У него было очень слабое удивление по отношению к земляным драконам. Он не испытывал каких-либо волнующих эмоций, но он был узколоб.

"――――"

Это были желтые земляные драконы, чьи плоские головы и все тело были покрыты шипами, похожими на чешую. Телосложением они напоминали любимого дракона Отто Фуруфу. Фуруфу - это вид, который обладает превосходной выносливостью даже среди земляных драконов, и Отто хвастался, что он может путешествовать в течение 3 дней и 3 ночей. Возможно, они были бы похожи на трицератопса, согласно знаниям Субару.

С другой стороны, если бы вы посмотрели приблизительные знания, вы бы обнаружили, что земляные драконы перед ним были похожи на анкилозавра.

Однако их хвосты были короткими, и в отличие от оригинала, казалось, что их хвосты не могли быть использованы в качестве оружия. Кроме того, их ноги выделялись больше, чем что либо другое. ――Каждый конец их четырех толстых, коротких ног был круглым, а их острые ногти действовали как шипы. Их большие тела были привязаны к земле.

Субару: Они действительно выглядят ногами, что могут нанести непоправимый ущерб вещам, если встанут на что-либо.

Юлиус: Песчинки в Песчаных Дюнах Аугрии очень малы. Если бы у них не было таких ног, то была бы возможность соскользнуть со склонов. Люди говорят, что их ноги изменились, чтобы приспособиться к этому.

Субару: Значит, они приспособились к пустынным районам? Это замена для лошадей и верблюдов, но как насчет водяных драконов? Если хорошенько подумать, то я не видел, чтобы животные тащили лодки обратно на землю.

Субару глубоко задумался, и на ум пришла лебединая лодка, но это была всего лишь форма, имитирующая лебедя, так что на самом деле это было не что иное, как нечто, управляемое человеческими усилиями. Однако он никогда не слышал об обычае, по которому крокодилы или гиппопотамы тащат лодки, поэтому он не смог придумать никакой замены водяным драконам.

И это еще не все――

Субару: Эти драконы, приспособленные к песчаной почве, идут туда, но можем ли мы действительно привести мою Патраш в такое место? Хотя большинство дам в моем лагере против неразумных поступков.

Юлиус: Твой любимый дракон - Диана, которые считаются прародителями всех земляных драконов. У них есть гены первоначальных предков драконов, которые доминировали на суше, море и воздухе……Они обладают превосходной адаптивностью, независимо от окружающей среды. К сожалению, мой Шакнар останется в городе.

Юлиус ответил на вопрос Субару и одиноко посмотрел в сторону гостиницы.

Шакнар был его любимым, прекрасным голубокожим земным драконом.

Это был его любимый дракон, но он забыл о Юлиусе, чье имя было съедено Обжорством. Однако этот хорошо обученный дракон всегда будет вежлив со всеми, кто на нем ездит. Он с самого начала принимал Юлиуса, но с той самой встречи в Пристелле, во время этой поездки, которая длилась уже полмесяца, их связывала прежняя крепкая связь.

Именно из-за этого, то, что он испытывал, можно было назвать чувством стыда за то, что он оставит любимого дракона в городе.

Юлиус: Тем не менее, чтобы твой любимый дракон был леди, которую ты используешь больше всего из всех окружающих тебя людей……Я не знаю, должен ли я хвалить тебя за то, что ты знаешь, как использовать своего земляного дракона, или я должен предупредить тебя о твоих оценках женщин вокруг тебя.

Субару: ……Ну, на самом деле ты также не должен легкомысленно относиться к тому, насколько высока женская сила Патраш.

На секунду у Юлиуса появился взволнованный вид, поэтому он тут же пошутил, чтобы скрыть свои чувства. Субару так же почувствовал эти его мысли, и он каким-то образом пошел с ними.

Как только Юлиус увидел это, он пошел поприветствовать земляного дракона у драконьей повозки. В ответ Субару посмотрел на драконью повозку, шагнул к ней и постучал в дверь.

Субару: Таким образом, внутренняя часть драконьей повозки будет оставлена как есть, кроме замены колес и…

Субару осмотрел переделанную драконью повозку, прежде чем на его стук ответили.

Изменения, которые выделялись, были основанием повозки――колеса и оконные рамы, установленные для защиты от песка с песчаного ветра.

Если бы вам пришлось описать эту драконью повозку, для которой были приложены различные усилия для путешествия на большие расстояния, то это было бы чем-то вроде дома на колесах. В передней части повозки было свободное место с выстроенными в ряд стульями, а от середины до задней части было достаточно места, чтобы просто расслабиться. Внутри было что-то отличное, что-то вроде этого.

Кроме того, обеспечивая комфорт, в ней могло уместиться максимум до 10 человек. Субару был искренне удивлен тем, как легко драконья повозка превзошла его ожидания, когда он впервые увидел её.

Субару: Даже без электричества и электроприборов, мы можем найти чем их заменить. Люди действительно существа, которые ищут удобства где угодно.

Рам: Я не знаю, о чем ты говоришь так серьезно, но все ли приготовления закончены, Барусу?

Когда он озадачился внешним видом, дверь драконьей повозки открылась, и в то же время оттуда донесся холодный голос.

После того, как он повернулся, Рам встала с ближайшего к двери сиденья и посмотрела вниз на Субару.

Субару: Ну, приготовления были закончены ещё вчера, так что все готово. Нам осталось подготовить только наши сердца и тела, но с этим я тоже покончил. Что насчет тебя?

Рам: Давай посмотрим. Когда я думаю о многих днях, проведенных в карете, я не могу сказать, что я расслаблена, независимо от того, как много заботы я проявила. Я не буду звать на помощь, как деликатный человек посреди песчаных дюн, даже если на нас нападут.

Субару: ――Все будет хорошо, Не волнуйся.

Он многозначительно улыбнулся Рам, и тут появилась Эмилия, услышав их разговор. Эмилия, похоже, прибралась в задней части драконьей повозки и подошла к Рам, похлопав её по плечу.

Эмилия: Даже если кто-то и нападет, я буду защищать всех здесь. Снаружи так же будут Субару и Юлиус, так что все идеально.

Субару: Ты, как всегда, успокаиваешь. Смотри, Рам. Эмилия-тан тоже так говорит, так что не волнуйся.

Рам: Вы правы, Эмилия-сама. Вы меня тоже очень успокаиваете. Однако нападать на нас будут не только злые существа. Есть также парень со злыми намерениями……

Рам сказала это, бросив многозначительный взгляд на Субару.

Как только Субару понял взгляд Рам и скрытый смысл ее слов, он нахмурился.

Субару: Ты все еще будешь сомневаться во мне, даже проведя почти месяц мирных ночей!? Я никак не могу сделать что-то подобное, когда ты рядом! У меня нет такого мужества!

Рам: Жалко выглядит, как ты настаиваешь на этом громким голосом, но, учитывая, сколько красоты в этой повозке, для тебя не немыслимо потерять контроль над собой, независимо от того, как ты это делаешь. Я всегда боюсь. Сочувствуй девичьему сердцу.

Субару: Всегда боишься? Девичьему сердцу?

Рам в основном повторяла поговорку о том, что мальчики и девочки должны быть разделены, как только им исполнится 7 лет, и голос Субару задрожал. Между прочим, Эмилия только в замешательстве наклонила голову.

Это была обычная прямота Эмилии и наглость Рам. Но Субару почесал затылок и сказал “Ах”, так как ему стало кое-что интересно.

Субару: Сестра, как твое тело?

Рам: ……Странно, что ты спросил это. Почему тебя это интересует?

Субару: Твое беспокойство излишне, но разве мое излишне? Я просто хочу знать ответ на этот вопрос.

Рам: Барусу, ты действительно настолько дерзок, насколько внимателен.

У нее не было бледного лица, и у нее, казалось, не было проблем с дыханием, что означало, что Рам, казалось, вела себя как обычно, но она не отрицала слов Субару.

Она не вела себя жестко и не пыталась это скрыть. В этом смысле Рам была на удивление искренена.

Субару: Похоже, у тебя нет остроты злого языка. Если состояние твоего тела действительно плохое, тогда……

Рам: Тогда отступи назад сейчас, после 20 дней, находясь перед целью, верно? Все как обычно, но сегодня ты ведешь себя особенно нелепо.

Эмилия: Рам, не говори так.

Рам перебила Субару, и она бросила на него еще более свирепый взгляд. Эмилия приподняла бровь в ответ на поведение этой девушки и сердито положила руки на талию.

Она указала рукой на Субару, находясь рядом с Рам, и сказала:

Эмилия: Субару беспокоится о Рам. Я тоже беспокоюсь за тебя. Каждый день я даю исцеление, о котором мне рассказывал Розваль, но……

Субару: Все еще не уверен, можно ли назвать это исцелением, но это не твоя специальность. Даже если Эмилия-тан и Беако делают это, они не смогут сделать это так же хорошо, как Розваль.

Рам: ……Я не пытаюсь использовать это как причину. Я не хочу быть помехой.

Субару: Мы беспокоимся, понимаешь?

Рам: Если бы ты был обычным Барусу, то я смогла бы одурачить тебя.

Субару: Ты не обычная Рам, так что тебе меня не одурачить.

Это не были подстрекательские слова, и они не были ответными.

Как бы то ни было, последовал тихий обмен словами, и Рам закусила губы, явно недовольная тем, как Субару говорил. Однако в глазах, которыми она смотрела на него, не было честолюбия.

Вероятно, она и сама это понимала. Рам вздохнула и заглянула внутрь повозки. Рядом с ее сиденьем стояло инвалидное кресло, а на нем сидела одинокая девушка.

Сиденье драконьей повозки было убрано, и была сделана перестановка, чтобы туда можно было поместить инвалидное кресло. Их общение не беспокоило спящую девушку, и она продолжала оставаться там спящей.

Рам: Я не останусь позади. Кроме того, мое состояние не улучшится, если меня оставят позади. На самом деле, разлука с Эмилией-сама с моим состоянием, поставила бы мою жизнь только под угрозу. Ты пытаешься меня убить?

Субару: Успокойся. С самого начала я ни словом не обмолвился о подобном. Кроме того, если бы тебя оставили, Эмилия-тан тоже осталась бы.

Эмилия: Хмпф! Субару, я ни за что не позволю этому случиться.

Субару: КАК Я И СКАЗАЛ, Все в порядке! Я просто хочу пробить Рам!

Эмилия: Ты имеешь в виду проверить?

Субару: Разве я не так сказал……?

Субару снова поспешил с выводами, забыв о том, что сказал, и криво улыбнулся. Эмилия и Рам перегляделись. Субару увидел сомнение на их лицах и сказал:

Субару: Рам. Мы можем сказать, что ты не такая, как обычно, поэтому, если что-то случится, скажи что-нибудь. Не пытайся что-то скрыть и обмануть нас. Даже если ты сделаешь что-то подобное, мы все равно поможем тебе, даже если тебе это не понравится.

"――――"

Эмилия: Хихи

Когда он указал пальцем на Рам и сказал это, Рам сделала редкое выражение стыда.

Эмилия прижала руку ко рту и невольно улыбнулась, потому что не могла справиться с ситуацией. Эмилия подавила желание рассмеяться и счастливо улыбнулась.

Эмилия: Я думаю, что эта сторона Субару действи-и-ительно хороша.

Субару: ……А!? Ты что, опять влюбилась?!

Рам: Не говори так, когда перед тобой спит Рем, вредный враг женщин.

Субару: Не просто враг женщин, а вредный враг женщин!?

Субару менял свой тон, и Рам фыркнула носом, сделав “Хаа”.

После этого она вытянула свои стройные ноги и безрассудно попыталась сбросить Субару со ступенек драконьей повозки.

Субару: А, эй-эй-эй! Что ты делаешь? Я сейчас упаду!

Рам: Отложив в сторону твое падение, ты обычно должен быть снаружи, а не внутри. Садись на гордого земляного дракона и отчаянно гарантируй безопасность нашей драконьей повозки. Давай, быстро.

Субару: Что значит быстро? Слушай, что я должен……

Рам: ――Я слышала, что услышу. Так что иди.

Рам сказала это строгим голосом, и она дала ему еще более резкий пинок.

Субару удрученно слез, получив пинок под зад, и как раз перед тем, как отойти от драконьей повозки, он обменялся взглядами с Эмилией. Эмилия ответила на этот взгляд признательным жестом подбородка, как будто говоря "Я знаю".

Субару: Думаю, тогда я пойду. Но, в любом случае ты должна……гхха

Рам: Иди.

Удар, который был похож на неожиданную атаку, попал ему в живот, и Субару, сделав шаг назад, выпал из драконьей повозки. Затем Рам быстро захлопнула дверцу повозки, и она вдруг посмотрела на Эмилию, вздохнув. Затем она сказала:

Рам: ……Эмилия-сама, почему вы так смотрите?

Эмилия: Нет, ничего. Но я просто подумала о том, какая ты милая.

Рам: Это удивительное мнение. Это было смело со стороны Эмилии-сама.

Эмилия: Хмм.

У Рам сорвался язык из-за того, что ее дразнили, и она продемонстрировала редкое выражение. Эмилия заметила, как изменилось выражение лица Рам, и улыбнулась, становясь все более и более счастливой.

Эмилия: Наконец-то тебе тоже хочется показать мне это лицо, то, которое ты всегда показываешь Субару?

Рам: ……Не больше. Пожалуйста, простите мою невежливость.

Эмилия: На самом деле я не сержусь. На самом деле я немного счастлива. Такое чувство, что ты доверяешь мне, когда делаешь это. Я немного завидовала Субару.

Рам немного помолчала в ответ на невинный ответ Эмилии. Сразу после этого Рам с ошарашенным видом, приглаживая волосы, сказала:

Рам: Эмилия-сама, вы тоже изменились. Когда мы впервые встретились, вы выглядели как человек, только с готовностью, которая была твердой, но хрупкой, как стекло.

Эмилия: Теперь я выгляжу немного сильнее?

Рам: А теперь я думаю……вы как сладкое стекло, превращенное в конфету.

Эмилия: Ух ты, Рам, какая ты суровая.

Эмилия получила удар от оскорбительных слов Рам, и ее голос, наконец, сорвался от того, что она не в состоянии справиться с этим.

Некоторое время девушки продолжали разговаривать друг с другом внутри драконьей повозки так же.

***

――Через несколько часов началось покорение Песчаных Дюн Аугрии.

Им оставалось больше дюжины километров на восток, и песчаная почва началась, когда им осталось около часа езды. Ветер, наполненный сухим песком и миазмами, усилился, и когда прерия у их ног сменилась пустыней, они, наконец, оказались в состоянии броситься в Песчаные Дюны Аугрии.

"――――"

Их установка состояла из одной драконьей повозки и земляных драконов Гирас, которые тянули ее. Так же был Субару верхом на Патраш, которая так же тянула повозку, и она бежала по песчаной почве.

Плосколицый земляной дракон не был быстр, но его тяжелая походка давала устойчивость. Их странный спутник Патраш тоже была осторожна с ними в начале, но после нескольких часов совместного путешествия она как будто нашла своих партнеров многообещающими, и поэтому на её очень гордом лице не было недовольства.

Субару: Если бы мне пришлось описать это, то я, вероятно, сказал бы, что недовольство этого земляного дракона напомнило бы мне Бетти.

Беатрис полностью устроилась в объятиях Субару. Субару тянул уздечку, и, держа свернувшуюся калачиком девочку, он говорил “Нет, нет” и качал головой.

Субару: Это неправильно. Патраш не такой уж нетерпимый дракон.

Беатрис: ……Субару, было бы мудро с твоей стороны быть более осторожным в том, как ты воспринимаешь окружающих, я полагаю.

Беатрис произнесла эти слова, сидя на корточках на угольно-черном земляном драконе и держась за край своей юбки.

Навыки верховой езды на драконе Субару были намного лучше, чем раньше. До этого момента он был просто избалован заботой Патраш, но теперь он был на уровне ученика всадника дракона в одном отношении.

Он сидел в седле и держался за уздечку. Беатрис сидела перед ним, и он старался держаться за нее сзади. Они выглядели почти как эксперты в верховой езде вместе.

Конечно, единственным земляным драконом, на котором мог ездить Субару, была Патраш, и это был не первый раз, когда он катался на ней с Беатрис. Таким образом, Беатрис была слишком параноидальной, независимо от того, как он смотрел на это. Вот что он хотел сказать.

Беатрис: Этот очень гордый земляной дракон не хочет, чтобы кто-то, кроме ее владельца, ездил на ней. Этот твой земляной дракон необыкновенный. Если бы я была одна, она определенно не позволила бы мне ездить на ней.

Субару: Разве это не потому, что ты плохо ездишь на земляных драконах?

Беатрис: Если бы причина была в этом, то сближение с этим земляным драконом не имело бы смысла, я полагаю.

Все было именно так, как она сказала.

Если Патраш нравился человек, основанный на его навыках верховой езды на драконах, то Субару должен был провалить первое испытание. Поскольку этого не произошло, была причина, по которой эта леди одобрила Субару.

Кроме того, Патраш на самом деле действовала относительно ожесточенно по отношению к Субару.

Субару: Ну, не знать, почему тебя любят, на самом деле нестабильно.

Беатрис: Верно. У Субару нет такой внешности, чтобы нравиться без причины, я полагаю.

Субару: ……Другими словами, у тебя есть твердые причины, и ты любишь меня.

Беатрис: Конечно, это…что……что ты пытаешься заставить меня сказать?!

Они были связаны вместе, так что он не смог увернуться от нападающей на него Беатрис с красным лицом. Получив легкий удар слабой ладонью, Субару сказал "вуоа вуоа" и успокоил Беатрис.

Затем Патраш подняла верхнюю часть тела и потрясла ими, как будто недовольная их поведением на спине.

Субару: А, что за!?

Она зафиксировала свою позу так, как будто стояла на одном колесе велосипеда, и Субару рефлекторно крепко удержался за Беатрис.

Обычно они не чувствовали бы тряски и ветра во время езды с силой Благословления Уклонения от Ветра, но некоторые экстремальные движения, подобные тем, что только что произошли, имели бы эффект, а также такие вещи, как изменение угла от внезапного поворота.

Это было преследование из-за понимания этих характеристик.

Когда Субару высказал свое возражение и впился взглядом в затылок Патраш, земляной дракон на секунду посмотрела на Субару и Беатрис, прищурив глаза, как будто говоря: “я прикушу свой язык”.

Субару: Она немного похожа на Рам, просто учитывая ее уровень гордости. На удивление, похоже, они поладят.

Беатрис: Или, может быть, они столкнутся друг с другом, и они вообще не придут к согласию. Интересно, что было бы.

Субару и Беатрис обменялись глубокими мыслями и кивнули друг другу.

Затем,

Юлиус: Субару, Беатрис-сама. Приятно видеть, что вы, ребята, близки друг с другом, но сейчас самое время серьезно собраться.

Он посмотрел на двух расслабленных людей и заговорил со стороны.

Юлиус сидел в повозке, держась за уздечку. Он не сидел отдельно на земляном драконе. Казалось, что быть водителем - неприятная роль, не очень подходящая для Юлиуса, но он не показывал, что его это волнует.

Тем не менее, возможно, у него не было времени беспокоиться об этом. В любом случае, рядом с ним была,

Мейли: Я не возражаю, что Братец и Беатрис-тян дружат друг с другом, но если меня будут слишком часто игнорировать, я начну дуться.

Мейли сказала это, и она посмотрела на них взглядом, который не соответствовал ее внешности.

Мейли была незаменимым членом для борьбы с магверями, и они всегда должны будут использовать ее для покорения Песчаных Дюн Аугрии. Таким образом, в качестве наблюдателя за магверями, живущими в песчаных дюнях, Мейли была в том месте, где ей было легче всего иметь с ними дело――другими словами, она сидела в повозке*.

Юлиус взял на себя роль избавителя от ее скуки.

(imy: вообще тут и ранее используется слово "коробка водителя, дословно", так как я ленивый, будет так. я надеюсь все понимают как выглядит их повозка, + ранее она была описана +-)

Субару: У тебя есть рыцарь рядом с тобой, что будет сопровождать тебя. Он гораздо умнее, стильнее и элегантнее меня.

Мейли: Я не поняла больше половины того, что ты сказал. К тому же я прекрасно отношусь к Мистеру Рыцарю. Я недовольна Братцем.

Субару: Мной?

Мейли сердито посмотрела на Субару и надула щеки, играя со своими заплетенными в косу волосами.

Мейли: Братец заставил меня пойти с ним, и поэтому он обязан быть со мной.

Субару: Не говори таких глупых детских вещей. Как ты можешь видеть, этот кадр заполнен Беако. Верно?

Беатрис обиженно пожала плечами, и Субару снова посмотрел на Мейли.

Дуться было подходящим действием для ее возраста, но отныне ее настроение будет иметь большое влияние. Учитывая это, было бы дерзостью не обращать внимания на Мейли.

Однако, сказав это, вы действительно сделаете вещи неуправляемыми.

Субару: Ты совершенно права. Однако мы заставим тебя сначала выполнить свою роль, прежде чем ты сможешь сказать, является ли это правом или обязанностью.

Мейли: Свою роль, хмм.

Субару: Скоро мы войдем в самые любимые Песчаные Дюны Аугрии. Я не думаю, что магвери внезапно заревут, когда мы войдем в них, но когда это произойдет, это будет зависеть от тебя, Мейли. Ты ведь понимаешь, правда?

Мейли: ……Да-а. Для того, кто балует Беатрис-тян, Братец - настоящий хулиган.

Он не был хулиганом по отношению к ней, но даже если бы его приняли за хулигана, он просто должен был бы задобрить ее.

Субару почувствовал, что Беатрис, казалось, была удовлетворена, когда он искоса взглянул на нее, и он поднял руки Юлиусу. После этого Юлиус тихо кивнул подбородком в знак признания.

К несчастью для него, ему придется стать подхалимом маленькой леди.

Также――

Беатрис: Субару

Субару: Ахх, я вижу.

Беатрис тихо окликнула его, а Патраш тихонько заржала, глядя вперед.

Эти действия вернули его внимание, и Субару тоже прищурился.

Он видел башню с контурами, которые были настолько четкими, что их невозможно было не заметить с Милуры――и он также видел поверхность песка, окружающую эту башню.

Это был песчаный лабиринт, окружающий Сторожевую Башню Плеяд, и это было их великолепное прибытие в Песчаные Дюны Аугрии.

***

У Песчаных Дюн Аугрии есть знаменитое "песчаное время“, когда ”песчаный ветер" дует особенно сильно.

Песчаный ветер, который дует в течение трех периодов дня; утром, днем и ночью, несет песок и миазмы с востока на запад, и это катастрофа, которая молча давит на вас.

Ветер усилился поздно ночью, и этот песчаный ветер продолжал дуть в течение нескольких часов.

Была уже почти полночь, так что они не могли хорошо двигаться в это время, когда дул песчаный ветер.

Таким образом, они покоряли Песчаные Дюны Аугрии в течение дня, что также было временем, когда “песчаное время” брало перерыв утром и днем, продвигаясь вперед мало-помалу.

Песчинки, которые полностью покрывали землю, были маленькими, и, как и говорили слухи, они много раз спотыкались из-за трудности ходьбы по поверхности. Они шли медленно, не ускоряясь, и это раздражало.

Было что-то в этой ситуации, что разочаровало Субару.

И это было――

Субару: Есть боль от этого песчаного ветра и плохой дороги……но все не так плохо, как я думал.

Он отвовернулся от ветра, который дул с наветренной стороны, и подтянул ткань. Он слабо чувствовал, как его зубы кусали песок, но этот тип посвящения не сильно отличался от его времени в Милуре.

Падающий песок создавал желтую картину, и он чувствовал, как песок щекочет его одежду, но это было все. Песчаные дюны не представляли особой угрозы.

Субару: Я даже приготовился к тому, что будет смертельно жарко, когда услышал, что это песчаные дюны.

Беатрис: Здесь не может быть ничего зеленого в отношении окружающей среды. Окутывающие миазмы убивают все и вся, так что, тут есть только такой пейзаж, я полагаю. Дождь даже льет на эти песчаные дюны, так что температура также не выходит из-под контроля.

У Субару было сильное впечатление, что пустыня - это раскаленный докрасна ад.

Он никогда не ступал в пустыню в своем мире, но в средах, таких как игры и манга, все пустыни были изображенны так.

Именно поэтому суровость Песчаных Дюн Аугрии была приятна по сравнению с тем, что он себе представлял.

Субару: В ближайшем городке не было ни жарко, ни холодно, поэтому я думаю, что было бы странно, если бы песчаные дюны были чрезвычайно жарким адом. Поэтому нам нужно быть осторожными только с ветром и магверями.

Беатрис: А также возможности заблудиться…… я полагаю.

Одно беспокойство исчезло, и Беатрис заставила Субару напрячься, так как он, казалось, был настроен оптимистично. В ответ на замечание девочки, которую он держал на руках, Субару посмотрел вперед, остерегаясь ветра.

Субару все еще видел величественный вид высокой башни.

Субару: Ты подняла вопрос о возможности заблудиться, но кажется неестественным упустить эту вещь.

Беатрис: Я тоже так думаю. Тем не менее, это не было бы странно, если бы что-то произошло, я полагаю. Я не знаю, что за подделка этот мудрец, но тот факт, что до нее никто никогда не добирался, является доказательством.

"――――"

Конечно, Субару не собирался ничего недооценивать.

Говоря реалистично, вряд ли он промахнется, когда речь о таком огромном сооружении, не говоря уже о возможности заблудиться. Однако люди, которые бросали вызов, скорее всего, думали то же самое.

Он думал об этом, но должна была быть причина, по которой они все еще не достигли её.

Не было бы ничего странного, если бы что-то случилось.

Как и говорила Беатрис, это было именно такое место.

Субару: И поэтому я думаю, что пришло время сделать следующую страховку.

Субару, затаив дыхание, огляделся на дорогу, по которой они шли.

Песчаная почва, мало-помалу оставлявшаяся позади, была со следами шагов Патраш, на которой они ехали. Однако недавних следов не осталось. Они были смыты, заметены и скрыты песком.

Это была естественная ловушка для убийства, созданная самой природой.

Не говоря уже о сторожевой башне впереди, она очень хорошо скрывала путь, по которому они шли.

Однако это было бы верно только в том случае, если бы эти люди могли принимать только нормальные меры.

Субару: Кажется, что предыдущие исчезают. Ладно, сейчас самое подходящее время.

Субару натянул уздечку, приказывая Патраш подойти к драконьей повозке, что путешествовала с ними.

Драконья повозка также оставляла следы своими колесами вместе со следами ног земляных драконов, которые выглядели как шипы, но с ними происходило тоже самое, что и со следами Патраш. Таким образом, они должны были что-то придумать для следовавших за ними меток.

Субару: Эмилия-тан, пожалуйста!

Эмилия: ――Океееей, поняла.

Когда он постучал в драконью повозку снаружи, Эмилия открыла и появилась с другой стороны двери.

Все тело Эмилии было покрыто белым халатом, а сзади――на далеком расстоянии, Субару указал на некое "что-то”, которое слабо отражалось в его глазах, пока он смотрел издалека, и сказал:

Субару: Прости, что заставляю тебя так много работать, но, пожалуйста, Сенсей!

Эмилия: Ну, я заставляю тебя наблюдать снаружи, так что это не большая проблема. ……Что значит "Сенсей"?

Субару: Это шаблон, когда что-то просят. Хорошо-хорошо-хорошо, пожалуйста.

Эмилия: Хорошо, я услышала. ――Получай!

Эмилия посмотрела туда, куда указывал Субару, пока они отпускали мелкие шуточки.

Эмилия подняла свой голос с выражением в глазах, которое было слишком милым, чтобы назвать это блеском, и она усилила свою магическую силу.

Сразу же после этого Эмилия закрутила вихрь с огромным количеством маны в своей ладони, и магическая сила быстро побежала по небу в чувстве ускорения, когда звук ее взрыва в воздухе разнесся по всей округе.

――А потом, через несколько секунд, на пути песчаной равнины появилась огромная ледяная башня.

Эмилия: Да, это было хорошо.

Эмилия подтвердила, что задание выполнено, и улыбнулась, выглядя несколько удовлетворенной.

Это был очень заметный силуэт в Песчаных Дюнах Аугрии, хотя, конечно, сравнивать с Сторожевой Башней Плеяд было глупо. И вот эти ледяные башни стояли тут и там на пути, по которому они прошли, и стояли они через пространство, которое не потеряли бы.

Субару: Следы не могут быть метками, но метки могут быть сделаны более заметным способом. Это и есть применение магии, а?

Эмилия: Даже если и так, способ Субару действительно впечатляет меня. Хорошая идея.

Субару: Этот метод не принесет никакой пользы, если песчаные дюны станут горячими.

Лед, созданный Эмилией с помощью ее магии, был хрупок к температуре, возможно, потому, что не шел вразрез с законами природы.

Если бы это была настоящая пустыня, то, возможно, такой способ не сработал бы. Тем не менее, в этих песчаных дюнах это был вполне подходящий план.

Стоячая ледяная башня Эмилии, несомненно, действовала как метка. В худшем случае, если что-то действительно произойдет и им неизбежно придется отступить, они смогут вернуться последовав по ним.

Субару: Ага……кажется, ты можешь идти по этой башне. Хотя я все еще боюсь, что она может опрокинуться. Так как фундамент, кажется, слишком много шуршит.

Эмилия: Я думаю, что она полностью прижата, так что я думаю, что это не так страшно, но ты беспокоишься?

Субару: Последнее время я не слышал "не так страшно", хах. ……Ахх, ладно.

Субару отбросил беспокойство, посмеялся над Эмилией и поднял голову. Эмилия, казалось, была немного недовольна этим ответом, но сейчас он просто криво улыбнулся ей.

После этого он посмотрел внутрь драконьей повозки, которая была позади Эмилии. Все внутри должно было быть таким же, но был один человек, о котором он беспокоился, чтобы это было правдой.

Субару: Где Анастасия?

Анастасия: В чем дело, Нацуки-кун? Ты меня ищешь?

Сразу же после того, как он спросил это, Субару подпрыгнул из-за голоса этого человека.

Человек, который немного показался со стороны Эмилии, чтобы появиться в его поле зрения, был Анастасией. Она посмотрела на Субару сверху вниз, он был удивлен, и она слегка прищурилась своими светло-голубыми глазами.

Анастасия: Не нужно так сильно пугаться. Разве я намеренно не остаюсь внутри?

Субару: Я знал, что ты внутри, но я не ожидал, что ты появишься из подмышек Эмилии, поэтому я испугался.

Эмилия: ……Эй, Субару. Ты, кажется, действи-и-ительно раздражен тем, как ты это сказал.

Анастасия: Я тоже думаю, что это необычно, обычно это я раздражена. Какое совпадение.

Субару раздражали слова Эмилия и Анастасии, но он снова взял себя в руки. Беатрис пожала плечами в его объятиях, но сейчас он повернулся к Анастасии.

Субару: Мы будем полагаться на твои знания, чтобы покорить песчаные дюны. Пожалуйста, веди нас хорошо, окей?

Анастасия: Нацуки-кун, конечно, беспокоиться. Я буду с тобой, так что мы будем в одной лодке в отношении исхода этого путешествия……я бы ни за что не попыталась срезать углы, понимаешь? Успокойся.

Беатрис: ……Можно ли действительно беспечно верить лисе?

Анастасия произнесла эти слова, и Беатрис сказала голосом, который мог слышать только Субару. Он был полностью согласен с ней, но было бы неправильно провоцировать ее, используя это основание.

Если он скажет это, то решение отправиться на завоевание этой сторожевой башни было бы ошибкой само по себе. На данный момент они должны использовать все свои силы, чтобы выполнять свои соответствующие роли без жалоб.

Субару: Верно……Анастасия.

Анастасия: Да, Нацуки-кун. Потому что если что-то случится, я дам знать Юлиусу, и если мы приблизимся к тому месту, о котором говорила Ехидна, я сообщу и об этом. Нечего беспокоиться.

Субару цинично окликнул ее, и Анастасия, которая была Эридной, не выказала никаких признаков беспокойства.

Похоже, что на данный момент не будет никаких проблем с продвижением вперед.

Эмилия: Кажется, ветер стал сильнее. Субару, если больше ничего нет, то я закрою дверь, но……

Субару: ……Ахх, давай. Эмилия-тан, я оставлю людей внутри на тебя.

Эмилия: Да, предоставь это мне. И с Беатрис тоже будь любезен.

Беатрис: Думаю, об этом не стоит беспокоиться. Я довольна.

Эмилия положила руку на дверь и, уходя, обменялась несколькими словами. Беатрис ответила на последнюю шутку Эмилии легким замечанием, и ее улыбка была прервана дверью, когда закрылась.

Субару обошел драконью.повозку спереди и появился у передней части..

Юлиус: Похоже, метка Эмилии-сама работает хорошо. Ты, как всегда, умен.

Субару: Знаешь, ты можешь называть это хитростью.

Юлиус: Не буду. Я завидую тому, насколько ты приспособлен к тому, что сам можешь придумывать идеи, а другие не могут легко их придумать. Я действительно не могу придумать такие злые пути.

Субару: Хитрость звучит милее, чем злые пути!

На лице Юлиуса играла слабая улыбка, которую нельзя было хорошо разглядеть.

Его красивое лицо было обернуто белой тканью, так что выражения лица не было видно. Но даже так, они разговаривали друг с другом в течение последнего месяца, и он мог понять, как много из его слов шутки, основываясь на тоне его голоса.

Субару: Мейли, как насчет тебя? Делаешь свою работу?

Мейли: Ты собираешься спросить меня об этом? Братец ни разу не сталкивался с плохими животными, как и драконья повозка. Это не доказательство что я рабо-о-отаю.

Заглянув внутрь, он увидел, что Мейли, как он и ожидал, надулась. Она также была одета в плащ от песчаного ветра, и она ответила на вопрос Субару недовольным голосом.

В ответ на слова Мейли, Субару вытер песок с головы, глядя вперёд.

Субару: Даже если ты так говоришь, трудно увидеть результаты твоей тяжелой работы. Я не знаю, то ли магвери не появились из-за тебя, то ли их просто здесь нет……

Мейли: ……Хмм, так вот что ты собираешься сказать.

Субару сказал небрежную вещь, будучи разочарованым высокими ожиданиями, которые у него были, поскольку не было видно никаких других препятствий, кроме песка и ветра. Мэйли сказала это тихим голосом, и она положила ладони на свои щеки, как будто о чем-то думала, погрузившись в молчание.

У Субару, честно говоря, было плохое предчувствие.

Юлиус: Субару, извинись перед ней. Ясно, что ты только что сказал что-то неприличное.

Субару: Т―ты не должен говорить мне, я знаю. Это была немного моя ошибка. Ну, не немного, но вполне. Не грусти. Я не пытался быть злым.

Мейли: ……Окееей, Все нормальноо. Не то чтобы я злюсь или что-то в этом роде. Но я думаю, что есть причина и для того, что ты сказал.

Субару: О―ох. Это хорошо. К счастью, ты гораздо более зрела, чем выгля……

Мейли: ――Смотри, я объясню, почему я здесь.

Мейли прервала объяснение и извинения Субару, и она бросила эти чрезвычайно тревожные слова.

Неуместность этого звука заставила Субару и Юлиуса посмотреть друг на друга, и они быстро попытались составить несколько слов. ――Это было сразу после этого.

"――――"

Патраш и земляные драконы драконьей повозки тяжело ступили на землю и остановились.

Инстинкты земляных драконов быстро почувствовали, что кто-то приближается к ним, и они предупредили хозяина, хватающегося за уздечку. Затем Субару и Юлиус одновременно открыли глаза и увидели это.

"――――"

Они увидели, как поверхность песка вдруг начала извиваться, как будто нарочно, и что-то извивающееся тут же выползло из-под песка. Это было ужасное животное, у которого было большое количество песка, прилипшего ко всему его телу, и оно испустило невероятный пронзительный крик своим гигантским ртом.

У него не было ни рук, ни ног, и то, как он изгибал свое длинное, жирное тело взад и вперед, наводило на мысль о змее. Тем не менее, у него была скользкая кожа, которая была близка к тому же цвету, что и песок, вонь, и узоры равноудаленных боковых полос, вырезанные на его теле. Субару увидел, как он медленно опустил голову, и увидел его истинные цвета.

Это была не змея. ――Это был земляной червь.

Субару не стал поворачивать руки. Тело было таким огромным, и казалось, что его голова и рот могли проглотить 4-5 человек целиком. Вонь, которую он нес, была похожа на гнилостный запах, и капающая слюна из полостей его маленьких зубов издавала шум, когда он испарял песок.

"――――"

Безглазый повернул голову в их сторону, и он действовал, как если бы он нюхал запах.

Субару совершенно забыл о дыхании в этот момент. Он также почувствовал, как мысли Патраш затуманились, и Беатрис крепко вцепилась в одежду Субару, находясь в его объятиях.

Как только он подумал о “обонянии”, Субару вспомнил свою собственную ведьминскую вонь, которая у него была. Как магвери отреагируют на неё, и когда они отреагируют, эта группа будет――

Мейли: Ахх, боже, ты воняешь. Поторопись и уходи. Потеряйся.

"――――"

Мейли издала адекватный голос, не выказывая страха перед Субару и остальными.

Эти слова заставили гигантского земляногочервя повернуться к Мейли, но он немедленно послушался приказа этой маленькой девочки и заполз в дыру, которую вырыл.

Через несколько секунд дыра, из которой вылез земляной червь, полностью засыпалась песком, и только тишина царила вокруг.

Юлиус: ……скорее всего, это был земляной червь. Это магверь, который предпочитает прятаться под песчаной почвой, но он был немного больше, чем я думал.

Субару: Немного? Насколько немного?

Юлиус: Исходя из моих знаний, я, конечно, думал, что они были бы размера, как руки взрослого мужчины.

Даже если земляной червь окажется такого размера, он будет достаточно велик, чтобы представлять собой гротескную угрозу. Но этот песчаный земляной червь был в сотни и тысячи раз больше, чем думал Юлиус.

Магвери в Песчаных Дюнах Аугрии действительно становились свирепыми, в том числе и местные виды, но, возможно, он должен был рассматривать эту разницу в масштабе как тип различия тоже.

В любом случае

Эмилия: Ч―что это был за громкий голос……?

Эмилия открыла маленькое окошко драконьей повозки, и она показала свое лицо из окна, которое было соединено с передней частью и внутренней частью повозки.

Даже если она не видела этого земляного червя, она должна была услышать его рев. Эмилия выглядела обеспокоенной, но Субару не мог говорить сразу.

Затем Мейли заняла место Субару, когда он напрягся, и она посмотрела на Эмилию, и сказала:

Мейли: Не надо беспоко-о-оится. Я просто хотела, чтобы вы, ребята, знали, как вы благословенны, потому что вам не нужно беспокоиться об этом.

Субару: Ахх, боже, я действительно не ровня Мейли-сан!

Субару расслабился благодаря словам Мейли, и он сделал ей полный комплимент от всего сердца.

Эмилия была удивлена этой переменой, но после того, как Мейли удивилась, она сразу же, казалось, была удовлетворена.

Мейли: Правдааа? Это оно? Видит ли теперь Братец меня в новос свете?

Субару: Ага, я серьезно уважаю тебя. Я искренне почувствовал, насколько опасным было бы это место, если бы не ты. Песчаные Дюны Аугрии пугают! Стра-а-а-ашные!

Теперь он понял, почему многие безрассудные авантюристы не вернулись из них, осмелившись попробовать покорить это место.

Он понял, что они, безусловно, чрезвычайно смелы.

Глупо было обманывать себя, полагая, что посвящение песчаных дюн будет легким. Ура миру. Мир - это самое лучшее.

Беатрис: Ты ей очень льстишь, я полагаю. Мне противно.

Субару: Заткнись! Разве ты не испугалась тоже?! "Ах, мне страшно!”

Беатрис: Я―я была с тобой только потому, что ты нервничал. Не пойми меня неправильно.

Субару: Не веди себя так жестко. Ты немного описалась, как и я. Я могу сказать.

Беатрис: описалась, я полагаю!?

Их ссора началась как комедийный эпизод, но никто не мог обвинить их в этом в то время.

Казалось, что магвери приблизятся к ним, если они поднимут шум, но сила существа, которое противостояла им, была достаточно доказана. Таким образом, даже Юлиус не пытался остановить их ссору.

Он просто перенастроил свое сознание, чтобы понять, что лед, по которому они шли, был тоньше, чем он себе представлял.

Это был первый день покорения песчаных дюн, когда они подумали, что именно эта мысль имеет достаточное значение.

***

Внезапно по небу пробежал свет, и он проник сквозь ветер.

"――――"

Он издал яростный звук, и ледяная башня, получившая прямое попадание, рухнула пополам.

Раздробленная ледяная башня немедленно превратилась в ману, и каждая ее частичка, упавшая вниз, была поглощена песком, исчезнув из мира без каких-либо разрушений, без следов.

Свет продолжался еще несколько раз, и он бежал по небу один за другим.

По совпадению, примерно столько же раз сереброволосая девушка основывала ледяную башню.

Никто не знал, что это значит в данный момент.

Они просто понимали, что покорение песчаного лабиринта - дело отнюдь не простое.

Это был единственный установленный факт.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Прорываясь сквозь Песчаное Время

Перевод: imy

***

Первый день покорения Песчаных Дюн Аугрии закончился сразу после захода солнца.

Как только наступает полночь, наступает ”Песчаное Время" - время, когда ветер дует дольше и сильнее всего, что происходит три раза в день. Если бы они неразумно продвигались по песку, наполненному миазмами, они разрушили бы их тела, и они могли бы потерять свой путь.

Если они даже не могли увидеть знак Сторожевой Башни Плеяд, тогда было бы разумно сидеть сложа руки, восстанавливая свои силы ночью и проводя ночь, восстанавливая свою энергию для завтрашнего дня.

Субару: Может быть, мне следовало спросить раньше, но будут ли контрмеры против магверей работать когда мы спим?

Мейли: Конечно. Мысль, что твою задницу жуют животные, которых ты привел, такая глупая, что даже не смешно-о

Субару знал некоторые из угроз Песчаных Дюн Аугрии, или, скорее, он был совершенно не уверен в них. Мейли выглядела гордо, улыбаясь страху Субару.

Она, казалось, была в хорошем настроении с момента инцидента с земляным червем, возможно, из-за того, как она доказала свою ценность. Субару понимал, что, приведя ее в хорошее настроение, это принесет пользу безопасности их жизней, поэтому с этого момента он хотел серьезно относиться и к этому.

В любом случае, была ночь.

Субару и остальные расположились на хорошо видимой песчаной равнине посреди песчаных дюн и начали подготовку к защите от песка. Но на самом деле, они не должны были делать особо много приготовлений.

Не говоря уже о том, что ответственность давила на одного человека, метод действительно был прост.

Субару: Хорошо, Эмилия-тан. Прости, что всегда полагаюсь на тебя, но пожалуйста!

Эмилия: Окей, не забудь немного отодвинуться. ――Получай!

Эмилия издала сдавленный вопль и использовала свою магию точно так же, как когда поднимала ледяную башню. Затем на восточной стороне остановленной драконьей повозки образовалась ледяная стена, которая должна была служить защитой от песчаного ветра, полностью закрывая песок.

Так как не было беспокойства о таянии льда, то она также защитила бы их от мелких магверей. Она выглядела и ощущалась холодной, но после того, как они закроют глаза, она будет работать достаточно хорошо.

Юлиус: Я не могу не чувствовать себя неловко из-за того, как нас всегда балуют силы Эмилии-сама.

Эмилия: Все в порядке. Разве я уже не говорила? Субару и Юлиус сделают все возможное. Кроме того, я тоже это говорила, но я нахожусь в действи-и-итльно хорошем состоянии.

Субару: Похоже, обычно тебе становится плохо. Я чувствую, что это опасно.

Эмилия посмотрела на ледяную стену и вздохнула, глядя на Юлиуса. Субару видел мягкое, белое предплечье Эмилии сбоку, и думал о том, как ему следует обратить внимание на состояние Эмилии.

Воздух песчаных дюн, в котором плавали миазмы, действительно имел особую "тяжесть".

Эта тяжесть смутно действовала на тело Субару, и, казалось, она также повлияла на молчаливых Беатрис и Юлиуса. Она также может быть связана с тем, почему Анастасия и Рам тихо сидели в драконьей повозке.

С другой стороны, Эмилия и Мейли, казалось, были в том же состоянии, что и раньше.

Он не думал, что у них есть общие черты, но он должен был следить за появлением новых экстремальных эффектов, хотя, по правде говоря, он хотел поскорее выбраться из песчаных дюн.

Юлиус: Нетерпение запрещено, хотя я и не понимаю, почему ты хочешь поспешить.

.

"――――"

Юлиус смотрел на восточное небо, затянутое льдом, и обратился к Субару, но тот молчал. Субару казалось, что он видит его насквозь, поэтому он фыркнул и отвернулся от ледяной стены. Затем Патраш подошла к Субару, и ткнулась носом ему в плечо.

Субару почувствовал, что она делает это снова и снова, и горько улыбнулся.

Субару: Так ты тоже попытаешься меня успокоить?

Беатрис: Не то чтобы я этого хотела. Не то чтобы инициатива была также взята, я полагаю.

Беатрис толкнула его в спину, и она отвернулась, хотя до этого смотрела на него многозначительно.

Субару почесал голову, думая о том, как ее раздражение было очевидно. Увидев это, Эмилия посмотрела на Субару добрыми глазами. Когда их глаза встретились, она помахала ему своей маленькой ручкой.

Субару вдруг стало неловко, и он хлопнул в ладоши.

Субару: Хорошо, место для сна было обеспечено благодаря Эмилии, так что давайте готовиться к завтрашнему дню. "Песчаное Время" заканчивается на рассвете, так что до тех пор, давайте……

Эмилия: Перед этим, Рам надо исцелить.

Субару: Ах, верно. Это верно. Хорошо, тогда я полагаюсь на Эмилию-тан и Беако.

Субару попытался быстро выплеснуть темы, но его остановила Эмилия, так как она пыталась следовать распорядку дня. Эмилия и Беатрис кивнули в ответ на предвкушение Субару, и исцеление началось с того, что мужчин вывели наружу.

Также, что касается того, почему Субару и Юлиуса оставили снаружи, когда началось исцеление――

Рам: ――мм

Можно было сказать, что исцеление началось с голоса, который был слышен слабо, хотя и доносился из-за двери.

Это был дрожащий голос Рам, который звучал так, словно она терпела боль. Слабый свет поднимался внутри драконьей повозки, и исцеление происходило с помощью маны, которая объединила четыре атрибута.

Мана лилась в рану от потери рога. С одной стороны, положение Рам было жалким, когда она получала свое исцеление, и это действительно было похоже на что-то эротическое.

Вот почему они отказывались оставлять мужчин с собой во время исцеления, с тех самых пор, как это было засвидетельствовано в первый день.

Субару: Я не понимаю, почему Розваль думал о том, чтобы заставить тебя делать это постоянно.

Юлиус: В каком-то смысле это определенно почетная роль. Рам очаровательна и хороша. Однако, когда я думаю об очевидном вопросе о том, на кого она положила глаз, я, честно говоря, не могу быть доволен этим.

Субару: Розваль тоже должен знать, почему делаются такие вещи. ……Это когда ты задаешься такими вопросами?

Юлиус: Есть вещи, которые вы не можете планировать о взаимоотношениях людей извне, тем более, когда речь идет об отношениях между мужчиной и женщиной. Если говорить о крайностях, то я почти уверен, что не говорил, что моя первая встреча с тобой была хорошей. Или, по крайней мере, я не думал, что сделаю что-то эквивалентное путешествию, где моя жизнь будет в опасности.

Субару: ……Ну, я полагаю да.

Услышав приятный голос сзади, Субару слегка покраснел и почесал нос.

У Юлиуса было беспечное лицо, но это было очень сильным стимулом для наивного подростка. Но все равно, их не могли вынюхать опасные магвери. Ничего не поделаешь. Это было необходимо.

Анастасия: Ты выглядишь довольно противоречивым, Нацуки-кун.

Субару: Вуаааа?!

Когда Субару тихо и внимательно слушал, дыхание, дувшее ему в уши, заставило его подпрыгнуть. Он не устоял на ногах и упал на песок. Он увидел, как Анастасия подошла к нему с другой стороны драконьей повозки. Юлиус, который наблюдал за паникой Субару, ухмыльнулся Анастасии, и посмотрел на Субару.

Юлиус: Ты слишком удивился. Как будто ты думал о чем-то злом.

Субару: Хах? Не то чтобы я думал о чем-то плохом или еще о чем-то, понимаешь? Да, я не понимаю, о чем ты говоришь. Нисколько. Ни капельки. Итак, что вам нужно, Анастасия-сан? Я готов выслушать все, что угодно!

Анастасия: Ты действительно плохо умеешь дурачить людей, не так ли? Что ж, все в порядке. Нацуки-кун, возможно, и интересовался тем, что происходило в стороне, но мне нужно поговорить с тобой о чем-то важном.

Субару стряхнул с себя мрачное презрение в глазах Юлиуса и показал Анастасии большой палец. Анастасия криво улыбнулась такой реакции и, ступая по песку, сказала:

Анастасия: Вау, как трудно ходить. Вы с Юлиусом, кажется, в порядке, а?

Юлиус: я тренировался, хотя я бы не стал заходить так далеко, как говорить, что это было специально для этого конкретного случая.

Субару: Когда вы чувствуете неуверенность в своих шагах, не ходите медленно в попытках проверить их, предоставьте это твердости подошв ваших ботинок и делайте относительно жесткие шаги. Это метод Клинда.

Это было основой стиля бега по неровной дороге, которому он научился у универсального дворецкого Клинда, когда учился паркуру.

Анастасия восхищенно кивнула на эти слова, после чего опустила воротник халата, и показалась нижняя часть ее лица. Она сделала глубокий вдох.

Анастасия: Я не понимаю, но, кажется, дышать становится трудно. Сейчас мне хочется поскорее уйти куда-нибудь подальше от песчаного ветра и дышать сколько угодно.

Субару: Согласен. А потом я хотел бы принять ванну. Моя голова уже измазана песком.

Теперь он также понимал, почему люди в пустынных районах носят тюрбаны на голове.

Хотя встречная мера для песка, тепла и холода, людей, живущих на этой земле, имела смысл, она была не идеальной. У Субару также была ткань, умеренно свернутая, но она не могла выдержать таких условий.

Анастасия: Ванна звучит неплохо, да. Было бы неплохо, если бы в доме мудреца была ванна.

Субару: ……Конечно, я не знаю так много. Как-то так?

Анастасия: Даже если Ехидна знает, как туда попасть, я там никогда не была.

Анастасия еще больше стянула ворот халата и показала шарф, который всегда носила. На этот раз главной предпосылкой была Эридна в качестве проводника.

Не было смысла сомневаться в ней, но он хотел выяснить детали.

Субару: Я могу предположить, что ты собираешься рассказать мне важные вещи здесь, верно?

Анастасия: Конечно.

Юлиус: Я с радостью выслушаю.

Анастасия выпятила свою худую грудь, а Субару с Юлиусом приготовились слушать. Анастасия согласилась, и она напыщенно поглядывала на драконью повозку, начав говорить:

Анастасия: С сегодняшнего дня мы будем ночевать в повозке…… но вам, мальчики, нужно спать на переднем сиденье. В конце концов, я не могу допустить, чтобы вы увлеклись женщинами и детьми в маленькой комнате.

Субару: Хватит об этом!

Анастасия: Эй, я просто подумала, что ослаблю напряжение……ах, ну ладно.

Было уже слишком поздно и немыслимо оставаться в одной комнате. Его собственного мужества и её настороженности было достаточно, чтобы понять это.

Во всяком случае, Субару крикнул, и его внутренние мысли были отложены в сторону, и Анастасия перешла к основной теме.

Анастасия: Сегодня мы двинулись вперед, стремясь к сторожевой башне……но было ли это сложно?

Субару: Даже если ты спрашиваешь……честно говоря, в результатах не было ничего особенного.

Субару озадачился ее вопросом, и он начал размышлять о прошедшем дне.

Они прибыли в Песчаные Дюны Аугрии в полдень, пропустив утреннее "Песчаное Время", и после этого провели почти полдня в движении. Они миновали "Песчаное Время", которое наступило во второй половине дня, и наступил закат. Что касается результатов, которые были получены до этого момента, то они были――

Субару: Башня идеальна как знак, и как отметка для обратного пути, которую я просил у Эмилии-тан. Кроме того, Мейли оказалась более эффективной, чем я думал. Таковы результаты, я полагаю?

Юлиус: Контрмеры для "Песчаного Времени" были идеальными с предыдущими приготовлениями и быстрым мышлением Субару. Но вопрос в Сторожевой Башне Плеяд, и почему мы не можем видеть маршрут к ней……возможно.

Субару: Не видим маршрут?

Субару нахмурился на Юлиуса, который взял на себя разговор, и на его отличающийся вывод. Юлиус вздохнул, глядя на Субару, и сказал “Ты этого не понимал?".

Юлиус: Это правда, что мы зашли так далеко в нашем путешествии, даже без каких-либо недостатков. Я также согласен с мнением, что мы не можем позволить себе терять форму.

Субару: Не ходи вокруг да около. Это дурная привычка. Скажи это более прямо.

Юлиус: Тогда я буду краток. ――Субару, разве ты не заметил, что с башней случилась катастрофа?

"――――"

Юлиус тихо задал ему вопрос, и Субару сглотнул.

После этого, сторожевая башня――он видел сквозь другую сторону ледяной стены, и он смотрел на могучее величие, которое легко утверждалось даже ночью.

Даже после того, как Юлиус указал на катастрофу, Субару не мог понять ненормальности сторожевой башни. Ничто не должно было отличаться от башни, на которую он смотрел весь день.

――Ничего не должно было измениться.

Субару: ―――!?

Юлиус: Похоже, ты все понял. Эта башня явно не приближается и не уходит дальше. Мы целились в эту башню, шли к ней все это время……но расстояние не сокращается.

Как и говорил Юлиус, Субару наконец-то понял эту ненормальность.

Далекая Сторожевая Башня Плеяд продолжала оставаться там, с размером, который заставлял чувствовать, что было бы невозможно пропустить изменения. Как бы он не смотрел, изменений не было.

Субару: Не может……

Юлиус: Субару, я понимаю твое разочарование. Тем не менее, мы должны держать голову высоко и……

Субару: Итак, пройдя через все эти неприятности сегодня, будучи измазанным песком, и расстояние, которое мы прошли, все это было пустой тратой времени!? Как же меня это бесит!

Юлиус: ……Конечно?

Субару пинал песок под ногами, повышая голос, и Юлиус не мог найти слов. Субару присел на корточки перед Юлиусом, и он вычерпнул песок ладонью, надув губы.

Субару: Эй, эй-эй-эй, ты серьезно? Я внезапно устал после того, как узнал об этом. Слышать, что эти усилия были напрасными, серьезно, просто отстой. Это даже хуже чем просто отстой.

Анастасия: У тебя ментальная сила слабее, чем я думала.

Субару: На что ты смотришь?! Разве ты не видишь, как я страдаю?! Я очень подавлен и чувствую себя ужасно. Ты должен был сказать что-нибудь раньше, когда заметил это!

Юлиус: Я думал ничего не говорить, пока не буду уверен. Я не хотел тебя расстраивать.

Субару: Вот как вы, люди……

Он отбросил песок, который зачерпнул, и встал, хлопая в ладоши. Субару пристально смотрел на Юлиуса, который смотрел вниз, и с негодованием заговорил:

Субару: Ты можешь перестать так думать? Я не рассержусь, если ты будешь говорить о том, что пришло тебе в голову! Скорее, мы могли бы найти ключ к разгадке. Или, у вас, ребята, менталитет типа “Я просто буду держать это внутри себя"? Действительно ли это улучшило ситуацию? Ни разу мне не пришло в голову, что надо было молчать!

Юлиус: Ах, аххх, прости.

Субару: Говори немедленно, даже если это что-то тривиальное. Это то, что Рам тоже сказала, кто-то, кто является бесполезным в нашем завоевании этого места. Нужно ли это говорить всем?

Когда Субару остолбенел от неполноты СРГ: Сказать, Рассказать, Говорить о, Юлиус тоже сделал задумчивый вид. Как только Субару встал выше Лучшего Рыцаря, что случалось редко, он выбрал “достаточно хорошее” из множества неудобств и повернулся к Анастасии.

Субару: Итак, я думаю, можно с уверенностью предположить, что ты знаешь, что с этим феноменом.

Анастасия: Я думала о недостаточном объяснении……вернее, я тоже чувствовала уверенность в своих подозрениях весь день. Было бы лучше, если бы ты думал об этом именно так.

Субару: Начни с того момента, когда у тебя появились эти подозрения. Это все. Итак, что происходит?

Субару показал язык Анастасии, которая извинилась перед тем, как заговорить, и он побудил ее продолжать. Когда он это сделал, Анастасия сказала: ”Пожалуйста, не удивляйся, когда услышишь это" в качестве предисловия, и…

Анастасия: Около этих песчаных дюн и песчаной равнины между сторожевой башни пространство искажено.

Субару: Пространство искажено……?

Анастасия: Другими словами, земля не связана, в отличие от того, что ты видишь. Если мы продолжим идти дальше в таком состоянии, Что-о-о ж, мы, вероя-а-атно, не достигнем её, независимо от того, как долго мы шли.

Анастасия беспечно уточнила правду о ударе, и Субару не мог закрыть рот. Анастасия, которая была эквивалентна Эридне, должна была знать это с самого начала, учитывая, что это звучало так, как будто об этом рассказывала Эридна.

Субару: Итак, я полагаю, именно поэтому Рейнхард и все остальные не смогли добраться до неё.

Анастасия: Само место назначения видно отсюда. Если бы расстояние можно было сократить……если бы они смогли отчаянно сбежать из логова магверей по пути, её можно было бы увидеть еще больше, и они, вероятно, не могли не захотеть идти дальше.

"――――"

По какой-то причине, он подумал о том, как авантюристы сожалели о том, что сломались на полпути после того, как их цель была перед ними.

Это было препятствие, которое мешало людям, стремившимся к сторожевой башне, и препятствие, от которого отказался даже Рейнхард. Искаженное пространство и конец песчаного моря, до которого на самом деле нельзя было добраться, ――возможно, это были уловки.

Субару: Как ты победишь это?

Анастасия : ……Не упускаешь ли ты какой-то смысл, спрашивая о победе? Это ловушка природы, созданная миазмами. Здесь не действует какая-либо неестественная сила.

Субару: Ловушка природы!? Это!?

Это была чрезвычайно редкая ловушка, которая имела природу, которая, как он чувствовал, не имела ничего, кроме намерений убить.

Часто наблюдаемые миражи в пустынях и заснеженные дороги, которые продолжались по скалам в районах с сильным снегом. Думая об этом в целом, люди могут погибнуть от таких вещей, как бездонные болота или быть затянутыми приливами.

Однако, как и следовало ожидать, эта сторожевая башня была――

Субару: Это ловушка, созданная природой? Это преувеличение, не так ли?

Юлиус: Ну, Сторожевая Башня Плеяд была построена в том месте, где происходит это явление. Если ты думаешь об этом таким образом, то это не противоестественно. Кроме того, это имеет смысл.

Субару: Это имеет смысл? В каком смысле?

Юлиус: Ты не мог забыть. Да, песчаные дюны ведут к сторожевой башне, но ты не мог забыть, что это не просто башня, которая находится впереди песчаных дюн. Как ты думаешь, почему сторожевая башня находится там в первую очередь?

Юлиус упрекнул Субару, так как тот говорил грубым тоном, и призвал его подумать. Субару сразу же пришел на ум ответ на его вопрос. Сторожевая башня, к которой они стремились, была печатью "Святыни Ведьмы".

И если предположить, что непревзойденная ловушка песчаных дюн была сдерживающим фактором Культа Ведьмы, которые хотели возродить “Ведьму Зависти”, то это, вероятно, было чрезвычайно эффективно.

Он не может упорно возлагать вину на это.

Субару: ……! Хорошо. Во всяком случае, забудьте подробности о том, почему эта башня была построена там. Меня беспокоит другое. Как именно мы собираемся прорваться через это искаженное пространство.

Анастасия: Ты ведь знаешь, что мы не можем удалить источник этого, верно? Это тип почвы, на которой мы находимся.

Субару: Все в порядке. Я понял местность и обстоятельства. Теперь давайте поищем слабое место. Раз уж ты вызвалась быть гидом, это было бы естественно, верно? Знать лазейку.

Анастасия: Не может быть, чтобы её не было. ……Однако представлять это как что-то вроде лазейки весьма сомнительно.

Анастасия криво улыбнулась Субару, который продолжал давить на нее, и она показала напыщенное отношение. После этого она кивнула Субару и Юлиусу, которые пристально смотрели на нее, и она сказала:

Анастасия: Во время "Песчаного Времени" есть момент, когда пространство, связанное со сторожевой башней, появляется. Мы пройдем там и войдем в настоящее песчаное море. Такие условия прорыва.

***

――У них были последовательные, очень сложные ситуации с их атакой на песчаные дюны, которая началась на следующий день.

Условия для обнаруженного Анастасией пути к сторожевой башне должны были быть нетронутыми. Другими словами, большая часть их путешествия станет белым пространством до “Песчаного Времени", а между тем они ожидали, что оно будет неуправляемым.

Однако эта тревога была,

Анастасия: Даже когда наступит "Песчаное Время", достижение открытия будет зависеть от удачи. Думая об этом таким образом, оставаться на одном месте не кажется плохой идеей.

Мейли: Кроме того, если мы всегда-а-а будем на одном месте, животные вокруг смогут запомнить наш запах. Со мной все будет в порядке, но-о если ты вдруг потеряешь меня или что-то в этом роде, они будут преследовать тебя повсюду.

Это было мнение Анастасии и Мейли о том, как выжить без проблем.

Первое мнение было немного ненадежным, но второе мнение касалось того, как их жизнь была поставлена на карту. Он не хотел слишком много думать об этом, но отворачиваться от опасности было бы просто трусостью. Смелость быть по-настоящему храбрым, смотреть в лицо страхам и все же сражаться - это было нечто бесценное.

Субару: Верно, Эмилия-тан?

Эмилия: ――? Да, конечно.

Субару: Эмилия-сама. Не стоит воспринимать это так серьезно. Сейчас самое время скорчить рожу по глупому поводу.

Он периодически разговаривал с лицом внутри драконьей повозки, но его мотивация не падала, даже после того, как он услышал, что вчерашнее путешествие было напрасным.

У них было довольно много гибкости с такими вещами, как еда и вода. Ему хотелось верить, что беспокоиться не о чем, поскольку воздействие миазм было смягчено Эмилией и Беатрис.

Субару: На самом деле, я нервничаю из-за того, что не знаю, сколько дней нам придется работать.

Беатрис: Субару, выплюни гравий из-за рта, не глотай. Даже если его не много, это песок, который содержит миазмы, я полагаю. Если ты справишься с этим неправильно, у тебя будет болезненный опыт позже.

Беатрис полностью привыкла к ощущению вкуса песка во рту и предупредила Субару, который был не очень осторожен. Когда Беатрис достала контейнер с водой из кармана, который как всегда был в руках Субару, когда они катались на драконах, она сказала:

Беатрис: Смотри, я прополощу тебе рот, я полагаю. Я, по крайней мере, вымою тебе рот изнутри, ту часть, которую нельзя купать в воде.

Субару: Да-да……если подумать, ты чиста даже без ванны.

Беатрис: Это потому, что большая часть моего тела состоит из маны, я полагаю. Конечно, я всегда кажусь чистой. То, что я хорошенькая в любом месте и в любое время - это данность, я полагаю.

Субару: Да-да, мило мило.

Беатрис надулась на апатичный ответ Субару, но он погладил ее по голове и поиграл с ее волосами, засунутыми под халат. Сегодня она заплела их в косу.

Субару: О, мы снова обнаружили группу магверей. Они только кажутся простыми животными, когда окружают нас вот так.

Мейли: Если они уйдут от меня и приблизятся, таких людей, как Братец, сразу укусят. Странно, но все здешние животные пялятся на Братца.

Он подвел Патраш к драконьей повозке и посмотрел на группу магверей, собравшихся в месте, отклоняющемся от их пути горизонтально. Как и сказала Мейли, она посмотрела на Субару с любопытством и пробормотала "Стра-а-ано".

Похоже, она не знала о “Ведьмином Запахе” Субару, который у него был. Субару подумал о том, что он имеет ту же природу, что и миазмы, но казалось, что он не сможет понять истинную суть этого. Во всяком случае, даже если этот запах исчез с Субару, казалось, что его природа, заманивающая магверей, не исчезла.

Субару: Ох, может быть, это ностальгический магверь? Рам, посмотри!

Рам: Мне действительно неприятно, как ты говоришь об этом, как будто это часть моих воспоминаний. Для меня, как и для тебя, Барусу, это всего лишь болезненные воспоминания.

Группа мадогов, которые смотрели на них издалека, были теми же самыми гибельными магверями, которые напали на бывшую резиденцию Розваля. Рам вела себя сурово по отношению к Субару, который невольно пришел в восторг.

Субару: Не говори так. Если бы я описал, что они значат для меня, тебя, и Рем, я бы сказал, что они построили мосты между нами. Если бы их там не было, возможно, меня бы сейчас здесь и не было. Если подумать об этом так, тогда у нас нет плохих отношений с…… подожди, это плохо! Это дерьмово!

Рам: Перестань убивать свой собственный энтузиазм. Глядя на тебя, я чувствую жалость, слушая тебя, я чувствую себя несчастной, и просто думая об этом, я чувствую себя несчастной.

Стресс, вызванный магверями год назад, возродился. Рам вздохнула, глядя на Субару, и когда она быстро закрыла окно драконьей повозки, разговор закончился.

К сожалению, ничего не поделаешь. Тот инцидент годичной давности внутри Рам, когда Рем потеряла себя, и когда Субару помогал, перекрасился. Ей было неясно, как магвери были побеждены без Рем, но, похоже, она не чувствовала себя неловко из-за этой амнезии.

Если бы память о Рем была оживлена внутри Рам, то недостающие части были бы заполнены, и темы также хорошо сочетались бы. Он подумает об этом, когда придет время, хотя чувствовал, что его только оскорбят.

Субару: Ваааау! "Песочное время" опасное! "Песочное время" - невероятно! Песчаный ветер опасен!

Эмилия: Я―я сделала немного льда, как только смогла, но если это не поможет, тогда скажи мне, хорошо?

Субару: Это уже довольно плохо! Всемогущая ледяная теория рушится!

Наступило критическое "Песчаное время". Они прыгнули навстречу песчаному ветру, посмотрели на искажение пространства, связанное с башней, и бросились внутрь, но ярость песка поразила их сильнее, чем они думали.

Это был особый просчет, но ледяная стена оказала мощную поддержку их предприятию, и это было полным поражением.

Субару: Это ледяная стена, и все же абсурдный песок прилипает к ней, так, что я вообще не вижу, что передо мной! Или, скорее, получать ветер с большой площадью льда, когда ветер такой сильный, - это за гранью самоубийства!

Эмилия: А!? Что?! Субару, ты что-то сказал?! Я тебя совсем не слышу!

Субару: Ветер такой сильный, и это за гранью самоубийства!

Эмилия: А!? Ты хочешь умереть!? Нет, ты не можешь! Не теряй мужества!

Субару: Я не говорил……Гуваааа!! Песок попал мне в глаза!

Эмилия: А!? Скажи что-нибудь!? Повтори еще раз! Субару? Субару――!

Субару: Повтори еще раз, такой спартанский поступок……Гуваааа!!

Эмилия: Субару――!?

Песчаный ветер, который превратился в шторм, уже был близок к песчаной буре.

Они были серьезными, бросающими вызов людьми, но их взаимодействие выглядело как комедия.

Даже держать ледяную доску, чтобы защитить себя от тонкого песка, было не чем иным, как самоубийством, так как ветер дул им в лоб.

Однако ситуация, в которой эта стратегия становилась узким местом для них, была――

Субару: Продолжай! Держись, Джиан! Мы можем рассчитывать только на твои силы!

"――――"

Земляной дракон получал песчаный ветер в лоб. Он уже пережил несколько дней в дни покорения песчаных дюн. Развившаяся связь стала его именем, и оно появилось.

Короче говоря, земляной дракон Гирас, тянущий драконью повозку, был назван Джиан.

Упорство Джиана держало ключ к прорыву сквозь песчаный ветер. Во всяком случае, драконья повозка, в которой ехали девушки, никак не могла ослабить ветер.

В результате они могли полагаться только на силу Джиана, заставляя его тянуть драконью повозку с силой, которая была не слабее ветра.

Юлиус: Ничего не делать, кроме как принуждать земляных драконов……это не мой стиль, но ты нам нужен сейчас.

Мейли: Хе-ей, держись! Я не хочу снова возвращаться на бесконечную песчаную равнину!

Юлиус подбадривал дракона, держа его за уздечку, также как и Мейли, которая сидела рядом с ним.

Они могли верить в эту скрытую силу, бросая слова в дракона, именно потому, что они были ближе всех к пониманию ее стойкости.

"――――"

Эмилия и остальные не могли даже открыть маленькое окошко на ветру, но можно было поспорить, что они тоже молились с беспокойством внутри драконьей повозки.

В качестве одной из контрмер против песка, Эмилии пришлось немного подправить драконью повозку льдом. Несмотря на то, что ледяная доска была прикреплена спереди и защищала от песка, она не могла выдержать яростных атак ветра.

Таким образом, последнее средство Субару, которое он придумал, было соединением таких вещей, как формирование качелей, которые защищали от ветра, и острой формой――он представил себе копье, которое яростно вонзится в песчаный ветер.

Субару: Это переделка мини-полноприводного автомобиля. Уменьшение веса, чтобы сделать его легким, было бы фатальным, поэтому я не мог этого сделать, но я сделал то, что мог. Хорошо, иди, Гунгнир――пройди через это!

"――!"

Джиан яростными шагами шагнул вперед, чтобы ответить на крик Субару. Драконья повозка, превратившаяся в копье, кусается и рвется на ветру, надвигаясь на него головой вперед, и она двигалась все вперед и вперед.

Вскоре драконья повозка, увенчанная этим именем копья бога, вонзилась в шрам укушенного и разорванного ветра. Она выдавливает тиранию песка, а затем прорывается――

"――――"

В тот момент, когда они вышли из песчаного ветра, то, что пронеслось над Субару, было чрезвычайно резкой тишиной.

Ветер, который издавал такой сильный шум рядом с их ушами, песок, который бил их, чтобы побрить всё их тело, и миазмы, которые возбуждали активность магверей, - все исчезло, как будто все это было иллюзией.

"――――"

У "Песчаного Времени", конечно, был внезапный конец, но он был еще более резонирующим.

Сила ветра с песком постепенно ослабевала, и вскоре он медленно исчез, как будто его затянуло волнами, и не осталось ничего, кроме запаха своеобразного песка.

Однако, это не было ограничено в этот раз. Другими словами, это было доказательством того, что окончание этого ”Песчаного Времени" - особый случай.

"――――"

Субару обернулся, чувствуя жажду.

Когда он это сделал, то увидел Юлиуса и остальных, которые спаслись от песчаного ветра и были ошеломлены, как и он сам. Конечно, его присутствие означало, что Джиан и драконья повозка тоже были там.

Субару: ――Юлиус.

Юлиус: Хей.

Субару окликнул его, и Юлиус напряжённо кивнул ему в знак признательности подбородком. После этого они оба подняли руки друг на друга, не зная, кто сделал это первым, сжали кулаки и выразили восхищение друг другу за то, что они прорвались через “Песчаное Время”.

Стоя рядом с Юлиусом, Мейли вытерла песок со своего тела и видит, как он благодарит дракона. Дракон, безусловно, был MVP этого путешествия.

Он был искренне признан, оценен по достоинству и должен был быть вознагражден――но

Субару: Оставь это на потом! Мы прорвались! Мы сделали это! Мы с――

Беатрис: Боже! Ты всегда, всегда говоришь так громко прямо мне в уши――!!

Субару показывал свою радость, и его подбородок был поднят нижней частью ладони Беатрис, которая пришла снизу.

От превосходного удара у Субару закружилась голова. Он опрокинулся с Патраш и беззащитно упал на песок. Голова Субару зарылась в песок, набирая в рот большое количество песка, и он набросился на Беатрис, когда она сразу же встала.

Субару: Почему ты сделала это со мной ни с того ни с сего?! Что с тобой, люди пытались радоваться! Ты напугала меня и заставила проглотить кучу песка!

Беатрис: Возбуждаться самому, даже держась за меня, раздражает меня! Я не понимаю всё эти слова, я полагаю! Я слышала пронзительные крики все это время!

Беатрис повернулась к Субару и яростно пожаловалась ему, сидя верхом на Патраш.

Субару было что сказать, но он, конечно же, не мог отрицать, что немного разволновался и прокричал список разных терминов. Что такое Гунгнир?

Субару: Кхем. ……В―в любом случае, мы благополучно прорвались через “Песчаное время”. Во-первых, давайте отпразднуем это. Ну давай, Банзай!

Беатрис: ……Банзай, я полагаю.

Отбросив в сторону угрюмое отношение Беатрис, они, конечно же, прорвались через песчаную преграду.

Он похлопал Патраш по шее, как она старалась изо всех сил, и поблагодарил за храбрость любимого дракона, который не выказал усталости на своем галантном лице.

После этого Субару подбежал к драконьей повозке и желая поделится своим восторгом――

Мейли: ――Братец.

Субару: А? Что случилось? Ты тоже можешь быть немного более рада……

Мейли: Помолчи.

Мейли остановила Субару, и ее резкие слова прыгнули на него, когда она поворачивается и смотрит в его сторону.

То, что было включено в них, было ясным предупреждением об опасности.

――Субару был не настолько глуп, чтобы ошибиться.

"――――"

В ответ на молчание Субару Мейли кивнула, приложив палец к губам, и медленно, медленно указала свободной рукой вперед.

Субару, Юлиуса и Беатрис завлекло это движение, и они посмотрели вперед.

Они прошли через песчаный ветер "Песчаного Времени", и искаженное песчаное море до сторожевой башни было очищено.

Таким образом, силуэт сторожевой башни, который поднялся перед ними, был, очевидно, очень ясным по сравнению с тем, как это было до сих пор.

Он был в состоянии думать об определенном расстоянии до отметки, которая была создана снова.

Однако――

Субару: ……Что это?

Перед ними были разбросаны разноцветные цветочные клумбы, которые продолжалась до сторожевой башни.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Будто Вспышка

Перевод: imy

imy: Так как поменялся английский переводчик, то некоторые названия поменялись. Некоторые я буду менять на те, что были раньше, а некоторые нет, поэтому не удивляйтесь если увидите такое.

***

――Вместе с обширной землей песчаных дюн раскинулся цветочный луг самых разных цветов.

Была ночь, и таинственным образом свет звезд на небе песчаных дюн не был виден.

Причина, по которой вид неба не мог быть замечен, несмотря на отсутствие скопления облаков, заключалась в том, что миазмы, окутывающие пространство над землей, покрывали это огромное море песка. Таково было объяснение, данное заранее.

Субару не было ясно, кто дал это объяснение - Беатрис, Эмилия или Юлиус.

Но теперь было ясно, что это не непостижимый вид неба, а тревожный колокол предостережения, направленный с земли, зловещий цвет цветочного луга, непобедимый перед ночной темнотой.

Яркие, довольно ядовитые цветы были слишком неуместны в море песка.

Субару: Песчаные дюны, цветочный луг……

Чувствуя тревожное чувство, произнося его так же хорошо, как он произносил эти слова, Субару уже знал.

На задворках его сознания всплыла информация, собранная в баре Мирулы. Тамошний бармен, потерявший одну ногу, рассказывал о цветочных лугах, которые появляются среди песчаных дюн.

"Если в песчаных дюнах заметите цветочные луга, убегайте на полной скорости", - вот что он сказал.

――Потому что это дёрн свирепых, уродливых Магверей, Цветочных Медведей.

Субару: Но, даже если ты сказал убегайте на полной скорости……

Указав на слабость в этих словах, бормочущий Субару, глядя вперед, отступил назад.

Цветочный луг был территорией Магверя, эта информация была полезной. Было также упоминание о немедленном бегстве от, отныне, свирепого и жестокого Магверя. Но если и была проблема, то только в ее масштабах.

“ーーーー”

Сохраняя молчание, Субару и остальные, выстроившиеся в ряд, затаили дыхание. Впереди ряда, преодолев угрозу Песчаного Времени, прорвавшись сквозь искажение пространства, то, что раньше казалось сплошной пустыней, ведущей к сторожевой башне, теперь было заполнено простирающимся цветочным лугом.

Он был, в буквальном смысле слова, достаточно плотным, чтобы не было ни единого пятнышка, на которое можно было бы наступить.

Внезапно в пустыне возник рай цветочного луга. Даже когда дело касалось тени, были свои пределы.

Это было то, чего они избегали бы даже без предупреждения бармена.

Именно поэтому, если бы полет по небу был вариантом, то они выбрали бы его и избежали бы этого без каких-либо колебаний.

Субару: Избежать этого, знаешь ли, невозможно.

Пробормотав это так, что не было никакой разницы между этим и хриплым вздохом, Субару направил свой голос на Мейли.

В нынешних условиях, что касается их контрмер против Магверей, полагаться на Мейли было неожиданной выгодой. То, что она решит, контролировало их путь, но цвет ее лица, устремленное на цветочный луг, был довольно бледным.

С появлением холодного пота кровь исчезла с ее светлой кожи. Не нуждаясь ни в каких словах, она поняла всю негативность ситуации, как будто взяла ее своими руками.

“ーーーー”

Медленно, Патраш, с ее крупным телосложением, приблизилась с невероятной тишиной. На спине у нее сидела Беатрис, видя в ее глазах инструкцию: "Залезай”, Субару поставил ногу на седло и, делая это, заглушил все звуки и снова устроился сверху дракона.

Было ли это для продолжения движения вперед или для возвращения назад, это было бы невозможно для ног Субару, которые были бы поглощены песком.

Даже если бы их суждения были сделаны через поводья, они должны были бы полагаться на быстрые ноги Патраш.

Мейли: ……Сейчас, кажется, все спя~ят.

“ーーーー”

Затаив дыхание, он думал о том, сколько времени они ждали приговора Мейли. Как будто прошло десять секунд, или ему показалось, что прошел почти час, Мейли выпалила это, словно шепотом.

Получив её слова, Субару, с энергией, покидающей его плечи, подвел Патраш ближе к драконьей повозке.

Субару: Этот цветочный луг - дёрн Цветочного Медведя…… правильно?

Юлиус: В дополнение к полученной ранее информации, на данный момент это не кажется неправильным. Но…… просто, масштаб даже больше, чем я представлял.

Беатрис: Эта разница в масштабе - является лишь добавлением милоты, я полагаю.

Испустив вздох, Субару и остальные, стоя лицом друг к другу, обменялись мыслями.

Юлиус и Беатрис тоже, получив такой великий прием, превзошедший их ожидания, потеряли голос. Те, кто сидел в драконьей повозке, Эмилия и остальные, их восторженные голоса после того, как они прорвались через "Песчаное время", остановились, когда они показали свои лица через маленькое окошко, задаваясь вопросом, что произошло.

Эмилия: Субару, что-то случилось? Звук песчаного ветра больше не слышен……

Субару: Мы проделали великолепную работу. И как раз в тот момент, когда я подумал, что мы преодолели первый барьер, мы теперь стоим, ожидая следующего, второго барьера немедленно. Как видишь.

Эмилия: Как видишь?…… Ах.

Увидев ясно видимый цветочный луг с одного взгляда через маленькое окошко, Эмилия застыла в шоке. Она также слышала, что сказал бармен. Конечно, информация, которую она помнила, должна была быть такой же.

Эмилия несколько раз моргнула, а рядом с ней показались Анастасия и Рам. Они обе тоже посмотрели на цветочный луг и сморщились от жестокости испытаний, чтобы добраться до башни.

Субару: Даже после прохождения через песчаный ветер и Песчаное Время препятствием на этот раз являются цветочные луга, хах. Что касается территории этих Цветочных Медведей, Анастасия случайно ничего не знает?

Анастасия: Руководство - это мое дело, ожидать чего-то большего было бы проблемой. Как бы то ни было, это действительно серьезная проблема.

Держась в ожидании мнения невысказанной Эридны, она, пожимая плечами, казалось, не имела плана преодоления препятствия. Субару глубоко вздохнул и посмотрел на Мейли.

Субару: Мейли, с твоим физическим телосложением, ты можешь привлечь Магверей, верно? Цветочных Медведей тоже, разве ты не можешь вытащить их с цветочного луга?

Мейли: ……Это сложнова~ато. Если это десять, двадцать или даже сто, я могу~у, но если число больше этого, и так же будут некоторые дети, которым мои инструкции не дойду~ут.

Субару: Есть предел количеству…

Мейли: Есть также ограничение на качество~. Даже я не могу приказать кому-то вроде Белого Кита или Великого Кролика. Цветочный Медведь находится в этом пункте, его совместимость со мной плоха~ая. Очень отличается от Теневого Льва.

Субару: Теневого Льва…… Ах, тот большой, который был в особняке, верно.

Положив конец их разговору о старых воспоминаниях, Субару обдумал мнение Мейли и сердито посмотрел на цветочный луг.

Бесчисленное множество, огромный рай цветов―― как и ожидалось, даже количество Магверей не могло быть определено. Но было ясно, что их было легко больше сотни, что было пределом Мейли.

Юлиус: В нынешней ситуации можно сказать, что у нас есть выбор: либо Продолжить, либо Вернуться.

Повернувшись лицом к утонувшему в тишине Субару, Юлиус поднял два пальца и наклонил шею.

Увидев пальцы Юлиуса, Субару вздохнул.

Субару: Знаешь, выбора вернуться не было с самого начала. Это будет пустая трата после прорыва Песчаного Времени, но с этим ничего из проблемы не будет решено. Идти вперед тоже бессмысленно.

Юлиус: Если мы попадем под другое Песчаное Время, или если мы пойдем совершенно другим путем, мы сможем бросить вызов сторожевой башне. Положить конец размышлениям и перекрыть путь - не значит ли это просто сделать поспешный вывод?

Песчаное Время, случавшееся трижды в день, было среди них правильным ответом, и на этом настаивал Юлиус. То, через что Субару и другие прорвались, было Песчаным Временем поздней ночи. Другие были Песчаным Временем утра и дня, но возможно, что место, которое будет достигнуто, будет отличаться, поскольку было выбрано другое Песчаное Время.

Нет, жестом указав на это, Субару покачал головой.

Субару: Ради спора, даже если бы был выбран другой путь, я не думаю, что он может гарантировать безопасность пути до сторожевой башни. Здесь есть цветочные луга, но есть вероятность, что где-то еще есть другое препятствие. Вероятно, никакой приятной тропинки вообще не было устроено.

Юлиус: ……Конечно. Слегка, чрезмерно обнадеживающее наблюдение, хах.

Субару: В довершение всего, возможно, ситуация с Мейли, находящееся здесь, и дёрн Цветочного Медведя. Это на самом деле лучший путь, это тоже возможно, понимаешь?

Юлиус: На этот раз чрезмерный пессимизм, хах. Как всегда, твоя сильная сторона- денонсировать и возвышать, не так ли?

Субару: Я не помню, чтобы когда-либо стремился к этому. Тогда все в порядке, Мейли. Что насчет тебя?

Резко сказав Юлиусу, который округлил глаза от того, насколько неблагоприятной была ситуация, Субару повернулся к Мейли.

Молча, пристально глядя на цветочный луг, Мейли, услышав слова Субару, сказала “Хм…", опустив взгляд.

Мейли: Количество болезненное, но если вы скажете мне сделать это, то я попробую сделать э~это. Не то чтобы я должна слушать всё, что говорят все животные-сан.

Субару: Тебе не нужно слушать все, ты говоришь…?

Мейли: Для прохождения через цветочный луг было бы хорошо, если бы от минимального количества Цветочных Медведей тихо изба~авимся. Если путь будет открыт, остальных я заставлю покорно спать. Если на них не нападать, то с э~этим можно как-то справиться.

Словно обретая уверенность в своих мыслях, отвечая на сомнения, сила вернулась в голос Мейли.

По крайней мере, у неё была позиция уважения к шансу Субару Продолжить". Это было что-то, за что можно было искренне поблагодарить. Субару кивнул Мейли, а затем посмотрел на лица всех присутствующих.

Субару: Я думаю, мы должны продолжить. Независимо от того, что выбрано, не может быть никакой отдачи без прыжка в риск. Речь идет о том, чтобы найти какое-то решение проблемы, а не просто убегать от нее.

Рам: Даже если ты полагаешься на других, чтобы достичь своих собственных целей, разве это не то, что можно заявить с этим ртом.

Рам бросила горькие слова в сторону Субару, который предложил продолжить.

Услышав ее "типичные" слова, Субару издал “Ох" и поднял большой палец.

Субару: В конечном счете, это не ошибка, что мы должны полагаться на Мейли. В любом случае, если дело дойдет до того, что нам придется атаковать Магверей, тогда нам придется полагаться на Эмилию-тан, или Юлиуса, или Беако. Как порочно.

“ーーーー”

Субару: Ох, и на Патраш тоже. Виноват, виноват.

Он погладил голову своего любимого дракона, которая подняла свою шею вверх, как будто недовольная тем, что ее имя отсутствовало в качестве одного из членов, на которых он мог положиться.

На это жалкое заявление Субару Рам с откровенно удивленным выражением лица пожала плечами.

Рам: Самоосознание не поможет. В лучшем случае, в этом маловероятном сценарии, выполняй роль приманки.

Субару: Слышать это тоже довольно ностальгично. Хотя, ты этого не помнишь.

“ーーーー”

При этих словах, несколько относящихся к прошлому, Рам сделала тревожное лицо.

Это были такие же слова, как в лесу Магверей или утром того дня, когда они отправились в столицу на Королевские Выборы. Теперь, когда существование Рем исчезло из ее воспоминаний, а сопутствующие воспоминания изменились, должно быть, исчезли и все события того дня.

Субару: Пойдем, заберем их обратно. Я больше не хочу отступать ни на секунду.

Эмилия: ――Хм, Я думаю, это так. Я также думаю, что все именно так, как говорит Субару.

На решение Субару, который сжал кулак, Эмилия галантно согласилась.

Она прикоснулась к подвеске на шее, и в ее пальцы проникли чувства Духа, спящего в Великом Магическом Камне. И ее фиолетовые глаза сосредоточились на цветочном лугу.

Эмилия: За этим цветочным лугом находится ключ к драгоценным воспоминаниям. Пойдем, не останавливаясь. Конечно, я позабочусь о том, чтобы защитить всех.

Анастасия: Разве это не слишком некрутые слова для девушки?

Услышав величественное заявление Эмилии, Анастасия сказала это, глядя в сторону Субару.

"Молчи", он хотел ответить ей так, но, по правде говоря, если все будет так, как говорит Эмилия, он подумал, что это будет лучше всего, так как тогда беспокоиться больше будет не о чем.

***

Расстояние до Сторожевой Башни Плеяд, измеренное его глазами, уменьшилось примерно на несколько километров.

До прорыва сквозь Песчаное Время, когда они безрассудно продвигались через Песчаные Дюны Аугрии, якобы видимое расстояние до сторожевой башни, казалось бы, в десять километров, не уменьшилось ни на один.

По сравнению с этим, это сокращение расстояния было ошеломляющим, и можно было сказать, что их прибытие было прямо перед их глазами.

Субару: Но все, что угодно, придёт после побега из этого гнезда Цветочных Медведей.

Полностью заполнив их поле зрения, цветочный луг сильно вызывал отвращение.

Растения, корни которых уходили в землю, такой естественной экологии здесь не было. Слегка плавающие стебли или корни росли не из земли, а из тел этих отвратительных животных.

“ーーーー”

Примерно в то время, когда они должны были покинуть территорию Цветочных Медведей, то, что Мейли проинструктировала Субару и остальным, было просто―― молчать, насколько только возможно.

Судя по ее замечаниям, Цветочные Медведи в данный момент дремлют. Они не стали бы бездумно будить их, но в обмен на это, похоже, они не смогли бы получить представление о свирепости Магверей, вставших после того, как продолжили лежать.

Мейли: Активность плохого животного-сан - самая жестокая ве~ещь. Истребленный Белый Кит, появляясь сразу же после тумана, был самым разъяренным и, казалось, то~оже доставлял больше всего хлопот.

Это было отступление, в котором Мейли говорила относительно Белого Кита.

Думая об этом в соответствии с ее объяснением, в тот самый момент, когда Субару и остальные столкнулись с Белым Китом на Дороге Лифаус. Другими словами, сразу после того, как он проснулся, это было худшее время.

Воспоминания о страданиях оживали, он рисовал свою собственную похвалу себе за то, что его желание исполнилось.

Независимо от этого――

Мейли: Злость, когда просыпаешься, есть у всех: людей, животных и плохих животных. Вот почему~, остава~айтесь абсолютно спокойными. Если вы сможете это сделать, я как-нибудь справлюсь со своей стороной.

Повинуясь замечаниям Мейли, обладавшей такой сильной волей, они начали марш тех, у кого перехватило дыхание.

Их боевое построение было заменой случаю захвата песчаных дюн, стиль драконьей повозки продвигался дальше. В качестве водителя, передающего намерения Цветочным Медведям, сидела Мейли, и в соответствии с этими целями Юлиус гнал драконью повозку дальше. Патраш, за которую Субару крепко держался, прикрепилась и отделилась от задней части драконьей повозки и мчалась одной линией.

“ーーーー”

Чувствуя, как он сгибается, Субару, затаив дыхание, вцепился в миниатюрное тело Беатрис. Чувствовалась температура ее тела, казалось, что она напряглась и нервничает.

Сбоку от драконьей повозки, на крыше драконьей повозки присутствовала фигура. Фигура, которую не нужно было подозревать, потому что знакомый силуэт принадлежал Эмилии.

“ーーーー”

Заметив пристальный взгляд Субару, Эмилия направила на него свои фиолетовые глаза и подняла руку.

Причина, по которой Эмилия лежала в засаде на крыше, заключалась в том, что она могла мгновенно двигаться, если возникнет какая-то проблема. Хотя Субару хотел бы, чтобы она спокойно оставалась в повозке, но так как поддержки Духовных Искусств Юлиуса не было, единственным союзником, способным на дальние атаки, была Эмилия. Хотя это не было так, как если бы Беатрис не могла сделать это, но если бы она сделала это, то одним большим ударом Субару исчерпал бы все свое топливо.

Это было частью комплекса неполноценности Субару, что, с точки зрения силы, он должен был зависеть от других, что защитят его, если он присутствовал.

Если бы это было не так, если бы он не должен был этого делать, возможно, даже Рем бы――

Слабость мышления в этом направлении всегда присутствовала в Субару.

Субару: ――~хк.

“ーーーー”

Когда такие бескомпромиссные эмоции вышли из-под его контроля, затылок Беатрис приподнял его челюсть. От удивления Субару Беатрис фыркнула.

"Сосредоточься на том, что сейчас перед тобой", - вот что она, должно быть, имела в виду. Снова посмотрев наверх, Эмилия тоже указала пальцем на Субару, и он понял, что она призывает к такой же осторожности.

“ーーーー”

Не в силах выразить ни компромисса, ни понимания, он обменялся глубоким вздохом.

Правда заключалась в том, что он хотел ударить себя по щеке и изменить свои эмоции, но это могло поставить под угрозу его жизнь, действие, которое могло оказаться смертельным.

И, когда обычный обход мыслей Субару привел к его решимости, передовой отряд прибыл на цветочный луг практически одновременно.

Мейли: Двигайтесь.

В тот же миг Джиан перестал тащить драконью повозку, и слабый голос Мейли проскользнул сквозь скрип колес и был отброшен в сторону цветочного луга.

Сначала, не получив ответа на зов Мейли, Субару стиснул зубы.

Мейли: Двигайтесь.

И снова Мейли выкрикнула приказ.

И все же на цветочном лугу не произошло никаких перемен. В течение досадного времени слизистая оболочка желудка Субару начала ворчать с чем-то похожим на зуд.

И――,

“ーーーー”

С этим искажением, земля, как будто действительно сдиралась, и цветочный луг "поднялся"

“ーーーー”

Не раздумывая, глядя прямо на фигуру Магверя, у Субару сжалось горло.

Магверь по имени Цветочный Медведь, как и подобало его имени, обладал фигурой, похожей на медвежью.

Рост Цветочного Медведя был, пожалуй, около двух-трех метров. Короткие ноги в обмен на это, руки достаточно длинные, чтобы волочиться по земле. Его руки были явно скрыты под черным мехом, а на концах росли когтистые ногти - вот что он понял.

От задней части до подмышек этого тела яркие цветы покачивались, это было своего рода впечатление, которое он проецировал, но, наблюдая за этим Магверем с близкого расстояния, глаза, как правило, поворачивались к передней, а не к задней части этого тела.

Хотя его телосложение было скрыто черным мехом, ползание по этому телу не было волосяным покровом. Плотно упакованными, обволакивающими тело, были тонко перемешаные корни цветов. Они казались кровеносными сосудами, которые плавали на коже, мельчайшие корни покрывали тело Магверя.

Субару: ――~хк.

На теле, покрытом плотно упакованными корнями, те части, до которых корни не доходили, были ненормально высохшими, и плоть и кожа засохшими. Черты его лица, череп достиг предела обезвоживания до такой степени, что это было заметно, а круглые выпуклые глазные яблоки были налиты кровью, выражая ненависть ко всему в этом мире.

Это выглядело так, словно он пожирал жизнь цветов, корни которых он приклеил к своему собственному телу.

Цветочные Медведи не могли сосуществовать с цветами. Очевидно, они отнимали жизнь у цветов.

“ーーーー”

Магверь, от одного взгляда на которого исходило невыносимое отвращение, вяло следил за словами Мейли.

Медленно вытаскивая свое тело из земли, когда корни были вырваны из песка, из которого ничего нельзя было поглотить, тысячи щелкающих звуков безгранично сковали.

Для того, чтобы открыть пространство только для того, чтобы драконья повозка могла пройти, движущиеся Цветочные Медведи достигли ста в счете. И, словно не зная конца, их число продолжало увеличиваться.

Юлиус: Хугх.

Едва слышно вздохнул Юлиус, когда драконья повозка продолжила свой путь.

Юлиус, в таком состоянии, с волосами на теле, стоящими дыбом из-за зрелища перед его глазами, должно быть, не смог с этим смириться. Прикрепленный к задней части драконьей повозки, Субару и другие также вошли на дорожку, расцвеченную Цветочными Медведями.

Субару: ……Угх.

Именно в тот момент, когда обоняние Субару переступило порог дерна Цветочных Медведей, он ощутил сильный аромат цветов.

Это, казалось, отличалось от зловония во время столкновения с Песчаным Червем, с соответствующим отличием в качестве от этого, сладкий запах, смешанный вместе с ситуацией, не означал, что чувство насилия изменилось.

Их ноздри были захвачены, их внутримозговые механизмы просто приобрели галлюцинацию сладкого запаха.

“ーーーー”

Развивая сильное головокружение, отвратительная вонь разбудила головную боль.

Что-то настолько раздражающее, что он совсем не возражал бы против песчаных порывов по сравнению с этим. Этот ядовитый аромат, клубящийся во всем его теле, должен быть изгнан, вот что он думал с полной серьезностью.

Такие пожелания Субару были бесплодны, и в отсутствие какого-либо потока ветра, группа направилась в глубь цветочного луга.

Субару: ――~хк.

Словно заметив что-то, Беатрис потянула Субару за рукав. Глядя на нее, недоумевая, что произошло, она была постоянно обеспокоена чем-то позади них.

Обернувшись при этом жесте, сохраняя в уме это отвратительное предчувствие, можно было понять смысл реакции Беатрис.

Пространство в цветах, открывшееся в соответствии с указаниями Мейли, глядя на проход драконьей повозки и Патраш, от непосредственной близости к этому до самого конца, пейзаж неуклонно возвращался к тому, каким он был изначально.

Приказы Мейли исполнились, и драконья повозка, способная пройти в этот конкретный момент времени в соответствии с инструкциями, были достигнуты. Возвращение на исходные позиции и вхождение в состояние спячки - таковы были их планы.

Даже если они и не собирались возвращаться, они все равно не могли остановиться на полпути. Конечно, отдыхать посреди этого гнезда этих Магверей, от таких шуток тоже нужно было воздерживаться.

Субару: ――?

В тот момент, когда он подумал об этом, продвижение драконьей повозки остановилось.

Глядя вперед и гадая, что же произошло, причина остановки драконьей повозки была очевидна. Одинокий Цветочный Медведь стоявший перед драконьей повозкой, встал, остановился и обратил свои пустые глаза на двух водителей.

“ーーーー”

С тем, что один только он делал подозрительные движения, движения Цветочных Медведей поблизости тоже начали меняться. Ноги Цветочный Медведей, которые до сих пор флегматично и покорно уступали дорогу, остановились, и, словно проследив за действиями того, кто смотрел на драконью повозку, их взгляды сосредоточились на драконьей повозке.

――"Это плохо", - было интуитивное осознание Субару.

Оглядываясь назад, они уже преодолели несколько сотен метров с тех пор, как вошли на цветочный луг. Когда тропинка позади них была перекрыта, стало ясно, что они были окружены Цветочными Медведями со всех сторон. Их число исчислялось сотнями, а может быть, и тысячами. Жестокая разница в численности.

“ーーーー”

Думая об этом, он вплел свой взгляд в глаза Эмилии, которая была на крыше.

Эмилия смотрела сверху вниз на Цветочного Медведя, сидевшего впереди, и недоумевала, какое решение ей следует вынести. Если вспышки драки, как и до сих пор, можно было избежать, то расчистить переднюю часть драконьей повозки с помощью магии Эмилии и пробежать через нее было оптимальным способом.

Однако она не хотела ошибиться во времени и слишком торопить события.

Мэйли: Тсс――

И перед Субару и остальными, которые были озадачены их суждением, с предельным самообладанием Мейли приложила палец к губам, заранее успокоив нерешительного Субару и остальных. Следом, она указала пальцем, который держала на губах, вперед, и сердито посмотрела на Цветочного Медведя, который смотрел на неё.

Мейли: Тц тц тц

Палец, указывающий на него, и звук, как будто щелкнув языком, слетел с губ Мэйли.

Это был вздох, вроде того, что люди делают, чтобы успокоить котят. Если бы субъект действительно был котенком, то это тоже произвело бы приятное впечатление, но с дьявольским Магверем в качестве субъекта не было никакого смягчения вообще.

Однако, все пальцы Мейли дернулись от звука ее языка, и постепенно взгляд Цветочного Медведя переместился с двух водителей на одну Мейли, а затем переместился на пальцы Мейли.

Мейли: Тц Тц Тц…… Тц~.

В том же темпе, убедившись, что внимание Цветочного Медведя сосредоточено на пальце, Мейли медленно взмахнула рукой, пальцы которой были направлены вправо от драконьей повозки. Соблазненный движением этой руки, Цветочный Медведь, остановивший драконью повозку, повернул к ней морду и двинулся, сделав один шаг в том направлении.

Субару: ――Ах.

От поведения Цветочного Медведя, удаляющийся от драконьей повозки, рефлекторный вздох облегчения вырвался из горла Субару.

Эмилия и Беатрис, которые тоже напряглись, тоже с облегчением расправили плечи. Когда тот, кто вызвал остановку, пошевелился, другие Цветочные Медведи тоже попытались вернуться к своим собственным движениям дистанцирования.

В том же темпе марш по цветочному лугу возобновился――так и должно было быть.

"ーーーー~хк!!"

В этот момент нить напряжения оборвалась, и никто не мог быть осужден за то, что повысил голос.

Внезапно, в ситуации непреодолимого по принуждению предельных пределов тупика, вещь, известная как сердце, не выдержала. Это относится и к людям, и к Земляным Драконам.

Осыпанный напором проигрыша Цветочному Медведю, Джиан издал короткое рычание и топнул ногами по земле, словно в ярости.

Субару: Вот де――~хк.

На рев Джиана, резко оборвавшего тишину, Цветочные Медведи, находившиеся в состоянии спячки, отреагировали совершенно мгновенно. Тот, кто пытался отстраниться от драконьей повозки, обернулся, и эта реакция заразила все вокруг―― Магвери поднялись и прыгнули на драконью повозку с обнаженными клыками.

Сразу после――

Эмилия: ――Эль Хума!!

Мана быстро материализовалась, и наконечник сформированного ледяного копья пронзил череп Магверя.

Острый ледяной авангард пронзил его большую пасть, вторгся в ротовую полость и проломил затылок. Его мозг закружился, Цветочный Медведь, не повышая голоса, рухнул навзничь, столкнувшись лицом к лицу с уничтожением. Охваченные этой энергией, несколько Цветочных Медведей, не останавливаясь, повалились набок.

Субару: Беги――!!

Крикнул Субару, мгновенно став свидетелем нападения Эмилии, которая была на вершине драконьей повозки.

Повинуясь этому зову, Юлиус взялся за поводья, и драконья повозка тотчас же бешено понеслась. Конечно, Патраш тоже последовала за ней, отпрыгнув в сторону от стоявших неподвижно Магверей, и понеслась в бешеном беге.

“ーー~хк!”

Субару: Ониидутониидутониидутониидутониидутониидутониидут――дут!!

Задержанный на один удар, беспощадный, свирепый голос разорвал ночь Песчаных Дюн Аугрии.

Огромный цветочный луг был разорван на части сразу же, с обнаженными клыками и их неприглядной внешностью, стая ленивых Цветочных Медведей продвигалась вперед, целясь в драконью повозку, яростно прокладывающую себе путь.

Беатрис: Субару! Крепко держись, иначе тебя сбросят!

Галлюцинация, купающаяся в силе, была напором жажды крови и аппетита бесчисленных Цветочных Медведей.

С толстыми руками, наделенными когтями, повернутыми над головой, их безжалостная атака поразила и Субару, который ехал на драконе. Прямое попадание, и его тело легко оторвется, с силой, которая, несомненно, заставит его внутренние органы высунуться наружу.

Однако как раз в тот момент, когда он был на грани удара, голубовато-белое мерцание прорезалось между ними и пронзило Магверей.

Эмилия: Хий! Йах! Хорошо ~хк! Вы…… Получайте, Хума~!

Как всегда, когда Мана образовывала водоворот, а ее голос исходил из ее сердца, создавая впечатление, что голубовато-белый свет исполнял неистовый танец в темном небе, это было превращение бесчисленных острых наконечников копий, направленных над землей, в лезвия льда.

То есть, сразу же после застоя одного мгновения, стреляя, как бы приобретя движущую силу, разрывая в клочья черепа, руки, туловища, ноги Цветочных Медведей, роившихся на драконью повозку, вызывая фонтаны крови.

Субару: О~О~О~О~х! Как и следовало ожидать от Эмилии-тан! Я снова влюбился в тебя!!

Эмилия: Сейчас не время говорить такие вещи! Беги!

Субару: Да!

Спасенный последующими действиями Эмилии, Субару еще больше ускорил Патраш.

Эмилия справлялась с дракой с таким хладнокровием, что это было удивительно. Оглядываясь назад, можно сказать, что даже если Эмилия и уклонялась от драк, это не было похоже на то, что драки пугали ее. Тенденция избегать драки внутри нее была нерешительностью, которая была стерта, как только эта битва вспыхнула.

Рам: Барусу, беги, пока не умрешь. Если ты не хочешь умереть!

Субару: Да, конечно―― а, Рам!?

Жесткая схватка, затеянная Эмилией, голубовато-белый свет полностью скосил переднюю часть драконьей повозки, и группа Цветочных Медведей, выбравших окольный путь, сразу же замерла.

В спешке Джиана, прорвавшегося сквозь ледяную скульптуру, на водительском сиденье, цепляясь за поводья, внезапно оказалась Рам, вышедшая из повозки. У Рам, которая умело управлялась с поводьями, управляя земляным драконом, который был в возбужденном состоянии, Субару открыл глаза и позволил своему взгляду блуждать вокруг.

Субару: Где Юлиус?!

Рам: Даже если нет средств для дальней атаки, казалось бы, было бы бесполезно, если бы он был водителем. Вот почему.

На слова Субару Рам бросила быстрый взгляд назад. Заманиваемый этим взглядом и оглядываясь назад, Субару бездумно чувствовал себя ошарашенным.

Кусая песок, рядом с драконьей повозкой с ревущими колесами, цепляясь за одно из этих украшений, размахивая схваченным рыцарским мечом, стояла фигура Юлиуса, разгоняющего приближающихся Магверей.

Юлиус: Обременять Эмилию-сама обязанностями и тому подобным тоже нельзя, понимаешь.

Субару: Это было направлено на меня!

Юлиус: Это было бы――

Положив конец своим словам, Юлиус своим рыцарским мечом встретился с когтями приближающихся Магверей. Обезглавливающий разрез пробился сквозь щель этих когтей и глубоко вонзился в руки Цветочных Медведей. В том же темпе танцующий кончик меча пронзил горло Магверей, которые испустили крики, и, словно вспышка, он даровал смерть, разрушив их ствол мозга.

Этот танец, с минимальными разрушениями, был по-настоящему веселым.

Юлиус: Неправильно.

Последовательно сокрушая Магверей, Юлиус озвучил то, что осталось от его ответа Субару, стряхивая пыль с меча. Субару скорчил горькую гримасу в ответ на этот жест, ощущая уверенность и чувство поражения.

Просто, поставив Эмилию во главе дальней дистанции, расчистка ближней дистанции была возложена на Юлиуса. Если эта структура сохранится, беспокойство по поводу драконьей повозки можно будет отложить на потом.

Вернее, проблема была не в других делах, а в этом курсе.

Субару: Беако, ты можешь пойти на это?

Беатрис: Субару тоже, будь осторожен, чтобы у тебя не кончилось топливо, я полагаю――!

Над Патраш, приподнявшись, Субару держал поводья одной рукой, а Беатрис в другой, и заставил ее маленькое тело встать на дракона.

И неуклонно сжимая руки друг друга, что-то пульсировало в внутренностях Субару. Это нечто, словно кажущийся осадок, обладало теплом и медленно перетекало из тела Субару в тело Беатрис.

Беатрис: Минья!

Фиолетовые кристаллы материализовались вместе с заклинанием и нацелились на Магверей, преграждающих путь перед носом Земляного Дракона. Точное прицеливание, мгновенное продвижение вперед, результат виден сразу после этого.

Подняв звук, похожий на звон разбитого стекла, магическая атака ударила прямо в Магверей, и кристаллы разлетелись вдребезги. Однако в следующий момент тела Магверей так же разлетелись на куски.

Субару: Хорошо, продолжай, Беако!

Беатрис: Но ведь нельзя безрассудно стрелять! Осторожно экономя…… Минья!

Субару: Что насчёт осторожной экономии!?

Боевая мощь Беатрис зависела от маны, оставшейся внутри Субару.

Чтобы противостоять всепоглощающей угрозе, даже Беатрис была не в состоянии пойти на компромисс. Испытывая кажущееся чувство потери, как будто его душа сжималась с каждым ударом магии, Субару, разговорчивый и сдержанный, успокоил нервозность Беатрис.

Конечно, Беатрис было ясно видно такое соображение.

Мейли: А~х, хватит, хватит! Почему все получилось именно та~ак! Этого можно было избежа~ать!

И та, кто до сих пор хранила молчание, последний снаряд встал и пошел.

Водитель, сидевший рядом с Рам, Мейли, со слезящимися глазами, осматривала Цветочных Медведей, толпившихся вокруг них, с красным лицом. И она указала пальцем на Магверей, которые не повиновались ей.

Мейли: Я дам нагоняй плохим, плохим животным! Приди, Песчаный Червь!

Субару: ――Что!?

Сразу же после того, как Мейли надулась и заявила, как ребенок, пустыня, которая была поднята благодаря появлению Цветочных Медведей, и с тем, что под этим песком впоследствии был взбаламучен песок, выскочило что-то большое.

Поглощенные энергией гигантского зверя, выталкивающего все свое тело из песка, бесчисленные Цветочные Медведи, затянутые внутрь, были запущены в небо. Упав на песок с большой высоты, Магвери сломали себе кости, а несчастные Цветочные Медведи, прямо над этой огромной пастью, были проглочены.

Вырываясь наружу, разрывая пустыню на части, тот, кто опустошал отвратительный цветочный луг, был тем Песчаным Червем.

Распространяя зловоние, поднимая странный голос, прорезающий сумерки, Песчаный Червь определил Цветочных Медведей, цепляющихся за драконью повозку, как свою добычу, и появившись, начал рубить и уничтожать их сразу.

Мэйли: Иди~, Песчаный Червь! Раздави всех, всех!

Субару: Ты серьезно, Эй! Тысерьезнотысерьезнотысерьезнотысерьезно, эйэйэй!

Тяжесть, способная вызвать грохот в земле, извивалась по песчаному морю, и эхом отдавались вопли Цветочных Медведей, раздавленных давлением гигантского тела. Цветочные Медведи тоже не обладали миниатюрным телосложением, но они никак не могли соперничать с фигурами Песчаных Червей, общая длина которых могла быть даже выше десяти метров.

Подавляющая масса превратилась в исход столкновений, и Цветочные Медведи последовательно превращались в трупы.

В обстоятельствах, которые были решающей битвой между монстрами в этот момент, у Субару не было подходящих для этого слов.

Магия Эмилии и Беатрис, мастерство Юлиуса в фехтовании, необычный талант Мейли едва расчистили путь, и драконья повозка и Патраш быстро проследовали по цветочному лугу.

Мэйли: А~х! Песчаный Червь!

Послышался крик Мейли.

Наблюдая за ним, Песчаный Червь, одержимый большим количеством Цветочных Медведей, которые вонзили свои когти в это огромное тело, пролил большое количество телесных жидкостей со всего своего тела и рухнул на землю.

Внешняя оболочка скользкого и мокрого Песчаного Червя была не такой прочной, как у змей или насекомых. Кожа, поддерживающая мягкое тело, легко стала добычей когтей, и вопль мучительной смерти разнесся по песчаному морю.

Мейли: Следующий! СледующийСле~едующий! Продолжай идти!

Как только один гигант рухнул, Мейли с бледным лицом сжала руки. И, привлеченный этим, снова поднялся песок, и появился другой Песчаный Червь.

На этот раз их было шестеро одновременно, однако, по сравнению с первым, они были вдвое меньше, и если бы их окружил рой Цветочных Медведей, они были бы убиты в мгновение ока.

Субару: В таком темпе…… ~ХК.

Они столкнутся в количестве насилия. С чувством ужасной безнадежности Субару отчаянно оглядывал окрестности в поисках чего-то, что могло бы помочь им выбраться из этого тупика. И он это заметил.

Сторожевая башня, которая была так далеко, была достаточно близко, чтобы сказать, что она была прямо перед их глазами.

Субару: Осталось совсем немного! Если мы сможем пройти к сторожевой башни в таком темпе――

Не то чтобы Магвери отступили бы с этим, но казалось вероятным, что там может скрываться какая-то страшная сила.

В тот момент он не думал о чем-то особенном.

Тем не менее, если они последуют к сторожевой башне, он чувствовал, что там могут быть силы, чтобы вырваться из тупика этой ситуации.

Дух надежды словно цеплялся за соломинку. И в действительности, это не было ошибкой.

Субару: При такой скорости――

Однако эта сила не была чем-то настолько удобным.

Это был железный молот, который беспрерывно и бесстрастно обрушивался на всех дерзких товарищей, приближавшихся к Сторожевой Башне Плеяд.

“ーー?”

Отчаянно распахнув глаза, поддерживая Беатрис и цепляясь за Патраш, Субару хмуро посмотрел на видневшуюся перед ним сторожевую башню.

Пот капал, и в тот момент, когда он смутно прищурился, Субару почувствовал слабое чувство дискомфорта.

Сердцевина башни, что-то там виднелось, как будто светилось.

Субару: Что……

"Что-то", что он не смог вернуться к последнему слову.

“ーーーー”

――Блеск пронесся по небу, и его цель неизменно приземлилась прямым попаданием в череп Субару.

В этот момент все, что было выше шеи Нацуки Субару, было сорвано атакой, и испарилось с той же бессознательностью.

“ーーーー”

Здесь не было никого, кто мог бы наблюдать и возвысить свой голос на трагической сцене одного мгновения.

По какой-то причине те, кто мог бы это заметить, и те, кто мог бы закричать на него, были полностью вырваны с корнем и ветвью.

Земляной Дракон, потерявший голову, рухнул.

Захваченная силой драконья повозка, опрокинулась на бок, и человеческие тела, которые действительно потеряли свои черепа, были раздроблены под давлением, превращены в куски мяса.

Только пруд крови лежал на песке, и высохший песок поглощал кровь, пролитую из тел.

Вскоре, постепенно, медленно, мелкие частицы песка тащили все и вся, гниющее на песчаном море, вниз к их животу и скрывали их.

Цветы крови, словно единственный образ их путешествия, завещали яркие краски.

Однако даже эти темно-красные цветы исчезли в вечно поглощающем песке.

――Здесь, группа приветствовала уничтожение.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Плачущий Голос

Перевод: imy

***

――Все, что было видно, - это блеск.

Он вспомнил, как поднял голову.

Он вспомнил, как видел башню впереди, белый блеск, и как прищурился из-за него.

Однако то, что лежало в его памяти, было только до этого момента. Дальше этого он ничего не помнил.

Ни боли, ни удара, ни ужаса он не почувствовал.

Для Нацуки Субару все это были незаменимые свиты в наступлении Смерти.

Но он не почувствовал ни боли, которая заставила бы его рыдать, ни удара, который разнес бы его тело на тысячи осколков, ни ужаса потерять все.

Эта Смерть, возможно, была гораздо более добросердечной, чем та, с которой Субару обычно был знаком.

Однако, у Субару, который умер, не было времени, чтобы подумать об этом, и он не мог просто вернуться к этому и погрузиться в это.

Как будто в мгновение ока, сразу после того, как он подумал, что его поле зрения заключено во тьму, потерянная Жизнь Нацуки Субару была воскрешена, извергнута, и снова брошена в реальность.

――Была брошена.

***

???: ――тц тц тц.

Субару: ――~хк.

На мгновение, чувствуя тяжесть мрака всеми своими чувствами, у него перехватило дыхание, и Субару открыл глаза.

Уловив шумный звук драконьей повозки, его сокращающиеся мышцы закричали от боли. Он чувствовал поводья, которые он сжимал так крепко, что ногти впивались в ладонь, и теплоту, настаивающую на существовании, Беатрис.

Субару: ……Ах?

В своем слабом поле зрения, он увидел затылок Беатрис с близкого расстояния.

Резкий сладкий аромат, скользнувший в его ноздри, снова отличался от того, какой он обычно чувствовал когда обнимал девочку. Запах Беатрис был похож на запах свежеприготовленных сладких кондитерских изделий, но то, что сейчас витало в воздухе, было, словно клейкая токсичность, самоуверенная сладость.

У него остались воспоминания об этой сладости. Это было естественно. Это было то, что совсем недавно он продолжал чувствовать до тошноты.

Скорее, даже если это было только на ограниченное количество времени, особенным было то, что это было прервано.

???: тц тц тц тц.

До затуманенного сознания Субару донесся ритмичный звук, словно щелканье языка.

Перед его глазами была застывшая Беатрис, а Патраш, затаив дыхание, следила за тем, что лежало перед ее носом: за драконьей повозкой, везущей Эмилию и Рем, и перед этой драконьей повозкой стоял отвратительный Магверь.

С тонкими корнями, протянувшимися по всему телу, свирепый, изголодавший по крови Магверь――это был Цветочный Медведь.

На мгновение, не в силах выразить это как дежавю, к Субару вернулось свежее ощущение реальности.

В этом чувстве не приходилось сомневаться. Это было Посмертное Возвращение.

Нацуки Субару, только что, испытав Смерть, вернулся в этот момент времени.

Субару: ――~хк.

――"Но, почему, из всего, я вернулся именно в этот момент!?"

Он проклинал не момент перехода Смерти, а то, насколько неблагоприятным было время, в которое он вернулся.

Привлекая интерес Магверя звуком щелчка ее языка, та, кто пыталась бесшумно снять его с передней части драконьей повозки, была Мейли. Однако этот план был едва ли успешным, и в конце концов он провалится.

Земляной Дракон, тащивший за собой драконью повозку―― Джиан, не выдержавший напора Магверя, был причиной провала.

“ーーーー”

Осознавав это, Субару мгновенно заколебался, принимая решение.

Состояние Джиана было незаметно с тыла. Юлиус, крепко сжимавший поводья, не смог бы заметить необычность Земляного Дракона. Там просто не было ничего особенного, на что он мог бы обратить свой взор.

Каждый в драконьей повозке молился об успехе Мейли с Цветочными Медведями.

Однако, к сожалению, это было――

Мейли: тц тц тц…… тц~.

В голосе Мейли послышалось легкое напряжение, и ее палец указал направо от драконьей повозки. Соблазненный этим движением, Цветочный Медведь медленно шагнул вперед в том направлении.

Атмосфера утешения возникла в драконьей повозке, и для Беатрис тоже. Однако, Джиан не смог устоять перед разрезанием нити напряжения.

Субару: Юли……

“ーーーー~хк!!”

Не будучи в состоянии сделать правильное решение, он был прерван ревом Джиана.

Как будто снова проходя через недавние события, Джиан топнул по земле, издав рев, и от этого вопля и грохота сознания Цветочных Медведей сразу же проснулись.

Еще больше обнажив свои налитые кровью глаза, Цветочные Медведи прыгнули, капая слюной. Голубовато-белое сияние пронзило эти черепа, и поток оставался неизменным, пока не взорвался.

Эмилия: Эль Хума!!

Эмилия, стоя на крыше драконьей повозки, подняла обе руки, словно трепеща на ветру, и создала в небе водоворот ледяных лезвий, движущихся, как в элегантном танце. Вращающиеся лезвия льда последовательно выстреливали, прицеливаясь над землей, как будто издавая мелодию, и ленивые Цветочные Медведи были поглощены смертоносным оружием льда, поднимая свои предсмертные вопли.

Субару: Б-бежимбежимбежимбежим―― ~хк!!

Натянув поводья и ускорив Патраш, драконья повозка так же тронулась, когда Субару повысил голос.

Он искоса взглянул на Рам, которая внезапно появилась, поменявшись местами с Юлиусом, и на Юлиуса, размахивающего своим рыцарским мечом, нанося удары мечом по приближающимся Цветочным Медведям, - вот, что он смог понять.

――В общем, то же самое.

Поплыв по течению, Субару сильно, очень сильно стиснул зубы.

То, что его сознание не могло догнать его из-за внезапного Посмертного Возвращения, не могло быть оправданием.

Убирая в сторону удар от того, что он умер, сердце Субару скрыло его сожаление.

Можно сказать, что с тех пор, как он узнал о Посмертном Возвращении, это был первый раз для Субару, когда он потратил его впустую.

Упуская из виду информацию, полученную через Посмертное Возвращение, в результате он просто направлялся к другой смерти. Однако, это был первый раз, когда он прослеживал ту же самую ситуацию, несмотря на возвращение, даже не принимая какой-либо трюк. Собственное недоумение Субару, не связанное с его намерениями―― пока он думал об этом, судьба была всё та же.

Беатрис: ――Субару! У нас сейчас нет времени на подобное!

Субару: ――~хк!

Субару опустил голову вниз с сожалением, крепко вцепившись в поводья, и Беатрис ударилась спиной о его грудь. Придя в себя от её лёгкого удара и голоса, он смог увидеть, как свирепые Магвери быстро приближались.

В то же время, схватив протянутую маленькую ладонь, заставив Беатрис встать на дракона, он начал контратаку.

Беатрис: Минья! Минья! Еще раз, Минья, я полагаю!

Через ладонь, бесцельная Мана внутри тела Субару была поглощена и превращена в силу для Беатрис. Материализованные кристаллы фиолетового цвета вонзались в тела Магверей, преграждавших им путь, и пока кристаллы разбивали эти тела, Патраш продолжала идти, твердо ступая на разбросанные осколки.

Мейли: Песчаный Червь, поднимайся!!

Услышав отчаянный крик Мейли, песок в уголке его зрения взметнулся вверх.

Появляясь из под пустыни, покрытой Цветными Медведями, Песчаный Червь бросил в свои огромные челюсти несколько Магверей, и, достав свое огромное тело, достаточно большое, что нужно было поднять голову, чтобы увидеть его полностью, принялся давить своих врагов.

Это была вторая великая решающая битва монстров, но Субару понимал, насколько ситуация была невыгодна.

Рам: ――Барусу! Беги, пока не умрешь! Если ты не хочешь умереть!

На Субару, который чувствовал сильное беспокойство, крикнул, казалось бы, укоряющий голос.

Держала поводья и управляла взволнованным Джианом Рам. Она управляла драконьей повозкой, полностью контролируя её, управляя поводьями не хуже, чем Рем, но в таком темпе это было неважно.

Субару: Не будет ничего хорошего, если ты будешь продолжать ехать прямо с такой скоростью! Рам, меняй направление!

Рам: ――~хк! Что ты хочешь этим сказать? Сторожевая башня находится прямо перед нами, все окрестности - это территории Магверей!

Субару: Это правда, но все же, ничего хорошего из этого не выйдет!

Патраш опустила голову и пронзила насквозь туловище Цветочного Медведя, стоявшего впереди. Держа корчащегося Магверя прямо перед своим носом, черный как смоль Земляной Дракон бешено мчался вперед, используя тело Магверя в качестве щита. Непрерывные удары разорвали тело Магверя, и его танцующие опавшие лепестки и свежая кровь пропитали песчаное море.

Рам: Барусу, что ты заметил! Скажи это ясно!

Субару: Не было бы никаких проблем, если бы я мог ясно объяснить! Во всяком случае, меняем курс!

На слова Рам, в которых звучало раздражение, все, что Субару мог сделать, это яростно заорать в ответ. Он и сам понимал, что это ужасно нелепый ответ, но других мер у него не было.

В конце концов, нынешний Субару не знал о причине его смерти.

Его Посмертное Возвращение было бесспорным, и все же, он не мог вспомнить причину своей смерти.

Заметив это, что касается Посмертного Возвращения, на этот раз оно было близко к тому, что он чувствовал, когда впервые встретил Смерть в особняке Розваля.

С точки зрения подтверждения причины смерти и устранения этой проблемы.

Субару: Времени для этого сейчас нет!!

Попав в плен к Магверям, он мог пасть жертвой этих ударов. Или же, случайно упав с Патраш, он, к несчастью, мог сломать себе шею. Это была мысль действительно, действительно трудная, но, возможно, он сломался из-за того, что Беатрис чрезмерно использовала его Ману, это тоже не было невозможно.

Субару: Как бы то ни было, до сих пор воспоминания не прекращались так внезапно.

Даже если его кишки были расколоты, даже если его превратили в лед, даже если его голова была раздавлена моргенштерном, даже если все его тело было жадно сожрано кроликами, даже если он был съеден, запутавшись в абсурдном Полномочии, Субару действительно Посмертно Вернулся.

И независимо от того, какова могла быть причина смерти, устраняя и побеждая то, что произошло прямо перед его собственной Смертью, которая ставила его в тупик, использовалось как метод против этого.

Однако этой хрупкой нити судьбы на этот раз нигде не было видно.

И времени на поиски этой тонкой нити у Субару и остальных не было.

――Это была просто худшая ловушка Посмертного Возвращения.

В сценарии, где он, возможно, скончался бы тем же самым методом, это был бы совершенно неуклюжий рестарт.

Перед тем, как это случилось――

Субару: Уходим отсюда! Что бы вы ни делали, не приближайтесь к башне!

Рам: Опять, почему ты……

Субару: Башня будет сиять! Вероятно, этот свет опасен!

Рам: Ха~х――!?

В ситуации, когда они были загнаны в угол, даже у Рам не было времени покрыть свои острые слова ядом. Столкнувшись с голосом, обладающим откровенным отрицающим тоном, Субару натянул поводья и передал это Патраш.

Не идти прямо вперед, но, во всяком случае, отклониться от цели.

Субару: Башня может быть видна, прямо перед нами, но……!

В самый разгар наступления Цветочных Медведей в большом количестве в песчаном море, сторожевая башня прямо перед их глазами явно приближалась. Однако то, что ожидало их, если они действительно приблизятся к ней, было только ожогом прошлого.

Чтобы этого не случилось, Субару должен был выбрать――

Субару: Бежим назад! Лучше еще раз пройдем через Песочное Время! Давайте вернемся к прошлым песчаным дюням!

Рам: Что за чушь ты……

Эмилия: Рам! Делай, как говорит Субару!

Думая, что он сошел с ума, Рам подняла голос с отрицанием, но Эмилия её остановила. Пока она стреляла в Магверей бесчисленными ледяными осколками, она кивнула Субару.

Эмилия: Потому что невозможно, чтобы Субару сказал что-то странное, не подумав об этом!

Рам: Барусу обычно живет тем, что несёт бездумные слова и чепуху.

Эмилия: Потому что невозможно, чтобы Субару сказал что-то странное, не подумав об этом в опасной ситуации!

Субару: Спасибо тебе за то, что ты исправила их!!

Должен ли он жаловаться, что с ним обращаются как с молодым волком в овечьей шкуре, или радоваться, что на него можно положиться в трудную минуту.

Оставив самоанализ и тщеславие на потом, Патраш, двигаясь в соответствии с намерениями Субару, уперлась ногами в песчаную почву и внезапно обернулась. Ее хвост рассек воздух, коснулся живота Магверя, и, ударив ногой одного из Цветочных Медведей, она побежала назад.

Рам: ――~хк! Вы двое! Сверху и сбоку! Убедитесь, что вы не упадете!!

Увидев их внезапный поворот, Рам тоже заставила Джиана повернуться, умело управившись с поводьями. Естественно, драконья повозка, вынужденная в этот момент поглощать центробежную силу, сильно наклонилась и повернулась вбок, но――

Юлиус: Эмилия-сама! Опора!

Эмилия: А? Ах, вот как! Да!

Яростно вонзив меч в повозку и поддерживая себя, Юлиус привлек внимание Эмилии к наклоняющейся драконьей повозке. Эмилия округлила глаза при этих словах, и магическая сила мгновенно направилась прямо под драконью повозку. Как будто помогая колесу, которое накренилось из-за наклона, родился ледяной склон, и драконья повозка, словно нарисовав полукруг, рванулась, уклонившись от опрокидывания набок.

Кроме того, в том же темпе, не убивая силы, начался рывок назад Патраш.

――Сразу после.

Субару: Что…… ~хк!?

Мгновение, последовавшее за началом рывка назад, отозвалось металлическим визгом, словно резанувшим по ушам.

Субару бездумно пожал плечами, и с тыла началась внезапная буря.

Субару: То, что сейчас было…… а, эйэйэйэй!

Беатрис: Что, я полагаю…… ха!?

Почувствовав, что загадка возникает позади, Субару и Беатрис, обернувшись одновременно, выразили удивление.

Эмилия и Юлиус, стоявшие на крыше драконьей повозки, мчавшейся прямо за ними, тоже широко раскрыли глаза.

Мейли: Песчаный Червь, -чан…… ~хк.

Наклонившись вперед на водительском сиденье, с дрожью в горле от удивления, стояла Мейли.

Перед ее глазами, форма, стоящая позади драконьей повозки, как будто скрывая её, была огромного Песчаного Червя, подбрасываемого вверх. Он был длинной более десяти метров, и такой толщины, что два человека не смогут обхватить его руками. Высунув голову над землей, фигура, повелевающая своей добычей, казалась правителем песчаного моря.

Тело этого Песчаного Червя, получившего прямое попадание этого чего-то, разлетелось на куски.

Его скользкая кожа претерпела тысячу проколов, а толстое тело огромной длины было великолепно разделено надвое. Тело, потерявшее голову, повалилось набок, а голова, потеряв опору, медленно-медленно, устремилась к ним, капая――

Субару: Отойди в сторону, Уклонись!!

Падающая голова Песчаного Червя была достаточно тяжёлой, чтобы раздавить драконью повозку.

С предсмертной агонией Магверей, раздавленных под давлением тела, которое только что упало позади, Субару и Рам передали инструкции земляным драконам, властно свернули свои маршруты и избежали прямого попадания Песчаного Червя.

“ーーーー~хк.”

Подняв пронзительный плачущий голос, голова Песчаного Червя с огромной силой упала в песчаное море.

Песок взметнулся вверх, кости Цветочных Медведей, раненных при побеге, рассыпались на куски и упали, а их конечности, подхваченные ударом, были оторваны. В том же темпе голова Песчаного Червя отскочила, одновременно запутываясь в неизбежном будущем Магверей, кувыркалась, и, наконец, пострадав от бесчисленных порезов, быстро превратилась в куски плоти.

Субару: Опасно-опасно-опасно!

Беатрис: Субару, это была ошибка!

Он почувствовал облегчение, избежав опасного момента, но Беатрис мгновенно отвергла это облегчение.

Глядя на маленькую девочку у его груди, недоумевая, что случилось, она с тревогой убрала упавшие, трепещущие лепестки, и огляделась,

Беатрис: Судя по тому, что только что было, драконья повозка на другой стороне, я полагаю! Здесь только Бетти и ты!

Субару: Что ты сказала!?

Проследив за ее взглядом в панике, Субару подтвердил отсутствие фигуры драконьей повозки в окрестностях.

Было только отдаленное сияние голубовато-белой маны и рев Магверей, кроме того, обнаружив место, слегка открытое песчаному шторму, он смог понять взглядом через огромное расстояние, какую тяжелую борьбу ведут Эмилия и их новая слуга, Мейли.

Однако, даже если они попытаются встретиться с другой стороной, пространство между ними было переполнено бесчисленным количеством Магверей. А для Субару и остальных, с уменьшением количества ходов, не было никаких признаков того, что яростная атака Магверей была ослаблена.

Субару: Только половина военного потенциала! Их количество удвоилось!

Беатрис: По сравнению с тем, что было раньше, их число увеличилось в четыре раза, я полагаю!

Размахивая когтями, перед лицом атакующих Цветочных Медведей, острие кнута издало рев.

Поразительный удар, к счастью, раздробил глаза Магверю, и, прорвавшись сквозь трепещущего от сильной боли Медведя, Патраш бросилась еще раз. Однако это направление отличалось от направления драконьей повозки.

Субару: Патраш! Не этот путь……

Беатрис: Это собственное суждение этого Земляного Дракона - остаться в живых. Лучше, чем Субару или Бетти, было бы оставить это её инстинктам, я полагаю!

Прервав крик Субару, Беатрис пнула и с помощью магии разогнала стоящих у них на пути Магверей. Патраш отмечала точки, где проходила плотная осада, и прорывалась сквозь них, рискуя собственной жизнью ради защиты этих двоих на своей спине.

Субару: Черт! Опять это…… опять это! Что я делаю!

Размахивая хлыстом, он бил по мордам Магверей, пытавшихся подобраться поближе. Однако с этим он не смог бы остановить силу Магверя, имевшего выражение утратившего рассудок.

Сила, которая была у Субару, даже с любым из них, была бы даже отдаленно недостижима. Всякое коварство, было бы раздавлено под напором подавляющей силы.

Делая то, что он мог сделать, увеличив все, что у него было, стало немного легче, вот что он думал, и все же.

Простой поверхностный ум Нацуки Субару, судьба собиралась только посмеяться с этого, растоптав и раздавив это.

Субару: Я как-то лучше справлялся во времена того дерьмового ублюдка Регулуса……!

Беатрис: Нет времени для таких глубоких размышлений! Есть ли какие-либо способы……

Субару: Беако, Мурак на Патраш! Облегчь ее вес, тогда мы сможем пересечь рой!

Беатрис: ーー! Мурак!

Приняв указания Субару, Беатрис использовала Мурак на Патраш―― магия, которая ослабляла действие гравитации, и скорость, с которой они бежали, еще больше ускорилась. Шагая и мчась вперед, расстояние удваивалось, и прыгающая Патраш использовала Магверей как место, чтобы встать, и попыталась уйти с извивающегося цветочного луга.

Ноーー,

Субару: Све――!?

В непосредственной близости от его глаз появилось белое пятно, и в тот момент, когда он вывернул свой голос наизнанку, "Это" пронеслось по небу.

Белый свет над землей прошел насквозь, и песчаное море было сдуто ужасающей силой. Столкнувшись с молниеносной вспышкой, тела Магверей были разорваны на части, извергая кровь, пока они прыгали, прыгали, прыгали.

И это последствие обрушилось также на Патраш, Давление ветра "Этого" приблизилось к Земляному Дракону, и легко её перевернула.

Субару: Беатрис! Держись крепче!!

Беатрис: Субару тоже, убедись, что ты крепко меня обнимамаешь, я полагаю!!

Патраш: “ーーーー~хк!”

Патраш заржала, а Субару обнял и прижался к телу Беатрис.

Вращаясь в воздухе, Патраш прыгала над головами Цветочных Медведей. Как будто преследуя Патраш, свет непрерывно лил, не переставая.

Песок был разорван, Магвери, которые были втянуты в него и должны были принять его, были разорваны, и появляющияся и быстро исчезающияся Патраш подняла эхо бедствия.

Субару: О~а~а~а~а~а~х――!?

В разгар атаки, Благословление Уклонения от Ветра потерпело неудачу , и Субару полностью ощутил этот удар.

Ухватившись за поводья и Беатрис, он крепко уперся обеими ногами в седло Патраш, но, растертый силой, из-за того, что его тело то тут, то там сильно ударило, он едва успел прийти в себя.

Однако, несмотря даже на это состояние, погоня когтей Цветочных Медведей продолжалась.

Проглоченный ужасной атакой, он сильно барахтался, но не упал. Теперь, если он упадет, его уже не спасти. То, что едва связывало его жизнь, было именно потому, что он не сдавался.

Субару: Но при такой скорости……

Беатрис: Не хорошо…… ~хк!

Субару: ――Патраш!?

От поразительно сильного удара Патраш с мучительным ревом откинула назад свой длинный хвост.

Глядя на неё, Патраш, которая легко переворачивалась под действием Мурака, открылась когтям Цветочных Медведей и была порезана. Со шрамами от когтей, врезавшимися в угольно-черную чешую, на которую больно было даже смотреть, из пасти глубокой раны потекла и полилась свежая кровь.

Субару: ――~хк, кх, ах!?

Падая с той же скоростью из-за этой силы, Патраш внезапно упала на песок. В то же время Субару и Беатрис бросило на песчаную почву и оставило на кормежку Цветочных Медведей, толпившихся вокруг.

Покачав головой, он поднялся. Продолжая держать Беатрис за руку. Она отряхнула подол платья, встала и быстро огляделась по сторонам без малейшей небрежности. Однако, их преимущество было неоспоримо.

Субару: Вы ублюдки! Не смейте и пальцем тронуть Патраш!

Беатриче: Минья!

Раненая Патраш застонала в агонии, когда магия пронзила Магверей, хлынувших к ней. Субару дернул Беатрис за руку, подбежал к Патраш, и, опустившись на колени, коснулся раны.

Когти не добрались до ее внутренностей, но, если она заставит себя двигаться, кишки могут выплеснуться наружу. Она не могла позволить себе давить на себя. Ему также нужно было время, чтобы исцелить её.

Субару: Беатрис! Шамак! Обмани восприимчивость Магверей вокруг!

Беатрис: Сейчас!? Даже если это будет сделано, это ничего не даст, кроме как немного времени! Вдобавок ко всему……

Субару: Это время нужно сейчас! Скорее!

Согнувшись с налитыми кровью глазами, Магвери ждали, когда появится брешь, чтобы наброситься.

Справиться с ними было бы невозможно, если бы они атаковали со всех сторон. Магвери в конце концов нападут, и то, когда это начнется, зависело от их терпения. Этого, пожалуй, нельзя было ждать.

Беатрис: ――~хк! Эль Шамак!

Беатрис соединила обе руки вместе, и что-то полностью выпало из Субару.

Оно покатилось к водовороту в руке девочки рядом, становясь тихой силой, оно пронеслось через песчаное море, и вместе с Субару и остальными в центре, десятки метров в радиусе, были окутаны черным туманом.

С основанием Магии Тьмы, это был призыв Шамака.

Производя диссонанс в восприятии, Шамак остановил Цветочных Медведей. Концепция исчезла за пределами понимания, и даже инстинкт погони за добычей забылся.

Конечно, это не произвело никакого эффекта на Субару и других, кто его исполнил. Однако это продолжится недолго.

Беатрис: Если те, кто находятся за рамками эффективности, попадут внутрь, в конечном итоге, это будет напрасно, я полагаю. А до этого, беги вместе с этим Земляным Драконом!

Субару: Я знаю! Эффект Мурака все еще действует, верно? Если это так, то я буду нести Патраш на своих плечах, во всяком случае, непрерывно стрелять Шамаком и соединяться с драконьей повозкой на другой стороне - вот что мы должны――

Выходя из игорного зала, решив расставить приоритеты, он протянул руки к Патраш.

Обычно её крупное тело весило несколько сотен килограмм, но в промежутке, когда оно облегчалось Мураком Беатрис, это тело, весило как перышко―― это было бы преувеличением, но все же, оно стало легче. Не настолько, что можно было бы взвалить её на плечи и побежать.

Ее желтые глаза пристально смотрели на Субару. Эмоции, мелькающие в этих глазах, были сложными, и красноречивыми настолько, что никто никогда не смог бы представить, что это было выражение Земляного Дракона.

Эти глаза говорили им. ――"Пожалуйста, уходите."

Беатрис: ――Субару!

Сразу же после того, как его глаза были поглощены блеском в глазах Патраш, Беатрис резко повысила голос.

Она, бросившись вперед, нацелилась на ладонь Субару, нахлынувшая магическая сила приняла форму щита, и прямо рядом с Субару появилась фиолетовая магическая стена―― и, она приняла вспыхнувший белый блеск.

Субару: Гхо~ах!?

Раздался резкий звук, словно обмен ударами стали, и тело Субару, получив удар, отлетело назад. Кувыркаясь и падая с вытянутыми конечностями поверх песка, яростно кашляющий Субару заметил это после попытки поднять свое тело.

Из его правого бока, пострадавшего от удара, капала кровь, и его правая нога сильно промокла.

Субару: Что я, получил……?

Схватившись за залитый кровью бок, Субару рефлекторно выдохнул, опустив одно из колен вниз.

В этот момент, удар, поразивший его внутренние органы, вызвал рвоту, и желудочный сок и кровь непрерывно хлынули из края его рта.

Воздух выходил из его растрескавшегося живота, и тупой звук, похожий на пердение, вытек вместе с пенящейся кровью.

Субару: Ах, хф……

Беатрис: ――Бару! Субару!

Когда он хрипло выдохнул, его поле зрения наклонилось вправо.

Опрокинувшись на бок, он понял, что потерял способность двигаться. Он понял, но больше ничего не мог сказать. Рана на его боку нагрелась, и там лежала боль, как будто его тело таяло.

В отчаянии он услышал голос, взывающий к нему.

Беатрис: Субару! Субару, не надо я полагаю! Смерть - это… не надо, не умирай, не умирай…… не оставляй Бетти одну…… ~хк! Хва~тит…… ~хк.

Его трясли за плечо. Слышав плачущий голос, он хотел протянуть руку, но не мог пошевелиться.

Его мозговые ткани горели, он не мог вспомнить маленькую девочку, стоявшую перед его глазами.

Прелестное лицо, но оно плакало, она не должна была плакать, вот что он подумал.

“ーーーー”

По другую сторону от него лежала большая, очень большая ящерица.

Черная, это была ящерица с красивой внешностью. В этом теле, что-то белое, длинное и узкое, неведомое, неизвестного происхождения, пробилось сквозь, и она явно была мертва.

Возможно, он сам получил то же самое, вот что он подумал.

???: Не оставляй Бетти, пожал…… ~хк!

Всхлипывая, девочка отчаянно обнимала тело Субару.

Для такой миниатюрной фигуры, тело Субару, потерявшего силу, было бы слишком тяжелым.

Слезы текли по ее щекам. Ему хотелось хотя бы вытереть эти слезы.

Он искал ту часть тела, которая еще была подвижна, но он ничего не нашел. Вот почему он вытащил что-то подвижное из другого места, а не из своего тела.

Субару: ――~хк.

???: Субару?

Невидимая для глаз Рука, которую мог видеть только он сам, вытерла слезы на ее щеках.

Черные пальцы убрали ее слезы, а девочка смотрела на него с таким выражением, словно что-то заметила. Сил улыбнуться и успокоить ее у него не было.

???: Суба――

На мгновение девочка попыталась что-то сказать.

Однако это было прервано белой вспышкой, что летела позади неё издалека.

“ーーーー"

Вторая атака пронзила грудь Субару.

Медленно повернув свой взгляд в ту сторону, она пробила спину молодой девочки, более того, пронзив грудь Субару, она вышла сзади.

???: Ах.

Оставив позади мрачный вздох, фигура маленькой девочки, обнимающей Субару, исчезла.

Как будто она не принадлежала к этому царству, фигура маленькой девочки стала невидимой.

Потеряв опору, Субару рухнул на месте. Он не мог пошевелиться. У него не было причин двигаться.

Субару: Кх, ох.

Его слабо шевелящиеся пальцы царапали песок, вот и все.

Потеряв заклинателя, черный туман, окутывавший окрестности и пространство, рассеялся ветром.

Освобождаясь от магии, которая обманывала восприятие, все, что осталось, было только трупом Земляного Дракона и маленьким мальчиком на грани смерти. Стая ленивых Магверей чавкая языками приближалась к этой добыче.

“ーーーー”

У него перехватило дыхание, взгляд затуманился.

Чрезмерная кровопотеря - совсем не то, что он чувствовал. Что-то, что казалось роковым, обрушилось на него.

Он ничего не мог понять.

В непосредственной близости от него, он слышал рев Цветочных Медведей, с заостренными когтями прямо над головой.

Эти когти опустились вниз, и его череп был раздавлен.

Или, наоборот, теперь, на краю его поля зрения, которое было на грани исчезновения, "То", что слабо блестело, было виновато.

Несмотря на то, что он не знал, что из этого было причиной, жизнь Нацуки Субару подошла к концу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12. Крещение Сторожевой Башни

Перевод: imy

***

В мгновение, пульсирующая и жгучая боль исчезла, и Нацуки Субару вернулся.

"―――"

Ему хотелось похвалить себя за то, что он не закричал при виде этой сцены.

После второго "Посмертного Возвращения", Субару снова вернулся в цветочный луг, окруженный зверями; Подумав об этом, он в панике закрыл рот руками.

"Тц тц тц тц"

В месте, где преобладал сильный аромат цветов, было слышно, как Мейли щёлкала языком.

Крадя внимание Цветочного Медведя, стоящего перед драконьей повозкой, она молча трясла пальцами и издавала эти звуки. Затаив дыхание, все смотрели на это.

Всего несколько минут назад он наблюдал эту же сцену, это был уже второй раз, когда его вернули в это время.

"――Ты издеваешься?"

Разум Субару начал дико вращаться, пытаясь получить картину событий, которые с ним произошли.

Ему нужно было немедленно переключить свое внимание. Он должен был забыть, что всего мгновение назад, бесчисленное количество Магверей гналось за ними, что закончилось кровью. Но прежде чем это произойдет, он должен разобраться с тем, что было перед ним.

Проблема перед ним, прямо перед его глазами.

Он слышал что-то похожее на зов котенка. Но реальная ситуация была совершенно иной, но этой мысли мешал запах цветов.

Вонючий, сладкий, шумный, раздражающий, зудящий, болезненный, горячий - какое слово подходило для его описания?

"...?"

Чем больше он думал об этом, тем больше это напрягало его мозг, но никаких конкретных решений в его голову не приходило.

Его мозг не мог уследить за несоответствием между текущей ситуацией и ситуацией, которую он переживал до сих пор. Субару отчаянно пытался приспособиться к "сейчас". Он почувствовал легкий толчок в грудь.

"―――"

Глядя вниз, он увидел маленькое тело Беатрис, прислонившееся к его груди.

Когда Субару полностью прижал ее к своей груди, она слегка подняла глаза, чтобы показать, что он должен был схватить поводья, а не её. Возможно, он обнял ее из-за шока после "Посмертного Возвращения".

――Он вспомнил последнюю "смерть", вспомнил плачущее лицо Беатрис и её слезы.

"―Хгх"

…Верно.

Это был уже третий раз, когда Субару видел эту ситуацию.

Он умер здесь дважды. В первый раз он понятия не имел, как умер, но во второй раз он до некоторой степени мог себе представить это. Но его страдания в момент смерти не были ясны.

Ощущения, будто его внутренние органы расплавлялись - такое чувство.

――Нет, это не должно быть сейчас важно. Сейчас было важно…

"Тц тц тц… ~тц"

Как раз в тот момент, когда мысли Субару догнали его вторую "смерть", Мейли успешно привлекла внимание Цветочного Медведя. Следуя за щелканьем ее языка и движением пальцев, Магверь медленно отвел свой взгляд от драконьей повозки и направился право.

Не будет никаких проблем после того, как Цветочный Медведь уйдет. Однако Субару знал, что это не так.

"――――"

Прямо рядом с уходящим Цветочным Медведем стоял земляной дракон――дыхание Джиана было диким.

Давление от близкого столкновения с Магверем и давление от запаха цветов, который продолжал яростно распространяться - два вида давления мучали спокойствие земляного дракона, которые он бы в итоге не выдержал.

Если земляной дракон издаст шум, рой взволнованных Магверей сразу же накинется на них. Если это случится, то это не приведет ни к чему, кроме как повторению двух предыдущих "смертей”.

"――――"

Однако никто не мог заметить волнения Джиана, кроме Субару.

Даже Юлиус, который держал поводья, тоже невольно отвлекся от земляного дракона, сосредоточившись на монстрах перед ними. Поэтому Субару был единственным, кто мог справиться с этим.

Но как с этим справиться?

Он не мог говорить. Быстро подойти и прикоснуться к нему так же было невозможно.

Было невероятно рискованно кричать Юлиусу. Если прямо сейчас он не сможет принять решение, то потом уже будет слишком поздно. Что же он должен сделать――?

"――――"

Затем, в последние секунды, Субару закрыл глаза.

Если он ничего не сможет придумать за эти секунды, он решил крикнуть Юлиусу. Сосредоточившись на своих мыслях, он вспомнил две последние "смерти": нападение Магверей и свет Сторожевой Башни…

В момент второй "смерти", он вспомнил, что его держала Беатрис, которая плакала и говорила: "Не оставляй меня одну."

Субару: Беако, я люблю тебя.

Беатрис: ...?

Он обнял ее маленькое тело сзади и прошептал эти слова ей на ухо. Беатрис удивилась внезапному проявлению любви, но рука, зажавшая ей рот, не позволила ей закричать.

Следом, Субару протянул свою "руку" к Джиану.

"Рука", которая нежно вытирала слезы Беатрис перед его "смертью".

――Незримая длань.

Хотя, поскольку его рот был слишком занят признанием в любви шепотом, название этой техники, к сожалению, повторилось только в его сердце.

Именно тогда, в центре тела Субару―― другие ощущения, чем когда Беатрис высасывала из него ману――что-то темное призвалось, вызывая беззвучный крик.

Призванная в этот мир невысказанным криком, Невидимая Рука Лени вышла вперед, чтобы помочь Нацуки Субару в достижении его целей.

"――――"

Черная рука, которая была создана, медленно проявилась в этом мире из груди Субару. Конечно, её существование не могло быть замечено никем, кроме Субару. Пока он обнимал Беатрис, "Невидимая Рука" просто прошла сквозь нее, и казалось, что она не сделала никакого непреднамеренного контакта.

Восхищаясь этим фактом, он чувствовал, что с каждой секундой что-то в нем уходило. Была ли это его душа или рассудок, Субару не знал. Тем не менее, он не мог тратить время впустую.

Черная рука потянулась к шее Джиана, который, казалось, вот-вот заревет. Ладонь медленно погладила его толстую шею, покрытую толстой чешуей.

Большой земляной дракон задрожал от чьего-то прикосновения, но каким-то образом его инстинкты, вероятно, почувствовали, что в этом прикосновении не было враждебности. Земляной дракон успокоил свое тяжёлое дыхание и немного расслабился.

Юлиус: ――Ха?

Затем, заметив реакцию Джиана, Юлиус натянул поводья и успокоил земляного дракона. Как и ожидалось от Юлиуса, он умело обращался с земляным драконом, заметив его волнение, которое в противном случае могло бы быть разрушительным.

Увидев это, Субару тут же оборвал связь с "Невидимой Рукой". Когда черная ладонь лишилась свободы, она мгновенно рассеилась и исчезла в сухом ветре песчаного моря, как будто её никогда и не существовало.

"Ах…фух"

Увернувшись от пули, Субару облегченно выдохнул.

В то же время он почувствовал, как нечто темное и черное застряло у него в груди, и его затошнило. Конечно, все не так просто. Это чувство потери - цена, которую он заплатил за использование Незримой Длани, и она останется запечатленной в душе.

Таким образом, Субару подумал о чувстве потери, раздирающем его грудь.

Незримая Длань: цена использования "Невидимой Руки", чувство потери и одышка из-за ее влияния, были явно "легче", чем раньше.

Первый раз Субару использовал Незримую Длань, когда сражался с Гарфиэлем в Святилище.

В то время, Субару, который лихорадочно высвободил свою силу, был атакован этим чувством потери и опьянения, которые заставили половину его тела чувствовать себя неустойчивым.

Это вызвало у него чувство отвращения при мысли о противнике, который использовал ту же самую силу до Субару, и это не было оправданием, что инцидент произошел после того, как он не смог победить Гарфиэля.

Это была странная способность―― скорее, Полномочие, которое бесконечно интриговало Субару опасностями его использования, а также обстоятельствами, которые сделали его доступным для него. Поэтому, до сих пор ему и в голову не приходило активно использовать эту силу.

"Незримая Длань" Субару не обладает такой силой и гибкостью, как оригинальные "Невидимые Руки" того безумца. В лучшем случае, вытирать слезы или гладить по голове - это все, на что он способен.

Цена слишком высока, если он должен платить своей душой, но он подумал, что единственный способ - пойти навстречу.

Субару: Не то чтобы я к этому привык…

Потрясенный чувством потери и отвращения, Субару чувствовал больше тревоги, чем облегчения.

Всегда хорошо иметь больше карт в руках, вот о чем подумал Субару. Но это не значит, что обладание несколькими беспарными джокерами в “Старой Деве" принесет вам какую-то пользу.

Хотя, конечно, это послужило бы лучшей комбинацией карт в других играх.

Субару: ухух.

Беатрис: …что ты сейчас делал, я полагаю?

Субару: Ох? Что…?

Как только Субару испустил небольшой визг среди своих тревог, внезапно послышался ворчливый голос.

Это было похоже на то, как если бы вы открыли глаза, чтобы увидеть, что происходит, и вы бы увидели перед собой лицо, и ваши глаза встретились бы с глазами Беатрис.

И эта Беатрис выглядела довольно необычно.

Субару: Беако, что случилось с твоей головой и платьем?

Беатрис: …Это результат того, что Субару все время приклеивается к волосам и одежде Бетти. Интересно, почему я должна терпеть такое унижение!

Субару: А? Я?

Перед Субару, который неуклюже наклонил голову, разъяренная Беатрис пыталась скрыть гнев в своем голосе.

Ее великолепные волосы были перемешаны, а тонкое платье и белый плащ, защищавший платье от песчаного ветра, были расположены эксцентрично и шли впереди моды. Это современный образец, о котором никто никогда не думал.

Беатрис: …Твое отсутствие самосознания раздражает! Ты очень волновался, я полагаю, но потом это продолжалось и продолжалось…Довольно! …Ты хоть помнишь, как говорил эти слова любви?

Субару: Нет, я помню. Беако, моя любовь истинна.

Беатрис: Хпф!

На эти откровенные слова, раскрасневшаяся Беатрис полностью накрыла голову плащом.

Ему очень хотелось полюбоваться этой незнакомой милой внешностью, но сейчас он не может играть с Беатрис.

В результате невероятных усилий Субару, Джиан не поднял шум и продолжил марш драконьей повозки с помощью способностей Мейли. Тем не менее, Субару прошел через брешь, открывшуюся между Цветочными Медведями, и приблизил Патраш к повозке.

Субару: Юлиус, Мейли. Давайте сделаем временное отступление ― дела плохи.

Именно из-за двух "смертей" он предложил переработать их стратегию.

***

Мейли: Я разочарована в тебе, Братец. Было только немного напряженно, я не хотела уходить так скоро.

Рам: В конце концов, Барусу - это все еще Барусу. Я думала, что после того, как он стал рыцарем Эмилии-сама, он станет немного лучше. Но я думаю, что характер человека так просто не меняется. Вытащили слишком рано.

Субару: Нет ничего плохого в том, чтобы просто усилить меры безопасности!

После того, как они каким-то образом сбежали из цветочного луга и вернулись к месту встречи, которое они установили после прорыва через "Песчаное Время", Субару подвергся строгой критике за то, что принял решение уйти.

Во-первых, это была Мейли, которая успешно приручила Цветочных Медведей и открыла путь к башне, а во-вторых, Рам, которая стояла у окна драконьей повозки, готовая к любой чрезвычайной ситуации.

Субару, который остановил драконью повозку и попросил встретиться лицом к лицу на песке, съежился, когда его загнали в угол, из-за того, что он остановил их продвижение только по своему собственному мнению.

Эмилия: Но я не думаю, что суждение Субару было неправильным. Даже если мы забрались очень далеко через цветочный луг, я думаю, что это все та же ситуация, что и некоторое время назад. Если бы мы это сделали, ты бы не смогла выбраться, как сейчас.

Мейли: Старшая сестра сомневается в моих способностях? Ты веришь Братцу больше, чем мне?

Эмилия: Мы зашли так далеко. Я верю в вас обоих. Но, по-моему, мне особенно хочется верить тому, что говорит Субару. Прости.

Субару: E・M・M…*

(Emilia-tan Maji Megami, Эмилия-тан Настоящая Богиня)

Она - Эмилия・Главная・Богиня, которая борется против ребяческих возражений Мейли и вкладывала в это свое сердце. Субару сложил руки вместе, а рядом с ним Беатрис поправляла свою спутанную одежду и волосы.

Беатрис: Так что же ты все-таки собираешься делать? Если ты не доверяешь ей, то, слишком безрассудно проходить через этот цветочный луг, я полагаю……даже если бы мне пришлось, я бы не смогла уничтожить их всех, но это не важно.

Эмилия: Если бы только Пак был здесь, что ж… Наверное, я буду стараться изо всех сил?

Субару: Я действительно хочу, чтобы это было последнее средство. И даже если ты полностью уничтожишь Цветочных Медведей здесь, я чувствую, что другие монстры заполнят пробелы, и это станет бесконечной петлей. Что скажешь, Мейли?

Мейли, стоявшая рядом, надула губы и повернулась.

Девочка присела на корточки, положив подбородок на колени, как маленький ребенок и сказала:

Мейли: Что~о~о такое?

Субару: Из того, что мы слышали, это необычно, что цветочный луг территория только Цветочных Медведей. Грубо говоря, даже если медведей поблизости нет, их место займут другие Магвери.

Мейли: ……Это может быть правильно, а может и нет.

Субару: Так что же?

Мэйли: Угу, то, что сказал Братец, верно. Но что ты собираешься делать?

Подтверждая точку зрения Субару, Мейли задала ему ответный вопрос.

Получив ее недовольный взгляд, Субару нахмурился, а Юлиус пожал плечами.

Юлиус: Я понимаю точку зрения Мисс Мейли. Опасения Субару оправданны, но ничего не добьешься, просто переживая из-за неожиданных ситуаций. Если бы мы могли предсказать, что произойдет, и справиться с этим, мы бы не назвали это "неожиданным".

Субару: Даже если так, просто оставить все это в руках Благословения и ворваться без раздумий - это совсем другая история. Или, может быть, я должен сказать, что это предложение было бы очень не похоже на тебя. Это больше похоже на Гарфиэля.

Юлиус: Естественно, я бы никогда не предложил такого безрассудства. Мы должны решить, что делать после конструктивного обсуждения. Независимо от того, продолжим ли мы путь или вернемся.

Как и перед тем, как войти в цветочный луг, Юлиус сказал это, подняв два пальца.

Когда Субару фыркнул в ответ на этот жест, все начали обдумывать ситуацию.

Рам: Что, если Барусу будет действовать как приманка, чтобы выманить Магверей? Затем, пока они гонятся за ним, мы найдём брешь, через которую сможем прорваться.

Субару: Мы остаемся вместе!

Рам: Рам и остальные будут в безопасности, и мы сможем отправиться лечить Рем. Это хорошая идея.

Субару: Меня сожрут!

Эмилия: Тем не менее, я буду работать очень усердно, чтобы бороться за всех и все такое……

Субару: Эмилия-тан, это неожиданно пустоголовая реакция.

Эмилия: Пусто… головая… хах, что ты вдруг говоришь? Это неловко.

Субару: Это неожиданно для меня! Это не соответствует безоговорочно лучшей Эмилии-тан?

Юлиус: Предоставь это Благословлению мисс Мейли, и мы будем продвигаться через цветочный луг до тех пор, пока не сможем…… Когда мы достигнем предела, мы начнем упреждающую атаку и устремимся к сторожевой башне. Это сильный план.

Субару: Я не могу этого объяснить, но это не сработает. Я не могу этого объяснить, но я уверен.

Юлиус: Хмм…Ты говоришь это так, как будто у тебя есть абсолютно определенная основа.

Субару: Ах, я не знаю. Я не могу сказать этого наверняка.

Трудно отмахнуться от стратегии продвижения, не затронув запретную тему "Посмертного Возвращения".

И в дискуссии, которая, казалось, нисколько не продвинулась с точки зрения стратегии, Субару решил попробовать свою удачу с тем, что он заметил.

Из-за того, что он должен был отдать внимание шоку Джиана, а затем отступлению из цветочного луга, он забыл разобраться в причине тех двух "смертей", которые фактически были очень важны.

В первый раз это было слишком неожиданно, а во второй раз это был беспорядок, и он не мог сказать очень ясно - но причина обеих смертей Субару была связана с тем, что башня впереди светилась.

Субару: Эта башня светится, кто-нибудь еще это видел?

Все: ――Сторожевая башня светится…?

На вопрос Субару все удивленно склонили головы.

Субару застонал от плохого ответа и от того, что никто этого не заметил. Но это вроде как очевидно.

Честно говоря, Субару видел этот свет примерно в момент своей "смерти". Если этот свет действительно имел убийственное намерение, то те, кто видел его, не доживут до того, чтобы рассказать эту историю.

Анастасия: Нацуки-кун, ты видел, что башня светилась?

Субару: Что? Ах, может быть, я и ошибаюсь, но, по-моему, она светилась.

Анастасия: Когда это случилось?

Субару: ……Когда я был в цветочном лугу, полагаю?

На вопрос Анастасии он ответил другим вопросом.

Поскольку в цветочном лугу была ситуация, когда он не мог повысить голос, не казалось подозрительным, что он умолчал о свете башни. Поскольку Субару видел свет башни оба раза, когда "Посмертно Возвращался", в этом случае также было рискованно касаться этой темы.

На секунду ему стало жаль, что он может сообщить правду только частями――

Субару: Если башня светится, не значит ли это, что Мудрец-в-башне-сан наблюдала за нами?

Анастасия: Не обязательно, сейчас ночь, так что не было бы странно использовать свет.

Эмилия: Понятно. Если Мудрец заметил нас, может быть, стоит дать ему понять, что мы не хотим причинить никакого вреда.

Однако, поскольку Субару был настолько двусмыслен в своих аргументах, мысли Эмилии пошли в совершенно другом направлении.

Если причиной света является Мудрец, естественно, что возникло такое мнение.

Но для Субару, который знает, что свет совсем не дружелюбный, это было бы то же самое, что бежать к обрыву.

Субару: Подожди, давай пока попробуем разобраться в нашей информации. А потом решим, стоит ли связываться с мудрецом.

Эмилия: Разобраться в нашей информацией?

Субару: Да, разобраться. Этот свет не обязательно является признаком жизни мудреца. Это больше, ухм… Есть вероятность, что это опасный свет, похожий на свет прожектора?

Эмилия: Про…жектора…

Анастасия: Другими словами, Нацуки-кун подозревает, что свет, который он видел, исходит от защитного механизма, заложенного Мудрецом?

Субару: Верно!

Пока Эмилия в своей голове пыталась понять слово, которое она раньше не слышала, Анастасия――Шарфидна поняла истинное значение слов Субару. И Юлиус, услышав это и поразмышляв, пробормотал себе под нос "Вот как?"

Юлиус: Я не знаю, живет ли Мудрец уже сотни лет, или это только преувеличение. Может быть, есть какое-то наследие, оставленное мудрецом, которое все еще работает как устройство для защиты мира?

Субару: Ох, ох… Я не думал так далеко вперед, но это возможно.

Юлиус: Если это так, то для удобства предположим, что все приближающиеся - это те, кто замышляет воскресить Ведьму Зависти, даже Королевские посланники из Королевства. Это давняя загадка, почему Мудрецы, которые, как предполагалось, были дружелюбны к Королевству, были столь же жестокими, как рассказываемые истории.

По словам Юлиуса, это звучало так, будто он испытал некоторое облегчение, и Субару восхитился тем, что, "Значит, есть еще и такой способ мышления?"

Действительно, если бы система защиты была подготовлена и оставлена мудрецами, даже после смерти ее хозяина, она все равно отказалась бы от незваных гостей. Не так уж странно, что такая система существует в волшебном мире.

Субару: Если это так, я хочу, чтобы ты дал мне передышку, потому что эта поездка будет пустой тратой…

Рам: Если Мудрец мертв, но есть какая-то информация или документы, оставленные Мудрецом, это тоже было бы хорошо. Еще слишком рано покидать мир в отчаянии, Барусу.

Субару: Я не позволю издевательским манерам "Госпожи Сестры" добраться до моей головы.

Если предположения Юлиуса верны, вся основа этого путешествия будет подорвана. Но даже против такой возможности решимость Рам не поколебалась. Как и следовало ожидать.

Анастасия: Во всяком случае, следить сотни лет без отдыха… Хотя это ни в коей мере не реалистично, я даже не знаю, возможно ли это. Кроме того, я не думаю, что есть такая необходимость разочаровываться в том, мертва или жива Мудрец Шаула.

Эмилия: Правда? Почему?

Анастасия: Если вы кто-то долгоживущий, то нет ничего удивительного в том, что вы живы даже сейчас. Сама Ехидна родилась сотни лет назад.

Вытащив из-под халата белый шарф, Анастасия посмеялась. В ответ на это Эмилия тут же прикоснулась к своему кулону, думая о Паке.

Эмилия: Ох, мой Пак тоже живет долго. Я не проиграю этой Ехидне.

Субару: Почему ты соревнуешься, Эмилия-тан? Ну, моя Беако тоже настоящая бабуля-лоли. Верно?

Беатрис: Ты думаешь, Бетти просто рассмеется и ответит, я полагаю? Отвратительно.

Когда Беатрис гневно ухмыльнулась, Субару пожал плечами.

Когда разговор перешел на другую тему, Рам хлопнула в ладоши.

Рам: То, что Мудрец жив или мертв, не имеет отношения к обсуждению. Оставляя это в стороне, проблема заключается в истинной идентичности света, который видел Барусу. Опасен ли он или это просто иллюзия Барусу, мы должны прийти к выводу.

Субару: Рано или поздно, для всех нас будет очевидно, является ли содержание моего доклада правдой или ложью.

Рам: Дело не в том, чтобы решить, ложь это или нет, Рам уступит в этом вопросе.

Может быть, если они не придут к общему согласию, никакого прогресса не будет.

В любом случае дискуссия закончилась возвращением к вопросу об истинной сущности света.

Субару: Я…я думаю, что он опасен. По крайней мере, не дружелюбен.

Юлиус: И в основе лежит только интуиция?

Субару: …Ну, это верно.

Юлиус: Верно… это довольно проблемно.

Свет Сторожевой Башни - Субару был убежден, что именно он стал причиной обеих его "смертей", но передать этот факт очень трудно. Итак, он думал, что будет невозможно использовать "интуицию" в качестве причины, но, как ни странно, Рам серьезно обдумала его ответ.

И не только Рам, но и Эмилия с Юлиусом.

Субару: Э? Просто на моей интуиции? Разве вы не более подозрительны??

Эмилия: Если это было просто предчувствие, я думаю, что да, но это интуиция Субару, верно? В таком случае разумнее подумать об этом, чем внезапно усомниться.

Юлиус: Не будь таким самоуничижительным. Ты уже проходил через такую безнадежную ситуацию, не так ли? Есть определенный вид интуиции, который работает только у такого человека. Другими словами, это своего рода правило…это ни в коем случае не то, над чем можно посмеяться.

Рам: Как полевые мыши перед проливным дождем меняют свою территорию. Интуицию Барусу не обманешь.

Субару: Это достаточно глупо……Ты это хочешь сказать?

Словно рефлекторная реакция на ядовитые замечания, брошенные в его сторону, плечи Субару немного расслабились.

Невозможность раскрыть источник своей информации даже для близких для него людей, являлось абсурдной реальностью. Субару много раз попадал в одну и ту же ситуацию, но каждый раз его спасали забота и доверие других, точно так же, снова и снова.

Рем в королевской столице. Отто и Рам в Святилище. Эмилия и Беатрис в Пристелле. Они все верили в Субару, в то, кем он был. И вот,

Субару: Даже если вы хотите дружелюбно обратиться, нет никакого способа сделать это. Если даже громко закричать, Медведи придут приветствовать нас раньше мудреца.

Юлиус: Это то, чего я хочу избежать. Тогда реалистичным средством должно быть послание с помощью магии Эмилии-сама… По крайней мере, так кажется…

Глядя в сторону Сторожевой башни, Юлиус протянул правую руку и закрыл один глаз.

Это жест художника, пытающегося определить расстояние. Затем, оставаясь в таком положении, молча задумавшись на мгновение,

Юлиус: Грубо говоря, отсюда до Сторожевой башни около десяти километров - от передней части цветочного луга, это не реалистичный диапазон для магии Эмилии-сама.

Субару: Кстати, как далеко ты можешь забросить свою магию?

Эмилия: Расстояние? Ну, я не пыталась измерить его раньше, так что не знаю…Но я не думаю, что она сможет добраться до башни отсюда. Она исчезнет прежде, чем ударит.

Силуэт Сторожевой Башни с этого места был явно ближе, чем до прорыва сквозь Песчаное Время. Тем не менее, план прицелиться в башню со стороны цветочного луга был нереалистичен.

Субару: Во-первых, если бы можно было пройти, просто отправив сообщение, Рейнхард смог бы это сделать. Быть этим парнем, это как… разве он не мог сделать магическую атаку, которая могла бы покрыть расстояние далеко за 10 километров?

Юлиус: Нет никакого способа узнать это, кроме как спросить его. Рейнхард, вероятно, не прошел через Песчаное Время, когда он бросал вызов этому испытанию. Мы добрались так далеко только потому, что наша Мисс Анастасия…нет, потому что Ехидна знала дорогу.

Субару: Вот как?……Ах, дерьмо. Неужели ты больше ничего не знаешь?

Получив отрицательный ответ, Субару меланхоличным голосом указал на Шарфидну. Затем, играя свою роль Анастасии и скрывая свое состояние, умело управляя шарфом, появилась Шарфидна.

Анастасия: Я не знаю, что сказать. Известен способ, как пройти сквозь песчаное время, и это беспрецедентое достижение, иметь возможность заявить об этом. Разве вы не должны больше доверять мне?

Субару: Мы первые, кто добрался сюда, не так ли? Зная только половину пути, ты как будто указываешь дорогу к газетному киоску. Это тяжелая работа.

Анастасия: Хм, ты прав.

Субару высказал грубую теорию, но Шарфидна не пыталась ее опровергнуть. Шарф замолчал, и эта задумчивость перешла и на Анастасию. Затем, Анастасия внезапно подняла лицо.

Анастасия: Это верно. Но сейчас, кажется, лучше подвести итог тому, что мы знаем на данный момент.

Субару: То, что мы знаем―― Что ж…

Анастасия: Свет башни Нацуки-куна, а также предполагаемая опасность этого, размеры цветочного луга Магверей перед башней, три Песчаных Времени, и…Есть что-то еще?

Информация, которую перечислила Анастасия, была уже установлена.

Важно построить и проложить путь к заключению. Субару сложил руки на груди и некоторое время вспоминал путешествие и опасности, которые он видел.

Субару: Итак, это то место, к которому мы пришли после того, как решили пересечь Песчаное Время ночи. Потом, драконам стало слишком тяжело проходить через этот цветочный луг. А потом, похоже, Мейли промолчала, что принесла с собой чудовище.

Мейли: Ах!?

Субару говорил, считая на пальцах, и плечи Мейли поднялись в панике, когда он поднял последний. Увидев вопиющую реакцию маленькой девочки, все взгляды обратились к ней.

Мейли: Вах-, подожди, подожди. Да, Братец прав, но…Откуда, откуда Братец это знает?

Субару: Догадки. Это был всего лишь наводящий вопрос.

Юлиус: И все же, кажется, мысль Субару была верна. ――Что ты будешь делать?

Юлиус тихим голосом спросил о процедуре предательства Мейли. Услышав такое отношение, Мейли побледнела, но Субару не хотела усугублять ситуацию.

Остановив Юлиуса рукой и устремив взгляд на Мейли,

Субару: Не волнуйся. Я не говорю о том, чтобы ругать ее. Я понимаю, что это просто твоя страховка. И все же, это всего лишь подозрительный фактор.

Мейли: Ты хочешь, чтобы я отпустила его? Тогда, ты не будешь сердиться?

Субару: Нет никакой необходимости отпускать его. Если ты считаешь, что он тебе нужен, пожалуйста, оставь его себе. Если нас окружит группа Цветочных Медведей, или погонятся, это будет очень кстати.

Мейли: "――――"

Подумав, что он, должно быть, шутит, Мейли широко раскрыла глаза и просто кивнула. Просто чтобы быть уверенным, Субару оглянулся на Юлиуса, который все еще не ослабил бдительности,

Субару: Это то, что делают дети. Давайте позволим ей это.

Юлиус: Если это ребенок, с которым можно обращаться только правильно, я также сделаю это со всей своей силой. Однако сила этой девочки слишком велика, чтобы просто довериться ей и отпустить. Тем более в землях Аугрии, которые, можно сказать, являются домом Магверей

Субару: Даже если и так. Мы все едем в одной драконьей повозке, так что, пожалуйста.

Когда Субару так сказал, Юлиус немного заколеблился, но затем перестал держаться за меч.

Затем, вместо молчаливого Юлиуса, Эмилия подняла руку.

Эмилия: Итак, Субару. Продолжай.

Субару: Да, да. Я продолжу.

Эмилия: Когда дело доходит до прохождения через цветочный луг…Что ты собираешься делать? Хочешь попробовать то же самое с другим Песчаным Временем и попробовать в другом месте?

Субару: С другой стороны… Секундочку, я бы хотел кое-что попробовать.

Эмилия: Хочешь кое-что попробовать?

Эмилия, которая понятия не имела, о чем думал Субару, в замешательстве наклонила голову. Копируя наклон головы Эмилии, Субару перевел взгляд на цветочный луг - море цветов, окружавшее Сторожевую башню.

Конечно, он не знал, чем это закончится――

Субару: Если в цветочном лугу где-то есть дыра, по крайней мере, нам не придется беспокоиться о том, что на нас нападут со всех сторон. Есть ли такое преимущество или нет, стоит попробовать, верно?

***

――Итак, по их плану все участники должны были проверить наличие каких-либо преимуществ на цветочном лугу.

Юлиус: Если двигаться отдельными группами, заблудиться будет разрушительно. Кроме того, будет неразумно продвигаться в непосредственной близости от монстров без помощи Мисс Мейли.

Точка зрения Юлиуса получила всеобщее единодушное одобрение.

Субару также согласился с этим и решил отдать приоритет безопасности, а не только удобству.

Субару: Ну, я бы хотел поскорее отправиться в путь, но…

Каждый готовился к отъезду, садясь в драконью повозку или на земляного дракона.

Если они возьмут за правило всегда держать силуэт Сторожевой Башни с правой стороны, группа сможет убедиться, что они следуют на север.

Впрочем, работают ли еще в дюнах правила Запада, Востока, Севера и Юга - это уже совсем другая история.

Субару: Если спокойно подумать об этом, все это место также является странным случаем искажения пространства-времени. Если, пройдя через Песчаное Время, вы попадете сюда, это будет чем-то похожим на “Пересечение Дверей”……

Беатрис: Я не знаю, что Субару пытается сказать. Применение "Пересечения Дверей", несомненно, искажает пространство и делает физическое расстояние неопределенным, я полагаю. Бетти так же однажды подставила Субару.

Субару: Ты сделала это со мной? Когда?

Беатрис: ……Я никогда этого не забуду, при нашей первой встрече, я полагаю.

Субару: Первая встреча…А! В особняке Розваля, когда я прошел коридор, который казался бесконечной петлей! Мне очень жаль. Несмотря на то, что ты так усердно готовилась, я сделаю все возможное, чтобы больше ничего подобного не повторялось. ……Извини?

Беатрис: Ты серьезно извиняешься за это, это серьезно расстраивает! Забудь об этом, я полагаю!

Субару: Ты мне напомнила…

Беатрис: Тц-! Вот оно!

Сидя с ним, Беатрис немного злилась, и у Субару не было другого выбора, кроме как взять на себя трудную задачу справиться со своеобразной девочкой. Некоторое время он держал ее в объятиях, успокаивал, приказывая Патраш идти к драконьей повозке, а потом сказал:

Субару: Ты там готов?

Юлиус: Без проблем. После этого Эмилия-сама хотела бы сделать одну вещь.

Эмилия: Совершенно верно.

Кивнув Юлиусу, который закончил свои приготовления в повозке, Субару посмотрел на крышу. Как и в их походе в цветочный луг, Эмилия по-прежнему неподвижно сидела на крыше драконьей повозки.

Субару поднял руку к Эмилии, которая казалась восторженной, стоя высоко, и попросил ее создать "ориентир", как и раньше.

Субару: Эмилия-тан, пожалуйста, сюда. На данный момент это наш лагерь. Веди себя как можно тише……не потревожив Магверей.

Эмилия: Хорошо, поняла…Если я разбужу этим Магверей, все хлопоты, которые мы тогда затеяли, будут бессмысленными, верно? Итак, тихо, тихо, ти~ихо.

Субару медленно шевелил рукой, показывая, чтобы она шла медленно, и Эмилия подражала ему, в то время как перед их глазами из песка поднималась ледяная башня.

Казалось, они были правы в своем суждении, что все пройдет тихо. На самом деле, ледяная башня строилась медленно и мягко, и он не слышал обычного звука напряжения в воздухе. Некоторые детали выглядели немного слабыми, но все прошло хорошо, и, казалось, она могла безопасно выполнять свою роль.

Эмилия: Все в порядке?

Субару: О.К. Никаких проблем. Как и ожидалось от Эмилия-тан!

Давая встревоженной Эмилии большие "О" и "К", Субару посмотрел в сторону цветочного луга. Были опасения по поводу того, смогут ли Магвери почувствовать активность маны, но, к счастью, не было никаких признаков какого-либо движения, кроме сладкого запаха нектара, струящегося из цветочного луга.

На самом деле, это казалось довольно скучным.

Субару: Даже сейчас я удивляюсь, почему они притворяются цветами…? Если они хотят замаскироваться, не кажется ли вам, что пустыня - странное место для этого?

Беатрис: Магвери не обладают таким большим интеллектом, я полагаю. Они просты, не могут делать ничего, кроме того, что вырезано в их инстинктах, и они не думают ни о чем другом. Животные примерно такие, я полагаю.

Субару: Понятно. Очень интересно―

Беатрис высказала горькую оценку сидя у его груди. Кивнув на эти слова, Субару перевел взгляд на цветочный луг и захотел отдать приказ к их отъезду――и заметил.

На краю его поля зрения, обращенного в сторону цветочного луга, произошла перемена, что-то изменилось в цветочном лугу.

Сторожевая Башня светилась.

Субару: ...Эмилия!!

Эмилия: ...!?

На этот раз Субару повысил голос и крикнул Эмилии на крыше. Услышав настойчивость в его голосе, Эмилия крепко держалась за свою позицию. Но, эффект света превзошел его.

"…хк?"

Издав яростный резкий звук, что-то врезалось в ледяную башню и разбило ее вдребезги.

Ледяная башня, длинная, тонкая и около десяти метров высотой, была очень хрупкой. Однако, словно разрушая замок из песка, атака с легкостью разбила лед и превратила его в ману.

――Опять, он не мог этого увидеть. Но, он все понял.

Субару: Я знал, что свет нападет――

Беатрис: Субару! Следующий идет!

Пока его тело купалось в осколках льда, Субару повернул голову на зов Беатрис. Сразу же после этого Сторожевая Башня снова засияла, как и предполагалось.

Следующий удар света был направлен на Субару.

――Свет приближался со скоростью, не позволяющей им даже моргнуть, и одним ударом поразил бы его жизненно важные точки.

Его разрушительная сила уже известна Субару, который умер от него.

Поэтому в тот момент, когда его мозг обнаружил, что свет был нацелен на него, "смерть" уже была определена.

"――――"

Свет атаковал, целясь прямо в лоб Субару.

Это сама "смерть", убивающая свою жертву без единого звука, оставляя после себя только косой ветер. Нацуки Субару снова, на пределе своего остроумия, вот-вот будет хладнокровно убит.

Субару: "E・M・M"

Беатрис: Я полагаю!

――В данном случае, Нацуки Субару был не единственным, на кого нацелились.

Звук отдался эхом, и атака, которая должна была поразить Субару, промахнулась.

Причина была проста: сила Субару превзошла силу атаки.

"E・M・M" - одно из трех оригинальных заклинаний, разработанных Субару вместе с Беатрис.

Это было "Магией Абсолютной Защиты".

Во время активации "E・M・M", Субару не будет получать никакого вмешательства из внешнего мира. Это результат применения всех магических навыков и знаний Беатрис об магии Тьмы для манипулирования временем и пространством в ограниченной области вокруг Субару.

Субару: Я знаю, что эффект похож на эффект того ублюдка, но я как-то странно себя чувствую…ах!?

Регулус, Архиепископ Греха Жадности, мог остановить действие времени в своем теле, перенеся свое сердце.

Можно сказать, что "E・M・M" - это уменьшенная версия этой способности. Однако нет такого вредного побочного эффекта, как остановка сердца, и вы можете быть непобедимы до тех пор, пока ваша мана не истощится.

В данной ситуации, однако, это не более чем покупка некоторого времени.

Субару: Но, угх!? Просто покупка времени? У меня есть важные дела!?!?

Беатрис: Эй! Субару, что ты кричишь?! Ты в порядке, я полагаю??

Позади Субару взволнованная Беатрис кричала, пока она защищала их. Это было так, потому что, хотя они были защищены, звук и шок все еще передавались.

После активации "E・M・M" свет Сторожевой Башни, казалось, удивился, почему Субару не умирал даже после того, как в него попадали снова и снова, поэтому он продолжил бомбардировать его последовательными атаками.

Субару: Ай!? уф!? ух!?

Скорость выстрелов и точность его прицеливания были необычайны.

Хотя боль и шок проходили прямо через тело Субару, к сожалению, это человеческий рефлекс - реагировать криком, когда что-то попадает в него.

Эмилия: Субару! Это уже…А!

Наблюдая, как Субару осыпали концентрированные атаки, Эмилия попыталась прикрыть его с крыши.

Стремясь защитить Субару от нападения Сторожевой Башни, толстый и огромный ледяной барьер поднялся из песчаной почвы. Пожалуй, самая жесткая защитная стена, которую Эмилия могла создать в одно мгновение.

Это был щит от атак, которые стреляли в Субару без какой-либо другой цели, но――

Эмилия: Не может быть!?

Юлиус: Даже у ледяной стены нет шансов!

Эмилия издала визг, а Юлиус испуганно вскрикнул, как они увидели, что ледяная стена была сокрушена одним выстрелом.

Эта невероятная сила――не единственная причина. Ледяная стена была поражена, но каким-то образом ослабила свет достаточно, чтобы он не попал в Субару. Большая его часть отскочила назад и ударилась о песок, который взорвался белым дымом.

Если вы посмотрите на поврежденную ледяную стену Эмилии, она была скорее расплавлена, чем просверлена.

Эмилия: Жар? Неужели жар… растопил лед?

Юлиус: Что-то упало на землю……Игла?

Глядя на последствия атаки, Эмилия и Юлиус пришли к разным выводам одновременно.

Тем временем атака продолжалась. Субару подвергся ошеломляющему количеству атак, и хотя он был в непобедимом состоянии, это превышало их предел.

Беатрис: Субару! Есть проблема!

Субару: Я слуша--ах! Но я не могу--угх!

Беатрис: Если все будет продолжаться так, как сейчас, я думаю, у нас очень скоро закончится мана!

Субару: Уже!?

Беатрис: Она почти закончилась!

Услышав крик Беатрис, Субару заскрипел зубами, хотя в него все еще стреляли.

Конечно, Беатрис имеет в виду не "Так как мана заканчивается, ты должен поставлять больше, я полагаю", а "Так как мана заканчивается, мы должны контратаковать, я полагаю."

Субару: Ты можешь это сделать?

Беатрис: Какой глупый вопрос, я полагаю!

Беатрис даже не ответила на его вопрос.

Услышав ответ своего доверенного партнера, Субару расслабил челюсть, готовясь.

Субару: Третий не закончен…… Давай начнем со второго!

Беатрис: Я собираюсь деактивировать "E・M・M" сразу после того, как он попадет!

Времени не было.

Субару посмотрел на Эмилию, Эмилия посмотрела на него и кивнула. Не было времени обсуждать конкретные меры. Но он верил, что это было передано.

Субару: -хкк!?

Свет погас, и снова Субару получил прямое попадание. Поскольку "E・M・M" было активировано, атака до него не дошла――она была отменена.

Каждое из оригинальных заклинаний - это козырная карта, которую можно использовать только один раз в день. После отключения "E・M・M" Субару потеряет свою защитную функцию от этого света.

И им придется дать отпор до того, как до них доберется следующий――,

???: Свет――!

Как будто он мог читать действия Субару, следующий удар света был еще быстрее.

Пока что скорость, мощность и частота явно предназначены для того, чтобы прикончить Субару. Естественно, с тонкой, как бумага, защитой, Субару будет достаточно только одного выстрела, чтобы отправить его из этого мира, если он попадет прямо.

И вот――

Эмилия: Стой!

Вихрь магической силы многократно разлился перед Субару и создал ледяные стены, стоящие на песчаной земле. На этот раз оборона, которая не ограничивалась только одной стеной, но и шестью листами ледяных стен, была создана одновременно.

Свет ударил прямо в эту защиту из шести листов. Первый он прошел просто, второй - легко, третий - как ни в чем не бывало.

Однако на четвертом листе было небольшое сопротивление, и пятый почти сумел выстоять. А на шестом, и последнем, скорость света была явно притуплена. ――Но он все равно мог пройти через это.

Свет проник сквозь шестую ледяную стену и вот-вот должен был пробить лоб беззащитного Субару.

――За мгновение до попадания, Рыцарский Меч очерчил полукруг, поймал потерявший скорость свет и отсек его.

Юлиус: К сожалению, есть много женщин, которые будут горевать, если он пострадает――

Из драконьей повозки к ним поспешил Юлиус, и, не обращая внимания на опасность, разрубил мечом свет.

Защита Эмилии ослабила его, и Юлиус остановил его.

Несмотря на то, что он немного завидовал комбинированной технике, подготовка Субару была завершена.

Субару: Поехали! Вторая! Абсолютная недействительность магии! "Е・М・Т"!

Подняв капюшон, защищавший его от песка, Субару широко раскрыл рот и запел.

Затем, спрятавшись за спиной Субару, Беатрис высосала ману из Субару и умножила ее на свою собственную магическую силу, чтобы сотворить новое заклинание.

"――――"

В следующее мгновение свет расширился вокруг Субару и Беатрис, образуя сферическое поле около десяти метров, также охватывающее драконью повозку.

Она была прозрачной на вид, одинаково окутанной сферой света.

Однако эффект огромен.

Юлиус: Это……

Перед изумленным Юлиусом Сторожевая Башня снова издала свет. Он увидел это краем глаза и сразу же взялся за меч, мгновенно широко раскрыв глаза.

Свет шел прямо вперед, целясь прямо в Субару, но в тот момент, когда он вошел в поле, он просто потерял всю свою силу. Ошеломляющая скорость, которая, казалось, превосходила даже пули, исчезла, и единственное, что осталось после потери скорости и мощности, было странным белым предметом, длинным и тонким.

Оно было легко сбито мечом Юлиуса, упало на песок и рассеялось.

Субару: Иголка, хах?

Юлиус: Что-то в этом роде. Нет, больше этого, Субару, эта магия……

Субару: Подожди, Подожди, Подожди! Есть куча вещей, о которых я хочу поговорить, но сейчас мы должны уйти! Немедленно садись в драконью повозку! Давайте выбираться отсюда! Мы не можем долго ждать!

Юлиус: …! Понял! Давайте поторопимся!

С криком срочности Юлиус запрыгнул в драконью повозку вместе со своими вопросами. Он тут же взял поводья, и драконья повозка повернулась в сторону Песчаного Времени.

Идти сейчас к Сторожевой Башне было бы самоубийством. Это было правильное решение, и у него не было другого выбора, кроме как поверить в него.

Субару: Поехали! Не отходи от меня слишком далеко! Оставайся в пределах света!

Эмилия: Вах, Субару, Вау! Даже несмотря на то, что свет стреляет……

Вцепившись в крышу драконьей повозки, Эмилия с удивлением наблюдала за Субару.

Похоже, даже если это не имеет никакого эффекта, свет продолжал нацеливаться на Субару. Но независимо от того, сколько атак он начал, свет просто потеряет свою силу, как только он войдет в поле "Е・М・Т", и упадет на песок. Недействительность абсолютна.

Юлиус: Во всяком случае, это великая сила. Это ваша с Беатрис-сама козырная карта?

Субару: Один из козырей! Я не собираюсь его испортить! На данный момент нашим приоритетом, вероятно, должно быть убраться подальше от Сторожевой Башни!! Нет, определенно!

Юлиус: Я думаю, что это применение магии Тьмы, сводящее на нет действие маны в пределах диапазона? Если это так, то это естественный враг магов……Нет, ты грозный противник для любого, кто использует ману, чтобы помочь своим навыкам.

Субару: Я бы сказал, это только кажется, что это дает относительное преимущество, это не делает меня сильнее. Я все равно проиграю в честной схватке с сильным парнем. Это способность, которую я развил, думая о том, когда я дам Роз-чи синяк под глазом.

Казалось, Юлиус искренне похвалил его, и он почувствовал себя немного лучше.

Конечно, бегство от атаки Сторожевой Башни также принесло ему облегчение, но в любом случае это было не более чем “ослаблением бдительности”.

Однако, вероятно, было невозможно предсказать, что принесет “ослабление бдительности” прямо сейчас, даже для Субару, так что никого нельзя было винить.

Эмилия: Субару! Мы возвращаемся к дюнам перед цветочным лугом этим путем?

Субару: Совсем ненадолго, но да! В любом случае нам нужно отшлифовать и усовершенствовать наши контрмеры――

Говоря это, Песчаное Время, путь к их отступлению, кружился в песчаном ветре――В тот момент, когда поле "Е・М・Т" коснулось его, "Мир" сломался.

Субару: Хах――?

Беатрис: Черт, я полагаю!

До тех пор, Беатрис цеплялась за его тело с облегчением, выдерживая атаки.

Прямо перед ней, вид ночных песчаных дюн был разорван на части, заставляя ее голос дрожать.

Бевтрис: Искажение пространства аннулируется "Е・М・Т"!

Субару: А?

Беатрис: Все так, как ты говорил, я полагаю! Искажение здесь похоже на “Пересечение Дверей” Бетти в том доме. Другими словами, искаженное пространство вернется в свое первоначальное состояние!

Субару: Что это значит――?

Вопрос Субару не дошел до конца, осталось только ощущение, что Беатрис цеплялась за него.

Как бы то ни было, "Мир" рвался и распадался, как бумага, и трещина в пространстве поглотила Патраш с Субару и Беатрис, и драконью повозку с Эмилией и остальными.

Субару: НЕХОРОШО……Эмилия!?

Эмилия: Субару――

Сброшенный в темноту, Субару закричал, потеряв всякий эффект гравитации.

Он не знал, где находится драконья повозка. Но он слышал голос Эмилии, эхом отозвавшийся на крик Субару.

Субару: Это――

Плохо, но прежде чем он успел это сказать, его вышвырнуло на другую сторону разбитого пространства…

***

"――――"

Граница между цветочным лугом и песчаным морем была нарушена, и было видно, что небольшая группа была поглощена ею.

"――――"

Откуда-то издалека, наблюдая за происходящим, в башне шевельнулась тень.

Она отошла от окна, ступила на булыжную мостовую и спустилась по винтовой лестнице.

Её шаги были медленными, но постепенно становились все быстрее и нетерпеливее.

Тень: ――Нашла его.

И, как будто она не говорила много лет, издала трескучий шепот.

Вот только никто из тех, кто его услышал бы, не ошибся бы. Он звучал абсолютно восторженно.

Тень: Нашла его.

Это было точно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13. Насмешка Песка

Перевод: imy

***

――Пространство исказилось, мир раскололся, и они упали прямо в образовавшуюся в результате этого трещину реальности.

Как будто мир был сделан из хрупкой тонкой бумаги, он легко разрывался на части.

Поглощенные искаженным пространством, барабанные перепонки Субару не слышали ни звука, что резко контрастировало с великолепным зрелищем вокруг него.

Он слышал только крик, как будто кто-то звал его.

Но вскоре даже этот голос исчез, и он не мог больше его слышать.

Ощущение того, что кто-то держит его за грудь, также исчезло, и руки, держащие его, оторвались друг от друга, отдаляясь далеко.

Вокруг никого и ничего не было. Брошенный в этом пустом месте, он, казалось, стал совершенно одинок.

Мучаясь от такого одиночества и печали, сознание Субару начало медленно всплывать.

И затем――

***

Рам: Как долго ты собираешься спать? Вставай, ленивый Барусу.

Субару: аахк?

Почувствовав, как что-то острое ткнулось ему в бок, Субару вскочил, крича от боли.

Рефлекторно вскочив, песок осыпался со всего его тела. Кашляя, он выплюнул грязь, попавшую ему в рот.

Субару: ахк! тьху! птьу! Хах! Что? Что случилось??

Протирая глаза, вставая с дрожащими коленями, он осмотрелся. Под его ногами, как и прежде, лежали мелкие песчинки.

Когда к нему вернулось сознание, Субару смог определить, что это было продолжение Песчаных Дюн Аугрии. Однако, вид вокруг него был неясен. Потому что было темно, очень темно.

В темноте, где он не мог видеть даже собственных рук, взгляд Субару уловил присутствие небольшого искусственного света.

Рам: Ты можешь так хорошо спать в такой чрезвычайной ситуации, это удивительно. Я не знаю, что и сказать.

Он услышал горький голос, и как владелец света фыркнул.

То, что излучало свет, являлось разновидностью магического камня, а форма, сделаная из обработанной рагмитовой руды, была подобна фонарю. Увидев освещенное светом лицо, Субару поднял брови.

Субару: …Рам, это ты?

Рам: Кого еще ты можешь видеть? Рем? Я не ожидала такого неправильного ответа.

Субару: …Вы с Рем похожи, но то, что исходит из тебя, говорит, что это не она.

В ответ Рам, которая казалась более резкой, чем обычно, Субару горько ответил. Он взял её фонарь и огляделся.

Субару: Это место, где оно? Что случилось?

Рам: Рам также хочет знать, где находится это место. Что же касается случившегося, то оно в три раза хуже того, что Барусу может себе представить.

Субару: Значит ли это, что ты ожидаешь, что я буду оптимистом? Ты смотришь свысока на пессимистов?

Рам: В этом случае, мне интересно, что же лучше.

Этот ответ, вероятно, сопровождался пожатием плеч.

Даже если она находится рядом с ним, достаточно трудно определить состояние Рам, так как пространство, освещенное светом, было ужасно мало. Похоже, что они находятся в каком-то пустом пространстве.

Над ними был высокий потолок, соединенный со стенами, которые указывали на глубину этого пространства.

Субару: Не чувствую никакого воздушного потока и не могу увидеть небо. Хочешь сказать, нас куда-то забросило…?

Рам: Если слова Беатрис-сама, сказанные до того, как мы разделились, верны, то причиной является искажение пространства, верно?

Субару: Разделились……Точно! Разделились! Где остальные?!

Слушая незаинтересованное и бесстрастное поведение Рам, его понимание догнало реальность.

Субару покрутил фонарем справа налево, ища фигуру, отличную от Рам. Однако, пока он осматривал освещенное пространство, фигура, которую он так отчаянно хотел увидеть, так и не появилась.

Рам: Как видишь, нас разделило. Магия обнуления Барусу обманула Сторожевую Башню… В результате, возможно, вместо того, чтобы идти по правильному пути, мы оказались в ловушке искаженного пространства-времени, где будем блуждать вечно.

Субару: Что ты говоришь!? Почему ты так спокойна? Комбинация меня и тебя…… Совершенно случайна перемешана!?

Увидев спокойное выражение лица Рам, Субару побледнел и повысил голос.

Крики Беатрис, пространство, разрывающееся на части прямо перед его глазами, он мгновенно вспомнил это. Трещина поглотила Субару и всех остальных, и утащила их в другое пространство.

Субару и Рам хоть и путешествовали вместе, они должны были быть в разных группах. Субару ехал на Патраш, а Рам - в драконьей повозке.

Рам: Похоже, что это разделение не учитывает, с кем вы находитесь в контакте, чтобы определить, кто кого сопровождает. Когда мы попали в трещину, Рам обнимала Рем… Но все получилось вот так.

Субару: Я также цеплялся за Беако. И теперь я не могу ее найти… Я ее не вижу… Не может быть, что со мной здесь только Рам? Что это за разделение…

Если условием этого разделения был не контакт, то какая же другая причина?

Их группа состояла из восьми человек. Нет никакой особой общей черты, которую разделяют только Субару и Рам… Опять, оно совершенно случайно?

Субару: Нет, я пока отложу угадывание условий! Более того, мы должны поторопиться и присоединиться ко всем…… Нет! Есть кое-что более важное! Рем!

Рам: "――――"

Субару: Мы с тобой вдвоем, так что все еще хорошо. Если кто-то из тех, кто был разлучен, так же с кем-то, еще есть надежда. Но если есть кто-то, кто одинок, и если это Рем……Это ужасно.

Эмилия и Юлиус, единолично взявшие на себя всю боевую мощь группы, не представляли никакой проблемы.

Мейли и Беатрис также могли бы обойтись своими способностями. Что касается Анастасии/Шарфидны, то здесь, вероятно, есть козырь, используемый для борьбы с Похотью.

Хоть и менее почетная, чем другие, комбинация Субару и Рам все еще была управляемой.

――Но Рем - это совсем другая история.

В отличие от других, Рем не способна совершать какие-либо действия самостоятельно.

Даже если с ней кто-то есть, защита вечно спящей девушки превратит любое начинание в Геркулесов труд. И что хуже всего, если Рем полностью изолирована от других, то “смерть” была бы единственным, что ожидало бы ее в этом одиноком песчаном море.

Субару: Для нас важно встретиться со всеми остальными, но главный приоритет - это обеспечение безопасности Рем! Я не могу оставить ее в таком одиноком месте. Это уж точно…… Совсем нет. Абсолютно нет…!

Рам: …Барусу.

Субару: Потому что я сказал, что приведу тебя сюда……Думая, что ты сможешь проснуться, если встретишь Мудреца… Это бесполезно. Абсолютно, черт, просто Рем……!

Рам: Барусу, успокойся. Иначе даже я сейчас потеряю……

Субару: Почему ты говоришь мне успокоиться? Разве ты не беспокоишься, потому что Рем отсутствует в твоей памяти!?

Рам: ――хах! Ничего подобного!

Представив себе худшую возможность, Субару начал отчаянно бормотать о будущем и подсчитывать свои сожаления. Услышав слова Субару, Рам не выдержала и взорвалась.

Она схватила сбитого с толку Субару за воротник и сильно прижала его к песчаной стене.

Рам: Ты думаешь, что ты единственный, кто заботится о Рем? Не заходи слишком далеко, Барусу. Даже без моих истинных чувств, Рам все еще старшая сестра Рем. Не делай из меня дуру.

Субару: "――――"

Рам: ……Я все еще немного чувствую свою связь с ней. Так что, по крайней мере, сейчас с ней все в порядке. Это уж точно, так что успокойся на время.

У неё не было лица, выражающего какие-либо эмоции. Однако, увидев невыносимое беспокойство и печаль в ее глазах, пока она пыталась казаться спокойной, Субару расслабил плечи. Рам так же убрала свои руки. Освободившись от прижатия к стене, Субару со стыдом посмотрел вниз.

Субару: ……Моя вина. Извини. На самом деле, сейчас я был худшим идиотом.

Рам: Так же, как и обычно. Если Барусу начнет размышлять о своей жизни, это займет целый день. Хватит тратить наше время.

Субару: ……Ум, прости.

Испытыв её острый язык и эмоции, Субару, наконец, извинился. Затем он изо всех сил хлопнул себя по щекам, возвращая себе боевой дух.

Хотя Рам и заверила его, что Рем в безопасности, страх перед ее одиночеством не мог рассеяться. Их положение не изменится, если они не воссоединятся с остальными в ближайшее время.

Субару: В любом случае, давай поторопимся с воссоединением. Рам, а ты не можешь использовать свою связь с Рем, чтобы определить ее местонахождение?

Рам: Это трудно. Она спит, поэтому единственное, что передается - это ее сердцебиение. Есть и другие средства “ясновидения”, но…Они не слишком надежны.

Субару: Почему?

Рам: Эти песчаные дюны, они полны Магверей, и вокруг почти нет обычных животных или растений. "Ясновидение" не может позаимствовать их зрение, если их длина волны не совпадает с Рам. Оно не синхронизируется с Магверями. Сейчас Рам может позаимствовать глаза только у земляного дракона Барусу.

Субару: Патраш? Нет, этого должно быть достаточно. Я хочу проверить, с кем Патраш и Джиан, особенно если мы сможем спасти всю драконью повозку.

Рам: ……Это было бы не очень полезно.

От незаинтересованного отношения Рам Субару почувствовал разочарование и наклонил голову, глубоко задумавшись. Сейчас было время собрать как можно больше информации, чтобы снова воссоединиться.

И все же, он не мог понять, почему Рам колеблется.

Однако прежде чем он успел коснуться вопроса о ее истинных намерениях, перед ними обоими возник ответ.

Субару: ...?

Субару краем глаза увидел, как мимо проходил свет, отличный от фонаря, который он держал.

Субару вздрогнул, поскольку у него был плохой опыт со светом, приходящим через край его зрения, но появившийся свет был поколеблен легким движением, совершенно отличным от того.

Свет постепенно приближался, и постепенно фигуры становились четче,

Анастасия: Рам-сан и Нацуки-кун, кажется, ваш разговор окончен?

Субару: ――Анастасия и Патраш?

Услышав знакомый карарагийский диалект, Субару слегка приподнял голову от удивления. Перед ним, держа фонарь, от которого исходил свет, который видел Субару, и оседлав спину Патраш, сидела Анастасия.

На вопрос Анастасии Рам поклонилась, и тут же приподнила подол своего халата.

Рам: Спасибо за внимание, Анастасия-сама. Могу я спросить, как обстановка?

Анастасия: Я проверила всю дорогу, но больше никого не увидела. Нас здесь только трое... и эта своего рода девушка.

Рам: Это так?

Анастасия: Нет смысла беспокоиться об этом. Хотя, может быть, это и прискорбный факт.

Рам: Спасибо за заботу. Ох, понятно... Я так и сделаю.

Рам вежливо ответила Анастасии, сидящей на драконе. По ходу разговора Субару смутно понял, что Анастасия оглядывалась.

Но даже убедившись в этом, не было достаточно информации, чтобы понять, что происходит.

Субару: Хей, Рам. Разве мы здесь не единственные? Что это значит, ты можешь объяснить?

Рам: Я не помню, чтобы говорила тебе, что Рам и Барусу были одни. Барусу был тем, кто сделал это опрометчивое суждение по собственной воле. Некрасиво.

Субару: Ты так беспокоилась о Рем, что не упомянула об этом. Так вот что ты имеешь в виду, очаровательная Сестра.

Рам: Хпф――

Услышав Субару, Рам фыркнула своим обычным тоном.

Затем, Субару подошёл к Анастасии, приходя в себя от такого отношения.

Субару: Независимо от любого обмана, это хорошая новость, что Анастасия в безопасности. Я испытываю облегчение.

Анастасия: Не путаешь ли ты этот “обман” с недоразумением?? Я была бы рада узнать, что я не одна. Кроме того, земляной дракон Нацуки-куна, Патраш-тян, была очень полезной хорошей девушкой.

Наступив на седло, Анастасия осторожно попыталась слезть с Патраш. И Патраш тут же пригибнулась, чтобы помочь ей спуститься.

Как и ожидалось, настоящий земляной дракон. Красивый земляной дракон. Но женщина.

Субару: Больше никто не прячется, верно? Нас действительно только четверо?

Анастасия: Включая Патраш-тян, нет никаких сомнений, что нас четверо. У Эмилии-сан и Юлиуса не было бы причин не выходить...Но я не знаю насчет Мейли-тян.

Субару: Возможно, она воспользовалась суматохой, чтобы убежать... Тебе не обязательно это говорить..

Представив себе девушку с заплетенными в косу волосами, Субару задумался о вариантах Мейли.

Незадолго до того, как они разделились, секретная страховка Мейли, Магверь, была раскрыта Субару. Субару, который Посмертно Вернулся, на самом деле знал, что монстр Мейли служил для защиты драконьей повозки, как от Сторожевой башни, так и от стаи атакующих Цветочных Медведей.

Однако, поскольку это было событие, которое не произошло в этой линии, по сути, единственный, кто знает причину, по которой Мейли заставила песчаного червя следовать за ними - это сама Мейли.

В этой конкретной ситуации, если бы Мейли сбежала от группы и попыталась оставить песчаные дюны в покое, это не было бы странно.

Субару: Но она этого не сделает… вот во что я хочу верить.

Анастасия: Ожидания? Или, это должно быть доверие?

Субару: Думай что хочешь. Если оставить это в стороне, как обстановка?

Оставив в стороне тему Мейли, Субару спросил Анастасию о ее осмотре. Она засунула руки в рукава халата и, наклонив голову набок, сказав "Насчёт этого, хах".

Анастасия: Судя по тому, что я видела, мы, конечно же, в песчаных дюнах, но... возможно, это место находится под землёй.

Субару: Под землёй? Как может быть подземелье в песчаных дюнах?

Анастасия: Под песком дюн. Пещера... Скорее полость, так сказать, но температура тут явно ниже, чем над землей, и воздух также кажется тяжелее.

Субару кивнул, когда девушка привлекательно взмахнула халатом, соединяя передние части, чтобы не замерзнуть.

Конечно, здесь было намного холоднее, чем там. Это было подходящее предположение для помещения с высоким потолком, где не было видно неба.

Субару: Под дюнами... У меня плохое предчувствие. Я молюсь, чтобы это не было логовом песчаного червя.

Анастасия: Ух…… Это……

Это вполне возможный сценарий.

Они были свидетелями существования песчаных червей, и, учитывая громадность особей, нанятых Мейли, эта полость была достаточно велика, чтобы это было возможно. Учитывая экологию безглазых песчаных червей, это темное пространство, лишенное какого-либо света, было бы точно подходящим.

Субару: Я имею в виду, нашей команде серьезно не хватает боевой мощи… Я, Рам и Анастасия… Это что, особый фронт людей, неспособных сражаться!?

Рам: Рыцарь Эмилии-сама, гордо называющий себя неспособным сражаться…… Безнадежно.

Субару: Я просто констатирую реальность. Без Беатрис, я не могу быть таким тщеславным и полагаться только на свои навыки хлыста.

С точки зрения всех мер самообороны, это действительно была группа, которой не хватало боевой мощи.

Рам: Кстати, а как насчет Беатрис-сама? Чувствуешь ли ты какую-либо связь с вашим контрактом?

Субару: К сожалению, мое сердце и сердце Беако сильно связаны, но не в прямом смысле... Нет, раньше Беатрис говорила, что чувствует меня, но я не могу.

Рам: Бесполезный.

Субару: Заткнись.

Когда Рам вздохнула и отвернулась, Субару незаметно приблизил свое лицо к Анастасии, и тихо прошептал:

Субару: Итак, ты можешь драться? Что скажешь?

Анастасия/Шарфидна: Если до этого дойдет, то я, конечно же, буду драться, несмотря ни на что. Но это сократит жизнь Аны. Я хотела бы избежать этого, насколько это только возможно. Я бы полагалась на вас, ребята.

Субару: Эти ожидания, вероятно, не оправдаются. Я не знаю, хорошо это или плохо.

На мгновение, Субару фыркнул на Анастасию, которая появилась как Ехидна.

Затем, глядя на Патраш, которая спокойно ждала указаний, Субару погладил кончик ее носа ладонью. Черный как смоль дракон промолчала и уткнулась носом в Субару своей твердой чешуей.

Субару: Больно, больно, но… Какое облегчение. Без Эмилии и Беатрис……Но я рад, что ты здесь. За исключением того, что это все еще не полное воссоединение группы.

Рам: ――Барусу.

Делясь своими тревогами с Патраш, он услышал Рам, и оглянулся на нее. Затем Рам скрестила руки на груди, повернувшись лицом к Субару, и дернула подбородком в сторону Анастасии.

Рам: Мы не можем стоять здесь вечно. Давайте начнём двигаться, чтобы встретиться с другими. К счастью, благодаря Анастасии у нас есть свет.

Субару: Ох……Я не знал, что свет принесла Анастасия.

Анастасия: Как раз перед тем, как драконья повозка была проглочена, я успела схватить аварийную сумку, которую приготовил Нацуки-кун. Благодаря тебе я смогла принести свет, нож, и кое-что из еды.

Анастасия указала на Патраш, у которой на седле висела небольшая аварийная сумка. Это была буквально аварийная сумка, которую Субару приготовил для драконьей повозки в качестве "аварийного выноса".

Даже если такой возможности не представится, он почувствовал облегчение от того, что подумал об этом.

Субару: В конце концов, тебе не следовало смеяться над моим остроумием… Отныне, давайте не будем забывать проверять аварийную дверь в любом месте, где мы остановимся в первый раз.

Рам: Если убрать шутки в сторону, то это то, что умеет Барусу. Итак, я дам тебе свет в награду, пожалуйста, немедленно проложи путь.

Субару: Хах… Это и есть награда?

Передав ему фонарь, Рам и Анастасия залезли на спину Патраш.

Эта сцена, независимо от того, как вы на неё посмотрите, ставила Субару в положение слуги.

Анастасия: На самом деле, тут будет достаточно места, если мы с тобой втиснемся, не так ли?

Рам: Давайте остановимся на этом, Анастасия-сама. Если бы он смог приблизиться, вы можете себе представить, что Барусу с радостью попытался бы прикоснуться к моему телу.

Субару: Ты выдумываешь что-то свое, но если ты пойдешь этим путем, я придумаю гораздо больше! Не связывайся со мной! Иначе я позволю тебе познать вкус полового созревания!

Он решительно начал спорить, подняв вверх средний палец, и Анастасия, как и следовало ожидать, горько улыбнулась. Рам отреагировала как обычно, а Субару продолжал идти по пещере с фонарем в руке.

Легкая стычка Субару и Рам заставляла думать, что они забыли об обстоятельствах―― но она, несомненно, только скрывала их беспокойство в сердцах друг друга и приносила лишь немного облегчения их умам.

Возможно, они оба это понимали, но ничего не сказали.

***

Хоть Субару и остальные чувствовали тревогу, они продолжали продвигаться через Великую* Пещеру Песка.

(imy: Это так же можно перевести как Большая/Огромная пещера, но я остановился на этом)

Как и следовало ожидать, Патраш привыкла ходить по песку, и с ее передвижением не будет никаких проблем, даже если вы положите ей на спину два тяжелых камня. Помимо противного ощущения песка, попадающего в ботинки, Субару изучил технику ходьбы по песчаному морю за последние несколько дней и мог без особых трудностей ходить по нему.

Субару: Ветер……Я вроде как могу чувствовать его, и в тоже время не могу.

Рам: Я его чувствую. Но, учитывая его слабость, до связи с землей еще далеко.

По пути, смачивая палец на языке, Субару пытался выяснить воздушный поток, но для него все было не совсем ясно. С другой стороны, поскольку чувствительная к ветру Рам чувствовала его, она пришла к выводу, что выход все еще далеко впереди.

Путь к этому выходу был тем, чему он хотел отдать приоритет, надеясь встретиться со своими спутниками. Однако, к сожалению, не было никаких признаков того, что признаки ветра будут очень надежными.

Рам: Эмилия-сама и Юлиус-сама не должны заблудиться из-за руководства меньших духов. И именно поэтому я сомневаюсь, что в выборе этого распределения есть злой умысел.

Субару: Ну, очень полезно быть ведомым меньшим духом. Черт возьми, в моем случае Беако настолько сильна, что отпугивает низших духов. Она далеко за пределами их возможностей.

Чтобы было ясно, это было что-то за пределами исключительной боевой мощи Эмилии и Юлиуса.

Даже когда вы отправляетесь на поиски потерянного члена, все может пойти не так, как вы ожидаете. Вы можете только стараться не упускать из виду ничего вокруг себя, насколько это только возможно, пока вы продолжаете.

Анастасия: Рам, до того, как Нацуки-кун проснулся… казалась сильно потрясенной. Ища Рем сейчас, она, кажется, прячется за своим отношением.

Субару: ……Вот как.

Анастасия втайне поделилась этой историей, из-за которой его драка с Рам после пробуждения становилась все более и более неловкой.

Субару провел последний год рядом с Рам, после того как воспоминания о её сестре были полностью стерты. Любая связь, которая была у этих двоих раньше, должна была оставить после себя хоть какие-либо остатки после того, как была стерта. Если никто другой, то Субару, по крайней мере, должен был в это верить.

Анастасия: Ну, не очень-то весело видеть тебя таким мрачным и несчастным, так почему бы тебе не посмотреть вперед, если ты так расстроен? Если ты этого не сделаешь, то можешь пропустить что-нибудь важное.

Субару: ……Не сбивай меня с толку. Ты, прекрати говорить мне эти милые слова. Я застрял в той же ситуации, что и ты.

Анастасия: Рано или поздно, я бы хотела, чтобы ты начал думать обо мне отдельно от моего создателя. Твое отвращение к этой девушке чрезмерно упрямо. Это то, что я поняла со временем.

Субару: Я не знаю другого подхода. Я придержу это в уголке своего сознания.

Насмешливая болтовня, казалось, отвлекала от нетерпения и беспокойства из-за отсутствия прогресса.

В разгар этого разговора, группа продолжала продвигаться через Великую Пещеру. На самом деле, ничего не менялось, песчаная дорожка и песчаные стены――идя по этой дорожке, мало о чем можно было подумать. Например,

Субару: Может быть, это гнездо Магверей. Мы должны быть очень осторожны……Есть шанс, что мы на них наткнемся.

Рам: Именно это и беспокоит Рам.

Пиная песок под ногами, Субару недовольно посмотрел на Рам, когда она выразила аналогичное мнение.

С момента как они начали идти по Великой Пещере, прошел уже час. Когда вокруг никого и ничего не появлялось, их тревога, нетерпение и дурные предчувствия продолжали расти.

Конечно, отсутствие врагов - это долгожданная ситуация, но обширная тишина не могла помочь стереть плохие чувства относительно этого места. ――Как будто оно было оторвано от всего мира――

Субару: Не может быть, что нас поглотило в гиперпространство, которое ни с чем не соединяется, верно?

Анастасия: Ну тогда, может быть, ты скажешь мне, откуда идет ветер, на который мы рассчитываем? Ты думаешь, что это тяжелое дыхание необычайно большого и свирепого зверя, который владеет этой пещерой?

Субару: Это даже не смешно, это довольно страшно.

На самом деле, не было бы ничего удивительного, если бы это произошло. Они уже видели собственными глазами, что даже мир может быть разрушен. С чем бы ни был связан этот разлом, удивляться не стоит.

Рам: Независимо от злонамеренности этого разделения, трудно поверить, что тот, кто его создал, считал, что оно может быть сломано. Мы не стремились к этому с помощью заклинания отрицания, это было просто совпадение.

Субару: Что именно ты имеешь в виду?

Рам: Бесполезно представлять себе худший сценарий, что эта дорога, как она есть, связана с желудком монстра. ――Посмотри.

Отсутствие прогресса привело к пессимистическим теориям, которые Рам рационально отрицала. Затем, в конце объяснения, она подтолкнула Субару, когда он остановился, чтобы посмотреть вперед.

Следуя ее указанию, Субару протянул фонарь, чтобы посмотреть вперед. Затем, освещенный проход полости сужался перед их глазами――

Субару: Это перекресток.

Анастасия: Направо или налево, мы должны сделать выбор. Что же нам делать?

Субару: Насколько мне известно, Курапика* говорил, что нужно выбирать правильно, когда придет время.

(п/п: персонаж Hunter x Hunter)

Анастасия: Кто это?

Глядя на это практически, он вспомнил, что слышал, что люди, как правило, бессознательно предпочитают идти налево, если они заблудились. Возможно, это было связано с доминированием, как доминирующей руки, доминирующей ноги и других сложных факторов, подобных этим, или тем, что было сказано и подумано об этом в это же время.

По этой причине, Субару хотел последовать теории умелого персонажа, которого он когда-то знал, и выбрать правый путь, который он считал правильным, но――

Рам: Итак, Барусу, в какую сторону ты хочешь идти?

Субару: ……Честно говоря, налево.

Рам: Что случилось с Курапикой?

Анастасия: Кто это?

Субару отвечал, Рам задавала вопрос за вопросом, а Анастасия просто подшучивала.

Если вы посмотрите только на эти слова, этот разговор может показаться таким.

Но на самом деле, у этих трех человек, которые обменивались словами, были напряженные выражения и тревожные взгляды на лицах. Вдобавок ко всему, даже Патраш, которая не могла говорить, смотрела на правый путь суровыми глазами.

Причина была в подавляющем негативе, который они чувствовали с правого пути.

Проще говоря, отвратительное предчувствие. Если подобрать больше слов, то это был почти ужас.

“Выбрать правый путь смертельно опасно”, - тревожно звенели их инстинкты.

Субару: Право…… Я думаю, это опасно. У меня такое чувство, что это будет не очень приятно.

Рам: Удивительно, но я согласна с Барусу. Что вы думаете, Анастасия-сама?

Анастасия: По правилу Карараги, все идет к большинству. При поддержке двух голосов…… Кроме того, мне, честно говоря, не хватает смелости выбрать правый путь.

Поскольку рукава не развевались, Анастасия взмахнула обеими руками, как ответ.

Субару был не единственным. И Рам, и Анастасия, испытывали странное ощущение от правого пути, так же как и Патраш. Поэтому, правая дорога не могла быть выбрана.

Субару: Значит, налево? ……Но это тоже похоже на выбор ужасного варианта.

Рам: Что ж, поворачиваем назад? Так мы ничего не добьемся.

Субару: Нечего терять, вот что ты говоришь. Возможно, я просто слишком негативен.

Поскольку Субару не смог принять решение, Рам и Анастасия, казалось, были готовы прыгнуть.

Поскольку он не может ничего сделать, кроме как пожать плечами, Субару сделал шаг вперед, чтобы пройти перед Патраш. Прямо к дороге слева.

Принимая их нерешительность, когда они продвигались вперед, кажется, что они увеличили свое расстояние от правого пути в этой Великой Пещере. Он обнаружил, что давление, которое он чувствовал сквозь стены песка, продолжало уходить все дальше, и скованность в его плечах, естественно уходила.

Рам: ――Какое неприятное место.

Она чувствовала то же самое, и когда он услышал бормотание Рам, Субару молча согласился.

На этом перекрестке, правый путь вызывал подавляющие негативные мысли. Они выбрали левую дорогу из-за чего-то вроде инстинкта, чтобы избежать другого, но была еще одна причина.

――Внутри груди Субару, он почувствовал присутствие чего-то радостно кричащего в сторону правого пути.

Было бы ужасно повиноваться тому, что оно говорило.

Это также, несомненно, было главным фактором, почему Субару не выбрал эту дорогу.

***

Команда "Неспособных сражаться" продолжала идти через полость, и вот, прошло ещё несколько часов в пути.

Субару: "――――"

Анастасия: "――――"

Рам: "――――"

По мере того, как они медленно продвигались вперед в поисках в Великой Пещере, количество слов, произнесенных между ними, резко сократилось.

С их усталостью, не говоря уже о темноте, любое чувство времени было нечетким, но то, что изматывало их дух на протяжении всего пути, было тишиной.

На самом деле, Субару казалось, что прошло уже несколько часов, но он не знал, правда ли это.

Есть вероятность, что они использовали время лучше, чем думали, или наоборот, что они потратили его полностью впустую.

Что они знали наверняка, так это то, что никакого прогресса не было. Не более этого.

Субару: ……я задаюсь вопросом, не следовало ли нам тогда пойти направо.

Рам: После такого долгого молчания, ты можешь только жаловаться? Прекрати. Позорный.

Бормоча, он пошевелил сухими губами, чтобы пожаловаться, и Рам с горечью пронзила его в ответ.

Однако, ее яду также не хватало честолюбия. Не будучи в состоянии найти что-либо, это заставило ее также слегка прогнуться под тревогой.

Хотя опора на песчаной тропе была плохой, после нескольких километров ходьбы по ней появилась некоторая уверенность.

Если вы не видели конца пещеры, вас не могло не охватить дурное предчувствие. Вполне естественно, что вы засомневались в том, что сделали неправильный выбор.

Более того, если вы зайдете в тупик, вам придется сдаться.

Субару: Выстрелы того света……Как ты думаешь, что это было?

Субару сменил тему разговора, опасаясь, что негативный разговор продолжится.

Тема, которая всплыла, была светом Сторожевой Башни――защитный механизм дюн, который, казалось, был подготовлен мудрецом.

Рам: Это была игла.

Субару: Игла?

На этот вопрос Рам ответила несколькими словами. Она вздохнула на следующий вопрос Субару и нежно погладила свои розовые волосы,

Рам: Я не знаю мелких деталей, но она стреляла длинными и узкими иглами, заколдованными магической силой. Иглы несли в себе сильный жар, вероятно, эффект магии огня. Но сама игла, казалось, была сделана специально. Оттолкнувшись и упав на песок, она распалась и исчезла.

Субару: В такой шумихе, видеть так хорошо…

Рам: Если бы ты только посмотрел на неё, ты бы и сам знал об этом.

Без сомнений, наблюдательность Рам была не такой уж обычной, как она говорила.

Пока Субару просто продолжал смотреть, Анастасия изумленно покачала головой.

Рам знала о своих талантах, но все равно говорила с сарказмом.

Субару: Как ты думаешь, какова была цель?

Рам: Убить тех, кто приближается к Сторожевой Башне... Остается загадкой, почему она безжалостно целилась в Барусу. Это стандартная практика - сначала уничтожать более слабых врагов, так что, возможно, так оно и есть.

Субару: Черт, я не могу этого отрицать!

Если вы посмотрите на это издалека, вы не сможете не прийти к такому же выводу. Тем не менее, из-за этого у них не было потерь.

Вывод, к которому вы придете, таков: хорошо иметь слабого, непобедимого, волшебного Субару.

Но в таком случае――

Субару: Это значит, что добиться дружеской встречи с Мудрецом будет трудной.

Анастасия: Я думаю, что говорить об этом преждевременно. Если я не ошибаюсь, разве мы не намеревались сознательно бросить вызов этим неудачам? Есть шанс на разговор, это то, что я думаю.

Рам: В худшем случае, наше дело - знания Мудреца, а не его личность. Если он не заговорит, мы можем просто связать его и хорошенько встряхнуть, пока он не заговорит.

Субару: Сестра, это заговорила твоя злодейская сторона!?

Рам: Если ты чего-то хочешь, принимай меры. Это не детская игра.

Когда Субару остолбенел, Рам оставалась странно спокойной. Просто услышав эти заявления, он почувствовал, что они напоминают ему о том, насколько сладкими и поверхностными были его собственные решения.

Независимо от того, будет ли это сделано на самом деле, нет никаких сомнений в том, что Рам готова к этому. Это только доказывает, насколько серьезно она относится к Рем.

Субару: "――――"

Чтобы коснуться решимости Рам, Субару, возможно, придется принять некоторые решения относительно своей собственной решимости.

Он и не думал пачкать руки ради Рем. В этом также нельзя винить Рем.

То, что он должен сделать - это быть готовым похоронить результаты.

Столкнувшись с существованием Мудреца, независимо от того, что это за противник, он должен быть абсолютно решительным, таким решимым…

Патраш: "――――цу"

Субару: Патраш?

В это же время, Патраш задержала дыхание, а Субару укусил губы.

Дракон сурово смотрел на тропу и тихо застонал. Субару, заметивший этот взгляд, также остановился и вернулся, чтобы успокоить земляного дракона. Он погладил ее по шее и сказал: "Что случилось?"

Субару: Ты что-то видела? Что……?

Рам: ――Причина, это……

Рам заговорила, перебив Субару. Анастасия нахмурилась и посмотрела в проход, как Патраш.

Конечно, ничего нельзя было разглядеть в растянувшейся темноте, но это было другое чувство, которое больше привлекало, чем видение. ――В нос просачивался запах чего-то горящего.

Анастасия: ……Ты думаешь, это запах огня?

Рам: Я не могу думать ни о чем другом. Но я не думаю, что здесь может быть что-то вроде кухни.

Субару: Если это огонь…… Причина этого запаха - цивилизованные люди, верно…?

Рам & Анастасия: "――――"

На цепкий вопрос Субару, ни Рам, ни Анастасия не смогли просто кивнуть.

Он также мог понять суждения девушек. Но доносившийся оттуда запах явно был запахом чего-то горящего. Рам сказала, будто что-то готовят, но и аромат был близок к этому.

Это костер, на котором что-то готовят. Если это так,

Субару: Как думаете, есть вероятность, что это Эмилия?

Анастасия: Если предпосыл был оставлен специально, то шанс велик. Тем не менее, рационально или нерационально использовать огонь в такой ситуации, я бы оставила это суждение остальным.

Субару: "――――"

Если продолжать обсуждать это здесь, ответ относительно того, что лежит впереди дороги, не придет сам.

Если это так, вы должны крикнуть и проверить, каковы намерения вашего партнера,

Анастасия: Люди, находящиеся впереди дороги, не всегда дружелюбны.

Если это не Эмилия, то, может быть, это Мудрец? Трудно поверить, что мудрец, который должен быть в Сторожевой Башне, спустится.

В этом случае, если мудрец продолжает быть враждебным, следует ожидать соответствующего нападения.

Субару: ……Спрятать свет и двинутся вперед? Я имею в виду, что если он использует огонь, то на их стороне есть свет. Мы, по крайней мере, должны спрятаться.

Анастасия: Забавно продолжать рассуждать об этом, мы также должны проверить, в чем причина, так что я думаю, что это разумная идея.

Анастасия кивнула на предложение Субару, и после этого Рам также спокойно согласилась с этим.

Когда свет других фонарей был выключен, группа вернулась на тропинку, откуда доносился запах огня, полагаясь только на свет Субару.

Рам: Барусу.

Субару: Что?

Рам: Если что-то случится, просто оставь это и убегай. Не держи зла.

Субару: Будь я проклят, если я сделаю это.

В свете, который держал Субару, Рам слегка разжала губы, и Субару пошел прямо через проход. Когда запах костра постепенно усилился, он почувствовал на спине дыхание Патраш,

Субару: ...! Это свет.

За проходом он увидел слегка мерцающий красный свет.

Субару немедленно уронил свой свет и приказал троим позади него молчать. Затем он присел на корточки и осторожно ступил на песок, чтобы убедиться в состоянии света.

Один шаг, два шага――по мере того, как они продвигались вперед, они могли видеть, что свет немного приближался с угла. Проход слегка изгибался влево, и огонь шел оттуда.

"――――"

Тихо дойдя до поворотной точки, он слегка заглянул с другой стороны, прислонившись к стене. В этот момент ветер, несущий легкий жар, пощекотал лоб Субару и он невольно закрыл глаза.

――Сразу же после, нога Субару неожиданно опустилась, песок заскользил, и его тело покатилось вниз.

Субару: Что за...?!?

Он не смог вынести неожиданного удара, и Субару забыл сделать шаг, и он покатился вниз по склону. Мелкие частички песка не могли этого сделать, и он долго скользил вниз до самого дна.

Оттолкнувшись от вершины песчаного холма, Субару скатился с крутого песчаного склона высотой около десяти метров, снова выплюнул песок и поднял свое тело.

Субару: Угх! тьху! Опять песок……Нет, что тогда……

Субару покачал головой и огляделся. От неожиданности он выронил свой фонарь. Если он был где-то поблизости, он начал искать его, протягивая руку, и вскоре коснулся чего-то твердого.

На мгновение ему показалось, что он нашел фонарь, но он казался совсем другим по сравнению с твердостью того, что он сейчас держал. Поверхность была хрустящей и приятной на ощупь, как деревянная палочка. Когда он поднял ее, она оказалась легче по сравнению с толщиной и длиной.

Субару: Что это…?

Даже если бы вы присмотрелись повнимательнее, вы бы не узнали, что это было, в этой кромешной тьме.

Когда он робко понюхал её, то почувствовал запах древесного угля――

Субару: "――――"

В следующий момент, когда он подумал об этом, прямо за его спиной внезапно появился свет.

Огоньки, появившиеся сзади, были красными, мерцающими и примитивными, и их называли пламенем. Затем, когда пламя начало освещать мир, Субару увидел личность вещи, которую он схватил.

――Это, наверное, нога какого-нибудь существа.

Вещи, которые были животными, сгорели до тех пор, пока не превратились в обугленные останки.

Вокруг того места, где сидел Субару, были разбросаны останки бывших существ, которые стали этими обугленными останками, и Субару проскользнул прямо в середину бесчисленных обгоревших мертвых тел.

Субару: Ох! Ох! Что за!?

Отбросив обуглившийся мусор в руке, Субару направился к отступлению. Однако, когда он попытался отступить назад, сзади возникло ужасное пламя, и его шею обожгло волной жара, и на этот раз он упал прямо на лицо. И, наконец, он повернулся и посмотрел на него лицом к лицу.

Монстр: "――――――――!"

Субару был выброшен из реальности, столкнувшись с ужасным ревом спереди.

Почему все демонические звери ревут так отвратительно, что раздражают людей до предела своего отвращения.

С таким пронзительным ревом, как будто бесчисленное количество младенцев плакало одновременно.

Это богохульное существо, которое Субару никогда не видел, горело красным в месте, полном сожженных тел ――это действительно демонический зверь, но цвет меха отличался от того, что он видел в прошлом.

Насколько Субару знал, все демонические звери были искажены и уродливы, но часто они были в такой форме, что так или иначе напоминали существующее существо.

То же самое касается Белого Кита или Великого Кролика. Во всяком случае, была животная основа.

Однако, на этот раз, монстр, который существовал перед ним, не хотел применять ту же концепцию.

Монстр: "――――――――!"

Монстр снова закричал. На первый взгляд можно было обнаружить некоторое сходство с лошадью.

Тонкие, но сильные четыре ноги, которые существуют для того, чтобы носиться по земле. Оно выглядело как лошадь, с длинным хвостом, что качался сзади.

Однако в той части, где обычно должна быть шея лошади, был человеческий торс, ведущий к голове. Человеческое туловище имело еще две руки, в дополнение к четырем ногам. И головы над шеей человеческого туловища не было. От шеи до макушки рос "рог".

Доказательство дьявола позволило легко понять, что он отличается от других животных.

На месте головы рос рог. У него не было головы. Говоря о том, откуда издавался крик, от груди до живота человеческое туловище было разорвано вертикально, и в ротовой полости были полностью выросшие горизонтально выровненные клыки, показывая свое существование.

Субару: ……Это монстр.

Даже называть его “Магическим Зверем” было своего рода абсурдом, скорее это было осквернением жизни.

Насколько было известно Субару, он был близок к фантастическому существу по имени Кентавр, получеловек и полуконь, но это была искаженная фигура, как будто она была выброшена из производства на полпути.

И кентавр, грива пламени формировалась из задней части его человеческого туловища, сжигая песчаную впадину с невероятной силой, вздымая вверх красный свет.

Если вы посмотрите на силу огня, то станет очевидно, что тот, кто создал все сожженные мертвые тела, стоял там. Использование огня означало цивилизованных людей или что-то еще, было ошибкой принимать такие ожидания.

"――――"

Рука кентавра была человеческой рукой с пятью пальцами.

Ступни лошадиной части кентавра были ногами лошади, которые также образовывали копыта.

Фигура была около шести или семи метров в длину, и можно было сказать, что она была как раз подходящего размера, чтобы ходить по этой пустоте. ――То есть, Повелитель этой полости, находился прямо перед ним――

Субару: ……Это была ловушка.

Затаив дыхание, Субару впал в отчаяние.

Он ничего не мог поделать. Он быстро сунул руку за пояс и схватился за рукоятку хлыста, но он не думал, что сможет с ним что-то сделать.

И кентавр наклонил свою безглазую голову к затаившему дыхание Субару. Слыша рев из пасти, купаясь в этом реве, его страхи подпитывались.

"......"

В момент, Субару двинулся, чтобы создать разрыв.

Он повернулся на песке, грубо пнул один из обугленных обломков, который попал в кентавра. Трупы, которые прошли через огонь, были хорошо обгоревшими и слишком легкими, и не было никаких последствий, даже попав. Но все же, хорошо держать себя в руках. Цепляясь за крутой склон, он пытался вернуться в верхний проход. Он вернется тем же путем, каким пришел, но это не имело значения. Проблема была в том, что он не знал, как далеко пойдет этот Кентавр. Сомнительно, что у этой твари был аппетит, раз она так сжигает свою добычу. Конечно, насколько он слышал, у демонических зверей была природа убивать людей инстинктивно, хотя это не всегда работало в соответствии с этим. Все ещё, если бы можно было хоть немного переломить ситуацию…

Субару: Ка фу――

Когда он подумал об этом, он заметил, что его тело не дрожит.

Пытаться и создавать отвлекающие маневры, пиная обугленные обломки, или подняться по крутому песчаному склону и повернуть назад, или дотянуться до кнута, Субару не мог сделать ничего из этого.

――Потому что прежде, чем он успел добраться до него, дыхание монстра обожгло Субару.

Субару: Ахх.

Как только до него дошло, что все его тело горит, Субару закричал от боли и страданий. Возможно, потому, что его горло было обожжено, и его легкие были обожжены, он не смог повысить свой голос.

Когда на обожженной коже образовывались пузырьки, они мгновенно набухали и лопались. Жидкости, которые текли внутри тела, никогда прежде не виданные, мгновенно испарялись, и кровь кипела по-настоящему.

Субару: "――――"

Ни о чем не думая, он катился по земле в этом страдании.

Мышцы и жир сгорели дотла, расплавились и неуклюже повисли. Боль исчезла далеко, и Субару ощутил иллюзию, будто он тонет в огне.

Горел и сгорал. Он где-то читал о глубине ожогов.

Он слышал, что есть стадии ожогов, и когда они перейдут на третью стадию, шрамы останутся, и кожу придется пересаживать. Он также слышал, что когда человек сжигает 30% кожи тела, это само по себе затрудняет дыхание и приводит к смерти.

Субару: "――――"

Короткие волосы сгорели до корней, а барабанная перепонка и мозговое вещество плавились и вытекали из уха. Губы и десны испарились, зубы облупились, а язык был проглочен страданиями от жара. Это не имеет значения. Он уже утонул. Если он был сожжен, можно ли его исцелить? Хоть он и не был уверен в своем лице, но если оно обгорит, придаст ли это ему какой-то причудливый вид? Для Эмилии, для Беатрис, для Рем.

Субару: ――Рух!

Горело, его поле зрения горело. Все горит, краснеет и белеет.

Кровь была уничтожена чудовищным жаром, веки расплавились, жидкости глазного яблока испарились, оно стало белым и мутным, и ничего не было видно.

Он что-то услышал. Он услышал, как кто-то его зовет. Он услышал плач ребенка. Кто-то опустился рядом с ним. Идиот. Почему? Я же велела тебе бежать. Зачем ты сюда спустился? Но он не знал, что значит спустился вниз. Более того, что такое лево или право?

Лошадь, человек. Оно тает, горит и засыпает.

Тает и исчезает.

***

Рам: Как долго ты собираешься спать? Вставай, ленивый Барусу.

Субару: Гуах, ух!?

Субару был возвращен к реальности резким толчком, пока его руки и ноги не могли двигаться, и его опаленные мысли разваливались.

Внезапно поднявшись, Субару вытер холодный пот со лба, покрытого песком.

Субару: Ох, ох …что?

Огляделся по сторонам.

Темно, он ничего не видел. Было только что-то, что вызывало страх всего несколько секунд назад.

Субару: хах?

Рам: …Я ошеломлена. Как ты можешь быть таким испуганным в темноте? Ты не ребенок!

Субару: "....."

Неохотно дрожа всем телом, Субару широко раскрыл глаза, услышав ее голос.

В свете фонаря, Рам испустила легкий вздох. Затем, она тихо опустилась на колени, и погладила Субару по щекам рукой.

Рам: Какое жалкое лицо.

Субару: ……мое лицо расплавлено?

Рам: ――Кроме как перед Эмилией-сама, я никогда не видела такого жалкого зрелища.

Тепло ладони, касавшейся щеки, было таким теплым, но оно даже близко не шло по сравнению с тем, что только что испытал Субару.

Благодаря этому чувству, пламени и другому теплу, Субару, наконец, понял ситуацию.

Опять, он опять умер, и Посмертно Вернулся.

И вот, еще одно сохранение, отличное от двух "смертей", которые он встретил в песчаных дюнах.

Говорят, что нельзя бросить вызов лабиринту песка, не рискуя собственной жизнью.

――Он чувствовал, как холодный песок течет по песчаному морю, молча насмехаясь над опаленным Субару.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14. Вера, Построенная на Песке

Перевод: imy

***

Тепло, исходящее от ладони Рам, контрастировало с презрением холодного песка. И то, и другое, было реальностью, с которой Нацуки Субару столкнулся только что; это было "настоящее", которое он должен был принять.

Субару …Рам.

Рам: Что?

Субару: Твои пальцы действительно такие хорошие и гладкие…Это как―― Буээх!

Рам: Этот Барусу определенно испытывает свою удачу, не так ли?

Субару: Ты когда-нибудь перестанешь использовать прозвища людей как проклятия!?

Субару высказал свои жалобы со слезами на глазах после того, как его ударили по щекам в качестве компенсации за его неосторожное замечание. Однако Рам, державшая в руке фонарь, ничего ему не ответила. Вместо этого она поспешно отошла, стараясь держаться от него подальше.

Это было что-то холодное с ее стороны, хотя до сих пор она проявляла к нему доброту, которую редко можно было увидеть. ――Хотя, если все так и останется, то Субару не сможет даже неловко поговорить об этом. Частью его истинного намерения было вернуться к тому, как они обычно взаимодействовали.

Субару: Прямо здесь, мы……

Рам: Абсолютно везде кромешная тьма. Ты помнишь трещины, открывающиеся в песчаном море, и как наша драконья повоза была поглощенна ими, я полагаю? Я не хочу больше ничего объяснять.

Субару: Нет-нет, мне достаточно только этого. Я понял.

Рам: ……Хорошо.

Субару получил краткое описание текущей ситуации от Рам, когда он сделал глубокий вдох. Он понял, что Посмертно Вернулся, и что его точка сохранения уже изменилась.

――Субару трижды встретил "смерть" в этих песчаных дюнах.

Дважды он был убит над землей вспышками света, которые, вероятно, были выпущены со Сторожевой Башни. Однако на этот раз, этот третий раз сильно отличался от двух предыдущих. Он умер от нападения монстра в подземелье.

Он с трудом сдерживал дрожь, вспоминая, какой была его смерть всего минуту назад.

Субару: Я никогда не думал, что умру вот так……

То, как Субару умер сейчас, можно было бы назвать огненной смертью. Все его тело было опалено багровым пламенем, и он сгорел заживо, все еще не понимая, что происходит. Трудно было забыть, как все его тело было облизано раскаленными языками, и как каждая его частичка скорее расплавилась, чем сгорела.

Он знал, что человеческое тело - это кусок жира. Однако было ли это действительно что-то, что так легко и быстро таяло? То, что его обгоревшие останки были трагичны, было чем-то, с чем он действительно согласился бы.

Рам: Барусу, ты уже успокоился? Если да, то нам нужно поговорить.

Субару: Ах, ахх. Да, я в порядке……Здесь только ты и я?

Рам: Если бы это было так, Барусу, я бы бросила тебя и сбежала бы ради собственной безопасности. Так как я не…… Ну, ты понимаешь, что это значит, не так ли?

Субару: Ты только что показала вторую часть доброты, которую редко проявляешь?

Рам: Ты действительно говоришь много неуважительных вещей по отношению к любви и состраданию, которыми являюсь я, не так ли? ――Она вернулась, пока ты нес какую-то чушь.

Посмотрев налево, на фонарь―― а затем на то место, куда он указывал справа от Рам, он увидел свет лампы, приближающийся из глубины пещеры. Фонарь раскачивался взад-вперед примерно на высоте головы, и, как он и ожидал, источником света была Анастасия, ехавшая верхом на Патраш.

Анастасия: Рам-сан, Нацуки-кун, кажется, ваш разговор закончился, верно?

Субару:……Анастасия, Патраш, это вы?

Анастасия, ехавшая верхом на Патраш, произнесла то же приветствие, что и раньше, и мрачно сверкнула на него глазами. И в ответ на эти слова, Рам, как и прежде, ущипнула свой подол юбки и поклонилась.

Рам: Спасибо за вашу заботу, Анастасия-сама. Могу я спросить, как обстановка?

Анастасия: Я сходила посмотреть несколько дальше внутрь, но не смогла никого найти. Это только мы трое, которые были заброшены сюда…… и вот эта маленькая.

Рам: Понятно.

Анастасия: Ты должна держать свою голову высоко поднятой, хотя, возможно, это само по себе не принесет нам никакой пользы.

Рам: Спасибо за вашу заботу. Действительно, я понимаю… Я обязательно так и поступлю.

Анастасия высказала свои опасения с драконьей спины. На что Рам ответила так, как она обычно говорила, в отличие от того, как она говорила с Субару. На этот раз лицо Анастасии было хорошо видно, поскольку фонарь держала Рам.

Все, что сказала Анастасия, было точно таким же, как и в прошлый раз. Она пришла, чтобы рассказать им о реальной ситуации, а именно о том, что остальные потерялись и рассеялись вместе с Рем.

Субару: Значит, на данный момент единственные, кто смог присоединиться, - это только мы четверо? …Чертовски ужасно, что у нас нет боевой силы.

Анастасия: Мы не так рассеяны, как думали, а, Нацуки-кун? Какой особый талисман удачи ты заставил Рам-сан бросить нам?

Рам: К сожалению, ничего не произойдет, даже если придется выбирать между мной и Барусу. Но, только Барусу закончит тем, что его найдут мертвым на следующий день.

Субару: Что ты имеешь в виду? Ты имеешь в виду, как в мафии? Жутко.

Их комментарии не были направлены на демонстрацию бравады, а скорее, Анастасия и Рам обменивались словами таким образом, чтобы успокоить Субару, который только что проснулся. Хотя его понимание ситуации было быстрым, так как это было во второй раз, но они все еще были в том месте, где было важно не терять время, особенно сейчас.

Субару: Рам, просто чтобы убедиться: ты не знаешь по чувствам, где находится Рем, верно?

Рам: Правильно, это бесполезно. Поскольку я чувствую связь, я не сомневаюсь, что, по крайней мере, она жива……Но больше я ничего не знаю. Все, что мы можем сделать, это молиться, чтобы она была не одна.

Субару: Учитывая, что мои повседневные дела связаны с удачей и несчастьем, дела Рем будут просто отличными, не сомневайся…… Я абсолютно уверен в ее безопасности.

Если эта теория была верна, то именно из-за своих собственных поступков он прошел через абсурдное количество страданий и смертей. Ему хотелось уйти и закрыть на это глаза.

Субару: Вдобавок ко всему……

Субару абсолютно не мог позволить Рам и Анастасии узнать; это было его самой большой тревогой. Казалось, что все, кого он хотел спасти, были разделены от него благодаря тому, что его точка сохранения была обновлена. Это было так же, как когда он не смог использовать свое Посмертное Возвращение, чтобы вернуть имя Рем.

Что, если его товарищей постигла трагедия из-за его Посмертного Возвращения?

Субару: Я абсолютно не позволю этому……!

Для тех, кого здесь не было. Эмилия, Беатрис, Юлиус, Мейли. И Рем. Он молился, чтобы с ними не случилось ничего ужасного. Нацуки Субару молился, чтобы они не пострадали, даже если они были вне его досягаемости.

Рам: Барусу. ――Разве вы не связаны с Беатрис-сама?

Субару: Я пытался, но ничего не вышло. Покуда есть связь между нами, Беако должна быть в состоянии почувствовать меня…… Но даже если я попытаюсь это сделать, связь довольно слабая.

Анастасия: Должно быть, из-за миазм. Даже духи не могут долго задерживать дыхание, даже моя Ехидна время от времени ворчит……Только Эмилия-сан с этим справлялась.

Субару: Я думаю, то же самое было и с тобой, а, Беако?

Беатрис, несмотря на свое доброе сердце, вероятно, не стала бы жаловаться, даже если бы была в плохом состоянии. Если бы это случилось, Субару бы точно это заметил. Если бы Беатрис стало плохо, это повлияло бы и на безопасность всех остальных. Когда они благополучно воссоединятся, ему придется отчитать ее.

Субару: Поэтому, так же и для этого, нам нужно воссоединиться со всеми. ――Пойдем же глубже в пещеру!

Вполне вероятно, что они снова наткнутся на чудовище, которое сожгло его, если пойдут в его глубины.

Но, несмотря на это, не было другого пути, кроме как идти вперед.

Поэтому, чтобы воссоединиться со своими драгоценными спутниками, не было другого пути, кроме как идти вперед.

***

Анастасия: Ты единственный, кто идет, Нацуки-кун. Разве твоим ногам не становится хуже?

Субару: Я в порядке. Но будь осторожна, потому что Патраш не примет никого с распростертыми объятиями, кроме меня. Каждый раз кажется, что она вот-вот откусит волосы Беако.

Анастасия: Ахахаха, замечательная шутка. Патраш-тян хорошая девочка, она бы так не поступила. Разве не так?

Патраш: "――――"

Патраш что-то проворчала Субару, который вел их с фонарем, пока они углублялись в пещеру. Ее ворчание было из тех, что она издавала, когда не жаловалась.

Патраш все еще была трудолюбивой, даже несмотря на то, что она несла других людей, которые не были Субару, так как она знала, что это была чрезвычайная ситуация. Как и следовало ожидать, она была женщиной, достойной быть частью лагеря Эмилии.

Рам и Анастасия ехали на Патраш, и Субару был единственным, кто пересекал песчаный лабиринт пешком. Они последовали тем же путем, что и в прошлый раз, и вчетвером двинулись в глубь пещеры. Возможно, они ушли на несколько десятков минут раньше, чем в прошлый раз, но поскольку он не знал, когда этот монстр появится здесь, все это будет не более чем погрешностью.

Субару: Его логово вон там……Может быть, это было его пастбищем или игровой площадкой…

То, что нельзя было назвать “Кормом”, было огромным количеством обгоревших трупов, которые усеивали ту область. Обугленный труп, который Субару случайно схватил, вероятно, принадлежал животному―― Судя по форме, он схватил заднюю ногу четвероногого существа, но не было никаких признаков того, что его съели. Количество обугленных трупов там было бесчисленным.

Он мог бы даже назвать его Гурманом, если бы оно использовало огонь, чтобы просто приготовить свою еду. Однако он просто сжигал свою добычу и оставлял их трупы нетронутыми. Это чудовище обладало жестокой натурой, которая наслаждалась тем, что сжигала свою жертву до смерти; вполне логично, что у него был способ, как поймать ее, и место, где сжечь.

Это была гротескная фигура, заряженная ненормальным количеством тепла. Субару также боялся самого Магверя, который существовал в неправильной форме как живое существо, в то же время вспоминая момент, когда он сгорел заживо.

Анастасия: ……Из того, что я вижу, мы все еще должны быть где-то в песчаных дюнах. Возможно, под ними? Что ты думаешь, Нацуки-кун?

Субару: "――――"

Анастасия: Нацуки-кун?

Субару: А? Ах? Аах, Верно. Я тоже так думаю.

Рам: Ты действительно слышал, что она сказала? Это грубо, если ты считаешь, что такой ответ адекватен.

Рам быстро разоблачила бездумное согласие Субару. Однако Субару поспешно покачал руками и головой в знак отрицания.

Субару: Ни в коем случае, я все правильно расслышал. И более того, я придерживаюсь своей позиции абсолютного согласия.

Рам: На самом деле, когда ты снимаешь лифчик перед сном, твоя грудь не отвисает ни на дюйм, ты это хочешь сказать? Ты подтверждаешь это? Отвратительно.

(П/П: Примерно по-японски, вот что говорит Рам; она в основном называет Субару говнюком этим красочным анекдотом.)

Субару: Разве то, как ты говоришь мне об этом, не отвратительно!? Или, скорее, это не похоже на то, что ты должна мне говорить, разве ты не согласна со мной!?

Субару, не веря своим глазам, повернулся к Анастасии за помощью. Она криво улыбнулась ему, а затем произнесла: "Ты не должен волноваться."

Анастасия: Рам-сан просто возилась с этим. Не думаю, что в такой ужасной ситуации подобает так говорить.

Субару: Д-да? Да, именно так. Я очень поторопился. И во-первых, ни у Рам, ни у Анастасии грудь не отвисла, да и чтобы заметить, они не настолько……

Анастасия: Ой, прости Нацуки-кун. Моя рука соскользнула.

Субару: Почему так напряжённо, и почему так горячо!?

Её фонарь был прижат к его затылку, и жар, исходящий от Магической Руды, обжег ему шею. С ощущением своей огненной смерти, ожившей в нем, он содрогнулся и скатился на холодный песок, крича, освобождая себя от боли. И когда он сделал это, все еще лежа на спине на песке, он посмотрел на них двоих на спине дракона.

Субару: Р-разве это не жестоко делать это внезапно? Мне бы хотелось, по крайней мере, иметь возможность объясниться.

Анастасия: Нельзя критиковать физические характеристики людей, а потом демонстрировать к ним презрение. Ты абсолютно не можешь этого делать, если только ты не мазохист. Если бы это было Карараги, ты бы потерял всю свою репутацию и разорился. Ты согласна, Рам-сан?

Рам: Мне без разницы. Кроме того, У Рем больше, так что мы сохраняем баланс между нами. Для меня это не проблема.

Если он пойдет и расскажет об их прекрасной сестринской любви, которая дополняет друг друга, он снова вызовет их гнев. Поэтому он промолчал. Субару поморщился, его затылок покалывало от легкой боли. Он встал и кашлянул, стряхивая песок.

Субару: В любом случае, давайте перейдем к делу. Мы под землей, ты ведь так сказала?

Анастасия: Что, ты действительно меня слышал? Верно, я так думаю. Причина в том, что воздух тяжелее, чем над землей, и температура ниже. Разве вы не согласны?

Рам: Под песчаными дюнами…… Будем молиться, что это не нора Песчаных Червей.

Субару: ……Это также может быть еще хуже.

Анастасия плотнее запахнула халат, взывая к холоду, и Рам последовала ее примеру. Субару тонко вплетался в реальность ситуации, при этом он соглашался с их мнением.

Конечно, даже если бы Здесь были Песчаные Черви, было бы Геркулесовым трудом отбить их с той скудной боевой силой, которой они располагали. Тем не менее, Песчаные Черви были все же лучше, поскольку у них была определенная стратегия борьбы с ними.

Этот Магверь―― которого сейчас он для удобства назвал бы Кентавром - был чем-то, с чем Субару понятия не имел, как вести себя в бою. Он наткнулся на него и тут же сгорел на месте.

Он был уверен, что встретит такую же смерть, если столкнется с ним, как в прошлый раз.

Субару: Практически, вполне вероятно, что мы столкнемся другими Магверями, кроме Песчаных Червей. Хотя они и Магвери, которые бродят по этим песчаным дюнам, я думаю, что это хорошая идея, если мы придумаем для них план на потом.

Рам: Да…… Тем не менее, я могу только сказать, что знаю только то, о чем говорила Мейли по дороге сюда. А кроме этого, возможно, как типично они живут.

Анастасия: Магвери Песчаных Дюн Аугрии гораздо более агрессивны из-за воздействия миазм, и есть также Магвери, которые вообще не должны здесь жить. И все же, лучше знать, чем не знать.

Когда Субару высказал свое предложение, Рам и Анастасия кивнули в знак согласия. В результате они говорили о Магверях, продолжая свои поиски в глубинах пещеры.

Рам: Песчаные Черви выделяются своим зловонием и уродством, но, в отличие от их агрессивной природы, их тела не настолько сильны. Даже если их тела велики, моя магия может легко убить их… Во всяком случае, твой хлыст может оказаться полезным, Барусу.

Субару: Серьезно? Мой хлыст повредит им?

Анастасия: Говорят, что они трусливы, и если они чувствуют боль, кажется, они отступают. Это будет зависеть от типа боли, которую они почувствуют, но, по крайней мере, шанс не равен нулю, не так ли?

Рам: Я не хочу натыкаться на Банасси, если это возможно.

Субару: Это злой Магверь, несмотря на то, что у него имя грызуна?

Анастасия: Нет, у него нет никакой боевой силы. Но-о-о, он дерется грязно. Он раздувается до тех пор, пока его тело не делает "Бум", взрывая всех, кто находится рядом с ним. И его кровь и кишки обливают его врага.

Субару: ……Тогда, его кровь ядовита или что-то в этом роде?

Рам: Это не так. Это просто надоедливо……Но как только один из них делает это и их зловоние выливается наружу, другие Банасси сбегаются и делают то же самое. В конце концов ты становишься измазанным в крови.

Субару: Страшно!

(П/п: 袋鼠 - это кандзи для “Банасси”, которые являются термином, используемым для опоссумов. Я предполагаю, что Таппей дал этим кандзи специальную Фуригану, когда они были представлены, так как именно так написано в Вики. Именно поэтому Субару упоминает слово "грызун".)

Как и ожидалось, было много незнакомых ему Магверей, и было много вещей, которые заставляли его хмуриться, слушая их слова. После того, как они закончили обсуждение этих Магверей, Субару почувствовал, что пришло время, и выбрал тему.

Субару: Итак, следующий, это Магверь, которого я видел вдалеке некоторое время назад в песчаных дюнях…… Знаете ли вы о Магвере, у которого человеческое тело прикреплено к телу лошади, которое извергает пламя из своей спины?

Рам & Анастасия: "――――"

Субару рассказал им о Кентавре, продолжая разговор, который они вели до сих пор относительно образа жизни Магверей. Это был особый Магверь. Даже если этот Магверь был одной из самых агрессивных разновидностей, которые были родом из этих песчаных дюн, если у него было происхождение, он должен был узнать его слабое место. Было бы идеально, если бы у него были слабые места, которые легко понять, такие как слабость к воде из-за его огня――

Анастасия: Извини, но я понятия не имею. Что насчёт тебя, Рам-сан?

Рам: Мне также жаль, но этот Магверь вызывает отвращение, даже просто слушая это.

Субару: Вы обе не знаете, хах……

Однако, он получил только такие ответы от них. Похоже, ни один из них ничего не знал ни о Кентавре, ни о других существах с такими ненормальными характеристиками.

Но, скорее всего, это был Магверь, с которым они столкнулись впервые. Он не хотел отказываться от поиска слабых мест только из-за ответов, которые он получил только что.

Субару: Вы действительно не знаете? Например, представьте, что часть головы Патраш превратилась в человеческое тело, и из него торчат две руки. И рот, вытянутый вертикально поперек его тела. И, наконец, рог, растущий из шеи человеческого тела вместо головы……

Анастасия: Ааа... Какого черта. Это так мерзко……

Рам: Честно говоря, это очень отталкивает.

Чем больше подробностей он вкладывал в свои объяснения, тем сильнее им становилось противно. Увидев лицо Патраш, выражающее отвращение после того, как она получила подобное объяснение от него, Субару опустил плечи в поражении. Казалось, что они все понятия об этом не имеют.

Рам: Если тебе случалось мельком видеть такого Магверя, ты должен был сообщить об этом еще тогда. Почему ты пропустил такого, казалось бы, опасного Магверя?

Субару: Нет, это не…… Это потому, что была ночь. Может быть, это было потому что Божественная Защита* Мейли была активна, поэтому я просто видел его на расстоянии, не приближающегося к нам. Это похоже на то, как тебя лечила Эмилия-тан в драконьей повозке.

(imy: Меня очень много глав терзал вопрос, менять ли все же на Божественную Защиту(так правильнее). Как видно, я поменял. Возможно заменю в прошлых главах если лень не будет.)

Рам: Отвратительно.

Субару: Так это все, что ты собираешься сказать?

Субару был обескуражен отсутствием ответа, пока он искал подходящее оправдание. Когда все закончилось таким образом, у них не было средств, способных нанести первый удар по Кентавру. Все, что он мог сделать - это найти план, как избежать встречи с ним, пока он в предвкушении описывал его опасность.

Субару: Пока что я буду называть его Кентавром, но…… По-моему, он действительно опасен. На спине у него росла грива, и она горела, как огонь. У него был довольно цепкий взгляд…… Я не знаю, как это получилось, поскольку у него не было лица, но именно это ощущение он и испускал, так что вполне вероятно, что если мы не позаботимся, он придет и погонится за нами.

Рам: Тогда почему ты проигнорировал его? У тебя есть желание умереть?

Субару: Я думаю, что и сейчас в объяснении были вводящие в заблуждение слова.

Он не мог отрицать, что его объяснение стало довольно абсурдным, желая дать им знать об опасности. Однако, сказав им это в качестве меры предосторожности, девушки, вероятно, смогут держать себя начеку на случай опасности в отношении встречи с настоящим Кентавром.

Это все, что ему удалось. Он не успел рассказать им о том, когда он действительно встретил Кентавра, и у них не было никаких контрмер против этого. Субару думал и о более фундаментальной вещи. Это было――

Анастасия: Нацуки-кун, Рам-сан. ――Вы можете прекратить болтовню хотя бы на минутку?

Анастасия сказала это и жестом велела Патраш остановиться. Умный земляной дракон остановился раньше, чем ей сказали, но опустила голову, как будто поняла, что имела в виду Анастасия. А потом Анастасия выставила перед собой фонарь и сказала:

Анастасия: На дороге есть развилка.

――Перед его глазами была первая часть его плана, как избежать встречи с Кентавром.

***

Как и прежде, в воздухе на развилке висел страх, достаточный, чтобы сделать одну гримасу. И этот ужас явно пришел с правого пути.

Анастасия: Налево или направо, в какую мы должны идти?

Субару: Если следовать теории Курапики, то правильный вариант - идти направо.

Анастасия: Кто это?

(imy: Было в прошлой главе, но вдруг забыли: персонаж из Hunter x Hunter)

Как и прежде, знания Субару были не чем иным, как чужими для этого другого мира. Субару уже испытал это на своем теле, так что его слова не были необоснованными.

Субару: В такие времена, люди, как правило, подсознательно хотят выбрать левую сторону. Хотя в игре участвуют различные факторы, такие как доминирующая рука или глаз, этология показала фактические доказательства этого, особенно когда нет никаких дополнительных условий.

Рам: Этология… Какое умное слово вырвалось из твоих уст…… Однако, ты игнорируешь это ужасное предчувствие, которое, как ты чувствуешь, приходит с правого пути? Разве это не условие?

Будет ли правильно выбирать правый путь или нет―― на этот раз они должны были пойти по нему. Рассудив так, Субару должен был бы попытаться убедить остальных логикой, однако он испытывал сильное чувство отвращения к ужасному ощущению, которое дрейфовало с правого пути.

Если бы они могли, и Рам, и Анастасия, не хотели идти по правому пути; он видел это по выражению их глаз. Убедить их и заставить встать на правильный путь - вот что должен был сделать Субару. Он не позволил бы им так легко идти навстречу своей "смерти", получив шанс от Посмертного Возращения.

Субару: Это правда, что вопиюще ужасная атмосфера исходит справа. Но я думаю, что оно просто слишком откровенное. Как будто говоря: "Не иди сюда", верно?

Рам: "――――"

Субару: Оно точно такое же, как механизм прорыва через Песчаное Время и цветочный луг Магверей перед Сторожевой Башней. Они слишком сложны, чтобы быть чем-то естественным. Разве ты так не думаешь?

Анастасия: Другими словами, Нацуки-кун, ты хочешь сказать, что Песчаное Время, Цветочный Луг и эта пещера - искусственные вещи?

В отличие от Рам, которая погрузилась в молчание, Анастасия следила за тем, что пытался сказать Субару. Субару щелкнул пальцами, услышав ее ответ, и выразил свое согласие сказав "Это верно".

Субару: Они поставили кучу ловушек, так как хотят держать нас подальше. Почему за почти час мы не встретили здесь ни одного Магверя, если это не было чем-то искусственным? Мы все, кажется, согласны, что это часть Песчаных Дюн Аугрии. И хотя Мейли здесь нет, мы не встретили никаких Магверей. Это неестественно.

Рам: Итак, вот мы и в месте, где чья-то рука…… Нет, там, где в игру вступила рука Мудреца.

Субару: С этим мы знаем, что личность Мудреца не очень приятна.

Рам: "――――"

Хотя это было мнение, которое было наполовину покрыто правдой, Субару восхищался тем, что даже если он говорил сам, это не означало, что он не был в состоянии звучать убедительно. На самом деле, когда он оглянулся на путешествие через Песчаные Дюны Аугрии до сих пор, там было много вещей, которые, безусловно, можно было назвать ловушками, которые были там, чтобы помешать их путешествию к Сторожевой Башне―― Это даже можно назвать "Испытанием". И еще один факт; в этой пещере они еще не встречали никаких Магверей.

Конечно, мысли Субару в конце концов оказались неверными, так как он знал, что в конце они столкнутся с Кентавром, однако―― Нет, возможно, этот Кентавр был последним охранником. Был шанс, что его присутствие было механизмом, который означал последнюю демонстрацию силы тем, кто пришел, чтобы войти в Сторожевую Башню.

В таком случае, у него просто не было способа выразить свою злобу в их выборе защитника; однако,

Рам: ……В точке зрения Барусу есть логика.

Субару: ――! Серьезно?

Анастасия: Почему ты так удивляешься? Разве это странно?

Субару инстинктивно отреагировал с удивлением на слова Рам, которая погрузилась в задумчивое молчание. И после этого, Анастасия, видевшая этот ответ, криво усмехнулась и обеими руками приподняла помпоны на шляпе.

Анастасия: По правде говоря, я действительно не хочу идти направо. Но теперь, когда ты сказал, что наши мнения были выбраны за нас…… Я больше не хочу идти с этим.

Субару: Это мнение не похоже на тебя, кто живет своей интуицией "сделай или умри". Ты действительно была сметена.

Анастасия: Ты просто говоришь, что даже я сделаю это, если твое мнение будет одобрено?

Кривая улыбка на ее лице стала глубже, что, вероятно, указывало на то, что Эридна не смогла подражать жизненно важной точке, которая была интуицией Анастасии "Сделай или умри". Для нее это также было последнее средство. Ей должно было быть трудно решить, стоит ли соглашаться с точкой зрения Субару.

Субару: Так что насчет тебя, Рам?

Рам: Все так, как я и сказала. Я тоже могу понять точку зрения Барусу, учитывая, как шли дела в Песчаных Дюнах до этого момента. Мы можем просто согласиться с тем, что помимо злого нрава Мудреца, есть также суровые условия, которым подвергаются те, кто не может добраться до Сторожевой Башни……Вот почему очевидно, что кто-то вмешался.

Субару: Мхм, я определенно не согласен с тем, чтобы называть их естественными вещами…

Рам: Итак, хотя я не полностью согласна с твоей точкой зрения, Барусу, это не значит, что я не согласна с некоторыми ее частями. С учетом сказанного, нет никаких колебаний в проверке правого пути.

Субару: ……Что ты имеешь в виду?

Анастасия: Ей неприятно делать то, что говорит Нацуки-кун, но она согласится, вот что она говорит.

Анастасия вежливо перевела то, что хотела сказать Рам. На самом деле, казалось, что это была правильная интерпретация, учитывая, что Рам ничего из этого не исправила. Короче говоря, это означало, что и Рам, и Анастасия приняли уговоры Субару.

Субару: ……Хорошо! Отлично, Thank you. Я не заставлю вас пожалеть об этом.

(imy: Субару говорит это специально на английском. Не ошибка)

Рам: Я возьму на себя хоть какую-то долю ответственности за свой выбор. Не пытайся нести мою долю бремени на своей спине, как тебе заблагорассудится. Сосредоточь свою бесполезную находчивость только на Рем.

Анастасия: Ах, если ты заставишь меня пожалеть об этом, я заставлю тебе взять на себя ответственность за это. Если это случится, нам придется посоветоваться с адвокатом, сколько это будет стоить, что думаешь?

Субару: Вы обе такие чертовски язвительные!

Его восторг был недолгим, и его речь, в которой он взял на себя ответственность за выбор, была быстро атакована ими обоими. Хотя он не знал, насколько серьезен след Анастасии у Эридны, Эридна прилагала огромные усилия, чтобы все не закончилось сожалением. Только это чувство было подлинным.

Субару: Кроме того, это не похоже на то, что препятствия заканчиваются только его убеждением.

Действительно, это было правильно. В конце концов, все, что у Субару было - это право бросить вызов. Борьба с реальными препятствиями началась с этого момента.

――Развилка на дороге ждала их решения, поскольку она источала подавляющую негативную атмосферу.

Они собирались выбрать правый путь, где воздух был густым и видимым, становясь только хуже. Если это было испытание, подготовленное Мудрецом, он задавался вопросом, о чем он думал, решив начать этот путь.

Субару: Если он ждет нас дальше этой точки, то давайте преподнесем ему как можно больше сюрпризов. ――Я дам ему пощечину и заставлю извиняться снова и снова, а после этого заставлю его найти Эмилию и остальных.

Определив это, Субару повернул на нужную дорожку и помахал там фонарем, заявив об этом. А потом Рам тихо вздохнула за спиной Субару,

Рам: Я согласна с тобой, но все еще есть шанс, что Эмилия-сама вместе со всеми остальными доберется до Сторожевой Башни раньше нас.

Субару: Честно говоря, разве это не было хорошим местом, чтобы похвастаться...?

Субару, чей дух был напряжен еще до начала вызова, высказал свое недовольство.

***

После этих разговоров они втроем и их земляной дракон――группа из четверых пошла по правому пути. У него все еще было плохое предчувствие, даже сейчас. Это чувство, казалось, заставляло даже песок под его ногами чувствовать себя по-другому. Испытывая этот дискомфорт, Субару вытер холодный пот, стекавший по лбу, и улыбнулся Патраш.

Субару: Если подумать, я был не прав, решив, какой путь выбрать, не выслушав твоего мнения.

Патраш: "――――"

Субару: "Хах? Куда ты пойдешь - туда пойду и я пойду? И какой бы ни была эта дорога, какой бы суровой она ни была, ты поверишь в меня, потому что я всегда выдерживаю? Хей-хей, ты слишком красив, я влюбляюсь!"

(П/п: Когда Субару делает вид, что говорит от имени Патраш, он использует 私 как личное местоимение Патраш, в то время как использует свое обычное 俺 для обозначения самого себя.)

Рам: Он ведет себя глупо, но, похоже, он делает это не по ошибке, поэтому он грешен, не так ли? Что хорошего ты видишь в нем?

Рам пробормотала это, как будто она была шокирована, когда увидела, что Субару бессвязно говорит о чувствах Патраш, как будто он был ею, в то время как она оставалась молчаливой. Хотя Патраш обычно сразу же отвергала подобные разговоры, сейчас она оставалась невозмутимой, как будто он не сказал ничего плохого. Или она думала, что глупо тратить силы на это, поэтому она приберегала их до тех пор, пока они не доберутся до более безопасного места. Одно из двух. Скорее всего, последнее.

Субару: Даже если так, ты можешь быть со мной помягче, если это возможно?

Патраш: "――――<"

Субару: Это был голос отрицания только что?

Несмотря на то, что до сих пор она предпочитала молчать, она внезапно издала нетерпеливый лай отрицания того, что он сказал. Но с другой стороны, иметь мужество, чтобы прежде всего благополучно сбежать отсюда, прежде чем ругать его, было очень хорошо. Потому что это означало, что Патраш верила, что они смогут выбраться отсюда в целости и сохранности.

"――――"

Они продолжали идти без всякой перемены, с Субару во главе и Патраш сзади. Свет фонаря освещал путь в нескольких метрах впереди; убедившись, что ступать надо осторожно, они продолжили исследование.

Однако их темп определенно замедлился по сравнению с тем, как они шли сюда. Это было даже медленнее, чем когда они свернули налево, прежде чем он Посмертно Вернулся. Причина была проста.

Субару: Мое тело… такое тяжелое……

Дело было не в том, что его вес увеличился, и не в том, что невидимый Йокай забрался ему на спину. И, на практике, это определенно не было какой-либо проблемой, которая влияла на его фактическое физическое "я".

(П/п: Йокай(ёкай) - сверхъестественное существо японской мифологии, разновидность обакэ. В японском языке слово «ёкай» имеет очень широкое значение и может обозначать практически все сверхъестественные существа японской мифологии, или даже заимствованные из европейской: от злобных они до кицунэ или снежной женщины Юки-онна.)

То, что его тело было тяжелым, а ноги неподвижными, было исключительно умственной проблемой.

Конечно же, правый путь был переполнен негативным ощущением, которое заставило его ноги схватиться. Он надеялся, что это было одно из отвратительных испытаний Мудреца, и что если они выйдут из раздвоенной дороги, то найдут безопасное место, ожидающее их впереди―― Из этих надежд он не питал ни одной. Но, к сожалению, даже эти надежды были мимолетны и быстро обернулись. Скорее, его негативные мысли, которые ощущались как проклятие, становились все сильнее.

Субару: "――――ч"

Сглотнув слюну, все еще храня молчание, Субару сделал шаг вперед, чтобы оторвать свои свинцовые ноги от песка. Его ноги застыли на месте, он не двигался. Даже если бы в глубине души Субару знал, насколько он слаб и хрупок, ему не следовало бы прятаться в этом песчаном проходе, где еще ничего не произошло. В самом деле, он не чувствовал страха в сердце, и даже голова его была ясна.

Просто его конечности не пытались двигаться в соответствии с этой целью. Только его плоть и тело действовали против его разума и хода его души. Его тело инстинктивно отвергло это и попыталось остановить его.

Это стоило Субару вдвое больше времени, сил и силы воли, чтобы двигаться вперед. И даже он не мог не чувствовать усталости.

Субару: Дурак. Неужели я могу так много ныть?

Яростно тряхнув головой, Субару попытался забыть чувство усталости, охватившее его тело. Выбор правого пути был решением только Субару. Даже если это и было так, он не мог позволить себе попытаться поскулить или что-то в этом роде, прежде чем это сделают двое позади него.

Субару: Ну, эта прогулка, конечно, может быть немного трудной, но это не так уж и важно. Удивительно, но наша цель может быть все ближе……

Рам: Барусу.

Субару: Ох, в чем дело?

Рам: Заткнись.

Субару: Ах, ох……

Его попытка отогнать нытье показной бравадой была сбита резкой ядовитостью Рам. Их темп резко упал, и их страх перед окружающим миром также только усилился. Казалось, что, вероятно, даже Рам была обложена этим. То, что ее слова были более ядовитыми и резкими, чем обычно, было доказательством этого.

Субару: Ээй, я понимаю, что ты чувствуешь, но мне кажется, что я не умею ходить в тишине.

Рам: Ты ходишь, чтобы развлечься? Вспомни, зачем мы это делаем.

Субару: Ну, нет, но вроде…

Рам: Замолчи и иди.

Неприступное, упрямое отношение. Конечно, хотя мнение Рам было правильным, Субару тоже был прав.

Прямо сейчас вес его тела был синхронизирован с весом его разума. Другими словами, это превратилось в порочный круг, где чем тяжелее становилось его настроение, тем тяжелее становилось его тело. Он хотел немного отвлечь их от этого, чтобы все не закончилось так.

Быть настороже было важно, так же как и проявлять некоторую заботу, но он хотел, чтобы они показали, что поняли это и приняли на борт. Вернее, Рам специально должна взять это на борт. Она всегда проявляла заботу. И все же, возможно, она действительно борется.

Субару:Как ты думаешь, мы должны двигаться быстрее?

Рам: "――――"

Субару: Рам?

Субару попытался определить, насколько срочными стали условия, но Рам даже не потрудилась ответить на его слова. Свет от двух фонарей, один из которых освещал путь впереди Субару, а другой, который освещал их окружение от шеи Патраш, не позволял разглядеть детали выражения лица Рам.

Натянув на голову капюшон, Рам опустила глаза и смотрела на спину Анастасии. Ее лица не было видно.

Субару: Рам?

Анастасия: Нацуки-кун, этого достаточно?

Субару: Ах?

Остановившись как вкопанный, Субару повернул голову, чтобы посмотреть на выражение ее лица. Но Рам, как ни упряма она была, не позволяла ему видеть ее лицо, и вдобавок Анастасия защищала ее. Увидев, как губы Субару скривились в отчаянии, Анастасия почесала щеку, и на ее лице появилось озабоченное выражение.

Анастасия: Я не упоминала об этом, но Рам-сан была сильно взволнована после того, как проснулась. Ее самообладание, казалось, вернулось из-за того, насколько она отважна, но я думаю, что это все еще выглядит так, как будто она не полностью восстановила его.

Субару: ――Тск! Ты говоришь слишком много……!

Анастасия: Послушай, ты оставишь это мне?

Хотя Анастасия и уделила некоторое внимание чувствам Рам, в ее словах этого не хватало. Только что разгласив свои сокровенные мысли, Рам заскрипела зубами, но Анастасия не обратила на это внимания. Она подняла одну из своих маленьких рук и направила ее перед собой так, чтобы Субару мог ее видеть.

Анастасия: Мы не должны сейчас разговаривать. Когда твои нервы натянуты до предела, кто бы что ни говорил, ничего хорошего из этого не выйдет. Разве не так?」

Субару: "――――"

Анастасия: Разве не так?

Хотя это и раздражало его, Анастасия/Эридна была права. Он слишком много внимания уделял тому, чтобы двигаться вперед и благополучно выбраться из пещеры. На этот раз Субару определенно не мог особо задумываться о чувствах Рам. Цена за это пришла, чтобы укусить его здесь, и, возможно, в конечном итоге выразилась в отношении Рам. Теперь, когда он подумал об этом, с его стороны было слишком поспешно предполагать, что здесь была проблема из-за Рам.

Субару: ……Ты права. Ты определенно права. Это была моя вина.

Рам: Подумай об этом.

Субару: ――тск! Эй, ты!

Анастасия: Прекратите, никаких драк. Давай, Нацуки-кун, продолжай двигаться вперед, продолжай двигаться вперед.

Нервы Субару стали слишком натянуты, когда он увидел отношение Рам, которое не давало никаких признаков ослабления. Однако Анастасия встала между ними и каким-то образом остановила его. Затем она указала на Субару, показывая ему двигаться вперед. Она подтолкнула ногой фонарь, висевший на шее Патраш, и покачала его.

Увидев мелькающие перед глазами силуэты песчаного прохода, Субару прищелкнул языком.

Хотя он не мог смириться с ее отношением, не было никакого смысла в том, чтобы они начали ссориться здесь. К счастью, он мог простить это все на неприятную атмосферу, влияющую на взлеты и падения их настроения. Пока он мог на что-то свалить вину, не было никакой необходимости ухудшать их отношения такой ненужной вещью. Они могли бы поговорить о своем нынешнем отвратительном поведении, когда благополучно выберутся отсюда.

Субару: ……Давайте начнем.

И снова, поиски, возглавляемые Субару, возобновились. Однако их темп все еще был медленным и не стал быстрее. В конце концов, его так называемая попытка поднять их дух и снять груз с их тела потерпела неудачу. Поскольку ничего не изменилось к лучшему, шансы на улучшение ситуации, естественно, стали нулевыми.

И все же, когда дело дошло до перемен, они произошли. И это было не изменение с Субару и другими, а скорее изменение с самим лабиринтом песка.

Субару: Как ни посмотри, путь стал уже.

Они, вероятно, потратили почти час, неуклонно продвигаясь по правому пути. Песчаная дорожка сужалась слева, справа, сверху и снизу. Высота и ширина тропы достигли таких размеров, что большие Магвери не смогли бы пройти по ней. Там было достаточно места только для того, чтобы Патраш смогла протиснуться.

Однако тропа была такого размера, что не была достаточно широка, чтобы вместить драконью повозку, которую тащил Джиан. Вероятно, Песчаные Черви и Кентавры тоже не смогли бы пройти.

По крайней мере, другими словами, когда дело доходило до худшей ситуации, то Кентавр, подстерегающий впереди на тропе―― этой ситуации, казалось, можно было избежать. По сравнению с этим, независимо от того, что ожидало их впереди, по крайней мере, они, казалось, избежали этого возможного ужасного случая.

Субару: Но, похоже, нам придется быть более осторожными, так как тропа стала уже. Мы, вероятно, в конечном итоге не сможем двигаться без какого-либо предостередения; вы, ребята, тоже должны быть настороже.

Рам: ……тск.

Субару: ――Эй.

Субару, который сказал это, думая о том, что скоро произойдет, поднял одну из своих бровей при внезапном звуке. Повернув голову назад, он посмотрел на двоих на драконьей спине, освещенных фонарем. На его крик никто не откликнулся. Однако он знал, что Анастасия, сидевшая впереди на Патраш, закрыла лицо ладонями.

Это казалось естественным для Анастасии, которая так или иначе хотела двигаться вперед и поддерживать плавный ход событий. В любом случае, то, что Рам сделала сейчас, было то, что она цыкнула на слова Субару.

Субару: Что ты на самом деле задумала с самого начала?

Рам: Ничего.

Субару: Это не ничего! Я спросил тебя, что ты задумала!

Повысив голос на пределе терпения, Субару пнул ногой стену песка рядом с собой. Часть поверхности хрупкой стены оторвалась, но Субару совершенно не волновал песок, который сыпался на него. Все, что сейчас видел Субару - это наглую Рам.

Субару: Все, что я слышу, это как ты снова и снова вмешиваешься, когда люди идут в тишине. Похоже, ты уже не в первый раз прищелкиваешь языком, не так ли? Эй, ЭЙ, что ты задумала!

Рам: Ничего особенного. Мне совершенно нечего тебе сказать, Барусу.

Субару: Ничего, и все же, разве это не ты делала языком тсктсктсктсктск из года в год? Разве это делаешь не ты? Должна же быть причина, по которой ты говоришь, что не делаешь этого, хотя ты и делаешь, не так ли?

Пыл Субару продолжал расти сильнее, чем раньше, в отличие от отношения холодной Рам. Это казалось естественным. Все, что показывала Рам, было холодным и односторонним в отличие от усилий, которые Субару прилагал до сих пор. Субару не понимал, почему на него смотрят свысока и упрекают.

Субару: Если ты хочешь что-то сказать, то говори! Иди и скажи это, потому что я буду слушать!

Рам: ――Вот почему мне нечего сказать.

Субару: ВРУНЬЯ! ТЫ ЧТО, СОВСЕМ ДУРА? ЕСЛИ ТЕБЕ ХОЧЕТСЯ ЧТО-ТО СПРЯТАТЬ, ТО ПРЯЧЬ ВСЕ! ТЕПЕРЬ, КОГДА ТЫ ОШИБЛАСЬ, ВЫСТАВЛЯЙ ВСЕ ЭТО НАПОКАЗ… ТЫ ГОВОРИШЬ, НИЧЕГО НЕТ? ЭТО ВЫРАЖЕНИЕ ГРЕБАНОГО ИДИОТА, ХАХ, ТУПИЦА!

Рам "――――"

Настроение Рам изменилось, когда она увидела, как Субару осыпает ее оскорблениями, а изо рта у него вылетает слюна. Сидя позади Анастасии, она высунулась наружу и впилась взглядом в Субару. Он был недоволен и тем, где она сидела. Прячась за спинами других, глядя на него сверху.

Неужели она собирается подняться над ними всеми, позаимствовав чью-то силу?

Рам: Похоже, ты и в самом деле перетрудился двигаться вперед, не так ли, Барусу?

Субару: ЭТОГО И СЛЕДОВАЛО ОЖИДАТЬ, НЕ ТАК ЛИ? КАК ТЫ ДУМАЕШЬ, ЗАЧЕМ МЫ СЮДА ПРИШЛИ? МЫ ПРИШЛИ, ЧТОБЫ ВСТРЕТИТЬСЯ С МУДРЕЦОМ, НЕ ТАК ЛИ?! ВСЕ ТРУДНОСТИ, С КОТОРЫМИ МЫ СТОЛКНУЛИСЬ ИЗ-ЗА ЭТОГО, И ВЕСЬ ПРОГРЕСС, КОТОРОГО МЫ ДОСТИГЛИ, ЧТО В ЭТОМ СМЕШНОГО?!

Рам: Ты ошибаешься. ――Мы пришли сюда не для того, чтобы встретиться с мудрецом.

Субару: Аааа?

Рам: Мы пришли сюда, чтобы вернуть Рем такой, какой она была.

Рам ясно утверждала это, все время впиваясь взглядом в Субару. Ошеломленный резкостью и давлением, которые исходили от ее глаз, Субару (который кипел) немного ослабил свою убежденность.

Спасение Рем = Встреча с Мудрецом, не так ли?

Субару: ЭТО ОДНО И ТО ЖЕ, НЕ ТАК ЛИ?! ВСТРЕТИМСЯ С МУДРЕЦОМ, А ПОТОМ СПАСЕМ РЕМ! ЭТО СВЯЗАНО!

Рам:ЭТО НЕ ТАК. СНАЧАЛА СПАСЕНИЕ РЕМ, А ПОТОМ ВСТРЕЧА С МУДРЕЦОМ. ТЫ НЕПРАВИЛЬНО РАССТАВИЛ ПРИОРИТЕТЫ……Да, ты все неправильно понял.

Голос Рам задрожал, когда она произнесла последние слова. Ярость, которую она произнесла, была гневом, который горел как неугасимый бушующий огонь, собравший воедино все, что до сих пор чувствовала бесчувственная девушка. В подземной области этих холодных песчаных дюн Рам продолжала говорить, ее слова все еще были полны до краев лихорадкой гнева.

Рам: Я пришла сюда за Рем, я пришла сюда, чтобы вспомнить свою младшую сестру. И все же, что мы делаем сейчас? Рем здесь даже нет…… так что перестань бездельничать в этом месте.

Субару: Никто не шутит……! Потому что все закончилось именно так; теперь, когда все закончилось именно так, мы больше ничего не можем сделать в то время, когда это произошло. Я ошибаюсь?

Рам: Да, может быть. Но прежде чем мы убедимся в этом, Барусу, ты хоть раз беспокоился о Рем?

Субару: ……Ах?

Рам: С тех пор как ты очнулся под землей, Барусу, ты хоть раз беспокоился о Рем? Или об Эмилии-сама? Или о Беатрис-сама? Тв когда-нибудь беспокоился о тех, кто пропал?

Рам осыпала его вопросами, но он молчал, не говоря ни единого слова в ответ. Конечно, на этот раз, в отличие от предыдущего, Субару не пытался проверить, что все остальные делают, после того, как он проснулся после Посмертного Возвращения.

Однако, это было абсолютно не потому что он не беспокоился о них, а скорее потому, что он знал, что Рам и Анастасия ничего о них не знают. Это было соображение Субару. Это была забота. И несмотря на это,

Рам: Нет, ты никогда этого не делал, не так ли? Ты никогда этого не делал, Барусу. Ты совсем не заботишься о Рем, Барусу, потому что твоя голова полна Эмилии-сама и Беатрис-сама. Что ж, пусть будет так, ты именно такой человек. Но, мне жаль Рем.

Субару: ……Заткнись.

Рам: Разве Рем не верила в тебя, Барусу? Ах, хотя я не знаю, потому что это тоже удобная история, которую я только слышала от тебя, Барусу. Может быть, ты просто говорил то, что приходило тебе в голову. Ты говоришь только то, что удобно в присутствии женщин. Мне жаль Эмилию-сама и Беатрис-сама, обманутых таким человеком!

Субару: ЗАТКНИСЬ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!

Рам: Нет, я не буду. Сколько раз я должна повторять. ――Барусу, тебе вообще наплевать на Рем. Даже если ее не найдут, ты будешь только рад.

Субару: ……НЕ ШУТИ СО МНОЙ!!

Его поле зрения окрасилось в багровый цвет, и его нервы вспыхнули, когда он услышал, как она произносит эти бездумные замечания. Его гнев на высокомерную девушку, которая произнесла эти эгоистичные слова, глядя на него сверху вниз, взорвался.

Он схватит ее и потащит вниз―― хотя времени на это уйдет слишком много.

Субару: НЕЗРИМАЯ ДЛАНЬ――!!

Рам: ――КХ, АХ!?

Субару отбросил это темное ощущение, которое закружилось в его мозгу, вниз к груди, и выпустил его. Черная ладонь, которая возникла в процессе, вскрикнула от радости и плавно растянулась. Она подползла к задней части спины Земляного Дракона, и сбросила вниз розововолосую девушку, которая осудила его.

Издав пронзительный вопль, Рам дико рухнула на песок. Растерянность отразилась на лице Рам, показывая, что она понятия не имела, что произошло после того, как ее ударила демоническая рука, которая не была видна невооруженным глазом. Субару подбежал к тому месту, где на песке лежала Рам. И затем,

Субару: Не шути со мной.

Сказать, что он вообще не думает о Рем, говорить такие вещи - это не шутка. Снедаемый гневом, все становилось таким, каким бы он ни смотрел на это, следуя своим разгоряченным мыслям.

Рам: " ――уркх"

――Субару наклонился над лежащей Рам и начал душить ее тонкую шею.

*Скрип, Скрип.*

*Скрип, Скрип, Скрип.*

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15. Разбросанные по Песку

Перевод: imy

***

Пальцы Субары были обернуты вокруг тонкой, белой шеи. Когда Субару усилил свою хватку, используя всю свою силу, и почувствовал, как шея заскрипела под его ладонями, он почувствовал, что что-то было совсем не на так――как будто это была тонкая шея девушки.

Рам: "……а, укх"

Рам лежала на земле, и кто-то изо всех сил душил её. С её губ сорвался стон. Благородные черты её лица исказились в агонии, из уголков розовых губ стекала слюна. Ее красный язык танцевал из стороны в сторону, ища свободу во рту. Она била руками и ногами, отчаянно сопротивляясь ему.

Рам: "――――"

Субару не смог бы бороться с Рам, если бы она оказала серьезное сопротивление. В Святилище ей удалось нанести Гарфиэлю небольшой удар, и даже если бы она этого не сделала, она была девушкой, которая должна быть хорошо знакома с самообороной. Было бы разумно предположить, что она должна обладать множеством способов сдерживать его и справляться с такого рода ситуацией.

Однако все сводилось к тому, сможет ли она освободить хотя бы одну из своих конечностей.

Субару: ――Незримая Длань.

Рам: "……гх"

Субару освободил темные эмоции в своей груди, пока он душил её. Темный, невидимый осадок принял форму и помог крепко прижать руки и ноги Рам. С придавленными конечностями Рам не могла эффективно бороться. Ее дыхание скоро остановится, если он будет продолжать прикладывать свои силы, чтобы задушить её.

Рам тоже пожалела бы о своих безрассудных замечаниях, если бы она перестала дышать. Субару может заставить ее заплатить жизнью за то, что она ранила его сердце своими неверно направленными черствыми замечаниями, и за ее необоснованные бездумные замечания, которые были отвергнуты ее эгоизмом, и за то, что она легкомысленно говорила о Рем, за то, что думала, что он никогда не заботился о ней.

Субару: Это ты виновата. Это ты, ты, ты!

Рам отвратительна. Рам отвратителена. Рам отвратителена.

Все эти мелочи, которые накапливались, выливались одна за другой. Он вложил свою ненависть в пальцы, сжимавшие ее шею; его ногти впились в ее бледную кожу, и по ним потекла кровь.

Рам: Ххх……"кх"

Рам перевела полные ненависти глаза на Субару, который тяжело дышал и наслаждался прикосновением горячей крови к кончикам своих ногтей.

Что это за непреклонность в ее светло-розовых глазах, которые смотрели на него, когда свет ее жизни вот-вот погаснет? Это как если бы они жаловались, говоря: “Я не умру по-настоящему, если у меня отнимут жизнь.”

Он решил, что выколет ей глаза после того, как задушит.

Субару: Я разорву тебя на куски, сука……Ты, когда я думаю о том, что ты смотришь на меня лицом, как у Рем, меня начинает тошнить.

Рам: "………"

Субару: Ооо? В чем дело, я тебя не слышу. Если тебе есть что сказать, то говори четко――

Рам: "………ла"

Рам прохрипела что-то, что перекрывало последний слог оскорбительной тирады Субару. На долю секунды Субару прищурился, прислушиваясь к эху этого звука. Затем песок под Субару, на котором лежала Рам, взорвался, и их тела снесло ветром.

Субару: ЧТ…!?

Рам: Гхха……!

Субару осыпало песком от внезапного взрыва, который попал ему в рот и глаза. Он повалился на спину, ощущая вкус песка и боли. Рам также была захвачена взрывом, и ее маленькое тело приняло на себя удар, когда она отлетела от него.

С порезами от взрыва, кровь, пролитая Рам, разбрызгалась по песку. Однако Рам вырвалась из сцепления Субару. В этом-то и дело.

Субару: Рам! Ты использовала ебанную магию……!

Рам: У меня было достаточно времени… Сделать глубокий вдох. Это все, что мне нужно… чтобы произнести… "гх"

Рам поднялась с колен, ее дыхание было слабым. Она едва успела произнести заклинание ветра Фула, пока ее душили. Не имея возможности промахнуться и не имея возможности точно прицелиться, она целилась под себя. В результате она втянула себя и Субару в взрыв и избежала опасности――

Субару: Тск――

Рам: "――――"

Как только он осознал это, Субару положил руку на пояс и вытащил хлыст. В то же время Рам вытащила из-за пазухи короткую палочку, давая волю своему боевому духу, показывая, что она готова к битве.

Рам, как маг, обладала способностью нанести один сильный удар, но даже Субару не мог быть превзойден, когда дело доходило до скорости, с которой он мог атаковать. Быстрый характер хлыста был из тех, который предпочитали даже сильные мира сего.

Ему следовало хлестнуть хлыстом прямо в ее невозмутимое лицо, чтобы сделать его таким, что он больше его никогда не увидит.

Субару: Даже если ты начнешь плакать и извиняться, уже слишком поздно!

Рам: Это мои слова. Нет смысла позволять такому безразличному сексуальному уроду, как ты, Барусу, встретиться с Рем. Развались на куски и засохни на песке.

Субару: Как скажешь!

Решимость Субару справиться с Рам, которая мягко позволила ее убийственным намерениям вспыхнуть, также окрепла. Используя свет фонаря, который упал между ними, Рам и Субару продолжали смотреть друг на друга, двигаясь по кругу, медленно пытаясь приблизиться на расстояние удара.

И как раз в тот момент, когда крышка вот-вот должна была сорваться, и они начали бы убивать друг друга―― Всего за несколько секунд до того, как это произошло…

???: ……Хорошо, этого достаточно!

Субару & Рам: ――!?

Звук бурных аплодисментов эхом разнесся по всему пространству, и лица Субару и Рам дернулись, услышав их увядший тембр. Та, что прервала их, Анастасия, смотрела на них с драконьей спины.

Она свирепо посмотрела на двоих, которые были на грани того, чтобы попытаться убить друг друга по очереди, все еще сидя в одиночестве на вершине Патраш.

Анастасия: Этого достаточно. Я не думаю, что это приемлемо, что вы оба смотрите друг на друга с такими сердитыми взглядами на ваших лицах, несмотря на то, что мы все находимся на одной стороне. Всему есть предел, независимо от того, что происходит.

Субару: Предел? ААХ, КОНЕЧНО, ВСЕМУ ЕСТЬ ПРЕДЕЛ. А ТА, КОТОРАЯ ПЕРЕШАГНУЛА ЧЕРЕЗ НЕГО И СКАЗАЛА ТО, ЧЕГО ЕЙ НИКОГДА НЕ СЛЕДОВАЛО ГОВОРИТЬ - ЭТО ВОТ ЭТА ДЕВУШКА, НЕ ТАК ЛИ? ВОТ ПОЧЕМУ Я ЗАСТАВЛЮ ЕЕ ЗАПЛАТИТЬ ЗА ЭТО!

Анастасия: Угх, раз уж я до тебя не достучалась, то как насчет тебя, Рам-сан?

Анастасия в шоке посмотрела на Субару, когда он ткнул пальцем в Рам и начал кричать со слюной, летящей изо рта. Она обратила свой поток разговора к Рам, но ответ, который она получила от розововолосой девушки, не сильно отличался от ответа Субару.

Рэм все еще осторожно держала кончик своей палочки направленным на Субару, держа себя начеку для битвы.

Рам: Какой глупый вопрос. Это отношение Барусу, которое невыносимо…… Я нахожусь на пределе своего терпения. Если он заботится только о себе, то почему бы нам не бросить его одного в этой кромешной тьме, как он и хочет.

Субару: У МЕНЯ НЕТ СЛОВ ДЛЯ ЭТОГО ДЕРЬМА, ЗАТКНИСЬ!

Анастасия: От нее тоже ничего хорошего, хах? Господи, ну почему. Похоже, у меня слишком много забот……

Видя отношение Рам, чей гнев оставался неумолимым, гнев Субару также не показывал никаких признаков исчезновения. Анастасия пожала плечами жестом, показывающим, что она сдалась им обоим, которые продолжали обмениваться острыми взглядами с убийственным намерением.

Глядя на нее краем глаза, Субару также начал раздражаться на Анастасию.

Во-первых, почему Анастасия одна делает такое лицо, будто она посторонняя?

Он думал о том, кто, черт возьми, стоит за всем, что произошло. Он думал о том, кто, черт возьми, первым велел ему отправиться в Песчаные Дюны Аугрии и нацелиться на Сторожевую Башню Мудреца.

Кто, черт возьми, думал, что оставит все другим, несмотря на то, что имеет безошибочно самый сильный стимул для того, чтобы отправиться в Сторожевую Башню?

И вдобавок ко всему, она сидела одна, даже сейчас, глядя вниз с вершины его Патраш――

Субару: ЭЙ, ТЫ. КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ПРОПОВЕДУЕШЬ МНЕ СВЕРХУ? СПУСКАЙСЯ.

Анастасия: ……Хах, дошло до этого?

Субару: Встань на один уровень со мной, прежде чем начнешь болтать со своим высокомерием. Я выслушаю, что ты скажешь после этого. Я не позволю тебе говорить со мной, пока ты не сделаешь этого!

Он взмахнул хлыстом, с шумом разбрасывая песок. Его хлыст заставлял кожу вспарываться, если он попадал в цель; даже глядя на него, его хлыст был оружием, предназначенным для нанесения жестоких ран. Вероятно, не имело бы значения, если бы он причинил вред ее телу-носителю, независимо от того, была ли Эридна внутри него.

Но Анастасия подчинилась приказу Субару и медленно слезла со спины Патраш. Осторожно приземлившись на песок, она склонила голову набок и спросила: "Что теперь?"

Анастасия: Ну вот, я тоже спустилась, но…… Нацуки-кун, что ты хочешь сделать?

Субару: Это должно быть очевидно. Я позволю этой идиотке взять назад то, что она сказала раньше, но если она не захочет, тогда останется только одно.

Если Рам изменит свое отношение и извинится от всего сердца, забрав назад все, что она сказала до сих пор, тогда Субару подумает о том, чтобы принять во внимание смягчающие обстоятельства.

Однако, реакцию Рам, которая услышала, что он сказал, было достаточно легко понять.

Анастасия: Ну, это то, что говорит Нацуки-кун, но что ты об этом думаешь, Рам-сам?

Рам: Об этом не может быть и речи. Вы делаете поспешные выводы, потому что у меня нет ничего, что можно было бы взять назад. Мне трудно понять, что, черт возьми, я бы сказала иначе.

Рам фыркнула, заявив это с таким видом, словно она в глубине души выставляла их дураками.

Таков был ее ответ. Таким образом, она навсегда потеряла свой шанс быть прощенной.

Субару: Ты ее слышала. Отступи. Я сделаю так, чтобы в этом мире было только одно лицо, как у Рем.

Рам: "――――"

Субару: ААХ, ЭЙ? Тебе нечего сказать?

Рам: Я говорю сама с собой, ибо идиотизм - заразная вещь, когда разговариваешь с идиотами. Вот почему я ничего не говорю.

На лбу у него вздулась вена, оставшееся терпение Субару все больше и больше подходило к своему пределу. В таком состоянии Субару собрался с силами и попытался добраться до того места, где была Рам (прямо перед ним), чтобы разорвать ее на куски. Анастасия выбежала, раскинув руки перед Субару.

Анастасия: Воавоавоа! Эй, успокойся! Ты опять торопишься с выводами.

Субару: Убирайся с дороги! Ты хочешь, чтобы я сначала выбил из тебя всю жизнь?!

Анастасия: Ты оставил это мне. Помнишь? Эй, Рам-сан, одну секунду……

Удерживая Субару, который пытался сделать шаг вперед, Анастасия повернулась к Рам. Молчаливая Рам пристально посмотрела на Субару, прежде чем неохотно перевела взгляд на Анастасию.

Однако, вряд ли она изменит свое мнение. На самом деле, выражение ее глаз выдавало, что она не собиралась этого делать. Казалось, она шагнула к Анастасии просто из чувства долга.

Анастасия: Послушай, Рам-сан. Я понимаю это, потому что воздух плохой и такие разные чувства в конечном итоге теряются, но……

Рам: Такие разговоры сейчас не имеют значения, не так ли? Более того, иди и скажи это этому идио――

Анастасия: ――Хорошо. Это не имеет значения, господи.

Производя суетливое впечатление, Рам попыталась закончить разговор с Анастасией. Но, впервые она отвернулась от Субару и посмотрела прямо на Анастасию.

Причина была в том, что она почувствовала внезапный удар. Удар, который пронзил ее тело, точнее, левую часть груди, был―― Это произошло из-за толстого ножа, который Анастасия держала в руке.

Рам: Ах, гх……?

Анастасия: Мне пришлось решить, кто из вас будет полезен. Ты можешь простить меня?

Она повернула нож и вытащила его из раны. Рам посмотрела вниз на смертельную рану, которая появилась на левой стороне ее груди, пока кровь сочилась из уголка ее губ. Затем она посмотрела на Анастасию, которая с улыбкой подняла руку, и она рухнула перед ней.

Рам вяло повалилась на песок. Кровь, хлынувшая из нее, продолжала впитываться в иссушенный песок.

Субару: Х― хах?

Субару смотрел на происходящее собственными глазами, не понимая, что произошло. Его ладонь, в которой он держал хлыст, задрожала, а зубы заскрипели от гнева.

Субару: ПОЧЕМУ ТЫ……!

Анастасия: Поскольку ты делал это медленно, Нацуки-кун, не казалось ли тебе, что вы закончили бы тем, что убили бы друг друга, если бы бдительность Рам-сан не была ослаблена? Что я буду делать, если вы оба пострадаете или оба умрете? Я не смогу сбежать отсюда совсем одна, понимаешь?

Анастасия склонила голову набок, глядя на разъяренного Субару, и на ее лице не отразилось никакой злобы. Ее слова имели логический смысл, но что он, раздавленный логикой, мог поделать со своей яростью? Его желание напасть на Рам все еще не поддавалось контролю, а гнев все еще был поднят.

Анастасия: Или… Тебе хочется выместить на мне свое раздражение?

Субару: "――――"

Анастасия: Тебе не кажется, что глупо поддаваться своей нынешней ярости и терять из виду цель? Я думаю, достаточно избавляться от товарищей.

Слова Анастасии продолжали гасить его ярость, словно она медленно поливала их водой. Все было именно так, как она сказала; продолжать избавляться от мыслящих умов, которые зашли так далеко, было глупо. Более того, Анастасия/ Эридна была их проводником на пути к Сторожевой Башне Плеяд. Было сомнительно, что ее знания найдут применение, но отбрасывать ее в сторону было бы прискорбно.

Она отличалась от Рам. Слова последней вызвали у него только тошноту и не имели для него никакой пользы. Анастасия была фигурой, которую было бы неприятно потерять; да, так оно и было.

Субару:……Ладно, пока я соглашусь на твои уговоры.

Анастасия: Мхм, это здорово. Нет, слава богу. Какое облегчение.

Анастасия с облегчением похлопала себя по груди и улыбнулась от уха до уха. А потом она шагнула через песок, производя опасное впечатление, и подошла к Субару, протягивая руку.

Может быть, она хотела, чтобы они пожали друг другу руки?

Анастасия: Примирение; рукопожатие, чтобы показать, что отныне мы будем хорошо относиться друг к другу, не так ли?

Субару: "――――"

Субару на мгновение задумался, глядя на протянутую ему руку, на ее лице не было и следа злобы. Истинные чувства Анастасии―― Или вернее, сейчас это были истинные чувства Эридны. Он действительно не знал, что она замышляет. Он не чувствовал себя ни комфортно, ни достаточно оптимистично, чтобы думать, что все, что она говорила, было правдой.

Начнем с того, что Анастасия убила Рам ножом, который прятала, и при этом улыбалась так же, как сейчас. Действительно, ножом, который она прятала.

Толстый нож, который она держала в руке, выглядел так, будто мог разрезать до самой кости, в зависимости от того, как с ним обращаться. Поскольку он был положен в их спасательный набор вместе с фонарями, полезность предмета, который, как предполагалось, был предназначен для выживания, была довольно высока. Однако она все это время прятала его и использовала для самозащиты в трудную минуту. ――Нет, возможно, это была не самозащита.

Анастасия: Нацуки-кун?

Субару: "――――"

Анастасия: Ты не возьмешь меня за руку?

Правая рука, которую она протянула, была пуста. Однако ее левая рука все еще держала нож, даже сейчас. Расстояние, на котором он сможет пожать ей руку, было также расстоянием, на котором нож сможет достать его. По крайней мере, одна из его рук будет занята, если он возьмет ее за руку. Ему даже не нужно было думать, что из хлыста или ножа будет более эффективным на таком расстоянии. Взять ее за руку - разве это само по себе не ловушка?

――Разве он не должен убить ее до того, как его убьют?

Анастасия: Нацуки-кун?

Субару: Не волнуйся, ничего страшного.

Субару слабо улыбнулся и потянулся к правой руке Анастасии. Момент, когда она полностью ослабит бдительность, будет его шансом, после того как они возьмут друг друга за руку.

――Незримая Длань.

Он еще раз призвал свою Невидимую Руку, и черная рука медленно прицелилась в тонкую шею Анастасии. Он не совершит той же ошибки, что и с Рам. Затем он заставит черную ладонь безжалостно раздавить ей горло. Он преподаст урок женщине, которая продолжала принижать его с тех пор, как ей удалось одержать вверх своим ножом.

Хотя, даже если бы он захотел показать ей, этой ладони не было видно――

(П/п: "目にものを見せてやる" - "преподать урок". Буквально это означает “Показать это ее глазам”, и именно поэтому часть после этого абзаца ссылается на “захотел показать ей".)

Субару: "――――"

Затем, Субару медленно взял ее протянутую руку в свою, а пальцы черной руки обхватили шею Анастасии. Прикосновение тонких пальцев; улыбка Анастасии стала глубже. И в то же время губы Субару также расплылись в грустной улыбке.

Анастасия: Ну что ж……

"Прямо здесь". Так он считал.

Он использует силу своей демонической руки прежде, чем Анастасия закончит говорить и поднимет нож. Он схватит ее тонкую шею своими черными пальцами и в одно мгновение раздавит ее шею――

――Но как раз перед тем, как это произошло, ворвался порыв ветра и разрезал тело Анастасии надвое сзади.

***

Он чувствовал себя так, словно ему привиделось, что сразу после этого подул ветер.

Красные брызги хлынули прямо перед его глазами, глупый голос произнес "А?"

, и тело Анастасии было разрезано пополам посередине.

На белом песке было разбрызгано куча крови. Дымящееся дерьмо и теплые кишки смешались с холодным воздухом, оставив после себя гнилостный запах, висящий над внутренней частью пещеры.

Тонкий розовый и толстый кишечник, а также множество других внутренних органов, которые все еще демонстрировали слабые следы деятельности, выкатились на песок. Сам песок превратился в витрину органов, в которой выставленные предметы были сырыми ингредиентами, из которых состояла молодая девушка.

Субару: ――Ах?

Увидев зрелище перед собой, Субару опустил взгляд на свою руку. То, что он увидел там, было верхней частью тела Анастасии, которая все еще крепко сжимала правую руку Субару своей. Она открыла глаза и безмолвно посмотрела на Субару.

Позади нее, в нижней части ее тела, которое были отрезное по линии талии, билось в агонии. Ее ноги дергались, как у марионетки, и моча разлилась во все стороны, когда ее мышцы расслабились.

Субару: А―ААААААААААААААА――!?

Субару вскрикнул от ужасного состояния Анастасии. Он тут же попытался стряхнуть ее руку, но она держалась с непомерной силой. Не в силах стряхнуть ее, Субару просто раскачивал теперь уже наполовину похудевшую Анастасию. Пока ее раскачивали, из нее хлынуло еще больше крови, и кишечник, который все еще соединял верхнюю половину ее тела с нижней, затрясся, разбрасывая повсюду телесные жидкости и испуская отвратительный запах.

Субару: АХХ, ОТПУСТИ! ОТПУСТИИИ!

Анастасия: НЕЕЕЕТ! Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!

Субару: ТЫ УЖЕ МЕРТВА! НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЕБЯ УЖЕ НЕ СПАСТИ?!

(imy: Крч, "Анастасия", т.е Эридна, использует うち как личное местоимение, но в этом моменте ウチ, так что, возможно, это Анастасия. (Мне лень переводить п/п англ переводчика с его мыслями, так что держите пересказ. опять.))

Ее яркий плач был гораздо более ясным, чем представлялось, заставляя Субару кричать в ответ. Верхняя и нижняя части ее тела теперь разделились, и столько крови и кишок хлынуло наружу. Это было неправильно, что она не умерла сразу. Это также было неправильно для нее, по-прежнему крепко держать его за руку. Все это было так нелепо.

Субару: ОТПУСТИОТПУСТИОТПУСТИ――

Анастасия: НЕТ, НЕЕЕТ! Я НЕ СДЕЛАЮ ЭТОГО, Я АБСОЛЮТНО НЕ СДЕЛАЮ……"хк"

Субару: ДАЖЕ ЕСЛИ ТЫ ГОВОРИШЬ ЭТО СЕЙЧАС, Я НИЧЕГО НЕ СМОГУ СДЕЛАТЬ――……ГХАА!?

Верхняя половина Анастасии вцепилась в его руку, и боль пронзила плечо Субару, когда он попытался сбросить ее. Анастасия все еще держала нож в левой руке и вонзила его в тело Субару, пытаясь удержать его.

Острое лезвие легко пронзило левое плечо Субару и сломало ключицу под ним. Кровь и жгучая боль заставили Субару закричать.

Субару: ГХААААААААА――!? ГРЕБАННАЯ ДУРА, ПОТОРОПИСЬ И УМРИ!!

Анастасия: НЕЕЕЕ…"хк"

Субару яростно схватил Анастасию за лицо и с силой оторвал ее тело. С большим трудом он удержал девушку, которая что-то кричала в слезах, и отшвырнул ее.

С самого начала тело Анастасии было довольно миниатюрным. И теперь, когда она потеряла одну половину, и со всей кровью, которую она потеряла, она чувствовалась легкой, как перышко.

Субару: Хааах, хааах, хааааа……!

Не обращая на это внимания, Субару положил руку на раненое правое плечо. Его зрение затуманилось от боли, а сердцебиение ускорилось, словно вот-вот взорвется. Однако это была не опасная для жизни рана.

Субару вяло погрузился в свои мысли, осаждаемый неизменным тошнотворным напряжением.

Удар, который убил Анастасию, был――

???: ――Барусу.

Субару: Гх-а

Тень качнулась перед Субару, который упал на спину и задыхался от боли.

В тусклом свете фонаря, наполовину зарытого в песок, показалась стройная девушка с кровью, покрывавшей половину ее тела ――Рам.

Поскольку нож Анастасии вонзился ей в грудь, он принял ее за мертвую. Но девушка все еще дышала. И, держась за свое упорство, она убила Анастасию своей магией.

Субару: ……Эта чертова дура. Если ты собираешься умереть, то, черт возьми, умри сама.

Субару заявил это с раздражением в голосе, глядя на шатающую Рам. Не то чтобы Рам не была покрыта ранами. Нападение Анастасии наверняка было смертельным. Кровотечение из раны в груди не прекратилось, и даже сейчас кровь бесконечно пачкала юбку до самого подола. Похоже, она скоро умрет от потери крови.

Однако, до того, как это произойдет, она могла взять с собой Субару.

Субару: Дерь…мо…

Субару огляделся по сторонам, пытаясь найти свое оружие, свой кнут. Однако, даже если он и найдет его, его правая рука, которой он пользовался, была ранена в плечо. Он не мог владеть им левой рукой, как правой.

Тогда, у него оставался только один выбор.

Субару: НЕЗРИМАЯ ДЛАНЬ……!?

Его козырная карта, на которую он уже много раз полагался за этот короткий промежуток времени. И снова, мозг Субару запульсировал от жгучей боли в тот момент, когда он попытался высвободить силу своей невидимой черной ладони. Агония, словно его череп пробуравили сверлом, взорвалась внутри него.

Субару: ГХА! ААХ!? ГХХУГХ!?

Блевотина посочилась из уголка рта Субару из-за агонии, которая накатывала на него волнами.

В обмен на попытку использовать свой козырь за его пределами, его сознание было разбито адским пиршеством, которое проснулось внутри его черепа, начиная с черепных нервов. Боль в правом плече и тому подобное не шли ни в какое сравнение с этой.

Пронзая мозг и череп, чувство потери заморозило волю Субару, словно оно грызло его душу.

Не говоря уже о сопротивлении, которое он оказывал своим дерьмовым хлыстом, Субару, корчащийся в агонии, был главной добычей. Умирающая Рам двигала свое тело, подпитываемое только ненавистью, и медленно пробиралась к Субару, поднимая окровавленную палочку.

Рам: "Фууу"

Субару:"ААААХ! ГХАААА! ООООАААХ!?

Субару перекатился туда, где в луже крови лежала Анастасия. Глядя на него сверху вниз, губы Рам зашевелились, и она начала произносить заклинание. И затем――

Рам: "ла――"

Субару: "――――"

Она закончила свое заклинание, и лезвие ветра, которое она создала, срубило Субару. Но прежде чем это произошло, звук чего-то твердого, что жевали, эхом разнесся по холодной пещере песка.

Этот ужасный скрежещущий звук продолжался, и он превратился в звук жевания плоти и воды.

Субару: АХ……Ах

Что он умрет, что его срубят; Субару был убежден в этом. Однако Смерть, которая должна была прийти к нему, так и не пришла. Наконец, головная боль и чувство потери у Субару (который до этого тяжело дышал и катался по полу) начали понемногу утихать.

Субару: АХ, ХАХ, ах, АХ?

Он закрыл лицо левой рукой и резко тряхнул головой, покрытой холодным потом. Хотя тупая боль осталась, острая, как лезвие, агония исчезла. Глубоко вздохнув, он поднялся, используя всю силу своей души. Субару вытер влажные щеки, глупо потратив время на то, чтобы поднять только верхнюю часть тела.

Он заметил, что его ладонь была покрыта ярко-красным, источник которого исходил из его собственных глаз―― Казалось, он пролил кровавые слезы.

Из носа у него также капало много крови; нижняя половина лица, вероятно, была в ужасном состоянии. Вероятно, не было никаких сомнений, что сверлящая боль, пронзившая его мозг, была вознаграждением за его Невидимую Руку. Это была знакомая история. Пришел ответ от использования его особой сверхспособности.

Субару: Что случи…

Быстро вытерев лицо рукавом, Субару огляделся. Он понятия не имел, сколько времени провел в агонии. Тем не менее, он даже не предполагал, что у него хватит духу так проводить время.

Что-то случилось, и с этим он был――

Субару: Патраш?

Патраш: "――――"

Черный как смоль Земляной Дракон Субару примостился рядом с ним, пока он сидел в полном изумлении. Сидя на корточках на песке, она услышала зов Субару и потрясла своим длинным хвостом, показывая, что она в добром здравии.

Субару: Значит, ты не пострадала? Хмм, дай подумать…

Только сейчас он вспомнил, что произошло раньше. Он вспомнил сцену, в которой Анастасия была разрублена надвое Рам, и последняя целилась в него. Субару должен был быть разорван в клочья по вине Рам.

Субару: И все же, почему…… Неужели Рам…

Может быть, она израсходовала все свои силы и упала?

Хотя это было действительно удобное развитие событий, Рам несла смертельные раны. Не будет преувеличением думать, что она потеряла сознание.

Субару: Это счастье или несчастье……

Он не хотел говорить, что ему повезло, поскольку она была почти мертва. Однако, если подумать, он все еще не мог сказать, что ему не повезло, так как он должен был быть мертв, если бы все пошло наперекосяк.

В любом случае, сейчас было не время говорить об этих вещах. Учитывая, что все, кто встал у него на пути, ушли, он должен был как можно скорее выбраться из этого места и пробраться к Сторожевой Башне.

Субару: Патраш……Извини, позволь мне сесть.

Патраш: "――――"

Субару: Патраш?

Субару окликнул ее и коснулся спины, но Земляной Дракон не подчинился его указаниям. Напротив, Патраш, присевшая на корточки, по-прежнему не делала ни малейшего движения, чтобы показать ему свое лицо.

Она сидела рядом с ним на песке и выглядела довольно умиротворенной, просто тяжело дыша снова и снова.

Субару: Эй, Патраш. Ты меня слушаешь? ЭЙ.

Его раздражение постепенно начало нарастать. Это была спираль негативных эмоций, которые накапливались со сверхзвуковой скоростью, подобно тем, которые он испытывал к Рам и Анастасии. Ему казалось, что он хочет научить безразличного Земляного Дракона ее месту.

Субару: ЭЙ, ПАТРАШ, ТЫ, ПОСМОТРИ СЮДА! ЭЙ!

Патраш: "――――"

Субару: УБЛЮДОК, ПОСЛУШАЙ, ЧТО Я ГОВОРИЛ С САМОГО НАЧАЛА……

Патраш подняла голову на Субару, который повысил голос и яростно шлепнул ее по спине. Он понял, что она пытается встретиться с ним лицом к лицу, чтобы попытаться выразить свои слова, тяжело дыша носом.

Рот Патраш выглядел далеко не нормально и был окрашен в красный цвет.

Субару: "――――"

Этот темно-красный цвет он уже привык видеть за столь короткое время. Этот цвет покрывал и части тела Субару, и даже сейчас струился с его правого плеча. Зловоние, витавшее вокруг, было густым, вместе с запахом мочи и дерьма; ошибиться было невозможно.

Однако, он не хотел ничего замечать, он не должен был этого замечать.

Субару: "――――"

Розовые Волосы были бесчисленно вплетены между клыками, которые выстилали рот Патраш, которая теперь повернулась в его сторону.

Субару: "Ик"

По другую сторону от скорчившегося большого тела Патраш упала на землю Рам, которую он потерял из виду. Хотя тело девушки упало, он не мог сказать, лежала ли она лицом вверх или лицом вниз. Проверить это было бы легко, если бы он посмотрел на ее голову, но именно из-за этого он не мог. Он не мог оценить это, потому что все, что было выше ее шеи, было пережевано и её первоначальная форма была потеряна.

Череп Рам был раздроблен злобными клыками, и ее мозговой сок выплеснулся наружу, оставив ее мертвой. Точно так же, как Анастасия, которая перед смертью вывалила кишки, Рам вывалила содержимое ее черепа.

И та, кто это сделал, Патраш, теперь пристально смотрела на Субару.

Ее желтые глаза, похожие на глаза рептилии, были остры и жестоко окрашены безумием.

Субару: ――Сто…

Последнее, что он увидел, была ее пасть, открывшаяся в миллиметре от его глаз.

Все, что Нацуки Субару слышал, было звуком его собственного тела, которое жевали всю дорогу, пока он не потерял сознание. Даже после того, как его голова была раздавлена и уши перестали работать, звук продолжался.

Он чуть не рассмеялся, удивляясь, откуда доносится этот звук. Однако у него не было рта, чтобы посмеяться, не было жизни, над которой он мог бы просто посмеяться, и ничего, над чем он мог бы посмеяться.

Его сожрал товарищ, и он умер.

(П/п: Хотя я не перевел его, Таппей оставил сообщение после главы, предупреждая читателей о том, что то, что он изобразил в этой главе, может быть сильным. Он рекомендовал читателям, способным потерять себя из-за собственного воображения, пролистать эту главу. Затем он сказал: “Я пошел вперед и написал это в послесловии”, имея в виду это предупреждение. Поэтому я считаю, что он был саркастичен/остроумен. Потому что читатели уже прочитали бы эту главу, когда попали бы туда.)

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16. Пережеванные останки

Перевод: imy

(imy: У главы довольно низкое качество перевода. Причины - низкое качество английского перевода + лень переводчика чинить ошибки(вся глава ошибка). Прошу прощения.)

***

――Его сознание продолжало слышать звук чего-то ломающего.

Кости были пережеваны, серое вещество раздавлено, глазные яблоки треснули и из них хлынула жидкость.

Череп был раздроблен. Защищая то, что было внутри, эта важная часть тела была полностью разбита давлением острых клыков, и было ясно, что все это превратилось в мясистое месиво.

Серое вещество и спинномозговая жидкость потекли вместе, смешиваясь с неизвестной желтой жидкостью, скопившейся на лбу, где кровеносные сосуды рвались, как тонкая сетка, и красная кровь хлынула наружу. Когда все это сошлось воедино, сознание и память превратились в блевотину телесного цвета.

Больно, было больно. И душно тоже.

Это было похоже на трескучую головную боль―― и, думая так, сознание горько улыбалось.

Боль от разбитого тела - это не то, о чем идет речь.

Ломать было уже нечего, и все самое важное уже было разбито. Кроме того, даже когда та часть, которая чувствует боль, разрушилась, что оставалось?

Мозг, который накапливает память, вытек, органы, используемые для мышления, разрушились, части, необходимые для поддержания жизни, были вырваны со своего места. Вы знаете, что происходит, когда происходит такое?

Как только это произойдет, люди встретят смерть.

Так что, естественно, и он тоже――

***

Рам: ――русу. Барусу. Вставай.

Избитое и схваченное за шиворот, сильно помутившееся сознание было насильно выведено на свет. Первое, что он почувствовал, вернувшись, было чьим-то голосом рядом с его ушами, ругающий его с суровым лицом, и легкое ощущение на его лице, как будто ему дали пощечину.

Рам: Барусу, если ты не встанешь, я сожгу твои веки.

Субару: "――хк"

Когда спящий разум услышал эти ужасные заявления, его сознание быстро поднялось на поверхность. Когда голос позвал и вытащил его из того темного мира, сознание прошло через удушающую среду, которая казалась поверхностью воды. И вот, открывая веки, пока они не были сожжены,

Рам: ――Барусу, ты встал?

Субару: "――――"

Он тут же столкнулся лицом к лицу с Рам, которая прищурила свои светло-розовые глаза. Ее лицо было так близко, что он мог бы коснуться ее губ, если бы немного приподнял рот. Конечно, это не значит, что такие красочные обстоятельства могли существовать. Причина, по которой Рам наклонилась так близко, заключалась в том, что вокруг было так темно, что они не могли видеть лица друг друга, если бы не смотрели очень близко.

Когда он осознал, что перед ним Рам, его осязание начало возвращаться. Из-под его тела посыпались мелкие песчинки. Субару лежал, распластавшись на песке моря.

Вздохнув, изо рта Субару вырвался воздух, и Рам, казалось, на мгновение заглянула ему в глаза, а затем медленно другой рукой посветила фонарем на его тело. Из руки девушки вырвался оранжевый свет, прорезавший темноту, и Субару понял, что все еще находится в ловушке в лабиринте песка―― Нет, он понял, что Посмертно Вернулся.

Субару: Я……

Оглядев темноту, Субару постепенно вспомнил, что произошло.

Шок в момент смерти всегда был живым, и не было никаких признаков того, что стряхивание воспоминаний было чем-то, к чему он привык. Погруженный в дрожащее поле памяти, он изо всех сил пытался вспомнить значение своей неминуемой смерти, и последние мгновения Субару скользили мимо его пальцев, пока он вспоминал об этом.

Субару: "――――"

Его разум вспомнил ужасную ситуацию, когда фонарь осветил выражение ненависти на лице Рам. И потом, хотя у них с самого начала была история оскорблений, за убийством, которое привело к этому несчастному концу, не было никакого смысла.

Субару: "Агх"

Рам: Барусу?

Сделав растерянное лицо перед Рам, Субару непроизвольно прикрыл рот рукой.

Вспомнив реальность смерти Рам всего пару минут назад, желание закричать――это было не то. На самом деле, глядя на Рам и переживая свои ужасные последние мгновения, ему хотелось блевануть.

Субару: “Ооог, э, гх――”

Для Субару, его смерти уже превысили число, которое можно было пересчитать по пальцам обеих рук. И в этом мире с Посмертным Возвращением, можно сказать, что опыт потери близкого друга, такого как Эмилия или Беатрис, был таким же, как и его собственная смерть.

Однако, Субару так и не привык к смерти. Для него, своя смерть и смерть кого-то другого - одинаковы. Страх быть мертвым самому или думать, что кто-то из его семьи может умереть, терзал его сердце.

――Действительно, в последнем цикле, трагедия жестокой смерти Рам была шоком, который он испытал впервые.

Он видел, как ее тело разрывали на части, ломали шею, безжалостно резали, а следом умирала.

Каждая смерть была полна страданий и горя, и Субару не может сравнивать смерти людей, стоящих рядом. Это было неправильно. Тем не менее, это был первый раз, когда его голова была раздавлена, обглодана и разбита.

Он также видел красивое лицо Рам, безжалостно раздавленное клыками. Это также была трагедия, совершенная руками Патраш, которая была одним из самых доверенных существ для Субару.

Субару: "......"

Быть в отчаянии - совсем не то же самое, что вспоминать. Чем больше он старался забыть о несчастном конце Рам... тем яснее розовые волосы и остатки головы, оставшиеся в пасти земляного дракона, появлялись в голове Субару.

В результате, ему не удалось побороть позывы к рвоте, поэтому Субару повернулся лицом к песку. Однако, его горло и желудок еще не оправились от удара Посмертного Возвращения, они просто сжались и не повиновались воле Субару.

Субару: Эй, ох! ...!

Рам: ……Это только потому, что ты внезапно проснулся? Жалкий.

Упав на землю, отчаянно пытаясь вырвать содержимое желудка, он ничего не мог сделать. Он был удивлен, потому что у него пересохло в горле и не было даже капли слюны.

Он не видел выражения лица Рам, смотревшей на него с фонарем, но удивление в ее голосе было отчётливо слышно.

Естественно, холод напомнил ему о событиях непосредственно перед этой смертью. Страсть, которая вела к убийственному намерению, поднималась без всякой причины, и ругань, которая извергалась в начале и присоединялась к неистовой страсти; импульс, который приводил к порыву внутри груди, становился ужасным.

Однако…

Рам: ――Не кусай.

Субару: "――хк"

Одним словом, Рам предупредила его и села рядом с ним, задрав его подбородок. Стоявший на коленях Субару на мгновение удивился, а затем Рам открыла рот Субару с тем же безразличным видом, что и всегда, и засунула свои белые пальцы в горло Субару.

Субару: "......."

Рам: Я знаю, что неумелость Барусу жестока, но это совсем по-детски.

Когда чьи-то пальцы вошли в его горло, Субару почувствовал, что его пищевод грубо нарушили.

Но тут, желудок и горло, которые до сих пор сопротивлялись рвоте, преподнесли новый сюрприз. На этот раз они отчаянно начали выталкивать желудочный сок и слюну.

Со слезящимися глазами, Субару избавлялся от позыва к рвоте на песок, выпуская содержимое желудка. Он только выплевывал желудочный сок и слюни, но все равно, от этого ему становилось легче.

Субару: Кх, ублюдок……ха, плохо……Ну, ладно, ладно… ох…

Рам: Итак? Я рада, что ты, кажется, удовлетворен.

Субару: Ты……

Субару вытер рот рукавом, а Рам пожала плечами и вернулась к своему обычному отношению.

Несмотря на ее отношение, она действительно была виновата в том, что обращалась с ним как с ребенком. Однако спорить было не о чем, и ладонь Рам все еще нежно поглаживала спину Субару.

Было трудно понять ее горькую привязанность.

Субару: Рука… все в порядке. Важнее этого, это место……

Рам: Ты помнишь, что барьер был сломан, и песчаное море треснуло перед нами? Эти трещины поглотили нашу драконью повозку, и в результате нас зашвырнуло сюда.

Рам высказала свои догадки, пока Субару осматривал окрестности. Субару колебался, принять ли облегчение или тревогу из-за Посмертного Возвращения в ответ на ее замечание.

Однако, в любом случае, действовать нужно быстро. Согласно тому суждению, стараясь не отставать от слов: "Когда ты очнулся, Барусу беспокоился о Рем? О Эмилии? О Беатрис-сама? Беспокоился ли ты о них?"

Субару: "――――"

Эти резкие и подавленные слова Рам оживили его разум. Разлад, который вызвали последние события―― ситуация, когда друзья поубивали друг друга, была явно ненормальной. Он должен прийти в себя, но он с трудом мог сделать это, вспоминая те события. Во-первых, трюк был ненормальным. Накопление отрицательных эмоций усилилось до такой степени, что стало настолько абсурдным, что можно было поубивать друг друга в кровавой драке.

Рам: Барусу?

Рам наклонила голову в сторону Субару, поскольку из него не выходило ни слова.

В последний раз, когда они разговаривали, это привело к ненормальным обстоятельствам. Но, конечно, не было никакого смысла беспокоиться о словах Рам, сказанных в том состоянии. ――Но так же было бы неправильно говорить, что все сказанное было ложью.

Дело в том, что Субару чувствовал, что недовольство или негодование Рам было не фальшивым, а истинным, даже если оно было усилено до такой степени, что было ненормальным. Не все было неправдой.

Тогда, это верно, что отношение Субару казалось таким, как будто он не беспокоился об Эмилии и других, и Рам была в некоторой степени обижена из-за этого. Если принять во внимание это чувство, Субару следовало бы беспокоиться об Эмилии здесь в любом виде.

На самом деле, он беспокоился, так что поступить таким образом не было бы ложью. Однако он просто знал, что ничего не может поделать с тем, о чем беспокоился.

Субару: "――――"

Тем временем Субару понял, что обман обязан быть завернут в слова. Он знал, что необходимо избежать обсуждения, но все же не решался обмануть Рам. Переживать за своих товарищей, и в то же время обманывать―― отвратительно. Естественно, это трудно принять. Потому что именно так вы получите чье-то недовольство, потому что в какой-то степени это ничего не значит.

Субару: Это…… Каждый……

Рам: ――Бесполезно винить себя так сильно, нет смысла преследовать то, за что ты не несешь ответственности... И, есть что-то важнее такой траты времени.

Однако, прежде чем Субару успел произнести свои слова беспокойства, Рам пришла к собственному выводу о чувствах Субару. Тем не менее, она неправильно поняла выражение лица Субару, у которого было серьезное лицо. Редко случалось видеть сердце Рам насквозь и её ошибочные слова и поступки, что свидетельствовало о ее нетерпении.

Рам: Кроме того, мы уже потеряли время из-за рвоты Барусу.

Разумеется, Рам никогда не покажет поведения своего собственного сердца. Субару терялся в догадках, что делать с отношением Рам, которая могла быть очень упрямой. Сразу после, Рам двинулась первой, ничего не сказав. Вытирая пальцы, засунутые в рот Субару, она направила фонарь в дальний конец лабиринта.

Рам: Мы не можем оставаться здесь, я должна быть с Рем и… и мы должны присоединиться к Эмилии-сама.

Субару: Я знаю… здесь, где мы находимся?

Рам: Кроме Рам и Барусу, ах... кажется, вы вернулись.

Рам обернулась, и вслед за ее словами и взглядом, идущие с другой стороны лабиринта, появились Анастасия и Патраш с дрожащим светом, колеблющимся и покачивающимся. Глаза Субару слегка дрогнули, когда он увидел в темноте черного как смоль дракона.

Очаровательное и свирепое красивое лицо, освещенное мерцающим оранжевым светом.

Ряд клыков, похожих на лезвия, которые можно было увидеть в закрытом рту, раздавили голову девушки, и даже самого Субару――

Такие вещи не могли произойти нормально.

Субару: ……Я идиот.

Стиснув зубы, Субару попытался отогнать страх. В той ненормальной ситуации, направленное убийственное намерение не могло быть реальным. Для Субару, опыт смерти от Патраш был вырезан в сердце как шрам, который не мог быть исцелен. Тем не менее, Субару должен был неоднократно сталкиваться с существом, которое убило его.

Субару: Но, даже Рем и Рам, поначалу……

Но теперь Рам и Рем стали очень близки. Субару вспомнил о самоотверженной поддержке, которую они ему оказали, и простил их. Сначала их отношения были наихудшими. Были моменты, когда его жизнь становилась мишенью, и она отбиралась.

По сравнению с этим, хорошо, что те предыдущие события не были правдой.

Субару: Да, верно... так и должно быть,

Он обнял свои плечи и схватился за кожу, как будто почувствовал холод. В подвале песчаного моря, в этом месте, где преобладали песок и темнота, было, конечно, холодно. Однако причина холода была иной.

Анастасия: ――Нацуки-кун, ты, кажется, проснулся.

Рам: ――Спасибо. Итак, как обстоят дела вокруг?

Впереди разговаривали Рам и Анастасия. Он должен быть в состоянии найти баланс между стратегией этого песчаного лабиринта, основываясь на информации, которую он получил сегодня. Субару испытал и узнал многое, и ему нужно было многое рассказать. Но даже сейчас, главное было успокоить свой разум и остановить дрожь в коленях.

Он должен был оставить позади события и воздействия непосредственно перед смертью. Но даже если попытаться погасить это, страх появится вновь, и страсть этого момента возродится.

Субару продолжал бесконечно сопротивляться, чтобы рассеять эти чувства.

Субару: "――――"

Находясь в таком состоянии, Субару посмотрел на одинокого угольно-черного земного дракона.

**

――Сердце Субару, которое испытало Посмертное Возвращение, не вернулось в свое первоначальное состояние.

Кроме таких обстоятельств, четыре одинаковых поиска в подземном лабиринте были практически одинаковы.

В поисках остальных, группа во главе с Субару медленно двигалась в холодной темноте. С фонарем, освещающим небольшую площадь, путешествие было медленным и разочаровывающим, в то время как остальная часть дороги была пропитана тенями.

"――――"

По правде говоря, Субару хотел пропустить выбор дороги. Для Субару, это был путь, которым он шел уже дважды. Не было никакого шанса, что Эмилия и остальные будут прогуливаться в районе, который он мог видеть. Если не говорить, что это означает обращение к двум людям сзади, все равно было невозможно игнорировать себя и молчать.

В результате, это все равно не было решено, и даже когда разочаровывающий марш ускорил свой темп, нетерпение Субару только росло с течением времени.

Анастасия: Все остальные, наверное, в порядке... в нашем случае, нам едва ли повезло, что Патраш-тян здесь.

Субару & Рам: "――――"

Анастасия: Если подумать о ситуации без всякой езды, то это ад для мужчин в этом песчаном море. Тревога нормальна из-за недостаточной боевой силы…

Субару & Рам: "――――"

Анастасия: В худшем случае, я без колебаний воспользуюсь своим козырем, но боюсь, что это съест жизнь Анастасии. Так что, позвольте мне положиться на вас двоих?

Субару & Рам: "――――"

Анастасия: ……Эй! Нацуки-сама и Рам-сан захотят поговорить? Ну, какое-то время говорю только я.

По мере того, как их поиски продолжались, Анастасия непрерывно болтала, показывая свою раздражительность. Субару остановился и оглянулся на неё из-за жалоб насчёт тишины. Увидев это, Анастасия просветлела лицом, сделав глубокий вдох,

Субару: Ну, у нас кончились темы для разговора… сейчас мы вроде как отчаянно пытаемся найти остальных. У меня нет времени болтать без толку.

Анастасия: Нет никакой болтовни или чего-то еще. Я говорю о плане на будущее. И, как правило, это роль Нацуки-куна, вести речь. Только теперь все тихо, двух девушек…… Нет, тревога нас четверых растет.

Субару: Четверых, хах.

Пока Субару надувал губы, Анастасия не теряла воли к борьбе.

"Две девушки” относились к Рам и Анастасии, но если бы вы перефразировали их как четверых, это бы стало результатом добавления Эридны и Патраш. Строго из-за состояния Анастасии/Эридны, это сцена, которую можно было перефразировать с тремя людьми―― Но это не была проблема, которую надо решать в первую очередь.

Субару: "――――"

Субару подумал, прищурив свои черные глаза на Анастасию, которая надула щеки.

Настоящая Анастасия дремлет, и теперь она представала только в образе Эридны. Тем не менее, ее поведение стало настолько привычным, что казалось, будто она слилась с ней. К сожалению, ни Субару, ни Рам не проявили инициативы, чтобы увидеть ее истинные намерения по выражению лица или поведению.

――В раздоре, который в прошлый раз достиг кульминации в виде убийства друг друга; хотя дело в Рам и Патраш было понятно из-за чудовищности концовок, отношение Анастасии также было неприятным.

Враждебность Рам и нападение Патраш: двоих, которые, по-видимому, сошли с ума, можно было легко понять.

Впрочем, трудно было судить, впала ли Анастасия в безумие с первого взгляда, и он до последнего момента не знал, что у нее было на уме.

Конечно, из-за разницы в силе, Анастасия была убита Рам, но о хитрости не стоило беспокоиться, такой как спрятанный нож. Обычно, вы должны быть без сознания, чтобы вас застали врасплох и странным образом убили.

Субару: ...Делай что хочешь.

――Если подумать, они всегда относились к нему враждебно?

Субару: "――――"

Глядя вперед, Субару ударил себя, прячась от взглядов Рам и Анастасии.

Его рот был рассечен одним ударом без промаха, и он почувствовал острую боль, когда его язык почувствовал вкус крови.

Тогда, он причинит себе боль, чтобы рассеять туман своего сознания.

Рам и Анастасия, они не ведут себя ненормально.

Это был Субару, который не мог сейчас отпустить ненормальность.

Субару: Отлично. Забавно, что я не могу понять себя, просто дрожу.

Это он сошел с ума или все остальные сошли с ума?

Субару стал немного надменным, так что все, кроме него, было неправильным.

В конечном счете, конечно, все это было ошибкой. Сбившись с пути, Субару высокомерно решил, что он прав, ведя себя как дурак, отрицая окружающих.

Наконец, ему сказали, что он ошибается, с самого начала это было указано, что он может это признать. Это точное, яркое воспоминание...

Однако, нынешний Субару признает свою ненормальность нормой.

Это ужасно быть не в состоянии укротить ненормальность, настолько, что это страшно отвратительно.

В этот момент, Субару вспомнил. Это ощущение опустошенности в его сердце, где одиночество переходит в жажду безумия. Это был горизонт, которого достиг безумец Петельгейзе Романе-Конти. Осознавая свое собственное безумие, просто признавая свою ненормальность, это было то, что видел Сумасшедший.

Рам: Барусу, что случилось?

Пока он испытывал отвратительное сочувствие, голос Рам упал на дрожащую спину Субару. Субару сглотнул кровь, смешанную со слюной, и оглянулся на этих двоих, делая вид, что ничего не произошло.

Субару: Ничего, просто песок в ботинках заставляет меня чувствовать себя неуютно.

Рам: То, что Барусу молчит, Рам ни капельки не волнует, но за словами Анастасии-сама также стоит причина.

Субару: Что?

Рам: Даже если ты молчишь, сдерживание чего-то не облегчит беспокойство женщины. Если ты хочешь это сделать, тогда прячь это лучше.

Субару: "――――"

Субару снова стиснул зубы при этих словах.

Слова Рам были очевидны, он не мог ошибиться. Затем он также заметил, что слова Рам были переводом трудных для понимания слов Анастасии. Ему казалось, что его видят насквозь, и его сердце начало бешено стучать.

Субару: Это расплывчато, я не думаю, что смогу объяснить, сказав это…

Рам: Очень жаль, что смысл слов Барусу теперь непонятен. Если ты беспокоишься о чем-то, тебе следует уделять этому больше внимания.

Анастасия: Рам-сан действительно неумолимый противник для Нацуки-куна.

Фыркая на слова Субару, Рам, как обычно, нанесла ответный удар своим острым языком. С горечью и резкостью, близкой к ядовитой, Анастасия горько улыбнулась. На спокойное хладнокровие Анастасии, Рам пожала плечами,

Рам: Пожалуйста, успокойтесь, Барусу очень счастлив, потому что он извращенец, который наслаждается страданием.

Субару: О чем, черт возьми, ты говоришь? С какой стати ты судишь обо мне? Не превращай меня в боксерскую грушу так легко, ладно? Понимаешь? Единственный, кого ты можешь ударить, это парень, который готов ударить тебя?

Рам: "Хмпф"

Фыркая носом, Рам вела себя почти как обычно.

В отличие от Субару, она уже была в состоянии вернуться к своему самодовольному "я". Завидуя или просто ненавидя, он чувствовал отвращение, просто думая о ней.

Однако, несмотря на то, что они вели обычную болтовню, цвет тревожных теней скоро будет разбавлен.

Субару: Объяснить то, что трудно объяснить…… Я просто немного параноик сейчас.

"――――"

Когда он произнес эти снова, это прозвучало еще более бесполезно, чем он себе представлял.

В ответ на это, Рам и Анастасия изобразили удивление.

"――――"

Глядя на него, Патраш, казалось, также была несколько удивлена.

Для Патраш, которая умна и способна понять причину происходящего, вполне возможно, что сейчас она видела Субару слабоумным. Скорее, если она перестанет быть с Субару и начнет служить настоящему лорду, это будет намного лучше для нее.

На самом деле он чувствовал, что даже Рам и Анастасия лучше справляются с Патраш. Если она думает, что он был препятствием для этого, тогда естественно, что ее клыки――

Субару: Хватит, прекрати это...

Анастасия: Я понимаю, что это намного серьезнее, чем то, как глупо это прозвучало.

Анастасия оценила Субару, который смотрел на Патраш и несколько покачивался. Когда стало ясно, что причина нелепа, облегчение и тревога одновременно усилились. Это было похоже на то, что девушки исключили Субару из своего выбора... До того, как это произойдет, все ещё――

Субару: Я… Я действительно плохой человек.

Анастасия: Это… наверное, было бы проще, если бы мы его серьезно связали и понесли, нет?

Покраснев или побледнев, Анастасия бросила слова в Субару, который корчил рожи. Рам подняла бровь, думая “Однако” о наблюдении Анастасии.

Рам: Даже если мы свяжем руки и ноги Барусу, это не будет решением проблем.

Субару: Не употребляй таких слов, чтобы сделать из меня врага.

Рам: Это не так уж и важно, но я не хочу превращать Рам во врага Эмилии-сама и Беатрис-сама…… Я не смогу снова встретиться с Рем.

Думая о Рам, Субару изо всех сил старался не питать к ней враждебности. Борясь с такими эмоциями, на самом деле была одна хорошая вещь.

В действительности, в данной ситуации думать об этом не стоило.

Однако, совершая путешествие, чтобы исследовать Сторожевую Башню Плеяд, в лабиринте песка, дважды проходя через Посмертное Возвращение до сих пор, то, что приходило в голову, было――

――Когда дело доходит до Рем, Рам реагирует ужасно чувствительно.

Субару: "――――"

Конечно, для Субару это хороший знак, что Рам заботится о Рем.

Для Рем, которая стерта из памяти всех, кроме Субару, только у него есть связь с ней. Хотя, конечно, это приносит особые чувства Субару, это не приносит никакого смысла в практическом смысле.

Что касается изолированных обстоятельств Рем, то Рам старалась максимально сблизиться со своей семьей.

Конечно, в ней не осталось никаких воспоминаний о Рем, это печальный факт, который он узнал за последний год. С другой стороны, однако, нет никаких сомнений в том, что Рам принимает существование другой девушки, похожей на нее, Рем, более серьезно, чем просто "правда, сообщенная Субару".

И, по-видимому, эти чувства были настолько сильны, что "это было за пределами воображения Субару", возможно, настоящие чувства возвращались к Рам.

Это было видно по взрыву недовольства в предыдущем цикле лабиринта―― которое вызвало вспышку из-за отсутствия внимания Субару.

Она не могла вспомнить. И все же, чувства Рам были сопоставимы с тем, что он помнил.

Чувство было намного глубже, чем думал Субару.

――Но, в самом деле, только ли это?

.

Рам: …Это неприятно.

Субару: Нет, это отвратительно. Даже не это. А эта чертова паранойя!

Рам: Ты поднялся на пьедестал? Это бесполезно.

Субару: Если я на пьедестале, разве ты не возносишь себя на пьедестал уровня бога и не смотришь на других сверху вниз?

Таким образом, можно с уверенностью сказать, что отношения не изменились от обычных.

Даже при том, что настроение менялось мгновенно и теплые чувства превращались в холодную сердечную враждебность.

Только в те времена, можно было кого-то ненавидеть.

Анастасия: Есди посмотреть внимательно, поведение Нацуки-куна....в чем должна быть причина?

Рам: Вы тоже это заметили, Анастасия-сама?"

Анастасия: Ну, похоже, что Нацуки-кун явно в какой-то степени затронут. Я думаю.

Из-за сложившихся обстоятельств, Субару охватила паранойя подозревать все и вся, Рам и Анастасия посмотрели друг на друга, как будто получили какой-то намек. Скорее, только Субару знал истинную причину. С обоими их пониманием, они стали еще более осторожными. Увы, говоря так, было ясно, что каждое движение Субару тщательно наблюдалось до такой степени, что это начинало раздражать.

Субару: Раздражает… хах, как глупо.

Анастасия: Ты что-то сказал?

Субару: Просто моя глупость. Итак, что вы думаете?

Озадачивая их чувствительные умы, Рам и Анастасия также озадачились. Затем, в ответ на вопрос Субару, они вместе повернули вперед.

Соблазненные перспективами развития, они определенно могли понять, что он сказал.

――Перед глазами возникла развилка.

Анастасия: Какое-то время назад я начала чувствовать, что дует отвратительный ветер, но……теперь я поняла его источник.

Рам: Этот дурной ветер вызывает раздор. Как описала Мейли, запах тела Барусу, кажется, вызывает Магверей. И по природе, близость плохая... Нет, мне интересно, лучше ли оно.

Субару: Ты понимаешь, что это за отвратительное чувство?

Рам: Нынешнее состояние Барусу, и если запах тела Барусу умножит этот фактор во много раз, ответ будет тот же.

Субару: Не говори так много раз запах тела!

В последних двух циклах они единодушно согласились на тему "плохого чувства". Затем, текущее физическое состояние Субару и нынешние обстоятельства были переплетены. Так родилось другое мнение.

Рам и Анастасия переглянулись и дружно кивнули,

Рам & Анастасия: Миазмы.

Субару: Ведьмы, хах. Тогда, идти вперед означало бы...

Анастасия: Хотя я не уверена, но хорошо известно, что за песчаными дюнами находится Святыня Ведьмы. Да, и поскольку искажение песчаного моря разрешимо, если оно оказалось связано из-за какой-то случайности……

Рам: Это окажется неожиданным коротким путем или что-то в этом роде. Следовательно...

Миазмы привели к тому, что их души испортились и вызвали раздор, который закончился убийством друг друга.

Вдобавок к возможности существования этого утверждения, Анастасия горько улыбнулась и указала на дорогу.

Развилка разделялась надвое, где миазмы плыли справа, а гнездо Кентавра находилось слева.

Конечно, об угрозах, таящихся на левой дороге, он намеревался умно заговорить после этого―― но пока, в какую сторону им идти?

Анастасия: Итак, как вы думаете, какой путь является правильным ответом?

Услышав вопрос Анастасии, Субару и Рам отвернулись друг от друга.

Но их голоса непроизвольно слились воедино, когда они произнесли это слово.

Субару & Рам: ――Левый

Так оно и было.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17. Король Песчаного Моря

Перевод: imy

***

Команда Неспособных Сражаться единогласно выбрала левый путь.

Было очевидно, что если они выберут правый путь, то их поглотят миазмы, которые породят лютую вражду, и в конечном итоге они попросту поубивают друг друга, и посему казалось, что выбор левого пути был единственно верным решением.

Однако, и для Субару в том числе, всё было далеко не так просто.

Левый путь вовсе не являлся таким безопасным, и тот, кто задал группе такую загадку, явно был крайне коварной натурой.

Если он обозначит правый путь как эмоциональную ловушку, то ему придется обозначить то, что ждет их на левом пути, как физическую ловушку. Этот гротескный Магверь, обернутый в пламя―― Он предпочел бы по возможности избежать встречи с Кентавром.

Даже если он вступит с ним в бой, его шансы на успех были невелики, это было очевидно. Но, их разница в силе была не единственной проблемой. Дело в том, что когда придет время встретиться с Магверем, в своем нынешнем эмоциональном состоянии, он не верил, что сможет сражаться вместе с Рам и Анастасией.

Субару: По правде говоря, некоторое время назад в песчаных дюнах, я увидел чертовски странного Магверя вдалеке. У него было человеческое тело, растущее из шеи тела, похожего на тело Патраш, и у него был огромный рот, зияющий от живота до груди. И, наконец, огромный рог рос из его человеческого тела, где должна была быть голова……

Анастасия: Ааа... Какого черта. Это так мерзко……

Рам: Честно говоря, это очень отталкивает.

Они последовали тому же потоку разговора, связанным с Магверями, что и в прошлый раз, в котором он, естественно, включил свое объяснение особенностей Кентавра. Реакция двух девушек из группы в ответ на его описание―― Трех, включая Патраш, снова была неприятной.

Не то чтобы Субару давал это объяснение, потому что он этого хотел. Тем не менее, он должен был учитывать, что есть 70% шанс того, что они не смогут избежать встречи с этой штукой теперь, когда они выбрали левый путь.

Субару: Я ожидал, что вы будете очарованы этим, но в любом случае, он определенно кажется опасным существом. На данный момент я буду называть его Кентавром, но дело не только в том, что его внешний вид выглядит отвратительно, грива на спине из огня…… Он также казался безумно сильным. Мягко говоря, не похоже, что мы сможем победить его.

Рам: Почему ты проигнорировал такого Магверя после того, как заметил его? У тебя есть желание умереть?

Субару: Ааа?

Он объяснил это, сдерживая свои эмоции, насколько только мог, однако гнев вспыхнул в нем в тот момент, когда Рам ответила в своей обычной легкомысленной манере. Несмотря на то, что он ясно предупредил ее, кем она себя возомнила?

"Она всегда высокомерно смотрит на других сверху вниз", - думая так, он чувствовал, как его гнев превращался в ненависть. Субару глубоко вздохнул. Он делал все, что мог, чтобы сдержать свои бурные эмоции и успокоиться.

.

Субару: Это чертово……! Это место самое худшее.

Рам: Это действительно сложно, не так ли? Даже мне приходится обращать внимание на слова, которые я выбираю.

Субару: Если ты собираешься выбрать их сейчас, то знаешь, что, возможно, они не сделают ничего лучше.

И голос, и выражение лица Рам были окрашены сочувствием к Субару, который был переполнен своими эмоциями. Однако, поскольку ее сочувственное отношение продолжало раздражать его, он должен был сказать, что то, что она делала, в конечном итоге производило только противоположный эффект.

Анастасия: Легко говорить о влиянии миазм, но разве это не все, что в них пугает? В действительности, я и Рам-сан не пострадали.

Субару: Что ты хочешь этим сказать? Если ты думаешь что-то вроде "Только мы будем в порядке", тогда тебе лучше остановиться. Если мы соскребем с поверхности, я и ты одинаковы.

Анастасия: Какие гру-у-убые слова. Я не имела в виду, что у меня есть столько уверенности в себе. Способность человека к суждению, решительность и так далее - это разные вопросы, связанные с силой ума и тела. Одна-а-ако, вести себя так, словно ты полностью парализован ужасными миазмами - это довольно плохо, тебе так не кажется?

Анастасия ответила ему своим откровенным советом, выраженный с видом превосходства. Хотя ее слова были рациональными, Субару раздражало, что она не поняла сути. Стоя во главе группы, Субару настаял на своей предыдущей точке, пока шел по песчаной дороге.

Услышав это, Анастасия тихонько откашлялась и сказала:

Анастасия: То, что я должна сказать, связано с миазмами…… Хотя, поскольку даже я не слишком хорошо знаю об этом, можешь ли ты простить меня, если то, что я скажу, будет грубым?

Субару: Я думаю, что единственные, кто действительно знает все подробности об этом - это Культ Ведьмы, верно?

Анастасия: Действительно, но в мире есть и такие люди, которые любят совать нос в то, что люди презирают. Например, есть чудаки, которые ходят вокруг и изучают такие вещи, как миазмы, ех? Хотя то, что я знаю об этом, едва ли похоже на правду. Это скорее слухи о слухах.

Было ли то, о чем говорила Анастасия, Исследователем Ведьм?

Это звучало странно, но было бы довольно глупо предполагать, что их не существует, если бы он подумал об этом.

В этом мире, вероятно, тоже были люди, подобные исследователям. И конечно, все такие люди, которые обладали бы такой жаждой знания, рационально избегали бы поиска табу и держались бы в русле течения мира――Нет, у них безусловно не было бы такой честной, благочестивой натуры.

Обязательно есть воплощения любопытства, которые не вписывались бы в форму, каким бы ни был мир или эпоха.

Анастасия: Хотя, прежде чем я прямо перейду к тому, что я знаю из этого слуха, мы должны прежде всего спросить, что такое Миазмы?

Рам: Это…… загрязненная мана, которую выпускает Ведьма и Магвери, верно? Я также слышала, что Культисты выпускают что-то подобное.

Анастасия: Ответ Рам-сан - преобладающая точка зрения. Миазмы - это то, что испускает Ведьма, так что даже Магвери, созданные Ведьмой, испускают их…… Однако, слышали ли вы об этом?

Рам: "――――"

Анастасия: Слышали ли вы, что Культисты Ведьмы и Магвери на самом деле действительно ненавидят друг друга?

Анастасия/Эридна говорила без паузы. Зная, кто был её создателем, он любил выставлять напоказ свои собственные знания. Казалось, что позолоченная пластина Анастасии была оторвана, и под ней просвечивала истинная натура белой лисы.

Глаза Рам расширились при словах Анастасии, в резком контрасте с Субару, у которого уже было такое впечатление. И Магвери, и Культисты Ведьмы были существами, которые, как она думала, были близки к Ведьме Зависти. Возможно, она была удивлена, узнав, что на самом деле они не ладили.

Рам: Я с трудом могу заставить себя поверить в это… Но, это на самом деле так?

Анастасия: К сожалению, я не знаю точно, так как не знакома ни Культистами Ведьмы, ни с Магверями. Вот почему я представила это как нечто из слухов. Но тебе не кажется, что было бы интересно, если бы это была правдивая история?

Субару: Интересно……?

Субару ответил, имея впечатление, что она не должна была описывать это таким образом. Анастасия ответила ему коротким кивком, произнеся "Мхм",

Анастасия: Все в мире думают, что Ведьма, Культисты и Магвери - хорошие друзья, верно? И все же, неизвестно, что на самом деле эти двое под началом Ведьмы враждуют друг с другом. Это недоразумение продолжалось незамеченным в течение 400 лет…… Никто не знает истинной правды.

Рам: Конечно, это……

Анастасия: Я также прошу прощения за то, что распространяю этот слух, но, похоже, существует много неправильных представлений и о миазмах. Например, отношение между Магверями и миазмами прямо противоположно тому, что известно. В том смысле, что Магвери их ненавидят. Так же говорят, что они ненавидят Ведьму и в своих истинных чувствах.

Рам: ――Не может быть, чтобы это было так.

(П/п: На протяжении всего этого диалога, кроме переведенного как такового, они ссылались на термин “Ведьма” только с 魔女, так что мне было немного неясно, означает ли это Ведьм в целом, или только Ведьму, о которой мир слишком хорошо знает. Я выбрал последнее, основываясь на контексте, но в мире есть понимание старых ведьм, поэтому мы не можем сбрасывать со счетов то, что они использовали этот термин для обозначения Ведьм вообще.)

Рам продолжала заваливать Анастасию своими сомнениями, обращённые к её рассказу. Позади них двоих, погруженных в этот разговор, Субару понял, что слова Анастасии/Эридны были подкреплены довольно неоспоримым фактором.

Отношения между Ведьмами и Магверями были на самом деле довольно плохими, и Магвери ненавидят Ведьм.

Эта возможность имела для него смысл, учитывая, как много он использовал Запах Ведьмы до сих пор. Если это было не так, то почему тогда он заставлял Магверей так сильно кипеть, заставляя их отчаянно преследовать его, покрытого Запахом Ведьмы?

Он использовал свой запах против первого Вторжения Магверей после того, как его вызвали в этот параллельный мир. И он даже использовал его против Белого Кита. Невозможно было игнорировать связь между Запахом Ведьмы и миазмами, если бы он собрал все доказательства, которые видел до сих пор.

――Запах Ведьмы, окружавший его, казалось, был самими миазмами.

Субару: Не может быть, чтобы все эти Магвери имели атрибут яндере, как Петельгейзе. Он не мог допустить, чтобы запах Ведьмы исходил от этих существ, кроме как от самой Ведьмы. Это все равно, что иметь запах другой женщины.

Было отвратительно думать об этом, если это так, но вышеупомянутая возможность подходила для логического объяснения. Другими словами, Магвери ненавидели миазмы Ведьмы и смотрели на нее с сильной враждебностью.

А так же, большинство людей не могло знать, что теория, которая утверждала, что Ведьма Зависти создала Магверей, на самом деле была неправильной.

Та, кто создала Магверей, была не Ведьмой Зависти, а скорее Ведьмой Чревоугодия.

Поскольку это не было распространено, казалось, что никто не заметил отношений между Магверями и миазмами. Источник знаний Анастасии―― Скорее, он не знал, существуют ли исследователи, которые изучали Ведьму, но если они действительно существовали, они, несомненно, сделали хороший вывод.

Субару:……Что за фарс, хах?

Субару вздохнул от собственной беззаботности, подумав об этом до такой степени. Было более естественно думать, что она просто выплюнула знание, которое Анастасия/Эридна знала с самого начала, а не сомневаться, существует ли упомянутый исследователь или нет. Когда ход мыслей Субару переместился к этому, в нем постепенно начала укореняться другая форма гнева.

Почему Субару приходиться скрывать обстоятельства, при которых Анастасия была Эридной? Ещё его внимание было приковано к Юлиусу и Железному Клыку. В частности, Юлиус в его нынешнем состоянии полностью выскользнул из памяти мира.

Юлиус старался вести себя как прежде, насколько только мог, но даже в нем была часть, которая не заботилась об этом. Принимая это во внимание, Субару решил, что ему следует избегать любых дополнительных умственных нагрузок.

Он должен избегать их, но почему вместо этого он должен нести бремя?

Субару: "――――"

Все были эгоистами.

Почему именно он должен был делать все, чтобы прикрыть их задницы?

Это раздражало. С таким же успехом он мог бы просто рассказать обо всем, разве не так? С таким же успехом он мог бы рассказать им о духе Анастасии, о своем Посмертном Возвращении, обо всём――

Рам: ……Барусу. Перестань прятать голову в песок, это странно.

Субару: Это просто моя естественная защитная реакция, чтобы наши отношения не ухудшились. Пхааах.

Поскольку гнев Субару достиг своей точки кипения, он уткнулся лицом в стену песка, прежде чем обрушил на них оскорбления. Стена песка оказалась неожиданно хрупкой, и казалось, что он сможет пробить ее руками.

В ответ на это Субару выплюнул песок изо рта. Было о чем подумать в холодном выражении лица Рам, но поскольку он сам отвечал за свои действия, он держал любое возмездие при себе.

Анастасия: Может ли быть, что эксцентричное поведение Нацуки-куна было вызвано влиянием миазм…… возможно?

Рам: Нет, Барусу ведет себя как обычно.

Субару: Все не как обычно! Это просто афтершок* от воздействия миазм!

(П/п: Афтершо́к (англ. ... aftershock), или повторный толчок, — толчок, происходящий после основного и меньший по сравнению с ним.)

Анастасия: Ну, что касается подлинности вещей, если мы вернемся к тому, о чем мы говорили до того, как вы начали спорить… Магвери на самом деле ненавидят Ведьму. Если мы предполагаем это, то должно быть объяснение тому, почему Культисты Ведьмы и Магвери враждуют друг с другом, нет?

Анастасия, намеренно нашедшая в их разговоре паузу, чтобы перевести разговор на главное, тяжело наклонила голову. Тем не менее, слова Субару не дошли до неё. Вместо этого Рам кивнула и сказала:

Рам: Независимо от того, враждебны они друг другу или нет, я никогда не слышала…… о том, чтобы они действовали вместе. Начнем с того, что слухи о Культе Ведьмы не распространяются.

Субару: Понятно……Тогда это действительно тип секретной организации, в которой эти ребята держат все в секрете и передвигаются в тайне. Интересно, почему они вообще не оставляют никаких впечатлений?

Рам: Барусу и Эмилия-сама слишком часто встречаются с этими парнями.

Все Культисты Ведьмы, которых знал Субару, страстно жаждали быть в центре внимания и были поглощены раздутым чувством собственного достоинства. Он даже не мог сказать, что передвижения Петельгейзе держались в секрете, и более того, другие Архиепископы Греха дошли до того, что устроили трансляцию после захвата одного из Великих Городов.

Как могли эти ребята утверждать, что они были злой организацией, которая действовала в тени?

Субару: Ах, но подожди. А как насчет Белого Кита? Эта тварь сотрудничала с Культом Ведьмы……Хотя теперь это немного подозрительно, действительно ли это было так или нет, но все же.

Анастасия: Хмм? Хотя я знаю, что Магвери определенно ненавидят Культ Ведьмы, но я не слишком уверена, что Культ Ведьмы ненавидит Магверей……Хотя, в любом случае, даже если это не так, я не собираюсь суетиться из-за этого.

Субару: Это то, что я тебе сказал……

Предоставив подходящее опровержение возражению Субару, Анастасия тут же отбросила свое личное мнение. То, что она не цеплялась за него, было, возможно, действительно доказательством того, что она слышала это из слухов.

Тем не менее, она тщательно использовала это как основу своего разговора. В конце концов, Анастасия закрыла один глаз и сказала:

Анастасия: В конце концов, мы можем просто сказать, что мы не очень хорошо понимаем связь между миазмами. Есть также то, как Рам-сан смотрит на них, где они похожи на загрязненную ману…… Но, ну, разве не кажется, что вокруг нет никого, кто мог бы объяснить, что происходит, чтобы мана была загрязнена таким образом?

Рам: "――――"

Анастасия: Мана есть мана, независимо от того, через чье тело она проходит. Даже если её природа изменится в магии или при ремесле, никто не сможет добавить немного больше к самой мане.

Субару: Это……

Анастасия: Почему мана может просто загрязниться из-за Ведьмы Зависти? А также, почему, черт возьми, Культисты Ведьмы так адаптированны к этой загрязненной мане?

Довольно необычно, что Рам держала рот на замке, когда Анастасия начала этот шквал вопросов. Было довольно странно, что она не произнесла ни слова возражения и промолчала. В то же время Субару испытывал чувство дежавю вместе с чувством отвращения.

То, как она это изложила, делало и ее точку зрения, и вывод расплывчатыми. Все в ее поведении казалось, будто она говорит загадками. То, что она, казалось, вела себя как Ехидна, оставляло у него довольно кислый привкус.

Анастасия: Ладно, ладно, ладно, похоже, мы слишком много времени потратили на праздные сплетни, вы так не думаете?

Анастасия вдруг заговорила, не обращая внимания ни на молчание Рам, ни на катексис Субару. Тон, которым она говорила до сих пор, внезапно изменился, оставив их позади с резкой сменой темы. Оставив их вдвоем, Анастасия посветила фонарем в переднюю часть коридора. Субару также остановился, подражая ей. Подняв фонарь, он заметил, что происходит.

Субару: "――――"

Перед ними, проход постепенно поворачивал налево, и слабый ветерок дул в их сторону. Песчаная стена по-прежнему никак не менялась, но он живо помнил тот Запах Гари, который смешивался с ветром, и тот внезапный поворот тропинки.

Рам: Пахнет чем-то подгоревшим, типо жареного мяса.

Рам поделилась своими впечатлениями о ветерке, который нес в себе оттенок горячего воздуха. Из глубины коридора доносился запах пережаренной, обгорелой плоти. Может быть, этот аромат был доказательством того, что кто-то готовит, и что они смогут встретить впереди дружескую―――Какими бы благими намерениями ни были его мысли, они были равносильны невежеству.

Рам: Эмилия-сама и остальные небрежно развели костер и отдыхают…… Я думаю, что-то в этом роде?

Субару: Я согласен, что Эмилия была бы той, кто устроила бы пожар без какой-либо заботы, но с моим упоминанием о Кентавре, я вообще не могу себе представить, что это так. Вы также должны верить, что это не ваша голова, наполненная чрезмерно оптимистичными мыслями, верно!?

Рам: Я с нетерпением жду, как ты будешь придумывать оправдания для всех этих безрассудных замечаний после того, как влияние миазм исчезнет.

Каждый раз, когда он отвечал на вопросы Рам резче, чем было необходимо, он также получал язвительный ответ от нее. Фыркнув на это, Субару убедил себя, что тот, на кого он должен обратить свою враждебность, не был ею.

В этом не было никаких сомнений, учитывая, что они уже добрались сюда. Впереди будет большая пещера, и прямо там их будет ждать богохульный Магверь, облаченный в пламя.

Время, которое они потратили, чтобы добраться сюда, казалось, было немного быстрее по сравнению с прошлым разом. Тем не менее, учитывая, что они собирались встретиться с ним, возможно, это место было логовом Магверя. У него не было мимолетных следов надежды на то, что он переместился оттуда. Если бы это было возможно, им пришлось бы――

Субару: У нас нет другого выбора, кроме как убить его, чтобы пройти мимо, хах?

Рам: Я думаю, что с нашей стороны было бы продуктивно разработать план, который может быть приведен в действие с нашей нынешней боевой мощью.

Анастасия: У нас нет никакой боевой силы, даже если я использую свой козырь……и даже тогда, я хотела бы сохранить эту изнурительную штуку как последнее средство, если это возможно, так как я не могу отменить ее последствия.

И Анастасия, и Рам выступили против действий Субару. Хотя Субару был раздражен тем, что ему отказали, даже он не собирался навязывать им свое собственное мнение. На самом деле, это было бы абсурдно. Он не зря назвал их группу "Неспособные Сражаться". Все решения, которые повлекут за собой столкновение с Магверем, вероятно, закончатся безрассудством.

Субару: С другой стороны, мы никак не можем вернуться назад и выбрать правый путь.

Рам: Посмотрев на все эти разные лица, которые ты до сих пор корчил, Барусу, я вижу, что у тебя не хватило бы мужества пойти по правому пути, ведь так?

Анастасия: Но, говоря так, это означает, что мы загнаны в угол. Это не сработало бы, сделай мы такую похвальную вещь, как вернулись бы туда, откуда начали, и ждали, пока другие придут искать нас…… Верно?

Игнорируя легкомысленный ответ Рам, ответ Анастасии попал в самую точку. Если он все еще боялся Магверя настолько, что был готов повернуть назад, то он должен был прибегнуть к избежанию этих слов с самого начала и остановиться там. Поскольку он этого не сделал, его заключение оставило ему только возможность пройти через Магверя.

Таким образом, это не означало, что они не могли найти способ достичь этого.

Субару: Во-первых, нам нужно собрать информацию о нашем противнике. Если все пойдет по плану, у нас есть шанс.

Субару заговорил, придя к выводу раньше, чем двое других, ломавших голову над планом.

***

――Субару почти ничего не знал о образе жизни Кентавра.

Это было связано с тем, что он наткнулся на него всего за несколько десятков секунд до того, как был сожжен заживо. Все, что осталось в его душе от этого печального опыта - это то, что его гротескная фигура вызывала у него тошноту до глубины души, и что он обладал огромной огневой мощью. Если он несколько подумает об этом, то его способ смерти был таков, что казалось неизбежным воспринимать его как нечто иное, чем напрасная смерть.

Тем не менее, было бы неприятно, если бы он начал волноваться из-за этого. Когда дело доходило до неожиданных Смертей, то Нацуки Субару был ветераном.

Субару: Прежде всего, мы должны обратить внимание на внешний вид Кентавра.

Его отталкивающая внешность была чем-то , что вы не смогли бы забыть, увидев однажды. Хотя он видел его всего несколько секунд, его гротескный вид живо запечатлелся в его сознании. Это помогло бы ему в его размышлениях.

У него было человеческое тело поверх лошадиного, с головой, превращенной в рог. В дополнение к этому, у него была зияющая пасть поперек тела. Он выглядел дрянным, как что-то недоделанное, что сделал бы ребенок играя с глиной. Однако было кое-что, на что он обратил внимание, когда ломал голову, не отрывая глаз от воспоминаний.

Субару: У него определенно не было глаз.

В сущности, у него не было головы в том месте, где ее обычно находили. Таким образом, он был уверен, что на теле этого Магверя не было никаких органов, которые обеспечивали бы ему зрение.

Или, поскольку в пещере под песчаными дюнами не было света, возможно, негативные последствия заставили его адаптироваться.

Субару: Что-то вроде крота? Он приспособился к жизни под землей и потерял зрение.

Или, он не был уверен, есть ли у него вообще зрение, но, по крайней мере, этот Магверь, вероятно, не полагался на него и продолжал заниматься своими делами без него. Тогда, Магверь, казалось, не заметил его из-за света фонаря. Он заметил его по звукам и признакам, которые он издал из-за собственной беспечности.

А именно, обонянием или слухом, которые у Магверя развились бы вместо глаз.

Субару: Если я правильно помню, я однажды слышал, что у кротов хороший слух, чтобы компенсировать их довольно плохие носы.

Это не было тем, что он слышал от Анастасии раньше, а скорее, каким-то странным знанием, которое он где-то почерпнул. Однако догадка Субару оказалась гораздо более полезной, чем то, за что он цеплялся в своих беспочвенных мыслях. Сильной стороной Кентавра было его чувство слуха; придя к такому выводу, Субару начал действовать.

Таким образом…

Субару: "――――"

Не произнося ни слова, Субару как можно тише взмахнул рукой вверх-вниз. С того момента, как он ступил на песок, он позаботился о том, чтобы его шаги не издавали никакого звука от хруста по песку.

То, что он бросил, было одной из фляжек с водой, которые они положили в свой спасательный набор. Без какой-либо определенной цели фляга полетела прямо в конец большой пещеры, привлекая внимание огненного Магверя в середине пещеры к тому месту, куда она приземлилась.

Кентавр: "―――――%#@&!!"

Как только фляга с водой с тихим стуком приземлилась на песок, реакция Кентавра, услышавшего ее, была драматичной. Встряхнув пылающей гривой, Магверь вскочил своим лошадиным телом и поскакал к источнику звука. Он яростно протаранил пространство своим телом без малейшего колебания.

Кентавр: "―――――%#@&!!"

Песок взметнулся вверх, и по пещере полетели мерцающие искры. Яростно извиваясь, Кентавр заскользил вокруг. Он скрежетал клыками в своей огромной зияющей пасти и продолжал издавать пронзительный вой, похожий на плач бесчисленных младенцев.

Он наступил на флягу с водой, раздавил ее и поджег снова и снова. Как только Кентавр уменьшил её первоначальную форму до нуля, он выпустил еще больше пламени, которое вырывалось из его гривы на песок. И когда все, кроме выжженного песка, было сожжено до хрустящей корочки, Магверь остановился с намеком на удовлетворение.

Он действительно выглядел удовлетворенным. Краем глаза наблюдая за его работой, Субару встряхнул веревку, привязанную к поясу, и жестом пригласил их подойти. Звук их осторожных шагов по песку был заглушен пронзительными криками Магверя, которые пронизывали всю пещеру. Соблюдая абсолютную осторожность с каждым шагом, они ползли вперед шаг за шагом――

"――――"

Субару потянул за веревку, указывая на остановку их марша, останавливая наступающего Земляного Дракона. К его удивлению, Земляной Дракон, который не должен был понимать человеческую речь, добросовестно следовал его указаниям. Он медленно ступал по песку осторожной походкой, не приличествующей его крупному телосложению.

――Субару и остальные шли маршем по пропасти смерти в пещере, которая была покрыта мраком.

Если подумать, ширина пещеры была, вероятно, размером со школьный спортзал или что-то около этого. Они находились в районе, где обугленные трупы существ, которые были сожжены Магверем, лежали почти повсюду.

Субару и остальные пытались пройти мимо Магверя, стараясь заглушить свои шаги и дыхание.

"――――"

Местность была не такая, чтобы на нее могла снизойти только тишина, подобная могильной. Смехотворно большая пасть Кентавра дико дышала снова и снова. Звук был похож на тот неловкий звук, который издает воздух, выходящий из воздушного шара.

Отталкивала не только его внешность, но и поведение――тем не менее, он был благодарен, что сейчас он вел себя так откровенно. Благодаря этому ему удалось придумать план, который не включал бы в себя сражение.

"――――"

Субару снова достал еще одну фляжку с водой и бросил ее за спину Кентавра. Простодушный Магверь отреагировал на этот звук и снова яростно набросился на пустую флягу.

Пламя и крики младенцев наполнили пещеру, и фляга с водой распахнулась благодаря огромному жару Кентавра. С сухим звуком фляга превратилась в черный уголь.

Несмотря на эту суматоху, Субару и остальные двинулись вперед и за это время сумели сократить расстояние до прохода.

――К такому простому выводу Субару пришел, наблюдая за образом жизни Кентавра.

Рассудив, что у него нет зрения, Субару решил, что Кентавр полагается на свой слух. Оставив Рам и Анастасию позади, он привлек внимание Магверя, используя тот же метод метания. Он повторил эту демонстрацию несколько раз, пока не завоевал их доверие.

Кентавр был Магверем, который искал свою добычу, используя свой слух. И вдобавок ко всему, это было простодушное существо, которое можно было обмануть кучу раз одним и тем же способом.

Пока он был в состоянии убедиться в этом, остальное давалось легко. Он заставил Рам собрать предметы для отвлекающего маневра, а также заставил ее прочитать, где был выход с помощью ветра, для будущего, после того как они сделают свой побег мимо Магверя. После этого он скрупулезно рассказал Патраш об их тайном плане, и о необходимости сохранить сильное сердце, чтобы не поддаваться стрессу или тревоге.

"――――"

На самом деле тактика Субару работала очень хорошо до такой степени, что казалась разочаровывающей. Расстояние между пещерой и проходом было уже наполовину пройдено, и время, которое они потратили на стресс, было не таким уж большим. Поскольку он не обладал способностью к интуиции, пройти через Магверя можно было бы просто повторяя одно и то же снова и снова.

"――――"

Конечно, они бросили фонарь, и единственное, что они могли видеть, было пылающей гривой Кентавра, которая потрескивала вдалеке.

Свет фонаря, скорее всего, не повлиял бы на незрячего Магверя, но все же они приняли решение сузить все, что могло вызвать его чувства, насколько это было возможно.

"――――"

Чувствуя, как натягивается верёвка, внимание Субару, блуждавшее в раздумьях, вернулось в настоящее. Он держал в руках две верёвки, пока отвлекал его. Одна из них была привязана к Патраш, а другую держала сидевшая на ней Рам.

Инструкции, которые он дал Патраш, были “Стоп” и “Вперед”. Однако связь между ним и Рам не была особо четко оговорена. Это было просто для того, чтобы привлечь внимание друг друга.

Тем не менее, их связь с помощью верёвки, которая просто передавала их присутствие, не имея возможности смотреть лицом к лицу или обмениваться словами, была чем-то, что успокаивало Субару довольно удивительно.

Это было сделано так, что Субару не испытывал никаких дурных чувств к Анастасии или Рам. Он был в таком состоянии духа, что ему было легче не смотреть на чужое лицо.

С другой стороны, это не означало, что в его сердце не было беспокойства, которое легко переросло в такое одиночество. Субару убедил себя, что это частично из-за влияния миазм―― Однако многие части истории, которую Анастасия рассказала им ранее о том, “Что такое миазмы”, стали туманными.

Излечится ли он от их последствий, когда они покинут это место? По правде говоря, теперь это также казалось сомнительным.

Предположим, что он не излечился от этого, неужели он не сможет избавиться от этих неприятных ощущений даже при встрече с Эмилией и Беатрис…

Субару: ――!?

Веревка внезапно натянулась с силой, заставив Субару непреднамеренно откинуться назад. Натянутая веревка была той, что была привязана к Патраш. Земляной Дракон принял поспешное решение остановить его силой.

И как только он поднял голову, то сразу понял почему――

Субару: "――укх"

Сгусток огня пролетел на шаг впереди Субару. Сгусток огня был примерно такого же размера, как футбольный мяч, но он пронесся мимо, разбрызгивая волны тепла вокруг. Он врезался в песчаную стену в нескольких метрах от них, издав яростный грохот, за которым последовал взрыв.

Порыв горячего ветра опалил холодное тело Субару; он едва удержался, чтобы не закричать.

Если бы Патраш не остановила его, шар точно попал бы в цель. Он не знал, достаточно ли у него силы, чтобы убить его, но он был уверен, что у него точно было достаточно огневой мощи, чтобы ранить его. Субару стиснул зубы, понимая, что он едва спасся, когда дрожь пробежала по его спине.

Почему в него бросили огненный шар?

Субару: "――――"

Субару рефлекторно обернулся, чтобы посмотреть назад. Кентавр должен был быть обманут, и должен был возиться с флягой с водой на другой стороне пещеры. Тем не менее, Магверь теперь повернул свою рогатую голову туда, где они были, рыча.

Точно так же, как будто он знал, что Субару и другие стояли там.

Субару: "――――"

"Не может быть", - покачал головой Субару.

Субару отстегнул от пояса фляжку с водой и взялся за нее, чтобы снова отвлечь его. Веревку, связывавшую его с Рам, постоянно дергали, звали его, но он не обращал на это внимания. Сейчас его главной задачей было отвлечь от них внимание Магверя.

Он поднял флягу с водой и швырнул ее далеко влево от Кентавра, где она упала на песок. И как он и ожидал, внимание Магверя переключилось на то место, и неуклюжий зверь был привлечен очевидным обманом.

И вновь, вспыхнуло пламя и раздался плач младенцев. И пока пронзительное эхо разносилось по пещере, Субару подтолкнул Патраш к выходу.

Они просто должны были продолжать повторять эту предопределенную рутину снова и снова. Только с этим, они должны быть в состоянии прорваться мимо, однако――

Субару: "――хк!"

И снова огненный шар, брошенный Кентавром, пронесся мимо того места, где шел Субару. Он подошел еще ближе, чем в прошлый раз, и выстрел был настолько точным, что задел его кожу.

У Субару мгновенно перехватило дыхание от взрыва огненного шара, и его обдало волной жара.

Субару: "――――"

Купаясь в свете новорожденного оранжевого света впереди, Субару встретился взглядом с Магверем вдалеке. Хотя, их глаза на самом деле не встретились, так что говорить, что они встретились глазами, было не совсем правильно.

Однако, внимание Магверя было явно сосредоточено именно сюда. У Магверя не было никакого способа выследить их, кроме как по звуку, так почему же он смог найти их посреди своего собственного крика――

Субару: Его собственный…… крик…

Рам: Барусу, эхо…

Когда вопрос и ответ соединились в голове Субару, Рам, которая все еще дергала за веревку, наконец позвала его и издала звук. В тот момент, когда они оба пришли к одному и тому же выводу, Кентавр пнул песок.

Его копыта били по поверхности песка, и Магверь, который был так велик, что им приходилось смотреть на него снизу вверх, легко летел в холодном воздухе. Жар его пылающей гривы увеличивался по мере того, как он двигался, и все сразу устремилось к группе Субару.

Человеческое туловище, прикрепленное к телу лошади, подняло руки и оторвало кусочки собственной пылающей гривы. Пока он держал их в руках, эти осколки превращались в огненные шары и в мгновение ока стали разрывными пылающими пулями.

Субару: …! Бежимбежимбежимбежим!!

В этот момент избежать схватки с Кентавром было уже невозможно.

Отбросив план двигаться как можно тише, Субару хлопнул Патраш по заду, приказывая ей немедленно бежать в коридор.

Группа Субару в данный момент находилась точно в центре пещеры, далеко как от коридора, из которого они вошли, так и от того, к которому они двигались; положение было настолько выгодным для Кентавра, что казалось вероятным, что это было его планом..

Субару: Он играл с нами…!?

Рам: ……!

Разум Субару застыл в изумлении, но Магверь не унимался. Швыряя огненные шары, Кентавр взметал в воздух облака песка вокруг своих убегающих мишеней, словно играя с ними.

Магверь ожидал, что они побежат прямо в коридор. При этом, даже если бы они попытались бежать зигзагообразным образом, чтобы сбить его с толку, его слух улавливал каждый звук, и он не поддался бы на такой трюк.

Субару: Вуа! Вах!

Задевая их опущенные головы, огненные шары летели один за другим.

Скрывшись из виду, Магверь бегал кругами вокруг них, пока они бежали, не прекращая своего взрывного огня, швыряя в воздух взрывы песка.

Субару: Гха――!?

Горячая взрывная волна у его ног легко подняла Субару в воздух и отправила его в полет.

Он быстро прикрыл голову обеими руками, но порыв горячего воздуха все равно обжег ему нос и горло. Дышать было больно, и с обожженной внутренней частью носа он временно потерял обоняние.

Он покатился по земле от боли в центре лица, и затем поднял свое заплаканное лицо.

Рот на туловище Кентавра был широко открыт, а зубастая пасть издавала оглушительный звук, почти похожий на смех. Нет, он действительно смеялся.

Смеялся над слабой человеческой игрушкой, которая не могла даже выиграть битву умов против Магверя.

Субару: Черт возьми, аргх……!

Ненависть вскипела в нем и дала Субару силы встать.

По сравнению с подозрениями и недоверием, каким удивительно здоровым чувством была ненависть к паразиту, который противостоял ему. Поглощенный яростью, Субару фыркнул на Магверя, который выглядел довольным собой.

Вести себя так, будто он победил, было смешно.

Как мог ничтожный, ненавидящий миазмы Магверь думать, что он когда-нибудь сможет победить Нацуки Субару?

Субару: "――――"

Положив руку на пояс, он достал свой хлыст.

Позволив руке вспомнить ощущение рукояти, он легонько стряхнул песок концом хлыста; Кентавр немедленно прекратил свой ревущий смех и сосредоточенно повернул уши в сторону щелчка хлыста.

Скорее всего, он впервые слышал этот звук.

Однако, это не было настоящим планом Субару. Кнут был не более чем отвлекающим маневром.

Субару: ――Незримая Длань.

В ответ на жестокость Магверя, в сердце Субару образовалась бурлящая, кипящая черная эмоция.

Получив направление, она превратилась в силу, желавшая разорвать Кентавра на куски. Используя это таким образом, он выглядел как человек, способный только на один трюк, но ему было все равно. Это был трюк, который сработал бы на любом.

Субару: "――"

Взмахнув хлыстом над головой, он позволил Магверю прислушаться к тому, как он рассекает воздух.

Стараясь не насторожить Кентавра, который внимательно прислушивался к первому звуку, невидимая волшебная рука двинулась вперед, словно проскальзывая сквозь тьму, проникая в тень Магверя, целясь в рог на его человеческом торсе.

Между человеческим телом и телом лошади, он не мог сказать, в каком из них были жизненно важные органы. С его головой, похожей на рог, был ли в ней мозг или нет, оставалось загадкой. Несмотря на это, внутри должен был находиться какой-то жизненно важный орган. Приняв такое решение, он решил раздавить рог в ладони своей невидимой руки.

Если потеря рога сделает Магверя послушным, он просто заставит его убить себя. Это было бы гораздо приятнее…

Субару: "…!? Гу… агх… Гха!?"

С этой мыслью, все произошло как раз в тот момент, когда он собирался осуществить свой план.

Сосредоточившись на Кентавре, его Невидимая Рука потянулась к его голове, и вдруг, собственная голова Субару наполнилась взрывом невообразимой боли. Чувствуя себя так, словно что-то сорвало с него скальп и впилось прямо в череп, он закатил глаза, и желтая пена выступила у него на губах, когда он упал на колени.

Субару: "Гха…ах!? Гхх...Агх!!"

Поднеся обе руки к голове, он опустился на колени и ударил себя по голове, пытаясь побороть боль. Потирая голову, держась за голову, ничего не помогало от этой боли. Чтобы побороть боль, он попытался причинить более острую, более сильную боль. Он бил себя снова и снова, но как бы сильно он ни бил себя, он не мог преодолеть боль.

Он катался по песку, в то время как его голова ощущалась как ад, полный шипов, пронзающих его мозг, и почти теряя сознание от боли, он в конечном итоге глотал песок, не понимая почему.

Субару: Больно! Агх! Больно, больно, больно! Больно!

Он кричал так, словно плевая кровью.

С полным ртом песка, пережевывая его задними зубами, Субару бился о землю, борясь с таинственной болью, чтобы не дать ей закупорить горло. Он не мог с ней бороться, он проигрывал.

Конечно, Незримая Длань мгновенно исчезла.

С рассеянной рукой, он не мог повлиять на Кентавра. Магверь, словно разочарованный отсутствием сопротивления, приготовился превратить его в дымящийся труп.

Огромный огненный шар прогнал холод в воздухе, когда взрывной жар согрел мир вокруг них.

Точно так же, Нацуки Субару превратится в древесный уголь…

Патраш: "――――#@%&!"

В последний момент, черный как смоль Земляной Дракон яростно бросился вперед, оторвав руку Магверя.

Патраш: "――――"

С цветом тела, который сливался с темнотой, Земляной Дракон беззвучно приблизился к Магверю и нанес кусачую атаку. Потеряв равновесие вместе с рукой, Магверь выронил огненный шар, который поднял над собственной головой.

Другими словами, жар огненного шара, созданного Магверем, взорвался у его собственных ног, и взрывная волна в упор взметнула его в воздух.

Когда он был отброшен взрывом, кровь закапала с раненой руки Кентавра, и он упал на спину. Не обращая на него ни малейшего внимания, Патраш побежала по песку, и, держа зубами одежду Субару, пока он бился от боли, она тут же начала спринтерское отступление.

Удерживаемый зубами Патраш возле пояса, раскачиваясь влево и вправо, пока он болтался, мучимый плохим кровообращением и продолжающейся головной болью, Субару оглянулся.

За спиной Патраш Кентавр неуверенно поднялся на ноги.

Рана на его человеческом туловище вспенилась, и левая рука, которая была откушена, мгновенно выросла. Его чудовищная способность к регенерации действовала и на другие повреждения. Раны по всему его телу, нанесенные взрывом всего несколько мгновений назад, закрывались одна за другой. Кентавр вернулся к полному здоровью в считанные секунды.

Когда это было сделано, не осталось ничего, что могло бы замедлить его.

Злобно крича на Патраш, которая застала его врасплох, Кентавр ускорился, чтобы преследовать безумно убегающего Земляного Дракона, и его грива вспыхнула ещё ярче, когда он прыгнул.

Способность Патраш бежать впечатляла даже на самой плохой местности, но Кентавр был в своей собственной среде обитания, и его ускорение было на шаг впереди. Наряду с их разницей в размерах, Патраш несла ещё Субару, и Магверь вскоре бежал рядом с ней.

В руке Магверя появился очередной горящий огненный шар, но этот был вытянут в длину. Приглядевшись, огненный шар в руке Магверя превратился в оружие с длинной рукоятью, и в мгновение ока превратилось в копье, покрытое от края до края пламенем.

Кентавр: "―――――%#@&!!"

Подняв пылающее копье, Кентавр направил его острие в сторону Патраш. Черный Земляной Дракон пригнулся, когда копье приблизилось, и почти нырнув в песок, чтобы избежать атаки и использовать это как лазейку, ускорилась ещё сильнее.

Однако, как раз в тот момент, когда казалось, что они смогут уйти, копыто Магверя ударило прямо в туловище Земляного Дракона сбоку. Сила удара прошла сквозь ее твердую кожу, и она вскрикнула, когда удар врезался в ее внутренности. Даже тогда она отказалась отпустить Субару, все еще болтающегося у нее в зубах. Жар, который он ощущал около пояса, исходил от крови, которую Патраш выкашливала из своих внутренних ран.

Это был единственный признак того, что она была серьезно ранена.

Однако она все еще не отпускала Субару, а у Субару не было возможности позаботиться о ранах своего верного дракона. Все, что у него было - это, казалось бы, вечная пытка бесконечной болью в голове.

Рам: …ЭЛЬ ФУЛА!!

Анастасия: ДЖИВАЛЬД...!

Второй удар пылающего копья был направлен в Патраш, которая явно замедлялась.

Однако, прежде чем оно достигло тела Земляного Дракона, оно был прервано с двух разных сторон.

С одной стороны было невидимое лезвие ветра, а с другой - слияние раскаленных добела лучей.

Оба заклинания исходили от знакомых голосов, но это было все, что Субару мог сказать наверняка.

Оба заклинания нанесли прямые удары по Магверю, пробив дыры в его теле и разрезав человеческий торс под углом… однако, эти раны также мгновенно затянулись.

Рам: Барусу…! Ох, хорошо, если ты мертв, так и скажи!

Анастасия: Вот этот злобный, этот Магверь……Я не в состоянии нанести большеэтой штуке.

Хотя это звучало нормально, в голосе одной из девушек слышалось отчаяние. С другой стороны, несмотря на отчаянное положение, в голосе другой не чувствовалось никакого напряжения.

Чувствуя на коже дыхание и кровь своего верного дракона, Субару был на грани потери сознания. Если ему суждено пройти через столько боли и мучений, то, может быть, смерть - это не так……

Рам: Не смей умирать, Барусу! Рем будет плакать!

Субару: …ох

Этот голос, прокричанный прямо ему в ухо, прорезал боль и достиг его мозга. Голос пробудил в нем не меньшую ненависть, чем та, которую он питал к Магверю.

Они забыли.

Никто из них не помнит эту девушку.

"…Не говори о Рем и мне нравится, что ты знаешь об этом."

Субару: ...НЕЗРИМАЯ ДЛА-А-АНЬ!

Высвободив свой гнев по отношению к Магверю, проходящему через край его заплаканного зрения, Субару ударил по нему угольно-черной магической рукой в порыве ярости.

На полпути, еще одна яростная боль пронзила его череп―― прежде чем он был проглочен ею и потерял сознание, Невидимая Рука Субару ударила Магверя в рог, сломав его как символический акт неповиновения.

...Это было все сопротивление, на которое он был способен.

Кентавр: "―――――%#@&"

Наградой за его яростную контратаку стал еще один взрыв яростной боли.

Кентавр уперся передними ногами в песчаную почву и повернулся на них, с силой развернулся, и затем его задние ноги ударили, как катапульта.

Его твердые, как камень, копыта взбивали песок в воздух, пока они мчались к группе Субару―― К нему, Патраш, Рам и Анастасии, которые, вероятно, тоже были поблизости, намереваясь прорваться через них всех сразу.

В результате взрывной силы ног, достаточной для того, чтобы обрушить часть пещеры, все были отправлены в разные стороны волной песка. Субару даже оторвало от челюсти Патраш, беспомощно прокатило по песку, и отбросило от удара на разрушенное, обожженное тело.

Субару: Ах, ух…

Головная боль, которую невозможно описать, и тело, растоптанное ударом Кентавра.

Испытывая непрекращающуюся боль изнутри и снаружи, Субару больше не мог удерживать сознание. Каким-то образом, катаясь по песку, он почувствовал приближение смерти.

Разрушение, уничтожение, бесполезная смерть, смерть в бою.

Бессердечные слова, подобные этим, бродили в глубине его сознания, но…

Субару: "――――"

В ситуации, когда его легкие забыли даже дышать, Субару увидел, что кто-то стоит перед ним.

Это была маленькая, нежная тень. В мире, где было слишком мало света, он не мог разглядеть её ясно. Но даже тогда, это была знакомая форма, которую он сразу узнал. Это был Рам. Она стояла, пошатываясь.

Она протянула обе руки, чтобы защитить Субару.

Прекрати это. Это глупо, невозможно, бесполезно…

Он попытался сказать это, но горло больше не слушалось его, словно оно было наполнено песком. ――Нет, оно на самом деле было наполнено песком. Из-за песка, который он глупо глотал, пытаясь бороться с болью в голове, Субару больше не мог даже ясно говорить.

Субару: …по…чему?

Изо всех сил Субару удалось слабо вскрикнуть. Несмотря на все сдерживаемое недовольство и гнев, которые он испытывал по отношению к Рам и другим своим друзьям, они наверняка знали об этом.

Рам: ――Рем будет... плакать.

Рам лишь тихо ответила на слова Субару.

За младшую сестру, которую она не могла вспомнить, за человека, самого дорогого для этой забытой сестры, Рам стояла.

Что толкнуло ее зайти так далеко, Субару не мог понять.

Он не мог этого понять, но кое-что понимал. Такими темпами, Рам умрет. Субару тоже умрет. Избежать этого было невозможно.

Субару: "――――"

Кентавр взревел, размахивая обеими руками и создавая в каждой из них сверкающий меч. Хотя на самом деле они не были похожи на мечи, так что, возможно, он хотел создать молотки или топоры.

Как бы то ни было, они оба были оружием, окутанным пламенем. Он стоял на грани того, чтобы использовать их, чтобы разрезать гораздо меньшее тело Рам на куски, а также поджарить Субару.

Субару: …давай, ну же. Должно же быть...что-то.

Глядя смерти в лицо, Субару потянулся вниз сквозь глубины своей боли.

Бороться с безжалостной болью было все равно что нырять глубоко в себя. Смотреть на себя со стороны – на Рам, Патраш или Анастасию―― было нереально.

Даже если это будет высмеяно как мечта или бред, Субару заглянул внутрь себя в поисках чего-то, чего угодно. Этот нереалистичный подход был самой реальной надеждой, которая у него оставалась.

Нырнув внутрь, погрузившись в темные глубины своего тела, отодвинув в сторону извивающиеся черные мысли, Субару заглянул внутрь себя в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь. Не Невидимая Рука, которой он злоупотребил. Что-то другое, что-то, что-то новое, какой-то способ выбраться из этой неразберихи.

Результат его последнего отчаянного поиска…

Субару: "――ах"

Ничего, и Субару наблюдал, как Магверь перед ним поднял свои мечи. Пламя перекинулось через голову Магверя и, немного помедлив, опустилось на Рам.

Обжигая сам воздух, надвигающиеся порезы бессердечно прорежут горящую дорожку через стройное тело девушки, сожгут ее, не оставив ничего от пути, по которому она шла, воспоминаний, которые она хранила, или вообще ничего, кроме черного угля…

На этой сцене Субару закричал от собственного бессилия.

"――――"

В следующее мгновение, белый свет, выпущенный с огромной скоростью, сдул верхнюю часть тела Кентавра.

***

Тело Магверя, который владел этими огненными мечами, исчезло из мира благодаря этому огромному свету. Свет не вызывал таких упрощений, как сокрушение или разрыв его тела, скорее это было буквальное значение уничтожения.

"――――"

Кентавр был чудовищем, у которого было человеческое тело на головной части тела лошади. И свет сдул часть, которая была истолкована как его человеческое тело от груди вверх. Конечно, это включало в себя руки на его плечах, рог, который был вместо человеческой головы, и клыкастую пасть, которая зияла на его груди.

Кровь беззвучно хлынула из ран Магверя от удара―― И сразу же после этого, его раны начали пениться, готовясь использовать ту же самую технику гипервосстановления, которую он использовал до сих пор.

Его извивающаяся плоть раздулась, и его уничтоженное человеческое тело вновь сформировалось. Человеческое тело сразу же регенерировало, и взрывные огненные шары быстро вспыхнули на обеих его руках.

Кентавр: "―――――%#@&!!"

Кентавр взревел, и манящий голос бесчисленных младенцев наполнил холодный воздух. Развернувшись, Магверь не обратил внимания ни на Рам, ни на Субару, а вместо этого прыгнул прямо на опасного врага, который снес ему верхнюю часть тела.

Магверь вызвал на своих руках целую кучу огненных шаров и бросил их один за другим, бросаясь вперед. Охваченный горячим безумием, Магверь приготовился издать свой собственный боевой клич. Однако――

Кентавр: "―――――%#@&!?"

Огненные шары, вызванные к жизни Магверем, были перехвачены перед ним один за другим. Причиной тому были вспышки белого света, которые с невероятной точностью пронзали огненные шары. Скорость вспышек света была необычной, а его сила явно превосходила силу огненных шаров.

Сгустки пламени были поражены светом, втянуты его силой и столкнулись с телом самого Магверя. Сразу же после того, как Субару подумал, что Кентавр превратился в ежа с иглами белого света, пламя взорвалось вокруг его тела.

Руки Кентавра превратились в ничто, пасть была разорвана в клочья, тело лошади обгорело, и в конце концов он рухнул. Он метался по песку, издавая пронзительный крик в чистом гневе.

Однако, раны Магверя заживали, и он отказывался умирать. Это было похоже на то, как если бы он говорил им стать сильнее, изменить свой подход, и что они должны развить свой способ дарования смерти, так как они не смогут достичь ее, сдувая его части в ничто.

"――――"

Внешность Магверя преобразилась, когда он восстановил свои потерянные части.

Человеческая часть его тела изменилась, теперь его руки увеличились с двух до четырех, и острые, длинные клыки торчали из его пасти. Его нижняя лошадиная половина также имела больше ног, насчитывая в общей сложности восемь. Сделав простой подсчет, они удвоились в количестве.

Кроме того, его обугленная кожа затвердела и теперь сияла черным блеском. На первый взгляд, он, возможно, выглядел как существо, облаченное в доспехи.

И в каждой из своих новых рук он держал топор, молот, копье и огненный меч. Магверю удалось эволюционировать за невероятно короткий промежуток времени, и все это для того, чтобы изменить себя так, чтобы он мог встретиться лицом к лицу с существом, отбрасывающим белые лучи света.

"――――"

Подняв четыре передние ноги, Кентавр громко зарычал. Он с пронзительным лязгом щелкнул поднятыми копытами и рванулся вперед.

Его огромная фигура была похожа на бронированный поезд, обтянутый сталью. Его вес и ускорение легко превратили бы любого противника в фарш, заставив их встретить порочный конец.

Существо, посрамившее Магверя, в конце концов будет полностью уничтожено, если его подвергнуть огненному завершающему удару.

Кентавр: "―――――%#@&!!"

Поднимая песок в воздух "Белый свет пронзил его" и волоча за собой "Белый свет пронзил его" шлейф огненного жара, Магверь яростно "Белый свет пронзил его" прорывался. "Белый свет пронзил его" Жар его пламени "Белый свет пронзил его" вспыхнул "Белый свет пронзил его" горячее, чем когда-либо прежде, это было похоже на "Белый свет пронзил его" адский огонь "Белый свет пронзил его" бездны. Его Гротескная и нетипичная фигура "Белый свет пронзил его" сделала его таким, что вы не смогли бы избежать "Белый свет пронзил его" дрожи, увидев "Белый свет пронзил его" простой его проблеск "Белый свет пронзил его", независимо от того, кем вы были; "Белый свет пронзил его" вот чем был Король Песчаного Моря."Белый свет пронзил его""Белый свет пронзил его""Белый свет пронзил его""Белый свет пронзил его""Белый свет пронзил его""Белый свет пронзил ег","Белый свет пронзил ег","Белый свет пронзил е","Белый свет пронзил е""Белый свет пронзил""Белый свет пронзил""Белый свет прон""Белый свет прон""Белый свет прон""Белый свет пр""Белый свет пр""Белый свет пр""Белый свет пр""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет""Белый свет"――

――

――――

――――――――

――――――――――――――

Субару: "――――"

Сразу после того, как безумное количество света выплеснулось наружу, позади уже ничего не осталось. Магверь, который нес такую угрозу, был полностью уничтожен светом вплоть до кусков его плоти. Магверь был полностью унесен ветром куда-то далеко от этого мира.

Единственное, что осталось на песке - это бесчисленное количество световых лучей, которые были выпущены в Магверя, чтобы стереть его существование―― Их источник исходил как раз от этих белых удлиненных игол. Они также мгновенно превратились в порошок, словно испарились.

Субару: "――――"

Субару даже забыл о своей головной боли, когда он в ужасе смотрел на это зрелище своими собственными глазами. Он вдруг осознал, что между его рук лежало горячеё стройное тело. Это была Рам. Он не помнил, что произошло, но ему казалось, что он обнимал ее тело в эти последние мгновения.

Хотя это должен был быть бессмысленный жест, похоже, Рам не была в сознании.

Субару: "――――"

Субару услышал, как кто-то ступает по песку. Этот кто-то очень медленно приближался к Субару и остальным; он определенно приближался к ним.

Внутри пещеры по-прежнему царила темнота и холодная тишина.

Единственный источник света исходил от разбросанных огненных осколков, которые ранее извергал Магверь. Один такой огненный осколок был прямо рядом с Субару, что позволило ему оглядеться на несколько метров.

Чья-то нога появилась на самом краю его поля зрения.

Субару: "――――"

Подняв лицо вверх, Субару посмотрел туда, где стоял владелец этих ног―― И, возможно, тот, кто стоял за этим светом. Постепенно поднимая глаза, он увидел, что в его затуманенных глазах отражался… человек.

Субару: "――――"

В версии с изображениями тут находится картинка.

Это была... женщина. Женщина с довольно странным видом.

Ее ноги были дерзко обнажены до самых бедер, и единственное, что прикрывало ее промежность, было подолом ее шорт, которые были едва обрезаны для этой задачи. Кроме того, ее талия и живот были обнажены. Кусок ткани был намотан на ее тонкую талию, как мунеате, чтобы скрыть ее грудь.

(imy: Muneate(яп.) - нагрудник для женщин-лучников)

Однако, на ее плечах также было что-то вроде плаща, который едва защищал большую часть ее тела (открытое с бледных плеч) от ветра.

Ее каштановые волосы были почти черными, так что, казалось, сливались с окружавшей их темнотой. Ее длинные волосы были стянуты в хвост.

Она смотрела на Субару и остальных влажными глазами, полными сильных эмоций. Ее тонкие губы изогнулись в довольно звериной улыбке.

???: "...Я нашла тебя."

"По крайней мере, я понимаю, о чем она говорит", - подумал Субару. И как только он подумал об этом, его сознание достигло предела.

Ощутив вкус песка, Субару отпустил свое сознание, по-прежнему не произнося ни единого слова. По крайней мере, казалось, что ему не придется отпускать девушку, заключенную в его объятия; он крепко держал ее.

У него оставалось достаточно силы воли, только чтобы выстоять до этого момента.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18. Хранитель Песчаной Башни

Перевод: imy

***

――Во мраке мутной тьмы возникло сознание.

Прошло много времени с тех пор, как Нацуки Субару посещал это место. Как и в нескольких предыдущих раз, это был темный мир, в котором не было ничего, кроме тьмы. Похоже, его насильно вызвали в это место, как когда он Посмертно Возвращался.

Если подумать, то это было поистине таинственное место. Во всяком случае, Субару не мог вытащить свои воспоминания об этом месте наружу. Несмотря на то, что он не в первый раз посещал это место, он забудет, что был здесь, как только покинет его.

Мимолетное ощущение, как будто он был просто пузырем, проплывающим во сне.

В этой бледной темноте, в узких промежутках его слабых воспоминаний, сознание, известное как Нацуки Субару, барахталось в воздухе и медленно плыло среди угольно-черной тьмы.

Используя только свое сознание, он поднялся на поверхность; конечно, когда дело касалось его тела, то он привык к ощущению отсутствия конечностей, глаз, ушей, рта. Как и к тому, что он не знал, где находится верх, низ, лево или право, и беспокойству по поводу того, что он не может ничего видеть, включая глубины внизу. Но это не имело значения для его сознания, в котором доминировало только одно.

Невыносимая, нескончаемая страсть лежала в самой сердцевине его сознания, а может быть, и в самой основе его сознания―― нет, более того, это была дорогая любовь, обожание, глубокая безусловная любовь.

Когда он приходит сюда, он может быть с источником этой любви. Его сознание узнало именно это, и оно было в восторге от того, что может снова посетить это место. Ещё до того, как он начал наслаждаться этой долгожданной встречей, чувство, стучавшее в его законно несуществующей груди, было таким радостным, что ему хотелось открыть свои законно несуществующие губы, чтобы запеть.

Однако, страсть его сознания была―

Таинственный голос 1: Он, кажется, пришел в… ПРИПОДНЯТОЕ НАСТРОЕНИЕ.

Таинственный голос 2: Здесь не над чем шутить. Ведет себя самодовольно только из-за небольшого везения. Имей некоторую сдержанность, даже бесстыдство имеет свои пределы, как невыносимо. Взгляни на себя внимательно и объективно; может быть, тогда ты поймешь, как далеко зашла твоя наглость.

Внезапно он услышал их; его потревожили голоса, которые по всем правилам он не должен был слышать.

???: "――――"

Его сознание повернулось, чтобы посмотреть назад. Если ни лицо, ни тело не существуют в этом бесцельном мире, то какой смысл в акте оглядывания назад? Это было не для того, чтобы найти в этом смысл, а для того, чтобы придать этому смысл. Тебе нужно тело, чтобы оглядываться. Если он сознательно так думал и действовал, то у угольно-черной тьмы не было другого выбора, кроме как отдать это небытию, которым было Нацуки Субару.

Таким образом, сознание, которое посмотрело назад, стало Нацуки Субару, которому было даровано зрение, чтобы он мог оглядываться вокруг, и тело, с которым он мог поворачиваться назад. И все же, одного этого было недостаточно, и его тело было далеко не полным. Этот Субару был несовершенным воссозданием; настоящий Нацуки Субару не мог быть воспроизведен вообще.

Было бы лучше, если бы у него были руки, или ноги, или, может быть, нос и рот? ――Нет, сделать человека из ничего было не так-то просто.

Нацуки Субару не знал о себе достаточно, чтобы воссоздать себя. Нацуки Субару было нелегко завершить себя, используя только свои собственные воспоминания и знания.

Поэтому, сделать из Нацуки Субару что-либо еще было невозможно. Однако, в этом недостающем состоянии, незавершенный Нацуки Субару даже не смог распознать это. И именно поэтому незавершенный Нацуки Субару только придал своему преходящему телу какие-то преходящие глаза. Находясь в состоянии, в котором он не мог даже поставить ногу на землю, он огляделся вокруг и кое-что заметил.

Было что-то еще, кроме “сознания” Нацуки Субару, выходящее на первый план в глубинах тьмы.

Таинственный Голос 1: Отвратительно и постыдно, не более чем результат собственного… ТЩЕСЛАВИЯ. Да, как ты грешен, как ты грязен! Просто так так так так достойно… ПРЕЗРЕНИЯ!

Таинственный Голос 2: Недостаточно, далеко не по-человечески, мы могли бы сказать, что у нас здесь абсолютное несовершенство, не правда ли? Та-а-ак чем они думали, заставляя эту версию меня служить такому парню? Разве с самого начала не было ясно, можем ли мы на него рассчитывать? Кто ты такой, чтобы стоять у меня на пути, неприятность! Помеха! Практически всё! Так не хватает! Недостаточно! Та-а-ак если ты мыслишь логически, по-человечески…! Ты недочеловек, как человеческий скот.

Его “Сознание” поднялось на первый план в темноте, где насмешки посыпались на очень несовершенного Нацуки Субару. С одной стороны было безумие, а с другой - раздражение, и оба, соответственно, изливали свою ненависть на Нацуки Субару.

Однако, к несчастью для Нацуки Субару, будучи всего лишь пятнышком сознания, он не мог понять эту ненависть.

Сердце, мозг этого Нацуки Субару были совершенно не готовы понять её. Если бы он попытался понять те слова, которые произносили “сознания”, то точно так же, как он материализовал какую-то плоть и точно так же, как он создал чувство зрения, он должен был создать органы, позволяющие ему понять их.

???: "――――"

――Но почему-то эти органы казались ненужными.

По крайней мере, для того, чтобы понять, что говорят эти два “сознания”, смысл, стоящий за попыткой создать такую вещь, был слаб, прежде всего, он не хотел запоминать побуждение. Нелегко было вытащить его существование из небытия. По крайней мере, если сознание Нацуки Субару действительно не желало этого, то он не мог ни создать, ни приобрести это.

Так как все было прямо сейчас, он не мог не отложить создание разума, чтобы понять их, а также слова, чтобы ответить “сознанию” этих двоих. Нет, на самом деле, за этим не было никаких скрытых мотивов.

Таинственный Голос 1: Какая наглость! Какое неуважение! Какое презрение! Вот я проповедую с таким усердием, а ты даже не потрудился подумать… СОЗЕРЦАЯ ЭТО. Как же… как, аах, аах, ааах…! Ленивый. Ты действительно… ленивый!

Таинственный голос 2: Как далеко ты зайдешь, делая из других дураков, пока не будешь удовлетворен…! Слушай, а за кого ты меня принимаешь? Я самый удовлетворенный человек в мире, тот, кто ни о чем не беспокоится и хочет только наслаждаться своими простыми радостями и жить полноценной жизнью, ничем не потревоженной и свободной от жадности, и все же ты будешь мешать этому? Это нарушение моих прав. Акт зла. Такого, как ты, который так легко разрушает мечты других, нужно остановить!

Чувствуя, что он не делает никакого прогресса, он повернулся спиной к “сознаниям” этих двоих. С таким телом было удобно показать, что он не намерен с ними разговаривать. За кулисами он чувствовал, что их оскорбительные слова все еще звучали эхом, но он не возражал, потому что, если он покажет, что ему не все равно, это будет достаточно ясно для них.

Его зрение работало, даже не оборачиваясь. Сейчас ему, вероятно, понадобится не “зрение”, а “глазные яблоки”. Если представится случай, он не забудет их сделать.

Однако сейчас у него не было времени заниматься такими пустяками.

???: "――――"

Потому что прямо перед сознанием Нацуки Субару показалась тень, в которую он целился.

???: "――――"

В угольно-черной тьме, где ничего не должно было быть видно, силуэт, одетый в более глубокий черный цвет, чем темнота вокруг, в которой он находился, был гораздо более ярким. Иногда она замораживала сердце Нацуки Субару, обе руки с такими изящными пальцами свободно болтались. Несмотря на стройность, эти конечности, облаченные в темное платье, обладали такой нежностью. Как обычно, черты ее лица были неясны, так как все выше шеи было покрыто густым туманом. Но в глубине души Нацуки Субару понимал, что там был “кто-то”, который вызывал такие глубокие эмоции любви.

Ее внешность была гораздо более ясной, чем в предыдущую встречу, и он был гораздо ближе к ней. В его предыдущей встрече с ней были видны только ее руки и тело, силуэт, но теперь она была одета в платье, и он мог видеть ее босые ноги, выглядывающие из-под подола ее длинного платья. Почти все ее тело было прекрасно воспроизведено; то, чего не было видно Нацуки Субару, было только ее лицом, скрытое темнотой.

Как раздражающе. Но пока все было в порядке. Сильнее, чем раньше, он чувствовал ее присутствие все ближе. Однако, Нацуки Субару, хотя она и была более ясной, все еще не был готов выйти и встретить ее.

Сейчас он должен просто радоваться, что находится так близко к ней. Когда-нибудь он обязательно протянет руку и коснется ее пальцев, обнимет за тонкую талию и обменяется с ней любовью.

???: ――Я люблю тебя

Столкнувшись с этим признанием, Нацуки Субару в ответ кивнул своим недавно изготовленным подбородком. От этого простого действия чувствовался восторг тени; вместе с ним возникло и чувство извинения.

В следующий раз понадобятся “Рот” и “Язык”, чтобы он мог оттуда выразить свои слова любви. Запечатлевая эти эмоции в памяти, сознание Нацуки Субару начало покидать этот сад теней, и――

***

Для Субару вставать всегда было довольно легко, потому что у него была такая натура; с другой стороны, засыпать, как правило, было нелегко.

У проснувшегося Субару было ощущение, что он поднимает лицо на поверхность воды. Независимо от того, кто может быть погружен под воду, если их лицо разбивается о поверхность воды, они не забудут, как дышать. Для Субару, это дыхание означает пробуждение его сознания, вполне естественно, что он может “дышать”, когда просыпается.

Эмилия: Оох, ты так легко встаешь, я завидую. Мне… действи-и-ительно сложно вставать.

Это были слова Эмилии, когда они разговаривали раньше. Кстати, когда дело дошло до того, как Эмилия вставала, то в ее словах не было ни преувеличения, ни смирения, все действительно было так плохо. Говоря о том, что он только что вообразил, у Эмилии действительно было очень низкое кровяное давление, ей требовалось около часа, чтобы проснуться и встать с постели.

Когда Субару просыпается по утрам в своей постели, в своей дремоте он ждет, пока прийдёт в себя, а затем, наконец, встает со своего футона, умывается и поправляет волосы―― это его стиль. С другой стороны, сон Эмилии отличался от Субару, он было в точности как у ребенка. Резкий контраст.

Эмилия: Когда я была в лесу, и рядом со мной был только Пак, так как Пак редко выходил ночью… Я могла делать только такие вещи, как спать…

Это были слова Эмилии, когда они разговаривали раньше. И относительно деталей того, как Субару ответил на это. Но теперь, когда у нее есть кто-то, кто может составить ей компанию поздно ночью, она должна была забыть, какой была жизнь раньше.

Во всяком случае, Субару искренне завидовал её сну. Несмотря ни на что, когда Субару ложится в постель и закрывает глаза посреди ночи, он не может перестать думать о самых разных вещах. В частности, то, о чем он думает, включает в себя все то, что он мог бы сделать по-другому, и все сожаления, которые у него есть. Было ли это из-за того, что произошло в тот день, а иногда и из-за того, что произошло накануне, сожаление мучало Субару, не обращая внимания ни на время, ни на средства. Когда он сражается с такими вещами, он вообще не может заснуть. Вот в чем причина его плохого сна.

――Итак, даже события, произошедшие под песчаным морем, стали недавно посеянным семенем сожаления, поскольку это касалось Субару. Практически можно быть уверенным, что отныне это станет чем-то таким, что сильно нарушит сон Субару.

Субару: …где... я?

В тот момент, когда он проснулся, Субару понял, что его пробуждение отличалось от Посмертного Возвращения. Во-первых, вокруг было светло. В отличие от подземного пространства под песчаным морем, в котором он просыпался погруженный в темноту, тот факт, что он может оглядеться вокруг, служит доказательством того, что все изменилось. Вдобавок к этому, холод также исчез, и его тело охватило чувство, совершенно отличное от ощущения лежания на песке. Мягкое прикосновение к его спине было похоже на прикосновение кровати. Под его головой также было что-то вроде подушки, другими словами, Субару――

Субару: Я лежу в постели…

Проверив и сказав это вслух, поверх его тела лежало белое хлопковое одеяло. Ощущение кровати с подушкой не было тем чувством, с которым он не был знаком, если бы действительно проверил. Скорее, он действительно был знаком с ним, он сразу понял, что это были вещи, которые пришли из драконьей повозки. Таким образом, он оказался внутри драконьей повозки, которую они использовали в попытке захватить Сторожевую Башню Плеяд.

Субару: Что она здесь делает...!?

Субару сел, понимая, что его положили в драконью повозку, которая, как предполагалось, отклонилась от курса. В этот момент он заметил, что кто-то сжимает его правую руку. Если бы он повернулся лицом направо―― там была молодая леди, стоящая на коленях на полу рядом с кроватью, ее тело, распростертое поперек кровати, спало. Это была сереброволосая Эмилия, которая сжимала руку Субару с некоторым облегчением на лице.

Мягко дыша, с теплом, исходящим от ее ладони. Субару испустил измученный, хриплый вздох, видя, что она определенно здесь.

Субару: Ах, Аххххх...Эмилия, это ты, верно? В безопасности…

Фигура Эмилии, уютно устроившейся рядом с ним, не оставляла Субару никакого ощущения реальности. Поскольку она держала его за правую руку, он протянул левую и приложил ее к ее щекам. Ее белые щеки пылали, как будто у нее начинается лихорадка; кожа совсем не похожа на свою обычную мягкую и гладкую кожу. Просто прикасаясь к ним, он чувствовал, что любовь и привязанность вот-вот вырвутся из них, поглаживая их так сильно, как он осмеливался, просто чтобы убедиться.

Субару: Ооох, нет никаких сомнений, это Эмилия… Милая, нежная, теплая.

???: ……Ты не будешь делать что―то неуместное. Эмилия ужасно волновалась за тебя, я полагаю. Она не спала два дня.

Субару: Хааааах?

Когда он гладил Эмилию по щекам, слушая ее мягкое дыхание, Субару рефлекторно вздрогнул от голоса, который внезапно прервал его. И в панике он попытался повернуть голову; стоя у двери, соединявшей это жилое помещение с кроватью, он увидел девочку, прислонившуюся к ней с выражением отвращения на лице.

Субару: Беа――

Беатрис: Тсссс, я полагаю. Мне не нравится этот неразумный Субару.

Субару: "――――"

Инстинктивно он повысил голос, радуясь, что снова увидел ее, но его прервала Беатрис. Субару прикрыл рот рукой и спокойно посмотрел вниз на все еще спящую Эмилию. Пока он обдумывал свои слова, ее жесткое выражение лица расслабилось, заставляя ее выглядеть более счастливой.

Субару: Это опасно, опасно… Беако. Иди сюда. Позволь мне обнять тебя.

Беатрис: Что за глупость ты говоришь...Ну, ничего не поделаешь, я полагаю.

Если он не может выразить свое счастье при этом воссоединении словами, то у него нет другого выбора, кроме как показать свое счастье при этом воссоединении действиями. Когда Субару поманил ее, Беатрис вздохнула и придвинулась ближе. Маленькая девочка безразлично играла своими сверлящими кудрями, и когда она подошла к нему, Субару обнял ее свободной левой рукой, крепко прижимая к груди.

Субару: Слава богу... Серьезно, слава богу. Я действительно очень волновался.

Беатрис: ...Это слова Бетти. Мы нигде не могли найти ни Субару, ни старшую сестру, и все были напуганы до глубины души, я полагаю. Мы совершенно онемели от страха.

Субару: Вот как. Ты беспокоилась, что я вот-вот умру?

Беатрис: Не совсем… Я полагаю. Да, наверное, я волновалась. Правда, правда… правда…

Обнимая легкое тело Беатрис, девочка опустила глаза и запнулась на полуслове. Он продолжал гладить волосы Беатрис, которая уткнулась носом ему в грудь и некоторое время молча лелеяла свое воссоединение с ним. И через некоторое время тишина была нарушена; Беатрис отодвинула лицо от груди Субару, с чувством облегчения, прорисовавшимся на ее лице, и спрыгнула с кровати со стуком.

Беатрис: Во всяком случае, кроме сони Эмилии, я должна рассказать тебе, что случилось с Субару. Потому что в твои последние минуты все волновались, я полагаю.

Субару: Все… Ах да, все ли в безопасности? Даже те, кто отделился от меня, и те, кто был со мной?

Беатрис: Ты можешь быть уверен. Все живы и здоровы, я полагаю.

Субару: Понятно… Поняятно!

Беспокойство Субару исчезло, когда он услышал гарантии Беатрис. Он услышал, что все в безопасности, ее неожиданный ответ успокоил его сердце. Но сразу после этого Субару резко вскинул голову, неприятное чувство дежа-вю раздалось от этой гарантии.

Субару: Подожди, Беако. Мне жаль, что мое счастье так недолговечно. Но все ли в порядке на самом деле?

Беатрис: Хах, на самом деле это расстраивает, когда Субару сомневается. Бетти нет смысла обманывать Субару таким образом, я полагаю. Я не шучу.

Субару: Я понимаю, что ты злишься, но это не причина, по которой я сомневаюсь в тебе. Даже если ты не хотела меня обманывать, это не значит, что меня не обманули, разве мы не испытали эту пытку в Пристелле?

Беатрис: "――――"

Услышав это, Беатрис, казалось, заметила источник беспокойства Субару. Даже в битве против Культа Ведьмы в Пристелле, после их битвы Субару получил идентичный отчет. Всем было сказано, что все в безопасности, на самом деле, это было правильное предположение, но――

Субару: Позволь мне проверить. Со мной здесь Эмилия и Беатрис. Кроме того, есть Рем, Рам и Патраш. Анастасия, Мейли, Джиан, и наконец… Юлиус. Это все.

Беатрис: "――――"

Субару: Ты говоришь, что все... что все здесь?

Беатрис: Они все в порядке, я полагаю. Все. Бетти забыла одного из них, и только ты его помнишь… думаю, в этом нет ничего особенного, я полагаю.

Субару: Хорошо… понятно. Ну, я действительно очень рад, что все в порядке…

Убедившись в том, что было необходимо, Субару тщательно подумал, не осталось ли еще каких-нибудь подводных камней. Он решил, что ничего не упустил, и, наконец, нашел силу в тех словах, которые говорили, что все в безопасности.

Субару: Это хорошо. Ааах... это хорошо!

Беатрис: Боже мой, ты действительно любишь преувеличивать. Во-первых, когда мы узнали, что с тобой, наиболее вероятным источником опасности, все в порядке, мы предположили, что и со всеми остальными тоже, я полагаю.

Субару: Дура! Знаешь, это не всегда так! Даже если я знаю, что это так, я все равно беспокоюсь… беспокоюсь и волнуюсь… очень волнуюсь. Ты плакала, узнав, что я в безопасности?

Беатрис: Я не плакала. Просто потому, что Бетти прижалась лицом к твоей груди, это не значит, что ты должен смотреть на это так, я полагаю. Ты не можешь этого доказать.

Хмыкнув, Беатрис выпятила свою нежную грудь, тем не менее ее слова, казалось, были полны эмоций. Кроме того, на кровати остались следы того, что кто-то, кроме него, спал в нижней части кровати, которая занимала примерно половину ее размера―― Субару указал на это и сказал:

Субару: Здесь есть доказательства того, что кто-то заполз ко мне и заснул, но даже увидев это, ты все еще собираешься говорить, что не волновалась?

Беатрис: Это была не Бетти, я полагаю! Это совершенно ложное обвинение. Я понятия не имею, о чем ты говоришь, я полагаю.

Субару: Никто, кроме тебя, не стал бы так себя вести! Не смущайся.

Беатрис: Ты ошибаешься! Ахх, господи, мы так разбудим Эмилию, я полагаю.

Беатрис резко сменила тему, что было нормой, когда они вели такие легкомысленные разговоры.

Все были в безопасности, теперь он облегчением принял эти слова. Когда они были в песчаных дюнах, их преследовали Магвери, и они разделились, Субару неоднократно Посмертно Возвращался в подземную область песчаного моря. Он понятия не имел, как там Эмилия и остальные, и что было бы, если бы он не смог все исправить――

Субару: ...теперь, когда ты упомянула об этом, это похоже на то, что чувство подозрительности ко всему его только поднимает, не так ли?

Беатрис: ...?

Ошеломленная, Беатрис склонила голову набок, глядя на Субару, который положил левую руку на свою голову. Для Беатрис смысл этого поведения казался загадочным, но для Субару в нем был смысл. Нет, в самом этом поведении не было никакого смысла, но можно сказать, что субъективность всего этого была величайшим фактором.

Субару: Беако… ты такая же, как и всегда, Беако. Эмилия тоже такая же милая, как и всегда.

Беатрис: Что ты вообще говоришь…

Несмотря на то, что она смотрела на него невозмутимым взглядом, Субару не испытывал никакого необычного чувства дискомфорта или беспокойства от ее слов. К спящей Эмилии он тоже не испытывал ничего, кроме доверчивой любви. От необъяснимой ненависти, терзавшей его под землей, не осталось и следа.

Субару: Поскольку я становился все более невменяемым из-за миазм, я в порядке прямо сейчас? Мы понятия не имеем, как это лечить или что вызывает это, я боюсь просто оставить это на волю случая, особенно учитывая, насколько я раздражителен, но…

Беатрис: Субару, если ты все еще плохо себя чувствуешь или беспокоишься о своем здоровье, тебе лучше прилечь, я полагаю. Нет необходимости сейчас вставать в спешке. Так или иначе, только Бетти и все остальные справятся с испытаниями, я полагаю.

Субару: ...хах?

Положив руку ему на лоб, Беатрис проявила заботу о Субару, и он опустил глаза. Среди беспокойства в этих словах было что-то, чего он раньше не слышал. Субару внимательно слушал.

Субару: Что ты только что сказала?

Беатрис: Так что ты можешь отдохнуть, я полагаю. Это не значит, что ты берешь выходной без веской причины, Бетти не будет злиться на тебя, когда речь идет о том, что ты плохо себя чувствуешь.

Субару: Хотя я помню, что говорил такие потрясающие вещи в этом лихорадочном разговоре, это была не та часть, которую я имел в виду, понимаешь? После этого… ты говорила что-то о испытаниях?

Беатрис: Аххх, да, я так сказала, я полагаю.

Услышав, что Субару преследует ее, Беатрис выскользнула в ответ "черт возьми". Не то чтобы она действительно хотела скрыть это от Субару, скорее, это было вызвано ее беспокойством из-за того, что она хотела, чтобы Субару немного отдохнул. Однако, этого было недостаточно, чтобы заставить его успокоиться, Субару не был очень послушным человеком, и Беатрис знала это достаточно хорошо.

Субару: Беако.

Беатрис: Я знаю. Я дам тебе надлежащее объяснение, я полагаю. Честно говоря, я думала, что будет лучше поговорить об этом после того, как ты успокоишься... несмотря на это, мой рот выскользнул.

Субару: Это одна из твоих милых черт, что ты не можешь скрывать такие вещи. ――Во-первых, я смотрел с другой стороны на то, о чем должен был спросить с самого начала.

Он сверкнул слабой горько-сладкой улыбкой на Беатрис, которая признала свое поражение, но улыбка быстро исчезла с его лица. Субару более или менее понизил голос и открыл рот, и, естественно, спросил ее:

Субару: Где мы? И не пытайся говорить что-то глупое, будто в драконьей повозке.

Беатрис: Субару, я думаю, это не такая уж и большая фантазия, я полагаю.

Беатрис быстро вздохнула, сложив руки вместе. И вот, щелкнув каблуками, она посмотрела на другую сторону комнаты―― девочка посмотрела в потолок.

Беатрис: ――Сторожевая Башня Плеяд.

Субару: "――――"

Беатрис: Сторожевая башня в конце этих песчаных дюн, мы в ней, я полагаю.

Именно это она и сказала.

***

Он осторожно отпустил руку Эмилии; она лежала на кровати и крепко спала, так как не спала уже два дня. Субару выскользнул из драконьей повозки, быстро погладив ее по лбу.

Внутри драконьей повозки, в которой они провели больше месяца, казалось, не было никаких изменений с тех пор, как она свернула с курса. Без единой царапины, она выглядела совсем как новенькая.

Беатрис: В отличие от тех, кто был с Субару, те, кто был с Бетти, поглощенные пропастью Песчаного Ветра были в безопасности, я полагаю. Нас отбросило в другое место от этого луга… все, кто был с нами, побледнели, когда мы поняли, что Субару и другие были отделены от нас.

Субару: Ты тоже?

Беатрис: Эмилия и Юлиус тоже, я полагаю. Бетти не единственная.

Хмыкнув, Беатрис надула губы и отвела от него взгляд; она открыла дверь, которая вела наружу из драконьей повозки. Ветер снаружи был скорее похож на тот, что был в песчаных дюнах, темнота снаружи была близка к той, что была в подземной области песчаного моря. Однако, в отличие от песчаных дюн, этот ветер не был смешан с песком, и темнота была менее глубокой по сравнению с подземной областью. Причиной тому были магические лампы, установленные по всей площади, а также густо набитый светящийся мох, покрывавший стены вокруг них. Мох рядом с ним определенно напоминал ему тот, что он видел на кладбище Святилища. Он растет совершенно великолепно, где бы он не был, это, безусловно, довольно удобная растительность.

Субару: Это место…

Беатрис: Шестой этаж Сторожевой Башни Плеяд… ну, самый нижний этаж, я полагаю. Глядя на башню с песчаного моря, кажется, что шестой этаж частично погребен под башней. Пятый этаж над песком… хотя, трудно сказать, я полагаю.

Оглядев круглую площадку, Субару широко раскрыл глаза, услышав объяснение Беатрис. Причина, по которой он действительно не мог понять суть ее объяснения, вероятно, заключалась в том, что Субару был совершенно незнаком с интерьером и структурой Сторожевой Башни Плеяд.

Насколько он мог видеть, внутренняя часть Сторожевой Башни Плеяд была довольно обширной и просторной. В том месте, которое Беатрис назвала шестым этажом, пол был с одной стороны выложен камнем, и прямо посередине стояла драконья повозка. Круговая область, которая простиралась вокруг того места, где стояла драконья повозка, была, вероятно, около 200 или 300 метров в радиусе. Если башня была построена именно в форме круга, а не чего-то более грубого, похожего на эллипсис, то он с трудом мог поверить, разинув рот, в чудовищность ручной работы, которая потребовалась бы, чтобы построить ее.

Субару: ...Думая о бессмысленной работе, проделанной в старые времена, разве это не напоминает о таких вещах, как пирамиды? Это такая огромная потеря для могилы одного человека. Хмм, погоди, нет, я слышал истории, когда люди были благодарны за такие вещи, как проекты общественных работ, но…

Беатрис: Я действительно не понимаю, о чем ты бормочешь.

Субару: Я говорю о надгробиях. Даже хоронить людей заживо было когда-то популярно, думая, что они принимают превентивные меры по поводу того, что будет с ними после смерти, вот как они думали в старые времена, идея похожа.

Беатрис: ...Истории о том, что происходит после смерти, не являются хорошими предзнаменованиями, я полагаю. Смешно.

Услышав необдуманные замечания Субару, Беатрис отвела глаза от Субару, как будто в обиде. Почесав щеку, Субару понял, что сказал что-то, чего не должен был говорить, и начал гладить волосы Беатрис. Внезапно, он повернулся к передней части драконьей повозки, вспомнив кое-что.

Субару: О, Джиан! Ты тоже цел и невредим! Джиан, ты не умер!

Беатрис: Почему ты вдруг говоришь такие глупости, я полагаю?!

Субару: Хах, нет, должно быть, я едва заметил. Но я действительно рад, что он в безопасности.

Впереди драконьей повозки, привязанный к самой повозке, стоял надежный земляной дракон Джиан. У вида Гирас, приспособленных к пустыне, устойчивость была их сильной стороной. Джиан великолепно сумел пережить трудные обстоятельства; он проявил особенно бесстыдное упрямство к этим словам.

Субару: Кстати, если не считать всех остальных, ты мой первый помощник по выживанию, хотя, эти слова звучат довольно легкомысленно……

Джиан: "――――"

Субару: Ойой, не делай такое длинное лицо. Будь счастлив. Эй, я отдам тебе большую долю еды позже.

Джиан: "――――"

Субару: Что это? Слушай, я из тех, кто может себе это позволить.

Беатрис: Заканчивай так себя вести. Ты все ещё не восстановился, я полагаю.

Беатрис сердито посмотрела на Субару, сделав лицо, которое показывало, что он был слишком дружелюбным, когда устраивал эту пантомиму вместе с Джианом. В ответ на реакцию Беатрис Субару, изогнув шею, сказал: "Виноват, виноват".

Субару: Подойди, я не хочу тебя смущать, но есть кое-что, что я хотел бы проверить.

Беатрис: В чем дело?

Субару: Нет... хотя Джиан здесь, Патраш все еще нигде не видно.

Его земляной дракон, Патраш, было бы нормально, если бы ее привязали к повозке, если она была в безопасности. Однако даже когда он заглянул с другой стороны драконьей повозки, ее угольно-черной красивой фигуры нигде не было видно. Не будучи в идеальной ситуации, Субару было не по себе, но,

Беатрис: Не торопись с выводами, я полагаю. Этот земляной дракон… Патраш, поскольку мы не могли держать ее на шестом этаже, она на четвертом.

Субару: Четвертый этаж? Это наверху? Почему?

Беатрис: Она лечит свои раны, я полагаю. Младшая из двух сестер из драконьей повозки… Рем, тоже там. всех, кто находится в плохом состоянии, доставили на четвертый этаж, я полагаю.

Субару: Получают лечение… будет… Рем будет вылечена!?

Субару подпрыгнул от неожиданных слов Беатрис. Слабое удивление промелькнуло на лице Беатрис, когда она увидела, как сильно Субару отреагировал, но она удержала его на месте, ущипнув за нос, когда он приблизился к ней.

Беатрис: У… успокойся! Не будь таким нетерпеливым, я полагаю!

Субару: Разве сейчас время успокаиваться!? Рем… будет вылечена? В каком она состоянии, если даже Патраш лечится там?

Беатрис: Позволь мне начать с самого начала! Я не могу сказать все сразу. Просто мы положили её в место, что лучше чем просто на землю, я полагаю! С земляным драконом тоже самое!

Субару: …Охх понятно

Субару, попытавшись добиться ответа, уныло опустил голову. Видя, как из него вытекает энергия, Беатрис бросила на него грустный взгляд. Но девочка сжала свой маленький кулачок и сказала:

Беатрис: Послушай, это не та ситуация, когда ты должен чувствовать себя подавленным, я полагаю. Конечно, должен быть способ справиться с этим. Чтобы убедиться в этом, каждый будет бросать вызов испытаниям сторожевой башни теперь, я полагаю.

Субару: "――――"

Чтобы подбодрить упавшего духом Субару, Беатрис неуклюже попыталась подбодрить его. Увидев ее попытку, яд в воздухе исчез, и он вздернул подбородок со словами: "Это верно."

Субару: Моя вина, я действительно сожалею. Прости, что беспокою тебя.

Беатрис: Если это беспокойство от Субару, то я тебя прощу. Но, по крайней мере, позволь мне побеспокоиться там, где Бетти за тобой присматривает, я полагаю.

Субару: Я тщательно обдумаю это.

Субару взъерошил волосы Беатрис и поблагодарил ее за сочувственные слова. Прическа Беатрис была совершенно неподатлива, и даже его попытки взъерошить и растрепать ее таким образом были тщетны, такова была их сила. Во всяком случае, под ободрением Беатрис Субару перевел взгляд на вершину башни.

Субару: Это шестой этаж… во всяком случае, ничего, если мы поднимемся?

Беатрис: Возможно, Юлиус и другие сейчас находятся в середине испытания. Поэтому заранее лучше всего встретиться с Мудрецом лицом к лицу и выслушать подробный отчет, я полагаю.

Субару: Мудрецом...? Хах, теперь, когда ты упомянула об этом…

В середине слов Беатрис, Субару ухватился за слово "Мудрец". Несмотря на то, что они в первую очередь пришли в эту сторожевую башню, чтобы встретиться с Мудрецом, Беатрис до сих пор не упоминала о чем-либо, связанном с Мудрецом.

Субару: Беако, ты уже встречалась с Мудрецом? Что он за парень? Ты говорила с ним и жаловалась на белые лучи света, которые неслись к нам?

Беатрис: ...Я не хочу слишком много говорить о Мудреце. Ну, нет, я полагаю. Возможно, когда дело дойдет до мудреца, будет проще, если ты встретишься с ним лично, я полагаю.

Субару: Знаешь… Я не помню, чтобы когда-нибудь встречался лицом к лицу с нормальными парнями, когда о них так говорили. Конечно, я чувствую, что нечто подобное мне говорила Эмилия-тан, когда я впервые встретился с Розвалом.

Это было уже больше года назад, но он живо помнил тот разговор. Он вспомнил, что она объяснила это так: "Я думаю, что встретиться и поговорить с ним будет легче, чем говорить друг с другом о нем" по отношению к Розвалю. В действительности, она думала, что он не получил бы удара, если бы не встретился с ним лично, и он был бы на той же волне, если бы они поговорили, но, ну, то, что произошло тогда, теперь повторялось.

Беатрис: Если ты встретишь его, ты поймешь.

Субару: ...Понял. В любом случае, было бы хорошо, если бы мы попытались встретиться с ними. Как нам подняться?

Беатрис: По лестнице, я полагаю. Если присмотреться, по ту сторону этой стены есть лестница.

Если он прищурит глаза туда, куда указывали слова Беатрис, то сможет разглядеть что-то похожее на ступеньки―― лестницу, на внешнем краю круглой комнаты действительно была лестница. Однако, там было огромное количество ступеней, образующих спиральную лестницу, которая вилась вокруг большой круглой башни.

Субару: Э...? Она ведёт наверх?

Беатрис: Заберайся туда, я полагаю. Если ты продолжишь подниматься, это не займет слишком много времени.

Субару: Даже если ты говоришь продолжать идти вверх… сколько тут шагов до вершины!?

Субару выкрикнул это, так как казалось вероятным, что его заставят делать несколько тяжелых упражнений, заставят снова и снова подниматься и опускаться. Его голос эхом разнесся по башне, скорее всего, он эхом разнесся до самого верха, прежде чем печально затихнул. Беатрис пожала плечами, произнеся "Господи" в ответ на причитания Субару.

Беатрис: Ничего не поделаешь, я полагаю. Если бы мы могли использовать что-то вроде магии для этого, возможно, можно было бы взлететь наверх в какой-то форме, но… что ж, Субару, у тебя нет другого выбора.

Субару: Нет, послушай, мы можем использовать Мурак здесь. Как насчет того, чтобы использовать что-то вроде этого, чтобы с лёгкостью подняться на самый верх, не останавливаясь?

Беатрис: Я не могу сделать это, если мы не в чрезвычайной ситуации. Я чувствую, что мы были бы в опасности… так как у меня заканчивается мана…

Субару: Даже если мы поднимемся по лестнице нормально, не будет ли истощение физических сил опасным в чрезвычайной ситуации!?

Несмотря на то, что физическая сила Субару по сравнению с тем временем, когда он был хикикомори, была сильнее, он все еще был слабым мальчиком, которому все еще нужно пройти долгий путь, прежде чем он достигнет стандартов силы этого другого мира, и поэтому он не может избежать этого. Он не знал, как высоко был пятым этаж над самым нижним этажом, то есть шестым этажом, но, по крайней мере, когда он посмотрел наверх, он даже не увидел потолка. При том, как высоко, по его мнению, он находится, подъем наверх был бы делом столь же почтенным, как и покорение горы.

Субару: Черт возьми! Тем не менее я должен подняться наверх и убедиться, что Рем и Патраш в безопасности. Мне придется. Ах, черт.

Беатрис: Это и есть дух, я полагаю. Это твоя борьба. Бетти тебя подбодрит, я полагаю. Было бы очень полезно, если бы ты окликнул меня, когда доберешься до вершины.

Субару: Не дай мне сделать это, разве нет короткого пути!? Ты тоже пойдешь со мной. Иди! Разразись потом!

Беатрис: Мне очень жаль, но Бетти - милый дух, и потеть было бы――

Субару неохотно собрался с духом, готовясь подниматься. Но в середине их спора Беатрис внезапно прервалась на полуслове и посмотрела наверх.

Субару: Беако?

Беатрис: О нет, я полагаю. Субару, спускайся――!

С ее внезапной переменой в отношении, голос Субару затих, так как выражение лица Беатрис изменилось, а также она подошла, чтобы подскочить к нему. Схватив Беатрис за грудь, он поднял ее на руки. Беатрис открыла рот, а потом ударила Субару в грудь.

Беатрис: Идиот! Это не значит, что ты можешь меня обнимать, я полагаю! Спускайся!

Субару: Это было по ошибке…

Пока он держал Беатрис в своих объятиях, Субару мягко подвинул ее тело к своей спине. Он не знал, что происходит, бдительность Беатрис была единственным, что он должен был использовать. Готовясь к этому, он попытался подумать, но было уже слишком поздно.

――Сразу же после этого, над ними возникло ужасное ощущение давления; Субару затаил дыхание.

Источник этого давления с яростью приближался все ближе, и в следующее мгновение что-то взорвалось в сторону Субару, прямо перед его глазами―― сильное землетрясение потрясло огромную башню, Субару сдуло ударной волной, поднявшей песок и пыль. Его, вероятно, швыряло бы снова и снова, если бы не огромная фигура Джиана прямо за ними. Защищенный весом земляного дракона и драконьей повозки, Субару отчаянно открыл глаза посреди песчаной бури, которая дула на него.

А затем, по другую сторону дымового столба, откуда и произошел удар, облако песка и пыли, поднявшееся вверх, внезапно рассеялось. Что-то вроде порыва ветра прорвалось сквозь дым, и вскоре с другой стороны показалась величественная фигура человека. Сквозь плотную песчаную дымку, окутавшую их, стала видна фигура человека. Лицо Субару напряглось, он застыл на месте.

Эту фигуру, эту внешность, он узнал их.

Субару: Ты...?

Высокая женщина быстро шла по твердому полу, все ближе подходя к нему. Ее каштановые, более черные, волосы были собраны в хвост, она смело шагала вперед, ее живот и спина были обнажены, можно с уверенностью сказать, что она была полуобнажена. Ее грудь и промежность были едва прикрыты, и на ней была черная мантия поверх одежды. Она была человеком, который носил довольно странную одежду.

На языке Субару она выглядела как нимфоманка, надевшая мантию поверх черного бикини и коротких шорт.

Длинные, стройные, белые руки и ноги, а также большие груди, которые свободно раскачивались. Она была примерно того же роста, что и Субару, может быть, немного выше. Хорошо сложенное лицо сидело на ее белых плечах, глаза выражали сильное чувство цели, в целом у нее было довольно красивое лицо.

――Это определенно было последнее, что он видел перед тем, как потерял сознание.

Это она напала на Кентавра и безжалостно убила его. И эти бесчисленные вспышки света, которые она запустила в сторону Кентавра, были чем-то, что Субару знал слишком хорошо.

Субару: ...Ты Мудрец?

???: "――――"

Вспомнив, как пересохло у него в горле, Субару хрипло задал этот вопрос женщине, которая молча приближалась к нему. Однако женщина не соизволила ответить Субару, пока не подошла прямо к тому месту, где он стоял. Она остановилась как вкопанная в том месте, где, если бы Субару протянул руку, он смог бы дотронуться до нее, и она просто… пристально глядела на него.

Ее взгляд, казалось, изучал все его тело, что, честно говоря, заставляло Субару чувствовать себя довольно неловко. Он даже не слышал голоса этого человека, но ее сила была такова, что она с лёгкостью похоронила Кентавра, который напал на него, это было на нечеловеческом уровне. Даже если бы вы попытались ударить ее, этот странный человек мгновенно превратил бы вас в не более чем древесный уголь. Он действительно не мог понять, что она хотела; все, что он знал, было то, что единственная эмоция, которую он мог чувствовать к ней прямо сейчас, была страхом.

???: "――――"

В объятиях Субару тело Беатрис оставалось неизменным, пока она крепко прижималась к нему. Даже в ней, беспокойство начинало просачиваться по всему ее маленькому телу. По крайней мере, ему повезло, что обстоятельства позволили ему встретиться с Беатрис. В худшем случае не исключено, что им придется ввязаться в ещё одну драку. Конечно, не было никакой необходимости начинать драку ради этого. Он не должен волей-неволей переживать из-за такого напряжения.

Субару: Т- Ты…… слушаешь? Эй, ум, я слышал, что за моими друзьями присматривают, ты же не собираешься становиться враждебной или что-то в этом роде по отношению к нам… верно?

???: "――――"

Субару: Ум, ваше молчание заставляет меня волноваться, если бы вы могли что-то сказать... или, может быть, вы общаетесь чем-то вроде телепатии, а не словами? Если это так, не волнуйтесь! Хахаха.

???: "――――"

Уставившись на него, предполагаемый Мудрец не ответила на слова Субару, она просто продолжала смотреть. Он чувствовал себя крайне неловко. Степень замешательства и растерянности Субару можно было понять по его манере говорить. Если все так и останется, их убьет сама тревога.

――Но внезапно тревога Субару улетучилась.

???: "…Три"

Субару: А?

???: "――――"

Глядя на Субару, женщина вдруг пробормотала что-то в этом роде. Ее голос был немного хриплым, но если бы он мог продолжать слушать его, он, вероятно, мог бы сказать, что хрипота в ее голосе была довольно красивой. Тем не менее, это было относительно таинственно, с нечитаемыми эмоциями, исходящими от голоса женщины, которая стояла перед его глазами; он думал, что в этом было слабое очарование. Женщина перед Субару тихо вздохнула,

???: Ну, это не проблема. Что важнее, я нашла тебя.

Субару: Умм… А?

Выражение лица женщины быстро изменилось, и она что-то выпалила. Ее поза выглядела так, как будто она пыталась заглянуть внутрь Субару, медленно и неуклонно, время остановилось, как будто что-то замерзшее таяло. Затем губы женщины раздвинулись в стороны, образуя форму, которую можно было бы назвать улыбкой. Женщина уставилась на Субару и сказала…

???: ――Мастер.

Субару: ...Чт?

Она произнесла слово, которого он никогда раньше не слышал, и эмоции, которые, казалось, пришли из ниоткуда. Субару обернулся, чтобы посмотреть назад, в немом изумлении от ее неожиданной вспышки. Как и ожидалось, там была только фигура Джиана. Тогда... был ли Джиан вышеупомянутым Мастером?

Субару: Ты пришла сюда, чтобы внезапно установить флаги важных персонажей!?

Беатрис: Я не думаю, что это так, я полагаю! Посмотри на факты!

Субару придвинулся ближе к Джиану, а Беатрис, которая все еще была в его объятиях, разозлилась еще сильнее. Несмотря на то, что ее слова были разумными, Субару не повернул к ней голову. Вместо этого он повернулся лицом к женщине, все еще стоявшей там, как будто ничего не произошло, не имея ни малейшего понятия о том, что было сказано,

Субару: Подожди, нет, моя вина, но, возможно, ты принимаешь меня за кого-то другого или что-то в этом роде... мммммпх!?

???: Мастер! Гоооооосподи! Я ждалаааааа~!

На середине своих слов женщина эмоционально подпрыгнула и обняла его руками. Вместо того, чтобы получить ее снасть в полном объеме, когда она ворвалась, он был сброшен вниз. Испустив вопль "Мкяаааа", Беатрис свалилась с его спины на пол. Женщина, подпрыгивая от радости, не отрывалась от Субару, который в замешательстве метал взгляд туда-сюда.

Женщина размахивала своим длинным хвостом и, обнимая Субару с неестественной силой, повторяла снова и снова с восторгом в голосе:

???: Мастер! Мастер! Это было так долго! Я так скучала по тебе! Я думала, что жизнь - это просто стрелять в тех, кто приближается сюда!

Субару: П-Подожди! Подожди, подожди! Что?! О чем ты говоришь?!

???: Это было жестоооооко! Мастер приказал мне, нет? Ты сказал, чтобы никто не приближался к святыне… ну, а что касается того, как я справилась с этим, то это совсем другое дело, ноооооо

Субару: Нет… Я твой мастер…? На что ты намекаешь?!

Он прижимался к ее нежной коже, но у него не было времени наслаждаться этой счастливой похотливой встречей. Субару отчаянно пытался вырваться из ее объятий. Однако есть поговорка, которая гласит, что женщины всегда будут женщинами, в конце концов, и она не отпускала Субару. В результате Беатрис оказалась зажатой между Субару и женщиной на полу.

Субару: В любом случае, отпусти меня, ты… Это просто смешно…!

???: Ни за что! Это абсолютно неееее возможно! Как только я это сделаю, ты снова исчезнешь, как только я потеряю тебя из виду! Мастер совсееееем не изменился!

Субару: Я не понимаю, о чем ты!!

Упрямая женщина вцеплялась в Субару, как будто пережила какую-то травму. Пока он грубо отталкивал ее, пытаясь убрать, Субару огрызнулся на нее.

Субару: Во-первых, кто ты?! Что происходит!

Шаула: Что ты вообще говоришь?! Я Шаулаааа! Звездный Хранитель Сторожевой Башни Плеяд! Я милый ученик Мастера, Шаулаааааа!

Субару: Я не помню, чтобы когда-нибудь――!

Женщина―― по имени Шаула, имя которой должно было быть именем Мудреца башни. Великий, так называемый Мудрец в Сторожевой Башне Плеяд, не мог быть такой странной женщиной, которая не знает таких вещей. Субару решительно возражал против этой идеи. Однако в этом месте, где не было такого понятия, как прогресс, произошло внезапное вмешательство. Это была…

Эмилия: ――О нет! О нет! Когда я проснулась, Субару там не было! Мне нужно поторопиться и сказать всем, что мы должны пойти искать его…

Субару: Ах.

Говоря это, сонная Эмилия выскочила из двери драконьей повозки. Выйдя из повозки, она увидела вплетенных друг в друга Субару и Шаулу. Конечно, Беатрис тоже была там, и ее глаза расширились, когда она увидела этих двоих.

Субару: Эмилия…Тан! Как здорово, что ты проснулась! Это на самом деле…

Эмилия: Хей!

Субару: Больно!? Эмилия-тан, за что был этот удар?!

Эмилия: Я не очень не уверена, но я была действи-и-ительно расстроена!

Когда Эмилия проснулась, крики и вопли продолжались еще некоторое время―― В конце концов, когда Юлиус заметил шум и присоединился к ним, тяжелая битва с (предполагаемым) Мудрецом Сторожевой Башни Плеяд продолжилась.

――――――――――――

(imy: Она обращается к Субару Мастер, что можно так же перевести как учитель, но я оставлю так. А, и еще. извиняюсь если некоторые моменты в главе слабо понятны или слишком рваные. я исправил максимальное их количество, но все равно что-то не углядел( :( )

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 19. Местонахождение Мудреца

Перевод: imy

***

В непредвиденной схватке с тяжелыми препятствиями разносились ветры последствий битвы на шестом этаже Сторожевой Башни Плеяд.

Окутанные облаком пыли, мужчина и женщина, сцепившиеся друг с другом, были покрыты потом и грязью.

И, глядя на этих двоих холодными глазами со всех сторон――

Субару: Что это у тебя за взгляд?! Ты хочешь сказать, что я… Что я сделал что-то не так!? Я не сделал ничего плохого, я не сделал ничего плохого――!!

Юлиус: Субару, не пытайся нас так одурачить.

Рам: Рам думает, в нем есть хорошие стороны, но, в конце концов, Барусу есть Барусу.

Это были комментарии новоприбывших Юлиуса и Рам по поводу Субару, которого схватила Шаула.

Несмотря на,

Юлиус: Нам повезло, что мы смогли воссоединиться в целости и сохранности. Это также хорошая новость, что ты проснулся, но…… ситуацию трудно понять, если ты не объяснишь ее словами.

Субару: Я бы сделал это, если бы это было что-то, что я мог бы объяснить…… черт! Отпусти!

Шаула: Не~ет~!

Видя Шаулу, вцепившуюся в руку Субару, Юлиус, чья рука сжимала рукоять меча, пожал плечами. Он, должно быть, понял, что у нее нет никаких намерений нападать на них. Даже Субару понимал этот момент, но это было правдой, что он с трудом пытался убрать ее.

Субару: Не просто смотри, помоги мне снять ее……! У нее чертова сверхчеловеческая сила……

Рам: Твои губы изгибаются в улыбке, Первусу*.

(imy: извращенец(pervert) + барусу.)

Субару: Они этого не делают, не объединяйтесь с ней! Не принимайте это за чистую монету! Эмилия-тан, это больно! Я не думаю, что это будет слишком большой помощью, если ты будешь тянуть меня за волосы!?

Эмилия: Ах, прости. Я вовсе не пыталась тебе помочь.

Субару: Ты извиняешься за это!?

Упрямая Шаула не отпускала руку Субару, и Эмилия с несколько отсутствующим выражением лица продолжала дергать Субару за волосы. Кроме того, Беатрис, оказавшаяся в ловушке между толкающимся Субару и Шаулой, вращала глазами во все стороны, в состоянии раздавленности, говоря “Кийюю”.

Анастасия: Что это…… Даже после всех этих неприятностей, кажется, у всех довольно хорошее настроение.

Мейли: Что делает Братец сразу после пробужде~ения? Мне не очень нравится этот шум, но я ра~ада, что Братец проснулся.

Медленно спустившись по лестнице, Анастасия и Мейли также присоединились к ним. С этими словами, все, кроме Рем и Патраш, которые должны были пройти курс лечения*, собрались здесь.

(imy: в прошлой главе это так странно было описано, что это не до конца было понятно, и в итоге я немного неправильно перевел. моя вина, прошу прощения.)

Это было хорошо, что они смогли воссоединиться, но такими темпами они не смогут успокоиться и нормально поговорить.

Субару: В лю-бом слу-ча-е! Все, успокойтесь! ――Давайте поговорим!

***

Перегружая свое горло после того, как только проснулся, Субару сумел заставить всех последовать его примеру, поскольку он пытался взять ситуацию под контроль.

С этими словами, внутри группы, сидящей в кругу, Шаула продолжала цепляться за правую руку Субару, а слева от него была Эмилия, сидящая в стиле сейдза, на достаточном расстоянии, чтобы заставить его дрожать. А Беатрис устроилась у него на коленях; в глазах постороннего это было бы крайне экстравагантным боевым порядком.

Рам: Отвратительно.

Субару: Ты хотя бы видела катастрофу минуту назад? Тебе кажется, что я хотел, чтобы это случилось с моей правой стороной? Мои кости очень сильно болят. С такой скоростью моя рука омертвеет.

Сказав это Рам, которая выплюнула это слово, Субару посмотрел на свою сжатую правую руку.

Быть обнятым полуобнаженной девушкой для многих было бы мечтой, но на самом деле, вместо того, чтобы ощущать мягкость ее кожи, плоть его руки, которая была сжата, и боль в суставах, которая дошла до предела, оказывали пугающее воздействие на его кости и нервы. Честно говоря, их можно было и оторвать.

Субару: Ну, тогда, пока моя рука не оторвалась от корней, я хотел бы продолжить разговор, но…… прежде всего, слава богу, вы все в порядке. Хотя страшно, что Патраш и Рем не подтверждены……

Беатрис: Ты все еще сомневаешься, я полагаю. Всё в порядке. Все в порядке, я полагаю.

Юлиус: Все так, как говорит Беатрис-сама, хотя твои тревоги и беспокойства оправданы. Ты сможешь как следует навестить их после этого. ――Как и следовало ожидать, на этот раз мы все перепугались до смерти.

Беатрис и Юлиус кивнули Субару, который был в восторге от их воссоединения.

Юлиус снова напустил на себя мрачное выражение, словно вспоминая тот момент, когда они расстались у песчаного моря,

Юлиус: Сразу же после того, как пространство раскололось, все мы, кроме тебя, Анастасии-сама и Мисс Рам, упали на другую сторону цветочного луга Магверей. Там, после многих поворотов, мы добрались до Сторожевой башни и смогли укрыться.

Мейли: Но~о, Братца и других там не было, и так как мы знали, что они не могут сражаться, мы забеспоко~оились.

Юлиус повторил предыдущее объяснением Беатрис, а Мейли также согласилась, дуясь.

Их беспокойство было само собой разумеющимся. Когда они упали в подземную область песчаного моря, Субару и остальные исчезли, что заставило их забеспокоиться, хотя это касалось обеих сторон.

Мейли: Сестра действительно потеряла самообладание. У нас было тяжелое время, когда она огрызнулась на э~этого Мудреца-сан. Такое, что, когда я вспоминаю об этом сейчас, у меня мурашки бегут по спине.

Эмилия: Эй, Мейли. Тебе не обязательно говорить все это.

На кокетливый взгляд Мейли, не соответствующий ее возрасту, Эмилия возразила, покраснев. Ее слова не были преувеличением: это можно было легко понять, глядя на Эмилию, которая покраснела до ушей.

Хотя и неосмотрительно, он был искренне рад видеть, что она беспокоится за него.

Субару: Понятно~ Понятно~, значит, Эмилия-тан волновалась. Похоже, Беако также была напугана до такого, что выплакала все слёзы, я такой счастливчик.

Эмилия: Боже, Субару, опять так шутишь…… Кроме того, Беатрис не стала бы плакать. Только половина этого. Да, верно.

Беатрис: Если ты хочешь заботиться о других, то делай это как следует до самого конца, ты прирожденный болван……!

Эмилия: ――?

Открыв правду о том, что она была доведена до слез, Беатрис надулась, в то время как Эмилия оставалась невежественной. Расслабившись от этого приятного обмена репликами, Субару посмотрел на Юлиуса.

Субару: Если это так, то ты, должно быть, тоже сильно волновался, не так ли? Жаль, что я не видел твоего выражения.

Юлиус: Конечно, я был очень взволнован. Независимо от тебя, из-за Анастасии-сама и мисс Рам. Жаль было потерять двух хрупких дам где-то за пределами досягаемости. Не показывая тебе всю свою форму бледного лица и хождения в беспокойстве, в настоящее время я испытываю только облегчение в своем хрупком духе.

Субару: Почему ты так грациозно завел разговор о том, что боялся?

Субару скривил губы, глядя на Юлиуса, который по привычке трогал свою челку с горько-сладкой улыбкой на лице.

Без его сильного фронта, и даже без его показа своих слабых сторон, это был абсолютно скучный результат. Увидев это, Мейли начала слегка смеяться над обменом этих двух.

Когда они спросили ее, посмотрев на неё, она прижала ко рту заплетенные в косу волосы и сказала:

Мейли: Ох, Ничего~

И, она обманула их улыбкой, которая, казалось, имела глубокий смысл.

Субару: Ну, из этого я понимаю, что все, кто разделился, беспокоились за нас. В конце концов, никто не пропал, так что теперь мы можем оглянуться назад и улыбнуться.

Рам: Только Барусу может быть таким бесстыдным. Даже сейчас миниатюрная фигурка и мягкое сердце Рам готовы разорваться на части от беспокойства и страха при одной только мысли об этом.

Субару: Неужели Сестра, которая имеет самое жесткое сердце среди всех людей, которых я знаю, что-то говорит?

Правда в том, что среди всех знакомых Субару, Рам была единственной, кто обладал величайшей умственной силой. Ее слова показались ему глупой шуткой, как нечто само собой разумеющееся, но в конце концов он пристально посмотрел в лицо Рам, которая сидела прямо перед ним.

Белая кожа со светло-розовыми глазами. И конечно же хорошо упорядоченные черты лица, наряду с освежающей красотой. Красивые черты лица напоминали подозрительную ягоду, найденную в долине сладости и элегантности. Как ни посмотри на нее, она была все той же Рам, что и всегда.

Рам: ――Положи конец этому неприятному взгляду. Глядя так пристально, чего ты хочешь?

Субару: Ну, я просто подумал, что ты действительно Рам.

Рам: Это совершенно безнадежно, не так ли?

Субару: Перестань выносить суждения просто так! Я имею в виду не это……

Субару растерянно ответил Рам, которая оборвала и отбросила слова Субару.

В его памяти всплыл инцидент, произошедший как раз перед тем, как он потерял сознание в подземелье―― Рам защищала Субару своим раненым телом, стоя перед Кентавром.

Ее хрупкая фигура, видимая со спины, изрытая ранами, столкнулась с этим грозным врагом без всякой надежды на победу. Тогда он испытывал ужас от того, что потеряет ее, видя ее фигуру, которая не показывала страха быть раненой, а теперь они оба вернулись живыми и невредимыми.

Он понял это, поговорив с как обычно бесстрашной девушкой.

Субару: Конечно, между нами все еще есть это чувство дистанции. Это действительно становилось хуже и странно отвратительным, но когда я вспоминаю об этом сейчас, это также было……Нет, это все равно не должно быть хорошим воспоминанием.

Рам: Я не понимаю, что ты пытаешься пробурчать. Выкладывай все. Как мужчина.

Субару: “Я рад, что мы оба в безопасности" - вот что я имею в виду. И в конце концов, за то, что защитила и спасла меня.

Рам: ……Это была пустая трата времени.

Субару: Как ты можешь так говорить!?

Несмотря на то, что он честно выразил ей свою благодарность, для нее это означало абсолютно ничего.

После этого, Эмилия издала сдавленный смешок, увидев, что Субару так разозлился.

Эмилия: Все в порядке, Субару. Просто Рам немного смущена.

Субару: Сестра смущена……? Разве то, что небо и земля поменяются местами не более правдоподобно?

Эмилия: Н-не совсем. Возможно, это потому, что ты продолжал обнимать Рам, пока она не проснулась, так что она, похоже, смущена. Даже будучи разделенными, это было грубо.

Рам: Эмилия-сама!

Эмилия тайком прошептала ему это на ухо, но Рам сердито отреагировала на ее слова. Она подняла глаза необычно гневно, как будто прочитала по губам Эмилии или что-то в этом роде,

Рам: Я думаю, было бы лучше, если бы вы не судили вещи, используя свои собственные критерии. Потому что я не думаю, что хочу работать на тупицу, который не понимает чувств людей.

Эмилия: ……Когда ты говоришь “тупица”, ты не имеешь в виду меня, верно?

Рам: Нет. Эмилия-сама, вы правильно думаете о чувствах людей, если и есть кто-то, кто не имеет никакого отношения к тому, чтобы быть тупицей, то это вы; было бы так нелепо с моей стороны говорить иначе.

Эмилия: Понятно. Ум, подожди, дай мне немного подумать.

Эмилия начала всерьез задумываться над тем, что сказала Рам, слова которой были полны сарказма. Тем временем Рам пристально посмотрела на Субару с блеском в глазах, острым, как лезвие, а затем зашевелила губами, говоря: “Забудь об этом.”

Субару рефлекторно кивнул в ответ на ее угрожающее поведение. Когда он проснулся, то вспомнил, что на кровати рядом с ним лежали чьи-то следы. Он был уверен, что это была Беатрис, но, судя по тому, что она сказала сейчас, это――

Субару: Ух-ох, я забыл, я забыл. Я сказал, что забыл.

Рам: Хорошо. Вы не тупица.... Эмилия-сама. Давайте остановимся на этом.

Эмилия: Э-э, неужели Рам постепенно начинает говорить обо мне все более откровенно……?

Эмилия посмотрела на нее с упреком, но Рам отвернулась с видом притворного невежества.

Во всяком случае, Субару отвел глаза от Рам, которая, казалось, больше не хотела касаться этой темы, и посмотрел на последнего из своих спутников, на Анастасию.

Она сидела рядом с Юлиусом, теребя свои понпоны, которые, как обычно, украшали её шапку. Но, заметив пристальный взгляд Субару, она одарила его грациозной улыбкой.

Анастасия: Аах, так ты закончил говорить? Нацуки-кун, я думал, ты забыл обо мне.

Субару: Надеюсь, ты простишь меня за то, что я ставлю во главу угла свое собственное эго. Я также рад, что ты в безопасности. Говоря о последней битве в подземелье, я понятия не имею, что произошло после.

Анастасия: Ты собираешься заставлять меня вспоминать те страшные мысли, когда я тоже была брошена в ту непроглядную тьму? Нацуки-кун и Рам-сан, и…… Ах, Патраш-тян сражались изо всех сил, так что Магверь меня игнорировал. Там от меня не было никакой пользы, но я собираюсь быть полезной в переговорах.

Субару: Переговоры?

Анастасия: С Мудрецом-сан, который помог нам.

Анастасия указала на Шаулу, которая все еще прижималась лицом к правой руке Субару.

Когда он услышал "переговоры" с этим, Субару нахмурился, но Анастасия криво улыбнулась ему.

Анастасия: Ахнетнет, мы также совсем запутались. Потому что еще несколько минут назад она ничего не отвечала, несмотря на то, что я ее толкала и тянула, но с тобой, Нацуки-кун, она безумно влюблена.

Субару: Она не хотела говорить с тобой? Эта штука?

Шаула: Это не какая-то штука, это Шаула. Мастер~

Субару: Заткнись……

Субару удрученно отреагировал на то, что Шаула обиделась, а Анастасия пожала плечами.

Конечно, как только он взглянул на ситуацию, она едва ли сказала хоть одно слово Анастасии и остальным. Тем не менее, она болтала с Субару. Так что на самом деле почти все в этой ситуации было неожиданным.

Субару: Когда кто-то внезапно прижимается к тебе со 100-процентной Благосклонностью, даже если это красивая женщина, Благосклонность этого равна нулю, так что это не то, что стоит того, чтобы я недоумевал……

Шаула: ――! Только что, ты сказал, что я красивая женщина!?

Субару: У тебя действительно острый слух, когда тебе это надо, ЭЙ!

В очередной раз, Субару попытался оттолкнуть голову Шаулы своей свободной левой рукой. Тем не менее, чем больше он боролся, тем больше сила Шаулы увеличивались, в конечном итоге заставляя Субару сдаться.

В конце концов, запыхавшийся Субару покачал головой, сказав: “Ничего не поделаешь”, - пока Шаула все еще цеплялась за его правую руку.

Субару: Давайте пока отложим все эти тривиальные вопросы и поговорим о том, о чем следует говорить. Я не хочу, чтобы мы продолжали ходить по кругу без объяснений. Я хочу, чтобы ты рассказала нам о разных вещах.

Шаула: Разуме-е-еется, если это что-то, что сказал Мастер, то давайте перейдём к этому!

Юлиус: Действительно, ваше сотрудничество очень поможет. Итак, я хочу спросить об этом. Вы - Мудрец, который удалился в эту Сторожевую Башню Плеяд…… Правильно ли я понимаю?

Шаула: *Отвернулась*

Субару: Ответь ему! Разве ты только что не сказала, что будешь говорить!

В отличие от своей дружелюбной улыбки, Шаула резко отвернулась от вопроса Юлиуса. Сразу после того, как Субару разозлился на ее плохое отношение, Шаула повернула к нему свое надутое лицо.

Шаула: Боже, что случилось, Мастер? Мастер, разве вы не вдалбливали мне в голову не рассказывать, не разговаривать и не говорить никому ничего лишнего, о чем бы они ни спрашивали. Я просто преданно следую тому, что вы мне сказали. Не могу поверить, что вы злитесь! Я подам на вас в суд!

Субару: Твой Мастер просто ужасен!

Шаула: Да да. Мастер такоооой ужасный человек. Мне следовало бы потребовать от него извинений, чтобы он глубоко задумался о себе.

Субару: Итак, называть людей "Мастер Мастер" как угодно, просто…… Хах, Эмилия-тан, что это у тебя за глаза?

Эмилия прищурила свои круглые глаза, глядя на странную болтовню Субару и Шаулы. Субару взял себя в руки на случай, если это будет еще одна необъяснимая вспышка, но Эмилия продолжила, сказав "Ну,"

Эмилия: Может быть, это и не так уж важно, но…… Как бы мне это объяснить? Разве вы оба не говорите совершенно одинаково?

Субару: Неужели это похоже на то, что я говорю таким чавийским тоном?!

(imy: Чав (англ. chav) — уничижительное прозвище определённой группы молодых людей в Великобритании. На русском близкие слова "гопник", "быдло".)

Эмилия: Это не то, что я имею в виду. Выражения, которые вы оба используете, вот что. Видишь ли, ты всегда шутишь даже во время серьезных разговоров, верно? Вот, что я чувствую.

Субару: Ты думаешь обо мне так!?

Субару пришел в ужас от такой совершенно неожиданной оценки, но Эмилия не обратила на него никакого внимания. С другой стороны,

Юлиус: Хммм.....Конечно, теперь, когда вы упомянули об этом.

Рам: Типичная разговорная способность Барусу? Значит, впереди нас поджидают неприятности.

Мейли: Но мне действительно нра~авится как братец разговаривает?

Анастасия: Хотя, у каждого есть какая-то манера, которая тяжело давит, не думаете?

Рот Субару широко раскрылся, когда каждый приложил свои оценки друг к другу. Однако, маленькая девочка яростно вышла из себя вместо Субару―― И этой девочкой была Беатрис.

Беатрис: Правда, не стоит говорить все, что хочется, я полагаю. Мало того, что все вы ведете себя слишком хорошо с Субару, вы также ведете себя слишком цепко с того, что случилось некоторое время назад. Как тяжело, по-вашему, это для Бетти, несмотря на то, что она взяла Субару за руку, я полагаю! Это несправедливо!

Тема разговора несколько изменилась на полпути, но Беатрис была настроена на нее с радостью. Однако Шаула отвергла протесты Беатрис с выражением лица, которое не должна была делать красивая девушка.

Остатки терпения Беатрис достигли предела, когда она увидела полное отсутствие беспокойства на лице Шаулы.

Однако, до того, как это случилось, Субару ударил ладонью Шаулу прямо в лоб.

Субару: Достаточно!

Шаула: Ой.... Хотя на самом деле это не больно, но разве это не оскорбление!? Это оскорбление…! Мастер применил насилие против меняяя! Увидимся в суде!

Субару: Заткнись! С этого момента ты начинаешь нормально разговаривать с другими людьми! Или этот разговор ни к чему не приведет!

Шаула: ……Это будет нормально?

Субару: Да, будет! Скорее, я рекомендую это! Самое время начать говорить серьезно!

На лице Шаулы отразилось полное удивление из-за жалоб хмурого Субару. А потом мало-помалу выражение ее лица изменялось: сначала удивление, потом понимание, потом согласие и, наконец, глубокая благодарность.

Затем, она сказала:

Шаула: Юхуууу! Йеееей~! Я получила разрешение разговаааааривать! Теперь мне больше не нужно играть роль глубоко таинственной роковой женщины~! Гип-гип Урааааа!

Субару: Теперь, когда дело дошло до этого фактора, не осталось ни единого следа!!

Ее лицо озарила глубокая улыбка, если бы у нее был хвост, она, вероятно, виляла бы им во весь опор.

Хотя на самом деле, конский хвост Шаулы раскачивался в восторге, пока она все еще крепко держалась за его руку, и ее хвост постоянно ударял его по лбу, щекам и бог знает чему еще.

***

Субару: ――Итак, можно сказать, что ты Мудрец из слухов, верно?

Шум на некоторое время утих, и, наконец, они действительно дошли до разговора, который должны были начать до того, как начался шум.

Шаула, которая отпустила правую руку Субару, сидела, скрестив ноги, в середине группы, которая сидела в кругу, окружая ее. Между прочим, его правая рука онемела, и он не мог ее ни поднять, ни двинуть.

Шаула: “――――”

Субару: Ответь мне. Ты ведь Мудрец, верно?

Шаула: Хмм~, Ответ на этот вопрос труден.

Получив молчание на свой вопрос, Субару еще раз повторил тот же вопрос. После этого Шаула ответила неопределенно, сделав кислое выражение лица, как будто она съела маринованную сливу.

Субару нахмурился, услышав этот ответ, показывая свое недоумение. Однако, вместо него подняла свою руку Эмилия. Она заговорила, предваряя свои слова словами “В таком случае”

Эмилия: Если убрать в сторону, Мудрец ли ты…… Тот, кто, как говорят, охранял Песчаные Дюны все это время внутри этой башни, был бы тобой, верно?

Шаула: Ах, да, это яяяяяя. В течение 400 лет каждый божий день охраняла этот песок, и каждый бесплодный день, который я провела, было чем-то таким, что заставило бы и того, кто рассказывает это, и того, кто слушает это заплакать……!

Эмилия: Бедняжка……хнык

Субару: Эмилия-тан, не поддавайся этому. И ты тоже, не обменивайся ненужными чувствами.

Сочувствующая Эмилия со слезами на глазах посмотрела на Шаулу, которая ответила ей, потрясая кулаком. Пока он успокаивал Эмилию, Субару, основываясь на текущем ответе Шаулы, обменялся взглядом с Юлиусом.

Юлиус кивнул в ответ на этот обмен взглядами и взял разговор в свои руки, произнеся "Итак,"

Юлиус: Был бы я прав, если бы признал, что вы несли бремя работы в качестве Мудреца в течение 400 лет, как это обычно хорошо известно? Шаула-сама.

Шаула: Ты заставляешь меня краснеть, добавляя такие вещи, как “Сама”. Я к этому не привыкла, так что можешь обращаться ко мне без всяких почтений, как обычно. Использование Шаула-сама……Дхехехе

Юлиус: Тогда я исправлюсь. Тот, кого обычно называют Мудрецом, - это вы? Шаула.

Шаула: Ну, я в этом не уверена? Даже если это то, что обычно говорят, я никогда не покидаю башню, поэтому я ничего не знаю о слухах снаружи. Это чувствуется неожиданно странно. То, что меняяяяяяя называют Мудрец.

Выражение лица Шаулы, которое было совершенно непринужденным, полностью изменилось на задумчивое, и атмосфера тоже. Юлиус также прищурился, глядя в глубину ее взгляда, который, казалось, искал это.

Ее нынешнее замечание было не из тех, которые можно проигнорировать, даже если ты не Юлиус. "Потому что, что, если слова Шаулы были правдой…"

Юлиус: Если ты не Мудрец, то оказалось бы, что легенда о Мудреце Шауле - совершенно неверный слух. Или, это говорит о том, что есть Шаула, которая считается Мудрецом кроме вас?

Шаула: Мудрец Шаула из тех слухов - это кто-то, кого я не знаю, нооооо, насколько я знаю, у меня нет знакомых по имени Шаула, кроме меняяяяя. Мне досталось это имя от Мастера, так что Мастер, должно быть, дал его только мне…… Ноооо.

Взгляд Шаулы мимолетно метнулся в сторону Субару, но Субару никогда никого не называл Шаулой, ничего и никого.

Тем не менее, это был факт, что было определенное значение в имени “Шаула”. Шаула также было именем звезды, это было имя звезды, которая образовала Скорпиона―― и её значение было “Жало*”.

(imy: кхм... в 17 главе в одном моменте англ переводчик решил заменить игла на жало, но я дурак этого не сделал. поэтому, игла = жало)

Естественно, его мысли распространились на истинные цвета за белыми лучами света, которые были выпущены из Сторожевой башни, однако, когда дело дошло до получения этой информации от нее, он не возражал отложить это на потом. Прямо сейчас, то, что должно было иметь приоритет, было другой проблемой.

Шаула: Поскольку Мастер, похоже, понятия не имеет, Шаула - это просто моееееее имя, разумеется. Мастер дал это имя только мне…… Нет никакой необходимости в других Шаулах.

Юлиус: Понятно. Вы, кажется, действительно любите этого Мастера. ――Должно быть, он действительно грешен, хах.

Субару: Перестань смотреть на меня, когда говоришь так. Это все ложные обвинения. Невиновность презюмируется.

Рам: "Виновность как доказательство".... Вот что я думаю.

Субару: Не ты ли гордилась тем, что мы в законной стране!?

Если не обращать внимания на эту заминку, он не мог поймать проблески лжи в том, что говорила Шаула. Если это так, то она отличалась от легенды?

Но вдруг, неожиданно, Анастасия стала рыться в своем нагрудном кармане, не обращая внимания на людей, беседующих друг с другом. Затем, она вытащила несколько монет из своего кошелька по тем или иным причинам.

Субару: Не говорите мне…… ты вдруг решила посчитать свои деньги?

Анастасия: Даже если это мое хобби, что когда я чувствую свою мелочь, я начинаю думать лучше..... Но, это не входило в мои намерения. Вот, пожалуйста, ты поймешь, что я имею в виду, когда ты увидишь монеты Королевства.

Сказав это, Анастасия бросила монеты на ладонь одурманенному Субару. Он поспешно поймал их; то, что она бросила ему, было четырьмя монетами: медная монета, серебряная монета, золотая монета и святая золотая монета.

Вероятно, это не могло быть чем-то вроде взятки для Шаулы или альтернативой чаевых. Решив проверить монеты, как она ему велела, Субару заметил выгравированные на них рисунки.

До сих пор он не обращал внимания на их деньги, но――

Субару: Так почти везде можно гравировать изображения, рисунки и прочее на деньги. Как странно.

Анастасия: Я не вижу, что тут странного? Мы должны знать, откуда пришли деньги…… К тому же, это потому, что деньги всегда приходят с историей своей страны. Вот почему вещи, которые присущи истории страны выгравированным на них.

Субару: Хмммм……?

Субару обратил свое внимание на надписи на монетах, пока он слушал объяснения Анастасии. И когда он присмотрелся..., "Понятно, монеты имеют различные дизайны, выгравированные на них――"

Эмилия: На Святых Золотых Монетах Божественный Дракон, На Золотых Святой Меча Первого Поколения, На Серебряных Мудрец и на Медных Королевский Замок Лугуники. Разве ты не знал?

Субару: Э-Эмилия-Тан говорит, как супер-умный персонаж……!

Эмилия: И, более того, очевидно, что я хотела сказать. Ты был так невнимателен, когда ходил по магазинам, что даже не проверил должным образом эти деньги?

Субару невинно засвистел, заметая следы. И сразу после того, как он их проверил, гравюры на деньгах оказались именно такими, как она объяснила.

Дракон был выгравирован на Священной Золотой Монете, человек с острым взглядом был выгравирован на Золотой Монете, Королевский Замок был выгравирован на Медной Монете, и, наконец, на Серебряной Монете было выгравированно……

Субару: Молодой, красивый парень, я думаю. Нет ни малейшего сходства с Шаулой.

Беатрис: Но, парень на этом рисунке - это то, что миру кажется Шаулой.

На монете был вырезан красивый мужчина с длинными волосами и бесстрашными чертами лица. Естественно, даже если бы вы попытались изменить угол обзора, казалось маловероятным, что он будет ошибочно принят за полуобнаженную красотку.

Шаула сама приставала к нему с “Дай-ка посмотреть!”, и он протянул ей монету. Когда он это сделал, она посмотрела на Серебряную монету вблизи и сказала:

Шаула: Хи-хи, довольно хорошо сделано, хах? Он выглядит в точности как Мастер.

Субару: Где ты это видишь!? Ах, нет, если Мудрец, что выгравирован здесь - твой Мастер, тогда что ты имеешь в виду, говоря, что я напоминаю Мастера в твоих воспоминаниях?

Шаула Боже, о чем ты говоришь? Мооооой мастер - единственный мастер.

Субару: Итак, позволь мне вновь заявить в очередной раз. ГДЕ ТЫ ЭТО ВИДИШЬ!?

Он откашлялся и крикнул всей силой на Шаулу, которая сравнивала его с дизайном, который был выгравирован на серебряной монете. Даже если они расходились в прическе, их выражения и в первую очередь даже их расы, похоже, отличались. То, что в них было одинаково, казалось, было полом. Если бы он судил о нем только по красивому лицу, то Юлиус был бы намного ближе к нему, чем Субару.

(П/п: Я знаю, что многие из вас увидят слово "раса" и подумают: хах, может, он и не человек? Глубокий лор? Что ж, позвольте мне пояснить, что я имею в виду: раса просто как азиат, черный, белый и т.д)

Однако, Шаула посмотрела на него с недовольством, произнеся “Эээээ” на мнение Субару.

Шаула: Выглядит довольно точно из того, что я вижууууу. У тебя есть волосы, два глаза, два уха, нос и рот.

Субару: Такой уровень!? Разве иы не хвалишь его, как портрет дошкольника!?

Эмилия: Наверное, я тоже до сих пор не думаю, что Субару и этот Мудрец похожи друг на друга…

Хотя Шаула надулась, Субару, и, конечно же, Эмилия, вынесли вердикт. Их вердикты были разумны. Однако Шаула все еще не выглядела убежденной.

Шаула: Это потому, что я не очень хорошо умею сравнивать лица людей. Мужчины и женщины просто разные, но после этого, разве вещи не примерно одинаковы? ……После этого, это уменьшается в размерах, не так ли?

Беатрис: Она посмотрела на Бетти прямо сейчас и сказала это, я полагаю, эта женщина.

Субару: Все в порядке, потому что быть милой и маленькой Беако - уникально. Если отбросить это в сторону, у тебя такое чувство красоты, и все же из всех людей ты называешь меня своим Мастером. Ты меня совершенно с кем-то путаешь!

Воспользовавшись оправданием Шаулы, Субару стряхнул с себя часть позора, накопленного им до сих пор из-за ложных обвинений. Во-первых, это было нелепое предложение. Конечно, ему даже не нужно было думать об этом, у Субару не было ничего общего с Шаулой, и это было облегчение.

По крайней мере, он так думал, но Шаула покачала головой и сказала:

Шаула: Ах. Мооооой поиск Мастера не был вопросом внешности, поэтому нет проблемы с этим.

Субару: "Не внешности", говоришь, тогда как ты узнала? По ауре?

Шаула: Твой запах.

Субару: “――――”

Шаула: Ну, нет, я имею в виду, я не могу думать ни о ком, кроме Мастера, кто позволил бы такому темному, резкому запаху, до такой степени, что мой нос, кажется, морщится, свисать с них.

Субару: Честно говоря, это первый раз, когда мои чувства были так задеты! Неужели я настолько плох?!

Когда прозвучало это ключевое слово, "запах", Субару на мгновение приготовился. Тем не менее, его готовность была разрушена одним ударом, выбранным Шаулой сразу после этого.

Шаула озадаченно посмотрела на Субару, чье лицо покраснело от ее неожиданной оценки.

Шаула: Почему ты разозлился? Ах, это потому, что я сказала “резкий”? Все в порядке! Запах мастера действительно плохой, но это тот тип запаха, который я хочу продолжать нюхать и нюхать! Это необычное кулинарное разнообразие, а не то, что заставляет блевать, так что это круто!

Субару: Девушки не говорят “блевать” и “это круто” вместе! Тебе не нужно было продолжать дальше!

Субару закрыл лицо ладонью, готовясь расплакаться на месте, чувствуя себя довольно пристыженным.

Субару: Ургх…… Я думал, что уже почти привык к тому, что люди так говорят, но такое унижение - это уже слишком. Что я тебе такого сделал……

Эмилия: В-все в порядке, Субару. Я все прекрасно понимаю. Ну что, искупаемся потом как следует?

Субару: Прекрасно понимаю это, мой зад!

Измученный, помятый Субару стал бесполезным. Беатрис вздохнула, глядя на Эмилию, утешавшую его со стороны. А потом она схватила Субару под мышку и навалилась всем весом ему на спину,

Беатрис: Я понимаю, почему ты приняла Субару за совершенно незнакомого человека.

Шаула: Я его не перепутала. Ты действительно дерзка для маленькой кусачки лодыжек, не так ли?

Беатрис: Извини, но эта маленькая, кусающая лодыжки, партнер твоего драгоценного Хозяина. Упс, ты приняла его за кого-то другого, так что на самом деле он не твой хозяин или что-то в этом роде. Прости.

Шаула: “――――”

Беатрис: “――――”

Между Беатрис и Шаулой беззвучно вспыхнули искры от их взглядов.

Предмет их разговора оказался полностью разбросан по всему месту, но даже если они попытаются вернуть его в нужное русло, людей, которые могли бы вернуть разговор в нужное русло, было слишком мало. Учитывая ситуацию, лицо здравого смысла получит короткий конец этой палки.

Рам: Беатрис-сама, давайте оставим борьбу до тех пор, пока мы не закончим. После нашего важного разговора вы сможете сами решить, кому принадлежит Барусу.

Беатрис: Субару никому не принадлежит, я полагаю.В этом и смысл.

Рам: ...Да, да.

Рам позволила себе принять гнев Беатрис, в то время как ее глаза наполнились шоком. И после того, как она ответила, Рам прищурилась и обратилась к Шауле, которая все еще смотрела на Беатрис с колючим взглядом.

Рам: В любом случае, если бы вы могли поговорить с нами, это было бы просто прекрасно. До сих пор вы не могли согласиться на серьезный разговор с нами, но не думаете ли вы, что сейчас было бы хорошо сделать это?

Шаула: Мхм, у меня есть разрешение Мастера, так что хорошо. Однако, говоря так, даже я не настолько хороша, чтобы отвечать абсолютно на все. Или, вернее, я должна сказать, что знаю не так уж много.

Рам: Просто эти ответы дают мне понять, что то, что тебя называют Мудрецом, - ошибка.

Гордо выпятив пышную грудь, Шаула беззастенчиво заявила о своем невежестве. В ответ Рам выпятила свою маленькую грудь, словно соперничая с Шаулой. Она фыркнула, демонстрируя свое превосходство больше, чем кто-либо здесь.

Рам: Ты Шаула, но не Мудрец. Тогда, интересно, Святой Меча и Божественный Дракон припоминают?

Шаула: Свяяятой меча и Божественный Драааакон?

Рам: Их зовут Рейд и Вулканика.

Шаула: Иииииииив!

Шаула высунула язык в ответ на вопрос Рам с таким выражением лица, словно пережевала что-то кислое.

Из ее ответа нетрудно было понять, что оба эти имени вызвали у нее тревогу. Когда Рам молча вытряхнула из нее это знание, Шаула покачалась слева направо, все еще сидя со скрещенными ногами, и сказала:

Шаула: Я их знаю. Махающий Палкой Рейд и Циник Вулканика - мои старые друзья. Я вообще не видела их с тех пор, как мы расстались, но они, должно быть, отлично справляются, верно?

Рам: Один из них…… Рейд мертв, очень давно.”

Шаула: Серьезно!? Он мертв, хотя был почти неубиваемым парнем!? Как он умер?! Он съел что-то странное?!

Рам: Срок жизни. Никто не может пойти против воли небес.

Шаула: Его жизненный срок…… Ах, понятно. Верно. Рейд был человеком.

Узнав о Смерти своего знакомо, Шаула с торжественным видом опустила глаза. Она казалась немного грустной, опустив плечи, уныло поникнув всем телом вплоть до конского хвоста.

Независимо от того, что она говорила и как вела себя до сих пор, ее фигура, оплакивающая смерть друга, была печальной.

В то время как он, наконец, восстановил равновесие, Субару также почувствовал что-то болезненное в груди, когда он посмотрел на лицо Шаулы сбоку.

Шаула: Значит, у Вулканики все хорошо?

Субару: Это потому, что он Дракон.

Шаула: Аах, Дракон, хах. Хотя, было бы лучше, если бы умер Вулканика, а не Рейд~

Субару: Эти слова, кажется, перебор, Эй.

Проявив лишь легкую грусть, Шаула быстро вернулась к себе. Лицо ее прояснилось, когда она с горечью заговорила о другом своем знакомом.

На это Рам задумчиво закрыла один глаз и сказала,

Рам: Ты помнишь Рейда и Вулканику…… В таком случае, ты должна знать имя своего Мастера, верно?

Шаула: “――――”

Субару и остальные затаили дыхание, услышав вопрос Рам.

Только лицо опрошенной Шаулы оставалось пустым, отвечая “Очевидно.”

Вопрос Рам действительно был весьма эффективен в разгадке тайны Мудреца.

Система Мудрец = Шаула теперь рухнула, так что если бы был кто-то, кто совершил поступки, необходимые для того, чтобы называться Мудрецом, кроме нее, естественно, они должны были бы встретиться с этим человеком.

Шаула по какой-то причине приняла Субару за этого человека, но имя, вероятно, не было чем-то, что можно было подделать. Субару молился, чтобы чудо, где Мудрец с именем Нацуки Субару не вышло бы из нее здесь.

И его молитва будет исполнена. ――Странным образом, который он не мог себе представить.

Шаула: Странно, что имя Мастера у тебя на уме. Учитывая, что он здесь, и хотя все вы - товарищи Мастера, вы не знаете этого?

Рам: Мне очень жаль, но твой Мастер ударился головой о унитаз и забыл кучу вещей.

Субару: Есть ли смысл в том, чтобы ограничить это туалетами?

Шаула: Мастер, ты опять это сделал……?

Субару: Опять!?

Когда Шаула сочувственно посмотрела на него, Субару почувствовал унижение, которого не должен был испытывать. Однако она вскочила, как будто поняла его ответ, и сказала,

Шаула: Тогда ты услышишь это от меня. Мастера зовут…… Да, это имя принадлежит знаменитому Великому Эрудиту. Конечно, называться кем-то вроде Мудреца - приличествует Мастеру!

Субару: Ближе к делу!

Шаула: Ты такой нетерпеливый~ Но это тоже похоже на Мастера.

Шаула сделала безвкусный жест, в котором было раздражение, но она высунула язык с надутым лицом на требование Субару. А потом она приложила палец к щеке и сказала ужасно детским жестом,

Шаула: Флюгель.

Субару: ……хах?

Шаула: Имя Мастера - Флюгель. Великий Эрудит Флюгель, Мастер Шаулы.

(П/п: Эрудит!? Ты имеешь в виду Мудрец? Это было довольно трудное решение, но термин, который обычно переводится как “Мудрец”, выглядит так: 賢者. Однако Шаула использует термин 賢人, который на самом деле является тем же термином, используемым в названии “Совета Старейшин” или “Совета Мудрецов”, как это иногда переводят. Отныне я буду переводить это как “Эрудит”, потому что Старейшина может создать ложное впечатление, что Флюгель был старым чудаком, хотя на самом деле это слово просто относится к кому-то мудрому, придавая ему менее обыденное чувство роли, но все же охватывая высокое положение добродетели, которое это слово несет в классическом китайском. Также важно отметить, что, похоже, Ехидна, Розваль, а теперь и Шаула все используют 賢人 вместо 賢者, когда говорят о Мудреце).

Все лицо Шаулы осветилось улыбкой, и она восхитительно выпятила грудь, как только произнесла эти слова.

Не было ни тени сомнения в том, что Шаула вкладывала в это глубокую любовь, благодарность и чистое уважение, и питала почтение и привязанность к Флюгелю.

Однако реакция Субару и остальных на это имя была разной.

Во всяком случае, он знал это имя.

Субару: ……Разве это не имя человека, который посадил дерево?

Сказав это, Субару вытянул шею, услышав имя той исторической личности, чьи судьбы пересеклись лишь однажды.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 20. Шаула ≠ Мудрец = Флюгель

Перевод: imy

***

――Выдающийся Великий Эрудит Флюгель.

Как только Шаула произнесла его имя, гордо выпятив свою пышную грудь и одарив их сильной улыбкой, Субару и остальные переглянулись, охваченные неприятным чувством, повисшим в воздухе.

Шаула: Хах? Что это за реакция? Я сказала что-то страаааное?

Субару: Нет, это потому что, что за?

Шаула широко раскрыла глаза, услышав мрачный ответ Субару и остальных. Ему стало жаль ее, которая являла собой само воплощение уверенности, словно говоря, что в ее словах нет ничего таинственного. Однако эмоции, которые Субару и другие питали к имени этого “Флюгеля”, были довольно сложными.

Великий Эрудит Флюгель.

Хотя титул, который она дала ему, к сожалению, был другим, Субару было знакомо это имя.

Это было имя того человека, с которым он пересекся лишь однажды с тех пор, как его вызвали в этот другой мир. Однако у него не было никакого знакомства с этим человеком, у него был только односторонний “Долг” с ним.

В любом случае, причина, по которой он знал его имя, заключалась в том, что у него был опыт, когда его жизнь была спасена благодаря поступку этого человека.

Субару: Великое Древо Флюгеля……Оно Флюгель-сана, верно?

Все, кроме Шаулы, коротко кивнули на ключевое слово, вырвавшееся изо рта Субару. Хотя, Мейли склонила голову в сомнении, как будто она не знала, говоря: “Что~о это?”

Мейли: Я ни~икогда раньше не слышала этого термина. “Великое Древо”, значит ли это просто дерево?

(П/п: Верно, フリューゲルの大樹 разумеется значит “Древо Флюгеля” или более точно “Великое Древо Флюгеля” при переводе на английский язык в аниме/других переводах. Но из-за замешательства Мейли этот отрывок может не иметь полного смысла. Поэтому я просто объясню это здесь. Мейли не понимает термин 大樹, и из-за того, что аниме/другие переводы всегда используют “Дерево”, я не могу просто изменить его на слова Субару, говорящего это на латыни или что-то в этом роде. Поэтому, когда вы читаете этот отрывок, имейте в виду, что это похоже на то, как если бы Субару использовал очень причудливое японское слово, которое ваша средняя Лоли не поняла бы.

Кроме того, очень интересный момент в этом слове, которое читается как: タイジュ, оно имеет общий омофон со словом: 大儒, что означает “Великий Ученый/Эрудит”. Я слишком ленив, чтобы исследовать этимологию происхождения этих слов, но я думаю, что это двойное значение важно.)

Субару: Да. Верно, есть чертовски огромное дерево, которое росло на Равнинах Лифауса в Королевстве Лугуника, и оно называлось Великим Древом Флюгеля. Оно настолько огромно, что, по слухам, могло почти дотянуться до облаков; это было нечто, что действительно могло пощекотать ваши мужские инстинкты.

Мейли: Хе-хе, Поня~ятно. Когда ты так говоришь, мне бы о~очень хотелось увидеть его.

Субару: Извини. Насчет этого, я его срубил.

Мейли: Братец такой злой!

Он быстро разрушил желание Мейли, и в результате, к нему обратились как к чему-то меньшему, чем человеку.

Строго говоря, вырубка дерева не входила в обязанности Субару. Тем не менее, именно Субару предложил срезать его и использовать, поэтому, когда дело дошло до разговора о том, кто был самым ответственным, Субару был единственным.

――Великое Древо Флюгеля стало его козырной картой год назад во время “Битвы за Покорение Белого кита".

Существование Великого Древа сыграло решающую роль в покорении этого Магверя Тумана, Белого Кита, учитывая, что древо было больше по размеру, чем это колоссальное животное. В конце концов, он мог сказать, что они срубили Великое Древо, прижали Белого Кита под ним, чтобы он не мог двигаться, и, наконец, нанесли ему последний удар.

Субару: Мне действительно жаль Флюгель-сана, который, как говорят, посадил его, но…… Я никогда не думал, что услышу его имя в таком месте.

Эмилия: Это то место, где видно пень, где проходили переговоры, которые последовали после битвы, верно? Я слышала, что они использовали срубленное дерево для разных вещей, хотя……

Юлиус: В настоящее время, там остался только пень, известный как Остатки Великого Древа Флюгеля. Он находится в статус-кво, где его охраняют как важную историческую достопримечательность, но через несколько сотен лет оно должно вернуться к тому, каким было раньше, следует полагать.

Эмилия и Юлиус ответили о том, что произошло, после того, как Субару удивился.

Сразу после покорения Белого Кита они покорили так же и Лень, и нападение Архиепископов Греха, в которое втянуло Круш и Рем, наложилось на это. И что еще хуже, сразу после того, как он присоединился к Лагерю Эмилии, произошла та суматоха, в которой он оказался прямо посреди Святилища. Однако, после всех этих неудачных событий переговоры о военных трофеях все же состоялись.

Там, дискуссия о великих деяниях против Белого Кита и Лени была основным моментом сопротивления, но, естественно, они также закончили обсуждением компенсации за нанесенный им ущерб. Одним из вопросов, которые они обсуждали, было Великое Дерево Флюгеля, а именно забота об оставшемся пне и эффективное использование самого срубленного дерева.

Между прочим, они считали, что Белый Кит практически бесполезен, поэтому его огромная туша была расчленена группой людей и сожжена. Только его череп был представлен Королевскому Замку в качестве доказательства его покорения.

В любом случае, отложим Великое Древо и вернемся к более важному Флюгель-сану.

Субару: Если подумать, я определенно слышал, как его называли Мудрец Флюгель.

Беатрис: Но, он Мудрец, о котором никто не знает, что он сделал…… Так что, начиная о странном, странно, что к нему обращаются как к Мудрецу, я полагаю.

Рам: Когда вы рассматриваете только его достижения, это правда, что его достижения бледнеют по сравнению с титулом Мудрец. Возможно, ему слишком нравилось трубить в рог о своих достижениях…… Такой же парень, как Барусу, хах?

Субару: Когда это я преувеличивал свои достижения!?

Субару стал довольно угрюмым, получив такую неожиданную оценку. Однако лицо Рам оставалось невозмутимым.

И, слушая этот обмен репликами, Анастасия проговорила "Понятно." Она была единственной, чье лицо выражало некоторое понимание,

Анастасия: Конечно, судя по рассказам, которые ходят повсюду, Флюгель-сан, возможно, недостоин называться Мудрецом, но…… Интересно, закончилось ли все так, как я подозреваю, когда Шаула-сан, к которому относились как к настоящему Мудрецу, оказался таким человеком.

Эмилия: Что ты имеешь в виду под “Закончилось ли все так, как я подозреваю?"

Анастасия: Достижения, которые распространяются, прямо противоположны…… Хмм, нет, наверное, это неправильно. Они взвешены с одной стороны, а не с противоположной. Я думаю, весьма вероятно, что они были более или менее навязаны ей нарочно.

Эмилия: Другими словами, ты имеешь в виду, что это было сделано так, будто Шаула-сан сделала то, что на самом деле сделал Флюгель-сан?

Услышав гипотезу Анастасии, Эмилия удивленно раскрыла глаза. После того, как Анастасия кивнула на её понимание, она повернулась лицом к Шауле еще раз.

Анастасия: У меня есть подозрения на этот счет, но Шаула-сан, что вы думаете? Интересно, ваш Мастер был из тех, кто пытается делать такие вещи, Шаула-сан?

Шаула: Да~, хотя я не совсем понимаю этот трудный разговор.

Субару: Тебе лучше не……

Шаула: Нетнетнетнет! Вы делаете поспешные выводы! Позвольте мне как следует продолжить то, что я собиралась сказать!

Сразу после того, как Субару прищурился на ее неопределенный ответ, Шаула покачала головой, как будто в испуге. А потом она подняла обе руки вверх и, бессмысленно моргая ладонями, открывая и закрывая их, сказала,

Шаула: Ееееесли честно, я многого не понимаю в мышлении Мастера. Но, когда дело доходит до Мастера, он был человеком, который действительно не любил выделяться. Так что, я думаю~, это очень похоже на Мастера - направить всю тяжесть назойливых сплетен на меняяяяя и убежать.

Субару: Я не думаю, что человек, который не хотел выделяться, посадил бы дерево, называемое Великим Древом Флюгеля, хотя……

Юлиус: Субару, ты все неправильно понял. Не похоже, чтобы Великое Древо Флюгеля было Великим Деревом с того момента, как его посадили. Прошло много месяцев и лет, пока, наконец, оно не достигло своего величественного вида от роста до полного расцвета. Учитывая, что имя человека, который его посадил, осталось, не так уж странно, что будущие поколения стали называть его так.

Субару: ……Я даже не знаю, что на это сказать.

Лицо Субару помрачнело, когда он понял объяснение Юлиуса.

Действительно, тогда это было бы одно из многих, но после многих долгих лет оно выросло в великолепное Великое Древо. Они, вероятно, хотели дать ему имя, и когда они пришли, чтобы сделать это, они закончили ввариантом “Тогда, давайте назовем его в честь человека, который его посадил“. Это было похоже на то, что было бы естественно.

Если это было так, то он чувствовал, что это было упущением Флюгеля оставить свое имя.

Субару: Если он хотел прятаться, то я чувствую, что он должен был избегать оставлять имя Флюгель в первую очередь. Неужели здесь чего-то не хватает?

Юлиус: Я читал об этом в книге, но если я не ошибаюсь, причина, по которой мы знаем имя Флюгель-сана, заключается в том, что… потому что “Флюгель был здесь” было вырезано на том Великом Древе, верно?

Субару: Как будто чего-то не хватает! Он как студент на экскурсии!?

Субару был ошеломлен этим эпизодом, когда казалось, что он жаждал внимания больше, чем ожидал.

Он вспомнил, что хотел сделать нечто подобное еще тогда, когда стоял рядом с Великим Древом, но когда дело дошло до того, чтобы действительно это сделать, ну, это была уже другая история. Когда Флюгель вырезал его, Великое Древо все еще не должно было быть Великим Древо в первую очередь.

Юлиус: Это имя стояло одно, и, таким образом, Мудрец Флюгель в конечном итоге закончил в легенде как загадочная историческая фигура, у которой нет почти никакой информации о нем, кроме того, что он посадил дерево.

Субару: Значит, вера в то, что Флюгель был тем, кто посадил дерево, тоже неясна?!

Юлиус: Насчёт этого, прошло время, и это было подтверждено как правда из уст другого Мудреца. Теперь, когда я думаю об этом…… Хммммм. Мы стоим в месте, которое битком набито пропавшей историей, разве это не заставляет твое сердце немного подпрыгивать?

Субару: Не начинай говорить так, будто ты исторический отаку……

Знакомый с малоизвестными историческими фактами нескольких столетий, Юлиус был глубоко тронут.

Юлиус имел склонность говорить слишком много, когда объяснял вещи, касающиеся магии, вместо того, чтобы иметь глубокое понимание этого, однако, возможно, у него действительно была сторона отаку здесь.

Эмилия: Но, хотя я понимаю, что Мудрецом древности на самом деле был Флюгель…… это все равно мало что меняет, верно?

Когда их мнения совпали относительно того, что Флюгель сделал это, Эмилия робко оглядела лица всех присутствующих. Встретив ее взгляд, Субару согласно кивнул.

Как Эмилия и сказала, тот факт, что именно Флюгель действительно стоял за легендарными подвигами прошлого, не имел для них большого значения в настоящее время. ――Нет, это совсем не так.

Субару: Нет, Эмилия-тан. Этот факт является довольно большой проблемой.

Эмилия: Хах?

Субару: Я имею в виду, разве это не должно быть? Наша цель с самого начала состояла в том, чтобы прийти сюда, чтобы услышать различные вещи от знаменитого Мудреца-сана, который, как говорят, всеведущ. Но, поскольку Мудрец-сан из слухов оказался совсем другим человеком, и все, что он оставил после себя - очевидно легкомысленную девушку, мы……

Шаула: Ооох, Мастер~, я хочу, чтобы ты не качал моей головой. Ты заставляешь её стучать-стучать.

Шаула выдала эту реакцию, полную шутки, когда он потряс ее за плечи.

Если он выразится не стесняясь в выражениях, она была далека от того, чтобы быть всезнающей при любом напряжении воображения.

Субару: Начнем с того, что наша первоначальная цель не может быть выполнена. ――Если Мудреца здесь нет, значит, мы проделали весь этот путь зря.

Каждый: “――――”

Эмилия и остальные держали рты на замке, услышав заключение Субару. Субару стиснул зубы от собственного заключения, наблюдая за реакцией каждого.

Прошло больше месяца, а Субару уже четыре раза умер.

Только защитник, который был Мудрецом только по названию, остался в Сторожевой башне Плеяд, до которой они добрались с таким трудом. Из-за этого они не смогут вернуть никаких результатов.

Реальность истории, истинное состояние Мудреца. Эти вещи не представляли для него никакой ценности.

Поскольку Субару желал только одного - спасти важных для него людей.

Субару: Шаула. Это может быть рискованно, но просто скажи мне вот что. Твой Мастер…… Тот, кто должен быть настоящим Мудрецом, Флюгель, где он?

Шаула: Прямо сейчас, если бы я ответила… “Прямо перед моииими глазами”, у меня такое чувство, что ты бы разозлился на меня! Но, я должна ответить так! Тот, кто прямо перед моииими глазами - это мой Мастер, Флюгель!

Субару: Я так и думал, что ты это скажешь.

Субару мог только вздохнуть в ответ на неутешительный ответ Шаулы.

На самом деле, нынешние чувства Субару были похожи на бесплодную пустошь, подавляя любое желание, которое он испытывал, желая разразиться гневом на оптимистичную Шаулу. Их обстоятельства были таковы, что они могли сказать, что их зацепки ни к чему не привели.

Проблеск надежды, который был Мудрецом, погас, и казалось, что все вернется к ним, слепо шарящим вокруг. Однако, последующая темнота, наступившая после того, как они однажды увидели ослепительное мерцание в темноте, имела другой вес.

Надежда давала людям силу шагнуть вперед, но, возможно, темнота, когда надежда покрывала ее, была чем-то, что окрашивало зрение людей в черный цвет, а не навсегда скрывало во тьме.

В любом случае, для Субару это означало, что――

Эмилия: Субару, послушай. Это, конечно, может быть так, но на самом деле это не значит, что мы в тупике.

Субару: Хах?

Эмилия положила руку на плечо Субару и заговорила с той стороны его лица, которая была мрачно опущена. Повернув к ней лицо, он увидел, что аметистовые глаза Эмилии полны непоколебимой надежды.

Коротко кивнув Субару, все еще касаясь его плеча, Эмилия продолжила говорить, обращаясь к Шауле:

Эмилия: Хотя до недавнего времени вы почти не говорили с нами, сейчас вы должны быть в состоянии поговорить с нами немного подробнее, верно?

Шаула: Конечно. Мне не нравится, когда Мастер чувствует себя слишком подавленным, но также я была совсем одна в течение такого долгого времени, так что я хотела бы поболтать.

Шаула ответила на многозначительный вопрос Эмилии добродушным взглядом, не меняя своего отношения. Она сидела, скрестив ноги, раскачиваясь взад-вперед, затем подняла правую руку и указала ею вверх.

Шаула: Я говорила немного об этом остальным, но мы находимся на самом нижнем этаже башни. Это Шестой Этаж, “Астеропа”. Когда вы поднимитесь, там Пятый этаж, “Целено”, затем Четвертый Этаж “Альциона”, а на сааамом верху Первый Этаж, “Майя”.

Субару: Вы назвали каждый из этажей? Разве это не было хлопотно?

Шаула: Разве не ты назвал их, Мастер?

Субару: У меня не такой уж плохой вкус, но я не хочу сейчас об этом говорить. Итак?

В глазах Эмилии появилась надежда, и настроение Субару росло в нетерпении от потока разговора Шаулы, который способствовал этому. Шаула расплылась в радостной улыбке, как будто заметила перемену в выражении его лица.

Все еще указывая наверх, она вытянула другую руку, левую, и показала ему свои пять пальцев.,

Шаула: Пятый Этаж, “Целено”, находится прямо наверху, на этом этаже вы найдете дверь, которая ведет наружу. Шестой Этаж, “Астеропа” находится под ним, так что фактически он соединяется прямо с подземной зоной. Если вы попадете не в то место, вас похоронят заживо, так что лучше не делать ничего безрассудного, например, не пытаться сломать стену.

Юлиус: Кстати, стены и пол выглядят так, как будто они сделаны из камня, когда вы впервые смотрите на них, но они обладают необычной силой. Позвольте мне только сказать сейчас, что они не были бы сколоты даже немного ни магией Эмилии-сама, ни моей, конечно.

Конечно, это, вероятно, не означало, что он пытался уничтожить их, но Юлиус тем не менее дополнил объяснение Шаулы. У него не было никаких намерений разрушать башню вообще, но он кивнул с “Понятно”, просто на всякий случай.

Субару: Итак, я понимаю, что на Пятом Этаже есть дверной проем, но как насчет тех, что выше?

Шаула: Четвертый этаж, “Альциона”, - он как мояяя жилая зона, простое место для моих входов и выходов. Мне нравится оставлять его грязным, так что я буду смущаться, если вы посмотрите на него слишком пристально~

Субару “――――”

Шаула: Мастер, ваши глаза выглядят серьезными. Как страшно……О-обычно я стою и наблюдаю за Песчаными Дюнами отсюда. А потом я прицеливаюсь и стреляю огнем в любого, кто приблизится к башне!

Субару: Значит, это действительно была ты.

Он уже наполовину догадывался об этом раньше, но теперь он мог быть полностью убежден благодаря ее показаниям. Белый свет с этой Сторожевой Башни Плеяд дважды убил Субару в Песчаных Дюнах, и это также было причиной того, что их команда была разделена на две после―― Виновницей была, как он и предполагал, Шаула.

Субару: Мы прошли через столько страданий из-за этого, как, черт возьми, ты собираешься это компенсировать?

Шаула: Извинитеизвините, я прооосто следовала инструкциям Мастера, когда вы говорите это, вы просто суетитесь из-за того, что я делала здесь последние сотни лет~

Субару впился в нее взглядом, говоря резким тоном, заставляя Шаулу вздрогнуть, ее лицо стало растрепанным. На ее лице не было злобы, и, более того, она не выказывала никаких признаков раскаяния.

Вместо того, чтобы испытывать чувство вины, она, казалось, вообще не испытывала его.

Это не было проблемой, где ей не хватало эмоций, а скорее…

Беатрис: Субару, в этом нет никакого смысла, что бы ты ни говорил. В ней нет ни раскаяния, ни вины, я полагаю. Она просто делала, что приказали.....Нет смысла спрашивать инструмент, который используют.

Шаула: Агаага, яяяяя инструмент Мастера! Маленькая кусачка лодыжек говорит хорошо!

У Шаулы была широкая улыбка, которая говорила: “Именно так я и думала”, когда она услышала дикое мнение Беатрис.

Ее настроение и выражение лица менялись непостоянно, а вместе с этим и его понимание ее нынешнего образа жизни―― Возможно, у Шаулы просто были другие ценности. Вероятно, именно поэтому они продолжали беседовать, как будто находились на разных волнах.

Другими словами,

Субару: Разговор с тобой становится очень утомительным.

Шаула: Вы всегда так говорили! Это было ооооочень давно.

Субару: Это так? Знаешь, я всегда так говорил, очень много лет назад.

Он чувствовал себя так, будто и сейчас, но Субару отмахнулся от этой мысли.

В любом случае, он понимал, что белый свет, исходивший от Сторожевой Башни, был делом рук Шаулы, и что он никогда не получит от нее никаких извинений или раскаяния.

В таком случае не было смысла прерывать их разговор. Он просто должен был продолжить разговор.

Субару: Насчёт Четвертого Этажа, твоя жилая площадь…… Типо, Твои жилые помещения. А что выше него?

Шаула: "Экзаменационный зал третьего этажа “Тайгета". ――Чтобы проверить права на вход в библиотеку.

Субару: ……В библиотеку?

Субару нахмурился, повторяя это слово как вопрос. Шаула спокойно кивнула ему в ответ, сказав “Угу”, не обращая внимания на изменение отношения Субару.

Шаула: Библиотека. Начиная с третьего этажа “Тайгета” и выше, там проходят испытания, и у каждого из них есть соответствующая библиотека. Если вы выполните условия, чтобы войти в библиотеку, то вы можете почитать книги внутри на своем досууууге.

Субару: Что написано в этих “книгах внутри”?

Шаула: Эррррр

Субару: Эррррр!?

Было неприятно, что она закончила с “Эррррр”, учитывая, что она сказала ему так много, принимая вид важности. Шаула неохотно покачала головой вместе с волосами, глядя на хмурого Субару, и сказала:

Шаула: Я не умею читать книги и прочее, мне не говорили ничего, кроме как охранять башню.

Субару: Это было от твоего Мастера…… От Флюгеля?

Шаула: Да!

Для Субару было бы невозможно ответить, независимо от того, что она сказала это так гордо.

Хотя Субару только склонил голову в сомнении на слова Шаулы, Эмилия и другие все еще сохраняли серьезные взгляды на своих лицах, надежда, которую они держали в своих глазах, все еще была там.

Беатрис: Субару, то, что лежит в книгах библиотеки - это знание, я полагаю.

Субару: Под “знанием” ты не подразумеваешь его в буквальном смысле, верно?

Субару спросил в ответ, услышав выражение Беатрис.

Как правило, то, что записывалось в книгах, было знанием, за исключением вымысла, конечно. То, что вы получали из книг, было либо богатством знаний, либо глубокими, трогательными впечатлениями.

Но, вероятно, не это было смыслом того, что пыталась сказать Беатрис.

Беатрис покачала головой, сидя на коленях Субару.

Ее длинные сверлящие кудри проследили движение ее головы, она заговорила с Субару, который следил за этим движением своими глазами.

Беатриче: Это место, где спит знание, записанное Мудрецом, известным как всеведущим. Я слышала, что Сторожевая башня Плеяд - это название, используемое снаружи.

Шаула: Ага. С тех пор как Мастер вернулся внутрь, башня вернется к своей первоначальной роли. Великая Библиотека, где вы можете искать все, что вам нравится, будь то то, что вы хотите знать, или то, о чем вы бы хотели хотели быть в курсе―― Вы можете сделать это в Плеядах.

***

Субару: Значит, Третий этаж находится на Начальном уровне. Второй этаж находится на Промежуточном уровне. И получить доступ к информации высшего класса можно на Первом этаже, я думаю. Таким образом, это должно означать, что Испытания являются Квалификационными Испытаниями для получения разрешений, верно?

Шаула: Оххх, как и ожидалось от Мастера! Даже я все больше и больше запутываюсь в том, о чем вы говорите! Но, может быть, лучше не усложнять.

――Великая Библиотека Плеяд.

Название Сторожевой Башни из вполне приветливого превратилось в весьма подозрительное. Субару и остальные, выстроившись за кормой, покинули Шестой этаж и начали подниматься по лестнице на верхние этажи.

Винтовая лестница несла Субару и остальных на верхние этажи, извиваясь по кругу внутри башни. Однако, поскольку перил не было, чем выше он поднимался, тем холоднее становилась его кровь.

Субару: Это страшно.

Эмилия: Субару, если ты боишься, то держи меня за руку? Поскольку ты еще не полностью восстановился, и ты нетвердо стоишь на ногах, ты действительно можешь упасть……

Земля Шестого этажа уходила далеко вдаль, и Джиан вместе с Драконьей Повозкой выглядели отсюда довольно маленькими. Эмилия крикнула это Субару, который смотрел вниз, затаив дыхание.

По правде говоря, ему хотелось взять ее за руку и насладиться ощущением ее бледных пальцев, но…

Субару: Спасибо, Эмилия-тан. Но, я сейчас в порядке. Пока не похоже, что я упаду, потому что лестница довольно широкая, и я все еще полон энергии и сил.

Эмилия: Правда? Но, если ты думаешь, что это становится трудным, ты сразу же скажешь мне, верно? Я могу нести тебя на спине, если понадобится.

Субару: Если так…… Тогда я не позволю этому случится.

Впечатление от того, что Эмилия несет вверх по лестнице на спине, было, как и ожидалось, слишком ужасающим. Он скорее отдал бы это Юлиусу, если бы он решился на такой недостойный для мужчины шаг.

Юлиус: Что такое?

Субару: Это тоже было бы худшим способом. Ох, ничего особенного. Продолжай подниматься, продолжай!

Заметив взгляд Юлиуса, который только что повернул голову, Субару помахал ему рукой. Тот же в ответ пожал плечами и продолжил подниматься по лестнице, все еще держа Анастасию за руку.

Прямо сейчас они смотрели на верхние этажи башни, продвигаясь пешком. Они не торопились, поэтому шли неторопливо, что контрастировало с их чувством тревоги. Юлиус и Анастасия шли впереди, за ними следовали Рам и Эмилия, затем шли Субару и Беатрис. И, наконец, Шаула и Мейли замыкали ряд.

Мейли: Воа~а, голая Сестрица, не тряси так сильно.

Шаула: Хаааах, ты действительно властная маленькая кусачка для того, кто сидит у меня на плечах.

Мейли: По~тому что, я со~нная. Мы идем~ уже целую вечность, и я не могу подняться и спуститься по лестнице с таким количеством ступенек.

Шаула: Да, но почему я должна нести тебя……! Перестань дергать меня за волосы!

Какой бы суетливой она ни была, в их разговоре не было резкости.

Группа Шаула/Мейли, замыкающая их ряд, была, как это ни невероятно, такова, что Шаула несла Мейли на плечах, пока они поднимались по лестнице. В начале, когда они решили начать подниматься наверх, Мейли воспользовалась случаем пожаловаться, что у нее устали ноги. Однако, Шаула сказала, что она не против понести ее на спине, поэтому он оставил это ей.

Субару: Если дело доходит до реальной физической силы, похоже, что Шаула, скорее всего, самая сильная…

Беатрис: Это точно, я полагаю. ――Субару, не теряй бдительности. Несмотря на ее внешность, мы не знаем, когда она покажет свои клыки, я полагаю.

Субару: Эта женщина? Ты получаешь такое впечатление от нее?

Беатрис: Мы не знаем, как она отреагирует, если выяснится, что ты на самом деле не Флюгель.

Субару: Это……

Субару закончил заиканием, услышав ответ Беатрис, которая тихим голосом призывала его к осторожности.

Не то чтобы он не думал об этом, но он не думал, что это будет проблемой, если он оставит это на краю своих мыслей. На самом деле, Шаула вела себя довольно дружелюбно по отношению к его группе――Нет, к Субару, и это было только потому, что она продолжала ошибочно принимать его за своего Мастера.

И, Субару и остальные знали, что его отношения с ним были чем-то, что она совершенно не понимала. До сих пор он много раз отказывал ей в этом, но Шаула просто улыбалась и не обращала на это внимания. На самом деле, вместо того, чтобы игнорировать это, это было больше похоже на то, что ей было все равно, сколько раз она это слышала. Но, в любом случае, до нее это не дошло.

Таким образом, отношение Шаулы не изменилось, и он мог даже считать это безопасностью――

Субару: Это означает, что мы не будем знать, какой триггер приведет к тому, что все рухнет.

Беатрис: Я не сомневаюсь, что все закончится довольно тревожно, если она станет врагом, я полагаю. У нас не было бы другого выбора, кроме как объединить мою и твою силу, а также силу Эмилии и этого рыцаря… Юлиуса.

Субару: Сила Шаулы, хах?

Он бросил быстрый взгляд на Шаулу, возившуюся с Мейли.

Несмотря на ее неприличную внешность, в ней было что-то дружелюбное и беззащитное―― С момента их первой встречи, вплоть до их последующих бесед, она была личностью, о которой трудно было судить во всех отношениях.

Однако, хотя Субару в настоящее время не мог решить, какое отношение иметь к Шауле, в ней не было никакой затаенной враждебности, которая выделялась бы в ней, вот как это выглядело.

Хотя она вела себя с ними дружелюбно из-за того, что приняла его за кого-то другого, и хотя они были встречены таким неосторожным приемом с ее стороны, было труднее не любить ее, чем быть сбитым с толку ею.

Однако, он не должен путать такие чувствительные эмоции с отсутствием надвигающейся опасности.

Субару: “――――”

Переводя взгляд на их беззащитные конечности и украдкой поглядывая на состояние Шаулы, Субару задумался.

Она призналась, что именно она целилась в Субару и остальных в песчаных дюнах и бросала в них эти вспышки света с башни. Скорость этих вспышек света, а также точность их прицеливания были неестественными, их было достаточно, чтобы дать ему представление о высоте истинной силы Шаулы. Прямо сейчас Субару даже не знал, были ли эти вещи магией или нет.

И вдобавок ко всему, были ещё и те последние мгновения в подземной зоне песчаных дюн.

То, что осталось в его ужасно мутном сознании, прежде чем он потерял его, должно быть, было Шаулой, которая дралась с этим отвратительным на вид Кентавром.

То чудовище, о котором можно было думать только как о воплощении абсурда или возмутительности, было внезапно разорвано на куски более мощной силой, и он своими глазами видел, как его унесло прочь.

Он не хотел признавать этого, но если он окажется в прямом бою против Шаулы, представлений о том, что он сможет победить ее, не существовало бы.

Регулус, Петельгейзе и им подобные были куда более легкими противниками.

Субару: ……Ургх, не знаю почему, но всякий раз, когда я вспоминаю этих парней, меня охватывает отвращение. Нет, это вполне разумное чувство, но я испытываю знакомое отвращение.

Беатрис: Я не знаю, о чем ты думаешь, но мы должны быть осторожны, я полагаю.

Субару: Ага. Если это так... тогда, думаю, спросить ее будет быстрее.

Беатрис: Хах?

Сразу после того, как Беатрис в замешательстве ответила, Субару одновременно повернул и себя, и ее. Повернув ноги на лестнице так, чтобы они смотрели назад, Субару повернулся прямо к Шауле и Мейли.

Шаула остановилась и наклонила голову.

Шаула: Что случилось, Мастер? Не может быть, чтобы Мастер тоже устал, верно? Для меня не было бы проблемой нести тебя, но моя спина уже занята этой девочкой, которая ведет себя как маленькая принцесса, понимаешь?

Субару: Это само по себе произвело бы сильное впечатление, так что я пас. Ах, хотя мне жаль, что я встаю между вами, счастливо игравшими с конским хвостом……

Шаула: Это не конский хвост, это скорпионий хвост.

Субару: “――――”

Шаула: Это скорпионий хвост.

Шаула повторила то же самое молчаливому Субару, как будто она была заезженной пластинкой.

Схватив один из пучков ее конского хвоста, Шаула с готовностью поднесла его к лицу и сказала,

Шаула: Скорпионий хвост……

Субару: Я понял! Что за настойчивость! В любом случае, мне очень жаль, что я мешаю вам с Мейли, но есть кое-что, о чем я хочу спросить.

Шаула: Мхм! Если Мастер хочет что-то сказать, я готова выслушать все, что угодно! Яяяяя рада, что ты так со мной разговариваешь, Мастер~

Шаула восторженно взмахнула своим конским… Э-э, вернее, своим скорпионим хвостом.

В результате этого Мейли, сидевшая у нее на плечах, получила удар одним из взмахов хвоста. Субару уже испытал это неожиданно мягкое, приятное ощущение хвоста, но отложив это в сторону,

Субару: Ты ведь послушаешь, что я скажу?

Шаула: Не непристойные вещи, верно?

Субару: Даже близко нет посыла к этому. Ты что, дура?

Шаула: Довольно глупо со стороны Мастера так говорить, не так ли? Теперь мы квиты!

Субару остался в шоке, так как он не мог поспевать за Шаулой. Обычно большинство людей заканчивали тем, что выбивались из ритма, когда они смешивались с темпом разговоров Субару. Из-за этого поиск подходящей темы для начала разговора сводился к Субару, но на этот раз это будет трудно сделать.

Сложность подхода по-прежнему будет отличаться от таких отклонений, как Архиепископы Греха. В их случае было трудно наладить с ними разговор, но в случае с Шаулой все было иначе.

Он чувствовал промедление, пропорциональное тому, что не понимал своего противника, в то время как она понимала его.

Как будто у Флюгеля, Субару и бог знает кого еще действительно было много общего.

Субару: В любом случае, у меня есть вопрос и просьба. Мне нужно, чтобы ты ответила на них как можно честнее и послушнее.

Шаула: Это не похоже на просьбу. Это могло быть приказом.

Субару: Я не настолько властный. Итак, вопрос…… Ты напала на нас из башни, верно? Что, черт возьми, это было?

Шаула: Это был Адский Бекас, снайперская атака, используемая для того, чтобы надоедливые мухи не приближались к башне.

Субару: ……Что?

Шаула: Адский Бекас.

Когда она сказала это по-английски, сияя, лицо Субару стало угрюмым.

Ну, ухм, это имя он знал.

Шаула: Хоооотя, если подумать сейчас, я так рада, что Адский Бекас не попал в Мастера. Если бы Врата Измерения не были подняты, я, возможно, бросала удар за ударом, пока они не попала бы Мастера.

Субару: Погоди-погоди-погоди, слишком много новых слов! Измерение?

Шаула: Врата Измерения. Это трюк, чтобы помешать людям добраться до башни.

Из того, как говорила Шаула, Субару понял, что эти Врата Измерения, как и всё остальное, отрезали им путь к Цветочному Лугу благодаря тому “Песчаному Времени”, но даже так, искажение пространства было снято усилиями Е・М・Т в конце концов.

Шаула: Но, благодаря этому я узнала, что Мастер на самом деле Мастер, так что в конце концов все обернулось хорошо. Если бы в Мастера попали, Он бы точно разозлился на меняяя.

Субару: Ух, хах, да, наверное. Надеюсь, тебе сойдет с рук только то, что я злюсь на тебя.

На самом деле, он был поражен и умер дважды, поэтому он был обеспокоен тем, сможет ли он даже подняться до этих уровней гнева.

Редко случалось, чтобы его гнев не вспыхивал резко при встрече с виновниками, что убили его. Одной из причин, почему этого не произошло сейчас, было то, что он понимал, что это был какой-то несчастный случай, и что было бессмысленно даже преследовать ответственность Шаулы.

Мейли: Но~о, если бы тебе удалось ударить его, Братец был бы мертв, не так ли? Если бы это случилось, то я не думаю, что мы говорили бы о том, злится он или нет.

Сидя на спине Шаулы, Мейли вмешалась в разговор вместо Субару, который был наполовину поглощен своим прощением. Услышав ее слова, Шаула разразилась довольно неприятным, неконтролируемым смехом.

Шаула: Что ты говоришь, маленькая кусачка? Не может быть, чтобы мооой Мастер умер от чего-то подобного? Потому что с самого начала Мастер всегда был кем-то, кто никогда не может сказать, мертв он или нет.

Мейли: Нон~о, Песчаный Червь-чан так сильно пострадал, и в конце концов он умер, так что~……

Шаула: Мне наплевать на такие вещи, как Черви или Медведи. Мооой Мастер не умрет, вот что важно. ――Если бы он умер, это означало бы, что он мне не Мастер.

Рассеянно улыбаясь, Шаула посмотрела на Субару восхищенными глазами. По спине Субару пробежала дрожь, когда она повернула к нему свое невинное, улыбающееся лицо.

Невинность, как у ребенка, и вера, равная беззащитности. То, что она вложила во Флюгеля, было идеалом, который она твердо создала в себе сильнее, чем он осмеливался себе представить.

В соответствии с опасениями Беатрис, если когда-нибудь наступит время, когда она не согласится с нынешним Субару, то…

Шаула: Приношу свои извинения за то, что я поздно забрала вас из Песчаного Дворца. Пока я впускала другую группу в башню, Мастер и остальные вместе с ним продвигались в е глубину, так что я была в полном смятении.

Субару: Аах, нет, все в порядке…… Хотя, погоди, ты сказала “Песчаный Дворец”?

(П/п: 砂宮 – Может означать либо Песчаный Дворец, либо Песчаная Святыня на английском языке. Оно не использует те же кандзи, что и Святыня, где запечатана Ведьма, а именно: 祠, но между ними может быть этимологическая связь, если кто-то захочет исследовать.)

Шаула: Действительно. Там действительно опасно, так что лучше вам туда не соваться. Безрассудно приближаться, не имея всех ключей, даже если это вы, Мастер. Там также рыщут Голодные Конные Короли.

Субару: Голодные Конные Короли.....Ты имеешь в виду этих конеподобных монстров?

Песчаный Дворец, Ключи, Голодные Конные Короли. Было много слов, которые давили на его разум, но его ум блуждал к последнему из них, Голодным Конным Королям.

Возможно, это относилось к тому Кентавру.

Шаула кивнула в ответ на его вопрос.

Шаула: Этих тварей не было здесь в то время, когда здесь был Мастер, поэтому я подумала, что ты удивишься. По сути, они просто бродят внутри Песчаного Дворца, так что вы не встретите их, если не отправитесь туда. Но время от времени кто-нибудь из этих парней отваживается выйти наружу, поэтому я иду и уничтожаю их без всякой жалости.

Субару: Их много?

Шаула: Тонны и тонны.

Субару почувствовал настоящее отвращение от всего сердца, услышав, как Шаула без колебаний подтвердила это.

Боевая мощь Кентавра = Голодного Конного Короля, и, конечно же, его внешний вид и экология - все это вызывало чувства неописуемой неприятности. Он надеялся, что, если это возможно, там был только один экземпляр, но, похоже, это было не так. Она сказала ему это, используя выражение “тонны и тонны”.

Мейли: Голодный Конный Король…… Я также не знакома с этим и~менем. Я бы хотела взглянуть на него, наве~рное.

Субару: Прекрати! Это не то, что ребенок должен видеть……

Мейли: Б-братец……

Субару очень строго предупредил Мейли, которая произнесла эти опрометчивые слова. Возможно, эти слова задели за живое сердце Мейли, которая была чем-то вроде Коллекционера Магверей, но он не рекомендовал бы ей пытаться связаться с ним, чтобы пополнить коллекцию.

Шаула кивнула, соглашаясь со словами Субару.

Шаула: Я думаю, что лучше этого не делать. Голодные Конные Короли - это Магвери с концепцией, что их рога могут регенерировать снова и снова, поэтому вы не можете договориться с ними, как с другими Магверями. Убивать всех, таково их правосудие.

Мейли: Бле, я понима~аю.

Надув губы жестом, соответствующим ее возрасту, Мейли подавила свое любопытство.

Чувствуя себя заново пережившей эту ситуацию, Шаула еще раз заговорила с Субару, сказав: “Итак,”

Шаула: Мастер, это все, о чем вы хотели поговорить?

Субару: Аах, пока это Нет, подожди, это еще не все.

Шаула: “――――?”

По-прежнему склонив голову, Шаула приготовилась принять его вопрос в позе “Давай!”. Учитывая, что она до сих пор открывала им свое сердце, с его стороны было совершенно неискренне продолжать сохранять бдительность. Но иногда приходится закалять сердце, как бы больно это ни было.

Если бы он мог что-то изменить, просто сказав одну вещь, готовясь к будущему, то это было бы случайностью.

Субару: Шаула, это моя просьба. Не причиняй мне или моим товарищам вреда.

Шаула: “――――”

Субару: Твой Мастер приказал атаковать любого, кто приблизится к башне……Так я полагаю? Поскольку мы находимся внутри, мы не охвачены этим. Так что тебе больше нет нужды нападать на нас. Не причиняй нам вреда. Абсолютно никакого.

Шаула: “――――”

Шаула прищурилась, глядя на Субару, который повторил свои слова еще раз, чтобы быть абсолютно уверенным.

Глядя в ее прищуренные глаза, он увидел, что они темно-зеленого цвета. Шаула, чье лицо было почти всегда улыбалось с тех пор, как они познакомились, перестала улыбаться, как будто впервые глубоко задумавшись.

На какое-то время воцарилась тишина. Субару, который задержал дыхание из-за этого странного напряжения, не выдержал и выдохнул. Затем,

Шаула: Ммм, хорошо. Яяяя запомнила это слово в слово как новую команду от Мастера~

Субару: “――――”

Шаула: Мастер?

Сразу же после того, как она решила принять это, черты лица Шаулы изменились, вернувшись к своему легкомыслию. Шаула придвинула свое лицо очень близко к лицу Субару, чьи глаза расширились, не следя за ее внезапной сменой позы.

Их глаза посмотрели друг на друга в упор, но он не мог найти никакого обмана или нечестности в ее зеленых глазах. По крайней мере, насколько мог видеть Субару.

Субару: Все в порядке с этим?

Шаула: У меня нет выбора. Так сказал Мастер. Это не особенно трудно. Не-насилие, не-повиновение.

Субару: Раз ты собираешься следовать приказу, не значит ли это, что ты будешь подчиняться?

Шаула: Даже если бы ты мог делать с моим телом все, что тебе заблагорассудится, я не позволила бы тебе вырвать мое сердце!

Субару: Какая же ты заноза в заднице……!

Он ткнул Шаулу в лоб, лицо которой напряглось, чтобы заставить ее сделать шаг назад. Шаула упала, издавая “ААУУУУУУ”, заставляя Мейли паниковать на спине, хотя она была в безопасности.

В любом случае, просьба Субару почему-то выглядела так, будто она была с готовностью принята. Было неясно, насколько это будет эффективно, но, по крайней мере……

Субару: Пока я не подведу ее, обещание должно держаться.

Беатрис: Если это единственное требование, то все будет хорошо. Ты ожидаешь, что подведешь ее, но ты этого не сделаешь, я подагаю.

Субару: Я действительно благодарен за то, что меня так высоко ценят, но в данном случае, разве эта часть ожиданий, в которой, как ты думаешь, я не подведу ее, не слишком оптимистична? Что бы сделал Флюгель? Стоит ли мне отрастить крылья? Похоже, он немец.

На этой теме Субару показалось, что Флюгель - это немецкое слово, означающее “Крылья”.

Он никогда не ожидал, что будет вытаскивать оттуда вещи, но это также было подозрительно. Во всяком случае, этот Флюгель, в сочетании с именем Шаулы, вонял рыбой, как черт.

Субару: Правильно, Шаула. У меня к тебе только один последний вопрос.

Шаула: Какой~?

Щеки Шаулы щипала Мейли, ее лицо выглядело совершенно вяло.

Все еще стоя спиной к Шауле, Субару заговорил небрежным жестом,

Субару: Майя, Электра, Тайгета, Альциона, Целено, Астеропа.

Беатрис: ……Субару?

Беатрис, стоявшая рядом с Субару, озадаченно посмотрела на него, когда услышала, как Субару произносит эти слова.

Они были просто цепочкой слов, которые не должны были иметь никакого смысла, когда слышишь только их звуки.

Конечно, они только что слышали о четырех из этих слов, но это были не те слова, которые так легко запомнить, чтобы повторить их по памяти. ――Учитывая, что это были незнакомые слова.

Субару: Все это, по порядку сверху вниз, это названия этажей Сторожевой Башни Плеяд…… Э-э, я имею в виду названия этажей этой Великой Библиотеки Плеяд, верно?

Шаула: Правильно~

Субару: Так где же Меропа?

Шаула: “――――”

Шаула снова замолчала, услышав вопрос Субару. Однако эта тишина отличалась от предыдущей, это была тишина удивления, как будто она была застигнута врасплох.

Было слышно, как у нее перехватило дыхание; Субару решил, что ему удалось коснуться правды.

Беатрис: Субару, о чем ты ее спросил? Что значит "Меропа"?

Субару: Это имя последней из семи сестер. Было бы странно не иметь семерых в Плеядах.

Этажам было присвоено шесть имен - от первого до шестого. Однако имена, которые следовали за этим мотивом, были с самого начала, семь сестер―― Этаж с прикрепленным к нему седьмым названием должен существовать.

Субару: Если это не Седьмой этаж…… тогда, я думаю, это будет Нулевой этаж.

Шаула: Верно, Нулевой этаж. Мастер назвал их, так что это естественно…… Однако, это место было сделано после того, как Мастер ушел, так что вы не должны знать, где оно находится.

Шаула ответила на догадки Субару хриплым голосом. Субару почувствовал, как Беатрис вздрогнула от неожиданности, но он облизнул пересохшие губы и прищурился.

Он не испытывал никакого чувства достижения, обнаружив что-то скрытое. В конце концов, это было потому, что это не было чем-то, что было скрыто для Субару.

Субару: Если Первый этаж - это самый высокий этаж, то Нулевой этаж должен быть супер-самым высоким этажом? Что касается входа в него, то………

Шаула: ――Нет.

Шаула быстро прервала слова Субару, который собирался спросить ее, как попасть на него. Почувствовав силу в ее голосе, Субару бросил на нее быстрый взгляд. Когда он это сделал, то увидел, что выражение лица Шаулы не изменилось.

Она все еще улыбалась с выражением честности на лице. Однако в ее глазах появилось слабое выражение одиночества.

Шаула: Вы еще не выполнили условия. Мастер вернулся, чтобы увидеть меня в середине своего путешествия, и я довольна этим. Вот почему Нулевой этаж - это "Нет".

Субару: “――――”

Хотя тон ее голоса все еще не изменился, вместо этого он ощущался как твердая стена до такой степени, что это казалось странным.

Обещание, которым они обменялись несколько минут назад, и всепроникающая опасность, которая вполне могла потрясти его даже до глубины души, сильно взывали к чувству опасности, которое исходило от нее.

Таким образом, Субару отказался от дальнейших расспросов об этом месте.

Субару: Попался. Я больше не буду говорить такие глупости. Мы просто выполним наше прежнее обещание.

Шаула: Поняла Поняла~ Я сохраню его~ Я буду супер-хранить его~

Шаула расплылась в широкой улыбке, пребывая в приподнятом настроении, словно забыла об их нынешнем разговоре. Субару глубоко вздохнул, прислушиваясь к ее бодрому голосу.

Беатрис: Субару, если станет слишком, ты скажешь, верно?

Субару: Ммм, все в порядке. Просто у меня столько всего на уме.

Услышав взволнованные слова Беатрис, он слабо улыбнулся и ласково погладил ее по голове. Когда он это сделал, Беатрис ничего не смогла сказать, но это также был ритуал для Субару, чтобы успокоиться.

Ненормальность Флюгеля стала очевидной в его разговоре с Шаулой. В этом не было ничего особенного. Он был таким же, как Субару.

Субару, Ал, Хошин и Флюгель.

Человек, который жаждал всеобщего внимания, принес знания, которых не должно быть в этом мире, и демонстративно оставил их. Он больше не сомневался, что Флюгель - человек из того же места, что и он.

Субару: Столетия назад, хах?

После долгих размышлений об этом, Субару яростно почесал затылок.

Что он чувствовал в этом другом мире, о чем думал, к чему стремился, чего искал――

Чего хотел этот человек, который, казалось, отказался от имени “Мудрец” и посадил дерево?

Размышляя о таких вещах, он задался вопросом, живет ли он еще в этом мире.

Затем, подойдя со спины Субару――

Шаула: Мастер

Субару: Ммм?

Шаула небрежно окликнула его. Не останавливаясь, Субару просто повернул лицо, чтобы взглянуть на нее. Шаула посмотрела на Субару, выглядя немного застенчиво.

Ее лицо было украшено поистине восхитительной улыбкой,

Шаула: Добро пожаловать домой, Мастер. ――Эта Шаула всем сердцем ждала возвращения Великого Эрудита Флюгеля.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 21. Испытание Монолита

Перевод: imy

***

Что касается приветственных слов Шаулы―― Хотя Субару и понимал, что они были неправильно направлены другому человеку, он решил, что в конце концов примет их, не отрицая.

Был также совет Беатрис.

Не было никаких сомнений, что с практической точки зрения позволить Шауле принять Субару за Флюгеля было для них весьма удобно. Теперь это означало, что исход, когда Шаула станет враждебной и начнет битву, не обязательно закончится тем, что они будут рассеяны ее подавляющей силой.

Поскольку сейчас она относилась к ним благосклонно, Субару мог, по крайней мере, притупить свою атакующую руку. Хотя, если бы он сделал это, учитывая, что у него не было реальной силы даже при самых лучших обстоятельствах, этого, вероятно, было бы достаточно, чтобы в конечном итоге стать главным фактором, заставившим его совершить колоссальную ошибку.

Эмилия: Не волнуйся, Субару. Даже если Шаула поймет, что на самом деле ты не её Мастер, я уверена, она не сделает ничего ужасного.

Это были слова Эмилии, которая, казалось, подслушивала их разговор.

Эмилия, чьи серебристые волосы были заплетены в длинные косы, уверенно заверила в этом Субару, теребя пальцами кончик одной из своих кос.

Субару: Я рад одобрению Эмилии-тан, но…… Что за этим стоит?

Эмилия: Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду под выражением “Что за этим стоит”, но, Шаула хорошая девушка, не так ли? Она спасла тебя, да и нас тоже, так что я могу сказать, что мы все поладим. Если мы это сделаем, то не будет никакой необходимости сражаться, верно?

Субару: ……Верно.

Ее мнение было чересчур оптимистичным, но он мог сказать, что быть слишком пессимистичным - тоже плохая привычка.

Даже если Шаула узнает правду, это не значит, что она сразу станет агрессивной. Даже если факты выплывут на свет, Шаула должна держать себя в руках, чтобы не подраться по собственному усмотрению. Итак, мысли Эмилии о том, что они должны поладить, не были такими уж ошибочными, по крайней мере, он мог позволить себе так думать.

Причина этого намерения была не расчетливой целью, как взывание к эмоциям, а скорее потому, что он не хотел бороться с ней.

Рам: Не принимай грубые идеи Эмилии слово в слово, Барусу. Мы находимся в Сторожевой Башне Мудреца, и нам нужно бросить ей вызов, чтобы хотя бы вернуться к песчаным дюнам. Мы ничего не потеряем, если будем держать бдительность как можно дольше.

Эмилия: Господи, ты так быстро все объяснила, Рам. Ты действительно должна немного расслабиться……

Рам: Результатом того, что я потеряла бдительность, стало то, что меня бросили в подземелье вместе с Барусу и Анастасией-сама. При том, насколько я деликатна, это чувство отчаяния было невыносимо…… возможно, именно поэтому Эмилия-сама вы понятия не имеете об этом.

Эмилия: Ммм, наверное. Но, конечно, если это подземная зона вокруг этого места, о которой вы говорите, то разве это не должно было быть для тебя небольшой проблемой? Не знаю почему, но я в действи-и-ительно хорошей форме с тех пор, как приехала в Песчаные Дюны Аугрии.

Казалось, Эмилия ответила на резкие слова Рам довольно непринужденно. Отношения Эмилии и Рам как госпожи и слуги были довольно хорошими с прошлого года. То, как Рам говорила и вела себя по отношению к Эмилии, свидетельствовало о некотором недостатке уважения, но Эмилия выглядела так, словно не могла не радоваться такому обращению.

Эмилия, которая пережила травму дискриминации и презрения, возможно, наоборот почувствовала, что в словах Рам не было такой враждебности.

Субару: В любом случае, Эмилия-тан, что ты имеешь в виду, говоря, что ты в хорошей форме?

Эмилия: Как бы это сказать, воздух хорошо сочетается с моей кожей. Мана также имеет немного другой тон в зависимости от страны или региона, в котором вы находитесь, поэтому я думаю, что происходит что-то подобное происходит, но……Мана в этом месте особенно хорошо сочетается с моей кожей. Хотя, наверное, я не должна была бы этому радоваться.

Субару: Ну, полагаю. Но учитывая, что это место, где запечатана Ведьма, полное этих Магверей…

Эмилия сжала кулак, словно почувствовала прилив сил. Однако сразу же после этого на ее мрачном лице появилась горькая улыбка. Ее мнение, несомненно, было ободряющим, но он сочувствовал ее настроению.

Следуя тому, что он упомянул выше, он был безмолвно благодарен, что сила Эмилии выросла в этой области, в которой они находились, которая была полна опасностей с Ведьмой и Магверями. Тем не менее, фигура, которую победила Шаула, была выгравирована в сознании Субару, так что это не было причиной, которая могла бы в конечном итоге дать ему некоторый оптимизм.

Субару: Хотя, условия изменились. В отличие от того, что было раньше, когда она могла напасть на нас из башни, а мы ничего не могли сделать, теперь, когда расстояние такое, что вы можете видеть лица друг друга, Эмилия-тан не должна в конечном итоге проиграть ей.

Шаула: М? Что такое?

Субару: Ничего, просто говорил о том, что у тебя безумно хорошее зрение. Ты умудрилась атаковать нас с башни с предельной точностью, когда мы были очень далеко, не так ли? Как, черт возьми, это работает?

Шаула: Ооох, это просто делается путем соединения моегооо прицеливания и моииих жал с маной, и это делает их такими, что они тянутся туда, где вы находитесь. Адский Бекас был изобретением Мастера, знаешь?

Субару: ……Понятно, тебе даже не пришлось тренировать ее, а, Флюгель.

Благодаря этому он прошел через ад и вернулся обратно. Вероятно, у него никогда не будет шанса поговорить с Флюгелем, но если он получит шанс, как на чаепитии, он определенно даст ему несколько очень красочных, отборных слов.

Субару вздохнул, услышав бодрое гудение Шаулы. Затем――

Юлиус: Извините, что прерываю вас посреди разговора, но мы пришли.

Субару: О?

На винтовой лестнице, ведущей на верхние этажи башни―― Он услышал голос Юлиуса, который шел впереди группы, ведя их наверх.

Подняв лицо на слова рыцаря, сопровождавшего Анастасию за руку, он вдруг увидел потолок с другой стороны от Юлиуса, стоявшего по диагонали от него.

Субару: Нет, это не потолок, а часть пола этажа выше, я бы сказал.

Беатрис: Мы на Пятом этаже, “Целено”, я полагаю. Все, что здесь есть, - это дверь наружу, Бетти и другие впервые вошли отсюда.

Бетти, стоявшая рядом с ним, сказала ему это, как только они приблизились к Пятому этажу. Когда он кивнул в знак согласия с ее словами, Субару сразу же заметил, что что-то не так, и сказал "А?"

Если она имела в виду, что после того, как их разделили, Эмилия и остальные вошли в башню с Пятого этажа, то……

Субару: Как Драконья Повозка и Джиан спустились на Нижний этаж? Я имею в виду, что эта лестница не может быть достаточно широкой, чтобы пропустить Драконью Повозку, верно?

Раскинув руки вдоль винтовой лестницы, по которой он поднимался, Субару проверил ее ширину. Ширина лестницы была довольно широкой, но даже так она не могла вместить двух Субару с вытянутыми в ряд руками. Возможно, было бы едва возможно позволить огромному телу Земляного Дракона пройти по ней, но не было никакого способа, чтобы каретная часть Драконьей Повозки смогла это сделать.

И, конечно же, позволить Земляному Дракону спуститься по этой длинной лестнице само по себе было путем, по которому действительно не следует ступать, даже если это теоретически возможно.

Субару: Здесь действительно есть какая-то хитрая штуковина вроде лифта? Если есть, то мы должны использовать его в следующий раз. Поддерживать здоровье - это здорово и все такое, но нехорошо всегда пренебрегать современными удобствами.

Эмилия: Извини, я не совсем понимаю, что ты говоришь…… Но, Драконья Повозка попала туда очень просто. Шаула подняла её и спустила.

Субару: ……Пардон?

Субару показалось, что он что-то упустил, и он снова спросил ее. Эмилия нахмурилась, услышав его ответ, сказанный по-английски, но, тем не менее, поняла, что он, похоже, попросил ее повторить, и продолжила,

Эмилия: Шаула без особых усилий подняла Драконью Повозку вместе с Земляным Драконом вверх и просто опустила их вниз.

Субару: Нетнетнетнетнетнет, это невозможно. Разве Драконья Повозка не весит больше тонны, учитывая ее размеры? И ты сказала, что она сделала это в наборе с Земляным Драконом……

Субару широко раскрыл глаза от этих ужасающих замечаний, но никто из его спутников не отрицал этого. Наконец, Шаула гордо выпятила свою пышную грудь, и,

Шаула: Как она и сказала, та, кто принесла их вниз, была яяяя. О боже, это было проще простого. Если бы я оставила ящерицу возле двери, он, возможно, в конечном итоге стал бы сумасшедшим из-за миазм, струящихся снаружи, верно? Я просто немного волновалась. Вы можете похвалить меня!

Субару: Я действительно чувствую благодарность, но теперь я знаю, что твои тонкие руки на самом деле не тонкие, и это меня пугает. Человек со сверхчеловеческой силой…… Думаю, даже Рейнхард не смог бы этого сделать!

Хотя, по мнению Субару, самым ужасающе шокирующим человеком был, бесспорно, Рейнхард, но разве даже для него было бы невозможно поднять что-то, что весило бы больше, чем можно было ожидать от человека?

Даже если бы он мог разрезать мир на ленты своим ударом меча, даже если бы он мог ходить по воде, даже если бы он мог снова оживить себя, нести Драконью Повозку одной рукой для него было бы――

Субару: Я думаю, он смог бы это сделать. Это заставляет меня чувствовать себя немного неловко. Этот парень действительно человек?

Шаула: Хммм, несмотря на моююю историю, Мастер думает о ком-то другом. Я ревную.

Во всяком случае, теперь он понял, как Драконья Повозка оказалась на самом нижнем этаже. На самом деле он не видел, как она несла её, так что эффект сцены уменьшился, но он должен был принять это как новую потенциальную угрозу в случае, если возникнет проблема в виде разъяренной Шаулы.

И как только они закончили говорить об этом, группа прибыла на Пятый этаж. ”Целено", как уже неоднократно указывалось, было тем местом, где находился вход, ведущий внутрь и наружу башни.

В одном месте в задней части башни была сооружена огромная дверь цилиндрической формы.

Она была достаточно велика, чтобы на неё можно было смотреть снизу вверх, а её ширина легко приближалась к 10 метрам. Это была излишне огромная дверь, но сколько сил потребуется, чтобы открыть ее, это тоже было проблемой……

Субару: Не кажется ли это достаточно трудным?

Юлиус: По крайней мере, когда я попытался толкнуть ее, она не поддалась ни на дюйм. Благодаря этому мы не смогли найти вас, Анастасию-саму и остальных.

Когда он посмотрел на супер-огромную дверь, Субару вздохнул, и Юлиус кивнул ему. Поскольку она была такой же тяжелой, как и выглядела, казалось, что эта дверь остановит любого претендента на их пути.

Открыть ее, возможно, и удалось бы Шауле, которая легко смогла нести в одной руке Драконью Повозку, но для среднестатистического человека это было бы невозможно. Поэтому Эмилия и Юлиус оказались не в состоянии отправиться на поиски Субару и остальных, и это, похоже, сильно их беспокоило.

Беатрис: Но, она действительно выглядит немного скрипучей здесь и там, я полагаю.

Анастасия: Я думаю, это потому, что Песчаный ветер довольно сильный, песок, который сдувает ветер, должно быть, течет внутрь. Если вы сделаете немного глубокий вдох, вам сразу же покажется, что внутри вашего рта полно песка, и это чертовски неприятно.

Высунув язык, Анастасия провела по нему пальцем и очистила от песчинок. Как она и сказала, во рту у Субару тоже было ощущение, что в нем песок. Он заметил, что мельчайшие песчинки всегда кружились вокруг Пятого этажа, который вел наружу.

Юлиус: Песок с песчаных дюн полон миазм. Если вы не принимаете его всерьез, потому что думаете, что это всего лишь небольшое количество, оно может в конечном итоге разъесть ваше тело изнутри. Мы должны уйти отсюда как можно скорее, пока нам здесь нечего делать.

Субару: В таком случае, давайте прыгнем к нему! Моя цель не здесь, а на Четвертом этаже “Альциона”…… Хотя еще одна лестница звучит утомительно.

Шаула: Та же самая старая слабость~. Но вам не стоит волноваться. Лестница между Четвертым и Пятым этажами намного короче, чем между Пятым и Шестым Этажами. Если бы они были слишком далеко друг от друга, даже я чувствовала бы усталость, идя туда и обратно, так что это было принято во внимание~

Мейли: Перестань трясти меня.

Шаула, которая широко раскинула руки внутри песчаного облака и бегала в нем, была встречена ударом ладонью по затылку от Мейли. Глядя на эту сцену краем глаза, группа прошла через Пятый этаж и направилась к лестнице, которая вела на Четвертый этаж.

Легкий ветерок мягко струился внутрь, и сквозь его зрение, затуманенное желтой дымкой сумрака наверху, где он смотрел вверх, был виден потолок, который не казался таким уж далеким―― Он мог видеть пол верхнего этажа, и это выглядело так, как будто ее слова были на самом деле правдой, в том смысле, что это было не слишком далеко.

И вот, пока они, болтая, направляли взгляды на Четвертый этаж “Альциона”, группа продолжала маршировать вверх―― И вскоре они достигли нужного этажа.

Сама структура Четвертого этажа не слишком отличалась от Пятого или Шестого.

Цилиндрическая конструкция башни не изменилась, и даже ее размеры не изменились кардинально. ――Тем не менее, все же была очевидная перемена атмосферы.

Во-первых, размер этажа, который был выше, сильно отличался от размеров нижних этажей.

Круглый пол стал гораздо уже по сравнению с ними. И это было не слишком удивительно, потому что круглая стена была построена как перегородка, как и главная часть здания, и она использовала пространство по-другому по сравнению с нижними этажами, которые были просто одним большим этажом, и ничего более.

Винтовая лестница с нижних этажей соединялась прямо с сердцем Четвертого этажа, и множество дверей было разбросано по стене, которая окружала окрестности, указывая на то, что на этом этаже было несколько комнат.

(П/п: Если объяснение трудно переварить, то просто представьте его как два концентрических круга, внутренний из которых намного меньше внешнего, который, конечно же, является главными стенами башни. Во внутреннем круге есть много дверей, которые ведут в кучу разных комнат по сравнению с этажами 5 и 6, которые были похожи на один гигантский круглый зал)

Шаула: Это Четвертый этаж, “Альциона”, который я использую как своююю жилую зону. И, Зеленая Комната, за которой, как я думаю, пришел сюда Мастер, находится прямо здесь.

Субару: Зеленая комната……?

Пока Субару стоял в недоумении, глядя на новый облик Четвертого этажа, Шаула указала на одну из дверей впереди чрезмерно драматичным жестом.

Двери, которые были на Четвертом этаже, были все нормального размера по сравнению с дверным проемом на Пятом этаже. Не похоже, что им понадобятся какие-то особые силы, чтобы открыть их, но было странное чувство, плавающее вокруг двери, на которую она указала.

Как и подразумевалось под названием “Зеленая Комната”, дверь была покрыта бесчисленным зеленым плющом, и в конечном итоге она оказалась в состоянии, похожем на то, как может выглядеть неисследованный район джунглей, который был оставлен нетронутым в течение многих столетий.

Субару: Говоря, что, по-твоему, я пришел сюда именно за этим, ты имеешь в виду, что Рем и Патраш здесь?

Шаула: Я не знаю их имен, но девушка и ящерица здесь.

Рам: Можешь не беспокоится. Ты можешь быть уверен, что Рем и Земляной Дракон находятся внутри.

Для колеблющегося Субару слова Шаулы показались несколько ненадежными. Рам фыркнула на них, как будто смотрела на них сверху вниз, как на идиотов, вырвалась вперед и направилась в Зеленую комнату.

Она протянула руку к двери, увитой плющом, и без малейшего колебания толкнула ее (которая выглядела так, будто была сделана из камня). Несмотря на то, какими тонкими были ее руки, дверь легко открылась, словно скользнула в сторону, и оттуда показалась Зеленая Комната.

Рам: Ты не идёшь? Барусу.

Субару: Я иду, иду.

Субару отпустил свои опасения, когда услышал вопрос Рам, которая, казалось, испытывала его, и двинулся вперед. Затем он уверенно вошел в Зеленую комнату, следуя за Рам, которая вошла раньше него.

Однако сразу же после того, как Рам и Субару вошли внутрь, дверь захлопнулась. Субару повернулся, чтобы посмотреть назад с удивлением.

Субару: Ой, нас разделили.

Рам: Не нужно бояться. ――Эта комната, кажется, имеет предел на то, сколько людей может войти в нее. Владелец комнаты, кажется, ненавидит иметь больше.

Рам сказала это о катастрофе, которая произошла позади них, и продолжила двигаться вперед. Субару почесал в затылок, выслушав ее объяснение, и тут же отправился вслед за ней.

Зеленая Комната не предавала странности её двери, ее интерьер был покрыт обильным количеством зелени. Извивающиеся растения тянулись почти везде, куда ни глянь, по потолку, стенам и полу. Время от времени ему приходилось наклоняться, чтобы избежать свисающего плюща, который вставал у него на пути, и обходить его стороной.

И, лежали в глубине этой комнаты, где преобладала такая зелень――

Субару: Рем…… И Патраш.

В дальнем конце этой комнаты было небольшое свободное от растений пространство, утопающее в зелени. Зеленая трава росла там плотно и густо, и были сделаны некоторые клумбы, покрытые маленькими цветами, которые расцвели.

Рем, все с тем же спящим лицом, лежала на кровати, застеленной зеленью и цветами.

Ее белые щеки не изменились в цвете, как и ее спящее лицо. Ее грудь поднималась и опускалась с каждым слабым вздохом, но когда дело доходило до доказательства того, что она жива, это были ее единственные жизненные признаки, за исключением тепла, которое она излучала.

И все же, несмотря на это, он почувствовал огромное облегчение до такой степени, что силы покинули его.

Субару: Она действительно была в безопасности……

Рам: Я же тебе говорила. Или ты думал, что я совру насчет Рем? Какой смысл мне было бы это делать?

Субару: Я этого не говорил, но я не мог не волноваться, пока не увидел бы ее собственными глазами, ты знаешь…… И Патраш, я также рад, что ты в безопасности.

Субару слабо горько улыбнулся, услышав слова Рам, а затем пошел дальше, туда, где спала Рем и лежала Патраш.

Она тоже лежала, растянувшись на зеленой постели, совсем как Рем. Ситуация не слишком отличалась от той, когда она лежала на камышах в сарае. Однако одно определенно было другим――,

Субару: ……Эта трава отличается от обычной травы, да?

Патраш: “――――”

Патраш уткнулась носом в ладонь Субару, который подошел к ней, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. С нежностью принимая ответ своего любимого дракона, Субару почувствовал слабую волну тепла, исходящую от раскинувшейся зеленой постели, на которой лежала Патраш―― он задумчиво склонил голову набок.

Рам: Похоже, что сила Духа может ускорить процесс исцеления.

Субару: Здесь есть дух? Где?

Рам: Ты - Пользователь Духа, и ты не знаешь? Вся эта комната - Дух.

Субару: “――――”

Субару быстро оглядел комнату, услышав слова Рам, пока гладил Патраш. Он не мог увидеть Духа среди мха, который рос на стенах или в разросшемся плюще, однако сразу после того, как она сказала ему об этом, Субару обратил внимание на подавляющее количество Маны.

Его дыхание и тело чувствовали себя легко, как будто он находился в области, богатой кислородом.

Возможно, здесь был такой же эффект, как и у Целительной Маны. Даже невредимый Субару почувствовал, что получает эту благодать, когда расслабился и сделал глубокий вдох.

Субару: Кажется, я понял. Это точно Дух…… Он не может говорить?

Рам: Дух здесь совсем иного рода…… Хотя, я думаю, ты легко мог бы сказать, что здесь нет таких духов, которые не отличаются какими-то способностями. Уважаемый Великий Дух Эмилии-сама и Беатрис-сама……Они особенные, не похоже, что у здешнего Духа есть какая-то воля. Он просто пытается вылечить раны и болезни любого, кто входит внутрь.

Субару: Х-аах.

Рам: В чем дело?

Субару: Ничего особенного. Я просто подумал, что это похоже на Ведьму, о которой я знаю.

Рам фыркнула в ответ, как будто услышав слово “Ведьма”, подумала, что это просто какая-то чушь, и подошла к Рем. После этого, плющ начал расти прямо за ней, быстро соединяясь вместе, пока не превратился в зеленый стул, который подпирал ее тело, как будто он знал о намерениях старшей сестры присматривать за младшей.

Рам склонила голову в знак уважения к Духу и сказала: “Я действительно ценю это”, когда она позволила себе упасть на стул.

Субару: Уаааа, потрясающе.

Рам: По крайней мере, они, безусловно, самые благородные из Духов, которых я знала до сих пор. Ты тоже должен последовать их примеру, Барусу. И от этого Духа, и от того Рыцаря Юлиуса.

Субару: Я бы предпочел не от них обоих.

Субару убрал этих двоих из своей головы и погладил Патраш. Он погладил ее по голове и пощекотал под подбородком ладонью, прежде чем медленно позволить ей опустить поднятую голову.

Субару: А теперь отдохни. Ты снова спасла меня и переутомилась. Нет никакого недостатка в том, чтобы время от времени брать отпуск.

Патраш: “――――”

Патраш свернулась калачиком, закрыла желтые глаза и заснула, услышав нежные слова Субару. Она привела их в башню, и они смогли убедиться в безопасности друг друга.

Просто этого было достаточно, работы Патраш было достаточно.

Субару: Какие-нибудь изменения в Рем? Если исцеление людей - это смысл существования этой комнаты, то я задаюсь вопросом, может ли она иметь вмешательство в то, как Рем сейчас……

Рам: Мне очень жаль, но это слабая надежда. Всё ни хорошо, ни плохо…… Никакого прогресса в ее лечении нет. Она не может вылечить то, что не является ни раной, ни болезнью. Похоже на такое суждение, не так ли?

Субару: ……Наверное.

Тем не менее, не похоже, чтобы дух Зеленой Комнаты не хотел заботиться о все еще спящей Рем. Он также был посвящен Рам, которая присматривала за спящей Рем.

Субару: В конце концов, это означает, что ничего не изменилось?

Рам: ……Если мы хотим, чтобы что-то изменилось, то мы должны выполнить цель, которая возникла в башне.

Субару: Великая Библиотека Плеяд, ее испытания, хах?

Их первоначальная цель состояла в том, чтобы связаться с Мудрецом, который находился в Сторожевой Башне Плеяд, позаимствовать ее мудрость, которая была обусловлена как всеведущая, и спасти Рем и жертв Похоти и Обжорства, которых они оставили в Пристелле.

Тем не менее, Шаула, Мудрец Сторожевой Башни Плеяд, была им только по названию, и на самом деле то, с чем они столкнулись, было всего лишь одной странной девушкой, которая приняла Субару за Мудреца Флюгеля. Сторожевая Башня Плеяд оказалась Великой Библиотекой Плеяд, и знание, которое было оговорено как всеведение Шаулы, спало в бесчисленных книгах, которые хранились в библиотеках, или так говорили.

Верно, их цель действительно исказилась, а конечная цель сместилась в направлении, которое они не могли даже предсказать.

Субару: Я получу эти знания и верну Рем. ――Я не прекращу двигаться вперёд, несмотря ни на что.

Рам: ……Ага. Я надеюсь.

Рам бросила взгляд на Субару, который вращал плечами и подтягивался. С этими словами она нежно взяла спящую Рем за руку, даже не взглянув на Субару.

Закрыв один глаз на отношение Рам, Субару указал пальцем на потолок.

Субару: Я решил бросить вызов тому испытанию сверху. Что насчет тебя?

Рам: Тебе не кажется, что было бы слишком много причин для беспокойства, если бы никто не присматривал за Рем? Учитывая это, я возьму на себя эту обязанность. Поскольку с самого начала именно для того, чтобы присматривать за Рем, я отправилась в это путешествие и даже дошла до того, что попросила такую неразумность у Розваль-сама.

Субару: Это, ну, да, я так думаю. В таком случае я доверю Рем тебе.

Рам: Я не могу ничего сделать, кроме как наблюдать за ней.

Субару: То, что ты наблюдаешь, имеет смысл, ты знаешь.

Сказав это Рам, которая необычайно пренебрежительно относилась к себе, Субару посмотрел на спящее лицо Рем, прежде чем он вышел из комнаты. Она была во сне, где выражение ее лица погасло, и он не мог сказать, что она выглядела умиротворенной или страдающей.

Он протянул руку к ее лбу, на который упиралась челка, и нежно коснулся его, словно щекоча.

Субару: Ну, я ухожу, увидимся позже.

Рем: “――――”

Конечно, она не ответила.

Рам поняла, что он тоже разговаривает сам с собой, поэтому она не стала бессердечно вмешиваться. Удовлетворенный этим, Субару повернулся к выходу из комнаты.

Он не удержался, протянул руку к стене и, коснувшись плюща, попросил духа: “Пожалуйста, позаботься о Рем и Патраш”, чтобы Дух не забыл.

Затем, перед тем как выйти из комнаты, он внезапно остановился.

Субару: Кстати, ты сказала что-то вроде того, что не можешь оставить Рем одну, но только что оставила комнату пустой. Зачем ты потрудилась спуститься вниз?

Рам: “――――”

Субару: Не может быть, неужели, когда ты услышала, что я проснулся, ты пришла ко мне так быстро, как только могла? Если что-то случилось, пожалуйста, дай мне знать……

Рам: Иди дальше и уходи.

Субару: Хах? Нет, но, если у тебя что-то на уме, то не скажешь ли мне?

Рам: Поторопись и уходи.

Ошеломленный жуткой аурой, исходившей от нее, Субару больше ничего не мог ей сказать, и поэтому у него не было другого выбора, кроме как бежать из Зеленой Комнаты удрученным.

***

Субару: Я никогда по-настоящему не понимаю, о чем думает Рам, но в последнее время я особенно плохо ее понимаю.

Эмилия: Хмм, я так не думаю, Рам удивительно откровенна с такими вещами. Я нахожу милым, что она пытается скрыть эту открытую часть себя.

Субару: Ты довольно редко говоришь так, как будто ты её старшая…… Хотя, думаю, ты действительно её старше.

Эмилия: Да, это немного похоже на то, что я ее старшая сестра. Я старше всех здесь……Ой, погоди.

Беатрис: Мххм, Бетти определенно старшая сестра здесь. Это высечено в камне, и никто не может закрасить это, я полагаю. Вы все должны меня обожать.

Как только он покинул Зеленую Комнату, он присоединился ко всем, кто ждал снаружи, что и привело к этому разговору.

Эмилия выглядела немного расстроенной из-за того, что у нее отняли место самой старшей в Команде, в то время как Беатрис удовлетворенно выпятила плоскую грудь. Хотя, честно говоря, ни у кого из них не было таких манер, чтобы называться старшей сестры.

Кроме того, разговор о том, кто из них самый старший, в свете их обстоятельств был на самом деле довольно деликатным делом.

Анастасия: Хмм? Нацуки-кун, в чем дело? У тебя есть что-то, что ты хочешь мне сказать?

Субару: Не совсем. Просто хотел сказать, что здесь много лиц, которые внешне не соответствуют своему реальному возрасту.

Анастасия: А? Мне часто говорят: “Ты выглядишь моложе, чем на самом деле”. Мне немного трудно воспринимать их как комплимент, но я смотрю свысока на то, что на меня смотрят свысока, так что, в зависимости от того, как они это говорят, я могу принять это.

Хотя Анастасия улыбалась с сильным деловым выражением лица, как она себя чувствовала на самом деле, было неясно.

Анастасии было чуть больше 20 лет, но выглядела она лет на 14-15. Однако, Субару хотел указать не на то, что лежит снаружи, а на то, что лежит внутри. Тело Анастасии все еще было захвачено Эридной.

Если Эридна родилась так же, как Беатрис, то ей было бы нетрудно вступить в гонку за титулом старший. Однако он не мог раскрыть то, что скрывал до сих пор по такому пустяковому поводу, поэтому Субару больше ничего не сказал.

Кроме того, были и другие выдающиеся кандидаты в гонку за этим титулом, если ограничиться настоящим.

Шаула: Хей, как дела, Мастер? Ухм, хм, тебе не понравился травяной запах Зеленой Комнаты? Я понимаю. Я тооооже нахожу эту комнату мерзкой и неприятной~

Субару: Разве ты не говорила, что от меня тоже исходит резкий запах? Ты не против моего!?

Шаула: Запах Мастера - это запах, к которому я уже привыкла. Действительно. На этот раз это не ложь!

Субару: Заткнись.

Держа Шаулу подальше от себя, которая прижалась к нему и обнюхивала его, Субару посмотрел на верхний этаж. Те, кто остался на Четвертом этаже, бросят вызов испытанию выше, за исключением Рем и Рам……

Субару: Что насчет тебя? Ты пойдешь с нами?

Шаула: Яяяя? Ну, в этом нет особой необходимости, но, поскольку прошло столько времени, я думаю, что хочу пойти с вами. Потому что становится одиноко, когда не можешь говорить, несмотря на то, что прекрасно можешь. Я была заперта в тишине в течение многих веков, поэтому я хочу говорить, говорить и говорииить~

Субару все еще не мог остыть от того, что она сказала такую душераздирающую вещь с дружеской улыбкой на лице. Ему казалось, что и Эмилия, и Беатрис слишком хорошо знакомы с этим видом одиночества. Его чувства к Шауле были глубоко окрашены сочувствием, поэтому у него не было намерений активно держать её в стороне.

Мейли: Мне очень нравится эта Сестрица, поэтому я ду~маю, что она должна пойти с нами.

Юлиус: Вполне естественно, что экзаменатор присутствует там, если мы собираемся провести испытание. Она просто должна сопровождать нас, чтобы убедиться, что мы не совершим никаких нарушений.

Поддержка этому пришла в неожиданной форме от Мейли и Юлиуса. Поскольку они сделали это, это означало, что большинство из них поддерживало Шаулу, сопровождающую их.

Наконец, Субару посмотрел на Анастасию, которая не сделала никаких комментариев по этому поводу, чтобы объединить их консенсус.

Встретив этот взгляд, Анастасия наклонила голову и сказала "Я?"

Анастасия: Я не думаю, что есть какой-то смысл в том, чтобы просто я выступала против этого здесь, потому что у меня нет никаких причин выступать против этого в первую очередь, потому что это не особая проблема? Кроме того…

Субару: Кроме того?

Анастасия: “Эта девушка, кажется, слишком привязана к тебе, Нацуки-кун. Поэтому, если мы возьмем ее с собой, она может рассказать нам кое-что о содержании испытания. Она может ненароком перейти на нашу сторону.

Шаула: Прастите, но я не имею ни малейшего представления о содержании испытаний, так что мне придется подвести вас там.

Субару: Господи, неужели тебе обязательно было так говорить?

Анастасия рассмеялась с "Тахаха", а Шаула выглядела самодовольной, как будто ее похвалили.

Было сомнительно, предвкушала ли Анастасия удачу или неудачу, но пока, казалось, никто не возражал против того, чтобы Шаула сопровождала их.

Хотя он не мог отрицать, что это было немного неосторожно, оставить ее одну было также тревожно само по себе, так что единственная разница заключалась в том, чтобы оставить опасность далеко или близко.

Субару: Хорошо. Мы пойдем вместе. Не похоже, что мы можем рассчитывать на тебя, но я очень надеюсь, что ты придумаешь что-нибудь.

Шаула: Он говорит это тебе, маленькая кусачка. Сделай все возможное!

Беатрис: Он сказал это тебе, я полагаю! Да как ты вообще слушала!

Шаула скривила губы с таким выражением лица, как будто затронула тему, которую ей не следовало поднимать. Слушая сердитые крики Беатрис, группа открыла дверь комнаты напротив Зеленой Комнаты―― и когда они заглянули внутрь, то обнаружили лестницу, которая вела туда.

Субару: Мы закончили с винтовыми лестницами?

Шаула: Четвертый этаж “Альциона” и Третий этаж “Тайгета” напрямую связаны. На самом деле я не поднимаюсь наверх, если у меня нет дела, так что я редко бываю там.

Субару: Что за дело ты имеешь в виду?

Шаула: Это тайна молодой девушки.

Отведя взгляд от Шаулы, как только она начала проявлять признаки своей глупости, Субару посмотрел на Юлиуса. Он и остальные должны были уже бросить вызов Третьему этажу, пока он спал.

Он ожидал услышать от него что-нибудь полезное, но рыцарь спокойно пожал плечами.

Юлиус: Я извиняюсь за это, когда у тебя есть ожидания, но мы очень мало понимали в этом. Сразу же после того, как поднимаешься на Третий этаж, ты попадешь в комнату, где проходит испытание, но……

Субару: Но?

Юлиус: То, что лежит там - неразборчивая загадка. Честная правда заключается в том, что мы не смогли найти никаких подсказок, чтобы решить эту проблему, и в конечном итоге мы понятия не имели, что делать.

Субару: Неразборчивая загадка……?

Субару перевел взгляд на верхнюю ступеньку лестницы, не уловив смысла в словах Юлиуса. Этаж наверху был темным, и он не мог сказать, как это выглядело снизу. Однако эта тишина придавала ей еще более зловещий вид.

Эмилия: Но, похоже, нельзя просто войти и увидеть, что делать. Ничего не изменилось даже когда мы вошли и вышли…… Нам просто оказали холодный приём.

Беатрис: Меня так раздражает, когда я думаю о том, как нас игнорировали, я полагаю.

Похоже, Эмилия и Беатрис тоже разделяли мнение Юлиуса.

На самом деле, хотя и говорили, что это испытание*, никто из них не смог ему бросить вызов. Его уровень настороженности только что резко подскочил, когда слово “Испытание*” очень напомнило его.

(imy: trial и ordeal, оба переводятся одинаково.)

(П/п: Итак, чтобы описать испытания башни, я использовал перевод “испытание”, следуя тому, как это сделала Вики. Что, конечно, не является неправильным, но эта строка сразу же теряет свой нюанс в английском языке, поэтому позвольте мне объяснить. Слово: 試験, которое используется для описания испытаний в башне, также может быть переведено просто как экзамен/тест, и, честно говоря, если бы не обратная совместимость, я бы сам выбрал именно это. Между тем, слово испытание в ре зеро используемое Петельгейзе, Ехидной и т.д. 試練. Это также было переведено как Испытание(ordeal) в аниме, так что именно поэтому я пошел с этим переводом. Главное, что нужно знать, это то, что слова немного отличаются в японском языке между “испытаниями” башни и упомянутыми “испытаниями” Петельгейзе и Ехидны.)

Субару: Ну, тут уж ничего не поделаешь. Кто не рискует, тот не пьет шампанское. ――Тогда вперед?

Эмилия: Да, вперед.

Беатрис: Вперед.

Шаула: Впереееед

Получив все три их утверждения в их манерах говорить, Субару взял инициативу на себя и поставил одну ногу на ступеньку. Затем, шаг за шагом, он направился к верхнему этажу―― в отличие от винтовых лестниц, количество ступенек, чтобы попасть на Третий этаж, было примерно таким же, как в обычном здании.

Таким образом, в отличие от его готовности, Субару ворвался прямо на Третий этаж “Тайгета” до такой степени, что ему показалось, что он добрался туда слишком быстро.

Субару: Я на……

Сразу же после того, как он вошел, Субару почувствовал непреодолимое чувство беспокойства. Сгусток беспокойства, или, скорее, он должен сказать, что это было пространство, которое не вызывало ничего, кроме беспокойства?

――Это было белое, белое пространство.

Хотя это, должно быть, продолжение башни, которая до сих пор имела цилиндрическую форму, то, что встретило Субару после того, как он поднялся по лестнице, было странным пространством, полностью окрашенным в белый цвет во всех направлениях.

До сих пор похожая на простор громада не должна была сильно отличаться по размерам от башни, но ни ее стены, ни конец не были видны в этом невероятно белом пространстве. Когда он посмотрел наверх, он не мог сказать, где потолок, когда он посмотрел вниз на свои ноги, только часть, где была лестница, была слегка приоткрыта черной. Кроме того, пол был таким белым, что ему было страшно ходить по нему.

Он не мог сказать, что пол - это пол, иначе в конечном итоге он попал бы в иллюзию, которая чувствовалась будто он находится в непрерывном свободном падении почти везде. Потолок и стены были одинаковыми―― Субару чувствовал, что он, вероятно, сойдет с ума, если потеряет из виду лестницу, которая вела сюда.

И в передней части этого белого пространства―― прямо перед лестницей плавал какой-то странный предмет.

Субару: Каменная плита……?

Именно такое впечатление выскользнуло у Субару изо рта, когда он посмотрел на этот предмет. На самом деле объект был таков, что его можно было выразить только так.

Это была единственная черная плита, которая была построена в форме четырехугольника и имела невероятно гладкое ощущение.

Он не мог бы назвать её “Каменной плитой”, если бы она не была построен из камня, но у него не было другого способа назвать её, учитывая, что она также не была металлической.

Если бы ему действительно нужно было назвать её чем-то другим, более кричащим, то он, вероятно, использовал бы термин “Монолит".

Безмолвный Монолит приобрел странную плавучую силу и теперь парил в десятках сантиметров над полом.

Или, по крайней мере, так должно быть. Его глаза были совершенно сбиты с толку, проверяя, как далеко он был от земли из-за белизны пола, и это становилось все более и более неясным для него. Однако Монолит, который плавал в воздухе, был там.

Он был примерно такой же высоты, как и субару, и его ширина была примерно размером с двух человек, выстроившихся вместе―― Если он должен был представить его как что-то похожее по размеру на него, то впечатление, которое он получил, было похоже на то, как будто татами взмыл вверх.

субару: Что это за странная штука?

Юлиус: Если бы я попытался выразить это другими словами, я бы сказал, что это изобретение, которое высунуло перед нами эту загадку.

Юлиус уставился на Монолит, стоя рядом с Субару, чье сознание было захвачено этим странным зрелищем.

Лицо Юлиуса выглядело более суровым, чем обычно, как будто Монолит уже много раз заставлял его испытывать большие трудности. Остальные уже поднялись на третий этаж и сбились в кучку, пытаясь отогнать неясную атмосферу, царившую внутри белого пространства.

Субару: Это не та комната, в которой я хочу оставаться надолго.

Юлиус: С этим я согласен. Если мы останемся здесь слишком надолго, вполне вероятно, что мы потеряем чувство равновесия. И если ты в конце концов побежишь к лестнице и твои ноги поскользнутся, я думаю, твоя жизнь может оборваться, так?

Анастасия: Вуаа, Юлиус. Прекрати эту ненужную болтовню.

Анастасия надула щеки в знак протеста против болтовни Юлиуса. Похоже, она поскользнулась на обратном пути, о чем и говорил Юлиус.

Тем не менее, у Субару не было намерения смеяться над тем, что происходит. На самом деле, эта комната была явно сделана с целью вывести людей из равновесия. Комната казалась воплощением порочности натуры человека, который ее создал.

Субару: Итак, что нам делать с главной загадкой?

Беатрис: Ты должен прикоснуться к этой плите. Испытание начнется, если ты это сделаешь, я полагаю.

Субару: Мне действительно нужно прикоснуться к Монолиту?

Юлиус: Монолиту? Это имя вполне соответствует его загадочности. Давайте теперь будем называть это так.

(П/п: Монолит - это английское заимствованное слово в японском языке, モノリス, поэтому, конечно, Юлиус его не понял.)

Субару отошел от Юлиуса, который был в восторге от этой странности, и двинулся вперед от их имени. Поскольку никто не остановил его, он прошел весь путь до Монолита.

Он ожидал, что Монолит испустит странное, зловещее чувство, когда он приблизится―― Но это было не так, это была просто обычная старая каменная плита, если не считать того факта, что она плавала. когда он подумал об этом, как о татами, плавающем вокруг, он почувствовал, что страх, который он испытывал сначала, немного исчез.

субару: В любом случае, я пойду и потрогаю его? Могу я получить обратный отсчет?

Эмилия: Ах, да, я бы хотела это сделать. Три, два, один……

субару: Чертовски быстро! Но ладно, я получил его.

Эмилия подняла руку и вызвалась ответить на просьбу Субару; затем начался ее обратный отсчет. Когда она начала считать, Субару запаниковал и повернулся лицом к Монолиту.

И затем,

Эмилия: Ноль――!

Субару прикоснулся к Монолиту одновременно с тем, как она сосчитала до нуля―― И в следующий момент поверхность черной плиты засветилась изнутри. Как только это произошло, сцена перед его глазами стала размытой.

Нет, не совсем размыта.

Монолит, к которому прикоснулся Субару, начал расти в количестве, светясь черным сиянием.

Монолит выстреливал из своей спины один Монолит за другим, заставляя их поверхность светиться. Все они были разбросаны по комнате с невероятной скоростью, разбросаны в странных положениях, все плыли.

Бесчисленные Монолиты были разбросаны по белому пространству, и Субару был застигнут врасплох этой переменой. Затем, пройдя через перепонки охваченного благоговением Субару―― Прямо в его мозгу, раздался голос.

???: ――Прикоснись к самому яркому из героев, уничтоженных Шаулой.

субару: ――хк!?

Субару отдернул руку от Монолита в удивлении, когда услышал этот голос, прозвучавший так резко. И когда он отшатнулся, кто-то подпер его сзади.

Он обернулся, чтобы посмотреть на них. Там он увидел лицо Юлиуса. Юлиус коснулся своей челки левой рукой, подпирая Субару правой, и сказал,

Юлиус: Посмотрите на это. Наш первый сюрприз, могу ли я рассчитывать на ваше сочувствие?

субару: Что за идиотские слова――!!

Протесты Субару только усилили злобную улыбку Юлиуса.

Во всяком случае, “Испытание” действительно началось.

Испытание Великой Библиотеки Плеяд, Третий этаж “Тайгета”.

Ограничение по времени: “Никаких Ограничений”. Количество попыток: “Никаких Ограничений”. Претенденты: “Никаких Ограничений”.

――Испытание, началось.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 22. Астеризм Белого Звездного Неба

Перевод: imy

***

После того, как он освободился от Юлиуса и встал без посторонней помощи, он повернулся лицом к Испытанию.

Перед глазами Субару были разбросаны бесчисленные копии Монолитов по белому пространству от самого сердца Монолита, к которому он прикоснулся. Честно говоря, их было так много, что ему стало бы тошно, если бы он пересчитал их.

Субару: Это Испытание, которое ты имела в виду…… Верно, Шаула?

Шаула: Похоже, что так? Я хочу увидеть, как Мастер выставляет напоказ свою сильную сторону!

Субару: Не начинай говорить такие вещи, которые говорила бы группа на вечеринке……

Он не знал, так как никогда не был ни на одной из них, но, вероятно, именно так там все и происходило.

Субару оглядел комнату позади Шаулы, которая подбадривала его своей непринужденной манерой. Пол все еще был окутан белым, и все, от их способности определять расстояние до способности определять высоту, пошло наперекосяк.

Единственное изменение, которое бросалось в глаза, это Монолиты, которые были разбросаны по всему месту, но они тоже не особенно отличались от первого. Казалось, между ними была небольшая разница в размерах, но в остальном они были одинаковы в том, что плавали в воздухе и были сделаны из странного материала.

Субару: Говоря о вещах, которые нам дали в качестве подсказки, кроме этих, есть еще та штука.

Он вспомнил голос, эхом отдавшийся в его мозгу, когда он коснулся Монолита.

???: "――Прикоснись к самому яркому из героев, уничтоженных Шаулой."

Звук шел не через барабанные перепонки, а скорее шепотом прямо в мозг; он был ближе к этому. Голос, который он слышал, не был звуком, поэтому общее понятие о том, что это был “Чей-то голос”, не могло быть применено здесь.

Если бы он выразил это другими словами, это было похоже на то, что слова втиснулись в его мозг, как предложение, которое он придумал. В его мыслях не было ни звука. Таким образом, вы не могли понять, кому принадлежал этот голос. Во всяком случае, кроме как ему.

Субару: Этот голос, который можно было услышать, был вопросом испытания, как думаете? Если это так……

Юлиус: Субару, прости, что прерываю тебя, пока ты думаешь, но есть несколько важных вещей, которые я должен сказать. Я не думаю, что это станет проблемой, если услышишь.

Юлиус, который ранее сыграл с ним злую шутку, сказал это Субару, пока тот ломал голову. Рядом с лестницей, которая вела вниз, Эмилия и все остальные окружили Монолит. Все они выглядели озадаченными. Субару пожал плечами в знак признательности Юлиусу, который подозвал их к себе, и сказал "Ох?",

Субару: Все вы бросали вызов раньше, пока я спал. Вы добились какого-нибудь прогресса?

Юлиус: Наверное, я не могу назвать это прогрессом. В любом случае. Субару, пожалуйста, попробуй прикоснуться к каменной плите…… Я имею в виду Монолиту, который находится прямо здесь.

Субару: Тебе это так нравится? Ну, конечно, что угодно……

Субару прищурился на Юлиуса, который продолжал называть её Монолитом, и подошел к Монолиту, который был справа от него. Плита была одной из копий первоначального Монолита. Когда он подошел ближе, то увидел, что этот был емного меньше оригинала.

Субару: Что, если это ловушка, где в тот момент, когда я касаюсь ее, моя рука поглощается?

Беатрис: Все в порядке. Если бы что-то подобное случилось, Бетти стала бы твоей правой рукой на всю оставшуюся жизнь, я полагаю.

Эмилия: Ах, тогда я стала бы левой рукой Субару. Можешь быть уверен.

Субару: Обе мои руки исчезли бы, если бы мы предположили это!

Благодаря ободряющим обещаниям Беатрис и Эмилии, Субару собрался с духом и протянул руку к Монолиту. На самом деле его не волновал сам акт прикосновения к нему.

Пока его товарищи рекомендовали ему сделать это и не пытались остановить, у него не было причин сомневаться в своей безопасности. Проблема была просто в том, что они скрывали правду, как и в случае с самовоспроизводящимся Монолитом――

Субару: О?

Все еще полный тревоги, как только его пальцы коснулись Монолита, черная каменная плита засияла так ярко, что почти обожгла ему глаза. На самом деле, его сияние заставило Субару задержать дыхание и немедленно прикрыть лицо рукой.

Затем, после того, как свет исчез, то, что осталось перед глазами Субару, было…

Субару: Хах? Куда делся Монолит?

Шаула: Хехехе, позади тебяяя, Мастер.

Субару: Позади меня……?

После этой вспышки света, Субару подтвердил, что Монолит, который должен был быть перед ним, исчез. Удивленный тем, что произошло, он обернулся, чтобы посмотреть на Шаулу, которая бессмысленно кричала в триумфе.

Когда он обернулся, перед лестницей―― Другими словами, на том месте, где стоял первоначальный Монолит, стоял только первый Монолит. Все остальные исчезли из комнаты.

Субару: Итак, другими словами…… это значит?

Юлиус: Что все вернулось в свое первоначальное состояние. Короче говоря, похоже, что мы провалили Испытание. Конечно……

Отойдя от удрученного Субару, Юлиус небрежно приблизился к первоначальному Монолиту. И затем, сразу же после того, как он протянул руку и коснулся его поверхности, этот голос эхом отозвался в его сознании――

???: "――Прикоснись к самому яркому из героев, уничтоженных Шаулой."

И снова, в то же самое время, когда они бросили вызов, Монолит за Монолитом копировались с оригинала и разбрасывались по всей комнате с той же силой, что и раньше. Испытание распространялось вокруг.

Другими словами, они могли бы назвать это “Повторной попыткой”.

Субару: Понятно. Это должно означать, что мы можем думать столько, сколько захотим, пока не найдем ответ.

Юлиус: Это наша догадка прямо сейчас. Я могу сказать, что даже когда мы ходили вокруг, трогая Монолиты наугад……Мы не смогли найти ответа.

Субару: А, так вы уже пробовали подобрать?

Субару сломал мягкую манеру Юлиуса говорить до костей. Эмилия и Мейли, которые услышали это объяснение, похлопали себя по голове с выражением смущения.

Просто попробовать прикоснуться и проверить каждый из них, конечно, это выглядело так, как будто они пытались выполнить эту тактику. Тем не менее, похоже, это не сработало.

Субару: В конце концов, это Испытание. Это значит, что мы должны решить задачу и ответить на нее.

Юлиус: Похоже, наш экзаменатор не ценит ответы, которые просто выдаются наугад.

Субару: Да, похоже на то. Так же, как Сенсей, который не дает зачет, пока не запишешь все свои решения, и не позволяет просто поместить ответы в колонку ответов теста. Меры по борьбе с мошенничеством появляются очень быстро, хах.

Достижение ответа, не показывая, как вы его получили, может произойти только в результате обмана или догадки. Часто, вплоть до начальной школы, он сталкивался с задачами, на которые находил ответы, используя свои догадки, но главное в математике было научиться выводить задачу, а не извергать ее волей-неволей на месте.

Однажды в начальной школе, когда ему поставили низкую оценку за отсутствие ясности в работе, он вспомнил, как обижался из-за этого, но――

Субару: После всего этого времени, похоже, мой Сенсей был прав……

Анастасия: Прости, что вмешиваюсь, когда ты все еще погружен в свои мысли, Нацуки-кун, но твоя очередь другая. Давай, возвращайся к реальности, возвращайся.

Субару: Хах, ах, ох, моя вина. Но что ты имеешь в виду, говоря о моей очереди?

Анастасия заговорила к Субару, глаза которого вернулись в реальность, а затем хлопнула его по спине. Когда Субару наклонил голову в ответ на ее призыв, все посмотрели друг на друга и начали бормотать.

То, что они говорили, было одним и тем же, поэтому объединив это и перефразировав другими словами―― “Это роль Субару выяснять, что это за герой, уничтоженный Шаулой”.

Эмилия: Мы много раз бросали вызов Испытанию, пока Субару спал. Однако, эта девушка даже не сказала нам, что она Шаула, когда мы это делали.

Беатрис: Что касается нас, то для нас Шаула была Мудрецом. Мы думали, что Шаула это тот человек, который изображен на рисунке, выгравированном на Серебряной монете, поэтому мы не связали эту женщину с Шаулой, я полагаю.

Это были ответы Эмилии и Беатрис, которые тогда ещё не слышали рассказа Шаулы.

С тех пор как Субару проснулся, он видел, как Шаула общается с ним с видом чрезмерной фамильярности, которая была далека от признаков типичного дружелюбия, и из-за этого ему было трудно поверить, что она отказалась что-либо им говорить. Тем не менее, она не сказала им ничего, так как держала рот на замке по отношению к тем, кто был в башне.

Однако, даже говоря так, Субару все еще волновался.

Даже если бы у Шаулы был развязан язык и она могла бы говорить об этом…

Субару: Думаю, спросить не помешает. Хей, Шаула. Если ты что-нибудь знаешь, пожалуйста, расскажи мне все о герое, которого ты уничтожила.

Шаула: Предоставьте это мне. Помнить такие вещи, как имена парней, которых я убила - это работа второго сорта…… Такой первоклассный человек, как я, не помнит дальше сотни.

Субару: Разумеется ты скажешь именно так!

Шаула показала ему большой палец и подмигнула. Получив такой энергичный ответ, Субару хлопнул себя по колену.

Как он и ожидал и боялся, ее ответ был как всегда легкомысленным.

Он подозревал, что это, скорее всего, произойдет именно так, учитывая как она вела себя и говорила до сих пор. Был шанс, что она, которая, казалось бы, знала ответ на “Герой, которого уничтожила Шаула”, не помнила его где-нибудь в своей голове.

Юлиус: Однако, мы не добьемся никакого прогресса, если остановимся на этом. Мисс Шаула, вы действительно ничего не помните? Это не имеет значения, даже если это крошечная деталь.

Шаула: Легче сказать, чем сделать. Я убиваю всех, кто приближается к башне, и их трупы в конечном итоге убирают Магвери снаружи.

Анастасия: Хорошо, но разве это не странно? Может быть, это Испытание, чтобы увидеть, сможем ли мы раскрыть начало знаний башни? Это была бы странная последовательность событий, если бы от нас потребовали показать что-то, что произошло после того, как началось пребывание Шаулы-сан в качестве защитника башни.

Шаула надулась, говоря, что понятия не имеет, но Анастасия указала на неуместное чувство в её словах. Все, кроме Шаулы, согласились с ее мнением, сказав “Понятно”. Конечно, трудно было представить, что проблема, возникшая внутри башни, возникла после того, как началось ее пребывание в башне. Тогда, естественно, это означало, что период времени, когда “Шаула уничтожила героя,” наступил до строительства башни.

Беатрис: Другими словами, это означает, что это было до того, как ты начала стрелять в людей наугад. Ну же, вспоминай, я полагаю. Это похоже на то, будто всё сосредоточилось только на твоих ягодицах и груди, поэтому твоя память такая плохая.

Шаула: Эту внешность выбрала моя Мать~. Ноно, с моей стороны было бы нечестно говорить “Я помню!”. До постройки башни, верно?

Эмилия: Да, верно. Еще до того, как построили башню. В те времена, вы случайно не помните кого-нибудь, кого вы убили……Я имею в виду уничтожили?

Собравшись возле лестницы с Шаулой посередине, они отчаянно попытались пробудить ее воспоминания. Тем не менее, Шаула, которая купалась в ожиданиях всех, не подала никаких признаков того, что они добились успеха, и она простонала “Ахиин”

Субару: Это правда или нет, что ты была здесь 400 лет назад? Если я назову кучу достойных внимания людей примерно в то время, ты случайно не убила бы 2 или 3 из них, не так ли?

Шаула: Мастер, ты так думаешь обо мнеее? Я дева, которая любит баловаться с цветами.

Субару: Ты не дева, скорее гусеница.

Эмилия: Субару, я думаю, что твои слова сейчас были очень грубыми. Если она не хочет вспоминать, то не дави на нее и не заставляй……

Субару: Эмилия-тан, твоя доброта - это твоя супер-добродетель, твоя лучшая черта, но с этой женщиной, чем больше ты ее балуешь, тем бесполезнее она становится, тебе не кажется!? Я это знаю! Потому что я такой же!

Эмилия решительно выпятила грудь и заявила об этом. Но дело было не в том, что Шаула не могла вспомнить, потому что не хотела, а в том, что ее память была настолько плохой, что она просто не могла.

Эту тему он хотел обсудить деликатно, поскольку у одного из его членов была куча сложных проблем, связанных с воспоминаниями, но это было совсем другое дело, когда дело касалось Шаулы.

Субару: Практически, это не будет проблемой, если я выстрелю несколько случайных имен, верно? Хотя, я не знаю, как на это отреагируют Монолиты.

Анастасия: Это определенно должно быть так, как говорит Нацуки-кун. Однако, интересно, даже если мы узнаем ответ, как мы тогда сможем прикоснуться к “Самому Яркому”?

Учитывая, что Монолит, к которому он прикасался, исчез, а Испытание, похоже, признало их провалившимися, он мог предсказать, что окончательная форма их ответа, вероятно, будет заключаться в том, чтобы “Коснуться правильного Монолита”.

Вопрос тогда был в том, как они найдут “Правильный Монолит”. Можно сказать, что даже если они сколят воспоминания Шаулы, у него не было ощущения, что это поможет.

Мейли: Но~о, даже если мы будем думать вечно, мы не добьемся никакого прогресса, ве~рно? Поскольку Голая Сестрица довольно отзывчива, я ду~умаю, мы должны также спросить ее.

Все еще держась за голые плечи Шаулы, Мейли втиснулась между взрослыми, которые не знали, что делать. Она посмотрела на Монолиты со скукой на лице, пока возилась со скорпионьим хвостом Шаулы.

Мейли: Вокруг не~ет мерзких Магверей, не~ет никакого прогресса, и это абсолютно не ве~есело. Ускорим дело, я хочу поскорее вернуться в Особня~як.

Каждый: “――――”

Все были в недоумении от слов, которые произнесла Мейли. Сразу после этого Мейли спросила “Что такое~?”, и Субару погладил ее по голове.

Мейли: Что случилось~?

Субару: Ничего, я просто думаю, что все так, как ты говоришь. Ты права. Это место песчаное, как ад, и вдобавок ко всему, снаружи бродит куча страшных Магверей. Мы быстро разберемся здесь, решим все наши проблемы…… разбудим Рем, найдем способ спасти нуждающихся людей, а потом удерем отсюда.

Ходить вокруг да около с тревогой, прежде чем попытаться сделать это, было пустой тратой драгоценного времени. Ему казалось, что Испытание было устроено кем-то довольно злым и что он играет им на руку.

Шаула: Мастер, Мастер. Ты же знаешь, что рядом с головой этой маленькой кусачки есть голова, которую легко погладить.

Субару: Я уже говорил это. Ты такая же, как я, в том смысле, что ты из тех, кто, будучи избалован, бесконечно впадает в порчу. Вот почему с этого момента мы делаем все по-спартански. Поторопись, черт возьми, и вспоминай.

Шаула: Мне обязательно это дееелать?

Недовольно надув щеки, Шаула, казалось, надулась во весь рот. Тем не менее, с ней будет легко справиться, так как через несколько десятков секунд она начнет напевать с таким лицом, как будто забыла.

Юлиус: Ну что ж, наша юная леди тоже просит. Попробуем ли мы, не колеблясь, приступить к проверке возможностей, которые перед нами открываются?

Анастасия: Ммм, это, наверное, хорошая идея. Это прекрасно, что всё в порядке, даже если мы провалим кучу раз. В большинстве случаев в человеческой жизни все решается в одном поединке…… Так что, это довольно щедро, не так ли?

Хотя Мейли и привела всё в движение, Юлиус и Анастасия также пришли к согласию с ней. Таким образом, пришло время заставить ее еще раз вспомнить “Героя, уничтоженного и забытого Шаулой”.

Субару: А пока давай назовем имя, которое ты помнишь…… Да. Ах, как насчет Рейда? Этот парень был первым в истории Святым Меча; Ты убила его, не так ли?

Шаула: АААААХИИИИИИИИ!!

Мейли: ГЬЯААА!

Субару: Очистка Третьей базы.

(imy: Бейсбол. Также похоже отсылка на мангу "3rd Base 4th". Я не разбираюсь в терминах, поэтому возможно ошибка.)

Сразу после того, как он небрежно произнес это имя, Шаула издала пронзительный крик и отскочила назад. Субару выполнил ныряющий захват на Мейли, которая была сброшена, будучи не в состоянии противостоять этому впрыску импульса.

После того, как он благополучно отпустил Мейли на землю, Шаула, которая вскочила и убежала далеко в комнату, стала меньше в поле зрения.

Субару: Эй! Мне очень жаль! Я действительно не знаю, почему ты так себя ведешь, но вернись сюда!

Шаула: П-пожалуйста, не говорите таких страшных вещей. Мастер - самый злой. Самый худший. Девичье горе. Проблема ответственности.

Несмотря на то, что она говорила легкомысленно, голос Шаулы, пока она кралась назад, слабо дрожал. Она, конечно, вела себя жестко, но не настолько. Несомненно, страх и ужас заставили ее так отреагировать.

Естественно, причина ее страха могла быть только одна.

Субару: Хах, неужели Первый Святой Меча такой страшный человек?

Юлиус: Как глупо. Рейнхард, Вильгельм-сама и им подобные - уважаемые люди, достойные предка семейства Астрея. Он определенно был не только искусен в обращении с мечом, но и человеком с характером. Конечно, в анекдотах есть некоторые части, которые остались позади как слухи, указывающие на то, что он был довольно волевым, которые не пересекаются с Рейнхардом и остальными, но…… Если это не так, то не означает ли это, что история семьи Астрея была искажена до нынешнего поколения?

Субару: Не совсем, но когда вы распутаете историю, и точка зрения видных государственных деятелей также изменится, вы обнаружите, что японская история тоже достаточно жестока. Если мы сравним это с этим, то я имею в виду, что мы действительно не сможем начать говорить здесь об определениях……

Юлиус: Боже мой, не будем углубляться в такие разговоры. Все в порядке. Мы можем прояснить эту историю, если заставим ее говорить, поскольку она здесь живой свидетель. Ну же, давайте послушаем ее.

Юлиус принялся с невероятной энергией болтать на Субару, который рискнул догадаться о темпераменте Рейда по реакции Шаулы. И что еще хуже, он справился с ситуацией, отпустив Субару, который пытался защитить свою точку зрения, со смехом.

Спустя столько времени Субару снова смог увидеть фигуру того яркого рыцаря, которого он впервые увидел на Королевских Выборах. Теперь он знал, что его отношение тогда сводилось к тому, что он играл злодея. Хотя всякий раз, когда он видел его таким, у него, конечно, возникало впечатление, что он все еще был таким, как тогда, когда они впервые встретились.

В любом случае,

Юлиус: Ваши впечатления о Первом Святом Мече, Рейде Астрея. Мисс Шаула, я хотел бы, чтобы вы рассказали нам о своем искреннем впечатлении о нем.

Шаула: Он был человеческим мусором.

Юлиус: Я хотел бы, чтобы вы рассказали нам о своем искреннем впечатлении о нем.

Субару: Не притворяйся, будто она ничего не сказала!!

Субару толкнул Юлиуса в плечо, который пытался проигнорировать этот неудобный лакомый кусочек, и заставил его взглянуть фактам в лицо. Указывая пальцем на Шаулу, у которой на лице было озабоченное выражение, Субару продолжил:

Субару: Эй, послушай. Правда об истории, о которой ты хотел узнать, находится прямо здесь. Она - живой свидетель этого. Давай, рассказывай мне сколько угодно анекдотов о Рейде Астрея, об этом великодушном человеке, искусном в обращении с мечом.

Юлиус: ……Те, кто обладает исключительным талантом, в конечном итоге более или менее уверены в себе. Это не должно наказываться, скорее, это должно быть чем-то, чем надо гордиться. Если вы в конечном итоге станете величайшим фехтовальщиком, записанным в истории, даже действуя так, да, если принять во внимание, как все было тогда, это было бы подходящим――

Субару: Я впервые вижу тебя в таком отчаянии.

Юлиус тоже заволновался, словно обдумывая, насколько неубедительно это прозвучало.

Отставив в сторону Юлиуса, которого предала история, которую он так любил, Шаула без конца излила из себя "Правду о Рейде Астрея".

Шаула: Ну, в любом случае, он был противным парнем. Его характер был похож на характер непослушного ребенка во взрослой форме, и он любил запугивать слабых. Или, я думаю, что если мы посмотрим на это с точки зрения этого мусора, то почти все его противники были слабыми, так что он издевался над слабыми независимо от того, с кем он сражался. Он также часто так делал со мнооой

Эмилия: Но, он смог продолжать делать так с вами, несмотря на то, что вы такая сильная? Ах, так как это случилось более 400 лет назад, вы, должно быть, были тогда маленькими?

Шаула: Яяяя была такой с самого рождения. Так что, с тех пор я не изменилась, однако…… Эта штука была просто необычной. Полный кусок дерьма.

Мусор, кусок дерьма, герой былых времен был сурово оценен как таковой.

Темнота не исчезала из позы Шаулы, как будто множество ненавистных воспоминаний нахлынуло на нее. Это было то же самое, как если бы человек, над которым издевались, вспомнил, что сделал с ним хулиган.

Шаула: Ты всегда должен помнить об этом куске дерьма. Даже если хулиган забудет, тот, над кем издеваются, никогда не забудет, и это факт…

Субару: Я не очень удивлен, так как есть прецедент в виде Рейнхарда, но нужно быть настоящим монстром, чтобы сбить тебя с ног, и похоже Рейд Астрея тоже был им.

Шаула: Он действительно был худшим. Но мне удавалось раз в десять попыток заставить его использовать обе руки, когда мы дрались.

Субару: ……Понятно.

Он мог ответить только так. Ставила ли она перед собой высокие или низкие цели, заставляя его использовать обе руки раз в десять попыток, а не одерживать победу раз в десять попыток?

Субару чувствовал, что он не сможет заставить Рейнхарда использовать обе руки хотя бы раз в сто, поэтому он мог признать, что ее борьбы было достаточно.

Субару: Ну, мы можем отложить расспросы о Рейде. Нам совершенно бессмысленно спрашивать, не ты ли его уничтожила.

Юлиус: ――. ――――. Я согласен. Есть и другие вещи, которые мы должны сделать приоритетными прямо сейчас.

Субару: Разве ты не тратил время на это только что?

Субару не мог сказать, был ли у него научный интерес к этому, или это было любопытство, вызванное простым хобби, но он рассудил, что сейчас, возможно, от Юлиуса не будет никакой пользы.

Хотя ему было жаль Юлиуса, чьи иллюзии были разрушены, к несчастью для него, у Субару не было причин заботиться о предке Рейнхарда прямо сейчас. Начнем с того, что сам Рейнхард уже был более чем достаточно удивительным, независимо от того, насколько удивительной была его родословная. По крайней мере, учитывая его "отцовскую" натуру, он был уверен, что Рейнхард ею был в изобилии.

Субару: Тогда, давайте оставим все предположения о том, кто герой, парню, который знает лучше.

Юлиус: Попался. Я смиренно соглашусь.

Субару: Я все еще не говорил о тебе, но конечно. Действуй. Беако, помоги ему с этим.

Беатрис: Попалась.

Он оставил эту задачу Юлиусу, так как он сам был готов ее выполнить. И заставить Беатрис помочь ему в качестве помощника, который хвастался 400-летними знаниями, было идеально.

Эмилия: Тогда что же нам делать?

Субару: Мы поближе осмотрим окрестности.

Все, что касалось героев, он оставил Юлиусу и Беатрис, которые остались с Шаулой, а он сам тем временем захотел разобраться с устройством.

А именно, как были устроены реплицированные монолиты―― Если бы в их неравномерном расположении было какое-то значение, то тратить время на поиск закономерности, стоящей за этим, вероятно, не было бы пустой тратой.

Субару: Во-первых, первый…… стоит перед лестницей.

Эмилия: Этот Монолит задает вопрос, верно?

Монолиты не были выстроены в достаточно узком пространстве до такой степени, что они должны были быть осторожны, чтобы не врезаться в них, тем не менее, Субару взял Анастасию и Эмилию и осмотрел Монолиты внутри комнаты.

Когда он дважды проверил, обнаружилась удивительная разница в размерах между разбросанными Монолитами. Ни один из них не был таким большим, как серия оригинальных Монолитов; фигуры бесчисленных Монолитов, которые были в один или два раза меньше, были разбросаны вокруг них.

Субару: Если вы посмотрите на это…… Я думаю, что есть около 7 или 8 Монолитов, которые примерно такого же размера, что и первый Монолит?

Эмилия: Наверное? Да, я тоже так думаю. Я думаю, что те, которые находятся очень далеко, все довольно маленькие. Хотя, мы закончим тем же, что перезапустим всё, если коснемся их.

Субару: Судя по тому, как ты об этом говоришь, похоже, что ты уже делала это раньше…… Ах, прости. Забудь об этом.

Увидев печаль в глазах Эмилии, Субару взял себя в руки, прежде чем сказал слишком многое. Вернувшись обратно к первому Монолиту, Субару повернулся лицом к двум девушкам и погрузился в раздумья.

Субару: “Прикоснись к самому яркому из героев, уничтоженных Шаулой……Я чувствую, что он пытается сказать что-то "классное".

Анастасия: Наверное, это что-то абстрактное. К сожалению, мы не можем обойти этот вопрос стороной, принимая во внимание то, что получается, когда мы полагаемся на память Шаулы-сан.

Субару: Ну, наверное.

В сущности, полагаться на других или на существо, которое было оставлено в башне в качестве ее надзирателя, чтобы получить этот ответ, было действительно несправедливо, поскольку это было помечено как “Испытание”.

Субару и остальные не ожидали дружеского контакта, когда доберутся до башни―― Тем не менее, они в конечном итоге добрались до башни, не вступив в драку с Шаулой; если бы это не закончилось так, они бы попали в трясину резни. Даже если бы они успешно добрались до башни в этом случае, они, вероятно, не смогли бы победить Шаулу.

Эмилия: Если мы сделаем это, прохождение Испытания станет навсегда невозможным, верно?

Субару: Это верно, если ты говоришь, что они не намерены позволять нам решать Испытание. Они могут поставить сильного Стража в качестве защитного механизма, и что еще хуже, если бы мы убили этого Стража, они могли бы поставить ужасный барьер, который не позволил бы нам пройти……

Эмилия: Но ты же не думаешь, что…… Ты думаешь, что все по-другому?

Субару: Мммм.

Эмилия в предвкушении перевела взгляд на Субару, который затронул этот вопрос безопасности. Встретив ее пристальный взгляд, Субару подтвердил ее мысли усмехнувшись.

Эти глаза были слабостью Субару. Субару слабел всякий раз, когда Эмилия и Беатрис бросали на него такие взгляды. Рем, Гарфиэль и Отто тоже иногда так смотрели на него. Вместе с Петрой, получалось слишком много. Единственными, кто не смотрел на него так, были Патраш и Рам.

Субару: Ахх, мне почему-то кажется, что я заметил тенденцию.

Эмилия: "――――?"

Субару: Ничего, просто разговариваю сам с собой.

Блеф Субару не сработал бы против тех, кто мог видеть его насквозь. Разумеется, он был спасен благодаря тому, что Эмилия не была одной из тех, кто расспрашивал его об этом.

В любом случае, отложим это в сторону и вернемся к вопросу Испытания――,

Субару: Если отбросить исключения, то в принципе вопрос был построен с предположением, что он может быть решен. Если вы действительно хотите спрятать вещи должным образом, было бы разумнее не оставлять их там, где есть шанс их найти.

Анастасия: Но, Нацуки-кун, ты же видел, что это место не такое?

Субару: Что сказала хранитель этого места, Шаула? Она сказала, что это Великая Библиотека, где вы можете получить все знания, которые пожелаете. Я не думаю, что сама Шаула могла бы придумать такую причудливую фразу, поэтому я думаю, что она выпаливает слова, которые ей сказал кто-то другой. Это означает, что Флюгель, который построил эту библиотеку и доверил ее Шауле, предназначалась для ее использования.

Чем больше он распутывал возможности, тем более неестественной становилась для него нынешняя ситуация.

Создатель этой Великой Библиотеки Плеяд, должно быть, предпринял шаги, чтобы настроить ее так, чтобы цель здания работала. Он оставил Испытание и Шаулу здесь, чтобы проверять людей.

Субару: Значит ли это, что никто, кроме тех, кто хорошо ладит с Шаулой, не может использовать её?

Эмилия: Но Шаула сказала, что она нападала на всех, кто приближался к башне, верно?

Да, это было верно.

Команда, которая была дана Шауле, была “Устранять любого, кто приближается к башне без каких-либо исключений”, и Субару и другие, вступившие в дружеский контакт с Шаулой, были просто удачей. Если он опрометчиво заключил, что люди не получат квалификации, чтобы бросить вызов башне, если они не изобилуют случайностями, тогда…

Анастасия: Значит, нужна сила, удача и обаяние, чтобы подружиться с Шаулой-сан? Я думаю, что наш состав довольно непригоден для этой задачи.

Субару: ……Это точно.

Если бы они были побеждены Шаулой, убиты ею или не смогли заставить ее сотрудничать с ними, то они потеряли бы квалификацию, чтобы бросить вызов Великой Библиотеке Плеяд…

Хотя это было иррационально думать так, если бы он перечислил все условия до сих пор, он мог бы прийти только к такому выводу.

Однако Субару не мог не испытывать дурного предчувствия, просто принимая это.

И,

Эмилия: Эй, Ээй.

Субару: Эмилия?

Эмилия: Я чувствую себя немно-о-ого неловко. У меня действительно плохое чувство в груди и вокруг нее.

Эмилия приложила руку к животу и с тревогой выплеснула это. Когда он уже собирался обратить на это внимание, Субару сдержался, прежде чем впиться взглядом в ее бледную кожу.

Откашлявшись, он хмуро посмотрел на Эмилию и сказал "Плохое чувство?"

Субару: Хах, у тебя что-то на уме?

Эмилия: По правде говоря, да. Но, возможно, это не имеет никакого отношения ко всему, и даже если я скажу это вслух, я думаю, что только ты поймешь меня……

Субару: Я думаю, что хотел бы, чтобы ты сказала все, что у тебя на уме прямо сейчас, чтобы ты могла сказать это мне. Мои мысли не обязательно верны, и, честно говоря, хорошо думать о вещах с разных точек зрения.

Эмилия: Правда?

Погруженная в свои мысли о том, что она скрывает, Эмилия немного просветлела, услышав его слова. Затем она продолжила говорить, сказав: “В таком случае,”

Эмилия: Когда вы прикоснулись к Монолиту, вы, ребята, услышали голос внутри своей головы, верно?

Анастасия: Да. Это жуткое изобретение, но мне интересно, что это за чертовщина.

Эмилия: Это тот самый голос, но…… Разве он не похож на тот, что был во время Испытания в Святилище?

Субару & Анастасия: “――――”

(П/п: Для устранения терминологической двусмысленности проверьте мою заметку из прошлой главы о том, почему я использую здесь Испытание(Ordeal) вместо Испытания(Trial).)

Субару и Анастасия оба хранили молчание, когда услышали предложение Эмилии. Однако, даже если бы они оба в конечном итоге молчали, причина, по которой они это сделали, была другой.

Анастасия погрузилась в молчание, потому что понятия не имела, что означают эти слова, но молчание Субару было вызвано тем, что он был застигнут врасплох и понял ее слова.

Испытания―― Они происходили на кладбище Ведьмы Ехидны, которая жила в Святилище.

Те загадочные феномены, которые заставляли вас сталкиваться с прошлым/различными временами, Субару не знал всех подробностей о них, поскольку он остановился на полпути, но, по словам Ехидны на кладбище, было и третье Испытание, которое Эмилия преодолела.

Нет, в данном случае детали и тяготы этого Испытания не были здесь важны.

Что было важно, так это то, что рефрен, который информировал их о деталях Испытания, используя “Их собственный голос”, был почти таким же, как и тогда, когда они бросали вызов тому “Испытанию.

Субару: Теперь, когда ты упомянула об этом, ты права. Почему это вылетело у меня из головы…… Наверное, потому что это плохие воспоминания?

Эмилия: Субару, это потому, что ты действительно не любишь Ехидну, нет?

Анастасия: "――хк.”

Субару: Пройдя через переживание, когда спаситель оказывается на самом деле серым кардиналом, ты в конечном итоге станешь похожей на меня!

Со времен Святилища Эмилия и Субару говорили о Ведьмах только раз или два. Даже после того, как они коснулись темы Испытания, Эмилия любила обходить её стороной, поэтому он не слишком углублялся в эту тему.

Общим для них обоих было то, что они считали "Ехидну злым демоном.” Эмилия больше приукрашивала это, когда говорила, но Субару говорил о ней как есть.

Анастасия: Ты меня напугала, когда упомянула имя Ехидны.

Эмилия: Ах, понятно. Исскуственого Духа Анастасии тоже зовут Ехидна…… Она действительно говорит в очень похожей манере, верно? Это странно.

Субару: Да, это странно, но давай разберемся с этим в другой раз, хорошо? Итак, это похоже на Испытание…

Когда он услышал слово Испытание, то подумал, что оно звучит как Испытание.

(imy: сначала мне было смешно, а теперь страшно. я надеюсь, что скоро они закончат говорить ordeal и trial 24/7...)

Когда дело дошло до частей, которые напоминали Испытание с самого начала, это, вероятно, была одна часть системы, или, возможно, это была большая ее часть, которая напоминала ту, что была на кладбище.

Субару: Если подумать, Испытание тоже было практически неограниченным в том, насколько вы могли бросить ему вызов.

Эмилия: И еще, что касается Испытаний, есть Третий этаж, Второй этаж и Первый, всего их здесь также три, верно?

Субару: “――――”

Субару и Эмилия посмотрели друг на друга, как будто говоря: Да, это определенно так.

Имя Мудреца и период времени в 400 лет. Когда он оглянулся на это, он почувствовал неизбежное совпадение истории со временами тех Ведьм.

Эмилия: Да, хотя мне очень жаль. Даже если мы знаем так много, это все равно не приближает нас к ответу.

Обдумав все до конца, Эмилия прервала свой рассказ с взволнованным выражением на лице.

Как и предполагала Эмилия, даже если и существовал шанс, что это место имеет какое-то отношение к кладбищу, оно все равно не имело никакого отношения к Испытанию Тайгеты.

Имя “Героя, который был уничтожен Шаулой” все еще было чем-то, для чего они должны были полагаться на Шаулу……

Субару: ……На самом деле, разве это так?

Эмилия: Субару?

Субару: Если мы предполагаем, что это место является чем-то, что должно быть разрешимо, то не означает ли это, что оно может быть захвачено, если Шаула не совершит ошибку?

Это была башня Мудреца, а там было кладбище Ведьмы.

У обоих этих экзаменаторов был один и тот же злой нрав, но если это было не только то, что их объединяло, у них был возможный шанс преодолеть их.

Ведьма испытывала людей в своих Испытаниях, но она не давала им никаких трудностей, которые не могли дать результатов.

Тогда, если Мудрец испытывал людей в своих Испытаниях, то он не должен был давать им никаких трудностей, которые не могли бы дать результатов.

Субару: У нас есть шанс захватить башню, не нуждаясь в Шауле……

Анастасия: Нацуки-кун, что ты думаешь о……

Эмилия: “Тсс”

Погрузившись в свои мысли, Субару положил руку на подбородок, закрыл один глаз и погрузился в размышления. Когда он это сделал, Эмилия махнула рукой и заставила замолчать Анастасию, которая увидела луч надежды, мерцающий в происходящем и заговорила.

Эмилия приложила палец к губам и жестом велела ей замолчать, после чего снова повернула голову и посмотрела на Субару. Ее аметистовые глаза искрились предвкушением.

Не обращая внимания на предвкушение Эмилии, Субару задумался.

В этом “Испытании” присутствие “Шаулы” не имело значения. Возможно, существовал даже шанс, что те, кто бросил вызов башне, смогут уничтожить Шаулу, если она нападет на них. Если он предположить, что они до сих пор даже не знают имени Шаулы…

Субару: Даже если бы мы не знали, что Шаула - это Шаула, если мы предположим, что Шаула была вовлечена……

Эмилия & Анастасия: “――――”

Субару: Мы ошибочно полагали, что достижение Флюгеля было достижением Шаулы. Достижение Мудреца состояло в том, что он запечатал Ведьму с помощью Первого Святого Меча и Божественного Дракона. Однако, Ведьма Зависти - это не то, что мы когда-либо называли чем-то вроде Героя, и она никогда не была уничтожена.

Он исключил эту возможность как неверную гипотезу прямо здесь.

Возможно, существовала еще одна героическая история, которую Мудрец Флюгель навязал Шауле, о которой он просто не знал. Однако не было никакого смысла в том, что Беатрис и Юлиус не помнили ничего подобного―― В его голове всплыла неизбежная возможность.

Субару: Даже если бы мы не знали, что Шаула - это Шаула, если мы предположим, что в этом замешана Шаула…… Это оно.

Он еще раз повторил то, что сказал.

Но это не означало, что его мысли ходили по кругу. Все было наоборот. Он исключил одну из возможностей, и на поверхность всплыла другая. И это означало, что――

Субару: Беако! Подойди сюда на секунду!

Следуя возможности, которая поразила его, Субару поднял лицо и позвал Беатрис.

Юлиус пытался сделать все возможное, чтобы открыть память Шаулы. Рядом с ним Беатрис вскочила, когда услышала голос Субару, который указывал, что ему удалось что-то найти. Она бросилась к нему и сказала,

Беатрис: Это лицо Субару - любимое лицо Бетти, я полагаю.

Субару: Разве не все они должны быть твоими любимыми?

Беатрис: Это особенно.

Беатрис сказала это без малейших признаков смущения, и Субару протянул ей руку, когда она встала перед ним. Беатрис взяла его за руку и посмотрела на него своими круглыми голубыми глазами.

Ее глаза спрашивали: “Что ты хочешь, чтобы я сделала?” Поэтому Субару кивнул и сказал,

Субару: Все очень просто. ――Я бы хотел прыгнуть чуть выше вместе с Мураком.

Беатрис: ……Только не говори мне, что ты собираешься сказать: “Я сдался, так что давай сломаем потолок и поднимемся туда”, я полагаю.

Субару: Не удивляйся. Конечно же, нет. Я просто хочу посмотреть на Монолиты сверху.

Эмилия: Посмотреть на Монолиты сверху……

Позади него Эмилия обернулась, чтобы посмотреть на Монолиты, и пробормотала это.

Даже если она и не знала, чего он от нее ждет, Беатрис не выказывала ни малейшего желания расспрашивать об этом. Она тихонько вздохнула и крепче сжала его руку,

Беатрис: Мурак.

Бледные, светло-фиолетовые волны слабо обернулись вокруг тела Субару после ее заклинания.

Мурак был магией, которая сдерживала действие гравитации и делала тебя гораздо более ловким. Просто слегка подпрыгнув, он смог бы взлететь примерно на метр, и если бы он изо всех сил оттолкнулся от пола, то…

Субару: Полетели!

Все еще держа Беатрис за руку, Субару вскочил на самый верх высокой комнаты. Хотя он поднялся на 6 или 7 метров, его тело не врезалось в потолок, как он ожидал.

Слой расширился, как будто внутри этого бесконечного белого пространства вообще не было потолка. Таким образом, Субару смог посмотреть сверху вниз на всю комнату.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Субару: ――Все так, как я и думал.

Беатрис: Тебе удалось найти то, что ты искал, я полагаю?

Субару: Конечно. Это место - просто худшее.

Субару нахмурился и кивнул, увидев взгляд Беатрис, которая услышала его бормотание будучи в его руках.

Они оба повернулись к земле и упали; легкость их тела, которая помогла им вскочить, также помогла им изящно приземлиться. Они приземлились без каких-либо проблем, и он отпустил Беатрис, которую нес как принцессу.

Субару: Я знаю имя Героя.

Эмилия: Правда?!

Субару убежденно сказал это Эмилии, которая видела, как он задумался об этом, а затем вскочил. Эмилия удивленно отреагировала на его слова, и Анастасия также округлила глаза.

Услышав их разговор, Юлиус и остальные, которые были очарованы их разговором, собрались там, где были Субару и остальные.

Мейли: Братец догадался~?

Субару: Я решил это. Вместе с линией мышления этого странствующего экзаменатора, на данный момент.

Шаула: Это мой Мастер! Ты заставляешь меня чувствовать покалывание! Ох, как я жаждала этого!

С Мейли на спине, Шаула показала ему большой палец и ответила, а затем энергично покачала головой. Заметив это краем глаза, Юлиус перевел взгляд на Монолиты и сказал,

Юлиус: Я не хочу сейчас в тебе сомневаться. Но, пожалуйста, расскажи мне, как тебе удалось получить ответ.

Субару: Ничего особенного. Вы все не должны чувствовать себя плохо из-за того, что не решили эту проблему. Потому что, во-первых, людей, у которых есть шанс решить эту проблему, очень мало.

Эта проблема была самой презренной в этом смысле.

Претенденты должны были преодолеть препятствие, которым была Шаула, понять детали проблемы, и все же с самого начала они были сужены до "Вероятности знания ответа на проблему".

Субару: Герой, уничтоженный Шаулой, это Орион.

Все: Орион……?

Все посмотрели на Шаулу в замешательстве после того, как услышали слово, которое произнес Субару. Однако Шаула энергично покачала головой, когда все взгляды сошлись на ней, и сказала: “Я его не знаю!”

Шаула: Неанеанеа, я понятия не имею, кто это. И даже если на секунду мы предположим, что это я его убила, какого человека, который даже не может проделать весь этот путь, называют героем, это совершенно нелепо. Тааак, я не думаю, что я здесь виновата. Как вы можете спросить, ну этим аргументом из теории! Я суууупер умная!

Субару: Как можете видеть, эта женщина абсолютно не умна. Сначала я подозревал, что она, возможно, действительно забыла, но это не так. Причина в том, что “Шаула” из этой проблемы - это не эта женщина.

Шаула: Яяяя - единственная Шаула! Я получила это имя от Мастера!

Субару: Даже имя, которое дал тебе твой Мастер, пришло от кого-то другого.

Он ткнул пальцем в кончик носа протестующей Шаулы и оттолкнул ее, прежде чем она успела приблизиться. После этого Субару подошел к первоначальному Монолиту и встал перед ним.

Эмилия: Может быть, еще раз…… только Субару знает происхождение имени Шаулы?

Субару: Это знаю не только я, хотя, наверное, не все знают. ――Имя звезды в моем родном городе называется “Шаула”. Смысл его названия - “Жало”, но если бы мне пришлось уточнить, какое именно жало, то это было бы жало “Скорпиона".

Шаула настояла на том, чтобы назвать ее прическу скорпионьим хвостом, был ли это какой-то намек, или это была естественная легкомысленность Шаулы? Что бы это ни было, было несколько вещей, которые заставили его вспомнить, что “Шаула” = “Скорпион” = “Жало”.

Субару: Согласно легенде, Герой Орион был ужален скорпионом, который был послан осаждать его из-за его хвастовства, и в конце концов он умер. После смерти он стал звездой. Итак, скорпион, убивший Ориона, тоже стал звездой благодаря своему поступку, и говорят, что даже сейчас на небе Орион живет в страхе перед скорпионом……

Беатрис: Теперь, когда ты все объяснил, в этой легенде тоже есть довольно удручающая атмосфера.

Субару: В любом случае, думайте об этом как о созвездиях, где звезды иллюстрируются фигурами животных, людей и тому подобного. Вы даже можете думать о них как об астеризме. ――Вот как это выглядит, когда смотришь сверху на Монолиты.

Став практически невесомым в результате магии Беатрис, он подпрыгнул и посмотрел вниз на Монолиты.

Разбросанные черные Монолиты в этом белом мире―― Хотя их цвета были перевернуты, ряд черных звезд плавал в этом белом мире, образуя узор, который был ему знаком.

Всего было восемь монолитов, которые имели тот же размер, что и первоначальный.

Количество крупных звезд, а также то, как они были расположены, соответствовали тому, как было сформировано созвездие Ориона.

И когда он связал его с последней частью, “Прикоснись к самому яркому”…

Субару: Оригинальный Монолит находится прямо посередине. Ну, я просто должен следить за Альниламом, и если я продолжу следить за формой созвездия…… Если я продолжу следовать за Орионом, тогда…

Эмилия: Тогда?

Субару: Фраза "Самый яркий" - это немного плутовское выражение. На самом деле звезды светят по-разному, иногда они всегда яркие, иногда они светят ярче только время от времени. Учитывая это, есть две звезды, которые подходят для самой яркой в Орионе……

Если смотреть сверху, то две звезды, которые соответствовали счету, были правым плечом Ориона, расположенным в верхней левой части, “Бетельгейзе”, и левым коленом Ориона, расположенным в нижней правой части, “Ригель”.

“Ригель” всегда был неизменно ярким, тогда как “Бетельгейзе” была переменной звездой, которая иногда сияла ярче, чем Ригель.

Решить проблему, выбрав их обоих, было не очень приятно, но…

Субару: Думаю, я выберу "Ригель".

У него были плохие воспоминания об имени, похожем на “Бетельгейзе”.

Субару: “――――”

Запечатлев свой ответ в камне, Субару коснулся Монолита на левом колене Ориона, “Ригель”.

Это был не обязательно единственный ответ. Но, скорее всего, он должен быть правильным.

И в то же время когда он осознал это, он приготовился к стремительности и сложности препятствий, ожидавших их на Втором и Первом этажах, учитывая злобность человека, который придумал эти Испытания.

Субару: “――――”

Белая комната была залита ослепительным светом.

И звук, и пейзаж остались позади, все унесло ветром, прежде чем наконец――

Субару: ……Вау.

Когда свет погас, Субару и остальные остались стоять в комнате, сделанной из камня ――в центре комнаты, которая была окружена бесчисленными книжными полками.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 23. Оценка библиотеки третьего этажа Тайгета

Перевод: imy

***

Окружающий белый мир испарился, оставив после себя комнату, высеченную из камня, и бесчисленные бесконечные полки.

Почувствовав, что камень, к которому он прикасался, исчез, Субару решил, что его ответ был правильным.

Тогда в таком случае――

Эмилия: Удивительно! Субару, хорошо――

Субару: Личность экзаменатора просто худшая!!

Эмилия: Ээээ!? Это твоя первая реакция!?

Готовая отпраздновать разгадку третьего этажа Тайгета, Эмилия от изумления потеряла дар речи. По башне эхом разнёсся язвительный крик Субару.

Оглянувшись на удивленную Эмилию и всех остальных, наблюдавших за ним, Субару произнёс "Виноват",

Субару: Хотя все так, как подозревали, и я действительно разгадал загадку… но то, что она была решена таким образом - это огромная проблема. Или, скорее, это несправедливо по отношению ко всем вам.

Эмилия: Это так? Субару использовал эзотерические знания для решения загадки… вот как мне кажется.

Субару: Вместо того, чтобы говорить, что я решил загадку своими собственными знаниями, это больше похоже на то, что только кто-то конкретно такой, как я, может решить это.

Склонив голову в замешательстве, Эмилия посмотрела на Субару, который почесал затылок.

Подробно рассмотреть это, как лучший способ объяснить это, оказалось немного проблемой.

Испытание третьего этажа "Тайгета", как и ответил Субару, был мифом о Орионе. Идея, которую он отбросил, состояла в том, что “человек, который загадал это, был или астрономом, или романтиком”, по той причине, что миф об Орионе не существовал в этом мире.

Будь то Орион или небесное имя Шаула, или любое другое созвездие, все они были астрономическими знаниями из первоначального мира Субару.

И этот нынешний мир, возможно, был далеким будущим, установленным после того, как цивилизация первоначального мира Субару была давно потеряна в прошлом. Субару давно подтвердил, что ночное небо этого мира содержит другие звезды, чем те, которые он знал.

Субару: Итак, течение времени полностью изменило расположение звезд…… в таком случае нет другого выбора, кроме как просто махнуть руками в знак капитуляции, поскольку Ориона или чего-то еще больше не существует.

После долгих месяцев и лет, Орион давно исчез с ночного неба, и все, что было похоже на его мифы, также исчезло. Учитывая это, можно было сделать только одно предположение.

Экзаменатором был тот, кто знал то же небо, что и Субару.

Более того, все, кроме тех, кто знал звезды предыдущего мира, родились естественно побежденными загадкой Испытания.

И тот, кто придумал загадку, согласно словам Шаулы, был, без сомнения, Мудрецом Флюгелем.

Субару: Твой Мастер, кажется, был парнем с очевидным злым характером.

Шаула: Нетнетнет, почему вы так говорите? Это не похоже на Мастера быть самоуничижительным! Хотя нельзя отрицать несколько злую личность, загадку все же можно было разгадать! Если бы это был Рейд, это действительно было бы неразрешимо…… что-то типа раскрытия другого "я" и невозможности пройти без победы в битве?

Субару: Это ужасно, хотя, в любом случае, с этим ничего не поделаешь…

В общем, у него сложилось впечатление, что герои прошлого, которые покорили Ведьму Зависти, были ужасными личностями.

Хотя, с этим человеком, имеющим знания из другого мира, вероятно, было бы чуть легче.

Анастасия: Хорошо, а теперь…

Когда Субару вздохнул на объяснение Шаулы, которое не было объяснением, Анастасия вышла вперёд и огляделась. Поглаживая шарф, она осмотрела полки, забитые книгами.

Анастасия: Благодаря трудам Нацуки-куна, Испытание было решено…… Это прекрасно, но какой смысл в библиотеке? Какие книги тут есть? Я нахожу это весьма любопытным.

Юлиус: По словам Шаулы-сан, это место ― кладезь знаний без границ.

Кивнув с согласием на слова Анастасии, Юлиус взглянул на Шаулу. С таким выражением лица, как будто она забыла свои прежние слова, Шаула прижалась к Мейли, играя с ней.

Ожидания изначально не были высокими, но похоже, что объяснений Шаулы об этой библиотеке не последует.

Беатрис: Судя по этой реакции, кажется, что это первый раз, когда Тайгета была открыта. Давайте пройдемся и посмотрим, я полагаю.

Субару: Действительно. Хмм, эй… может быть, ты больше не можешь сдерживаться?

Беатрис: Это… может быть.

Вцепившись в свое платье рядом с Субару, Беатрис, казалось, говорила немного быстрее, чем обычно.

Её глаза мягко поблескивали, зачарованно оглядывая библиотеку―― поняв причину, Субару забыл об их обстоятельствах и начал смеяться.

Субару: Похоже, Запретная Библиотека не была для тебя каким-то неприятным воспоминанием.

Беатрис: ……Это не особенно приятное воспоминание, я полагаю. Однако, в любом случае, это место, в котором Бетти провела четыреста лет. Кроме того…

Субару: Кроме того?

Беатрис: Именно там Субару сказал Бетти "выбери меня", я полагаю. Это не то место, которое можно так легко забыть!

Субару: "――――"

От неожиданных слов у Субару округлились глаза, а Беатрис отвернулась. Но даже так было видно ее покрасневшие уши, что показывало на явный признак смущения.

Субару: Говоря слова, которые могут смутить, чего ты пытаешься достичь?

Беатрис: Бетти помнит все о Запретной Библиотеке, это доказательство воспоминаний о Субару…… это все.

Субару: Ты… слишком милая!

Беатрис: Кья――, Я полагаю!

Услышав внезапное признание в любви, Субару нежно погладил Беатрис по голове. Кошачий крик Беатрис постепенно стих, и Субару увидел выражение лица, полное удовлетворения. Эта сцена заставила Анастасию и остальных посмотреть на них с изумлением.

Субару: Ладно, хватит пустой болтовни, давайте проверим библиотеку.

Анастасия: Какое загляденье. Это действительно похоже на нежный обмен между родителем и ребенком.

Субару: Скорее между братом и сестрой, не так ли?

Высунув язык в ответ на мнение Анастасии, Субару выпрямился и огляделся.

Место, где находились Субару и остальные, было центром круглой комнаты, вырезанной из камня. Сама конструкция была продолжением башни, а обширный дизайн создавал ощущение того, что вас оставили без границ.

Если не считать большую винтовую лестницу, пятый и шестой этажи не имели особенно ярких деталей, которые могли бы заполнить огромные пустые пространства. А четвертый этаж был фактически разделен на несколько комнат, которые Шаула описала как универсальное гнездо.

Однако третий этаж заполнял все то же пустое пространство рядами полок, каждая из которых была забита бесчисленными книгами. Круглая комната была спроектирована так, чтобы образовывать небольшие этажи. Группа Субару располагалась на самом нижнем уровне, окруженным слоями, поднимающимися наружу.

Книг было так много, что их было невозможно посчитать. Запретная Библиотека Беатрис тоже была довольно большая, но с точки зрения исключительно подсчета книг, это место было намного богаче.

Субару: Чтобы найти нужную книгу, было бы неплохо, если бы тут было что-то вроде компьютера.

Беатрис: Бетти знала точное нахождение каждой книги в Запретной Библиотеке.

Субару: Ты невероятна!

Похвалив Беатрис за небольшое самодовольство, Субару подошел к книжной полке рядом с ним.

Эмилия и остальные тоже подошли поближе, хотя, похоже, никто из них не осмеливался взять книгу с полки.

Эмилия: Разве не Субару был тем, кто решил загадку? Может быть, что-то пошло бы наперекосяк, если бы их коснулся не Субару.

Субару: Ах, действительно, все может случиться, но если бы только тому, кто разгадал загадку, разрешили что-нибудь прочесть, разве не исключено, что Эмилию-тан и остальных вообще не пустили бы в библиотеку?

Эмилия: Ах, верно. Тогда, кажется, что вход в это место сродни разрешению.

Субару: Мм, вот что я думаю―― эй, Эмилия-тан!?

Услышав теорию Субару, Эмилия, которая держалась настороже, понимающе кивнула. Затем, ослабив бдительность, она тут же сняла с полки книгу.

Затем она начала листать содержимое книги, прямо перед Субару, который был поражен безмолвием.

Эмилия: Хмм, это просто обычная книга… Субару, что такое?

Субару: Нет, ничего, просто смелость Эмилии была шокирующей, но быстро стала завораживающей. Я только сказал "Вот что я думаю", и все.

Эмилия: ……? Субару так сказал, так что все будет в порядке? Эээ, говорить такое странно?

На лице Эмилии отразилось замешательство, которое лишило Субару дара речи. Со сложными чувствами Субару поднял руку и прикрыл лицо.

Субару: Мне постоянно кажется, что этот пронзительный взгляд доверия может причинить боль.

Юлиус: Ты сам построил его по крупицам. Более того, то, что ты разгадал загадку Тайгеты, которую никто другой не смог, - это факт. Такое достижение неоспоримо.

Субару: Это было похоже на то, как слепой кот прихлопывает дохлую мышь. То, что я решил это, просто совпадение.

Увидев недоумение Субару, Юлиус пожал плечами, а Субару в ответ на его слова отвел взгляд.

Вера Эмилии, близость Беатрис, искренность Юлиуса―― все это не соответствовало ожиданиям Субару, и каждое из этих слов передавало необъяснимое чувство настороженности.

Субару часто сомневается в том, что его так ценят.

Анастасия: Как и сказала Эмилия-сан, это просто обычная книга. Это не какой-то странный предмет, который сразу же воспламенит ваше тело при контакте.

"Из чего сделана эта книга?… трудно понять. Как и ее возраст. Что насчёт содержания…?”

Вдохновленные активным отношением Эмилии, остальные тоже начали брать книги одну за другой. Тем не менее, пролистать все это несметное количество книг было не такой уж легкой задачей.

Анастасия и Юлиус стали изучать композицию книги, ее переплет и тому подобное.

Субару: Беако, а ты как думаешь?

Беатрис: Кажется, что состав книг идентичен. Только названия совершенно разные. Эта "Ной Либертас". Эта "Либре Ферми"… Они, похоже, также не следуют какому-то определенному шаблону в своем упорядочении.

Ее библиотекарская душа стала истекать кровью, Беатрис выразила недовольство тому, кто так беспорядочно расставил книги. Отсутствие каких-либо воспоминаний о том, как она перебирала Запретную Библиотеку, наводило на мысль, что она была организована давным-давно.

Отложив на время возмущение Беатрис, Субару вдруг заметил что-то в корешках книг.

Субару: Названия этих книг… может быть, это имена людей?

“Ммм……похоже, что так. Эта "Пальма Эул", а вот эта "Койот".

Юлиус: Все эти имена из прошлого не известны. Не то чтобы я обладаю богатыми знаниями, но ни одно из этих имен мне не знакомо. Конечно, более внимательный осмотр может быть приведет к какому-нибудь открытию…

"Если ты их не узнаешь, то, скорее всего, никто здесь не узнает.”

Правда это или просто скромность, но в последнее время Юлиус все больше раскрывал историческую родословную своего дома.

Если эти имена не были ему известны, возможно, они были просто случайно даны.

Субару также небрежно схватил книгу, чтобы пролистать. Текст, написанный внутри, состоял из общих глифов [イ(I)], [ロ (Ro)] и [ハ (Ha)], уникального языка этого мира.

Если бы это было Евангелиее, никто, кроме владельца, не смог бы его прочесть, и был бы виден только текст, составленный из того, что казалось пиктограммами, но эта книга, похоже, не использовала таких мелких уловок.

Поскольку текст был мизерным, а само содержание - слишком скучным, он не фиксировался в мозгу даже при правильном чтении, что является обычной проблемой для неинтересных книг.

Субару: Еще раз, просто чтобы проверить с Анастасией… есть ли имена, которые ты узнаешь?

Анастасия: Мм, нет?

Субару искал подтверждения у Анастасии. Или, конечно же, лучше сказать, что он искал подтверждения не у самой Анастасии, а у Ехидны, которая контролировала ее плоть.

Ехидна должна обладать большими знаниями, чем Юлиус. И хотя, возможно, она скрывала правду, с самого начала дух не выказывал никаких признаков враждебности.

Поверив ее ответу на данный момент, Субару начал чувствовать себя довольно бессильным.

Субару: Идеи кончились, хах. Дерево, спрятанное в лесу… может быть, где-то на этих полках спрятана жизненно важная книга, хотя, это действительно хлопотно.

Эмилия: Сдаваться на полпути не вариант. Столкнувшись с неразрешимой проблемой, ты должен стараться еще больше. Работай усердно!

Столкнувшись с огромным количеством книг, Субару, который уже чувствовал себя обеспокоенным, стал чувствовать изнеможение. Увидев это, Эмилия подняла свой крошечный кулачок, чтобы подбодрить его.

Ободряющая поза, которую приняла Эмилия, становилась все более и более точной, и Субару повернулся лицом к полке. Названия всех этих книг содержали незнакомые названия. По крайней мере, если бы он наткнулся на знакомое имя, он бы внимательно изучил её―― думая так, Субару провел пальцами по ряду, книга за книгой.

Субару: …?

Внезапно пальцы Субару остановились на одном из корешков.

Схватив книгу за корешок, он вытащил ее с набитой книгами полки. Название книги было знакомо Субару.

Субару рефлекторно схватил книгу и раскрыл ее. Затем ему на глаза попалось знакомое название книги―― а затем, пришло оно.

――Затемнение сознания.

***

――Женщина.

Она была так молода, что никто не решился бы назвать ее женщиной.

Скромная одежда на тощей фигуре, зеленые волосы вместе с кожей, загорелой в сиянии дней.

Женщина, казалось, была в том возрасте, чтобы называться маленькой девочкой, однако ее сердце было охвачено нескончаемым горем.

Для женщины это был врожденный аргумент, и она никак не могла найти на него ответа.

“――――”

Все больше и больше тревожил ее разум этот нескончаемый высший аргумент.

Это была вездесущая в мире логика, этот контраст белого и черного―― а именно добра и зла.

Праведность, грешность.

Хотя в мире существует бесчисленное множество вариантов выбора, все поступки в конечном итоге оказываются на одном из этих положительных и отрицательных полюсов.

Для еще молодой женщины была причина продолжать мучиться над этой логикой. Для нее это было неизбежно.

Тот, кто разделил мир женщины на белое и черное, добро и зло, праведников и грешников, был ее отцом.

“――――”

Отец женщины обезглавливал грешников и зарабатывал на жизнь тем, что назначал наказание, соответствующее грехам.

Доставлял им конец их жизни, наказание, достойное их ошибок. Грешники, которые согрешили, означали средства к существованию для ее отца.

――Палач.

Женщина видела поступки своего отца, которого так называли, и состояние дел на месте казни еще до того, как наступила юность.

Отвратительные и жестокие поступки, предсмертные вопли грешников, место казни управлялось кровью и смертью.

――То, что заставило женщину стать свидетельницей "Смерти" там, было не чем иным, как собственной волей ее отца.

Наказание, наложенное на совершенные грехи, злые дела достигали своего результата посредством злых дел.

Отец, как палач, пытался донести до женщины законное положение дел, в которые он верил, о добре и зле мира.

Благородной была воля ее отца, чистая идеология без всяких сомнений.

Однако, учитывая молодость женщины, это казалось тщеславно, искать идеалы было еще рано.

Женщина своими глазами видела смерть многих, чуяла запах крови и выжигала в своей памяти наказание, наложенное на грешников.

В результате, женщина, прежде чем она смогла глубоко изучить ценность жизни и принцип жизни и смерти, узнала наказания, соответствующие грехам.

Благожелательность порождает доброе дело, беззакония вызывают корни зла, Развращеные грешные души были достойны наказания.

Понимая учение своего отца через это толкование, женщина желала законного положения дел для "Наказания, Подобающего грехам". Для этого она искала нечто, что стало бы ее руководящим принципом, равновесие добродетели, которое установило бы злые поступки как зло.

“――――”

Однако, равновесие, которое женщина искала, не существовало нигде в пределах ее сферы поиска.

Добро и зло дел не имели простого ответа, но исправление, грех и наказание обладали многими факторами, определяющими их.

“――――”

Однако, женщина, еще юная и не знающая компромисса или смирения, не остановилась.

Она должна получить ответ. Она должна постичь баланс добра и зла в своем сердце.

Она должна дать ответ на неустранимое сомнение, живущее в глубине ее груди.

“――――”

Дни агонии продолжались, однако она получила ответ внезапно, как будто благословение было даровано ей с небес.

Разбив отцовскую чашу, женщина сильно испугалась совершенного ею греха.

Готовясь к обезглавливанию, женщина призналась отцу в своем грехе.

“――Говорить о своих собственных грехах и извиняться за них - это правильно.”

Сказал ее отец, выражая улыбку, прощая ошибку женщины.

Улыбка отца и ощущение его ладони, поглаживающей ее по голове, заставили молодую женщину понять.

――Весы для измерения веса совершенного греха были не чем иным, как присутствием в сердце самого грешника.

Даже если никто не является свидетелем этого, сердце самого грешника знает о своем грехе.

Добро и зло, она не понимала этого. Они очень сложные. Исправления, не имеют определенных ориентиров. Их нельзя найти.

Однако, осознание греха находится внутри самого человека.

Нет никаких стандартов для наказаний, приличествующих грехам. Однако, осознание грехов, заслуживающих наказания, находится внутри самого человека

Женщина поняла, она насытилась и наконец обрела равновесие.

Оставаясь в неведении относительно ценности жизни и принципа жизни и смерти людей, молодая женщина раскрыла наказания, приличествующие грехам.

“――――”

При свете дня женщина шла, учась по наблюдениям у своего отца-палача, как следует наказывать за грехи.

За раскрытие сердец тех грешников, которые были признаны достойными наказания.

“――――"

Для женщины, разделение добра и зла, исправлений, искренности и лжи на две половины было естественным порядком вещей.

На вопрос, который задала молодая женщина, некоторые улыбнулись, некоторые встревожились, некоторые были сбиты с толку.

Однако результат ответа на вопрос женщины, оказался одинаковым для всех.

――Грехи, достойные наказания, лежали внутри самих себя.

Она огляделась. Там никого не было. Здесь больше никого не было, кроме грешников, получивших наказание.

Топча людей, разорванных на мелкие кусочки, и, наконец, осколки своего отца, ради исполнения давнего желания, дарованного ей, женщина продолжала идти дальше, ища грехи, достойные наказания.

――Ведьма Гордыни вопрошала о грехах, выносила наказание и вершила суд над грешниками.

Увидев начало Ведьмы, которую он узнал, сознание Субару вернулось вместе с болью.

Субару: Аааа――!!

Сознание Субару было выброшено из книги с треском. Сопровождая с ощущением, что с одной стороны у него высохла кровь, а с другой - что его разорвало на куски.

Боль резонировала не с головой или телом, а с душой.

Душа, вошедшая в книгу, мучительно пыталась оторваться от нее.

Эмилия: Субару!

Субару: ――Аааа!

В то же мгновение, когда рядом с ним раздался крик, его запястье приняло яростный удар. Эмилия ударила его по запястью ладонью.

Рука Субару задрожала от удара, и книга, которую он держал, упала на землю. Она приземлилась лицом вниз на землю, и Субару упёрся на книжную полку.

Субару: Ох, ах?

Эмилия: Ты в порядке? Только что ты выглядел действи-и-ительно плохо…

Субару: Так или иначе, это закончилось… верно? Я не совсем понимаю.

Кивнув Эмилии, которая поддерживала его с беспокойством в глазах, Субару затаил дыхание. Хотя он и не бегал, его сердце бешено колотилось.

Прижав руку к груди, чтобы почувствовать скачущее сердцебиение, Субару глубоко вздохнул. Его взгляд повернулся и наконец остановился на Эмилии.

Эмилия: Все в порядке?

Субару: Глядя на лицо Эмилии-тан, мне становится легче. Не могла бы ты мне помочь?

Эмилия: Хорошо. Что случилось?

Принимая лестные слова Субару, Эмилия поддержала его за плечо и спросила. Когда она спросила, Беатрис протянула руку к лежащей на земле книге.

Беатрис: Только что твое выражение лица стало странным после прикосновения к этой книге…

Субару: Подожди, Беатрис! Не трогай её!

Беатрис: …?

Он пожелал остановить Беатрис, когда она потянулась за книгой, но она взяла ее прежде, чем он успел. Опустив глаза, Беатрис прочитала название книги вслух под яростным взглядом Субару.

Беатрис: ――Тифон. Это имя кого-то, кого Субару знает, я полагаю?

Субару: Это так, но, может быть, ты…

На вопрос Беатрис Субару захотелось спросить: "Может быть, ты не знаешь?" Однако, будет ли ее ответ утвердительным или отрицательным, было уже очевидно, и Субару нахмурился, обдумывая, что следует сказать дальше.

Пока он пытался придумать, Беатрис уже открыла книгу, чтобы проверить ее содержание.

Субару: Дура――!

Беатрис: Дура - это довольно грубые слова. В этой книге нет ничего особенного, она такая же, как и все остальные.

У Беатрис будет тот же шокирующий опыт, что и у Субару―― хотя этого и следовало ожидать, девочка никак не отреагировала на содержание книги. Она разочарованно сунула книгу обратно Субару. Она была недовольна книгой и отослала ее обратно.

Беатрис: Однако, Субару не читал ни одну из других книг…

Субару: ……Верно. Но, почему только я?

Эмилия: Может быть, как и загадка комнаты, только Субару может это видеть? Или, что это работает только для Субару, который разгадал загадку…

Субару: Если это так, то эта личность кажется все более и более злой, хах…

Обдумывая слова Эмилии, Субару покачал головой, когда его охватила неприятная догадка. Во всяком случае, у него не хватило смелости еще раз заглянуть в книгу, которую ему сунули.

――В его сознании слишком живо всплывали переживания воспоминаний "Женщины" из первых рук.

Запахи, вкус воздуха, шаги по твердой земле, а также тяжесть разбитой жизни.

Пробудиться после такого погружения в память "Человека" было поистине чудом.

Он чувствовал себя так, словно пьет чужую жизнь.

Этот невообразимый ужас и отвращение возникли благодаря опыту.

Эмилия: Субару, где этот Тифон?

Субару: Это было бы трудно объяснить должным образом… или, скорее, это может быть не так сложно, если это Эмилия-тан? Может быть, ты видела ее в Гробнице?

Эмилия: Гробница――

Услышав это слово, Эмилия и Беатрис одновременно замерли.

Гробница была для Субару, Эмилии и Беатрис местом, отягощенным значимостью. Таким образом, учитывая Чаепитие Ведьм, которое было проведено в той древней гробнице, два других, знающих о Тифон, не были бы такими странными.

Тем не менее, возможно, Ехидна не была бы так откровенна с Эмилией, а что касается Беатрис, то она, вероятно, знала другую Ехидну, чем Субару.

Субару: Тифон была одной из Ведьм. Ведьма Гордыни, которая выглядела как лоли, как Беако с темной кожей. Однако, она была ребенком, который мог воплощать невинно жестокие слова.

Услышав объяснение Субару, Эмилия и Беатрис, подумав, покачали головами.

Похоже, что демонстрация ведьм Ехидной предназначалась специально только для Субару. Хотя это было только для того, чтобы использовать Субару, там было действительно много подготовки.

Субару: Невинно жестокие, хах…?

Когда он это сказал, Субару вспомнил, что у него был только короткий период контакта с самой Тифон.

Хотя это не происходило в физическом мире, ощущение его рук и ног, раздробленных ею, было незабываемым. Несмотря на то, что впоследствии они были исправлены, последствия этого удара все еще были нанесены в полную силу.

Однако, после того, как через "чтение" удалось увидеть ее ненормальное происхождение, причины такого поведения могли быть объяснены. Хотя, разумеется, мгновенно разобраться в сложных и тонких рассуждениях было нелегко.

Субару: В любом случае, в этой книге, которую я только что прочитал, были… воспоминания Тифон? Жизнь? Происхождение? В общем, это был опыт всей ее жизни. Едва ли что-то, с чем-то легко смириться.

Эмилия: Это ясно по реакции Субару… переживание воспоминаний других. Это все больше и больше похоже на какое-то Испытание.

Субару: В этом случае, это была просто борьба с собственными воспоминаниями. Что~о ж, вряд ли мы найдем что-нибудь столь же сложное.

Эмилия: В-верно. Легкая победа.

Что же касается всхлипываний, бесчисленных неудач, разрушений тела и разума под давлением, Субару и Эмилия оба кивнули и предпочли не упоминать о них.

Закатила глаза от отношения этой пары, Беатрис вытерла пятна на книге.

Беатрис: Книга, показывающая чужие воспоминания… другими словами, я полагаю, это способ доступа к прошлому. В таком случае то, что нам нужно узнать, скорее всего, содержится в библиотеке…

Субару: Беако, ты что-то придумала――

Услышав бормотание Беатрис, Субару поднялся и приготовился спросить ее, что она думает. Однако, прежде чем Субару успел договорить, раздался чей-то голос.

Юлиус: “――――”

Звук доносился со стороны группы Юлиуса, которая осматривала другие книжные полки. Проследив направление крика, там был Юлиус, стоящий на коленях с книгой в руке.

Рядом с ним встревоженная Анастасия трясла рыцаря за плечо, выхватывая книгу.

Анастасия: Юлиус? Юлиус, возьми себя в руки! Ты слышишь мой голос?

Юлиус: ……Анастасия, -сама.

Анастасия: Это я, хорошо. Медленно, глубоко вдохни… Ты в порядке?

Точно так же, как только что Субару, сознание Юлиуса вернулось в настоящее. Глядя на изящную даже в усталости фигуру Юлиуса, на лице Анастасии отразилось облегчение.

Крикнув "Все в порядке?", Субару бросился к паре.

Субару: У тебя голова идет кругом после прочтения трудной книги? Я понял, я понял.

Юлиус: Конечно, в последнее время я ничего не читал. Плачевное состояние для рыцаря, который должен быть сведущ в гражданских делах и военном деле. Мне следовало бы поучиться у тебя, кто с такой легкостью разгадывает загадки.

Субару: Какие слова, произнесенные вот так…

Если он только что почувствовал то же, что и Субару, его дух понес бы довольно тяжелую ношу. Как таковой, то, что он мог поддерживать такую элегантность впоследствии, было просто некрасиво.

За посторонние мысли, содержащиеся в сердце Субару, Эмилия ударила его по затылку ладонью.

Субару: Гах!

Эмилия: Не стоит говорить гадости на рефлексе. Юлиус, все в порядке?

Юлиус: Приношу свои искренние извинения за беспокойство. Такая преувеличенная реакция действительно не может быть оправдана… Тем не менее, это действительно неприятный опыт для сердца.

Скрывая внутреннюю усталость, Юлиус ответил Эмилии изящно. Однако тонкая пленка пота, покрывавшая его лоб, свидетельствовала о шоке, который невозможно было скрыть. Анастасия встала на цыпочки, прижимая платок ко лбу Юлиуса, а Юлиус с испуганным видом поспешно опустил голову.

Анастасия: Хотя упрямство - это природа парней, говори, когда тебе плохо, хорошо? Если ты будешь настаивать на том, чтобы делать только что-то за пределами тебя, ты создаешь проблемы и для всех остальных.

Юлиус: Верно. Моя благодарность за ваше внимание.

Эмилия: Ммм, все так, как говорит Анастасия-сан. Верно, Субару?

Субару: Хотя я не знаю, зачем тебе нужно, чтобы я согласился, но так оно и есть!

Обмен репликами между мастером и слугой двух фракций подошел к концу, и все внимание было приковано к книге в руках Анастасии.

Юлиус просмотрел содержание книги и, возможно, испытал то же самое, что и Субару. Взглянув на корешок, на нем было написано――

Эмилия: ――Балрой Темегриф. Кто-то, кого ты знаешь?

Субару: Я это имя не слышал. Наверняка.

Субару взглянул на Эмилию, которая прочитала название вслух рядом с ним, а затем уверенно ответил.

Действительно, Субару был уверен в своей превосходной памяти. Когда дело доходило до воспоминаний об отношениях в этом мире, от деревни Алам до владельца фруктового ларька в столице, он помнил их все.

В списке воспоминаний не было такого имени, как Балрой. Однако Анастасия повернула голову, услышав имя, с задумчивым выражением лица.

Анастасия: Это имя я уже слышала. Возможно… хм, точно. это… гм, верно. Разве это не имя генерала ииперии Волакия?

Юлиус: ――Точнее, он бывший генерал.

На ответ Анастасии, почерпнутый из смутных воспоминаний, Юлиус добавил дополнение. Услышав такие слова, каждый догадался бы, что это был кто-то, с кем у Юлиуса были отношения.

Только дистанция этих отношений заставила Субару нахмуриться.

Субару: Волакия, это страна на юге? Ты даже знаешь генерала оттуда?

Юлиус: Опять же, он бывший генерал. Разве это так странно? В конце концов, я один из королевских рыцарей. Поскольку Лугуника и Империя Волакия соседствуют друг с другом, не должно быть ничего удивительного в том, что я знаю односторонне это имя.

Субару: Так вот в чем дело, кто-то односторонне известный… хах.

Приняв объяснение Юлиуса, Субару кивнул. Затем он слегка выдохнул и внезапно протянул руку, чтобы выхватить книгу Балроя у Анастасии.

Анастасия: Нацуки-кун?

Субару: Извини, что напугал. Но есть кое-что, что следует проверить.

Когда у нее вырвали книгу, Анастасия широко раскрыла глаза. Субару проверил обложку книги, затем с щелчком раскрыл ее, чтобы прочитать содержимое.

В этот момент Субару приготовился к осознанию "опосредованной жизни", которая могла последовать. Однако, он также рассматривал идею "возможно, этого не произойдет". Правильный ответ оказался последним.

Субару: Я также попытался прочитать книгу после того, как услышал название, но ничего не получилось.

Юлиус: …Субару.

Субару: Сейчас самое важное между нами - это доверие, нет? Доверие, которое мы с тобой разделяем… не может быть несуществующим, и только я думаю, что оно есть?

Юлиус: ――Что за ужасная манера выражаться.

В сторону Субару, который свирепо смотрел на него, Юлиус закрыл глаза и ответил так.

Погладив свою челку, он начал говорить.

Юлиус: По сравнению с людьми здесь, у меня сейчас нет никого, кому я мог бы доверять больше. Поддержку Анастасии-самы и тебя, который дает то, чего не может дать даже Рейнхард, я бы, конечно, принял.

Субару: …Когда о тебе так говорят, я не могу не чувствовать себя отвратительно.

Юлиус: Когда я так говорю, у меня также чешется язык.

Субару почесал нос, а Юлиус продолжал теребить пальцами свою челку с закрытыми глазами. Затем он отпустил её и официально поклонился Анастасии и Эмилии.

Юлиус: Я прошу прощения за свое необдуманное оскорбительное поведение, Анастасия-сама, Эмилия-сама. Только сейчас я позволил своим чувствам затуманить ответ. В этих обстоятельствах содержание книги должно быть общим для всех нас, и поэтому мое поведение непростительно.

Анастасия: Простят тебя или нет, зависит от моего и Эмилии темперамента. А ты как думаешь?

Эмилия: То, что я хочу сказать, уже было сказано Субару и Анастасией-сан. Итак, подумайте о том, что вы должны сделать сейчас. Это все.

После того, как Эмилия и Анастасия с готовностью приняли его извинения, Юлиус снова низко поклонился. Субару точно знал, что лежит у него на сердце.

После совершения ошибки принимать смягчение от тех, кто принял извинения, было слабостью, которую можно было простить. Субару хорошо понимал это чувство, которое он испытывал раньше сам.

Юлий: Балрой Темегриф. Генерал империи Волакия… это покойник. И тот, кто лишил его жизни, - не кто иной, как я.

Анастасия: Убить генерала другой страны. Это настоящий шок.

Юлиус: Анастасия-сама… Нет, пожалуйста, забудьте то, что вы только что услышали.

Анастасия: “―――”

При откровенных воспоминаниях Юлиуса Анастасия прищурилась

.

Судя по реакции Юлиуса, он уже поделился этим с Анастасией, еще до того, как у него отняли память, и до того, как Ехидна завладела ее телом.

Естественно, то, что Анастасия узнала об этом первой, было неудивительно, и вместо этого Субару и Эмилия были совершенно шокированы.

Эмилия: То есть, если то, что я помню из своих исследований, верно, я знаю, что отношения между Лугуникой и Волакией действи-и-ительно плохие, но…

Субару: Разве убийство генерала империи не должно было начать войну или что-то в этом роде?

На откровенные и простые вопросы этой пары выражение лица Юлиуса стало более уверенным, когда он слегка кивнул.

Юлиус: Это было результатом очень щекотливой ситуации. Рейнхард и Феррис тоже были втянуты в это дело, говоря прямо, генерал готовился поднять восстание в империи. И я встретился с ним лицом к лицу и пробыл в империи недолго.

Субару: Значит, эти двое тоже были там. Разве Рейнхарду не запрещен экспорт?

Юлийус: Поскольку иностранный император хотел встретиться с ним, ему было дано разрешение… Более того, не кажется ли тебе, что слова "экспорт" касательно Рейнхарда - неверны?

Субару: Просто сорвалось с языка. Как еще это назвать? Контрабанда?

Что-то, что не могло быть экспортировано, такая формулировка не была неправильной в использовании. По правде говоря, почувствовав, что логика Рейнхарда бросает вызов боеспособности в Пристелле, было нетрудно представить, что Рейнхард станет кошмаром для сил других стран.

Не разрешалось приближаться к границе, было вполне понятное условие в международных договорах.

Юлиус: Короче говоря, этого генерала звали Балрой Темегриф. Мои извинения. Из-за деликатного характера вопроса подробности инцидента не могут быть переданы, и, кроме того, память об этом болезненна и для меня.

Субару: Значит, это то, что нельзя обсуждать открыто, хах. Понял. Я буду держать рот на замке.

Эмилия: Ммм, понятно. Я тоже буду держать это в секрете.

После выяснения обстоятельств Юлиуса, Субару и Эмилия поклялись хранить в тайне это общее доверие.

И то, что позволило Юлиусу "прожить опосредованно", также было ясно――

Беатрис: Теперь это имеет смысл. Книги здесь. - это книги, которые позволяют читателю испытать жизнь "кого-то знакомого", я полагаю.

Субару: У меня была Ведьма, а у Юлиуса - генерал. Как-то так.

Анастасия: Такое чувство, что я услышала слова, которые не могу отпустить. Нацуки-кун, ты знаком с Ведьмой? Они никуда не годятся, эти отношения. Все они связаны с Культом Ведьмы.

Субару: Я и сам боюсь, но отношения с этим человеком поверхностны, так что, пожалуйста, будь уверена. В последнее время было не так много подобных контактов.

Субару пожал плечами, услышав слова Анастасии. Однако у Эмилии и Беатрис и, наконец, даже у Юлиуса было такое выражение лица, словно они только что съели что-то кислое.

Неожиданная реакция заставила Субару нахмуриться, а Анастасия глубоко вздохнула и продолжила:

Анастасия: Смысл книг и этой библиотеки теперь кажется ясным. Чтобы поделиться этим, мне придется сказать что-то страшное, хорошо?

Субару: Слышать это было бы действительно неприятно, но что ты хочешь сказать?

Анастасия: Каждая книга в этой библиотеке названа именем, да?

Сказав то, что все знали, Анастасия посмотрела на Субару, ожидая разрешения продолжить. Когда Субару кивнул в знак согласия, он подумал, что же за страшные слова она скажет.

Затем Анастасия ткнула пальцем в книги Балроя и Тифон, которые сейчас держала Беатрис.

Анастасия: Генерал империи и друг Нацуки-куна.

Субару: Эй, она мне не друг!

Анастасия: Общий момент с книгой этого друга заключается в том, что это книга кого-то умершего.

Субару: “―――”

То, что Тифон назвали умершей, на самом деле немного отталкивало, но места, где проводилось чаепитие ведьм в гробнице, больше не было, так что ее можно было считать полностью ушедшей.

Что касается Ехидны, то, поскольку многие сомнения все еще покоились на Эридне, Субару не мог чувствовать себя спокойно по отношению к ней.

Отложив на время внутренние мысли Субару, Анастасия развела руками, указывая на всю библиотеку, и продолжила:

Анастасия: Книги здесь, действительно, включают имена всех людей от прошлого до настоящего в этом мире? Если да… То сколько времени потребуется, чтобы найти одну конкретную книгу?

――Поправка. Тот, кто создал эту библиотеку, не был плохим человеком.

――Скорее, он был самым худшим.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 24. Злой Экзаменатор

Перевод: imy

***

――Женщина, совсем одинокая.

Чувствительная к боли, она всегда плакала, всегда была эмоциональна.

Единственной причиной ее горя было то, что она не могла простить себе недостатка сил. Вокруг нее всегда был мир, полный борьбы, насилия, войны.

Сколько бы она ни умоляла, сколько бы ни кричала, сколько бы ни старалась, сколько бы ни молилась, горе никогда не кончалось. Итак, она начала проклинать судьбу.

Проклиная её снова и снова, она заметила, что это бессмысленно, сколько бы слез она ни пролила. А когда поняла, то стала желать чего-то другого.

Грубая сила.

Чтобы получить силу, которая позволила бы ей отбросить все, которая позволила бы ей подавить всех остальных, она боролась до предела и бежала, направляясь к силе, которую она так желала.

Она гналась ни за силой, чтобы причинять вред, ни за силой, чтобы забирать. Ей это было ни к чему.

Она гналась за силой, которую никто не сможет догнать, и верила, что сможет использовать ее, чтобы положить конец насилию.

Женщина, которая так много плакала, хотела силы, чтобы перестать плакать.

Она знала, что если останется бессильной, то никогда не сможет остановить борьбу, в которой сила противостоит силе.

Ее голос оставался тихим. Ее желания оставались неисполненными. Даже если ее собственные горести держались подальше, печаль все еще затуманивала небо.

Как они могут быть в порядке? Как они могут вредить друг другу? Как они могут думать о том, чтобы жить с такими шрамами? Как, как, как? Почему они не могут понять, что у них есть другие способы жить?

Женщина: Дети плачут. Старики плачут. Мужчины плачут. Женщины плачут. Все плачут. Тогда, почему――!!

Чтобы остановить именно это, она жаждала только силы.

Тренируя себя, она терпела все страдания, чтобы, наконец, обрести… железную волю.

В конце концов, она нашла конец своего пути. Вершина силы, до которой ни мог дотянуться кто-либо другой.

Стоя на поле боя, она закричала, чтобы остановить бой.

Чтобы сокрушить все другие силы своей собственной, сокрушить все горе, сокрушить всю злобу и остановить перед собой бесконечный поток слез, она боролась изо всех сил.

Колотя тех, кто размахивал мечами, пиная тех, кто метал магию, ломая тех, кто обнажал клыки, она превращала в пыль всех и каждого, кто приходил искать битвы.

Но, чем больше женщина сражалась, тем сильнее становились мечники, маги и носители клыков, их становилось все больше.

Как будто она попала в бесконечную спираль насилия.

Никто не знал, как спастись, кроме как ответить насилием на насилие. Вот почему никто не знал способа спастись, кроме как победить.

Женщина: Почему――!!

В конце концов, сама женщина, несмотря на то, что знала это, также ответила насилием. Опустив окровавленный кулак, она подняла к небу измазанное кровью лицо… и завыла.

Борьба не прекращалась. Ее усилия, ее тяжелая работа - все было напрасно; ни другие, ни ее собственные слезы не прекращались.

В конце концов, в грудь женщины, которая все это время бежала, закралось отчаяние.

По ее щекам потекли слезы.

Слезы, которые непрерывно текли, были не теплыми, а скорее холодными, слезами кого-то бессильного, тонущего в отчаянии.

Однако, рядом с ними текла иная, глубокая эмоция.

Окрасив ее сердце в черный цвет, зрение в красный, а разум в белый, внутри пробудилась буря.

С лицом, все еще мокрым от слез, женщина узнала об этом чувстве.

По мере того, как она узнавала ее название, ее происхождение, она начинала понимать ее.

Она не проливала слез печали.

Она просто тонула в безумии.

Люди называли эту эмоцию Яростью―― нет, они называли ее Гневом.

К этому миру, который заставляет других плакать, к тем, кто отказывается прекратить борьбу, к абсурдной несправедливости, которая является концом жизни.

――"Пусть попробуют мои железные кулаки."

В какой-то момент она встала, вытерла грязь с колен и побежала.

Нырнув в гущу все еще продолжающейся битвы, она начала бить всех по лицам, крича.

"Перестаньте драться. Посмотрите на небо. Почувствуйте ветер. Понюхайте цветы. Живите со своими семьями и близкими."

Впервые женский голос вызвал волнения по всему полю боя.

Кулаки, способные разорвать Землю на части, удары, способные заставить небеса взреветь, - все это только для того, чтобы позволить другим жить.

Раны закрылись, крики смолкли, колени согнулись перед лицом распространяющегося тепла, и битва потеряла смысл.

Вскоре плачущие голоса исчезли с поля боя, жизнь вернулась в мирское.

Когда слезы людей прекратились, они почувствовали благодарность к ней. Они громко кричали, махали руками и улыбались.

Однако, женщины больше тут не было.

Это было вполне естественно.

У женщины все еще были дела. У нее не было причин поворачивать назад, не было причин останавливаться.

Чтобы исполнить свое желание создать мир, где никто не плачет, где нет конфликтов, где никто не должен брать друг у друга, она бежала, и бежала, и продолжала бежать, бросаясь вокруг кулаками.

До того дня, когда все перестанут плакать. До тех пор, пока теплые капли, стекающие по ее щекам, не прекратятся.

――Ведьма Гнева, объявившая войну самой печали, продолжала бежать все дальше и дальше.

**

“――――”

И снова, найдя Книгу Мертвых и получив знания, которые она содержала, Субару вернулся к реальности.

Из-под ее оков выплеснулось имя той, чью жизнь она хранила, множество полей сражений, через которые она прошла, и убеждение, которое она когда-то держала, когда была жива, хотя, все это было лишь каплей в море всей ее жизни.

Хоть он и понимал это――

Субару: …это было тяжело.

Он чувствовал себя так, словно в груди у него застрял комок плотного, тяжелого свинца.

Для людей, неважно кого, секунда - это секунда, минута - это минута, год - это год. Нет весов, которые могли бы измерить вес жизни по-разному, и поэтому время течет одинаково для всех.

Такая шкала времени не могла быть просто заключена в такой тонкой бумаге, и не могла быть перенесена в разум из нее, независимо от того, насколько особенной была технология.

Тем не менее, даже при том, что он просто коснулся ее, Субару пришлось стиснуть зубы, чтобы удержать свой разум, чтобы не быть сметенным нахлынувшим потоком воспоминаний.

Следы жизни, которые она оставила, действительно были большими и тяжелыми.

Эмилия: Субару, ты в порядке?

Субару: …ах, да, я в порядке. Чувствую себя хорошо. У меня просто голова пошла кругом, вот и все.

Эмилия: Это не то, что значит чувствовать себя хорошо……

Закрыв книгу, он вернул ее на полку, пока Эмилия наблюдала. Встретив ее взгляд одним открытым глазом, Субару указал на книгу, которую только что положил обратно,

Субару: Я нашел еще один том книг Ведьм. На этот раз, ну, это была одна из лучших Ведьм, если это возможно. Хотя, она все еще была немного странной.

Эмилия: Странная…… Сехмет?

Субару: Хм, она одна из самых странных из всех… Погоди, ты знаешь Сехмет?

Там, в Гробнице Святилища, Эмилия должна была встретиться с Ехидной на Чаепитии, но Субару никогда не спрашивал, встречалась ли она с остальными. Он предположил, что Ехидна сделала для него исключение, и поэтому не позволила Эмилии встретиться с остальными пятью Ведьмами. Поэтому Субару вздрогнул, когда имя Сехмет сорвалось с ее губ.

Ведьма Лени Сехмет была женщиной с длинными, ниспадающими пурпурными волосами, обладательницей глубоко эгоистичной личности. Если отбросить это и ее поведение в сторону, она была самым разумным человеком среди Ведьм.

Субару: Если ты знаешь Сехмет, то как насчет других ведьм? Например, та, что из этой книги, Минерва, или что-то в этом роде.

Эмилия: Э-э, нет, извини. Кроме Ехидны и Сехмет в Гробнице я никого не встречала. С Сехмет я также почти не разговаривала.

Субару: Вот как. Нет, в любом случае все в порядке. Даже если бы ты знала ее, это было не то, что тебе бы хотелось видеть.

Сверкнув сухой улыбкой на Эмилию, которая опустила голову, Субару легонько постучала по краю книжной полки.

Полки, на которых хранились воспоминания умерших, были сделаны из странного материала. Под его ладонью не чувствовалось ни дерева, ни железа, а сам книжный шкаф отказывался двигаться с места, когда на него давили.

Сейчас, проходя через библиотеку на 3-м этаже "Тайгета", Субару и компания пришли к пониманию того, что многочисленные книги, которые были запихнуты в книжные полки, одновременно хранили и вызывали воспоминания умерших. Несмотря на это, они упорно продолжали свои поиски чего-то очень простого.

Эмилия: Кроме того, интересно, где лестница, которая ведёт на верхний этаж?

Субару: Прямо сейчас у меня нет никаких зацепок.

Эмилия наклонила голову, глубоко задумавшись, в то время как Субару стоял напротив, глядя вниз и вздыхая.

В настоящее время все ломали голову не о том, как пройти следующее Испытание, а о том, где находиться лестница, ведущая на 2-й этаж.

Белая область, где находился Монолит, поблекла, оставив открытой Великую Библиотеку "Тайгеты".

Благодаря этому у них теперь был доступ к воспоминаниям мертвых, концепция, которая, безусловно, была очень желательной, что было хорошо, но…

Субару: Ну, на данный момент это место для нас бесполезно.

Поиск нужной информации в воспоминаниях мертвых был бы невероятно труден из-за ее природы, поскольку никто не мог даже выбрать воспоминания. Был бы невероятно труден из-за абсурдного количества времени, и даже удачи, что это заняло бы.

Ни того, ни другого в данный момент у них не было. Времени было явно мало, но также и то, что Субару не хватало веры в свою удачу, независимо от того, насколько он был благословлен ею.

Субару: Вот почему информация, которая нам нужна, может быть на верхних этажах. Так должно быть.

Эмилия: Но наверх никак не попасть. Я пыталась залезть на книжные шкафы, но ничего не вышло.

Субару: Ты довольно смелая, Эмилия-тан…

Эмилия указала на потолок, вспоминая, что она пыталась сделать.

В разгар их головокружительных поисков лестницы, ведущей на верхний этаж, она забралась на самый высокий книжный шкаф в Библиотеке. Шкафы были расположены по кругу, с маленькими ступеньками, ведущими внутрь, в центре располагался самый высокий книжный шкаф. Однако даже он не достигал потолка комнаты.

Следует отметить, что, несмотря на то, как Эмилия взобралась на книжный шкаф, и несмотря на то, как ее короткая юбка смело развевалась во время самого действа, ее движения были таковы, что под ней, как ни странно, ничего не было видно.

Когда Субару указал на это окольным путем, Эмилия просто коснулась подола своей юбки и сказала:

Эмилия: Пак научил меня. Ум, что такое? Леди всегда должна действовать красиво и грациозно? Я всегда осторожна, не волнуйся.

Субару: Я чувствую себя немного противоречиво по этому поводу. Я хочу похвалить его, но хочу и обвинить…… В любом случае,

Эмилия уже потерпела неудачу в своей попытке физически пробиться на следующий этаж.

Другими словами, в появлении лестницы был скрытый трюк. Это не только ограничивалось внешним видом Библиотеки, но и распространялось на процесс дальнейшего подъема.

Если бы это было слишком сложно, мотивация претендента, скорее всего, упала бы, но создатель Сторожевой Башни, Флюгель, должно быть, также принял это во внимание. Раздражающе.

Субару: Я действительно хочу увидеть лицо этого парня… Но как он выглядит - также загадка, черт возьми.

Юлиус: ……Субару, ты можешь подойти сюда ненадолго?

Пока он ворчал, сзади раздался голос. По другую сторону от Субару и компании, роясь в отдельном книжном шкафу, стоял Юлиус. Увидев, что он приближается с Анастасией, Субару поднял руку.

Субару: Конечно, в чем дело? Ты что-то нашел?

Юлиус: К сожалению, ничего достойного упоминания. Я не смог найти ни одного тома с известным мне названием, начиная с того первого. Твоя сторона, похоже, тоже находится в подобной ситуации.

Эмилия: Это не совсем точно. Субару проделал хорошую работу, он действительно нашел еще один том, затем просмотрел его и начал выглядеть немного шатко. Верно, Субару?

Субару: Я приму похвалу Эмилии-тан близко к сердцу, но так оно и есть.

Юлиус: Понятно. Пожалуйста, береги себя.

Субару нахмурил брови, когда Юлиус отвернулся от него, не проявляя никакого интереса. Наблюдая за ними со стороны, Эмилия заговорила,

Эмилия: Но, Юлиус и остальные тоже не нашли лестницу, хах. Мы действительно в беде.

Юлиус: Я понимаю, о чем говорит Эмилия-сама. Однако, если мы верим, что эта Библиотека действительно записывает имена всех умерших, от прошлого до настоящего, хотя это довольно трудно переварить, я боюсь, что мы одни не сможем добиться большого прогресса. Нам нужно гораздо больше людей, как например население страны, или около того.

Юлиус предложил это с серьезным лицом. Субару не возражал против идеи предложения, чувствуя, что такое количество более или менее необходимо. Песчаные Дюны Аугрии уже покорены, и если нужно было добраться до Сторожевой Башни, нужно было только избежать гнезда Магверей. Это само по себе может быть великим приключением, но――

Юлиус: В отличие от того, что было раньше, путь к Башне открыт. Я считаю, что стоит сообщить о существовании этой таинственной Библиотеки в столицу. Таким образом, мы смогли бы использовать ее гораздо эффективнее.

Субару: Ценность этой информации определенно не шутка… Но я также почти уверен, что многие любители истории, такие же, как ты, загорятся от этого, а?

Услышав быстрые слова Субару, Юлиус остановился, а через мгновение закрыл глаза и вздохнул,

Юлиус: …говорить, что я этого не ожидаю, было бы ложью. Мои извинения. У меня был эгоистичный мотив для этого предложения.

Субару: Да ладно, не опускайся так. Что плохого в том, чтобы быть эгоцентричным? Если ты так жалеешь об этом, что ты собираешься делать со мной? Я работаю только ради себя, 100% времени.

Никогда по-настоящему не действуя из чувства долга, всегда ожидая какой-то награды, вот как вел себя Субару. Это уже было его образом жизни, его философией.

Вот почему он не мог сравниться с рыцарями вроде Юлиуса или Рейнхарда.

Субару: В любом случае, нет смысла держать себя в стороне. Я имею в виду, причина, по которой сама Анастасия-сан хочет стать Монархом, довольно эгоцентрична, верно?

Анастасия: Ага, это так. Я хочу стать Монархом, потому что хочу удовлетворить свою жадность. Если я это сделаю, то смогу получить гораздо больше прибыли. Вот и все.

Анастасия рассмеялась над грубым замечанием Субару, а затем мягко похлопала по белому меху своего шарфа.

Анастасия: Вот почему я думаю, что это забавно, что Юлиуса стал моим Рыцарем. По крайней мере, я так думаю. Так ли это и для Эмилии-сан?

Субару: Лично для нас будет лучше, если у вас ничегошеньки не получиться, так что просто идите по этому пути и развалитесь―― Ай! Эмилия-тан, больно!

Эмилия: Не говори гадостей――Я лично не знакома с Анастасией-сан и ее фракцией долго, поэтому не могу сказать ничего небрежного. Но как бы лучше ни были мои противники, я выиграю вместе со своими рыцарями.

Когда речь зашла о рыцарях, Эмилия потянула Субару за рукав и выпятила грудь. Глядя на это лицо сбоку, Субару глубоко вздохнул.

Эмилия: Может, мы и юнцы*, но мы не проиграем!

Субару: В наши дни никто больше не говорит "юнцы"… Ай! Больно!

Эмилия ущипнула Субару за руку за то, что он посмеялся над ней, поэтому он быстро отскочил, чтобы избежать наказания. Глядя на поведение этих двоих, Юлиус и Анастасия расслабились.

Особенно Юлиус, который, казалось, утратил свой вид саморефлексии.

Юлиус: Иногда я действительно боюсь вас двоих. Сколько притворства, а сколько подлинного, я никогда не могу сказать.

Субару: Мой случай в стороне, Эмилия-тан всегда серьезна. Именно это делает ее такой милой, верно?

Юлиус: Я приму это близко к сердцу.

Когда Юлиус вздернул подбородок, прерванный разговор прекратился. Вместо этого Анастасия хлопнула в ладоши, чтобы вернуть всех к теме.

Анастасия: Во всяком случае, возвращаясь к теме… У нас не хватает людей, так что мы говорили о привлечении других извне, верно?

Юлиус: Верно. Сейчас, когда не о чем беспокоиться, я думаю, можно было бы привести в Башню большую следственную группу. Это помогло бы не только разгадать тайну этой Библиотеки, но и продвинуться дальше…

Анастасия: Это верно, но я немного волнуюсь.

Юлиус: Волнуетесь?

Прервав пылкую речь Юлиуса, Анастасия кивнула. Юлиус нахмурился, когда она подняла палец.

Анастасия: Я была бы рада увеличению рабочих рук, я сама задавалась этим вопросом. Хождение по этой Библиотеке накладывает свой отпечаток на мою шею. Знаешь, я маленькая и все такое, так что это настоящая боль.

Она говорила, потирая затылок,

Анастасия: Но, во-первых, мне интересно, возможно ли вообще вместить в башню много людей.

Юлиус: “―――――”

Анастасия: Думать о том, что это значит для другой стороны, - одна из основ бизнеса. Ну, я могу назвать это основами бизнеса, но это пригодится независимо от того, где вы находитесь в жизни. Итак, давайте начнем думать в этом направлении.

Юлиус: Думать о том, что это значит для другой стороны? Но, для кого?

Анастасия: Тот, кто построил эту башню и устроил Испытание, и оставил после себя Шаулу-сан… Вот кто. Давайте на минуту подумаем о том, чтобы оказаться на его месте. Что видите?

Субару: То, что его личность - дерьмо?

Анастасия: Да, я думаю, он совершенно не в себе.

Когда губы Субару скривились, Анастасия утвердительно кивнула.

Услышав эти слова, всегда серьезные Эмилия и Юлиус оцепенели. Но, с тем, насколько извращенными были личности Субару и Анастасии, они оба, казалось, были в идеальной синхронизации.

Мнение Анастасии казалось самым очевидным случаем, если человек с ужасной личностью действительно пытался поднять трудность завоевания Башни.

Субару: Шаула! Мне нужно кое-что спросить. Иди сюда

Шаула: Мастер? Иду иду――! Сейчас буду!

Как только ее позвали, Шаула спрыгнула с другой стороны большого книжного шкафа.

Раскинув руки, ее длинный хвост развевался в воздухе, она ухмыльнулась и прыгнула к груди Субару―――

Шаула: Ма―с―тер!

Субару: Неа.

Шаула: Угья――!

Проворным шагом Субару увернулся от надвигающегося удара. Тем не менее, пока Шаула продолжала падать, она нырнула лицом―― на пол, раскинув руки. Она быстро повернулась и посмотрела на него свирепым взглядом.

Шаула: Ууу―― Мастер очень злой.

Субару: Нет, нет, я отодвинулся не потому, что это была ты, а потому, что ты собиралась врезаться в меня со всей силы, так что мои рефлексы сработали.

Шаула: Так ты позволишь мне обнять тебя, если я медленно подойду к тебе!?

Субару: А? Не, не хочу.

Шаула: Почему нет!? Какой части меня недостаточно!? Даже при том, что я выгляжу так гламурно! Даже при том, что я такая стерва!

Субару: Ты стерва, хах… Тогда вот почему.

Скуля во весь голос, Шаула освистала холодное отношение Субару. И пока она дулась, две маленькие девочки пришли оттуда, откуда она прыгнула.

Беатрис и Мейли, несмотря на свою внешность, были действительно необычной парой.

Как будто заметив мысли Субару через его взгляд, или, возможно, осознав это самостоятельно, Беатрис немного увеличила расстояние между собой и Мейли.

Беатрис вела себя так же и с Петрой, хотя они были примерно одного возраста (внешне). Она поддерживала четкую границу между собой и Мейли.

Конечно, она не могла относиться к Петре и Мейли одинаково. Петра была союзницей из их лагеря, в то время как Мейли изначально была послана откуда-то в качестве убийцы, которая даже участвовала в поджоге Запретной Библиотеки и особняка Розваля.

Субару: Если ты так и будешь продолжать избегать людей, ты никогда не заведешь друзей.

Беатрис: Что ты говоришь, я полагаю? Как бы то ни было, Шаула исчезла посреди разговора, так что мы вернулись.

Субару: Ах――, я испортил вам разговор, виноват, виноват. Что ж, вы нашли что-нибудь хорошее?

Беатрис: …Ничего особенного, я полагаю. И, оглядываясь назад, я думаю, что это даже не стоило называть разговором. Да, это все, что было, я полагаю.

Субару: "―――?"

Резко отвернув лицо, Беатрис прервала ответ на вопрос Субару.

Прежде чем отчужденный Субару смог еще больше усомниться в ее холодном ответе, Шаула вернулась к своему обычному состоянию.

Она встала только благодаря силе своего пресса и,

Шаула: Ну, в том, что Мастер злой, нет ничего нового. Я могу взять себя в руки сама. Быстрое восстановление - один из моих плюсов.

Юлиус: Наряду с вашим сотрудничеством, мисс Шаула. Кстати, могу я кое-что спросить?

Шаула: Что такое? Предупреждаю заранее, я не влюблюсь ни в кого, кроме Мастера.

Юлиус: Я признаю, что вы привлекательная женщина, но, боюсь, мне придется отложить наше свидание. ――Я хотел бы спросить и подтвердить кое-что об этой Башне.

Юлиус изящно добавил несколько ласковых слов, но со вкусом обошел эту тему. Это удивило Шаулу, которая хвалила себя за свое упрямство как у стервы. Поскольку она не ожидала такого ответа, ее глаза расширились, что было совсем не похоже на ее обычное “я", и она кротко произнесла "Ум, конечно,"

Юлиус: Благодарю. Тогда я начинаю. Во-первых… Вы знаете, где находится лестница на 2-й этаж?

Шаула: Лестница на 2-й этаж, "Электра"? Понятия не имею. Никогда не поднималась выше 4-го. Так что не знаю.

Юлиус: Это само по себе довольно шокирующее заявление.

Если ей можно было доверять, то Шаула находилась в Сторожевой Башне около 400 лет.

Если за это время она ни разу не отправлялась исследовать Башню, в которой жила, а вместо этого сосредоточилась на том, чтобы держать под наблюдением Песчаные Дюны, тогда, она была слишком предана тому, за кем следовала.

Честно говоря, Субару чувствовал себя очень противоречиво из-за того, что его приняли за того самого Мастера.

Анастасия: Юлиус, позволь мне прервать тебя на минутку.

На этот раз Анастасия решила заменить своего рыцаря. Стоя перед ней, в светло-голубых глазах Анастасии отражалась фигура Шаулы.

Анастасия: Позиция Шаулы-сан такова, верно? Если быть точным, ты сторож Сторожевой Башни… Нет, Великой Библиотеки Плеяд, верно?

Шаула: В~ееерно.

Анастасия: Понятно. Тогда, по моим расчетам… Четыре, нет, пять?

Анастасия подняла правую руку и показала пять пальцев. Шаула, которая не могла понять, к чему она клонит, просто смотрела на нее сверху вниз и моргала.

Однако,

Анастасия: ――секреты, которые Шауле-сан велели хранить, чтобы защитить Башню, их ведь пять, верно?

Шаула: “――――”

Анастасия широко улыбнулась, когда Шаула замолчала, не находя слов.

Пока они смотрели друг на друга, Анастасии достаточно было лишь слегка дернуть плечами, чтобы понять, что она совершенно права.

***

Шаула: Во-первых, я действительно ничего не скрывала. Я просто ничего не говорила, потому что меня не спрашивали. Я хочу, чтобы это было записано, пожалуйста.

Субару: Просто выкладывай уже все.

Когда Анастасия раскрыла ее тайну, именно Субару сокрушил те немногие оправдания, которые пыталась придумать Шаула.

В ответ на его вынужденное поведение Шаула сжала кончики пальцев и ответила,

Шаула: Например, если Мастер и все остальные тайно попытаются выбраться из Башни, мне придется убить всех без пощады.

Субару: Черт возьми, что это с тобой вдруг?!

Шаула: Я бы не сделала этого, потому что хотела! Мы просто говорим о том, что если. Во-первых, я даже не могу пойти против этого приказа.

Внезапно обнаружив враждебные намерения, Субару пристально уставился на Шаулу, которая отпрянула, покачав головой. Ее пышная грудь прижалась к коленям, она свернулась в клубок.

Шаула: Я даже не могу убить тебя, Мастер. Меня убьют еще до того, как это произойдет, и с этим будет покончено, так что все приказы будут испорчены…

Субару: Если ты действительно так против этого, почему бы просто… не делать этого?… Если только, погоди, ты же не собираешься говорить, что это Контракт, верно?

Чувствуя, что что-то не так, Субару поднес эти слова к губам.

Во-первых, если подумать о личности Шаулы, то все станет очень ясно. В течение 400 лет вместо Мудреца она жила в Башне, наблюдая за Печатью Ведьмы в качестве сторожа Башни.

Учитывая такую роль и фактически действуя в соответствии с ней в течение последних нескольких столетий―― Ни ее образ жизни, ни ее продолжительность жизни не были гуманными.

Субару: Ты… ты такой же дух, как Беако?

Фальшивым обещанием Беатрис была заперта в Запретной Библиотеке на 400 лет.

Если, как и она, Шаула провела последние 400 лет, расстреливая всех, кто осмеливался приблизиться к Сторожевой Башне, ожидая того, кто выполнит условия, тогда, возможно, она и Беатрис были одинаковы――

Шаула: Ни за что. Я не потерплю, чтобы меня сравнивали с этими пушистыми тварями, называемыми духами. Я категорически отказываюсь…… Глаза у всех вдруг стали такими страшными!

Субару: Это потому, что 80% всех присутствующих здесь связаны с духами!

Если считать и любителя, то Сейчас здесь было три Пользователя Духа. Более того, одна девочка сама была Духом, а другая - Искусственным Духом. Единственными, кто не имел отношения к Духам, были сестры Они, которые ждали внизу, и маленькая девочка, которая почему-то смотрела на Шаулу с озорным выражением, Мейли. Ничто из того, что сказала Шаула, не понравилось присутствующим.

Однако,

Субару: Давай оставим это, в любом случае, что ты за чертовщина. Если ты не Дух, то я не понимаю, почему ты так отчаянно поддерживаешь свой Контракт.

Эмилия: Что ты говоришь, Субару. Даже если вы не являетесь Духом или Пользователем Духа, если вы даете обещание, вы должны его сдержать. Обещания важны. А теперь повторяй за мной.

Субару: Нет, погоди, это только что было моей ошибкой. Это была просто фигура речи и…

Эмилия: Обещания важны. Три раза.

Субару: Обещания важны. Обещания важны. Обещания важны.

Получив неожиданный упрек от Эмилии, он трижды повторил ее слова, чтобы получить прощение.

В любом случае, и невольную шараду Эмилии и Субару, и строгое упрямое отношение Шаулы было трудно понять посторонним.

И дело было не только в испорченном чувстве долга.

Юлиус: Сейчас важно узнать больше о приказах, которые получила Мисс Шаула. У тебя дурная привычка срывать разговор. Осознай это.

Субару: Как будто это только моя вина… Ладно! Это была моя, это была только моя вина! Я признаю, что это была моя вина, так что оставь все как есть, черт бы тебя побрал!

Шаула: Ого, это действительно большая вспышка гнева, но как и ожидалось от Мастера! Я расскажу.

К Субару, который подошел с жалким и кислым лицом, Шаула просияла и протянула руку. Затем она прочистила горло и в странно приличной манере сказав "Итак",

Шаула: Я смиренно представлю это, теперь я расскажу о приказах, которые мне были даны. Во-первых, я никогда не позволю претендентам Великой Библиотеки Плеяд выйти.

Субару: Мы внезапно застряли здесь!

Шаула: Все в порядке! Есть правильный выход! До тех пор, пока вы должным образом выполняете Испытания Великой Библиотеки и добираетесь до 1-го этажа Майя, проблем не будет. Все в порядке.

Шаула сказала это, подняв вверх большой палец.

Шаула: Кстати, если это условие будет нарушено, то я довольно быстро превращусь в хладнокровную машину для убийств, так что это аннулирует мое обещание с Мастером. Я буду мешать.

Субару: Это важнее, чем мое обещание, хах? Это больновато.

Шаула: Ооо――, подумать только, мне удалось причинить боль Мастеру, я, должно быть, стала сильнее~! Это явно эволюция! Плоды 400 лет!

Субару: Я шучу!

Шаула: Я тоже~!

Сделав быстрое движение взад-вперед, Шаула подняла второй палец, помахала рукой и заговорила,

Шаула: Продолжая, ну, я начинаю уставать от этого, так что я потороплюсь. Во-первых, запрещено уходить, не завершив Испытания. Во-вторых, нарушать правила Испытания запрещено. В-третьих, нельзя проявлять неуважение к Библиотеке. В-четвертых, запрещено пытаться разрушить саму Башню. В пятых, ах――, пятым было… Ох. Пятого нет.

Эмилия: Итого это четыре правила… но,

Немного смирившись с Шаулой и ее резким объяснением, Эмилия повернулась к Субару и остальным. Тревоги и страхи, которые она охватила, были теми, которые Субару тоже понимал.

Правила, о которых говорила Шаула, были, грубо говоря, просты в соблюдении, но к ним примешивалось несколько любопытных утверждений. Проблема была особенно с―――,

Субару: Мне действительно любопытно, что значит "Запрещено нарушать правила Испытания".

Юлиус: Похоже, это скрытое правило, о котором мы не знаем.

Юлиус согласился с Субару, который задумчиво трогал подбородок.

По крайней мере, во время Испытания 3-го этажа "Тайгета", Субару и компания за это время не получили никакой информации о Правилах и не столкнулись ни с какими проблемами, связанными с Монолитом и его Астеризмом.

Кстати говоря, в тот момент, когда кто-то касался не того Монолита, они были дисквалифицированы.

Анастасия: Правила… все они звучат как плохие новости, по крайней мере для меня.

Эмилия: …Испытания в Гробнице закрывались на день, если претендент не проходит его. Это несколько похоже на то, как мы переделывали Испытание ранее, так что, возможно――

Эмилия остановилась и прикусила губу. Ее дрожащие фиолетовые глаза метнулись к Субару, который слегка кивнул.

Субару: Если у тебя есть что-то на уме, сейчас самое лучшее время высказаться. Не волнуйся, я не буду смеяться над тобой, что бы ты ни говорила

Эмилия: Ммм, я знаю. Видишь ли, Субару и Анастасия―сан говорили, что человек, который сделал эту Башню, действи-и-ительно злой… верно?

Субару: Твой выбор слов становится довольно милым, но да, это верно. Но к чему ты клонишь?

Эмилия: Думать с точки зрения другой стороны тоже важно. Другими словами, если вы попытаетесь посмотреть на то, что сказала Шаула, представляя, как чувствовал себя этот действи-и-ительно злой человек, это будет похоже на――

Когда все взгляды обратились к Эмилии, она облизнула губы, потом хлопнула в ладоши и указала на потолок.

Эмилия: Есть правила, которым мы должны следовать, но мы не знаем, что это за правила… Это действительно подло, не так ли?

Субару: другими словами,

Эмилия: Мы должны представлять, какие могут быть возможные правила, и идти дальше, не нарушая их.

“―――”

При этих словах Эмилии лица всех присутствующих напряглись.

В ответ им длинные ресницы Эмилии дрогнули, когда она посмотрела вниз.

Эмилия: Мне кажется, Ехидна сделала бы что-то подобное.

Субару: ……Эмилия―тан, подумать только, что мы думаем об одном и том же человеке, когда дело доходит до дерьмовых личностей. Мы думаем одинаково.

Эта фраза, по крайней мере, придала немного больше уверенности собственным мыслям Субару.

Владелец злонамеренной личности, о которой упомянула Эмилия――― Он чувствовал, что это почти правильно.

Устанавливать правила, которые не должны были быть нарушены, но не сообщая самим Претендентам содержание правил.

Это был довольно неприятный характер.

Субару: Кстати, это ты будешь судить, нарушены правила или нет?

Шаула: Вы начинаете освоиваться. Все, что я сказала ранее, значит, что я просто узнаю, если будет какое-то нарушение. Совершенно невозможно обмануть меня. Работает и на Мастера, и на его друзей.

Кроткий голос выразил таинственную силу во второй половине ее слов.

Это не было физической доблестью Шаулы, скорее наоборот.

――Есть кто-то гораздо более сильный, чем Шаула, кто может заставить ее так себя вести.

Субару: Все было и так плохо, но теперь стало только хуже. В любом случае, уже слишком поздно.

Юлиус: Временами я завидую тому, как легкомысленно ты говоришь.

Юлиус вздохнул. Глядя на его красивый профиль, Субару пожал плечами.

Юлиус: Возможно, именно из-за того, что ты всегда смотришь вверх, у тебя развилась такая личность. Если это так, то я боюсь, что никогда не смогу приобрести такой опыт.

Субару: Тебе нужно больше бояться того, что у тебя под ногами. Ты ударишься ногой об угол стола. Я очень на это надеюсь.

Анастасия: Да, да, хорошие друзья, вступающие в спор, это прекрасно и все такое, но давайте не будем забывать нашу главную тему.

Разделив Юлиуса и Субару, Анастасия подошла и посмотрела на Шаулу.

Субару: И это все? До сих пор все было в порядке, верно?

Шаула: Клянусь всем сердцем. В этот раз я не солгала. Кроме того, пока правила не нарушены, мое тело все еще будет моим. Нет, подождите, это неправильно. Оно все равно будет принадлежать Мастеру.

Субару: Не хочу.

Шаула: Меня отвергли! Но мое сердце всегда с Мастером!

Субару: Этого я тоже не хочу.

Положив руки на талию, Анастасия вкратце подтвердила все, о чем говорила Шаула, добавив несколько ее ненужных слов, наряду с ее собственной позицией в недавних событиях. Это заняло некоторое время, но ей удалось подтвердить, что ее обещание Субару―― не причинять вреда ни ему, ни его товарищам, осталось неизменным, и она планировала сдержать его.

Конечно, с условием, что пока ни одно из правил не нарушено.

Эмилия: В любом случае, думать, что мы не можем уйти, пока не завершим Испытания… Это становится очень похоже на Испытания в гробнице.

Субару: Нет, в худшем случае, когда мы все решим здесь, мы просто вернемся домой, верно? Это гораздо проще, чем то, что было у Гробницы.

Шаула: Мастер никогда бы не сделал ничего подобного! Он был самым добрым на свете! У него было самое большое сердце на свете! Уах, у меня начало все тело чесаться, потому что я солгала!

Шаула порхала вокруг, пожиная то, что посеяла, а Эмилия и Субару разочарованно смотрели на нее.

На данный момент это было все, что они получили от Шаулы.

Мейли: Вы все закончили говорить? Могу я теперь пойти и сесть на едва одетую Сестрицу?

Субару: Закончили, закончили. Давай же. Делай, что хочешь. Подожди, ты уже очень привязалась к ней.

Решив, что разговор окончен, Мейли, до сих пор не принимавшая участия в разговоре, подбежала к Шауле и забралась на ее худые плечи.

Это было место, где Мейли чувствовала себя наиболее комфортно с тех пор, как прибыла в Башню. Для Шаулы, которая подняла драконью повозку так, словно это не имело большого значения, Мейли должна была быть легкой, как перышко.

Мейли: Когда я с Сестрицей, я чувствую себя в большой безопасности.

Шаула: Ну, меня это не волнует особо. Я прекрасно могу присмотреть за кусачкой номер два.

Субару: Номер два?

Шаула: Кусачка номер два - вот эта, а номер один - вон та.

С Мейли на спине, Шаула указала на Беатрис как на номер один.

Беатрис никак не отреагировала на уничижительное замечание Шаулы. Обычно, учитывая ее характер, она бы набросилась на нее в полную силу, с красным и опухшим лицом.

Субару: Подожди секунду, она уже давно не разговаривает. Все в порядке?

Беатрис: “―――”

Субару: Беако? Ойй, Беатрис. Обрати внимание, давай. Я поцелую тебя в лоб, если ты этого не сделаешь.

Беатрис: …делай, что хочешь.

Субару: “―――”

Беатрис ответила, словно не слушая. Не найдя в этом ничего забавного, Субару нахмурился.

И затем,

Субару: Чмок―

Беатрис: Гья―― Я полагаю!?

Чувствуя некоторое раздражение, он действительно поцеловал ее в лоб. Беатрис тут же опомнилась, прикрыла ладонью лоб и отскочила. Потом споткнулась. Потом встала. Потом снова споткнулась.

Субару: Ты слишком остро реагируешь…

Беатрис: Чт-чт-что ты вдруг делаешь?! Ход твоих мыслей не имеет никакого смысла, я полагаю!

Субару: Ход моих мыслей вполне логичен. Я даже получил от тебя разрешение. Ты действительно в порядке?

Чувствуя себя немного обиженным тем, как она отчаянно терла то место, куда он поцеловал, Субару беспокоился о маленькой девочке.

Если немного подумать, то эта Башня, место с темной предысторией, находилась посреди Песчаных Дюн. Субару не очень хорошо это понимал, но здесь текли какие-то миазмы, так что это могло быть причиной.

Субару: Если тебе плохо, просто возьми меня за руку. Так тебе станет лучше.

Беатрис: Это невозможно, этого не произойдет! Дай мне немного времени, чтобы успокоиться, я полагаю!

Ее лицо было свекольно-красным, Беатрис завизжала на Субару, поэтому он отвернулся, пожав плечами. То, что она отказалась держаться за руки, стало для него шоком, но в остальном она вела себя как обычно.

Если ее действительно что-то беспокоит, он просто спросит об этом позже.

Субару: Итак, проблема в том, что…

Юлиус: Что в конце концов, у нас нет другого выбора, кроме как шарить по неизвестности в поисках лестницы на 2-й этаж, верно?

Юлиус закончил фразу Субару, когда они снова повернулись лицом к книжным шкафам.

Причина, по которой они выглядели немного подавленными, заключалась в том, что им нужно было немного больше людей, чтобы справиться с этим, но из-за приказов, которые были даны Шауле, они должны были отказаться от этой мысли.

Если они не пройдут Испытания, им не позволят выйти из Башни. Естественно, никто не мог выйти за Песчаные Дюны и позвать на помощь.

В конечном счете, не было другого выбора, кроме как продолжать поиски текущими силами.

Субару: Ты поймешь, если я скажу: "Это все равно, что искать крупицу золота в горе песка"? (иголку в стоге сена)

Юлиус: Говорить такими поэтическими словами не похоже на тебя. Впрочем, я могу с ними честно согласиться.

Как ни редко это случалось, столкнувшись с огромным препятствием, которое им мешало, Субару и Юлиус поладили.

Ничего нельзя было сделать, медля, поэтому они приготовились еще раз нырнуть в море книг, чтобы найти путь на следующий этаж, или так они решили, когда,

Эмилия: Ээй, я немного подумала, и…

Эмилия, слегка подняв руку, прервала тех двоих, что возвращались в Библиотеку.

Она наклонила к ним голову, приложила палец к губам и заговорила:

Эмилия: Я думала о том, что человек, который построил эту Башню, его личность немного нечестна, верно?

Субару: Твой выбор слов снова становится очаровательным, но это верно. И что?

Собрав воедино все, что обсуждалось в предыдущем разговоре, Эмилия добавила “Итак,” и продолжила:

Эмилия: Лестница, я думаю, может быть, как раз в том месте――

***

Субару: Я повторю это еще раз. У парня, который построил эту Башню, самая дерьмовая личность на свете!!

Стоя перед длинной и извилистой лестницей, которая вела на 2-й этаж "Электра", Субару выплевывал всевозможные ругательства.

Лестница, которая вела на второй этаж, место, о котором думала Эмилия, было――

Эмилия: Я думала, что это будет в тех местах, где мы не смотрели, например, на 4-м или 5-м этажах.

Эмилия заговорила, чувствуя себя воодушевленной, но несколько озадаченной.

Ее догадка попала в самую точку. Лестница появилась прямо рядом с Зеленой Комнатой, где ждали Рем и Рам, в ранее пустом пространстве.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 25. Человек, ждущий на 2-м этаже Электра

Перевод: imy

***

――Женщина, совсем одинокая.

Женщина была угнетена своей семьей, своим кланом, своей расой, которая должна была любить ее. Все смотрели на нее с презрением, все подвергали ее остракизму.

До рождения на эту женщину возлагались большие надежды. Увы, рождение превратило ее в предательницу.

То, что осталось, было унынием и разочарованием, то, что ей давали, было только презрением и насмешкой. Это было единственное, что было у женщины.

Существовало самое заветное желание ее клана. Вернуть символ их былой славы и процветания, второе пришествие их основателя, которого они называли богом.

Все виды тайных искусств и все виды бесчеловеческих злодеяний, непостижимое количество совершенных табу, все эти плоды были женщиной.

Однако, рождение этой женщины предало их самое заветное желание, и клан покинул женщину с разочарованием и отчаянием.

Члены клана: Иди куда-нибудь, живи и умри. Ибо это твой грех.

Покинутая своей семьей, своей расой, она была выпущена в поле ребенком.

Брошенная без средств к существованию, ребенок не должен был выжить.

Однако, даже если у нее не было средств для выживания, она обладала силой, чтобы выжить.

По иронии судьбы, это был праздник того, что предало самое заветное желание клана, табу и преступления, которые они совершили.

Не ведая слов, лишенная всякой мудрости, просто подчиняясь своим инстинктам, женщина выжила, чтобы прожить долгую жизнь в полях.

Убивала зверей, пила их кровь, ползала по земле, пробовала мутную воду.

Прошло много времени, и ребенок превратился в молодую девушку, молодая девушка стала женщиной, и стало трудно жить в полях.

Услышав слухи о женщине, опустошающей горы, как если бы это был зверь, мужчины нацелились на эту жизнь, и женщина была захвачена.

Плененная женщина оказалась красивой, и мужчины воздержались от того, чтобы лишать ее жизни, и они оставили ее.

Постепенно, сознание женщины начало спускаться с полей в человеческое окружение.

Теряя необходимость бороться за выживание, подвергаясь желаниям мужчин, дни шли один за другим.

В конце концов женщина, лежащая на кровати, пришла к мужчинам за вещами, незнакомыми ей.

Слова, мудрость, образ жизни и эмоции.

В конце концов отношение к ней изменилось, ее наделили вещами, украшавшими ее тело, к женщине стали относиться как к драгоценному камню.

В те дни у женщины возникали странные мысли о мужчинах.

Было ли это что-то похожее на благодарность или обязательство, женщина не могла понять.

Охваченная этими мыслями, женщина свернула шеи всем мужчинам, живущим в резиденции.

Легко, на одном дыхании, не заставляя их страдать, в одно мгновение, собрав их всех вместе, она предала их забвению.

Тайком покинув резиденцию и направившись к полям, женщина без всяких сомнений вернулась в свой родной город.

Женщина пришла к странным мыслям о расе, живущей там, о клане, в котором течет та же кровь, что и у нее, о людях, чьи тела намного больше ее.

То, что это были чувства ненависти и жажды мести, женщина тогда не понимала.

Их рыдания и вопли, голоса, умоляющие о пощаде, были очень волнующими. Впервые женщина улыбнулась от всего сердца.

Женщина: Развалитесь здесь и умрите неприглядной смертью. ――Потому что это ваш грех.

Ради достижения этого блаженства, один за другим, женщина уничтожила самое дорогое желание своей расы, своих кровных родственников, свой клан.

Вежливо и учтиво, не оставляя никого, не щадя никого, не торопясь, один за другим, с уверенностью.

Вскоре, когда вся ее раса вымерла, когда всему и вся пришел конец, женщина вернулась в резиденцию, где она жила с мужчинами.

Хотя она оставила трупы своей расы, она вежливо похоронила все трупы мужчин.

И как только она осталась одна в резиденции, женщина глубоко-глубоко вздохнула.

Это было расслабление, спокойствие, женщина впервые испытала полное блаженство.

Теперь ей никто не помешает. Думать и действовать - и то и другое бесполезно, поэтому она просто заснет.

――Ведьма Лени продолжила предаваться вечному бездействию, неутомимому покою.

***

――Лестницу, которая вела на 2-й этаж Электра, следовало бы назвать Великой Лестницей из-за ее величественного вида.

По сравнению с винтовой лестницей, по которой поднимались с 6-го этажа на 5-й и далее на 4-й, Великая Лестница была намного шире и намного длиннее.

Поскольку она занимала пространство целой комнаты, пугающее ощущение, которое она испускала, было само собой разумеющимся.

То, что должно было быть пустой комнатой, теперь было Великой Лестницей.

Стоя перед ней, Субару сложил руки на груди и вздохнул. Затем――

Субару: Такое чувство, что прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз были здесь.

Эмилия: Э? Мы только что нашли лестницу. Что вдруг случилось?

Глаза Эмилии расширились от удивления, услышав замечание Субару.

Субару покачал головой и повернулся к своим спутникам, с которыми они вместе испытали злобу создателя Башни.

Он вспомнил немного покоя при виде их неизменных лиц.

Беатрис: ――? Субару, почему ты сжал пальцы Бетти?

Субару: Несколько хотел почувствовать, что я действительно здесь… Гм, я в порядке. Виноват.

Столкнувшись с растущим подозрением на ее лице, Субару заставил себя улыбнуться Беатрис, но все еще держал ее руку в своей.

Затем он повернулся и указал на Великую Лестницу.

Субару: Итак, возвращаемся в нужное русло… Великая Лестница всегда была здесь, и никто этого не заметил, верно?

Юлиус: Я думаю, что совершенно немыслимо не заметить столь очевидного зрелища. ――Впрочем, если дело касается этой комнаты, то я не могу отрицать такой возможности.

Субару: Что?

Анастасия: Та неопределенность во время исследования, хах? Я поняла.

Приняв сомнения Субару как должное, дуэт Господина-Слуги Анастасии и Юлиуса согласно кивнул. Увидев это, Субару слегка наклонил голову, а Эмилия подняла руку,

Эмилия: Примерно тогда, когда Субару еще спал, мы все собрались на 4-м этаже. Рем и Патраш отдыхали в Зеленой Комнате, а мы решали головоломку на 3-м этаже, так что мы ходили вокруг, чтобы посмотреть, куда можно положить наш багаж…

Беатрис: Если подумать, мы все бессознательно избегали этой комнаты…

Субару: Может быть, что-то извне блокировало наши мысли насчёт комнаты или что-то в этом роде?

То, что начала Эмилия, продолжила Беатрис, а Субару довел дело до конца. И Эмилия, и Беатрис утвердительно кивнули, и Анастасия с Юлиусом согласились.

Как только Великая Лестница была обнаружена, все подумали о комнате и заметили блок разума―― Если это так, то, возможно, Великая Лестница всегда присутствовала в этой комнате, и была какая-то магия, которая скрывала ее, чтобы ее не заметили.

Субару: Ну, если бы не это, тогда, когда мы бы закончили разгадывать загадку плиты 3-го этажа и в этой комнате кто-то был, они могли бы быть расплющены внезапным появлением лестницы.

Юлиус: Субару, это не плита, а монолит. Давай относиться к нему одинаково. Я хотел бы избежать путаницы.

Субару: Монолит, монолит, монолит! Доволен? Давайте продолжим.

Хотя Юлиус выглядел недовольным апатичным ответом Субару, Субару был сыт этим по горло, поэтому он проигнорировал его. Он повернулся к тем двоим, которые до сих пор не принимали участия в разговоре―― к Шауле, которая играла у лестницы, и к Мейли, которая сидела на ее спине.

Шаула: М? Что-то случилось, Мастер? Ах! Может быть, настала моя очередь быть полезной!? Я все сделаю для Мастера! Я даже стану твоим доверенным лицом!

Субару: Ты, ты вообще не понимаешь, что говоришь! Это не то, кем ты должна становиться, даже если твоя мама, папа, брат или даже друг говорят это сделать. Ладно, что ж. На всякий случай спрошу: ты знала…

Шаула: Определенно, я живу здесь уже несколько сотен лет, но сейчас я впервые вижу эту лестницу!

Субару: Мейли, это нормально играть. Потяни сильно за ее хвост.

Мейли: Я сделаю это, даже если ты не скажешь мне, Братец.

Шаула: Больно, больно, больнооо

Как обычно, Шаула была бесполезна, когда дело доходило до завоевания Башни. Предоставив Мейли наказать ее соответствующим образом, Субару снова посмотрел на Великую Лестницу.

В отличие от той, что вела на четвертый этаж, Великая Лестница не имела спиральной формы. Обычно лестница - это своеобразная тропинка, ведущая на следующий этаж. Тем не менее, в этом случае, чтобы пересечь 3-й этаж и придти прямо на 2-й, было что-то, что выглядело странно для Башни, учитывая ее форму. Можно было бы подумать, что впоследствии конструкция заставит пол выступать за пределы Башни――

Субару: Может быть, это компенсируется таинственной силой…

Эмилия: Или, может быть, это просто выглядит так, будто она ведет на 2-й этаж, но она ведет в совершенно другое место… Не будет ли это слишком подло?

Субару: Я боюсь, что чистота Эмилии-тан будет запятнана ужасной личностью создателя Башни. Я хочу побыстрее уже завоевать это место.

Эмилия: "―――?"

Эмилия склонила голову набок, не совсем понимая. Однако, именно Эмилия нашла эту Великую Лестницу, и именно она раскрыла важную подсказку в разгадке тайны 3-го этажа.

Здание под названием Сторожевая Башня Плеяд, или, скорее, Великая Библиотека Плеяд, имело ряд очень неприятных трюков, которые отражали личность дизайнера.

Будучи очень надежным в ее решении препятствий одно за другим, Субару, который хотел провести свои дни в мире с ней, беспокоился, что ее личность может исказиться из-за этого.

Субару: Говоря об этом, наш темп до сих пор был довольно хорошим. Я выполнил Испытание 3-го этажа с первой попытки, и мы уже на 1/3 закончили с завоеванием Башни менее чем за три дня.

Беатрис: По сравнению с тем, как здесь не было никакого прогресса 400 лет, это большой темп, я полагаю.

Субару: Это чертовски невероятно, если так подумать… Но с другой стороны, я тот удивительный парень, который двигает вперед историю, которая тянется уже сотни лет. Как писатель истории, я силен в словесной игре.

В недавнем прошлом он поработил Белого Кита, сокрушил Архиепископа Греха Лени Культа Ведьмы, и уничтожил Великого Кролика, частично помог в выполнении Испытания у могилы Ведьмы Жадности, победил Архиепископа Греха Жадности и, наконец, ступил на никогда прежде не исследованную Сторожевую Башню Плеяд, очистил одно из ее никогда прежде не оспариваемых Испытаний и теперь был на пути к оспариванию второго Испытания――

Субару: Если я просто перечислю все свои достижения и пропущу процесс, я буду выглядеть как идиот…

Он много раз умирал, чтобы достичь всего этого, так что в то же время он не мог выпятить свою грудь. Несмотря на это, история действительно зашла слишком далеко за последний год.

Он не собирался этого делать, но, по крайней мере, он должен был уладить дела с Архиепископами Обжорства и Похоти, так что, миру лучше быть готовым к этому―― Вот что он чувствовал по этому поводу.

Субару: Ч-что? В чем дело, Эмилия-тан? Почему ты внезапно взяла меня за руку? Что-то не так?

Эмилия: …нет, нет. Просто я думаю, что Субару должен быть немного добрее к себе.

Субару: Да, нет, тебе будет трудно найти кого-то, кто так же мягок к себе, как я. Мне достаточно Эмилии-тан и Беако, больше уже перебор.

Рем будет добавлена в этот список, когда она проснется. Она будет немного строгой, но, тем не менее, доброй.

А добавление Петры, Патраш, Гарфиэля и даже Отто к этому списку не оставило бы места для Субару на себя.

Эмилия: “――――”

Губы Эмилии слегка задрожали, словно она пыталась найти какой-то способ ответить ему, но она только продолжила смотреть на Субару.

Ослабив хватку на ее руке, Субару склонил голову набок.

Однако――,

Анастасия: На данный момент я думаю, что это проблема корня бытия Нацуки-куна. Это не то, что станет лучше через день или два. Хотя, думаю, все зависит от того, как Эмилия-сан к этому отнесется.

Прервав разговор хлопком в ладоши, Анастасия бросила взгляд на Эмилию. Эмилия оглянулась, выражение ее лица было серьезным, но, похоже, это была не та реакция, которую она ожидала, так что,

Анастасия: ――Боже, я чувствую, что на это очень мало надежды. Тебе это не идет.

Эмилия: ――? Я не думаю, что понимаю, но, если вы покажете мне, я постараюсь изо всех сил?

Анастасия: Боюсь, мне придется отказаться… Я не горю желанием получать пинок от Земляного Дракона.

Субару: Получить пинок от Земного Дракона… Интересно, означает ли это что-то вроде пинка от лошади?

Отложив в сторону странные фразы Гарфиэля, Субару придумал новую фразу, которая может быть распространена в этом другом мире.

Во всяком случае, для Субару это не было концом запутанной информации, которая была брошена в разговоре Эмилии и Анастасии. В какой-то момент они с Эмилией склонили головы друг к другу, на что Анастасия вздохнула и указала на Великую Лестницу.

Анастасия: Ээй, когда же мы перестанем бездельничать и пойдем наверх? Что бы там ни ждало, это будет сложнее, чем 3-й этаж… Или, может быть, Нацуки-кун в конечном итоге решит его сразу же.

Субару: По правде говоря, если это что-то такое же раздражающее, как головоломка на 3-м этаже, я бы не хотел этого.

Честно говоря, единственная причина, по которой Субару смог выполнить Испытание 3-го этажа Тайгета, заключалась в том, что знание звезд и созвездий имело решающее значение для его выполнения.

Созвездия―― Это знание из первоначального мира Субару требовалось, чтобы решить головоломку. На самом деле Субару полагал, что строитель этой Башни был из другого мира, к тому же современного, как и он.

В этом отношении было весьма вероятно, что Испытание 2-го этажа также потребует современных знаний, где присутствие Субару оказалось бы полезным, но――

Субару: Все может быть по-другому по сравнению с 3-м этажом, я имею в виду, что я не могу сделать многого, если это что-то, чего я не знаю. Фамилия Флюгель германская, да и вообще я мало что знаю об истории Германии.

Смутная тревога закружилась в нем, но он не смог выразить ее вслух, чтобы оправдать всеобщие ожидания. В глазах Эмилии и Беатрис Субару был слабым.

Таким образом, он хотел сделать все, что было возможно, вытягивая те немногие знания, которые у него были о Германии.

Субару: Ничего не могу поделать. Лестница наверх находится буквально прямо перед нами. Мы не сможем называть себя мужчинами, если сейчас отступим. Давайте просто заскочим туда и пройдем через вызов.

Юлиус: К сожалению, из мужчин здесь только мы.

Субару: Это просто поговорка, не придирайся, ты! Ладно, пойдем, Беако!

Беатрис: Нгья!

Юлиус лупил пылающий дух Субару, зажатый в его сжатом кулаке, но Субару просто показал ему язык, притянул Беатрис в свои объятия и побежал прямо вверх по лестнице.

Эмилия: Ах, Субару, подожди!

Увидев, как он восторженно вскочил, Эмилия начала подниматься за ним, а Юлиус и Анастасия дружно пожали плечами и также последовали за ними.

Мейли: Едва одетая Сестрица? Разве ты не идешь?

Шаула: Хватит так тявкать, кусачка номер два. Видишь ли, я одета как положено. Видишь ли, у меня тут эро-кавайная штука. Мастер выбрал это для меня, так что перестань жаловаться.

Мейли: Я на самом деле не жалуюсь, ты же знаешь~. Просто поторопись, давай, давай, или мы останемся позади.

Шаула: Ты действительно командуешь, хотя ты просто на моей спине, кусачка. Я расскажу о тебе Мастеру позже! Хотя, на самом деле, я хочу сама научить тебя хорошим манерам~!

Шаула поставила ногу на ступеньку и покачала покрасневшим лицом, размахивая скорпионим хвостом. С силой, не свойственной человеку, несущему кого-то на спине, она прыгнула с первой ступеньки Великой Лестницы на пятую и побежала дальше.

Шаула: Дададададададада!

Не обращая внимания на то, что происходило позади, Субару продолжал бежать вверх по лестнице с Беатрис на руках. В середине разговора Беатрис умело сменила позу положив руки на плечи Субару и, прищурившись, посмотрела на Субару.

Беатрис: Как я и думала, здесь что-то подправляет ощущение пространства, я полагаю. Мы так и не выбрались из Башни, хотя и прошли так далеко по прямой.

Субару: Может быть, мы просто не смогли понять снаружи, и Башня действительно такой формы.

Беатрис: Только для этой лестницы? Если это так, то должно быть что-то, что делает Башню похожей на башню. В противном случае нет смысла прятать лестницу.

Субару: Наверное. Мне просто захотелось сказать это вслух.

Субару вздохнул, соглашаясь с доводами Беатрис, и посмотрел наверх.

Как ни странно, несмотря на то, что он бежал вверх по лестнице, верхний этаж казался не ближе, чем раньше. Сколько бы он ни бежал, ему казалось, что он поднимается по эскалатору.

Субару: Ни в коем случае нельзя думать, что то, о чем говорила Эмилия, действительно произойдет…

То, что там была подготовлена только лестница, и она фактически не соединялась со 2-м этажом―― Когда Субару еще раз обдумал эту теорию, сразу же над головой открылось пространство.

Субару: "Ох, ооох――!?"

Беатрис: "Хья"

Столкнувшись с внезапным ярким светом на плохо освещенной каменной лестнице, Субару и Беатрис одновременно вскрикнули.

В какой-то момент, непрерывно двигаясь вперед, лестница закончилась, и они ступили на новый этаж.

Которая была――

Субару: Белая комната… опять, хах.

Беатрис: Я полагаю.

Он остановился и осторожно выпустил Беатрис из своих объятий.

Подъем по лестнице оказался на удивление долгим. Несмотря на то, что его выносливость улучшилась, он не смог удержаться от того, чтобы присесть на колени и начать тяжело дышать.

Поглаживая его по спине, Беатрис постучала носочком по полу и оглядела комнату. Субару сглотнул и сделал то же самое.

Для этих двоих, что первыми добрались до верха лестницы, комната была вылитым Испытанием 3-го этажа Тайгета, белым пространством. Таинственное сооружение, где и пол, и потолок простирались далеко за пределы досягаемости глаз, а сама основа расстояния казалась перекошенной.

Без сомнения, единственная причина, по которой это белое пространство было зарегистрировано как место, заключалась только из-за небольшого открытого пространства с лестницей, ведущей на этаж ниже, точно так же, как это было на 3-м этаже.

Эмилия: Ах, опять эта комната?

И из того же открытого пространства выскочили Эмилия и остальные, все с одинаковыми реакциями на белый пейзаж, и все опустили плечи в унынии.

После презентации стало ясно, что вот-вот начнется очередное Испытание.

Субару: Есть ли шанс, что мы снова попали на 3-й этаж по ошибке?

Эмилия: Я так не думаю. На лестнице между 4-м и 3-м этажами было 54 ступеньки. У этой было 444 ступеньки. Нам понадобилось почти в десять раз больше шагов, чтобы добраться сюда, верно?

Субару: Ты, ты считала, Эмилия-тан?

Эмилия: Фуфу~, правда в том, что подсчет количества шагов - это тайное хобби, которое я недавно подхватила… Почему ты гладишь меня по голове?

Субару и остальные по очереди погладили Эмилию по голове после того, как она похвасталась своим хобби. Даже Юлиус и Мейли, которые воздержались от этого, посмотрели с нежной жалостью.

Эмилия: Знаешь, это как-то очень странно…

Субару: М-мы действительно не смогли бы сделать этого без Эмилии-тан. Благодаря тебе мы теперь знаем, что поднялись в десять раз выше 3-го этажа. Это заставляет несколько думать, что мы только что прыгнули на 1-й этаж. Я хотел бы этого, но пока, я думаю, мы должны учитывать, что это 2-й этаж…

Беатрис: Испытание начинается там, я полагаю.

Отбросив сомнения Эмилии на потом, Субару посмотрел туда, куда указала Беатрис―― Прямо впереди, было что-то, что привлекло внимание.

На 3-м этаже Тайгета было что-то похожее в центре комнаты. И, прикоснувшись к нему, начиналось Испытание. Если и здесь дела обстоят так же, то――

Юлиус: Это не Монолит, но――― Меч.

Прищурив свои глаза, Юлиус заговорил, глядя на "Это", торчащее из земли.

Именно так, как он и сказал, внутри белого пространства стоял не Монолит, как на 3-м этаже, а "Это".

―――"Это" было мечом.

Без ножен он стоял прямо, острие вонзалось в белый пол.

То, как он стоял абсолютно прямо, рукоятью вверх, было ужасающей красотой, которая отражалась в глазах Субару.

Это было не так, как если бы там были великолепные украшения, и Субару не знал, что его материал был высокого качества.

Только то, что в его некрасивой простоте, в его минимальном использовании стали было что-то прекрасное.

Субару: Судя по всему, он должен работать как Отборочный Меч…

Юлиус: “―――”

Субару: Да, да, ты был очень терпелив. Хороший мальчик, хороший.

Юлиус сдержал свои слова, когда заметил живописную сцену Субару, шепчущегося с мечом. Отложив в сторону безмолвную поддержку Анастасии наблюдавшему за ним Юлиусу, Субару посмотрел на Шаулу. Она скрестила руки, выпятила грудь, а её лицо наполнилось уверенностью.

Будто говоря "Вы можете спрашивать меня о чем угодно, я полностью готова сказать, что понятия не имею!" Так что, Субару, не спросив ни слова, был вынужден, наконец, шагнуть к мечу.

Эмилия: Субару.

Субару: Я думаю, все в порядке. Это не ловушка, которая вызывает Мгновенную Смерть, если это что-то вроде 3-го этажа.

Кивнув расстроенной Эмилии, Субару сделал шаг к Отборочному Мечу. Конечно, Эмилия и Беатрис, естественно, не отстали. Остальные оставались наготове у лестницы, готовые отреагировать в случае чего.

Субару: Осторожнее с дорогой для Анастасии. Это довольно длинный путь вниз, так что если она споткнется, то будет катиться до самой смерти.

Юлиус: Я буду иметь это в виду. Скорее, это ты должен быть более внимателен к предостережениям Эмилии-сама и Беатрис-сама.

Эмилия: Все в порядке. Я буду защищать Субару.

Субару: Ах, хорошо, я позволю себя защищать.

Наблюдая, как Субару показывает большой палец очень восторженной Эмилии, Юлиус вздохнул. Проигнорировав это, Субару столкнулся лицом к лицу с Отборочным Мечом.

Расстояние, на котором, если бы он просто протянул руку, он мог бы коснуться его. В этот момент присутствие меча вызвало определенное ощущение реальности. Также, как и Монолит, в нем не было ничего таинственного.

Субару: Тем не менее, это меч, который воткнут здесь с тех пор, как была построена башня. То, что на нем нет даже пятнышка ржавчины, само по себе довольно странно.

Субару прошептал это перед Отборочным Мечом, а затем сделал легкий вдох-выдох и протянул руку к рукояти.

Аккуратно обхватив ее пальцами, он почувствовал, что он слегка сопротивляется ему, но все же приложил все силы, чтобы поднять его.

На мгновение у всех мелькнуло сомнение в том, сможет ли Субару вытащить его, если это действительно "Отборочный Меч" ――но эта мысль оказалась напрасной.

“―――”

Приложив малейшее усилие, острый край, воткнутый в пол, легко вышел наружу.

Меч был так изящен, каким только мог быть, как будто его вытащили из ножен.

В тот же миг, он отозвался эхом.

"――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча."

“―――тск!”

Голос, который пробивался сквозь барабанные перепонки и резонировал прямо в их черепах, рассказал им о деталях Испытания.

Это был ожидаемый поворот событий, поэтому он не сделал ничего столь неприятного, как уронил меч, тем не менее это был неприятный опыт.

В конце концов, голос, который эхом отдавался в его голове, был очень похож на его личный.

Субару: Такое чувство, что меня тошнит… Я думаю, что все чувствуют то же самое…

Все ли его слышали, или это был только Субару, который вытащил меч? Все слышали этот голос, когда кто-то дотрагивался до Монолита.

Итак, и на этот раз―― Субару обернулся с этой мыслью и заметил.

“―――”

――Что у всех перехватило дыхание, и они смотрели в одну точку.

“――――”

Проследив за их взглядом, Субару тоже посмотрел. Место, на которое они все смотрели, находилось на острие впереди Отборочного Меча―― В месте, которое по совпадению равнялось расстоянию между мечом и лестницей.

И в этом месте появился темный силуэт человека.

Голос: ――Снискайте прощения от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Голос, который должен был шептать, внезапно показался Субару очень громким.

Голос, который повторил те же слова, что он слышал, когда вытащил меч. Однако это не было похоже на его собственный голос, который эхом отдавался в его голове, но, несомненно, силуэт говорил другим голосом.

Голос: ――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Голос, словно идиот, наученный повторять только одну фразу, снова повторил те же слова.

Казался ли голос механическим, автоматическим или даже инстинктивным, определить было невозможно.

Едва уловимая дрожь в голосе была очевидна при повторении этих жутких слов. Они были ужасно прямыми, как будто острие меча щекотало сердце силуэта.

“―――”

Было ли это дрожание от страха, или от страсти, или от удовольствия, или от горя, тоже нельзя было определить. Для него так хорошо играть с чужими эмоциями было доказательством того, что между ним и живым существом существует явная пропасть.

На таком расстоянии, будучи просто голосом, он играл с жизнями.

"――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча."

――Это был мужчина с простыми, но длинными красными волосами, которые струились по его спине.

Он был довольно высок. На целую голову выше Субару, тело мужчины было украшено толстыми мускулами, подобающими его росту.

Он был одет не в доспехи, а в обычное малиновое кимоно, которое ничем не защищало его―― От правого плеча до руки его грудь была обнажена, а талия перевязана белым поясом.

Его огненно-рыжие волосы доходили до середины спины, а левый глаз закрывала дрянная черная повязка. Наконец, правый глаз, оставшийся незакрытым, стал голубым отражением недостижимого неба.

Конечно, это была такая упорядоченная красота, которая заставила бы любого и каждого обернуться и посмотреть, зрелище, подходящее для картины―― Однако эта дикая, жестокая улыбка, полная безумия, все испортила.

Это был чрезвычайно красивый, свирепый зверь.

Самый красивый зверь, который существовал в этом мире―― До такой степени, что Субару забыл дышать в его присутствии.

Шаула: Хии…

Иллюзию неподвижности времени нарушил тихий шепот.

Внезапно он услышал, как девичий голос пропищал ”Кьяя-”. Краем глаза он увидел фигуру девушки, чьи черные волосы доходили ей до спины, рядом с ним―― Шаула упала на пол, а Мейли в замешательстве огляделась.

Шаула: Хии, хиии…

Во всяком случае, Шаула была так подавлена, что у нее могло начаться недержание.

Ее глаза были широко раскрыты, лицо исказилось так, как не подобало такой красивой девушке, как она, и глубокий страх, который она испытывала, был ясно выражен.

Если бы это было возможно, она бы покинула комнату в соответствии со своими инстинктами.

Только, дрожащие ноги ей не позволили.

――Та самая Шаула, которая полностью уничтожила Кентавра, оцепенела от страха?

Мужчина: ――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Даже с испуганной Шаулой в поле зрения, голос продолжал повторять эти слова.

На первый взгляд, это была ситуация, которая поднялась на уровень жуткости―― Однако, он заметил еще кое-что.

Мужчина не сдвинулся ни на шаг, только все время оказывал давление с того места, где стоял. ――Нет, мужчина даже не пытался источать давление. Он просто стоял неподвижно.

Просто находясь там, его существование излучало то же самое присутствие, что и присутствие Ведьмы.

Субару: “―――тск.”

Затаив дыхание, он заставил свои веки, которые забыли моргать, закрыться и на мгновение успокоился.

А затем, не отрывая глаз от мужчины ни на секунду, Субару сделал шаг назад. В правой руке он держал Отборочный Меч, а в левой руке руку Беатрис, и он оттянул ее застывшее тело назад.

Субару: Э, Эмилия…

Эмилия: Я, я знаю.

Зная, что он не может оставить ее, Субару позвал Эмилию по имени, зная, что она все еще окаменела. Тем не менее Эмилия кивнула в ответ. Сопоставляя свои движения с ее дрожащими коленями, Субару медленно отпрянул.

Мужчина: ――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Расстояние увеличивалось. Но даже так мужчина оставался неподвижным. Только повторял те же слова.

Мужчина: ――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Он вложил все силы в свои нервы и наконец добрался до того места, где лежала Шаула. Лицо Шаулы всё ещё было застывшим от страха, а Мейли держала ее за руку, не в силах пошевелиться.

Взять девочек и уйти отсюда. Возможно ли это вообще? Руки Субару, и та, что держала меч, и та, что держала руку Беатрис, были негнущимися, без каких-либо признаков того, что они могли двигаться. Он даже представить себе не мог, что сможет поднять Шаулу и Мейли, схватив их за руки. Во-первых, допустит ли этот человек такое? Какова была цель этого человека? Для чего было это испытание, и для чего был нужен меч――

Мужчина: ――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Слова, которые повторялись, фраза, которая была предложением Испытания 2-го этажа Электра.

Какой смысл мог быть в том, что мужчина повторяет эти слова? Содержание Испытания, о котором он услышал в тот момент, когда вытащил меч, человек, который повторял эти слова, глупца и прощение, что именно――

Мужчина: ――Снискайте, прощение… небесного меча… глупца…

Субару: ―――а?

Ускорив ход мыслей, чувство, что сейчас произойдет что-то ужасное, продолжало расти в Субару, и в это же время человек, чей голос продолжал звучать без остановки, резко остановился.

Субару инстинктивно застонал, небрежный поступок, который заставил Эмилию и Беатрис немного занервничать, но это никак не повлияло на происходящую перемену.

―――Более того, изменения, которые претерпел этот человек, становились гораздо яснее.

Мужчина: Небесного Меча, глупец… его прощение… о, оох, ооох, ох――, ох――

Субару: Ч-что? Что, что, что происходит?

Мужчина: Ах, ах, ааааахх――!!

Шаула: Пигьии!

Субару: Дуааа!?

Остановка была далека от этого.

Скорее, в конце слов стоящего человека прозвучала странная цепочка звуков, и в следующее мгновение мужчина положил руку на волосы, начал чесаться и издал взрывной крик.

Внезапно не выдержав, Шаула завизжала, как свинья, и прыгнула к Субару. Естественно, он не смог устоять. Ее руки обвились вокруг него со всей силой, и, не в силах уклониться, Субару рухнул на пол вместе с ней.

Субару: "――――тск!"

В момент взрыва в его глазах полетели искры, а крик мужчины и непрекращающийся плач Шаулы, которая все еще цеплялась за его талию, стучали в его барабанные перепонки.

Мужчина: Аааааааааа!!

Шаула: Хьяаааа! Мастермастермастер помогииииите! Я не хочу! Помогите мне!

Субару: Ч-что с тобой за последние несколько минут――

Мужчина: ――Заткнись уже!! Моя голова и так убивает меня! Хватит орать!

Шаула: Афуу…

В версии с изображениями тут находится картинка.

Прежде чем его слова утешения дошли, дух Шаулы рухнул.

Несмотря на то, что она по какой-то причине металась, она тихо прилипла к талии Субару и перестала двигаться, и, потеряв сознание, рухнула на пол.

"Ни за что, ты…"

Шаула быстро и грациозно покинула поле боя, упав в обморок. Хотя помощь от нее, когда дело доходило до завоевания Башни, была близка к нулю, даже с точки зрения экзаменатора, это должно было быть совершенно неожиданным.

Для женщины, чья грубая сила заслуживала почета, если ничего другого―― Если она так бояться этого мужчины, то все было непросто,

Юлиус: Я так понимаю, что ты ни в коем случае не являешься простым существом.

Мужчина: Аахн?

Мужчина недовольно застонал, когда раздались шаги.

Стукнув парой белых башмаков, вперед выступил Изящнейший Рыцарь―― Юлиус развернулся и поднял меч, который уронил Субару.

Наблюдая за ним, мужчина скривил губы, его лицо исказила хмурая гримаса.

Мужчина: Черт возьми, ты. И что это за место? Хернёй страдаете, ты?

Юлиус: Нет, мы ничего подобного не делаем. Мы находимся в таком же запутанном положении. Вы появились здесь совершенно неожиданно―― Мы не можем не быть настороже, вот что я хотел сказать.

Мужчина: Черт с тобой. Не говори так странно, ты. Не смей говорить, как мой последователь, ты. Ты мой последователь? Ты не он, верно? Раз уж ты нет, то не говори так, как он, запутывая все это дерьмо.

Настроение мужчины становилось все хуже каждый раз, когда Юлиус говорил с ожидаемым почтительным, но осторожным тоном.

Хотя становилось все яснее, что этот мужчина - человек, можно ли с ним разговаривать, это была совершенно другая тема.

Мужчина: ――симпатичная, симпатичная, горячая штучка, коротышка, коротышка, последователь, мелкая сошка.

Юлиус: К сожалению, я не ваш последователь.

Мужчина: Ках! То, как ты говоришь, это то, как говорит мой последователь. Перестань копировать.

Мужчина добродушно рассмеялся в ответ на возражение Юлиуса.

Показывая необычайно белые зубы со странно красивым лицом, его акулья улыбка отдавала безумием.

“――――”

Наконец, в улыбающемся мужчине обнаружилась частичка человечности. Или, скорее, узнали, что этот мужчина - разумное существо, способное к разговору, было бы более уместно.

Мужчина: Эй, ты. Объясняй, что здесь происходит, ты. Черт возьми, что вы со мной сделали? Не надо ничего прятать, ты. Приступай к делу, ты.

Субару: Появляешься из ниоткуда, ведешь себя так, будто ты ходячее дерьмо… Что с тобой такое?

Мужчина: Аахн?

Мужчина сунул руку в открытую часть голой груди и небрежно почесал. Субару, который, наконец, поднял свое тело, выдавил из себя все слова, которые смог собрать, и выплюнул их в мужчину.

Он впился правым глазом в Субару, который лежал на полу и,

Мужчина: Черт с тобой. Почему ты спишь, ты. Разве это не прекрасное место, ты? Заставил такую горячую штучку стать твоей кроватью, ты. Поменяйся со мной местами, ты.

Субару: К сожалению, я отказываюсь…

Немного остановив дрожащие ноги, Субару встал. В то же время он оторвал цепляющуюся за него Шаулу. Это был неосторожный поступок, который заставил ее упасть на пол лицом вниз, но у него не было времени думать об этом.

Но――,

Мужчина: Анх-, анх-, аахн? Что, ты. Ты делаешь? Хернёй страдаешь, ты?

Субару: …какого черта ты тянешь это грубое дерьмо, ты.

Мужчина: Ках!

Мужчина сжал зубы и разразился сердечным, но яростным смехом.

Игнорируя Субару, который был явно смущен, мужчина оглядел белую комнату и кивнул сам себе, "ох- охх- понятненько," и снова заговорил:

Мужчина: Попался. ――Ну что ж, начнем.

Субару: Начнем… Подожди! Почему ты продолжаешь вести разговор в одиночку?! Это действительно слишком!

Мужчина: Застегни его, ты. Продолжаешь тявкать снова и снова, уже объяснил, пока я разговаривал во сне, не так ли? Обращай внимание на то, что я говорю, ты.

Субару: Что-то за последние несколько минут…

Мужчина: Снискай прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Не в силах уследить за ситуацией, глаза Субару метались по сторонам, в то время как Эмилия несколько раз прошептала фразу, слово в слово, про себя.

Медленно, девушка начала окаменевать. Вслед за Юлиусом и Субару из тишины времени вышли Эмилия и Беатрис, а сразу же за ними Анастасия и Мейли.

Только Шаула осталась без сознания, однако―――

Мужчина: Ках! Вон та красавица отличается от этой мелкой сошки. Если бы я был жив, я бы переспал с тобой сегодня ночью, ты… Присмотревшись поближе, я вижу, что ты очень милая. Что это за лицо? Ты действительно чертовски закрученная, ты.

Эмилия: закрученная…?

Субару: Эй, ты! Ты ведь здесь экзаменатор, верно?

При взгляде на Эмилию в его глазах проснулось вожделение. Встав между этими двумя, Субару встал и указал на мужчину.

Мужчина улыбнулся, как акула, услышав это заявление,

Мужчина: ――Понятия не имею. Меня не интересует какой-то титул, который кто-то на себя нацепил. Я - это я, ты - это ты. И ничего больше. Ты хочешь поговорить со мной как следует? Заставь меня отойти хотя бы на шаг отсюда, ты.

Юлиус: “――――”

Это были слова человека, стоящего беззащитно и спокойно.

Что же касается того, почему он не посмеялся над этим, то это было именно то условие, которое должно было быть выполнено, чтобы пройти Испытание. Таким образом, это была задача, достойная называться таковой.

――Снискайте прощение от Глупца, достигшего Небесного Меча.

Если человек, стоявший впереди, был этим "Глупцом, достигшим Небесного Меча", то способ пройти его был ясен. Оставалось только понять, возможно ли это вообще.

Юлиус: Рыцарь Императорского Ордена Королевства Лугуника, Юлиус Юклиус.

Перед боем――нет, перед началом Испытания - Юлиус из вежливости назвал свое имя.

Это был акт величайшей чести - объявить другого равным себе, независимо от положения и пола.

В ответ единственный голубой глаз мужчины сузился от возбуждения, и в нем появился необычный дух меча, и,

Мужчина: У меня нет имени, которое стоило бы тебе дать, я просто Палочник*.

(imy: Не знаю как перевести это его "имя". Дословно это Махающий Палкой, но я решил сделать Палочник от Мечник. Насекомые тут не причем, кхм.)

Испытание 2-го этажа Электра Великой Библиотеки Плеяд:

Ограничение по времени: “Никаких Ограничений”.

Количество попыток: “Никаких Ограничений”.

Претенденты: “Никаких Ограничений”.

――Испытание, началось.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 26. Палочник

Перевод: imy

***

――Женщина, совсем одинокая.

Дух женщины был осквернен. Женщина лежала глубоко в бездне безумия. Женщина стояла на самой дальней земле голода.

Рычала в одиноком замке, грызла незанятый трон, ломала зубы, разрывала рот, голодала.

Женщина была человеком, когда родилась, но в тот момент она больше не была им.

Все началось несколько лет назад, когда человек, правивший этими землями, пал жертвой неизлечимой болезни.

Слабея с каждым днем, человек, испуганный приближающейся смертью, протягивал руки ко всяким средствам, чтобы продлить свою жизнь.

Вскоре он достиг техник, которые были табу, и собрал множество жизней для достижения своей цели.

В изобилии приносились в жертву жизни, в изобилии жизни становились праздными, и среди этих жертв была женщина.

Кто она такая, как ее зовут, где она родилась, кто ее семья - все эти воспоминания уже были сожжены.

Женщина была всего лишь инструментом. Расходный материал для человека, который просто ждет своей смерти, будучи съеденым демоном нездоровья.

Праздные жизни должны были быть потраченными впустую, вот как это должно было быть, но женщина выжила.

Тело разрушено, сила хлещет наружу, светильник жизни, изгнанный тем, что называется временем.

Надежды, самые заветные желания мужчины, разрушенные демоном нездоровья, материализовались на теле женщины.

Мужчина был в восторге от плодов своего труда. Оставив жертвоприношенных, он властно снял с женщины оковы.

――Когда она пришла в себя, женщина была одна, в необитаемом одиноком замке, мучаясь и страдая от голода.

Мысли исчезали с жестоким голодом, воспоминания поглощались в пустоту неистовой жажды.

В ее памяти ничего не осталось. Она ничего не понимала. Все ее тело было сковано, так что у нее также не было свободы.

Съев всю пищу в замке, извергнув содержимое своего желудка, она пережевывала и переваривала их еще раз, продолжая повторять.

В конце концов, она вгрызлась в каменные стены, хрустнула троном, съела ковры.

В таком темпе она умрет с голоду. Ее тело, которое не может умереть, умрет от голода.

“Грргрр, грррр. Грргрр, грррр……”

На грани голодной смерти, не в силах войти в транс, женщина наконец увидела иллюзию.

Внутри одинокого замка, суетясь со своенравной свободой, суетилась орда собак, одетых в звериную шерсть.

Даже если это была галлюцинация, она не возражала. Если она не могла насытиться физически, то желала удовлетворить хотя бы свое сердце.

С такой искренностью женщина поползла, чтобы сожрать зверей. Она сожрала их. Поглотила.

Она была удовлетворена. Но, в следующее мгновение ее вырвало. Она лизнула то, что вырвала. Она пожевала. Блеванула, съела.

В иллюзии, в мираже, в галлюцинации, в ее желании, там присутствовал вкус. Там присутствовала форма. Она чувствовала ее своим языком.

Когда она пришла в себя, то увидела, что замок стал логовом отвратительных зверей.

“Аха, ахаха, ахахахахахаха~.”

Она была в полном восторге. Поглощённая днями поедания, она была удовлетворена после того, как поела, и ее рвало после того, как она была удовлетворена.

Застряв между голодом и отказом от еды, женщина ела и блевала, чавкала и проливала.

Рожденные пустым небом―― нет, перерожденные были зверями с отталкивающим присутствием.

Прежде, чем она заметила, ограничения женщины сорвались для битвы за пожирание между зверями и ней, вырвались на свободу, и она была освобождена.

Обретя свободу, женщина поползла, вышла из замка.

Звери тоже, следуя за женщиной, вышли из замка. Они рассыпались по земле во все стороны.

Голод, жажда, не в силах вынести их, женщина пожирала, и оставила замок, который ей надоело есть, на потом.

Она посетит его, когда настанет день утоления ее голода и жажды.

――Ведьма Обжорства породила орду Магверей и продолжила голодать от неиссякаемого голода.

***

――На 2-м этаже Электра Сторожевой Башни Плеяд, в белой как мел комнате, началось Испытание.

Экзаменатор стоял в углу комнаты, красноволосый мужчина с акульей улыбкой на лице.

Представившись не кем иным, как Палочником, аура мужчины наполнилась необычным духом меча.

То, как он появился, само по себе было проблемой. Даже сама Шаула, предполагаемая смотрительница Сторожевой Башни, упала в обморок, как только увидела его. Как таковой, он явно не был обычным человеком.

Таким образом――

Юлиус: Я с первого же мгновения буду сражаться во всю мощь――!

Мужчина: ”――――”

Наклонившись вперед, Юлиус заговорил, сделав шаг вперед.

Клинок, который он мягко бросил в сторону мужчины, был тем самым Отборочным Мечом, который был воткнут в пол Электры. Меч закружился в воздухе, описав дугу, прежде чем вонзиться в землю у ног мужчины.

Так, что мужчина может просто протянуть руку, чтобы взять его.

Мужчина: Черт тебя побери, ты. Бросаешь мне меч и все такое, у тебя есть желание умереть?

Юлиус: К сожалению, как рыцарь, это самый постыдный поступок - замахнуться мечом на безоружного!

Мужчина: Ках! Заставляешь меня смеяться. ――Не безоружный, посмотри поближе, ты.

Мужчина заржал от смеха, оскалив зубы, глядя на приближающегося Юлиуса. И, смеясь, он небрежно поднял ногу в воздух и дико пнул меч. Отборочный Меч издал пронзительный вопль и отлетел.

Он проскрежетал в нескольких дюймах от Юлиуса, который бросился к мужчине――

Юлиус: ――тц! Надеюсь, вы не пожалеете, что произнесли эти слова!

Его задумчивость была холодно отброшена, лицо Юлиуса напряглось, когда он взмахнул своим рыцарским мечом.

Он поднял тонкий клинок как молот, чтобы ударить по тому, кто был достаточно нагл, чтобы опозорить основу дуэли.

Он пронзил вперед, быстро, как молния, но――

Мужчина: Не выкрикивай эти милые вещи, . У тебя чертовски красивое лицо. Не будет никаких проблем, если ты начнешь плакать из-за меня?

Юлиус: Чт…… тц.

С громовым грохотом наконечник остановился, не достигнув торса мужчины.

Конечно, Юлиус не ослабил хватки. Он всегда старался изо всех сил, независимо от ситуации. Таким образом, не он остановил клинок, а мужчина с акульей улыбкой.

Юлиус: Невозможно!

Мужчина: Надо верить тому, что видишь. Все начинается оттуда, знаешь ли.

Радостно смеясь, Палочник поднял правую руку и почесал грудь. Это было то же самое поведение, что и раньше. Точно так же, как в тот раз, когда он нагромождался на бессмысленный разговор.

Однако, его левая рука с пугающей точностью сжимала острие меча Юлиуса.

С помощью――

Юлиус: ――Пара веток?

Мужчина: Слушай, это даже не близко. Что, у тебя плохие глаза или что-то в этом роде? Палочки для еды, это палочки. Довольно хороши для того, чтобы хватать закуски, эти палочки для еды. Вот почему я держу их при себе.

Такие тонкие, что приходилось щуриться, чтобы как следует разглядеть пару деревянных палочек―― Палочник держал их в левой руке и пользовался ими с изяществом и ловкостью, похожими на то, как Субару знал, как ими пользоваться, который рефлекторно застонал, увидев их. Палочки для еды действительно существовали в этом мире, как он увидел и испытал во время своего пребывания в Пристелле, но он впервые увидел, как кто-то использует их с таким изяществом.

――Нет, несмотря на всю тонкость их применения, остановить замах первоклассного фехтовальщика парой палочек для еды было абсолютно нечеловеческим подвигом.

Мужчина: Хах? Не смеши меня, ты. Размахивая под лучшим углом, с лучшей скоростью, с лучшим чувством, лучшим способом―― Будь то палочки для еды или что-то еще, нет ничего, что не могло бы разрезать.

Юлиус: "Гу……тц."

Закатив глаза на ошеломленные лица, Палочник зевнул, а затем заговорил с ноткой сарказма. Но в то время как для всех было нормально молчать, когда они видели такое зрелище, Юлиус не мог.

Он вложил силу в свою руку и потянул, чтобы вырвать Рыцарский Меч, который оказался застрявшим между двумя палочками. Однако, сколько бы сил он ни вкладывал, меч не поддавался.

Мужчина: Я скажу, что они не сделаны из чего-то смешного. Плохой материал вреден для кожи, так что. Ничего необычного, просто повседневная пара, сделанная где-то из какого-то дерева.

Юлиус: "Кх……"

Мужчина: Выпусти это, Выпусти… Лучше бы посмеялся, ты. Кто смеется, тот больше похож на красавца. Хотя, вряд-ли тебе это нужно.

Внезапно, блок, который он чувствовал на кончике меча, исчез, оставив Юлиуса в недоумении. В это мгновение Мужчина развернулся и подпрыгнул в воздух двумя босыми ногами. С огромной силой он нанес удар прямо над тонкой талией Юлиуса, отправив его в полет.

???: Юлиус――!

Субару не знал, кто поднял голос в крике, но у них не было выбора, кроме как наблюдать за его полетом, так как каждый должен был гораздо больше подумать, прежде чем сделать какое-либо внезапное движение.

И вот теперь, он парил в воздухе, не в силах поправить свою позу,

Мужчина: Ках!

Фигура Палочника полетела, как пуля, в погоню за Юлиусом. С невероятным физическим мастерством он остановился прямо над Юлиусом, принял стойку с палочками в каждой руке и выпустил шквал ударов, направленных на Юлиуса―― Можно ли их назвать ударами, оставалось спорить, но, несмотря на это, мужчина обрушил яростный шквал ударов палочками для еды.

С такими быстрыми движениями каждый отдельный удар, казалось, исчезал. Всем это казалось одинаковым, и Юлиус уже был беспомощен в воздухе, так что увернуться было невозможно.

Со своим Рыцарским Мечом в качестве единственного союзника, Юлиус встречал каждый удар палочкой своим собственным. Однако, палочки проскользали мимо, словно насмехаясь, и вонзались в Юлиуса, снова, и снова, и снова, и снова――

???: Дживальд――!!

Луч жара пронесся по воздуху, направленный в сторону сцепившегося дуэта.

Белый свет, в своей самой простой форме, может пронзить мир своим ужасным краем. Другими словами, он может стать невидимым лезвием, которое разрывает, режет и прожигает все на своем пути.

Он летел прямо, и поэтому от него было легко уклониться―― Однако, мерцающий луч летел со скоростью света, намереваясь врезаться прямо в цель.

Тем не менее, Палочник с легкостью отсек луч света, выпущенный третьей стороной――

Мужчина: ――Мой меч может рассечь даже свет, ты.

Быстрее, чем эхо его собственного хриплого голоса, палочки ударили и рассекли луч света.

Невероятное зрелище, которое привлекло внимание всех присутствующих. Мужчина ухмыльнулся, как будто сделал что-то обычное, и продолжал тыкать в Юлиуса свободной рукой.

Как будто насмехаясь над ним―― Нет, правда была в том, что он действительно насмехался над ним.

???: ――тц! Дживааааальд! ――!!

В ответ на это, его глаза покраснели, начиная пение――

С широко раскинутыми руками, воспевая магию, которая стреляла лучами жара, грациозное самообладание Анастасии было окрашено паникой. Руки раскрыты, все пальцы наготове―― Десять пальцев одновременно выпустили десять Смертельных Лучей, все они танцевали в воздухе, приближаясь к Палочнику.

――И сам Палочник предпринял не менее удивительную меру.

Мужчина: Ках!

Палочник столкнулся с танцующими лучами головой вперед и рассек их своими палочками для еды, как и раньше, затем он подпрыгнул, оттолкнувшись от разреженного воздуха, и сделал нырок―― Взяв Юлиуса, который был прямо внизу, вместе с ним, волоча его по белому полу, пока он бежал, Юлиус был пригвожден палочками в его солнечном сплетении.

Мужчина: Какакакаках! Целься хорошенько, ты. Даже муху так не прихлопнешь. Не просто так же меня называют сердцеедом. Какакаках!

Анастасия: Дживальд! Дживальд! Дживааальд――!

Анастасия все же решила продолжить свои атаки на кудахчущего мужчину. К сожалению, независимо от их огневой мощи, если магия не поражает, она не имеет никакого смысла.

Несмотря на то, что она стреляла во все стороны, мужчина просто прорубался, иногда пригибался, а иногда резко поворачивался, перенося свой вес на Юлиуса.

Его ошеломляющая физическая и боевая мощь в полной мере проявилась, столкнувшись с явно плохой точностью Анастасии.

В данном случае, технически это была не Анастасия, чья точность была плохой, а Ехидна, которая в настоящее время обитала в этом теле. Несмотря на желание помочь Юлиусу с неожиданной магической атакой, ее действия серьезно провалили ее намерения, оставив ее неспособной даже нанести царапину.

Скоро――

Анастасия: "――а, кх."

Мужчина: Аахн?

Ее время, похоже, кончилось раньше.

Палочник, радостно уворачивавшийся от тепловых лучей, остановился и поднял брови, когда лучи прекратили погоню. В конце его взгляда была Анастасия, которая рухнула на землю.

Кровь потекла из ее ноздрей - это был признак того, что она переутомила свое тело. Она сама говорила об этом раньше. Она не могла полагаться на свой козырь, так как это лишило бы ее жизни――

Юлиус: Анастасия-сама――!

Мужчина: О!?

Воодушевленный видом падающей госпожи, Юлиус освободился от своей единственной защитной позиции, освободился от скользящих по спине ударов палочек Палочника.

Он снял пуговицу у груди и отбросил рыцарскую мантию, заставив направление трения измениться, позволив ему выйти из цикла.

Со своего места на полу он нанес круговой удар ногой по голове мужчины, проклиная собственную глупость. Мужчина слегка отодвинул подбородок, уклоняясь от удара, но Юлиус повторил свои удары еще два раза, как брейк-данс. После нескольких раундов пинков и уверток он встал.

Мужчина: Это действительно было хорошо, ты. Это было забавно, ты.

Юлиус: У меня нет времени на твои глупости! Пошевеливайся――!

Их абсолютная разница в способностях была чем-то, что Юлиус понимал слишком хорошо, но все же он зарычал на него. Его рыцарский меч, даже после бесчисленных ударов, которые он получил, не покинул его руки.

И меч начал порхать, скользя по воздуху, демонстрируя высочайшее изящество и элегантность фехтования, даже будучи изношенным праведным делом и чувством долга―― Возможно, это было лучшее проявление рыцарского фехтования.

Бесчисленное количество дней, месяцев, должно быть, было потрачено, пролито бесчисленное количество слез и крови, тренируясь, чтобы усовершенствовать свою технику.

И все же――

Мужчина: Играешь со мной, да? Ты играешь со мной? Не будь таким легкомысленным, ты.

Юлиус: ――тц.

Мужчина: Что такое? Не смеши меня, ты. Не сдерживайся, отдай мне все, что у тебя есть, ты. Ты это серьезно? Если это все, что у тебя есть, чувак, то какое же это разочарование, ты.

Его удары останавливали, рубили, сдували, заграждали, сбивали, а его одиночные выстрелы парировали.

Техника, которую создал Юлиус, его собственная сущность рыцаря, все это было отвергнуто парой пугающе красивых, жестоких и мощных палочек для еды, которыми владел мужчина, который постоянно зевал, называя себя просто Палочником.

Пол его жизни истоптала пара жалких веточек――

Мужчина: Обычно не такой, ты. Почему ты сражаешься в полном одиночестве, ведь ты так не сражаешься, не так ли? Ты к этому не привык―― Вот почему все это надоедает мне, ты.

Юлиус: Я……

Мужчина: Если ты хочешь присмотреть за своей девочкой, я тебе позволю. Возьми пару толстых бедер и заведи ребенка. Ты уродливый неудачник, а не мечник.

То, что промелькнуло на его лице, было ли это гневом? Болью? Сожалением? Отчаянием?

В любом случае, никогда нельзя по-настоящему знать, что находится внутри других.

Юлиус: “――――”

Меч Юлиуса сверкнул, его тонкий рыцарский меч, как, вероятно, и миллионы раз до этого, прочертил линию в воздухе.

Однако, любой наблюдатель, даже со стороны с нетренированными глазами, мог сказать, что это были взмах, полный ошибок.

Палочки нырнули в вспышку сбоку.

В следующее мгновение, пролетев по воздуху, дерево пронзило сталь рыцарского меча―― Со слабым скрипом рыцарский меч Юлиуса переломился надвое.

Его желтые глаза могли только расшириться и следить за тем, как кончик его любимого меча вращается в воздухе. Как долго он пользовался этим мечом? Какую историю он с ним делил? Никто не знал.

Только, то, что сломалось, не ограничивалось его мечом.

Мужчина: Пошел вон.

К выплюнутым словам прилагались гигантские кулаки, которые были брошены ему в лицо.

Это был самый нерафинированный и примитивный вид насилия. Насилие, которое было распространено задолго до того, как у человека появились какие-либо инструменты. Инструмент, которые представлял собственную плоть.

Мужчина: “――――”

Безжалостный удар сломал изящный профиль Юлиуса. Удар лишил его сознания и отправил тело в полет через всю комнату, где оно, следуя законам инерции, разбилось, покатилось и, наконец, осталось неподвижным, распластавшись, как сломанная кукла―― Прямо рядом с Анастасией.

Как господин, как слуга, бессознательный дуэт выстроился в ряд. Это была неуместная забота этого мерзкого человека.

Мужчина: Что ж, следующий…

Щелкнув шеей, словно только что закончив разминку, мужчина повернулся к ним.

По правде говоря, для него это действительно была разминка. Всего за несколько десятков секунд Юлиус бросился через поле боя, потерпел поражение в одностороннем бою, Анастасия попыталась помочь, но они оба только рухнули вместе―― За это время у Субару не было ни единого шанса вмешаться, и он мог только стоять и смотреть.

И точно так же, как и он, не остановился――

Эмилия: Искусство Ледяного Призыва, Линия Сосульки.

Мужчина: “――――”

――Абсолютно никто.

Словно в доказательство, вокруг нее заплясали белые частицы.

Бледно-голубые пятнышки света, едва заметные в том, что на самом деле они были осколками льда―― Рожденные абсолютной магией Эмилии, Искусством Ледяного Призыва: Линия Сосульки.

Эмилия: Прежде чем мы начнем, я хочу спросить одну вещь.

Смешав свою магическую энергию с Манной своего окружения, она поставила своего рода барьер перед мужчиной в центре, пока он почесывал место над повязкой, а затем она обратилась к нему.

Мужчина: Аанх? Я тебя слушаю, красавица.

Эмилия: Я Эмилия. Просто Эмилия―― Разве не было условием, чтобы вы сделали всего один шаг? Но сейчас вы много пробежали.

Назвав свое имя, она задала естественный вопрос.

Перед тем как началась драка, Палочник действительно заявил это, смеясь. " Заставь меня отойти хотя бы на шаг отсюда". Если принять это за условие, то оно, очевидно, было нарушено.

Сказать, что они летали по всей комнате во время боя Юлиуса, не было бы преувеличением.

Однако мужчина пожал плечами и сказал, "ой, ой."

Мужчина: Не принимай это всерьез, ты. Просто придумал на месте. Такое случается, верно? Ты же хочешь время от времени выглядеть круто, верно? Все дело в этом. Понятно? Или нет? Ну, ты же женщина и все такое. Быть красивой и все такое. Будь со мной сегодня вечером, ты.

Эмилия: Простите, но я не понимаю, что вы имеете в виду. Кроме того, я не думаю, что смогу победить, если буду сражаться с вами.

Субару: А, Эмилия…?

С магией наготове, ее поза говорила о том, что она полностью готова сражаться, даже смело заявив о своем бессилии. Глаза Палочника расширились при этом замечании, и Субару, который стоял неподвижно, выпалил что-то.

Эмилия ответила ему тихим "Извини", а затем снова повернулась к мужчине,

Эмилия: Вы действи-и-ительно сильный. Я это вижу. Но мы должны пройти это Испытание. Поэтому, пожалуйста, дайте нам способ победить.

Мужчина: “…………”

Эмилия: Если нам удастся заставить вас сделать хоть один шаг, это будет наша победа. Давайте основывать наш матч на этом…… мы можем?

Она опустила брови и спросила молчаливого мужчину. В конце она добавила что-то с чуть большей уверенностью, что ошеломило Субару.

Это было абсолютно нелепое предложение, которое мог принять только величайший из идиотов.

Палочник довольно долго молчал, выслушав это неубедительное предложение, но потом――

Мужчина: Ках!

Он оскалил зубы от смеха, затем посмотрел на Эмилию своими яркими голубыми глазами. Эти глаза прошлись по ее телу, словно облизывая ее с головы до ног, а затем,

Мужчина: ――Очень хорошая штука, из которой ты сделана, не могу сказать, что я это ненавижу, ты. Показала много мужества, сказав все это кому-то вроде меня. Ты самый большой идиот, которого я видел после Триши. Я проникся к тебе симпатией.

Эмилия: Значит, я прошла Испытание?

Мужчина: Я не собираюсь так много тебе позволять, ты! Но ладно. Раз уж начал выпендриваться перед милой дамой, надо продолжать в том же духе. Я перевернусь в могиле, если сойду отсюда―― Я сделаю так, как ты хочешь.

Эмилия: Я пройду, если…

Мужчина: Ты победишь, если сможешь заставить меня сделать хоть один шаг!

Палочник с смягченным выражением лица окликнул удрученную Эмилию, которая тут же подняла голову и кивнула, а затем повернулась к Субару,

Эмилия: Анастасию и Юлиуса я оставляю тебе. Пожалуйста, позаботься о них.

Субару: П-постой! Ты ведь видела, что только что произошло?! Идти туда без плана…

Эмилия: Все в порядке. Не похоже, чтобы он собирался убивать…… И я также покажу все, что у меня есть.

Переполненная уверенностью, Эмилия пресекла попытку Субару остановить ее и сделала шаг вперед. А затем, все еще сохраняя свой достойный вид, подняла обе руки в сторону Палочника.

С таким большим расстоянием между ними, она могла однобоко убить его своей магией.

Мужчина: С таким красивым лицом, ты довольно упрямая, ты.

Эмилия: Делай, что можешь, как можешь, вот чему я научилась у своего великого Рыцаря!

Даже в такой невыгодной ситуации мужчина просто сложил свои гигантские руки и яростно рассмеялся.

Прицелившись в улыбку мужчины, Эмилия вложила в свои слова некоторую силу―― Воздух тут же затрещал и защелкал, и капли бледного света затрепетали вокруг, а затем одна за другой превратились в ледяное оружие.

Появились мечи, копья, топоры, стрелы и невероятное количество другого оружия.

Искусство Ледяного Призыва: Линия Сосульки―― Техника, которая использовала гигантские запасы магической энергии внутри Эмилии, чтобы создать ограниченную территорию разрушений, специальная техника, созданная благодаря потусторонней изобретательности Субару, активировалась.

Эмилия: Эй, я!!

Она повысила голос в воинственном крике, но это не произвело никакого эффекта на мужчину.

Сопровождая ее крик, оружия, наконечники которого были направлены на Палочника, выстрелили со всех сторон одновременно.

Несколько видов оружия, которые поражали даже из слепых зон, это была действительно неблокируемая атака.

Столкнувшись с этим, мужчина снова взял по одной палочке в каждую руку и выпустил яростный шквал ударов, начав тиранию палочек.

Развернулась картина одинокого человека, пробивающегося сквозь лед.

Субару: “――――”

Следуя инструкциям Эмилии, Субару бросился туда, где лежали Юлиус и Анастасия, проверил их состояние и вздохнул с облегчением, когда понял, что они всего лишь без сознания.

Случай Анастасии, как и беспокоилась Ехидна, скорее всего, был результатом того, что она насильно использовала магию, потратив свою жизненную силу. Хотя она и не была полностью здорова, кровотечение из носа прекратилось, и она, казалось, просто потеряла сознание. Что же касается Юлиуса, то, несмотря на то, что на него нападали палочкой-фу, она, вероятно, причинила ему боль, но оставила на теле не более нескольких синяков.

Если бы его, скажем, ударили сто раз мечом, а не палочками для еды, то он бы умер сто раз, но ему, скорее всего, проявили внимание, так что конечный результат ни в коем случае не был смертельным.

Беатрис: У них обоих все хорошо, я полагаю. Но…

Субару: Я знаю.

Беатрис, которая подошла к Субару, чтобы тоже проверить их состояние, была прервана на полуслове.

Они закончили проверять состояние дуэта. Что же касается зверя, который сделал это, Эмилия была занята столкновением с ним лоб в лоб――

Мужчина: Ках!

Лед брызнул и разлетелся вдребезги, и обрадованный мужчина раздавил их осколки зубами, размахивая палочками.

Разбитое ледяное оружие превратилось в пузыри бледного света, которые падали и рассеивались вокруг бушующего дикаря. Фантастическое зрелище, которое повторялось бесконечно.

Однако, даже при этом――,

Субару: ――Он не сдвинулся с места.

Мужчина: Раз уж начал с того, что блеснул своей крутостью, то я обязан оставаться самым крутым до самого конца, как ты можешь быть таким скучным, ты.

Услышав стон Субару, Палочник начал напевать какую-то мелодию, перехватывая множество ледяных орудий. Даже тогда, когда верхняя часть его тела раскачивалась, как будто он исполнял какой-то бурный танец, его ноги оставались абсолютно неподвижными, как пара неподвижных гор.

Против кого-то вроде него даже магический град мало что делал. Это чувство разочарования росло не только в Субару, который видел бой сл стороны, но и в Эмилии, которая была непосредственно вовлечена в него.

Итак, чтобы выйти из этого тупика, Эмилия решила――

Эмилия: ――― Уу――, я!!

Серебряные волосы развевались в воздухе позади ее стройного тела, Эмилия бросилась в бой. Подняв обе руки, она схватилась за рукоять огромного боевого топора.

Она сделала полный круг и опустила его прямо на голову мужчины.

Мужчина: Каках!

Мужчина небрежно поднял палочки, чтобы перехватить его траекторию. Палочка для еды лишь слегка изменила траекторию падающего боевого топора, но по мере того, как он падал, лезвие увеличивалась в размерах, пока, наконец, не сумело заглянуть за рукав его кинагаши и вонзиться в землю.

Сильный удар поднял порыв ветра, и, не выдержав удара собственной силы, ледяной топор разлетелся на миллионы осколков. Тем не менее, она отпустила рукоятку и сразу же взяла в руки копье, которое было запущено из-за ее спины, затем развернулась всем телом, чтобы нанести следующую атаку.

Эмилия: Эй! Я! Торья! Урья! Урьяурья! Иях!

Удар копья, сверкание двух мечей, взмах длинного меча, взмах катаны, удар топором - все и всякие формы нападения были бессмысленны, когда она сражалась с этим мужчиной.

Конечно, у Эмилии не было недостатка ни в каких навыках.

Ее физическая сила ни в коем случае не была недостаточной, как и Искусство Ледяного Призыва, которое было, как обычно говорил Субару, несмотря на то, что он придумал его, единственной техникой, которая выявляла лучшие из ее способностей, используя как ее физическую доблесть, так и огромный магический резерв с наибольшим эффектом.

Беатрис: ――Субару.

Беатрис крепко сжала его руку. Эта хватка наполнила Субару столь необходимым самообладанием, но он продолжал отчаянно напрягать глаза на поле боя.

Он не мог найти ни единого шанса ворваться в бой. Эмилия сражалась до такой степени, что постоянно меняла оружие, с которым была хороша, всегда играя на своих сильных сторонах, продолжая свои физические атаки, а также выпуская свою бурю магии. Центр действительно был точкой, которую постоянно подвергали ковровой бомбардировке.

И мужчина, который стоял в самом центре этого, справляясь со всем, не делая ни шагу, монстр, который называл себя не более чем Палочником, был полной ненормальностью.

Если он неосторожно нырнет, Субару сможет только отвлечь Эмилию. Он не мог этого отрицать.

Он ничего не мог сделать, чтобы избавиться от беспокойства. Беатрис, державшая его за руку, тоже стояла молча, прекрасно понимая, что она такая же, как и он, не в силах ничего сделать, кроме как наблюдать за битвой, стиснув зубы.

Сможет ли ситуация улучшиться до того, как силы Эмилии иссякнут?

Именно в тот момент, когда он подумал об этом, в ситуации произошла неожиданная перемена. Также внезапно.

Эмилия: Хуфф! Эи! Терья!

Обе ее руки схватили пару мечей и замахнулись ими с обеих сторон, целясь ему в шею, чтобы обезглавить. Мужчина быстро опустил голову, чтобы избежать удара, в то время как оба меча выскользнули из руки Эмилии и улетели. Но Эмилия тут же создала еще одну пару в своих ладонях и раскинула скрещенные руки наружу―― Мужчина увернулся в гораздо более причудливом стиле, наклоняясь так сильно, что его тело шло параллельно полу.

Мужчина: Ках!

Эмилия: Чт-

Колени согнуты, тело почти касается пола, мужчина удерживал это положение нечеловеческой силой своих лодыжек. С другой стороны, Эмилия уступила собственной инерции, позволив своим рукам пролететь сквозь пустоту, оставив себя широко открытой.

Это была первая большая, даже опасная для жизни ошибка Эмилии в этой схватке―― Мужчина мог увидеть и больше, но этот момент, должно быть, был самым большим шансом, который он видел.

В этот момент мужчина выпрямил согнутые колени, возвращаясь в исходное положение. Эмилия была застигнута врасплох и сжала зубы.

В этот момент мужчина оскалил зубы, а затем наклонился вперед со своей акульей улыбкой.

Мужчина: Открылась.

Используя палочки для еды, он зачерпывающим движением провел по горам Эмилии.

Эмилия: Чт――

Эмилия была одета в свой обычный белый наряд, где были видны части ее белой и гладкой кожи. Палочки для еды скользнули по ее груди, заставив ее обильную пышность непристойно подпрыгнуть, что заставило мерзкую улыбку мужчины углубиться.

Мужчина застонал, удовлетворенный результатами своего непристойного поступка.

Мужчина: Хорошие, действительно очень хорошие. Но не злись из-за такой мелочи……

Эмилия: Торья!

Мужчина: Гоах――!?

Ее руки, скрещенные над головой, в перчатках, сделанных изо льда, опустились на голову мужчины, который был занят тем, что глазел на нее с мерзкой улыбкой.

Удар пришелся так сильно, что лед разлетелся вдребезги, резонируя от звука сильного удара. Мужчина закричал от боли, затем упал на пол, держась за голову, и начал кататься.

Мужчина: Гуооооох! Больно черт возьмиииии! О-о чем ты черт возьми думала, ты!? Обычно женщина будет колебаться, если кто-то сделает это, но ты даже не моргнула! Что за черт с тобой!?

Эмилия: ――? Но, ты ведь только что прикоснулся к моему телу, верно? К тому же ты был совершенно застигнут врасплох.

Мужчина: Не валяй дурака! К черту твое воспитание! Что, черт возьми, делали твои родители!

Потирая разбитую голову, Палочник сидел на земле, скрестив ноги, и выкрикивал свои жалобы. Эмилия удивленно моргнула, услышав его крик, затем коснулась той части груди, где прошли палочки,

Эмилия: ……Я сказала что-то странное?

Мужчина: Эй! Сделай что-нибудь с этой красавицей! Заставь ее уйти или что-нибудь в этом роде! Мелкая сошка! Ты же должен ухаживать за ней! Сделай что-нибудь из себя, сделай это правильно! Больно, черт возьми……!

Субару: Я-я не в том положении, чтобы это делать. Что важнее……

Мужчина: Ааахн!?

Несмотря на ошеломление, Субару кое-как удалось заговорить с разъяренным мужчиной. Как только он сумел проглотить свой гнев на то, как мужчина протянул непристойную руку к Эмилии, он указал на него и заговорил.

Субару: К черту всего один шаг, ты сильно отодвинулся.

Мужчина: “――――”

Эмилия: Ах! Это правда! Я сделала это! Я победила!

Его рот закрылся, когда Субару указал на это, и в ответ Эмилия начала прыгать.

И в соответствии с ее чувствами в непосредственной близости от нее начали распускаться ледяные цветы, словно в честь ее собственной победы.

Мужчина сам заявил об этом, условие состояло в том, чтобы заставить его сдвинуться хотя бы на шаг с того места, где он стоял, что и было достигнуто.

Этот факт был ясен как день для всех, и если этот человек не усложнит ситуацию, он будет принят.

Субару: Ну, что насчет этого?

Ему было жаль Эмилию, которая праздновала собственную победу над Испытанием, но Субару не до конца доверял этому человеку. Из всех разговоров, которые у них были, ожидать от него спортивной честности было трудно.

Признать свой проигрыш недействительным, объявить последнее Испытание недействительным и поторопить их со всем, что у него было, было не чем-то невероятным.

Капля пота скатилась по бровям Субару и по его щекам.

Мужчина: Ай-ай-ай, ничего не поделаешь. Мое слово - это мое слово. Такое поражение сделало меня посмешищем, будь проклята распутная душа, но у меня нет выбора.

Субару: Т-ты одобришь …!?

Мужчина: Ты, черт возьми, думаешь обо мне? Если я не сдержу своего слова здесь, то вся моя крутость пропадёт, ты. Пойдет все к черту, ты. Видишь ли, я больше не смогу сделать ни шагу навстречу женщинам.

Субару: Да нет, с тем, как ты проиграл прямо сейчас, ты уже на самом дне……

Мужчина: Заткнись, мелкая сошка! Черт возьми, ты даже не настоящая рыба, а просто головастик. Перестань доставать меня, головастик. Во всяком случае, вон та красавица побеждает. Ты получаешь пропуск. Таково условие. Ничего не поделаешь.

Яростно почесывая голову, Палочник признал свое поражение.

В то время как он закрутился в ситуацию, когда было трудно сказать, были ли эти действия спортивными или неприличными, Субару не собирался больше совать нос в эти вопросы, не тогда, когда объявление уже было сделано.

Хотя и Юлиус, и Анастасия лежали павшими жертвами битвы с этим человеком, они, скорее всего, отскочили бы назад, если бы их оставили восстанавливаться в Зеленой комнате.

Несмотря на то, что это было 2-е Испытание, оно оказалось слишком лёгким препятствием, но――,

Мужчина: ――Ну, кто будет следующим? Головастик? Или это будет один из этих сопляков.

Субару: А?

Они могли продвинуться дальше.

Субару, пойманный этой мыслью, снова насторожился, услышав слова мужчины. При этом ответе мужчина медленно выпрямился, его левое плечо было прикрыто тканью―― Он обнажил его так же, как и правое плечо, и повернулся к ним.

――Воздух наполнился горелым зловонием.

Он исходил от невообразимого духа меча мужчины. ――Драматическая перемена, которая заставила все, что было раньше, казаться детской игрой, Субару заметил это слишком поздно.

Мужчина: В этой башне около семи человек… Твоя девушка - единственная, кто прошел.

Субару: "――――"

Мужчина: Ну, кто следующий? ――Говори, ты.

Испытание 2-го этажа Электра Великой Библиотеки Плеяд:

Ограничение по времени: “Никаких Ограничений”.

Количество попыток: “Никаких Ограничений”.

Претенденты: “Никаких Ограничений”.

――Выполнили: Эмилия.

――Не выполнившие: Субару, Беатрис, Юлиус, Анастасия, Мейли, Рам.

――Испытание, продолжается.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 27. Преграда Электры

Перевод: imy

***

――Женщина, совсем одинокая.

Женщина была обыкновенной деревенской девушкой, с обычным рождением и ростом. Любима родителями, любима близкими, женщина тоже любила свою семью, она была совершенно обыкновенной женщиной.

С женихом, которого определила ее семья, она закончит свою устоявшуюся жизнь в углу бедной деревни, как и многие другие деревенские девушки. Для женщины это означало жизнь, вымощенный порядок вещей, не оставлявший места сомнениям.

Однако, такая обычность женщины была раздавлена руками подлых могущественных мужчин, появившихся в деревне. Что сделало ее подходящей, или это был просто порок людей, не зная окончательной истины, женщина была насильственно желана могущественными мужчинами.

Несмотря на то, что это была бедная деревня маленькой страны, существовало неравенство, которое невозможно было устранить. Женщина была не в состоянии противостоять требованию могущественных мужчин. У нее не было другого выбора, кроме как уступить иррациональности судьбы.

Однако, женщина была любима. Ее семьей, ее женихом, людьми ее деревни.

Бросив вызов притеснениям могущественных людей, народная ярость вспыхнула, вскоре породив пламя войны.

Огонь распространился, жители деревни организовались в армию, и, наконец, могущественные мужчины вместе с маленьким замком были сожжены дотла.

Всего за один вечер положение женщины сильно изменилось.

Обычная деревенская девушка, а ее жених - главарь отдельной группы войск.

Яростное неослабевающее пламя, окружающие, посчитавшие это опасным, начали вступать к своим войскам один за другим.

Но они были побеждены на своей собственной земле против тех, кто утверждал, что все это было ради женщины.

Огонь распространялся, в то время как пламя войны вспыхивало, сжигая маленькую страну, соседние страны и великую страну.

Было известно о существовании женщины, которая была источником всего этого, люди говорили, что она была прекрасной девой с небес.

Иллюзии громоздились на иллюзии, и из-за интереса и ожиданий миниатюрное тело женщины было готово разбиться вдребезги.

Никто не обратил на это внимания. Ни ее семья, ни жених, ни люди - никто не смотрел на женщину.

Радостные возгласы, когда она двигала рукой, паническое бегство, когда она шла по улице, слезы радости, когда она произносила слова, - все они были обращены к женщине.

Женщина: Это… странно. В-вы.. непра… вы…

Закрыв лицо руками, она отрицала. Что это невозможно, что этого не должно быть.

Она была простой деревенской девушкой, не красавицей с небес и не очаровательной сиреной, а простой бедной деревенской девушкой.

Где в ней таилась такая ценность?

Люди были опьянены мечтами. Обманутые иллюзиями, танцующие с идеалами.

Вскоре, не придерживаясь никаких ограничений, даже великая страна сгорела дотла из-за женщины у истоков.

Разрушенная великая страна, разграбленный замок, на вершине которого жених преклонил колени перед женщиной. И сообщил ей.

???: ――Я люблю тебя. Этот триумф, эти улыбки людей - все это дано вами.

Пылающая столица, груды трупов, трепещущие люди двигались в экстазе. Деревенские жители, с которыми она жила, семья, которая тоже любила ее, жених, который тоже желал ей благополучия.

Больше нигде никого не было.

――Не ответив жениху, женщина ушла. Бросила свою семью, деревенских жителей, все и вся.

Это не должно было быть ей даровано. Она никогда этого не хотела. Женщина просто потеряла все.

Потеряв те дни, когда ее любили, которые, несомненно, существовали, женщина в одиночестве отправилась на выжженные поля.

И все же, мечты, иллюзии, идеалы не давали женщине уйти.

Куда бы она ни пошла, все и вся любили эту женщину, сокрушались ею, желали ее, все разрушалось.

Все и вся любили эту женщину. Как проклятие. В то же время не подозревая об истинной любви внутри.

――Ведьма Похоти искала любовь, которую потеряла, и продолжала быть любимой любовью, призывающей разрушения.

***

――Фехтование, переполнявшее его, безудержно пронзило Субару и других, бросивших вызов Электре.

Мужчина был одет в малиновое кимоно, обе его руки были вынуты из рукавов, а верхняя часть туловища была обнажена, если не считать обернутого вокруг сараши.

В глазах Палочника сверкнуло безумие после того, как он произнес это страшное заявление.

Испытание 2-го этажа―― Короче говоря, его суть заключается в том, чтобы их экзаменатор, Палочник, признал их квалификацию. Это уже закончилось тем, что два человека выбыли из-за нетипичного мастерства этого человека.

В этих условиях Эмилия каким-то образом ухитрилась вырвать победу благодаря своей боевой силе наряду с характерной для нее отвагой, упорством и использованием многочисленных видов оружия. Однако――,

Субару: ――Разве условия не говорят, что все нормально, если только один человек выполнит его!?

Палочник: Хааах? Кто, черт возьми, это сказал, прекрати вытаскивать вещи из своей задницы, ты. Почему, если один человек может подняться, то все остальные могут. Используй свой здравый смысл, используй его! У тебя внутри голова тоже как у мелкой сошки, ты.

Субару: Т-ты говоришь это парню, который больше всего на свете не хочет, чтобы ему говорили о здравом смысле…!

Субару застонал от совершенно разумного замечания, которое сделал мужчина, который со стуком скрестил свои палочки для еды, по одной в каждой руке.

На самом деле, тот, кто поспешил с выводами относительно четких условий Испытания, был сам Субару.

Испытание на 3-ем этаже включало в себя решение головоломки, и когда она была решена, структура самой комнаты изменилась; так что можно было сказать, что он поспешил с этим выводом. Он ошибочно предположил, что новая Библиотека материализуется, если один из них очистит Испытание 2-го этажа.

Если его предположение рухнуло, и решение Испытания требует от каждого из них сильных сторон в бою, тогда можно было с уверенностью сказать, что пытаться победить в этом Испытании будет бесполезно.

Условие, которого удалось достичь Эмилии―― а именно "Сдвинуть мужчину хотя бы на шаг", - теперь, когда они увидели, как трудно достичь хотя бы этого, резко контрастировало с кажущейся простотой.

Говоря прямо об этом, Эмилия в настоящее время была самой сильной среди всех, кто пришел бросить вызов Сторожевой Башне Плеяд вместе с Юлиусом―― Хотя до тех пор, пока у Юлиуса нет контракта с его Квазидухами, он мог объективно сказать, что она была самой сильной среди них.

Этот мужчина был крайне небрежен в их первой схватке, и это в конечном итоге позволило Эмилии победить его.

Короче говоря, они выставили свою самую сильную фигуру против врага, когда он был самым слабым.

Однажды им удалось победить его, но теперь, когда это превратилось в турнир, где каждый должен был победить его, они должны были столкнуть всех остальных, кто не был так хорош в бою, против этого человека, у которого больше не было щелей в его броне.

Подвинуть мужчину на один шаг―― Неужели они действительно смогут одержать победу, подобную той, которую вырвала Эмилия, благодаря удачному стечению обстоятельств и атаке такого калибра?

Беатрис: ――Подождите. В том, что вы говорите, есть ключевая ошибка, я полагаю.

Палочник: Ошибка?

Содрогаясь от такой перспективы, Субару пытался найти проблеск победы среди их ужасного положения. Беатрис, стоявшая рядом с ним, крепко сжала его руку, чтобы успокоить, и обратилась к мужчине:

Мужчина нахмурился, услышав ее слова, и бросил взгляд на Беатрис,

Палочник: Что ты говоришь, ты? Ты пришла на 10 лет раньше, ты. Нет, по крайней мере 5. Ты можешь прийти сюда после того, как твои ноги, руки и тело вырастут после того, как у тебя появятся сиськи и задница, ты.

Беатрис: ……У меня никогда не было намерений подыгрывать твоему дерьму, но прямо сейчас ты заставил меня полностью расстаться с этими намерениями. Вот почему я собираюсь вбить это в твой толстый череп, я полагаю.

Палочник: Мой толстый череп… Что, черт возьми, ты имеешь в виду?

Беатрис: Все уже решено. ――Эмилия сказала тебе, что если ты сделаешь хоть один шаг, то это будет наша победа, я полагаю. Другими словами, победа Эмилии была победой для всех нас!

Субару: "――хк!"

Субару затаил дыхание и инстинктивно посмотрел на Эмилию.

Он никогда не думал, что она спланирует все так далеко наперед во время их дерзких переговоров; он был удивлен сварливой натурой, которую она скрывала под собой. Краем глаза Эмилия поднесла руку ко рту и произнесла "Ох." Нет, она не была сварливой. Она была чиста. Она была истинным ангелом.

Эмилия: Да, теперь, когда ты упомянула об этом, я действительно сказала это! Я же сказал “наша”! Как насчет этого? Если принять это во внимание, не означает ли это, что мы все прошли ваше Испытание?

Палочник: Это вопрос семантики, ты. это вовсе не значит, что это так.

Эмилия: Ох… Я понимаю. Субару, Беатрис, мне очень жаль. Он сказал, что это не сработает…

Беатрис: Ты слишком быстро сдаешься!!

Беатрис крикнула это Эмилии, которая удрученно опустила плечи и с кротким выражением лица дала понять, что сдается. Хотя, Субару тоже подумал, что это неразумный поворот, когда подумал об этом.

И это было потому, что он был в таком отчаянии от высоты преграды перед ними, что хотел ухватиться за эту возможность.

Палочник: Ну, в том, что говорит эта коротышка, есть какой-то смысл. Я также, кажется, припоминаю, что поначалу это было так, что вы можете взять столько людей, сколько захотите, пока вы пытаетесь пройти мимо меня. ――Хотя следовать правилам довольно скучно, так что мне пришлось заставлять себя просыпаться.

Субару: Когда ты говоришь, что тебе пришлось заставлять себя просыпаться…… Ты имеешь в виду, что все это в самом начале было взломом системы!?

Палочник: Понятия не имею, ты. Используй слова, которые я могу понять, ты. Мы же не говорим, что наши волосы рано седеют, ты.

Мужчина постоянно метался между хорошим и плохим настроением. Когда Субару лениво кивнул в ответ на слова мужчины, чтобы показать, что он внимательно слушает, ему удалось кое-что выяснить о системной части Испытания―― Что-то об истинной природе этого человека.

Его вывод был сделан из наблюдения за Испытаниями на 3-ем и 2-ом этажах, а затем из наблюдения за вещами, которые человек, который, казалось, был лишен рассудка, сказал после его появления и его поведения после. Его вывод был сделан из того, что казалось неуместным в каждом из этих пунктов.

Короче говоря, существовало существенное расхождение между первоначальным Испытанием и Испытанием, которое происходило сейчас.

Субару: По правде говоря, это должно было быть Испытание, где все было бы хорошо, если бы все работали вместе, чтобы выполнить его условие, но из-за того, что вы "Проснулись", теперь стало так, что каждый из нас должен выполнить это условие?

Палочник: Ках! Черт возьми, как будто я знаю, ты. Но, я понятия не имею, как было бы проще. Понятия не имею, как было бы проще пройти через меня, используя все ваши объединенные усилия, или же позволить мне поласкать сиськи и ударить меня один раз…

Субару: ――Не говори таких неосторожных вещей, извращенный ублюдок. Я сейчас же заткну тебе рот.

Субару потянулся за хлыстом, чтобы наброситься на него в гневе за его бессердечные слова. Он вытащил его из-за пояса и выкинул вперёд так быстро, как только мог, используя только предплечье. Однако, мужчина легко поймал палочками хлыст, который должен был лететь почти со скоростью звука, и встряхнул его.

Шансы на то, что он смог бы поразить его, были невелики, но его внезапная атака закончилась столь впечатляющим провалом――

Палочник: Ках! Я не думал, что ты из тех, кто размахивает палками, но в самом деле, хлыст, реально? Что это за вкус такой, ты? Хлысты хороши только для твоих врагов и твоей женщины.

Субару: Это чертовски похоже на то, что ты мой враг! Кроме того, я планирую решать проблемы должным образом, когда дело доходит до Эмилии, и это не оставляет мне никаких вариантов кроме как использовать хлыст, чтобы решить их все!

Беатрис: Субару, Субару, успокойся. Я с трудом понимаю, о чем ты говоришь, я полагаю. И более того, тебя захватывает темп врага!

Эмилия: Верно, Субару! Не надо так расстраиваться! Он просто коснулся моей груди, не то чтобы он сделал что-то странное.

Субару: Это что-то странное, Эмилия-тан!

Палочник: Вообще-то это нормально расстраиваться из-за горячей красотки.

И мужчина, и Субару одновременно ответили Эмилии, которая пыталась их успокоить. Эмилия широко раскрыла глаза, услышав их синхронные предложения, а Беатрис глубоко вздохнула.

???: ――Интере~есно, могу я сказать кое-что очень быстро?

После того, как она так долго молчала, кто-то, наконец, заговорил дрожащим голосом, и четверо из них, которые были захвачены их разговором, теперь все выглядели довольно озадаченными.

???: …Мне не хочется говори~ить это, но я думаю, что мы должны повернуть назад.

У маленькой девочки, которая заговорила и подняла свою крошечную руку, были темно-синие заплетенные волосы―― это была Мейли. Она медленно покачала головой, все еще сидя на плечах Шаулы (которая упала на колени в обморок).

Оливково-зеленые глаза Мейли были полны безошибочного страха перед человеком, отражавшимся в них, но все же она заговорила.

Мейли: Я не знаю, как ты можешь так свободно говорить с этим парнем Бра~атец… Наш Братец рыцарь, наша Сестричка в шарфе и даже наша полуголая Сестрица пострадали из-за него.

Субару: Из них Шаула действительно рухнула по другим причинам, но… это определенно странно.

Хотя взгляд Мейли был пессимистичным, ее оценка была естественной, принимая во внимание их нынешнюю боевую мощь. Скорее, это был Субару, который, пытаясь остаться здесь и продолжить свой вызов, полностью потерял самообладание. Они были полностью расплющены фехтованием Палочника.

Он не мог оставаться объективным с учетом того, какое влияние на него оказали крах Анастасии и Юлиуса и сексуальные домогательства Эмилии, однако――

Субару: ……Это всего лишь гипотетически, но если бы мы ушли и вернулись позже, ты бы все равно признал ее победу?

Палочник: "――――"

Он мог бы сказать, что то, что он признал Эмилию, было непоправимо――Но, хотя он почти никак не отреагировал, было что-то, что не так легко понять.

Даже выполнив разумный вывод Мейли, если их противник не примет это, они не смогут избежать необходимости сражаться. До недавнего времени их противник старался не убивать их. Но теперь, когда он вел себя так, словно только что переключил передачу, у них не было никаких гарантий, что их жизни не будут в опасности, когда они бросят ему вызов в следующий раз.

Если до этого дойдет, то о том, чтобы бросать ему вызов, не могло быть и речи. Вместо этого ему придется использовать все свои силы, чтобы вытащить их отсюда.

Без всякого преувеличения, истинная сила Палочника приближалась к катастрофическим уровням.

Он быстро расправился с Юлиусом своими палочками для еды, сражался с Эмилией, и у него все еще оставалось много энергии―― Его истинная сила без преувеличений на уровне Рейнхарда.

Какого рода намерения имел владыка этой башни, поместив сюда такое чудовище?

Ему казалось, что он не собирался позволять ему быть пройденным, принимая во внимание решение тематической головоломки Созвездие на 3-ем этаже.

Субару: Ну, и что же будет?

Переминаясь с ноги на ногу, показывая, что его терпение на исходе, он приблизился к рухнувшим фигурам Юлиуса и Анастасии. Заметив, что делает Субару, Беатрис и Эмилия незаметно заняли свои места рядом.

Если бы Палочник обнажил свои клыки, Эмилия снова мгновенно использовала бы Линию Сосульки, и у них не было бы другого выбора, кроме как поднять трех, которые рухнули, используя Мурак Беатрис, и убежать. В худшем случае ему придется подумать о том, чтобы использовать еще незаконченную третью козырную карту вместе с Беатрис――

Палочник: ――Достаточно.

Субару: Хах?

Палочник: Д-О-С-Т-А-Т-О-Ч-Н-О! Достаточнодостаточнодостаточно! Я не в настроении для этого!

Мужчина резко выплюнул это в их сторону, когда они всецело сосредоточились на своем плане побега. Пока они таращились на его ребяческую позу, мужчина снова засунул руку в левый рукав и расправил хаори так, как было, когда он впервые надел его. Затем он угрюмо зашагал прочь, прочь от Субару и остальных, которые оставались настороже――Он сердито направился к Отборочному Мечу, который он не так давно отбросил ногой.

Мужчина наступил на упавший меч, взмахнул им и лениво взялся за него. Затем он энергично опустил острие меча на белый пол, и меч вернулся в то же состояние, в котором был, когда началось Испытание.

И затем――

Палочник: Лавочка закрывается. Проваливайте. Я устал от всего этого. Быстрее, черт возьми.

Он плюхнулся на место с глухим стуком и выплюнул эти слова, сидя с поднятым коленом.

Субару: ―――. П-погоди-погоди! Что это нафиг такое? Ты действительно собираешься решать детали Испытания в зависимости от своего настроения!?

Палочник: Действительно шумный, ты. Все здесь было предоставлено на мое усмотрение с самого начала, ты. Если я говорю "нет", значит, это "нет".

Субару инстинктивно потерял дар речи, услышав его высокомерную манеру речи. К удивлению Субару, мужчина продолжил и сказал "Кроме того,"

Палочник: ――Когда мне не хочется что-то делать, я не лезу. Так что, ты. Ты сделаешь то, что я сказал?

Субару: "――――"

Все тело Субару покрылось мурашками от сильного порыва проносящегося мимо ветра.

Мужчина убрал в сторону все свое оружие и даже спрятал палочки для еды в нагрудный карман. Это действительно было похоже на улыбку, но она отличалась от той, которую он показывал до сих пор.

Как ни свирепа была эта улыбка, она не излучала солнечной атмосферы. Скорее, его улыбка была похожа на улыбку обезумевшего зверя, излучающего темное, кровавое, ужасное намерение убить.

Эмилия: "……ах"

Послышался тихий стон.

Не от Субару, а от Эмилии, которая должна была быть рядом. Она прижала одну руку к бледной шее, и ее глаза, похожие на драгоценные камни, расширились от удивления.

Ее колени подкосились, и она опустилась на пол. В этот момент она словно заметила, что не может самостоятельно встать и забыла, как дышать――

Субару: "Нх――"

То же самое случилось и с Субару, который внезапно “осознал” свое дыхание, как только увидел реакцию Эмилии. Прежде чем он успел это заметить, Субару упал на колени от боли, и все его тело покрылось потом.

Он был в том же состоянии, что и Эмилия―― Нет, он был в худшем положении, чем она; он был совершенно обескуражен присутствием этого человека.

Как будто он начал забывать даже о том, что его сердце бьется и что его начинают убивать.

Если бы рядом с ним не было никого, кто заставил бы его вспомнить об этом, он бы умер от силы в глазах этого человека.

Палочник: Иди напряги свои мозги и посмотри, сможешь ли найти способ победить, ты. Тот же трюк, что использовала горячая красотка, не поможет. Даже от спящей. А теперь убирайся с глаз моих, я иду спать.

Его голос стал низким, показывая, что он не шутит. Когда он закончил говорить, вслед за этим его голова сонно дернулась вниз. Через некоторое время они постепенно услышали храп мужчины, который звучал так же оглушительно, как и он сам, когда бодрствовал.

В этом смысле его громкий храп вовсе не противоречил его личности―― Однако, никто из тех, кто стоял здесь, не мог смеяться над этим.

Мейли: Давайте уйдем отсюда как мо~ожно быстрее.

Он хотел покинуть это место как можно скорее.

Воспользовавшись словами Мейли, которая настаивала на том, чтобы они сделали именно это, Субару и другие медленно схватили своих упавших членов и были вынуждены отступить от Испытания.

***

???: ――Понятно. Так вот почему ты вернулся таким мрачным со Второго Испытания

Субару: ……Так же сурово, как и всегда, а, Сестра?

Рам: Перестань так говорить. Каждый раз, когда ты так делаешь, “Теория Мастера-самы” спящей женщины приобретает все больший вес.

Субару: Это безумно! Думай, о чем говоришь.

Рам коротко вздохнула и он слабо пожал плечами в ответ на ее неприятное предупреждение.

Они находились на 4-ом этаже, в комнате, примыкающей к Зеленой Комнате. Субару и Рам стояли друг против друга, а Эмилия, Беатрис и Мейли тоже были там. Их было 6, если включить Шаулу, которую они вкатили сюда в качестве последнего члена.

Группа спустилась по длинной лестнице и сбежала со 2-го этажа. Первое, что они сделали, это перенесли своих раненых в Зеленую Комнату и доверили их лечение Духу.

По дороге им поставили диагноз: Юлиус просто упал в обморок, в то время как у Анастасии основной причиной было истощение из-за использования слишком большого количества магии; в общем, их жизни ничего не угрожало.

Поэтому он уложил их в кровати и ушел в другую комнату с Рам, чтобы он мог объяснить ей ситуацию, а также обойти ограничение по количеству людей в комнате. Однако――

Рам: Я слышала, что там также был нелепый Экзаменатор, но… Он ведь признал только Эмилию-саму, верно? Разве не мог один человек увидеть библиотеку?.

Субару: Это……

Эмилия: Ох, я не думала об этом до того, как ты сказала это. Да, я могла бы подняться на 2-ой этаж, если бы это была только я… Может, попробуем спросить у Палочник-сана, могу ли я…

Субару: …Нет, давай лучше не будем. Я не хочу ворошить осиное гнездо и рисковать тем, что он снова разозлится; и даже если он скажет Эмилии-тан, что она может подняться сама, это… Это было бы опасно.

Эмилия: Я буду действи-и-ительно осторожна.

Субару: Это опасно.

Рам: Это опасно.

Беатрис: Это опасно, я полагаю.

Субару, Рам и Беатрис немедленно подавили решимость Эмилии. Эмилия удрученно встала после того, как услышала их опасения, но это не было похоже на то, что Субару подавлял ее готовность быть чрезмерно заботливой.

Прямо сейчас он не хотел раздражать этого Палочника без веской причины. В этом он был абсолютно уверен.

Это правда, что он чувствовал, что хочет что-то сказать этому необузданному человеку, но было бы самоубийством бросать ему вызов, когда он был в плохом настроении, независимо от того, когда возобновится Испытание.

И дело было в том, что он был даже без меча.

Даже если только Эмилия смогла "выиграть" против этого человека――

Субару: Я сомневаюсь, действительно ли Испытание 2-го этажа - это только одна часть. Он запросто мог бы сыграть с нами злую шутку… Нет, мне это может просто показаться, потому что Эмилия-тан преодолела это без особых проблем, но мне интересно, действительно ли это конец; вот что тяготит меня.

Эмилия: Мне кажется, ты слишком много об этом думаешь. Этот человек… Хотя то, что он говорит, может быть немного странным и грубым, иногда кажется, что он не лжет. Нет, это потому, что кажется, что он человек, который не может лгать.

Субару: Мнение присяжных разделилось прямо посередине по поводу того, просто ли ты веришь в него или хорошая проницательность является причиной того, что он не может лгать…

Как бы то ни было, у него не было оснований отмахиваться от слов Эмилии. Если уж на то пошло, он был согласен с оценкой, которую она дала относительно этого Палочника.

Если бы он посмотрел на это под другим углом, то причина, по которой она так легко преодолела Испытание, могла быть и в том, что Эмилия была самой сильной из них. Поэтому, если дело дойдет до Юлиуса прямо сейчас, тот факт, что он потерпел крах, означал, что――

Субару: Надеюсь, он не очень расстроен из-за этого…

Эмилия: Ты беспокоишься о Юлиусе?

Субару: Я не совсем уверен. Видишь ли, когда дело доходит до беспокойства, я думаю, что это так… Но это не так просто.

Поединок Юлиуса с Палочником, его последующее поражение и избитая фигура были выжжены в его сознании. Он, вероятно, не переоценивал свою тревогу, когда оглядывался на то, как выглядел Юлиус в последние минуты.

Его мастерство владения мечом было далеко от его противника, с ним играли, как с ребенком, и, наконец, даже его Рыцарский Меч был сломан――

Субару: В Драконьей Повозке есть еще один меч, но я думаю, что здесь дело не в этом.

Беатрис: Мечи можно перековать. Я не понимаю всей этой суеты, я полагаю

Субару: Но, Беако, разве ты не заботишься о Носовом Платке, Рукавицах и Фартуке, которые я тебе сшил? Я хочу сказать, что этот меч для него более особенный.

Беатрис: Я прошу прощения за то, что сказала такую глупость.

Беатрис покорно взяла назад свое бессердечное замечание, и Субару погладила ее по голове, вздохнув.

Трудно было представить, как отреагирует Юлиус, когда он очнется в Зеленой Комнате. Несмотря на то, что он не знал, впадет ли он в депрессию (в отличие от своего обычного "я") или попытается вести себя как обычно, Субару понятия не имел, что он скажет ему, когда в конце концов это произойдет; по этой причине он чувствовал себя довольно подавленным.

И когда дело дошло до того, о чем стоило беспокоиться, это касалось не только Юлиуса.

Субару: Анастасия… Это отчаяние, о чем, черт возьми, она думала?…

Одно сомнение, которое крепко цеплялось за разум Субару, было решением Анастасии, она же Эридна, когда она встряла в дуэль Юлиуса с Палочником и оказала ему поддержку.

Не было никаких сомнений в том, что в тот момент она обеспечивала поддержку Юлиусу. Причина, по которой она изо всех сил старалась помочь ему, когда он был так ошеломлен, была той, которую все, включая Субару, чувствовали бы так же.

Тем не менее, кратко коснувшись вопроса, то, что сделала Ехидна, учитывая, что она передвигалась, используя тело Анастасии, которая во всем этом оставалась сторонним наблюдателем, выходило за рамки удивления и тем более оправданного испуга.

Даже во время их путешествия и после прибытия в Сторожевую Башню Ехидна не забывала вести себя как Анастасия; она продолжала утверждать, что сделает все возможное, чтобы действовать с должным вниманием к своему телу. Он полагал, что, по крайней мере, в его глазах, она не отвернулась бы от этого.

Какой смысл ей было приходить сюда и вдруг так себя вести――?

Беатрис: Недомогание этой девушки сильно отличается от небольшого злоупотребления магией, я полагаю.

Субару: ――Тогда что это?

Беатрис была единственной, кто так же знала информацию о ситуации вокруг Анастасии и Ехидны, и она тихо прошептала эти слова на ухо задумчивому Субару.

Когда Субару задал свой вопрос, Беатрис продолжила свои слова, сказав "Проще говоря",

Беатрис: Братик, Бетти и этот Шарф - особенные Духи. Мы все более могущественны, чем многие другие виды Духов, но мы компенсируем это другими ограничениями, я полагаю. Мне не нужно объяснять тебе это сейчас.

Субару: Ммм. Поскольку ты хочешь, чтобы я принадлежал только тебе, подписывав контракт с тобой, я не могу подписывать контракт с другими духами. Можешь быть уверена, что я твой, Беако.

Беатрис: Это, это не так радостно, я полагаю. Скорее речь идет скорее о Шафре-Духе. Это правда, что она одалживает тело этой девушки… Но, полагаю, я кое-что поняла, пока мы шли сюда. У этой девушки нет никакой магии, которую она могла бы использовать, кроме Од.

Субару: Ничего, кроме её… Од?

Беатрис: Она такая же, как ты, у ее Ворот дефект, я полагаю. Их клапан сломан, и их способность втягивать Ману извне - капут. Так что она не может использовать магию, пока не сократит свою собственную жизнь, я полагаю.

Субару: Тогда это значит……

Это может быть смертельно, Субару сглотнул от осознания этого.

Субару был в шоке от проблем, которые несло тело Анастасии. В таком мире они были бы серьезным препятствием. Он вспомнил слова, которые Анастасия, она же Эридна, сказала раньше: “Моя козырная карта точит мое тело”. И теперь, когда этот факт стал ясен, Субару все больше и больше приходил в замешательство.

Если на самом деле Ехидна злоупотребляла телом Анастасии только для того, чтобы сократить жизнь ее хозяина, то――

Субару: Почему она всегда пытается помочь Юлиусу?

Не похоже, что это было что-то, что она делала из какого-то замысловатого плана. Несомненно, этот риск, вызванный беспокойством о состоянии Юлиуса, должен был стоять за этим актом отчаяния.

Неужели Ехидну влекло к Юлиусу? Было ли это одной из сил его Божественной Защиты Сбора Духов?

Рам: ――Я тоже беспокоюсь за Анастасию-сама и Рыцаря Юлиуса, но у нас есть и другие проблемы, которые нам нужно решить, не так ли?

Субару: Я думаю, ты имеешь в виду этого Палочника.

Рам: Верно. Это может показаться бессердечным, но для меня важнее то, что мы будем делать с Испытанием. ――Если мы не сможем пройти его, то не найдем способа вернуть Рем.

Рам прервала размышления Субару и, в некотором смысле, высказала довольно холодное мнение.

Как она и признала, в ее словах было немного неуважения. Но, Субару не собирался винить ее за это.

Рам: "――――"

Он не мог этого видеть, но чувствовал оттенок раздражения, скрытый за жестким выражением лица Рам. Это было потому, что она была разочарована тем, что у нее была возможность вернуть свою потерянную младшую сестру, и теперь она была на расстоянии вытянутой руки, но все еще так далеко; Субару сочувствовал этому.

Эмилия: Он был одет небрежно, имел повязку на глазу, красные волосы, голубые глаза… у него также было ужасно самоуверенное, жестокое телосложение.

Субару: Тебе не приходит в голову кто-нибудь знакомый? Не увидев своими глазами, ты, вероятно, не сможешь представить его, но он без преувеличения силен, как монстр. Может быть, на уровне Рейнхарда.

Рам: Настоящий кошмар, хах.

Эмилия: То, что говорит Субару, не ложь. Я никогда не видела истинной силы Рейнхарда… Но я думаю, что он был настолько силен.

Эмилия последовала за словами Рам, подробно описав свои мысли, однажды сразившись с этим человеком.

Врать здесь было бесполезно. От ее суждения Рам устало приложила руку ко лбу и сказала,

Рам: Если верить словам Барусу и Эмилии-сама, то наш враг того же калибра, что и рыцарь Рейнхард… Если, как сказано, он действительно равен сильнейшему человеку в мире, то есть один, который, по крайней мере, близок к его уровню в каждой части мира.

Субару: По сути, Рейнхард - самый сильный в Королевстве, и у каждой из трех других стран есть свои сильные.

Рам: В Империи Волакия Первый Генерал, Синяя Молния Сесилус Сегмунт; в Священном Королевстве Густеко Безумный Принц; а в Карараги есть Кавалер Халибель. Но у каждого из них есть свои особенности.

Субару: Ни у кого из них нет длинных красных волос?

Рам: Я не уверена, потому что мы только не знаем, как выглядит Безумный Принц Святого Королевства Густеко.

Субару: Принц, хах…? Полагаю, он не испытывает такого чувства?

Но с другой стороны, он не был так уж уверен, что полностью не соответствует этому человеку, когда принимал во внимание часть "Сумасшедший". Хотя у него были довольно красивые черты лица, он не мог сказать, что в нем была какая-то королевская элегантность.

Это была та красота, которую можно найти на равнинах, та, которую можно найти в пустыне, так что это было произведение искусства из тех, что разрешены.

Субару: И вдобавок ко всему, он мастер боевых искусств, чье имя не известно в мире…

Беатрис: Одежда, в которую он был одет, была местной одеждой карарагийцев. Он также пользовался палочками, я полагаю.

Субару: О боже, он использовал их, хотя и слишком по-другому от их обычного применения…

Кроме того, как бы Субару ни напрягался, он вряд ли нашел бы связь между “Мастером боевых искусств, который был неизвестен миру” и этим человеком.

Мужчина был немного старше Субару―― скорее всего, лет двадцати пяти. Однако он чувствовал, что что-то было не совсем правильно в отношении того, что такой опытный человек в таком возрасте с такой извращенной природой оказался неизвестным, и это чувство взяло верх.

Более того.

Его все еще беспокоило сомнение в том, действительно ли мужчина, которого поместил туда странный механизм Сторожевой Башни Плеяд, был просто каким-то случайным человеком――

Мейли: Аэ, Братец, можно тебя на мину~утку?

Субару: Хм?

Мейли: Похоже, что полуголая Сестрица вот-вот просне~ется.

Мейли, которая была занята тем, что давала Шауле свои колени как подушку, подняла руку из угла комнаты. И как только она это сказала, Шаула, все еще лежа головой на коленях Мейли, очаровательно вытянула свое тело и начала стонать, "Умммпх, аууун",

Затем она медленно открыла глаза, и все остальные посмотрели на нее――

Шаула: Мааастер… Не оставляйте меня одну пожалуйста… Я больше не хочу быть одна…

Субару: Перестань вести себя так несчастно с самого начала! Ты ведь все время была на ногах, не так ли!

Шаула: Господи. Странным образом я думала, что вы покажете свою привязанность, Мастер, но оказалось, что вы, как всегда, злооой. Ноно, я также люблюююю эту вашу часть.

Субару: Похоже, я зря волновался…

Шаула подняла свои длинные ноги, опустила их и проворно встала. Она потрясла своим так называемым скорпионым хвостом и оглядела комнату, затем склонила голову набок и произнесла "Ох?"

Шаула: Хах? Почему мы здесь? Если я не ошибаюсь, мы прошли Испытание с помощью одной из драматических вспышек Мастера…

Субару: Ой, это не сон. Это реальность.

Шаула: Вы обнимали меняяяяя, Мастер, и начали смеяться, говоря мне больше не отпускать…

Субару: Это был сон! Ты упала в обморок сразу после начала второго Испытания!!

Субару прокричал это Шауле, когда та начала пересказывать содержание своего ужасного сна. Затем он попытался напомнить ей о том, что произошло перед тем, как она упала в обморок. Однако Шаула шмыгнула носом и сказала "Упала в обморок~?", как будто она прикидывалась дурочкой,

Шаула: Яяя, в обморок? Я ни за что не сделаю ничего настолько постыдного. Особенно после того, как я воссоединилась с вами, Мастер, после стольких веков, я не упаду в обморок, понимаете? Яяя, обморок, вы доведете меня до слез, говоря что-то столь абсурдное!

Эмилия: Ум, я понимаю, что вы не можете поверить в это, но вы действительно упали в обморок. Субару и Мейли очень беспокоились о вас. Поверьте мне.

Шаула: Хааах! Хозяин беспокоился обо мне!? Дхехехе, я тебе верю.

Субару: Это было легко…

Мейли: То, что меня упомянули, немно~ого неожиданно.

И Субару, и Мейли выглядели встревоженными, когда увидели, как Шаула льстиво выражает свое мнение с расслабленным лицом. Тем не менее, после того, как она признала реальность настоящего, Шаула склонила голову в другую сторону и сказала:

Шаула: Но что заставило меня упасть в обморок? Обычно я не падаю в обморок. В таких ситуациях не было бы ничего странного, если бы все оказались мертвыми, кроме Мастера…

Рам: Я понимаю, что вы возлагаете слишком много надежд на Барусу… Извините, вашего Мастера, но то, что я услышала, произошло на самом деле. Не торопитесь и подумайте о том, что было раньше… Представьте себе длинную-предлинную лестницу перед вашими глазами.

Эмилия: Длинная-предлинная лестница…

Неужели Рам пытается заставить ее последовать своим воспоминаниям и вспомнить, что произошло? Она говорила приглушенным голосом, как будто гипнотизировала ее. В плане Рам должна была быть заминка в том, что она не была свидетелем этой сцены, но она медленно распутывала запертые воспоминания Шаулы, как будто она была там и видела это.

Рам: Тебя встречает белая комната с мечом, воткнутым в пол. В тот момент, когда кто то положил на него руку, странный голос эхом отдался в сознании каждого кто там――

Эмилия: Мое сердце колотится……

И Шаула, и Эмилия вновь переживали этот опыт благодаря эмоциональной декламации Рам. Отложив Шаулу в сторону, Эмилия должна была знать о том, что произошло в деталях; но Субару не вмешивался, опасаясь, что он нарушит форму разговора.

Наконец, ее декламация приблизилась к запечатанным воспоминаниям Шаулы――,

Рам: В этот момент в глубине комнаты материализовался силуэт мужчины. Мужчины с красными длинными волосами, голубыми глазами и в экзотическом наряде…

Шаула: ААААААААА!!

Шаула отпрыгнула назад и вскрикнула в тот момент, когда Рам достигла этой решающей сцены. Она повернулась лицом к Субару, готовясь прыгнуть к нему; однако он ожидал этого. Он согнул колени и поймал ее. На этот раз он не упал.

Вместо этого он был прижат к нежной коже Шаулы, словно в тисках.

Субару: АУАУАУАУ! Я, я думаю, ты вспомнила! Ты вспомнила, верно!?

Шаула: П-п-почему этот парень здесь?! Несмотря на то, что вы все говорили мне, что он мертв! Он выжил! Я знала, что этот парень почти неубиваемый!

Субару: Хааах!? Что ты говоришь…?

Когда его глаза наполнились слезами от боли, Субару попытался спросить Шаулу, о чем она говорит―― И тут его осенило.

Он понял, что означают слова Шаулы.

Человек, о котором шла речь и который соответствовал тому, что она говорила с тех пор, как они пришли в башню, мог быть только один.

И этот человек был――

Шаула: Тот самый Палочник! Палочник Рейд! Этот дикарь! Этот демон! Он вернулся к жизни, чтобы снова ласкать мою грудь――!

***

――Рейд Астрея.

Так звали фехтовальщика, вошедшего в легенду. Великий фехтовальщик, который, как говорили, убивал Магверей, мастеров фехтования, драконов и, наконец, даже Ведьм.

Он был первым человеком, получившим имя Святой Меча, а также одним из Трех Великих Героев, спасших мир.

Он положил начало славе семьи Астрея, родословной Святого Меча, частью которой был Рейнхард ван Астрея; даже сейчас он был высшим стремлением тех, кто жил мечом――

В такую ситуацию трудно было поверить. Его имя было именем жизни, которая должна была погибнуть 400 лет назад. Он, вероятно, посмеялся бы над такой возможностью, если бы это место не существовало веками с башней, построенной теми, кто был связан с Ведьмой.

Тем не менее, здесь был живой свидетель, который знал что было здесь около 400 лет назад.

Тем не менее, они находились в башне, которую построил здесь Мудрец, живший 400 лет назад.

Если принять во внимание его плохой характер, разве он не говорит что-то вроде: "Я поместил здесь Первое поколение Святого Меча как Самого Сильного Стража, теперь превзойди его"――

Субару и остальные поспешно вернулись в Зеленую комнату с собранными фактами.

Теперь, когда они узнали, что их враг - Рейд Астрея, им придется придумать план. К счастью, он слышал, что именно этот Святой Меча был человеком, который не испытывал недостатка в анекдотах.

И, к счастью, у них в группе был талантливый человек, который хорошо разбирался в великих событиях минувших дней.

Конечно, он мог вообразить, что последствия поражения остались в нем. Но как только он узнает о личности своего противника, стыд, который он, вероятно, питал, также исчезнет. Ведь в этом был виноват их противник.

Во всяком случае, их врагом был Святой Меча―― Человек, носивший ту же фамилию, что и Рейнхард, и ставший ее основателем.

Если подумать об этом так, он должен быть в состоянии легко переварить даже свое поражение――

Субару: ――Этот тупица.

Субару вернулся в Зеленую Комнату с этими словами утешения. Но когда он добрался туда, то произнес эти слова приглушенным голосом.

В дальнем конце комнаты стояли клумбы с травой, которые Дух разложил для раненых―― Всего их было четыре, и в них лежали Рем, Анастасия и Патраш.

Только одна из этих кроватей была пуста, та, что между Патраш и Анастасией.

А на этой увитой плющом кровати лежал только его сломанный Рыцарский Меч.

***

――Мужчина медленно открыл глаза, услышав звук шагов, поднимающихся по лестнице, и ауру человека, готовящегося к бою, пронзающую его кожу.

Он не чувствовал гнева из-за того, что его сон прервали. В конце концов, жизнь - это постоянная битва.

Когда вы приходите к решению, что ваша плоть и кровь всегда ходят по натянутому канату между жизнью и смертью, вы в конечном итоге живете без какого-либо смятения в своем сердце, независимо от того, что происходит.

???: "――――"

Постепенно показалась фигура человека, поднимавшегося по лестнице. Он помнил, как этот человек владел мечом. Он даже помнил шаги этого человека и его поступь. Это было совсем недавно. Он никак не мог забыть.

Только, то же самое должно было случиться и с его противником, поэтому он подумал, что это странно.

Он думал, что его противник был немного умнее этого, тем не менее――

???: "――――"

Мужчина: Ках!

Он потерял это впечатление, как только посмотрел в глаза своему противнику. Его охватил порыв, заставивший вместо этого усмехнуться.

Он роскошно позволил ему эхом отразиться на кончике языка, а затем быстро почесал свои красные волосы.

Мужчина: В этот раз я не собираюсь просто играть, ты.

???: "――――"

Он не думал, что в этих словах будет какой-то смысл, но на всякий случай бросил свои слова из вежливости. Когда его противник получил их, он на мгновение закрыл глаза и мгновенно отбросил все эти эмоции.

Затем его противник без колебаний протянул руку―― И вытащил меч, который был воткнут в пол, и протянул его перед собой.

Юлиус: Рыцарь Королевского Ордена Королевства Лугуника――Юлиус Юклиус.

Мужчина: "――――"

После того, как он назвал свое имя, Рыцарь бросился в яростный бег, в результате чего его собственные глаза сузились. Мужчина―― Рейд Астрея скривил губы в кривой улыбке.

Рейд: Можешь даже не надеяться стать моим товарищем, пока продолжаешь использовать этот скучный титул.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 28. Юлиус Юклиус

Перевод: imy

Редактура: Silver, imy

***

――Я боюсь, что в это никто не поверит.

"Меня зовут Нацуки Субару! Слуга Поместья Розваля―― и Лучший Рыцарь Кандидата Королевских Выборов, Эмилии-самы!"

В этот момент почти все в Королевском зале повернули головы в сторону самопровозглашенного рыцаря.

Человек, который заговорил, совершенно не мог держать свои эмоции под контролем―― но кроме него был еще один человек, который был столь же эмоциональным, наблюдая за всем со стороны.

***

Вытащив Отборочный Меч, он почувствовал, что становится единым с клинком просто держа его в руке. Юлиус твердо верил, что меч выбрал его. Это заблуждение настолько укоренилось в его сознании, что стало для него реальностью. Именно это заставило его встать, и это было не то, что смог бы понять простой наблюдатель.

Юлиус: "Сс――хк!"

По сравнению со сломанным любимым мечом, его новый клинок казался чуть толще, а острие тяжелее. Однако, если бы он опирался на это и взмахнул клинком, то смог бы более или менее быстро привыкнуть к различиям.

Не было предела ситуациям, где он справлялся, используя только оружие, которое привык держать в руках. Однако он думал, что во всех этих ситуациях предел не был определен мечом. Это, как и вся его боевая подготовка, заставляло его испытывать определенное чувство гордости за свои навыки.

Рейд: Действительно скучный, хаа, ты.

Его резкий выпад был поддержан упомянутой гордостью, и он нацелился прямо между бровей зевающего человека. Тем не менее, мужчина просто наклонил голову, и кончик лезвия лишь прошел рядом с целью. Как только красноволосый мужчина заметил, что несколько волосков были отрезаны, он отпрыгнул назад.

Он с силой прижался к земле и отпрыгнул назад, благодаря тому, что его пятки оставались горячими из-за работы ног.

Он образовал некоторое расстояние между ними.

В бою оценка навыков владения мечом противника было не единственной важной вещью. И дело не только в мече в руках. Ритм и темп ног также чрезвычайно важны.

Конечно, фехтование также имеет значение. Чтобы получить оптимальное положение, самый быстрый темп, максимально увеличить свой потенциал, вы должны не просто использовать свои руки и ноги; вместо этого вы должны использовать каждую частичку своего тела.

Поэтому очень важно, чтобы новички в фехтовании сначала научились правильной работе ног.

Воистину, Юлиус верил, что ему повезло быть благословленным великим учителем. Хотя навыки его учителя теперь были ниже его нынешних навыков, это было связано с возрастом, фактором, которого никто не мог избежать.

Тем не менее, не было никаких сомнений, что он был довольно искусным человеком в обучении своих учеников вещам, даже превосходящим их собственные силы.

Дело было не только в том, чтобы практиковаться в искусстве владения мечом, но и в том, откуда эти искусства пришли и в какой форме они были переданы. Он был человеком, который любил говорить о таких вещах.

Естественно, ему тоже нравилось слушать рассказы других об этом, и он считал за честь иметь возможность практиковать их.

Юлиус: "――――"

Догнав его одним прыжком, Юлиус направил свой меч вниз, туда, куда он собирался приземлиться.

Верх, низ, лево, право. Три из этих направлений охранялись, и с наибольшей вероятностью смертельный удар мог быть нанесен снизу.

Рейд: Ты, опять это?!

Меч Юлиуса, направленный снизу в грудь мужчины, был легко парирован палочкой. Палочка была невероятно крепкой и легко отклоняла его меч.

Взмах меча занимал меньше секунды; даже если он предвидел его приближение, это означало, что он был чрезвычайно искусен и обладал тонким контролем над своей силой до такой степени, что мог даже с легкостью вдеть нитку в иголку.

Юлиус: "――――"

Юлиус ахнул от удивления, когда его тяжелый удар занесся над его головой. Это создало небольшой зазор, когда он слегка споткнулся и нарушил позу. Юлиус подумал было использовать Ветреное Лезвие, но сейчас у него не было выбора.

Магия, которую он мог использовать как отвлекающий маневр, не выпустилась.

Вместо этого он просто создал пробел.

Юлиус: "Кааагх!"

Юлиус принял передний удар в бок, и ногти босоногого вонзились в промежутки между его органами внутри тела. В тот момент, когда он почувствовал, что его тело больше не выдержит давления и сломается, застрявшая в нем нога изогнулась, вызвав у Юлиуса мучительную боль изнутри.

Юлиус был потрясен. В одно мгновение он отлетел от удара, словно бросая вызов инерции.

Однако даже этого было недостаточно, чтобы поглотить силу удара. Когда его поле зрения закружилось, удар, который он получил по своему телу, отразился на его голове, и он почувствовал тошноту. Несмотря на это, Юлиус не сводил глаз со своего противника и, приземлившись, ударил ногами по земле, сохраняя прежнюю позу.

Он тяжело дышал.

Ему потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя и отдышаться.

Юлиус отбросил состояние своего тела, и после этого он насильно напомнил своему телу дышать медленно, чтобы успокоить свое неровное дыхание.

Рейд: "――――"

Он сплюнул.

После этого он продолжил битву, потому что должен продолжать.

Юлиус: "――――"

В десяти метрах перед собой Юлиус видел красноволосого мужчину, стоявшего с самодовольной улыбкой на лице. Он снова бросился вперед, к ухмыляющемуся мужчине. Края деревянных палочек для еды и стальное лезвие столкнулись, все, чтобы стереть эту спокойную улыбку с его лица. Настоящее сражение――

Рейд: Так претенциозно. Ты, в битве есть правда и ложь. Ты действительно вычитал это из книжки с картинками?!

Юлиус: "――Ах…"

Расстояние между ними сократилось в мгновение ока. Невероятная скорость этого человека ошеломила Юлиуса.

Точнее, все произошло буквально в мгновение ока. Человек преодолел расстояние в десять метров в одно мгновение. Перед глазами Юлиуса появилась простая палочка. Чтобы защитить себя, он немедленно поднял свой клинок, хотя, совершая это важное действие, он оставил остальную часть своего тела без защиты. В результате Рейд нанес Юлиусу два удара палочками - один в голову, другой в грудь.

Его поразил пронзительный удар. Острота этого удара заставила бы его сознание исчезнуть быстрее, чем реальная боль. Он стиснул зубы и энергично топнул ногой, чтобы отчаянно собрать воедино свое угасающее сознание.

Юлиус: "Ох… Агх!"

Он издал хриплый крик и взмахнул мечом вниз по дуге в форме полумесяца. Мужчина вскочил, словно избегая грациозного танца, и ударил Юлиуса локтем в бок.

Его сознание снова пошатнулось. Он был сбит с ног, и его боевой дух был обуздан болью, которая постепенно распространялась по его ногам.

Одновременные песнопения огня и воды, а также трехсторонняя атака мечом――все они промахнулись.

Не имея отношения к огню и воде, это была всего лишь художественная ошибка, которую он неоднократно совершал, когда тренировался, чтобы стать Величайшим Рыцарем. Если бы его противник был нормальным, этого наверняка было бы достаточно, чтобы сбить его с ног.

Рейд: "Бах!"

Высшая вершина Рыцарского искусства меча была легко сдута палочками в руках мужчины.

Палочки ударили Юлиуса в колено и вонзились ему в живот, отчего его вырвало желудочным соком; зрелище было довольно неприятное. Его тело вот-вот должно было рухнуть, так как оно было непрерывно поражено со всех сторон.

Рейд: "О…Ох?"

Он осел на землю вместо того, чтобы упасть вперед, и удержал свое тело, быстро вытянув руку. Воспользовавшись этим моментом, Юлиус с поразительной скоростью рванул назад. Мужчина удивлённо вздохнул, потому что не ожидал этого, и отскочил назад.

Он продолжал двигаться назад, и между ними образовалось большее расстояние. Из носа у Юлиуса потекла кровь; он вытер окровавленный нос белым рукавом. Его мундир был испачкан алыми пятнами.

Но ему было все равно. Он резко выдохнул и вложил весь свой дух в клинок, который держал в руке.

Чтобы достичь этого, нужно продолжать идти к этому.

Чтобы быть сильным, нужно оставаться сильным.

Рейд: Ты чертовски жалок. Ты можешь хотя бы поднять свой меч? Ты. Я не поднимал меч больше трех месяцев, ты. Я разрубил свет, а что нахер смог разрубить ты?

Юлиус: Ты, прямо здесь, прямо сейчас――

Рейд: Что, по-твоему, это, блядь, значит?! Какого хрена ты сможешь со мной сделать? Ты ни черта не умеешь. Перестань говорить обо всем том дерьме, которое ты хочешь сделать, когда ты даже не можешь этого сделать, ты.

Вместо опровержения он занёс удар меча с огромной силой.

В ответ на это, мужчина нанес ещё десять ударов Юлиусу.

Юлиус: "――――"

Его сознание покачивалось, но он не падал. Почему он не падает?

Потому что――

Рейд: Ты никчёмен. Ты слаб. Это не то место, куда ты можешь прийти. Ты вышел из своей стихии. Ты не подходишь для этого. Тебя не приглашали.

Он просто должен быть сильным. Он просто должен доказать это своим мечом.

Имя, дом, семья, госпожа, товарищ, друг, духи, привязанные к его душе, - он потерял все.

Единственное, что для него осталось, - это меч. Все, что у него осталось, - это он сам.

То, что он накопил, нечто бесформенное, вот и все, что осталось.

Это было единственным доказательством его одинокого, собственного бытия.

Рейд: Отвратительно, ты. Ты что, пытаешься прикрыться? Ты доволен тем, что просто являешься дешевой имитацией других, ты? Ты и твой меч чертовски скучны.

Было время, когда он стремился к пику фехтования.

Он задавался вопросом, сможет ли он достичь его, это было что-то, что застряло у него в голове.

Вскоре он понял, что планка слишком высока, и сдался.

Когда он увидел его, этого мужчину с красными волосами, мальчик, сжимающий в руке меч, обнаружил, что тот несет нечто столь самоотверженно величественное, что вызывает восхищение.

Рейд: На тебя никто не смотрит. Никто от тебя ничего не ждет. Ты наивен, если думаешь, что я играю. Твои удары и пинки просты, ты.

Он тоже когда-то мечтал об этом, о том, чтобы его жизнь была наполнена рассказами о величии.

Стоять плечом к плечу с этими людьми было не для его нынешнего недостающего "я".

Вот почему он должен рисковать своей жизнью. Так отчаянно, мучительно, он вспомнил мечту, которую он тогда отбросил.

Юлиус: "――――"

Мужчина, с одним голубым глазом, не закрытым повязкой, и длинными волосами цвета бесконечного пламени, посмотрел на Юлиуса. Он видел мальчика, который раньше воспользоваться возможностью отпустить свои собственные мечты. Он мечтал, что будет тем, кто достигнет уровня Рейда, потратив все усилия без остатка. Но даже сейчас он все еще испытывал бесчисленные неловкости по поводу самого себя.

Рейд: Этого недостаточно, ты. Этого абсолютно недостаточно―――Ты пропускал дни жизни?

Стремление Юлиуса к тому, чего он жаждал, было выбито из него ударом палочки.

Он не мог сделать этого, размахивая мечом; невозможно было ударить мечом того, кто стоял перед ним. Попытки продолжать борьбу были бессмысленны. Пролитые кровь и пот ничего не стоили. В его жизни, жизни, которая рушилась… Было только одно. Но даже то, во что он верил―― было растоптано.

"――――"

Что-то медленно поднималось внутри него.

Это что-то, оно полностью устранило то, что исходило из его сердца.

Рейд: Гггрр! Ты сможешь это вынести? Ты, мне все больше и больше надоедаешь.

Вместе с щелчком языка, свет хлынул наружу и пронзил конечности Юлиуса. Он рухнул, как марионетка, у которой перерезали веревочки. Однако насилие не остановилось на этом.

Деревянные палочки ударили его в грудь, в результате чего кислород в легких был истощен до состояния, близкого к удушью. Затем его схватили за волосы и закружили, как тряпичную куклу. Его швырнуло на землю, и в тот момент, когда он отскочил назад, он получил удар ногой в лицо и был отброшен прочь.

Он скользил по земле, как фрисби, бесконечно вращаясь в этом белом мире без границ.

Он был сбит с ног.

Его тело подпрыгнуло и посмотрело в ту сторону, откуда он получил удар. Но тут человек, который внезапно, как ураган, бросился к Юлиусу, ударил его коленом в лицо. В момент удара колено ударилось о его лоб, и когда лоб раскололся, его отбросило прочь.

Между ними образовалась щель.

Перестроить позу――вот что он должен был сделать, но его тело не шевелилось.

Юлиус: "Фх…Кхх…"

Все его тело кричало, как сирена, повреждения его головы были очень серьезными. Даже сознание внутри его собственного черепа пребывало в состоянии колебания. Он боялся, что если расслабится хотя бы ненадолго, то в следующий же миг потеряет сознание.

Меч… Где же меч? Словно желая убедиться в этом, он заставил свою собственную силу перетечь в правую руку и попытался медленно коснуться ее.

Там действительно было прикосновение рукояти. Он почувствовал облегчение.

Он не мог отпустить его. Дело только в этом. Он не знает, что у него останется, если он потеряет даже меч.

――Другими словами, то, что было в его руке, было чем-то большим, чем просто мечом.

Юлиус: "――――"

Он не делал ошибок в своей жизни. Он всегда верил, что идет своим путем.

Он был по прежнему убежден в этом.

Даже сейчас он считал невозможным изменить это в своей жизни.

Отныне проблема заключалась в невозможности найти решение для всех вещей, которые выскользнули из его рук и исчезли.

――Или… Было ли это просто ошибкой?

Он сбился с пути, он пошел по неверному пути… и все потому, что он неправильно понял, во что верит?

Его имя, его дом, его семья, его госпожа, товарищ, друг, духи, связанные с его душой, он потерял все.

Что, если то, что осталось у него теперь, было всего лишь притворством, неспособным предложить реальную помощь, неспособным полагаться, неспособным на какую-либо поддержку?

――Он сохранит свою силу; в этом он поклялся своей Госпоже.

――Он будет помнить о его силе; так сказал ему последний оставшийся друг.

В мире, где все потеряно, есть только Сила, которая поможет ему.

Хотя эта Сила была единственной вещью, в которой его хрупкое и слабое "я" было уверено, что она не исчезнет.

Рейд: ――Ты! Колебания наконец-то исчезли с твоего меча!

Юлиус: "――!?"

Сколько времени он потратил, спрашивая себя о том, как ответить на этот вопрос? Возможно, даже не секунда. Однако для мужчины―― для Святого Меча такой разрыв в моменте - все равно что шанс убить врага.

Он отчаянно хотел поднять меч, чтобы защититься от этой быстрой, надвигающейся атаки. Раздался очень резкий, пронзительный звук. Единственный способ узнать, что стальное лезвие меча разбилось о пол, - это увидеть, что это произошло.

Наконец, он был отделен даже от меча, который выскользнул из его собственных рук.

Потеряв свое имя, потеряв свою репутацию… Теперь, когда я потерял даже меч, есть ли какая-то причина для меня все еще стоять здесь?

Рейд: Без квалификации, чтобы дотянуться до Небесного Меча―― Ты! Я терпеть не могу таких прихвостней как ты.

Суховатый голос холодно объявил об этом, и Святой Меча выставил вперед свои палочки, согнув колени.

――Впервые Святой Меча принял атакующую позу.

Затем палочка была поднята, и последовал удар. ――Ошибиться было невозможно, это была Атака Мечом.

Он выпустил абсолютный удар мечом, и его окутала мощная ударная волна, унесшая его прочь.

Юлиус: "――――"

Был ли это удар кулаком или пинком, этот удар полностью отличался от всех атак до сих пор. Это не было нападением. Это был зенит меча, высочайшая вершина, которой может достичь меч, истинная Сила, на которую способен меч.

Поглощенный светом, он потерял сознание. Видел ли он смерть? Видел ли он нечто, превосходящее смерть? Он вообще ничего не понимал.

Однако в тот момент, когда его почти унесло ветром, он услышал слабый голос.

???: Юлиус――!！

Голос кричал, он был полон меланхолии. В отчаянии, голос бросился вверх по длинной лестнице, словно только для того, чтобы в одиночестве увидеть этот решающий момент. Поскольку его позвал голос, на его лице появилась очень несвоевременная улыбка.

Величайший Рыцарь Драконьего Королевства Лугуника. Рыцарь Королевского Ордена. Старший сын и наследник рода Юклиус. Рыцарь Кандидата Королевских Выборов, Анастасии Хошин.

――Юлиус Юклиус.

Юлиус: "Агх…"

Интересно, достоин ли я того, чтобы меня называли этим именем?

Наконец, с этими сомнениями в голове, сознание Юлиуса, прерванное свистом, было поглощено светом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 29. Неудачник

Перевод: imy

***

――Он бежал по длинной-длинной лестнице, он хотел добраться до него, но было уже слишком поздно.

???: "――――"

Он выдавил из себя крик, несмотря на тяжелое дыхание, переутомляющее и без того напряженные легкие.

Но ни его голос, ни слова не могли изменить ситуацию. Отсутствие силы становилось все более серьезной проблемой, особенно сейчас, когда они вдвоем использовали техники меча друг против друга.

Хотя он даже не знал, можно ли назвать это чем-то вроде “использования техник меча друг против друга”.

Потому что все было абсолютно односторонне, и как бы он ни приукрашивал это, оружие, которым владел один из них, было ничем иным, как палочками.

――Белый свет разлился, окрашивая и без того белую комнату в еще более ослепительный белый.

Что было причиной этого, было неясно. Независимо от того, было ли это что-то порождено природой этого нестандартного Мечника или это был взмах, который, как он хвастался, мог даже резать свет, удар принес с собой ударную волну, которая прокатилась по комнате.

Человек, оказавшийся на линии огня атаки, также был поглощен светом и унесен прочь, не будучи в состоянии что-либо с этим поделать.

Затем буквально в мгновение ока свет исчез, и комнату заполнила высокая фигура красноволосого мужчины―― Вместе с фигурой пурпурноволосого Мечника, который рухнул как труп.

???: Эй, а разве это не мелкая сошка, ты?

Красноволосый мужчина небрежно окликнул Субару, который был в растерянности от того, что он только что увидел. Не теряя ни секунды, мужчина улыбнулся ему, как акула, словно совсем забыл о дуэли, которую только что провел.

Затем он указал на упавшего Мечника―― На Юлиуса.

???: Слишком поздно, ты. Я уже прибрался здесь, и у меня такое чувство, что ты будешь занозой в заднице, так что забирай его и вали отсюда.

Субару: …Рейд Астрея.

Рейд: Черт возьми, ты. Не суй свой нос в чужие имена. Не порть праздник, гораздо круче не выдавать имен, ты.

Настроение Палочника―― Рейда резко ухудшилось, когда его окликнули по имени.

Хотя Субару был раздосадован тем, насколько неуместны были его замечания, он не осмеливался предпринимать какие-либо опрометчивые действия. Вместо этого он медленно перевел взгляд с Рейда на все еще лежащего Юлиуса.

Рейд: Я тебя не съем, ты. Хватит все время пялиться на меня.

Субару: Мне очень жаль, но там, откуда я родом, есть здравый смысл не отводить взгляд, когда ты столкнулся с медведем. Что касается Юлиуса…

Не сводя глаз с Рейда, Субару наклонился и убедился, что он все еще дышит. Юлиус потерял сознание, но он чувствовал его дыхание на своей ладони, когда приложил ее чуть выше рта.

Похоже, он все еще был жив, несмотря на то, что получил этот удар в полную силу. Субару почувствовал облегчение.

Субару: Не правда ли, это очень мило с твоей стороны, учитывая, что ты сказал, что в следующий раз не будешь с нами сюсюкаться.

Рейд: Не совсем. Быть побежденным палочками для еды и оставленным в живых - это еще хуже, чем быть убитым ими, не думаешь? Вот что я думаю. Я скорее умру, чем покажу кому-нибудь свое жалкое "я". Поэтому я побеждаю их своими палочками для еды и позволяю им поспешить домой к своей мамочке.

Субару: Позволь мне взять назад слова о том, что ты добрый, гребаный мудак.

Рейд: Ках! Ты никогда не производишь впечатлений, независимо от того, что ты там говоришь. Кроме того, сегодня я не собираюсь вас больше проверять. Хотя я тебя побью, если ты захочешь попробовать. Как этот парень под тобой.

Рейд почесал пресс правой рукой и указал палочками в левой на Субару и Юлиуса соответственно.

Независимо от того, насколько он был зол на отношение Рейда прямо сейчас, у Субару не было никакого способа заставить его взять назад свою грубость.

Субару: Черт.

Рейд: Ох, оох, продолжай. Не просто молчи, пока несешь своего товарища, а иди вперед и веди себя как обиженный неудачник. Это самая умная и простая вещь, если она заставляет тебя чувствовать себя лучше. Как бы плохо это ни было.

Рейд сузил свои холодные голубые глаза и выплюнул это, с глухим стуком усаживаясь. Тем временем Субару каким-то образом удалось поднять рухнувшего Юлиуса, подвергаясь восторгу победителя.

Субару пришлось нести Юлиуса на спине, как и всего час назад. Его бесчувственное тело было довольно тяжелым, не говоря уже о том, что он был выше него. Это был полный беспорядок, но в трудные времена приходится идти на некоторые жертвы.

Потому что оставлять Юлиуса здесь одного - не вариант.

Рейд: ――В следующий раз возьми с собой одну из этих хорошеньких женщин, ты. Как, например, ту горячую красотку.

Ни разу не упомянув их имен, Рейд помахал им на прощание.

Столкнувшись с легкомысленным отношением Рейда, Субару буквально ничего не мог сделать, кроме как просто молча отступить.

***

Субару: ……*пыхтение*, *пыхтение*

Одна нога за другой, шаг за шагом, Субару спускался по лестнице, беспокоясь о том, куда он ставит ноги.

Хотя лестница была довольно широкой, он все еще чувствовал клаустрофобию, находясь в окружении каменных стен. Это был второй раз, когда он поднимался и спускался по этой лестнице, но у него все еще не было никаких подсказок, которые помогли бы ему пролить свет на неестественность конструкции лестницы в отношении того, почему она не выходила из башни, несмотря на то, что она была полностью прямой.

Субару: Почему ты вообще решил сделать такую глупость… Я на своем пределе…

Само собой разумеется, было довольно тяжело нести его на спине вниз по длинной лестнице.

Тем более что на этой длинной лестнице было 444 ступеньки (по подсчетам Эмилии). Не то чтобы Субару держал какую-либо злобу на Эмилию за то, что она сказала ему это, но в такие моменты, когда реальное количество ступенек постоянно всплывало в его голове, он чувствовал желание ущипнуть ее за щеки и отчитать.

Конечно, Эмилия определенно выглядела бы мило если бы он попытался ущипнуть ее за щеки――

Субару: И Эмилия, и Беако будут волноваться… если я не потороплюсь и не верну его.

Они заметили отсутствие Юлиуса в Зеленой Комнате, и в конце концов обошли Сторожевую Башню, чтобы найти его. Они поднялись на Третий этаж, а также в комнаты на Четвертом, в то время как Шаула спустилась вниз, чтобы проверить Джиана и Драконью Повозку на Первом этаже.

Все беспокоились о Юлиусе. Беспокоились о том, что он чувствовал в своем сердце из-за своего поражения Рейду и того, что он исчез, оставив позади свой сломанный Рыцарский Меч,

Конечно, все они были из тех людей, которые до смерти беспокоятся из-за этой давящей на них тревоги.

Субару: Но, ты знаешь…

――Тем не менее, от них отличался только Субару. Только Субару смог сразу понять, что лежит у него на сердце.

Куда делся Юлиус без своего Рыцарского Меча и с какой целью?

Только Субару знал ответы на эти вопросы наверняка――

Юлиус: ――Все трясется.

Субару: ――тц! Ты только щас заметил!?

Субару остановился на полушаге, когда услышал голос, доносившийся из-за спины. Юлиус, которого он нес на плечах, пошевелился от его голоса и сказал:

Юлиус: Где мы……

Субару: Смутно говоря, мы на полпути вниз по какой-то лестнице, немного точнее говоря, мы на полпути вниз по длинной лестнице, а еще точнее, мы на полпути вниз по лестнице между Вторым и Четвертым этажами.

Юлиус: Ты довольно туманно об этом говоришь, не так ли… Ты несешь меня на спине?

Субару: Да. И позволь мне сказать, что это уже второй раз за столь короткий промежуток времени. Мне приходится делать это снова через 30 минут после того, как я подумал, что никогда не буду делать этого снова; ты понимашь, что я чувствую по этому поводу?

Юлиус: Неудивительно, что поездка была неровной……

Субару: Ты хочешь, чтобы я тебя сбросил?

Субару почувствовал хриплый смех Юлиуса, доносившийся из-за его спины. Он проигнорировал сарказм в его словах и немного расслабился.

По правде говоря, Субару не делал никаких предсказаний относительно того, какими будут первые слова Юлиуса, когда он проснется. Он не преувеличил бы, если бы сказал, что даже боялся этого, честно говоря.

Вот почему Субару испытывал облегчение от того, что первые слова Юлиуса после пробуждения не были полны отчаяния.

Субару: Ты помнишь, что случилось?

Юлиус: …Как это ни печально, но я помню. Я был легко побежден нашим врагом, и в конце концов мне все же проявили сочувствие, причинив неприятности вам, Анастасии-сама и всем остальным.

Субару: …Я не какой-то демон, который обвинит тебя в том, что ты проиграл против такого противника.

Юлиус был ужасно похож на самого себя, и из-за этого Субару вздохнул и снова начал спускаться по лестнице.

Пришедшего в себя Юлиуса стало нести гораздо легче, чем прежде. Он также прояснил некоторые из своих тревог, которые сковывали его шаг, так что благодаря этому он мог взяться за оставшиеся ступеньки с удвоенной энергией.

Юлиус: …Анастасия-сама вне опасности, верно? Я видел, что она упала в обморок и теперь лечится в комнате этого Духа.

Субару: В настоящее время ее жизни ничего не угрожает. С другой стороны, ты был очень близок к смерти. Этот парень… Этот ублюдок с повязкой на глазу, я был бы удивлен, если бы ты знал, кто он.

Юлиус: …Рейд Астрея.

Субару: "――――"

Его голос был полон уверенности в своем ответе. Субару на секунду так удивился, что у него перехватило дыхание. Тем не менее, он быстро привел в движение обе ноги и дыхание.

Субару тщательно подбирал слова, чтобы Юлиус не почувствовал его волнения.

Субару: Так, значит, ты все это время знал? Все верно. Шаула сказала, что знает его. В этом есть смысл, потому что она, кажется, была знакома с ним 400 лет назад… Но, похоже, она говорила правду, когда намекала, что с ним трудно иметь дело. Я говорю это потому, что она упала в обморок сразу после того, как увидела его лицо.

Юлиус: Хах, было много вещей, которые меня насторожили. У него огненно-красные волосы и голубые глаза. Его техника владения мечом действительно выделялась… Если это вообще можно назвать техникой владения мечом. Он даже не позволил себе замахнуться на меня мечом. Я бы просто сказал, что он могущественный человек. Даже термин "Палочник" - это тот, который обозначает его в прочитанной мною литературе.

Субару: Значит, его с давних времен называют Палочником, потому что он дерется этими палочками!?

Юлиус: На самом деле, нюанс в том, что он не выбирал оружие, на котором специализировался. У меня были свои мысли о нем, когда он представился как Палочник… Но, я не был уверен. Прошу прощения, что не упомянул о них при вас.

Субару не мог найти слов на извиняющиеся слова Юлиуса. Хоть он и сказал, что было много вещей, которые навели его на эту мысль, Субару подумал, что он слишком опирается на это.

Рейд Астрея, человек, который был известен как Первый Святой Меча, должен был умереть 400 лет назад.

Просто потому, что некоторые его черты совпадали, не означает, что вы можете легко прийти к выводу, что вы встретили того героя прошлого, чье имя вошло в сказки и легенды.

Если был шанс, что он мог это заметить, то он, Субару, должен был бы прийти к такому выводу. В конце концов, они с Эмилией сошлись на том, что Испытания, которым они подверглись в этой Сторожевой Башне, были похожи на Испытания, которые они прошли на кладбище Ехидны.

С учетом сказанного, Субару следовало бы больше подумать о содержании Испытаний, поставленных этой башней, и поднять столько возможностей, сколько только мог.

Пренебрежение этим привело к их поражению на Втором этаже, Электра.

Юлиус: Хммм. Как же так получилось, что мы наткнулись на этого Легендарного Мечника прошлого…? Поначалу я был бы в восторге от того, что получил такую возможность, но, учитывая все обстоятельства…

Субару: Я понимаю, что ты чувствуешь. Все эти герои легенд умеют разочаровывать в реальности. Эта Сторожевая Башня полна разочарований, как и в случае с Шаулой, которую судили как Мудрец.

Юлиус: …Ты понимаешь… что я чувствую?

Его голос был надтреснутым и полным самоиронии. Субару бессознательно стиснул зубы, когда услышал то, что простонал Юлиус. Но он предпочел не касаться этого, и просто сказал "Даже так,"

Субару: Если я правильно помню, Первый Святой Меча выгравирован на Золотых монетах, но есть довольно большая разница между этим и настоящим парнем. Шаула также отличалась, так что, хотя мы ничего не можем с этим поделать, между ними существует значительный разрыв. Парень на Золотой Монете больше походил на чувака средних лет…

Юлиус: Просто маленький исторический кусочек, именно когда он был старше, Рейд совершил свои поступки, которые привели его к тому, чтобы считаться одним из Трех Великих Героев. Фигура, изображенная на Золотых монетах, вероятно, верна. Тот, что наверху, моложе, чем тот, что из записанной истории.

Субару: Кстати, Рейд, похоже, не узнал Шаулу…

Он собирался сменить тему, но они случайно коснулись другой темы.

По сравнению с тем, что сказал Юлиус, между Рейдом и Шаулой определенно была слишком большая разница, чтобы между ними была какая-то дружба. Если бы он предположил, что “Этот парень Рейд до того, как он встретил Шаулу”, тогда были бы некоторые части, с которыми он мог бы согласиться относительно различий в узнавании друг друга.

Но, когда он принял во внимание чрезмерную реакцию Шаулы и высокую вероятность того, что Рейд не помнил ее имени или лица из-за того, каким он был, основа его гипотезы ослабла.

Субару: Если мы будем считать это правильным, не означает ли это, что они сражались против Ведьмы после их расцвета? Значит, нам придется победить Рейда в расцвете сил.

Юлиус: Мне кажется, что это будет действительно или почти невозможно.

Субару: Да, это определено будет невыносимо сложно. Но я уверен, что есть какой-то способ обойти это, если мы придумаем план. Как обстоят дела…

Субару колебался, ища что-нибудь, что могло бы помочь им против Рейда.

Прямо сейчас, в этот момент, он должен был сказать Юлиусу, что было у него на уме, но он не сделал этого, потому что сердце останавливало его.

И все же он был слишком медлителен.

Юлиус: Как обстоят дела… Что ты имеешь в виду?

Субару: Ах, ничего…

Юлиус: Субару.

Если бы он попытался оправдаться, сказав, что наблюдал за Рейдом и заметил трещину в его броне, они были бы немедленно замечены им. На самом деле, прямо сейчас, он не нашел ничего, что позволило бы им пройти мимо Рейда или что-то, что выглядело бы как слабое место; это было точно.

Поэтому Субару смирился, когда коротко назвали его имя.

Субару …Эмилия прошла Испытание после того, как вы с Анастасией потеряли сознание.

Юлиус: "――"

Субару: Это все. Причина, по которой она победила, была не в том, что она была сильнее его. Скажем так, госпожа удача была на ее стороне… Потому что Эмилия, ну, такая уникальная.

Было немного трудно назвать конечный результат простой победой.

Эмилия едва сумела заставить их экзаменатора, Рейда, признать её решимость и способности на Испытании. Однако обстоятельства, которые привели ее к этому, было трудно объяснить любому, кто не был свидетелем этого.

Потому что, даже если бы они попытались избить его таким же образом, это не смог бы сделать никто, кроме Эмилии.

Субару: В любом случае, в результате того, что различные сложные вещи встали на свои места для нее, Эмилия прошла Испытание. Несмотря на это, парень сказал, что пропустит только тех, кто прошел испытание, так что всем нам придется побить его, чтобы подняться наверх… Довольно безнравственно с его стороны.

Юлиус "―――"

Субару: Итак, нам нужно разработать план сражения. Несмотря на боевое достоинство, я не могу даже говорить, пока не заставлю его признать боевой дуэт, который является мной и Беатрис. А что касается Мейли, то у нее вообще нет никаких причин пытаться пройти. Думаю, она поймет, когда мы поговорим об этом… Хотя, я думаю, она будет расстроена.

Юлиус: "―――"

Субару: Вот почему, ну, ты тоже не будешь идти вслепую, когда мы возьмем реванш. Я не растягиваю слова, я серьезно. Мы не будем бороться с ним, как в этот раз. Мы разработаем план и способ подхода после того, как у нас будет более четкое представление о нем. На этот раз это в моем стиле…

Юлиус: "―――"

Субару: …Эй, ты слушаешь? Эй, Юлиус?

Субару понял, что Юлиус не ответил ни на одно из его скоропалительных объяснений. Когда он окликнул его (Юлиус все еще висел у него за спиной), Юлиус помолчал немного, а потом сказал:

Юлиус: Да, да, все в порядке. Я слушаю конечно… Вижу, Эмилии это удалось.

Субару: Ну, я упоминал об этом чуть раньше… Но да. Поскольку это произошло, это означает, что прохождение Испытания не является тщетной надеждой. Не слишком ли ты суров к себе?

Юлиум: Слишком суров к себе? Хм, тебе действительно не стоит так волноваться. ――Все именно так, как ты говоришь. Если Эмилия смогла пройти Испытание, то он… Тогда Святой Меча Рейд не является непреодолимым препятствием. Знание этого невероятно полезно.

Субару: А-ага, точно. Вот именно… Я рад, что мы с тобой на одной волне.

Юлиус неожиданно смирился с тем, что Эмилия прошла Испытание довольно гибко. Субару нервно объяснил ему это, но он чувствовал, что Юлиус уклоняется от ответа. ――Нет, все было хорошо.

Юлиусу сообщили, что кто-то преодолел препятствие, в которое он врезался лицом.

Но Юлиусу было бессмысленно волноваться из-за этого. Субару мог бы сказать, что он слишком наивно смотрит на него. Или, по его собственным меркам, ему не следовало делать поспешных выводов о Рыцаре по имени Юлиус Юклиус.

Когда Субару оказался втянут в эти глубокие чувства, Юлиус испустил долгий вздох и небрежно произнес "Тогда",

Юлиус: Не пора ли тебе отпустить меня? Меня укачает, если я останусь у тебя на спине. Не похоже, что у тебя есть Божественная защита Уклонения от Ветра, как у Земляных Драконов, верно?

Субару: Будь терпелив с ветром и тряской, и будь благодарен, что я несу тебя. Это, конечно, утомительная работа, но я не могу быть настолько бессердечным, чтобы заставлять тебя идти самостоятельно, когда ты ранен. Эмилия-тан отругала бы меня.

Субару покачал головой в ответ на предложение Юлиуса и покачнулся всем телом, поправляя его на спине.

Сейчас Юлиус был не в лучшем состоянии. Независимо от того, насколько искусен был Дух комнаты в своей работе и сколько лечения Юлиус, все тело которого было разбито, смог получить, проведя всего несколько десятков минут в Зеленой Комнате.

Это, и он ещё не получил никакого лечения от своего второго поражения.

Если бы он страдал от таких вещей, как порезы или переломы, то Субару смог бы применить свои навыки в работе с методами первой помощи Клинда; но, к сожалению, у Юлиуса не было таких очевидных ран.

Удары Рейда были из тех, что должны были пронзить сердце Юлиуса.

Конечно, не было никаких сомнений в том, что он накопил повреждения, которые не были видны на поверхности, но это не было оправданием, чтобы заставлять его делать что-то, что заставило бы его напрячься.

Вот почему Субару решил спуститься по всей лестнице с Юлиусом на спине, с оставшейся половиной – вероятно, еще около 200 ступенек; и все же, несмотря на это――

Юлиус: Нет, я не могу продолжать причинять тебе неприятности. Всё было бы нормально, если бы я все еще был в обмороке, но, к счастью, я проснулся. Я могу сам спуститься по лестнице.

Субару: Не будь таким упрямым. Слишком поздно, даже если ты настаиваешь. Если ты хочешь сказать, что тебе стыдно из-за того, что тебя несут на моей спине, то все, кто был со мной, уже видели это… Только Шаула и Анастасия не видели из-за обморока.

Юлиус: Тогда вот почему. Я ни за что не покажусь этим двоим в таком виде… Особенно Анастасии-саме. Отпусти меня.

Субару: Не говори таких вынужденных вещей. Начнем с того, что ты…

Юлиус: ――Я СКАЗАЛ ОТПУСТИ МЕНЯ!

――Его вспышка была довольно резкой.

Субару: Вуа!?

Плечо Субару ударилось о стену лестницы сразу же после того, как напряженный крик Юлиуса ударил в его ухо.

Это произошло из-за того, что Юлиус силой оторвался от его спины. Субару немедленно повернулся лицом к стене, чтобы обезопасить себя, но это было бы бесполезно, если бы он чуть не упал с лестницы.

Однако он избежал этой участи благодаря своему быстрому мышлению――

Юлиус: "――хк"

Субару: Ты гребаный идиот! О чем, черт возьми, ты думал?!

Он прислонился к стене, а когда обернулся, то увидел, что Юлиус лежит в нескольких шагах под ним. Он упал со спины Субару и соскользнул вниз.

Он лежал лицом вниз, приподнявшись на локтях, хрипя от боли, с выражением глубокой агонии на лице. Явно не только от падения с лестницы.

Субару: Я же сказал тебе оставить это! ЭЙ, стой на месте, тупица. Я иду к тебе…

Юлиус: Не надо!

Субару: "―――"

Юлиус: …Я могу стоять сам. Мне не нужна твоя помощь.

Субару попытался подбежать к нему как можно быстрее, но его остановили.

Юлиус вытянул руку перед собой, когда он оперся о пол, и остановил его. Все еще тяжело дыша, он сморщил лицо и сумел приподняться.

Он прислонился к стене и медленно приподнял нижнюю часть спины, подтянул колени и встал, хотя по-прежнему опирался на стену.

Юлиус: Видишь, разве я тебе не говорил? Что мне будет легко стоять самому.

Субару был в растерянности от того, что сказал Юлиус, который в некоторых отношениях звучал так, как будто он отбрасывал все в сторону. Юлиус развернулся и, прижавшись правой стороной тела к стене, начал медленно спускаться по лестнице с той же скоростью, с какой ползет по полу ребенок.

Шаг за шагом, как будто заставляя себя...

Юлиус: Похоже, это займет у меня немного больше времени, но так я не причиню тебе никаких неприятностей. Что еще важнее, девушки внизу волнуются. Я благодарен тебе за то, что ты, кажется, не обращаешь внимания на то, что я сделал, но ведь не только ты искал, где я был, верно?

Шаг за шагом.

Юлиус: Если можно, не мог бы ты спуститься вниз раньше меня и объяснить им, что произошло? Хотя, думаю, тебе лучше оставить всю историю и извинения мне. Тебе просто нужно сказать им, что ты нашел меня, и попытаться заставить их чувствовать себя менее обеспокоенными.

Медленно, медленно, шаг за шагом.

Юлиус: …Я признаю, что извиняться будет довольно удручающе, но избегать этого - путь, по которому я не могу идти. После того, как ты успокоишь их, даже если это будет совсем немного, я действительно буду в огромном долгу перед тобой. Знаешь, ты можешь даже подумать о добавлении к долгу, который я тебе должен.

Юлиус продолжал говорить, не глядя на него, пока пытался спуститься по лестнице один. Действительно, между ним и неподвижным Субару начала образовываться пропасть, несмотря на то, как медленно он двигался.

Он мог бы немедленно сократить расстояние между ними, если бы захотел. Если он хотел исполнить его желание, ему все равно нужно было пройти мимо него один раз. ――Итак, Субару привел свои ноги в движение.

Субару: Думаю, сначала я должен поговорить с Эмилией.

Юлиус: …Да, ох, это верно, если Анастасия-сама проснулась… Ах, подожди, нет, давай не будем. В любом случае, я хотел бы положиться на тебя.

Субару поспешил вниз по лестнице и легко догнал Юлиуса. Он испустил вздох, похожий на вздох облегчения, когда услышал шаги Субару, эхом отдающиеся по лестнице, и призвал его идти вперёд.

――Нет, не “идти вперёд”, скорее он посоветовал ему “не ждать меня.”

Субару: "―――"

Субару мог немного понять, что лежало в самых сокровенных мыслях Юлиуса с тем, что он сказал. Причина, по которой он смог это сделать, была той же самой, почему только он, и никто другой, сразу догадался, что Юлиус пошел бросить вызов Рейду――

Несомненно, было что-то общее между тем, что Субару чувствовал тогда, и этим несколько похожим инцидентом. Вот почему тогда Субару――

Субару: ――тц! Черт бы все это побрал! Проклятье, проклятье, проклятье! Тупица! Мы оба огромные тупицы! Черт возьми!

Субару выплюнул свое разочарование, пнул ногой лестницу и направился к Юлиусу.

Он не собирался проходить мимо него (теперь взволнованного, прислонившегося к стене), вместо этого он схватил его за левую руку и приподнял, бесцеремонно перекинув руку через плечо.

Юлиус: Эй...Субару, что ты…

Субару: ЗАТКНИСЬ! Что ты делаешь, стоишь один! Ясно как день, что ты изо всех сил пытаешься стоять прямо! Как будто я когда-нибудь смогу позволить себе спрыгнуть и оставить парня в твоем состоянии здесь! Я буду первым в очереди, кто будет говорить о том, насколько я противен себе, прежде чем Эмилия даже успеет отчитать меня!

Юлиус: Но я…

Субару:"МЫ ГОВОРИМ ОБО МНЕ, я бы не протянул тебе руку помощи, если бы ты действительно в ней не нуждался. Даже при нормальных обстоятельствах мои руки всегда заняты этим, тем и другим. Если ты всерьез не хочешь заимствовать мою силу, то перестань ковылять так жалко, это действительно испытывает мое терпение!

Юлиус: "―――"

Юлиус молчал, пока Субару кричал на него, брызжа слюной.

Как только Субару увидел, что Юлиус не решился пойти против него, и что на данный момент он потерял силы, чтобы стряхнуть его, как он это сделал недавно, он снова пошел, все еще подставляя плечо Юлиусу, нравится ему это или нет.

У Юлиуса не было времени идти против него, раз уж он задал такой темп.

Субару: Я не собираюсь делать вид, что знаю или понимаю, что происходит в твоем сердце.

Юлиус: "―――"

Субару: Но прямо сейчас тебе не нужно спускаться по этой лестнице, по этой длинной лестнице в одиночку, в полном одиночестве. Я одолжу тебе свое плечо и также не буду думать об этом как о долге.

Говорить о ссудах, займах и долгах было смешно.

Если он так выразится, то сколько же он должен будет Юлиусу?

Конечно, его первый долг перед ним начался бы на Тренировочной Площадке в Королевском Замке.

――Он знал причину, по которой Юлиус бросил вызов Рейду, хотя и знал, что не сможет победить.

Он… тогда он вел себя так же, как и Субару.

Тогда Субару бросил вызов Юлиусу, хотя и знал, что не сможет победить. Неважно, сколько раз его сбивали с ног, неважно, сколько раз его били, он поднимался, не выучив урока, и продолжал бросать ему вызов.

Потому что у него не было другого способа выплеснуть бурные эмоции, накопившиеся в его сердце, кроме как сделать это.

И тогда Субару оказался “Один” в том месте, где для него все закончилось, в том месте, где он спорил с Эмилией, и она попрощалась с ним. Это было мучительно. От этого ему хотелось плакать.

――Так как же он мог оставить Юлиуса одного на этой лестнице?

Субару: "―――"

Его сердце должно быть охвачено пламенем. Совсем как он тогда. Но, в отличие от него, он все еще не знал, где выплеснуть свои бурные эмоции.

Юлиус: …Субару

Субару: Что такое?

Юлиус: …Извини.

Субару: Заткнись.

Он ответил тем же, надеясь, что он не воспримет это как приступ гнева.

В версии с изображениями тут находится картинка.

И вот так они вдвоем медленно спустились по лестнице и добрались до Четвертого этажа.

――Эмилия нашла их через чуть более десяти минут спустя, с облегчением сжав грудь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 30. Стратегия Захвата Второго Этажа

Перевод: imy

***

――Женщина, совсем одинокая.

Женщина беспокоилась обо всем; о каждом борющемся человеке в мире.

Ничто в этом маленьком мире не было скрыто от ее взгляда. Для неё всё, для неё каждый был ребенком, что нуждается в защите.

Такой хрупкий мир, с такими хрупкими людьми, было бы так легко подчинить.

Но женщина не стремилась управлять этим миром. Вместо этого она пыталась защитить его от вреда.

Так началась ее жалкая война проб и ошибок. Но защита, совет и спасение всего мира оказались слишком тяжелым бременем, ибо одинокие руки женщины не могли дотянуться до каждого.

Хотя она могла видеть каждое решение, ей не хватало способа решить каждую проблему.

Впервые женщина проклинала свою несостоятельность.

Даже если она видела беду, ей не хватало рук помощи.

Даже если она была погружена в кризис, она ничего не могла сделать, чтобы предотвратить его. Она никогда не могла сделать достаточно.

Она могла дотянуться до того, что было перед ней, но не могла пересечь невозможное расстояние. Она могла справиться с неотложными делами, но не могла повернуть вспять неумолимое колесо времени.

Так много было за пределами ее досягаемости.

Ее предполагаемая сила не исполняла ее желания. Ее высокомерная мудрость не освещала путь к надежде.

И поэтому, даже произнося защитные заклинания, женщина впала в отчаяние. Погруженная в бесконечное море сожаления, она не смогла сдержать горестный вопль, который вновь разбил ее разбитое сердце.

Наконец, женщина поняла.

"Я не могу. Нет никаких способов. Это невозможно."

Это непомерное, возвышенное желание было недостижимо, особенно для одной одинокой женщины.

Она знала. Она осознала. Она все поняла. Ее желание было невыполнимо. Но. Несмотря на это…

Если ее собственных рук будет недостаточно, она найдет еще. Просто не оставаясь в одиночестве, найдя других, разделяющих ее желание, она смогла бы достичь до каждого.

Ее разум словно очистился. Некогда туманный путь наконец стал ясен.

Ее желание могло, наконец, достичь ее некогда неумолимого плача, этих некогда неизбежных трагедий.

Она объединилась с подстрекателем, завещала поле битвы Небесному Мечу, заключила сделку с Драконом и продвинулась вперед к своему величайшему желанию.

Конечно, она сможет исполнить его. Конечно, оно наступит. Обещанная развязка ее великого желания.

Во что бы то ни стало, какой либо ценой, скоро, может быть, завтра. Они, конечно, в таком случае будут――

"Спасены. Они все будут спасены. Я вижу способ спасти их. ――Я вижу путь к спасению.”

Даже если за это придется заплатить кровью, она должна одержать победу, потому что если оставить борьбу незаконченной, она потеряет всякий смысл.

Даже если ее подстрекатель исчезнет, даже если улыбки ее Небесного Меча исчезнут навсегда, даже если ее Дракон улетит в далекие небеса, она не сдаться.

Даже если ее первые союзники покинут ее, если она собьется с пути, некогда одинокая женщина больше не была одинока.

"Это должно быть там. Я знаю, что оно там. ――Мне нужно знать.”

Она шла по дороге, вымощенной трупами, назначая бесчисленные жизни в качестве жертвоприношений, и все это ради достижения ее величайшего стремления.

Когда-нибудь, обладая достаточным количеством знаний, ее руки смогут дотянуться до каждой слезинки.

Впервые она по-настоящему поверила, что сможет достичь этого.

Так, поглощенная этим священным желанием, женщина боролась с мучительным отчаянием.

Ведьма Жадности кровоточила алчностью из-за своей тоски.

***

Эмилия: ――Юлиус должен как следует отдохнуть здесь, пока не заживут все его раны! Это самая абсолютная вещь из всего абсолютного!

Чуть ли не швырнув в Зеленую Комнату измученного Юлиуса, Эмилия отругала его. Когда Эмилия пошла им навстречу, она вздохнула с облегчением, увидев, как Субару с Юлиусом, поддерживаемым за плечо, спускается по длинной лестнице, соединяющей 2-й этаж Электра и 4-й.

Способность быстро переключаться между эмоциями действительно была добродетелью, и они были благодарны ей за то, что она не вмешивалась в этот вопрос. Это был умный ход, так как не было никаких причин готовить оправдание, если не спросили о причинах. Даже если, по правде говоря, у нее была целая гора вопросов――

Эмилия: ――Даже если я этого не сделаю, я уверена, что Субару все равно задаст все важные вопросы. Так что я хочу, чтобы сейчас ты как следует отдохнул, а потом мы со всем разберемся. Верно?

Субару: ……Ах―, да, как следует. Я ничего не могу сказать против этого, и я тем более не собираюсь идти против мнения Эмилии-тан. Поспи немного.

Субару положил Юлиуса на травяную кровать у входа в Зеленую Комнату. Рядом с ним, положив обе руки на талию, Эмилия гордо вздохнула через нос. Это выглядело миленько.

Выслушав их, Юлиус погладил челку и вздохнул.

Юлиус: Естественно. Я и так уже налагаю бремя на тебя и Эмилию-сама. Тем более после всего этого, я больше не могу действовать с таким бесстыдством. Так что, я поступлю как вы сказали.

Субару: Эй, простого "Понял" было бы достаточно……

Эмилия: Верно! Нет никакой необходимости в этих формальностях. Ты ранен, так что вопрос только в том, чтобы ты оставался на месте, пока твои раны не заживут! Это совершенно нормально быть обузой. В конце концов, мы же друзья!

Юлиус: “――――”

Эмилия: Патраш, я оставляю Юлиуса на твое попечение. Если что-то пойдет не так, сразу же кричи. Мы сразу прибежим, хорошо?

Отбросив окольный способ выражения благодарности Юлиуса, Эмилия крикнула в угол комнаты, за спину пристыженного Юлиуса―― Где Патраш залечивала собственные раны.

Численность внутри Зеленой Комнаты увеличилась до трех человек и одного животного―― Бессознательный дуэт Рем и Анастасии и раненый дуэт Юлиуса и Патраш. Из-за того, что в Зеленой Комнате было ограничено количество людей, которые могли присутствовать одновременно, Субару и Эмилия не могли остаться, чтобы следить за ними.

Таким образом, одному из раненых было бы лучше присматривать за всеми остальными. Однако, обычно эта работа доставалась Юлиусу.

Юлиус: Чтобы Эмилия-сама так настаивала... я не могу что-то говорить. Я спокойно сделаю, как сказано.

Субару: Довольно трудно вернуть доверие, когда ты его потерял. Так что в этом отношении довольно трудно обойти Патраш, которая всегда получает высший балл. Если произойдет что-то смешное, то лучше не сдерживайся и укуси его, Патраш.

Патраш: “――――”

Она фыркнула в знак того, что поняла слова Субару и Эмилии―― или, по крайней мере, это можно было принять как таковое.

Лучшая девушка в лагере Эмилии, их Понимающая Леди, Патраш, казалось, чувствовала какую-то ответственность перед Юлиусом за то, что она позволила ему уйти в прошлый раз.

Ее глаза сияли сильной волей, словно говоря, что следующего раза не будет.

Субару: Смотри, смотри. Даже Патраш говорит "В следующий раз ты не пройдешь".

Эмилия: Знаешь, это очень странно, но ты прав. Похоже, она действительно так говорит.

Субару: Но, по словам нашего двуязычного Главного Сотрудника Внутренних Дел, более или менее, нюанс правильный. Но, поскольку она леди, она скорее всего закончит свои предложения с "Desu wa".

Иногда, когда Отто переводил для нее, используя свою Божественную Защиту Языка Души, Субару почти всегда находил высокий уровень терпимости Патраш к его действиям удивительным. В последнее время он чувствовал, что даже без присутствия Отто эти двое могут поделиться тем, что у них на уме. Но всякий раз, когда речь заходила об этом факте, Патраш била его хвостом. Действительно, ум женщин сложен.

В любом случае,

Юлиус: Я спокойно позволю своим ранам зажить здесь. Выздоровление в окружении таких красивых девушек в безмятежной обстановке - это роскошь, которую редко кто может себе позволить.

Субару: Я дам тебе знать заранее, все девушки здесь, кроме Анастасии, принадлежат мне.

Субару указал, начиная с прикованной к постели Рем, потом на Патраш, а затем на Эмилию, которая была прямо рядом с ним, в ответ на дерзкое заявление Юлиуса.

Услышав это, Эмилия надула щеки и сказала:

Эмилия: Я еще не принадлежу Субару… Но, если немного подумать, поскольку Субару - мой Рыцарь, разве это не делает его моим?

Субару: Это делает меня действительно счастливым, но и очень смущенным!

Эмилия приложила палец к губам, пока Субару исполнял праздничный танец, но после всего этого он снова посмотрел на Юлиуса.

Ему потребуется время, чтобы преодолеть свою боль. Но, по крайней мере, у него должно хватить духу сделать первый шаг в сторону вершины этого длинного холма.

Субару: Ну, в любом случае, пока ты отдыхаешь, ты можешь схватиться за голову и покрутится, думая о том, что только что произошло, но не забывай, что Патраш наблюдает.

Юлиус: Вы можете быть спокойны. Я не стану демонстрировать такое бесстыдство. ――Это было бы очень неэлегантно с моей стороны.

Субару: ……Такое чувство, что ты уже поправляешься.

Юлиус: Хм.

Ответ был очень похож на него, и щеки Субару расплылись в мягкой улыбке.

Он потерпел два поражения, в которых не смог чего-либо добиться.

Этот факт должен был принести ему невыносимое унижение и беспомощность, но он, казалось, преодолел эту первую волну эмоций.

Субару был рад, что не оставил его одного на той длинной лестнице.

Если бы это могло дать ему хоть малейшее спасение, это означало бы, что Субару действительно чему-то научился за время своего публичного унижения в замке.

Субару: ――Патраш, я оставляю это тебе.

В самом конце Субару дал своему любимому дракону напоминание, прежде чем он и Эмилия вышли из комнаты.

Когда они ушли, Патраш встала и села поближе к Юлиусу, чтобы лучше следить за ним. Увидев это, Юлиус горько улыбнулся.

Действительно, Патраш была мудрым драконом, верным своим наставлениям.

Учитывая ее дух и психическое состояние Юлиуса, можно было с уверенностью предположить, что с членами Зеленой Комнаты все будет в порядке.

Эмилия: …Может, мне на всякий случай заморозить дверь?

Субару: Меня всегда поражает воображение Эмилии-тан, но давай оставим это на крайний случай, ладно? Мне не хочется злить духа в этой комнате.

Эмилия: Мм, ты прав. Хихи, я просто хотела посмотреть, что ты скажешь. Просто шутка.

Мило высунув язык, Эмилия извинилась. Увидев это, Субару поджал губы, решив не говорить ей, что он оставит это как возможный вариант.

――В худшем случае, он подумает о том, чтобы удержать Юлиуса на месте силой.

В таком случае, лучшим человеком, способным остановить Юлиуса, все равно будет Эмилия, говоря как с её позиции, так и с точки зрения силы. К счастью, поскольку психическое состояние Юлиуса стабилизировалось, Субару почувствовал облегчение от того, что не было необходимости принимать такие меры.

Субару: В любом случае, давай оставим вопросы Зеленой Комнаты ее духу. Судя по тому, что я видел, раны Патраш заживали очень хорошо, так что Юлиус тоже скоро поправится.

Эмилия: Верно. Травмы Юлиуса… Они были не так плохи, как выглядели. Я думаю, что он скоро поправится. Наверное, Рейд сделал это.

Субару: …Легко справляется с лёгким, хах. Не могу же я позволить Юлиусу услышать все это, ех.

Субару согласился с тем, как Эмилия сформулировала свою догадку, почесав голову.

В то время как абсолютное владение палочками для еды звучало как плохая шутка, владение возможностью играть таким образом с кем-то сильным, как Юлиус, говорило всё о боевой доблести Рейда.

Первое поколение Святого Меча, Мужчина, который победил Ведьму Зависти вместе с Мудрецом и Драконом―― Перед лицом такого легендарного человека, у каждого не было другого выбора, кроме как кивнуть головой и принять вещи такими, какие они есть.

Но приличествует ли его личность человеку, носящему титул Легендарного героя, - это совершенно другой вопрос.

Субару: На данный момент нашей первой темой будет……

Рам: ――Придумать способ выполнить это надоедливое 2-е Испытание или что-то еще, прежде чем раны Рыцаря Юлиуса заживут, верно?

Субару: “――――”

И, прервав их разговор холодным голосом, появилась Рам. Она стояла, прислонившись спиной к стене коридора.

Застигнутая врасплох ограничением Зеленой комнаты, она ждала снаружи возвращения этих двоих. Выплеснув на нее свои самые сокровенные заботы, Субару потер щеки.

Субару: Неужели мое лицо действительно из тех, что так точно выдает все, о чем я думаю?

Рам: Я просто собрала воедино все тревоги, которые были на твоем лице. Прямо сейчас все вещи, о которых беспокоится Барусу, находятся внутри этой комнаты. Вот и все.

Субару: Черт, это даже не близко. Я беспокоюсь обо всех, включая Эмилию-тан и Беако, но я также беспокоюсь и о тебе, дорогая сестра. Это не ограничивается людьми, занимающими эту комнату.

Рам: Ха!

Рам, фыркнув, высмеяла поднятые вверх большие пальцы.

Субару, поджав губы, смотрел, как Рам уходит, повернувшись к нему спиной. Эмилия прикрыла рот рукой и захихикала рядом с ним,

Эмилия: Все в порядке. Рам просто немного разволновалась. Она просто не очень честна.

Субару: Я чувствую, что ты действительно предвзята, но если Эмилия-тан говорит так, то хорошо.

Наблюдая за ней со стороны, Субару повернулся и хрустнул шеей, прежде чем броситься в погоню за ней. Рам направлялась в одну из маленьких комнат на 4-м этаже.

Войдя в эту комнату,

Беатрис: ……Вы опоздали, я полагаю. Заставили нас ждать слишком долго. У Юлиуса все в порядке, я полагаю?

Ее голос доносился из самого центра комнаты. Глядя прямо на Субару и Эмилию, она осыпала их легкими оскорблениями, к которым примешивалась некоторая тревога за Юлиуса. Субару горько улыбнулся ее нечестному поведению.

Субару: Не волнуйся. Похоже, худшее уже позади. У него невероятно сильное чувство ответственности, поэтому он будет размышлять о том, что он сделал, я уверен…… Что ж, в ближайшее время он не будет создавать никаких проблем.

Беатрис: Если ты так говоришь, я приму эти слова за чистую монету. Таким образом, наши проблемы сужены еще больше, я полагаю.

Услышав о состоянии Юлиуса, Беатрис вздернула подбородок. Кивнув на ее слова, Субару обвел взглядом комнату.

Маленькая комната была одной из многих на 4-м этаже Сторожевой Башни, и в ней также хранились все вещи группы. Они все сели в круг, Субару и Беатрис сидели лицом к Эмилии и Рам соответственно. И теперь――

Субару: Мне нужно, чтобы ты рассказала мне больше об этом парне, Шаула.

Шаула: Ухии, Мастер выглядит действительно с-страшно! Но, но, я не ненавижу, когда он так жесток со мной. Это штука любви-ненависти.

Рам: Как она и говорит, Мастер. Отвратительно.

Субару: Я возражаю!

Обхватив руками свое сладострастно-женственное тело, Шаула извивалась вместе с Мейли, сидевшей у нее на коленях. Рам восприняла ее безумное поведение слишком буквально, но для Субару эти ложные обвинения были слишком тяжелы.

В любом случае,

Субару: Прежде всего, я хотел бы поблагодарить всех за помощь в поисках Юлиуса. Даже если мы не хотим этого, этот парень, скорее всего, придет позже, чтобы извиниться, так что пока он в порядке.

Эмилия: Все в порядке. Я тоже сказала Юлиусу, но я рада, что мы нашли его живым и невредимым. Я уверена, что все остальные чувствуют то же самое, верно?

Рам: Я бы предпочла, чтобы мое мнение не совпадало с мнением Эмилии-сама.

Субару: А!? И что это значит?!

Субару попытался перевести разговор в другое русло, но вскоре выяснилось, что между Рам и Эмилией возникли разногласия.

Рам ткнула пальцем в сторону удивленной Эмилии и начала,

Рам: Пожалуйста, слушайте внимательно. Насколько мне сообщили, 2-е Испытание должно быть преодолено всеми присутствующими в башне. И все же Рыцарь Юлиус взял дело в свои руки, не посоветовавшись ни с кем из нас, и предпринял вторую попытку самостоятельно…… Если будет совершен хоть один неверный шаг, это могло бы разрушить отношения сотрудничества, которые мы построили между фракцией Анастасии-сама и нашей.

Эмилия: Потому что только из-за его действий мы все могли быть дисквалифицированы?

Рам: Если бы это случилось, всё наше путешествие стало бы напрасным. Также неясно, отпустит ли нас экзаменатор 2-го этажа в целости и сохранности…… В том числе и этого фальшивого Мудреца.

Рам бросила взгляд на Шаулу, пока она объясняла все Эмилии. Возможно, она не считала это темой для разговора, поэтому указала на себя и спросила,

Шаула: Я? Неужели под фальшивым Мудрец ты имеешь в виду меня? Это действительно немыслимо, называть меня так! Я никогда не называла себя Мудрецом! Единственное имя, которое я даю, это единственное имя, которое дал мне Мастер, и это Шаула! Я предана своему единственному Мастеру!

Рам: Отвратительно.

Субару: Перестань смотреть на меня и говорить это! …Я не стану отрицать того, что ты говоришь.

Отбросив излишние вещи в сторону, учитывая то, что могло быть худшим сценарием, предположения Рам не могли быть оставлены в покое. Действия Юлиуса подвергали риску всех.

Даже если он не совсем понял суть 2-го Испытания, ――или, скорее, потому, что у него было полное понимание ситуации, что его действия были еще более неосторожными.

Рам: То, что это не похоже на Рыцаря Юлиуса, - это то, чего я, едва знающая этого человека, не могу сказать. Но, принимая во внимание даже Обжорство, я думала о нем как о человеке, который не стал бы делать таких вещей.

Субару: Ну, я с этим согласен… Но мои мысли немного отличается, так как я знаю этого парня. Я списываю это на Мужскую Корь.

Рам: Корь?

Субару: Я должен был сказать ветрянка?

Рам: “――――”

Во всяком случае, это имело оттенок "Болезни, которой каждый заразился хотя бы раз в жизни".

Таким образом, корь или ветрянку можно было бы легко сравнить с действиями Юлиуса и это было бы легче переварить, но получение их, когда человек взрослый, может иметь серьезные последствия.

Такие, что это может оказаться смертельно.

Субару: На этот раз это не было смертельно… Давай просто порадуемся этому и отпустим это.

Рам: ――Я просто не хочу, чтобы меня тянули назад другие.

Она отвернулась от Субару и прошептала.

Увидев, как напряглось ее лицо, Субару поднял брови.

Беатрис: Старшая из сестер не очень хорошо себя чувствует с тех пор, как приехала в башню. Может быть, усталость от долгого путешествия наконец настигла ее, или, может быть, роговая терапия не работает так хорошо, я полагаю.

Субару: Или, может быть, есть что-то еще, что беспокоит ее… Черт возьми, наверное, так оно и есть.

Сидя рядом с ним, держась за руки, Субару и Беатрис шептались друг с другом.

Вымещение своего разочарования действиями Юлиуса и раздражения тем, что она не видит способа выполнить Испытание, на Субару и Шаулу, было очень далеко от обычного поведения Рам.

Вполне вероятно, что источником этого разочарования было то, что она видит перед собой способ спасения Рем, но не может дотянуться до него.

Конечно, было бы неправильно говорить, что усталость или поврежденный рог, на которые указала Беатрис, не были связаны с этим.

И ум, и тело были нездоровы.

Все это было вероятными факторами, стоящие за вспышкой Рам.

Мейли: Что~о ж, ребят, вы хотите подраться~? Или вы, ребят, хотите, чтобы мы наконец продолжили~? Если вы не решите в ближайшее время, я не буду участвовать, знаете~.

В одно мгновение Мейли положила конец ухудшающемуся состоянию.

Прижавшись к Шауле, играя пальцами с ее косой, она лениво оглядела всех присутствующих в комнате,

Мейли: Пожалуйста, перестаньте ссорится, если можете, ладненько~? Мне не нравится, когда меня обижают или ~

Субару: Ты… Нет, ты права. Твоя позиция стороннего наблюдателя нас очень спасает.

Мейли: Это так~? Уфуфу, тогда, пожалуйста, будь благодарен, ладно~?

В ответ на его благодарность Мейли невинно улыбнулась, как юная девочка.

Однако в этой ее улыбке было и чарующее очарование, тонко описывающее ее опасную натуру.

Но даже перед лицом этой улыбки Субару выразил ей свою благодарность. Вспоминая прошлое, именно Мейли предложила отступить от Испытания раньше.

Наличие кого-то, кто мог сказать, когда нужно отступать в зависимости от ситуации, было большим плюсом.

Субару: Продолжай в том же духе, ладно? Важно смотреть на вещи спокойно.

Мейли: Ты действительно хорошо себя чувствуешь, хах~. Даже если ты говоришь такие вещи, моя работа будет закончена, когда мы выберемся из пустыни, верно? Я все равно ни на что другое не гожусь.

Субару: Я это вижу иначе. Наличие большего количества мыслящих голов очень помогает, и в сочетании с тем, что мы собираемся выбраться из пустыни живыми, находясь в башне, мы все должны разделить нашу судьбу друг с другом. Просто думай, что тебе не повезло и я на тебя положился.

Мейли: “――――”

Пораженная откровенным заявлением Субару о том, что он положился на неё, она глубоко вздохнула и сказала:

Мейли: …Я начинаю понимать, почему Петра-тян не чувствует себя с тобой непринужденно~.

Субару: ――? Причём тут Петра?

Мейли: Ерунда~. Кроме того, разве ты не хочешь спросить голую Сестрицу кое о чем~?

Отвернувшись, Мейли встала и начала толкать Шаулу в спину. Вероятно, не из-за силы ее крошечных рук, но Шаула бодро вышла вперед, села прямо перед ним и слегка наклонила голову.

Шаула: Возможно, я немного неопытна, но я оставляю себя на ваше попечение.

Субару: У тебя достойное восхищения отношение. Ну, а теперь перейдем к вопросу о свадебных подарках…… Ай! Ай! Ай! Эмилия-тан!? Беако!? Почему вы двое щипаете меня за бока?!

Эмилия: Просто так.

Беатрис: Ничего.

Даже если они сказали, что у них нет причин, они оба хотели сделать что-то большее, чем просто ущипнуть его за бока, но не решались нагнетать ситуацию дальше.

Как бы то ни было, Субару кашлянул, чтобы вернуть все на круги своя, и снова обратился к Шауле,

Субару: Парень сверху - безошибочно Рейд Астрея. Он сам это признал. Поэтому я прошу тебя, живого свидетеля того времени, просветить нас. Что он за человек?

Шаула: Человеческий мусор.

Субару: Я слышал тебя в первый раз, и, черт возьми, я даже видел это своими глазами.

Скривив губы, она изобразила выражение, неподобающее такой прекрасной даме, как она, когда вспоминала о своем покойном "друге". Если не считать того, что этот же покойный "друг" сидел в этом же здании, только этажом выше, воспоминания о нем казались ей определенно не очень приятными.

Ну, она действительно упала в обморок при одном только его появлении, с пузырящимся ртом и всем прочим. Так что в этом не было ничего удивительного.

Субару: Мы должны пройти мимо него, несмотря ни на что. Мне бы очень хотелось получить хотя бы один намек на то, как пройти Испытание 2-го этажа.

Рам: Так что, пожалуйста, расскажите нам все и вся о нем. Личность, привычки, отношения, симпатии, антипатии, слабости Святого Меча Рейда. Правильно, мы хотим знать его слабости. Говори.

Шаула: Ого, ты действительно подходишь так быс~стро! Если бы я знала, в чем его слабость, я бы ударила его в ответ! Другими словами, у него нет слабостей!

Рам: Тск, бесполезно.

Шаула: Ты, маленькая девочка, ведешь себя так, будто ты круче Мастера……

Может быть, у нее и была гордость как у Мудреца, но она, казалось, обиделась на высокое и могущественное отношение Рам.

Субару: Какого черта ты делаешь, прячешься? Ты определенно сильнее ее.

Шаула: Дело не в том, кто сильный, а кто слабый. Каким-то образом мои инстинкты подсказывают мне сделать это. Может быть, это Мастер боится. Это чувство страха овладевает мной, потому что мы разделяем разум и тело.

Субару: Не вини меня за отсутствие нервов.

Не в силах успокоиться из-за ощущения чего-то мягкого, прижавшегося к его спине, Субару схватил Шаулу за шею и потянул ее неохотное тело туда, где оно было.

Таким образом, сессия вопросов и ответов возобновилась, но――

Эмилия: Ммм… В конце концов, Шаула мало что знает о Испытании, верно?

Шаула: Дело не в том, что я не знаю. Я просто знаю, что еще не время рассказывать все. Я думаю, что все рас~скроется, когда башня будет завоевана.

Эмилия: Вот как… Я действи~и~ительно заинтересована.

Субару: Не играй с наивной Эмилией.

Рам: Даже если ты не знаешь слабостей Святого Меча, у него есть привычки, верно? Если у него есть боевой паттерн, например, мы смогли бы придумать способ борьбы с ним.

Шаула: Привычки, хах. Ах да, всякий раз, когда я пыталась убить его за сексуальное домогательство, у него хватало наглости чесать задницу, защищаясь! Разве это не паттерн?

Эмилия: Он просто издевался над тобой, хах...

Беатрис: Во-первых, условие прохождения Испытания неопределенно, я полагаю. Несомненно, Эмилия была признана, но должно быть еще одно условие…… Выполнение которого, по сути, также засчитывает признания.

Шаула: Я думаю, что он слаб к хорошеньким девушкам. Думаю, если мимо пройдет хорошенькая девушка, это может помочь.

Субару: Это значит, что нас с Юлиусом придется оставить позади, хах… Это довольно тяжелое условие.

Беатрис: С-Субару, возможно, сможет пройти, если он постарается изо всех сил, например, ослепив его, определенно, таким образом, я думаю, что он, возможно, действительно сможет пройти, я полагаю...!

Субару: Ты чертовски милая~.

И среди множества ненужных и бесполезных вопросов и ответов Субару обнял Беатрис и погладил ее по голове.

Находясь в его объятиях и позволяя себе быть избалованной им,

Беатрис: В любом случае, Эмилия добилась успеха. Простое совпадение. Этот человек просто случайно потерял бдительность, и она просто случайно смогла ударить его, я полагаю.

Субару: И как, по-твоему, это произошло?

Беатрис: Если бы Эмилия хотела убить, этот человек не был бы ранен. Таким образом, именно беспечность этого человека привела к победе Эмилии, я полагаю.

Эмилия: А? Только что, меня похвалили?

Беатрис: Я тебя похвалила.

Эмилия: А, как я и думала. Хихи, спасибо. Это делает меня по-настоящему счастливой.

Эмилия обрадовалась комплименту Беатрис, а Субару принялся еще сильнее гладить ее по голове.

Это была довольно запутанная ситуация, но все же было над чем смеяться и радоваться.

Субару: Что ж, в любом случае, довольно круто думать, что твоя способность противостоять зависит от количества намерений убить. Реальность такова, хах. Как серьезно ты к этому относишься.

Рам: ……ты должен поставить это наоборот. Как говорит Барусу, вы не поймете, насколько серьезен враг, но лучше не позволять ему становиться серьезным.

Субару: Не позволять становиться серьезным?

Услышав ее бормотание, Субару нахмурился, глядя на Рам. Услышав его вопрос, она на некоторое время погрузилась в глубокое раздумье, прежде чем ответить,

Рам: Правильно. Эмилия-сама была признана, потому что она вытянула из него условия и выполнила их…… Условие прохождения этого испытания - довольно серьезное препятствие, не так ли?

Субару: Я чувствую то же самое в отношении нечетких деталей условий. Диспозиция экзаменатора здесь складывается неплохо.

Рам: Вот почему я считаю, что лучше всего развлечь экзаменатора, и при этом представить условия, которые можно было бы использовать для Испытания. Кроме того, нужно победить экзаменатора, чтобы продвинуться на 2-й этаж.

Субару: “――――”

Принимая во внимание слова Рам, Субару почувствовал, что он понял это немного лучше.

Эмилия предложила условие "Не двигаясь ни на шаг", а затем, благодаря изрядному усилию в сочетании с крошечной каплей удачи, она ухватилась за свою победу―― учитывая беспечность Рейда, это была победа с самыми свободными условиями. Одержать победу с помощью физической доблести, следует считать после этого невозможным.

Субару: Даже если я соглашусь на это, он не согласится драться со мной в матче камень-ножницы-бумага, хах…

Эмилия: Ммм, значит, мы должны найти условие, которое убедит Рейда принять их, а затем сделать все возможное… Как я и думала, это Испытание - действительно трудный экзамен, над котором нужно серьезно подумать.

Субару: Вместо того, чтобы быть жестким, я бы сказал, что это другой вид оскорблений по сравнению с тем, что было на 3-м этаже.

Первым было испытание на мудрость (потустороннего рода), а после этого наступило испытание на силу(на уровне сильнейших в мире), противоречащее их выводам, поэтому должно быть что-то еще, что является главной темой этого Испытания.

Другими словами, хотя Испытание 2-го этажа отличалось от Испытания 3-го этажа, неоспоримым фактом было то, что природа этих двух Испытаний показала глубину зла создателя Сторожевой Башни, неуловимого Мудреца.

Все, что осталось, было――,

Шаула: ――Не в порядке и все такое. Просто успокойся. Не нужно так торопиться.

Субару: Даже если ты так говоришь, я знаю.

Шаула оглядела всех, занятых своими мыслями, а затем, сидя со скрещенными ногами, наклонившись влево-вправо, заговорила небрежным тоном: В ответ Субару и другие нахмурились на нее, но она приняла все это как должное, наслаждаясь веселым чувством, которое отразилось в ее сверкающих глазах,

Шаула: Я надеюсь, что Мастер и все остальные просто останутся здесь навсегда и навсегда и навсегда~а~а. Я ждала возвращения Мастера домой сотни лет.

Субару: Это…

Шаула: Вы, ребята, можете взять столько времени, сколько только хотите, чтобы выполнить Испытания. Я всегда буду присматривать за вами. ――Не важно, сколько дней, лет или даже сотен лет это займет.

Это были слова, над которыми нельзя было смеяться из-за тяжести, которую они несли.

В этом легком тоне она одарила всех мягкой улыбкой―― Нет, только Субару, для которого она несла тяжелую, тяжелую любовь, тяжестью в сотни лет.

Тяжесть того, что Мудрец велел ей жить в Сторожевой Башне и защищать ее.

Шаула говорила.

Было запрещено покидать Башню, не закончив Испытания. И если это будет нарушено, то она, даже если это будет ее любимый Мастер, нынешний объект ее привязанностей, Субару, она не проявит милосердия.

Даже если они провозглашают слова любви, даже если они поддерживают дружеские отношения, это не означает, что они будут союзниками.

Звездный Хранитель Сторожевой Башни Плеяд, Шаула, была всего лишь еще одним――

Шаула: ――Это нормально - просто остаться здесь и веселиться со мной!

――Как можно было понять по ее улыбке, ещё одним препятствием для тех, кто хотел пройти Испытания.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 31. Поощрение сотрудничества в Башне

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

――В конце концов, было решено, что покорение 2-го этажа Электра придется отложить.

Хотя они не смогли придумать идею, которая позволила бы всем прорваться через их нынешнюю ситуацию, самым большим фактором в их решении отложить было―― В животе у Субару заурчало.

Субару: Оглядываясь назад, я был без сознания целых два дня, прежде чем встал, и сразу же приступил к испытаниям башни… Неудивительно, что мой живот настолько пустой.

Только когда разговоры стихли, в животе у Субару заурчало, и он впервые осознал, насколько сильно проголодался.

На самом деле, быть неспособным сражаться на пустой желудок не было правдой, но что было правдой, так это то, что это влияло на способность правильно мыслить. В результате, как только желудок Субару начал урчать, чтобы выразить свое недовольство, все воспользовались этим как шансом подвести итог своим обсуждениям на данный момент.

Субару: Честно говоря, какая-то часть меня чувствует некоторое облегчение из-за этого…

Если оставить в стороне план прорыва на 2-й этаж, то в вопросах, предложенных Испытаниями Сторожевой Башни, наблюдалась определенная закономерность.

Наряду с осознанием мелочности вопрошающего, также обнаружилась точная природа опасности, которую представляла Шаула―― С самого начала все должны были опасаться ее из-за ее боевой доблести, но из-за того, что ее голова была пуста, и она слишком цеплялась за Субару, никто не оставался на страже вокруг нее.

"――Это нормально - просто остаться здесь и веселиться со мной!"

Не важно, сколько дней, лет или даже сотен лет――

Действительно, дерзкое заявление Шаулы напомнило всем, какую опасность она представляет. Как, вероятно, и должно быть.

Субару: Не то чтобы я планировал это или что-то в этом роде, но если мы сделаем перерыв в середине нашего завоевания башни, похоже, есть правило, которое если мы нарушим, то определенно сделаем её нашим врагом, верно…

Порывшись в памяти, он вспомнил одно из многих правил, о которых говорила Шаула.

Попытка уйти посреди Испытания, нарушение любого правила Испытания, проявление неуважения к Библиотеке и разрушение Башни. Если хоть одно из них будет нарушено, то Шаула снова станет врагом, которым она была, когда они впервые пытались войти в Сторожевую Башню.

Субару хотел избежать этого. Будь то с точки зрения военной тактики или из простого сентиментализма.

Субару: Но, черт. Просто торчать здесь годами напролет, как выразилась Шаула, кажется не очень реалистичным, так что я бы очень хотел избежать этого, но…

Как только он смотрит прямо на завоевание башни, всевозможные тревоги, естественно, поднимают свои уродливые головы со многих сторон.

Все уже потратили больше месяца на то, чтобы добраться до Сторожевой Башни Плеяд. Даже если они пройдут Испытания одно за другим без сучка и задоринки и завоюют Башню, и если им потребуется столько же времени, чтобы вернуться в Пристеллу, то это путешествие займет около трех месяцев.

Конечно, отступление на полпути было бы нежелательным решением, потому что это сделало бы Шаулу врагом, но крайний срок Королевских Выборов необходимо было учитывать, поскольку Эмилия и Анастасия были участниками.

Всего три года―― Прошло уже чуть больше года, и осталось меньше двух.

Конечно, время, которое можно накопить, и время, которое можно потратить, на самом деле были невероятно ограничены.

Беатрис: Но если ты будешь продолжать беспокоиться о завтрашнем дне, то ничего не добьешься. На данный момент, важно завтра, основанное на сегодняшнем дне, я полагаю. Поэтому…

Субару: Я должен есть до отвала, так?

Беатрис: Верно.

Она указала на него пальцем, когда он произнес эти слова.

Поскольку обсуждение было остановлено для приготовления еды, Субару воспользовался этим шансом, чтобы прогуляться по различным частям Башни―― Проводя свое свободное время, бродя по району, который все обозначили как свои жилые помещения.

А рядом с ним, крепко держа его за руку, шла Беатрис.

Причина, по которой они время от времени держались за руки, заключалась в том, что врата Субару были сломаны, и как его Дух, Беатрис собирала его накопившуюся ману. Но даже отбросив эту причину, Субару сам хотел держать Беатрис за руку, а сама Беатрис никогда и не отказывалась.

Субару: Кроме того, ты действительно беспокоилась обо мне, когда я был без сознания целых два дня, верно? Так что расслабься на сегодня и позволь мне побаловать тебя.

Беатрис: Прекрати свои глупые комментарии, я полагаю. Я только собираю Ману, которую не потрудилась собрать, когда ты спал. Бетти хочет всегда быть в своей лучше форме, особенно в этой Башне. Я просто хочу избежать недостатка подготовки.

Субару: Ты так говоришь, но разве не ты в конце концов держала меня за руку, пока я спал, хотя и не собирала мою Ману?

Беатрис: Это действительно не было связано с Маной, но действия, направленные на то, чтобы подзарядить сердце Бетти, всегда таковы, я полагаю.

Субару улыбнулся, когда Беатрис выпятила грудь, гордо заявляя о своих намерениях, не связанных с Маной, и он решил не указывать, что это было гораздо более неловко.

В любом случае, Субару поднял руку в знак согласия.

Они должны были держать в поле зрения Испытание 2-го этажа. Он ни в коем случае не хотел думать, что Испытание 1-го этажа также потребует большой боевой мощи, но он не мог исключать такую возможность.

Более того, дуэт Субару и Беатрис обладал функциональностью даже вне боя. А для этого ему нужно, чтобы Беатрис была в лучшей форме все время.

Субару: Хорошо, Беако! Теперь я в порядке, так что можешь не обращать на меня внимания. Просто продолжай высасывать мою Ману, пока не станешь круглой и...!

Беатрис: Бетти не раздуется как мяч если соберет много Маны! Более того, мне интересно, осознаешь ли ты, сколько Маны у тебя есть, даже если ты чувствуешь себя хорошо, я полагаю. Я не могу допустить, чтобы ты снова рухнул, потому что я отняла у тебя то немногое количество Маны, что у тебя есть, я полагаю.

Субару: Эй, эй, если это так, то что ты предлагаешь делать?

Беатрис: Просто послушай меня! По крайней мере, тебе нужно наесться досыта, отдохнуть, восстановить силы и Ману, а также усердно работать и составлять компанию Бетти. В этом состоит твоя миссия.

Субару: Теперь я уверен, что у меня все хорошо, и я также уверен, что ты просто хочешь, чтобы я не давал тебе чувствовать себя одинокой... ах.

Он ловко изобразил на лице сложную смесь досады и обаяния. Вдруг, он остановился, услышав чьи-то шаги в дальнем конце коридора.

Заметив там Субару и Беатрис, Эмилия удивленно подошла.

В руках она держала металлический контейнер, выкрашенный в серебристый цвет―― ведро.

Субару: Ведро, ха? Даже в такие моменты, как сейчас, Эмилия-тан старается изо всех сил. Хочешь попрактиковаться в пении?

Эмилия: Хихи, что ты говоришь, Субару. Я, конечно, получаю большую помощь от Ведра-сенсея*, когда занимаюсь пением, но сейчас не самое подходящее время для этого, понимаешь?

(imy: bruh)

Субару: Хорошо, хорошо. Так что с ведром?

Эмилия: Ну.. Конечно, я заставляю Ведро-сенсея делать свою обычную работу.

Улыбнувшись на вопрос Субару, Эмилия сунула ему ведро. И, действительно, он был полон воды, так что Ведро-сенсей действительно хорошо справлялся со своей обычной работой.

Однако, даже если ведро выполняло свое предназначение, само собой возникал вопрос.

Субару: Э-э, но откуда вода? Башня окружена пустыней, так?

Эмилия: А, нет-нет, вот тут ты ошибаешься, Субару. Если пройти мимо Башни дальше, действи-и-ительно далеко, то там должны быть Великие Водопады. И там есть куча воды, так что…

Субару: Ты прошла весь этот путь, только ради ведра воды. Все для меня.

Эмилия: Если бы это было для тебя, Субару, я бы сделала это с лёгкостью, но дело не в этом. По правде говоря, дух в Зеленой Комнате может давать нам свежую и чистую воду.

Она почему-то говорила с гордостью на лице, но Субару почувствовал головокружение от маленькой части того, что она сказала, прежде чем рассказать ему правду о ситуации.

Если бы это было для Субару, она пошла бы за водой даже из Великого Водопада. Это делало его невероятно счастливым.

Субару: Пока мы этим занимаемся, счастливые и все такое, знаете… Этот дух - действительно нечто. Даже за пределами исцеления ран и всего остального.

Эмилия: Если дело просто в изготовлении воды, то мы с Беатрис тоже можем сделать это с помощью магии, но…

Беатрис: Миазмы слишком густы вокруг Песчаных Дюн и Башни, я полагаю. Было бы гораздо разумнее не пить воду, созданную из Маны, на которую они влияют.

Эмилия: Так оно и есть.

Субару: Понятно.

Беатрис объяснила невозможность Эмилии, и Субару понял, в чем проблема.

Проблема обеспечения питьевой воды для путешествия до этого момента, которую следовало бы считать важной, если бы это было нормальное путешествие, была более или менее решена с помощью магии.

Пока у кого-то есть Мана, не было необходимости носить с собой большое количество питьевой воды, поскольку ее можно было производить столько, сколько нужно. Магия сделала вещи чрезвычайно удобными в этом случае.

Субару: Это не загрязнение воздуха, а скорее загрязнение маны, хах? Значит, это плохо? Пить эту воду?

Беатрис: Я не знаю, будут ли замечены какие-либо немедленные изменения в теле, я полагаю. Но чем больше пьешь, тем больше Миазм проникает. Если это произойдет, в самом худшем случае, возможно развитие физического состояния, как у Субару, и получение особого внимания со стороны Магверей. Меня бросает в дрожь при одной только мысли об этом.

Субару: Странно слышать это от меня, но это действительно довольно сложно, жить с этим и все такое…

Он часто пользовался этим своим особым свойством в разное время, но это было скорее последнее средство и не то, что можно было использовать часто. Даже помимо этого, если бы он отправился в поход в горы по какой-либо причине, был бы риск случайно оказаться в окружении Магверей.

Если бы был выбор, то не иметь такого физического состояния намного лучше, чем иметь.

Эмилия: И поэтому мы используем очищенную родниковую воду духа Зеленой Комнаты как можно больше. Мы делали то же самое, когда Субару спал два дня подряд.

Субару: Хммм, так вот как это было.

Он был впечатлен условиями жизни в Сторожевой Башне Плеяд.

И пока он размышлял над разговором о родниковой воде, что-то ударило Субару. Это даже было связано с осторожностью, которую он чувствовал по отношению к Шауле только что.

Субару: Отложим в сторону воду, как у нас дела с едой? Мы действительно пополняли запасы в том городе за пустыней, но у нас ведь были некоторые проблемы.

Эмилия: Ты можешь расслабиться, Субару. Не беспокойся об этом. Даже если было немного хлопотно, еда не испарилась. Она вся все еще находится в драконьей повозке. Но, гм…

Субару: Как бы ты ни пыталась сказать, её хватит дай бог на месяц, так?

Даже если питьевая вода была отложена в сторону, существовал предел веса того, что можно было перевозить в Драконьей повозке. Более того, потребности в еде не ограничивались только Субару и компанией. Их напарники драконы, Патраш и Джиан тоже нуждались в пище. Помня об этом, они запаслись едой на месяц.

Убегать только с их жизнями в руках - не та цель, к которой они стремились во время испытаний Башни. Таким образом, у них был всего месяц, чтобы должным образом покорить Сторожевую Башню Плеяд и отправиться в ближайший город.

Их крайний срок составлял всего один месяц.

"――――"

Субару: Тем не менее, я действительно не планирую оставаться здесь весь месяц.

Эмилия: Субару…

Заметив намек на беспокойство в ее глазах, Субару улыбнулся.

У них был крайний срок, и у них было много проблем, но если они уклонятся от них, ничего не начнется.

Субару: Во всяком случае, всего за один день… Ах, ну, из-за меня мы начали чуть позже, так что, честно говоря, это третий день с тех пор, как мы добрались до Башни, но мы уже прошли первое Испытание, и Эмилия-тан легко одержала победу во втором.

Эмилия: Э-это действительно не правильно говорить "легко одержала", хотя…

Субару: Ты должна приправить эту часть хорошим блефом, так что все в полном порядке.

Он ткнул пальцем в Эмилию, выкрутив высокомерие на максимум, затем притянул Беатрис ближе к себе и положил подбородок ей на макушку.

Таким образом, и Субару, и Беатрис смотрели на Эмилию.

Субару: Не имеет значения, является ли наш противник бывшим сильнейшим Святым Меча или кем-то еще. Мы с Беако собираемся исколотить этого одноглазого ублюдка с палочками нашими блестящими стратегиями.

Беатрис: Это так, я полагаю. Исколотить его лицо.

Эмилия: Исколотить…

Субару: В наши дни никто по-настоящему не говорит "Исколотить".

Эмилия: Не важно! Это так несправедливо! Вы двое все время повторяли это так…!

Попав в их ловушку, Эмилия надула покрасневшие щеки.

Когда они добавили новый паттерн к своему обычному дразнению, Эмилия вздохнула, и ее беспокойство немного ослабло.

Эмилия: Ун, хорошо, я все понимаю, я все прекрасно понимаю. Услышав это от Субару, кажется, что это было действительно легко. Но это заставляет тебя звучать так же надежно.

Субару: Да, просто верь, продолжай надеяться и продолжай любить меня. В конце концов, именно поэтому я твой рыцарь.

Эмилия: Это верно. Тогда я буду на твоем попечении, мой дорогой рыцарь.

Субару: Э-э, только что ты не отрицала любовь, так что у меня немного закружилась голова…

Эмилия: "―――?"

Шепот любви, который он смешал с их обычным подшучиванием, казалось, соскользнул, поэтому он почувствовал легкое разочарование. Что ж, даже если бы ему ответили должным образом, его чувство волнения не исчезло бы, так что на самом деле так было лучше.

В любом случае――

Субару: Я знаю, что немного поздно спрашивать, но разве не странно, что именно Эмилии-тан было велено принести воду? Это та работа, которую должен выполнять... точно не Рыцарь, но разве это не та работа, которую делают подчиненные?

Эмилия: Все действительно хорошо. Ты можешь быть моим Рыцарем, но я не хочу, чтобы наши отношения были отношениями хозяина и слуги. Я просто хочу, чтобы ты помнил об этом, так что просто тихо балуйся. Ты сейчас выздоравливаешь.

Субару: Что с тобой, Эмилия-тан?! Если ты будешь так баловать меня, я умру от счастья!

Эмилия: Кроме того, я отвечаю за сегодняшний ужин! Я хочу сделать все сама!

Беатрис: Похоже, она серьезно относится к обоим заявлениям. Именно поэтому ее так трудно предсказать, я полагаю.

Беатрис коротко вздохнула, услышав заявление Эмилии. А затем, когда Субару положил подбородок ей на голову, она помахала Эмилии рукой,

Беатрис: Послушай, Эмилия. Субару не собирается расслабляться, пока ты здесь. Ты также задерживаешь приготовления к нашей трапезе, так что поторопитесь и уходи, я полагаю.

Эмилия: Правда? Хорошо. Тогда увидимся позже. С нетерпением ждите, хорошо?

Беатрис: Мы будем ждать с "ликованием".

Беатрис отослала Эмилию вместо бесхребетного Субару. Ее реакция на слова Эмилии отражала тонкую разницу в их восприятии.

Эмилия: Я позову вас, когда все будет готово, так что не уходите слишком далеко, хорошо?

Беатрис: Мы будем на 4-й этаже, я полагаю. Что касается того, сможем ли мы услышать твой зов или нет…

Эмилия: Попалась. Я буду говорить громче.

Беатрис: ...хорошо, хорошо.

Обменявшись улыбками, Эмилия пошла своей дорогой с ведром в руке, помахав рукой, когда исчезла за углом. Убедившись, что Эмилия ушла, Беатрис посмотрела на Субару, чей подбородок всё ещё был на её голове.

Беатрис: Теперь, я надеюсь, ты успокоился, я полагаю.

Субару: ...Да, теперь я в порядке. Я не совсем понимаю, но мне вдруг показалось, что Эмилия-тан была очень милой. Как и всего остального, но у Эмилии больше нет того цвета, поэтому я чувствую себя намного лучше, когда вижу, как она действительно улыбается.

Беатрис: Я не поняла ни слова из того, что ты сказал. Это было даже хуже, чем обычно! И кроме того…

Субару: Кроме того?

Он рассказал Эмилии о своих истинных чувствах в стихотворной форме с невозмутимым лицом. Поэтому Беатрис прижалась спиной к груди Субару и,

Беатрис: Это несправедливо, что ты так увлечен Эмилией, я полагаю. Твой партнер - Бетти. Пожалуйста, действуй с осознанием этого факта, я полагаю.

Субару: Ты, ты действительно милая маленькая штучка, не так ли?

Беатрис: Ммгья-!

Поскольку она вдруг показалась ему слишком милой, Субару подхватил ее на руки и закружил, терясь* своими щеками о ее щеки.

(imy: тёрся. я хз как склонить и можно ли вообще. не бейте)

Субару: Все в порядке, расслабься. Ты тоже очень важна для меня. Как бы это сказать, прямо сейчас всё вокруг меня выглядит так прекрасно, но ты выглядишь особенно эффектно. Я люблю тебя, Беако!

Беатрис: П-подо-подожди! Я поняла, я поняла, хорошо? Так что отпусти меня уже! Отпусти, я полагаю! Я уже все поняла, так что, отпусти меня!

Но даже когда Беатрис кричала с красным, как свекла, лицом, Субару не отпускал её.

И вот, он бродил по коридорам 4-го этажа, кружась в каждом свободном пространстве, все еще держа Беатрис в своих объятиях, с ликованием.

Оставалось еще много времени до того, как Эмилия позовет их на обед, так что их голоса еще некоторое время будут наполнять залы радостными криками.

***

Итак, свободное до еды время не было потрачено буквально на вращение.

Субару воспользовался шансом поучиться на 4-м этаже, представленном Беатрис. Она была здесь больше него, на два дня больше, чем он, так что ему предстояло многому научиться.

Хотя, как бы то ни было, в первую очередь это место называлось "Сторожевой Башней".

Тем не менее, не было никакой необходимости беспокоиться о её пригодности для проживания, и на самом деле ничего лишнего не нужно было делать, чтобы улучшить комфорт проживания, даже в жилом районе на 4-м этаже. Единственными специальными помещениями были Зеленая Комната, которая стала их лечебницей, и большая комната, в которой находилась лестница, ведущая на 3-й и 2-й этажи.

Помимо большой лестницы, ведущей на этаж ниже, здесь было много комнат поменьше, разбросанных тут и там, без видимого смысла.

Субару: Странно, что нет карты, но я уверен, что чувствовал бы себя еще более странно, если бы она у нас была. Эта Башня определенно имеет жуткий дизайн, я абсолютно уверен в этом. Я точно не поклонник такого рода конструкций.

Беатрис: Интересно, о чем ты вообще говоришь… Обычно можно было бы предположить худшее из всего, учитывая, насколько неприятно содержание Испытаний, я полагаю. Осуждение души создателя на данный момент является данностью.

Шаула: Ах! Прямо сейчас, ты плохо сказала о моем Мастере! Кусачка, ты ругаешь моего Мастера! Это он построил эту Башню, знаешь! И вы согласны с этим, Мастер?! Если вы балуете ее только потому, что она маленькая, то она вырастет совсем испорченной! Это один из тех случаев, когда вы должны ругать! А потом, потом вы сможете меня баловать сколько захотите! Идите сюда!

Субару: Просто заткнись уже...

Шевеля губами, как будто она убила огра(1), Шаула попыталась найти недостатки в Беатрис. Но на самом деле Беатрис не сказала ничего особенно плохого, но ему было больно объяснять.

(П/п: Эта фраза означает, что кто-то ведет себя горделиво или хвастливо, но ничего не сделал, чтобы это оправдать.)

Не было никакого смысла пытаться различать Субару, ее Мастера и Мудреца каждый раз. Тем более что они использовали это недоразумение в своих интересах.

Эмилия: Ээй, перестаньте все время дурачиться. Шаула тоже, пожалуйста, успокойся.

Шаула: Эээ, я не могу это принять. Это дискриминация. Дискриминация между кусачек!

Эмилия: Если она действительно сделает что-то плохое, Субару должным образом отругает ее. А раз он этого не делает, значит, Беатрис не сделала ничего такого. И кроме того, вполне естественно, что младшие ценятся больше. Мы должны быть терпеливы, Шаула.

Беатрис: Хотя Бетти старше всех остальных, мне не нравится, что со мной всегда обращаются как с ребенком, я полагаю…

Субару: Да, да, просто покажи им, сколько тебе лет.

Он улыбнулся и погладил Беатрис по голове, чтобы успокоить ее.

В ответ на призыв Эмилии к трапезе все собрались в большой комнате на 4-м этаже―― Месте, где хранился их груз и груз драконьей повозки.

Все, кроме Рем и Анастасии, поскольку обе были без сознания, присутствовали. Все сидели лицом друг к другу.

Все, кроме этих двоих, что означало――

Юлиус: ――Прежде чем мы начнем, не позволите ли мне немного поговорить, Эмилия-сама?

Юлиус сказал это, входя в комнату последним.

Юлиуса практически бросили в Зеленую Комнату, чтобы он оправился от ран, но его причина появления определенно не ограничивалась участием в трапезе.

Он отказался от предложения отнести еду в Зеленую Комнату.

И в ответ на его вопрос Эмилия, которая заведовала этим местом, кивнула,

Эмилия: Разумеется. Но, знаешь, тебе на самом деле не нужно спрашивать моего разрешения.

Юлиус: Поскольку Анастасия-сама в настоящее время отсутствует, тот, кого следует уважать больше всего, - это Эмилию-сама. Более того, мое эгоистичное отношение уже доставило вам неудобства. И я не могу сказать, что это ограничено только этим случаем.

Покачав головой, он ответил ей, изящно все сформулировав.

Его скромные манеры и честный нрав были частью его обычной натуры. Однако присутствовали и люди, которые не восприняли бы его речь в благоприятной манере.

Рам: Замечательно. Действовал бы ты так заранее.

Субару: Рам…

Рам: У нас и так достаточно безрассудства и упрямства с Барусу. На самом деле гораздо естественнее разочароваться в человеке, который казался нормальным. Я надеюсь, что ты позаботишься о том, чтобы не повторять этого в будущем.

Рам резко оценила произвол Юлиуса.

Холод в ее голосе и глазах был ее обычной чертой, но в этот раз Субару чувствовал, что выражение ее лица было гораздо более жестким. Даже если она была резка, как обычно, в ее словах был определенный намек на беспокойство.

Эмилия: Рам, на этот раз ты зашла слишком далеко.

Рам: ...пожалуйста, примите мои искренние извинения, Эмилия-сама. Отныне я буду более осторожна.

Она тут же извинилась за свою горечь, а затем мимолетно кивнула Юлиусу. Как таковой, не было никакого смысла продолжать развивать эту тему.

Кроме того, было неправильно винить Рам за то, что она не была уравновешенной. Она не держал зла и не испытывала ненависти к Юлиусу. Она просто хотела спасти Рем и делала для этого все, что было в ее силах.

Юлиус: Мои искренние извинения как Мадам Рам, так и всем остальным. Я причинил всем много беспокойства.

Прекрасно понимая, что слова Рам были всего лишь тем, что он пожинал то, что посеял, Юлиус склонил голову и тоже отбросил эту тему.

Это было то, что Юлиус хотел сделать, прежде чем приступить к еде.

У Субару были подозрения насчет предыдущего поведения Юлиуса. Он уже простил его за это, но простил ли Юлиус себя - это совершенно другой вопрос.

Это был первый шаг, который он сделал, чтобы начать ритуал освобождения от грехов.

Эмилия: Хорошо! Юлиус извинился. Я принимаю эти извинения. Это дело закрыто.

Хлопнув в ладоши, Эмилия подытожила свои чувства по этому поводу. Субару, сопровождаемый Беатрис, кивнул.

Субару: Ну, я уже позволил ему это с моей стороны, так что еще больше будет позором для наших самурайских обычаев.

Беатрис: У Бетти такое же мнение. Это нормально, если ты просто восстановишь лицо перед будущими действиями, я полагаю.

Юлиус: ...Моя благодарность.

Прошептал он себе под нос.

Вдруг Мейли ответила на его шепот благодарности. Сидя на полу, вытянув ноги и теребя свою косу, она заговорила:

Мейли: Разве это не прекрасно~? В конце концов, он не умер~ И в любом случае я не особо беспокоюсь о Мистере Рыцаре~

Шаула: Мастер говорит, что нет проблем, так что у меня тоже нет проблем. Без пропуска~

Субару: Да нет, нет, пропуск - это нечто совершенно другое…

Мысли Мейли, скорее всего, были именно такими, как она их сформулировала, а не размышлениями о Юлиусе. Шаула же, которая согласилась, была в той же лодке.

Помимо Шаулы, которая была связана с Башней и чье истинное положение все еще оставалось загадкой, позиция Мейли во всем этом также была неопределенной.

И вот――

“――――”

Только Рам не ответила прямо на извинения Юлиуса, не сказав ни слова о том, простила она его или нет.

Она просто накинула на голову капюшон своего белого халата и уставилась на еду.

Юлиус молча принял это. Все сделали то же самое. Это само по себе было личным делом, и все чувствовали, что лучше оставить все как есть.

Эмилия: ――Что ж, тогда давайте начнём. Сегодня мы с Рам были поварами.

Рам: Мы не могли использовать огонь, поэтому вложили немного нашей мужественности. В противном случае, это должно быть прилично(неплохо).

Эмилия: Хмм, верно. Действи-и-ительно прилично... Разве прилично не звучит немного странно?

Ее голос напомнил всем об их нынешнем состоянии. Несмотря на то, что она наклонила голову, чтобы задать вопрос, ни Рам, ни кто-либо другой не ответил ей.

Так или иначе, после этого обмена репликами все сели за свой драгоценный ужин.

Большая часть пищи у была либо копченой, либо сушеной, поэтому, естественно, пища была грубой и жесткой―― Однако, магия оказалась очень полезной и здесь.

С помощью специальной Ледяной Магии Эмилии удалось создать карманный холодильник в драконьей повозке, позволяющий хранить свежие ингредиенты в течение длительного периода времени.

Из-за этого группа смогла иметь много свежих фруктов, уравновешивая свой рацион с постоянным сухим мясом.

Эмилия: Мы все еще должны использовать продукты питания, которые быстро портятся.

Субару: Знаешь, нам очень повезло, что мы вообще можем беспокоиться об этом. Ты действительно E-M-S! С этим путешествием и всем прочим, я уверен, что твоя стряпня стала еще лучше, так что, может быть, я буду есть мисо суп каждое утро до конца своей жизни?

(Silly: Emilia-tan, Maji Shoku no Megami - Эмилия-тан - богиня еды.)

Эмилия: Извини, я не понимаю, о чем ты говоришь.

Тем не менее, рост кулинарных навыков Эмилии был правдой.

По просьбе самой Эмилии приготовление пищи в этом путешествии делалось по очереди. Конечно, было само собой разумеющимся, что Эмилия никогда не готовила сама, а училась, следуя по стопам другого повара.

Благодаря этому не было никого, кто продолжал бы сжигать свою тарелку с дайсукияки до углей.

Потому что ее назначили ответственной за ту часть приготовления, которая не касалась блюд.

Кстати, единственными людьми, которые действительно умели готовить, среди участников этого путешествия были Субару, который приобрел этот навык за год работы слугой в особняке, Юлиус, который, по-видимому, мог делать все, что ему вздумается, и, наконец, Рам, чья стряпня была на удивление неплохой.

Даже по пути в Пристеллу единственными людьми, которые взяли на себя обязанности по приготовлению пищи, были мужчины - трио Субару, Отто и Гарфиэль, которые определяли свою очередь с помощью камень-ножницы-бумага.

Оставив это в стороне――

Рам: ――смотря на меня так, тебе есть что сказать?

Субару: ...не, просто, я знаю, что прошло уже больше месяца с тех пор, как мы начали это путешествие, и все такое, но я все еще не могу в это поверить. Та самая Рам умеет готовить.

Рам: Мне было интересно, что ты собираешься сказать, но это просто…

Используя его многозначительный взгляд в качестве оправдания, Рам вздохнула, не желая скрывать свое отвращение к нему.

Рам: Единственная причина, по которой Рам не подходит к кухне, заключается не в том, что Рам не умеет готовить, а в том, что она не хочет этого делать. Я не собираюсь прикасаться к какой-либо кулинарии, которая не включает в себя приготовленный на пару сладкий картофель.

Субару: Так вот почему... Ну, вот и все.

Рам: Хм, вот и все… Интересно, почему я делаю исключение только для сладкого картофеля на пару?

На ее лице появилось сложное выражение, когда она сама усомнилась в своих предпочтениях. Когда Субару взглянул на ее профиль, он тоже вздохнул.

Независимо от типа домашней работы, Рам всегда была позади Рем.

Теперь, когда все следы Рем были стерты из мира, Субару заметил, что их сестринская связь, возможно, не соответствовала их номинальной стоимости.

По правде говоря, Рам должна была выполнять любое порученное ей задание, независимо от того, присутствовало ли оно в ее списке обязанностей горничной. Таким образом, возможно, что отсутствие Рем не имеет никакого отношения к ее способностям в первую очередь.

Другими словами, если Рам подумает об этом, она могла делать все, что хотела, пока Рем была в добром здравии. Причина, по которой она этого не делала, скорее всего, была связана с―― Не с её ленью.

Субару: “――――”

Субару чувствовал, что ему не следует копаться в этих конкретных вещах.

Нынешняя Рам, конечно, ничего об этом не знала. Он чувствовал, что если Рем вернётся, то в любом случае не будет необходимости поднимать этот вопрос.

То есть, когда она вернется.

Субару: Я вроде как догадывался, что так и будет, но у тебя действительно нет манер за столом, не так ли?

Шаула: "чавк, чавк*… А? Мастер, вы только что что-то сказали?

Она несколько раз моргнула, глядя на Субару, который хмуро смотрел на нее.

В этом мире было немало первоклассных красавиц, которые полностью растрачивали свою красоту впустую. Шаула была первоклассной из этого высшего класса, до такой степени, что она была наравне с Лилианой.

Поднося еду ко рту, Шаула почесала голову другой рукой.

Субару: Эй, не разговаривай с едой во рту. Ешь или говори, делай что-то одно.

Шаула: Хорошоо, тогда я поговорю с Мастером! Я могу говорить со своим Мастером целую вечность~

Субару: Кто бы захотел вот так с тобой болтать!… Просто молчи и ешь.

Шаула: Хорошоооо~

В то время как он должен был чувствовать некоторое уважение к ее уровню лояльности из-за желания поставить разговор с Субару выше еды и тому подобного, он также чувствовал, что именно потому, что она была так готова подчиниться, ее уровень риска на самом деле был таким низким.

Действительно, ее природа как личности, ее способности во всех других отношениях и уровень опасности, которую она представляла для всех, были в полном дисбалансе.

Мейли: Скажи, полуголая сестрица~ У тебя действительно, гм, ненасытный способ есть, ты действительно была так голодна~?

Шаула: Нет, просто эта еда оочень вкусная! Я действительно не думала, что еда - это такое большое дело. Я просто брала что-нибудь и кончала с этим, но если это действительно так вкусно, я бы не возражала даже стать учеником этого полудемона!

Эмилия: А? Моим учеником? В смысле, в кулинарии?

Вместо того, чтобы остановиться на ответе Мейли, она вышла за рамки темы и щелкнула пальцем Эмилии, проглотив все, что она жевала. Эмилия вздрогнула от неожиданности, в то время как Шаула продолжала качать головой вверх и вниз,

Шаула: Эта еда довольно хороша. Тебе меня не одурачить. Я тоже займусь готовкой, сразу же научусь этому и проберусь в сердце Мастера через его желудок, и не дам ему спать сегодня ночью!

Мейли: Мы слышим твои истинные намерения~

Эмилия: Шаула, я понимаю твои чувства. Но знаешь, путь повара - это труднопроходимая тропа. Если ты действительно готова, я серьезно подумаю о том, чтобы взять тебя в ученики.

Субару: Эмилия-тан, ты действительно дерзко относишься к самым странным вещам.

Кроме того, 70% сегодняшней готовки, скорее всего, были результатом работы Рам. Так что было забавно наблюдать, как Эмилия ведет себя так, будто она выяснила все, что нужно для приготовления пищи, и как Шаула была слишком увлечена кулинарией любительского уровня.

Субару: Я чувствую, что должен сделать это, хотя тут так много вкусных вещей. Готовка Эмилии-тан… Ну, она получает высокие оценки только потому, что именно она это сделала, но, если отбросить это в сторону, то она довольно средняя. Кстати, что ты обычно ешь?

Шаула: Спасибо, что спросили меня, Мастер. В моих привычках в еде на самом деле нет ничего особенного. Обычно я наполняю себя, поджаривая все, что ловлю.

Субару: Все, что ты ловишь… Эй, подожди, ты имеешь в виду тех Магверей снаружи?

Шаула выслушала вопрос Субару, затем сложила руки под своими пышными холмиками и несколько раз кивнула.

Иметь постоянный рацион из Магверей было слишком странно, чтобы быть нормальной вещью. Поэтому, чтобы воспользоваться советом специалиста, Субару повернулся к Беатрис и задал естественный вопрос своим взглядом.

Субару: Я знаю, что мы только что говорили о том, чтобы не пить воду, которая смешана с миазмами некоторое время назад, но,

Беатрис: Я даже не хочу думать, полезно ли мясо Магверя для тела или нет. Дело только в том, что это не что-то настолько опасное, что немедленно приведет к плохим последствиям, я полагаю.

Юлиус: Согласно некоторым записям, в прошлом было несколько исследователей, которые собирались съесть мясо Магверя.

Пока Субару пальцами разглаживал морщинки между бровями Беатрис, Юлиус рассказал интересную информацию.

Когда выражение лиц всех присутствующих заставили его продолжить после того, как он остановился, Юлиус закрыл один глаз и начал заново,

Юлиус: Как мы уже знаем, Магвери имеют привычку нападать на людей. Будь то в середине их марша или во время долгого путешествия, если кто-то был достаточно стеснен в еде, они могли найти множество Магверей, бродящих по ограниченным территориям. В конце концов, им и в голову не приходит прятаться. Магвери всегда будут нападать. Если их победить, то было очевидно, что будет получен хороший источник пищи. Нет никаких сомнений, что были люди, которые действительно так думали.

Субару: Ну, хорошо ли это закончилось для них?

Юлиус: Чтобы улучшить свое положение с продовольствием, они, по-видимому, столкнулись со многими перипетиями, прошли через множество проб и ошибок. Однако, сильного улучшения не было обнаружено. Конечно, те, кто его ел, обнаружили, что оно не ядовито, но…

Субару: Но?

Юлиус: Кажется, есть проблема со вкусом.

Субару выглядел удивленным, что это оказалось проблемой вкуса.

Если оно было плохим на вкус, то можно было прикрыть его различными специями или другими приправами. Это правда, что мясо диких зверей имело такой сырой и землистый вкус, но если оно не было ядовитым, то они должны были, по крайней мере, постараться немного сильнее.

Юлиус: Это было все, что было записано в литературе. Мисс Шаула, каков ваш личный опыт?

Шаула: На вкус оно похоже на песок, который промыли в воде. Полностью.

Субару: Ах, оно из тех, где специи не помогут.

Шаула: Если Мастер захочет попробовать, я зажарю Голодного Конного Короля целиком. Это так отвратительно, что ты становишься супер зависимым. Шучу.

Узнав, какой невообразимой вещью был ее 400-летний рацион, все единодушно решили больше не винить ее за плохие манеры за столом.

Субару вежливо отклонил предложение зажарить Кентавра. Во-первых, этот особенно тревожный Магверь уже был в огне.

Субару: Я думал, что беспокойство о еде - настоящая проблема, но…

Он плюхнулся на землю и закрыл лицо руками.

В конце его видения была Шаула, все ее лицо было освещено такой яркой улыбкой, что у других могли появиться слезы, когда она набивала рот разнообразной едой, и у Эмилии, которая смотрела, как Шаула ест, чувство материнства еще больше стимулировалось, что потенциально могло привести ее к дальнейшему улучшению своей кулинарии.

Один месяц - это было то количество времени, на которое приходилось все их питание, включая избыток.

И если Шаула будет продолжать есть в том же темпе, их лимит времени может сократиться ещё больше, подумал Субару.

В версии с изображениями тут находится картинка.

***

Как только они закончили трапезу и искупались в родниковой воде (состоящей в основном из обтирания их тел), день закончился, и пришло время ложиться спать.

В свете их нынешней ситуации можно было бы сказать, что Команда по Завоеванию Башни должна провести ночь, пытаясь придумать план выхода из их нынешнего тупика, но в настоящее время все чувствовали, что это не сработает.

Ожидать, что завтрашние вопросы будут решены их завтрашними "я"―― было бы более уместно, чем полагать.

Субару: Не то чтобы нас просто ударят этим по лицу. Давайте подождем еще немного.

Учитывая, каково было содержание Испытания на 2-м этаже, в худшем случае им, возможно, придется снова войти на следующий день вообще без плана.

Вместо того, чтобы придумывать обходной путь, ударьте по нему всем, что у вас есть, хотя, по правде говоря, все они хотели избежать того, чтобы на самом деле разорвать его на части. По крайней мере, их экзаменатор, Святой Меча Первого Поколения, не собирался их убивать.

Или, может быть, они даже могли бы найти способ преодолеть это конкретное препятствие, просто поговорив с ним. Точно так же, как Эмилия вытянула из него свои условия победы, просто поговорив.

Субару: Ну, я должен делать то, что должен, чтобы держать голову прямо. Поэтому я должен хорошо питаться, хорошо отдыхать и всегда быть на пике производительности.

Он подумал, ущипнув себя за обе щеки, а затем отложил все свои заботы на завтра.

По большей части Эмилия и остальные согласились с точкой зрения Субару―― или, скорее, они были настолько демотивированы, что у них не было другого выбора, кроме как сделать это.

И на этом вечерняя встреча закончилась. Каждый отправился в драконью повозку, которую они использовали как импровизированную спальню, чтобы отдохнуть и подготовиться к следующему дню. По крайней мере, так предполагалось.

Беатрис: Субару, Бетти будет с Эмилией и остальными.

Субару: О-ох, попался. Прости, что заставил тебя волноваться, Беако. Не засиживайся допоздна. А то перестанешь расти и остановишься на своем маленьком размере… Подожди, это довольно мило. Ладно, Беако, не забудь засидеться допоздна.

Беатрис: Тебе не нужно беспокоиться, Бетти не вырастет выше этого, я полагаю. Я всегда буду милой. Так что я буду такой, даже если лягу спать пораньше, я полагаю.

Зевнув, прежде чем расстаться Субару помахал Беатрис, ведомой Эмилией, которая держала ее за руку.

Субару: Эмилия-тан, позаботься о Беако. До завтра.

Эмилия: Ун, до завтра… Субару, ты тоже не засиживайся допоздна, хорошо?

Вместо того, чтобы прямо сказать ему, чтобы он этого не делал, Эмилия сказала свою часть и направилась вниз по Великой Лестнице на нижний этаж. Как только она скрылась из виду, Субару несколько раз потянулся, а затем пошел по коридору 4-го этажа.

Его цель была очевидна. Дверь, увитая плющом, вход в Зеленую комнату.

И там――

Юлиус: Это ты, Субару?

Субару: ...а, это ты.

Перед входом в комнату Субару столкнулся с Юлиусом, который смотрел на него широко раскрытыми глазами.

Как раз в тот момент, когда он собирался войти в комнату, появился Субару, поэтому он на мгновение прищурился на него, а затем сразу же понимающе вздернул подбородок.

Юлиус: Я понимаю. Похоже, у нас одна и та же причина, для входа в эту комнату.

Субару: Я почти уверен, что у нас на уме разные люди… Итак, должен ли я сегодня уступить это тебе?

Юлиус: Не нужно…

Покачав головой в ответ на предложение Субару, Юлиус посмотрел на закрытую дверь. Последовало мгновение тишины, а затем пара желтых глаз снова уставилась на Субару.

А потом он отступил на шаг от двери.

Юлиус: На этот раз именно я должен отказаться от этого ради тебя. Вспоминая, ты был без сознания целых два дня до сегодняшнего утра. После этого я сообщил ей о твоём самочувствии, но я уверен, что она все равно жаждала твоего присутствия ночью.

Субару: ...ага, ну, если ты отказываешься от этого ради меня, я просто с радостью приму твое предложение.

Подражая его элегантному стилю, Субару почесал затылок, украдкой бросая быстрый взгляд на Юлиуса.

Он не нашел никаких признаков недовольства в выражении лица Юлиуса, но Субару не умел выяснять чужие чувства. Это удваивалось для любого, кто скрывал свои истинные чувства. В этот момент это было для него практически невозможно.

Субару: Ты в порядке? Я почти полностью уверен, что ты хочешь присоединиться.

Поэтому он вздохнул и просто высказал то, что было у него на уме.

Юлиус слегка улыбнулся,

Юлиус: Если возможно, я определенно хотел бы быть рядом с Анастасией-сама, когда она проснется... Просто я чувствую, что не смогу найти слов, чтобы поговорить с ней, когда она это сделает. Это правда, что я чувствую себя потерянным в этом аспекте. Это очень прискорбно.

Субару: Все в порядке, если ты начнешь с "Я очень волновался, поэтому я рад, что вы проснулись". Проблема в том, что будет дальше. Это… ну что ж, оставляю это на тебя.

Юлиус: Пффф-

Субару: Эй, почему ты смеешься? Я говорю довольно серьезно, знаешь ли.

Даже если он был серьезен, казалось, что Юлиус не слишком-то любил это. Затем он повернулся спиной к Субару, у которого было удивленное выражение лица.

Юлиус: Ты можешь свободно говорить, что хочешь―― Я завидую этому.

Субару: Мне больше кажется, что ты называешь меня идиотом. Эй, куда ты собрался?

Юлиус: Я отдаю свое время тебе. Я вернусь в драконью повозку и отдохну. Я чувствую себя немного измотанным из-за сегодняшних занятий.

Подняв руку, держа Субару за спиной, Юлиус сказал ему это, прежде чем уйти.

Субару не мог сказать, чувствовал ли он себя достаточно хорошо, чтобы шутить о том, что Испытание немного утомило его, или он просто притворялся.

Он не мог сказать, но――

Субару: ――Юлиус, будет лучше, если ты все-таки будешь рядом, когда Анастасия проснется. Когда я закончу со своими делами, я отправлюсь за тобой, так что тебе лучше сделать именно это.

Юлиус: “――――”

Субару: Я дам тебе знать заранее, но я уверен, что у меня на спине гораздо больше сожалений, чем у тебя. Так что это мой совет. Просто возьми его.

Он крикнул в спину, которая исчезла в коридоре. Услышал Юлиус или нет, он не был уверен, так как ответа не последовало. Однако Юлиус определенно не воспримет это неправильно. По крайней мере, Субару в это верил.

Субару: Я вхожу.

Покачав головой, он отбросил все соображения, которые у него были насчёт Юлиуса, Субару толкнул дверь и шагнул в Зеленую Комнату. В комнате, освещенной тусклым и слабым светом, все еще преобладала зелень, с двумя девушками, которые спали на кровати из плюща.

Анастасия на кровати у входа, а Рем на кровати чуть дальше.

Субару: И ты тоже сзади, хах.

Патраш: “――――”

Она издала низкое рычание для Субару. Как будто черный как смоль дракон знал, что он придет.

Может, она и знала. Спонтанно, она отодвинулась, чтобы освободить место на кровати для Субару.

Субару: На самом деле, ты чертовски хорошая девушка… Эти раны тоже хорошо заживают, а?

С горькой улыбкой Субару провел руками по ее черной чешуе.

Раны, которые она получила в то время, когда они сражались против Голодного Конного Короля под землей, хорошо зажили за последние три дня. Обычно она не позволяла Субару узнать истинную степень ее травм. Однако теперь она была по-настоящему сосредоточена на выздоровлении, а не на том, чтобы выставлять себя напоказ.

Субару: Действительно, я не могу достаточно отблагодарить этого духа. Если бы не эта комната, кто знает, насколько все было бы трудно.

Даже под риском умереть, Субару никогда бы не сказал, что хорошо, что Патраш отделалась неглубокими ранами. Отсутствие ран всегда было бы лучшим исходом, но он действительно чувствовал себя счастливым, что это была высшая степень травм, полученных кем-либо во время их поездки через Песчаные Дюны Аугрии.

Единственными, кто пострадал в этом случае, были только Субару и Патраш. То, что они смогли вернуться к более высокому уровню функционирования, было все благодаря этой Зеленой комнате.

Добавив травмированный дуэт Юлиуса и Анастасии из Испытания 2-го этажа, существование Зеленой комнаты было действительно чудесным. Как будто кто-то знал, что это может произойти, и заранее все подготовил.

Субару: Ну что ж.

Как только он закончил подтверждать свою любовь к Патраш, Субару глубоко вздохнул, прежде чем направиться к кровати в глубине комнаты―― к Рем.

Когда он подошёл, плющ задвигался, как струящийся шелк, собираясь в место, чтобы сделать что-то вроде стула, на котором он смог бы сидеть.

Субару: На самом деле, чувак, должен же быть предел тому, насколько хорошим ты можешь быть.

Несмотря на то, что он только что выразил свою вечную благодарность духу Зеленой Комнаты, он чувствовал, что это было воспринято как лесть для еще лучшего обращения.

Это было далеко от его намерений, но он все равно принял предложение.

Субару: Юлиус упоминал, что Рем скучала по мне по ночам, хах…

Это была его ошибка.

Это было совсем не так. Потому что тот, кто ждал, чтобы поговорить поздно ночью, когда их никто не побеспокоит, был не только Рем, но и несомненно Субару.

***

――Субару заметил, что что-то не так, когда почувствовал, как его слегка встряхнули за плечи.

Субару: ――ух?

Подняв лицо с кровати, он несколько раз моргнул. В отличие от физических реакций, разум обычно реагировал гораздо медленнее.

И постепенно его мысли вернулись к нему. Затем он заметил.

Субару: Неужели… Неужели я заснул?

Положив руку на подбородок, Субару задумался над удивительным фактом, что он действительно заснул.

Казалось, он все еще был в Зеленой Комнате, все еще сидел на стуле из плюща рядом с кроватью Рем, и, казалось, он заснул именно в этой позе. Однако он чувствовал, что форма его стула как-то отличается от того, что он помнил.

Стул в его воспоминаниях не имел спинки. Но теперь у кресла была большая спинка, чтобы поддерживать его во сне, и она приняла почти яйцевидную форму, чтобы максимально соответствовать его комфорту. Дух был просто чертовски хорош.

Это было так удобно, что превращало зевки в настоящий сон.

Субару: Значит, я тоже очень устал… А, Патраш?

Бормоча о том, что он задремал, Субару повернулся к Патраш―― Добрая леди, которая толкнула его своим длинным хвостом, чтобы разбудить.

Свернувшись калачиком на кровати из плюща, его любимый дракон, вероятно, разбудил его, чтобы предупредить о чем-то. Субару прищурился, глядя туда, куда она смотрела, и…

Субару: ――уваа, не может быть.

...спрыгнул со стула и бросился к кровати, стоявшей у входной двери в Зеленую Комнату―― К той, которую должна была занимать Анастасия.

"должна была", потому что ее там не было. И как только Субару понял, его лицо потеряло цвет.

Субару: Д-даже несмотря на то, что я сказал Юлиусу…

Только потому, что он задремал, Юлиус не смог поприветствовать Анастасию, когда она проснулась. Он даже не смог бы встретиться с ним лицом к лицу, даже если бы захотел.

――К сожалению, это была не единственная проблема.

Субару: Она встала, а потом...? Куда она пошла? В туалет? Не разбудив меня?

На самом деле дело было не в том, действительно ли она пошла в туалет. Это была та самая Анастасия―― Нет, скорее Ехидна, проснулась и выскользнула из комнаты, даже не предупредив Субару, который был рядом.

"Подумать только, она исчезла сразу жду после Испытания на 2-м этаже―― Неужели она пошла снова бросать вызов Рейду, как и Юлиус? Черт, я не хочу это представлять."

Субару: Постель еще теплая… Надо пойти поискать ее.

Ее постель была еще немного теплой. Дело было в том, что Патраш разбудила его.

Скорее всего, это означало, что прошло не так уж много времени с тех пор, как Анастасия ушла.

Субару: Патраш! Я оставляю Рем тебе! И да, спасибо, что разбудила меня!

Патраш: “――”

Сократив свой ответ настолько, насколько он мог, Субару помахал Патраш, прежде чем выйти.

Не в силах понять, куда именно она могла пойти, его сердце забилось ещё быстрее. Если бы на ее месте был Субару, он бы сначала хотел убедиться, что с Эмилией и Беатрис все в порядке―― Если так, то, естественно, она направлялась туда, где был Юлиус.

Субару: Нет, подожди, это Эридна которая сейчас внутри нее. Ни в коем случае это не будет чем-то простым. Но тогда…

У него не было достаточно рабочей силы, чтобы решить эту проблему. Даже если это означало разоблачение его смущения от того, что он задремал, сейчас ему нужно было связаться с другими и получить их помощь в поиске Анастасии――

Субару: ――ха?

И, спускаясь по лестнице, чтобы позвать остальных, он остановился.

Он был ошеломлен. Он обнаружил что-то невероятно ненормальное, что-то, чего определенно не должно было быть внутри башни.

Субару: “――――”

Это что-то быстро промелькнуло около ошеломленного Субару.

Широко расправив белые крылья в узком коридоре, птица пыталась найти выход.

Субару: Почему птица... внутри башни?

Слова слетели с его губ при виде птицы, существа, которое не должно было находиться внутри башни.

В Сторожевой Башне Плеяд не было окон. Это было здание, которое было полностью закрыто от внешнего мира, и единственной связью была гигантская дверь на 5-м этаже.

По крайней мере, так думал Субару, и его гид по 4-му этажу, Беатрис, сказала, что даже не ощущает присутствия окна, которое могло бы вести наружу.

Субару: ――тц! П-подожди!

Почувствовав, что что-то не так, прямо перед тем, как броситься за птицей, он на мгновение заколебался. Должен ли он последовать за птицей или сначала позвать кого-нибудь и найти Анастасию, а затем обсудить проблему с птицей?

Однако он решил последовать за птицей. Он чувствовал, что потеря из виду этой птицы может привести к еще большей опасности в будущем. Проще говоря, это было внутреннее чувство.

Субару: “――――”

Конечно, птицы не были такими нежными существами, которые послушались бы Субару и перестали летать просто потому, что он звал их вслед. Она мягко улетала от Субару все дальше и дальше, вглубь коридора.

Он гнался, гнался и гнался, и вскоре――

Субару: ...!? Исчезла?! Ч-черт возьми!

Субару крикнул это, дойдя до конца коридора.

Сам коридор был круглым, принимая форму башни. Однако он не был связан таким образом, потому что примерно на полукруге стена остановила дальнейшее продвижение.

Коридор был похож на часы. Если кто-то начинал в 12:00, они могли идти до 06:00 как по часовой стрелке, так и против часовой стрелки, но не более того в любом случае.

Субару знал это, и пока ни одна из дверей не была открыта, он был уверен, что сможет поймать птицу, но...

Субару: Не похоже, чтобы она врезалась в стену и упала. Что, черт возьми, здесь происходит?

Сбитый с толку тем, куда исчезла эта пара крыльев, он снова и снова осматривал окрестности.

К сожалению, не было открытых комнат, в которые птица могла бы войти. Она появилась внезапно и так же внезапно исчезла. Ему казалось, что он окутан дымной пеленой сна.

Но вскоре он убедился, что это не сон.

Субару: Это―― Это ведь перья, верно?

На обратном пути из коридора он обнаружил белые перья, упавшие на землю. Хотя он все еще сомневался, глядя на это с ситуационной точки зрения, эти белые перья определенно принадлежали той птице, за которой он гнался.

Они были доказательством того, что птица определенно существовала. Он вполне мог бы отнести их к Эмилии и остальным и сказать: "В башне была птица!", Но в конечном итоге это ни к чему не приведет.

Самое главное, это не приведет к тому, куда исчезла Анастасия――

Субару: Подожди, подожди… Если здесь валяются перья, то-

"Здесь что-то должно быть."

Он осмотрел стену и пол вокруг того места, куда упали перья, думая об этом. Он осмотрел каменный пол и потолок, проверил соседние комнаты и даже нажал на каменные кирпичи стен.

Однако из этого ничего не вышло, и он только чувствовал, как его пульс учащается с каждым мгновением.

"Мне действительно нужно пойти за помощью――"

Именно в этот момент,

Субару: Ах――!?

Это произошло, когда он водил ладонью по тому месту, куда упали перья. Его пальцы задели стену прямо рядом, или ему так показалось. В действительности, он понял, что его пальцы проскользнули сквозь стену, как будто это была иллюзия.

Даже когда он осторожно попытался прижать к ней пальцы, они прошли насквозь, так что он ничего не видел.

Субару: Но я уверен, что довольно хорошо проверил здешние стены.

Это не означало, что он потерпел неудачу в тщательном поиске, но только в том, что стена выше его талии, была твердой.

Иллюзорная стена, закрывающая вход―― В последний раз он видел что-то подобное, когда Петельгейзе и Культ Ведьм прятались в той пещере.

Субару: Рискни всем, чтобы выиграть все, ха.

Если бы кто-то начал ползти, он смог бы пройти сквозь иллюзорную стену.

После минутного колебания он решил пролезть и перебраться на другую сторону. Скорее всего, птица проникла сюда этим путем.

Если это приведет к внешней стороне башни или, может быть, к другой части башни, тогда――

Субару: Пуа!

Темнота за стеной длилась не так долго, как он ожидал.

Он вынырнул из иллюзорной стены и сделал глубокий вдох, как человек, возвращающийся из подводного погружения. Он затаил дыхание, находясь в этой темноте без видимой причины.

Он быстро обратил внимание на воздух―― прохладный ветерок коснулся его лица.

Субару: ――воа-

Он открыл глаза, медленно привыкая к темноте внешнего мира.

Во всех направлениях за бескрайним горизонтом простиралось море песка, Песчаные Дюны Аугрии, видимые с высоты, непостижимой для Субару. И за этим зрелищем наблюдало темное небо, усеянное бесчисленными мерцающими звездами.

И тут――

Субару: “――――”

На том месте, которое предположительно было балконом Башни, В окружении стаи птиц, с пурпурными волосами в сиянии звезд, стояла Анастасия.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 32. Кто ты такой?

Перевод: imy

Редактура: Silly

(imy: Поясню немного за название главы. Вообще, лучше перевести как "Неизвестный", но... я пишу это пояснение через месяц или два с момента залива главы, поэтому менять название я не буду.)

***

――Увидев непредвиденное зрелище, Субару не мог быть ничем иным, как ошеломленным.

Это была ночь, в которой последовательно происходили любопытные события.

Начиная с того, что он нечаянно задремал, до беготни в поисках Анастасии = Эридны, которая исчезла из Зеленой Комнаты и погони за птицей, которой не должно было быть в башне. Потеря этой птицы из виду в тупике и нахождение скрытого прохода, исследуя знакомые стены и пол――

Субару: ――После выхода из туннеля, то, что лежало передо мной, было страной снега.

Лёгкая шутка, которую он выкинул, не вносила никакого вклада в объяснение этого странного зрелища.

То, через что прошел Субару, не было стеной или туннелем, и то, что лежало перед его глазами, не было снежной страной, а было ночью, где ветер дул через песчаное море.

В темном небе мерцали звезды, и с балкона сторожевой башни был виден тусклый пейзаж песчаных дюн, простирающихся вдалеке.

Ничто не соответствовало словам Субару. Вместо этого――

???: Нацуки-кун?

Услышав хриплое бормотание Субару, тень человека с волосами, танцующими на ветру, повернулась к нему.

Молодая девушка пригладила рукой свои пурпурные волнистые волосы―― бледно-голубые глаза, кожа такая светлая, что ее было отчетливо видно в темноте, это была обладательница прекрасной внешности.

Это была Анастасия, которую он искал. Субару на мгновение заколебался, услышав ее зов,

Субару: ……Это, конечно, идеальное место с живописным пейзажем посреди ночи, хах.

Скрыв свое первоначальное удивление, Субару пожал плечами перед Анастасией. На его жест и тему, которую он поднял, Анастасия слабо улыбнулась, сказав: “Конечно".

Анастасия: Правда, вид отличный. Но, конечно, грустно, что пейзаж весь черный. Все было бы по-другому, если бы было видно город издалека.

Субару: Это правда, но очарование взгляда в море ночи тоже не так уж и плохо, знаешь ли. Кроме того, даже если ты так говоришь……

Сказав это, Субару указал пальцем на небо, а не на непрерывный вид. Зацепившись за это, Анастасия тоже посмотрела в небо―― полное звезд.

Субару: Воздух холодный и чистый, и звезды действительно видны. Это действительно романтично, не так ли?

Анастасия: Это правда, что звезды красивые, и я согласна, что воздух чистый…… но это так же заставляет чувствовать что-то помимо того, что ты просто смотришь на звезды, нет?

Субару: А должно?

Анастасия: Дело в том, что звезды видны сами по себе. Была ли когда-нибудь ночь, когда звезды были видны в пустыне до сих пор?

Услышав слова изумлённой Анастасии, Субару хлопнул в ладоши, сказав “А~х”.

Как она и сказала, было действительно чудесно видеть звезды с балкона, как сейчас, если принять во внимание путешествие по песчаному морю до сих пор. Невозможно было заметить блеск звезд из областей, окружающих Сторожевую Башню Плеяд.

Потому что――

Анастасия: Миазмы темные и густые, и, должно быть, в конце концов, они растянулись по небу, как облака.

Субару: То, что этого здесь нет, означает, что только на эту башню не влияют миазмы… или, возможно, она находится над окутывающими миазмами.

Анастасия: На такой высоте это вполне возможно.

Хотя он заметил это только после просмотра пейзажа с балкона, их нынешняя высота, высота 4-го этажа сторожевой башни, находилась не на высоте нескольких десятков метров над землей, а на высоте нескольких сотен метров. Хотя на самом деле это чувствовалось совсем не так, лестница от 5-го этажа до 4-го этажа действительно была такой длины, вот что это означало.

Субару: ……Но все же, я не знаю, правильно ли судить о расстоянии башни с этого места.

Стоя параллельно внешней стене, Субару посмотрел вверх, на башню, а не на пейзаж с балкона, и вздохнул.

Если его предположение было верным, независимо от того, что он находился над миазмами, вершина башни, казалось бы, пронизывающая облака, не могла быть видна. Она была слишком высоко, несмотря на темноту.

Вот почему лестница на второй этаж имела более четырехсот ступеней. Следовательно, вне всяких сомнений, башня была расточительна.

Во всяком случае――

"―――――"

Сдерживая свои мысли о звездах и высоте башни, Субару перевел взгляд на Анастасию. Элегантно улыбаясь, заложив руки за бедра, Анастасия не делала ни одного подозрительного движения.

Все признаки бдительности или враждебности также отсутствовали.

По крайней мере, он подтвердил, что у нее не было нескрываемой враждебности―

Субару: Итак, как же ты оправдаешь эту ситуацию?

Анастасия: Извини?

Субару: Покидание тайком спальни поздно ночью, проход по тайному проходу, о котором никто не знает и игра с птицами на ночном ветру…… это слишком подозрительно.

Субару поднял подбородок и спросил Анастасию, у которой было озадаченное выражение лица.

Птицы―― да, птицы.

В этом месте, Субару и Анастасия стояли лицом друг к другу, но кроме этих двоих было также множество зрителей, толпившихся на балконе.

Не делая ни малейшего движения, эти птицы продолжали наблюдать за ситуацией, как искусственные предметы.

"―――――"

Их было далеко не одна и не две.

Птиц, сидевших на краю балкона, было гораздо больше пятидесяти. Цифра, которая заставляла думать, что это целая орда, но причина, по которой он не решался назвать ее ордой, заключалась в том, что все птицы были разнообразные.

Белая птица, синяя птица, черная птица, пятнистая птица, большая птица, крошечная птица, тонкая птица, пухлая птица, птицы всевозможного разнообразия, не имеющие чувства единства, собрались в одном месте.

Одна только эта истина была довольно странной, но что заставляло Субару чувствовать себя еще более подозрительным, так это поведение птиц, создавших это зрелище.

Несмотря на такое количество птиц, не было слышно ни единого хлопка, не говоря уже о чириканье.

Не было подтверждено, обладали ли птицы разумом, чтобы взаимно понимать волю друг друга.

Но, по крайней мере, эти птицы, лишенные какого-либо чувства единства, определили свои намерения как единое целое.

Анастасия: Ничего не поделаешь с тем, что Нацуки-кун чувствует себя неловко, но……

В ответ на подозрения Субару Анастасия коснулась рукой своей щеки.

Анастасия: Секретный проход, это действительно преувеличение, не так ли? В конце концов, Нацуки-кун тоже умудрился попасть сюда.

Субару: Это…… ну, знаешь ли, птица вроде как привела меня.

Анастасия: В таком случае, то же самое касается и меня. Я просто прогуливалась по башне ночью. Затем из ниоткуда выпрыгнула птица. Мне стало интересно, что же это значит, и в итоге я попала сюда.

"――――"

Анастасия: Почему ты мне не доверяешь?

Анастасия прищурила глаза и позволила птице, которую держала обеими руками, свободно взлететь в небо.

Хотя это было очевидно, это не было убедительным объяснением. У него не было оснований отрицать это, но не может быть, чтобы произошло что-то настолько удобное. К такому выводу пришел Субару, поставив себя в тупик.

Субару: Эта птица……

Анастасия: Интересно, что же с этими детьми.

Субару: ――~хк. Это то, о чем я хочу спросить.

Взгляды птиц, наблюдавших за их перепалкой издалека, вызывали тревогу, хотя то же самое относилось и к уклончивому поведению Анастасии.

Было трудно прочесть эмоции в глазах птиц, или, возможно, они действительно не выражали никаких эмоций и он просто чувствовал пустоту, что заставляла его так думать.

Что значат эти птицы, этот балкон, эти мысли Анастасии?

Субару: Ничего не зная, как я…… это слишком удобная история, чтобы я мог в неё поверить.

Анастасия: Хотела бы я сказать что-нибудь на слова Субару…… но, это действительно тревожит. Все так запуталось с тех пор, как я приехала сюда.

Сказав "Боже мой", Анастасия положила руку на брови, демонстрируя поведение утопающей в плаче. Глядя на Анастасию и не теряя бдительности, Субару вдруг вспомнил кое-что о птицах.

――"Так здесь было около года, но теперь люди замечают, что есть птицы, которые летят к песчаным дюнам."

Он это слышал, когда они остановились в баре, чтобы подготовиться к переправе через песчаное море. Бармен велел им поискать птиц на случай, если они будут озадачены дорогой через пустыню.

К счастью, Субару и остальные не допустили такой ошибки, как застрять в пустыне, так что это оказалось предупреждением, о котором он почти полностью забыл, но――

Субару: Глядя на это сейчас, я думаю, что это не обязательно был просто какой-то слух.

Несмотря на шепот Субару, птицы не ответили.

Они просто молча сидели и отдыхали, как будто презирали полеты в сумерках.

Несмотря на то, что они были открыты холодному ветру, они не прижимались друг к другу и воздерживались от обмена теплом. Они просто смотрели на Субару и Анастасию, как на изысканных кукол.

Анастасия: Эти дети всегда такие. Я тоже в растерянности.

Субару: Судя по моему опыту, мне немного трудно в это поверить.

Анастасия: Судя по опыту?

Субару: Исходя из моего опыта, когда я по неосторожности натыкаюсь на подобную сцену, это означает, что жизнь находится опасности.

У Субару было множество предсмертных переживаний из-за его неосторожного поведения.

Начиная с того, как Рем избила его до смерти, когда он слонялся по ночам вокруг старого особняка.

Тогда произошло много вещей, о которых сейчас не говорят, но опыт Субару научил и заставил его прийти к выводу, что по своей сути неосторожное поведение = смерть.

И, судя по его опыту, он считал эту ситуацию довольно опасной――

Анастасия: Если это так, то лучше добавить новый шаблон к этим суждениям, основанным на опыте. На этот раз этого не произойдет.

"――――"

Анастасия: Для трусливого Нацуки-куна худшая вероятность - это если я что-то замышляю. Итак, я провернула какой-то возмутительный план и заманила тебя в эту башню, чтобы навредить Нацуки-куну или Эмилии-сан, вот что ты думаешь…… не так ли?

Получив удар в яблочко, Субару слегка напрягся.

Увидев реакцию Субару, Анастасия улыбнулась, сказав: “Слишком легко”.

Анастасия: Расслабься. Я не думаю о чем-то настолько окольном, и у меня нет враждебности ни к Нацуки-куну, ни к кому-либо еще в этой башне…… ах, не считая тех, кто судит.

Субару: Шаула и Рейд, хах.

"――――"

В тот момент, когда он произнес эти имена, Анастасия замолчала с горьким выражением лица.

Глядя на этот ответ, Субару пролил свой голос, сказав “Ах”.

Субару: Ты не слышала об этом, потому что спала, верно? О том парне, который недавно появился для Испытания 2-го этажа…… его зовут Рейд Астрея. Первое поколение Святого Меча. Похоже, это работает так, что он появился из прошлого.

Анастасия: Эта башня довольно возмутительна…… Интересно, о чем думал её создатель.

Получив объяснение Субару, Анастасия понизила голос и добавила еще одну вещь в конце своего отталкивающего комментария. Почувствовав отсутствие акцента на диалекте Карараги в ее тоне, Субару затаил дыхание.*

(imy: Так как невозможно перевести это так, как на английском, у нас потерян её акцент.)

До сих пор он намеревался обращаться с ней как с Анастасией. Но, в конце концов, её истинная природа, которая была перед его глазами вот так, была――

Субару: ――Прямо сейчас, здесь только ты и я. Как насчет того, чтобы поговорить откровенно?

Анастасия: Чт……

Субару: Честно говоря, я не могу добиться никакого прогресса с тобой, что носит маску кого-то другого. Что бы мне ни говорили, я не могу доверять тебе до глубины души. Вот почему……

???: ――Говоришь, хочешь поговорить с настоящей мной, а не с той, что действует как Ана?

В этот момент присутствие Анастасии изменилось, как будто в ответ на предложение Субару.

Настроение, окружавшее ее, полностью поменялось, и хотя ее форма была та же, ощущение существа, против которого он стоял, определенно изменилось. Эмоции, живущие в ее глазах, выражения, переплетающееся с ее мыслями, все изменилось.

"――――"

И, перед Субару, который затаил дыхание, наблюдая за этой трансформацией, Анастасия―― нет, Искусственный Дух Ехидна, которая выступала в роли Анастасии, медленно повернулась к краю балкона.

Никаких перил, чтобы предотвратить падение, только забор жалкой высоты - это все, что было у края. Она медленно прижалась бедрами к забору и нежно погладила голову маленькой белой птицы, неподвижно стоявшей рядом с ней.

И――

Ехидна: ――Это действительно первый раз, когда мы разговариваем здесь наедине.

Сказав это, она приняла предложение Субару с мимолетной улыбкой.

***

Ехидна: Ты не подойдёшь?

Субару: Нет, то есть, здесь абсолютно нет перил, а мои встречные планы по безопасности слишком неполны, так что нет.

Ехидна: Я точно не толкну тебя, даже если ты подойдешь ближе со сниженной осторожностью, понимаешь?

Субару: Я ни в коем случае не доверяю этому тону. Ты совсем как оригинал, когда дело доходит до таких вещей.

Субару скривил губы перед Ехидной, которая сидела на бесконечно опасном месте и пригласила его без всякой злобы. Но, возможно, ей не понравилось, как он сформулировал свой отказ, и она откровенно нахмурила брови.

А потом она сказала: “Видишь?” - и подняла палец, словно читая ему лекцию,

Ехидна: Я уже говорила тебе несколько раз, но как насчет того, чтобы ты перестал видеть во мне эту оригинальную Ведьму или кого-то ещё? Сказать прямо, это неприятно, когда тебя сравнивают с кем-то неизвестным. То есть, даже если это мой собственный создатель.

Субару: Это также относится к такой манере говорить, но…… Наверное, да, моя вина. Я буду осторожен.

Ехидна: Будь добр.

Ехидна обращалась к Субару с той же внешностью и голосом, что и Анастасия.

Честно говоря, как он и сказал, её тон действительно был похож на тон злой Ведьмы, с которой Субару был знаком, её настойчивость состояла из обстоятельства, при котором он должен был искренне кивнуть в знак согласия. По правде говоря, если бы Субару сказали, что он похож на Ехидну, то это было бы мнение, которое заставило бы его ответить чем-то настолько же бесчестным.

Анастасия: С учетом сказанного, твои опасения вполне обоснованы. Видеть, как кто-то ночь за ночью направляется в место, никем не замеченное, в полном одиночестве, естественно, вызовет подозрения. Однако, помимо того, что я приму эти опасения как нечто само собой разумеющееся, я еще раз опровергну твои опасения.

Субару: Ты, конечно, смелая, раз прикасаешься к этой птице без капли бдительности.

Анастасия: ……Ты слышал, что я только что сказала?

Субару: Я действительно это слышал.

Мгновенно, их комментарии в отношении друг друга пересеклись.

Однако, ничего нельзя было поделать с тем, что для Субару гораздо более загадочным была маленькая птичка―― как она ласкала голову зловещей маленькой птички, как будто это был какой-то искусственный предмет, чем то, что она говорила.

Все было бы по-другому, если бы это был дневной парк, и птицы бы подавали духовные реакции.

Субару: А ты не боишься, что тебя убьют, если они, например, соберутся вместе и начнут клевать все твое тело?

Ехидна: Что ж, твое воображение гораздо страшнее. Ты же не скажешь, что это еще одно суждение, основанное на опыте, м?

Субару: Видишь ли, что-то подобное случилось, когда милые кролики набросились на меня со всей своей энергией… и все обернулось именно так.

С тех пор, он постоянно нервничал из-за большого количества животных, собирающихся в одном месте.

Накопив множество переживаний Посмертного Возвращения, он подтвердил и мог утверждать, что легкой смерти не существует, но это воспоминание было удивительно ужасным способом смерти.

Анастасия: ……Ты действительно делаешь бледное лицо, так что я не буду давить на тебя. Если что, я не очень хорошо знакома с этими птицами.

Возможно, из-за того, что лицо Субару становилось все более бледным, Ехидна быстро убрала руку от маленькой птички. А затем, положив обе руки на колени, она снова посмотрела на Субару, сказав:”Ну что ж".

Ехидна: Ты предложил мне поговорить откровенно…… Интересно, о чем ты хочешь поговорить с моим "я", которое забыло о том, что я вела себя как Анна?

Субару: Для начала, твои отношения с этим местом и этими птицами.

Ехидна: Что касается этого, я могу ответить только теми словами, что я сказала как Анна. Меня тоже привела сюда птица. До сих пор я не имею ни малейшего понятия. Просто……

Субару: Просто?

Несмотря на уныние из-за того, что такой ответ не был заменен, Субару поднял брови. Слегка поколебавшись над его реакцией, Ехидна продолжила:

Ехидна: Честно говоря, я думала спросить тебя о том же.

Субару: Спросить меня о том же?

Ехидна: Я собиралась быть Анной, так что это могло сойти за шутку. Я оказалась здесь, как будто меня привели в это место. И теперь я веду диалог с тобой в этом месте…… с тобой, который стоит перед входом, что ведет назад в башню.

"――――"

Ехидна: Ты - управляющий этой башни, а также знакомый Шаулы. По крайней мере, она относится к тебе именно с таким убеждением. Принимая это во внимание, знание того, что только мы находимся в этом месте, пугает меня, но……

Поглощенный словами Ехидны, Субару не смог прервать ее комментарии. Прежде чем Субару оборвал её, Ехидна замолчала на секунду, и, сохраняя лицо Анастасии, задала вопрос.

Этот вопрос был――

Ехидна: ――Нацуки Субару, кто ты такой?

Субару: Говоришь кто такой, но……

Ехидна: Давай вернемся в то время, до поездки в Пристеллу. После церемонии вручения почестей, когда вы покорили Белого Кита и Лень, год назад. Анна провела расследование в отношении тебя.

То, что рассказала Ехидна, возможно, было одним из планов в стратегии лагеря Анастасии для Королевских выборов.

Расследование о Субару, который принимал награждение орденами как рыцарь их соперничающего кандидата, Эмилии, можно назвать своего рода теорией в бою такого типа.

Но великая глава торговой компании Хошин, Анастасия Хошин, была――

Ехидна: О твоём происхождении невозможно было узнать. Анна жаловалась, что исследовать даже самую крошечную информацию было чрезвычайно трудно. Что касается этого, я полагала, что, возможно, окружающие тебя люди знают что-то больше тебя, и вот что получилось в результате.

Если есть кто-то в лагере, кто контролирует информацию о Субару, то первым в списке будет Розваль, а за ним, возможно, Отто.

Во всяком случае, в этом не было бы ничего странного. И они были либо слишком недобры, либо слишком невоспитанны, раз держались своего пути и воздерживались от того, чтобы сообщить эту правду Субару.

Ехидна: В конце концов, то, чего удалось достичь, касалось только того небольшого события, в которое ты ввязался в Столице прямо перед началом Королевских выборов. Когда рыцарь Рейнхард обнаружил кандидатку Фельт, есть свидетельства того, что он случайно заметил тебя. Но, это все.

Никаких записей до этого не существует.

Отныне, Ехидна―― хотя в данном случае Анастасия, расследование Анастасии почти идеально шло по стопам Субару.

Исключая тот факт, что для них это был недостаточный результат.

――――"

Ехидна прищурила глаза, пока Субару молча размышлял, как ему следует отреагировать.

До сих пор он неоднократно испытывал неспособность передать информацию из Посмертного Возвращения и в итоге хоронил ее в себе, а затем страдал из-за неспособности поделиться этой информацией. Однако, подобное для него было в первый раз.

Впервые вопрос заключался в том, кем был Нацуки Субару и что у него за неизвестная природа происхождения.

Субару: Я……

Ехидна: ――Я все выстроила.

Субару: ――Ах?

Ехидна раскрыла руки перед Субару, который пытался как-то выдавить из себя какие-то слова с серьезным выражением лица. Ее тон был настолько нескромным, что Субару стал ошеломленым.

Получив реакцию Субару, Ехидна кивнула, сказав “Хм” с довольным выражением лица.

Ехидна: Мы с Анной узнали тебя, как новоприбывшего рыцаря с кучей чрезвычайно достойных подвигов и таким неизвестным прошлым…… так мы думали до Пристеллы. Я даже не знаю, как описать изменение этого впечатления после борьбы с Культом Ведьмы в Пристелле…… но что я знаю, так это то, что оно снова немного изменилось после прихода в эту Сторожевую Башню.

"――――"

Ехидна: Мне тревожно находиться с тобой наедине поздно ночью в пространстве, недоступном для посторонних глаз, поэтому, если я веду себя настороже против тебя, я хочу, чтобы ты простил это как нечто такое, с чем ничего нельзя было поделать.

Сложив руки на груди, Ехидна наклонила голову и улыбнулась

И, ошеломленный словами, которые он услышал от нее, Субару пошевелил своими сухими губами и серьезно задумался над тем, что ему следует сказать.

Однако, пока он размышлял, он вдруг заметил.

――Пальцы Ехидны, лежащих на ее колене, давили с такой силой, что они побелели.

Субару: ……Ты, только не говори мне, ты действительно боишься?

Ехидна: ――Этот комментарий немного расстраивает. Просто в качестве примера, какие у тебя на самом деле отношения с Шаулой?

Не отвечая на вопрос Субару, Ехидна ответила другим вопросом.

Субару: Я впервые встретил Шаулу. Я ничего не знаю.

Ехидна: Испытание 3-го этажа, совпадение ли это, что ты прошел его так быстро?

Субару: ……Это было совпадение.

Ехидна: В таком случае, как насчет того, что ты прошел через потайной ход, замаскированный таким образом, что его нельзя заметить с первого взгляда, и окликнул меня в ситуации, когда я оказалась одна?

"――――"

Горечь Ехидны, направленная на Субару, настойчиво возобновлялась. Задавая вопросы перед Субару, она испускала такое чувство.

Субару: Как насчет тебя, попробуй представить себя на моем месте……

Ехидна: Но все же, из-за различных факторов я оцениваю тебя как существо, у которого низкая вероятность быть враждебным. И я хочу, чтобы ты подумал о том, что я открываю глубины своего сердца в качестве доказательства своей доброй воли.

Положив руки на свою плоскую грудь, Ехидна продемонстрировала, что своим поведением выражает свое истинное душевное состояние.

Субару очень хотел согласиться со словами Ехидны сейчас, когда он снова взглянул на свое происхождение и подозрительный характер своих действий.

Очень сильно хотел, но――

Ехидна: ――Кажется, мой создатель оставил очень глубокие раны в твоем сердце.

Поведение Искусственного Духа Ехидны действительно очень напоминало поведение Ехидны, которая была Ведьмой Жадности, поэтому, независимо от того, насколько добросовестно она себя вела, ей было по-настоящему трудно доверять.

Это можно было бы назвать затяжным запахом Ведьмы.

Субару: Я понимаю, о чем ты говоришь. Я верю. Оставив в стороне, могу ли я доверять или нет…

Ехидна: Твои неприятности были переданы довольно хорошо.

Субару: То есть, даже если наша с тобой встреча здесь - совпадение. Тогда что же это за место? Как ты думаешь, для чего было создано это место, похожее на балкон?

На самом деле, даже если эта Ехидна что-то замышляла, не было никаких доказательств, которые заставили бы ее открыть рот. Он подчинился ей не потому, что доверял ей, а потому, что считал это неизбежным.

Однако, этот и тот факт, что это место было скрытым пространством, - были совершенно разными вещами. Из-за того, что оно скрыто и все такое, в его существовании должна быть какая-то ценность.

Ехидна: У меня есть гипотеза на этот счет. Ты помнишь, что случилось три дня назад…… в пустыне?

Субару: Три дня назад, еще до того, как мы добрались до башни… мне на ум приходят только совершенно грязные вещи.

Ехидна: Во время той погони от Цветочных Медведей, когда белый свет напал на нас. ――Похоже, что это дело рук Шаулы. Значит, вот что это за место.

Субару: ――Эшафот для наблюдения за пустыней?

Прежде чем гипотеза Ехидны подошла к концу, Субару щелкнул пальцами.

Ее предположение было убедительным. Правда в том, что она продолжала стрелять с большого расстояния в тех, кто приближался к башне, тем, что она называет Адским Бекасом. Он задавался вопросом, как она это делала, когда не было ни одного окна или способа посмотреть за пределы сторожевой башни――

Ехидна: Возможно, есть места, подобные этому, соединенные по окружности башни. Судя по всему, это пространство находится не в том направлении, с которого мы приближались к башне.

Субару: А что насчет птиц?

Ехидна: Птицы - загадка. Даже если их вот так трогают, они не подают реакции. Кажется, у них теплое тело, так что на самом деле они не искусственные. Если возможно, я хотела бы их вскрыть……

Глядя на птиц рядом с собой, Ехидна с жестокостью прищурила свои круглые глаза. Однако, отведя палец назад, она пристально посмотрела на этот палец.

Ехидна: К сожалению, я не хочу больше обременять тело Анны. Все пошло бы быстрее, если бы это сделал ты……

Субару: Ну, я сделаю это, если это действительно нужно, несмотря ни на что……

За год, проведенный в другом мире с тех пор, как его призвали, Субару приобрел некоторый опыт охоты на птиц и зайцев. Конечно, убивать ради еды и убивать ради экспериментов было слишком по-разному――

Субару: Убив её, что касается еды……

Ехидна: Да, у нас еще есть проблемы с оставшимися запасами продовольствия. После, я хотела бы взять около двадцати из них.

Субару: Чертов ублюдок! Разве ты не знаешь о Легенде о Зельде!?

Услышав равнодушную просьбу лишить жизни большое количество птиц, Субару резко повысил голос. Ехидна округлила глаза, потому что на нее закричали из-за знаний, которых у неё никак не могло быть.

Кроме того, убийство двадцати действительно ухудшит его дух.

Субару: Кроме того, убийство может вызвать движение этих бесчисленных птиц, понимаешь?

Ехидна: ……Это, несомненно, пугает.

В ответ на волнения Субару Ехидна приложила руку ко рту.

Птицы никак не отреагировали на опасный разговор этих двоих, они просто продолжали неизменно смотреть на чужаков в этом месте, то есть на Субару и Ехидну.

Со словами "небесное погребение", случайно возникшими в его сознании, Субару задержал быстрое суждение Ехидны.

Субару: Если мы собираемся это сделать, то сделаем это после некоторых приготовлений. А пока оставим это на потом.

Ехидна: Убегать также нельзя, хах. Поняла, очень хорошо…… по правде говоря, трудно даже подумать о том, что можно было бы извлечь из изучения этих птиц.

Субару: Гм, пожалуйста, прекрати с такими вещами, как дух исследования и комментарии об успехе жажды знаний.

Ехидна: …?

Он думал, что Ехидна, несмотря на то, что действительно не знала природы Ведьмы, поддерживала стиль поведения, похожий на оригинал, и в результате он никогда не терял бдительности.

Отныне Субару проигнорирует этот аспект и задаст вопрос Ехидне, что не была похожа на Ведьму.

Субару: Я действительно не подтвердил это должным образом, но что с Анастасией-сан?

Ехидна: ……Как и раньше. Даже сейчас Анна продолжает спать в глубинах этого тела. Я никогда не жила в теле так долго, поэтому я бы солгала, если бы сказала, что не теряю терпения.

Субару: Терпения?

Субару обдумал этот нюанс и подумал, что она, должно быть, говорит о желании вернуться в свое прежнее тело, но Ехидна покачала головой говоря: “Это не так”.

Ехидна: Что касается этого, у нас с Анной есть контрактные отношения Духа и пользователя. Хотя это несовершенные отношения… несовершенного Духа с несовершенным пользователем. Кажется, я уже говорила о теле Анны.

Субару: Ах, о том, что в воротах есть какие-то дефекты и все такое.

Ехидна: Это похоже на отношения между нынешним тобой и Беатрис. Что отличает вас двоих, так это то, что тело Анны вообще не может принимать ману. Для того, чтобы она сохранила свой контракт со мной, у нее нет другого выбора, кроме как тратить свою Од.

Субару: Хм, хм?

Это объяснение показалось ему примерно таким же, что он слышал ранее. Однако Ехидна считала, что понимание Субару было довольно поверхностным, поэтому она приложила палец к груди и,

Ехидна: Это состояние эквивалентно моему проявлению вместо Анны. Это означает, что Од Анны съедается с увеличенной скоростью. Даже сейчас, мгновение за мгновением, Од Анны утекает.

Субару: Я считаю, что Од это нечто души человека…… а это значит…

Ехидна: Помимо того, что Анна согласилась на опасность заключения со мной контракта, она взяла меня за руку. С тех пор я предположила, что когда-нибудь наступит конец…… но сейчас это так, и довольно скоро.

――Поэтому тело должно быть возвращено Анастасии как можно скорее.

Вот так Ехидна довела до конца ситуацию, в которую попали Анастасия и она. Услышав, что она сказала, Субару понял, что слишком легкомысленно относился к их обстоятельствам.

Субару: С таким телом…… в таком изодранном состоянии она действительно может стать кем-то вроде короля?

Ехидна: Ты имеешь в виду это в том смысле, что хочешь, чтобы Анна отказалась от этой привилегии ради твоей госпожи?

Субару: ――~хк! Не шути! Ничего подобного! Я просто……

Ехидна: Анна не отступит, несмотря ни на что. И она не сдастся. Я это знаю.

Решительно заявила Ехидна перед Субару, который шагнул вперед, пытаясь повысить голос.

Пораженный этой энергией, Субару моргнул. А затем у него робко задрожали губы,

Субару: ……Неужели Анастасия-сан так сильно хочет свою страну? Даже несмотря на то, что если она добьется этого, ей, возможно, придется немедленно отпустить это.

Ехидна: Хотя, возможно, и меньше, чем у нормальных людей, сама Анна будет использовать этот короткий промежуток времени намного лучше, чем другие. Кроме того, у Анны есть причина не отказываться от трона.

Вопреки бессильному голосу Субару, Ехидна заявила о своей вере в Анастасию.

И произнесла причину, по которой она бы не отказалась от престола. Это было――

Ехидна: ――Потому что она мечтала об этом.

Ехидна: ――Потому что мечтала об этом.

Ехидна, которая уже встала, сделала шаг и столкнулась с Субару лицом к лицу.

Пристально глядя в черные глаза прямо перед собой, пока Субару стоял неподвижно, слушая слова, которые передавали ему бледно-лазурные глаза.

Тяжесть, непохожая на тяжесть Сторожевой Башни Плеяд, Испытаний, придавила Субару.

"――――"

Неподвижно, безмолвно. Ехидна тоже ничего не говорила.

И вместо неподвижных двоих, звук хлопающих крыльев прорезал холодную ночь. Звук хлопающих крыльев донесся сзади, и присоединился к стае птиц, чьи крылья отдыхали.

И снова одинокая птица прилетела к балкону――

――Из-за спины.

"――――"

Как и раньше, Субару стоял спиной к внешней стене сторожевой башни. Если за его спиной хлопала крыльями птица, то она, несомненно, прилетела из недр сторожевой башни.

Ехидна, Субару, они достигли этого места, ведомые птицами.

А затем, естественно, то же самое произошло и с хлопаньем крыльев третьей птицы.

???: ――то, о чем вы сейчас говорили, что это значит?

Голос, несколько удивленный, несколько недоверчивый, эхом отозвался на балконе.

Птицы сразу же широко расправили крылья, услышав голос стоящего человека. И, породив ужасный звук хлопающих крыльев, похожий на взрыв облака, птицы полетели без всяких колебаний.

К ночному небу, к пустыне, окутанной сумерками.

Покинув Субару, Ехидна, казалось бы, утонула в океане,

――Вместе с Юлиусом Юклиусом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 33. ■■■・■■■

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

Оставленная позади мириадами трепещущих перьев, бездна спустилась на балкон в ночи.

Бесстрашные птицы расправили крылья и взлетели в темное ночное небо.

Можно было бы почти сказать, что упасть с этого одинокого неба было бы легче, чем остаться.

Если бы только это было возможно, Субару бы всем сердцем принял эту идею――по крайней мере, если бы не эта удушающая ситуация, что была следующей худшей проблемой.

"――――"

Все происходило в Сторожевой Башне, на балконе, скрытом ночью.

Юлиус стоял, загораживая проход, с сомнением, вырезанным на его красивом и застывшем лице. В поле его зрения находились Субару и Ехидна, которые тайно беседовали ночью――для Юлиуса она была Анастасией, так как они выглядели совершенно одинаково.

Юлиус: ――то, о чем вы сейчас говорили, что это значит?

В этом напряженном, застывшем пространстве, Юлиус повторял это снова и снова.

Сбитое с толку содержание его слов ничем не отличалось от предыдущих, но его голос звучал слабее с каждым повторением, как доказательство глубины его горя.

Субару: ――С какого момента ты начал слушать разговор?

"――――"

Столкнувшись с вопросом Юлиуса, Субару заставил свои застывшие мысли задвигаться и остановился на этом вопросе. Когда он начал слушать, это самое главное.

Содержание разговора с Ехидной = Анастасией было определенно не тем, что ему следовало слышать, прежде чем он был бы подготовлен. Ибо в этой экспедиции к Сторожевой Башне, секреты, хранимые Субару и Ехидной, были слишком глубокими.

Вещи, начиная от Искусственного Духа, Ведьмы Жадности, Полномочие Обжорства и их различные последствия…

Субару скрыл все это от Юлиуса, рассудив, что они только усложнят ситуацию и не принесут ему ничего, кроме страданий.

И больше всего на свете он хотел скрыть, что дух Анастасии спал, и что прямо сейчас тот, кто обитал в ее теле, был Искусственным Духом Ехидна.

Другими словами――

Анастасия: ――Ах~, ну же, Нацуки-кун, перестань так смотреть.

Субару: ……а?

Внезапно, легонько ткнув пальцем в грудь Субару, Ехидна очаровательно улыбнулась.

Ее тон и поведение были настолько похожи на Анастасию, что на мгновение Субару выпучил глаза в оцепенении и не смог полностью понять, что происходит.

Оставив Субару позади, словно танцуя, Ехидна развернулась на месте, и,

Анастасия: Мне очень жаль, Юлиус. Но это не значит, что мы оставляем тебя в стороне. Я просто подумала, что поговорю с Нацуки-куном о некоторых важных вещах, которые произойдут после того, как мы покинем Сторожевую Башню Плеяд, вот и все.

"――――"

Анастасия: Нам пришлось покинуть Зеленую Комнату, так как там были Рем и земляной дракон, понимаешь? Не то чтобы мы боялись, что какая-то особая тайна просочится наружу, но я просто была в настроении для чего-то особо секретного. Поэтому мы ушли…… и это оказалось единственным подходящим местом, которое мы смогли найти. Вот и все.

Хлопнув в ладоши перед грудью, Ехидна слегка наклонила голову, как бы говоря: "Простишь меня?"

Этот восхитительный жест, казалось, был именно тем, о чем подумала бы Анастасия. Но, в отличие от того, кто пытался отвлечься от жизненно важной части истории, Анастасия никогда не опустится так низко.

Как будто пытаясь скрыть неблагоприятную сцену сразу же после того, как другой человек уже увидел ее, слова казались только бесплодными и поверхностными―― на самом деле, можно было бы с таким же успехом заменить “как будто” на “безусловно”.

Это была очень нежелательная ситуация. Будучи застигнутой врасплох, Ехидна, вероятно, разделяла мнение Субару. Единственная разница заключалась в том, что она просто оказалась быстрее Субару в принятии мер.

И тогда――

Юлиус: ――Ты не Анастасия-сама.

"――――"

Юлиус: Ехидна, я хочу, чтобы ты мне сказала. Даже когда дело уже дошло до такого, тот факт, что ты все еще пытаешься скрыть это от меня, говорит мне, что ты, вероятно, не была плохим человеком до своей смерти.

Сквозь слабый проблеск сомнения Юлиус спросил Ехидну прямо в лицо. Услышав это, Ехидна пробормотала "Почему ты…", и на мгновение, казалось, приготовилась опровергнуть его слова, но,

Юлиус: Ехидна.

И снова Юлиус остановил ее своим зовом. И, точно так же, она повернула лицо Анастасии к Субару с неописуемыми эмоциями, шевелящимися в этих сине-зеленых глазах.*

Но в этот момент даже Субару не мог придумать, как это исправить.

(imy: вот что мне с этим делать. в прошлой главе у переводчика бледно голубые, у этого светло зелёные... в аниме сине-зеленые, остановлюсь на этом и теперь буду проверять всегда.)

Субару: Юлиус, с чего ты хочешь, чтобы мы начали?

Юлиус: ……С тела Анастасии-сама.

В ответ на вопрос Субару Юлиус ответил сдавленным голосом.

Этого было более чем достаточно, чтобы понять его расстроенное эмоциональное состояние. Но даже в этом случае, надо сказать, что только такой человек, как Юлиус, смог бы оставаться спокойным в такое время, даже если и только внешне.

Или, возможно, это просто вышло слишком далеко за его пределы и слишком далеко за пределы того, что могут передать эмоции.

Ехидна: С тех пор, как в Пристелле произошла битва с Культом Ведьмы, дух Анны спит глубоко внутри ее тела. Так что сейчас та, кто двигает ее телом, - это не сама Анна. Но я, до сегодняшнего дня играла ее роль.

Ехидна, вероятно, думала, что больше невозможно притворяться.

Просто, без всякой подготовки, она просто говорила, как будто излагая факты.

В разгар защиты Пристеллы от Культа Ведьмы, Ехидна заняла место Анастасии и сразилась с Культистами――С тех пор дух Анастасии спит.

Они скрыли это от Юлиуса, Рикардо и всех членов Железного Клыка, прежде чем отправиться к Сторожевой Башне Плеяд.

――Этот факт знали только Субару и Ехидна.

Юлиус: Почему ты поделилась этой информацией только с Субару?

Ехидна: Он не находился под влиянием Полномочия Архиепископа Греха, и поэтому он был единственным человеком вне хаоса ситуации. Кроме того, я Искусственный Дух тех же корней, что и Беатрис, а также заключила контракт с Пользователем Духов. Должна признаться, это не входило в мои первоначальные намерения. Только……

Юлиус: ――. Только?

Ехидна: Только…… он видел меня насквозь в роли Анны, так что у меня не было выбора, кроме как рассказать ему.

Услышав это объяснение, почему только Субару знал, что в теле Анастасии была Ехидна, глаза Юлиуса начали бесконтрольно дрожать.

Разумеется. Потому что Субару видел Ехидну насквозь――

Юлиус: Кто-то, кто едва знает ее, смог заметить… Я называю себя ее Рыцарем и не заметил этого……

Субару: Остановись, идиот! Ты не можешь так говорить!

Юлиус: "――――"

Субару: Твоя ситуация…… ты просто попал в плохую ситуацию! С тобой произошло нечто огромное, связавшее тебя! И дело было не только в тебе, но и в Рикардо и Мими, так? Я заметил это только потому, что…… во всяком случае, это произошло случайно!

Слушая, как Юлиус насмехается над собой, Субару попытался положить конец его самобичеванию. Однако, когда он не выполнил свой рыцарский долг, не было слов, которые смогли бы его утешить.

На самом деле, что мог сделать Юлиус? Неужели он действительно виноват в этом?

Госпожа, которой он посвятил свою верность, его товарищи, с которыми он дал клятву, его товарищи-рыцари, которые всегда были рядом с ним, и буквально всё, что он накопил до сих пор в своей рыцарской жизни, рухнуло, как стена песка. Как он может снова стоять перед ними?

Непоколебимый. Элегантный. Рыцарь. Как он мог когда-нибудь снова так называться?

Если быть Рыцарем означает никогда не позволять себе поддаваться боли, как обычный человек, то быть Рыцарем было проклятием для Юлиуса Юклиуса.

Юлиус: Долг Рыцаря - устранять случайности и всегда быть уверенным.

Субару: ――! Тогда рыцарь - это… не что иное, как неприятный титул, не так ли……

Юлиус: Возьми свои слова обратно и больше никогда не произноси их при мне. Я… прямо сейчас, я боюсь, что потерял какую-то часть себя……

Утешительные объяснения Субару просто отскочили перед лицом рыцарских убеждений Юлиуса. Наблюдая, как Субару потерял дар речи от переполнявших его эмоций, Юлиус покачал головой.

Юлиус: Давайте вернемся к теме. ――Ехидна, каковы твои намерения?

Ехидна: ……Вернуть это тело Анне. Это причина, по которой я привела вас всех к Сторожевой Башне Плеяд, даже более важная, чем жертвы Обжорства и Похоти.

Юлиус: Другими словами, ты хочешь сказать, что никогда этого не хотела. И у тебя нет возможности восстановить Анастасию-сама…… даже если я убью тебя.

Положив руку на рыцарский меч, висевший у него на поясе, Юлиус прищурился и задал ей этот опасный вопрос.

Получив это, Ехидна опустила глаза и нежно коснулась своей груди.

Ехидна: То, что я злой дух и по этой причине завладела телом Анны…… Я не могу предоставить никаких доказательств, опровергающих это предположение. Поэтому, если ты убежден, что я лгу, даже если ты решишь уничтожить меня, я не смогу остановить тебя…

Но, в конце своего последнего слога, сделав лишь небольшую паузу, Ехидна продолжила.

Ехидна: Но в этом случае, любая возможность восстановления сознания пустой оболочки Анны будет уничтожена твоими руками…… В худшем случае ей будет трудно даже сохранить свою жизнь, и есть вероятность, что она умрет.

Ехидна отвергла предложение Юлиуса и изложила свои мысли. Затем, сказав это, она мягко подняла руки,

Ехидна: Конечно, это всего лишь глупая возможность, которую у меня не было выбора, кроме как придумать, потому что я хочу жить. Даже я не могу с уверенностью сказать, будет ли моя смерть решением проблемы. Если я должна умереть, чтобы Анна могла жить, я чувствую, что я смогу это принять. Хотя я действительно не хочу умирать.

Юлиус: И почему ты хочешь сделать это для Анастасии-сама?

Ехидна: Отношения между мной и Анной не являются полными. Поэтому, возможно, было бы неправильно, если бы обычный дух занял законное место Пользователя Духов……

Оборвав свои слова, Ехидна посмотрела на Юлиуса и Субару по очереди.

Казалось, она почти восхищалась странной парой, которая разделяла совершенно отличную от неё связь Духа и Пользователя Духов.

Ехидна: Мне нравится Анна. И я была рядом с ней с тех пор, как она была маленьким ребенком. Поэтому я не хочу бросать ее и хочу, чтобы она была счастлива. ――Это и есть моя причина.

Юлиус: "――――"

Ехидна: Юлиус, я не открыла тебе этот факт, потому что это привело бы только к ненужной путанице. Сама Анна хотела сохранить мое существование в тайне, если это возможно. На самом деле, она была причиной того, что я оставалась скрытой всю дорогу до того, что произошло в Пристелле. Это все благодаря этому ребенку.

Даже тогда в Пристелле, Юлиус был бы шокирован, если бы Анастасия объявила, что Ехидна все это время пряталась внутри нее.

Субару, для которого возвращение Эмилии было важнее всего остального, не мог себе представить, какая буря, должно быть, бушевала в груди Юлиуса в тот момент.

Только за такой короткий промежуток времени то, что его Госпожа скрывала―― а также тайна, относящаяся к основам самой Анастасии, были открыты ему в то время, когда они не должны были быть раскрыты. Насколько же все это давит на Юлиуса?

Юлиус: ……Я могу понять ваши отношения с Анастасией-сама. Трудно поверить во все. Но у меня нет другого выбора, кроме как поверить. По крайней мере, в то, что было бы легкомысленно делать что-либо с тобой прямо сейчас.

Ехидна: Ох, это так? Я рада, что ты сделал разумный выбор, Юлиус. Я уверена, что Анна тоже была бы рада.

Юлиус: "――――"

Отпустив рукоять своего рыцарского меча, Юлиус не ответил на слова Ехидны и только промолчал.

Но он был далек от того, чтобы понять это, и ему было стыдно думать об этом. И все же в мгновение ока Юлиус выбросил это из головы, и,

Юлиус: Я просто хочу это подтвердить. Од Анастасии-сама - это цена за твою способность продолжать проявлять себя…… поэтому, естественно, чем больше ты напрягаешься, тем тяжелее будет нагрузка на тело Анастасии-сама. Это правильно?

Ехидна: Правильно. Это правильный способ понять это. Если я хорошо питаюсь, хорошо сплю, занимаюсь умеренными физическими упражнениями…… возьмем в целом здоровый подход к жизни, этого было бы достаточно, чтобы нейтрализовать последствия для Од Анны.

Юлиус: Если это так… тогда почему ты выкинула тот трюк на втором этаже?

Как раз в тот момент, когда Ехидна немного пришла в себя, беззаботно шутя между словами, Юлиус поразил ее этим неожиданным вопросом.

Учитывая то, что произошло на 2-ом этаже, вполне понятно, что он указал на это――

Юлиус: Во время моего боя с экзаменатором второго этажа, Рейдом Астрея, Анастасия-сама… использовала тело Анастасии-сама… ты применила магию… чтобы помочь мне.

Это было во время первой стычки между Юлиусом и Рейдом.

Столкнувшись с подавляющей силой фехтования Рейда, когда Юлиус был беспомощен и на грани поражения, Ехидна направила свою огромную магическую силу на Рейда.

Отнюдь не решающий удар, напротив, нагрузка на тело Анастасии превысила ее предел, и она упала в обморок. Но проблема была не в результате.

Почему она это сделала. Только это.

Юлиус: Бремя этого поступка на теле Анастасии-сама не могло быть легким. После того, как ты так много сказала, твои действия все еще противоречат твоим заявлениям. Так почему же?

Субару: Это……

То, на что указал Юлиус, было также тем, что интересовало Субару.

Тогда Ехидна действовала, когда Юлиуса избивали, и с таким выражением лица, как будто он был готов умереть. Казалось, где-то была ложь, но не было ощущения, что она была просчитана заранее.

Это, должно быть, чистая спекуляция. Но могла ли Ехидна помочь Юлиусу просто потому, что, живя внутри Анастасии, они уже провели так много времени вместе―― могло ли это быть так просто?

Однако на сомнения Субару и на вопрос Юлиуса Ехидна только сказала "Мне очень жаль" и низко поклонилась,

Ехидна: Даже я чувствую себя неудачницей здесь. Как бы это сказать, стороннему наблюдателю это может показаться неловким, но я приняла это решение со стратегической точки зрения.

Юлиус: Стратегическое решение?

Ехидна: В то время я понятия не имела, имел ли экзаменатор второго этажа намерение убить. Если бы я этого не сделала, мы могли бы потерять боевую мощь в виде Юлиуса. Конечно, я хотела избежать этого для Анны. Кроме того, Рейд Астрея повернулся спиной… и поэтому в моих глазах это казалось прекрасной возможностью. Но это не только провалилось, но и причинило тебе неприятности.

Извинившись и добавив еще немного слов в конце для пущей убедительности, Ехидна медленно приподнялась.

В ее объяснении не было никаких противоречий. Хотя это было правдой, что для стороннего наблюдателя это выглядело бы глупым поведением, Субару не мог найти никаких оснований, чтобы опровергнуть ее рассуждения. Эмоциональные в стороне.

Неужели такую историю можно так легко проглотить?

Но, прежде чем Субару смог продолжить эту тему,

Юлиус: ――Хорошо. Но, пожалуйста, будь осторожна и не делай ничего опрометчивого в будущем. Ни для кого другого, только для Анастасии-сама.

Ехидна: Поняла.

Субару: Чт-!?

Юлиус жестом показал, что понял и принял, и кивнул в ответ Ехидне. Наблюдая за их перепалкой, Субару пнул ногой пол, как будто не был уверен, шутят ли они.

Субару: Как ты можешь быть убежден в этом……

Юлиус: Субару, я убежден. Ехидна будет воздерживаться от опрометчивых поступков в будущем. Что еще можно сказать? ――Это дело между Анастасией-сама и Ехидой, а также между Анастасией-сама и мной.

Субару: "――――"

Юлиус: Похоже, ты оказался втянут в это по какой-то странной ошибке. Но это внутреннее дело лагеря Анастасии. Это не твоя боль, чтобы ты нес ее.

Слушая, как Юлиус пытается отстранить его от проблемы, Субару стиснул зубы.

Это не так, как если бы Субару нес эту боль, потому что он односторонне хотел этого.

Субару: Беру ли я это на себя или нет, это мое личное дело!

Юлиус: Значит, ты можешь брать это на себя, но отказываешь мне в праве решать мои собственные проблемы? ……Кажется, я не припомню, чтобы ты когда-нибудь рассказывал мне об Анастасии-сама и Ехидне.

Субару ――гх.

Юлиус: Прости. Мне не следовало этого говорить. ……Но это правда.

Выдавив это сдавленным голосом, Юлиус отвел глаза.

В этом голосе, в этом упрямстве, Субару, наконец, заметил это.

Юлиус вовсе не оставался спокойным.

Он не только не скрыл бурю, бушевавшую в его сердце, но даже не смог удержать ее от того, чтобы она просочилась на поверхность.

Потеряв собственное существование и даже то единственное, что у него оставалось, - верность своей Госпоже, - оказалось ложью, и их обещание рассказывать друг другу обо всех заботах было нарушено.

Тем не менее, человек по имени Юлиус не должен был быть подвержен эмоциям.

Юлиус: Я не собираюсь спорить. Для Анастасии-сама мы должны найти способ справиться с этой ситуацией как можно скорее. Ехидна, я надеюсь, что могу рассчитывать на твое искреннее сотрудничество.

Ехидна: ……Конечно. Поскольку ты уже все выяснил, я полагаю, что у меня больше нет причин продолжать играть Анну. Ну, если ты можешь терпеть меня в виде Анны, то есть.

Юлиус: Это прекрасно. Я должен восстановить Анастасию-саму такой, какой она была, и, глядя на эту форму, я вспоминаю, что я должен сделать.

Услышав о его намерении причинить себе боль, чтобы укрепить свою решимость, Ехидна сделала печальное выражение лица. Но Юлиус уже поднял глаза к небу, не видя ее лица.

Словно впервые заметив, что ночное небо с балкона не тронуто Миазмами, он прищурил глаза под сиянием звезд.

Юлиус: Нет причин оставаться здесь больше. Давайте вернемся внутрь. Что касается тела Анастасии-сама и Ехидны…… давайте завтра расскажем об этом Эмилии-сама и остальным.

Ехидна: Охох, хорошо. Я также буду готовиться к этому.

Сказав это, Юлиус мягко взял Ехидну за руку и пошел. Конечно, это было точно так же, как то, что он всегда делал для Анастасии.

Что бы ни было внутри, его верность Анастасии не изменится. ――Даже если она спала глубоко внутри своего тела, даже если она забыла о Юлиусе.

Субару: Юлиус!

Почувствовав что-то болезненное при виде его фигуры, Субару крикнул ему.

Будучи покинутым воспоминаниями, в то время как он все еще помнил все о других, не имея ничего, кроме борьбы, отчаянно полагаясь на это чувство―― Побывав там сам, он понял эту боль.

Даже если его забыли, он не может забыть. Одна эта мысль давала ему импульс двигаться.

Юлиус: "――――"

Юлиус остановился и, все еще держась за Ехидну, не обернулся.

Тот факт, что его спина оставалась совершенно прямой, несмотря на всю суматоху в его сердце, был просто совершенно разочаровывающим.

Субару: Ты… ты ничего не хочешь мне сказать.

Что касается Ехидны, что касается тела Анастасии, он все это скрывал от него.

Сегодня вечером он обещал взять на себя ответственность за то, чтобы провести время в зеленой комнате, но Субару нарушил это обещание и тайно встретился с Ехидной на балконе.

Он мог найти оправдания. На то были причины. Не то чтобы он хотел этого……

Но, что бы он ни имел в виду, каковы бы ни были его причины или оправдания, его сердце не могло вырваться на свободу.

Так почему же ты не повышаешь голос, чтобы накричать на меня? Почему ты не кричишь на меня и не выплескиваешь свою ярость?

Субару не был уверен, было ли это его собственное чувство вины, или Юлиус действительно так думал.

Конечно, Юлиус не стал бы.

Повышать голос или выплевывать оскорбления――

Юлиус: ――Есть.

Субару: "――――"

Юлиус: Я понимаю. Почему ты решил, что должен скрывать от меня эту правду. Ты не хотел ничего плохого. Это было только из-за беспокойства и соображений. Я согласен с твоими опасениями. Если бы мы поменялись местами, я бы тоже хранил молчание.

Субару: "――――"

Юлиус: ――Но даже так.

Глядя в небо. С голосом, как будто вырывающим его.

Юлиус: Будь то я, или Анастасия-сама, или ты, я не хочу, чтобы меня считали кем-то недостойным быть Рыцарем.

***

Ему не нужно было никаких специальных процедур, чтобы вернуться в башню.

Точно так же, как он вышел на балкон, ему нужно было только проползти ниже уровня талии, чтобы пройти через потайной проход и войти внутрь башни. Пока он ползал на коленях, ему вдруг пришла в голову бессмысленная мысль, что Юлиус, должно быть, прополз сюда точно таким же образом.

К сожалению, поскольку он уже отполз, Субару потерял свой шанс записать это в память.

Именно потому, что он был так ошеломлен последними словами Юлиуса, он остался тут на еще некоторое время.

Субару: "――――"

Если он ничего не сказал, значит, он не был нечестным, подумал он. ――За исключением того, что это было не так.

Скорее всего, Юлиус полагал, что даже если бы он закричал на Субару, которого мучило чувство вины, это не принесло бы ему никакого утешения. И поскольку его добродетель не позволяла этого, он не мог выплеснуть свою ярость и жалобы, а только молча проглотить их на месте.

Но это было не так.

Слова, которые в конце концов оставил Юлиус, вонзились в его сердце, как нож.

Возможно, Субару почувствовал бы себя лучше, если бы на него накричали. Но поскольку он не хотел чувствовать себя лучше, возможно, было лучше, если бы Юлиус вообще ничего не говорил.

Однако на самом деле все было не так. Нож, оставленный Юлиусом, настаивал на боли, и кровь продолжала течь из его пронзительной раны. Достаточно глубоко, чтобы заставить его колебаться вытащить его.

Субару: Я не могу…… вернуться в зеленую комнату.

Скорее всего, Юлиус уже проводил Ехидну обратно в зеленую комнату. После этого вряд ли он отправится в кровать в драконьей повозке, оставленной на нижних этажах.

Эта глубоко укоренившаяся проблема―― сама глубина, которая была виной собственного плохого суждения Субару, не была чем-то, что можно было бы прояснить в одночасье. По крайней мере, это займет время, и просто спокойных дискуссий будет недостаточно для ее решения.

Думая об этом таким образом, он чувствовал себя немного неловко, чтобы возвращаться в драконью повозку. Несмотря на то, что он знал, что Юлиус не вернется туда, он все равно будет чувствовать себя виноватым за то, что забрался на теплый футон.

Однако, в этот поздний час, не было никого, кому Субару мог бы излить свое сердце.

Спящая Рем и лучший приятель Субару Патраш были в зеленой комнате, куда он слишком боялся приближаться из-за Юлиуса и Ехидны.

И он не мог разбудить Эмилию и Беатрис, чтобы заставить их выслушать его нытье.

Так что на данный момент не было никого, кто мог бы это сделать――

Рам: ――Барусу?

Услышав этот голос, Субару издал горлом тихий звук и остановился. Удивленно обернувшись, посреди коридора 4-го этажа, где по каменному полу застучали шаги, он увидел фигуру девушки с розовыми волосами, Рам.

Светло-розовые глаза Рам были широко открыты, она оглядывала Субару с головы до ног.

Рам: Давненько я не видела, чтобы ты делал такое лицо. Позорно.

Субару: ……почему ты сразу же после нашей встречи говоришь такое? Если подумать, что ты здесь делаешь так поздно?

Рам: Я могла бы спросить тебя о том же…… хотя то, что Барусу мог делать в такой час, скорее всего невообразимо.

Стоя перед Рам, которая скрестила руки на груди, когда она подошла к нему, Субару напряг лицо от ее слов.

Одна только мысль о том, что она на самом деле могла вообразить, бросила тень на лицо Субару. Увидев Субару, Рам печально пожала плечами,

Рам: В любом случае, ты снова беспокоил Рем своим нытьем, не так ли? Несмотря на то, что младшая сестра Рам милая и всепрощающая, не будь слишком неразумен.

Субару: ……Ах, да. Ну, ты права.

Рам: ――?

Увидев, как глаза Рам слегка расширились, когда она услышала это, Субару горько улыбнулся.

Он не сказал ей о своих истинных чувствах, а только о том, о чем она могла догадаться, основываясь на его повседневной деятельности. Это было правдой, как и сказала Рам, что Субару часто проводил ночи у постели Рем.

На самом деле, он уже сделал это сегодня вечером. И вполне естественно, что Рам подумала, что он только что ушел.

Но сегодня дело было не только в этом――

Рам: Перестань делать такое несчастное лицо.

Субару: "Оогх"

Рам: С этим жалким, несчастным выражением лица ты выглядишь еще ниже, чем простой слуга. Глядя на это, люди начнут сомневаться в Эмилии-сама из-за того, что она взяла Барусу в качестве своего Рыцаря. Исправь его.

Он почувствовал, как Рам щёлкнула пальцами его поникший лоб.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Глаза Субару наполнились слезами от силы, и как раз в тот момент, когда он собирался протестовать, Рам безразлично хмыкнула, заставляя его замолчать. Все это время она сама казалась совершенно спокойной.

Субару: ……Боже, действительно, Сестра есть Сестра, в конце концов.

Рам: Хах. Пожалуйста, не вызывай у меня отвращения своими мыслями.

Субару прокомментировал, поглаживая свой лоб, и Рам изобразила на лице отвращение от всего сердца. Чтобы утешиться таким отношением, он действительно должен быть жалким.

Ни в одном из ее слов не было выражения теплоты или сочувствия, но, так или иначе, это было то, что имело для него значение.

Субару: Рам, что ты вообще делала в такой час?

Рам: Отвратительно.

Субару: Не надо так внезапно заканчивать разговор! Мы только начали……

Безнадежно пожав плечами, Субару тихо вздохнул и перевел взгляд на проход позади Рам―― откуда она пришла.

Хотя 4-ый этаж был очень широким, здесь не было ничего особенно примечательного. Здесь была только зеленая комната и багаж, который они принесли из драконьей повозки. И――

Субару: ……Лестница на второй этаж?

Рам: "――――"

Субару: Если только... ты не поднималась туда. Одна?

Рам: Не волнуйся. Я не такая безрассудная, как он. Это так не кажется, но я не настолько тщеславна, чтобы думать, что смогу что-то сделать с Рейдом Астрея в одиночку.

Представив себе то, о чем он предпочел бы не думать, Субару скривил губы, и Рам рассмеялась, когда она опровергла его подозрения.

Услышав ее тонкое упоминание об упрямстве Юлиуса, скрытое в ее словах, простая мысль об этом провернула нож в груди Субару.

Рам: Кажется, что-то произошло между тобой и Юлиусом. Поссорились?

Субару: Неужели меня так легко прочитать?

Рам: Барусу так же легко читать, как понимать насколько умна Рам. Последнее имеет к этому большее отношение, но беспокоиться не о чем. ……Нет, конечно, первое тоже имеет к этому отношение. Это не займет много времени, чтобы вытянуть из тебя все под пытками.

Субару: Тот факт, что ты предполагаешь, что меня подвергнут пыткам, немного пугает, знаешь ли.

Наблюдая, как Субару ковыряет свою щеку, Рам прищурилась. Видя, что она не шутит, Субару слегка вздрогнул.

Это правда, что, учитывая положение Субару, было не совсем маловероятно, что враги Эмилии в Королевских Выборах могут прибегнуть к такого рода варварским мерам. Может быть, в конце концов, было бы неплохо следить за этим.

Субару: В таком случае, что ты здесь делала……

Рам: ――Я не поднималась на второй этаж. Я только попыталась.

Субару: ……Я думал, ты только что говорила, что ты не такая безрассудная. Только если не… ты думала напасть на него, пока он спит?

Субару без колебаний использовал любые средства, необходимые для победы. Было бы понятно, если бы Рам думала так же и планировала скрытно напасть на Рейда во сне.

Вопрос был в том, действительно ли этот Рейд, который, казалось, был воспроизведен из записей прошлого, спал. И даже если он заснет, сможет ли она справиться с этим?

Рам: К сожалению, невозможно напасть на него, пока он спит. Я обернулась на полпути вверх по лестнице. Он действительно ненормальный монстр. На его фоне Гарф выглядел бы милым.

Субару: Хотя, после знакомства с Гарфиэлем, он довольно милый……

Рам: Не его выходки, я имела в виду уровень опасности, которую он представляет.

Как она выразилась, на самом деле она не отрицала, что выходки Гарфиэля были милыми, но поскольку они были заняты чем-то более важным, Субару нахмурил брови и забыл об этом.

Рам: Теперь я убеждена. Если одна сторона не стесняется использовать любые необходимые средства, то и другая сторона будет использовать любые необходимые средства. Как мы уже обсуждали, чтобы победить его, мы не должны позволять ему воспринимать это слишком серьезно, и только тогда выполнять его условия.

Субару: ……Просто чтобы убедиться в этом, ты поднялась на второй этаж одна?

Рам: Почему я должна повторить это снова. Я не стала подниматься на второй этаж. В данный момент это слишком сложно для Рам.

Подтвердив, что они просто недостаточно сильны, Рам предупредила о необходимости подготовки, прежде чем снова бросать вызов 2-му этажу. Говоря о том, что им нужно больше времени, мысль о его разговоре с Ехидной и Юлиусом снова всплыла на поверхность, и Субару не смог не принять трудное выражение лица.

Рам: Барусу?

Субару: Н-нет, ничего особенного…… Ну, это не совсем ничего, но сейчас это не имеет значения. Скорее всего, завтра мы как следует поговорим.

Рам: Удивительно двусмысленное утверждение.

Субару: Это то, к чему я стремился, но это не то, что ты думаешь. Как и ожидалось, даже здесь я сделал что-то неблагодарное, и на этот раз мне немного трудно оправиться от этого.

На данный момент он сделал достаточно. Это была странная трещина, которую он не был уверен, что сможет полностью исправить, и он не хотел бы усложнять ее еще больше и расширять трещину еще шире.

Наблюдая, как Субару обмяк, Рам все еще не была убеждена, но решила отпустить его.

Рам: В любом случае, завоевание второго этажа… победа над Рейдом потребует больше времени и усилий. По крайней мере, было бы неплохо, если бы мы могли рассчитывать на поддержку Шаулы.

Субару: Ну, не будет преувеличением сказать, что на нее точно нельзя рассчитывать. Хотя, если бы она не помогла нам раньше, мы бы все сейчас лежали углями под песком.

Без Шаулы они бы никогда не смогли попасть на испытание на втором этаже. Но даже с учетом этого, она была разочаровывающим Мудрецом с тех пор, как они вошли в башню.

Конечно, если бы они могли одолжить собственную руку экзаменатора, чтобы пройти испытание, это было бы действительно исключительным.

Рам: Если мы когда-нибудь будем идти только по верному пути, мы окажемся в тупике.

Субару: Я не думаю, что было бы лучше использовать более невинный подход. Но, чисто в каждом конкретном случае…… на этот раз это просто не сработает.

Рам: Ты говоришь это так легко…… У Рам нет такого досуга.

Недовольная ответом Субару, Рам пожала плечами. И, медленно поворачиваясь к нему спиной,

Рам: Если ты в ближайшее время не ляжешь спать, это повредит твоему завтрашнему выступлению. Я возвращаюсь в драконью повозку.

Субару: Аахх, да. Я, ух……

Он хотел объяснить, почему не может вернуться, но это было слишком трудно. С другой стороны, оглянувшись и увидев, что Субару бормочет что-то в этом роде, Рам тихо вздохнула.

Рам: Как хочешь. Но если ты потащишь нас вниз, потому что не выспался, я выкручу его.

Субару: Ааа, нет…… выкрутишь что?!

Рам: Я оставлю это на твое воображение.

Махнув рукой, Рам направилась к лестнице, ведущей на нижние этажи. Не касаясь того, чего он не хотел касаться, оставляя его стоять своими собственными усилиями, могло ли это быть ее соображением?

Наблюдая, как худая спина уходит вдаль, даже зная, что она этого не увидит, Субару поднял руку.

Субару: Спокойной ночи, Сестра. Увидимся завтра.

Рам: ……Рам не является сестрой Барусу. Перестань меня так называть.

В ее последнем отказе не было силы, как будто она уже приняла его и сопротивлялась только ради этого.

Наблюдая, как фигура Рам исчезает после этих слов, Субару щёлкнул шеей и прошептал: "Ах, и что мне теперь делать?"

Он больше не может идти в драконью повозку. И слишком трудно вернуться в зеленую комнату. В этом случае он мог либо найти какое-нибудь другое место для отдыха до утра, либо найти место, где он мог бы сделать что-то значимое со своим временем.

Субару: Если мне просто нужно место для сна, я мог бы найти подходящую комнату……]

Главным кандидатом будет комната, где они хранят свой багаж.

В эту комнату перенесли весь груз драконьей повозки и запасы продовольствия, хоть и будет трудно найти что-нибудь, что он мог бы использовать в качестве подушки. Сложнее было то, как найти какой-то способ уменьшить боль в его теле, когда он будет на полу.

Или――

Субару: Подумать о том, как завоевать второй этаж, как победить Рейда.

Честно говоря, это был бы самай конструктивный выбор.

Большинство проблем, связанных с их нынешней ситуацией, были связаны с захватом этой Сторожевой Башни. Хотя этого нельзя сказать с уверенностью, тем не менее это сыграло бы огромную роль в улучшении их положения.

В тот вечер они пришли к единому мнению о том, как победить Рейда, чтобы заставить его не принимать что-то всерьез, а затем серьезно выполнить его условия или что-то неопределенное в этом роде.

По крайней мере, если бы был шанс, он мог бы уменьшить некоторую неопределенность――

Субару: ――Так и сделаю.

И, подойдя к этому моменту, Субару щелкнул пальцами.

Когда эта идея пронеслась в его голове, как удар молнии, Субару резко изменил направление своих шагов.

Субару: Если все пойдет хорошо……

Хотя он не может сказать наверняка, это должен быть шаг, который мог бы значительно улучшить ситуацию.

Настроив свое сердце на эту мысль, Субару побежал к своей цели.

――В ночной Сторожевой Башне раздалось громкое, энергичное эхо шагов Субару.

――Только одинокое эхо шагов одного человека.

***

――Ощущение пробуждения было похоже на момент выхода из воды.

Потянув спящее, бессознательное тело вверх, используя дыхание, чтобы вернуть все тело к реальности, сознание медленно пробудилось, и, прорвавшись через поверхность воды, он родился.

Если сон был смертью, а бодрствование - жизнью―― тогда это описание не было бы далеким.

В любом случае, если отбросить такие поэтические чувства, он постепенно начал просыпаться――

???: ――Субару! Эй, Субару, ты в порядке?

Субару: Че-что!?

В тот момент, когда он открыл глаза, его сразу же поразило прекрасное лицо перед ним, и Субару откатился в сторону.

И, откатившись не очень далеко, прежде чем выбежать на поверхность, он пролетел небольшое расстояние и приземлился на плечо.

Субару: Нгья!

???: Ик! Субару, ты в порядке?! Почему ты вдруг начал кататься?!

Субару: Н-нет, я не решил кататься или что-то в этом роде……

Сжав разбитое плечо и слегка покачав головой, он заставил себя подняться. А потом, в мгновение ока, Субару смутился.

Это была зеленая комната.

Вся внутренняя часть комнаты была покрыта разросшимся плющом, который полностью скрывал стены за ними. Если бы ему сказали, что вся эта странная на вид комната была сделана из плюща, он, вероятно, поверил бы в это.

И, по-видимому, Субару лежала на полу рядом с кроватью, сплетенной из плюща в самом центре комнаты. Вероятно, это было то, с чего он скатился… таков его анализ ситуации.

Было забавно, что Субару смог вынести такое суждение так спокойно, но для этого была причина.

???: Хмм, похоже, ты не слишком сильно ударился. Это хорошо. Но я очень волновалась, знаешь, ты не должен меня так пугать.

????: Эмилия, если ты будешь так говорить, Субару не задумается об этом, я полагаю. Если ты не скажешь это более строго, беспокойство Бетти не дойдет до него.

???: Наверное, ты права. Но я удивлена, что Беатрис так говорит. После того, как ты впала в такую панику, когда не смогла найти Субару, ты была почти в слезах, когда нашла его лежащим там……

????: Ты не должна упоминать эту часть, ты можешь не упоминать эту часть, я полагаю!

На его глазах разговор начал выходить из-под контроля.

Глупо кивая в такт препирательствам, от которых ему захотелось улыбнуться, Субару обернулся. На полу сидело и дышало позади него какое-то огромное животное.

Субару: "――――"

Там была гигантская ящерица. С черной чешуей, покрывающей всю кожу, это была огромная ящерица размером с лошадь. самам странным было то, что она нежно прижималась носом к шее Субару.

Видя, что она дружелюбна, Субару нежно погладил ящерицу по голове.

А потом он вздохнул.

Субару: Другими словами, вот как.

Спокойный и собранный, он медленно выдохнул эти слова.

Увидев Субару в таком состоянии, две девушки перед ним склонили головы набок.

??? + ????: ――Субару?

И, как две сестры, говорящие на одном дыхании, они одновременно назвали имя Субару.

Девушка с серебристыми волосами, которая была так красива, что его глаза хотели взорваться, и маленькая девочка, похожая на фею, в красивом платье.

Красивая девушка с серебристыми волосами, Лоли со спиралями, гигантская ящерица и комната, увитая плющом――

Субару широко раскрыл рот и выкрикнул это.

――Потому что это, это, это.

Субару: МЕНЯ ПРИЗВАЛИ В ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ МИР――Р!?

В версии с изображениями тут находится картинка.

-=Арка 6 Глава 33 Конец=-

Послесловие Таппея:

Наконец-то мы здесь.

Арка 6 “Коридор воспоминаний", НАЧИНАЕТСЯ с этой главы.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 34. Выйдя из круглосуточного магазина, я увидел удивительный мир

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

Нацуки Субару родился во время японской системы образования эпохи Хэйсэй, свободной от давления.

Он прожил семнадцать лет, и чтобы описать его жизнь, потребовалось бы семнадцать лет.

Если отбросить это в сторону, его нынешнюю ситуацию можно было бы просто описать как "Третий год старшей школы, Хикикомори."

Или более подробно: "Кусок Дерьма, что пошел против ожиданий своих родителей и закрылся в своей скорлупе, в то время, когда экзамены на носу”.

Особой причины для его одиночества не было.

В обычные будние дни он иногда думал: "Вставать сейчас было бы больно", и это становилось его причиной для того, чтобы прогулять школу.

Скользя все дальше и дальше, он все больше и больше времени проводил вдали от школы, и, прежде чем он это осознал, он стал замкнутым человеком, который заставлял своих родителей плакать.

День за днем он проводил в лени, обрывая всякое общение, томясь в этом состоянии, пока――

Субару: В конце концов, меня призвали в Параллельный Мир... хах.

???: Субару?

Пока он бормотал что-то себе под нос и изо всех сил пытался разобраться в сложившейся ситуации, две белые руки схватили его за щеки. Подняв глаза, он увидел перед собой красивую сереброволосую девушку.

――Честно говоря, очень красивую девушку.

С длинными серебристыми волосами, которые блестели, как лунный свет, и аметистовыми глазами, похожими на драгоценные камни.

Ее длинные ресницы дрожали, когда она смотрела на него встревоженным взглядом, который выводил ее красоту за пределы естественного порядка вещей, так что у него возникла иллюзия, что он видит какое-то божественное произведение искусства, достаточно великолепное, чтобы заставить всех художников мира отказаться от своих перьев.

И тогда возник вопрос, почему такая красивая девушка сжимала его лицо так близко, что они могли чувствовать дыхание друг друга?

Субару: Ннннннннн?

Она очень приятно пахнет.

???: Субару?

Субару: Я-я Нацуки Субару.

Его имя снова было названо этим голосом, похожим на звон серебряного колокольчика, и Субару выдавил улыбку в ответ.

Не только его лицо, но даже голос дрожал, и было не совсем ясно, можно ли было это назвать улыбкой. И по причинам, которые Субару не мог понять, эта девушка, казалось, была особенно близка ему. Иначе она бы не разговаривала и не смотрела на него с такого близкого расстояния, как сейчас.

???: Умм, Суба……ру. Извини, но… ты ведешь себя немного странно.

Субару: С-странно……? Что, типо мои глаза, или что-то в этом роде?

???: Ууух, нет. Твои глаза все еще действи-и-ительно страшные, как и обычно. Я думаю, это не важно.

Субару: Мои глаза обычно действи-и-ительно страшные!?

Пытаясь успокоиться с помощью шутки, он был поражен этим совершенно неожиданным комментарием. Наблюдая, как Субару отшатнулся от этого замечания, девушка немного высунула язык, сказав "Ты всегда такой".

Такая милая. Что происходит с этой девушкой? Почему она кажется ему такой ужасно близкой?

И просто, что она имела в виду под “всегда такой”, и вела себя так взволнованно――

????: ――Эмилия, возможно, ты пришла к такому выводу слишком поспешно. На самом деле, что-то действительно не так, я полагаю.

???: ――? Но, по-моему, глаза Субару всегда так выглядят.

????: Я сейчас говорю не о страшных глазах Субару! Мне все равно, если его глаза выглядят пугающе, я полагаю!

Субару: Что это за история с моими глазами, которые выглядят пугающе! Это плохое хобби - придираться к слабостям других людей, знаете ли! Что с вами, ребята…… ах, нет, я имею в виду, вы двое такие милые и все такое……

Субару вскочил с огромной силой и взорвался перед красивой девушкой и той, с кем она разговаривала――милой и похожей на фею, маленькой девочкой в экстравагантном платье, щеголяющей парой не менее элегантных спиралек…… но его голос быстро затих.

По своей сути тупой, он начал выпаливать это, не задумываясь, прежде чем понял, что на против него были две девушки, с которыми он только познакомился. Заткнувшись, он серьезно осознал, что не должен был срываться.

――Но ситуация была слишком странной.

Если то, что представил Субару, было правдой, то эти две девушки должны быть важными КЛЮЧЕВЫМИ фигурами, как жители первой деревни или что-то в этом роде.

Итак, Субару должен выпрямиться и сосредоточиться на первых впечатлениях.

Субару: Кхм.

Кашлянув один раз, намереваясь начать все сначала, Субару повернулся лицом к девушкам.

Взглянув на двух потрясенных девушек и гигантскую черную ящерицу, свернувшуюся калачиком за его спиной, Субару сделал шаг назад и,

Субару: ――Позвольте мне представиться еще раз. Меня зовут Нацуки Субару!

Направив палец в потолок, он другой рукой обхватил себя за талию и принял ПОЗУ.

К сожалению, не было ни блестящего отражающего шара, ни диско музыки, но Субару сверкнул зубами, когда сказал это, и попытался извлечь из этого максимум пользы.

Субару: Позорно невежественный, принесенный сюда бессмертными ветрами Богов и Демонов! Неотесанный бродяга, но тем не менее рад познакомиться с вами!

???+????: "――――"

Слушая, как он провозглашает это во весь голос, на мгновение эти двое могли только тупо смотреть на него.

Не получив никакой реакции, Субару только продолжал сохранять свою позу. Как будто тот, кто сделает первый ход, проиграет, и он решил, что должен выиграть.

И вот, примерно через десять секунд, прошедших в молчании, две девушки посмотрели друг на друга, а затем,

???: Хорошо, но…… мы уже знаем… тебя?

????: Уже слишком поздно для самопредставления.

Субару: Ууаа!?

И вот так, вырванный из его пылкого самопредставления, его мысли вылились в этот стон.

***

――Спустя некоторое время, серьезность ситуации стала очевидной.

Он был довольно горд этим самопредставлением, но, видя, как оно было воспринято, Субару не смог не наклонить шею. Но после этого, услышав это снова от двух девушек, стало ясно, почему они так удивились.

Воспоминания Субару и девушек были разными―― хотя Субару встретился с ними в первый раз, они уже знали, кто такой Субару.

Конечно, на стороне Субару таких воспоминаний не было. Так что тогда――

???: Другими словами, Субару…… ты ничего не помнишь? Об этой башне, о том, что случилось в Пристелле… и даже о Рам и Беатрис…… и обо мне тоже?

Субару: Уммм…… да, кажется, что так.

???: "――――"

Увидев Субару с аккуратно сложенными коленями и заикающимся ответом, красивая девушка широко раскрыла глаза. Вид ее сильно дрожащих зрачков вызвал в сердце Субару чувство сильной вины.

Но она была не единственной, кто был шокирован ответом Субару.

????: Твои воспоминания…… пропали? Не может быть, это не могло произойти……

С бледным лицом, маленькая девочка пробормотала это шепотом.

В ещё большем замешательстве, чем красивая девушка, маленькая девочка не избежала потрясения.

Сидя на краю кровати, увитой плющом, маленькая девочка, сидевшая рядом с ним, мягко дергала его за рукав. Увидев, как слегка дрожат ее тонкие пальцы, Субару почувствовал боль в сердце.

Субару: "―――"

Повернувшись лицом к двум девушкам, потрясенным и потерянным перед ним, Субару попытался придумать, что сказать, но, к сожалению, ничего не приходило ему в голову. Честно говоря, на него сразу вылилось столько холодной воды, что ее хватило бы, чтобы утонуть.

――Поначалу Субару думал, что произошло то, что его “Просто призвали в Параллельный мир”.

В то время как призыв в Параллельный Мир, даже с привязанным к нему “Просто”, было уже далеко за пределами того, что можно было бы считать здравым смыслом, но все оказалось еще сложнее, чем он себе представлял―― Хотя, можно сказать, у него почти был правильный ответ.

Что касается Субару, то это был не тот знакомый мир, в котором он прожил семнадцать лет.

Это было ясно видно, просто взглянув на диковинную одежду и нечеловеческую красоту этих двух девушек. Если этого все еще недостаточно, гигантская черная ящерица размером с лошадь также могла быть представлена суду в качестве доказательства.

Он слышал о Комодских драконах, которые, как предполагалось, были довольно большими, но это было бы ничем по сравнению с ростом этой черной ящерицы. И с органической кроватью и стульями, сделанными из плюща, добавленными к этому, у нас есть довольно ясный случай на наших руках.

――Другими словами, это был Мир вне всякого здравого смысла. Альтернативный, Параллельный Мир.

Принадлежащий к так называемому жанру Фэнтези, мир, совершенно неизвестный Субару.

***

Следующим вопросом должно быть, почему Субару призвали сюда и какой колдун призвал его.

Сначала он подумал, что это были две девушки перед ним, так как именно так обычно заканчиваются истории, и он решил, что они, вероятно, были главными героинями здесь, но следовать этому ходу мыслей было бы немного странно.

Как уже упоминалось ранее, девушки знали Субару, но Субару не знал их. Их знания расходились.

Субару: Значит, я уже встречался с ними, но просто забыл об этом…… Это…

Пытаясь обработать новую информацию, Субару сделал трудное лицо.

МОЩНОСТИ Субару и так были уже довольно перегружены, когда до него дошло, что его призвали в Параллельный Мир. Если бы он также понял, что на самом деле он был активен в этом Параллельном Мире уже в течение довольно долгого промежутка времени до этого, мозг Субару действительно был бы не в состоянии взять это на себя.

Честно говоря, Субару был более склонен сказать что-то вроде "Возможно ли это вообще?" и посмеяться над этим вопросом.

Но девушка и лоли казались совершенно серьезными и, похоже, не лгали. Конечно, Субару не помнил, о чем говорили эти девушки, и он бы упрямо отрицал это, если бы не чувствовал себя таким виноватым из-за выражений на их лицах.

На самом деле, если бы ему пришлось выбирать между своим мнением и мнением девушек, он, вероятно, поверил бы девушкам, так как он даже не был достаточно близок к тому, чтобы доверять себе.

Конечно, это была не единственная причина. ――Более сильной подсказкой были изменения в его теле.

Субару: ……Да, это не похоже на то тело, с которым я вышел из магазина.

Пробормотав это, Субару поднял правую руку и сжал и разжал кулак.

Возможно, это было психологически, но его рука чувствовалась немного сильнее, чем раньше. А на его ладони, казалось, было еще несколько мозолей, о существовании которых он и не подозревал. Это были не мозоли от размахивания бамбуковыми мечами, потому что, в конце концов, он не практиковался с бамбуковыми мечами уже больше года.

Кроме того, это были не единственные изменения в его руке.

Субару: ГРОТЕСК?

Перевернув руку, Субару нахмурился, увидев ее тыльную сторону.

Его рука не только чувствовалась немного сильнее, но и ее внешний вид также стал гротескным. От его правого локтя до запястья тянулся длинный узор черных пятен―― они выпирали, как вены, и покрывали его руку, как татуировка, которую мог сделать кто-то с довольно плохим вкусом.

Если бы она не казалась такой органичной, ее можно было бы принять за татуировку, но как бы он ни ковырялся в ней, это была всего лишь часть его руки. Бесспорно, гротескно.

???+????: "――――"

Поэтому он поскреб ее еще сильнее.

Когда он провел по ней пальцами, текстура на ощупь ничем не отличалась от его кожи. Это не было больно само по себе, и не было никакого странного онемения. И, вонзив в нее ногти, соответствующая острая боль пришла именно так, как он и ожидал.

Если бы он продолжил чесать сколько душе угодно, он подумал, не порвется ли черная кожа и не пойдет ли кровь.

――А если бы она действительно начала кровоточить, была бы кровь красной?

???: Субару…

Субару: Хах! Нет-нет, ничего? Я просто подумал, что моя рука обгорела до вел дана* на солнце, и меня это немного забеспокоило. Вот и все.

(imy: well-done, степень прожарки.)

Хотя он был немного шокирован переменой, когда он услышал взволнованный голос хорошенькой девушки, он сразу же попытался замаскировать это шуткой.

Можно было бы сказать, что это к счастью, но Субару был не из тех, кто обращал внимания на вид ран на собственном теле. Не то чтобы он не чувствовал себя виноватым за то, что повредил тело, которое дали ему родители, но даже без этого его чувство вины перед родителями уже накапливалось снова и снова в этот момент.

Тем не менее, это была довольно широкая область. Если бы он носил длинные рукава и, возможно, перчатки, он, вероятно, смог бы не испортить настроение кому-либо еще.

Субару: В любом случае, я обычно ношу длинные рукава, и нет ничего противозаконного в том, чтобы носить митенки(перчатки без пальцев). Если я когда-нибудь попаду в опасную ситуацию, я могу просто сдернуть перчатку и показать им черную руку… и они скажут: “Не может быть, у этого парня ЧЕРНАЯ РУКА...!" Разве это не захватывающе?

???+????: "――――"

Субару облизнул губы и замахал рукой, как сумасшедший.

Учитывая изменения в его руке, а также странность всей ситуации, правдоподобие объяснений девушек было очень высоким.

Во-первых, самым последним воспоминанием Субару было “Сразу после покупки в круглосуточном магазине”.

Субару определенно был одет в свой спортивный костюм, когда закончил покупки, но сейчас, вдали от своей любимой старой спортивки, он был одет в какую-то грязную изношенную дорожную одежду. На ногах у него также не было кроссовок, и в его загорелой руке не было пакета с покупками.

Действительно, он не только перепрыгнул Миры, но и прыгнул сквозь время.

Выйдя из круглосуточного магазина, в тот момент, когда он моргнул, он проснулся здесь―― таково было понимание Субару.

Если так, то в какой момент он потерял сознание? К тому времени, когда он понял, что спит, его разбудил зов. Тогда, что же было пустой пустотой до этого?

――Его призвали в Параллельный Мир, когда он вышел из круглосуточного магазина, и через некоторое время он потерял память.

“Призванный в Параллельный мир” - звучит как разгадка сна, который он видел бог знает сколько раз до этого, - и все же он не мог просто быть рад принять этот ужасный, неожиданный подарок.

Субару не знал, что он уже какое-то время жил в этом Параллельном Мире, и это факт, что за это время Субару общался и узнавал этих девушек, которых он не мог узнать.

Было бы действительно хорошо поверить им, поверить в их добрую волю и остаться здесь с ними?

???+????: "――――"

Субару: Ах, ааааххх, ууууухххх, это, это верно! Я могу понять, почему вы чувствуете себя подавленными, но я скажу только одно: давайте соберемся с силами и ПОДНИМЕМ НАСТРОЕНИЕ!

После долгих и упорных размышлений об этом, Субару внезапно воспылал духом и крикнул это ни с того ни с сего.

Рядом с ним и перед ним, подавленные выражения на лицах двух девушек заставили его сердце страстно закипеть.

Без сомнения, они были смущены и убиты горем из-за этой ситуации.

Хотя Субару все еще было немного трудно признать, что он был основной причиной этого, он знал, что он был единственным человеком, который мог это исправить.

Итак, протягивая руку каждой из изумленных девушек в нарочито кричащем жесте,

Субару: Насколько я знаю, эти случаи ОСТРОЙ АМНЕЗИИ обычно улучшаются из-за какого-то внезапного развития сюжета, так что не нужно слишком беспокоиться. Если это что-то вроде фильмов, обычно это решается за один или два часа, а затем все возвращается в нормальное русло для какого-то клишированного счастливого конца. В конце концов, трагедия - лучшая ПРИПРАВА, чтобы привести к грандиозному счастливому концу!

???: Извини, я понятия не имею, о чем ты говоришь…

Субару: Огххх кей…?

???: Но……

Сразу же после того, как Субару выпалил очередь, полную бравады, красивая девушка сообщила ему, что ничего из этого не понимает. Субару захотелось сдаться от этих слов, но девушка быстро покачала головой.

А затем, слегка почесав уголок глаза, неожиданно улыбнулась,

???: Субару все еще Субару, в конце концов…… Мн, я испытываю облегчение.

Субару: Э-это правда? Если ты так говоришь, то, наверное, я тоже чувствую некоторое облегчение……

???: Иииии!

Субару: З-зачем ты вдруг это сделала?!

С энергичным криком хорошенькая девушка хлопнула себя ладонями по щекам с силой, которую нельзя не заметить. Хлопнув сразу обеими руками с резким звуком, щеки девушки стали ярко-красными.

Увидев, что Субару пришел в полное замешательство при виде этого жеста, хорошенькая девушка слегка покачала головой и,

???: Вот, ко мне вернулся мой дух. Быть таким нехорошо, верно? Как мы могли продолжать делать такое обеспокоенное лицо, когда Субару, должно быть, чувствует себя еще более обеспокоенным, чем мы.

Субару: Может, это и не похоже, но эта девушка безумно свирепа……

???: Быстро, Беатрис тоже!

Ее щеки все еще были ярко-красными, и смелое заявление хорошенькой девушки ошеломило Субару до состояния шока. А затем, с тем же пылом, она обратилась к застывшей маленькой девочке, которая сидела рядом с Субару.

Перед пугающим присутствием хорошенькой девушки маленькая девочка в платье немного съежилась, но,

???: Я тоже в шоке, и я также чувствую печаль…… но прямо сейчас мы должны подумать о том, кто переживает это тяжелее всего. Мы должны что-то для него сделать, не так ли?

????: Б-Бетти……

???: "――――"

Девочка закрыла рот, словно ища, что сказать.

Видя ее детскую нерешительность, хорошенькая девушка ничего не сказала, а только смотрела и ждала ее ответа.

Она могла бы продолжить и заставить ее передумать. Но девушка этого не сделала. И причина, скорее всего, заключалась в том, что она верила в маленькую девочку.

Не в силах вспомнить их, Субару никак не мог понять доверия, которое существовало между этими двумя.

????: Субару... должно быть, сейчас очень расстроен, я полагаю.

Субару: ……Ну, я ведь этого не говорил?

Прилагая сверхмалые усилия, чтобы сохранить хоть какое-то достоинство, Субару придрался. Но, видя, что лоли это не убедило, Субару в конце концов почесал затылок, и,

Субару: А-а-а, честно говоря, да. Да, я хочу, чтобы вы, пожалуйста, помогли мне!

????: "――――"

После того, как его загнали в угол, он признался в истинном состоянии своего ума. Увидев это, глаза маленькой девочки расширились. В ее тонких бледно-голубых глазах была пара самых странных зрачков―― то есть, по какой-то причине Субару показалось, что он видит крылья бабочек.

????: ……аагггхх, просто, серьезно! Субару - просто самый безнадежный партнёр в мире!

В следующее мгновение, как будто эти крылья бабочки подняли торнадо, позиция лоли приняла поворот на 180 градусов. Скрестив свои короткие руки, маленькая девочка выкрикнула это раздраженным голосом.

Увидев ее такой, симпатичная девушка улыбнулась, и плечи Субару подпрыгнули. А затем, указывая пальцем прямо на нос Субару,

????: Все время ты устраиваешь всевозможные неприятности, чтобы досадить Бетти, я полагаю! Если ты не прекратишь эти небрежные, безответственные махинации, даже Бетти больше не будет любить тебя!

Субару: Ох, оооооох…… то-тогда, э-это значит?

????: Но поскольку ты искренне просишь Бетти о помощи, я помогу в этот раз, я полагаю. ――Во всяком случае, без Бетти Субару будет просто безнадежным одиноким слабаком, который не сможет жить дальше.

Субару: Тебе обязательно было так говорить?!

Невероятная скорость, с которой лоли обострила разговор, повергла Субару в шок. Неужели без этой девочки ему действительно станет так одиноко, что он больше не сможет жить? Насколько это может быть преувеличено?

????: Хмпф, даже если ты скажешь мне, что забыл, я заставлю тебя вспомнить, я полагаю. ――Партнёр Бетти - просто угрюмый, суетливый парень, который, что бы ни случилось, никогда не будет использовать цвета сепии в моих воспоминаниях или что-то в этом роде.

Субару: Ты сказала так много такого, чего я не понимаю... но неужели это все обо мне!?

Отложив "Партнёр" и любые другие слова, которые он чувствовал, что не может игнорировать, в сторону, подавленное выражение на лице маленькой девочки, казалось, начало пропадать. Поэтому он решил пока воздержаться от возражений.

Честно говоря, Субару все еще было довольно трудно просто спокойно принять сложившуюся ситуацию.

Беспорядок в его голове все еще не был улажен, он все еще не полностью смирился с реальностью, и он не мог точно принять все объяснения как факт.

Но даже в этом случае, на данный момент, чувства девушек были переданы ему.

Субару: Меня зовут НАЦУКИ СУБАРУ. Я только что попал сюда и еще даже не знаю, где лево, а где право, но я предполагаю, что мы, вероятно, друзья. И я понимаю, что это немного нагло, но я хотел бы попросить вас двоих об одолжении.

Подпрыгнув еще раз, Субару ткнул пальцем в потолок и объявил свое имя.

А затем, протянув руки к двум девушкам, стоявшим перед ним, он наклонил голову и,

Субару: ――Вы не возражаете… назвать мне свои имена, пожалуйста.

???+ ????: "――――"

Услышав эти слова, по какой-то причине у хорошенькой девушки перехватило горло, а маленькая девочка моргнула.

Но это длилось всего мгновение.

Затем, сразу же отложив это в сторону, на их лицах постепенно появились улыбки.

Эмилия: Меня зовут Эмилия, просто Эмилия. Приятно познакомиться, Субару.

Беатрис: Бетти - Великий Дух Беатрис, а Субару - Партнёр Бетти.

И вот так они назвали ему свои имена.

***

Итак, после всего этого Субару удалось во второй раз представить себя Эмилии и Беатрис. Но――

*Все*: "――――"

За завтраком, после объяснения, почему все должны снова представиться, общее настроение было таким, как будто они сидели на коврике, набитом иголками.

Естественно, здесь присутствовали Эмилия и Беатрис. И кроме этих двоих и его самого, присутствовали еще пять леди и джентльменов―― соотношение между джентльменами и леди было немного искажено, но, по крайней мере, были представлены оба пола.

Эмилия объяснила, что они все последовали за Субару в эту Башню―― (из которой, изнутри, он даже не понял, что это башня), и что они были его товарищами, которые в настоящее время объединили свои головы, чтобы захватить эту Башню.

Если бы мы описали каждого из этих сказочных членов по очереди, то это были бы: гламурная грудастая молодая леди в сексуальном наряде, хорошенькая маленькая девочка с чарующей аурой, не подходящей для ее возраста, симпатичная девушка с розовыми волосами и очаровательным взглядом, элегантная девушка с молодыми чертами лица и нежной аурой вокруг нее, и, наконец, красивый молодой человек с прямыми чертами лица, окруженный благородством.

“Все физически привлекательны", - таково было жалкое осознание Субару об этом Параллельном Мире в этот момент.

Субару: Хорошо… просто из личных предпочтений… Я все еще думаю, что красивая сереброволосая Эмилия-тян занимает первое место…

*Все*: "――――"

Он прошептал эту случайную нездоровую мысль вслух и встретил чрезвычайно холодный прием в ответ.

Ну, очевидно. В конце концов, им только что сказали, что Субару потерял свои воспоминания―― и забыл их всех. Они неизбежно окажутся в таком же тупике, как Эмилия и Беатрис.

Эмилия: Итак, я думаю, что все довольно шокированы…… Субару сейчас находится в довольно сложной ситуации. Но даже в такой ситуации…… нет, именно потому, что ситуация такова, мы должны оказать ему нашу поддержку.

Сказав это, Эмилия вмешалась, чтобы помочь Субару подвести итог его ситуации.

Тем не менее, даже за это короткое время, что он знал ее, он уже мог сказать, что она не очень хороша в публичных выступлениях. Только когда Беатрис произнесла свою часть, они смогли взять под контроль разговор, который катался повсюду.

Благодаря этому состояние Субару было едва ли сообщено всем присутствующим, когда――

*Девушка с розовыми волосами*: ――Эмилия-сама, можно?

Подняв руку, девушка с розовыми волосами попросила у Эмилии разрешения заговорить. Эмилия, к которой обращались с почтительным “сама”, кивнула как само собой разумеющееся.

Эмилия: Эта девушка - Рам. Она горничная из Особняка…… горничная, ты знаешь, что это такое?

Субару: НЕТ ПРОБЛЕМ…… но, Горничная Особняка, говоришь. Мн, кажется, я понял.

Хорошенькая девушка с розовыми волосами по имени Рам―― согласно дополнительной информации Эмилии, была Горничной. Судя по тому, что с ней была горничная, Субару мог более или менее представить, кто такая Эмилия, в то время как Рам, которой сейчас было наплевать на этот ход мыслей, бросила на Субару бледно-розовый, пронзительный взгляд,

Рам: Это какая-то шутка, Барусу?

Субару: Я знаю, что не могу не показаться здесь подозрительным, но это правда. Кроме того, зачем превращать мое имя в Ослепляющее Проклятие, ой……И, спящая там девушка сзади, ты ее старшая сестра?

Рам: "――――"

Когда его назвали этим тупым именем, Субару нахмурился и возразил. Услышав это, Рам прищурилась.

Его вопрос касался девушки в зеленой комнате, в которой он проснулся―― ее не было среди присутствующих здесь.

С яркими светло-голубыми волосами и чертами лица, идентичными чертам Рам―― она спала, и независимо от того, какая суматоха поднималась вокруг нее, она продолжала спать, как будто это не имеет к ней никакого отношения. Представившись во второй раз, она была первым человеком, о котором Субару спросил Эмилию и Беатрис.

По их словам, поиск способа пробудить ее от непробудного сна была одной из главных причин, по которой они пришли, чтобы захватить эту Башню.

Субару: Извини, что я причинил столько хлопот, когда ты пытаешься разбудить свою сестру. Но я, честно говоря, понятия не имею, что сейчас происходит со многими вещами. Так что, пожалуйста, оскорбляй меня сколько хочешь, как только ко мне вернутся воспоминания.

Рам: ……То, как ты это сказал… ты действительно не помнишь? Это легкомысленное отношение и тон, похоже, ничем не отличаются от обычного Барусу.

Субару: Когда ты так говоришь, это звучит почти так, как будто я все еще имею все свои хорошие качества от прошлого. Это хорошая новость, верно? Ну, как говорится, “человеческая природа не меняется так легко”, поэтому, пожалуйста, относись ко мне так же, как ты относилась ко мне раньше!

Субару надулся духом, а Рам только недоверчиво уставилась на это безответственное отношение.

Как будто вообще ничего не изменилось. Субару был так похож на самого себя, что она не могла не сомневаться. Если не считать потери памяти, это действительно было не так уж плохо.

По крайней мере, с точки зрения взаимодействия, не было необходимости беспокоиться о том, что что-то не так.

Субару: Так что в осно…… Ууооуухх!?

*Грудастая девушка*: Мастер-сама~?

Как раз в тот момент, когда он собирался сделать вдох после допроса Рам, Субару почти перевернулся вверх тормашками, когда почувствовал сладкое дыхание, дующее ему в ухо. Завершив свой вынужденный переворот, он оглянулся и увидел очаровательную черноволосую девушку, стоящую достаточно близко, чтобы лизнуть его левое ухо.

Одетая в черное бикини, короткие штаны и плащ―― девушка, казалось, стремилась к довольно специфическому фетишизму. Но Субару испугала не ее одежда, а ее движения.

Всего мгновение назад она сидела, скрестив ноги, напротив него на полу. Как ей удалось встать и подкрасться к нему?

Субару: Ух, эмм……

Шаула: Это Шаула! Любимый ученик Мастера-сама и Хранитель Звезд этой Сторожевой Башни Плеяд!

Субару: Хранитель звезд……? Кроме того, Мастер*-сама… ты имеешь в виду меня?

(imy: Переводчик этой главы все же переводит как Учитель, поэтому еще раз напомню, - это можно так же переводить как учитель.)

Шаула: Да!

Сияя улыбкой, которая могла затмить солнце, на Субару, который показывал пальцем на себя, прекрасная девушка―― Шаула кивнула. Вид этой беззаботной улыбки полностью перевернул впечатление Субару с ног на голову.

С точки зрения внешнего вида, она казалась самой близкой к брачному возрасту девушкой в группе, и в сочетании с этим выбором одежды он изначально думал, что в ней была особенно зрелая привлекательность. Но она вела себя как десятилетняя девочка. Или, скорее, как щенок, который вне себя от радости, что его заметил хозяин, или что-то в этом роде.

На самом деле, это было не слишком далеко от впечатления Субару: Шаула виляла своим черным хвостиком, как собака, виляющая хвостом.

Шаула: Скажите, Мастер-сама… вы все еще не устали так играть? Сколько еще раз вам нужно забыть меня, прежде чем вы прекратите?

Субару: Дело не в том, хватит с меня или нет! На самом деле, ты хочешь сказать, что мои воспоминания очень часто улетучиваются?! Неужели пересечение измерений сделало мои воспоминания легко сдуваемыми или что-то в этом роде!?

Услышав легкомысленный комментарий Шаулы, Субару оглядел остальных, чтобы убедиться в этом.

Хотя Субару едва мог смириться с реальностью потери памяти, то, что это часто случалось, было совсем другой историей. Это уже не просто острое, это будет хроническое состояние. Если он постоянно теряет память из-за какой-то эндемической болезни Параллельного мира, это гораздо серьезнее, чем просто делает повседневную жизнь неудобной.

Субару: В чем дело? Неужели я действительно так часто теряю свои воспоминания?

Беатрис: Нет, конечно, нет. Успокойся, я полагаю. Шаула, не приводи Субару в еще большее замешательство, чем сейчас. Он только наконец-то успокоился……

Держа Субару за левую руку, Беатрис, которая все это время сидела рядом с ним, вздохнула. Она бросила на Шаулу пронзительный взгляд, и в ответ Шаула высунула язык с "Влих~"

Шаула: Я не пыталась беспокоить Мастера-сама, ты же знаааешь. Ах, но тогда, если это заставит голову Мастера-сама наполниться Шаулой, тогда это тоже нормально. Ооох, я такая дьявольская девушка. Мастер-сама, вам нравятся дьявольские девушки?

Субару: На данный момент дьявольский означает запутанный, так что нет, спасибо. Прямо сейчас мне нужна помощь только от Ангелов/Богинь/Фей, поэтому я оставлю полуголых старших сестер на другой раз.

Шаула: Тчииии, это так пооодло! Несмотря на то, что мои сиськи такие большие, Мастер-сама такой подлый~

Перед постоянно растущей привязанностью Шаулы к нему, Субару отклонил ее предложение с неловкой улыбкой. Честно говоря, он совсем не испытывал к ней неприязни, но он мог сказать, что ее привязанность была направлена не на Субару этого момента, а на Субару “Мастера-сама” ее преданности.

На самом деле, любовь Эмилии и Беатрис к нему, должно быть, была такой же――

*Маленькая девочка с волосами цвета индиго*: Действительно, сестрица такая головная боль-сан.

Независимо от внутренних мыслей Субару, маленькая девочка прокомментировала это своим сладким голосом.

Она была маленькой девочкой, на вид примерно того же возраста, что и Беатрис, но, в отличие от сказочных черт Беатрис, ее лицо все еще оставалось в пределах человеческой привлекательности. Ее темно-синие волосы были заплетены во французскую косу, и из ее глаз исходил довольно неприличный соблазнительный взгляд.

Субару: Я хотел бы поговорить с твоими родителями, бэй-би~

*Маленькая девочка с волосами цвета индиго*: ――. Будет лучше, если ты этого не сделаешь. Братец и мама не поладят, знаешь. Кроме того, разве мы сейчас не говорим о воспоминаниях Братца?

Субару: Даже если ты так говоришь, нет никакого способа вернуть их сразу…… А пока давай начнем с твоего имени. Скажи мне его, и мы сделаем первый шаг в нашей дружбе!

*Маленькая девочка с волосами цвета индиго*: Пфф…… дружба

Не знаю, что было смешным, но маленькая девочка прикрыла рот рукой и тихо хихикнула. Это было похоже на смешок где-то между насмешкой и безмолвием, и все же это не было ни тем, ни другим.

Субару не мог понять, почему она так смеется, но,

Мейли: Я - Мейли, Братец. Если ты не забыл своих навыков шитья вместе со своими воспоминаниями, я все еще надеюсь, что ты сможешь снова сделать мне мягкие игрушки.

Субару: Оооо, моя скрытая сила уже раскрыта? Похоже, я очень люблю Мейли, хах. Ты тоже моя младшая-сестра-протеже, как Беатрис?

Беатрис: Эта девочка была убийцей, посланная, чтобы убить Субару и Бетти в нашем доме, я полагаю.

Субару: Что это за шутка?!

Беатрис обрушила на него довольно тяжеловесную шутку, но, по какой-то причине, никто не отрицал этого. Если не… Субару посмотрел на Мейли, и она слегка улыбнулась ему и махнула рукой.

Субару понятия не имел, что на самом деле произошло, но то, что эта маленькая девочка была убийцей, все еще звучало немного нереально. Хотя, может быть, не повредит остаться на безопасной стороне.

Субару: Итак, Рам, Шаула и Мейли все представились. Тогда следующим будет……

Отложив на время свои различные вопросы о Мейли, Субару перевел взгляд на оставшихся двух человек―― на девушку со светло-фиолетовыми волосами в шарфе и юношу с красивыми чертами лица.

Из всех присутствующих только эти двое не произнесли ни единого слова с тех пор, как объяснили ситуацию Субару. И, по мнению Субару, с чрезмерно склонным к женщинам соотношением полов, этот юноша был единственным человеком того же пола, что и он. Так что он с нетерпением ждал того, что он скажет, но,

*Красивый Юноша*: ――――

Желтые зрачки молчаливого юноши дрожали, и от него исходила жуткая аура. Это была атмосфера, которая заставляла колебаться говорить с ним, и Субару не мог сказать ни слова.

Даже для Субару, который был общепризнан за свою неспособность читать настроение, видя юношу таким, ему не хотелось вступать в его мир.

Возможно, из всех людей в этой комнате он был тем, кого это ударило сильнее всего.

*Девушка со светло-фиолетовыми волосами*: Просто……

*Красивый юноша*: ...Гх.

*Девушка со светло-фиолетовыми волосами*: Просто дай ему немного времени. Это нормально, правда?

Вместо этого юноши хорошенькая девушка в шарфе слегка подняла руку и сказала это. Ее одежда, казалось, была немного теплее, чем у других, и, вопреки ее милой внешности, ее тон был немного пацанским―― чем-то напоминающим то, что у него дома называют Боку-ко. И вот так она прорезала застывшую атмосферу.

В любом случае, ее слова спасли разговор. Хотя, по какой-то причине, Эмилия и все остальные только что казались ужасно смущенными чем-то.

Субару: Ааа, да, конечно. Это моя вина, что я внезапно шокировал всех этим……

*Девушка со светло-фиолетовыми волосами*: Как я* это вижу, дело не только в этом…… (*’Боку’, мужское ‘я’)

Субару: Ооох, это Боку-ко?

Так что эта девушка, которая производила впечатление Боку-ко, на самом деле называла себя с помощью “Боку”.

С задумчивым выражением лица девушка поиграла своим шарфом и криво улыбнулась словам Субару,

“Анастасия”: Пока что ты можешь называть меня Анастасией. На самом деле, если бы не твое шокирующее откровение, на твоем месте я бы сама сделала шокирующее откровение. Но, похоже, произошла какая-то путаница.

Субару: Шокирующее… откровение……?

Не зная, какое откровение она собиралась сделать, Субару, казалось, был озадачен ее словами, но Анастасия только слегка улыбнулась и не ответила ему. Все это время, наблюдая за их перепалкой, выражения на лицах Эмилии и Беатрис тоже казались озадаченными чем-то.

Они тоже не знали, в чем Анастасия собирается признаться―― но, похоже, их беспокоило что-то еще.

Рам: В любом случае, похоже, Рыцарю Юлиусу нужно некоторое время, чтобы успокоиться…… так что давайте пока приготовим завтрак. Эмилия-сама, могу я одолжить Барусу, чтобы он принес мне немного воды?

Субару: А?

Встав со своего места, Рам похлопала ее по коленям, сказав это.

Вместо того, чтобы предаваться застою ситуации, она предложила использовать это время. Это имело смысл, но что-то в этом чувствовалось, когда лицо Эмилии, казалось, было удивлено этой неожиданной просьбой.

Несмотря ни на что, попросить страдающего амнезией Субару сопроводить ее было просто――

Эмилия: Воспоминания Субару спутаны, может быть, лучше дать ему отдохнуть……

Рам: Даже если мы дадим ему отдохнуть, он не сможет сразу восстановить свои воспоминания. Барусу сказал это сам. Кроме того, независимо от того, сохранились у него воспоминания или нет, Барусу все еще остается слугой Розваля-сама. Он просто немного более забывчив, чем обычно, и использовать это в качестве оправдания для расслабления непростительно.

Субару: Это довольно грубо, Рам-тян…… Рам-сан?

Рам: "――――"

Рам бросила на него свирепый взгляд, и плечи Субару сжались в комок.

Тем не менее, возможно, Рам была права. Хотя Субару в настоящее время находился в трудном положении, он не чувствовал бы себя комфортно, если бы его слишком баловали из-за этого.

Кроме того――

Субару: "――――"

Наблюдая за подавленным юношей, которого поддерживала Анастасия, Субару чувствовал, что ему не следует быть тут, по крайней мере, до тех пор, пока юноша не успокоится.

Или, может быть, именно потому, что она заметила это, ей захотелось вывести Субару из комнаты.

Субару: В таком случае, я не должен недооценивать тебя, Рам……

Рам: ……В любом случае, пойдем, Барусу. Я не ожидаю от тебя других способностей, но, по крайней мере, у тебя не должно быть проблем с водой.

Эмилия: О, тогда мы могли бы……

Рам: Вы не должны баловать Барусу, если хотите для него лучшего.

Возможно, назвать ее имя без суффиксов было правильным ответом, так как на этот раз Рам не возражала. Вместо этого она остановила Эмилию, которая хотела пойти с ней.

Как раз в тот момент, когда Эмилия собиралась возразить, Субару вмешался: "Все в порядке, все в порядке",

Субару: Рам в чем-то права. Если не считать того, что у меня в мозгу, с моим телом все в порядке. Я слышал, что я должен быть слугой? Как мальчик-посудомойка? Похоже на то, что я думаю, так что в таком случае я должен пойти за водой и вернуться к своим обязанностям.

Эмилия: ……ты не слуга, ты мой…

Субару: Я твой, что? ――! Если только, э-э, я…я, твой ллл...лл..л-любовник или……

Эмилия: Нет-нет, это совершенно не так.

Субару: Это совершенно не так!? Ну, да, я думаю……

Тяжело дыша через нос, спрашивая об этом, полный надежды, он был немедленно сбит Эмилией.

Она определенно была в его вкусе, но этот высокородный цветок был слишком далеко от него. Воспоминания или нет, как Субару мог надеяться приблизиться к такой милой девушке, как она?

Субару: В любом случае, не обращай на меня внимания, иди и позаботься о своей части. Надеюсь, к тому времени, когда я вернусь, он будет чувствовать себя немного лучше……

Эмилия: ……Мн, ты прав. Я понимаю. Я... попробую как-нибудь поговорить с ним.

Отложив шутки в сторону, Субару понизил голос и прошептал это Эмилии, указывая в сторону молодого человека. Юноша, казалось, обменивался словами с Анастасией, но по какой-то причине он, казалось, не чувствовал себя лучше.

Было бы здорово, если бы Эмилия и Беатрис смогли немного поднять ему настроение.

В любом случае, он не ожидал, что Шаула или Мейли окажут большую помощь в этом деле.

Субару: Конечно, самая надежная здесь - Бетти. Я оставляю это на тебя, Партнер-ша.

Беатрис: ――. Я бы предпочла, чтобы ты меня так не называл.

Субару: ――? Ав, правда? Тогда, просто Беатрис?

Беатрис: …Этого…… пока достаточно. Субару может оставить это Бетти.

Все еще держа его за руку, Беатрис слегка возразила против того, как Субару называл ее. Увидев ее реакцию, Субару почувствовал, что в конце концов сделал неправильный выбор, но все еще не знал, как это исправить.

Затем Беатрис отпустила руку Субару и перевела взгляд на Рам,

Беатрис: Старшая сестра-близнец, я доверю Субару тебе, я полагаю.

Рам: Поняла. Но мы не уйдем далеко, я сомневаюсь, что это будет опасно.

Беатрис: Именно в таком неопасном месте Субару потерял все свои воспоминания.

Рам: Хорошее замечание.

Субару: Ууггх, никаких контраргументов вообще……

Слушая разговор между Беатрис и Рам, Субару застрял в этом неприятном консенсусе. В этот момент Эмилия принесла с края комнаты ведро с водой.

Вручая ведро Субару,

Эмилия: Просто иди медленно с Рам и не торопись. Я сделаю все возможное, чтобы успокоить его, прежде чем ты вернешься.

Субару: Ах, хорошо, сделай все, что в твоих силах. Я оставляю это тебе, Эмилия-тян.

Эмилия: --. Мхм.

На мгновение повисла пауза, прежде чем она ответила, но Субару не стал продолжать.

Рам: Барусу.

Рам позвала его, чтобы он поторопился, и Субару, взяв ведро в одну руку, последовал за ней из комнаты. Уходя, он украдкой взглянул в сторону юноши, но тот все еще был не в состоянии говорить.

Субару: ……Так что, эм, ничего, если я спрошу, в чем проблема?

Рам: Ты имеешь в виду Рыцаря Юлиуса? Это довольно жестоко с твоей стороны, Барусу.

Субару: Это, жестоко……?

Теперь их было только двое. Идя по коридору бок о бок с Рам, Субару спросил о юноше, который, казалось, был шокирован больше, чем кто-либо другой в комнате.

Она ответила, что он жесток, и он узнал, что юношу зовут Юлиус, имя, которое, по его мнению, производило довольно умное впечатление.

Субару: Я думаю, мы можем оставить его Эмилии и Беатрис, вот почему ты привела меня сюда, так? Это было не только для того, чтобы принести воды, верно?

Установив небольшое расстояние между комнатой и собой, Субару сразу перешел к делу.

Рам: "――――"

Субару: Молчишь, хах. Я имею в виду, я не говорю это наверняка, я могу ошибаться, и это может оказаться действительно очень неловко для меня.

Рам: "――――"

Субару: ……Разве только для того, чтобы набрать воды? Ум, если это так, пожалуйста, забудь, что я сказал, ухх, теперь, когда я думаю об этом, все это самодовольное “Что-то, должно быть, случилось?” было просто совершенно кринжово сейчас.

Рам: "――――"

Субару: Ах?

Думая, что он, вероятно, ошибся, лицо Субару начало напрягаться от отсутствия ответа. Но как раз в тот момент, когда он пытался найти какой-то способ сгладить это, Рам остановилась как вкопанная.

Сделав еще два шага вперед, прежде чем он понял, что она остановилась, Субару также остановился и повернулся к Рам. Она слегка расчесала свои розовые волосы и,

Рам: ――Хватит, придурок, прекрати эту игру, Барусу.

Затем, с легким оттенком гнева в ее светло-розовых зрачках, она заговорила.

Субару: А? Игру……?

Рам: Ты ведь понимаешь смысл смены местоположения, не так ли? Не нужно так смущать девушку. Отвратительно.

Субару: Отвратительно!

Не понимая, что она пытается сказать, Субару нахмурил брови. Но тем временем Рам обхватила себя за локти и покачала головой, глядя на его глупое выражение лица.

Рам: В любом случае, Барусу, должно быть, снова придумал какой-то недоделанный план, не так ли? Не обращая внимания на нескромную Эмилию-саму, противостоящей фракции Анастасию-саму и ненадежную Шаулу…… по крайней мере, скажи Рам, о чем ты думаешь.

――Таким образом, мы сможем лучше координировать свои действия на случай, если что-то пойдет не так.

С этим подтекстом Рам прямо сказал это Субару.

Получив это, глаза Субару немного заблуждали, прежде чем поднять правую руку и сильно почесать волосы.

Субару: Об этом, ум. Рам, то, что ты только что сказала. Дело не в том, что я не понимаю, но……

Рам: Но?

Субару: Извини, но на самом деле это не игра, не розыгрыш или что-то в этом роде. Я действительно не помню. Извини, я не могу оправдать твои ожидания.

Рам: Упрямый. Я знаю, что Барусу всегда любит заниматься таким в одиночку, но на этот раз это касается и меня. Рам заинтересована в том, что произойдет с Рем. Так что, боюсь, тебе придется посвятить меня в это дело.

Субару: Нет, но я имею в виду……

Кто здесь ещё упрямый? Субару почувствовал себя в растерянности, когда Рам так настаивала.

Без сомнений, она не смогла смириться с тем, что он потерял память, но, видя ее такой упрямой, Субару не знал, что делать. В конце концов, как такое притворство, как потеря памяти, поможет захватить эту башню?

Рам: Даже если Рам не понимает…… Если это Барусу, у Барусу всегда есть план. Так что признайся мне во всем. Я сохраню это в секрете.

Субару: Хотя поделиться секретом только между нами двумя звучит заманчиво и все такое……

Она не знала подробностей, но была уверена, что у Субару есть план.

То, как Рам сказала это, так удивило его, что он на мгновение застыл, ошеломленный. Но даже если бы она расспросила его с такой хрупкой логикой, Субару не знал бы, что ей сказать.

Если подумать, она сказала: “Если это Субару”. Насколько она в него верит?

Но, пока Субару был занят этими мыслями, Рам――

Рам: Барусу.

Субару: Хм? ……Эгх, ой!?

Внезапно сделав шаг вперед, Рам приблизилась и взмахнула рукой, и ведро вылетело из левой руки Субару. Металл ударился о каменный пол, и его пронзительный звук разнесся по коридору.

Потрясенный, Субару собирался повысить голос, чтобы спросить ее, почему она это сделала. Но――

Субару: "Ууогх"

Рука вцепилась в его воротник, и к тому времени, когда он заметил, что потерял равновесие, его прижало к стене.

Тихо вскрикнув от боли в спине, ударившись о стену, Субару понял, что это из-за маленькой статной девушки перед ним.

Он понял это, но не знал почему.

Субару: Что, что ты делаешь……

Рам: Скажи мне. Если ты этого не сделаешь, у Рам также есть несколько других идей.

Субару: ――! Что с тобой, черт возьми! Разве я не сказал тебе, что у меня ничего нет!? Я тебе не лгу! Я…

Столкнувшись с ее тихой угрозой и применением насилия, даже терпение Субару достигло предела. Сколько раз ему пришлось повторять это, прежде чем она поверила ему?

Точно так же он попытался схватить Рам за запястье, которое сжимало его воротник, когда――

Рам: ――Хватит! Говори уже!!

Субару: "――――"

Услышав этот близкий крик, гнев Субару рассеялся в его ушах.

Возможно, это был шок―― но дело было не только в этом. Присутствовал шок. Но после шока, вызванного этим внезапным криком, он почувствовал, как силы покидают ее.

Но, кроме этого, было еще что-то, что мешало ему двигаться.

Рам: Говори…… уже…

Ее голос дрожал.

Услышав это, даже без его воспоминаний, Субару, тем не менее, почувствовал его воздействие.

Это произошло не только потому, что она предала его впечатление о ней, но и по другой, неопределенной причине.

Рам: ……Пожалуйста, скажи…

Субару: р...ам?

Рам: ……пожалуйста

Тихо, прислонившись лбом к его груди, девушка дрожащим голосом произнесла это.

Потеряв всю силу мгновения назад, единственное, что осталось, - это печаль.

Она не плакала. Потому что она не была такой хрупкой.

Она не горевала. Потому что она не была так добра к себе.

――В этом голосе звучала только печаль, которой некуда было деваться.

――На кого, или куда, или на что она была направлен?

Рам: Если даже Барусу забыл, тогда Рам…… тогда Рем……

Субару: "――――"

Рам: Тогда Рем… она……

Рем, так звали ее младшую сестру.

Спящая в кровати в Зеленой Комнате, спящая принцесса, которая выглядела в точности как она.

Та девушка и ее старшая сестра перед ним, что, должно быть, произошло между ними и Субару? Это не было тем, что Субару мог себе представить в этот момент.

Все, что Субару знал, это то, что Рам действительно полагалась на то, что он забыл.

Субару: ……Мне очень жаль.

Опустив руки, наблюдая, как она прижимается лбом к его груди, чтобы он не мог видеть выражение ее лица, Субару тихо извинился.

Было ли это извинением за то, что он забыл, или извинением за то, что не смог ответить ей?

Вероятно, это было и то, и другое, а также некоторые другие эмоции, смешанные вместе.

"――――"

Кроме этого, Рам больше ничего не сказала.

Субару тоже ничего не сказал. Только, почувствовав, как Рам крепко вцепилась в его рубашку, он закрыл глаза.

――Только ведро, которое скатилось на пол, смотрело на этих двоих, беспомощно прислонившихся друг к другу.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 35. Тонкие отношения

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

???: Субару знает, как больно быть забытым. Так что… забыть кого-то… он бы никогда не стал шутить о чем-то подобном.

"――――"

На обратном пути в комнату Субару невольно затаил дыхание, когда услышал голос изнутри.

Хотя он не мог видеть, кто говорит, по прекрасному, как серебряный звон, голосу, он понял, что это Эмилия. Слушая, как она произносит его имя слегка напряженным голосом, Субару не смог не растянуть щеки в неловкой улыбке.

В этом голосе звучало сильное доверие и не менее сильная мольба.

Это было от Эмилии к “Нацуки Субару”, и, конечно, не к этому Субару. Он ясно понимал это.

Рам: ……никогда бы не стал шутить о чем-то подобном. Да. Никогда не думала, что скажу это, но Эмилия-сама права.

Также слыша этот голос, Рам, сопровождавшая Субару, прошептала этот самоироничный комментарий себе под нос. В отличие от Субару, который нес наполненное водой ведро, она была с пустыми руками и держалась за локти, ее ногти впивались в белую кожу.

Почти как напоминание самой себе, сожаление и продолжение боли от невыполненной клятвы.

Субару: Рам……

Рам: Это была просто бессмысленная шутка, забудь, что ты ее когда-либо слышал. Это только обеспокоит Эмилию-сама, если ты заговоришь об этом. Так что ради безупречной репутации Рам держи это при себе. Если ты осмелишься упомянуть об этом……

Субару: "――――"

Рам: ……Кажется, ты действительно не помнишь.

Если он осмелится упомянуть об этом, произойдет что-то страшное. Вероятно, именно это она и пыталась сказать. Или, возможно, она ожидала, что Субару ответит колкостью, прежде чем она это сделает.

Как и раньше, когда речь зашла о связи между ней и ее младшей сестрой, ему показалось, что в ее бледно-розовых глазах промелькнуло разочарование. Но эта печаль исчезла в одно мгновение.

Тот факт, что она не позволила ему никому рассказать, было ли это потому, что Рам была слишком сильна для этого, или потому, что она была слишком слаба?

Он не знал, что таилось в глубинах ее сердца.

Только в центре его груди все еще оставался слабый след от того места, где лежала ее голова.

Рам: ――Извините, что заставили вас ждать. Мы вернулись.

Не дав ему времени подумать, Рам возобновила свои шаги и направилась в комнату. Это упрямое отношение могло быть просто выражением ее настойчивости в этом вопросе. Видя это, у Субару не было другого выбора, кроме как уважать ее чувства и не упоминать об этом.

Субару вошел за несколько шагов позади нее, и более или менее напряженная атмосфера распространилась по всей комнате.

Но даже так, это все равно было несколько лучше, чем сразу после того, как Субару сделал свое шокирующее откровение.

В доказательство этого, после того как Эмилия поприветствовала возвращающегося Субару сказав "Спасибо за тяжелую работу", следующий голос, который последовал за этим, был,

Юлиус: ……Ранее я показал тебе свою неприглядную сторону. Ничего, если мы начнем все сначала?

Субару: Ох, охх. Я должен быть тем, кто… Я имею в виду, я тот, кто удивил тебя…… Ах, нет, мне не следовало тебя прерывать. Пожалуйста, продолжай.

Юлиус: Нет необходимости быть таким сдержанным. Если ты будешь вести себя со мной так официально, я буду чувствовать себя не в своей тарелке.

Сказав это, слабая улыбка появилась на лице пурпурноволосого юноши―― на лице Юлиуса.

Ранее он был тем, кто побледнел от откровения Субару. Субару не знал, что могли сказать ему Эмилия и Беатрис, пока он ходил за водой, но он, казалось, набрался достаточно сил, чтобы заговорить.

Только, у него в голове все ещё были слова, которые Рам сказала ему в коридоре. ――Когда он спросил ее о Юлиусе, она сказала ему, что он слишком жесток. Что она могла иметь в виду?

Юлиус: Давайте начнем сначала, я Юлиус Юклиус. Это Анастасия-сама…… Я служу ей как Рыцарь. А ты… друг, в некотором роде.

Субару: Понятно, приятно познакомиться…… но почему эта последняя часть не чувствовалось очень уверенно?

Юлиус: К сожалению, у нас могло быть несколько иное понимание наших отношений. Я сам думаю о тебе как о друге, но что касается того, что ты думаешь обо мне, то это……

Субару: Буквально… потеряно в памяти, хах.

Юлиус: ――. Это совершенно верно.

Уловив некоторую элегантность в его словах и поведении, Субару скривил губы.

По словам Эмилии, он был единственным мужчиной в их компании в этом путешествии в эти предательские условия, поэтому, естественно, между ними должно было быть значительное доверие.

Но опять же, учитывая рыцарский вид Юлиуса и их обмен словами только что, даже без воспоминаний, Субару мог представить, что его прежнее " я " произвело ужасное первое впечатление.

Эмилия: Все в порядке, не нужно беспокоиться. Субару и Юлиус действи-т-ительно хорошие друзья. Мы все видели, так что мы все можем подтвердить.

Мейли: Совершенно верно. Нет причин так беспокоиться об этом, не так ли? У Братца-Рыцаря и так полно других проблем, о которых стоит беспокоиться.

Наблюдая за их перепалкой, Эмилия встряла, уперев руки в бока, и Мейли насмешливо согласилась с озорным взглядом в ее глазах.

В то время как слова Эмилии были чисто из-за беспокойства о первой встрече Субару и Юлиуса, слова Мейли, казалось, намекали на что-то совершенно другое.

Субару нахмурил брови, услышав это, в то время как Юлиус кивнул, как будто понял ее смысл.

Юлиус: Ну да. То, что сказала Мейли, - правда. Субару, хотя нам и нужно обсудить то, что с тобой случилось, это не единственная проблема, с которой мы сейчас сталкиваемся. В связи с этим, пожалуйста, позволь мне объяснить.

Рам: Это, может быть, связано со странным поведением Анастасии-сама сегодня утром?

Юлиус: ……Ваше наблюдение верно, мисс Рам.

Рам сказала это, прислонившись к стене, и Юлиус слегка опустил глаза в ответ. Увидев это, Рам прищурилась на Анастасию и тихо вздохнула.

Рам: Барусу, дай мне ведро с водой. Я начну готовить еду.

Субару: ……Разве мы не собираемся обсудить что-то важное?

Рам: Я все еще буду в этой комнате. Так что я буду все слышать. ……Работа поможет мне отвлечься от мыслей.

Резко сказав это, Рам выхватила ведро с водой из рук Субару и направилась к заполненному багажом углу комнаты. Затем они увидели, как ее стройная спина занялась именно этой задачей.

Эмилия: Прости. Рам… обычно она не такая……

“Анастасия": Конечно, не нужно возражать. Понятно, что она чувствовала бы себя именно так.――Видеть то, как желаемая информация, которой не терпелось вырваться из горла другого человека, внезапно улетает так далеко, любой чувствовал бы себя таким образом.

Анастасия спокойно покачала головой в ответ на извинения Эмилии. И, услышав ответ Анастасии, и Эмилия, и Беатрис сделали трудное выражение лица.

Субару не знал, что могло прийти им в голову―― но ответ на это вскоре прозвучал из уст самой Анастасии.

“Анастасия”: А теперь, хотя после всей этой путаницы сегодня утром, я бы, честно говоря, не хотела обременять вас еще какими-либо сюрпризами…… Я действительно думаю, что сохранение этого в тайне только посеет семена раздора в будущем. Поэтому, если ваша принимающая почва позволит это, позвольте мне кое-что доверить вам.

Беатрис: ……Такой высокомерный и окольный способ говорить. Поторопись и перейди к делу, я полагаю.

"Анастасия": Не нужно так пугаться, Беатрис. ――Можно сказать, мы с тобой близки, как сестры. Все так, как ты и предполагала.

Беатрис: "――――"

Лицо Беатрис застыло от слов Анастасии. Стоя рядом с Субару, как будто естественно ища, на что можно положиться, пальцы молодой девушки слегка сжали рукав Субару.

Субару бросил на нее косой взгляд и после некоторого колебания взял ее за руку. Кончики ее пальцев слегка дрожали от шока, но вскоре маленькая ладонь, в свою очередь, приняла это тепло.

“Анастасия": ……Твои отношения с твоим Партнёром действительно дружеские и идеальные. Я хотела бы иметь такие же идеальные отношения с Анной, но, к сожалению, все идет не так хорошо.

Эмилия: Ты обращаешься к Анастасии-сан так, словно говоришь о ком-то другом. Так что это означает, что ты……

“Анастасия": Ах да, вы правильно угадали. ――Прямо сейчас сознание, обитающее в этом теле, не принадлежит Анне. Анастасия Хошин спит глубоко внутри этого тела. И та, кто обращается к вам сейчас, является чем-то вроде умершего призрака, что временно принял эту плотскую форму.

У Эмилии перехватило дыхание, а Беатрис крепче прижалась к Субару. Лицо Юлиуса исказилось от боли при ее признании, а Мейли все еще выглядела скучающей, как и всегда. Только Шаула, сидевшая, скрестив ноги, рядом с Мейли, была полностью отстранена от разговора, ее внимание было сосредоточено исключительно на Рам, которая готовила еду.

Повернувшись к ним спиной, никто не мог разглядеть выражение лица Рам, когда она продолжала свою работу.

Наконец, для Субару――

Субару: ……О чем вы, ребята, говорите? Я ничего из этого не понял.

Оставшись полностью позади, естественно, он мог только сделать трудное выражение лица.

***

――В теле девушки по имени Анастасия Хошин теперь доминировала другая душа, в то время как ее собственная крепко спала.

Проще говоря, именно это и объяснила “Анастасия”―― или дух по имени Ехидна.

Казалось, этот факт был довольно шокирующим для Эмилии и Беатрис, в то время как для Субару, вместо шока, это только усугубило его замешательство.

Во-первых, у Субару почти не было никаких впечатлений от Анастасии. Представьте, что кто-то подошел и сказал ему прямо при первой встрече, что “раньше я была Анастасией, но теперь я на самом деле другой человек”.

Субару: …Э-это так… Это ух… Это… довольно важная новость, хах.

Он не мог реагировать кроме как будто это были чьи-то чужие дела.

Без сомнений, только по реакции окружающих он понял, что ситуация довольно серьезная. В конце концов, они пришли в эту башню не просто так.

Именно для того, чтобы найти способ спасти девушку, которая продолжала спать, и помочь людям, пораженным какой-то неизвестной болезнью, они пришли сюда. ――Или, по крайней мере, так ему сказали.

Рам: Мы едва добрались сюда, а ключевые люди уже разваливаются на части…… Барусу где-то потерял свои воспоминания, а сознание Анастасии-сама глубоко в бездне…

Субару: Угх… выглядит совсем не хорошо, хах……

Слушая грубое замечание Рам, Субару уныло держался за голову.

Проблемы просто накапливались―― Субару даже не разобрался в своем собственном беспорядке, а все новые трудности продолжали приходить, и они никуда не собирались уходить.

В таком случае――

Эмилия: Все, я думаю, что даже если мы опустим головы вот так, мы ничего не решим. Я понимаю ваше разочарование, я понимаю…… но мы не можем пасть духом.

"――――"

Эмилия: Многие люди надеются, что мы придем в эту башню. То, что случилось с Субару и Анастасией-сан, это очень важно. Но…

Эмилия хлопнула в ладоши и привлекла к себе всеобщее внимание.

Затем, немного помедлив, она обвела аметистовыми глазами всех присутствующих,

Эмилия: Мы не можем здесь остановиться. ――Мы не должны сдаваться, это то, чему меня всегда учили.

Эмилия твердо сказала это, глядя по очереди на лица каждого члена. Ее взгляд, наконец, упал на Субару, который затаил дыхание, когда его пронзило аметистовое очарование.

Естественно, в груди у него стало жарко. Он не знал, что сказать, но видел ожидание в ее глазах. Получив это и чувствуя, что он должен что-то сделать, Субару сжал кулак.

Беатрис: Ай! Это больно! Ой, Субару!

Субару: Ах, моя ви……нет, не моя вина! Потому что это доказательство моей решимости!

Беатрис: Даже если ты говоришь это с невозмутимым лицом, мне все равно больно, я полагаю! Подумай о своих действиях прямо сейчас.

Субару: П-прости. Причинять тебе боль было моей виной. Но не моей решимости! Да, именно так!

Субару извинился за то, что он сдавил её нежное запястье, но он быстро покачал головой.

Он видел, что ситуация вызывает беспокойство. Но простое беспокойство о неразрешимых проблемах вообще ничего не продвинет вперед. На самом деле Субару знал это из личного опыта.

Если бы Субару был один, он бы наверняка заблудился. Но он был не один. Даже если он забыл обо всем, все еще была Эмилия и другие. Так что――

Субару: Это правда, мои внезапно пропавшие воспоминания причинили вам много неприятностей, я сожалею об этом. Но это не значит, что все безнадежно. Подумайте об этом по-другому. Кто знает, может быть, теперь я освободился от ненужных оков и готов разразиться новыми идеями, как свежая весна или что-то в этом роде. Тогда это означает, что мы готовы вырваться из этой передряги, не так ли?

“Анастасия": ……это… довольно прогрессивный взгляд на это.

Субару: Вы бы предпочли вместо этого вернуться назад? Все самое важное еще впереди. Говорят, Богиня Удачи показывает только свою челку, понимаете? Кроме того, когда дело дойдет до захвата этой башни, возможно, нам придется придумать более гибкую идею. Та, что не ограничена условностями этого мира, ИДЕЯ ИЗ ДРУГОГО МИРА!

“Анастасия", или, скорее, Ехидна, криво улыбнулась этому важному замечанию, но ее оттолкнул еще более важный ответ. Несмотря на то, что он просто блефовал, то, что он сказал, было правильно, и было необходимо вырваться из нынешней атмосферы.

Слушая мысли Субару, сложные выражения на лицах всех начали меняться.

Эмилия: …Ммм, это верно. Субару всегда справлялся со всеми подобными неприятностями. Так что на этот раз ты определенно поможешь нам пройти через это.

Субару: Ооох! Вот это дух! Хотя это звучит так, как будто мне придется делать всю работу здесь... но поскольку вы рассчитываете на меня, я сделаю все, что в моих силах. В конце концов, такая милая девушка просит меня о помощи!

Эмилия: Спасибо, Субару. ――Хм, я рада. В конце концов, Субару все еще Субару.

Субару: "――――"

Услышав шепот Эмилии, когда она с облегчением прижала руку к своей широкой груди, Субару был почти застигнут врасплох.

――“В конце концов, Субару все еще Субару”

Услышав ее вздох облегчения от всего сердца, Субару тоже почувствовал облегчение.

“Думаю, этого достаточно”, - подумал он.

Мало-помалу это "я" сможет заполнить дыру, оставленную Нацуки Субару, которую она знала. Если бы он смог сделать это, то он бы сгладил все запутанные отношения здесь.

Юлиус: ……Ну что ж, это, конечно, оптимистично.

Субару: А?

Как раз в тот момент, когда Субару почувствовал облегчение от слов Эмилии, внезапно вмешался Юлиус. Почувствовав пристальный взгляд Субару, он пожал плечами и разжал губы сказав "Ничего",

Юлиус: Я просто подумал, воспоминания это или нет, но все равно невозможно сказать, храбрый ты или безрассудный. С другой стороны, возможно, ты думаешь так только потому, что забыл о чудовищности препятствия, с которым мы столкнулись.

Субару: Ой, почему в том, что ты говоришь, всегда есть что-то раздражающее? Если только... не может быть, это твоя истинная природа? Юлиус-сан…… Я имею в виду, просто Юлиус.

Юлиус: ……Понятно. Как и сказала Эмилия-сама, воспоминания или нет, на самом деле не имеет значения. Природу человека не так-то легко изменить.

Субару: Думаю, я могу себе представить, какие у нас сейчас отношения. Мы должны чувствовать себя более комфортно друг с другом, чем что-либо еще, а?

Это были не грубые слова злобы, а обмен дружескими тычками. Тем не менее, Субару был убежден, что между ними существует определенное чувство дистанции.

Его первоначальное впечатление не было ошибочным. Субару и Юлиус, должно быть, не очень понравились друг другу, когда впервые встретились. Но впоследствии, благодаря различным вещам, которые они пережили вместе, их отношения, должно быть, улучшились до такой степени, что они смогли вместе отправиться в эту башню――

Субару: Тогда я буду рассчитывать на тебя, Юлиус. Пока ко мне не вернутся воспоминания, я побеспокою тебя еще немного.

Юлиус: Да, ничего не поделаешь. Тогда я с достоинством приму это как свой долг. ――Воспоминания - это просто пустяк. Я понимаю. ……Это верно.

Юлиус спокойно кивнул в ответ на дружеские слова Субару, и на этом тема закончилась.

Его воспоминания были потеряны, и проблемы просто продолжали приходить. Это определенно не было чем-то, что можно встретить с ярким лицом, это факт, но, тем не менее, встретиться с этим лицом к лицу было свидетельством его силы.

Юлиус: Когда человек, о котором идет речь, не так уж сильно обеспокоен, возможно, это тоже благодать.

Субару: Я просто не показываю этого. На самом деле сейчас в моей груди бушует целая буря. Но я воспользуюсь возможностью исцелиться, проведя некоторое время наедине с Эмилией-тян позже.

Эмилия: ――? Хочешь подушку-колени?

Субару: Аухм, нет. Мне жаль. Разве это не… немного поспешно.

Сказав это с надутой грудью и приподнятым настроением, Субару внезапно сжался. Не ожидая, что Эмилия так охотно даст ему такое нежное исцеление, его сердце начало сжиматься от страха.

Более того, это подушка-колени. Естественно, его взгляд упал на ее мягкие белые бедра――

Рам: Все готово. Помоги принести, извращенец-Барусу.

Субару: АЙ!?

Почувствовав, как что-то ударило его сзади по коленям, Субару издал вопль на месте и рухнул на пол. Все это время Рам смотрела на него с презрением, словно отчитывая за непристойность.

Рам: Твоя бесполезная позитивность - одна из твоих единственных добродетелей, Барусу. Используй эту позитивность, чтобы поднять еду. А также для уборки, чистки и других различных работ по дому.

Субару: Ты просто хочешь расслабиться, не так ли……

Шаула: Ох! Мастер-сама, я тоже помогу~! Е-д-а! Е-д-а!

Как раз в тот момент, когда Субару протестовал против насильственной передачи обязанностей, он был немедленно прерван настойчивым желанием Шаулы прокормиться. Увидев, что Шаула начала выносить тарелки, Субару ничего не оставалось, как присоединиться к приготовлениям.

Субару: Давайте посмотрим меню…… это похоже на консервированные пайки.

Рам: Это действительно консервированные пайки. Несколько свежих продуктов, которые принесла Эмилия-сама, уже закончились. Таким образом, в обозримом будущем рацион будет довольно мягким.

Субару: Ну, надеюсь, мы сможем быстро захватить эту башню и вернуться в более населенное место.

Он слышал, как говорили, что сердца людей успокаиваются только тогда, когда есть достаточно еды и одежды. В этом смысле он не был уверен, как долго они смогут продержаться в этой башне.

Особенно в том, что касается еды, в отсутствие его памяти единственным впечатлением Субару о “Вкусе этого Параллельного Мира” был вкус консервированных пайков. Что было довольно жалко.

Ехидна: Извини, что заговорила об этом, пока ты ешь, но есть кое-что, что я хочу подтвердить о тебе, Субару-кун.

Субару: Голоден… умираю с голоду…… Что, я? Ты хотела меня о чем-то спросить?

Играя роль человека, с которым обращались как с рабом и не давали ничего, кроме жалких объедков, с тех пор как его вызвали в этот Параллельный Мир, Субару протестовал против несправедливости. Но он перестал есть, когда услышал слова Ехидны.

Ехидна: Ничего особенного, но хотя я прошу прощения за то, что подняла этот вопрос, когда все объединились против нашей ситуации, я бы хотела, чтобы Субару-кун поделился с нами немного больше о том, что с ним случилось. В конце концов, твои воспоминания были единственными, на которые повлияла эта башня. И наоборот, кто знает, может ли то же самое случиться с любым из нас?

Субару: Верно, это имеет смысл. Даже несмотря на то, что заставлять человека делать это может быть немного сложно… амнезия может быть довольно неудобной, знаешь.

Беатрис: То, как ты это сказал, заставляет меня задуматься, действительно ли ты считаешь себя причастным к этому, я полагаю……

Увидев, что Субару кивнул в знак согласия, Беатрис смогла только изобразить недоумение.

Но опасения Ехидны были разумны. И правда в том, что Субару также нужно было знать, как он потерял свои воспоминания. В первую очередь, ключи к восстановлению его воспоминаний должны быть связаны с тем, как он потерял их.

"――――"

За столом справа от Субару сидела Беатрис, а слева - Эмилия. Эти двое были рядом с ним, когда он проснулся―― он хотел знать, какие именно воспоминания могли побудить их сидеть там по собственной воле и вселить в него такое беспочвенное доверие и тепло.

――Вернее, это было то, что ему нужно было помнить, потому что это был его долг.

Субару: Но все же… Я проснулся, ничего не помня, так что я действительно не знаю, что произошло. ……Эмилия-тян и все остальные, где именно вы, ребята, меня нашли?

Эмилия: Ну… Сегодня утром тебя нигде не было видно в драконьей повозке, и мы не смогли найти тебя ни в одной из комнат на четвертом этаже, поэтому мы очень волновались…

Любопытство Субару было задето словом "драконья повозка", но он не открыл рта, боясь прервать рассказ Эмилии. Возможно, ящерица, стоявшая в Зеленой Комнате, была каким-то образом связана с Земляными Драконами. Они действительно выглядели так, будто их можно было бы увидеть запряженными повозкой. Однако ему придется отложить свое желание увидеть это своими глазами.

Беатрис: Бетти была не так спокойна, как Эмилия. Я просто беспокоилась, что не могу понять, где ты, мой партнер, находишься в этой странной башне, я полагаю. Вот почему я пошла с ней искать тебя в башне, и после этого…

Субару: …И после этого?

Эмилия: Мы нашли тебя без сознания в белой библиотеке на третьем этаже, а затем перенесли в Зеленую Комнату.

Субару выдохнул, услышав совместное объяснение Эмилии и Беатрис.

Юлиус: Третий этаж - один из этажей в этой башне. Мы сейчас на четвертом этаже. Мы проходим через них, пытаясь добраться до первого этажа, который является самым верхним этажом. Мы прошли мимо третьего этажа благодаря не кому иному, как… твоим знаниям.

Субару: Спасибо за объяснение… Ты сказал спасибо за мои знания?

Юлиус заполнил недостающие детали. Тем не менее, для Субару, содержание, казалось, совершенно не заслуживало доверия. Тем не менее, Эмилия продолжила с того места, на котором он остановился, сказав “Ага”

Эмилия: Именно так все и произошло. Все, что мы слышали, было тарабарщиной, но ты смог решить все это сам, Субару... ты был действи-и-ительно потрясающий.

Субару: Хахаха, спасибо… Эй, в наши дни никто больше не говорит “тарабарщина”.

Эмилия: ……

Субару: Я сказал что-то странное?

Хотя Субару и пытался неловко сделать комплимент Эмилии, она молчала, как будто с ней что-то случилось. На долю секунды он увидел следы каких-то сильных эмоций, мелькнувших в ее глазах, но он понятия не имел, что это значит.

Во всяком случае, он не мог за ними угнаться, как будто они были рябью, бегущей по пруду.

Субару: Кстати, ты сказала, что я упал в обморок и что ты привела меня в ту травянистую комнату…

Беатрис: Эта комната защищена особым духом. Этот дух обладает силой исцелять раны людей… Собственно, именно поэтому мы и положили туда Рем.

Субару: Хорошо, хорошо, понял. Так вот почему ты тоже привела меня туда… Кстати, каковы шансы, что я потерял память из-за этой комнаты?

Эмилия: Ну, умм…

Субару закрыл один глаз, когда Эмилия запнулась в ответ, выглядя так, как будто она не думала об этом.

Хотя это было всего лишь его догадкой относительно намерений этого Духа или чего-то еще, хотя они могут быть неизвестны, если он принял форму растения, то он не мог сбрасывать со счетов, что у него какая-то жестокая природа.

Цветы красивы и наполнены сладким нектаром, чтобы насекомые несли их пыльцу. Но они также могут быть похожи на плотоядные растения, которые маскируются, чтобы заманить в ловушку насекомых, чтобы высосать из них жизнь.

Это могло бы стереть из него воспоминания, вместо того, чтобы исцелить его… На это был шанс.

Ехидна: Это довольно дикая идея, но я сильно в этом сомневаюсь. В этом случае, что-то странное случилось бы со мной гораздо быстрее, учитывая, что я пробыла в этой комнате гораздо дольше, чем ты.

Субару: ...Это "что-то странное" не имеет никакого отношения к тому, что владелец первоначального тела не просыпается?

Ехидна: Что касается Анны, это произошло до того, как мы пришли в башню. Ее состояние не имеет никакого отношения к Зеленой комнате. И кроме того… Земляной Дракон, который был в комнате, не забыл о тебе, верно?

Субару: Хах?

Ехидна: Этот Земляной Дракон ужасно привязан к тебе. Предположим, в качестве аргумента, что Дух в комнате имеет дурную привычку выплескивать воспоминания людей, не думаешь ли ты, что она, вероятно, отнеслась бы к тебе холодно?

Субару вспомнил Земляного Дракона, который прижался к нему сразу после того, как он проснулся.

Несомненно, этот Земляной Дракон был чрезвычайно дружелюбен по отношению к нему. Если причина этого заключалась в том, что она изначально была его Земляным Драконом, тогда это имело полный смысл. Хотя то, что она сказала, также удивило его.

Субару: Этот Земляной Дракон - она...?

Ехидна: Давайте вернемся к теме. Вероятность того, что эта комната сотворит такое зло, совсем невелика. Насколько я понимаю, гораздо большую проблему представляет комната, в которой ты упал. Вы сказали, что он был в библиотеке Тайгета на Третьем этаже, верно?

Эмилия: Да, именно так. Субару рухнул на белый пол в этой комнате…

Эмилия крепко сжала свое запястье, вспоминая тот момент.

Эмилия: Я в спешке отнесла тебя в ту комнату, а потом попыталась позвать всех, но…

Беатрис: Субару проснулся в этот момент и оказался в таком состоянии. Поэтому было бы трудно представить, что Зеленая комната сделала это, даже с точки зрения времени, я полагаю… Это случилось в той библиотеке.

Если что-то случилось, то за этим стояла эта библиотека или что-то ещё.

Казалось, они пришли к общей точке зрения, но Субару этого не понимал. Возможно, потому, что ему было трудно представить, что это за комната, которую они называли библиотекой.

Субару: Эм, Тайгета? Что это за комната - библиотека Тайгета? Название звучит несколько знакомо…

Юлиус: Эта библиотека - комната, в которой хранятся Книги Мертвых.

Субару: Книги Мертвых… Эй, это тоже похоже на какой-то синдром восьмиклассника.

Отложив в сторону свой интерес к имени Тайгета, Субару вонзил зубы в то, как он использовал термин Книги Мертвых. Видя его реакцию, Юлиус коротко кивнул, а затем продолжил говорить, сказав: “У нас нет конкретного подтверждения…”

Юлиус: Но в этой библиотеке есть множество книг с именами людей, которые сейчас умерли со всего мира. Чтобы читать книги, надо быть квалифицированным для этого. Скорее всего, это что-то такое, что можно читать только книги о покойном, с которым была какая-то связь.

Субару: Опять с дурным вкусом… Что написано в этих книгах?

Юлиус: Жизнь соответствующего умершего, более или менее. Интенсивные мысли проносятся в твоем уме, как будто их выжигают. На самом деле это не тот опыт, через который ты захочешь проходить снова и снова сознательно.

В его объяснении Юлиуса был вес, который мог быть выражен только тем, кто лично испытал это ощущение. Субару казалось, что откровенные воспоминания о мертвых не были чем-то, что он хотел выжечь в своей голове. Честно говоря, испытывать такой шок не было тем, что ему хотелось бы делать. Тогда, если он упал в обморок в библиотеке, где такие переживания возможны…

Субару: Я тоже читал одну из этих книг, когда упал в обморок? Не может быть, могло ли что-то подобное повредить мой разум?

Ехидна: Я не могу исключать такую возможность. Мудрец, что ты думаешь об этом?

Шаула: ...Ты, наверное, разговариваешь со мной?

Кивнув на догадку Субару, Ехидна повернулась к Шауле с многозначительным выражением в глазах. Помимо этого многозначительного взгляда, "Мудрец" был действительно непропорциональным способом обращения к ней.

Если бы он говорил без сдержанности, Шаула выглядела самой далекой от Мудреца в этой комнате.

Шаула: Неважно, сколько раз ты говоришь, мой ответ не изменится! Я ничего не знаю о башне, кроме ее праааавил! Мне просто сказали быть строгим с нарушителями правил. Что бы Мастер ни делал в башне, я не имею к этому никакого отношения!

Субару: Я не знаю, почему Шаула вообще называет меня кем-то вроде Мастера, но…

Рам: Не волнуйся. Твой ответ на это был таким же, как и до того, как ты потерял память. Ты просто используешь это, ничего не говоря, потому что это удобно для тебя… Так мерзко.

Субару: Ты не можешь просто так прийти к такому удобному выводу!

Столкнувшись с пристальным взглядом Шаулы, который без преувеличения показывал максимальный уровень привязанности, Субару не смог не выразить свое недоумение.

Конечно, было бы неплохо сблизиться с такой очаровательной красавицей, когда он обычно думал об этом, но незнание того, откуда исходит ее благосклонность, только создавало в нем еще большее замешательство.

Кроме того, ее любовь и благосклонность заставляли его чувствовать себя странно неловко. Это было нечто принципиально отличное от искренних чувств, которые Эмилия и Беатрис проявляли к нему.

Хотя в настоящее время он не знал, было ли это вредным эффектом того, что его воспоминания исчезли.

Субару: В любом случае, та библиотека, о которой вы упомянули, кажется подозрительной. Если вы говорите, что там могут быть подсказки, которые вернут мои воспоминания, то я думаю, что стоит пойти туда, чтобы проверить.

Юлиус: Да, мы должны. Наша ситуация такова, что даже в лучшие времена у нас была одна проблема за другой. Проблемы, которые преследуют нас, редко бывают малочисленными. Кроме того, в сложившихся обстоятельствах мы должны честно осознать, что…

Субару: Осознать что?

Юлиус: Как много ты за нас делал.

Все еще с закрытым глазом, Субару слегка фыркнул на слова Юлиуса. Его смех был не от неловкости, а от напряжения, которое исходило из глубины его чувств. Они действительно переоценивали его. Должно быть, приближается армагеддон, раз они так полагаются на Нацуки Субару.

Беда не приходит одна, и снова Субару осознал, насколько он был помехой, черта, на которую он отводил глаза; это было так, как если бы он сказал: “Ты стал большой обузой”

Субару: В любом случае, я хотел бы пойти в библиотеку после того, как мы закончим есть, и если воспоминания, которые я потерял, разбросаны там, то я хотел бы забрать их и запихнуть обратно в свой разум.

Эмилия: Боже, как странно это звучит… Это действительно так похоже на тебя.

Субару: Я предполагаю, что то, как ты говоришь “Это так похоже на меня”, на самом деле не комплимент, верно!

Сказав это, Эмилия слегка улыбнулась взволнованному Субару. Атмосфера вокруг этого места немного расслабилась, когда он получил ее.

Они придумали план, и это казалось, что они, в истинном смысле, немного продвинулись вперед.

Ехидна: Прости, что прерываю тебя в таком настроении, но есть еще одна вещь, о которой я хочу спросить тебя, Нацуки-кун.

Субару: Ну, теперь, когда ты так много сказала, можешь продолжать. Что такое?

Ехидна: Ну, это просто мое любопытство, которое никак не связано с твоими воспоминаниями или захватом башни, но, несмотря на это…

Ехидна начала гладить свои волнистые волосы, и с очаровательным выражением на лице, усугубляемым глубоким умом в ее сине-зеленых глазах, она спросила:

Ехидна: Что означает этот термин, о котором ты довольно часто говоришь, “Параллельный мир”?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 36. Место облегчения

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

――Что ты имеешь в виду, когда говоришь "Параллельный Мир"?

Субару: ………

Субару почувствовал, как у него перехватило дыхание, когда он услышал вопрос Ехидны, в результате чего он погрузился в молчание.

В это время все взгляды обратились к нему. Хотя эмоции на лицах у всех были разные, многие из них проявляли ощутимые признаки сомнения.

Все относились к термину “Параллельный мир” как к чему-то неизвестному.

Другими словами, это означало, что Нацуки Субару до потери памяти никогда не удосуживался объяснить им это.

Эмилия: Параллельный мир… Если подумать, ты и раньше время от времени так говорил, не так ли, Субару?

Рам: Это действительно что-то напоминает. Хотя, судя по тому, как он ведет себя каждый день, я не обращала никакого внимания на подобную чепуху.

Субару: Отложив Эмилию-тян в сторону, невероятно, как равнодушно Рам ведет себя по отношению ко мне…

Она являла собой разительный контраст с Эмилией, которая была очаровательно погружена в свои мысли, проводя пальцем по губам.

Рам холодно фыркнула в ответ на кривое замечание Субару. Однако, их первоначальное удивление слегка смягчилось благодаря этому.

Предыдущий Субару никогда не утруждал себя разговорами о “Параллельном мире”, ни с Эмилией, ни с Рам, ни даже с кем-либо из тех, с кем он якобы путешествовал вместе. Он не знал наверняка, что это значит, но…

Субару: Были ли какие-то ограничения на это? Когда меня бросили в этот мир, поклялся ли я Богом или Богиней не говорить об этом или что-то в этом роде… И прежде всего, для какой миссии я здесь?

Он склонил голову набок, однако ничего касательно миссии, которую ему доверили, не приходило ему на ум.

Предположительно, Субару был призван в этот параллельный мир кем-то, работающим за кулисами, кто ожидал от него чего-то.

По нынешним подсчетам Субару, вероятность того, что этот кто-то был чем-то вроде “Бога”, была очень высока.

Этот “Бог” или что-то еще, чего он не помнил, дал ему какую-то роль и отправил его в этот параллельный мир. –―Думая об этом, это было своего рода обещание, которое вы найдете среди штуковин Параллельного мира.

Так что, если потеря воспоминаний была чем-то, что этот “Бог” находил неудобным, он мог только надеяться, что некоторые последующие события улучшат его положение. Субару хотел верить, что этот “Бог” не из тех жестоких, кто просто бросает в этот фантастический мир, не давая каких-то щедрых преимуществ.

Или, может быть…

Субару: …Мне лучше выяснить, действительно ли это что-то, чего я не могу косаться, хах.

Беатрис: Субару?

Субару облизнул пересохшие губы и стал искать ответ на эту ситуацию. Он подмигнул Беатрис, которая смотрела на него с беспокойством, уловив его бормотание. Он решил, что ответит на заданный ему вопрос – об этом “Параллельном мире”.

Даже если по какой-то случайности говорить об этом было запрещено этим “Богом”, было трудно представить, что будет какое-то суровое наказание за то, что он коснулся этого табу.

Конечно, как только он заговорит о табу, не произойдет ничего радикального, например, невыносимой боли.

С небольшим беспокойством Субару осторожно взял свое дыхание под контроль.

И…

Субару: Ну, об этом “Параллельном Мире”, о котором я говорил, само слово пишется как “Другой” и “Мир”… Другими словами, я имею в виду, что место, в котором мы сейчас находимся, находится в отдельном мире.

Эмилия: В отдельном мире, “Параллельный Мир”…

Субару: Угу. Вот почему я говорю “Параллельный мир”, но все же…

Следуя объяснениям Субару, Эмилия обдумывала то, что он сказал, перекатывая слова на языке. Она была не единственной, кто так отреагировал―― остальные в комнате тоже размышляли над этим словом.

Как это было из произношения: “Исекай”, они восприняли само слово как нечто неизвестное.

Хотя он предполагал, что, судя по тому, как низко они понимали слово “Параллельный мир”, очевидно, что идея о другом мире не была распространена в этом мире.

Одновременно с этим Субару похлопал по своему телу, чтобы проверить, нет ли каких-либо изменений.

Субару: …Кажется, со мной ничего не случилось.

Выражая это словами, Субару убедился, что с ним не случилось ничего плохого.

Насколько он мог судить прямо сейчас, не было никаких признаков каких-либо отклонений от нормы. Не было ни боли, ни онемения. Не было и странного голоса, печально обращающегося к нему со словами “Ты нарушил свои инструкции”, или людей в его окружении, превращающихся в стаю журавлей, говорящих “Я же говорил тебе не делать этого”.

Ему удалось справиться со всеми заботами, которые у него были, без каких-либо проблем.

Субару: Это не то, чего я ожидал…

Конечно, он думал, что не говорил о Параллельном Мире из-за какой-то причины; однако на самом деле ему ничего не приходило в голову, это было то, что он поймет, когда дело дойдет до этого.

Субару склонил голову набок от ощущения, что парировал это. Затем Юлиус поднял руку и сказал: “Хорошо,”

Юлиус: Теперь я знаю, что означает слово “Параллельный мир”. Я могу воспринимать это как термин, который ты сам придумал, но есть часть меня, которая думает о его значении. Почему ты так часто упоминаешь этот Параллельный Мир?

Субару: Ох? Ох, да, совершенно верно! Простое объяснение значения слова “Параллельный мир” не является большим объяснением. Тогда, гм, другими словами…

Юлиус: Другими словами?

После расспросов Юлиуса Субару понял, что он оборвал свое объяснение. И, прочистив горло, он продолжил:

Субару: Я родом из этого “Параллельного мира”. Я не родился и не вырос в этом мире, я своего рода инопланетянин, который впутался в этот мир. ――Вот почему для меня это место - “Параллельный мир".

Действительно, теперь он ясно объяснил свое положение и обстоятельства.

***

Я тот, кто пришел в этот мир из параллельного мира. Приятно познакомиться.

Грубо говоря, вот что сказал им Субару.

Легко было представить, как Эмилия и остальные были потрясены этим смелым признанием. В конце концов, для них это, должно быть, была бомба, поскольку они не знали о существовании Параллельных Миров.

На самом деле не было ничего удивительного в том, что весь здравый смысл, который у них был до сих пор, был выброшен из головы вместе с шоком, который они испытали вместе с этим, как будто их мир перевернулся с ног на голову.

Закончив свою исповедь, Субару принял к сведению их опасения и проклял собственную беспечность.

Если он заставил Эмилию и Беатрис почувствовать, что их поглотил водоворот смятения―― если он заставил их почувствовать что-то вроде скорби, то он был ответственен за то, что это произошло.

Как бы он утешил таких красивых девушек, если бы они разрыдались? У него не было опыта в этом.

Поэтому, по прошествии нескольких секунд, чувствуя такие тревоги, он взглянул на них.

Субару представлял, что он увидит их бледными, с отхлынувшей от лица кровью и растерянностью на лицах. Однако…

Эмилия: …Эм, так ты хочешь сказать, что ты из-за Великого Каскада?

Субару: А? Великого Каскада?

Глаза Субару расширились при виде Эмилии, которая робко задала этот вопрос, хотя и нахмурилась.

Это были слова, с которыми он раньше не сталкивался―― "Каскад”, он подумал, что это, должно быть, водопад или что-то в этом роде, но этот великий каскад, должно быть, большая версия одного из них. Возможно, он мог бы думать об этом как об огромном водопаде.

…На самом деле, нет, какая вообще связь у этого большого водопада с параллельным миром?

(П/п: 瀑布 - менее распространенный способ обозначения водопада, поэтому Субару считает, что это должно быть 滝 (я использовал каскад вместо водопада, чтобы представить это).

(imy: Крч, я не представляю что с этим делать. Всю главу они употребляют 瀑布, и у кого-то это водопад, у кого-то каскад. Я не настолько хорош, чтобы решать это. Поэтому я просто буду переводить то, что мне дают.)

Субару: Нет, определенно нет. Ничего общего с водопадами. Я говорю о мире, который полностью отличается от этого места, и в том, что вам известно, и все такое…

Рам: Значит, ты из-за Великого Водопада*. Как это называется в твоём родном городе, Барусу… нет, на самом деле, я думаю, что, скорее всего, все наоборот, учитывая, что это твой родной город. Для тебя, страны, окруженные Великим Водопадом, были бы “Параллельным миром”. Твое дикое поведение теперь тоже имеет для меня смысл.

Ехидна: Совершенно верно. Должно быть, именно по этой причине я ничего не смогла найти, сколько бы ни исследовала происхождение Нацуки-куна, потому что он из-за Великого Каскада*.

(imy: То, о чем я говорил чуть ранее. Обе используют 瀑布... ладно.)

Субару: Ну, эй, эй, каким образом вы все так быстро убедились в этом!?

Не только Эмилия согласилась с этим выводом, но даже Рам и Ехидна, которые обе казались довольно умными, согласились с этим.

Для Субару уровень их веры в этот таинственный водопад был почти непостижим.

Мысль о том, что существует параллельный мир за большим каскадом―― по другую сторону водопада――где, черт возьми, была эта туннельная страна чудес?

Беатрис: Возможно, ты понятия не имеешь об этом, учитывая, что ты так много забыл. Но что касается Великого Каскада… Он находится на дальнем краю света, и есть несколько историй, оставшихся от людей, пришедших из-за его пределов, я полагаю.

Субару: Мне очень нравится, как это звучит… на дальнем краю света.

Беатрис: Говорят, что Великий Водопад никто не может пересечь, за исключением драконов. Это граница между здесь и там. Нет никого, кто знает, что находится по ту сторону…… Таким образом, в тех редких случаях, когда кто-то переходит из того мира, никто не имеет никаких оснований говорить, что сказанные ими слова были ложью или неправдой, я полагаю.

(П/п: Также может быть “дракон” вместо “драконы”. Японцы не делают различий между этим.)

Беатрис объяснила ему это, основываясь на согласии слушающих, которые демонстрировали свое согласие с этим.

Содержание было сомнительным, были некоторые вещи, которые Субару было трудно представить, поскольку он не был экспертом в обстоятельствах этого мира. Однако, думая о термине “Великий Каскад” и нынешнем объяснении――

Субару: Значит, это место похоже на плавучий континент, что-то вроде того, что нельзя пересечь до другого континента без дракона?

Рам: Хаа.

Субару: Прекрати с этими ужасно недовольными вздохами. Ты ранишь мои чувства.

Рам посмотрела на Субару, который пытался оправдать это как можно лучше, с чувством ошеломляющего разочарования.

Тем не менее, другие, похоже, тоже относились к словам Субару примерно так же. В конце концов, его теория плавучего континента, скорее всего, была неправильной.

Субару: Если я неправ, значит я неправ, я понимаю…… Но я надеялся, что у меня будет отличный момент Эврики верхом на спине дракона, если, скажем, моя теория была верна.

Мейли: Если ты продолжишь говорить об этом в таком духе, очаровательный Земляной Дракон Братца начнет дуться~

Субару: Ах да, верно. Этот черный Земляной Дракон - мой. Позвольте мне прокатиться на ней позже.

Шаула: Я буду тоооожееее! Я тоже буду дуться! Мастер, я думаю, что вы должны лучше заботиться обо мнеее, лучше ценить меня и больше любиииить меня~. Теперь, когда вы потеряли свои воспоминания, пусть наши отношения начнутся с нуляяяя!

Субару: Ты шумная и чертовски прилипчивая! Кроме того, не надо так подшучивать над тем, что я потерял воспоминания, как будто ты говоришь о ком-то другом!

Шаула шумно присоединилась к разговору с Мейли между ее коленями. Хотя Шаула довольно резко вмешалась и сказала это, это было тем, за что Субару был действительно благодарен.

“――――“

Теперь, Субару переключил свое внимание на тех, кто его окружает.

В своем первоначальном мире, хотя в зависимости от ситуации, Субару имел репутацию человека, не способного читать настроение людей в его окружении. Однако, каким бы неподходящим он ни был, если эмоции были достаточно сильными, их можно было легко прочитать или увидеть.

Не только Эмилия и Беатрис, но и Рам, Юлиус, Анастасия (т.е. Ехидна)―― все их лица выражали беспокойство по отношению к Субару.

Хорошо это или плохо, но до того, как он потерял память, Субару неплохо ладил с ними. Как завидно. Как бы он хотел, чтобы ему рассказали, какую магию он использовал.

Но даже если бы они это сделали, он совсем не верил, что сможет применить это на практике сейчас.

Субару: В любом случае, подводя итог всему, что было сказано…… на краю этого мира есть водопад, называемый “Великим Каскадом”, и иногда люди приходят из-за него. И поэтому ты говоришь, что я тоже один из них.

Эмилия: Из того, что я слышала от тебя, я могу только предположить, что это так…… Нет?

Субару: Хммм…

Субару обменялся взглядами с удивленной Эмилией, его руки были скрещены на груди, когда он старательно задумался.

Если быть точным, это не было намеренным курсом действий Субару, который противоречил общему пониманию, которое у всех было в мире. Тем не менее, даже если Субару думал, что ”Параллельный мир" и "Великий Каскад" не связаны, он знал, что не добьется никакого прогресса в этой ситуации, если продолжит говорить об этом.

Субару: Короче говоря, это так.

В этом мире не существовало понятия “Параллельные Миры”.

Он не знал, предполагает ли это “За Великим Каскадом”, как это признавали Эмилия и другие, существование другого мира, или мира, в котором находился Субару. На самом деле, напротив водопада может быть что-то похожее на континент, и там могут остаться записи о такой фигуре, как Колумб, который добрался туда, и его приняли за “чудака”.

Если так, то он мог с уверенностью сказать, что правильное понимание “Параллельного мира” для них уже было проигранным делом.

Субару: Кстати, я никогда ничего не упоминал о Параллельном Мире, когда у меня были мои воспоминания?

Эмилия: Вспоминая те времена, ты время от времени упоминал слово “Параллельный мир”… но это первый раз, когда мы действительно правильно говорили об этом.

Беатрис: Бетти согласна с Эмилией.

Остальные подтвердили ответ на его вопрос жестами, в то время как Эмилия и Беатрис словами.

Предыдущий Субару не говорил с ними о “Параллельном Мире”. Возможно, он посчитал, что они не станут делать из этого ни орла, ни решки, если бы он говорил об этом так, как сейчас.

Или…

Субару: …Наверное, потому, что я сдерживал себя от разговоров об этом, хах.

Юлиус: Субару?

Субару: А? ум, нет, ничего. Эй, если я не единственный так называемый попаданец, то вы знаете кого-нибудь еще? Человек с другой стороны Великого Каскада или потерпевший кораблекрушение ― что угодно.

Возможно, было много людей, прибывающих из разных миров; возможно, было своего рода сообщество, где собирались такие люди. Однако надежды Субару были опровергнуты качанием головы Юлиуса.

Юлиус: Извини, существование потерпевшего кораблекрушение, как ты это называешь, очень редко. Большинство людей, которые утверждают, что они из-за Великого Каскада, лгут. То, что они говорят, обычно является несбыточными мечтами или измышлениями, некоторые из них нацелены на то, чтобы вымогать у людей деньги, в то время как другие просто пытаются повлиять на людей своими причудливыми убеждениями.

Субару: Ох, ну да, я понимаю, что это происходит…

Как бы вам ни хотелось верить в такие истории, большинство из них были произведениями художественной литературы или приукрашенными слухами, учитывая, что не было никакого способа убедиться в этом. Как только чье-то воображение/творение было выпущено на свободу с помощью этих мечтательных историй или рассказов из-за скуки, они становились питательной средой для мечтаний.

Даже если существовали такие люди, как Субару, которые действительно были из другого мира, их существование было бы погребено под бесчисленной ложью.

Ехидна: Честно говоря, мой интерес к Великому Каскаду бесконечен, но, похоже, он действительно не имеет никакого отношения к нашей нынешней ситуации. Было бы хорошей идеей просто покончить с этим, установив, что неизвестный родной город Нацуки-куна и знания, которыми он обладает, были решены.

Ехидна нарушила возникшее неловкое молчание. Первоначально именно она спросила об этом Субару. Хотя все еще были неизвестные ей части, и она, скорее всего, была неудовлетворена, Субару приветствовал ее окончание разговора на этом.

Кроме того, чем больше он будет говорить о своем родном мире, тем больше ему придется сталкиваться с проблемами, которые он оставил позади. От этого на сердце у него стало тяжело и больно.

Сосредоточившись на ситуации, он мог попытаться отвлечься от этих чувств.

Субару: Вот и все обо мне. Я понимаю, что вы все заботитесь обо мне и любите меня, но я чувствую, что мы не добьемся никакого прогресса, если будем говорить об этом неторопливо. Поэтому, сначала о главном…

Он не знал, что непосредственно вызвало потерю памяти.

Но, место, где Субару с нетронутыми воспоминаниями, предположительно, в последний раз появлялся―― он хотел проверить, что там произошло.

Беатрис: Ты хочешь проверить библиотеку Тайгета, я полагаю.

Субару кивнул Беатрис, которая опередила его в высказывании своих мыслей вслух.

***

Итак, после всего сказанного и сделанного, группа направилась к библиотеке Тайгета.

Субару очень нервничал из-за того, что его там ждет; однако путь туда не был свободен от проблем.

Это было потому, что,

Субару: Гм, Эмилия-тян, почему ты так крепко держишь меня за руку?

Эмилия: А? Ну, это потому, что я боюсь оставить тебя одного, Субару. Мне нужно держать тебя на расстоянии вытянутой руки… Поэтому, учитывая это, я пришла к выводу, что было бы хорошо держаться за руки с самого начала.

Субару: Я имею в виду, мне нравится простой, быстрый характер этого вывода, но держаться как-то так довольно неловко!

Субару поднял руку, которую держала Эмилия, чувствуя, что его щеки пылают.

Её тонкие, милые пальчики нежно держали его руку, и он беспокоился, не вспотели ли его ладони. В ответ на слова Субару Эмилия раздраженно подняла брови и сказала: “Боже,”

Эмилия: Не будь таким. Беатрис тоже держит тебя за руку, так что мы не только вдвоем!

Субару: Есть разница между тем, чтобы держать за руку ребенка, по сравнению с красивой девушкой! Это большая разница, как, например, разница между небом и землей, или днем и ночью!

Эмилия: Прости, я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

Эмилия не щадила Субару, учитывая, что у него была потеряна память в результате того, что его оставили на произвол судьбы, даже со всеми оправданиями, которые он изрекал. Будьте прокляты, воспоминания. И я за то, что я их потерял.

Беатрис: Это заявление непростительно. Но все так, как говорит Эмилия. Субару должен послушно следовать и должен принимать заботу Бетти и Эмилии, я полагаю.

Субару: Ах да? Тогда мы должны поставить Беатрис посередине, и мы с Эмилией будем держаться за твои руки с обеих сторон, стиль молодой пары! Я бы за это поплатился, но разве это не будет круто?

Беатрис: Субару - это не Субару, если только он не крутой.

Субару: Что это за оценка!?

В конце концов он получил эту язвительную оценку прямо от Беатрис, которая держала его за другую руку.

Юлиус, шедший впереди, несколько раз оглядывался на Субару, и Ехидна, следовавшая прямо за ним, объясняла им, одному за другим, что лежит за каждым углом.

Рам была остра на язык всякий раз, когда она говорила; однако Субару был единственным, кто знал, что, несмотря на ее внешность, она страдала внутри. Он подумал, не стоит ли ему поговорить с кем-нибудь о ней, но он не знает, с кем он мог бы поговорить о том, что она испытывала.

В некотором смысле, только Шаула и Мейли, которые болтали друг с другом в задней части группы, сейчас мысленно успокаивали Субару.

Субару: Ну, на самом деле они ни для чего не пригодятся…

Мейли: …Почему-то я не думаю, что ты сейчас ведешь себя вежливо, Братец.

Шаула: Ум Мастера всегда такой. Было бы пустой тратой времени зацикливаться на этом. Вы были бы шокированы, если бы все заглянули внутрь, там все розовое, так что мне хочется отстраниться. Розовый мооозг, Бесстыдная Школа~

(TN: Шаула ссылается на: https://en.wikipedia.org/wiki/Harenchi_Gakuen – что касается того, что она имеет в виду под этим, понятия не имею, так как я не смотрел.)

Субару: Сомневаюсь, что мы найдем в тебе либо стыд, либо знания…

Шаула: Мастер дал - все мои знания – Мастер дал~

От одного разговора с ней у него начинала болеть голова.

Пока они разговаривали, компания поднялась по лестнице и прибыла в библиотеку Тайгета на 3-ем этаже. Она была довольно обширной, как будто выходила за пределы времени и пространства.

Субару: Значит, это место Тайгета… Как я и слышал, здесь довольно много книг.

Субару благоговейно вздохнул, оглядывая библиотеку Тайгета, поражаясь огромному количеству книг.

Действительно, это было зрелище, которое было за пределами чьего-либо воображения.

Субару был довольно заядлым читателем (читал Ранобэ, Мангу, Гайды и т.д.), Но он никогда не был окружен таким количеством книг. Естественно, по сравнению с Национальной Парламентской Библиотекой или чем-то в этом роде, они, вероятно, выиграли бы, однако, они выиграли бы только из-за разницы в пространстве.

В любом случае, смысл живописного пейзажа перед ним заключался не только в огромном количестве…

Субару: Если Книги Мертвых здесь… тогда не будет ли это означать, что здесь столько же книг, сколько людей, которые умерли? Если оно записывало без остановки со времен Homo Sapiens, то здесь буквально должно быть огромное количество записей.

Субару не знал масштабов этого мира, но если бы записи о мертвых были книгами, то количество книг было бы неизмеримо. Даже если бы он попытался найти книгу, например, с именем умершего человека, которого он знал, он не смог бы физически найти ее.

Субару: В современной библиотеке функция поиска незаменима… но здесь?

Беатрис: Гм, я не знаю, что ты подразумеваешь под функцией поиска или чем-то еще, я полагаю. Однако, здесь нет никого более похожего на библиотекаря, чем Бетти. У меня нет другого выбора, кроме как начать проверку, я полагаю.

Субару: Это все равно, что искать иголку в стоге сена…

Субару осторожно положил руку на корешок книги.

Вытащив книгу с полки, она легко поместилась в его руке, и он не чувствовал, что в ней было что-то особенное, когда он посмотрел на неё. Это была обычная старая книга. На обложке не было никакого рисунка, кроме названия. В целом, это можно было бы обыденно описать как очень простую книгу. Когда дело дошло до проблем, которые у него были с этим…

Субару: Черт возьми! Я не могу прочитать название.

Название было написано неразборчивыми закорючками.

Из того, что он слышал от Эмилии и других, название книги должно было быть именем кого-то, кто умер. Если умерший был кем-то, с кем у вас была какая-то связь, то, по-видимому, вы могли прочитать их воспоминания при жизни; Однако Субару даже не мог понять, что означали буквы. Теперь, когда его воспоминания оказались под угрозой, он сомневался, что такая связь вообще имеет смысл.

Субару: Ну... это может быть проблемно…

Эмилия: СУБАРУ!

Субару, погруженный в свои мысли, удивленно оглянулся, услышав резкий крик Эмилии. В одно мгновение Эмилия вырвала у него из рук книгу, которую он поднял. Она отступила от него, прижимая книгу к груди.

Субару: А… Эмилия-тян?

Эмилия: Не будь таким беспечным! Субару, ты понимаешь? Ты, должно быть, потерял здесь свои воспоминания, ты правильно понял?

Субару: Нет, вау, это преувеличение…

Эмилия сказала это, когда ее цвет лица изменился; на это Субару почесал щеку, сопровождая это натянутой улыбкой. Однако, похоже, только Субару отнесся к ситуации легкомысленно.

Беатрис: Субару, послушай Эмилию – воздержись от таких импульсивных поступков, я полагаю.

Юлиус: Я согласен. Ты должен быть осторожен и воздерживаться от таких опрометчивых действий.

Субару: Mх…

И Беатрис, и Юлиус умоляли Субару быть осторожнее. У него перехватило горло, и он не смог ответить ни одному из них.

В его сердце вспыхнула не враждебность, а скорее стыд за свою неловкость. Конечно, он мог повести себя слишком небрежно.

Шаула: Пфффф! Мастер становится злыыым! У вас такой грустный вид! Но я не возражаю, даже если Мастер ведет себя как жалкий непослушный ребенок!

Субару: Заткнись! Не подшучивай над людьми, которые размышляют о себе!

Ехидна: Хватит уже. Было бы неприятно, если бы мы снова были прерваны из-за подобного. По правде говоря, действия Нацуки-куна были немного опрометчивыми, но… Мы также это уже решили.

Прикрыв рот рукой, Шаула засмеялась над ошибкой Субару. Ехидна протиснулась между Субару и Шаулой, когда она набросилась на него.

Затем, нежно поглаживая свой шарф, она сказала:

Ехидна: Нацуки-кун, ты не смог прочитать название книги, верно?

Субару ...? А, да, именно так.

Ехидна: Как вы видите, потеря памяти, как у него, будет мешать когнитивным способностям, таким как навыки грамотности. Вот почему он говорил о параллельных мирах…

Беатрис: Извини, но Субару начал изучать алфавит, когда прибыл в особняк Розваля.

Ехидна: ……

Ехидна, которая пыталась говорить об этом уверенно, была ошеломлена ответом Беатрис. Не обращая никакого внимания на отсутствие ответа Ехидны, Беатрис скрестила свои маленькие руки.

Беатрис: Субару не мог ни читать, ни писать алфавит, пока не приехал в особняк, я полагаю. Старшая сестра из двух сестер, которая служила его инструктором, тоже должна знать об этом.

Рам: Да, все именно так, как говорит Беатрис-сама. С самого начала, Барусу не умел ни читать, ни писать, поэтому я посвятила себя его обучению… похоже, мои усилия были напрасны, видя его в таком состоянии.

Субару: Извини! Я и не знал, что был такой эпизод!

Субару повысил голос в знак извинения в ответ на возмущенную жалобу Рам. Бросив косой взгляд на происходящий обмен репликами, Ехидна откашлялась.

Ехидна: Гм, кажется, я была далека от истины. Можете забыть, что я говорила.

Юлиус: Нет, это не так далеко от истины, как вы думаете. По крайней мере, мы обнаружили, что воспоминания Субару были потеряны после прибытия в Лугунику.

Рам: Другими словами, Барусу - это просто бесполезный багаж, который не служит никакой цели в этой библиотеке.

Рам язвительно добавила к подтверждению Юлиуса ―― Субару промолчал, так как не хотел навлекать на себя еще больше неприятностей. Однако, именно Юлиус заговорил, кивнув и сказав: “Слова Мисс Рам верны,”

Юлиус: Убрав её манеру говорить в сторону, все так и есть. В любом случае, мы не можем позволить Субару пережить то, что произошло прошлой ночью. Именно мы должны искать здесь улики.

Ехидна: Да, так было бы безопаснее.

Рам: У меня нет никаких возражений. Эмилия-сама и Беатрис-сама согласны с этим?

Беатрис кивнула в сторону Рам, сказав: “Я понимаю, я полагаю.” Эмилия же повернулась к Субару, глядя на него с довольно серьезным выражением в глазах.

Эмилия: Субару, пожалуйста, подожди здесь, не делай ничего опрометчивого… Воспоминания, которые ты потерял, я и другие… мы найдем их.

Субару: Ох, хорошо, хорошо, понял. Меня раздражает, что я ничего не могу сделать, но я верю в Эмилию-тян и всех остальных! Я буду спокойно ждать здесь.

Эмилия: Ты действительно можешь спокойно подождать здесь? Ты не будешь бродить, как тебе заблагорассудится?

Субару: Мне не нужно напоминать! Со мной все будет в порядке! Я не пятилетний ребенок, я могу спокойно подождать здесь―― я могу пообещать это, если хочешь.

Эмилия: Так, может быть, ты все-таки не собираешься ждать тихо…

Субару: Что ты имеешь в виду?!

Он дал это обещание, чтобы она почувствовала душевный покой, однако в итоге это только посеяло еще больше недоверия. Оглядевшись, он увидел, что, если не считать Юлиуса и Ехидну, Беатрис и Рам просто пожали плечами в ответ, как бы говоря "так оно и есть." В любом случае…

Эмилия: Субару будет спокойно ждать здесь, у входа, хорошо?

В ответ на искренний призыв Эмилии Субару решил, что неохотно подождет их у входа в Библиотеку. Он сел, обхватив колени, наблюдая за группой, которая начала разделяться на две отдельные группы, чтобы обыскать Библиотеку. В одной группе были Эмилия, Беатрис и Рам. В другой были Юлиус и Ехидна. Глядя на это с видом замешательства, казалось, что Эмилия и Ехидна соответственно возглавляли эти неравные команды.

Мейли: Объединение для поиска должно быть чем-то вроде страховки, чтобы они не закончили так, как Братец. В конце концов, сильная сторона Братца в том, что он притягивает неприятности.

Субару: Возможно, у меня нет воспоминаний… Отсутствие воспоминаний - это проблема, поэтому, очевидно, я даже не могу ответить на это… Нет, я не хочу, чтобы убийца людей говорил мне это.

Мейли: Потому что я полностью озабочена такими пустяками, как это…

Субару: Я не думаю, что это можно назвать пустяковым делом!? В первую очередь…

Она щелкнула языком, прервав ход его мыслей. Он повернулся к ней лицом. Голос доносился издалека, из-за книжных полок, рядом со стеной, у которой стоял Субару. Мейли стояла там с кокетливым выражением на лице, совсем не подходящим для ее возраста. Ее заплетенные в косу волосы были уложены так, что свисали до плеч. "Что?" спросила она, склонив голову набок.

Субару: Я думал, ты присоединилась к поискам... ты не собираешься?

Мейли: Да, я не присоединюсь к ним, в конце концов, я не совсем подходящий компаньон для друзей Братца и Сестры.

Субару: Не совсем подходящий компаньон…

Мейли: Я же тебе говорила, не так ли? Я убийца… ну, поскольку я провалила свою миссию, я скорее бывший убийца. Изначально меня послали сюда просто помочь добраться, не более.

Субару: Другими словами, у меня такое чувство, что это было твоим условием освобождения под залог… Будь то бывший или что-либо еще, это довольно радикальное решение, отправляться в приключение вместе с убийцей, что хотел убить вас.

Мейли: ――Да, совершенно верно! Я полагаю, что с ними действительно что-то не так.

Мейли хихикнула и приложила руку ко рту. Субару фыркнул на ее отношение и――

Субару: Я понимаю, почему Мейли не пошла с ними; а что насчет тебя?

Шаула: А, яяя~? Я не умею читать и писать, поэтому от меня нет никакой пользы. Я с Мастером, так что все содержание книг это та-ра-бар-щина для нааааас.

Шаула стояла, прислонившись к стене, по другую сторону от Мейли, и смеялась в ответ. Она подошла и потянула Субару за левую руку к своему сладострастному телу.

Такое мягкое, теплое чувство... Инстинктивно он высвободился из ее объятий.

Субару: Уооаа!

Шаула: Ваааа, Мастер такой подлеееец~

Субару: Я не подлец, прекрати это! Это неприлично для девушки делать такое... такие вещи должны быть зарезервированы только для парня, который вам нравится… Нет, не делай этого, потому что даже парень, который тебе нравится, будет отвергнут, если ты так резко набросишься на него. Ты не приносишь себе абсолютно никакой пользы, ведя себя подобным образом.

Шаула: Пфффф. Опять говоришь о чувстве собственного достоинства девушек? Мастер серьезно никогда не меняяяется.

Шаула надулась на Субару, протестуя против его отношения. Однако, услышав ее слова, Субару смущенно опустил глаза.

Шаула: Мастер?

Субару: Ты думаешь, я не изменился?

Субару выпалил это Шауле почти инстинктивно. За те несколько часов, что он бодрствовал, он слышал эту фразу несколько раз. Ему казалось спасением слышать это… но в то же время и проклятием.

Шаула: Хм, я не совсем уверена.

Тем не менее, несмотря на такую суматоху, назревающую внутри Субару, Шаула сказала это с такой готовностью. Он, как и ожидалось, был удивлен ее ответом. Возможно, было ошибкой позволить ей услышать некоторые из его более деликатных забот.

Субару: Ты… Нет, с моей стороны было глупо спрашивать тебя об этом.

Шаула: Гха-. Мастер не идиот! Когда вы так говорите, я разозлюсь, идиот Мастер или нет! Мой Мастер - замечательный человек. Я хочу, чтобы вы были уверены в себе!

Субару: Я действительно не понимаю твоей позиции во всем этом.

Она показывала пальцем и смеялась над подавленным Субару, а затем сердилась, когда Субару издевался над собой. Единственное, что оставалось неизменным, - это тема, связанная с ним.

Услышав вопрос Субару, Шаула выдвинула вперед свою пышную грудь и улыбнулась, уперев руки в бедра.

Шаула: Изменились вы или нет, Мастер все равно остается Мастером, так что мне на самом деле все равно! Пока вы делаете то, что вам нравится, Мастер, я всегда буду следовать за вами.

Субару: ...Даже если это приведет к сумасшедшим вещам?

Шаула: Хорошо! Даже если мы окажемся в странных ситуациях, я всегда смогу открыть вещи силой! Мастер, возможно, забыл, но таковы отношения между Мастером и мнооой!

Субару: …

Все ее откровенные слова, все, что сказала Шаула, не показав ни следа двуличия или чего-то подобного, поразили его, много раз, заставляя Субару слегка сглотнуть.

Он отвернулся, чтобы Шаула не могла его видеть.

Мейли: Братец?

Субару: ...!

Увидев, что Мейли смотрит на него, он снова отвернулся в противоположную сторону.

Шаула: Мастер, что случилось?

Субару: ...Гха, черт возьми!

Субару не мог убежать ни слева от него, ни справа. Он мог только опуститься на колени и смотреть в пол, обхватив голову руками, чтобы никто не видел его лица.

Субару показалось, что Мейли и Шаула смотрят друг на друга, а он свернулся калачиком между ними.

Они не поймут... Нет, он не хочет, чтобы они поняли.

Он чувствовал, что был спасен этими бессодержательными, пустыми, заполненными пробелами словами. Он чувствовал, что “Вам не нужно волноваться” проявилось более красноречиво в ее отношении, чем в ее словах.

Мейли: Братец, ты странный.

Шаула: Мастер был странным с самого начала, но я люблю его и за это тоже!

Субару ничего не мог сказать в ответ на обмен этих девушек, который выходил далеко за рамки того, что он мог понять.

Он просто чувствовал, что чувство напряжения, проносящееся в его сознании, ослабло, хотя бы немного.

Прошло несколько минут, прежде чем Эмилия и остальные вернулись без результатов, и Субару каким-то образом сдержал свои порывы и встал.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 37. Сон Папье-маше

Перевод: imy

Редактура: Silly

***

Обыск библиотеки 3-го этажа Тайгета закончился абсолютно безрезультатно.

Эмилия: Мне так жаль… Мы действи-и-ительно старались найти улики…

Эмилия склонила голову в знак извинения перед Субару после того, как принесла ему эти бесплодные результаты. Субару вежливо принял извинения, но, честно говоря, он не был так уж разочарован.

Конечно, было бы лучше, если бы он смог восстановить свои воспоминания здесь. Тем не менее, ему не хватало осознания того, что он потерял свои воспоминания, поэтому Субару не испытывал чрезмерных эмоций из-за того, что поисковая группа принесла неудачные результаты.

Шаула: …? Мастер, что случилось~?

Субару: А, Ох… ничего особенного.

Шаула взглянула на Субару, склонив голову набок с беззаботным выражением на лице. Субару пожал плечами, чувствуя себя немного неловко при виде ее и ее длинного, черного как смоль, хвоста.

В ней не было ни злобы, ни враждебности, ни даже какого-либо глубокого смысла.

В конце концов, это означало, что она на самом деле ни о чем не думала, но ее отношение к этому сейчас казалось Субару облегчением.

По крайней мере, это было лучше, чем видеть, как другие всегда следят за ним, постоянно беспокоясь о нем и следя за каждым его шагом.

Юлиус: По-видимому, нет никакой закономерности в том, как расположены книги. Было бы слишком много просить, чтобы они были выстроенными в порядке их названий или в хронологическом порядке. И с другой стороны, книги, которые мы вчера нашли на одной книжной полке, сегодня не могут быть найдены на той же полке.

Субару: Значит, еще одна неприятная и недружелюбная библиотека, хах.

Субару сморщил нос, услышав замечание Юлиуса.

Мало того, что библиотека могла похвастаться огромной коллекцией книг, так еще и книги перемещались сами по себе, не давая ему абсолютно никакой надежды как пользователю библиотеки.

Даже если тут была нужная им книга, они никогда бы ее не нашли.

Субару: Почему мы не можем просто вытащить каждую книгу одну за другой и сложить их на пол? В задней части нет ни одной книжной полки, так как все книжные полки идут по комнате по кругу, но, скажем, мы выберем отправную точку и пройдемся по ним один за другим, наверняка мы где-нибудь что-нибудь найдем?

Ехидна: По-моему, было бы разумнее не делать этого. Скорее всего, это запрещено правилами башни. Это, вероятно, будет расценено как неуважение к библиотеке.

Ехидна, склонив голову набок, отвергла предложение Субару. Беатрис скрестила руки на груди и согласилась с Ехидной коротким “Я полагаю”.

Беатрис: Бетти, будучи опытным библиотекарем, никогда не допускала возможность оставить книгу на полу. Вы не можете проявлять подобное неуважение к книгам, я полагаю.

Рам: Беатрис-сама, мне кажется, что вы часто оставляли на полу большое количество книг.

Беатрис: Именно они научили меня, как правильно организовать библиотеку!

Рам прищурила свои светло-розовые глаза на неловкое оправдание Беатрис, не потрудившись ответить. Она просто глубоко вздохнула, на что выражение лица Беатрис сменилось шоком.

Наряду с этим разговором о штуках библиотеки, Субару вмешался и сказал: “Запрещено?” с озадаченным выражением на лице.

Субару: Мне очень жаль – похоже, это то, о чем я больше не слышал… что запрещено?

Эмилия: Ох, извини; похоже, я не объяснила это должным образом.

Эмилия подняла один из своих пальцев в ответ Субару.

Эмилия: На самом деле, есть куча правил, которые мы не можем нарушать в башне. Например, такие, как: не покидать эту башню, пока мы не закончим ее Испытания, не делать ничего плохого библиотеке, не повреждать башню, такого рода правила.

Субару: Понятно. Кто бы мог подумать, что класть книги на пол в этой библиотеке является плохой вещью… Кстати, кто судит, нарушили ли мы какие-либо правила?

Шаула: О, вот тут-то я и появляюсь! Я, Хранитель Звезд, должна! Это означает, что если произойдет нарушение правил, я в конце концов сойду с ума и стану хладнокровной машиной для убийств! Вот почему я бы предпочла, чтобы вы сделали все возможное, чтобы этого не случилось!

Субару: Ты…? Хладнокровная машина для убийств…?

Субару мог только с сомнением посмеяться над Шаулой, которая весело подняла руки, делая это заявление.

Независимо от того, насколько вы верили легкомысленной речи Шаулы, он считал маловероятным, что она когда-либо сможет превратиться в хладнокровную машину для убийств. Во-первых, сколько вреда она действительно может причинить тонкими женскими руками? Даже такое не может случиться в волшебном фэнтези мире.

На самом деле, Субару слышал, что Шаула не была их союзницей, а скорее была Хранителем Звезд ―― Надзирателем ―― этой Сторожевой Башни Плеяд.

Она занимала совсем другое положение по сравнению с тем, как Мейли оказалась здесь. Предположительно, она была здесь, чтобы помочь в продвижении Испытаний внутри этой башни. И все же у него не было такого впечатления, что она действительно это делает.

Субару: Если ты серьезно занимаешь такую важную должность, тебе придется снять нас с крючка ради нашей дружбы.

Шаула: Ох, вы такой плохоооой парень! Мастер довольно грязный! Но мне недостаточно этой вашей скользкой порочной стороны! Есть тонны и тонны вещей, которые я хотела бы услышать от вас, если бы это было одним из ваших желаний, Мастер, но это не имеет отношения к моей воле! Откажитесь от этой надежды и проявите хорошее спортивное мастерство ― действуйте прямо и честно и отдайте все свои силы!

Субару: Ты бесполезна!!

Шаула: Нн-

(П/п: То, как Шаула сказала, что Мастер довольно грязный, это: お師様マジダーティーッス！(oshi-sama maji daatii), что звучит очень похоже на EMT или EM? Субару. Совпадение? Возможно.)

Его стратегия, направленная на то, чтобы привлечь ее на свою сторону, закончилась неожиданным провалом, поскольку ее надзорных полномочий было недостаточно.

В то же время ему приходилось удерживать пальцем лоб Шаулы, когда она пыталась приблизить свое лицо к его в середине разговора, заставляя свое очаровательное лицо вернуться. И, делая это, Субару испустил слабый вздох.

Эмилия: …Мне действительно кажется, что Субару и Шаула действительно хорошие друзья.

Эмилия прошептала это сразу после того, как Субару закончил разговор с Шаулой.

Услышав, как Эмилия прошептала ему это, Субару повернулся к ней лицом и неловко пробормотал “Нет, нет, нет, это не так!”

Эмилия: ………

Его попытка разрядить обстановку не сработала; Субару немедленно остановился, увидев выражение лица Эмилии, ее глаза опустились.

Эмилия не улыбалась. Просто ее глаза, обрамленные длинными ресницами, были опущены, и в ее аметистовых глазах колыхалось кажущееся чувство одиночества.

Лицо Субару потемнело, увидев выражение ее лица―― сразу заметив его реакцию, Эмилия отчаянно замахала руками взад и вперед в отрицании.

Эмилия: О, нет, это действи-и-иельно хорошо, что вы оба друзья! Такое мрачное лицо тебе не идет, Субару... Да, все в порядке.

Изобразив улыбку, Эмилия каким-то образом выпалила эти слова про себя.

Субару: Ах, Эмилия-тян, ты знаешь, я…

Субару схватился за голову, пытаясь найти хоть что-нибудь, что он мог бы сказать Эмилии.

Он чувствовал, что скажет что-то не то, что бы он ни сказал.

Вероятно, единственный способ, которым он мог бы найти правильный ответ, был бы среди его исчезнувших воспоминаний. Он оказался в кошмарной ситуации, когда все варианты, которые были представлены, вероятно, были ложными ответами.

При таких обстоятельствах говорить что-либо грустной девушке, сидящей перед ним, было бы――–

???: Эй, так что же мы теперь будем делать?

Тихий голос нарушил неловкое молчание. Мейли задала этот вопрос, сидя на полу и подперев подбородок руками. Она посмотрела на взрослых в комнате со своего сидячего положения и заговорила,

Мейли: Мы не можем найти здесь никаких зацепок для восстановления воспоминаний Братца. Жаль, не то чтобы меня это особенно волновало, но мне интересно, что нам делать дальше... мы все еще пытаемся найти подсказки о том, как он потерял память? Или...?

На этом Мейли оборвала свои слова, подняла лицо вверх и указала правой рукой на потолок, довольно вызывающе улыбаясь.

Мейли: Пойдем наверх? Давайте ненадолго отложим поиск памяти Братца.

Ехидна: …Да, это тоже кажется чем-то заслуживающим внимания.

Услышав предложение Мейли, Ехидна ответила с задумчивым выражением на лице. Глаза Эмилии расширились, услышав ее согласие.

Эмилия: Подожди… Я чувствую то же самое желание поторопиться… но я не могу оставить Субару таким, какой он есть.

Ехидна: Я понимаю твою точку зрения. Было бы, конечно, предпочтительнее для меня, Юлиуса и всех остальных вернуть память Нацуки-куна… Однако мы также не можем игнорировать нынешнюю ситуацию. Воспоминания Нацуки-куна, прекратившие свое существование, могут быть связаны с Испытанием башни.

Эмилия: Воспоминания Субару связаны с Испытанием?

Так отреагировала не только Эмилия; все остальные удивленно повернули головы в сторону Ехидны, когда она это сказала. Поняв, что все внимание приковано к ней, Ехидна закрыла один глаз и,

Ехидна: Нет сомнений, что здравый смысл едва ли применим, когда речь заходит об этой башне, однако было бы глупо думать, что то, что случилось с Нацуки-куном, не связано с башней. Вот почему мы все в первую очередь отправились сюда―― проще говоря, мы думаем, что его воспоминания были отняты у него башней.

Субару: Я думаю, это звучит круто, что воспоминания могут быть украдены башней. Если бы это испытывал не я, я был бы рад услышать больше об этой истории... но, начнем с того, что Испытание Тайгеты завершено―― разве не странно пытаться вытащить мои воспоминания здесь?

Ехидна: Да. Поэтому я думаю, что твои воспоминания были украдены не из-за Испытания, а скорее потому, что ты, должно быть, нарушил одно из правил. Даже если Испытание Тайгеты закончилось, функции всей башни не будут остановлены. Скорее всего ты взял книгу и проявил неуважение к библиотеке.

Ехидна объяснила свои доводы, и Субару пришлось ломать над ними голову. В результате, рассуждения Ехидны привели его к,

Субару: Итак, ты говоришь, что вчера я, должно быть, нарушил одно из правил этого места, и бац, моя голова пошла кругом. Честно говоря, попытка найти лазейки звучит как то, что я бы сделал. Я не могу ничего возразить против этих рассуждений.

Эмилия: Но, разве это не сделало бы Шаулу злой?

Ехидна кивнула Субару, признавая его вывод; однако Эмилия вмешалась и указала на Шаулу, явно вспомнив их предыдущее взаимодействие.

Эмилия: Если бы он нарушил какие-либо правила, разве это не рассердило бы Шаулу? Это была бы совершенно другая история, чем то, что мы переживаем здесь с его воспоминаниями.

Рам: Совершенно верно. Я понимаю возможность того, что Барусу по глупости нарушил правила, но Шаула еще не обнажила свои клыки ни на Рам, ни на кого либо другого. Что вы об этом думаете?

Рам посмотрела на Шаулу своими светло розовыми глазами. Заметив ее пристальный взгляд, Шаула вскочила с “Иип” и спряталась за Субару.

Рам: Не может быть, ты отказалась от своей роли из-за Барусу?

Юлиус: Это очень оптимистично с твоей стороны, если ты говоришь наверняка. Однако, как сказала мисс Шаула некоторое время назад, она едва ли осознает, что именно она выполняет наказания в башне.

Пожав плечами, Юлиус встал рядом с Ехидной и поддержал ее мнение.

Юлиус: Нам предъявили четыре вещи, которые запрещены, и если нарушить одну, наказание может быть для нас неравным. Мисс Шаула может превратиться в нашего врага и в некоторых случаях напасть на нас, например, осквернение Библиотеки каким-то образом может привести к краже воспоминаний…

Юлиус оборвал свои слова и быстро перевел желтые глаза на Субару.

Субару: ……

В глазах Юлиуса плавали какие-то действительно сложные эмоции, которые Субару не мог различить. Юлиус продолжил свою речь словами: “Хотя,”

Юлиус: У нас нет ни времени, ни фактических доказательств, чтобы проверить, верна ли эта догадка.

Рам: Есть способ проверить. Если это действительно просто потеря воспоминаний, то мы можем просто пожертвовать 4 или 5 часами памяти, которые есть у Барусу с тех пор, как он проснулся. Это гарантирует, что ущерб будет минимальным.

Субару: Перестань использовать воспоминания людей в качестве подопытных кроликов! Воспоминания все еще формируют человека! Даже если это всего лишь 4 или 5 часов, я все еще остаюсь самим собой! Я не плохой Нацуки Субару!

Рам: Я пошутила.

Все тело Субару задрожало от резкого замечания Рам, которое она высказала за его спиной. Была ли это шутка или нет, Субару понятия не имел. Вероятно, так оно и было, и ее высокомерное отношение просто было фасадом. Это в ее характере, не хотеть показывать людям слабости, в конце концов, может быть это связано с тем, что произошло недавно. В конце концов, его не удивило бы, если бы она просто захотела стереть тот момент своего смущения, когда Субару увидел ее слабую сторону.

В любом случае, помимо того, верны ли рассуждения Ехидны и Юлиуса или нет, стоит рассмотреть одну возможность. Что касается его потери памяти, то…

Субару: Проще говоря… оба ваших мнения, независимо от того, есть ли в них крупица правды, возможно, мы просто хватаемся за соломинку, я против этого. Даже если мы вроде как просто барахтаемся, у меня на самом деле нет ощущения, что воспоминания, которые я потерял, будут найдены.

Эмилия: Имеет ли то, о чем ты думаешь, какое-либо основание?

Субару: Просто догадка. Кроме того, если это действительно часть Испытаний башни, то, может быть, если мы выполним их, я верну свои воспоминания, верно?

Эмилия: ……

Субару помахал пальцем влево и вправо, когда Эмилия и остальные обменялись взглядами в ответ на его слова.

Однако они не отреагировали отрицательно на его мысли. Скорее, на их лицах появился след надежды.

Твердо положив ладонь на грудь, Эмилия начала быстро кивать.

Эмилия: Да, именно так! Если память Субару была поглощена башней, то, конечно, она может быть возвращена после завершения Испытаний.

Субару: Выражение, которое ты использовала, “была поглощена”, я получаю от этого очень милое чувство, но так держать, так держать!

Эмилия: Ммм, так держать!

Субару с облегчением улыбнулся Эмилии, когда она вскочила и приняла милую торжествующую позу. Беатрис, наблюдавшая за происходящим, раздраженно покачала головой,

Беатрис: Боже… Я действительно не понимаю, кто из вас воодушевляется.

И вот так сказала это.

Конечно, при этом их позиции были противоположны―― Тем не менее, Субару думал, что это нормально.

В конце концов, он нашел какую-то надежду в этой ситуации, и часть энергии вернулась в глаза Эмилии. За это Субару испытал огромное облегчение.

Такое мрачное лицо не шло такой молодой девушке, как она. Кроме того, она беспокоилась о Субару всем своим сердцем. Было довольно больно думать, что он был причиной того, что она выглядела такой мрачной.

Субару: И я был тем, кто показал такое движение девушке, не моего уровня…

Беатрис: Я понятия не имею, о чем он говорит―― а пока, мы отложим поиски памяти Субару, я полагаю. Поэтому, если мы хотим завершить Испытание башни, мы должны сделать так, как предложила Мейли, и подняться наверх.

Субару: Наверх. Итак, вы говорили, что мы сейчас на третьем этаже, так что следующий этаж - второй.

Сказав это, Субару оглядел библиотеку. Комната, которую он осмотрел более чем достаточно, даже когда на самом деле не ходил по ней.

Комната, в которой нет ничего, кроме книжных полок. Это означало, что лестницы, ведущей наверх, не было.

Субару: Где лестница, ведущая на второй этаж?

Юлиус: Она расположена на четвертом этаже – там есть лестница, которая ведет на второй этаж…

Эмилия украдкой взглянула на Юлиуса с озабоченным выражением на лице. Увидев ее, Юлиус нахмурил брови и сказал “Не волнуйся,”

Юлиус: Я не буду действовать опрометчиво, не посоветовавшись ни с кем из вас, как вчера. Все так, как я обещал за завтраком. Однако, даже если бы я не…

Рам: Рейд, первый Святой Меча, - очень жесткий противник. А теперь, как ты думаешь, что нам делать?

Юлиус и Рам обменялись горькими взглядами. Не только эти двое, казалось, разделяли это чувство, но и у всех вокруг него было похожее выражение на лицах. То есть, кроме Шаулы, которая поморщилась, как будто положила в рот что-то не просто горькое, но и ядовитое.

Субару: Ах, извините. Что вы имеете в виду, Рейд?

Как обычно, именно Нацуки Субару был оставлен в этой ситуации.

***

Первый Святой Меча, Рейд Астрея.

Так звали человека, который охранял второй этаж Сторожевой Башни Плеяд в качестве ее экзаменатора.

Во-первых, титул Святого Меча был чем-то, что Субару услышал впервые. Однако, когда он услышал, что Рейд принадлежит к первому поколению этой родословной, у него возникло предчувствие, что этого человека можно сравнить с могущественным вымышленным персонажем, исходя из его знаний об этих субкультурах. Его предсказание было довольно точным, на самом деле эти Святые Меча или что-то в этом роде были чрезвычайно могущественными людьми, и тому подобное.

Кажется, что вчера группа, бросившая вызов Рейду, ощутила разницу в силе между ними, хотя, скорее, разницу между взрослым и ребенком. Среди них только Эмилия добилась какой-то победы благодаря мастерству и удаче…

Субару: Проблема в том, что я потерял память и даже не могу сделать ничего полезного…

За завтраком, где все пытались отвлечься от беспокойства, он попытался придумать новую идею, как с грохотом захватить башню. Насколько он знал, Испытание на втором этаже, казалось, требовало чистой силы. В этой ситуации не было места ни его хитрости, ни знанию современного мира.

Субару: Думаю, разброс муки и нападение на него взрывом пыли или чем-то в этом роде, не поможет…

Его самая сильная сигнатурная способность: “Взрыв Пыли” – ему нужно точно настроить довольно большое количество муки, чтобы активировать ее. Но во-первых, Субару предполагал, что в этом месте, где еды было мало, не будет обильного количества муки.

На самом деле, ему было неизвестно, есть ли здесь вообще мука.

Субару: Хм, тогда я надеюсь, что смогу активировать секретную читерную способность, которую я, должно быть, получил, будучи призванным в этот мир.

Субару ударил ладонью по стене рядом с ним, выкрикивая “ХА!” в попытке увидеть, сможет ли он активировать её. От его ладони не исходила ударная волна, и каменная стена, которую он ударил, не разлетелась на мелкие кусочки. Единственное, что он почувствовал, - это шероховатость ладони и какую-то пустую боль в сердце.

К сожалению, секретная читерная способность, которая была дана Субару, казалось, не была связана с невероятной физической силой. Решив попробовать в последний раз, Субару положил руки на стену и пнул ее изо всех сил. Все это привело к тому, что он оставил след на том месте, где ударил ногой по стене―― а также ушибленный палец ноги.

Субару: Тогда, должно быть, магия! Беатрис, расскажи мне, как использовать магию.

Беатрис: Магия… Субару никогда больше не сможет ею пользоваться.

Субару: Никогда больше!? Почему?! Неужели я ввязался в запретное заклинание или что-то в этом роде!?

Беатрис: Ты использовал слишком много магии начального уровня, несмотря на то, что тебе сказали не использовать ее, и это сломало твои врата, я полагаю. Вот почему ты никогда больше не сможешь использовать магию.

Субару: Они сломались от использования магии начального уровня!? Полный отстой!

Субару захотелось воззвать к небесам, услышав, что он действительно обладал магическими способностями, но больше не мог использовать их, чтобы жить как маг―― и хуже всего было то, что он использовал магию начального уровня, которая разрушила его магические врата. Несмотря на потерю воспоминаний, жизнь Нацуки Субару в другом мире началась с самого дна.

Субару: Думаю, по крайней мере, моя спасительная благодать заключается в том, что я был благословлен людьми.

Сжав руку в кулак, а затем разжав его, Субару почувствовал эти эмоции вместе с глубоким вздохом.

Даже если это было односторонне, было облегчением, что здесь были люди, которые знали его. Без них он остался бы один в этом неведомом мире без каких-либо особых способностей. Честно говоря, он не думал, что достаточно искусен, чтобы выжить без какой-либо поддержки. Так что, нахождение себя здесь было спасением... даже если других это заставило поникнуть.

Субару: ……

Сглотнув, Субару разомнулся. Он проверил состояние своего тела, своей магии и наличие у него каких-либо особых способностей.

У них было какое-то сымпровизированное свободное время, прежде чем они поднимутся на второй этаж. Пока Эмилия и остальные готовились бросить вызов стенам второго этажа, Субару занимался проверкой, было ли его тело наделено какими-либо особыми способностями.

После ударов кулаками и ногами по стене, после возмущения тем, что ему сказали, что его магические способности иссякли, после беготни по внутренностям башни, после размышлений о том, как проверить особые способности с разных направлений, Субару понял одну вещь――

Субару: Может быть, я ничего не получил…

Пробежав по коридору, слегка запыхавшись, Субару смирился с этим фактом. Он чувствовал, что обладает большей физической силой, чем раньше. Даже когда он пнул стену, ему показалось, что он стал гораздо гибче, чем помнил. Однако не следует путать это с особыми способностями―― скорее, правильнее было бы сказать, что это одно и то же следствие шрамов на его теле и его гротескно выглядящей руки. То есть, вероятно, это было связано с тем, что произошло в течение года, который Субару не мог вспомнить.

Единственной способностью, которой он обладал, была та, в которой он был обычным человеком, который даже не мог соответствовать ожиданиям своих родителей. Способность, которую обычный человек достиг бы после соответствующего количества усилий.

Он не чувствовал благодати особых способностей, дарованных ему так называемым “Богом”.

Субару: Сначала я пытался сделать некоторые позы трансформации…

Он пробовал позы Сейлор Мун, затем позы Всадника в маске, позы Pretty Cure и даже позы Сейлор воинов, но все они были неэффективны.

(imy: Слишком сложно такое гуглить. сделал как смог.)

Это означало, что, в конце концов, он был Посетителем Параллельного Мира, которого бросили сюда ни с чем.

Субару: После всего этого… моя последняя надежда, что мои силы пробуждаются, когда я в беде… черт.

Почесав затылок, Субару проглотил семя тревоги, которое начало расти в его сердце. Перед Эмилией и остальными он бы собрался с духом и притворился, что все в порядке. Однако, взглянув на ситуацию по-новому, не было ничего, кроме беспокойства по поводу позиции Субару.

Его память исчезла. В этом больше не было никаких сомнений. Слишком много свидетельств указывало на это. И, честно говоря, ему очень хотелось в это верить. Он не мог не верить в это и продолжать оставаться в этом месте. Он хотел остаться здесь. Именно в этом мире. Итак, он хотел некоторую силу, чтобы сделать это.

Субару: В конце концов, я должен зависеть от связей, которые я установил с людьми, которых я не помню. Мне хочется плакать.

Нацуки Субару, который всегда бездельничал, не имел никаких изменений в себе, даже в этом параллельном мире. Чем больше Эмилия и другие показывали, как серьезно они беспокоятся о Субару, тем больше Субару проклинал себя за то, что был благословлен своим заимствованным положением.

Субару: Не похоже на то, что, когда я поднимусь на второй этаж, я смогу там что-нибудь сделать…

Вот почему в глубине души он отказывался быть оставленным позади.

После того, как они объяснили ему о страже второго этажа, Рейде Астрея, они обсудили, стоит ли брать Субару с собой. Эмилия больше всего была против того, чтобы брать его с собой. Другие были немного неохотны, но не протестовали так сильно, как Эмилия. Субару, с другой стороны, хотел сопровождать их. Похоже, они думали, что он вряд ли окажет им большую помощь в завоевании второго этажа. Они также упомянули, что темперамент Рейда Астрея будет вреден для него. Поэтому, если бы все так и продолжалось, Субару должен был остаться позади, он――

Субару: ――И все же я настаивал на том, чтобы пойти с ними.

Причина, по которой они пытались оставить Субару, заключалась в том, что они беспокоились о нем.

То, что с ними обращались так мягко, с заботой, которая всегда была у них на уме, казалось ему восхитительно ядовитым. Если бы он был Нацуки Субару с нетронутыми воспоминаниями, он был уверен, что сопровождал бы их и что никогда не было бы такого обсуждения, пойдет он или нет.

Вряд ли его амнезия повлияет на его способности. Другими словами, за исключением недостатка знаний, Субару думал, что сможет сражаться так же, как до того, как потерял память. Поэтому он так или иначе пытался доказать им это, но в конце концов не получил никаких результатов.

Субару: Хотя я попросил Беатрис оставить меня одного, с этого момента все будет сложнее.

Он вспомнил угрюмое лицо Беатрис, когда она видела, что Субару вот-вот оставят позади. Тем не менее, он все равно попросил оставить его после того, как попытался выяснить, была ли его секретная читерная способность чем-то физическим, магическим или основанным на навыках. После того, как она ушла, Субару опробовал позы трансформации. В конце концов, было бы крайне неловко испытывать эти позы перед другим человеком. Беатрис, конечно, была довольно непреклонной, и Субару вспомнил, как он спорил с ней…

Беатрис: Когда я оставляю тебя одного, ты теряешь свои воспоминания, ничего хорошего из этого не выйдет! Бетти ни за что не сдвинется с места, я полагаю!

Субару: Я рад, что ты так думаешь, я очень благодарен, но я собираюсь сделать кое-что, что я никому не могу показать!

Беатрис: Между Бетти и Субару, нам не нужно такое расстояние!

Субару: Нет, я разденусь, чтобы превратиться при лунном свете!

Он пытался прорваться к ней с помощью грубой силы, ревностно призывая ее покинуть комнату. В конце концов, видя, что ничего не получается, им удалось уладить все, и Беатрис получила его сильный, сильный призыв, что он не сделает ничего лишнего и обязательно присоединится к ней.

Субару: Хотя это ни о чем не говорит, мне сказали, что я был ее партнёром, казалось, что с Беатрис все шло хорошо. Не похоже на меня… неужели это действительно был я?

Слегка поморщившись, Субару вытащил кнут, который был в кобуре у него на поясе. Он попытался ударить его кончиком о стену, но вместо этого только ударил себя по ноге.

Субару: Айй…! Наверное, мое тело не помнит, как им пользоваться… или, может быть, я не научился им пользоваться до того, как потерял память…?

Ударив собственную голень, глаза Субару начали слезиться от боли, когда он потер ее.

Во-первых, почему он выбрал хлыст в качестве своего оружия? Это был не меч и не пистолет… пытался ли он быть крутым и уникальным, выбирая хлыст в качестве своего оружия?

Субару: Если я мог им воспользоваться, то, наверное, это значит, что пропало не только то, что у меня в голове?

Наверное, он был похож на папье-маше.

Субару: Ха.

Коротко вздохнув, Субару встал. Эти слова, которые вертелись у него в голове, были настолько глупыми, что ему хотелось расхохотаться над ними.

Что ты теперь будешь делать, папье-маше…

Когда Нацуки Субару не был папье-маше?

Субару: Ах, я сдаюсь, я сдаюсь. Я идиот. Может быть, я просто немотивирую себя…

Субару в отчаянии поднес кулак ко лбу и снова вздохнул, наклоняясь, чтобы поднять упавший хлыст. Он не понимал, как вернуть его в прежнее состояние – немного повозившись, ему наконец удалось каким-то образом снова надеть его на талию.

Субару: Жаль, что я не вел дневник по этому случаю. Это бесполезно.

Субару начал уходить, злясь на свое прошлое в иррациональном гневе. Он не смог подтвердить наличие каких-либо секретных читерных способностей, но в некотором смысле он мог сказать, что тот факт, что он не мог, был кладезем информации. Имея это в виду, он пришел к выводу, что не следует полагаться на то, чего не существует. В каком-то смысле это было немного позитивно, но гораздо больше отрицательно.

Субару: Ну, это не правильный путь…

Субару свернул не в ту сторону и оказался на другом этаже. Перед ним была большая винтовая лестница, ведущая на нижние этажи башни. Он слышал, что башня состоит из шести этажей. Чтобы подняться с шестого этажа на четвертый, нужно было подняться по лестнице, которая поднималась, вероятно, на высоту более 100 метров.

Субару: Если подумать, эта башня построена необычно… это похоже на историю из фантастического мира.

Это был мир, где вы можете лечить свои раны, просто находясь внутри. Кроме того, в его родном мире были некоторые здания, которые, казалось, были за пределами человеческого понимания. Пирамиды были одним из примеров такого явления. Если подумать, то, возможно, между этой башней и пирамидами не было большой разницы.

Субару: Я ищу что-то общее между этим миром и моим первоначальным миром, сделал ли это и прошлый "я?

Субару начал чувствовать себя нелепо из-за того, что назвал себя “прошлым я".

Он чувствовал себя так, словно медленно сходил с ума с тех пор, как потерял память. В сущности, не было Субару "до" и Субару "после" потери его воспоминаний. Прошлое и настоящее тоже, его "я" было одним континуумом. Итак, здесь тоже, Нацуки Субару был――

Субару: ――О?

Субару покачал головой, словно пытаясь стряхнуть с себя мысли, которые затуманили его разум ― он тихо вздохнул. Это был действительно беспечный вздох.

Он выпустил его совершенно непреднамеренно, несмотря на то, что получил нечто гораздо более неожиданное.

В то же самое время, когда он испустил этот вздох, он почувствовал легкий толчок в спину.

Субару: ……

И когда он испустил этот вздох, мир перевернулся с ног на голову.

Субару: Ах?

Его ноги оторвались от земли―― нет, не только ноги… все его тело. Все его тело было переполнено чувством невесомости, он падал в воздухе, теряя из виду, что было вверху или внизу.

Охваченный ощущением невесомости, Нацуки Субару продолжил падать.

Субару: Чт-?

Ветер свистел в его барабанных перепонках. Он не понимал. Он ничего не понимал. Прямо сейчас, Субару падал. Он падал. Кружась в воздухе, он падал вниз головой.

Падаю, падаю, падаю ―― пока он падал, мысли догнали его ―― все еще падаю.

Субару: Подождиии, подожди, подожди, подожди–―

Мир кружился у него перед глазами. Его конечности болтались в воздухе. Он не знает, сколько секунд прошло, но, наконец, Субару понял, что произошло.

Падал, он падал. Он собирался разбиться. Он ударится о землю. Его поглотила тьма, пока он падал мимо винтовой лестницы. Отчаянно оглядываясь по сторонам, Субару мог видеть только каменные стены башни, проплывающие мимо него. Нет, стены не текли мимо него―― на самом деле это был он, который проносился мимо них. Ощущение падения вызвало у него рвоту, из него вылетели куски рвоты.

Субару: ...гхркх

Субару не мог даже дышать, его горло было забито рвотой. У него защипало в носу, слезы боли потекли из него, и все его органы чувствовали, что они находятся не на своем месте. Все его тело казалось хаотичным беспорядком. Его лицо, одежда и, конечно же, пол, были бы испачканы рвотой.

Эмилия была бы шокирована. Беатрис рассердилась бы на него. Рам бы просто холодно смотрела на него. Юлиус бы устало вздохнул. Ехидна пожала бы плечами. Мейли рассмеялась бы. Шаула показывала бы на него пальцем.

Испытывая такое чувство разочарования, Субару полностью потерял связь со своей собственной реальностью. Даже если я буду искать везде, я не смогу найти её. Она не в небе. Она не во мне. Куда она делась? Где она находится? Субару потерял не только память, но и самого себя.

Субару: Мамочка.

Нацуки Субару упал в обморок, когда из него вырвалось едкое бормотание. Его сознание остановилось, мысли стали расплывчатыми, а затем――

А затем――

А затем――――

А затем――――――――

А затем―――――――――――――

Твердая земля.

***

???: …Субару! Эй, Субару, ты в порядке?

Когда он проснулся, первое, что он услышал, было звонким, серебряным колокольчико подобным голосом. Он чувствовал дыхание у своего лица и пальцы на своей руке. Почувствовав это, Субару пришел в себя и медленно открыл глаза. Перед ним была пугающе красивая фея.

Субару: Это Эмилия-тян…?

Эмилия: Ох, Субару, слава богу. Ты проснулся. Я действительно беспокоилась о тебе.

Услышав слова Субару, Эмилия с облегчением погладила себя по груди. Субару в шоке оглядел комнату.

Он был в комнате, которая была полностью покрыта плющом, даже кровать, на которой он лежал, была соткана из плюща. Красивая девушка рядом с ним, Эмилия, с облегчением похлопывала себя по груди. А рядом с ней стояла лоли со спиральками.

Беатрис: Эмилия, если ты продолжишь быть с ним такой нежной, Субару не будет задумываться о своих действиях, я полагаю. Если ты не будешь действовать с ним жестче, он не поймет, как сильно он всех беспокоил.

Эмилия: Это верно, хотя Беатрис, почему ты так говоришь? Субару пропал, поэтому мы поспешили его найти… когда мы это сделали, он был в обмороке, а ты чуть не заплакала…

Беатрис: Было бы неплохо, если бы ты не говорила ненужного, я полагаю!

Беатрис отвернулась от них, ее лицо покраснело от гнева. Субару, наблюдавший за этим обменом репликами, смотрел в замешательстве.

Субару: А? Что? Это был сон?

“………?”

Услышав это, Эмилия и Беатрис повернулись к нему.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 38. Кто ты?.

Перевод: imy

Редактура: Silly, Kasiposha

(imy: В начале кое-что скажу. у этой главы и следующих англ перевод имеет несколько низкое качество, поэтому я старался сгладить ошибки как мог, но... некоторые части возможно будут потеряны по смыслу, сорян. японский к сожалению я не знаю, чтобы посмотреть оригинал.

Дополнение после завершения редактуры: Всё, что я/мы заметили, было поправлено. но все же. англ от этого лучше не стал. поэтому, если заметите в этой и следующих главах крупные СМЫСЛОВЫЕ(именно смысловые. орфография и т.п не смертельные, ибо текст очевидно большой и за всем не уследишь) ошибки, напишите в комментарии или лс паблика. я поправлю.)

***

Субару оглядел комнату, не понимая, что с ним случилось. Он не понимал ни малейшей детали ситуации.

Субару: ……

Это была комната, которую он так привык видеть, что мог бы даже назвать “знакомой”. Стены, пол и потолок были увиты плющом, даже кровать, на которой он проснулся, была увита плющом.

Перед ним стояли две девушки ―― красивая леди и красивая маленькая девочка ―― обе сидели рядом и смотрели на него. Также возле его кровати сидела огромная ящерица. На другой кровати в комнате лежала девушка с голубыми волосами и закрытыми глазами. Не было абсолютно ничего необычного; это была зеленая комната Сторожевой Башни Плеяд.

Субару: Но… хах? Почему я снова здесь?

Субару не знал, проснулся ли он вообще.

Положив руки на голову, Субару вспомнил, что произошло недавно. Они говорили о том, чтобы бросить испытание второму этажу, пока он пытался подтвердить, обладает ли он какими-либо особыми способностями. После тщетных попыток, Субару решил присоединится к Эмилии и другим после того, как он подтвердил, что у него нет никаких способностей――

Субару: Урххх? Что произошло после этого?

Его воспоминания о том, что произошло после, были неясны. Он внезапно проснулся на этой кровати, и это впечатление доминировало. И пока он пытался привести мысли в порядок, голос прервал ход его мыслей,

Эмилия: Эй, Субару, ты хорошо себя чувствуешь?

Субару: Ух-аахх! Эмилия-тян, ты так близко!

Прекрасное лицо Эмилии внезапно возникло рядом с ним; она была так близко, что он чувствовал ее дыхание на своем лице. Увидев, как ее аметистовые глаза, окаймленные длинными ресницами, приблизились из ниоткуда, Субару отодвинулся на противоположную сторону кровати.

Глаза Эмилии расширились в удивлении от его чрезмерной реакцией.

Эмилия: Ты не должен выглядеть таким испуганным… Кроме того, это я была испугана…

Субару: Испугана…?

Беатрис: Конечно. Мы думали, что ты исчез. Мы начали искать, и обнаружили тебя без сознания, я полагаю. Было бы неприлично не волноваться.

Субару: Серьезно? Я снова потерял сознание?

Беатрис скрестила руки на груди и раздраженно фыркнула. Субару был застигнут врасплох ее словами―― он встал и похлопал себя по телу, чтобы убедиться, что все в порядке. И все же он не чувствовал никаких отклонений. Хотя было сомнительно, заметит ли он какие-либо различия, учитывая его амнезию, явных признаков травм не было.

Субару: Тем не менее, довольно опасно терять сознание дважды за такое короткое время… хотя прошло всего пару часов, должен ли я чувствовать себя счастливым, что мои воспоминания снова не сдуло ветром?

Беатрис: О чем ты ворчишь… Субару нужно что-то сказать Бетти и Эмилии, я полагаю.

Субару: Что-то сказать…?

Беатрис бросила ему эти слова, когда он смотрел на свои протянутые руки. Субару обернулся и увидел, что Эмилия и Беатрис уставились на него. Он немного беспокоился о том, что ему придется сказать этим двум.

Субару: Ну, мне очень жаль. Я прошу прощения за то, что побеспокоил вас всех. Вы обе снова спасли меня.

Беатрис: Пока у тебя все хорошо.

Эмилия: Хех, пожалуйста. Но, я очень рада, что с тобой ничего не случилось. Такое облегчение.

Субару: Ах, да. Мне жаль Эмилия-тян, это непростительно, что я причиняю тебе столько хлопот все время.

Подняв руку в знак извинения, Субару выразил свою благодарность Эмилии. Однако, когда Эмилия услышала слова Субару, она нахмурила свои красивые брови. Ее аметистовые глаза выглядели совершенно сбитыми с толку.

Эмилия: Ну, подожди… Субару, что такое?

Субару: Что такое… это неопределенный вопрос. В чем проблема?

Эмилия: Ну, только что ты назвал меня Эмилией-тян. Почему-то, когда меня так называют, я чувствую себя немного неловко.

Говоря это, Эмилия начала теребить свои длинные серебристые волосы, нервно глядя на Субару. Увидев её взгляд, что был, казалось, полон одиночества, Субару невольно испустил внутренний вскрик.

Открытая и дружелюбная, это приходилось Субару по вкусу. Однако, что касается ее нынешних эмоций, Субару чувствовал, что между ними была глубокая пропасть.

Беатрис: Субару снова начинает шутить, я полагаю. Что важнее…

Настроение Беатрис начало ухудшаться после того, как она услышала разговор этих двоих. Тряхнув своими великолепными спиральками, она щелкнула пальцами в сторону Субару. И, надув раскрасневшиеся щеки, она сказала:

Беатрис: Я хочу, чтобы ты сейчас же рассказал Бетти и Эмилии. Зачем ты вчера вечером ходил в библиотеку Тайгета, я полагаю? Почему ты там потерял сознание?

Субару: Подожди, подожди-подожди-подожди! Я что, снова потерял сознание там?

Беатрис: Снова?

Субару: Серьезно, Тайгета - такое ужасное место… Я не знаю, что я там опять делал. В конце концов, это место с такой сомнительной историей, что с моей стороны это было опрометчиво, я думаю.

Субару рассказали об инциденте, который он не мог вспомнить; он был сбит с толку этим фактом и начал чувствовать себя немного неуютно. Конечно, он не мог вспомнить ничего до и после того, как потерял сознание. И все же у него не должно было быть причин снова посещать Тайгету. Скорее всего, кто-то нашел его в другом месте башни и принес в Тайгету. Хотя он не понимал, какой в этом смысл.

Беатрис: Подожди, я полагаю. Субару.

Однако, Беатрис велела ему подождать, когда он начал чувствовать себя сбитым с толку.

Субару: Да?

Беатрис: Почему-то мне кажется, что мы не на одной волне. Субару, расскажи нам эту историю точно, я полагаю.

Субару: Точно…? Что ты имеешь в виду?

Беатрис: Попробуй рассказать нам о ситуации, в которой ты сейчас находишься.

Беатрис терпеливо объяснила это Субару. Он кивнул головой, почувствовав запугивание в ее тоне, когда она произнесла эти тяжелые слова. И пока Эмилия смотрела на него с озабоченным выражением на лице, Субару напрягал свою память в раздумьях.

Субару: Ну, я, кажется, уже говорил… когда я проснулся, у меня не было никаких воспоминаний. Хотя это не значит, что они полностью пусты. Мои воспоминания с тех пор, как я был призван в этот параллельный мир…

Беатрис: Подожди, подожди, подожди, подожди, подожди!? Воспоминания? Что ты подразумеваешь под воспоминаниями, я полагаю?!

Субару: Хах?

Обычно достойные манеры Беатрис были внезапно нарушены, когда Субару начал свое объяснение. Он удивился ее неожиданной реакции. Эмилия положила руку на плечо испуганной Беатрис, чтобы поддержать ее. Но Эмилия тоже не была спокойна. Она тоже смотрела на Субару с удивлением.

Эмилия: Субару, прости, я не понимаю, о чем ты говоришь…

Субару: Нет, я бы побеспокоился, если бы остановился здесь, у меня есть вы двое здесь…

――Он должен был знать, что сказать дальше. он попытался продолжить, но его слова затихли.

"…………"

И Эмилия, и Беатрис смотрели на Субару с явным недоумением в глазах. Ему было ясно, что они не притворяются. И поскольку он думал, что они не притворяются, это делало ситуацию еще более ужасающей.

Почему они забыли о том, что он рассказал им о своей амнезии?

Конечно же, башня не забрала воспоминания никого, кроме Субару. Ужасная мысль пришла ему в голову. А именно, эта башня была ужасной, в какой-то степени вытягивая из всех воспоминания, делая разговор невозможным.

Затем, Субару понял.

Субару: Когда я проснулся, и когда разговаривал с этими двумя…

И вдобавок ко всему, он, возможно, что-то вспомнил. Нет, не может быть. Он определенно что-то вспомнил.

В первый раз, когда он встретил Эмилию и Беатрис, когда ему сказали, что он потерял память… разговор звучал точно так же, как сейчас.

Проще говоря, пробуждение в Зеленой Комнате, лежа на кровати, увитой плющом, не было ли это точной копией ситуации, когда ему сказали, что он потерял память?

Субару: …………

Подумав об этом факте, Субару громко сглотнул.

Если посмотреть на Эмилию и Беатрис, их поведение не изменилось. Однако они смотрели на Субару в явном недоумении не из-за недоверия, а из-за беспокойства в их душах по отношению к “Субару”. Тот факт, что в их взглядах не было обмана, заставлял Субару чувствовать себя намного спокойнее.

Честно говоря, сердце Субару колотилось в сильном смятении. Но, сделав это предположение о текущей ситуации――

Субару: Я снова вижу те же события. Должно быть, я вижу предвидящие сны.

Учитывая его ситуацию, когда он проснулся, разве не разумно так думать? Если так, то когда он потерял сознание, должен ли он скорее сказать, что проснулся? В тот момент, как он проснулся, его воспоминания были невероятно туманными. Сны, по какой-то причине, проскальзывали сквозь щели между пальцами, когда их пытались удержать вместе. Или, может быть, эти предвидящие сны были особой способностью, которая была дана Субару, когда он был призван в этот мир――

Субару: Это трудно использовать―― это довольно избирательная способность…

Однако, нет никаких сомнений в том, что если бы он мог овладеть ею, то это была бы довольно мощная способность. В конце концов, предвидящий сон позволил бы ему предвидеть будущее. Чем дольше это будет показывать ему правду, тем больше шансов найти ключ к выходу из ситуации. К сожалению, он не думал, что получил много полезной информации из этого предвидящего сна――

Субару: ――Вы двое, мне нужно, чтобы вы немного успокоились и выслушали, что я хочу сказать.

Сидя прямо, Субару теперь понимал, какими способностями он обладает. Он повернулся к ним и сказал это. Эмилия и Беатрис посмотрели на Субару и кивнули с серьезным выражением на лицах. Глядя в их сторону, Субару сказал с легким намеком на колебание:

Субару: Я не знаю, можете ли вы в это поверить, но я, кажется, потерял свои воспоминания.

***

――Субару проснулся в библиотеке Тайгета и потерял память.

Эмилии и Беатрис потребовалось столько же времени, сколько и во сне, чтобы переварить то, в чем он признался.

Эмилия: Аииии!

Со звуком, разрывающим воздух, девушка изо всех сил хлопнула себя ладонями по щекам. Ее встревоженные глаза расширились от боли и от шока, когда она замотивировала себя сказав “Хорошо”

Это был смелый, почти мужественный способ принять это―― то, что он также видел в своем предвидящем сне.

Эмилия: Я в порядке. Быть таким нехорошо, верно? Как мы могли продолжать делать такое обеспокоенное лицо, когда Субару, должно быть, чувствует себя еще более обеспокоенным, чем мы… смотри, Беатрис тоже!

Собравшись с силами с помощью энергичной речи, Эмилия потрясла Беатрис за плечо. Беатрис посмотрела на нее, не в силах скрыть своего замешательства.

Эмилия: Я тоже в шоке, и я также чувствую печаль…… но прямо сейчас мы должны подумать о том, кто переживает это тяжелее всего. Мы должны что-то для него сделать, не так ли?

Беатрис: Б-Бетти…

Беатрис: …………*

(imy: Либо я дурак, либо что, но тут стоит циферка 1 у точек. но дело в том, что там есть пояснение только за циферку 3...)

Субару подавил боль в груди, наблюдая, как Беатрис изо всех сил пытается выдавить из себя слова. Субару точно знал, что скажет Беатрис и какое лицо она сделает. Но он был совершенно неправ, думая, что это принесет ему некоторое душевное спокойствие.

Предавать чье-то чувство надежды было тяжело, скорее, это было ужасно. Независимо от того, сколько раз ему приходилось это делать, независимо от того, была ли это одна и та же проблема во второй раз, все было одинаково. И теперь Субару знал Беатрис гораздо лучше, чем в первый раз, когда встретил ее. Вот почему для Субару это было сложнее, чем в первый раз.

Беатрис: ……аагггхх, просто, серьезно! Субару - просто самый безнадежный партнёр в мире!

Сказав это, Беатрис преодолела свое смущение―― узор крыльев бабочки, украшавший ее радужки, начал трепетать в ее глазах. В то время как он испытывал облегчение от этого, Субару испытывал сильное чувство ненависти к себе.

…Было ли это правильно. Был ли он удовлетворен этим? Да, Нацуки Субару…

…Мог ли он действительно воздвигнуть замок на песке, поверх уз и веры, которые он уже построил?

“…………”

Субару стиснул зубы, увидев душераздирающую, хотя и мягкую решимость Эмилии и Беатрис.

Субару не признался им, что способен видеть предвидящие сны. Разговор после того, как он проснулся, и с запоминанием их имен, он отодвинул тот факт, что не все его воспоминания выпали. На самом деле, помимо потери памяти, конечно, отчет Субару также касался распределения его недостающих воспоминаний. Он не мог позволить себе сомневаться в двух людях, которые были с ним, и, кроме того, сам Субару не хотел вступать в какой-либо непродуктивный разговор.

Прежде всего, он хотел выяснить, насколько его предвидящие сны покажут правду правильно. По этой причине он не хотел создавать ситуацию, которая отклонялась бы от того, что показал ему его предвидящий сон. Хотя некоторые изменения произошли в самом начале, они не были чем-то слишком большим.

Однако это была не единственная причина, по которой он не упомянул о своих предвидящих снах.

Субару: …………

Ни Эмилия, ни Беатрис, ни Рам, ни Юлиус, ни Ехидна, ни даже кто-либо другой не объяснили Субару, что у него есть способность Предвидящих Снов. Шаула и Мейли тоже этого не сделали. Трудно представить, что они намеренно скрыли это от Субару. Даже при прежних обстоятельствах трудно поверить, что у всех у них было одно и то же намерение; это не имело смысла.

Тогда было неизбежно, что была только одна причина, по которой они не знали о его предвидящих снах―― Нацуки Субару никогда не раскрывал им свою способность.

Субару: ……о чем ты думал, Нацуки Субару.

Субару сказал его имя, как будто он имеет в виду другого человека… Нет, говорить так, как будто он имел в виду другого человека, было неправильно. Это был другой человек.

Для Субару, “Нацуки Субару” - это неизвестный человек, которого не существует. Он не может угадать, о чем он думает, и не может взаимодействовать с ним. Нет ни малейшего шанса понять его.

Почему "Субару” не сказал об этом Эмилии и др. о своей силе?

Было ли это потому, что он не хотел как можно больше менять развитие этих предвидящих снов? Даже если это было из-за этого, наверняка, как только ситуация была преодолена, было бы время признаться в этом? Была ли причина, по которой он не мог этого сказать?

Недоверие к старому “Субару” неуклонно росло в нем.

Субару: Ты…

…о чем ты думал, “Нацуки Субару”.

***

――После этого события развивались, как и ожидалось, примерно в соответствии с тем, что он видел в своих предвидящих снах.

Эмилия: Итак, я думаю, что все довольно шокированы…… Субару сейчас находится в довольно сложной ситуации. Но даже в такой ситуации…… нет, именно потому, что ситуация такова, мы должны оказать ему нашу поддержку.

Эмилия объяснила остальным, как Субару потерял память. Хотя это было не самое лучшее из объяснений, будет невозможно сделать последующие действия в случае, если он резко изменит события. Таким образом, вместо Эмилии, которая была плоха в подобном, Беатрис в конечном итоге взяла остальное на себя.

И затем―――

Рам: Это какая-то шутка, Барусу?

Рам подозревала, что ситуация с Субару, возможно, была шуткой――

Шаула: Скажите, Мастер… вы все еще не устали так играть? Сколько еще раз вам нужно забыть меня, прежде чем вы прекратите?

Шаула безразлично приняла то, что он потерял свои воспоминания, как будто она думала, что с этим ничего не поделаешь――

Мейли: Действительно, Братец выглядит очень обеспокоенным~

Безразлично или нет, Мейли улыбнулась шутке, словно наслаждаясь атмосферой замешательства――

Ехидна: Просто, давайте дадим ему немного времени, чтобы успокоиться. Это нормально, правда?

Беспокоясь о Юлиусе, который был расстроен тем, что Субару потерял память, Ехидна предложила сделать небольшой перерыв, чтобы собраться с мыслями. Приняв это, он вышел из комнаты по приглашению Рам принести воды. Затем, когда они остались наедине, Рам схватила Субару за воротник и прижала его к стене.

Рам: ……Пожалуйста, скажи это…

Он расстался с частью своей святости. Однако это не значит, что он не был потрясен до глубины души. Услышав тихие рыдания Рам, Субару вернулся туда, где были все, с убеждением…

…Предвидящие сны точны. Они ужасно точны и полностью предвещают события.

Субару не знал всего, что они скажут и сделают, но впечатление, которое они произвели, почти не изменилось. Если бы возникла проблема――

Ехидна: Нацуки-кун совершенно спокоен, несмотря на ситуацию.

Вновь представив друг друга и раскрыв, что сознание Анастасии в настоящее время было перезаписано сознанием Ехидны, Ехидна сказала это Субару.

Субару: "――――"

Субару почувствовал, как у него пересохло во рту после слов Ехидны. Честно говоря, замечание Ехидны было понятно. Сам Субару ничего не мог с этим поделать.

Все были потрясены и в состоянии паники. Тем не менее, видя, как она пытается сгладить абсурдную ситуацию, он не мог не чувствовать большого сочувствия к ним в своем сердце. Это похоже на то, когда вы смотрите фильм во второй раз – эмоции, которые вы испытываете, не так сильны, как в первый раз, когда вы смотрите его.

То, что он чувствовал еще сильнее, было шквалом негативных эмоций, а именно сочувствие к ним за такое храброе лицо, чувство вины за то, что он оставил их такими, несмотря на то, что он знал это, и чувство отвращения к “Субару”, который, вероятно, продолжал делать такое.

Неудивительно, что у Субару было мрачное выражение лица в сочетании с молчаливым отношением―― хотя они думали, что он оставался спокойным. В любом случае――

Субару: Я счастлив, что все успокоилось. Я был из тех детей, у которых в табеле успеваемости всегда записывали: “Он никогда не успокоится”.

Ехидна: Тааабель Успеваааемости, я не совсем понимаю, что это значит… это что-то из параллельного мира?

Субару: Ага.

Прищурившись, Субару кивнул головой на вопрос Ехидны. Его ответ на вопрос о значении Параллельного Мира не изменился. Он объяснил, как был призван в этот другой мир и оказался в этом месте. И то же самое понимание пришло от Эмилии, Ехидны и других, которые пришли к выводу, что он пришёл из-за Великого водопада.

Возможно, даже если бы он не смог полностью воспроизвести события своих предвидящих снов, события, которые имеют какое-то значение, все равно были бы реализованы с некоторыми незначительными изменениями в них. Это то, что обычно встречал Субару в играх и манге про предсказание будущего.

Даже если реакция на внезапную ситуацию измениться, то, что вы решите сделать, не исчезнет так легко. Человек, решивший пригласить кого-то на свидание, пойдет и пригласит этого человека совершенно другим способом, чем раньше, где теперь есть некоторые заметные препятствия на пути―― вот как он думал насчет этого. Другими словами, Ехидна собиралась спросить о другом мире, независимо от того, потерял ли он свои воспоминания.

Субару: Несмотря на то, что я не объяснил это до сих пор, я по-прежнему небрежно упоминал слово параллельный мир… Я даже не знаю, что и думать.

Из-за природы его предвидящих снов, довериться своим способностям было трудно, и, кроме того, было невероятно странно, что он не говорил о другом мире. Это было почти так, как будто он только что сдался, посчитав бессмысленным доверяться этому.

Как будто он боялся.

Ехидна: В конце концов, странно, что ты кажешься наименее сбитым среди всех. Нам всем становится не по себе, мы думаем, что должны что-то с этим делать.

Субару: Может быть, это то, что имеют в виду, когда говорят о том, что все в панике, но человек, о котором идет речь, вместо этого успокаивается. Даже я нервничаю, думая, что мы должны что-то с этим сделать. Так что будьте уверены.

Эмилия: Я чувствую, что мы вообще не можем чувствовать облегчения от этого…

Ехидна и Субару пожали плечами. Эмилия выглядела довольно удрученной, когда произносила эти слова, настроение почему-то все еще было на самом дне.

В конце концов, поведение Субару росло. Он старался как можно больше подражать своему предвидящему сну; однако попытки подражать его поведению были весьма неудачными. Было очень трудно подражать растерянному "я", которое он видел во сне. Итак, прежде чем он выплеснет дополнительную чушь――

Субару: В любом случае, я понимаю ситуацию, в которой мы находимся. Я знаю, что здесь много путаницы, но давайте преодолеем ее вместе. Давайте что-нибудь с этим сделаем.

Хлопнув в ладоши, Субару попытался продолжить разговор. Беатрис кивнула в ответ и, словно повинуясь предвидящему сну, сказала:

Беатрис: Ты захочешь проверить библиотеку Тайгета, я полагаю.

***

Шаула: Уееех~

С расплывшейся улыбкой очаровательная, красивая женщина издала вопль. Если бы она просто выпрямилась и начала выглядеть более достойно, ее красота, несомненно, покорила бы сердца многих мужчин. Однако ее лицо расслабилось, когда она попыталась прижаться к Субару.

Шаула: Мастер, Мастер. Я счаааааслива~. Клянусь, я сделаю вас счаааааасливым!

Субару: Эй, не говори так. Не обнимай меня за руку. Ты пугающе мягка!

Шаула: Ах! Я просто хочу, чтобы это было так, так что я это проигнорирую~

Субару продолжал отталкивать Шаулу, пока она отчаянно пыталась вцепиться в его руки. Честно говоря, быть в объятиях красивой женщины, которая с самого начала вела себя заманчиво, было чем-то, от чего ему бы хотелось сдержаться, как с точки зрения силы Субару как человека, так и парня.

Субару и остальные прибыли на 3-й этаж сторожевой башни, где находилась библиотека Тайгета. Как и в его сне, они обыскали библиотеку в попытке выяснить, как Субару потерял свои воспоминания, и, если возможно, вернуть их.

Однако Субару знал, что их поиски будут тщетными, и что они не принесут никаких результатов. Теперь ему предстояло пережить неприятное время, поскольку ему не разрешалось участвовать в поисках. Хотя ему показалось, что Шаула вела себя слишком фамильярно, чем показывал его сон――

Шаула: В конце концов, Мастер, вы выбрали меня, а не эту кусачку, не так ли~?

Субару: Я не специально так выбирал! Из-за того, что происходит, я не мог не застрять с тобой!

Шаула произнесла это с беспокойным выражением лица, рассказывая об их пути к Тайгете.

Хотя расстояние до библиотеки было небольшим, Субару устроил так, чтобы ему не пришлось держаться за руки с Эмилией и Беатрис.

Его намерение, стоявшее за этим, было вызвано угрызениями совести по отношению к Беатрис и Эмилии.

Учитывая, что он знал, что произойдет благодаря его предвидящему сну, он не раскрыл тот факт, что это, вероятно, будет пустой тратой времени, и, если так говорить, видя ситуацию с высоты птичьего полета, Субару так относится к двум девушкам.

Поэтому сейчас он сидел рядом с пустоголовой Шаулой, ожидая, пока отряд закончит обыск Тайгеты.

Шаула: Наконец-то Мастер осознал, насколько я очаровательна и привлекательна! Мне пришлось ждать этого 400 лет! Я так счастлива, я так счастлива! Я подарю тебе такой страстный поцелуй~!

Субару: Это не то, что я имел в виду! Это страшно! В самом деле, прекрати!

Шаула прижималась к нему всем телом; Субару отчаянно пытался оттолкнуть ее, но у нее была необычная сила, и поэтому он оказался прижатым к стене. Это был даже не кабэ-дон, это был кабе-говаа! Вот как это было напряженно!

И, как раз перед тем, как девственность губ Субару, которые никогда не испытывали любви женщины, была насильно отнята――

Мейли: Эй, эй, Братцу, кажется, это не нравится. Хватит валять дурака.

Шаула: Ай-ай-ай-ай-ай!

Мейли оттащила от него Шаулу, потянув ее за хвост.

Шаула изогнула шею, забрала назад свой конский хвост и бережно прижала свои длинные черные волосы к груди.

Шаула: Что ты сделала с моими волосами?! Что ты сделала с моими драгоценными волосами, ужасная маленькая девчооонка!

Мейли: Я не хочу, чтобы сереброволосая Сестра или Беатрис-тян сердились. Я слежу за тем, чтобы полуголая сестрица не сделала ничего плохого Братцу.

Шаула: Гррррр! Так раздражает! Мастер, пожалуйста, сделайте что-нибудь!

Субару: Шаула, не смей подходить ко мне ближе, чем на два метра. Ты страшная.

Шаула: Мастер такой идиооооооот.

Шаула отвернулась от Субару, притворясь, что вот-вот разрыдается.

Субару в замешательстве почесал щеку, глядя на ее обнаженную спину, а затем повернулся лицом к Мейли, которая держала руки за спиной.

Субару: Ах, ты мне очень помогла… странно говорить такие вещи убийце.

Мейли: Не волнуйся. Этот убийца отошёл от дел, теперь я делаю то, что говорят мне Братец, Сестра и ее друзья. Братец и другие могут использовать меня с пользой, например, как когда я помогла со злыми животными.

Субару: "――――"

Она говорила без злобы или скрытых мотивов, поэтому Субару никак не отреагировал на ее слова. Мейли, казалось, не испытывала особых угрызений совести, когда говорила. Это была разница между ценностями его мира и этого.

Мейли: "――――"

Она ничего не сказала в ответ на молчание Субару. Она просто молча посмотрела на него с непостижимым выражением на лице. Мейли повернулась и равнодушно посмотрела в ту сторону, где Эмилия обыскивала библиотеку. Девочка была довольно невысокого роста, с моложавым лицом, ее руки и ноги все еще были крошечными, и ей еще предстояло пройти немалый путь, прежде чем она достигнет зрелости. В конце концов, она все еще была ребенком. Ему было невыносимо, что она держала в себе такие разрушенные ценности.

Субару: Может быть, даже в тебе еще есть на что положиться, так что я рассчитываю на тебя!

Мейли: ...? А, так вот что ты хочешь сказать? “Использовать меня с пользой”.

Субару: Нет, не использовать. Положиться. Мы не инструменты, которые можно просто использовать, думай об этом как о... дружбе?

Мейли: … Хммпф.

Секунду Мейли в шоке смотрела на слова Субару. Хотя это было лишь на мгновение, она быстро отвела глаза. Субару почувствовал облегчение от того, что она не отреагировала на дискомфорт; скорее, казалось, что слабый проблеск комфорта промелькнул на ее лице. Даже если в своем сердце она хранила разбитые ценности о себе, это не означало, что все, что она могла чувствовать, в конечном итоге будет не синхронизировано с тем, что знал Субару.

Тот факт, что они оба могли пойти на компромисс в этих неизвестных обстоятельствах, заставил Субару почувствовать себя немного лучше.

Мейли: … Братец действительно ничего не помнит, верно?

Субару: Да? К несчастью. У тебя что-то было на уме?

Он неожиданно вытряхнул из Мейли что-то о своих воспоминаниях. Субару попытался спросить ее, что она имела в виду. Услышав его вопрос, Мейли просто приложила пальцы к губам и очень мило улыбнулась: “О дааа.”

Мейли: Петра-тян заплачет, если услышит это.

Субару: Тьфу… Я даже не знаю, кто это.

Мейли: Петра-тян - девочка, которая любит Братца. Она беспокоилась о том, что ты проделаешь весь этот путь сюда; Мне кажется, что я слышу, как она говорит: “Я так и знала".

Субару: Черт бы побрал вчерашнего меня, какие бездумные вещи он делал…

Субару с горечью посмотрел на нее, в отчаянии думая об этой молодой девочке, Петре, которую он еще не видел. Как много он в конечном итоге узнает о следах, оставленных неизвестным ему “Субару”?

Мейли: На самом деле, я честно думаю, что мое мнение о вчерашнем Братце заключается в том, что он тоже был довольно небрежен.

Мейли потянулась, говоря это, не обращая внимания на смятение, которое она оставила в сердце Субару. В его сознании это звучало так, как будто то, что она сказала, сопровождалось очень странным чувством.

В любом случае, Эмилия и остальные вернутся прежде, чем он сможет быстро подтвердить это. Если они не найдут никаких улик, это только подтвердило бы, насколько точным был его предвидящий сон.

***

Поскольку обыск Тайгеты закончился безрезультатно, теперь они готовились подняться на второй этаж.

В конечном счете, отныне сфера действия предвидящего сна будет ограничиваться примерно здесь―― Субару до сих пор вообще не сомневался в точности своей способности предвидеть будущее.

События развивались так же, как Субару переживал их раньше. Если в этот момент возникнут какие-либо проблемы, он не сможет ответить, используя свои знания о будущем, которые показали его предвидящие сны.

Субару: Я могу предвидеть будущее, разве не безумие, что мне удалось это подтвердить?

Однако, это тоже было странно. Во-первых, Субару не знал, какие условия необходимы для активации его предвидящих снов. Если он заснет, активируется ли он, или ему нужен какой-то триггер―― или это полная случайность? Маловероятно, что будет время найти место для сна из-за срочности нынешней ситуации. Однако он хотел положиться на силу своего предвидения―― конечно, ему нужно будет узнать об этом больше подробностей. Ему нужно будет тщательно изучить, что он может сделать со своим предвидением.

Субару: Сейчас, как и во сне, мне удалось заставить Беатрис оставить меня одного, но…

Субару попросил Беатрис оставить его, пока он пробовал методом проб и ошибок позы трансформации. Казалось, Беатрис пыталась остаться сильнее, чем он видел во сне. Вероятно, это было следствием того, что он был рядом с ней меньше, чем в своих снах, например, по дороге в Тайгету. В любом случае, у него была причина побыть одному.

Субару: Я должен выяснить, почему я проснулся и что случилось со мной непосредственно перед тем, как я проснулся.

Может быть, он просто случайно проснулся нормально. Однако вполне возможно, что в его сне было что-то такое, что заставило его проснуться. Что-то вроде встречи с ужасным или болезненным опытом.

Субару: Я немного взволнован… что, если я не смогу отличить предвидящие сны; это жутко, это похоже на то, как если бы мне снилось, что я бабочка.

Сновидение, в котором ты бабочка, - это ситуация, когда вам сниться, что вы бабочка, но когда вы просыпаетесь, вы на самом деле не уверены, являетесь ли вы бабочкой, мечтающей быть человеком, или человеком, мечтающим быть бабочкой. Казалось, что это станет порочной, бесконечной петлей, как самореализующееся пророчество, которое загонит опоры его собственного "я" в угол неопределенности, как нечто ненадежное.

Субару: …чтобы избежать этого, мне нужно пройти мимо того места, где закончился мой сон. Если я смогу это сделать, то смогу рассказать Эмилии и остальным о своих предвидящих снах.

“Субару” до потери памяти, к сожалению, избегал доверять свои способности Эмилии и другим. Однако теперь Субару очень хотелось изменить эту ситуацию и рассказать всем, что он может сделать.

Он не знал, что будет, если он сделает такую неосторожную вещь; напуганный этой тревогой, он не хотел создавать ситуацию, в которой он будет откладывать это сейчас.

Субару …Я принял решение.

Оглядываясь назад, чтобы переоценить свое положение, Субару, наконец, решил, что расскажет им о своих предвидящих снах. Тем не менее, то, что ожидало его впереди, было ему неизвестно. После того момента, когда Беатрис ушла, его воспоминания, в том числе и о том, как он выполнял позы трансформации, были довольно расплывчатыми. Поэтому доказать, что он может переживать предвидящие сны, было бы довольно трудно. Кроме того, он не знал, как их активировать. Ему нужно, чтобы они сотрудничали с ним, когда он попытается объяснить свои способности.

Если бы он мог овладеть своими снами, это стало бы чрезвычайно мощным оружием в его распоряжении. Или, возможно, это было необходимое оружие, которое позволило бы им завоевать Сторожевую Башню Плеяд. С этими мыслями в голове――

?: –―Что касается Нацуки-куна, разве ему не опасно сопровождать нас в том безумном состоянии, в котором он сейчас находится?

*На расстоянии*: "――――"

Оказавшись перед залом, в попытке присоединиться ко всем, Субару затаил дыхание, услышав эти слова.

Умный голос, который он слышал, принадлежал Ехидне. По какой-то причине Субару не решался объявить о своем присутствии и решил спрятаться за стеной. Разговор в зале продолжался.

Эмилия: Ехидна, что ты подразумеваешь под опасностью?

Ехидна: Больше нечего сказать, верно? Учитывая состояние, в котором он сейчас находится, можно с уверенностью сказать, что он потерял память. Однако то, что он сказал потом, было действительно безумным. То, как он объяснил термин “Параллельный мир”, является доказательством.

Эмилия: Параллельный… мир…

Юлиус: Ты в действительности не веришь, что он пришел из-за Великого Водопада?

Юлиус и Эмилия, казалось, были шокированы словами Ехидны. Сердце Субару дрогнуло, что теперь означали слова Ехидны? Ему хотелось выскочить из своего укрытия и спросить ее, но он подавил это чувство. Даже если Субару не спросит, наверняка кто-то другой спросит――

Рам: Это, конечно, было абсурдное объяснение.

Эмилия: Рам…… ты тоже сомневаешься в том, что сказал Субару?

Эмилия удивилась холодному, безразличному тону Рам. В ответ на ее вопрос Рам сказала: “Эмилия-сама”

Рам: Не то чтобы я с самого начала сомневалась в аргументах Барусу. Действительно, знания, поведение и странные обычаи Барусу - это вещи, которые нам неизвестны. Очевидно, что он действительно мог прийти из места, о котором никто из нас здесь не знает.

Эмилия: Ну, в таком случае――

Рам: Но то, откуда он пришел, ограничено этим миром. Я уверена, что быть из-за Великого водопада можно было бы приспособить к термину Барусу, “Параллельный мир”, но я не могу поверить в существование такого места… теперь уже нет причин ему верить.

Эмилия: Рам…

Голос Эмилии слегка затих, когда она услышала объяснение Рам, в котором чувствовалась горечь. Но ответа не последовало; Эмилия тихо откашлялась,

Эмилия: Я верю в Субару, Беатрис тоже, так что, пожалуйста, пожалуйста, попытайтесь поверить в то, что сказал Субару.

Юлиус: ……Эмилия-сама, Ехидна не предполагает, что Субару намеренно пытается обмануть нас. Она просто говорит, что он в ужасном замешательстве.

Беатрис: В этом утверждении вы все еще согласны с этим духом, я полагаю!?

Юлиус попытался рационально объяснить свои мысли Эмилии. Однако, Беатрис ничего из этого не хотела слышать, так как была полна решимости оставаться на стороне Субару в этом вопросе. Ее характер значительно вспыхнул. В этот момент в комнате воцарилась тревожная тишина; лоб Субару покрылся испариной.

Шаула: Эээй, будет лучше, если вы все перестанете драться и успокооооитесь. Даже если вы все вцепитесь друг другу в глотки, споря здесь, прямо сейчас, Мастера здесь нет, так что он ни за что не будет доволен.

Мейли: Я не думаю, что эта дискуссия в таком масштабе... но, что да, верно.

Он услышал голоса Шаулы и Мейли, которые все еще казались сторонними наблюдателями. Некоторое время довольно высокомерно смеясь, Мейли продолжила свою речь: “Сходя с ума,”

Мейли: Почему бы тебе не спросить Братца напрямую? Братец, ты с ума сходишь?

Субару ………хк

Субару стиснул зубы, услышав эти ядовитые слова. Он остался на удивление спокойным, когда стоял у стены; он осторожно вышел из комнаты, не делая никаких шагов.

"――――"

Пройдя некоторое расстояние между ними, его осторожные шаги ускорились, а затем перешли в бег. Затем, добравшись до прохода, где никого не было, он прижался лбом к стене.

Субару: Черт возьми…

Не зная, что он должен сказать кому, Субару ударился о стену, выпуская наружу чувства, которые тлели внутри него. Дискуссия, состоявшаяся в отсутствие Субару, стала для него неожиданным шоком. Он не был настолько тщеславен, чтобы думать, что завоевал их полное доверие. Скорее, он мог с уверенностью сказать, что такой момент не приходил ему в голову.

Субару думал, что доверие - это такой основной принцип. Эмилия и Беатрис были слишком добры и заботливы по отношению к Субару. Настаивая на том, что это было слишком неудобно, он обманом заставил себя поверить, что это правда. Не было никаких сомнений в том, что быть из другого места помогло бы им захватить башню.

С недостатком потери воспоминаний, спокойствия и собранности мыслей, он потерял всю свою полезность. Глядя на это объективно, он понял, насколько бесстыден. Что такое доверие в этой башне в пустыне? Он и сам не мог этого понять. Он задался вопросом, сможет ли он когда-нибудь справиться с тем, что получил “Нацуки Субару”.

Субару: В таком состоянии бесполезно рассказывать им о моих предвидящих снах.

Тот факт, что они верили в его потерю памяти, был доказательством добродетели этих людей. В то же время, однако, они были разумными людьми, которые не верили в “Другой мир”. Поэтому ему даже не нужно было думать о том, какую реакцию вызовет объяснение его предвидящих снов.

Субару: С самого начала я все испортил…

Все испортил, он все испортил.

В то же время, как Субару перевернет их оценки о нем, показав, что на данный момент он может быть надежным. То, что искалось сейчас, то, что было нужно сейчас, было “Нацуки Субару". Не Нацуки Субару.

Ничего, если он притворится невежественным и вернется к ним? Кроме того, в состоянии, когда он не знал, что за обмен произошел, было бы нормально, если бы он бесстыдно присоединился к захвату второго этажа? Или Эмилия и Беатрис наложат на это вето и оставят его позади.

И кто будет следить за ним там.

По крайней мере, он хотел бы надеяться на Шаулу или Мейли, учитывая, что разговор с ними не был проблемой.

Субару: ……Блять, я такой идиот.

Произнося эти слова вслух, Субару внезапно вышел из прохода, по которому он шел. Он наткнулся на большую винтовую лестницу, которая соединяла четвертый этаж с нижними этажами―― зияющая дыра тянулась от середины сторожевой башни до ее нижней половины. Это было поистине колоссально.

Субару: Спираль, лестница…

Внезапно, увидев эту сцену, Субару задумался. Включая его сон, это был его второй раз, когда он пришел сюда. И во сне, и наяву Эмилия и все остальные вели страдающего амнезией Субару вокруг башни. Итак, признание этого места не было ошибкой, но――

Субару: Нет, кроме этого, я чувствую что-то странное…

Мурашки побежали по его телу, он почувствовал, как волосы на спине встали дыбом. Кровь во всем его теле похолодела, а звон в ушах был ужасно громким. Его сердцебиение ускорилось, дыхание стало грубым, а колени начали дрожать по какой-то причине. Его зубы начали издавать неконтролируемый стук. Субару стало известно об этих отклонениях.

Однако они не были вызваны какими-либо изменениями температуры или какими-либо внешними причинами. Эта аномалия, это необычное явление было вызвано собственным телом Субару. Чтобы сказать больше об этом, влияние на его тело было таким, как будто это был дух Субару или что-то из более глубокого места――

Субару: ――ах.

Со слабым прикосновением, Субару почувствовал легкий удар, как только он шагнул вперед.

――Нет, нельзя сказать, что он шагнул вперед.

Шаг вперед - это термин, который предполагает, что есть какая-то твердая почва, на которую можно наступить.

Шагнув вперед, он вытащил ногу.

И его нога царапнула воздух.

И поэтому он,

Субару: А

.................А

...................А

.....................А

.......................А

.........................А

...........................А

.............................А――!?

(imy: Представьте, что этих точек нет. просто я не знаю, как это сделать нормально на сайте :( )

Падал, падал―― он падал.

Все его тело было переполнено чувством невесомости; он падал в воздухе, теряя из виду, что было вверху или внизу. Сильный порыв ветра ударил в барабанные перепонки. Субару понимал, что произошло. Он упал.

Нет, тогда был легкий удар. Но это не обязательно означало, что он упал.

Его столкнули вни――

Субару: ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА ――!!

Крича изо всех сил, Субару отчаянно протянул руки―― ища, за что бы ухватиться. Там ничего не было. Ему не за что было зацепиться. Мир вокруг него вращался так сильно, что он не мог понять окружающий мир.

Отчаянное чувство рвоты переполнило его, когда все содержимое его тела перевернуло снизу вверх. Куски желтой рвоты вылились из его рта, выплескиваясь прямо в воздух вокруг него.

Это ощущение… он помнил это. Посреди его боли и рвоты, воспоминания, которые когда-то были неоднозначными, внезапно обострились.

Да, да, так оно и было. До того, как он проснулся, в конце своего предвидящего сна, Субару испытывал то же самое.

Он падал, оплакивая свое бесполезное положение, а затем потерял сознание. И после этого он очнулся от своего предвидящего сна и обнаружил себя в Зеленой комнате――

Внезапно Субару испытал сильный удар по правой стороне своего тела, разбивший его кости на куски.

*ТРЕСК*

Воздух наполнился звуком чего-то ломающегося, в его правый бок словно ударила молния―― крики Субару смолкли. И сразу же после этого, пусть и немного запоздало, сильная боль пронзила его тело.

Субару: ГЬААААААААААААААААААА!!

Его правая рука торчала под странным углом, полностью сломанная от локтя, с костью, торчащей из кожи. Он был весь в крови, его одежда была разорвана, и он мог видеть свои собственные розоватые мышцы и белые кости из-под разорванной кожи.

Он разбился. Тело Субару ударилось о винтовую лестницу, в то время как он падал вниз. Его неконтролируемый спиральный спуск в конечном итоге разрушил тело Субару, и все же он не остановился.

Нет, все было гораздо хуже.

Субару: ГХА! ГХХХ! ГХУУУ!

Его тело упало вниз и ударилось об одну из ступенек винтовой лестницы, разбрызгивало кровь повсюду. Ему не повезло, что он ударился головой о следующую ступеньку. Его лоб треснул. Он почувствовал, словно что-то вываливалось из его черепа.

Мгновенно он потерял сознание―― там, где, казалось, все закончилось, его тело столкнулось с еще одной ступенькой, и боль от сломанной правой руки разбудила его, пока его тело продолжало терять свою форму.

Субару: АХХХХХХХ!!! ГЯААААА!!

Больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно, больно.

Боль, мучения, рвота, жжение, Нацуки Субару разлетался на мелкие кусочки.

Руки, ноги, лицо - все его тело было побито и поцарапано о каменную лестницу, сломано, раздавлено, отчего он больше не походил на человека. Больше не человек, а что-то, что больше не было “Нацуки Субару”.

――Воспоминания. - это то, что формирует людей.

Субару: *Блюрб*

В то время как брызгало огромное количество крови, Субару вдруг услышал этот голос.

Кто сказал такую глупость, сказав это так, будто они его поняли? Но это было хорошо сказано. Воспоминания - это то, что формирует людей.

Это неплохие слова.

Если так, то что, черт возьми, это значит для того, кто потерял свои воспоминания и больше не тот, кем он когда-то был?

Субару "――――"

Кровь хлестала из его рта; в буквальном смысле, крик, который извергал кровь, его горло было полностью раздавлено. Нацуки Субару разваливался на части, рассыпаясь, пока не достигнет далекой-далекой земли.

Нет никакого пробуждения от этого сна. Нацуки Субару потерпел неудачу.

Второго шанса повторить больше не будет. Конец близок.

Медленно, тьма, тьма… мир вокруг него окрасился в черный цвет.

――Кто ты?

И, наконец, после всех его страданий и горячей крови, Нацуки Субару исчез из существования.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 39. Руины

Перевод: imy

Редактура: imy, Silly

***

Не останавливаясь, снова и снова, яростный жар наполнял его существование.

Его череп, его конечности, его туловище, его органы, его плоть и кровь. Все в его теле было раздавлено, разбито, искорежено и сломано. Его разум был охвачен болью, как будто каждое из его нервных окончаний было вырвано; его душа горела, сгорала. Крики, которые он издавал, были наполнены невообразимой лихорадкой и чувством потери.

Больно, больно, больно, больно, больнобольнобольнобольнобольнобольнобольнобольно. Ему было больно.

Была боль. Была только боль. Мир вокруг него был наполнен болью. Даже одна мысль об этом вызывала у него еще большую боль.

Его мысли, само его существование было окрашено болью. Тревога, замешательство, нервозность, печаль, гнев, отчаяние―― все эти эмоции были бессмысленны перед болью.

Они были бессмысленны.

Да, они были абсолютно бессмысленны.

Мысли, действия, размышления, мнения, надежды, воспоминания - все это было одинаково бессмысленно. Когда дело дошло до тех вещей, которые были самим олицетворением никчемности, что тогда имело ценность, если они были раздавлены, разбиты и в конце концов потеряны?

Только бесконечная боль, запечатленная в его душе, заставляла его осознавать свое существование. Затем, внезапно, эта нескончаемая боль пропала――

Субару: ААААААААААААААААААА!!

Проснувшись, он закричал.

Прямо сейчас, то, что его кричащее горло было раздавлено и утоплено в крови, теперь было не более, чем воспоминанием.

Субару: АААААААААААХ!! АААХХХХХХ!!

Крича, он попытался защитить свое раздавленное тело ногами и руками. Его руки должны бы быть сломаны, совершенно непригодны для использования, и все же они двигались. Но не смотря на то, что они двигались, он потерял равновесие, так как его тело все еще было переполнено ощущением невесомости, и он упал и ударился об пол.

Субару: …………гх

Упав на пол, он попытался заговорить, но ничего похожего на речь не вышло.

Ощущение пола было странным; он чувствовал ощущение, подобное ощущению веревки, касающейся его тела. Открыв горло, которое отчаянно нуждалось в кислороде, он тут же почувствовал острую боль, вызвавшую приступ кашля. Не в силах этого вынести, его вырвало. Его желудок был почти пуст. Отвратительно пахнущие водянистые куски рвоты извергались из его едкого рта на пол.

Субару: Блрх, бгх! Гх, гхрх! Гбрруугх!

Сильно кашляя и выплевывая немного желчи, слезы и сопли запеклись на его сморщенном лице. Съежившись и закрыв лицо руками, он снова и снова слабо ударялся лбом об пол. Повторив это движение, он, наконец, заметил это.

――Та непреодолимая жгучая боль, которая пронзала всё его тело, исчезла.

Субару: ――ах?

Он был удивлен тем, как внезапно исчезла его боль, что до сих пор он не осознавал, что кто-то нежно похлопывает его по спине.

???: Ну что, теперь лучше?

В его заплаканных глазах отразился человек, который похлопывал его по спине. Даже несмотря на его размытое от слез зрение, образ девушки был довольно ярким; у нее были красивые серебристые волосы и аметистовые глаза―― Увидев, как она с беспокойством на лице похлопывает его по спине, он закричал.

???: Суба…

Субару: ААААААААААА!!

Он изогнулся всем телом и стряхнул бледную руку, которая касалась его спины. Когда он это сделал, в глазах девушки, которая до этого гладила его, промелькнуло удивление. Но тот, кто больше от этого пострадал, был он.

Спина. Она касалась его спины.

Сейчас и немного раньше, кто-то прикасался к его спине, а после этого―― та агония.

Субару: Ах-

Он почувствовал, как волосы на его спине встали дыбом, и он отскочил назад, пытаясь убежать от нее―― однако его ноги подкосились, и он упал на спину. Когда он упал, его удар был смягчен чем-то грубым и черным под ним.

Субару: "――――"

Посмотрев вниз, он увидел глаза ящерицы, уставившиеся на него. Обратив внимание на острые, длинные клыки, которые выстроились вдоль её рта, он вдруг понял, что их можно легко использовать в качестве оружия, чтобы сжевать его.

Субару: АААААА!!

Он снова закричал и на этот раз попытался вырваться вперед. Перед его глазами виднелась чья-то нога; он не осмелился поднять глаза и вместо этого оттолкнул маленький силуэт, преграждавший ему путь.

???: Беатрис!

Сереброволосая девушка что-то отчаянно выкрикнула своим звонким, как колокольчик, голосом, но смысл не дошел до его ушей. Увидев щель между стен, с трясущимися ногами он выскочил из комнаты. Войдя в каменный проход и не останавливаясь, его тело врезалось в каменную стену. Остановившись, боль пронзила его насквозь. Его зрение окрасилось в ярко-красный, и он в голове представил звук ломающихся костей.

Субару: Аааах–

Его ушибленная правая рука двигалась как обычно. Он постучал по стене, чтобы проверить, действительно ли она двигалась как обычно, и снова почувствовав боль, он снова закричал. Прислонившись к стене, он бросился бежать, пошатываясь.

Субару: Ха... хфф… *пыхтение*…

Он запыхался, изо рта текла слюна, со лба капал пот, но он продолжал бежать по коридору так быстро, как только мог. Ему казалось, что кто-то следует за ним, но он подавлял желание оглянуться. Если бы он оглянулся и увидел, что кто-то следует за ним, его сердце, которое, казалось, вот-вот лопнет, не выдержало бы.

Он чувствовал, как будто его сердце вот-вот разорвется, кровь в его теле сгниет, а тело разлетится вдребезги, как стеклянная скульптура. Было ли это предчувствием или правдой, одно было ясно―― это абсолютный, непоколебимый факт, что если так будет продолжаться, он умрет.

Люди рождаются, чтобы умереть. С каждой секундой становятся старше, с каждой секундой направляются к смерти, с каждой секундой падают к концу. Однако сейчас для него не имела смысла такая идеалистическая Смерть. Ему было больно бежать, но Смерть, в более экстремальной форме, приближалась к нему размеренными шагами, как будто играя с ним.

Он бежал, он убегал. Он все продолжал бежать. Смерть следовала за ним. Его убьют. Такими темпами его убьют. Хотя он уже должен был быть убит, его все равно собирались убить. Или, учитывая такую агонию, возможно ли не умереть от нее? Является ли это тайной жизни? Это просто отвратительно.

Приукрашивать это как “тайну” было довольно непропорционально. Это была отталкивающая, уродливая одержимость.

Более того, разве он не должен был быть уже мертв――

"――――хк"

Биение его сердца было похоже на взрыв, который потряс его барабанные перепонки, а зрение мерцало, то появляясь, то пропадая. Даже то, как он дышал, напоминало то, как ребенок делает свои первые вдохи. Спасаясь от страха смерти, он выглядел совершенно абсурдно. И все же, как бы комично это ни было, смеха не было. Все для него было чем-то, что вызывало у него страх.

"――――"

Почти до такой степени, что он не понимал, куда бежал, все каменные проходы, по которым он проходил, выглядели для него одинаково. Если и было что-то, что он понимал, так это то, что он не должен возвращаться туда, откуда пришел. Хотя, если он продолжит убегать таким бесцельным способом, он постепенно заблудится. Если он заблудится, кто-нибудь его поймает. Если кто-нибудь поймает его, он потеряет свою жизнь. Почему, почему его жизнь? Такой вопрос сейчас был бесполезен.

У него не было времени раздумывать, идти ли ему налево или направо. Спасаясь от Смерти, которая может настигнуть его даже в этот самый момент, он положил правую руку на стену, опираясь на нее, отчаянно хватая ртом воздух.

Ему казалось, что он тонет. Как будто он изо всех сил пытался вырваться на поверхность, хотя здесь, на земле, воды нигде нет.

Он тонул, тонул, боролся, пока тонул, направляясь к поверхности воды, брыкался и боролся, брыкался и боролся, барахтался, барахтался, барахтался, прежде чем, наконец――

???: ――ТЫ, какого черта ты здесь делаешь так рано утром, ОИ!

Субару: "――――"

Он почувствовал, как его ноги остановились, когда он почувствовал чудовищно огромное присутствие прямо перед собой… Нет, его ноги были не единственным, что остановилось.

Его дыхание остановилось, его шумное сердцебиение прекратилось, и его колени, которые дрожали от страха и усталости, остановились. Казалось, что все его жизненные показатели остановились, схваченные за шиворот.

――Перед его глазами стояло гигантское существо. Но через несколько секунд он медленно начал понимать, что, несмотря на то, что он был высоким, не было никаких шансов, что человек перед ним обладал размерами, превосходящими то, что могли бы иметь люди. В то же время факт оставался фактом: существовал человек, который испускал такую свирепую, демоническую ауру.

???: Совсем один, ты? Ты просто одинокая мелкая сошка, с которой даже не стоит разговаривать. Мелкая сошка, даже не человек, должен ли я остановиться на твари? Хотя даже как тварь, ты не стоишь того, чтобы о тебе думали. Сходи за теми людьми, с которыми ты был вчера, и за той сексуальной девушкой. Ты меня слушаешь, эй! Ты, ои, ТЫ.

Фигура, которая неподвижно стояла перед ним, что-то бормотала. Он выказывал признаки чрезвычайно жестокого человека, и его манера говорить казалась действительно вульгарной, как будто в него вбивали каждое слово.

Его дыхание, которое остановилось раньше, а также его замолчавшее сердцебиение и дрожащие колени внезапно снова начали двигаться.

――Он вошел в клетку свирепого зверя, в то самое место, куда он не должен был ступать.

Он просто продолжал бежать и бежать, спасая свою жизнь.

Он бежал по каменным коридорам и старался держаться подальше от любых мест, которые казались ему знакомыми. Он нашел в странной комнате лестницу, которая привела его наверх. Может быть, ему говорили о лестнице вчера, или это вчера было, может быть, несколько часов назад? В любом случае, все это было в забвении его памяти.

Он поднимался по длинной, длинной, невероятно длинной лестнице, задыхаясь, а затем, когда он дошел до конца, он обнаружил, что на него смотрит самый ужасный зверь.

???: Ты вообще меня слушаешь?

Субару: ……хх–

Внезапно у него перехватило дыхание, и прямо перед глазами он заметил лицо человека. У него были длинные красные волосы и черная повязка на левом глазу. На нем было кимоно, открывавшее одно плечо и часть груди. Белая льняная ткань была обернута вокруг его обнаженной груди. Прямо у него под носом этот мужчина тыкал в него тонкой деревянной палкой. Хотя её кончик был совсем не острым, все же он воспринял то, что было перед ним, как Смерть.

Субару: ……хк.

???: Эй, не игнорируй меня, блять.

Субару: Чт, ах, а?

Не колеблясь, он подчинился своим инстинктам и попытался убежать от него. Но в тот момент, когда он попытался выбежать из комнаты, он врезался прямо в грудь мужчины. Затем мужчина толкнул его деревянной палкой, заставив упасть. Его затылок ударился об пол, и яркие вспышки полетели вокруг его зрения. Слезы боли потекли из его глаз. Боль от удара об пол, боль от удара головой об пол… это напомнило ему о недавней боли.

Субару: aa, aaa, aaaaaaaaaх…

???: ОИОИ, да ладно тебе, ты плачешь? Почему ты начал плакать, ты? Ты поссорился со своим товарищем внизу? Ты плачешь из-за поражения?

Субару: Гх...хх...уууууу!

???: Боже мой, какой безнадежный ублюдок, ОИ!

Пока он лежал на спине, из его глаз потекли слезы, пока он медленно вспомнинал пережитый ужас. Глядя на это зрелище, длинноволосый мужчина грубо почесал голову. Он присел на корточки рядом с его головой, и,

???: Давай, расскажи мне, что случилось. Если ты хочешь, чтобы тебя выслушали, тогда я весь во внимании.

Субару: …у, ах?

???: Ты пробежал всю дорогу до этого места. Должно быть, это действительно большое дело, ты.

Он произнес эти слова со вздохом. Смысл их был ему непонятен, и он просто отреагировал, быстро моргая. Именно тогда он почувствовал, как существо, которое казалось несравненно порочным, медленно приобрело более четкие очертания. Он не только принял форму человека, но и эмоции человека и квинтэссенции начали связывать воедино реальный образ.

В его глазах, затуманенных слезами, лицо человека, смотревшего в его сторону, постепенно прояснялось――

???: ――Что бы ты ни сказал, ты идиот!

Субару: Гх- гха- ааааааа!?

――С жестоким видом, напоминающим кровожадную акулу, мужчина воткнул деревянную палку прямо ему в грудь. Он просунул между ребер заостренный конец палки. Он пошарил вокруг и пощекотал нежные внутренние органы за костями, как будто забавляясь этим. Агония пронзила все его тело, заставив его почувствовать, что его вот-вот затошнит кровью.

???: Какого хрена ты убегаешь, ты!? Еще хуже, о чем ты вообще думал, если до того, как сделать это, ты пришел ко мне, ты. Я не твой опекун и не твой приятель. Разве ты не разбираешься в этом, ты? Ты хочешь, блять, умереть?

Субару: Гх… гах… Ааа… Ггхгьа

???: Не думаю, что у нас такие отношения, что мы можем мило болтать друг с другом, ты. Если бы все было именно так, то вряд ли меня вызвали бы сюда в конце концов. Идите на меня, будто хочется убить меня. Я поиграю с вами. Наконец-то.

С явным раздражением и враждебностью, степень его гнева возрастала с каждым произнесенным словом. Руки человека, который возился с его органами, обладали определенной деликатностью и отличались исключительной точностью. Его научили важности и ценности его органов острой, невыносимой болью, так что он хорошо это понимал.

Если бы этот человек был кем-то, кто был на грани и имел склонность позволять своим эмоциям брать верх над ним, или если бы его руки были чем-то иным, чем точными и нежными, его кишки давно бы взорвались.

???: Убирайся, мелкая сошка.

Субару: Гх-

Ощущение покалывания в животе исчезло, и следом последовала нога мужчины, яростно пинающая его в бок. Вместо того, чтобы просто пнуть его, он ударил его, как будто он был футбольным мячом. Его тело завращалось и закувыркалось в воздухе, и вылетело из большой комнаты, в которой он был. Однако то, что приветствовало его, когда он вылетел из комнаты, было…

Субару: НЕ МОЖЕТ……

Он покатится вниз по лестнице. Представив себе эту сцену, он инстинктивно вонзил ногти в пол. С ужасным скрежещущим звуком ногти его правой руки, принадлежащие среднему и безымянному пальцам, были оторваны с корнем. Нервы позади них обнажились, и красная кровь залила пол, но каким-то образом ему удалось удержаться от падения.

Субару: ГХ, ГХХХХ……!

Сразу же после краткого мгновения облегчения, когда он каким-то образом избежал падения, на него напало ощущение обжигающего жара у основания ногтей. Когда он посмотрел на руку, он увидел, что его ногти оторваны, как открытая крышка коробки; ноготь на его мизинце тоже оторвался. Почувствовав эту боль, его мозг заработал на полную.

Субару: Это больно… больно, больно, больно……

Схватив левую руку правой, с оторванными ногтями, он надавил, чтобы хоть немного облегчить боль. Стекая каплями, кровь, вытекающая из его ран, текла по его запястьям и оставляла кровавый след на лестнице, пока он вставал.

У него больше не было смелости оглядываться назад. Не было никаких признаков того, что этот свирепый зверь обратил на него свое внимание. Если сейчас он хотя бы мельком увидел её, то в следующий раз наверняка упал бы с лестницы, не в силах с этим справиться.

Он остановил себя от переживания худшей ситуации, но теперь перешел ко второму худшему случаю. Итак, что же ему теперь делать?

Субару: Поче…му?

Почему он оказался в подобном месте?

Он забыл, как бежать, его сердцебиение было охвачено страхом и парализовано, и, наконец, его разум переключился на бессмысленность и загадочность о том, почему он находится здесь.

Хотя он должен был разбиться, он был здесь. Хотя его должен был поглотить обжигающий жар и испепелить, он все еще был здесь.

Было бы здорово, если бы все было сном, иллюзией или чем-то в этом роде.

Субару: Предвидящие… сны…

Он предположил, что именно это он и испытывал. Зрелище, которое он видел, люди, с которыми он разговаривал, разговоры, которые происходили именно так, как он их помнил, события, которые должны были произойти… потому что он видел их своими собственными глазами.

Он думал, что попытается прояснить теорию о том, почему это происходит по-своему.

Конечно, в некоторых отношениях он даже думал об этом с такой неопределенностью, как будто это его не касалось, как будто это не было его делом.

Он не знал, что способ, которым он будет вознагражден за такую дерзость и поверхностное мышление, вызовет такую сильную боль.

Субару: "――――"

Присев на корточки, он заметил капли крови, стекающие с него и окрашивающие каменную лестницу под ним в красный цвет.

Чувство напрасных усилий, чувство потери, чувство тревоги… вообще говоря, в его голове крутилось множество негативных мыслей. Даже если бы он исследовал выводы, которые крутились у него в голове, он обнаружил бы, что все они приведут к одной и той же мысли―― Он не знал, почему он испытывал такие вещи.

Субару: "――――"

Всего несколько часов назад он спокойно жил своей скучной повседневной жизнью. Там не было никакой опасности, в худшем случае, он беспокоился о своем будущем. Вокруг не было никого, кто угрожал бы ему, ничего, что можно было бы принять всерьез.

――Он только что был в таком месте, где ему приходилось только опускать лицо на взгляды своей матери и отца.

Это было так неправильно, подумал он.

Он продолжал доставлять неудобства матери и отцу. Он продолжал их разочаровывать. Он не был хорошим сыном. И таким образом, он испытал боль смерти. Тем не менее теперь он оказался в ситуации, в которой не умер. Ободранные ногти причиняли ему боль, его мучил незнакомый человек, он остался совсем один на этой лестнице, и плакал.

Оглядываясь назад, если бы он подумал об этом… Он сделал бы это более правильно.

Субару: …Я должен был, по крайней мере, сказать “Увидимся позже.”

Это была жизнь, полная сожалений. Все пошло наперекосяк, приведя только к неудаче. Если подумать, то вещи, которые он хотел переделать, казались для него невозможными. Впервые ему пришло в голову, что…

Когда я выходил из дома, мама сказала мне "Береги себя", но я не ответил ей.

Почему?

――Потому что я не вымыл чашки, оставшиеся в кухонной раковине.

Субару: Гх, фф…

Я не вымыл чашки. Мне не хотелось отмывать коричневые пятна, которые прилипли к ним после того, как я выпил горячее какао. Если бы я ответил на мамин голос, если бы я начал с ней разговор, мне, возможно, сказали бы вымыть эти чашки.

Я проигнорировал слова мамы, потому что не хотел мыть чашки. Я ничего не сказал. Я вышел из дома, ничего не сказав, пошел в магазин и потратил деньги, которые не заработал. Потом я заметил, что оказался здесь.

Я ничего не сказал ни маме, ни папе, не вымыл чашки, а потом оказался здесь.

Не вымыв чашек, даже не сказав ни слова моей добросердечной матери, я могу умереть в этом месте. Я умру, всегда причиняв неприятности, ничего не отдавая, даже не вымыв несколько чашек.

Умру, я умру. Я умру. Я определенно умру. Если я упаду с такой высоты, меня никто не спасет. Я определенно умру.

Субару: …Я умру.

Я умру. Все, что живет, в конце концов умирает, и я умру здесь. Один в этом месте. Без матери или отца, в окружении совершенно незнакомых людей, я в конечном итоге превращусь в грязный, окровавленный комок и умру.

Субару: Я умру. Я умру. Я… умру. Умру, умру, умру…

Он пробормотал это. Когда он пробормотал это, хотя и странно, показалось, что это стало немного более отдаленным. Это было просто временное спокойствие. Он отвлекся. Если выразить это словами, то вряд ли это что-то кардинально изменяет.

Смерть не изменилась, она продолжает улыбаться и идти, чтобы догнать его судьбу.

Теперь она, казалось, приняла форму человека. Темная тень поднялась, смеясь над ним, как будто издеваясь над ним.

Это лицо, прилипшее к темной тени, казалось знакомым. Чье лицо он узнал в таком месте? Подумав об этом, он заметил…

Смерть, смотря и указывая на него, смеялась, пока он дрожал.

Субару: Не смейся.

Он посмотрел на тень и сказал это с темной ненавистью. Тень продолжала улыбаться. Она не переставала тыкать в него пальцем.

Субару: Не смейся. Не смейся надо мной! Это не повод для смеха…!

Встав и стиснув зубы, он подошел к тени, стоявшей у стены. Тень все еще продолжала улыбаться. Она все еще не переставала тыкать в него пальцем.

Субару: Перестань смеяться. Я умру. Но не для тебя. Ты не убьешь меня.

Выражение лица воплощения Смерти впервые изменилось. Казалось, она разозлилась из-за того, что его слова были не тем, что она хотела услышать. Казалось, что это было слабое место тени, именно здесь он начнет непрерывную атаку на нее.

Субару: Я не умру от тебя. Я умру. Это точно, что я умру! Я умру! Я мертв! Я уже мертв! Я умер и вернулся сюда, но я――

――не буду убит тобой.

Он попытался четко произнести эти слова вслух.

Субару: "――――"

Но его губы перестали двигаться по его воле. Следующее, что он заметил, было то, что его глаза, которые пристально смотрели на тень, казались застывшими, и ощущение того, что он полностью отделен от своего тела. Почему, даже его способность сомневаться в этом была запечатана, он просто поддался этой внезапной трансформации в своем теле.

Он не мог пошевелиться. Его тело… Нет, это не его тело перестало двигаться. Это был мир вокруг него. Черная тень, которая стояла перед ним, тоже перестала двигаться, ее искаженное выражение гнева застыло на лице.

В этом мире, где он не мог двигаться, двигалась только одна вещь. И это было――

???: ――Я люблю тебя.

――Возможно, это выглядело как женщина в черном.

Темнота, это была женщина с тонкими конечностями, все тело которой было полностью выкрашено в черный цвет. Он не знал, была ли фигура этой женщины сделана из самой тьмы или это была женщина, одетая в черное. Он не был уверен, что именно это было―― казалось, не имело никакого смысла выбирать. Во всяком случае, это была женщина в черном. На ней было черное подвенечное платье с черной вуалью, из-за которой невозможно было разглядеть, что внутри, а что снаружи. Эта черная вуаль полностью скрывала ее лицо.

???: ――Я люблю тебя.

Однако слова, слетевшие с губ женщины, окутанной тьмой, содержали невообразимо сильные эмоции. Просто сколько эмоций ему нужно было сконцентрировать внутри, чтобы приблизиться к словам, которые сорвались с ее губ.

В этих словах было качество, было количество, было ощущение прошедшего времени, был вес, была ценность, и это было только общее понятие. Он не знает, сколько людей произнесли “Я люблю тебя” в мире―― но если бы вы взяли все эти “Я люблю тебя” и сложили их вместе, то это, несомненно, было бы сродни “Я люблю тебя” этой женщины.

И медленно, женщина, которая нежно шептала слова любви, поднесла свою черную руку к его груди. Тонкие пальцы прошли сквозь его грудь, кожу, плоть, прямо сквозь кости и заласкали его бьющееся сердце.

Субару: "――――"

Несколько минут, десятки минут, он не знает, сколько времени прошло. Его сердце знало о ее присутствии с тех пор, как проснулось―― но в тот момент он никогда не думал, что находит ее присутствие раздражающим. Потому что――

???: ――Я люблю тебя.

Она ласкала его сердце с той же страстью, которая звучала в ее шепоте. Но внезапно через него прошел сильный шок, его тело, боясь боли, полностью поддалось этому. Его тело было раздавлено падением, его душа сгорела и была выжжена из существования, даже боль его виноватого сердца, когда он вспоминал о своей матери―― все эти боли казались незначительными по сравнению с этой болью.

Он хотел, чтобы она позволила ему кричать. Если бы он мог кричать до хрипоты, он мог бы немного облегчить боль. Вместо того, чтобы смотреть в лицо боли, он мог бы избавиться от части боли, сосредоточившись на чем-то другом, кроме боли. Но он не мог этого сделать. Он мог только смотреть в лицо своей боли.

???: ――Я люблю тебя.

Ее любовь не отпустит его сердце. Как будто у нее было вечное желание не позволять ему обращать свое внимание на что-либо, кроме нее самой.

――Как будто она завидовала всему вокруг него.

Субару: ―Хаа

Внезапно его освободили.

Субару: "――――"

Задыхаясь, он рухнул на месте. Со слезами, хлынувшими из его глаз, он не смог сдержаться. Он почувствовал теплое, влажное ощущение в промежности, и моча начала капать вниз по лестнице. Темная тень, которая остановилась, продолжала указывать на позорное зрелище перед собой и громко смеялась.

Наблюдая за смеющейся фигурой, он понял, что его обманули. Поскольку он проявил поведение, которое указывало на слабость, его обманули, заставив наступить на хвост тигра, на который не следовало наступать.

Субару: Я…

Он не смог продолжить свои слова. Он взялся за голову, полностью потеряв рассудок. Кровь все еще текла из его ран, где были ободраны ногти. Даже его слезы и моча, которая капала с него, казались наказанием за его слабость и глупость.

――Просто убей меня.

Он озвучил это в своей голове. Что касается того, что его убьют, действительно ли он будет “убит”?

Он услышал звуки шагов, поднимающихся по лестнице, и звуки встревоженных голосов, бегущих туда, где он был. До тех пор, измазанный в собственной грязи и разочаровании, он продолжит плакать, как глупый ребенок.

――Руины Нацуки Субару продолжили плакать.

В версии с изображениями тут находится картинка.

***

(imy: если мне надо будет потратить столько же времени на следующие главы, я просто сойду с ума. как минимум 8 часов в сумме ушло на эту главу у меня. мб это плохо заметно под конец, но я почти не виноват. как пишет Таппей - так пишу и я.)

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 40. Покинутый Звёздами

Перевод: imy

Редактура: imy, Silly

(imy: Я отредактировал все, что смог, но слишком много непонятных моментов :(. Я понимаю, что винить себя за то, что не смог нормально перевести текст с ошибками это глупо, но все же. Извините.)

***

Все запуталось. Буквально, все невероятно запуталось.

Его нашли, вернули и расспросили о том, что произошло. Постепенно, он обнаружил, что ситуация ухудшалась каждый раз, когда он что-то говорил.

???: Хорошо, значит, Субару действительно ничего не помнит?

Когда он обхватил руками колени, девушка с серебристыми волосами посмотрела на него сверху вниз с мрачным выражением лица. Рядом с ней стояла молодая, милая маленькая девочка, которая не могла понять, что он сказал, и выглядела крайне шокированной.

???: Мы были в полной растерянности, когда услышали, что не можем тебя найти… ни в коем случае я не думала, что ситуация закончится именно так. Похоже, мы столкнулись с очень сложной проблемой.

Девушка, у которой на шее был шарф, выглядящий как белая лиса, проворчала это сухим тоном. Рыцарь с красивым лицом кивнул и пробормотал “Да, это так”.*

(п/п: https://ru.wikipedia.org/wiki/айдзути)

???: Сколько ещё ты будешь продолжать выставлять напоказ этот отвратительный вид, Барусу.

Девушка, которая сказала это, хмуро глядя на него, была той, которая привела его в порядок. Но в ее словах не было большой враждебности, более того, казалось, что над ней нависло несчастное выражение.

???: Мастер, Мастер. Что-то в воздухе рядом с вами, кажется, значительно потемнело~? Вам нужно боооольше улыбаться… А, что это такое? От вас воняет мочой!

Черноволосая женщина засмеялась в хорошем настроении, по-видимому, не понимая ситуации здесь. Рядом с черноволосой женщиной стояла молодая девочка, которая гладила свои заплетенные в косу волосы. Она бросила на него косой взгляд, в котором, казалось, едва заметен проблеск интереса к ситуации, в которой он оказался.

Субару: "――――"

Все эти реакции, если бы он широко говорил о них, на каждую из них он не обращал внимания. Один раз, два раза… трижды. Он разочаровал их трижды. Однако, на этот раз он испачкался после того, как попытался сбежать из этого места. Его нашли одного, съежившегося и плачущего. Нет никаких сомнений, что до сих пор это была худшая ситуация.

――Хотя он единственный, кто знает о реальных фактах, стоящих за этой поистине ужасной ситуацией.

Субару: Хех.

Это заставляет его смеяться. Тот факт, что он повторил ту же самую ситуацию―― Нет, не один раз, а три раза.

Он видел ту же сцену во второй раз. Затем, в третий раз, когда он вернулся к этой сцене, он, наконец, понял, в какой ситуации он оказался.

――Он дважды умер.

Оба раза, скорее всего, от падения с одного и того же места―― в первый раз он потерял сознание по пути вниз, и из-за этого он не почувствовал момент смерти. Однако во второй раз все было не так. Когда он упал, он умер не быстро, а упал и разбился о лестницу, разрушив все свое тело.

Затем он, наконец, умер, но вернулся. В момент смерти он возвращался обратно в Зеленую Комнату, снова просыпался и повторял день заново.

Смерть и возвращение―― Посмертное Возвращение. Это было благословение, которое Бог дал Нацуки Субару в этом параллельном мире.

Субару: Хех.

Во второй раз из него вырвался смех. Можно ли объективно назвать это смехом, было весьма спорно, но, по крайней мере, для Субару это был смех.

Он ничего не мог сделать, кроме как рассмеяться. Он чувствовал, что у него закончились слезы. Плач также растратил его физические силы. Он умер и вернулся, и физическая сила, которую он использовал после возвращения, казалась исчерпанной. в этот раз, он проснулся буквально слишком сильно.

???: В любом случае, пусть Субару отдохнет, пока все не уляжется. Со временем, что-то может измениться.

Услышав предложение девушки с серебристыми волосами, он понял, что его лечение уже решено. Неужели она думала, что он набросится на нее с яростью? Личность Субару была преувеличена. Его вернули в Зеленую Комнату под всеобщим наблюдением.

???: Боюсь, мы не можем оставить Рем здесь с этим нынешним Барусу. Я против этого.

???: …Но, помимо выяснения причин этого, наш лучший способ помочь Субару восстановиться - это положиться на духа этой комнаты.

???: Тогда… Тогда мы перенесем Рем в другую комнату. Рам останется с ней и присмотрит за ней. Похоже, Рам теперь единственная, кто беспокоится о ней.

Ему хотелось оказаться в таком месте, где не было бы ссор и столкновений мнений. В любом случае, у него нет выбора. Нынешний Субару не мог позволить себе проявить инициативу в преодолении этой ситуации.

???: ...Бедная Рем.

Неся на спине удивительно похожую на неё девушку, она произнесла это Субару, прежде чем выйти.

Субару не понял истинное значении ее слов. Да он и не хотел понимать.

Беатрис: Субару, оставайся здесь тихо. Бетти наверняка найдет способ вернуть тебе память, я полагаю.

Субару: "――――"

Беатрис: Я не позволю тебе остаться здесь в полном одиночестве.

Как раз перед тем, как выйти из комнаты, молодая девочка произнесла эти нежные слова. В ее голосе слышалась печаль, но в то же время в нем был намек на благородную решимость. Её голос был сильным и без сомнений в том, что она говорит. Таким образом, в ответ на ее голос, показывающий, что она беспокоится за него――

Субару: ……Ахх!

Субару отпрянул назад, пытаясь избежать ее протянутых рук. Увидев его реакцию, глаза маленькой девочки округлились от боли.

Беатрис: "――――"

Они были незнакомцами.

Несмотря ни на что, они были незнакомцами.

Однако дело не в том, что для Субару они были незнакомцами.

Это для них, Субару был незнакомцем.

Их фамильярность, их беспокойство и их глубокая привязанность были направлены на оригинального “Нацуки Субару”, а не на его нынешние руины. И в то же время――

Субару: У меня нет причин быть убитым…

Он остался в Зеленой Комнате один. Пробормотав это, Субару заскрипел зубами. Все же лучше избавиться от этих уз, которые он якобы накопил с течением времени, и доверие и глубокую привязанность, о которых он не помнит. Однако почему он должен нести ответственность за убийственные намерения, которые “Нацуки Субару” накопил по отношению к себе?

Все хорошее и плохое, все, что было перемешано вместе, не было его собственным. Несмотря на это, почему он должен бороться и тонуть в этом месте?

…

Субару: Мне очень жаль…

После нескольких часов одиночества, Субару прижался спиной к стене и неуклонно встал. Слишком сильно прикусив губы, он выплюнул смесь крови и слюны, скопившейся у него во рту. Затем он медленно направился к выходу из Зеленой Комнаты.

???: "――――"

Позади он услышал крики черной ящерицы. Крик звучал несколько слабо, как будто она кричала от одиночества. Субару покачал головой при этой мысли. Это просто большая рептилия, чувствующая одиночество, даже для него был предел его глупости.

Субару: Кто-нибудь принесет тебе еду. А теперь замолчи.

Ящерица продолжала издавать свой слабый крик, несмотря на то, что сказал Субару. Не слушая её, Субару стряхнул с себя неохотные мысли и вышел из Зеленой Комнаты. Он посмотрел направо и налево, убеждаясь, что дорога чиста, и начал крадучись уходить.

Субару: Вода и где они хранят еду…

Он знал, где находятся эти вещи. Поскольку он сопровождал ее, чтобы набрать воды, он знал, где ее можно найти. Он также знал, где можно найти еду. Единственный другой вопрос, который у него был, заключался в том, сколько он должен взять?

Субару: "――――"

Честно говоря, было кое-что, чего Субару не знал. Что, черт возьми, толкнуло Субару вниз по лестнице и лишило его жизни.

Однако было кое-что, что Субару отчетливо помнил. Тогда, в том месте, кто-то толкнул его в спину. Это не было вызвано какой-то нелепой причиной, такой как хлопанье по плечу сзади или сильный порыв ветра. Его определенно толкнули. Это были определенные, убийственные намерения. Нацуки Субару был убит.

Подозреваемых было семеро: Эмилия, Беатрис, Рам, Анастасия, Юлиус, Мейли и Шаула―― Субару не знает, сколько из них является его друзьями, а сколько - врагами. В конце концов, Субару теперь никак не мог выяснить, действительно ли все они были его знакомыми.

――В действительности, разве все они не могли быть убийцами, собравшимися здесь, в этой башне, чтобы убить его?

Субару: Если это правда…

Даже если он берет только немного еды, он не мог чувствовать себя виноватым из-за этого. Однако, в то же время, когда он в первый и во второй раз встретил их… Эмилия окликнула его в той же манере, и Беатрис сказала ему, что они будут искать способ вернуть его воспоминания, и Рам плакала, отказываясь верить, что он потерял свои воспоминания. Он подозревал, что это были они.

Субару: "――――"

Это было невозможно.

Пройдя через все эти ужасные вещи, он был убит не один раз, а дважды. Субару подозревал их от всего сердца, и все же он не мог убежать только ради собственной безопасности.

Субару: Черт, дерьмо, недоделанный сукин сын!

Он заругался на свое собственное позорное поведение, и начал тайно упаковывать еду. Он собирал аварийные пайки, не задумываясь о том, каково это будет на вкус. Конечно, сейчас было важно, чтобы еда наполняла его, другие детали, такие как вкус, были второстепенными, нет, третьестепенными. Он взял еды на три дня. Таким же образом он набрал достаточно воды и поместил ее в кожаные мешочки.

Субару: Снаружи пустыня, но…

Он надел плащ, который был сложен там же, где и еда. С точки зрения размера и дизайна, Субару сразу заметил, какой из них был его. Плащ был сконструирован таким образом, что его можно было подтянуть, чтобы прикрыть рот. Это казалось идеальной контрмерой против песка в воздухе. И после того, как он собрал еду, воду и инструменты, что помогут ему в пустыне, его приготовления были завершены.

Субару: Думаю, уже прошло то время, когда я дважды умирал…

Подумав об этом, то время, которое он провел, съежившись в Зеленой комнате, должно означать, что он, вероятно, уже обошел то время, когда его толкнули в прошлый раз. Эффективность Посмертного Возвращения немедленно продемонстрировала свою силу. Вот так, один за другим, он мог преодолеть флаги смерти и продолжать идти по натянутому канату жизни и смерти.

Субару: "――――"

Он не хотел этого делать. Для него было бы лучше не находиться в этом месте, если бы ему пришлось проходить через что-то подобное. Субару выскочил из комнаты и начал бежать трусцой туда, где находится винтовая лестница, используя мысленную карту, которую он нарисовал в своей голове. Дважды его сталкивали с этого места. Естественно, его разум кричал ему, чтобы он убирался оттуда. Однако――

Субару: "――――!"

Сразу же после того, как он добрался до винтовой лестницы, он на мгновение был восхищен открывшейся перед ним сценой, но Субару быстро оглянулся назад и внимательно осмотрел, не прячется ли убийца где-нибудь позади него. К счастью, из-за того, что время было другим, чем в прошлый раз, или из-за того, что убийца не знал, где находится Субару, он не нашел никаких следов руки, протянутой, чтобы толкнуть его в спину.

Сейчас, вероятно, все были в библиотеке, где находятся воспоминания мёртвых, или они поднялись наверх для встречи с этим высокомерным экзаменатором―― воспоминания о том, как этот человек коснулся его внутренних органов, всплыло на поверхность, и он почувствовал, как желание блевануть нахлынуло на него.

Субару: Как будто вы можете бросить вызов подобному парню…

Он не был человеком. Как в мастерстве, так и в личности. Ни в коем случае не кажется вероятным победить такого противника―― В таком случае, то какое ему дело до того, что они пошли на битву, в которой, как они знали, им не победить.

Субару: Черт возьми, если я знаю!!!

С недавнего времени эта загадка постоянно всплывала в его голове и пыталась остановить его ноги.

Хотя она была нежной и доброй, возможно, все это было лишь ложью. Хотя она выглядела обеспокоенной, возможно, за спиной она точила свой смертоносный клинок. По крайней мере, она могла бы предупредить его о возможности того, что где-то в башне скрывается опасный человек.

Субару: Ну, что, если человек, о котором мне рассказали, был врагом?

Враг, враг было словом насмешки. В его повседневной жизни в его мире, который был относительно незатронут конфликтом, возможность произнести такое слово, как “Враг”, существовала только в играх.

Этот мир был одним из тех, где вы были вынуждены произнести это слово, как будто это было естественно.

Нет, это неправильно. Он не хочет быть в этом месте. Он не хочет здесь оставаться.

Субару: "――――!"

Субару побежал, подавляя невыносимое раздражение, которое кипело в его груди. Он бежал вниз по винтовой лестнице, направляясь к пятому этажу, который не было видно. По стене бесконечно спускалось множество ступенек, и, спускаясь вниз, он не видел их конца. Он отчаянно бежал вниз так быстро, как только мог, пыхтя и задыхаясь, до такой степени, что это казалось почти комичным.

И все же он не хотел умирать.

Субару: Это……

Он спустился на пятый этаж. В отличие от четвертого этажа, пятый этаж не был разделен на разные комнаты. Скорее, это было похоже на один зал, который занимал все пространство этажа. Единственное, что было заметно на пятом этаже, - это лестница, ведущая вниз на шестой этаж. и――

Субару: Огромная дверь…

Взглянув на огромную дверь, он почувствовал ужасное чувство подавленности, исходящее от того места, где она стояла.

Субару: "――――"

Стоя перед дверью, он почувствовал, как странное непреодолимое ощущение забивает его горло. Он чувствовал, как дует легкий песчаный ветерок. Возможно, ветер снаружи сдувал немного песка в башню через щели в двери. В конце концов он был уверен, что эта дверь ведет наружу.

Субару: Если то, что сказали Эмилия и другие, было правдой…

Используя эту дверь, он сможет выйти в пустыню снаружи. Пустыня―― он забыл ее официальное название, но тем не менее он пойдет по песчаной дороге и направится к цивилизации. Таким образом, по крайней мере, не будет никаких опасений, что его жизни будет угрожать этот жестокий убийца.

Основы пересечения пустыни состоят в том, чтобы путешествовать ночью, избегать песчаных бурь и пытаться двигаться в одном заданном направлении―― это было единственное знание, которым он обладал по этому вопросу.

Субару: Я готов поспорить, что гораздо более вероятно, что я выживу там, чем в этом месте, где меня наверняка убьют.

Можно сказать, что это было не совсем нормальное решение. Однако, независимо от того, было ли это ненормальным решением, он не считал это ошибкой. При таких обстоятельствах, если он не сможет поверить даже в “Себя”, его будет ждать только темнота.

Он никогда бы не сделал ничего подобного, сидя в темноте и ожидая смерти. После своей смерти он решил дать отпор.

Субару: "――――"

Он положил руку на огромную дверь, которая была перед ним, и медленно толкнул ее изо всех сил. Дверь была более чем в десять раз больше, чем сам Субару. По всем правилам, даже если бы Субару толкнул изо всех сил, из-за его веса дверь вообще не должна была сдвинуться с места.

Однако, когда он прижал ладонь к двери, она легко открылась, как будто была механизирована.

Субару: Ахх.

Субару тяжело вздохнул и перестал толкать дверь. Даже если сейчас они не заметили, как Субару пытается улизнуть, если он оставит дверь полностью открытой, тогда он может ожидать, что они это заметят.

Даже если Субару ускользнет и ему удастся уйти, он хочет убедиться, что между ними достаточно расстояния, чтобы они не могли догнать его.

Субару: "――――"

Субару тихо выглянул из щели в двери наружу. Как только его зрение привыкло, он увидел огромное море песка, которое было поглощено ползущей темнотой сумерек.

Субару: ……Это действительно пустыня.

Он прищурил глаза, чтобы разглядеть, что находится за горизонтом, но за ним ничего не было видно. В этой среде без каких-либо укрытий, не было видно конца горидонта. И Субару не знал, как далеко он простирался. Однако, как бы далеко ни простиралась эта пустыня, она определенно не могла продолжаться вечно.

Если бы он сделал шаг вперед, это был бы еще один шаг ближе к внешнему миру. Если бы он стал ближе к внешнему миру―― разве это не было бы шагом ближе к его первоначальному миру?

Субару: "――――"

На мгновение ноги Субару приклеились к башне. Он, вероятно, наверняка покинет это место. Это заставляло его чувствовать себя немного виноватым, так как он оставил бы тех, у кого не было никаких дурных намерений по отношению к нему. Субару стряхнул с себя эти чувства. Его привязанность к выходу наружу, в свой изначальный мир, заставила его сделать это.

Он не хочет быть здесь. Нацуки Субару вернется домой, потому что именно там его ждут мать и отец.

Субару: Итак…

Твердым шагом вперед Субару прошел через щель, которую он открыл в двери. Ступив на песок, он заметил, что его ноги погрузились в песок больше, чем он думал. Сделав свои первые шаги с довольно большой силой, Нацуки Субару твердо вышел во внешний мир. И――

Субару: …а?

Сильный взрыв из-под его ботинок внезапно поднял Субару высоко в воздух.

***

Ударившись спиной об землю, он на мгновение потерял сознание. Он был в состоянии полной паники―― Субару теперь уже не знал, было ли это состояниеболее нормальным, чем состояние нормальности.

Субару: Что…

…черт возьми произошло. Выплевывая песок изо рта, у Субару не было времени продолжить эти слова.

Это было связано с внушительной фигурой, которая теперь стояла прямо перед его глазами, представляя ответ на то, что, черт возьми, произошло.

Субару: "――――"

Прямо перед глазами Субару на него смотрела огромная тень на фоне, окрашенном ночью. У тени было огромное, лишенное конечностей тело с скользкой кожей. Оно выглядело свирепым, с жестокими клыками во рту―― Субару показалось, что оно похоже на дождевого червя. Ужасный, гигантский дождевой червь. В длину он достигал не менее десяти метров―― это был монстр-дождевой червь.

Субару: Б…

Был ли этот мир полон монстров? Каждая сцена, которую он видел, была оторвана от реальности и не давала сердцу Субару шанса успокоиться. И теперь последний кризис приближался к нему, не давая ему ни малейшего шанса присесть на корточки и оплакивать свою судьбу.

Субару: Это, черт… хк-

Поднявшись, весь в песке, Субару покачал головой. Скорее всего, это был тот самый дождевой червь, который ударил его раньше и сдул его, потому что он стоял на его территории. Или он просто стоял на том месте, где он появился, чтобы перевести дух. В любом случае, дождевой червь сбил Субару на песок, и более того――

Субару: Он не собирается оставлять меня в покое…!

Понимая, что в этой ситуации он оказался в невыгодном положении, Субару огляделся по сторонам. Он едва сделал четыре шага с тех пор, как покинул башню. Хотя это было трусливо, было много вариантов, из которых можно было выбрать, например, прыгнуть обратно в здание и жить.

Однако, оглядевшись, Субару проклял свою удачу. Его унесло ударом дождевого червя, и он покатился по песку прочь от башни. Огромный дождевой червь стоял между Субару и башней, так что, если он попытается вернуться в башню, ему придется пройти мимо огромного тела дождевого червя.

Субару: Итак…

Даже если он побежит в пустыню, он ожидает, что дождевой червь в конце концов догонит его. Во-первых, это может быть не единственный дождевой червь; есть приличный шанс, что этот дождевой червь - повелитель пустыни, учитывая его размеры, хотя даже половина его размера тоже будет представлять угрозу. Не говоря уже о том, что если на него нападет их стадо…

Субару: На самом деле, был ли вариант побега даже нереалистичным?

Он ненавидит доброту, которой быстро учит этот мир. И, похоже, дождевой червь решил, что делать с Субару, который был занят, пытаясь решить, как выйти из этой ситуации.

Дождевой червь медленно повернул к нему свою безглазую голову и раскрыл свою пасть. На его голове был изогнутый рог―― это было довольно сюрреалистическое ощущение.

Субару: Один выстрел, мне просто нужно сделать один выстрел. Только один выстрел, один выстрел, один выстрел……

Подтянув защитную ткань, Субару внимательно следил за дождевым червем. Он вытянул руку вперед и начал рассчитывать время, когда он должен нанести свой удар. Вдруг он заметил, что рана на правой руке, где были сорваны ногти, запеклась и ногти начали регенерировать. Было ли это исцеляющей магией или эффектом Зеленой Комнаты?

И пока он был отвлечен этим…

???: "――――!!!"

Гигантский зверь издал ужасный, пронзительный крик, который он никогда не мог себе представить, исходящий от такого существа. Затем дождевой червь прыгнул, почти как если бы он шлепался, к Субару. Когда Субару услышал его рев на фоне завывания ветра, на долю секунды он почувствовал странное ощущение, как будто его тело действовало само по себе.

Субару: "――――"

Дождевой червь прыгнул на него, однако он перекатился на правый бок и уклонился от его атаки. Он не думал ни о чем другом. Это было как будто он мог видеть иллюзию о том, что делать дальше. Он просто следовал за тем, что делала иллюзия, и двигал своим телом так, как она это делала. И точно так же он ушел от атаки дождевого червя.*

(imy: Тут англ переводчик пишет, что это скорее метафорический способ описания вещей. мне лень переводить его слова, так что короче говоря: Он сделал это подсознательно.)

Субару: …Шиииии–!!

В воздух взметнулось большое количество песка, за которым последовала ударная волна прямо рядом с ним. Переживая последствия его атаки, Субару покатился по песку, все еще следуя иллюзии своего собственного сознания.

Субару: …хххффф!!!

Его тело было гораздо более подвижным, чем он помнил. Через долю секунды после этого в его голове промелькнул год “Нацуки Субару”, о котором Субару не помнил. От опыта, который "Нацуки Субару" получил, выживая в этой суровой среде, остался след.

Прямо сейчас, он не думал о том, что в полной мере использовал его.

Субару: С такой скоростью...!!

Перекатившись вперед с проворством и энергией, которые оставил ему его предшественник, Субару выпрямился и побежал как можно быстрее к входной двери башни. В этот момент все дело в том, чтобы цепляться за то, что находится перед его глазами.

Если он вернется в башню, он знает, что вернется в среду теней и подозрений, а также что его будет мучить страх смерти. Но все же он предпочел бы выбрать это, чем в конечном итоге стать какашкой этого огромного дождевого червя.

Субару: "――――"

Он не мог позволить себе оглянуться назад, но должно быть, у дождевого червя не хватит ловкости, чтобы сразу же переключиться и догнать его. Он был всего в нескольких метрах от того места, куда бежал――

Субару: Рх―

Только что, вместо головы дождевого червя, хвост дождевого червя прорвался и появился из-под песка у ног Субару. Песок под ним яростно взорвался, и инерция от удара хвоста по его ногам снова подняла тело Субару в воздух.

Субару: Ох, а.

Вращаясь в воздухе и размахивая конечностями, Субару увидел, что находится под ним. Под своими глазами он видел, что дождевой червь открыл свою большую пасть, готовясь жадно сожрать его тело.

――Он недооценил его.

Он был наивен, думая, что сможет перехитрить дикое животное, которое жило в этой суровой среде и стало таким огромным, как если бы оно жило в теплице, похожей на его мир. Безрассудный, он был безрассудным. Он заплатит жизнью за свою дерзость.

Субару: НЕТ!

Падая, он выкрикнул это, как пойманное в ловушку насекомое, пытающееся вырваться из паутины. Умрет, умрет ли он снова? Если он умрет, он даже не знает, останется ли он мертвым. Если он умрет, и все закончится здесь, что произойдет? Сможет ли он это вынести? Если его навсегда бросят в бесконечную тьму. Сможет ли он это вынести?

Субару: НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!

Он кричал и протягивал руку к ночному небу за помощью. Нет ничего, к чему можно было бы обратиться. Даже на краю неба, которое было размыто за какими-то тонкими облаками, он не мог видеть звезды, которые должны были быть там―― Субару падал один. Его покинула звезда с его собственным именем, оставив попадать в брюхо чудовища, оставив погасать и исчезать. Такое отчаяние――

――Внезапно, появилась волна белого света.

Субару: "――――"

Волна белого света устремилась вперед и сдула лицо дождевого червя, который открыл свою большую пасть. В буквальном смысле удар пронзил лицо дождевого червя, его большая голова была искривлена таким образом, что казалось, будто ее превратили в Амезайку. А затем, в долю секунды, он взорвался. Куски грязной плоти и крови забрызгали из головы дождевого червя, пока он улетала.

Голова, которая должна была проглотить Субару, исчезла, и огромное тело дождевого червя яростно затряслось. Однако, прежде чем тело дождевого червя опрокинулось, тело Субару рухнуло на вершину безголового червя.

Он почувствовал себя так, словно упал на котлету перед тем, как ее приготовят. Его зияющая рана, его внутренние органы, его плоть и кровь были вещами, которые смягчили тело Субару. Он получил свою жизнь в обмен на дискомфорт, застрявший в его волосах. Он начал сильно кашлять и отплевываться, вдруг поняв, что у него во рту была какая-то мерзкая жидкость, от которой его затошнило. Тем временем останки дождевого червя начали медленно опрокидываться―― нет!

Один за другим свет начал вспыхивать в его поле зрения, и каждый раз, когда это происходило, останки дождевого червя простреливались насквозь. Его пробивали насквозь, разрывали, отрезали сегменты, кусочки разлетались: дождевого червя разрезали в клочья. Только по случайному совпадению ни одна из этих вспышек света не попала в Субару, что, можно сказать, было удачей в такой плохой ситуации. Однако в конце концов――

Субару: ――Ах.

Субару заметил, что тело, которое было потрясено этими ударами, теперь было разбросано по песку. Субару теперь лежал спиной на песке, вытянувшись всем телом.

Субару: "――――"

Наверху он видел всё то же беззвездное небо, что и тогда, когда его подбросил дождевой червь. По какой-то иронии судьбы, даже теперь, когда ему удалось уцепиться за свою жизнь, небо не изменилось, “Субару” все еще был покинут.

(П/п: Здесь он не имеет в виду "Нацуки Субару". Его имя написано на кандзи, поэтому он обращается к себе через созвездие (昴))

Быть удивленным, быть желанным, быть покинутым, быть ненавидимым, быть нужным, быть оставленным. Хочет ли он жить? Хочет ли он умереть? Хочет он быть здесь или нет?

Субару: Что мне делать…! Если ты знаешь, скажи мне…!

Вокруг никого не было. Закрыв лицо, он крикнул это в пустое небо. Ответа он не получил. От кого Субару больше всего хотел услышать ответы? Вероятно, так оно и было――

Субару: ――Ответь мне, Нацуки Субару.

Сказав это несчастным голосом, Субару вздохнул и повернулся всем телом в сторону. Не было никакой особой причины, по которой он случайно повернул свое тело.

――Но это крошечное движение едва спасло жизнь Субару от белого света, который задел его ухо и упал на землю рядом с ним.

*ДЗЗЗЗЗЗ*

Что-то с огромной силой задело его правое ухо. Он прижал руку к уху, которое запульсировало от боли, и перекатился на бок. Когда кровь закапала из его уха, он увидел, что вызвало боль.

Длинный, узкий, светящийся предмет, напоминающий жало, был воткнут в землю.

Субару: Что это…

Такое.

Как только он протянул руку, чтобы коснуться его, белое жало превратилось в пыль. И сразу после этого поле зрения Субару дрогнуло.

Субару: "――――"

Его сильно затрясло, сверху донизу. То ли из-за извивающегося дождевого червя, то ли из-за того, что в песок вонзилось жало, земля под ягодицами Субару зарушилась. Он опускался вместе с окружающей землей.

Субару: УАААААААААааааа!!

Его пальцы заскользили по песку, пока он падал, пытаясь найти что-нибудь, за что можно было бы ухватиться. Подобно насекомому, падающему в муравейник, тело Субару опускалось на дно песчаного пола, не в силах ничего с этим поделать.

Его руки и ноги были погребены. Он не мог их сдвинуть. Подняв голову, он отчаянно хватал ртом воздух. Все его тело поглощал песок, он отчаянно пытался бороться с предчувствием, что его вот-вот похоронят заживо.

Субару: Кто-нибудь, кто-нибудь, помогите мне…

Он не смог продолжить свои мольбы о помощи. Все тело Субару поглотил песок, погружая его все дальше.

И звезды не обратили даже малейшего внимания на жалкого, борющегося “Субару”.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 41. Запах спокойствия

Перевод: imy

Редактура: imy

***

…

――Он пришел в себя, и первое, что он почувствовал - ему было трудно дышать.

Субару: "Кха, кха, кх."

Чувствуя, как во рту собралось что-то неприятное, он яростно закашлял―― Выплевав песок, он приоткрыл свои тяжёлые веки. Он потерял сознание.

Это была не дремота, а более принудительная и непреодолимая волна, которая поглотила его сознание.

Он чувствовал песок, застрявший в его ресницах. Сопротивляясь этому, Субару задался вопросом, что произошло, и попытался вспомнить, что произошло с ним незадолго до этого.

Если он правильно помнит, произошла ужасная неразбериха, и после этого он попытался покинуть башню. Нет никаких сомнений, ему без каких-либо проблем удалось покинуть башню, но――

Субару: Дождевой червь… белая вспышка… света…

Вспомнив ужасающий инцидент, который произошел сразу после этого, и вспомнив, как удары сыпались один за другим, Субару стал сомневаться, был ли он на самом деле жив. Неужели только благодаря удаче он пережил все эти ненормальные события, в которые его втянули? Однако, даже если он умер, было сомнительно, что он действительно останется мертвым. Хотя именно таким и был нынешний Нацуки Субару, нежеланным чужеродным существом.

Субару: После тех жал я упал прямо в термитник…

Он вспомнил, что земля под ним обрушилась, и он вместе с гигантской тушей дождевого червя был поглощен Землей. Ему удалось вытянуть голову, чтобы получить немного кислорода, однако его голова все же была поглощена песком, и он потерял сознание. Казалось, он должен был умереть от удушья, но это было не так.

Субару: Это место… это подземная зона под пустыней?

Оглядевшись, он не смог найти источника света в этой комнате; темнота была такой густой, что он едва мог что-либо разглядеть поблизости. Открыв тяжелые веки, он вынул ладонь из песка и вытянул ее вперед. Он едва видел, что она была там. Мир вокруг него был слишком расплывчатым, чтобы позволить ему видеть существование этой линии жизни.

――Казалось, он действительно едва оставался в мире живых.

Субару: …Это не приемлемо, чертов идиот.

Думая об этом, Субару начал медленно двигать руками и ногами, пытаясь освободить свое тело, которое было поймано в ловушку; песок вокруг сильно давил на него. Ощущение, что он не может дышать, было вызвано слоем песка, который поглотил его ниже пояса. Ему очень повезло, что верхняя часть его тела не была похоронена. Можно сказать, что этот процесс извлечения можно сравнить с попыткой убрать песчаную дюну, не уронив флаг на ней. Субару осторожно выбрался из песка и отодвинул его, стараясь не делать никаких резких движений, чтобы снова не зарыться в песок.

Субару: "――――"

Едва выбравшись из песка, он почувствовал, как его одолевает сильная усталость. Вероятно, это было потому, что температура его тела была подорвана холодным песком вместе с постоянным давлением, которое он оказывал на него. Тот факт, что он не мог понять, как долго он был без сознания, был ужасен.

Субару: Наверное, мне повезло, что, когда я был без сознания, другой дождевой червь не пришел и не сожрал меня…

Говоря это, Субару понял, что у него пересохло в горле, и он поднес руку к талии. Когда он сбегал из башни, он привязал несколько кожаных мешочков, в которых было достаточно воды, чтобы пересечь пустыню. Однако его пальцы, которые хотели взять эту воду, схватили лишь воздух. Проверив ещё несколько раз, он не смог найти кожаные мешочки.

Субару: Я должен был ожидать этого, учитывая, что я был похоронен ниже пояса…

Казалось, что мешочки с водой оторвались, когда его поглотил песок. Кроме того, похоже, что сумки, наполненные его аварийным пайком, также исчезли. Хотя это указывало на то, что он оказался в смертельной ситуации, в душе он оставался спокойным. Его сердце уже было парализовано этой жестокой ситуацией; возможно, было абсурдно реагировать каждый раз подобным образом.

Субару: По крайней мере, они должны быть где-то поблизости... а?

Встав на колени, он поискал у песка, из которого только что выбрался. Это было довольно большое количество песка. Он не ожидал найти их, но, как будто это было просто утешением, он почувствовал что-то мягкое именно там, откуда выскользнуло его тело. Проверив это пальцами, он с удивлением обнаружил, что это был тот самый кожаный мешочек, который он искал. Но,

Субару: Несмотря на то, что он пуст, почему я снова удивляюсь этому…?

Ощупав мешочек руками и оценив его вес, он понял, что он пустой. На всякий случай он поднес к губам кожаный мешочек, но лишь несколько капель стекли на его кончик языка. Даже если это было всего лишь немного воды, теперь каждая ее капля была драгоценна. Он жаждал большего. Субару пристегнул кожаный мешочек к поясу и решил снова исследовать свое окружение.

Субару: "――――?"

Если он нашел свой мешочек с водой, то также был шанс, что он найдет свою еду. Но такие ожидания не оправдались, как и тогда, когда он нашел свою воду.

――Его еда выпала и теперь была разбросана по всей куче песка, в которой он был похоронен.

Субару: "――――"

Из-за темноты он не мог как следует разглядеть песок. Однако, он мог распознать, что еда, которую он взял, теперь была разбросана вокруг него. Крошащиеся кусочки, оставшиеся на его ладони, не сохранили своей первоначальной формы―― если бы он говорил честно, он признал, что еда теперь несъедобна, и оставил ее разбросанной там.

Судорожно сглотнув, Субару почувствовал, как его горло болит от жажды. Еда Субару была разбросана по всему его окружению. Этот факт вцепился в сознание Субару, как будто царапая его ногтями, пока он отчаянно пытался сохранять спокойствие. Субару начал сильно потеть, тратя драгоценную воду, так как страх наполнил его сердце, когда он подумал о том, что на него охотятся дождевые черви.

Первоначально этот огромный дождевой червь выполз отсюда, так сказать, это была среда обитания монстра. Дождевой червь, который, должно быть, был главным среди них, умер, но для него не было бы сюрпризом, если бы в этом проходе обитали другие монстры, с которыми он сожительствовал.

Субару: Мне нужно покинуть это место…

Как можно скорее.

Однако он понимал, что плохо видит своё окружение. Он начал ползти, опираясь на руки и колени, полагаясь на то, что чувствует свой путь, используя землю под собой, не обращая даже внимания на стены. Он мог просто бежать, ползая на четвереньках, проверяя, есть ли земля, стены, тропинки, его собственное существование.

Субару: Ой, как больно… черт, ауч…

Его правое ухо было задето белым жалом, ногти на правой руке все еще были на полпути к регенерации, и органы в его теле все еще болели. Страдая от всей этой боли, Субару полз, пытаясь сбежать из этого места. Даже если раньше он точно не знал, от чего, черт возьми, убегает, теперь он должен сделать все, чтобы убежать от этого странного существа.

В любом случае, чтобы убежать от этого незнакомого существа, которое сейчас внушало ему такой страх, у него не было выбора, кроме как продолжить свой побег

***

Субару: "――――"

Почувствовав какой-то запах, Субару повернул руки и ноги в его сторону, как будто он направлял его. Запах постепенно становился сильнее, в конце концов став достаточно сильным, чтобы считаться надежным чувством. Он вел Субару глубже внутрь.

――Прошло чуть больше часа с тех пор, как Субару начал выползать из этого места.

Убегая, Субару несколько раз случайно скатывался с песчаных гор, а также был прегражден стенами на своем пути по этой бездорожной тропе. Иногда сверху сыпался песок, который заставлял его переворачиваться в испуге.

Делая это, Субару понял, что он находится в пещере под пустыней. Хотя то, что он заметил это, на самом деле не было большим спасением, это предвещало предзнаменование его истинного значения.

――Странный, но манящий запах внезапно ударил ему в ноздри.

Он ни в коем случае не мог назвать такую странную вещь сладко пахнущей.

В обычных ситуациях запахи, как правило, считаются менее приоритетными и имеют меньшую ценность в попытках разобраться в ситуации. Однако, учитывая, что его зрение было закрыто темнотой, и он не мог сказать, что происходит в окружающем мире, это внезапное зловоние казалось ему чрезвычайно свежим.

Поэтому Субару начал ползти, используя стену, чтобы нащупать путь к источнику запаха, это выглядело так же, как когда маленький ребенок впервые начинает учиться ходить, используя стены. Принюхиваясь, он выглядел в точности как собака, которая идет по следу в глубь пещеры―― нет, в глубь или, может быть, к выходу, он не мог быть уверен, куда ведет его этот запах.

Субару: *Пыхтение* *Пыхтение* Пыхтение*…

Даже не заметив этого, Субару высунул язык и начал тяжело дышать, совсем как собака.

Он слышал, что собаки высовывают языки и тяжело дышат, пытаясь охладить свое тело, но Субару на самом деле не приравнивал это сравнение к его нынешнему жесту. Причина, по которой Субару высунул язык, имитируя то, что сделала бы собака, заключалась в том, что он хотел увеличить объем знаний, которые он мог получить от своего окружения, ощущая поток воздуха на своем языке.

Субару: "――――"

Всего за несколько часов Субару применил методы, которые используют существа, чтобы передвигаться в темноте. Естественно, его поверхностная попытка полностью отличалась от того, как это происходит на самом деле. Темнота была неизменной и не давала Субару никаких намеков на то, что его окружало. В этом уединенном месте все, что он мог слышать, – это свое собственное дыхание и слабые царапающие звуки об песок―― Но сейчас Субару это казалось удобным.

――Это было страшно, это было ужасно, но так или иначе он должен справиться с этим.

Это был первый раз, когда он естественно воспринял это естественное человеческое чувство. Прямо сейчас Субару нравилась эта тишина, эта темнота и это Одинокое пространство, где никого не было рядом.

Здесь никто не причинит ему вреда.

Здесь все, что ему нужно было делать, это продолжать бороться, чтобы сбежать.

Здесь, даже если ему не нужно ни о чем думать, есть чем заняться.

Чувство самодовольства, похожее на то чувство, которое вы испытаете, если позволите мутной реке подхватить вас, охватило сердце Субару.

Если бы он мог просто раствориться в ней, это не было бы проблемой, не так ли?

――Таким образом, он погрузился в размышления об этом, спасаясь от усталости.

Субару: Черт возьми, что это…

Субару неуклонно полз по темной пещере. Вдруг он наткнулся на развилку, где одна тропинка шла налево, а другая направо. Он с тревогой подумал, какой путь выбрать, и в конце концов выбрал правый. С тех пор ему предстояло долгое, долгое путешествие, в котором он шел по следу. Найдется ли место, где он сможет найти облегчение в конце? Достигнет ли он того места, где есть свет? Несмотря на то, что такая перспектива не обязательно была верной, Субару продвигался вперед, не заботясь об этом. Однако――

Субару: Здесь тупик…

Путь, по которому он шел, неуклонно сужался. Поднявшись по склону, Субару обнаружил ожидавшую его узкую тропинку, по которой можно было пройти только буквально ползком; в конце ее была стена песка―― в конечном счете, именно там заканчивался источник запаха.

Субару: Зачем я вообще прошел весь этот… Нет, секундочку…

Злясь на преграду на своем пути, Субару уже собирался ударить стену песка, но вовремя спохватился. Он начал ломать голову над текущим противоречием перед ним: он следовал за запахом всю дорогу сюда.

Субару безошибочно прибыл сюда, следуя за запахом, который витал в воздухе. Запах был принесен сквозняком и, несомненно, дошел до Субару, который был довольно далеко внутри. Другими словами, если сквозняк шел отсюда, это означало, что эта стена песка не могла быть тупиком. Сквозняк, несомненно, проникал в пещеру снаружи.

Субару: Если это так…!

Лихорадочно оглядываясь по сторонам, Субару немного отступил назад. Он пошарил по тупиковой тропинке в поисках чего-нибудь. Он ничего не пропустил ни слева, ни справа, ни спереди, ни снизу. Тогда куда же он не смотрел?

――Он был покинут звездами, неужели он боялся поднять глаза?

Субару: ――Вот оно.

Спустя более чем час, его рука, которая коснулась потолка, рассекла воздух, и глаза Субару засияли. Встав, он поднял руки, и даже когда он поднял плечи, они не коснулись потолка. Здесь есть дыра. Дыра более чем в два раза больше талии Субару, и его тело легко пролезет в нее. Другими словами, если он подтолкнется, используя спину и ноги, он сможет подняться.

Субару: "――――"

Сверху дыры дул легкий ветерок. До сих пор Субару цеплялся только за цель, которую преследовал, то есть за запах. Он перетекал от ветра сверху в подземную зону внизу, в которой он находился. Субару, который фыркнул и подтвердил это, ничего не оставалось, кроме как подняться.

Субару: Гхх… Нххх… Ффффф.

Встав, он прижался спиной к стене. Конечно, поскольку стена была сделана из песка, если он сделает хотя бы небольшую ошибку в угле, под которым он применяет свой вес тела, он рискует, что стена рухнет и его план провалится. Стараясь не сделать этого, он также уперся ногами в стену. Субару поднял ноги и ягодицы и начал медленно подниматься.

Субару: "――――"

К счастью для него, в некоторых местах в стене были канавки, которые в какой-то степени помогали Субару поддерживать себя, пока он совершал свой одинокий подъем. Возможно, если бы вы оказались человеком, обладающим сверхчеловеческими физическими способностями, вы могли бы просто поставить ноги на одну из канавок и выбраться из дыры, просто прыгнув.

Субару: *Фух*

Но Субару не обладал такими физическими способностями, поэтому у него не было другого выбора, кроме как продолжать неуклонно подниматься вверх. Тем не менее, казалось, что его тело было натренировано в неизвестное ему время и было приспособлено для того, чтобы противостоять подобным действиям. Он постепенно приспособился к тому, что его тело имеет новый двигатель, точно так же, как если бы он привык водить новую машину. К тому времени, когда он прошёл уже половину пути, он уже освоился и установил, что он довольно хороший альпинист.

Однако, прежде чем он смог показать всю свою силу――

Субару: ――Выход.

Он не знает сколько примерно метров он поднялся по стене, но если бы он посмотрел, он поднялся на такую высоту, что, если бы он упал, он бы умер. Наконец, Субару удалось взобраться на стену.

Субару: "――――"

Он не испытывал по этому поводу никаких сильных эмоций, как ожидал. Это не было связано с тем, что он думал о чем-то скучном, например: “Если сделать так, это будет так.”

“Карабкаться по стене было проще, чем я думал”, - вот и все, что он подумал.

Вылезая из дыры, ступая на свежий песок, Субару встал. И, застигнутый врасплох, он пробормотал короткое слово о величественном сооружении, которое стояло перед ним.

Субару: ――Дверь.

――Прямо перед ним была только странная дверь, стоящая там, не полагаясь ни на что другое для поддержки.

(imy: я не совсем понимаю момент с дырой. слишком странно переведено/написано это. Как я понял: Маленький проход, где можно пройти только ползком, но все же есть место, где можно встать и подняться(пройти дальше).)

***

――Субару не знал, что делать с дверью, которая стояла прямо перед ним.

Казалось, что дыра, через которую прошел Субару, не вела к поверхности. Скорее всего, он все еще был в пещере―― если в пещере были разные ярусы, то место, куда он, вероятно, упал, было вторым, и теперь он оказался на первом. Вместо того, чтобы быть масштабной областью, в комнате была только дверь, которая стояла свободно, не соединяясь со стенами или полом.

Мог ли вообще кто-нибудь понять, что это значит?

Субару: ――Кроме меня, то есть.

Глядя на дверь, Субару объявлил это с крайним высокомерием. Положив руку на грудь и широко раскрыв глаза, он ясно осознал, что это была за дверь, с которой он внезапно столкнулся―― это была его дверь.

У него была странная уверенность в этом. Он был уверен, что эта дверь - его.

Сквозняк, который стекал в подземную зону, в которой он находился, запах, который приносил ветер, за которым он шел всю дорогу сюда. Все приводило Нацуки Субару в это место.

И теперь дверь, которая стояла перед его глазами, светилась. Даже в темноте она утверждала свое существование; она жаждала того момента, когда рука Нацуки Субару откроет её.

Субару: "――――"

Субару подошел к двери с чувством бодрости, как будто собирался приласкать что-то любимое, как возлюбленную. Она выглядела как двухстворчатая дверь, которая была примерно в два раза выше Субару. Когда он напряг зрение, он увидел, что в центре двери была ручка, которая позволяла ее открыть. Он также видел что-то странное в этой конкретной области.

――Он видел там семь драгоценных камней.

Субару: ――Чт.

Глядя на драгоценные камни, Субару коснулся двери. И как только он это сделал, камни на двери начали сиять―― четыре из них.

Четыре из семи драгоценных камней ярко засияли, приветствуя визит Нацуки Субару――

――Хозяин двери не допустал тех, у кого не было ключей.

(П/п: Неясно, являются ли ключи множественным числом или нет. Исходя из контекста, это, скорее всего, множественное число.)

***

…

――В мгновение ока, после того как он моргнул, Субару не понял, где он находится.

Субару: Ва.

Ошеломленно вздохнув, Субару посмотрел на свои руки. Он может видеть. Разумеется. Здесь был свет, был цвет. Он видит, где стоит. Он стоял на каменном полу―― каменный пол.

Субару: "――тц"

Тело Субару напряглось, и он в замешательстве начал оглядывать свое окружение. Здесь были красновато-коричневые стены, стены, стены―― это были стены круглой башни. Огромная дверь за его спиной вела наружу. Он был внутри башни―― он был на пятом этаже сторожевой Башни Плеяд.

Он вернулся в то самое место, которое так решительно пытался покинуть.

Субару: Не…

…возможно. Он не смог продолжить. Его слова никогда не выйдут наружу. Должно быть, это произошло сразу после того, как он моргнул. В долю секунды Субару оказался неподвижно стоящим в этом месте. Он не смог оправиться от шока, у него закружилась голова, и его ноги начили дрожать. Он был босиком, его ботинки были сняты. Субару стиснул зубы.

Это не тот случай, когда он полностью ошеломлен этим местом. Он мог бы убежать прямо сейчас―― Нет.

Субару: Почему я должен убегать?

Субару посмотрел наверх с чрезвычайной яростью, мрачные чувства кипели в нем. Жгучая ненависть, похожая на расплавленную магму, бурлила внутри Субару, а он даже не осознавал этого.

Его время одиночества закончилось, мирная темнота закончилась, цепляние за тот запах закончилось―― Его ни с того ни с сего ненависть была направлена к тому факту, что все, что у него было, было забрано у него.

Субару: "――――"

Почему Субару должен убегать? Кто-то планирует убить его и однажды, нет, дважды лишил его жизни. Как он мог скрывать этот факт под маской спокойствия и оставаться в этом месте, где они бесстыдно маскируются под хороших людей.

――В этой башне есть только подозреваемые.

Он собирался угадать преступника среди них? Он сбежал, потому что не смог этого сделать? Он был идиотом, он был идиотом, он был идиотом; он ничего не знал.

――Если кто-то из подозреваемых был правильным, то он мог просто раздавить их всех, пока не найдет нужного.

Субару: "――――"

К счастью, все они были небрежны с Субару. Преступник, который всегда наготове, не ослабит бдительность Субару*―― преступник не имел никакой возможности узнать, что он подозревается Субару. В этом и заключается преимущество Субару, который однажды умер.

(imy: очень сильно не уверен в точности перевода этой части.)

Как только он осознал, что умер, он понял, что кто-то пытается убить его. Единственное, что он должен сделать, это убить их, прежде чем они снова совершат этот акт убийства.

Субару: Хах-

На его лице появилась злая улыбка, и Субару прикрыл рот рукой, сдерживая смех. Ему в голову пришла идея, и Субару получил благословение с небес, как же спасти себя.

Субару: "――――"

Тогда ему понадобится какое-то оружие, чтобы быстро все исправить.

Субару помчался вниз по винтовой лестнице―― он спускался на шестой этаж.

Шестой этаж был расплывчатым в его памяти, но он помнил, что это самый нижний этаж этой башни. Когда Субару и другие―― Нет, когда оригинальный “Нацуки Субару” и другие пришли в башню, они позаимствовали силу ящериц, чтобы пересечь пустыню, используя вещи, которые выглядели скорее как запряженные лошадьми повозки. Конечно, если такие вещи валяются, они могут пригодиться в “чрезвычайной ситуации".

Субару: "――――"

Субару добрался до самого нижнего этажа и нашел повозку, которую искал, однако его ноги остановились. Причина, по которой он так отреагировал, заключалась в том, что―― рядом с повозкой лежала огромная ящерица, уже мертвая.

Её голова отсутствовала. Её тело от шеи и ниже лежало на полу. Был ли удар, который обезглавил её, настолько мощным? Оторванной головы поблизости нигде не было видно. Вместо этого из её огромного тела текла кровь, окрашивая землю внизу. Он обнаружил, что с тех пор, как произошла эта трагедия, прошло довольно много времени, так как кровь уже высохла.

Субару: ――Жала.

В этот момент Субару подумал о том, что это очень похоже на то, как таинственные белые жала взорвали голову дождевого червя, который сражался с ним сразу после того, как он покинул башню. Это впечатление соответствовало останкам ящерицы, которая упала здесь. Тогда это нападение было совершено кем-то внутри башни―― весьма вероятно, что это было одно из нападений подозреваемого. Таким образом, с самими ящерицами обращались точно так же, как со скотом, в их жалком отсутствии погребения――

Субару: ――Означает ли это, что он больше не пытается скрыть свое истинное лицо?

Похоже, его противник был вспыльчив, и вместо того, чтобы дать Субару шанс сбежать, он вместо этого нанес решающий удар. Дрожа от этого факта, Субару вошел в неповрежденную повозку―― тут были признаки того, что она использовалась в качестве места для сна. Порывшись внутри, Субару нашел большой нож.

Осмелится ли он сказать, что у него была какая-то цель; было ли это что-то похожее на нож выживания? Вместо того, чтобы быть тотальным оружием, большой нож, вероятно, был хорош для прорезания препятствий―― но в этой ситуации он все равно был бы великолепным оружием, которое соответствовало бы целям Субару.

Субару: Я не знаю, кто враг, но…

――Он им покажет.

С горящим от мрачных чувств телом Нацуки Субару начал подниматься наверх с ножом в руке. Кривая улыбка появилась на его лице, усиленная его ненавистью. Если он хочет спастись, если он хочет сбежать, он должен верить, что все, что он убьет, оправдано; с этим он будет двигаться вперед.

――Не замечая, что по щекам текут слезы ужаса.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Re/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)