Ранобэ: Печать ветра

Описание: Все члены клана Каннаги обладают способностью к магии огня Эндзюцу. Исключением является лишь Казума — у него нет этого дара, и из-за этого его положение в семье незавидно. Когда в бою за право обладать Энрайхом, мечом наследника, его с легкостью побеждает кузина Аяно Каннаги, Казуму изгоняют из семьи.

Четыре года спустя он возвращается, но уже как мастер магии ветра Фудзюцу, и с новым именем — Казума Ягами. Одновременно с его возвращением происходит ряд убийств членов семьи при помощи Фудзюцу. Вся семья, в том числе и Аяно, обвиняют Казуму в убийствах, и теперь ему предстоит сражаться, дабы доказать свою невиновность.

Кол-во глав: 1-15

Глава 1. Возвращение блудного сына

В версии с изображениями тут находится картинка. – Какая безвкусица… Таковым было его первое впечатление о поместье клиента. И впечатление не

изменилось до самого конца. Особняк возвышался на холме, будто хвастаясь, разительно подпортив собой общий вид окружавших его особняков этого элитного района. Однако, если не обращать внимания на само поместье, то можно было смело сказать, что вид отсюда просто восхитительный. Восхождение на эту царь-гору с каждым шагом открывало глазам всѐ новые прекрасные ландшафты. Взобравшись наверх, он был потрясѐн до глубины души.

– Наверное, то же чувствуют султаны, смотря на свой гарем. Не похоже было, что Ягами Казума шутил, говоря:

– Какого лешего стены японского дома окрашены в эти грѐбанные цвета? – активно проповедовал он, подняв одного из прислуги за шкирку.

Да, этот дом был из тех самых. Эта местность одна из первых принимала все западные веяния. Первая плита на газу и первое мороженное в Японии были именно тут. Критик мог бы назвать это новейшим японо-западным стилем, поглотившим весь городок.

– За то, что я мне приходится сюда входить надо было оговорить доплату мне в контракте.

Он увидел золотого обрамлѐнного карпа* на крыше и обречѐнно вздохнул. Образ древнего духа, которого почитали в Иокогаме разбился вдребезги в памяти Ягами.

Когда он получил этот заказ, то ему дали адрес и подробную карту, которая была совершенно ни к чему, так как просто поспрашивав у прохожих: «Где тут самый безвкусный дом?» – можно было добраться сюда и с закрытыми глазами.

– Хочу вырвать себе глаза − это невозможно назвать домом, – обратил взор в небо в мольбе Казума. Чистое ярко-голубое небо ответило молчанием.

– Ну, хоть денег заработаю, – попытался он успокоить сам себя.

Хотя, то же можно было и сказать про Казуму – выглядел он крайне непрезентабельно. Он был в чѐрной куртке поверх клетчатой рубашки, заправленной в джинсы, и в кроссовках. В таком виде этот 22-летний юноша выглядел никем иным, как студентом местного института. Но сам он этого не замечал. Его поглощение осмотром безвкусных строений отвлекло странное ощущение. Зловещая атмосфера, окутавшая поместье, была намного плотнее, чем ему описывали. Возможно, что эту ауру ощущать могли и обычные люди без развитой чувствительности к сверхъестественному.

– Может, просто свалить отсюда… – из-за плохого предчувствия, злостно и непрестанно давящего ему на душу, в этой шутке половина было правдой. Эта аура дышала огромной силой, но не такой, чтобы он не мог бы справиться, что заставило его сделать вывод, что плохое предчувствие не из-за неѐ.

Да. Дело было в чѐм-то другом.

Если верить всему обширному опыту, это предчувствие было более чем обоснованным. Но нельзя было бросать работу только из-за этого. Это было его первое задание в Японии – если бы он бросил работу по такой пустяковой причине, то никогда бы больше не получил заказов от агентства. Он громко

*карп (тут) – мистический карп с головой льва – покровитель благополучия.

прошагал вперѐд, остановившись перед бессмысленно громадными воротами. Стоя, как вкопанный, перед домофоном, Казума всѐ ещѐ размышлял над возможностью уйти отсюда, и поскорее. Сигнализация громко, до хрипа визжала

в его голове, предупреждая об опасности. И тут…

– Господин Ягами, я полагаю, – сбивая Казуму с мысли, прозвучал голос из динамика. Тот толи инстинктивно, толи от неожиданности отпрыгнул, приняв защитну стойку, а голос беззаботно продолжил. – Мы Вас ожидали. Проходите, пожалуйста, через боковую дверь.

Щѐлк! Справа от ворот открылась небольшая дверь, но никто не вышел его встретить.

– По сравнению с « Мы Вас ожидали », довольно плохое у них гостеприимство .

Это было неприятно, но на клиента жаловаться не пристало. Как и было сказано, он вошѐл через боковую дверь. Внутри всѐ кишело камерами наблюдения и другими сенсорами.

– Похоже, владельцу есть, кого бояться… – пробормотал Казума. Неморгающие глаза камер неустанно следили за его передвижениями.

Раздражение без остановки стремилось к своему пику внутри Казумы. Он уже всем сердцем хотел убить того, кто так дотошно его изучает. Но он таки умудрился сдержаться.

– Йиии!..

Эти самые его тѐмные мысли чѐтко отобразились у него на лице. Встречающая его горничная так напугалась, будто набрела на голодного медведя-людоеда. Казума поспешно поправил выражение лица и взгляд.

– Сюда, пожалуйста, – сказала девушка, чудесным образом сменив гримасу запредельного ужаса на дежурную улыбку. Такая резкая перемена не представлялась возможной, но, вопреки здравому смыслу, горничная оставалась спокойной, как священная корова. Девушка шла впереди, пока Казума рассматривал сверкающий чистотой пол.

– Лучше бы я таки ушѐл … – пришла мысль в голову Казуме, как только он увидел, кто ожидает в гостиной. Худосочный коротышка удобно расположился на диване, вытянув ноги, и представился Сакамото Нагинаши, владельцем поместья. Казума узнал в нѐм клиента, но рядом был ещѐ один человек, адепт, которого Казума знал не понаслышке. Этот человек сначала испуганно глянул на Казуму, но мгновенно сменил выражение лица на полную презрения мину:

– Чего? Значит, вторым нанятым адептом был ты, Казума? Тебя ведь исключили из семьи Каннаги из-за отсутствия способностей, а ты всѐ ещѐ имеешь наглость зваться адептом? – эти слова, судя по всему, предназначались для ушей Сакамото.

Адепт Каннаги, младший сын побочной ветки семьи, Юки Шинджи, получал огромное удовольствие, унижая Казуму. Сакамото среагировал именно так, как и ожидал Шинджи – глянув на Казуму, выражение его лица изменилось:

*адепт – последователь определѐнного учения или искусства. Чаще всего применяется к боевым искусствам. Здесь это последователь искусства (техник) управления стихиями (элементами)

– Это правда? Разве Вы не обратное мне говорили? Я нанял Вас, так как Вы сказали, что являетесь лучшим из лучших! Казума спокойно сделал шаг назад одновременно с клиентом, который шагнул

к нему:

– Не знаю, что Вам сказали в агентстве, но если я вас не устраиваю, то, может, мне уйти? – Хм! Именно!

Глаза Сакамото заблестели хитрой искоркой дельца. Желание работать, которое у Казумы и так всегда было едва выше нуля, резко ушло в минус.

– Хмммм, как насчѐт такого? Вы оба проведѐте экзорцизм, и только тот, у кого он выйдет, получит деньги. Естественно, ваши авансы останутся при вас.

– О, мне нравится, – мгновенно согласился Шинджи на такое дерзкое и пренебрежительное предложение. Но, поняв, что его ни во что не ставят, с дурацкой усмешкой, он спросил Казуму. – А ты что делать собрался?

– Я – пас, – мгновенно ответил Казума. Они смотрели друг на друга неморгающим взглядом.

– Хм, вот же ж трус! Стой там и соси свою соску, а я покажу тебе, что на самом деле представляют из себя огненные техники.

– Покажешь пример, да? А ты довольно самоуверен, как для младшего из побочной семьи. – Ты, козлина!

Факт того, что над ним издевается тот, кого он ни во что не ставит, довѐл Шинджи до белого каления. Совершенно забыв о присутствии клиента, он сжал кулаки и в бешенстве рванулся на Казуму. Его удар на огромной скорости направлялся прямо в середину спокойного лица того, а он, как бы невзначай, увернулся, шагнув влево. Шинджи по инерции продолжил движение и плюхнулся на пол. В последний момент он попытался представить это, как уловку, чтобы с прыжка ударить ногой по затылку Казумы. Тот, чѐтко видя каждое движение Шинджи, откинул голову назад. Пятка Шинджи рассекла воздух в нескольких миллиметрах от глаз Казумы. Его движения были подобны опавшему листу, подхваченного ветром – без единого резкого движения или сопротивления. Увернувшись, Казума схватил Шинджи за ногу и крутанул еѐ так, что тот полностью распластался на полу.

– Мать твою за лево!

Шинджи еле успел выполнить страховку* и вскочил на ноги. Так и не выучив преподанного ему урока, он принял боевую стойку.

– Эй! Думаешь, сможешь победить меня в рукопашной? Ты даже 4 года назад был слабее. У тебя ни одного шанса! – З… заткнись!

Казума не выразил даже капельки радости победы. Он будто упрекал в шалостях непоседливого и совершенно безынтересного ему ребѐнка. Такое отношение сняло Шинджи все тормоза.

*страховка – особый способ падения – такой, чтобы не повредить себе ничего и иметь возможность занять оборону или отойти от врага чуть дальше. Иначе зовѐтся «догеза»

– А ну прекратите оба! – вмешался волевой голос, и оба оппонента повернулись на зов. Сакамото выразил неподдельное удовлетворение тем, что они оба подчинились его словам. Он заговорил в такой манере, будто поучает капризных детишек. – Я вас сюда не драться пригласил! Очевидно же, что любая мебель в этой комнате в отдельности стоит дороже вашего оклада! Ребята, давайте жить дружно, ладно?

Вся его речь была пропитана хвастовством. Хотя хвастовством это считал лишь тот, кто эту речь произнѐс, а слушатели лишь поняли, что у них перед носом с издѐвкой крутят большой пачкой денег.

– Может , свалить … Всѐ равно я получу аванс …

Атмосфера становилась всѐ напряжѐнней, а желание Казумы работать постепенно исчезало. Он уже не мог выдерживать общество этих двоих.

– Хм?..

Внезапно, без каких-либо предпосылок, появилось потустороннее присутствие…

– Идѐт… Потустороннее присутствие, стекаясь со всех углов замка, постепенно

концентрировалось в одной точке в этой комнате. Казума отступил так, чтобы Сакамото и Шинджи находились между ним и этим нечто.

– Что это? Что за ѐ… Потустороннее присутствие, сконцентрировавшись, образовало чѐрный

дымящийся силуэт. Шинджи, всего секундой, но позже Казумы, наконец, заметил его:

– Хмммм, значит вылезло-таки, да?

– Ч… ч… чего? Что вылезло? Где? – в замешательстве разорвал напряжѐнную атмосферу Сакамото пронзительным визгом.

Вместо Шинджи ответил Казума, так как тот уже концентрировался для использования своей техники:

– Пришло время самой работы. «Злой дух», или что-то вроде него, который доставлял Вам проблемы, объявился, – небрежно объясняя ситуацию, Казуму что-то беспокоило.

– Этот злой дух . Какой именно это дух ?

Когда Казуме предложили этот заказ, то было сказано, что это «обыкновенное изгнание злого духа»:

– Понимаешь, так как это твоя первая работа у нас, то ничего особенного тебе не дадим. Если ты настолько хорош, как говорят слухи, то ты с такой работой и одним пальцем сможешь справиться, – говорил ничем не выделяющийся, но явно о многом сведущий мужичок. А иначе в таком бизнесе нельзя, ведь малейшая ошибка может стоить жизни. В этом бизнесе подобная ошибка была непростительной. Выживать в этой сфере деятельности нелегко, так что подобный этому безответственный агент давно бы уже канул в лету.

– Меня что , подставили ? Ну и ладно . Посмотрю , хоть что этот малец умеет … –

скрестив руки на груди, Казума опѐрся спиной о стену и стал наблюдать, будто бы он находился на экскурсии.

Шинджи был полностью сконцентрирован в ожидании появления «злого духа». По выражению лица легко было понять, что он собирается сжечь его в момент появления. Внезапно пространство прямо перед ним уплотнилось до абсолютно чѐрного цвета. Шинджи направил свои ладони друг на друга на уровне груди, создавая невидимый шар энергии. Между ладонями загорелся небольшой огонѐк.

– Уоооооооооооооооооооооооооооооооооооа… – сотрясая звучным рыком воздух, злой дух, наконец, объявился. Нечто похожее на лицо сформировалось в комнате, наполняя пространство собственной ненавистью.

– Агась!

– Ааааааааа!!!

Не обращая внимания на испуганные крики Сакамото, Шинджи с криком высвободил всепожирающий огонь, который, войдя в контакт со злым духом, мгновенно сжигал его без следа… Так, по крайней мере, думал сам Шинджи, однако…

– Вот тупорылый.

– Гуоаооооооооооооооооооооооооооооо… – сплелись вместе стон духа в агонии и смех Шинджи, и вдруг пламя взорвалось.

– Аааааа? – закричал Шинджи, оказавшись в самом центре бури собственного огня, который уже успел покрыть собой всю комнату.

– Ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка-ка! – йома* заливался смехом. Существо выдержало атаку Шинджи и поглотило пламя.

Семья Каннаги весьма знаменита даже среди других адептов огненных искусств, способных свободно манипулировать огнѐм. И вовсе не потому, что их пламя жарче или сильнее, а благодаря передаваемой из поколения в поколение уникальной способности. В отличие от обычного огня, который имеет в своей основе ускорение элементарных частиц или процессы окисления, огонь семьи Каннаги существовал на таком уровне, что мог уничтожать или очищать злых духов и другую нечисть.

Именно благодаря очищающему пламени семье Каннаги небыло равных в сфере охоты на йома, злых духов и других потусторниих существ, преступивших закон. Однако, даже наследуя эти способности, из-за смешения крови с обычными людьми сила каждого нового поколения становилась всѐ меньше и меньше.

Адепты из побочной семьи уже не способны призывать так называемый золотой огонь, а потому, если йома является огненным духом, то он просто поглотит любую атаку адепта побочной семьи, так как их огонь его изгнать или очистить не может.

… Собственно, что и следовало ожидать…

Комната стала напоминать чистилище. Вся мебель люкс-класса либо тлела, либо уже горела. Люстра под потолком поплавилась и напоминала кровавую надпись из фильма ужасов. Однако, ничего этого не произошло бы, будь на месте Шинджи кто-то из главной семьи.

– Интересно, этот придурок здох, или нет… – пробормотал себе под нос Казума. Вокруг него вихрем дул прохладный ветерок, защищая его от бушующего пламени. Несмотря на то, что в комнате можно было без плиты приготовить чай, Казума даже не вспотел.

*йома – монстр, сильный и старый злой дух, что-либо иное злое и сверхъестественное. В разных мифах описываются по-разному.

– По… помогите… – донѐсся слабый дрожащий голос от некоей шаровидной массы под ногами Казумы – это Сакамото заполз в созданный Казумой барьер. Хозяин поместья был живой, хоть и обожжѐнный во множестве мест.

– Аааааа! Помогите, по… пожалуйста!.. – завывал тот, хватаясь за ноги Казумы, который бессердечно отшвырнул его пинком. Бух!

Лицо Сакамото исказила гримаса боли. Казуме больше не хотелось касаться его чем-либо ещѐ, потому он наступил тому на лицо, покручивая пяткой, и даже бровью не повѐл, когда челюсть Сакамото издала противный хруст. Казума переместил пятку на висок и сказал, надавливая:

– Минуту назад ты перестал быть моим клиентом, а в списке моих хобби нет «спасения зажиточных снобов», так что отвали! – Я дам денег! Плачу вдвое!.. – Вдвое? Получается один миллион йен*. Неужели твоя жизнь такая дешѐвая?

– Казума достал из кармана сигарету, вытащил еѐ кончик за барьер и закурил.

*отныне и впредь запомните, что, округляя, получается 100 йен – 1 доллар.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Для Сакамото, однако, времени на раздумия и закуривание небыло – то ли по случайности, то ли специально, рядом с ним было несколько прорешин в барьере, откуда его лизали языки пламени. – Ай-яй! Ааааа! Помогите! Я дам 10 миллионов!

– Приятно иметь с Вами дело, – вымолвил Казума с дьявольско улыбкой до ушей, выбросив сигарету. – Отойдите, пожалуйста, господин Сакамото, – отвесив поджопник, – Вы мешаетесь!

Бормоча что-то себе под нос, Казума взмахнул рукой, будто откидывая занавеску, и всѐ бушующее пламя вырвалось через окна наружу, но, вместо того, чтобы перекинуться на деревья, разорвалось на множество отдельных язычков и исчезло. Тут же среагировал йома, переместившись в центр комнаты

в форме огненного лица.

Фьюууууу… Теперь вместо пламени бушевал ветер. Держа одну руку в кармане, другой

Казума направил ветер задувая оставшиеся от недавнего пожара костерки. Исход битвы был предрешѐн. У йома небыло и шанса. Всѐ что ему оставалось – ждать, когда он будет разорван на части порывами ветра.

– Ну, и наконец… – плавно подняв руку, Казума концентрировал в ней силы ветра, количество которой восхитило и устрашило бы любого, способного еѐ увидеть, – … прощай!

Рука стремительно нырнула вниз – и невидимое лезвие ветра разрезало йома чѐтко на две равные половинки. Присутствие злого духа больше не ощущалось. Казума спокойно разглядывал его останки…

– Вот и всѐ, – сообщил он Сакамото, который всѐ ещѐ в шоке лежал на полу. – Жду оплату в течение трѐх дней. Не опаздывай, так как, я уверен, ты не хочешь пожалеть, что родился.

Фраза, идеально подходящая заклятому преступнику явно не была похожа на обращение к клиенту, однако Сакамото кротко всѐ это проглотил, понимая, что этому лучше не перечить:

– Д… да… Понял. Но что же делать с Юки? Я и не думал, что дойдѐт до такого. Казума молча подошѐл к обгорелым останкам Шинджи, с отвращением, пнул

ногой. Сакамото, как и ожидалось, не выдержал:

– Что ты творишь? Я не знаю, что там между вами в прошлом было, но прояви хоть немного уважения к погибшему!

– Он не мѐртв… – сухо проговорил тот и продолжил пинать обездвиженное тело Шинджи. С каждым пинком всѐ больше золы и пепла осыпалось на пол. Тут Сакамото увидел, что пламя, покрывавшее Шинджи, ни капли тому не навредило.

– Э?.. Ээээ?.. – Сакамото не верил своим глазам, потому Казума ему разъяснил:

– Все члены семьи Каннаги, даже те, что из побочной, благословлены огненными духами, которые дают им защиту от огня такого уровня… – после небольшой паузы он добавил, – однако, я – исключение.

– Ух… Ммм… – мычал Шинджи, просыпаясь и оглядывая комнату, удостоверившись, что йома больше нет. – Ты его прикончил? – А ты что, не видел?

– Ты кем себя возомнил? Не фиг играть передо мной белого и пушистого! – Казума изначально знал, что тот всѐ это время был в сознании.

– Так ты заметил? Ну, а что мне надо было делать? Я реально не мог и шелохнуться!

– Плевать мне на твои оправдания, – хладнокровно ответил Казума, повернувшись к тому спиной. Но Шинджи хотел задать ещѐ один вопрос и крикнул вслед удаляющейся фигуре:

– Зачем ты вернулся?

– Да так… Просто захотелось, – небрежно ответил тот. Нотка вызова появилась в глазах Шинджи: – «Просто захотелось»… Думаешь, старейшинам такого ответа хватит?

– Меня только лишили права наследования, а вовсе не изгнали из семьи. Так что мне решать, возвращаться или нет. – Что ты задумал? – Да так… Ничего особенного, – уже резче ответил Казума, пожав плечами.

– Ты решил вернуться в Каннаги?

– Только через мой труп! – разделяя слова, бросил через плечо и, не задерживаясь, покинул помещение.

Разрываемый сомнениями и плохим предчувствием, Шинджи только и мог, что пялиться на уходящего Казуму: – Надо срочно сообщить главе…

Предчувствие Шинджи в некотрой степени ен обмануло его, так как с этого момента началась битва с угрозой уничтожения всей семьи Каннаги.

– Вы слышали? Говорят, что тот самый Казума вернулся в Японию, кроме того, он стал адептом искусства ветра.

– Что? Ну и позор! Наверное, обучиться ветровым техникам легче, чем отобрать конфету у ребѐнка.

– А я слышал, что он зовѐт себя тѐмным магом. Как ни крути, а ведь, чтобы ему стать адептом, как минимум дьяволу душу продать надо. – Ага, скорее всего так и есть.

– А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

В этот день слухи о Казуме разлетались, подобно шторму. И только один из старейшин (в семье Каннаги старейшинами считаются те, кто прекратил активную деятельность и только наставляет молодое поколение и помогает опытом) после получения отчѐта Шинджи воздержался от бессмысленной болтовни и накапливания кома чуши о Казуме.

В то время, как Шинджи находился под наказанием за провал, ком слухов постепенно превращался в натоящую лавину, чем и наслаждались старейшины, зачинщики всей этой кутерьмы, так как все они, не считая до безобразия серьѐзных индивидов, медленно помирали от скуки и лени.

Когда им делать было нечего, все силы пускались на болтовню, интриги и другие подобные развлечения. Конечно, они не могли упустить такую соблазнительную информацию, как возвращение Казумы. Каждый из них приплясывал в душе, надев маску серьѐзности, выслушивая отчѐт Шинджи и, как только покончили с решением о его наказании за провал задания, тут же повернулись друг к другу со сверкающими глазами:

– О, а вы знали, что… – в таком состоянии вряд ли их можно было назвать старейшинами, управляющими всем кланом.

Буквально за час во всѐм поместье о возвращении Казумы знали даже мыши. А от прислуги новость разлетелась и за пределы семьи Каннаги. При этом почти никто не знал истинное положение вещей, что старейшин не беспокоило, так как пока им интересно, то плевать, что будет потом.

Таким образом, новость о возвращении Казумы превратилась в нечто, о чѐм Шинджи даже не задумывался, например: – Казума вернулся тѐмным магом!

– Казума был убит и в секрете похоронен на заднем дворе.

– Казума сразился с Шинджи на задании и убил его.

– Казума заключил контракт со злыми духами ветра.

Хоть частички правды таились между строк, но никто даже не старался их выудить, и, естественно, совершенно никто не боялся мести Казумы.

Но суть одна – Казума, родившийся в главной семье, оставивший все свои таланты в утробе матери, признанный негодным, нашѐл подвластную ему силу. Вот над этими фактами никто не смеялся, хотя, были и исключения. Одним из них был глава семьи, Каннаги Джуго. За ужином во время беседы, услышав кое-что из слухов, он проявил интерес:

– Ого? Значит, Казума выбрал искусство ветра? А ты знал об этом, Генма? – спорсил он своего рядом сидящего двоюродного брата. Тот улыбнулся так, что была видна тень ненависти:

– Ага… – ответил Генма. Слух достиг его ушей тоже, потому он ни капли не удивился, однако одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что новости эти для него далеко не радостные, так как он скривился, будто жевал таракана и крепко сжал кулак. Его выражение лица можно было бы описать такими мыслями:

– Появись этот Казума передо мной – удавил бы собственными руками!

– Позор.

– Что в этом позорного? – спокойно ответил Джуго и отдал приказ рядом стоявшему слуге. – Хочу знать все подробности. Приведи сюда Шинджи.

– Как прикажете.

Шинджи, как только появился, тут же упал в поклоне так, что разбил лоб до крови. Он был жутко напряжѐн. Холодный пот стекал с него ручьями, а дыхание было прерывистым.

Разница в статусе между главной и побочной ветвями семьи была налицо. Побочная семья и думать не смела о том, чтобы отколоться, не говоря уже о революции. При этом тут ни при чѐм был ни социальный статус, ни вековые традиции. Всѐ решала беспрецендентная разница в силе. В случае революции такие мастера огненных искусств, как Генма или Джуго были способны уничтожить всю побочную ветвь семьи одним движением пальца, потому ни у кого не возникало мысли о том, чтобы даже думать об этом.

Исходя из таких фактов, напряжение Шинджи было вполне понятным, ведь он находился лицом к лицу с Джуго, который был подобен богу, а потому следовало следить не только за языком, но и за каждым своим движением.

– Прекрати пресмыкаться. Подними голову, – дружелюбно проговорил Джуго, однако Шинджи не мог заставить себя говорить, смотря в глаза главе семьи, потому он, хоть и поднял голову, но глазами уставился в пол.

– Покорно благодарю за честь отчитываться непосредственно перед Вами.

– … Ясно… – сказал Джуго по завершению отчѐта и на некоторое время замолчал. – … Ясно, – будто подтверждая предыдущую фразу, он повторился.

Он закрыл глаза, возвращаясь к тому времени, когда его двоюродный племянник покинул семью 4 года назад.

– Бедный ребѐнок …

Родись Казума в любой другой семье, его бы наверняка называли гением – острый ум, превосходные рефлексы, большой талант в боевых искусствах… во всех, кроме одного – искусстве управления огнѐм. Однако эта способность являлась важнейшей в семье Каннаги. В чѐм бы ещѐ ты ни был хорош, если ты не можешь управлять огнѐм, то ты – бездарь. Потому Казума более не являлся истинным членом семьи Каннаги.

– Но всѐ же , – думал Джуго, – почему ты не попросил меня о помощи , Казума ? Вовсе не обязательно было уходить из семьи . Я бы точно нашѐл тебе тут место , что бы там ни говорил Генма , хоть ты и не мог управлять огнѐм , я бы точно нашѐл остальным твоим талантам применение , но ты …

Джуго посмотрел на свою искусственную ногу из пластика и металла: – Не случись того несчастного случая , не ускорь мы церемонию преемничества ,

интересно , остался бы с нами Казума ?

Но уже было слишком поздно. Казума уже отказался от своей фамилии и покинул Японию. Вот так-то… Прошлое уже не изменить…

– … Глава? – чей-то голос вернул его назад с воспоминаний. Оглянувшись, он понял, что какое-то время в комнате стоит неловкое молчание. Но это не удивительно, так как каждый из них однажды унижал и порицал Казуму. Но тот, кто лично выгнал Казуму оставался совершенно спокойным – Генма, не меняя выражения лица, заговорил:

– Глава, Казума давно уже не часть семьи, не стоит о нѐм беспокоиться.

– Генма, он же твой собственный сын…

– У меня только один сын – Рен, – хладнокровно проговорил Генма. Джуго не хотел начинать спор, поэтому решил ответить максимально нейтральными словами:

– Ну, и ладно. В конце концов, Казума весьма успешно освоил искусство ветра. Может, покинуть семью для него было лучше всего… Или, быть может, стоило отдать его под твою опеку, Хьюэ, и он стал бы одним из сильнейших?

– Возможно, – тихо ответил Хьюэ, глава клана Фуга, сидящий ниже.

И снова Генма ворвался в разговор:

– Как все мы знаем, искусство ветра слабее огненного. Максимум, на что способны его адепты – ассистировать тем, кто использует огненные техники, а потому, даже зная мы о таланте Казумы к ветровому искусству, и отдай мы его в руки клана Фуга или им подобным, его бы всѐ равно пришлось бы лишить права наследования.

Жуткая гримаса унижения исказила лицо Хьюэ, слыша, как его клан публично оскорбляют, онако на него всѐ равно никто внимания не обращал. В семье Каннаги, где больше всего ценили боевую мощь, люди клана Фуга, которые способны были лишь в разведке и ассистировании, считались бойцами низкого класса. Генма вовсе никого не провоцировал, а просто говорил то, что считалось само собой разумеющимся в семье Каннаги.

– … Давайте прекратим этот разговор, иначе не сможем насладиться ужином. После таких слов Джуго все заметно расслабились, последовали активные

разговоры и шутки и атмосфера разрядилась.

И в этом шумном застолье никто не заметил злой взгляд Хьюэ, бормочущего себе под нос:

– Я этого так не оставлю, Генма, я не забуду этого унижения…

– Каннаги… хотя нет, Ягами Казума… Довольно в подходящее время он вернулся!

– Хо-хо-хо… – раздавался громкий смех в тѐмной комнате, в которую не проникало ни оного лучика света. – И?

– Да. Слушайте и трепещите! Наконец, наше время настало! Наконец, прекратится 300-летняя история унижений! Пришло время вернуть нашу былую мощь и отомстить обидчикам!

– Оооооооо!..

Внутри все оживились, но никто не кричал, боясь быть обнаруженными. Они даже за дыханием следили в этой тѐмной закрытой комнате.

– Когда вы об этом догадаетесь, чѐртовы Каннаги, мы уже уничтожим вас, не оставив ни одной живой души! Ку-ку-ку…* – раздавался тихий низкий голос, достигая только ушей тех, кто был внутри.

– Аааааааа! Что… что ты творишь такое?

В тот же день, поздно ночью раздавался полный ужаса крик Шинджи. Рядом с ним лежали две свежесрубленные головы, недалеко от них – два обезглавленных тела, а над ними стоял он… человек? Шинджи не мог сказать наверняка. На первый взгляд, он ничем от человека не отличался, но его аура была жуткой, совершенно нечеловеческой. Оба трупа 30 секунд назад были живыми. Они в мгновение ока попали в барьер нападавшего и, не получив и шанса на сопротивление, были убиты. При этом нападавший даже пальцем не пошевелил.

Шинджи был свидетелем того, как невидимые лезвия отсекли головы, будто цветы чертополоха, хотя, скорее, его заставили быть свидетелем. Не смотря на огромную разницу в силе, он всѐ ещѐ был жив, но вовсе не из-за рефлексов или везения. Шинджи, как никто другой, понимал это. С ним игрались, как кошка с мышью. Этот демон в человеческом обличии наслаждался смесью страха и отчаяния Шинджи. Он не убивал его быстро, наслаждаясь эмоциональной агонией.

– За что? Что я такого сделал?..

Это нечто не ответило. Оно медленно приближалось, при этом не делая ни единого шага. Оно молча надвигалось вместе со своим невидимым мечом. Ни единого звука не было им сотворено даже после срубания голов тех двоих, что даже не поняли, что убиты, так как всѐ ещѐ сохраняли пьяные ухмылки на лицах.

Шинджи знал только одного, кто был способен на такое. Он его только вчера встретил. При этом у него определѐнно был мотив. Будучи от страха неспособным вымолвить ни слова, он изо всех сил напряг горло, когда из него наконец вышли высокие звуки, перешедшие в его нормальный голос:

*ку-ку-ку - зловещий смех (отныне и впредь будет так писаться). В этой книге будет множество разных видов смеха. Иногда – общепринятые виды, как этот, но иногда и другие, уникальные и даже слабо понятные. Развивайте воображение, господа читатели!

14

– Ка… Казума? Ты же Казума, да? Извини! Прости меня! Я виноват! Извини, пожалуйста! Прости меня, молююююю!..

В ответ последовал взмах лезвия ветра, которым была отрублена рука в плече. Этот меч, состоящий из плотного скопления духовной энергии, разрезал плоть и кости, будто горячий нож режет масло.

– Аааааааааааааааааааааа! – крича, Шинджи бросил все свои жизненные силы на одну единственную атаку. Эта невероятная концентрация дала ему максимально возможную для него силу впервые за 25 лет.

Это нечто загорелось золотым огнѐм, тем самым, который способен уничтожить любого демона – высший уровень очищения. Этот самый огонь освещал всѐ вокруг.

– Фух… похоже, у меня…

Внезапно это нечто начало двигаться. Полное надежды лицо Шинджи застыло в ужасе. Это нечто одной рукой схватилось за шар золотого огня, его эпицентр, и одни резким движением. Разорвало его в клочья. Само же оно не имело ни одного ожога ни на теле, ни на одежде.

Оно снова медленно повернулось в сторону Шинджи и стало приближаться. Окутанное зловещим лунным светом, не издавая ни единого звука, оно надвигалось.

Оно было теперь больше похоже на тень, от которой невозможно отвести глаз, будучи очаровнным. Такое ощущение возможно только от чего-либо из мира духов.

– Хее-хе-хе-хе-хе-хе-хееееееее, Хья-ха-ха-ха-ха-ха! А-ха-ха-ха-ха-ха! – внезапно стал смеяться Шинджи неествественным для него смехом. Очевидно, его разум больше не выдерживал такого огромного количества страха. Даже после того, как лезвие ветра разрубило его пополам, он только продолжил смеяться, одновременно булькая кровью.

Это нечто, будто от скуки из-за отсутствия у него реакции, небрежно отрубило ему голову, будто выбрасывая надоевшую игрушку. С глухим звуком третья голова покатилась по земле.

Но нечто было неудовлетворено, поэтому продолжило разрезать тела. В течение нескольких минут они были буквально нашинкованы. Невозможно было отличить, где кусок ноги, а где сердца, невозможно было даже сказать какой кусок от какого тела. Их бы даже мать родная не узнала.

Запах крови и сырого мяса проникло внутрь барьера. Тогда нечто злобно засмеялось и исчезло, будто растворившись в воздухе.

Остались только три головы. Хоть тела были покрошены, головы были совершенно нетронуты. Головы стояли ровной линией, уставившись на ворота. На каждой из них была улыбка, будто говорящая тем, кто войдѐт в ворота: «Добро пожаловать в кошмар!»

Так и началась эта трагедия…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Катастрофа.

– Что ты там копаешься, Хьюэ? Сколько ещё ждать?

– Потерпите ещѐ немного, пожалуйста, – ответил Хьюэ нервно ожидающему его человеку.

Тот закрыл глаза и отошѐл в раздумиях. Хьюэ ощущал пронизывающий ветер. Всѐ вокруг настолько переполнено ки* йома, что казалось, что ветер, пронизывающий и обволакивающий тело, пытается поглотить твою душу. К тому времени, как нашли останки трѐх тел, спустились сумерки. Такой невиданный доселе инцидент потряс всю семью Каннаги – трое прекрасно подготовленных бойцов были убиты, не оказав видимого сопортивления и не успев рефлекторно защититься и поднять тревогу! Для расследования был призван клан Фуга – и вот, Хьюэ собирал ки йома, дабы понять истинную сущность врага.

– Хмм… Это… – сконцентрировавшись, Хьюэ собрал ки йома в руках, не давая ускользнуть ни малейшей частице. Это было жутко холодное ки, бояться владельца которого стоило многим сильным адептам.

– Это работа адепта искусства ветра, кого-то в разы сильнее людей из моего клана Фуга. Он заключил своих жертв в ветровой барьер и убил, – к такому выводу мог прийти не только Хьюэ, но и любой другой адепт просто взглянув на это месиво.

– Это и ежу понятно! Нам надо знать, кто это сделал!

– Для определения подробностей мне надо больше времени, – сквозь зубы ответил Хьюэ.

– Так поторопись, ѐлки-палки. Ты и весь твой клан просто…

– А ну, тихо все! – раздался злой голос Джуго, который мгновенно сменился на обыкновенный. – Вот оно как, значит? Хорошая работа Хьюэ, можешь быть свободным… и кстати, как там у Рюйи со здоровьем?

Хьюэ слегка опешил, так как не ожидал, что глава поинтересуется здоровьем его сына и сказал:

– А… ему потихоньку становится лучше, но всѐ равно нельзя напрягаться. Мне за такое очень стыдно, но похоже, что он не сможет принести какую-либо пользу семье Каннаги.

– Ничего не поделаешь – его же болезнь свалила, так что в этом нет ни его, ни твоей вины. Пусть просто выздоравливает.

Хьюэ низко поклонился в знак благодарности за тѐплые слова:

– Так точно… премного Вам благодарен. За сим я удаляюсь. Я дам все необходимые инструкции людям моего клана.

– Отлично. Буду ждать подробностей, Хьюэ.

Глава клана Фуга снова тихо поклонился и ушѐл.

*ки – внутренняя энергия, которую адепты и мастера боевых искусств используют для выполнения различных техник.

Врагом был некий адепт ветровых искусств, имеющий мотивы нападать на Каннаги. Естественно, каждый думал лишь об одном индивиде, соответсвующим этим параметрам, который «совершенно случайно» недавно вернулся в Японию.

– Это Казума! Он каким-то образом заполучил силы для мести семье Каннаги! Товарищи! Соклановцы! Найдѐм же этого предателя и уничтожим, пока он ещѐ чего не натворил!

Это был предыдущий глава клана – Ёримичи. Хоть он уже дано оставил пост главы, но харизма и навыки лидера никуда не делись. Однако, хоть он об этом не подозревал, весь клан с трудом терпел его выходки.

– Отец, успокойтесь, пожалуйста. У нас нет никаких доказательств причастности Казумы, – остановил Джуго бурную речь Ёримичи.

– Чушь! Никто кроме Казумы не мог такое вытворить?..

– Ёримичи, подержи, пожалуйста, язык за зубами, а то ты мешаешь нам

в разбирательстве, – холодно перебил Ёримичи с его громогласностью Генма, бросив на него полный презрения взгляд.

Генма всем сердцем презирал Ёримичи, так как считал, что у того талант был только на построение козней и распускание слухов. Он никогда не мог принять факта, что тот являлся главой Каннаги и не забывал того факта, что за 30 лет правления Ёримичи семья переживала страшнейший упадок по всем пунктам. И это ещѐ не учитывая то, что этот «глава» так никогда и не смог совладать с фамильным мечом семьи – символом их мощи – потому все 30 лет меч был запечатан глубоко в хранилище, и до тех пор, пока его не унаследовал Джуго, как новый глава.

Однако это всѐ меркло по сравнению с качеством, которое, как считал Генма, было главным – глава должен быть сильнейшим. Именно поэтому он вовсе не ненавидел тепершнего главу, Джуго. Он прекрасно понимал, что ему с ним не сравниться, потому он тренировал своего сына, готовя того к становлению новым главой. Это было не предательство или попытка узурпаторства. Он просто хотел дать своему сыну, Казуме, достаточно силы, чтобы занимать такой пост.

Такое мировззрение совершенно не совпадало с тем, что у Ёримичи, который был ведом жаждой власти, как, по крайней мере, думал Генма. Генма не мог скрыть своих чувств, как бы ни старался, потому открыто унизил Ёримичи, не смотря на то, что тот – его двоюродный дядя.

– Ты решил покрывать Казуму? О… так это и есть твой план? Отпустить Казуму за границу, чтобы тот обучился техникам, способным убить Джуго и Аяно и, в итоге, выдвинуть Рена на посто нового главы? – обвиняюще ткнул Ёримичи на Генму пальцем. Такая идея, как говорится, с лѐгкостью собирала все части пазла в единую картину.

– Такая идея может прийти в голову лишь беспринципному ничтожеству,

– хотелось сказать Генме, но зная, что это лишь спровоцирует ненужный конфликт, сумел сдержаться.

– Отец, прекратите уже! – остановил нарастающую бурю Джуго и приказал увести Ёримичи, – Ёримичи, ты, должно быть утомился за этот катастрофически длинный день – поди одохни.

– Подожди, Джуго! Не доверяй этому Генме! Ты же потом пожалеешь, что меня не послушал! – затихал вдали голос Ёримичи, которого уволокли, подобно мешку картошки.

– Прошу прощения за поведение моего отца, – поклонился Джуго Генме, коснувшись обеими руками татами*.

– Я не обратил внимания на оскорбления. Эксглава так говорит, потому что всей душой беспокоится за будущее Каннаги, – ответил Генма.

Они переглянулись, поняв друг друга без слов, и, обменявшись искренними улбыками, прекратили бесполезные церемонии, чтобы приступить к обсуждению положения вещей.

– Как и сказал эксглава, совпадение приезда Казумы слишком заметно. Надо бы это обсудить.

Генма молчал, не желая обсуждать своего сына.

– Согласится ли Казума прийти к нам и объясниться?

– Если нет – заставим. Хоть он и нашѐл, в чѐм хорош, это не меняет того факта, что он всѐ тот же Казума – двух-трѐх человек будет достаточно.

–… Хорошо. Тогда выбор бойцов на эту миссию поручаю тебе, Генма. Казума нам нужен как можно скорее.

– Ясно, – со спокойным выражением лица, в отличие от других присутствующих, ответил Генма, несмотря на то, что только что получил приказ схватить собственного сына.

– Аяно-сама прибыла!

Серьѐзное выражение лица Джуго смягчилось. Генма же принял энергичное выражение лица со строгим взглядом, смотря на дверь.

– Я дома! – не прошло и секунды с предупреждения, как она уже объявилась собственной персоной, громко раздвинув створки двери, привлекая всеобщее внимание.

– Я вернулась, отец! Э?.. А что у вас тут происходит? – обявившаяся перед толпой молодая девушка тут же заметила напряжѐнную атмосферу. Длинные чѐрные волосы по пояс волнисто двигались вслед за головой, привлекая внимание и подчѐркивая очаровательность красавицы. В одно мгновение всѐ напряжение в комнате сдуло еѐ присутствием. Девушка самим своим появлением благодаря своей духовной энергии очистила все негативные эмоции, вызваные появлением неведомого врага и смертью членов семьи. Все, кто мгновение назад обсуждал трагические события сегодняшнего дня теперь, образно выражаясь, просто слепли от появления чистейшего яркого света. Никто более не испытвал замешательства и дискомфорта.

*Это незавершенная догеза (на татами сидит человек на коленях, руки согнуты в локтях, глаза смотрят по направлению головы, которая смотрит вниз)

Будто под прямыми лучами солнца, исчезли все тени в сердцах присутствующих. В дверях стояла девушка, девушка, способная, подобно свету, рассеивающему тьму, разгонять тѐмную духовную энергию. Это была преемница главы Каннаги, нынешняя владелица Энрайхи* и дочь Джуго – Каннаги Аяно.

– Жду отчѐта, Аяно, – Джуго обращался со своей дочерью, как и с другими подчинѐнными. Он считал, что это лучший способ еѐ воспитания, как следующей главы.

– Прошу меня извинить, – с поклоном сказала Аяно. – Вырвавшийся йома полностью уничтожен.

– Хмм… Славно потрудилась.

Завершив отчѐт, Аяно тут же перешла к предыдущему вопросу, на который до сих пор не получила ответа:

– Так что, собственно, произошло, отец?

– Хмм… Ночью совершенно незаметно были убиты трое членов побочной семьи. Ситуацию можно рассматривать, как серьѐзную катастрофу**

Аяно затихла при мысли, что трое членов еѐ семьи погибли, хоть они и были очень дальними родственниками. Она понимала, что катастрофа была названна серьѐзной не из-за факта смерти троих, а из-за факта, что убиты они были совершенно незаметно.

Хоть это и может показаться бессердечным, но такая еѐ реакция, как 16-летней строгодисциплинированной девушки была неприемлемой.

– Никто не видел преступника? Всѐ известное – то, что это был адепт ветровых искусств?

– Ну, подозреваемый есть… – вынужденный ответить на вопорс дочери, сказал Джуго, – … Казума.

– Это кто?

Горизонтальные морщины на лбу Джуго резко увеличились в количестве в удивлении:

– Разве ты не помнишь имени своего старшего троюродного брата?.. Того, с которым ты принимала бой на церемонии преемничества Энрайхи, фамильного меча Каннаги.

– Старший троюродный брат… Нужели тот самый Казума, что покинул Семью 4 года назад? Разве то можно было назвать боем?

Джуго украдкой глянул на Генму, чтобы узнать, повлияли ли слова Аяно на него каким-либо образом, но снаружи он никак не изменился в лице, хотя невозможно было определить, о чѐм он на самом деле думал.

– Точно! Я слышала, что он покинул страну… и где-то там тренировался… Так он обучался искусству ветра?

– Именно. Недавно он вернулся в Японию и сменил фамилию. Теперь он Ягами Казума. Вчера он встретился с Шинджи на задании и превосходно его выполнил. Похоже, он прошѐл через довольно суровые тренировки за эти 4 года.

*Энрайха – имя огненного меча, где «эн» - огонь.

**следуя общепринятым правилам: инцидент с повреждѐнным имуществом и/или нанесение ранений – авария. Инцидент с одним и более летальными исходами - катастрофа.

– Казума… видимо, нас ненавидит… – отрешѐнно проговорила Аяно, наконец, вспомнив его.

– И такое возможно, – ответил Генма так и не двинув ни единым лицевым мускулом. – Однако, в любом случае мы не можем его просто убить. Если инцидент его рук дело, то ему придѐтся расплатиться за содеянное в полной мере.

– Если?.. – Аяно повернулась к Генме, ища хоть малейший намѐк на его истинные чувства. Тот без колебаний принял еѐ вызов. Теперь двое, тот, кто лишил Казуму преемничества и та, что стала причиной этого, глядели друг на друга чуть ли не не моргая. Первой отвести взгляд пришлось Аяно

– разница в жизненном опыте была налицо. Да даже будь то бой, Аяно сильно сомневалась, что сможет победить, и, бесспорно, силой воли Генма явно еѐ превосходил. Потому она вновь повернулась к Джуго.

– Так что теперь делать? Избавиться от него?

Услышав, как легко его дочь такое произнесла, Джуго немедленно возразил:

– Мы не знаем, он ли это сделал, так что нам сперва надо найти его и поговрить.

– … Ясно…

Возможно, именно из-за огромной силы Энрайхи, которой владеет Аяно, та постоянно все проблемы решает силой, что Джуго хотелось искоренить, обучая еѐ быть гибче и рассудительнее.

– Ты же только с задания – должно быть, устала. На сегодня просто отдохни.

– … Ясно, – пусть и далеко не с радостью, но Аяно подчинилась приказу отца и, поклонившись, удалилась. Своѐ недовольство она показала тем, что, подчиняясь, даже не посмотрела на Джуго.

– … вот ведь упрямица. – пробурчал Джуго, вздохнув. Но даже так, в его тоне трудно было не услышать нотки любви к собственной дочери.

С информационной сетью Каннаги найти Казуму было довольно просто. Уже на следующее утро он был найден без использовании каких-либо изощрѐнных методов, так как он зарегестрировался в отеле на своѐ настоящее имя.

По команде Генмы два адепта были отправлены на поимку.

Юки Шинго и Огами Такея являлись сильнейшими адептами во всей побочной ветви семьи. Они были довольно близкими друзьями, несмотря на совершенно несовместимые характеры. Бесспорно такой дуэт не имел себе равных, не считая главную ветвь семьи.

Генма считал, что для этого дела они были сильнешими козырями. Однако выбор старшего сына семьи Юки было скорее ошибкой, нежели верным выбором, так как тот не имел ни малейшего желания уговаривать Казуму пойти с ними мирно.

– Чѐртов Казума! Я разорву тебя на мелкие кусочки и скажу, что так и было!

– Нам он нужен для допроса, так что он должен хотя бы суметь говорить.

В ожидании отчѐта о местонахождении Казумы они, сами того не подозревая, шли ему прямо навстречу. Естественно, они и не собирались стоять и уговаривать Казуму пройти с ними, но так же и предположить не могли, что будут побеждены.

– Когда уже придѐт отчѐт? – Скоро будет.

Такой ответ не мог их удовлетворить, так как они снова и снова запрашивали один и тот же отчѐт и постоянно получали один и тот же ответ.

– Чем, к чертям, это слабачьѐ из клана Фуга там занимается? Это же свего один Казума – они бы и сами могли его на блюдечке принести, – раздражѐнно заметил Шинго, рассеивая свою жажду мести на клан Фуга.

– Это действительно подозрительно! Они могут оказаться в этом замешанны! – решил поддакнуть Такея, чтобы Шинго не вышел из себя при встрече с Казумой. Как-никак, а причастность Фуга вполне вероятна. Эта идея моментально дала плоды.

Немного подумав о словах Такеи, Шинго зло прошипел сквозь зубы:

– Якорь им в задницу, они же, по идее, более чувствительны! Так какого они так долго?

– Да ладно тебе… Они же просто бедные слабые адепты с минимальными боевыми способностями, а раз они теперь даже в поиске тормозят, то их можно только пожалеть.

– И правда! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Как Такея и просчитал, Шинго совершенно забыл на время о мести Казуме и выволочке адептам из клана Фуга, но самому, слушая этот смех, пришла мысль:

– Всѐ ещѐ не нашли ? – он тоже разнервничался из-за длительного ожидания.

– Приближается. На 12 часов*. Около 500 метров! Похоже, что он ещѐ не заметил, – раздался вдруг ровно между ними голос. Это была техника искусства ветра, позволяющая переносить свой голос, куда необходимо.

– Идѐт! Я не оставлю ему ни одной конечности! Руки, ноги – всѐ сожгу к чертям собачьим! В атаку! – пробормотал себе под нос Шинго. По глазам было видно, что он и правда готов сделать всѐ, что только что декламировал.

*метод указания направления с помощью часовой стрелки. 12 часов – прямо, 3 часа – напрво, 9 – налево, 6 – назад и т.д.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Шинго всѐ бормотал о том, как он собирается стереть Казуму в порошок, о том, как надеялся, что тот хоть немного посопротивляется перед смертью, чтобы Он с Такейей смогли вдоволь насладиться пытками. Он всѐ фантазировал о том, как же причинить Казуме побольше боли.

Такея немного отстранился от Шинго с мыслью: – Так ты, оказывается, настолько опасен…

И так их единство впервые дало большую трещину. Но как раз перед тем, как трещина переросла в пропасть, появился Казума. Он был совершенно спокоен и беззащитен, прогуливаясь по городу. Такея, скривив надменную мину, поприветствовал его:

– Сколько лет, сколько зим, Казума!

– … О, ты же наследник семьи Огами, да? – после паузы для приведения воспоминаний в порядок сказал Казума.

Однако Такея принял эту паузу за шок понимания, что того поджидали в засаде, так как собственное высокомерие ослабило концентрацию Такеи:

– Знаешь, почему мы тут? – властно поинтересовался он, чувствуя полное превосходство, тем самым успокоив немного Шинго, готового в любой момент высвободить огонь.

– Понятия не имею, – совершенно искренне ответил Казума, но тон его был скорее насмешливым, нежели серьѐзным или напуганным. Такое отношение просто бесило Такею настолько, что у того вздулись вены на лбу, но он сумел сдержаться и, успокоившись, объяснил:

– Вчера ночью трое адептов семьи Каннаги были убиты. – Хмм… И? – спросил Казума всѐ тем же тоном. – Они были убиты адептом ветровых искусств.

– …………………………… – ……………………………

Вокруг воцарилась тишина. Лишь тѐплый вечерний ветерок тихо зывывал на углах и между деревьями улицы Тенистой, заставляя красные листья пританцовывать в лучах заходящего солнца. Такую красоту можно было наблюдать лишь в короткий промежуток времени перед началом сумерек.

– ……………

Первым нарушил тишину Казума. Судя по всему, продолжительная тишина не нравилась ему ещѐ больше, чем две пары мужских глаз, прожигающие его взглядом: – И?

– Глава хочет задать тебе несколько вопросов! Следуй за нами!

– Это не я! У вас всѐ? – отрезал Казума, намереваясь уйти. Вдруг он отпрыгнул в сторону. Мгновением позже в месте, где он только что находился пронѐсся огненный шар.

Казума глянул на нападавшего. Шинго закричал громким голосом, подобным оперным певцам:

– Хе-хе-хе, вот оно что… так ты всѐ же не признаешь свою вину? Тогда придѐтся тебя тащить волоком!

В этот же момент алые языки пламени окружили тело Шинго и заладили вечный танец огня, разгораясь. При том, что огонь касался всего его тела, одежда была целой и невредимой. Впервые он достиг такой чистоты пламени. Шинго становился всѐ более радостным и уверенным в победе, пока огонь ползал по его телу, и объявил:

– Раз ты отказываешься отвечать на вопросы, то лишь ухудшаешь своѐ и без того незавидное положение! Я сожгу дотла твои руки и ноги, чтобы легче было тебя нести! Не бойся – я тебя не убью, но сможешь ли ты жить дальше с таким телом? Но об этом тоже не беспокойся! Как только глава окончит допрос, я смилуюсь и буду убивать тебя всего в течение одной недели. За это время ты успеешь раскаяться в своѐм появлении на свет! Именно такое наказание положено убийце Шинджи!

Казума спокойно смотрел на сходящего с ума Шинго, подобно посетителю в террариуме, повернулся к Такее и максимально серьѐзно спросил:

– Значит, теперь Каннаги все вот такие?

– … А… Нет… это… – Такее и правда нечего было ответить. Он считал себя нормальным и потому не хотел, чтобы его ставили на ту же полку, как и это существо рядом с ним, хоть и понимал, что до недавнего веремени был с ним очень близок.

– Шинго всегда восхищался Шинджи. И теперь тебя люто ненавидит за его убийство, вот он при виде тебя и дошѐл до ручки.

– Я же сказал, что это не я.

– Тогда разъясни всѐ, пожалуйста, с главой.

– Я более не член семьи Каннаги. Если у главы есть ко мне дело, то пусть ко мне сам идѐт. Так ему и передай с наилучшими пожеланиями.

– Похоже… переговоры провалились… – он поднял уровень ки, подкрепляя этим свои слова, и стал охватывать своим сознанием танцующих вокруг духов огня.

Температура воздуха поднялась на несколько градусов и, хоть огненные духи всѐ ещѐ не материализовались, но физика окружающего пространства уже начала меняться. В ужасе от такого количества духов огня красные листья опадали и сгорали, не успев коснуться Такеи.

Казума же оставался спокойным, не вынимая рук из карманов куртки и наблюдая за двумя адептами огненных искусств. Не было похоже, чтобы у него было желание противостоять клану Каннаги, хотя двое считали иначе.

– Последний раз предлагаю, Казума, пади ниц! – произнѐс последний ультиматум Такея, на что Казума вытянул вперѐд средний палец в недвузначном жесте и сказал:

– Ты лучше обрати внимание на окружение перед нападением.

– Умри!

– Дурачьѐ.

В момент начала выполнения своих техник оба были уверены в своей победе, так как они были двумя сильнейшими адептами побочной ветви

семьи, атаковавшими одновременно. С какими бы стратегиями ни пытался бы выкрутиться Казума, он был обречѐн перед лицом такой мощи.

Но… Бабах!

Огненный шар в руках Такеи внезапно взорвался. Трудно было поверить, что он взорвался с такой силой. Выйдя из-под контроля Такеи он стал подобен выпущенному из клетки голодному волку без зубов и когтей. А именно, огонь не причинил Такейе никакого вреда, так как тот был, пусть из побочной, но из семьи Каннаги, а вот от ударной волны его защитить было нечему. Ударная волна поразила каждый сантиметр его тела, потому Такея мгновенно потерял сознание.

– Ч … Что ?.. Что это было ?.. Чѐрт подери … Шинго … выживи … прошу …

К сожалению, Шинго тоже потерял сознание с посиневшим, чуть ли не почерневшим, лицом.

Казума вернул руки в карманы своей кожанной куртки и опустил голову, чтобы рассмотреть два бессознательных тела перед ним. Торжественно ухмыльнувшись, он игриво прошѐл мимо них, но остановился, удержав желание сбежать поскорее. Ощутив что-то, он посмотрел на деревья, в ветвях которых никого небыло видно.

– Если собираешься нападать, то пощады не жди.

В то же мгновение одно из деревьев разделилось надвое, но при этом не было слышно звука разрубания. Прятавшийся там адепт искусства ветра свалился с дерева и, совершенно забыв прятаться просто стоял и смотрел на Казуму. Как только Казума развернулся, чтобы уйти, адепт задрожал от страха:

– Мы выманили вот его? Добыча, за которой мы охотились – вот это чудовище?

– Вот уж этот отец! Для такого дела меня одной – с головой. Сколько ни твержу ему изо дня в день – он всѐ не слушает. И когда он, наконец, признает мои способности? Когда, наконец, будет готов на меня положиться?

– Глава бесспорно признаѐт твои способности, юная леди, но, хоть он и глава, также он и твои отец – он просто не может за тебя не беспокоиться,

– пытался успокоить разражѐнную Аяно мужчина средних лет.

Аяно находилась на задании по восстановлению изрядно потрѐпанной

временем печати в храме города Иокогоамы-Ямате. По совершенно случайному совпадению, которое в народе кличут судьбой, печать находилась прямо по соседству с особняком, где Казума недавно практиковал экзорцизм, а сейчас выбивал всю договорѐнную сумму со своего нанимателя до единой копейки. Однако, конечно же, Аяно об этом не знала, а узнать так и не пришлось.

Прибыв на место, Аяно тут же поняла, что печать настолько истрепалась, что уже не подлежит восстанолению, потому решила еѐ уничтожить. Она

одним резким движением сорвала печать, не проверяя ни еѐ мощность, ни содержимое. Одной из еѐ излюбленных фраз было: «Так быстрее».

Никто достаточно не уверенный в своих способностях не сказал бы ничего подобного в такой ситуации, однако те двое, что сопорвождали девушку, прекрасно знали, что такая еѐ уверенность в собственных силах вполне оправдана. И именно из-за этой еѐ уверенности Джуго так сильно о ней беспокоился, что на каждое задание отправлял вместе с ней двух и более человек в качестве телохранителей.

– Только и делает, что читает нотации: «Не смешивай работу и личную жизнь!», «Не становись рабой собственных прихотей!» и так далее. Ему больше заняться нечем, что ли, дядя Масато? – всѐ выпускала накопившееся раздражение Аяно, повернувшись к младшему брату главы семьи Огами, Масато.

– Он же глава Каннаги – у него нет времени на беспокойство о таких тривиальных вещах, как воспитание капризной дочери – рассмеявшись, ответил Масато, улыбка которого делала лицо ещѐ более тощим, чем на самом деле. Будучи членом одной из побочных семей, говорив такое, он явно не думал о последствиях, а Аяно этого то ли не заметила, то ли не обращала внимания.

Его звали Огами Масато. Хоть он и превосходил своего старшего брата по силе и способностям, но не унаследовал пост главы своей семьи, так как не любил всех этих политических махинаций и лицемерия. Он, мягко говоря, сбежал, отправившись в Тибет в отшельничество для тренировок. Вернувшись, его сразу приставили к Аяно а качестве телохранителя из-за высокого о нѐм мнения Джуго. Поэтому с первой же еѐ миссии он был ответственным за защиту.

Аяно нравилась простодушность этого, пусть и дальнего, но родственника. Рядом с ним ей становилось легче и «просторнее», так как все остальные во всей семье Каннаги обращались с ней, как с принцессой. Они обращались друг к другу на «дядя Масато» и «юная леди», при этом на «ты», будто и правда были родными дядей и племянницей.

– Может, это глава задумал не для твоей защиты, а для получения опыта молодым поколенем, как вот Такеши, например, да?.. Такеши?..

– А.. Да… – юный адепт пожирал Аяно полным чуть ли не божественного обожания взглядом. Его родному дяде пришлось много раз назвать его имя, чтобы тот, наконец, обратил внимание.

– Ты что не слышал? Юная леди тебе не экспонат! Прекращай пялиться

и подготовься, так как запечатанное существо вырвется с минуты на минуту.

– Так точно! Понял! Вы, дядя, правы на все сто! Это великая честь – наблюдать как сражается Аяно-сама! – со всеми условностями проговорил Такеши в попытке не упасть лицом в грязь перед Аяно, не прекращая смотреть на Аяно полным восхищения и уважения взглядом. Как-никак, а для поколения Такеши Аяно была подобна богине. Любой бы с превеликой радостью принял задание, на котором можно сблизка увидеть еѐ техники, да и еѐ саму.

– Правда?

– Да! Определѐнно! – бесконечное удовлетворение возможностью поговорить с Аяно клубами невидимого дыма исходило от Такеши. Такое отношение крайне не нравилось Аяно. В таких ситуациях ей казалось, будто она не является человеком, как все остальные, а каким-то невиданным существом, которому не стать близким с людьми. Сколько бы времени и сил она ни тратила на объяснение этой простой истины – всѐ напрасно. Поклонение кому-то настолько его превосходящему было в самом естестве Такеши и не могло контролироваться разумом.

– Да ну тебя… Похоже, пора браться за дело, – почувствовав возрастающее ки йома, Аяно сосредоточилась, повернувшись к главному входу в храм. Мини-юбка еѐ школьной формы затрепетала, будто под бесконечными порывами ветра.

Кстати, чего это она вдруг на задании в школьной форме?

Это было не только для того, чтобы она могла ходить в школу, как и другие обыкновенные юноши и девушки, но и из-за того, что, по мнению Джуго, лучшая форма для школьницы – школьная форма. Также он применил к ней сильнейшие защитные заклинания из известных. Чтобы ткань «дышала» (тогда зимой не холодно, а летом не жарко), всѐ было сшито из шелков высшего качества, а в пространстве между каждой нитью был заключѐн воздух. В результате создание этой формы заняло огромное количество времени и финансов. Не было бы преувеличением назвать еѐ шедевром, что не удивительно, так как вложенных в неѐ денег хватило бы на редкую дорогую машину или фишинебельный особняк.

Но Аяно носила эту одежду не из-за еѐ качеств или стоимости, а благодаря тому, что это был подарок от отца, потому она редко одевалась во что-то другое и почти всегда одевала на задания.

И вот, в этой самой дорогой в мире боевой одежде, Аяно наблюдала за разрушением печати. Глубоко вздохнув она быстро разогрелась и сконцентрировалась на потоке ки в своѐм теле.

Хлоп!

Раздался хлопок – Аяно сложила руки ладонь к ладони, будто в молитве,

и стала их раздвигать. Меж еѐ ладонями появлялась огненная линия, которая в мгновение, как Аяно схватила еѐ правой рукой и горизонтально взмахнула, превратилась в багровый меч. Это был ровный обоюдоострый меч, горящий золотым пламенем, котрое испускало яркий свет, красоту которого просто невозможно описать одиними словами.

Этот меч являлся дорожайшим фамильным сокровищем семьи Каннаги, Энрайха. Он был дарован основателю семьи Каннаги Владыкой Огненных Духов, и с тех пор передавался из поколения в поколения для уничтожения злых духов и другой нечисти.

Аяно подняла меч над головой, позволяя языкам золотого пламени следовать за ним и, хватая его второй рукой, взмахнула, резко остановив точно на уровне глаз – пламя завораживающими взгляд горячо горящими искрами разлетелось во всех направлениях. Это движение повторялось на

тренировках тысячи или, скорее, сотни тысяч раз для достижения такой точности замаха.

Огромная глиняная ваза не выдержала и разлетелась на осколки, но ещѐ до того, как они коснулись земли, белая светящаяся субстанция устремилась на Аяно. Та атаковала это светящееся нечто взмахом сверху вниз. В момент соприкосновения с Энрайхой субстанция издала звук подобный разливающейся на асфальт воде и испарилась.

– Фу, какое липкое… – пожаловалась Аяно, оглядев комнату – всюду налипло беловатое нечто, соединѐнное между стенами длинными свисающими нитями.

Она повернулась ко входу, заметив две светящиеся точки – медленно движущееся существо выдало себя.

– Ох!.. – слегка вскрикнула Аяно от неожиданности, увидев это…

С огромным количеством глаз на восьми ногах, весь покрыт грязной, но ровно торчащей во все стороны то ли шерстью, то ли пухом, издающее противные звуки, вроде «кла-кла», с каждым шагом каждой ноги. Кто бы не опешил при виде такого пукообразного чудища?

– Хмм… земляной паук… Помочь?

– Нет необходимости, – мгновенно отказалась Аяно. Хотя ей была противна сама мысль вступать с этим в прямой контакт, но это чувство необходимо было побороть. Дело было в том, что страх разочаровать своего отца в разы превосходил страх тараканов и, уж тем более, земляных пауков.

– Придите…

Призыв огненных духов не требует каких либо заклинаний или телодвижений. Они просто последовали за мыслью Аяно и стали наполнять собою Энрайху. Пламя на мече засветилось ещѐ ярче, будто соревнуясь с также разгорающимся лезвием. Аяно продолжала призывать огненных духов, находящихся в пределах еѐ восприятия. Джуго не уставал повторять ей: «Не следуй дурному примеру остальных адептов. Нельзя командовать духами – можно лишь получать их помощь, так как они такие же живые существа, как и мы с собственным сознанием и желаниями. Они не любят наглость и высокомерие». Джуго часто напоминал, что духи поддерживают целостность этого мира. Семья Каннаги заключила договор со Владыкой Огненных Духов, согласно которому огненные духи обязуются лишь помогать, но не подчиняться. Потому Аяно прекрасно понимала, что еѐ сила заимствована – дарована лишь для того, чтобы она исправляла или уничтожала все аномалии в порядке мироздания. Потому она никогда не приказывала огненным духам, ведь наличие правильного образа мышления уже само собой гарантирует, что огненные духи откликнутся. Лишь уважая равновесие в мире, не испытывая жажды силы или власти, не опускаясь до гордыни, Аяно всегда призывала огненных духов с такими словами на уме: «Одолжите, пожалуйста, мне свою силу…»

– О… Потрясающе… – Такеши наблюдал, как невероятное количество огненных духов собиралось в теле Аяно. Он был способен лишь на

мизерную часть такого. Впервые он лично созерцал мощь главной семьи, впервые он всецело уразумел разницу в силах.

– Потрясающе, да? – улыбаясь, вторил ему Масато, – как мы ни старайся, нам не достичь такого уровня.

Эти слова влетели в одно ухо Такеши и вылетели из другого – он мог только завороженно смотреть на Аяно.

Аяно с Энрайхой в руках всѐ ещѐ стояла напротив врага:

– Вот незадача… Не вижу, как к нему подобраться… Хоть количество призванных ею огненных духов уже было более чем

достаточно для уничтожения земляного паука, Аяно сомневалась, сможет ли поразить его с такого расстояния, потому и решила использовать древний меч, Энрайху, созданный изначально для ускорения призыва духов, на максимум его возможностей, а именно – разрубить им паука и взорвать с помощью огненных духов изнутри.

– Нда … но тогда из его раны вылетит ещѐ больше этой липкой дряни , а после взрыва куски тела разлетятся вокруг , и на меня в том числе , а если этот паук – самка , то изнутри повалят сотни еѐ мелких детишек … Нет уж … увольте … – одна мысль о таком развитии событий заставила встать дыбом все волосы на теле – так называемая гусиная кожа – и мурашки одной мощной волной пробежались по спине от затылка и до поясницы.

Умей Такеши читать мысли Аяно, его зачарованность ею тут же бы рассеялась.

Земляной паук нашѐл брешь в защите благодаря еѐ замешательству и со звуками «кла-пла-кла-кла-клпла» развернулся на своих длинных ногах и двинулся.

– Сбежать вздумал?

Внезапно из залней части паука вылетела порция белой паутины. Та выставила вперѐд Энрайху, защищаясь. Золотое пламя безжалостно пожирало комок шѐлка, будучи выпущенным Энрайхой, но это также создало преграду, не дающую Аяно приблизиться к врагу. Ей не оставалось другого выбора, кроме как остановиться. Но и терять время она не планировала. Аяно сделала глубокий вдох, успокаиваясь и концентрируясь на потоках своего ки:

– Я не могу позволить водить себя за нос этой мелочи пузатой , а потому уничтожу в ближайшие несколько секунд ! – подняла Аяно Энрайху над головой

и взмахнула сверху вниз, вложив в этот удар всю свою мощь. Чистейшее из возможных и невероятно плотное золотое пламя очищения без следа уничтожило паутину и даже достигло самого паука. Шандарах!

Прогремел взрыв, окружив паука стеной бушующей огненной стихии.

– Го… готовчик?.. – с сомнением и надеждой в голосе пробормотала Аяно, глядя на пламя, но единственное, что там горело, было нечто наподобие кокона белого цвета. Не успела она удивиться, как кокон со звуком «шклябс-шкрюмб» раскрылся и разбил покрывший его слой стекла на кусочки. Из кокона вылазил целый и невредимый земляной паук.

Похоже, паутина содержала в себе некую особую составляющую, не дающую пронизывать себя любой духовной энергии, потому кокон из паутины был подобен барьеру, защищающему паука от очищающей силы золотого огня.

– … Хе-хе… Ха… впечатляет… хо-хо… – похвалила паука Аяно. Она казалась спокойной, но, взглянув поближе, можно было заметить, что по краям лба уже вздулись жилки, доказывающее еѐ раздражение и злость. Она знала, что атаковала не изо всех сил, но вид совершенно невредимого паука после еѐ атаки не мог не выводить еѐ из себя. – Чѐртово насекомое! Возомнило тут о себе!..

В ответ на еѐ ярость вокруг собралось в несколько раз больше огненных духов. Большая часть ещѐ не материализовалась, но такое их количество было эквивалентно извержению вулкана.

– Ну что… Жалеешь уже?.. – на поводу у свей ярости Аяно постепенно теряла здравый смысл, превращаясь в берсерка, трансформируя всю злость и гнев в мощь. Она собирала вокруг себя всѐ более мощных и яростных огненных духов. На этот раз она не собиралась посылать их в одном направлении, а используя свою непоколебимую силу воли направила всех в одну точку.

Держа Энрайху перпендикулярно телу, направление лезвия помогало концентрации в одной точке и направляя духов максимально точно по прямой. Конец лезвия, подобно мушке, следовал каждому движению сбегающего паука. Аяно сделала глубокий вдох и выпустила весь воздух коротким и резким «кийя».

Ввввухххх!

Всего мгновение понадобилось огню, чтобы добраться до тела земляного паука, попав ровно в центр. Это был всего маленький факелок, в котром, однако, были сконцентрированы все огненные духи, успевшие собраться вокруг. Брюхо раздулось и взорвалось сжигая в прах земляного паука раз

и навсегда. В конце не осталось ничего. Каждый кусочек тела паука и каждая порция его йома были полностью очищены, возвращая всему вокруг чистый воздух и энергию, какие и должны быть в храмах.

Если атака снаружи не даѐт результатов – атакуй изнутри. Этот весьма эффективный закон войны звучит довольно просто, но применение его ни на войне, ни в боях такого типа никогда не бывает лѐгким, а в случае контроля такого количества очень сильных огненных духов одной только силой воли – практически невозможно.

Всѐ в мире находится в максимально близких отношениях с духами. Например, живые существа, имеющие воду в телах, не могут жить без существования в них водяных духов. Также любое теплокровное существо подерживает тепло благодаря огненным духам. Хоть йома изначально являются особым видом аномалии, но, материализовавшись, не могут избежать этого закона мироздания.

Однако вне зависимости от обстоятельств, получение контроля над духами в теле какого-либо существа невозможно, так как те духи, которые

отвечают за жизнь и еѐ истоки обладают невероятной силой воли. Каким бы гением ты ни был, контролировать духов такого уровня согласно своим желаниям не представится возможным. Но в этом мире всегда можно найти тех, кто может сутками думать лишь о том, что границы здравого смысла и законов мироздания лишь – для ограниченных балбесов. Но только им может посчастливиться на самом деле переступить через эти границы.

– Вот оно как всѐ получилось, – проговорила Аяно, поняв, что паука взорвали не только еѐ огненные духи, но и те, что были в его теле, поддерживая его жизнь. Она улыбнулась, расслабившись, и развернулась, готовая уйти. – Ну что же, возвращаемся!..

Но сказать «домой» ей так и не довелось. Аяно тупо уставилась на два тела перед ней. Судя по всему, то, что побольше, принадлежало Масато, а то, что слева – Такеши. Вроде, всѐ, как обычно…

Но…

– А где головы?..

Оба стояли ровно. Тот, что повыше держал руки в карманах, а другой сжал кулак у сердца, будучи не состоянии контролировать прущее из него предельное восхищение. Почему-то казалось, что отсутствие у них голов вполне нормально.

Аяно посмотрела под ноги, где лежали два шарообразных предмета, об один из которых Аяно споткнулась и чуть было не у пала, но вовремя удержала равновесие, сев на пол. Она подняла один из предметов, хоть он

и был довольно тяжѐлым, и положила себе на колени. Аяно улыбнулась, почуяв запах крови только что убитого человека, который был одним из немногих, кто ей нравился, который долгое время сражался с ней бок-о-бок. Она обняла его голову и тихо пробомотала:

– Дядина… голова… упала… вот… – грустно улыбнувшись, она поднялась

и попыталась приставить голову к шее Масато, где она должна быть. Думая, что так он сможет воскреснуть, она упрямо старалась поставить еѐ так, чтобы не падала.

Будто издеваясь над ней, невидимые клинки глубоко вошли в тело Масато, разрубая его на сотни или даже тысячи кусков плоти. Сердце уже успело остановиться, потому кровь не брызгала из сотен тончайших разрезов.

Всѐ выглядело невероятно реалистично, не смотря на то, что не было слышно ни капающей крови, ни падающих кусков плоти, ни звуков разрубания и разрезания.

Порыв ветра подхватил куски тела Масато и разнѐс вокруг, будто лепестки цветущего дерева.

Аяно тихо за этим наблюдала. Ляп.

Что-то упало ей на лицо. Девушка инстинктивно попытлась убрать его. Это был ещѐ тѐплый кусок свежесрезанного мяса. Сознание Аяно фильтровало большую часть информации и по чуть-чуть возвращалось, пока она смотрела, что находится в еѐ руке.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Нет… – это была часть тела Масато, хотя вряд ли еѐ мог кто-либо опознать.

– Это всѐ неправда!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! – раздался еѐ крик на всю округу.

– Ку-ку-ку-ку-ку-ку*… – раздался зловещий смех, сотрясая воздух и всѐ нутро, будто на самом деле звучал изнутри тела, но это вовсе не было прямым посылом в мозг Аяно. Просто в этот смех были вложены сильные эмоции, будто он, провоцируя, насмехался над беспомощностью девушки и еѐ неспособностью почувствовать присутствие врага.

Благодаря постоянным тренировкам Аяно приняла боевую позицию даже полностью не опомнившись – на голых инстинктах. Она мгновенно подавила нестерпимую боль, заменив еѐ жаждой крови. Чуть ли ни физически направив весь свой гнев в сторону невидимого врага, она вызывала его на бой:

– Выходи!

Выражение еѐ лица уже превзошло все мыслимые уровни ненависти так, что даже она бы себя не узнала, когда она подяла голову… Оно уже не пряталось. На ветке гиганского дерева было видно человеческий силуэт, который стоял, явно не испытывая ни страха, ни расценивая Аяно, как опасность, держа одну руку в кармане. Из-за недостатка освещения лица небыло видно, но исходящее от него невероятное количество злой ки говорило само за себя: «Это враг».

Аяно взмахнула Энрайхой снизу вверх. Сейчас небыло необходимости собирать силу и концентрироваться на чѐм либо. Всѐ, что надо бло сделать

– это собрать всю жажду убийства в мече и выпустить одним ударом, смешав со своей ки, чтобы огонь Энрайхи достиг врага, располовинив того, и сжѐг дотла.

Оно лѐгким и планым движением увернулось от удара и, паря, приземлилось на крышу. Оно посмотрело на Аяно сверху вниз и плавно взлетело, будто говоря: «Следуй за мной». Очевидно – это была ловушка, но Аяно, не раздумывая, поддалась на эту провокацию:

– Ловушка это или засада – на части разорвусь, но тебя убью! – это был еѐ текущий уровень гнева. Жажда мести переполняла разум и сердце, затмевая взор рациональности.

В небе внезапно появилась ки йома.

– Хм… – посмотрел Казума вверх. Ки йома собиралось в одной точке по частям. Внезапно на огромной скорости от него устремилось лезвие ветра. У Казумы не было времени защищаться, более того, все его усилия ушли на то, чтобы отступить назад, уклонивышись от удара. Лезвие ветра минуло всѐ ещѐ катящегося по земле Казумы и устремилось в сторону лежащих без сознания Шинго и Такеи, разрубив их напополам вместе с адептом искусства ветра у дерева.

*ку-ку-ку – зловещий (иногда злобный или кровожадный) смех.

– Эй! Подожди-ка! – закричал сконфуженный Казума, увидев как ситуация резко изменилась в то, что он никак не ожидал.

– Меня поймали в засаду? – его удивление было вполне обоснованным, так как он впервые не обнаружил врага до того, как тот начал атаку. Кроме того, атакующий использовал духов ветра! Кто бы их не призывал, каким бы сильным мастером искусства ветра он ни был, Казума просто не мог не почувствовать призыв такого количества, никакие техники ветровых искусств не могли быть им не замечены. И это вовсе не вопрос разницы в силах или способностях – это был нерушимый закон. Но только что перед его глазами этот закон был нарушен. Казума выгнал все эти ненужные на данный момент мысли и сконцентрировался на том, что парило вверху.

– Что же это такое?

Нечто очень маленькое, на вид – 2 сантиметра, парило в 20-30 метрах над землѐй с пятью ещѐ более маленькими штучками, растущих из него.

– Чья-то рука?.. Не думаю… Кленовый лист?.. – как бы сильно он ни всматривался, ему мешало ощущение, что это нечто не парит в воздухе, а висит, будто на верѐвке, но, когда глаза привыкли, он понял, что это. Это была человеческая рука. Странная человеческая рука парила в небе. Но эта информация не дала никаких зацепок и не меняла факта, что только что было убито трое человек.

– Ну, для начала надо бы эту штуку победить! – пробормотал себе под нос Казума, когда рука вдруг взмыла ещѐ выше в небо и исчезла.

– Эй! Куда это ты собралась? – этот вопрос Казума задал духам ветра, но те не откликнулись и не сообщили ему место назначения исчезнувшей руки. – Что за чертовщина?

Всѐ вокруг – трупы Шинго и Такеи и их помощника из клана Фуга и способ их убийства – выглядело так, будто это работа Казумы.

– Духи не подчинились контракту? Невозможно! – если бы кто-то рассказал такое Казуме, он бы стал сомневаться в здравости ума собеседника. Потому было очевидно, что это явно не какая-то там тривиальщина, а действительно редчайший случай.

Все духи обладают определѐнными качествами. Догма: бесприкословные законы были созданы ещѐ во время создания мира, а духи подчиняются этим законам для того, чтобы этот мир сохранялся в такой форме, таком состоянии и в этой реальности. Эти законы также нерушимы, как для пчелы нерушимой истиной является, что жить ей надо в улье. Каким бы сильным ни был дух, какой бы силой воли ни обладал, насколько всеобъемлющим разумом бы не владел, он не мог не подчиниться этим законам. Если бы духи могли бы самостоятельно нарушать эти законы, то вся наука была бы бесполезна. В течение нескольких дней мир бы был полностью уничтожен.

Все духи ветра обязаны были подчиняться Казуме, даже те, что заключили контракт с этой штукой. Но они не подчинились…

– Есть исключение…

Казума предположил самое нежелательное развитие собтий исходя из известных фактов:

– Есть кто-то такой же, как я? Быть не может… – признание такой вероятности тут же лишило Казуму энтузиазма в преследовании. Оставалось признать себя очень удачилвым за такую редкую встречу… или неудачливым… Но времени на размышления об этом уже не было, так как Казума почувствовал приближение огромного количества огненных духов.

– Теперь и Ифрит приближается? И когда, чѐрт подери, Япония превратилось в прибежище монстров? – однако то, что он увидел, оказалось вне всяких ожиданий, основанных на ощущениях. Перед ним не Ифрит явился, а молодая девушка с глазами и огнями полными ненависти, собирающая в руках чудовищное количество огненных духов.

– Казумаааааа!!!

Плотность огненных духов в еѐ правой руке уже достигла уровня кристализации. В тот же момент Аяно, будто того и ждала, начала атаку.

Фьюить!

Не задерживаясь ни на мгновение она атаковала отступающего Казуму багровым мечом, который был для Каннаги важнее чего угодно. Тот самый меч, что превратил жизнь Казумы в некое подобие Изначального Хаоса. Увидев божественный меч, который он надеялся больше никогда в жизни не увидеть, Казума прокричал:

– Энрайха? Ты – Аяно?

Ответом ему был очередной рубящий удар мечом. Казума изо всех сил старался объяснить ситуацию переполненной жаждой убийства Аяно:

– Эй-эй! Попридержи-ка коней! Это недоразумение! Это не я их убил!.. Эй… ты вообще слушаешь?

В Казуму один за другим безостановочно устремлялись огненные шары такой высокой температуры, что светились белым, от которых он уклонялся, одновременно пытаясь объясниться.

Аяно была ослеплена гневом и всѐ рациональное мышление остановилось со смертью Масато. У неѐ не было ни времени, ни желания слушать кого бы то ни было, тем более, что перед ней был Казума, который, по словам отца, был под подозрением. Бабах!

– Эй!!!

Огненный шар, от которого Казума, как он считал, уклонился взорвался сразу у него за спиной, перекрывая путь к отступлению. Аяно мгновенно этим воспользовалась, появившись прямо перед ним, уже замахиваясь Энрайхой:

– Месть за дядю!

– !!!

Она нанесла два рубящих удара, которыми собиралась разрубить Казуму, будто стебель бамбука, но тот, уклонившись вбок, словил лезвие у самого конца двумя руками и, заглянув прямо в жутко искажѐнное всепоглощающим гневом и заляпанное кровью лицо Аяно, прокричал:

– Отец… Генма погиб?

Однако, ещѐ не завершив предложения, он понял, что ошибся – хоть Аяно с Генмой, на первый взгляд, имели весьма неплохие отношения, но

она явно не стала бы за него мстить. Тут же в голову пришла мысль о другом человеке из семьи Огами, достаточно близким с Аяно и являющимся ей дядей.

– Его , вроде звали … Бамс! – Ух…

Аяно внезапно сделала выпад головой вверх, нанеся удар в челюсть. Из-за лишних размышлений скорость его рефлексов заметно понизилась, и удар разошѐлся звоном по голове и головокружением. Но он всѐ равно довольно спокойно спросил:

– Огами Масато погиб?

Аяно ещѐ сильнее потемнела в лице и сконцентрировала так много силы в Энрайхе, что его пламя можно было увидеть издалека.

– Похоже , это дало прямопротивоположный эффект … – пожал плечами Казума, разочарованно вздохнув. Сколько бы появившихся у него вопросов он не задал этой сбитой с толку и до чѐртиков разозлѐнной девчушке – всѐ было бы бесполезно. Убить еѐ он не мог, так как еѐ самодур-отец, Джуго, признал бы в нѐм смертельного врага, а этого надо было избежать в любом случае, и вовсе не потому, что Джуго был сильнейшим мастером сильнейшего из кланов, управляющих духами, а потому что Джуго был единственным союзником того «Каннаги Казумы», которым он раньше был. Другими словами – не хотелось его расстраивать.

– Эм… Аяно-чан? Ну… позволь откланяться. Уборку трупов тут оставлю тебе. Спокойной ночки, – мастерски избегая огненные шары и бушующее в нескольких местах пламя, Казума удалился.

– Стой! Стоять, кому говорю!

Повернувшись к Аяно спиной, он подпрыгнул, окружив себя вихрем, подлетел на высоту около десяти метров и исчез.

– Что… куда он?..

Казума парил прямо над ней, пока та интенсивно оглядывалась по сторонам. Казума управлял воздухом, изменяя уровень преломления, что делало его прозрачным, будто он носил костюм-нивидимку. Если бы Аяно присмотрелась получше, то увидела бы характерное для зон, где намного теплее воздух, марево, но, будучи ослеплѐнной жаждой мести и гневом, так ничего и не заметила.

Наблюдать за растерянной Аяно не доставляло особого удовольствия, потому Казума стал думать о своих дальнейших действиях:

– Похоже , что убийца Шинго и Такеи сделал меня козлом отпущения . Если же на меня повесят и убийство Огами Масато , то … начнѐтся моя война против свех каннаги ?.. Хм … интересненько … но вот становиться пешкой в чьей - то там игре не очень приятно … Так что же мне делать ?..

– Хе-хе… Хе-хе-хе… – рассмеялся Казума. Семья Каннаги и загадочный мастер искусства ветра – двое из сильнейших мира сего нацелились на его жизнь. Естественно, тут в сторонке не отсидеться.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Сражение с прошлым

Ночь. Казума стоял в полном одиночестве в тишине парка. Бомжей и других завсегдатаев подобных мест нигде не наблюдалось – видимо, что-то не давало им войти на территорию.

Французский холм. Хоть такое название и звучит довольно мило, но из-за уж слишком густой растительности люди побаивались гулять по нему, особенно в тѐмное время суток, от беды подальше, так что вряд ли его можно было назвать парком.

На вершине этого холма Казума неподвижно стоял, опѐршись спиной о ствол массивного дерева. Его обычная одежда создавала идеальную маскировку так, что даже рядом стоящие люди не заметили бы его. Подобно охотнику в засаде, он выжидал.

– …………………! – он резко открыл расслабленные до сих пор глаза. Всѐ тело дрожало от неожиданного для него самого счастья и страха.

– А вот и он… – пробормотал Казума, чувствуя, как необыкновенно огромное количество тепла направлялось сюда со стороны входа в парк.

Даже адепты с намного менее развитой чувствительностью, чем у Казумы, вряд ли могли спутать этот, ни с чем не сравнимый, источник энергии, освещающий округу, будто летним днѐм. Если представить Аяно тем вечером солнцем, то это было подобно взрыву сверхновой.

Прибывший не показывал и малейшего намерения скрывать своѐ присутствие. Он гордо размеренно вышагивал вперѐд, будто король на процессии. Подойдя к колоннаде, он направил взгляд точно на Казуму, который так и стоял скрытый в тени деревьев:

– …Я что, опоздал?

– Нет… По тебе хоть часы сверяй, – ответил Казума, беспечно выходя на открытую местность.

Точно между ними стоял памятник, посвящѐнный материнской любви. Трудно было сказать, случайно так получилось, или это такой изощрѐнный сарказм Казумы…

– Что ж. Начнѐм, пожалуй, – объявил о начале битвы Казума.

– Значит, ты… не желаешь сесть и поговорить?.. – в небольшом замешательстве спросил «он», хоть и сам понимал, какой последует ответ.

– Позволь ответить тебе своей силой… «отец»!!! – направил а Генму лезвия ветра Казума, на что тот ответил высвобождением огня.

Они оба имели что-то на уме, и для обоих сказать это возможно было только языком силы. Огонь в ветер яростно столкнулись в бушующем диалоге между отцом и сыном после долгой, в 4 года, разлуки.

Поместье было погружено в тишину и только шаги Генмы раздавались, мгновенно утопая в воздухе. Ему казалось, будто находится в заброшенном доме. В это время все члены семьи собрались в резиденции Каннаги, трясущиеся от страха, не смеющие произнести и звука, уповающие на защиту главной ветвью семьи. Однако страхи их были

отнюдь не безосновательными. Сильнейший адепт побочной семьи, Масато, а также Шинго с Такейей, чья объединѐнная мощь достигала даже уровня главной семьи, были убиты один за другим. Страх парализовал их сознания, оставляя лишь мысли: «И что же будет дальше?»

Генма называл их за это трусами, но далеко не каждый обладал подобной ему силой.

– Я припозднился, – поклонился Генма перед дверьми в комнату Джуго и, получив разрешение войти, открыл раздвижную дверь, продолжая кланяться, заходя внутрь. Джуго, не скрывая злости в глазах, ответил:

– …Ты опоздал! – сказал Джуго, не скрывая раздражения и подумал:

– Старый лис, бродишь, где не видно, когда не слышно… – А где, кстати, Аяно? – спросил Генма, будто ничего не заметил.

– Она тут только шум поднимала, вот я еѐ и отослал, – ещѐ более раздражѐнным голосом сказал Джуго, так как ещѐ свежи были воспоминания, как он еѐ успокаивал всего несколько минут назад. Он считал, что она пошла к отелю, где остановился Казума, поглощая яростным пламенем всѐ вокруг.

– Ну, это неудивительно. Всѐ таки, она была так близка с Масато, – равнодушно прокомментировал Генма, что ещѐ больше разозлило Джуго.

– О, не знал, что ты так чуток в этих делах. Надо было мне не отпускать тебя, а поручить успокаивать еѐ.

Несколько минут назад, когда Аяно просто рвала и метала на собрании, Генма хладнокровно встал и вышел, а вернулся только когда криков более не стало слышно. Совершенно естественно, что за такое поведение Джуго на него жутко зол.

– Я раздавал указания нашим людям и узнавал информацию от клана Фуга, – Генма не отчитывался по этим делам сразу так как они не имели никакого отношения к повестке дня. Джуго знал это, потому и прекратил давить на него и сразу вернулся к насущным вопросам:

– Так что ты обо всѐм этом думаешь? Почти весь клан вешает все грехи на Казуму…

– Убить Масато и Такеши так, не дав Аяно этого заметить, затем нарочно выявить себя перед побегом, по пути обнаружить Шинго и Такею, убив их одновременно… Хоть теоретически это и возможно, но вряд ли выполнимо, да и действия не согласованы со всеми временными рамками.

– Рад от тебя такое слышать. Мне уж казалось, что я тут один здравомыслящий.

Услышав такие слова из уст Джуго, который редко позволял себе оскорблять других, будь то прямо или косвенно, Генма ухмыльнулся:

– Это из-за всеобщей сконфуженности. Им проще думать, что Казума вернулся в Японию ради мести, нежели трястись от страха наличия неизвестного врага.

– …Думаешь, Аяно тоже сконфужена?

– Она просто потеряла голову из-за смерти Масато. Вот и вся еѐ беда, – заключил Генма однозначно, так как нельзя было позволить Джуго

беспокоиться о дочери в этот период смуты, какое бы впечатление он ему ни производил.

– Как только узнаем личность врага, можешь злиться и раздражаться, сколько хочешь, – направил Генма свои мысли Джуго, так как сказать такое вслух было бы неуместно.

– Даже так о Казуме не стоит забывать. Как ни посмотри, а его действия вызывают лишь подозрения. Может статься, что он заодно с врагом.

– И такое возможно. Будь он непричастен, то пришѐл бы и объяснился. Не думаю, что он боится, мы убьѐм его даже не выслушав. Ты – ещѐ куда ни шло, а мне он ещѐ должен доверять.

– Определѐнно, – грустно улыбнулся Генма в ответ. Возразить было нечего, ведь он и правда не совершил ничего, дабы заслужить доверие Казумы. – Однако на данный момент только я способен поймать Казуму.

– …Правда ли Шинго с Такейей убиты Казумой?

– Хоть это пока лишь предположение, но я считаю, что убийца не он… Это, скорее всего, тот, кого видела Аяно. Однако побеждены они были именно Казумой. Судя по следам от лезвий ветра, они были убиты, лѐжа бессознательном состоянии, – спокойно проговорил Генма, что прозвучало хвастовством для Джуго. Но вывод един – Казума обладает силой по меньшей мере равной силе главной семьи.

– Генма, ты выглядишь довольно удовлетворѐнным. Раз так, зачем ты бросил Казуму тогда? – спросил Джуго, наконец, тот вопрос, что держал в себе 4 года. Несмотря на то, что выражение эмоций у Генмы немногим превосходило роботов так, что мало кто мог понять, что тот думает, Джуго понял, что Генма на самом деле любит Казуму.

– Я был рождѐн, как Каннаги, живу, как Каннаги, и умру, как Каннаги. У меня нет права выбирать другой образ жизни… равно как и у моего сына.

– И потому ты забросил его туда, где бы и сам не достал? Чтобы он выбрал свой собственный путь? Но зачем же было оставлять его совершенно одного? Он же мог и умереть с голоду в какой-то канаве у дороги!

– Хм… Что за глупости? Он – мой сын.

– Э-эх… Вот как, значит, – сил продолжать этот разговор у Джуго больше не было, потому он перевѐл его в другое русло. – И что, думаешь, сможешь его победить?

Генма промолчал. Зато он теперь пристально глядел Джуго в глаза, глядел взглядом, который говорил куда убедительнее любых слов: «Я просто не могу проиграть!»

– Ясно. Тогда оставляю это дело тебе. Когда ждать результатов?

– Всѐ должно быть решено сегодня. Если слишком долго возиться с Казумой, враг использует это в свою пользу. Дадим им палец – руку откусят.

– …Ну, тогда я с нетерпением жду твоего отчѐта.

Генма молча обменялся поклонами и беззвучно покинул комнату, направляясь на задержание сына собственными руками.

Казума лениво доедал десерт на 67-м этаже Иокогамской Фарватерной Башне, ближайшей к небу точке на Королевской улице.

Любой ценой Казума планировал пустить на ветер все деньги, заработанные на последнем задании, хоть это скорее было похоже на вымогательство, нежели на работу. Это его желание было одним из садистских методов угнетения его «нанимателя», указывая на ничтожность этих денег. Пока он размышлял о следующей покупке, зазвенел телефон.

Тррррррррррр. Тррррррррррр.

Уставившись на несмолкающий телефон, Казума чертыхнулся:

– Как я мог забыть поставить его в режим автоответчика ? Тррррррррррр.

Под звуки непрекращающегося звонка Казума неторопливо пролистывал

в голове всех, кто мог знать его номер телефона, пытаясь сбежать от реальности, дождавшись, когда на том конце положат трубку.

Тррррррррррр.

– Ааа!! Задолбали! – сдался Казума и нажал на кнопку принятия вызова.

– Кто это? – не скрывая раздражения, грубо выплюнул он в трубку, что, проделав длинный путь по проводам, достигло ушей звонившего.

– Я, – пришѐл ещѐ более грубый и чѐрствый ответ.

Узнав этот голос, Казума тут же пожалел о решении поднять трубку, так как меньше всего в мире он хотел услышать именно тот голос.

– О, господин «Я»? Странное у Вас имя. Мы разве знакомы?

– Прекрати паясничать, – прозвучал высокомерный, как и в былые времена, голос, пресекая попытку Казумы отшутиться и бросить трубку.

Казума сделал глубокий вдох, готовясь к словесной войне с человеком, что в прошлом оставил его на произвол судьбы:

– Сколько лет, сколько зим! Кстати, могу ли я всѐ ещѐ звать тебя «отцом»?

Голос Генмы заставил всплыть болезненные воспоминания.

– Тогда я ещѐ был Казумой Каннаги , и , в плане способностей , – просто жалок . Тогда я не мог противостоять отцу ни словом , ни жестом . Оставалось только следовать его приказам , продолжая усердно тренироваться , хоть он и сам знал , что у меня нет таланта .

– Ты проиграл? – это был риторический вопрос. Сила такого вопроса превзошла все грани злости и разочарования, нанося сокрушительный удар по и так уже сокрушѐнному жалкому неудачнику.

– Ты проиграл какой-то двенадцатилетней девчонке? – повторился вопрос, будто закапывая хладный труп проигравшего.

– Мне… очень… жаль… – слабым голосом выдавил мальчик, плотно прижав голову к татами. Мужчина ему не ответил – только холодно смотрел на трясущегося у него в ногах паренька.

– …Всѐ понятно. Сама идея обучать тебя огненным искусствам уже была ошибочной, – отбросил мужчина все надежды на мальчишку, а тот почему-

то был этому рад. – Отныне тебе больше не нужно тренироваться в огненных искусствах.

Паренѐк, который, по виду, должен был вот-вот потерять сознание, внезапно весь посветлел от счастья. Мужчина же вымолвил решающую фразу:

– Тот, кто неспособен обучаться огненным искусствам, не может быть частью семьи Каннаги.

– Э? – улыбающееся лицо мальчика вдруг застыло, а мужчина продолжал говорить, будто всѐ было в порядке вещей:

– С сегодняшнего дня ты мне более не сын. Убирайся! – …Что?.. От… Отец!..

Мужчина холодно сказал:

– Прочь с глаз моих долой! Живо! – и вышел из комнаты, даже не бросив на паренька последний взгляд.

– Оте… Отец! Пожалуйста, подожди! – мальчишка не мог встать, потому всѐ, что ему оставалось – это рыдать в агонии и безысходности. Он вытянул вперѐд руку, но так и не смог ничего коснуться, но, не сдаваясь, продолжал тянуться этой рукой. – Отец!!!

Мужчина вышел не оборачиваясь. Некому было уже откликнуться на зов мальчика, только что потерявшего всѐ…

– Зови, как хочешь, – этот чѐрствый голос, который оставался бы таким и на смертном одре, вернул Казуму в реальность.

– Как насчѐт «Ген-чан»?

– Зачем ты вернулся в Японию? – проигнорировав издѐвку Казумы, перешѐл сразу к делу Генма.

– Я думаю, младший сын семьи Юки должен был рассказать, что я вернулся просто так – по прихоти. Или ты не слышал его?

– …Сдавайся! Ещѐ не поздно!

– Вы, ребята, похоже, меня за маньяка считаете. Я приехал сюда не в поисках проблем с Каннаги, но если вы ко мне в дверь постучитесь, то не ждите пощады.

Разговор был скорее двумя монологами, нежели диалогом, так как под диалогом подразумевается разговор двоих, что понимают друг друга или, хотя бы, стараются понять, но эти двое не то, что не хотели понять друг друга, но, видимо, даже не слушали собеседника.

– Думаешь, сможешь победить в войне против Каннаги?

– Не узнаешь, пока не попробуешь, согласен?

Казума понял, что более не боится Генмы, как в прошлом. И теперь, в этой гигантской массе высокомерия он чувствовал то тепло, что не чуял ранее из-за страха.

– Ох уж этот упрямый старик. Он ведь так и не изменился… Казума полностью прекратил слушать Генму, утопая в блаженстве

новых неопознанных эмоций.

– Казума, ты меня вообще слышишь? – повысил голос Генма. Четыре года назад Казума скорее всего бы прижимался к трубке, моля о

прощении, так как их отношения строились на абсолютном подчинении абсолютным приказам.

– Э? А, да, конечно, я слушаю. Так о чѐм ты там? Из трубки донѐсся глубокий вздох Генмы со словами:

– Надо встретиться. Я сейчас иду к тебе. Дождѐшься? – Отличный шанс , – Казуме необходимо было уточнить одну последнюю деталь ещѐ с тех пор, как он услышал отцовский голос спустя 4 года. –

Теперь я уж точно узнаю , превзошѐл я его или нет … Стал ли я сильнее того , кто во всѐм меня превосходил 4 года назад ? Любой ценой я должен узнать ответ .

– Нет. Сейчас неподходящее время, – Казума, не теряя наглого стиля разговора, продолжал расширять горизонт познанных им эмоций, – сегодня в полночь на Французском холме.

– Что за глупое время встречи? Парк уже будет давно закрыт.

– Значит, нам никто не помешает, верно? – резко изменив тон на серьѐзный, сказал Казума.

– Значит, ты так сильно хочешь меня убить… Что ж, я принимаю твой вызов.

– Генма считал меня бракованным продуктом , но он не сдерживался , наказывая меня .

– Я понимаю, за кого ты меня принимал 4 года назад, но я уже не тот мелкий пацанѐнок. Мной уже так просто не покомандуешь.

– …Глупое дитя. Ну, что же. Я покажу тебе твой предел, – также высокомерно ответил Генма. Хоть он и понимал, что сын его неправильно понял, но просто не мог ответить иначе.

– Буду ждать с нетерпением, «отец».

Попрощавшись, весь в предвкушении, Казума положил трубку. Он мгновенно выключил телефон и швырнул его на стол, однако тот пролетел мимо и бухнулся на пол. Смотря на сильно дрожащую так сильно руку, что невозможно было контролировать силу броска, Казума грустно улыбнулся, совершенно не стыдясь такого состояния.

– Ну , да . Естественно , мне страшно . Как - никак , я собираюсь драться с сильнейшим мастером в семье Каннаги , – он крепко сжал кулак, будто пытаясь раздавить рукой свой страх. – как бы ни было страшно , бегство – не вариант . Чтобы полностью избавиться от уз с Каннаги и уничтожить старого себя , мне необходимо выполнить этот ритуал – превзойти отца в бою – победить его , так как он – символ моего прошлого .

Он вовсе не ненавидел Генму. Как раз наоборот – считал упрямство старика довольно приятной.

– Но одно к другому не относится. В этом деле я не имею права на провал.

Дрожь прекратилась. Подняв решимость до уровня сильнее страха, он, сжав левый кулак, пробормотал:

– Я не сбегу и не спрячусь, но и сдерживаться не стану… отец.

Призванное Генмой пламя поглотило и расщепило лезвия ветра Казумы. – …Только что… ты разве что-то сделал?

Всѐ тело Генмы было окутано золотым пламенем, делая его похожим на снизошедшего на землю Бога. Такая всепревосходящая мощь избавляла любого от желания сопротивляться. Само ощущение присутствия этого человека, Каннаги Генмы, могло заставить сдаться практически любого врага. Он воистину имел право называть воплощением божества.

– …Это только начало! – прокричал Казума, будто поддерживая самого себя, отступая на несколько шагов и вновь создавая клинки из ветра.

Около сотни лезвий ветра стремительно направлялись точно на Генму со всех сторон. Однако они не обрушились на Генму одновременно. Каждый из них имел свою траекторию и свою скорость, вызывая у наблюдателя замешательство.

– Хммм… – спокойно рассматривал Генма лезвия. Как бы он ни двигался, от такой атаки увернуться невозможно. Однако, заметив, что каждый из клинков в отдельности был не сильнее тех, что он отразил ранее, Генма просто продолжил стоять, ничего не предпринимая. А когда атака достигла его, то просто испарилась.

– Быть не может… – увидев эту огромную разницу в силе, Казума потерял дар речи.

Генма же неторопливо наблюдал за его выражением лица:

– Это же не вся твоя сила, да? У меня нет времени на игры, так что давай уже – заканчивай! – продекламировал своѐ мнение Генма и стал резко усиливать мощь огня, подобно скорости распространения взрыва.

Несколько столбов огня с рѐвом рванулись на Казуму. Они были в форме то ли змеи, то ли дракона – материализованная форма огня с такой ужасающей мощью! Атак Генмы была подобна взгляду опаснейшей змеи на планете.

Пытаясь контролировать трясущееся от страха тело, Казума прыжком взмыл в воздух. В одно мгновение место, где он только что стоял было поглощено пастью дракона. Хоть он и сбежал от основного удара, но из эпицентра во все стороны струились беснующиеся огни. Хоть они были маленькими, но факт оставался фактом, что их контролировал Генма, то есть концентрация огненных духов в каждом зашкаливала за все мыслимые пределы так, что любой из этих мелких язычков мог сжечь что угодно дотла в мгновение ока.

Казума всеми силами уклонялся от них. Он использовал потоки ветра как для оценки ситуации по всем сторонам и направлениям, так и для опоры, синхронизируясь с духами ветра вокруг. Он с максимальной точностью уклонялся от пляшущих огней, сбивая некоторые ветром. Принять на себя все огни не казалось возможным, так как Казума не знал истинной разницы в силах побочной и главной семей, поэтому не был уверен, что его ветровой барьер выдержит натиск такого уровня даже одну секунду.

– Ну, не то, чтобы я не мог это попробовать, но сейчас не та ситуация.

Сбежав от этого огненного шторма, Казума спокойно выжидал удобного момента для атаки. Учитывая истинную силу Генмы, даже блокирование всех этих огней не впечатлило бы того.

– О, так ты увернулся? – Генма взмахнул рукой, затушив все огни. Вокруг не было и следа предыдущей атаки. Ни один листик, ни одна травинка или насекомое не были повреждены.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Сжигать лишь цель и ничего другого? Непростой, наверное, приѐмчик. Чем выше уровень мастерства в огненных искусствах, тем легче

контролировать огненных духов и их пламя. Возможно даже обходить законы физики, например, заставлять огонь гореть на воде, не давай той кипеть или сжигать лишь определѐнные места, не трогая остальные.

– То же и тебе в ответ. По сути, эта атака должна была тебя убить… Но, похоже, я слишком сдерживался, так как недооценил тебя. Похоже, ты достоин со мной сражаться, – с почтительной улыбкой хвалил Генма своего сына. Но тот лишь почесал нос и горько улыбнулся в ответ:

– Это… Эммм… Вообще-то, не стоит быть настолько уж серьѐзным, я ведь бракованный продукт, как-никак. Может, расслабишься немного?

Генма проигнорировал бессмысленный лепет Казумы и стал концентрироваться, интенсивно набирая всѐ больше мощи

– Я всѐ чѐтко вижу … – в отличии от предыдущей беспечности, Казума пристально наблюдал за Генмой, одновременно мобилизируя все свои силы, готовясь к атаке. Шанс будет только один, потому права на ошибку не было.

– Смотри, не умри, Казума, – Генма не собирался убивать Казуму, равно как и забывать о цели – его поимке, потому он высвободил достаточно силы, чтобы поразить его, но оставить еле живым.

– Сейчас ! Бабах!

Огни, появившиеся перед Генмой, внезапно прогремели взрывом. Взрывная волна разошлась во все стороны, опрокинув скамейки и урны и сломав все близстоящие фонари.

– Получилось?..

Генма всѐ ещѐ был окружѐн огнями. Хоть результата пока не было видно, но было заметно, что вокруг него все движимые предметы сметены без следа.

– Хоть это был и не упреждающий удар, но он явно должен был получить хоть какие-то повреждения!

Как только огонь утих, видимость прояснилась, и Казума увидел… – Значит, это был твой козырь в рукаве?

…Генма стоял в той же позе без единой царапинки. Даже на пальто не было ни пылинки. Он спокойно посмотрел на Казуму:

– А я-то думал, что ты вырос за эти 4 года… Значит, ты стал сильнее только благодаря вот таким дешѐвым трюкам? Какое разочарование, – его слова были не менее болезненными сейчас, чем в прошлом. Будто он всѐ также свысока смотрел на Казуму со словами: «Такой отброс мне ни к чему».

– Хватит чушь нести… – прошипел Казума сквозь зубы, сжимая кулаки и дрожа, пока сцены из прошлого мелькали перед его глазами одна за другой. Он был доведен до ручки.

– Чушь собачья! Разочарование? Да ты с самого начала ничего от меня не ждал! Думаешь, имеешь право ожидать что-либо сейчас? Тогда ты

выбросил мен… – кричал Казума, разрываемый болью в сердце из-за застарелых ран, отреагировавших на оскорбления Генмы.

– Заткнись! – холодно перебил тот юношу, погрузившегося в болезненные воспоминания, – раскричался тут. Потом я дам тебе вволю накричаться, а сейчас у тебя два выбора – пойти со мной или быть мною уволоченным.

– Ни то, ни другое! – недолго думая ответил Казума. Он уже успел успокоиться, ведь, как-никак, он уже не был тем сопляком, что ревел не переставая из-за того, что его бросил отец. – Ты! Лишь ты будешь побеждѐнным! Уж лучше смерть, чем проигрыш тебе!

– Так ты всѐ ещѐ думаешь, что можешь меня победить? Без этих дешѐвых трюков тебе даже с Шинго и Такейей не справиться!

– О, так ты заметил? – пожал плечами Казума, будто нагло говоря: «Ну,

и что из этого?»

– Присмотревшись к трупам, это легко понять. Это была манипуляция кислородом в воздухе. Если техника выполнена незаметно, то она определѐнно эффективна против второсортных адептов и ниже, – Генма полностью разгадал этот трюк – Казума просто переместил весь кислород вокруг Шинго к Такейе за мгновение до того, как те собирались активировать свои огненные техники. Резкое повышение концентрации кислорода вывело огни Такейи из-под контроля и инициировало взрыв, при этом Шинго потерял сознание от недостатка кислорода, так как его пламя сожгло его остававшиеся крохи. Эту технику Казума специально разработал против адептов огненных искусств, которая работает ещѐ эффективнее, когда противников двое, как говорится, двух зайцев одним выстрелом. Однако, как Генма и сказал, такое может сработать только благодаря эффекту неожиданности, ведь адепты огненных искусств способны преступать законы физики – поддержание огня без использования кислорода – это основы.

– Так и быть. Раз так упрямо ты решил драться, я покажу тебе истинную сущность неодолимой мощи! – поднял до максимума уровень ки Генма. Аура лазурной духовной энергии теперь окружала его тело, окрашивая огненных духов вокруг в свой цвет одного за другим. Духи, окрашенные в цвет его ки, трансформировались из золотого в лазурное пламя, светясь голубовато-прозрачным чистейшим огнѐм.

Казума в восхищении наблюдал за лазурным пламенем. Несколько раз сглотнув, он хрипло пробормотал:

– Так вот оно какое, лазурное пламя Каннаги Генмы… Впервые его вижу…

Огонь семьи Каннаги был очистительным огнѐм… и сильнейшим из них являлся золотой. Это – неоспоримая истина. Однако изредка рождаются гении, способные превзойти этот уровень. Так называемое «божественное пламя» – неодолимая огненная мощь, подвластная лишь избранным. Добавлять цвет своего ки пламени оказались способны лишь 11 человек за последнюю тысячу лет. Из них за последние 200 лет только двое обладали

такой способностью – Генма – лазурным* пламенем и Джуго – аметистовым**.

*лазурь – цвет чистого неба и прозрачной солѐной океанической воды. Минерал – азурит, он же – синий малахит

В версии с изображениями тут находится картинка.

**аметист - минерал

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Хорошенько присмотрись. Никакие дешѐвые трюки не подействуют против этой силы.

– О… Бесспорно, выглядит так, будто трюки бесполезны.

Эта фраза показалась Генме объявлением проигрыша, что немного повлияло на его концентрацию, однако Казума завершил фразу словами:

– Ну, пора, значит, и мне стать посерьѐзнее! – поднял он правую руку к небу.

– Это звучит, будто… – Генма не закончил. С невероятной скоростью в руке Казумы собирались многочисленные духи ветра. Генма не мог отвести глаз. – Как… быть не может… – выговорил он шокировано. Впервые Генма понял, что недооценил силы своего сына – Казума был не просто достойным с ним сразиться, вполне вероятно было, что Генма мог проиграть даже сражаясь в полную мощь. Генма застыл в шоке всего на несколько секунд, но это были именно те секунды, что были необходимы Казуме. Генма, очнувшись, начал призыв, но Казума прокричал:

– Бесполезно! Моя скорость призыва выше!

На самом деле, Казума не был уверен в том, что сильнее Генмы. Он знал, что по мощности атаки огненные духи намного превосходят духов всех остальных элементов, потому, при сражении двух адептов с примерно одинаковым уровнем силы и мастерства, адепт огненных искусств определѐнно победил бы. Потому для адепта ветровых искусств для победы надо было просто не позволить адепту огненных атаковать в полную силу. По скорости духи ветра превосходят духов огня, поэтому, если адепт ветровых искусств начал призыв первым, у него есть шанс атаковать первым, собрав достаточно силы. Для этого Казума и выжидал момента. Он притворился слабым поначалу, чтобы показать свою истинную силу, в критический момент. Многие назвали бы это низким поступком, но в словаре Казумы отсутствовало слово «справедливость». Его кредом было: «Победитель всегда прав, вне зависимости от методов, приведших к победе».

Казума уже знал, что победа у него в руках, так как он собрал уже более чем достаточно сил для удара. Оставалось только его нанести.

– Я сохраню тебе жизнь! Скажи спасибо!

Подобно огромному тайфуну, сжатому в десять тысяч раз, бешенная атака чуть ли не бесконечного количества лезвий ветра обрушилась на Генмы, разрывая лазурное пламя на мелкие кусочки.

– Агх… АААААААААААААААА!!!

Но неистовые порывы ветра не утихали. Достигнув плоти Генмы, они впивались в неѐ, подобно голодным волкам. Они были настолько быстрыми и острыми, что жертве не было даже дано время почувствовать боль. Лишь холод ветра проникающего в плоть успел почувствовать Генма, прежде чем его сознание погрузилось в темноту.

– …………………………… – Казума безэмоционально глядел на тело отца, лежащее на земле и истекающее кровью отовсюду. Генма лежал весь в крови, будто мѐртвый.

– !.. – Казума, опустил голову. Его плечи затряслись, передавая дрожь по всему телу, прежде чем он наконец взорвался в удовлетворѐнном хохоте, – …Хо… Ха… Ха-ха… Ха… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Превосходно! Я победил! Будешь знать теперь, насколько я силѐн! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха… Ха-ха-ха… ха-ха… ха…

Казума, наполнив пустующий парк своим громким смехом, быстро успокоился, обессилено рухнув на пол. Он тревожно поглядел в небо.

…Но одиноко светящая луна ответила ему молчанием.

– Я победил… Что теперь… Цуи Лин… Что… мне теперь делать?..

Никто ему не ответил. Лишь луна тихо освещала всѐ вокруг серебром.

Примерно в 2 часа ночи Казума, наконец, подошѐл к отелю. Он грузно шагал – сказывалась усталость от трѐх битв за день подряд. Но на отдых времени не было – ветер донѐс запах огня.

– Снова Каннаги? На своих ошибках им лень учиться?

Хоть его и изрядно напрягал эта ситуация, но сбегать желания не было, да и особой возможности тоже, так как враг находился прямо перед входом в отель. Казума шѐл прямо к нему. Скорее всего, почуяв приближение Казумы, небольшой силуэт встал со скамейки и повернул голову в его сторону. По ощущениям сила врага была слабее, чем у Аяно, но в раз сильнее Шинго и Такейи.

– …Разве был кто-то такой в Каннаги?..

Силуэт направился уверенными шагами к Казуме без предупреждения. Уличные фонари озарили его лицо, раскрывая, что он был намного моложе, чем думалось – ребѐнок десяти-одиннадцати лет подходил всѐ ближе. Он был одет в бежевые штаны и штормовку, обувь была очень похожа на берцы. Хоть одежда и выглядела обыкновенной, но заметно очень качественной. Мягкие линии лица могли заставить принять его за девочку, но глаза испускали ауру зрелости. Мальчик выглядел, как хорошо воспитанный сын богатой семьи.

Паренѐк занервничал, когда встретился с подозрительным взглядом Казумы. Несколько секунд они глядели друг на друга молча, после чего мальчик заговорил:

– Если честно, то мне не особо верится… Но, раз ты тут, значит, отец проиграл?

– Отец?..

Позже, вспоминая этот момент, Казума бранил себя за глупость и тормознутость, но на данный момент он не мог понять, о чѐм говорит парень, потому спросил:

– Ты кто?..

Взгляд паренька стал более строгим. Он был зол, но милое личико нейтрализовало эту экспрессию, немного вводя в замешательство собеседника.

– Ты это серьѐзно… брат мой?..

– «Брат мой»?.. О, ты Рен! – хлопнул в ладоши Казума, вспомнив своего младшего брата, которому сейчас было 12 лет.

– Точно, у меня же брат есть, – подумал Казума, представив, как Рен бы потерял всѐ уважение к нему, скажи он это вслух. Потому и промолчал. – А ты подрос! Лет десять же мы не виделись, да? – …Не думаю, что это было так уж давно! – чѐрство ответил Рен.

– Правда? Ну, в любом случае, мы не виделись минимум 4 года, да? Я не помню, чтобы видел тебя перед уходом.

– О… А… Да… Извини… – ещѐ более серьѐзно ответил Рен, на что Казума мог только смущѐнно улыбнуться.

Казума позабыл о Рене не из-за того, что был бессердечным, а точнее, не только из-за того, что был таковым. В отличие от него, Рен родился с большим талантом к огненным искусствам, потому Генма возлагал на него большие ожидания, а потому отстранил его от брата по максимуму, что бы тот не заразился «бесполезностью» от Казумы. Эти двое от силы виделись дважды в год, но и при этом Рен всегда признавал и уважал старшего брата. Казума же испытывал нечто схожее с завистью, но не мог ненавидеть брата с таким миленьким личиком и не имеющего понятия обо всех сложностях их взаимоотношений. Потому, с точностью да наоборот от плана Генмы, они стали довольно близкими братьями.

…Другими словами, Казуму в данном случае вполне можно было назвать бессердечным.

– А… Так что ты тут делаешь? – спросил Казума, взяв, наконец, себя под контроль.

Рен внезапно решительно посмотрел Казуме в глаза:

– Я… Я пришѐл убедить тебя.

– О… – ухмыльнулся Казума и пошѐл далее, минуя Рена. – Брат мой?

– Сначала давай зайдѐм ко мне в номер. Тяжѐлый сегодня денѐк выдался – я выжат, как тряпка.

Предположив причины усталости брата, Рен решил во что бы то ни стало привести Казуму с собой в поместье. Рен медленно семенил за братом, который уже добрался до своего номера.

Младший брат сел на край дивана, но не из-за готовности резко вскочить, а из-за того, что тот был слишком мягким, и он боялся заснуть, сев слишком глубоко.

Казума поставил перед собой чашку чая, а перед Реном – горячее молоко с мѐдом, но они так и не отпили и капли. Каждый из них пожирал другого глазами, пытаясь угадать мысли оппонента.

– Сразу к делу – зачем ты пришѐл сюда?

– Э?.. Ну, это для того, чтобы… Казума поднял руку, не давая Рену повториться:

– Я знаю причину. Но зачем? Каннаги Генма пошѐл за мной лично, так зачем же ты пошѐл к отелю? Пользуясь здравым смыслом, ты не мог предположить, что он мне проиграет.

Генма не может потерпеть поражение – это являлось само собой разумеющимся в Каннаги. С тех пор, как Джуго потерял ногу в дорожной аварии, Генма бесспорно являлся сильнейшим в семье Каннаги. Все не просто верили, а спокойно ждали Генму, несущего на себе тяжело раненного Казуму.

Однако Рен, будучи сыном сильнейшего, знакомым с его мощью не понаслышке, почему-то так не считал, а это значило…

– Что ты знаешь?

Рен изо всех сил старался устоять под этим взглядом, что, казалось, видел его насквозь.

– Я читал некоторые слухи на европейском сайте оккультизма.

Маги, адепты духовных искусств и другие представители оккультизма, несмотря ни на что, довольно активно пользовались интернетом и другой современной техникой. Сайт, на который наткнулся Рен, был одним из тех, где такие люди обменивались имеющейся у них информацией.

– Они писали, что… Контрактор – японец… Глаза Казумы медленно расширились. Рен, заметив его реакцию, более

смело продолжил:

– Доказательств у меня нет, но… я уверен… что это – ты. Единственный Контрактор, идентифицированный существующим за всю историю… Это же ты, да, брат мой?

– Ты ошибаешься, – отрезал Казума, перебив Рена, пытающегося продолжить говорить, – я не единственный. Есть минимум ещѐ один. Думаю, ты тоже это знаешь.

– Значит, ты таки… – посмотрел Рен на Казуму с благоговейным трепетом.

– Не важно. Это всѐ мелочи. Давай уже к делу перейдѐм, – поставил ногу на ногу Казума, поднеся чашку к губам.

Рен сел прямо и, высказал всѐ, что хотел узнать разом, пользуясь отсутствием зажатости из-за маньеризма и типа характера, присущим только детям:

– Что ж, ответь мне, ты ли тот адепт искусства ветра, что убивал членов семьи Каннаги в последние несколько дней?

– Это не я, – прямо ответил Казума. – Я говорил это каждому встречному, но никто мне не верил. Почему?

Хоть Рен и знал ответ, он решил не говорить его. Возможно это было самым правильным решением.

– Раз так то почему ты не придѐшь к нам и не расскажешь всѐ? Если так и дальше пойдѐт, то вся семья Каннаги станет твоим врагом! – …Ты так ничего до сих пор не понял?

В ответ на такое холодное замечание, Рен строго посмотрел на брата… но яд такого взгляда снова был поглощѐн его мягкими чертами лица:

– Каким бы сильным ты ни был, против всей семьи Каннаги тебе не выстоять…

– Наш старик поначалу то же самое говорил, а сейчас он в довольно плачевном состоянии благодаря мне, Аяно мне не ровня, вся побочная

семья – всѐ равно, что кучка насекомых, так что, пока мне не придѐтся сражаться с главой, не думаю, что проиграю.

На настолько логические суждения Рену было нечего возразить. Возможно, именно ради брата, готового вот-вот заплакать, Казума смягчил тон:

– Я понимаю, что мои действия слишком самонадеянны. Сражаться только потому, что у меня есть шанс на победу – довольно глупо с моей стороны. Если бы я просто пришѐл поздороваться, глава бы на этом меня бы за всѐ простил, но… я более не собираюсь никаким образом связывать себя с Каннаги, – Казума прекратил говорить, отпивая красного чая из чашки. Звук поставленной на место чашки раздался эхом по комнате. – Спустя столько времени, я больше не ненавижу семью Каннаги. Хоть я сейчас в разы сильнее всех тех, кто издевался надо мной тогда, у меня нет желания мстить, спускаясь до их уровня. Но я и не забыл всю ту боль и унижения, что оставили множество ран на сердце. Чтобы превзойти свои слабости, я отбросил фамилию Каннаги, потому я не собираюсь более прогибаться под Каннаги. Клянусь именем Ягами, что никогда не прогнусь,

– сказал он спокойным тоном, несмотря на содержание его речи, но это как раз и говорило о его непоколебимости.

Рен мог только тихо всѐ выслушать, ни ответив, ни приблизившись к Казуме.

– Хотя… это довольно глупое решение, так как в таком темпе оно скоро потеряет смысл.

– …В смысле? – спросил Рен удивлѐнно. Казума спокойно ответил:

– Семья Каннаги всякое будет полностью уничтожена. Я видел одного из ваших врагов. Он был намного выше уровня Аяно, а наш старик вряд ли будет готов сражаться в ближайшее время, – хоть он сам довѐл Генму до такого состояния, Казуму не особо это заботило.

– Как… Да как ты можешь говорить такое так спокойно? Брат мой, ты же тоже часть семьи Каннаги! Тебе совершенно наплевать, что все твои родственники вскоре могут погибнуть?

– Мне до этого нет дела. Я больше не Каннаги, и у меня нет родственников, – расставил все точки, над «ѐ» Казума, не обращая внимание на шокированное лицо Рена. – Не пойми меня неправильно, Рен. Не я бросил семью Каннаги – семья Каннаги бросила меня.

– Это – да… Но…

– И ты всѐ ещѐ считаешь, что я чем-то обязан Каннаги?

Рену нечего было сказать. Все слова Казумы были верными до мозга костей, потому у Рена не было права просить о помощи. Но он не собирался так просто сдаваться, потому что все силы на поиски Казумы были бы потрачены впустую. Казуму необходимо было уговорить, но сказать Рену было нечего. Казума же безразлично на него смотрел.

Рен поднял голову и смотрел взглядом потерянного щенка:

– …Ммм… ууу… ууу… ва… ву… му… – под давлением взгляда Казумы Рен стал захлѐбывать во всхлипах.

– Эй, эй! Ты чего это разревелся по таким мелочам? Такое ощущение, что это я тут плохой! – выплеснул Казума вот такую фразу, не понимая, что он тут и в самом деле «плохой».

А Рен всѐ продолжал мычать и всхлипывать, неспособный ответить. Только из его уст некоторое время исходили пусть и нечленораздельные, но звуки.

– …Чѐрт подери… – сдался Казума. Он схватил полотенце и набросил его на Рена:

– Сегодня оставайся у меня! Вытрись этим и дуй в кровать. Завтра… Я отведу тебя домой.

– …Брат мой! – радостно закричал Рен, схватив полотенце. Он одним прыжком добрался до Казумы и обнял его, прижавшись к груди.

– Я так и знал , что этим всѐ закончится … – потрепал волосы Рену Казума, обратив взор в потолок.

Раньше Казума тоже не мог отказать Рену в «просьбе». Вне зависимости от еѐ безрассудности, Рен использовал свою ангельскую улыбку, просил, умолял, а при отказе плакал, так что в итоге Казума всегда сдавался. Вот

и этот раз не стал исключением, однако… Казума схватил брата за шкирку и с лѐгкостью поднял одной рукой. Рен

оторопело уставился на него и широко улыбнулся – он определѐнно был счастлив.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Поняв всѐ это, Казума невольно задался вопросами:

– Ему и правда 12? Разве это нормально, быть таким милашкой? – Казума задумался о будущем младшего брата, но вовремя себя остановил, чтобы не дать волю воображению. Он отбросил Рена.

– Дуй спать! – Эээ?.. Но… – недовольно проныл Рен на грубость старшего брата.

– Что?

– Я ещѐ поговорить хочу! Я же так давно тебя не видел…

Казума уставился на Рена выражая беспрекословный отказ, но результат был всѐ тем же – можно было праздновать сотый его проигрыш Рену, хотя, конечно же, он не считал, но знал, что такая цифра вряд ли будет преувеличением.

– Ладно… О чѐм ты поговорить хочешь? – поднял он белый флаг капитуляции.

Рен с сомнением в голосе спросил:

– Эмм… Это… Что мне делать, чтобы стать таким сильным, как ты, брат мой?

– А мне-то откуда знать, какими методами пользуются адепты искусства ветра?

Рен надулся, получив такой однозначный ответ.

– Да и при том, у тебя и так врождѐнного таланта выше крыши, так что тебе не нужно проходить какие-либо странные тренировки.

– И вовсе нет! У меня, скорее всего, меньше всего таланта среди всех из главной семьи.

– Что ты тогда скажешь обо мне, кто был брошен семьѐй из-за отсутствия таланта? – ответил Казума, не имея другого выбора.

Раззадорившись спором, Рен тут же ответил:

– Ты очень талантливый, брат мой! Ты смог натренировать искусство ветра до его предела! По сравнению с тобой – я всего лишь новичок. Мой огонь не идѐт ни в какое сравнение с огнями сестрицы Аяно и отца.

– Это потому что ты сравниваешь себя с владельцем Энрайхи и божественного пламени.

– Но… – тревожно возразил Рен. Естественно, он считал себя слабым, будучи в окружении настолько сильных бойцов.

Однако, на взгляд Казумы, сила Рена сейчас почти не отличалось от Аяно 4 года назад, так что основная между ними разница – обладание Энрайхой. Ну, а Джуго и Генма были вне этой лиги. Только обладателя божественного пламени можно сравнить с другим его обладателем. Рену стоило расти ещѐ по меньшей мере лет 10, чтобы увидеть истинную разницу в их силе. Другими словами – сравнения бесполезны. Но такое объяснение точно не удовлетворило бы Рена, ведь он был в смятении именно из-за большой разницы в силе и потому считает себя слабым, что замедляет его рост.

– Кроме того, если ты и правда хочешь стать сильнее, то это случится, даже если у тебя не хватает таланта, – не имея другого выбора, решил высказать свои истинные мысли Казума, хоть и не очень хотелось.

– Ты хочешь сказать, что нет такого таланта, что превосходит усердие? – расстроился Рен, услышав древнюю, всем известную, мудрость вместо конкретного совета.

Казума отмахнулся:

– Что за банальщина? Есть вершины, которые не покорить одним только усердием и есть те, на которые недостаточного одного таланта… Но если ты всем сердцем желаешь попасть наверх, то у тебя просто не будет времени думать о том, чего тебе для этого не хватает. Так что вне зависимости, насколько недостижимой кажется цель, у тебя есть шанс еѐ достичь, пока ты движешься вперѐд. Ну, в любом случае, ты можешь сдаться, когда захочешь – это тебе решать.

Видимо, слова Казумы были настолько сильны, что Рену даже стало страшно.

– Это… Это так ты стал настолько сильным, брат мой?

– Ага, я был на грани смерти чуть ли не каждую неделю!

– Так сильно тренироваться… неужели ты так сильно хотел отомст… превзойти отца?

Судя по всему, Рен боялся произносить слово «месть», проглотив часть слова.

Казума лишь грустно улыбнулся в ответ, понимая, что недосказанное слово Рена не так уж далеко от истины.

– Я рад, что ты так мной восхищаешься, но я не настолько силѐн, как ты думаешь. Я покинул Японию, чтобы сбежать… убежать как можно дальше от отца… и от этой женщины… Чтобы убежать так далеко, как только возможно. Я не хотел больше иметь ничего общего с Каннаги. Я даже не задумывался о мести нашему старику, пока он мне не позвонил.

– Тогда почему?

– Ну… как бы это сказать… Много чего произошло… – попытался сбежать от ответа Казума, так как эта история была не для детских ушей.

– Много чего?

– Короче, просто много всего… Кстати, о птичках, последний раз, когда я был в Китае, я повстречал Королевского Дракона…

– Много всего…

– Послушай! Это было в провинции Сычуань…

Рен вскоре, сам того, не заметив, забыл о своѐм изначальном вопросе полностью увлекшись историями брата. Казума облегчѐнно вздохнул и продолжил сагу о своих заморских приключениях.

Отнеся Рена спать, Казума, наконец, сам достиг кровати. Только коснувшись подушки, он тут же заснул, но чуть ли не в то же мгновение ему пришлось проснуться.

–…………………… – проснулся Казума, ощущая сильное злобное потустороннее присутствие и вскочил с кровати. Тут же он почуял нечто чѐрной, проходящее снизу

– Это же!.. – спрыгнул на пол Казума и рванулся в комнату Рена.

– Рен, ты проснулся? – Да!

Рен уже проснулся и даже обулся. Несмотря на его возраст, не менялся, тот факт, что он адепт семьи Каннаги, а значит, он не мог не почувствовать такое сильной и полное злобы йоки. – Что произошло?

– Какой-то идиот разрубил отель напополам. Нам пора сваливать! – схватил он Рена в охапку и побежал к окну.

– Подожди… Брат мой, стой… только не говори, что…

Казума ответил действием. Порывом ветра он разбил стекло и выпрыгнул из этого свежесозданного выхода. Естественно, что всѐ это время он держал Рена одной рукой, также как и то, что за окном ничего не было. Огни улицы под ногами казались недостижимо далѐкими. Страх Рена трансформировался в дикий крик:

– Ааааааааааааааааааааааааааааааа!!! – его крик сопровождал их свободное падение вниз. Рен зажмурился.

Но вскоре их подхватил мягкий порыв ветра и, вместо жѐсткого столкновения головы с асфальтом, они плавно приземлились на ноги.

– Эй, конечная остановка, – стукнул Казума Рена по голове, который всѐ также зажмурившись крепко обхватил брата.

Рен открыл глаза и огляделся:

– Б… Брат мой… Я всѐ ещѐ жив?..

– Трудности только сейчас начинаются.

Рен уже стоял на собственных ногах и поднял голову вверх. Перед ним предстало невероятное зрелище.

– Отель падает с неба?..

Отель был разрезан диагонально примерно на первой трети сверху и теперь плавно съезжал вниз. Почти двухсотметровое здание падало вниз. Падение такой махины можно было сравнить с падением метеорита – просто невероятно.

– Какой-то идиот разрубил отель напополам! – дошѐл до Рена смысл слов Казумы. – Это… дело рук человека?..

Те люди, которым не повезло оказаться на пути разреза падали вниз, будто крошки с простыни. Единственное, в чѐм им повезло – это то, что времени на боль и страх у них не было, так как погибли, разрезанные напополам, в мгновение ока. Вокруг валялись верхние части бездыханных тел и их разбросанная плоть.

– Никуда не отходи.

Чтобы защитить их от падающего здания, Казума окружил себя и Рена ветровым барьером. Рен инстинктивно крепко схватился за куртку Казумы.

В следующее мгновение… Шандарах! Баммм!

Остатки огромного здания обрушились на землю.

До ужаса ровный разрез казался неуместным в центре этого хаоса. Верхняя часть отеля, что падала на землю, так и оставалась в

вертикальном положении. Люди, ночевавшие на верхних этажах, должно быть, доходили до экстаза, наслаждаясь двухстами метрами свободного падения. Рен видел в окнах тени людей с выражением запредельного ужаса на лицах… или это было только его воображение?

Уххх!!!

Врезался в землю отель, упав с ужасающей скоростью. Ударная волна разошлась во все стороны, будто круги на воде от брошенного камня. Бесчисленное множество обломков, каждая по меньшей мере длиной в 10 метров, устремились на двоих, находящихся ближе всего к эпицентру этого ужаса. Каждый из обломков, что обладали разрушительной мощью выстрела гаубицы, были остановлены или отражены ветровым барьером. Чтобы не оставаться на том же месте, Казума использовал силу ударной волны, чтобы подлететь в воздух. Его сферообразный барьер позволял умело управлять воздействующими на него извне кинетическими энергиями, отводя их подальше от этого безумия.

– …А… А… – пытался что-то выговорить Рен, смотря на место расположения отеля.

Вокруг поднимались клубы пыли, блокирующие видимость, но… В глазах Рена уже было заметно отчаяние – пыль поднималась не выше

пятидесяти метров, но выше не было видно ничего. Нижняя часть отеля не находилась там, где должна была. Высочайшее в Японии здание, названное Иокогамской фарватерной башней, было полностью уничтожено.

– Это… невозможно… Такое… –  Рен обратил взгляд ниже,   увидев,   что творится на земле вокруг.

Весь асфальт, на сколько было видно, был покрыт дырами, видимо, от разлетевшихся обломков, и трупами людей. Хотя дело было на рассвете, в таком районе даже в это время было множество людей: государственные служащие, спешащие на работу, почтальоны, школьники, вышедшие на утреннюю пробежку и много-много других, оказавшихся в этом месте так рано по стечению обстоятельств. Все они были сбиты обломками и лежали замертво, или стонали в агонии.

Весь асфальт накрыла огромная лужа крови, которая продолжала расширяться. Все прохожие были слишком слабы, чтобы устоять под таким натиском, потому получили смертельные удары. Они всѐ ещѐ не были мертвы, хотя, правильнее будет сказать, им ещѐ не удалось умереть. Тем, кто находился в отеле, повезло больше – как-никак, их смерть была быстрой и безболезненной.

Рен уткнулся лицом в спину Казумы, схватив его за куртку дрожащими руками. Ему казалось, что все эти люди, стонущие в агонии смотрели на него, обвиняли его, проклинали его. Трудно было выдержать такое давление.

– Ну и заварушку он тут устроил, – пробормотал Казума безразлично, приземлившись на землю.

– Это… сделал тот вражеский адепт искусство ветра?..

– Возможно.

– Разве… его нельзя остановить? Ты бы ведь смог, да, брат мой?.. – А… Не-а. Я не имею власти над ветром этого парня.

Услышав эти слова, Рен одновременно был шокирован и выявил свои подозрения: – Но ведь такое невозможно!.. Ведь ты, брат мой… ты же…

– Ага. Вот такие дела. Мне кажется, что есть ещѐ один мне подобный. Неспособный промолвить больше ни слова, Рен побледнел до предела и

задрожал. Но это не удивительно, и в этом нет ничего постыдного, ведь он представил, что семье Каннаги придѐтся сражаться с таким врагом…

– Выглядишь, будто стоишь перед вратами ада. Забей. Ещѐ одного такого, как я не может существовать, – успокоил его Казума, на что Рен ответил слабой улыбкой, которая мгновенно изменилась на сомнительное выражение лица.

– Тогда почему оно так? Ты ведь уже знаешь, да?

– Агась. После этого случая я начинаю понимать, в чѐм, собственно, дело.

Казума провернул немного кулак и сделал им сильный выпад в один из кусков бетона с торчащими из него опорными балками, воткнутого в землю. Этот монолитный, на первый взгляд, кусок рассыпался на мелкие кусочки вместе со сталью. Кусок камня отскочил и на большой скорости врезался в последний из светящихся вокруг фонарей, разбив его.

– Чѐрт подери, играться вздумал?.. Ну, я тебе покажу, то есть те, с кем шутки плохи…

Посмотрев на своего взбешѐнного брата, Рен затрясся от страха сильнее, чем несколько секунд назад. Он мысленно благодарил всех Богов за то, что вся эта злость направлена не на него.

– Хм… Так он уже тут? Рен беги отсюда как можно дальше, – приказал Казума, почуяв приближающегося врага.

– Бр… Брат мой…

– Не беспокойся. Он один. Для тебя в этой битве нет места. Прост подожди вон там за углом. Я заберу тебя, как только закончу.

– Ты… Ты уверен, что победишь? Ведь уверен, да, брат мой?

– За кого ты меня принимаешь? Я – непобедим! – не оборачиваясь подбодрил он Рена, окружил его ветровым барьером и переместил в другое место, откуда Рен наблюдал за ним веря в брата всем сердцем.

Наблюдая, как невероятное количество йоки окружает его, Казума почувствовал сильнейший страх. Йома такого уровня должен был быть заперт на низших уровнях ада, но даже если и не заперт – уж точно не мог свободно гулять в этом мире.

Но, не раскрывая своих чувств, он сказал со своей обычной экспрессией:

– Привет, спасибо за тѐплое приветствие недавно и только что. Мы ведь раньше нигде не встречались?

Нечто молчало. Но даже без слов легко было понять, о чѐм оно думает. Даже новичок распознал бы эту бесконечную жажду убийства – настолько холодную ауру, что создавалась иллюзия заточения в ледяной пещере.

– Нанести удар первым ! – атаковал Казума мощным порывом ветра без предупреждения. Он не сдерживался на этом йома, но вернее будет сказать, он не мог позволить себе сдерживаться. Сильнейшими порывами он атаковал врага непрестанно.

Практически мгновенно последовала контратака. Зловещая аура резко стала плотнее. Казума на полной скорости рванулся вбок, и по месту, где он только что был, пролетела мощная череда порывов чѐрного ветра.

Казуму отнесло ударной волной, но зато теперь он в точности знал природу этого чѐрного ветра. Ветер, способный оттолкнуть порывы ветра Казумы, при чѐм с такой чудовищной жаждой убийства – сомнений быть не могло.

– Ты и правда… из ряда вон выходящий…

Враг определѐнно был сильнее, но Казума не мог позволить себе сдаться или сбежать… Для него такая ситуация действительно была «из ряда вон».

– Раскрыть что ли все козыри ?.. Всѐ - таки Рен и так уже знает …

Но, как только он принял это решение, услышал крик Рена: – Вааааа! Бра… Брат мой! Брааа…

– Рен? Мать-перемать!

Крики Рена нарушили концентрацию Казумы, чем враг и не побрезговал воспользоваться. Лезвие чѐрного ветра чиркнуло горло Казумы. Заметь он его мгновением позже – его голова бы распрощалась с телом. Шокированный внезапной атакой Казума придавил рукой рану на шее.

– Как я мог не заметить второго человека ?.. Это же невозможно … А ! – вспомнил Казума, о чѐм подзабыл. Чѐрный ветер не только не подчиняется Казуме, но и способен полностью спрятать чьѐ-либо присутствие.

Вот это небрежность, так небрежность! Казума не мог простить себе этой ошибки, понимая, что похититель уносит Рена, пока тот слишком занят монстром перед ним, ведь иначе смерти не миновать. Потому всѐ, что ему оставалось – проклинать себя за ошибку.

– Чѐрт его всѐ подери! Рен, выживи! – отбросил Казума мысли о брате и сконцентрировался на бою с оппонентом прямо перед ним.

Ветер стал светиться лазурным. Чѐрный ветер отступил, будто боясь лазурного.

– Я собираюсь тебя убить ! – мысленно продекламировал Казума, собрав в

руке достаточно лазурного ветра… Но нечто злобно и ехидно ухмыльнулось и исчезло прямо перед его глазами.

– !.. – поднял голову Казума, смотря в небо. Хоть он и знал, что враг на огромной скорости улетал, он не мог его нагнать ни бегом, ни с помощью ветра. Ощущение присутствия Рена тоже полностью пропало.

– Провели, как младенца… – тихо пробормотал он, сбегая с места происшествия.

– Ты только подожди, Рен! Я обязательно тебя спасу!

Казума надел маску безразличия, когда проходил мимо собравшихся вокруг полицейских и пожарных машин, исчезая в толпе зевак.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Нежданно-негаданно

В десяти метрах от ворот раздался оклик: – Казума!? Казума сердито посмотрел на потрясенного его появлением охранника. – Слишком медленно, – пробормотал он про себя.

Даже в состоянии повышенной тревоги до них только сейчас дошло, что он здесь? Совершенно бесполезны.

Однако скорость реакции другой команды была, пожалуй, достойна похвалы. Услышав крик, маги из резерва стали появляться один за другим. В мгновение ока его окружили с десяток адептов.

– Позовите главу клана, – высокомерно скомандовал Казума, совершенно игнорируя угрозу.

– К тебе уже вышли мы, скажи спасибо! (Кажется, эти ребята хотят подраться.)

Насмешка привела Казуму в ярость. Неприятности преследовали его с самого возвращения в Японию. Оказался втянут в драку м ежду Каннаги и каким-то неизвестным – раз. Попался в ловушку этого неизвестного – два. Как результат, Рена похитили буквально у него из-под носа. И вот, теперь, чтобы сообщить эту новость, ему пришлось появиться в доме, куда он зарѐкся не возвращаться. Все это приводило Казуму в состояние раздражения и вызывало сильнейшее желание избить кого-нибудь. А тут, как по заказу, идиоты просто в очередь выстраиваются и прямо таки просят: «врежь мне». И нет причин не использовать такой шанс.

Тут один придурок решил выделиться. Возможно, они были знакомы раньше, но в данный момент у Казумы не было желания вспоминать.

– В это тревожное время ты думаешь, что можешь стоять перед нами и просить милосердия?

Все попытки Казумы сдержать ярость тихо умерли.

Не пытаясь более в пустую тратить время, он медленно проговорил:

– Несмотря на то, что я сказал позвать Верховного… кажется, меня не слышали…

– Ты! Крак!!

Тело упало с глухим звуком. Никто не увидел атаки Казумы. Маг, кинувший файербол, был подброшен в воздух апперкотом незримого великана. Его подбородок был раздроблен так, что нельзя было открыть рот и выплюнуть кровь с обломками зубов.

Потрясенные адепты немного отступили. Они никогда ранее не видели такого способа нападения. Но, при этом, понимая, что сражение уже идет, стали призывать духов.

Конечно же, Казума появился здесь не для глупых перебранок. Но, казалось, что в голове кто-то шепчет ему – «мир станет лучше, если все эти идиоты умрут». И он позволил голосу убедить себя, забыв на какое-то время о цели своего визита.

Кулак – немалая масса воздуха, сильно сжатая и летящая со скоростью звука. За мгновение до контакта около сотни частичек воздуха, спрессованных в одну, высвобождаются в нужном направлени, ударяя с силой, намного превышающей силу удара профессионального боксѐра.

Маги попадали один за другим, не успев ничего сделать. Казума нанес серию неприцельных ударов. Как авиабомбы, они взрывали землю и ломали стены. Те, кто еще был на ногах, теперь беспомощно валялись на полу.

Казума, все еще держа руки в карманах, остался стоять один. Из всех присутствующих никто не мог остановить его. У некоторых адептов были сломаны челюсти, у других распухли носы, из которых непрерывно капала кровь, кто-то стонал, получив серьезные внутренние повреждения. Они были разбросаны вокруг в разных положениях, но общим было то, что никто не мог продолжить борьбу.

Казума не выказывал ни капли высокомерия, даже уложив десяток магов всего за тридцать секунд. Он просто принял эту сокрушительную разницу в силе, считая случившееся в порядке вещей. Неожиданно его лицо стало задумчивым.

– …черт… – не увидев не раненных людей, Казума, наконец, понял, какую ошибку совершил. – Я ведь всѐ хорошенько обдумал и никоим образом не хотел их провоцировать… такое не должно было случиться…

Телефонного звонка могло быть достаточно. Да и не было необходимости говорить напрямую с Главой. Даже если бы он встретился с ним, что можно сказать за такое короткое время? Похищение Рена заставило его сомневаться, и…

– Похоже, мне очень хотелось вернуться, а?

( Место , которое в прошлом я называл домом . Я думал , что уже покончил с этим , но всѐ же вернулся .)

Казума покачал головой, отбрасывая ненужные мысли, опасаясь, что если углубиться в этот вопрос, ответ его не обрадует.

– Эй! Подъем! Не засыпай у меня! – Казума пнул наименее травмированного молодого мага.

Тот только слабо приоткрыл глаза и снова отключился.

– …Черт! – Казума с отвращением отбросил его и пошел к главной двери, по пути наступая на лежавшие тела.

Дверь уже была открыта, люди, защищавшие еѐ, разгромлены. Ну, а раз открыто, почему бы не зайти?

За дверью его поджидало в три раза больше последователей огненного искусства. Когда Казума остановился, в него ударило тридцатью всеиспепеляющими потоками огня. Онг!

Огромное количество тепла превратило в плазму всѐ вокруг. Яркий свет был способен выжечь глаза. Маги твѐрдо верили в свою победу.

(Мы убили его!)

(Хорошо, если так, а вдруг он до сих пор не мертв?..) (Нет, человек не мог пережить такое!)

Но потом в рассеивающемся огне открылась невероятная картина. – Ч… Что?

Всередине белого пламени, окрашенного голубовато-зелеными тонами, без единой пылинки на ботинках стоял Казума. – Скукота, да и только...

Казума, без каких-либо сложных процедур, махнул рукой, раздвигая пламя, собранное силой тридцати человек. Огонь даже волосы ему не подпалил.

– Невозможно… Этот парень, что, бог или дьявол?

Адепты были настолько потрясены, что забыли, как дышать. Если бы они были спокойны и смотрели внимательно, смогли бы заметить тонкий слой воздуха, отделяющий Казуму от пламени.

Маги высокого уровня способны изменять законы физики. Неважно, огненный это маг или воздушный, рождать огонь там, где нет кислорода, и блокировать жар, передающийся по воздуху – для них нет невозможного.

Казума полностью контролировал окружающий воздух. Сейчас его воля была первична. Независимо от температуры, жар не может достичь тела.

Не заклинания, не знания или техника делают мага лучшим. В первую очередь, это сила воли, отрицающая существующую реальность и создающая свой собственный фантастический мир. Магическое искусство исходит от смешения собственной воли и Изначального Принципа, на основе которых создаются новые законы природы. Это требует конструирования необходимой системы мира и внесения соответствующих изменений внутри существующей реальности.

Другими словами, для того, чтобы перевести пламя на Казуму, необходима более сильная воля по сравнению с той, что он применял, создавая свои законы физики. То есть, если у вас нет веры в то, что вы сожжѐте, сильнее, чем Казума верит в то, что не будет сожжѐн, ничего не получиться.

Можно сказать, что воля Казумы была больше, чем суммарная воля тридцати атакующих.

– Невозможно… невозможно… – бормотали маги в шоке.

Они только то и могли, что бормотать, прекрасно понимая причины неэффективности заклинаний своего искусства, также как понимали движение собственных рук и ног.

Конечно, для них существование Казумы не было выходящим за рамки здравого смысла, всего лишь еще один первоклассный практикующий маг. С этой точки зрения, Казума просто командовал огромным количеством духов ветра. Но различие в уровне силы было предельно ясно.

Казума пока не переходил в контратаку. Естественно он не забыл о нападающих. С самого начала ему хотелось просто проигнорировать представителей побочных семей, но их действия разбудили несчастливые воспоминания всех долгих лет, проведенных в этом доме.

Внутри такого выдающегося клана было мало людей относящихся к нему с добротой. Его не признавали тогда и не рады видеть сейчас, но вс ѐ равно чувствовалась какая-то печаль. В конце концов, здесь его корни. (Все верно... Я вернулся сюда...)

Казуме ничего не оставалось, как признать эту мысль. Даже если на него смотрели сверху вниз и издевались, всѐ-таки здесь, тогда, еще будучи ребѐнком, он был защищен. От общества, от обязанностей самостоятельной жизни.

Однако, тоска по чужой защите – слабость, стремление сбежать от действительности. Он должен был оставить это в прошлом еще четыре года назад. Осознание своей слабости вызывало у Казумы депрессию. (Я не могу позволить продолжать существовать этому дому.)

Найдя для себя корень зла и причину всех случившихся несчастий – главную семью Каннаги, Казума принял решение раздавить их своими собственными руками.

Следуя его воле, было призвано еще больше духов. Собранный в ладонь сжатый ветер мог поспорить с тайфуном. Если его освободить, всѐ в радиусе двухсот метров будет уничтожено.

Адепты уже готовились к смерти. В этот момент Казума совершенно забыл о клане Каннаги и людях, окружающих его. Хотелось снести источник раздражения. Погрузившись в самодовольные мысли, он сам не заметил, как выросло давление, и что ему сложно контролировать свою силу. – О… Ва!..

– Что, что за сила!..

Маги, конечно, не могли понять, о чѐм думает Казума. Вот только у них не было возможности сопротивляться. Независимо от того, будут ли духи ветра выпущены сознательно или бесконтрольно, от особняка ничего не останется. – ……

Старые адепты молча обменялись взглядами. У них был опыт общения с юным Джуго, и им уже приходилось испытывать на себе буйство бесконтрольно выпущенных духов, которое иначе, чем стихийное бедствие, не назовешь. Хотя в то время можно было утешать себя тем, что эта огромная сила когда-нибудь будет их защищать.

Учитывая состояние Казумы, оставался только один способ нападения. Собрав всю волю в кулак, они рискнут и выполнят массовый призыв духов. Последний шанс. Это может привести к взаимному самоубийству , но они уже готовы к смерти.

(Если только для защиты Главы…) (До того как Аяно-сама вернется…)

Раз Казума стоял здесь, можно предположить, что Генма уже разбит. Значит, только Аяно сможет сражаться с ним на равных. Придется рискнуть, чтобы выиграть время до еѐ возвращения. – Вперѐд…

– Стоять.

За секунду до нападения их задержал спокойный голос. Гол ос, имеющий огромную власть. Всѐ замерло. Казалось, даже время прекратило свой ход – несколько мгновений никто не двигался. В тишине можно было слышать звук бамбука ударяющего по камню.

– Ве… Верховный!

– Это слишком опасно! Пожалуйста, уйдите!

Не обращая внимания на предупреждения, Джуго по-прежнему шѐл в направлении Казумы.

Казума взглянул на идущего в его направлении человека. Джуго всегда был с ним добр, даже в строгих словах чувствовалась любовь и забота. В детстве, когда вокруг были одни враги, только с ним Казума мог чувствовать себя хоть немного свободно. Столкновение с Джуго было бы подобно столкновению с отцом, которым восхищаешься и уважаешь. Совсем не так, как в пугающей стычке с Генмой. Опять нахлынула старая тоска, но сейчас не будет слѐз, даже если и хочется плакать.

Правильно определив настроение Казумы, Джуго поприветствовал его, как родственника, которого не видел долгое время: – Давно не виделись, Казума. Как твои дела? – Аа…

Поняв, что Джуго все еще верит ему, Казума рассмеялся от облегчения. Услышав это, Джуго тоже энергично засмеялся. Увидев тайфун в руке Казумы, он сказал:

– И что же это такое? – А? О, просто пытаюсь перебороть прошлое.

Казума неуклюже помахал рукой, разгоняя всех накопленных духов. Он даже забыл сказать им «спасибо», положенное по этикету.

– А? Мм, окей, здесь трудно разговаривать. Пойдем, выпьем чаю. Возможно, Джуго полностью не понял, что Казума имел в виду, и принял сказанное за бормотание, которым можно пренебречь.

Увидев, что Джуго беззаботно поворачивается к Казуме спиной, стоявшие вокруг адепты стали выглядеть так, как-будто хлебнули какую-то гадость. – В… Верховный! Казума предал нас! Джуго печально посмотрел на магов и спросил Казуму: – А, это так?

Озадаченная связка идиотов беззвучно хлопала ртами. Казума пожал плечами: – Вроде, нет.

– Нет, мы не можем верить ему! – раздались недовольные голоса адептов, считающих, что Глава обманут.

– Успокойтесь, идиоты! – Джуго ругнулся, тяжело вздыхая. – Если бы Казума был серьезен, вы были бы уже мертвы. Теперь понимаете?

Адепты все посмотрели на Казуму, так неосмотрительно пришедшего сюда. Сила, способная мгновенно их всех уничтожить, полностью испарилась. Неоспоримо, что бесполезный человек вернулся суперклассным магом.

– …Скажи, почему ты вернулся? Не для того ведь, чтоб повидаться? – А, все правильно. Мне нужно кое-что Вам рассказать.

Казума наконец-то вспомнил причины своего прихода. Признаться, что допустил похищение Рена, было унизительно.

(А, нет выхода, в конце концов, в потере инициативы была моя вина.)

– …Рена похитили. Это был кто-то использующий ветер, скорее всего, соучастник убийцы ваших приятелей. – Хорошая шутка! Это ты убил Синдзи и Шинго!

В первый раз Казума узнал говорившего. Этот человек был главой семьи Юки.

(Не важно, кто умирает, пока это не ваши сыновья?)

Одно мгновение он хотел сказать это, но сумел сдержаться. Нашел с кем вступать в дискуссию! – Рена забрали? – Джуго также проигнорировал слова Юки. – Не убили?

– Правильно. Я не слишком уверен в деталях. Но могу подтвердить, что он все еще жив. Если узнаем причину похищения, сможем опознать преступника.

Я приехал сюда специально сообщить вам, ребята. Или вы уже знаете, кто это сделал? – Нет, мы не знаем пока. Но спасибо за информацию.

Джуго, кажется, задумался о чем то, его лицо приняло горькое выражение. Он сказал что-то человеку стоявшему рядом с ним.

Казума постарался запомнить того, кому доверяет Джуго. Маг поклонился и быстро ушел из дома. – Есть приметы этого парня?

– …Я видел, на что он похож, но не думаю, что от этого будет какая-то польза. Эта штука даже не человек.

Только мысли о нем – и те уже вызывали озноб, в обладателе такой нестабильной демонической ки не может остаться ничего человеческого.

– Так, похоже, что… Кстати, что случилось с Генмой?

Услышав вопрос Джуго, Казума искренне рассмеялся с такой озорной мальчишеской ухмылкой во все лицо, которую нельзя натренировать.

Затем он показал палец, повернул его вниз, вернув на место подбородок, и хвастливо сказал:

– Был отправлен полетать.

– А, хаха, хахахаха! Вот так так! Был отправлен полетать! – столкнувшись с таким чрезмерно энергичным и беззлобным ответом Казумы, Джуго был не в состоянии остановить раскатистый смех.

– Верховный! Это не смешно! – обеспокоенные адепты постарались вернуть Главу на землю.

– Хм, конечно, это так. Джуго натянул лицо, потом серьезно и настойчиво посмотрел на Казуму: – Только не говори, что ты убил его?

– Эй, я был довольно милостив. Я даже вызвал скорую помощь, очень мило с моей стороны!

– Если это так, то хорошо. – Абсолютно нет!

Человек, прервавший их, был похож на говорившего ранее. Он был так разгневан, что начал раскачиваться как-будто у него кружится голова. – Если вам нехорошо, вы можете уйти.

– Моѐ состояние не важно!! Если Казума сразил Генму, он против нас! – Это просто выяснение отношений между отцом и сыном.

– Это… подобная ситуация – это…!

– Понимаю, такое бывало раньше. Вы можете уйти, – сказав это, Джуго махнул Казуме и вошел в дверь.

Казума последовал за ним. Итак, через четыре года Казума вернулся в родной дом.

Зайдя в дом, Казума медленно осмотрелся. Как с внешней, так и с внутренней стороны особняк вообще не изменился. Его построили в период Враждующих Провинций1, и четырех коротких лет было недостаточно, чтобы оставить заметный отпечаток.

Казума молча следовал за Джуго, пока они не оказались в его личной комнате.

– Здесь мы можем говорить прямо. Хочешь чего-нибудь выпить? – Всѐ равно, да и не хочу я пить… Джуго смотрел на Казуму, будто ожидая чего-то. – Хм, не доверяете мне? – Нет, Вас я не подозреваю…

Комнату заполнило напряженное молчание. Конечно, у клана Каннаги нет причин верить Казуме. Кроме Джуго все считают его убийцей. Появление в доме, где полно врагов, желающих ему смерти, было невероятным.

В версии с изображениями тут находится картинка.

1 Период в японской истории со второй половины XV до начала XVII века

– Почему ты покинул дом? – Джуго нарушил молчание. Это он хотел узнать больше всего, – Когда я услышал, что от тебя отреклись, ты уже ушел, не сказав мне ни слова. Я ненадежен?

– А… Из-за обстоятельств. Я даже не подумал об этом. Тогда единственная мысль была – поскорее покинуть клан. И мать, и отец сказали, что я не нужен, не было другого выбора. – Что сказала Миюки?

О том, что Казума виделся с матерью перед уходом, Джуго услышал впервые.

– Я был таким дураком. Ничего не подозревал. Меня потребовала эта женщина, и я пошел извиняться. До последнего момента воображал, что родители все еще озабочены из-за меня, – Казума скривил рот, высмеивая себя в прошлом.

Это была злость не на Миюки, а на собственную глупость. Он верил, что узы крови смогут помочь ему, что его мать поможет ему.

– Что Миюки… сказала?

Казума погрузился в воспоминания того дня, четыре года назад. Голос Джуго доносился откуда-то издалека.

Войдя в комнату матери, Казума сильно волновался, ожидая ответа. Миюки же сидела напротив совершенно спокойно и равнодушно. Как-будто это светская беседа!

Минута молчания казалась вечностью. Затем она сказала сыну, пришедшему к ней за помощью:

– Казума, твое обучение является очень хорошим, физическое состояние выше нормы. Учитель в школе тоже высоко оценил тебя!

– Ма… мама…

Слова Миюки сильно пошатнули надежды Казумы. Учитывая требование Генмы, это было как…

– Очень жаль, если бы ты обладал способностью к Эн-дзюцу, я могла бы рассматривать тебя как достойного сына. Глубоко любить и интересоваться. Это было как… прощание.

Казума понял, что для Миюки он уже в прошлом. Для нее все закончилось, разрыв с сыном уже реальность. Ей не нужен бесполезный сын, и она не стеснялась выбросить его. – Мама…

Услышав в голосе сына просительные нотки, Миюки только улыбнулась, вручая ему бумажку.

– Здесь десять миллионов. Хотя счет маленький, на первое время хватит. Не болей и постарайся остаться в живых.

Вот и всѐ. Казума убежал в свою комнату и на другой день, почти без ничего, в одиночестве покинул дом. Кажется, никто и не заметил, что стало на одного человека меньше.

Он уехал из Японии не из-за твердой решимости жить независимо и самостоятельно. Боялся. Боялся, что его родители действительно скажут «мне не нужна бесполезная вещь» и будут смотреть на него презрительно, как на монстра, более отвратительного, чем йома. Он надеялся скрыться в месте, где они не смогут найти его.

Разум говорил, что никого за ним не отправят. Однако его тело не принимало этого, и он убежал. Только прибыв в Гонконг, Казума впервые смог расслабиться. Тогда он еще не знал, какая трагедия его ждет.

– А, это вероятно так.

– ………………… Джуго ничего не сказал, глубоко задумавшись.

(Эта женщина всегда поступала согласно своему положению. Не могу поверить, что она была так жестока…) – Да ладно, не беспокойся. Это всѐ в прошлом. – …Ты стал сильным, Казума, – многозначительно сказал Джуго.

Простой юноша, который четыре года назад рассматривался всеми как бесполезный довесок, стал выдающимся человеком, обладающим великой силой и необходимыми ментальными способностями для контроля этой силы. Джуго чувствовал себя счастливым.

Но, несмотря на похвалу, наиболее важно сейчас – очистить имя Казумы. Все началось отсюда.

– …Я не могу согласиться с этим...

– Этого не достаточно? Зачем тебе столько силы? – в тоне Джуго слышался оттенок сомнения.

Вопреки его ожиданиям, Казума не казался удовлетворенным своей силой. Но его глаза не были заполнены пьяным стремлением к власти. Потерянный и отчаявшийся юноша, ищущий аргументы.

– Да, я стал сильнее… Я могу больше не плакать. Могу без проблем продать душу дьяволу, если придется. Я не могу позволить себе быть слабым.

Казума обхватил руками колено и наклонил голову.

Он четко помнил тот день, когда мог только слабо кричать , с безнадежностью и ужасом в застывших глазах. И будет помнить всю жизнь.

(Я не мог ничего сделать...)

Сумасшедшие тренировки до полного изнеможения, через которые он прошел, не помогут ему вернуться в тот день. Он не смог спасти… еѐ.

Почему ты гонишься за силой? Нет ответа. Для того чтобы предотвратить такие трагедии в будущем? Для того чтобы лучше защищать в следующий раз?

Нет.

Такой ответ его не устраивает. Она не вернется со дна ада. Так почему он ищет силу?

(Я не знаю!) Нет причин, нет цели, просто потому что это возможно.

Воздействие на расстоянии и чувствительность к синхронизации с духами ветра была способностью, которая никогда бы не расцвела с семьей Каннаги.

Почему он ищет силы? – …Когда-то хотел защитить… – Казума с трудом выжал из себя слова.

Он до сих пор не может говорить об этом, потому что не может преодолеть. Когда-нибудь придет день, когда он откроет реальный смысл силы…

Джуго спокойно смотрел на сидевшего перед ним молодого человека. (… Когда то хотел защитить…)

Он мало знал о том, что случилось с Казумой за четыре года, и мог только догадываться о смысле этого невыполненного обещания, и о боли от незарубцевавшейся раны.

– Да, когда уладим это дело, давай как-нибудь выпьем вместе! Можешь выбрать место.

По крайне мере он в состоянии выслушать его! Если Казума выплеснет то, что накопилось в душе, возможно, сможет успокоиться. Джуго надеялся, что сумеет хоть немного помочь как «отец» «сыну», даже если результат будет незначительным.

– …Хм… Хорошо… Казума спрятал кровоточащую рану и спокойно улыбнулся.

– Верховный, здесь информация, – неожиданно донеслось из-за двери. Получив разрешение войти, появился мужчина, с которым Джуго говорил во дворе.

– Вот она, – он протянул папку.

– Хм. Джуго медленно и безучастно открыл еѐ и передал Казуме. – Это фото десятилетней давности… тот? – А, правильно. Казума ответил, едва взглянув на фотографию.

За прошедшие десять лет этот парень получил ки йома, от которого др ожь пробегает по спине, став монстром.

(Эй, то есть, то нечто раньше было человеком?)

Джуго посмотрел на Казуму, по-прежнему разглядывающего фотографию, затем на своего помощника… и отдал команду.

– Так! Задержать всех членов клана Фуга, немедленно!

– Есть! Помощник мгновенно исчез, просто растворился в воздухе.

– Кто… кто это только что был? – Казума посмотрел на место, где секунду назад стоял человек. Как он перемещался, осталось для Казумы загадкой. – Мой дежурный, не знаешь? – Нет… а… Я думаю, это не имеет значения. Джуго тихо улыбнулся, радуясь возможности удивить Казуму. Казума решил воздержаться от вопросов и перевел взгляд обратно в папку.

В описании было имя – Казамаки Рюйя. (Казамаки?)

Глава клана Фуга.

– Эта штука – сын Хьюэ. Около десяти лет назад он заболел, я ни разу не видел его за время выздоровления.

– Так вот как, восстание? Хах, вы мучили их слишком много.

Согласно знаниям Казумы, хотя клан Фуга и описывался как подчиненная организация клана Каннаги, в действительности, они ничем не отличались от рабов. Там, похоже, было много причин для восстания. – Возможно, это так, – голос Джуго стал очень серьѐзным.

Мятежи создают больше проблем, чем нападения внешних врагов. Иметь подобную головную боль – часть работы главы клана.

Вот только Казуму это совершенно не касается. Первое, о чем ему надо думать, это о том, как спасти Рена. Выживет ли клан Каннаги, его совершенно не интересует.

– Зачем клан Фуга похитил Рена? В качестве заложника его ценность довольно сомнительна.

Хотя Рен из главной семьи Каннаги, он не является незаменимым. Другое дело, если бы это была Аяно, унаследовавшая Энрайху. Использование Рена в качестве заложника не заставит клан Каннаги допустить небрежность или совершать опрометчивые поступки.

– Его держат не как заложника… а как жертву! – Вы сказали жертву?

Лицо Казумы исказилось от ярости. Старые раны, которые не заживают до сих пор...

…Темно-бордовые волосы окрашены свежей кровью. Глубокие зеленые глаза, которые когда-то переполняла жизнь, остекленели. Губы, предназначенные рождать песню, никогда не откроются снова…

(Ты... Ты сможешь защитить меня?) (Рин….!)

Казума плотно сжал кулаки. Ногти больно впились в кожу, и это вернуло его к реальности. ( Забудь! Не сейчас…!)

Он разочарованно вздохнул и ударил в пол кулаком. С ладони стекло несколько капель крови.

– Извините, я прервал Вас, пожалуйста, продолжайте...

Внезапно Казума посмотрел в окно. На несколько секунд позже Джуго тоже повернулся в том направлении. Лавинообразный рост энергии огненных духов нельзя было не заметить.

– Аяно?..

Увидев в окне силуэт Казумы, Аяно прыгнула через окно, держа Энрайх у в руке.

– Казума!! – после визуального подтверждения местонахождения противника, она крикнула и подняла Энрайху над головой2 в атакующей позиции.

Затем без каких-либо сомнений или колебаний махнула мечом вниз, не обращая внимания на происходящее вокруг. Похвальная решительность! – Уа!

Казума был удивлен этой подлой атакой. Его реакция запоздала лишь на доли секунды, но это уже была смертельно опасная задержка. Несмотря на щит, он был в одном шаге от того, чтобы получить порцию тысячеградусной плазмы.

(Черт, недостаточно!) Количество духов было абсолютно неадекватным.

Сила мага в его способности управлять духами, но их нужно еще собрать. Без духов собственная сила не поможет поддерживать оборону. Именно они являются средством передачи воли мага в реальный мир. Нельзя убить кого-то, просто подумав об этом, требуется накопить духов для создания эффекта.

А поток плазмы уже разорвал щит. Силы было много, очень много, побочные семьи не идут ни в какое сравнение. Это было словно восход солнца.

Независимо от той скорости призыва, на которую был способен Казума, за малый промежуток времени нет способа создать достаточно прочный барьер.

Щит, окружающий комнату, был немедленно разрушен и плазма начала соприкасаться с оконным стеклом. Не в состоянии выдержать совместной атаки огня и ветра оконные рамы и стены стали плавиться. (Дерьмо! Меня сейчас нарежут на кусочки!)

В эту секунду Казума, без сомнения, чувствовал, что он на волосок от смерти.

– А?

Жестокая боевая концентрация, трансформирующаяся в пламя, способное превратить Казуму в пепел, исчезла без следа.

– Довольно мощно?

Казума был восхищен. Джуго не только перехватил контроль над духами у Аяно, но и отослал их прочь. Воистину выдающийся человек. Хотя он уже не на передовой, сила, что была провозглашена величайшей в истории, не уменьшилась ни на йоту.

– О… Отец?

Аяно чувствовала, что Джуго весьма недоволен еѐ действиями, хотя и непонятно почему. Она стала озираться, ища пути к отступлению, как шпион, застигнутый на месте преступления. Но шанс сбежать не представился. – Ты полная дура! – А!

Сердитый рев сотряс еѐ тело. Аяно, как маленький ребенок, испуганно попыталась свернуться в комок.

От мощного звука заколебались стены, полопались последние уцелевшие стѐкла.

– Глупая дочь! Я не знаю, сколько раз я говорил тебе, не махать этим мечом так бездумно! Ты до сих пор не понимаешь, что владелец Энрайх и не должен случайно и небрежно использовать силу. К силе нужны еще и мозги! Идиотка! – А…

Столкнувшись с бездушными упрѐками отца, который почти всегда был мягок и добр, у Аяно подкосились ноги. От потрясения она плюхнулась на землю, с трудом сдерживая слѐзы.

Затем Джуго снова повернулся к Казуме, чтобы принести извинения за безответственное поведение своей дочери:

– Сожалею, моя дочь вела себя непочтительно, очень сожалею… хмм?

Там, где раньше стоял Казума, никого больше не было. Джуго посмотрел вниз. Молодой человек сидел на полу, закрывая уши обеими руками. – Что ты делаешь?... Услышав удивленный вопрос Джуго, Казума прохрипел:

– Ничего… В следующий раз, если решите заорать, просьба предупреждать заранее. Вы испугали меня до полусмерти…

Если у Аяно, стоявшей на несколько метров дальше, от крика чуть не потрескались кости, то Казуму, находящегося гораздо ближе, просто накрыло ударной волной. Хотя барабанные перепонки уцелели, в ушах звенело. – …У меня чуть мозг не лопнул.

Казума встал, пошатываясь и стараясь игнорировать шум в голове.

– Продолжай, не стоит отвлекаться на эту идиотку, – сказав это, Казума сел на своѐ место.

Сохранять неподвижность было не очень легко, слуховые косточки3 все ещѐ находились в оцепенении.

– …Нет, Аяно просто не в курсе последних событий . Проще будет дать ей послушать. После незначительных колебаний Джуго позвал Аяно.

Аяно поблагодарила Энрайху, отпуская, и подошла поближе к Джуго. –… Аяно.

– Мне очень жаль.

Та сразу же опустилась на землю и поклонилась. Она не имела четкого представления о том, что происходило, но предприняла эти действия в порядке извинения. – Этого достаточно, в будущем будь осторожнее!

Джуго не хотел повторять, что сейчас неподходящее время для обсуждения этой темы.

– Слушай внимательно, Аяно. Виновный не Казума, а клан Фуга!

– Фуга? Да что они могут?.. Джуго не обратил внимания на возглас Аяно и тихо продолжил: – Всѐ это натворил Казамаки Рюйя, а точнее йома, что вселился в него.

– Да какая разница? Для чего Рена собираются принести в жертву? – поторопил развитие темы Казума.

В этот момент Аяно снова прервала отца:

– Что? Рена захватили в плен? – Сиди тихо! – Джуго и Казума рявкнули в один голос.

Аяно надула губы, но если учесть еѐ недавние неуважительное поведение, она была не в лучшем положении. Поэтому решила, что сейчас лучше всего будет сидеть молча и слушать.

– Продолжим то, на чѐм мы остановились. Изначально предки Фуга и Каннаги следовали разными путями…

( Всѐ правильно .)

Казума пробормотал про себя.

Управление огнѐм и ветром требует совершенно разных качеств. Раз сейчас они в одном клане, Каннаги в конечном итоге поглотили клан Фуга, это естественно.

– Всѐ случилось триста лет назад. Фуга управляли сильным и мощным ветром. Они создали теневую организацию, процветавшую за счѐт убийств и шпионажа. Ради денег брались за любую грязную работу, совершив немало злодеяний. Потом терпение сѐгуна лопнуло, и он нанял клан Каннаги, чтобы устранить их. Битва была напряжѐнной. Но, в конце концов, нашим предкам удалось запечатать источник силы Фуга. Те, кто остались, потеряли большую часть своих возможностей. Их решили принять в качестве подчиненного клана.

– Что представляет из себя источник их силы?

– …Это бог!

Хотя Джуго ответил без промедления, осознание сказанного заняло гораздо больше времени.

– Бог?..

В версии с изображениями тут находится картинка.

Oss icles – часть среднего уха, передаѐт звук во внутреннее ухо , отвечающее за чувство равновесия.

Аяно резко выдохнула. Казума взглянул на неѐ, и хотя он тоже был удивлѐн, решил подождать пару секунд, прежде чем говорить.

– Как его запечатали?

Казума хотел услышать описание этой ситуации не без причины. Разум подсказывал, что для человека запечатать бога невозможно. То, что было упомянуто как бог – не Создатель, о котором говориться в религии, а общий термин для какой-то сверхсущности. Она по определению превосходит человека. Бог, побеждѐнный человеком, не был бы богом. Люди, запечатывающие бога. Звучит нелепо.

– Описание передавалось только устно на протяжении многих поколений. Что произошло в действительности, я не знаю... Вероятно, они заимствовали силу у Правителя Духов или нечто подобное.

Правитель Духов – главный управляющий всеми духами на планете. Хотя и предполагалось наличие правителей земли, воды, огня и ветра, определить, действительно ли все они существуют, пока не удавалось.

Около тысячи лет назад первый Глава клана Каннаги и Правитель духов огня заключили договор. В результате Каннаги получил Энрайх у. За счѐт кровного родства его потомки смогли обрести власть над духами огня , так гласит легенда.

Действительно, если у тебя сила Правителя духов, запечатывание бога уже не кажется таким невозможным.

– Но даже если Глава триста лет назад вновь заключил контракт с Правителем духов, возможность использовать такую силу у людей ограничена. Нельзя превзойти бога. Они могли вызвать Правителя духов непосредственно? – Это невозможно, не так ли?

Пришествие в наш мир подобной сущности даже теоретически трудно себе представить. Это скорее из области чудес.

На вопрос Аяно Казума холодно ответил:

– Что бы в этом случае произошло? Ну, это не имеет значения. В любом случае, я не могу сотворить такое чудо.

– Мы давно об этом знаем!

– Вернемся к нашей теме, Хьюэ хочет возродить своего бога?

Казума сжал зубы, продолжая игнорировать Аяно, пока она торопила Джуго продолжить объяснения.

– О наложении печати на протяжении поколений было известно только главе клана. Если они начали восстание, значит, скорее всего, нашли нужное место и узнали, как еѐ снять.

Выражение лица Джуго стало более нетерпеливым. Не без оснований, потому что если Фуга освободят бога, их клан получит силы сопоставимые с силами Каннаги. Кроме того, на Каннаги обрушится гнев высвобожденного за такое длительное заточение.

– А потом Рен станет данью возрожденному божеству.

Казума был очень спокоен, учитывая ситуацию. В конце концов, у него нет каких-нибудь обязательств перед Каннаги. Если всѐ пойдет в разнос, можно будет просто сбежать, в этом он уверен. Такой вариант вполне приемлем.

– Нет, для того чтобы снять печать требуется Рен, или, точнее, представитель главной семьи Каннаги, – продолжил Джуго. – Только человек из главной семьи может снять печать, потому что она внутри пламени Самадхи.

Пламя Самадхи – экзистенция огня, не имеющего каких-либо искажений. Чистое пламя, которое не должно было существовать в этом мире. Всѐ, что соприкасается с ним полностью сгорает, не оставляя даже пепла. Для того чтобы убрать его необходимо добраться до печати, а это значит, что без главной семьи Каннаги не обойтись.

– Если огонь является препятствием, его можно сдуть, даже если это пламя Самадхи. Если я могу сделать такое, тот парень наверняка тоже может.

– Печать в огне. Джуго повторил сказанное раннее, как бы проверяя Казуму. – Тогда это… эй, это не?

– Да, огонь и есть печать. Если его сдуть, запечатанный бог тоже исчезнет. Таким образом, без того, кто защищен от огня, убрать печать невозможно.

Глава того времени установил несколько уровней защиты: существование печати держалось в строжайшем секрете, процесс поглощения клана Фуга кланом Каннаги был стерт из памяти. Обоим кланам кажется, что такое

никогда и не происходило вовсе.

Тот факт, что печать не может быть удалена никем из клана Фуга – абсолютная истина. Если бы все не было проделано так тщательно, возможно сѐгунат, желающий уничтожения клана Фуга, не принял бы результаты.

– Если первое, что увидит выпущенный бог, будет лицо потомка человека, который запечатал его, я боюсь представить, что случится с Реном.

– Да… Если бы они сразу уничтожили Фуга полностью, нам бы не пришлось сейчас разбираться с этой проблемой.

– Ты… в тебе что, нет ни капли сострадания? – Аяно не скрывала своего презрения к Казуме.

– Сострадание? Ты… ты в самом деле думаешь, что Каннаги спасли Фуга по доброте душевной?

– Что? Ну и что из этого? Это не так?

– Ветер может усилить огонь. Использовать их как адептов низших ступеней, как подчинѐнных, было очень удобно.

В словах Казумы явно слышался намѐк на Джуго. Понимая, что оправдания сейчас бесполезны, Джуго честно сказал им правду:

– Всѐ верно, наши предки действительно использовали Фуга как инструмент, очень удобный инструмент…

– Это не причина…

– Эй, с точки зрения рабов, которыми вы их считаете, такое восстание, безусловно, справедливо. У них есть право мстить вам.

– Почему ты говоришь так, как-будто это тебя не касается? А то, что Рен умрѐт, тебя не волнует? – зло и саркастично процедила Аяно сквозь зубы. – Рен тоже адепт клана Каннаги, он не будет следовать командам Хьюэ. – Это… это возможно. – Что?

Казума проигнорировал Аяно, которая была готова продолжить спор, и сказал Джуго:

– Прошло меньше двенадцати часов. Вполне возможно, что с ним всѐ в порядке. Но управлять им будет довольно легко. Независимо от того, насколько Рен талантлив, за сутки обработки они смогут ему даже собственных родителей приказать убить.

Прямое объяснение успокоило обоих Каннаги.

Промывание мозгов или подселение, можно использовать много методов. Столько сколько хочешь.

Сила клана Каннаги в его происхождении. Основные характеристики привязаны к телу, поэтому даже при потере сознания или подселении демона, духи будут защищать тело Рена.

– Если мы не поторопимся, и печать будет снята, пути обратно не будет. Перед этим мы должны спасти Рена.

– Уж постарайтесь, пожалуйста! – слова Казумы, сказанные в манере «меня всѐ это не касается», остудили пыл Джуго, который только что сделал настойчиво заявление.

Аяно наморщила лоб. Она терпеть не могла людей без чувства ответственности. Тот, кто имеет возможность, но, тем не менее, не хочет ничего делать, по сравнению с тем, кто не имеет возможности, просто гнильѐ. Аяно часто размышляла об этом.

– Не нужно напоминать! Я справлюсь и без тебя. Вот увидите!

– …Подождите минутку!

Джуго был смущен агрессивным поведением своей дочери, но не потому, что сомневался в еѐ силе, а потому что для выживания клана потребуется много боевой мощи. – Казума, ты можешь победить Рюйю?

– Это почти невозможно. Даже в лучшем случае я не продержался бы и пяти минут, – после недолгих размышлений честно ответил Казума, стараясь быть объективным.

Неоправданная переоценка собственных возможностей о чень опасна, это то, что он извлѐк из прошлого опыта.

– Правда?.. В сознании Джуго силы распределялись следующим образом: Рюйя > Казума > Генма > Аяно. Это означает, что одна Аяно не сможет победить. – Да, да, как они ухитрились вызвать демона такого высокого уровня, для

меня – загадка. Черт, даже трехтысячелетний китайский вампир с чрезвычайно мощной демонической ки этой штуке и в подмѐтки не годится. – Тебе приходилось драться… с таким? Вопрос Джуго выражал больше непонимание, чем удивление.

– Да ладно! Как с ним можно драться? Я просто смылся, поджав хвост. Казума ответил игриво, стараясь избежать дальнейшего допроса. Ему не

хотелось об этом вспоминать, и он постарался вернуться к первоначальной теме:

– Проблема в том, что ветер, который использует этот парень не нормальный.

– …Что это значит?

– Настолько ненормальный, что я даже не имею понятия о том, как всѐ это должно выглядеть в естественном виде. Духи вокруг него сходят с ума. Из-за этого я не могу вмешиваться в его заклинания, черт, я не могу даже почувствовать их. Если он себя скроет, я смогу засечь его только на близком расстоянии, непосредственно перед атакой.

– Это весьма…. нет, действительно досадно! – пробормотал Джуго

взволнованно.

У духов есть разум и способности. Хотя неизвестно, как их различать, они имеют волю и могут, как и человеческие существа, волноваться. Пребывание духов в стрессовой ситуации в течение длительного периода времени сводит

их с ума. Допустим, если поместить духов огня в воду или закрыть духов ветра в земле. Всѐ это уже является подтвержденным фактом.

Но… – Ты смог бы контролировать их?

Раз они уже лишились сознания, то, конечно, не смогут услышать слова человека… ну, наверное.

– Чѐрт его знает! Такого не было раньше, не с чем сравнивать, – Казума ответил весьма неопределенно. – Для того чтобы сделать это… возможно, артефакт Аяно будет работать лучше, чем ветер против ветра. Огненный маг – главная атакующая сила. Можно использовать Энрайху и сжечь его тело изнутри. Независимо от того, насколько сильна его воля, он всѐ равно умрет.

– Ты нам не поможешь? – Я просто не люблю работать.

– Я заплачу 100 миллионов! – Очень рад взаимовыгодному сотрудничеству.

Казума принял предложение без каких-либо колебаний. И не потому, что огромная сумма затуманила ему зрение. Вознаграждение дало повод участвовать как постороннему лицу. Конечно, он взял бы то, что его, но вступление в битву уже стало неизбежной реальностью.

– Чудовище, без денег ты бросил бы собственного брата?

Слова Аяно были полны презрения, но Казума только молча усмехнулся. Репутация корыстного засранца заставляла его чувствовать себя намного лучше, чем образ «хорошо парня», который действует, повинуясь эмоциям. И презрение Аяно его не волнует. – Тогда, пожалуйста.

– Ах, оставьте это мне.

Аяно метала глазами молнии, смотря, как двое мужчин скрепляют договор рукопожатием. Джуго определенно понимал цель Казумы. Эти сто миллионов йен необходимы ему, чтобы сотрудничать с кланом, сохраняя независимость. (Я на самом деле не сумею побить его...)

Джуго чувствовал, что образ мыслей Казумы действительно изменился. – Итак, где именно это место? Больше нечего обсуждать. Услышав прямой вопрос, Джуго просто ответил: – Киото!

На северо-западе Киото лежит церемониальная гора Бога огня. Священное место клана Каннаги, где был заключен договор, и огонь Небес горел на Земле.

Через триста лет благодарности, обид и рискованных игр кланы вернулись к месту решающей битвы.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Спасательная операция

По дороге в Киото Казума и Аяно разместились в комфортных креслах Шинкансена. В купе было уютно и прохладно, но остальные пассажиры предпочли скорее втиснуться в перегруженный вагон, чем находиться с ними в одном помещении. Люди были просто не в состоянии вынести тяжелую атмосферу, заполнявшую кабину.

(Р аздражает!)

(Как же это раздражает !)

Аяно пристально смотрела на парня, сидевшего напротив. Казума перекинул ногу поудобнее, листая купленный у стойки журнал, совершенно игнорируя еѐ невысказанное желание стереть его в порошок.

Наконец, девушка отвернулась и взглянула на проплывающий за окном пейзаж. У неѐ еще никогда в жизни не было такого отвратительного настроения. Самого факта совместной работы с этим человеком уже было достаточно, чтобы чувствовать себя несчастной. Ну, а то, что родной отец, похоже, способностям Казумы доверяет больше, чем еѐ собственным, вообще огорчало неимоверно.

Аяно втихую рассматривала своего спутника, упорно стараясь не поворачиваться к нему лицом. Хотя этого и нельзя было сказать по внешнему виду, за прошедшие четыре года он сильно изменился. С неохотой она вынуждена была признать, что Казума уже перепрыгнул несколько уровней. Девушка могла поклясться, что ненавидит его до глубины души, но… не могла отвести глаз, бессознательно следя за каждым движением, от чего злилась еще больше.

(Кстати говоря, это совершенно невероятно! Как он стал настолько сильным всего за четыре года?)

Четыре года назад Казума был подобен камню на обочине дороги. Считалось совершенно естественным не принимать его в расчет, без угрызений совести измываться и смотреть свысока. Так было и во время церемонии преемственности, когда они виделись в последний раз. Казума, безталантный в огненном искусстве, пошел туда только потому, что Генма заставил его. Между ним и Аяно не могло быть соперничества. Исход был ясен еще до сражения.

(Но я слышала, что его бойцовские навыки и другие магические способности были довольно хороши… Нет! С какой стати я должна пытаться определять его достоинства!?)

Аяно с трудом покачала головой, выбрасывая из головы все неприятные мысли. Она восстановила дыхание и подняла голову. В этот момент ее глаза встретились с глазами Казумы. – …Вид у тебя какой-то черезчур довольный, – подозрительно спросил Казума.

– До… Довольный? Да кто рядом с тобой может быть доволен!

– О, правда, что ли?! – в противовес взволнованной Аяно, Казума ответил довольно небрежно, как ни в чем не бывало, доставая сигарету из скрытого кармана куртки. – Эй! Не кури в такой маленькой комнате! (…Опять.)

Выражая недовольство, девушка начала сомневаться, что сможет контролировать свои эмоции. Похоже, Казума подсознательно вызывал у неѐ агрессию, и это трудно было объяснить только одной причиной – ненавистью. В конце концов, Аяно принадлежала к тому типу людей, которые предпочитают

полностью игнорировать тех, кто им не нравится. В обычной ситуации она и пальцем о палец не ударила бы, чтобы заговорить с ним. (Наверное, я не просто ненавижу его, а ненавижу очень очень сильно!)

Используя такую надуманную логику, Аяно пыталась успокоить в своей душе неприятное чувство, но, взглянув на суперотвратительного парня, который, пожевав сигарету, достал зажигалку, снова пришла в ярость:

– Ты оглох? Я сказала тебе не курить!

Казума наполнил легкие дымом и медленно выпустил его. Пространство между ними затуманилось. Повторив процедуру еще раз, он посмотрел на сердитую Аяно: – …Я слышал тебя.

Голос достиг противоположного сиденья вместе с дымом. Смотря, как девушка задыхается, Казума продолжал бесцеремонно загрязнять воздух.

– … Имбецил!

Аяно уставилась на рот Казумы. Духи быстро откликнулись на призыв потомка хозяина огня.

Банг!

Взрыв произошел почти беззвучно. Сигарета, которую жевал Казума, была сожжена мгновенно. Если бы он помедлил, выплевывая еѐ, то отделался бы как минимум обожжѐнными губами.

– Хех-хех! – игнорируя Аяно, такую гордую и довольную собой, Казума достал еще одну сигарету. В то же время он поставил вокруг себя барьер, блокирующий любых духов огня способных выйти из под контроля.

Аяно снова с яростью посмотрела на Казуму, начавшего производить всѐ больше дыма. И, что было ещѐ отвратительнее, дым проходил через барьер, окружая ее белыми клубами.

– Оставим повторение глупых трюков. Как насчет обсуждения наших планов на время миссии? – с трудом переборов желание сжечь весь сектор поезда, Аяно попыталась заключить перемирие. Возле еѐ отца пустая и глупая ругань звучала нелепо, а все проявления еѐ эмоций, можно сказать, разрабатывались в соответствии с Джуго в процессе взросления. Сейчас Казуму ждала очень спокойная реакция.

– Совместная работа двоих не требует плана. Ты идешь вперед и сражаешься с Рюйей, я остаюсь сзади и прикрываю тебя. Есть другие варианты?

– …Почему мне кажется, что моя работа намного более опасна? – Аяно тоже знала, что это наиболее эффективный способ, но она не полностью доверяла Казуме, и поэтому у неѐ возникало ощущение, что стоит ждать подвох. – Это проблемы твоей семьи! Может поэтому?

– Как гордо звучит. Разве тебе за это не платят? Наемники должны сражаться на передней линии! Ты обязан защищать меня.

– Ты такая слабая? – Казума презрительно фыркнул. – Не можешь обойтись без защиты? – Ты…

Глядя на яростное лицо Аяно, которая от злости не могла вымолвить ни слова, Казума сказал еще грубее:

– Слушай хорошо и запоминай. У меня нет энергии в запасе, чтобы защищать тебя. Рюйя очень силен, сильнее меня и, конечно, сильнее тебя. Нам придется использовать всю нашу энергию без остатка, только так мы получим шанс победить. Даже если ты не доверяешь мне, сегодня хотя бы попытайся, иначе – дело дрянь.

Казума говорил так ясно и спокойно, что Аяно не смогла возразить. Тут она поняла, что потеряла контроль над силой. Чужая ки сжала так, что невозможно было пошевелить даже пальцем.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Я… Я уже поняла это… Сейчас Аяно могла оказывать сопротивление только словами. Отказ от борьбы

означал бы поражение и ментальное, и физическое. В этом случае она вряд ли смогла бы когда-нибудь противостоять ему снова.

– Но только сегодня… Если бы это было в другое время, я никогда бы не…, – девушка изо всех сил пыталась возразить, но Казума не ответил. Его присутствие, ощущавшееся ранее, исчезло без следа, как-будто это был просто сон. Он расслабился всем телом и стал лениво возиться с сигаретой.

Аяно, которая решила, что еѐ спутник похож на ядовитого жука, тихонько ругалась про себя.

(… Вот урод. Как так получилось, что я боюсь этого деградирующего никотинового наркомана? Свалился, как снег на голову.)

– Я собираюсь спать.

Она оставила свои размышления и закрыла глаза, затем снова открыла и посмотрела на Казуму.

– Если ты попытаешься сделать что-то странное, я сожгу тебя.

– Не волнуйся! Я не заинтересуюсь существом, которому еще только предстоит стать женщиной! – …………..!

Услышав такой грубый ответ, Аяно сжала кулаки и встала. Не обращая на неѐ внимания, Казума продолжал читать свой журнал, убедительно демонстрируя свою «незаинтересованность».

Одно мгновение казалось, что девушка готова заплакать от обиды, но, взяв себя в руки, вернулась на место и закрыла глаза. Еѐ захлестнул водоворот эмоций. Сейчас она не могла с уверенностью сказать, чего в них было больше, гнева или печали.

(Почему я должна беспокоиться из-за этого парня?..)

Так и не разобравшись в своих чувствах, Аяно заперла свои путаные мысли в глубине сознания. Наведя порядок в разуме, она сфокусировалась на засыпании. Нескольких секунд было достаточно, чтобы забыть обо всех своих несчастьях и мирно засопеть.

Убедившись, что девушка уже спит, Казума очистил воздух в комнате, развеяв накопившийся дым буквально за секунду. В помещении снова стало свежо. Дав указание духам продолжать очистку, он сосредоточился на безопасности окружающего пространства, позволив чувствам синхронизироваться с воплощением своей стихии. Его сознание слилось с ветром, его тело, ставшее пустой оболочкой, томно улыбалось, смотря вниз на Аяно.

(Гы…, эта девушка действительно может спать.)

Самому Казуме, опасавшемуся нападения на ходу, было трудно расслабиться. Хотя радиус поиска у него был десять километров, монстр может легко атаковать со вдвое большей дистанции. При движении со скоростью триста километров в час нельзя было ослаблять бдительность.

Молодой человек продолжал держать защиту только ради ощущения безопасности, ведь даже если нападение будет замечено вовремя, хорошо, если получится заблокировать хотя бы первый удар. Врагу нет нужды фокусироваться на конкретной мишени, если для достижения цели достаточно разрушить вагон целиком.

(После первого удара, мне нужно будет быстро сбежать, пока он не нанесет второй…. Как это сделать, да ещѐ и с балластом?)

Смотря на ношу, которая крепко спала, Казума бормотал про себя.

(Я полагаю, что у меня нет выбора, как только сделать это… Независимо от того, насколько плохой кажется ситуация в целом, единственный выход из запутанного положения – это принятие активных мер. Все бы уже закончилось, если бы я просто ждал шанса. В конце концов, все меры предосторожности сильно запоздали. Клан Фуга бесследно исчез и его еще предстоит найти. Вероятно, они на пути к святилищу, а, возможно, даже уже прибыли!)

Он не собирался позволить клану Фуга реализовать свои амбиции. В первую очередь, конечно, нужно было спасти брата, но Казума уже давно решил, что любой, кто не брезгует использованием человеческих жертв, должен умереть.

(Может быть не все из клана Фуга участвовали в восстании, так что потребуется найти какой-то способ позаботиться об этих людях.)

Вспоминая слова главы клана, маг ветра злобно улыбнулся. (Позвольте мне помочь Вам сэкономить немного энергии!)

Джуго больше не нужно было задумываться о том, что делать с кланом Фуга, потому что Казума собирался убить всех в клане до единого.

Для дальнейшего путешествия был необходим автомобиль, поэтому после выхода из поезда Аяно и Казума, согласно полученной инструкции, направились к автопарковке.

Для поездки в горы был приготовлен полноприводный рэнжровер. Казума вставил ключ, полученный от Джуго, в замок зажигания, включил GPS и запустил двигатель.

Аяно села в машину через дверь с другой стороны. Возможно, она настороженно отнеслась к способностям Казумы как водителя, потому что немедленно схватила ремень безопасности.

– Не надевай ремень безопасности, – сказал Казума, глядя на GPS.

– Почему?

– Рюйя гораздо страшнее автомобильной аварии. Будь готова выпрыгнуть из автомобиля в любое время.

– …Поняла.

– Тогда вперед!

Казума легко надавил на педаль акселератора. Рэнжровер, не встретив никаких помех, стремительно поехал вниз по дороге. После выезда из города они отправились по живописному маршруту вокруг горы.

– Да, я хотела кое-что тебя спросить.

– Что?

– Ты говорил, что духи ветра Рюйи в неистовстве, так? А твои духи не сойдут от этого с ума?

– Ну, если это просто атака, все будет прекрасно. Но я не могу дать гарантии, что так и останется в затянувшейся схватке.

– Ты уверен, что все будет в порядке? – Аяно спросила в сомнении.

– Поверь мне! Кстати, почему бы мне просто не проверить это… Нападение!

Ветер Казумы взвился навстречу черному ветру, пришедшему сверху. Из энергии двух волн был создан яростный шторм, и даже тяжелый рэнжровер стало ощутимо встряхивать.

– Прыгай!

Как-будто вытесняемая голосом Казумы, Аяно толкнула дверь и выскочила. Только после прыжка она спохватилась, что послушно исполнила чужую команду.

– Не указывай мне… Девушка раздраженно уставилась на сидение водителя, но там больше никого не

было.

Непонятно как, но Казума уже выпрыгнул из машины. Учитывая закрытую дверь, совершенно не представлялось, когда это произошло, ведь по логике, он должен был сделать это после Аяно.

– Стой… – предваряя слова Аяно, Казума поднял палец и указал вверх. Глаза Аяно по инерции проследили за ним. – Черт!..

Этот парень удерживал контроль и управлял ею, как куклой, которая не может двигаться по собственной воле. Она разозлилась настолько, что была готова убить его, но, по-видимому, сие мероприятие придется отложить. В той точке, на которую указал Казума, с неба спускалась тень.

Нездоровый дух, даже более темный и неясный чем черный костюм, тонкие губы, прямой нос и правильные черты лица, которое было даже красивым, но бледным словно маска.

– Рюйя?.. Я его совершенно не заметила… Если бы не Казума, она уже была бы мертва, не успев даже увидеть

противника. По спине Аяно прошел холодок.

– Не воспринимай его как одного из клана Фуга. Если первоклассный маг воздуха скроет себя, маг огня его никогда не найдет. Когда ввяжешься в ближний бой, не спускай глаз с противника чтобы не случилось.

Видя, что Аяно застыла от напряжения, Казума одарил ее бесстрашной улыбкой. – Так. Ты готова?

– Не указывай мне. Просто делай свою работу и прикрывай меня!

Бросив эту фразу, адепт огненного искусства выскочила вперѐд. На бегу она вытащила Энрайху и выстрелила файерболом, демонстрируя свою силу.

– Я говорил тебе, что это не сработает! – проворчал Казума, удивляясь глупости Аяно.

Пока огонь приближался, Рюйя стоял спокойно. Палящее пламя атаковало, но он не предпринял никаких оборонительных действий, оставаясь неподвижным.

Кабум!!

– Этого недостаточно! Продолжай и бей!! – закричал Казума, наблюдая за Рюйей, окруженного пламенем.

– Я знаю! Сказала же, не указывай мне!! – ответив, Аяно взмахнула Энрайхой. Она не ожидала, что огонь такого уровня не нанесет никакого ущерба

противнику. Пламени оказалось достаточно только для того, чтобы привлечь его внимание. (Однако… Нет ничего, что Энрайха не могла бы разрушить!)

Но…. Танг!

Удар, в котором она была абсолютно уверена, был отбит с чистым звуком. (Что…)

Рюйя сбросил пламя и вступил с Аяно, которая уже с трудом дышала, в ближний бой. Та совершенно ясно могла видеть черные, как ночь, когти, около тридцати сантиметров в длину, вышедшие из пары изгибающихся кривых пальцев. У девушки не было времени даже подумать – когти резали налево, и направо. Пришлось использовать красное лезвие, чтобы остановить их, готовясь нанести ответный удар, но противник внезапно исчез из виду.

(Сзади!?)

Аяно инстинктивно качнула лезвие и случайно поймала Рюйю. Черные когти блокировали Энрайху с визгливым звуком.

Их оружие столкнулось, но, учитывапя размер и силу руки, Аяно оказалась в невыгодном положении. Она с трудом толкнула лезвие и отскочила назад, увеличивая дистанцию.

– Что, черт побери, ты прикрываешь, Казума? – девушка, которая не могла отвлечь внимание от Рюйи, яростно ругала своего бездействующего партнера.

– …… Эй, Казума? – не получив ответа и испытывая неприятное предчувствие, позвала она с неуверенностью.

На этот раз ответ наконец-то пришел – в форме очень далекого голоса, переданного воздушной магией.

– Я буду двигаться вперед. Остальное оставляю тебе. Удачи!

Услышав от ветра игривые слова, Аяно была ошарашена секунд десять. – ……………………

Тело Аяно, стоявшей с опущенной головой, окружил золотой огонь. Может быть, потому, что она слишком сжала меч, кончик Энрайхи слегка дрожал. Девушка подняла голову, и внимательно посмотрела прямо перед собой. Ее глаза ярко сверкали, глядя мимо стоявшего перед ней Рюйи, как-будто могли видеть презренного спутника давным-давно сбежавшего.

Она крикнула дрожащим и яростным голосом: – Ты… Предатель!! Ну, погоди! Я разберусь с этим парнем, и следующим будешь

ты! Ее крик эхом раздался в пустых горах.

В этот самый момент Казума скользил в воздухе в тридцати метрах над землей.

(Эта уверенная в себе девчонка довольно энергична. Все же постарайся не умереть и дать мне немного времени!)

Если бы Аяно услышала это, она пришла бы в ярость. Казума начал искать место печати. (Не это ли…)

Долго искать не пришлось, уж больно заметной была печать. Глазами духов яркое сияющее пламя, пламя Самадхи, найти было также легко, как увидеть солнце.

Казума временно спустился на землю и вызвал ветер для завершающего прыжка. Этот скачок был гораздо выше, чем любой из предыдущих, и он легко поднялся на сто метров.

Почти не теряя высоты, маг ветра пролетел непосредственно над печатью, наблюдая за происходящим под собой. (Хм… Поищем брата.)

Ситуация была очевидной. Может быть ради сокрытия, опечатанный алтарь был меньше, чем ожидалось. Рядом находились Хьюэ и Рен в окружении двадцати человек. Вопреки предсказаниям Джуго, похоже, весь клан Фуга участвовал в восстании.

Казума остановил ветер и спустился на землю со стометровой высоты как по лестнице. Когда он был в десяти метрах от поверхности, Хьюэ поднял голову.

– Слишком медленно!! – Казума направил поток ветра между Хьюэ и Реном. Сдувая Хьюэ прочь, он потянулся к брату.

– Рен!!

Казалось, мальчик был все еще в сознании. Он потянулся так далеко, насколько смог и схватился за руку Казумы. Тот прижал крошечное тело к груди и сильно обнял. Они какое-то время проскользили в воздухе и мягко приземлились.

– Рен, ты в порядке?

Трудно было предположить, что человек, который задает вопрос таким нежным голосом и есть то самое чудовище, что бросило Аяно.

– Д…… Да……

– Очень хорошо. Хороший мальчик.

Казума позволил Рену спуститься и расслаблено взглянул на главу клана Фуга.

Хьюэ, которому, наконец, удалось встать на ноги, с ненавистью смотрел на Казуму.

– Ты...... Как ты...... Так ты использовал Аяно в качестве приманки, чтобы добраться сюда? Пожертвовал девчонкой, ничтожество.

– И это говорит мне тот жалкий старикашка, который отдал своего сына в лапы дьяволу. Как он тебе сейчас? Насклько я видел, от сознания Рюйи не осталось и следа!

– Ну и что из этого? – Хьюэ ответил без сомнений, бесстрашно поднимаясь вперед. Очевидно, что он не сожалел о содеяном. – Почему бы не поговорить о другом? Если пламя Каннаги это «Очищающее пламя», то ветра Фуга – есть «ветра Искажения»! Отравить мир и исполнить наши собственные желания, которые есть правосудие, вот чего я хочу! Ради возможности свершить правосудие можно пожертвовать и парой-тройкой сыновей!

Аяно решила бы, что Хьюэ сумашедший, а вот Казума прекрасно понимал его мышление. Когда неудача не допускается, справедливо, что драться могут только сильные. Если кто-то, недостаточно сильный, все еще надеется на победу, ему придется отказаться от морали и убеждений обычного человека.

Образ мыслей, когда хотят исполнения личных желаний, даже если тебя будет презирать и обвинять весь мир, был ему слишком знаком. Но, несмотря на это, он не собирался позволить Хьюэ реализовать его планы.

– Но всѐ кончено, ты достаточно наигрался?

– Еще не всѐ! Игра еще не закончилась!

Хьюэ смеялся без страха, налитые кровью глаза по-прежнему не проявляли никаких признаков отчаяния.

– Думаешь, победил? Ошибаешься!

– Вот как? Ну, так докажи мне это!

Насмешливые интонации в голосе Казумы полностью вывели Хьюэ из себя.

Рен, стоявший за спиной брата, засмеялся. Вот только его улыбка в нормальном состоянии никогда не сочилась таким злом. Он вытащил спрятанный кинжал и медленно ударил Казуму в область талии. Тело Казумы слегка дрогнуло, глаза его расширились.

– Хо….хохахаха! Дурак! Тебе придется умереть от рук собственного брата!

Хьюэ громко рассмеялся, но вскоре его глаза сузились в сомнении. Не только Казума, даже Рен перестал двигаться. Нет, Рен попытался вытащить кинжал, но тот даже не шелохнулся.

– Что ты делаешь, “Рен”! Убей его быстрее!

– Я думаю, это будет проблематично!

Казума вдруг вытянул левую руку вперед, на кончике пальцев он держал лезвие кинжала, которое по идее должно было быть в руках мальчика.

– Ты……Как ты сделал это…… “Рен” издал стон. Казума бросил кинжал в сторону и обернулся.

– Темный дух выделяет столько энергии, вы думаете, я бы не заметил этого? – сказав это, Казума широко развел руки, захватывая лицо брата.

Рен мучительно боролся. Казума, с легкостью преодолев сопротивление, начал собирать ки.

– Я не знаю, кого вы поместили внутрь, но это тело Рена, – сказав так, Казума выпустил ки. – Возвращайся в ад!

Сильная ки за одно мгновение уничтожила йома, вселившегося в чужое тело, не давая ему никаких шансов сбежать. Держа обессилившее тело, Казума ждал, пока Рен придет в себя.

– Аргх……Ах……Брат……?

– О, проснулся, – голос Казумы звучал спокойно, как если бы все трагические события, которые произошли в отеле, были всего лишь сном. – Брат……Брат!

Рен всѐ вспомнил и собирался обнять своего брата, когда Казума поднял руки, чтобы остановить его.

– Брат...... Брат? – от улыбки молодого человека у Рена возникло неприятное чувство, он поспешно попытался отступить, но было уже поздно, руки Казумы схватили его за щеки и сильно нажали на них. – Бо……Мне больно……

Казума проигнорировал Реновы крики, ущипнул его за щеки и развел их в стороны, в результате получилась корявая улыбка.

– Как ты мог позволить так легко себя похитить? Ты мужчина, нечего изображать «девицу в беде»! Почему мне пришлось тащиться в Киото, спасать тебя, засранец?

– Яа...... Мне ошень шааль, брат, – Рен интенсивно замахал руками и ногами, проливая слезы и моля о прощении. Возможно, что от увиденного Казума перестал сердиться, так как разжал пальцы.

– Это… Это было так неприятно, брат…

– Идиот, если бы это был не ты, я бы выбил всю дурь из тебя методами похлеще.

Потерев свои болезненно ноющие красные щеки, Рен поднял голову с глазами полными слез.

Этот милый жест мог почти в один удар обезоружить старшую сестру, но он не работал с Казумой. Холодно отодвинув Рена в сторону, тот опять повернулся лицом

к Хьюэ.

– Я полагаю, мы надурачились достаточно. Уже мой ход?

– Хмммм…… – Хьюэ издал стон. Присутствие Казумы полностью не учитывалось в его расчетах. Тот не только обладал большой силой, но был чересчур искусен.

Такой особый способ экзорцизма глава клана Фуга никогда не видел. Это выглядело легким, но в действительности было слишком сложной и деликатной техникой, чтобы активировать еѐ в одно мгновение. Все было крайне подозрительно.

– Похоже, желание использовать тебя было самой большой ошибкой, которую я сделал!

– Да, я тоже так думаю. Если бы не все эти мелкие уловки, может быть, клан Каннаги уже погиб бы к этому моменту! – соглашаясь так легко со сказанным, Казума знал, что это нанесет еще один удар по Хьюэ. Он никогда не был скуп на слова и действия, что могут заставить другого человека чувствовать себя несчастным.

– Но почему? Почему ты пытаешься остановить меня? Ты должен очень хорошо знать ненависть, которую порождают издевательства и унижения, когда вынужден стоять на коленях перед другими. Ты же пережил то же и прочувствовал все это!

Разве ты не ненавидишь Каннаги? Не презираешь их? Разве мы не одинаковы? Ты должен быть на нашей стороне!

Рен поднял голову, чтобы взглянуть на выражение лица своего брата. Как и сказал Хьюэ, Казума прошел через ситуации очень похожие на те, в которых был клан Фуга. Хотя он сказал, что "больше не ненавидит клан Каннаги", слова Хьюэ... не напомнят ли они ему снова о его ненависти?

– Да, это верно. Мои чувства очень похожи на ваши. Даже если клан Каннаги погибнет, грустить я не стану.

– Брат? – выражение лица Рена изменилось сразу же, как только он схватил Казуму за руку.

Увидев эту сцену, Хьюэ ухмыльнулся. Если бы он мог перетянуть Казуму на свою сторону, расстановка сил сразу же изменилась бы. Даже если Казума не присоединиться к нему, пока он не вмешивается….

– В таком случае, у нас больше нет причин бороться, не так ли? Я не прошу, чтобы ты помогал, просто прекрати вмешиваться. Мы хотим уничтожить клан Каннаги. Эти триста лет мы находились под их контролем в качестве рабов. Триста лет! Наши предки совершали грехи в прошлом. Но как долго мы должны платить, чтобы искупить это? Когда же мы будем прощены?

Казума, вынув сигарету из скрытого кармана куртки и прикурив еѐ от зажигалки, невозмутимо наблюдал за Хьюэ, который говорил всѐ более страстно и эмоцианально.

– Кроме того, почему мы должны платить за грехи, которые совершили наши предки? Почему нас должны использовать и унижать, как рабов? Какие преступления мы совершили? Нет! Нет! Нет! Я не могу согласиться с этим! Я никогда не признаю это высокомерие Каннаги! Это вполне оправдывает месть! Я имею полное право их уничтожить! – ...Говоришь, что вы сделали?

Наступив на сигаретный пепел ногой, Казума спросил:

– Высказался? После понимания истинного смысла этих слов, глаза Хьюэ расширились от шока.

– Ты...... Все еще хочешь идти против меня...... Почему? Ради чего ты так стараешься угодить клану Каннаги? У тебя есть такие великолепные способности, так почему?

– Потому что глава клана добродушно предложил 100 млн. йен, нанимая меня, – прямолинейно заявил Казума. Хьюэ застыл с открытым ртом, не в силах что-либо сказать.

– Брат? Так значит, ты пришел сюда на работу? А не для того, чтобы спасти меня в частности, – подозрительно спросил Рен, чуть повысив голос.

– Я считаю, нужно брать от ситуации все, что можно. Это называется убить двух зайцев одним выстрелом!

После объяснения Казумы сомнения Рена все еще не исчезли. Казума, встретив обвиняющий взгляд, сказал с горькой улыбкой:

– Жить не так-то просто. В один день ты тоже поймешь, что слишком… Эй! Куда это ты намылился? – Казума нашел глазами Хьюэ, который пытался бежать во время разговора, но остановился после резкого окрика.

– Так ты закончил молиться? Какое совпадение, ваш Бог, кажется, обитает где-то здесь. Хехехехе. – Казума нарочно шумел, издеваясь над своим оппонентом. – …Не думай, что ты уже победил, – лицо Хьюэ побагрвело от гнева.

По его сигналу появилось около десяти человек, мужчин и женщин. Казума посмотрел на кинжалы и дубинки, которые они держали.

– Независимо от того, сколько таких людей из клана Фуга выйдет...... Эй, подожди... старик, что вы сделали с этими людьми?

Расфокусированные зрачки и пошатывающиеся шаги, маги явно были не в себе.

– Эти люди, которые забыли гордость клана Фуга, глупцы и остолопы, которые охотно были рабами Каннаги. Они должны были подумать о том, кто они есть, а не пытаться убедить и остановить меня. Так что я отобрал у них волю, и теперь они марионетки. Хахаха… – Хьюэ пронзительно рассмеялся. Было видно, что упрямый старик дошел до предела.

– Так как же, Казума? Эти люди лояльны Каннаги, они праведные и уважаемые маги! Ты, являясь последователем Каннаги, не сможешь убить их, не так ли? Так скажите мне, что ты собираешься делать?

– Нечто такое, – отрезал Казума слова Хьюэ вместе с головами магов. Как-будто это была шутка, десять голов одновременно полетели в небо, и упали на землю одна за другой. – Ты...... Ублюдок! Против невинных людей, которые просто под контролем......

Ты вообще человек?

– Хватит говорить обо мне. Ты думаешь, я нечто вроде борца за добро и справедливость? Какая разница, были ли они под контролем или их шантажировали, всякий, кто тыкает в меня ножом – мой враг. Маленькая девочка не будет исключением.

Услышав такое хладнокровное заявление, Хьюэ оказался в полной растерянности. И в этот момент…

– Ч... Черт!

Один мужчина выбежал из человеческой стены, которая уменьшилась в два раза. Его жена только что была убита Казумой. Так как она была не в состоянии принять амбиции Хьюэ, ее сознание было отнято. Но после уничтожения Каннаги, еѐ вернули бы в норму, и они могли бы жить, как раньше, нет, даже более счастливо, чем раньше. Воу!!

Мужчина создал ветряные лезвия. Но, по сравнению с ветром Казумы, они были маленького размера и представляли жалкое зрелище. Контроль над маленькими ветряными лезвиями был перехвачен, и в ответ Казума отрубил котелок заклинателя. Голова покатилась по полу и, в конце концов, остановилась рядом с головой его жены. Никто вокруг не смел пошевелиться. Взгляд мага, полностью окутанного северными ветрами, свершившего бессердечное наказание, был похож на взгляд бога смерти, смотрящего на бренный мир…

– Хм... Кстати, как много еще осталось? Во... Воу!

Ленивая речь как бы подала сигнал. Клан Фуга начал терять контроль и рассеиваться неорганизованной толпой. – Стойте... Всем оставаться на местах!

Никто не послушался приказа Хьюэ. Каждый стремился сделать хотя бы шаг назад, чтобы быть подальше от Казумы. Страх, который превзошел учение Фуга, контролировал их сердца. К настоящему времени клана Фуга не осталось. Но для Казумы, реальная проблема начиналась только сейчас.

– Брат.... Брат, ты действительно перестарался! Зачем убивать тех людей, которые находились под контролем? Нужно было успокоить Рена, у которого блестели в глазах слезы.

– Зачем?

По меркам Казумы, как раз то, что он уже сделал, принимая в расчет чувства Рена, и была попытка предотвратить ненужные убийства….

– Давай… Давай отложим это пока и позаботимся сначала о старике! – Казума использовал Хьюэ в качестве щита, чтобы сменить тему. – Извините, что заставил вас ждать. Вы готовы?

– Черт...... Сопляк......, – со злобой глядя на Казуму, который отнюдь не оробел от его слов, глава клана Фуга изрыгал бесконечные проклятия. Будучи оставленным своими подчиненными, теперь он был один. Конечно, Хьюэ безуспешно пытался бежать уже несколько раз, но каждый раз его останавливали. Даже обернувшись, даже успокаивая Рена, Казума не спускал глаз с противника.

– Однако все еще не закончено. Есть ещѐ порох в пороховницах... Ублюдок! Ты думал, что без Рюйи рядом со мной, я просто бесполезный старик?

Казума молчал. Это высказывание не стоило того, чтобы на него отвечать.

– Ошибаешься! Рюйя не был единственным, кто получил силу от контракта!

– Рюйе ничего не досталось, – холодно поправил его Казума. – Этот парень просто потерял все.

– Хм, это лишь вопорс интерпритации, – произнес Хьюэ, а затем сказал во весь голос. – Смотрите внимательно! Вот силы, что я получил!

После этого заявления потустороннее начало распространяться повсюду. Измерение тонкого слоя было открыто, и из мира, о котором никто не знает, где он располагается, оно… они… появились.

– Вааааа!? – громко закричал Рен. За это его нельзя было упрекнуть, так как он и Казума оказались окружены всеми видами демонов настолько плотно, что даже вода не просочилась бы между ними. Их было больше сотни. С другой стороны кольца демонов громко насмехался Хьюэ:

– И как вам это, шокировало? Это моя сила!

– ...И что в этом сильного? – Казума лениво поиздевался в ответ. Сила, которой Хьюэ так гордился, была не более чем низкоуровневыми демонами, заимствованными от того, кто овладел Рюйей. Заимствование чего-то, что было заимствовано. Имея то, что было заимствовано два раза, Хьюэ сам не обладает силой. – Мелкие сошки. Но старик не казался озабоченным.

– Перед тем, как я встречусь с Рюйей, почему бы тебе не остаться и не сыграть с этими ребятами! Хьюэ смешался с большой группой демонов и исчез.

Двое оставшихся были окружены йома. Казалось, отсюда не было никакого выхода. Выражение лица Рена стало напряженным от страха. – Брат... Брат... я возьму на себя тех, кто сзади...

– Не двигайся, я позабочусь обо всех.

Все произошло в мгновение ока. Ускорившийся ветер рухнул с неба как металлический молот, разбиваясь о поверхность. Под такой огромной силой все демоны были разорваны и раздавлены. (Какая... Какая мощь...)

Рен затаил дыхание, наблюдая происходящее. Что за страшная сила, не трудно понять, почему Генма потерпел поражение.

– Чего ты ждешь? Идем за стариком, быстро! – Казума схватил Рена и приготовился взлететь. – Э? – Что-то не так? – обернулся и спросил Рен.

Услышав вопрос, Казума заколебался, прежде чем ответить. – …Аяно тоже пришла сюда, ты можешь почувствовать ее?

– Хм… Нет, ничего. – Рен продолжал пытаться определить присутствие, но ничего не почувствовал. – Но, в первую очередь, мы, огненные маги, не очень хороши в обнаружении присутствия……

– Но не в такой степени, чтобы быть не в состоянии обнаружить Энрайху в бою… Похоже, она проиграла.

– Как такое возможно? Невероятно! – весьма непосредственно заявил Рен, на его лице не отражалось ни тени сомнений. Это была абсолютная истина. Для обладателя Энрайхи проиграть, то же самое как поменять местами небо и землю, и то и другое невозможно.

– Если ки сестры утихла, это означает, что она уже выиграла. По-другому просто не может быть!

– Было бы не плохо. Это позволит сэкономить много усилий.

Казума притворился, что уверен, как и Рен, и еще раз взял брата на руки. – Давай сначала встретимся с Аяно! Если она погибнет, проблем не оберешься.

– Может лучше не гоняться за Хьюэ?

– У нас есть много шансов, чтобы убить этого старика… Пойдем! – крикнув, Казума прыгнул.

Сильный ветер мягко подбросил их в небо, и они понеслись над деревьями с легкостью преодолевая гравитацию.

– Ничего себе... Это здорово... Какой великолепный вид!

Возможно, в другое время Казума взлетел бы повыше, чтобы дать Рену посмотреть побольше, поскольку мальчик начал наслаждаться захватывающим видом, но пришлось увеличить скорость.

– Ух, уже все? – грустно сказал Рен, когда понял, что они начали спускаться.

– Когда все закончится, ты сможешь смотреть столько, сколько захочешь. Только разберемся со всем!

Они приземлились на небольшом пустом участке земли.

– Она здесь… Ты видишь, в конце концов, я оказался прав.

– Сестра……Сестренка!

Рен не поверил своим глазам, Аяно была вся в крови и шла к ним с трудом переставляя ноги. Было ощущение, что девушка может упасть в любой момент. Энрайха свисала в бессильно опущенной правой руке. Кончик лезвия волочился по земле, производя пронзительные звуки.

Она остановилась перед ними. Всю израненную, еѐ хватило только на то, чтобы яростно впиться взглядом в лицо Казумы. Казалось, что огонь вот-вот хлынет из глаз

и сожжет презренного предателя, стоявшего перед ней.

– Ты проиграла! – Казума в очередной раз полностью проигнорировал убийственные намеренья своей спутницы. В его холодных словах не было даже оттенка вины из-за того, что он оставил еѐ в качестве приманки.

– Ты, задница…

Аяно, собрав оставшиеся силы, подняла Энрайху, красивое сверкающее пламя окружило красное лезвие. Однако размахивать мечом она уже была не в состоянии. Казума осторожно обнял девушку, которую оставили последние силы. Энрайха потеряла сияние и выскользнула у нее из рук. Божественный меч упал на землю и начал исчезать, сливаясь с воздухом.

– Идиотка. Пытаться махать божественным мечом телом, которое почти мертво. Она, конечно, перенапряглась и исчерпала все силы.

Бессердечные слова Казумы не могли достигнуть ушей Аяно. Она окончательно потеряла сознание. Ее лицо было мертвенно бледным.

– Сестричка! Сестричка Аяно!

– Заткнись, – спокойно скомандовал своему плачущему брату Казума, не поворачивая головы.

Он грубо и безучастно поднял лицо Аяно, схватив за волосы. На первый взгляд казалось, что Казума проверяет состояние ее организма. Через несколько десятков секунд, обеспокоенный Рен спросил растерянно:

– Брат, с сестренкой Аяно все будет в порядке……?

– Нет, она покойник.

Казума разбил ожидания Рена без жалости. – Как…… Как может такое……

– Раны сами по себе – ничего особенного. Проблема в темном духе, который вошел в тело через них. Она в одном шаге от того, чтобы еѐ тело было захвачено духом.

Он был похож на доктора, но доктор, возможно, выразил бы больше сожаления, описывая ситуацию! Слова же Казумы были спокойны и хладнокровны.

– Но какой темный дух может заморозить божественного ребенка из огня и Энрайху вместе с ней? Где старик Хьюэ нашел таких демонов?

– Сейчас не время обсуждать эти глупости, не так ли? Если мы не спасем еѐ, сестренка Аяно скоро ...

– Рен, лови, – Казума вдруг бросил тело Рену.

– Воу!

Хотя Аяно была стройной и совершенно обессиленной, она всѐ равно оказалась слишком тяжелой для двенадцатилетнего подростка, и в результате они вместе рухнули на пол.

– Что…… Что……, – Рен хотел сначала поднять шум, но потом почувствовал, каким холодным было тело Аяно.

Она ещѐ дышала, но еѐ температура ничем не отличалась от температуры трупа. «Мороз», о котором говорил Казума, был не метафорой, а буквальным описанием истины. Рен, как огненный маг, смог ясно почувствовать, что пламя жизни Аяно затухает с каждой секундой. – Нет…… Разве нет способа спасти сестренку!?

– Хм. Нельзя сказать, что нет никакой возможности, но...

– Но что?!

– Это было бы расточительством.

Неописуемая тишина заполнила сцену. Рен с совершенно замороженным лицом смотрел на Казуму. Казума, тоже молча, наблюдал за Реном.

– Что ты сказал? – Рен разбил тишину, и вопрос в его голосе прозвучал исключительно уныло.

– Это было бы расточительством, – спокойно повторил Казума, будто констатируя очевидный факт. – Это действительно ценное лекарство, и вряд ли я достану такое ещѐ раз.

Он пожал плечами, как бы говоря, что ничего нельзя с этим поделать.

Рен не мог поверить в то, что кто-то мог сказать, что лекарство является более важным, чем человеческая жизнь, и в то, что этот кто-то – его собственный брат. Сказанные слова выдавали его шок.

– Если так пойдет дальше, сестра умрѐт, и сказать, что использование лекарства слишком расточительно... Это ведь не может быть правдой, не так ли?

– Подумаешь! Не похоже, что линия крови главной семьи исчезнет полностью, ты сможешь унаследовать Энрайху. Наш старик был бы просто счастлив от этого.

Это был первый раз, когда Рен слышал такие бесчеловечные слова. Кровь в его теле закипела, и огненные духи стали издавать веселый звук, словно чувствовали, что должен начаться бой.

– Что-то не так? – Казума смотрел на своего брата, который молча наклонился, прикрыв глаза.

– Не... – Не?..

– Не смей шутить со мной! – рев Рена превратился в ударную волну, накрывшую Казуму. Ухмыляясь, тот использовал ки, чтобы установить самый низкий уровень защиты, позволяя противнику наносить удары. Казума понимал, что это явление было результатом ответа духов на ярость Рена.

(Да, именно так.)

Характеристикой огня является "агрессивное пламя". Сильный гнев является ключевым фактором для синхронизации с духами этой стихии. Для человека, который, как правило, спокойный и робкий, они не будут отдавать всю их энергию. Умение обладать великой яростью и эту ярость контролировать, только так можно быть одним из лучших в искусстве огненной магии.

Жарко было как рядом с печью для плавки металла, огненные духи отвечали на ярость Рена и продолжали собираться.

– Отдай мне лекарство, – тихо приказал Рен. Теперь, когда он очень хорошо понимал, как ему нужно поступить, не было нужды орать. Если противник будет сопротивляться, он сделает все, чтобы получить лекарство, даже если при этом может умереть. Получится или нет – вопрос последний, главное – что он должен сделать.

– Ладно, ладно, я дам его, не угрожай мне больше, – подняв руки сдаваясь, Казума был не в состоянии удержать на губах улыбку. Спокойный но яростный боевой дух и ментальная энергия, чтобы управлять им, Рен уже начал свое путешествие, чтобы стать первоклассным магом огня.

Обойдя стороной Рена, Казума подошел к Аяно, лежащей на земле. Глядя на неподвижное тело, он играл с бутылкой, которую вынул из скрытого кармана.

Сказать, что он сделал это без колебаний, несомненно, будет ложью. Это было чрезвычайно редкое и ценное лекарство, но пока это было нужно для роста Рена, он не против платить такую цену, так как, в первую очередь, эта вещь не стоила ему ни цента.

Он опустился на колени рядом с Аяно, и попытался разместить горлышко бутылки в правом уголке ее бледных губ, но, в конце концов, сдался. У нее, казалось, не было сил даже пить, а разливание лекарства действительно будет расточительством.

Казума просунул руку под плечи Аяно и приподнял. Он набрал в рот лекарство и соединил их губы. – Ух ты!

Сбоку краем глаз он мог видеть Рена с залитым краской лицом, загипнотизировано наблюдающим, как Казума льет лекарство прямо в рот Аяно методом рот-в-рот.

(Хммм…………)

Сначала Аяно почувствовала тепло, что-то быстро удаляло чужеродную силу из еѐ тела. Тепло – жизнь постепенно возвращалась.

Потихоньку она стала осознавать происходящее. Еѐ окружала мощная сила, теплая исцеляющая энергия духов лилась через губы. Девушка чувствовала, что это кто-то, кто только что вытащил ее из врат смерти.

Аяно медленно открыла глаза и сфокусировала взгляд на точке перед собой, и тот, кто предстал перед глазами, был…

В версии с изображениями тут находится картинка.

- ~~~~~!

Ее сознание проснулось в одно мгновение, и она использовала все силы, чтобы оттолкнуть Казуму прочь.

Казума не торопясь отодвинулся и встал неподвижно, смотря, как мило реагирует Аяно, когда нервничает. ( Я……Меня поцеловали……? Почему……?)

Аяно левой рукой дотронулась до губ, крепко обхватив тело правой, и как жертва нападения насильника, плотно сдвинула ноги и сжалась. (Что происходит……?)

Не зная, что произошло, невозможно было понять ситуацию. Может быть это как-то связано с темным духом, который захватил ее? Воспоминания, казалось, не могут собраться в одну четкую картину. Забылась не только попытка зарубить Казуму своим мечом, в первую очередь, она не могла даже вспомнить, как они встретились.

Аяно подняла голову, чтобы подозрительно уставиться на парня, который смотрел на неѐ, как на какое-то подопытное животное. На самом деле, Казума наблюдал за действием лекарства, но она не могла этого знать.

Внутри начал расти гнев. Украв поцелуй, первый поцелуй к тому же, не похоже, чтобы другая сторона испытывала хоть малейшее чувство вины. Непростительно!

– Какого черта ты делаешь!!

– Так ты разговариваешь со своим спасителем?

– Ух……

Холодный ответ остудил пыл Аяно. Рен, который стоял рядом, с трудом сдерживая слѐзы, поднял голову и взглянул на неѐ.

– Сестра……Сестра…… Наполнение энергией восстановило тело девушки, и теперь трудно было

представить, что несколько минут назад она была при смерти. Даже раны и следы крови исчезли.

– Сестра! Сестра! Сестра!

Рен был очень счастлив. Он крепко изо всех сил обнял свою любимую «сестру», как-будто пытаясь подтвердить, что это не сон, и разревелся. Чувствуя себя неловко, та мягко погладила братишку по голове. – Рен, успокойся... Все хорошо, я буду защищать тебя, так что не бойся...

– Идиотка, – услышанную ошибку Аяно Казума опроверг без милосердия. Не обращая внимания на убийственный взгляд, направленный на него, он продолжил, – Рен беспокоится о тебе. Ты проиграла Рюйе и почти умерла. Кстати, тот, кто спас тебя – не кто иной, как я, так что будь благодарна.

Этот спич, произнесенный человеком, утверждавшим, что он ее благодетель, спутал мысли Аяно. Напряжение в воздухе заставило бы утихнуть и плачущего ребенка. Рен замер на месте. Аяно вдруг опустила голову и посмотрела на него. Она схватила мальчика, уже готового сбежать, и, нажав на плечо, спросила со страшным выражением.

– Это правда?

– Ну… Ну…

Рен встревожился, не зная, в чем был смысл вопроса. Аяно нажала сильнее и повторила вопрос. – Этот парень сказал, что он спас меня, это правда?

Рен ответил настолько мягко и деликатно, насколько был в состоянии. – Это... Это правда. Сестра, он принял лекарство...... затем рот в рот......

– Забудь об этом, – Аяно мягко остановила сбивчивые слова. Рука, которая лежала на плече, сжалась еще сильнее. Видя, с каким выражением она улыбается, одними губами, у Рена от испуга обмякли ноги.

– Ты ничего не видел, понимаешь?

Не издав ни звука, Рен покивал головой.

– И чем же вы меня напоили? Надеюсь, побочных эффектов не будет? – Аяно спросила подозрительным тоном. То, что в состоянии полностью вылечить умирающего в течение нескольких минут не внушало ей доверия.

– Эликсир, – Казума ответил просто и ясно.

– Эликсир? Ты не имеешь в виду тот, который называется “Вода Жизни”?

– …

– ЭЭЭЭЭЭЭЭЭ? – не только Аяно, но и Рен, снова готовый заплакать, издал потрясенный возглас.

В этом не было ничего удивительного, ибо то, что называется “Вода Жизни” – легендарная субстанция с исключительными свойствами, созданная алхимией. Говорят, что она даже может оживить мертвого. Было неизвестно, существует ли эта жидкость хотя бы в одном экземпляре, тем более неизвестен был способ производства.

– Такая вещь, где ты ее достал……

– Для начала, ты ничего не хочешь мне сказать? – по сравнению с потрясенной Аяно, Казума, казалось, был спокоен. Понимая, что он подразумевал под «сказать», Аяно неохотно поблагодарила его.

– ……Спасибо.

– Не беспокойся об этом. Я только добавлю в мой счет статью «на вынужденные расходы». Около сотни миллионов будет достаточно.

– Ты……Ты ублюдок! Ты не можешь просто помочь кому-то!? Тот, кто измеряет все в деньгах, слишком низок для звания «человека»!

– Ты думаешь, что такое лекарство можно купить за деньги?

– Аргх…………

Казума повысил голос, выпрямив спину, и Аяно мгновенно замолчала. Это был первый раз, когда он стал настолько эмоциональным. Похоже, что из-за траты своего драгоценного лекарства он чувствовал себя несчастным.

Действительно, такой эликсир нельзя купить за деньги. Немало людей хотели бы заполучить то, что может воскрешать мертвых, даже если бы пришлось расстаться с последней рубашкой. Продавать такие вещи с уценкой, как на распродаже, всего за сто миллионов просто возмутительно.

Однако Казума вздохнул и сумел успокоиться. – Бессмысленно. Забудем об этом! Ах да, Аяно, так почему же ты проиграла?

– ...Почему, ты спрашиваешь?

Услышав вопрос, который задел ее гордость, Аяно посмотрела с горечью.

– Конечно, я должен спросить. Я всегда думал о твоей Энрайхе, как об абсолютном оружии. Если это не так, весь план битвы должен быть продуман еще раз. Так скажи мне, что происходит? Правда ли, что Энрайха не может сжечь его, даже если она пронзит Рюйю? – Хм............ Эээ… То есть......

Глядя на мнущуюся Аяно, глаза Казумы похолодели. Девушка смущенно отвела взгляд. – То есть, ты даже ни разу его не ударила? Все твои атаки были предсказуемы.

– Хм............

– А затем, все применение огненной магии, которые ты могла реализовать в спешке, были заблокированы ветром. – Эммм ээ………….

– Под односторонними вражескими атаками твои раны продолжали расти.

– ………………………..

– И, в конце концов, как-то тебе удалось сбежать. Поскольку подобное содержание является слишком смущающим, возможно, я должен похвалить тебя за твою способность убегать? – Что...... Что? Как ты смеешь говорить такое?

Услышав такие жестокие и бессердечные комментарии, Аяно окончательно вышла из себя.

– После гордо сказанного ранее «Верь Мне», в конце ты просто сбежал, оставив прикрывать меня несколько слов! И для того, кто свалил самые проблемные вещи на другого, какое ты имеешь право говорить мне подобное!!

– О, я сожалею.

– ......А?

От услышанного ответа у Аяно расширились глаза. Она ждала, что он будет еще более энергично насмехаться в ответ. Невозможно было представить, чтобы стоящий рядом парень извинился так честно.

Подтверждая эти сомнения, Казума продолжил:

– Я просто не ожидал, что ты настолько слаба. Ба-дум!

Необычный шум пришел из ее сердца. В воздухе раздался треск. Рен быстро отскочил подальше от Аяно.

– Я думал, ты сможешь дать мне немного времени, чтобы спасти Рена. Но, кажется, это было слишком тяжело для тебя. Мне тааак жаль.

Собрав всю свою энергию, Аяно плотно схватила рукоять Энрайхи. Ее сила выплеснулась за пределы тела и опавшие листья под ногами начали танцевать в воздухе. Осенней ночью температура поднялась быстро, стало жарче, чем в солнечный день, и чем горячее становился воздух, тем напряженнее становилось лицо Рена.

– В последний раз ты пыталась зарубить меня своим мечом...... Тогда я подумал, что ты не прикладываешь усилий, ведь я твой родственник, я не заметил, что ты была серьезна, я полностью не понимал этого, изв......

Аяно пошевелила рукой, чтобы заставить Казуму заткнуться, и не задумываясь кинулась в атаку. – Оу, оу!

Глаза девушки внимательно следили за противником, с легкостью уклонившегося от первого удара. Она махнула Энрайхой вверх, пытаясь достать его, но тот ушел влево. (Даже не думай о побеге!)

Аяно вывернула руку, отводя Энрайху назад. Кончик лезвия указал на Казуму, и она сделала шаг назад, подготавливая удар.

– Сестра! – гарантированное попадание, а потому, Рен бросился и плотно обнял владелицу огненного меча за талию, заставляя упустить свою цель. – Что ты делаешь, Рен! Уходи сейчас же!

– Нет! Нашли время!!

От того что ей делал замечание мальчик на четыре года моложе неѐ, Аяно потеряла дар речи.

– И брат тоже! Почему ты ведешь себя настолько отвратительно!? – Рен посмотрел на Казуму. Юный маг огня сейчас чувствовал свою ответственность. Он понимал, что если позволит этим двоим поступать так, как им вздумается, ничего хорошего не выйдет.

– Я не хотел дразнить ее.

Казума ответил рассеяно.

– И поэтому наговорил всѐ это? – недоверчиво продолжил Рен.

– Просто разрядил некоторое напряжение, и все.

– ……………………………

– Та, что должна была стать орудием завершающего удара, на самом деле подобна маленькому котенку. Это стоило того, чтобы сказать об этом, не так ли?

– Се...... Сестра...... Успокойся...... – Рен, снова готовый заплакать, старался утешить Аяно которая, казалось, была готова к взрыву. Его усилия не были напрасны.

– ...Я знаю. Я не буду сердиться больше, можешь отпустить, – с некоторыми оттенками спокойствия сказала Аяно. Она медленно выпустила воздух из легких, умеряя свой гнев.

– Кстати, ты должен был позаботиться о Хьюэ, не так ли?

– Нет, он сбежал.

– ……Что? – Аяно внезапно крикнула в ответ. Независимо от того, что она говорила, у нее была глубокая вера в возможности Казумы.

И этот Казума на самом деле был не в состоянии прикончить какого-то Хьюэ…

– Что случилось?

– Этот старик вызвал более ста демонов на одном дыхании. Я был занят ими, так что, у него была возможность ускользнуть.

– Больше сотни?

Видя сомнение Аяно, Рен подтвердил слова Казумы.

– Это правда, сестра. Демоны заполнили все вокруг, брат избавился от них почти за одно мгновение. Мы не смогли поймать Хьюэ потому...... (что спасали сестру......)

Палец Казумы прижатый к губам заставил Рена неловко замолчать.

– Что вы пытаетесь скрыть?

– Ничего важного, самая большая проблема сейчас Рюйя. В следующий раз, мы должны быть уверены в его смерти. – ......Ты все еще намерен бороться?

Смотря на испуганную Аяно, Казума сузил глаза. (Я никак не ожидал, что она будет настолько слабой духом.)

Но, сейчас, безусловно, не время, чтобы позволить ей быть не уверенной в своих силах.

Он собирался бороться с этим монстром и в одиночку, но страдания и усилия должны быть разделены между всеми. Именно в это верил Казума.

– Ты боишься? Ну, я не виню тебя, ведь ты ранее так ужасно проиграла. В следующий раз, когда противник поймает тебя, я обещаю не смеяться над тобой.

От унижения щеки Аяно залило румянцем.

– Даже если я не могу победить, по крайней мере, я могу умереть, прежде чем враг захватит меня! Я не оставлю выхода этим ребятам. Я приняла такое решение, не смотри на меня! – она сердито опровергнула сказанное Казумой.

Такого настроя было достаточно, но содержание было неприемлемо.

Не зная, как принять эту линию, Казума сдвинул брови, пока Аяно продолжала говорить:

– Я имела в виду, должны ли мы отступить и реорганизовать нашу боевую силу. Так как Рен уже спасен, нет опасности, что печать будет нарушена, так что......

– Не годится, – Казума отказался от предложения Аяно очень просто.

– Быть атакованными во время движения, это очень плохо. В случае если будет уничтожено транспортное средство целиком, ты уверена, что сможешь бежать?

– Но, они не будут настолько глупы, чтобы убить Рена, не так ли? Если они сделают это, они не смогут сломать печать.

– Цель Хьюэ в том, чтобы уничтожить клан Каннаги. Судя по ней, он ненавидит Каннаги до глубины души. Освобождение от печати их бога, вероятно, всего лишь один из способов сделать это.

Даже говоря «вероятно», на самом деле Казума был очень уверен в том, что так оно и есть.

Если бы она увидела, ту безумную ненависть своими глазами, может быть, Аяно смогла бы понять!

Для Хьюэ Бог или Дьявол не что иное, как "сила". В глубине души он думает только о том, как их использовать. Теперь Хьюэ получил Рюйю, с помощью которого можно уничтожить клан Каннаги. Так что он не должен быть настолько поглощен тем, как распечатать их бога.

– Кроме того, в этой ситуации, наша смерть будет означать, что они победили. Потому что мой старик сейчас с тяжелыми травмами… – Это было сделано тобой!

– Сейчас не время говорить об этом. Независимо от того, насколько силен глава клана, его организм не в состоянии сражаться. Те, из побочных семей, все бесполезны. Другими словами, если мы умрем, то это и означает конец клана Каннаги. Поняла? У Аяно не было никакого способа опровергнуть услышанный логический анализ.

И хотя она знала, что Казума был прав, необходимость бороться с Рюйей еще раз… естественно, ее тело отвергало эту идею. Но прежде, чем Аяно смогла настроиться на правильный образ мыслей, ситуация изменилась. Казума внезапно поднял голову, чтобы посмотреть в небо.

– Нет времени колебаться. Мы были замечены.

– …? Разве ты не поставил защиту?

– Да, но после того, что вы двое делали, я сомневаюсь, что она продержится долго. – ……Мне жаль.

– Все нормально. Кстати, Рен.

– А, да? – от неожиданности голос Рена взлетел вверх.

Заявление Казумы прозвучало жестко:

– Уверен, Хьюэ возьмѐтся за тебя, раз не сумел получить силу бога. Но мы будем заниматься только Рюйей и не сможем отвлекаться, чтобы защищать тебя. Так что тебе придется решать свои проблемы самостоятельно.

Казалось, в этом предложении был скрытый смысл «ты тоже мог бы пойти на смерть, если не испугался». От эмоций Рена выросла температура. Но он взял себя в руки и оглянулся на брата с обреченностью в глазах.

- Я...... я понял. Против такого как Хьюэ, я должен один справиться. Если проиграю, я должен буду убить себя прежде, чем меня захватят, чтобы не создавать проблем брату, так? – Рен ответил резко.

Казума, не зная, смеяться или плакать, посмотрел на бледного Рена, а затем повернулся к Аяно.

– Что делать, чушь спорола, теперь даже Рен не знает, как бороться до последнего.

– Почему это чушь? Так подобает члену семьи Каннаги!

Казума больше не разговаривал с Аяно, повернувшись к Рену, он схватил крошечную голову, что находилась перед его грудью.

– В...... В чем дело, брат?

– Рен, позволь мне объяснить тебе правила этой игры. Победитель один, это тот, кто жив. Просто? – Рен был в недоумении из-за грубого обращения, но Казума продолжал говорить, не заботясь об этом. – Тот, у кого нет воли к жизни, безусловно, проиграет. Это правило, которое никогда не изменится в бою. Помни об этом. Слушай внимательно. Ты просто ребенок, просто новичок, никто не думает, что от тебя будет большая польза. Итак, просто делай то, что можешь, этого будет достаточно.

– Что я могу сделать......?

– Жить. Не пытайся украсить смерть такими терминами как самопожертвование. Смерть есть конец всего. Все, что в прошлом, настоящем и будущем потеряет свое значение в одно мгновение. Это есть смерть. Не существует никакой возможности начать все сначала. Это абсолютный конец.

Не имея возможности проиграть, Казума не мог согласиться пожертвовать будущее двенадцатилетнего мальчика в обмен на мир. Он не хотел больше потерять никого важного.

– Пока ты еще жив, будет шанс повернуть все в свою пользу, так что, даже если твои зубы выбиты, ты должен выплюнуть их с кровью, каким бы жалким это не выглядело, как бы стыдно не было. Никогда не сдавайся в борьбе за выживание. Даже если ты должен бороться до самого последнего момента, это твой бой, можешь ли ты сделать это?

Казума, приблизившись, внимательно посмотрел на Рена, а Рен точно так же смотрел на Казуму. Никогда не сдаваться, никогда не оставлять надежду, эти определения необходимы для победы. Рен научился этому от брата. Бледное лицо его вновь обрело естественный цвет, свет вытеснил безысходность в глазах.

(Я не один.

Есть люди, которые меня защищают, люди, которые меня поддерживают, мне просто нужно сделать все, что могу. Потому что это лучшее, что может сделать тот, кто еще неопытен, чтобы быть сейчас полезным.)

– Да!

Услышав такой энергичный ответ, Казума нежно улыбнулся. Ощущение того, как его голову грубо погладили, заставило Рена чувствовать себя очень спокойно.

– Итак ... Казума небрежно толкнул Рена назад и сказал Аяно, не глядя:

– Он здесь.

Аяно подняла голову, чтобы посмотреть вверх. Как будто в синем небе открылся провал, черная тень, даже темнее, чем ночь появилась точкой на небе. Тень быстро расширялась, и ее стало видно более четко.

– Так он здесь...... – пробормотала Аяно севшим голосом, ясно увидев, как из тени формируется человек. Он развел свои руки как крылья, казалось для того, чтобы поглотить весь свет, и приземлился на землю. Поднимаясь против демонического противника, Казума недобро улыбнулся.

– Пошли, второй раунд начинается…..

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Решающая битва

Кшшшшхааааа….

Лес шумел в тревоге. Его обитатели удирали со всех ног, почувствовав присутствие потустороннего огромной мощи. Жуки просто исчезли без следа, не сумев выдержать чудовищное давление. Не способные сбежать животные мгновенно погибали, хотя на их телах не было видно повреждений. Можно было слышать тихий шелест, с которым трупы дождем падали с деревьев и устилали землю. Темная сила изливалась из Рюйи наружу, и само её присутствие несло смерть в окружающий мир.

Наконец, все звуки прекратились.

Аяно вызвала Энрайху. Она с трудом смогла поднять меч, не в состоянии сделать даже шаг в направлении противника. Несмотря на все попытки взять себя в руки, колени девушки не переставали дрожать. Огромный страх перед демоном, заморозившим её кровь, охватил душу, лишая возможности двигаться вперёд. Все усилия уходили только на то, чтобы просто стоять на месте, а не бежать прочь сломя голову.

Дочь главы клана унаследовала Энрайху в двенадцать лет и, возможно, это было ошибкой. Побеждая с юности всех врагов грубой силой, она не научилась принимать решения и действовать в невыгодной для себя боевой ситуации. Проще говоря, пережив первое поражение и оставшись без привычного преимущества, она не могла найти в себе мужества идти против Рюйи.

– Что ты копошишься? Вперед! – сказал Казума дрожащей Аяно. – Не беспокойся – я с тобой.

– Как я могу не беспокоиться? – сердито возразила та.

(Как он смеет говорить «не беспокойся» так просто?)

– Нет причин бежать, не так ли? Поэтому в этот раз я не сбегу. Доверься мне.

– Разве можно довериться тому, кто говорит «он сбежал, потому что на то были причины»? – Аяно посмотрела назад и увидела, как Казума подло улыбается.

– Это… Это было в последний раз. Если ты посмеешь снова предать меня, прежде чем умереть, я убью тебя.

– Нет проблем, клянусь Богом.

– … Богом? Каким?

Девушка одарила его откровенно подозрительным взглядом, но Казума только продолжал улыбаться не вызывающей доверия улыбкой.

– Кто знает? Какого бога я молю не имеет значения! В конце концов, я все равно неверующий.

У Аяно уже не осталось сил продолжать злиться, и она пробормотала с покорностью в голосе:

– … Достаточно. Я оставлю поддержку тебе. – Оставь.

Игнорируя насмешливый салют Казумы, Аяно бросилась вперед. Она не поняла, и, возможно, никогда не поймет, что страх, охвативший ее, уменьшился за время этого бессмысленного разговора.

Когда до цели ей оставалось сделать всего лишь несколько шагов, Рюйя неожиданно поднялся в воздух. – ……А?

Смотря на пролетающего мимо противника, Аяно издала удивленное восклицание.

– Идиотка! Не позволяй переиграть себя так легко!

– Ты… И без тебя знаю…

Полностью игнорируя Аяно, Рюйя нанес удар по магу ветра.

Для защиты от летящих в него с большой скоростью ветряных лезвий Казума создал сильный восходящий поток воздуха. Однако это был только отвлекающий маневр, настоящая атака осуществлялась с использованием сверхчеловеческой силы. Спускаясь, Рюйя резко нанес секущий удар когтями. Поднятый высоко над головой и изначально скрытый, правый коготь, способный разрезать человека, будто желе топором, опустился вниз.

Казума с трудом уклонился, двигаясь вперед под углом. Он небрежно положил свою руку сзади на правую руку врага и немного отклонил её путь. Встретив пустоту, Рюйя потерял равновесие, и Казума немедленно воспользовался возможностью нанести удар коленом, целясь в район печени.

Сила инерции совместно с сильным воздействием Ки Казумы, сфокусированной в одной точке, заставила тело Рюйи выгнуться и подбросила его в воздух. Следуя непосредственно за летящим телом, Казума ударил противника локтем в подбородок до того, как он коснулся земли. Голова Рюйи откинулась назад практически до спины.

3

Любой человек был бы уже мёртв после такой безумной атаки, но Рюйя больше человеком не был. В середине полета он использовал инерцию и поднял правое колено, чтобы попасть прямо в челюсть Казуме.

Хотя атака и была из слепой зоны, для Казумы, который синхронизировался с духами ветра, такого понятия не существовало. Он шагнул вперед, наклоняясь влево, чтобы избежать колена Рюйи, схватил его спереди за рубашку, одновременно делая горизонтальный взмах левой ногой.

Мастерским приемом дзюдо тело Рюйи было отправлено в полет. Когда его голова была готова приземлиться, Казума стукнул ладонью, не нанося удар вниз, а надавливая. Он нагнулся, толкая голову противника к земле, закрепив плечо в однм положении.

Тем не менее, даже после всего этого Казума не чувствовал трещин в черепе Рюйи. Понимая, что не нанес противнику смертельный удар, он попытался раздавить голову, лежащую лицом к небу , ногой. Удар пришелся в скрещенные руки, которыми Рюйя заблокировал атаку.

– Вот дерьмо!

Казума быстро отбросил прочь руку, тянущуюся к его опорной ноге, и отпрыгнул на безопасное расстояние.

– Из чего сделана его голова? Даже сознание не потерял! До какой же степени он трансформировался в демона? – проворчал безрадостно парень.

Было ощущение, что всё это время он бил статую. Тело Рюйи быстро восстанавливалось, напоминая голливудских зомби.

Поднявшись, демон в человеческом обличье выпустил бесчисленное количество ветряных лезвий, одновременно нанося удар со скоростью даже превышающей скорость лезвий. Ветер и его когти достигли Казуму в одно время.

– Гаааааа!!

Крикнув, Казума с силой выбросил вперед руку, направляя на противника быстро вращающуюся ветряную воронку. Ударная волна уничтожила ветряные лезвия, отбрасывая нападавшего назад.

На мгновение показалось, что Рюйя не способен принять этот удар, но только на мгновение, и вот он выправляет свое положение в воздухе, паря на фиксированной высоте, а потом начинает медленно удаляться.

– Даже не думай о побеге!

Казума накрыл отступающего врага воздухом сверху. Фигура, изначально медленно скользившая прочь, вдруг полетела вниз под острым углом, будто муха под лаптем, и, со скоростью превышающей свободное падение,

4

врезалась в землю. Рюйя только и смог, что приземлиться на ноги, его тело не могло двигаться, воткнувшись в землю из-за непреодолимого давления массы воздуха.

Пока противник оставался парализованным, Казума быстро сократил дистанцию. Ветер, с силой дувший вниз, казалось, не задевал его даже краем. Вместо этого, молодой человек, словно его втянуло внутрь, быстро и беспрепятственно пробежал сквозь бушующий поток.

– Как… силён… этот парень действительно очень силён….

Аяно была полностью захвачена разворачивающейся перед глазами сценой, совершенно очарованная видом сражающегося Казумы. Она была неспособна нанести даже один удар по врагу, а Казума дрался с ним на равных или даже на более высоком уровне. Умелое уклонение от атак противника, своевременные ответные меры, и медленно накапливающийся урон. Это, она понимала, и означает «опытный боец». Забыв, что тоже является частью этой битвы, Аяно замерла в восторге, следя глазами за молодым человеком.

– ---------------------------!

Когда Казума был в нескольких шагах, Рюйя, всё ещё находясь в ловушке на земле, издал тихий рёв. Чёрный ветер начал буйствовать, разрушая удерживающие его узы. Выпрямив колени, он протянул свои когти прямо к горлу приближающегося врага.

Казума, однако, не остановился. Вместо этого, делая последний шаг, он наклонился вниз настолько, насколько было возможно. Отмечая краем сознания происходящее и уклоняясь от кончиков чёрных когтей, проходящих перед ним, он поместил ладонь на танден1 Рюйи.

Маг ветра твердо уперся в землю, собирая энергию, текущую от колен к талии, от пояса к плечам, закручивающуюся в спираль и становившуюся сильнее по мере передачи. От плеча к вытянутой руке, вся собранная в теле энергия освобождается через ладонь.

Огромный поток ки выходит из его тела, плотный в достаточной мере, чтобы пробиться сквозь противника.

– Ха!

Сопровождающая его крик сила, которой было достаточно для того, чтобы разорвать на кусочки африканского слона, ворвалась прямо в танден Рюйи, в центр человеческой нервной системы. Тело Рюйи было отброшено назад с такой силой, что он, в конечном итоге, впечатался в каменную стену.

Танден – точка, расположенная на три-четыре пальца ниже пупка (чакра свадхистхана, если угодно).

Человеческая ки, циркулирующая в теле, возникает в тандене. Таким образом, это место было самым важным из всех жизненно важных точек для мага. Как только поток ки был нарушен, независимо от того, насколько силен маг, некоторое время он будет не в состоянии использовать любое из боевых или духовных искусств.

Тонее, так было бы, являйся Рюйя человеком.

– Уууууууууу!! Мва!

Несмотря на ранения, Рюйя выпускает ветряные лезвия еще раз. Казума едва уловил это в последний момент и поспешно отстранился.

– Черт! Ублюдок! Это не работает! Этот парень действительно всей душой не хочет больше быть человеком! – … всей душой…. Что за способ описать такое…

Слушая бессознательное замечание Аяно, Казума громко выкрикнул:

– Хватит стоять здесь и смотреть шоу! Предполагалось, что ты будешь атакующим, не так ли? Так почему бы тебе не взять свой большой факел и не пойти бить его!

– Большой….

(Большой факел?)

ТАК назвать сокровище клана Каннаги?

– Ты! Однажды я обязательно поговорю с тобой «по душам», когда все закончится!

Игнорируя яростный взгляд Аяно, Казума махнул рукой, заставляя ее утихнуть. – Не разговаривай так много, атакуй, котеночек.

С глазами, горящими жаждой убийства, Аяно шагнула вперед. Возможно,

в ответ на её гнев, Энрайха засияла не виданным ранее ослепительным светом.

(Сестра, у тебя обязательно получится…)

Рен неистово молился за победу брата и сестры. Он мог только просить, ибо его сил было недостаточно, чтобы участвовать в их битве, не мешая до жути сильным двоим членам его семьи. Эта неспособность помочь глубоко ранила сердце, заставляя роптать.

– Если бы я был хоть чуточку сильнее…

– Нет, нет, твое небольшое количество силы в самый раз.

– ? – шокированный Рен обернулся. Рядом никого не было.

– Чтобы сломать печать, удерживающую нашего бога, хватит и твоих крошечных способностей.

Голос пришел с противоположной стороны от той, где звучал ранее. Рен повернул голову еще раз и позвал высоким голосом:

– Это... Это вы, Хьюэ! Выходите!

Шшшшшшшшш… Звук кустов, шуршащих на ветру, на этот раз с левой стороны. Из

поднятой ладони Рена быстрым потоком начинает извергаться пламя. Сухая растительность сгорает моментально, но там нет никаких признаков Хьюэ. Рен в отчаянии оглядывается кругом, когда грубый голос опять звучит в его ушах:

– Нельзя сказать, что ты испытываешь недостаток в силе. Она в том, что ты всё ещё мелкий щенок. Твоя техника заключается в её отсутствии! – За… Заткнись!

Огонь появляется из тела Рена. Для того чтобы не дать врагу двигаться позади него, он начал искать Хьюэ, обернув тело пламенем.

(Я не могу почувствовать, где он!)

У него не было никакого представления о том, где Хьюэ может быть. Изначально боевые способности магов огня были немного

несбалансированы. Хоть они и обладают наибольшей силой атаки, их способность к обнаружению слабее всех, уже не говоря о сопоставимости в этой области с адептами искусств управления ветром. Как огненный маг, Рен был ещё не опытен и не мог справиться с техникой, которую использовал глава клана Фуга, чтобы скрыть себя.

– Всего лишь ребёнок. Пламя этого уровня не в состоянии испепелить ненависть во мне, – раздался шепот в его ухе.

Хотя голос прозвучал рядом, Рен не смог почувствовать чьё-либо присутствие.

– Сзади? Г-Где?

Он обернулся несколько раз, но попытки увидеть Хьюэ были безуспешны. Независимо от того, как быстро он действовал, голос за спиной продолжал звучать. – Здесь!

– Здесь!

– Здесь!

– Здесь! Здесь! Здесь! Здесь! – отдаётся эхо.

Из-за тревоги от неспособности увидеть врага, роста страха и беспокойства от борьбы в реальной боевой обстановке нервы Рена натянулись до предела.

– Ааааааааааа!

Движимый страхом, он желал силы. Силы справиться с врагом. Силы уничтожить всё, силы, чтобы избавиться от своего страха…

В ответ на крик Рена все вокруг взрывается огнем. Духи огня, выпущенные без ясной цели, хотели только одного – выжить и буйствовать, сжечь всё в пепел. Лес превратился в море пламени с мощными столпами огня, достигавшими неба и сотрясающими землю.

– Ааааааааааа!

Рен, в панике от потери контроля, создавал «ад на Земле», так похожий на значение собственного имени. Он продолжал вызывать огромное количество духов, превзойдя пределы своей способности ими управлять. Деревья обращались в пепел от сильной жары, и уже выжженная земля начала таять.

– Ааа…а?

В этот момент холодный порыв ветра дует мимо его тела, охлаждая и успокаивая его безумие в одно мгновение.

Потрясенный юноша обернулся в направлении источника ветра. Казума внимательно смотрел на брата. Окунувшись в эти ясные глаза, Рен вернулся к норме.

(Он смотрит на меня!)

Казума смотрит на него с безграничным доверием.

– Бра…

(Брат!)

Встретившись взглядом с Реном, Казума сразу же отводит глаза, опять фокусируясь на битве с Рюйей.

После краткого мига разочарования, Рен вспоминает о том, что ему необходимо делать. Успокоив дыхание, он приготовился к атаке.

– Твой брат, кажется, оставил тебя, – голос Хьюэ насмешливо прозвенел за ухом.

Но Рен, в голове которого опять прояснилось, понял, что враг на самом деле не за его спиной. Просто провокация, использование магии, чтобы заставить ветер донести голос к его ушам. Это была очень простая техника, известная каждому в клане Фуга. Такой простой фокус, и все же он не заметил. Рен стал стыдиться собственной неопытности.

– Но его нельзя обвинить в этом. Даже работая вместе, эти двое не имеют шансов, не говоря уже о роскоши взять тайм-аут для защиты кого-то бесполезного сопляка, вроде тебя.

– Хо! Хо! Хо!

На этот раз жуткий смех Хьюэ не оказал на Рена никакого воздействия. Он спокойно искал местоположение противника, в то же время, опровергая несшийся вздор.

– Ты ошибаешься. – И в чем же я ошибся? – ответил спокойно Хьюэ.

У него не было никаких сомнений в контроле над ситуацией. Возможно, он даже думал, что это не бой, а охота, просто кошка играет с мышью, прежде чем убить.

– Брат не бросил меня. Просто он верит в меня, верит, что я, как минимум, способен справиться с такой сволочью, как ты.

– Какие смелые слова. Как такой мелкий гадёныш, не способный даже обнаружить меня, собирается меня победить?

Действительно, с точки зрения способности обнаружения, огненные маги были гораздо хуже, чем маги ветра. В отличие от огня, воздух был везде. Воздух является одним из необходимых условий для выживания человека,

и занимает больше всего пространства. Разница в размере занимаемого пространства непосредственно влияет на объем доступной информации. (Но, если он сейчас ...)

Пламя, которое вызвал Рен, в ярости сжёгшее деревья в этом месте, продолжало отчаянно гореть. Плотность духов огня вокруг зашкаливала. При таком положении вещей, его способности были не меньше, чем у магов ветра. Рен закрыл глаза и прислушался к голосам духов.

– Что-то не так? Ты же вроде хотел побить меня, отчего же не торопишься?

Издевательские звуки пришли со всех направлений. Ветряное лезвие скользнуло по щеке и пролетело вперед.

Рен забыл всё и вся, синхронизируя себя с духами. Пять его чувств пропали, заменяясь на ощущения духов, которые не опираются на свет или звук, а полагаются на духовное восприятие мира. Несмотря на принятие непонятных человеку чувств, как своих собтвенных, способных свести с ума, Рен легко адаптировался.

(Есть!)

Надо сказать, что на самом деле он не обнаружил присутствие Хьюэ. В области поиска только одно место избежало вторжения духов огня. Хьюэ должен был быть там. Рен был в этом уверен.

– Здесь!

Рен поднял ладонь и выпустил огненный шар.

Божественная сила очищения рассекает... пустое пространство. Просто пустое пространство.

– Дурак. Куда ты целишься? – когда сгусток отправился в неправильном направлении, Хьюэ, скрывавшийся за ветряным барьером, нагло продемонстрировал свое презрение.

Однако его настроение немедленно изменилось. Он увидел, как пламя вокруг него отходит и обрушивается вниз огненной завесой, нацеленной прямо на него.

– Ч-Что!?

Хьюэ был настолько ошарашен, что его глаза чуть не вылезли из орбит. Огонь накрыл главу клана Фуга сразу со всех сторон, пути отступления были отрезаны. Хитрость тут не поможет, единственное, что можно было сделать – отвести пламя в сторону, но Хьюэ не обладал для этого достаточной мощью. Полагаясь на силу, Рен умело победил.

– Уаа! – Когда его щит, как бумагу, прожёг огненный дождь, Хьюэ издал жалкий крик.

– Это… Это сработало? – чувствуя исчезновение щита, тихо сказал Рен, глядя в пространство.

Его хитрость была очень простой. Не было необходимости создавать огонь, все и так было в огне. Рен специально нанес удар в пустое пространство, чтобы обмануть противника и усыпить его бдительность, затем он использовал для нападения пламя, которое горело вокруг Хьюэ. Сражайся тот всерьез, он, возможно, разгадал бы этот ход. Та самоуверенность, с которой он воспринимал Рена как добычу, а не как достойного противника, заставила его страдать от такой ужасной атаки.

– Ты… ты действительно нечто… Малыш…

– ----?

Черная форма, только по очертаниям напоминающая человека, колыхалась прямо перед Реном. Выглядела она как головешка, однако, каким-то образом ухитрялась перемещаться. От каждого движения отваливались кусочки мяса, рассыпаясь пеплом, обнажая черную, как смоль, нечеловеческую кожу.

– Хохо… Смотри внимательно… Эту силу я получил от контракта с демоном – силу, превышающую человечески возможности! Понял теперь, малыш? Твое пламя просто не будет работать против меня. Хохо… Хахаха!!

– Ты, глупое создание, – внезапная речь Рена, сказанная чужим холодным тоном, оборвала смех Хьюэ. – Мое пламя бесполезно? Как смеет кусок угля разговаривать как человек? Так как ты уже отказался от человеческой сути, более нет необходимости говорить. Потому что пламя Каннаги – это

очищающее пламя. Божественная сила , дарованная для уничтожения нечеловеческих монстров, подобных тебе!

Золотой свет отодвигает плотную темную сущность. Бушующее пламя всасывается в очищающий свет. Огонь ослабевает и постепенно исчезает. Ранее неконтролируемые духи огня послужили, чтобы сделать золотой свет еще ярче.

Пламя, которое когда -то расширялось взрывообразно, сейчас начало сокращаться, и его температура возросла. Свернувшись в полуматеарилизованный кокон высокой плотности, излучающий густой жар, оно начинает вращаться вокруг Рена.

– Я, как член главной семьи Каннаги, заявляю! Хьюэ Казамаки, жизни многих людей, что ты забрал, теперь будут окуплены твоей собственной! – окруженный размытым свечением, громко сказал Рен.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Столкнувшись с крошечным телом, высвобождающим огромное давление, Хьюэ сжался в страхе.

Это потомок уважаемой и мощной родословной. Элита адептов огненных искусств, законный сын Каннаги.

Великая сила, сформированная тысячелетним опытом, собирается пробудиться…

– Ааааааааа!!

Со всей силой Аяно опустила Энрайху вниз. Кланг!

Когти Рюйи зазвенели, отбив лезвие.

(Даже Энрайха не может разрезать, из чего же они сделаны?) Аяно проигнорировала возникший в голове вопрос.

(Сейчас не время думать об этом, мне необходимо найти способ обойти эти когти…)

Аяно увеличила скорость, постоянно меняя направление ударов, пытаясь найти дыру в обороне Рюйи. Его защита, к сожалению, была непроницаемой.

– Что эта идиотка творит… – Казума сплюнул с отвращением.

Страх поражения всё ещё сидел в душе Аяно, заставляя забыть свой обычный стиль. Добавление трюков при атаке было бессмысленным, вместо этого ей следовало сосредоточиться на одном сокрушительном ударе. В этот момент Энрайха достала плечо Рюйи, ровной линией отделяя его правую руку от тела.

(Я его достала!)

Аяно ударила с правой стороны со всей силы. Из-за этого она не заметила, что рука, оставленная за спиной, летит прямо на неё.

– Сзади! – голос Казумы и атака достигли Аяно одновременно. Девушка быстро отпрыгнула, отрезанная конечность проскочила мимо неё как копье.

– Чуть не попалась...

Однако опасность еще не исчезла. Неожиданно Рюйя появился перед Аяно, всё ещё паря в воздухе, когти на уцелевшей левой руке смертоносно сверкают.

Донг!

Аяно еле-еле успела поставить блок, но её ноги зависли в воздухе, и удержать свое положение не представлялось возможным. Девушку отбросило прочь, как пушечное ядро, и, не сумев хоть как-то задержаться, она врезалась в ближайшее дерево.

– Аргх… А…

Вероятно, решив, что было слишком легко, а это неспортивно, Рюйя её не преследовал. Вместо этого, он стал неторопливо присоединять на место правую руку. Извивающиеся мышечные волокна и нервные окончания потянулись из отрубленной конечности к таким же, торчавшим из плеча, сливаясь между собой. Через несколько секунд не осталось никакого намека на травму, рука выглядела совершенно целой.

Пока Рюйя не демонстрировал желания нападать. Он запрокинул голову и поднял руки вверх, будто задумал поднять небо. – ------------!

В тот момент, когда стало понятно, что означает этот жест, Казума метнулся вперед на спринтерской скорости. Прижав голову Аяно к груди, он с силой сбил её на землю.

– Уа!

Не имея времени считаться с чьим-то мнением, Казума проигнорировал сдавленный крик протеста. Прижавшись к земле, насколько было возможно, он возвел вокруг них барьер максимально высокой плотности.

– Что ты делаешь? – крикнула Аяно, её нос светился красным от давления. Казума немедленно ответил в два раза громче:

– Идиотка! Как ты думаешь, почему был необходим ближний бой? Если ты даешь врагу время на такую мощную атаку, все прежние усилия были бессмысленными.

Услышав такую решительную отповедь, Аяно проглотила готовые вырваться слова. – …Хм? Мощная атака…

Повернув голову, согласно инструкции Казумы, и увидев открывающуюся перед глазами сцену, она потеряла дар речи. Эффектный столп ветра соединял небо и землю, громадный вихрь ворочался неистово вращаясь, это…

– Что это?

– Что ты имеешь в виду под «что это»? Как ты можешь видеть, они – это торнадо! Четыре, нет, пять… кстати, как можно заблокировать торнадо?

Случайный вопрос Казумы не отразился в сознании Аяно. Она заворожено смотрела на происходящее.

Рёв природы, который бросает гигантские валуны и выкорчевывает громадные деревья – всё, о чем она могла думать.

– Никак…

– А? Что ты сказала?

– Мы никак не сможем победить! – крича, Аяно повернула голову.

В глазах, ранее заполненных боевым задором, стояли слезы. Будто смиряясь, она опустилась на землю рядом с Казумой.

– Это невозможно победить! Наш враг – «тот» вид монстра! Что ты ждешь от меня? Нет способа победить!

В глазах Аяно лишь абсолютное отчаянье, вызванное страхом.

– Глаза так похожие на глаза «той» из прошлого , – подумал Казума про себя. – Разве я не искал силы, потому что ненавижу видеть такие глаза?

(Цуй Линг…)

Слабая девушка, которую я не смог защитить в прошлом. Независимо от того, насколько трудно, независимо от того, насколько больно, девушка, которая хотела жить, несмотря ни на что. – Я родилась в мире не для того, чтобы быть съеденной демоном.

(В тех глазах сиял свет надежды, и потушил его я сам.)

Потому что был слаб, потому что у него не было силы.

Но сейчас другое положение вещей. Он потерпел поражение тогда и мог только беспомощно наблюдать, как душу девушки, которую поклялся защищать, пожирает демон… сейчас всё иначе.

В самореализации ли дело, или в искуплении прошлого, всё, что он хочет – помочь девушке, дрожащей рядом с ним. Её глаза были полны слез.

Только до падения первой слезы маг ветра ткнул пальцем Аяно в лоб. Она немного отшатнулась назад, глядя мокрыми глазами на то, как Казума улыбается.

– Наши задачи были ясны с самого начала, не так ли? Все, что нужно сделать, взять этот меч и зарубить Рюйю. Я разберусь с его ветром. Аяно с воплем ткнула пальцем в торнадо:

– Разберешься с… торнадо?

Казума лишь пожал плечами.

– Вот заладила… Я знаю способ. Ты просто позаботься о нем. Сможешь? Она заколебалась на секунду, прежде чем решительно кивнуть головой. – Очень хорошо. Тогда давай продолжим матч!

Казума поднял Аяно, всё ещё сидящую на земле, и поднялся сам.

Видя невероятно мощную и сконцентрированную силу, Аяно расширила глаза, но ещё более шокирующим было то, что произошло потом.

– …Что… А… Перед Аяно открылся путь. Путь, окруженный барьером из сжатого до

торнадо ветра, тянущийся к Рюйе.

– Вперед!

Получив легкий толчок от этого голоса, Аяно инстинктивно помчалась вперед.

– Окей, на словах, то я всё разрулил, но… Что же мне предпринять? – ворчал про себя Казума, открыв проход через торнадо.

Раз похвастался перед кем-то, ему придется придумать способ позаботиться о тех пяти торнадо…

– Если от Аяно будет хоть немного пользы, враг, возможно, перестанет тратить силу на поддержку торнадо…. Но изначально слабая девчонка, она так ужасно испугалась, что едва могла ходить, не может быть полезна…

Простейшим способом было бы создание торнадо равной величины, чтобы перекрыть их ...

(...Нет, слишком напряжно!)

Даже мысль об этом вызывала усталость. Должен быть более простой способ…

– Минутку, торнадо на самом деле это восходящий поток воздуха, правильно…. В этом случае… Хорошо, давай сделаем так.

Казума позволяет колонне ветра, формирующей торнадо протянуться еще выше, поднимая воздух в нижнюю стратосферу.

Воздух в восходящем потоке быстро охлаждается и частицы воды, которые он содержит, становятся капельками льда, которые все вместе образуют град. Когда они снова падают, град тает, охлаждая окружающий воздух еще сильнее, делая тяжелым, и он опускается вниз на высокой скорости. Этот громадный падающий вниз поток воздуха известен как «микропорыв». Естественная максимальная скорость микропорыва сравнима с торнадо, а Казума увеличил её ещё больше. Скорость этой части воздуха, опускающейся с экстремально большой высоты, превосходила скорость звука.

Сверхзвуковое ветряное лезвие разрезает широкую горловину воронки, а сопровождающая ударная волна полностью разрушает то, что осталось. Без какого-либо заметного сопротивления, бушующие ветра легко стирают любой намек на торнадо, направляя всю накопленную энергию к Рюйе.

– Гаааа!!!

Посреди грома разрушения раздался резкий, отнюдь не женственный, крик.

Downburst – грозовое явление

(Га? О…) Казума похлопал в ладоши, когда понял, что случилось.

– Черт, я совсем забыл про тебя. Извини. – Придурок! Чтоб ты провалился! – в бешенстве крикнула Аяно.

Тем не менее, по каким-то причинам она не пострадала. Может быть, духи ветра автоматически избегают её? Хоть Аяно и продолжала выяснять отношения, она успокоилась, когда осела пыль и окружающая картина медленно проявилась перед ней.

Горы изменились. Первоначально пышные зеленые леса были взпаханы, теперь вокруг валялись выкорчеванные деревья, образуя полосу пустой земли. Все это сделали торнадо Рюйи и ветер Казумы.

(Эти ребята действительно монстры...)

Аяно смотрела на Казуму с трепетом, но его легкомысленный вид не выдавал никаких признаков его великолепной силы.

– Эй, это хорошая возможность! Аяно, – Казума шепчет, нет, говорит ей. Даже что-то вроде Рюйи понесло огромный ущерб от этого нападения.

Хотя его конечности в основном были не повреждены, глубокие порезы пересекали тело, откуда вместо крови вытекал черный туман.

(Когда я ранила его раньше, ничего подобного не выделялось…)

Хотя она и была недовольна огромной разницей в силах между ней и Казумой, сейчас было не время волноваться о таких вещах. Аяно взяла Энрайху и снова встала перед оппонентом.

(Всё ещё жив, откуда только берутся такие чудовища.)

Как только Аяно повернулась к этому полудемону, лицо Казумы стало более серьёзным. Он чувствовал, что конец не за горами. Даже объединив их силы, они не смогли нанести Рюйе смертельный удар. Хоть в настоящий момент и было достигнуто некоторое преимущество, не было способа победить в долгосрочной перспективе.

Никогда ещё не рождалось человека, способного превзойти йома по физической выносливости. Демоны обладали разумом, далеко превосходящим их тело, и легко могли обойти пределы этого тела усилием воли.

(Стоит ли использовать это? Даже если я действительно не хочу, чтобы Каннаги узнали, я полагаю, сейчас нет выбора. И они всё равно услышат это от Рена рано или поздно. В любом случае, жизнь – незаменима.)

Существовала только одна проблема – снятие печати. Сбор достаточного количества сил для полного уничтожения Рюйи требует много времени без каких-либо отвлекающих факторов. В течение этого времени Аяно

17

останется совершенно беззащитной, а что из этого будет, уже можно было предвидеть.

(Итак, что делать...) Он серьезно задумался на короткое время.

(Да будет так. Будет испытанием и для неё.)

Львы толкают своих детенышей со скалы без колебаний. Казума должен сделать то же самое с Аяно.

– Аяно! Я собираюсь сыграть самой сильной картой! Выиграй мне немного времени!

– Не кричи такое вслух! Дурак! – Аяно ответила с болью в голосе. Она была серьезна, взывая к Казуме.

Как и ожидал Казума, Рюйя ударил немедленно. В мгновение ока защита и наступление поменялись местами, и ветряные лезвия полетели к Аяно.

– Казума, ты полный придурок! После смерти я непременно вернусь и буду преследовать тебя как мстящий дух! Не зависимо от того, как много раз ты будешь менять дома, я буду сжигать их дотла, и будь уверен, агентства недвижимости внесут тебя в черный список! – крича это, Аяно была близка к слезам, изо всех сил пытаясь увернуться от смертоносных чёрных лезвий.

К сожалению, к тому времени Казума был в состоянии повышенной концентрации, и обещанная Аяно в ярости вечная месть осталась незамеченной.

Погружаясь в глубину сознания, он открыл внутреннюю дверь. За дверью лежало бесконечное лазурное небо. Это место было пространством, находящимся в пределах «той» сущности

– нет, каждый уголок этого пространства был заполнен сущностью. Это пространство было сущностью само по себе.

Через открытую дверь Казума и «та» сущность объединились в единое целое. Казума переродился, став в одно и то же время человеком и правителем духов, управляя всеми ветрами, существующими как высокоуровневая магия. Его сознание расширилось без предела.

Так далеко, как может дотянуться его разум, на площади радиусом около 100 километров, все духи ветра находящиеся в этом пространстве стали рецепторами Казумы, постоянно передающими нескончаемый поток информации. Этот огромный объем данных, с которым слабый и хрупкий человеческий ум не в состоянии справиться даже в малой части, Казума контролировал своей волей. Он выделял необходимое из картины перед

ним, в то же время, отслеживая положение всего в пределах домена. Это виденье бога – власть за пределами человеческого знания и понимания.

(Рен... ещё жив. Очень хорошо.) С его расширенным восприятием он мог ясно видеть битву между Реном

и Хьюэ более чем в километре от себя. Само собой разумеется, то же самое относилось и к битве Аяно...

Без поддержки Казумы она была вынуждена перейти к глухой обороне. Не было возможности даже думать об ответе, каждая мысль, каждое действие направлено на уклонение от летящих на неё когтей и лезвий ветра, на выживание.

(...Ты все еще не готов, Казума?)

Она время от времени поглядывала на Казуму, ушедшего глубоко в себя, и, казалось, ничего не замечающего. Несмотря на её нежелание признаться в этом, отсутствие внимания наполняло её беспокойством. Сражающаяся насмерть девушка была напугана, но Казумы не было здесь, чтобы сказать какую -нибудь унизительную глупость , не теперь. Он не тыкал её голову в песок и не улыбался той заносчивой улыбкой. Впервые Аяно поняла, как много раз она была спасена той его легкомысленной ухмылкой.

– Ааа!

Черный ветер врезается в Аяно, как молоток. Мощный удар сбивает с ног, отбрасывая назад в воздухе. Она приземлилась на спину, сила удара была настолько велика, что потом её тело перекувыркнулось три раза, прежде чем врезаться в каменную стену.

(Больше нет! Я не могу держаться больше...)

Аяно умоляюще повернулась к Казуме, отчаянно нуждаясь в помощи, и на короткое мгновение ей показалось, что по его лицу проскользнула усмешка.

Рюйя воспользовался возможностью, чтобы направить больше ветряных лезвий к Аяно, которая, несмотря на это, продолжала лежать без движения. Она смотрела на Казуму.

(С того момента, когда я снова увидела его вчера, я презирала этого парня. Хуже чем Хьюэ или Рюйю, я отказывалась даже признать его существование. Потому что он сильнее меня? Нет, не только это. Из-за его легкомысленного отношения? Нет, это только снаружи, просто фасад. Его реальность полностью игнорирует мое существование, не заботясь обо мне, и это более непростительно, чем всё остальное. И поэтому я так сопротивлялась и ссорилась с ним, чтобы он мог признать меня. Но... он отказался от меня. «Ты покончишь с ним» стало «выиграй мне немного времени», «я все сделаю», «я больше ничего не жду от тебя». Даже сейчас он наблюдает за всем, насмехаясь над тем, как жалко я выгляжу.)

– Котенок, слабый котеночек, – она чувствовала, что слышит его снисходительный голос.

– Не смей смотреть на меня свысока!

Сердитый рёв сотряс воздух, яростное пламя поглотило мощнейшие ветряные лезвия. Аяно сфокусировалась, заставляя своё тело подняться, покачиваясь на ногах, её глаза смотрели на Рюйю, но внутри её разум продолжал протестовать против Казумы.

Она не могла просто принять или даже допустить, что её, обладательницу Энрайхи, считают бесполезной. Она знала очень хорошо, как полностью перевернуть эту порочную уверенность. Для такого человека, как Казума, не было никакого смысла в дальнейших словах. Способ доказать заключался в сырой, всеподавляющей силе.

– Выиграй мне немного времени? Не шути. Я сама с ним покончу, а ты можешь оставаться там, умирая от скуки.

Аяно подняла Энрайху и стала собирать Ки. Огонь, всегда горевший золотом, начал приобретать темно-красный оттенок. Это бордовое пламя стало накапливаться вокруг Энрайхи.

Издавая вой чистой ярости, Аяно бросилась вперед. Двигаясь с поразительной скоростью, даже не оставляя остаточного следа в воздухе, она неожиданно появилась перед Рюйей, словно телепортировавшись, и опустила меч вниз со всей силой.

Никаких ухищрений, только простой рубящий удар. Не имея времени увернуться, Рюйя скрестил руки, чтобы блокировать атаку. Точнее, попытался.

Горя бордовым заревом, Энрайха пробила себе путь божественным огнем, от которого невозможно защититься, разрубая все десять когтей одним махом и, в свою очередь, левая рука Рюйи вскоре последовала за ними. Аяно наносила режущий удар по левой беззащитной стороне Рюйи, когда отрезанная конечность атаковала сзади, как было до этого. Однако сейчас Аяно перехватила меч и, не оборачиваясь, махнула в обратном направлении. Энрайха безжалостно прошла через руку, которая мгновенно отлетела прочь.

– Прочь!

Обожжённая изнутри, рука была испепелена в одно мгновение. Не останавливаясь, Аяно продолжала гоняться за Рюйей, который начал медленно отступать. Снова с невероятной скоростью она поймала его еще раз.

Бордовый клинок яростно вспыхнул, разрубая Рюйю от плеча до ног. Быстрый поворот лезвия и продолжение разделения демонического тела. Но, хоть его тело было нарезано на четыре части, Рюйя был до сих пор не уничтожен. Его вялые глаза продолжали устрашающе смотреть на Аяно.

Та отпрыгнула назад, но не с целью бегства. Пришла пора покончить с ним!

– Намо, Санмандо, Варила, Лан, Хан! – Аяно читала сутры Ачаланатхи. Песнопение само по себе не обладало властью или смыслом - это была

просто строка ключевых слов, которые она выучила во время подготовки. Мантра вместе со сложной последовательностью активации потока ки с нужной скорость в нужном направлении были связаны в её сознании в единое целое.

Чтение сутр позволяло на уровне рефлексов применять нужную технику. Приземлившись, Аяно воткнула Энрайху в землю, активируя магию.

– Удар высшего очищающего огня!

Ачаланатха (япон. Фудо) – один из мёо, буддийских божеств, защищающих разумных существ от демонов.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Корона света вырывается из земли, окружая Рюйю, формируя сферический барьер с ним в центре. Духи огня из Энрайхи бросились вниз сквозь землю, отдавая весь свой жар барьеру. Земля под ногами Рюйи мгновенно испарилась, и сферу теперь можно было увидеть как на ладони. Граница эффективно отражала все тепло внутрь , фокусируя энергию в центре. Это был сильнейший экзорцизм магии Аяно – запечатывание демона за барьером, не дающим возможности сбежать и оставляющим только пепел.

– Ха! Как тебе это? – Аяно гордо улыбнулась, посмотрев в направлении Казумы, но внезапно остановилась и уставилась на Рюйю, пойманного в ловушку.

Застрявший в палящей плазме Рюйя стал не более чем куском мяса, потеряв все признаки своего прежнего вида. (Он не должен был больше сопротивляться… что это за сущность?)

Бульк... Бульк… Бульк...

Прямо перед глазами Аяно поверхность мяса как-будто закипятилась и на ней один за другим стали появляться пузыри. Жуткий кусок, казалось, не был озабочен десятками тысяч градусов в пределах барьера, размножаясь с высокой скоростью. Когда обрубок закончил умножение, форма медленно изменилась. Из плоти вытянулись четыре палочки, а маленькая сфера появилась наверху – монстр был завершен. Это, вероятно, предназначалось для имитации человеческой формы, с помощью рук, ног и головы, части тела, которые можно было узнать.

Но это было всё. Похоже на уродливый дизайн маленького ребенка из цветной глины, пародия на человека, непростительное оскорбление для всего человечества.

Монстр разместил свои руки на барьере, силой разрывая его гранирцы. Руками считались уродливо сочленённые палки, извивающиеся словно змеи!

– ...Это не... возможно...

Монстр легко рассеял барьер и вышел. Он ощущался настолько уродливым и злым, что Аяно невольно сделала шаг назад, отступая и теряя равновесие.

– Вау!

Падение здесь означает верную гибель. Предчувствие приближающейся смерти заставляет кожу покрыться мурашками. Но… спина почувствовала не холодный, твердый пол. Что-то теплое поддержало её тело, застывшее от тревоги. Сильная рука гладит голову Аяно, и, кто-то как-будто шепчет ей на ухо, низким спокойным голосом от чего её передёрнуло.

– Этого достаточно. Отлично справилась.

От мягкого, но уверенного захвата, держащего её руку, Аяно почувствовала, как её накрывает неописуемое спокойствие. Её напряжённое тело расслабляется, кусочек за кусочком, вверяясь широкой грудной клетке позади.

– Отличн справилась.

Эта фраза, эхом, повторяется снова и снова в уме. Эти слова сделали её счастливее, чем что-либо ещё в этом мире. Его признание наполняло её гордостью. Человек позади неё говорил успокаивающим тоном, от которого по спине пробегала дрожь, и продолжил...

– Отлично справилась... как для котёнка. Пак!

Аяно отталкивает руку Казумы прочь изо всех сил. Невероятно, что всего мгновение назад она на самом деле думала, что грудь такого парня может быть утешением. Если бы стыд был жидким, то душа Аяно утонула бы в это самое мгновение.

– Ты… А… Отслеживая всё, что её окружает, Аяно посмотрела вокруг и немедленно

поняла – воздух светился синим светом. Медленно текущий синий воздух содержал огромное количество энергии. Черный ветер Рюйи отталкивается лазурным сиянием и сжимается около своего хозяина.

– Это…. Невозможно… Очищение?

Тайная сила, уничтожающая зло, дарованная только Каннаги... и такого масштаба!

– Окружить целую гору своим ветром? И такое огромное количество духов, как же... – Аяно поворачивает голову, чтобы спросить, и теряет дар речи еще раз.

Очень хорошо зная причину шока, Казума игриво улыбается, наслаждаясь её ошеломлённым видом.

– Что… Что… Твои глаза?

– О, это? Они отмечены Богом духов ветра.

Синие глаза Казумы вспыхнули, он говорил спокойно, будто в этом нет ничего особенного.

– Ду.. хов… Бог?.. – тупо повторила Аяно.

Этот факт, превосходящий самые фантастические верятности и предположения, парализовал мысли.

– …Но как?..

Яркие, как лазурное небо, глаза, что может быть яснее – это было доказательством договора с Богом духов ветра. Управляющий всем воздухом на этой планете, только человек, которому было доверено всё, мог быть отмечен такой печатью. Даже в легендах, было только несколько человек с таким знаком: древний царь Соломон, правивший 72 лордами демонов и Моисей, который привел евреев и имел контракт с Иеговой.

После этого был родоначальник Каннаги, которому даровали Энрайху. «Контрактор». То кто заключил договор со сверхъестественной

сущностью. Они называли себя Контракторами. Но, на самом деле был только один Контрактор в истории, существование которого было доказано. И вот, «первый» Контрактор, чьё пришествие воспето в современной легенде.

– Пошли! Тебе пора в вечный сон, Рюйя!

Лазурный ветер начинает вращаться, напоминая водоворот, с Рюйей в центре. Водоворот, конечно, был создан Казумой из всех духов ветра в его подчинении. Он был настолько велик, что его можно было увидеть из космоса.

Порез.

Ветряные лезвия Хьюэ глубоко ранят руку Рена.

– Ааааа!

От такой атаки Рен может только прятаться. Беспрерывные нападения не позволяют ему даже стоять. Хьюэ кудахчет, наблюдая за происходящим. Картина, когда маг главной семьи Каннаги не способен устоять под его напором… что может быть забавнее?

(Только посмотри, Генма! Джуго! Вы следующие! За унижения, которые мы перенесли, вас следует нагнуть десять тысяч раз!) Истеричный смех сотрясает воздух.

Хьюэ взглянул вниз на Рена, который, наконец, сумел подняться, и самодовольно крикнул, полный гордости:

– Теперь ты понимаешь разницу между нами? Тебе следует сдаться прежде, чем ты получишь больше травм… Если ты будешь слишком тяжело ранен, это может помешать снятию печати! Хахаха…

Рен посылает золотое пламя в направлении смеха, но если огонь не имеет достаточной мощи, чтобы уничтожить Хьюэ, это простая трата сил.

– А!

Внезапно сильная ударная волна накрыла голову Рена, из-за чего он зашатался и поплыл, мозг будто подпрыгнул в черепе. В течение нескольких мгновений юноша находился на грани потери сознания.

Такое положение, полностью беззащитное, сделало Рена легкой целью. Но хотя подобные моменты были и прежде, Хьюэ всё ещё не покончил с ним. Этого можно было ожидать, несмотря на всё, Хьюэ не хотел трупа Рена. Он нужен ему живой. Кроме того, было гораздо более забавно смотреть на его мучения.

Хьюэ, отбросивший свою человечность, теперь обладал великой силой, не сравнимой с прошлой. Конечно, Рен всё ещё намного более силён, но разница в навыках и опыте слишком велика. С ним играют, а тот неспособен показать даже половину своих способностей.

– Не пришло ли время сдаться? Ты ведь не можешь победить, не так ли? Хьюэ медленно мучил его, намеренно избегая фатальных повреждений.

Снова и снова он пробовал сломать волю Рена, выискивая его слабости, стараясь вынудить его кланяться и отчаяться, но Рен отказывался сдаваться.

– Никогда! Я обещал брату, что я ни за что не сдамся, что буду жить, любой ценой! Я никогда не буду повиноваться тебе, никогда не позволю тебе использовать меня, и никогда не позволю тебе убивать снова!

Даже порезы, тянущиеся через все тело, и кровь, льющаяся вниз по лицу, не заставили глаза Рена потерять своего сияния. Сталкиваясь с этим гордым и величественным видом, Хьюэ, который, несомненно, обладал преимуществом, не мог не быть осторожным.

– Хм. В таком случае давай определим пределы твоей гордости!

Он сплюнул, и приготовился выпустить больше ветряных лезвий.

– Чт… Хьюэ издал сдавленный крик, обхватывая руками свое тело. Казалось,

что под ними что-то извивается. Хьюэ сжимает «нечто» с силой, намереваясь удержать независимо от того, что это, но жуткие волны только распространяются по его рукам. Всё его тело бьется в конвульсиях. Мускулы сводит судорогой настолько, что они готовы лопнуть.

Хьюэ был окружен ветром очищения Казумы. Великая сила разорвала его связь с Рюйей, отчего демоническая энергия в теле Хьюэ вышла из под контроля.

Рен не стал тратить впустую такую возможность и помчался к нему.

– Ма… малыш… Аааа!

Поскольку Хьюэ пытался защитить себя, его вышедшему из повиновения телу становилось лишь хуже. Теперь ему приходилось тратить все силы только на то, чтобы подчинить собственную плоть.

Рен не медлил. Врезавшись в Хьюэ на полной скорости, он зацепился руками за колени Хьюэ и дернул изо всех сил. Сильный толчок опрокинул их обоих на землю. Рен крепко сжал врага и тихо прошептал…

– Я не промахнусь на таком расстоянии. – Ты… мелкий ублюдок! Отпусти меня!

Не заботясь более о потере контроля, Хьюэ выпустил ветряные лезвия. Но Рен оказался быстрее. Сжав трясущееся тело, он хрипло крикнул.

– Гори!

Блестящий золотой столб пламени рванулся в небо. Столб очищающего огня не оставил никакого следа от испорченного тела и, даже более, от испорченной души старого человека, павшего во тьму.

--------------------------!!

Он даже поглощает его предсмертный стон.

Рюйя потерял контроль над своим чёрным ветром. Сильный лазурный ветер отделяет беснующихся духов от их темного хозяина, поглощая их.

– Ветер Рюйи… поглощается? – прошептала Аяно в шоке.

«Ужасающая сила» не достаточно, чтобы описать происходящее перед ней.

Хоть сегодня и было много событий бросающих вызов логике, это, безусловно, самое нелепое.

Ветер, окружающий Рюйю, освобождал беснующихся духов, прежде чем поглотить их, продолжая увеличивать свою мощь. Но даже так Рюйя всё ещё не был побежден и продолжал выпускать свою искаженную силу, защищаясь от ветра очищения. Однако он был не способен блокировать очищение полностью, и когда лазурный ветер замыкался на нем, поверхность тела начинала кипеть и пузыриться. Медленно, очень медленно, но уверено, его тело растворялось, кусок за куском.

(Почти как финальная битва между монстрами.)

С такой неподобающей мыслью, проскользнувшей в голове, Аяно начала двигаться. Хотя её сила, безусловно, является самой слабой из трёх, она всё ещё участник, и эту силу нельзя игнорировать, поскольку она дает возможность закончить с патовой ситуацией, и Аяно хорошо знает свои обязанности.

(Ты покончишь с ним, можешь это сделать?)

– Я покажу тебе!

Рюйя отпрыгнул назад, намереваясь избежать удара Аяно. Но его движения значительно замедлились, и он больше не имел возможности уклониться от атаки.

Аяно последовала за ним, сосредоточившись только на нанесении финального удара!

Рюйя превратил кончики рук в лезвия как последнее средство защиты. Лезвия цвета плоти, которые он поднял над головой, излучали жёсткий свет.

– Это тебя уже не спасёт!

Аяно яростно опустила Энрайху вниз, не думая о защите. Она инстинктивно понимала, что это решающий момент. У Казумы нет в запасе сил, чтобы помочь ей, и если её снова заблокируют, она была уверена, что они проиграют.

Обжигающая бордовая дуга опускается вниз, не встречая сопротивления, как будто разрезая чистый воздух. Расколотые лезвия из плоти, служащие Рюйе руками, распадаются в лазурном воздухе, когда Энрайха прокладывает путь от его макушки до сердца.

Аяно решилась на риск не разрезать Рюйю пополам, выбрав вместо этого призыв огненных духов из Энрайхи непосредственно в пределах раны, сжигая его изнутри.

Тело Рюйи взорвалось. Куски рассеивающейся плоти сдуваются пламенем, уносятся ветром и поглощаются голубым светом. Каждый малейший след его существования был стёрт. Это был конец Рюйи, нет, конец безымянного демона, который основал клан Фуга.

Лазурный ветер медленно исчезает, его очищающая сила ослабевает, поскольку он распространяется во всех направлениях, возможно, продолжая восстановление мира, испорченного потусторонним.

Наблюдая уход духов воздуха, Аяно была очарована видом.

– Черт побери, просто копейки за такое тяжелое дело. Я никогда опять не возьмусь за работу для Каннаги. И снова равнодушное поведение все испортило. Аяно сердито обернулась

и увидела Казуму, распластаного на земле.

Он не пошевелился, когда она подошла и встала над ним. Казума казался полностью обессиленным. (Не важно, насколько сильным он может быть, он всё ещё человек.)

– В конце концов, он почти единолично обеспечил поражение Рюйи. Я думаю, что смогу простить ему пару грубостей, – великодушно подумала Аяно.

– Великолепная работа, – поблагодарила она.

Казума фыркнул. Она опустилась на колени подле него.

– Эй, Казума.

Не ожидая ответа, она продолжила.

– Даже если бы ты был один, наверное, всё равно смог бы победить, не так ли?

– Попытался бы.

На этот раз Казума, наконец, отреагировал. Его глаза, вернув изначальный чёрный блеск, взглянули на Аяно.

– Контракт с Богом Ветров не делает меня всемогущим. Хотя я могу получить беспредельную силу в своё распоряжение, я ограничен тем, чем могу управлять. Я всё ещё в рамках человеческих возможностей, в конце концов.

– Хмм? Может и так. Кроме того, тебе необходимо время на подготовку. Ты бы определенно подвергся нападению в это время, правильно?

–…Да. Это так.

Хотя внешне он ответил без колебаний, Аяно не пропустила краткое изменение в его пристальном взгляде.

– Казума?

– Да?

Его лицо игрока в покер безупречно, но уже слишком поздно.

Аяно плюхнулась на него сверху, схватив за воротник, как будто приготовилась душить. Казума не мог оказать сопротивления и остался лежать на земле.

– Пытаться задавить человека в таком состоянии – что за бессовестная девчонка. Глава плакал бы, увидев это. В противовес его опустошённому состоянию, его рот был в деле на все

100%.

– Не шути и отвечай мне. Когда ты был готов?

Несмотря на то, что захват Аяно становился сильнее с каждой секундой, Казума ответил небрежно. – Примерно тогда, когда ты отлетела.

– Тогда почему ты ничего не сделал раньше?

К настоящему моменту вся сила Аяно была сконцентрирована в её руках,

и всё же Казума отвечал спокойно, как будто ничего не случилось.

– Несправедливо обвинять меня. Всё ради тебя.

– В каком это месте? – ощетинилась Аяно, находясь на краю взрыва.

Если Казума не обоснует свои причины, она собиралась ударить его Энрайхой.

– Положение вещей было таково, что если бы я закончил с этим, не дав тебе возможности нанести хотя бы один удар, ты была бы обречена быть лузером до конца своих дней.

– Аргх…

Эта убийственная ремарка просто поразила её, моментально заставляя умолкнуть. Действительно, если бы она только убегала от атак Рюйи, оставляя всё Казуме, то, возможно, никогда не набралась бы смелости, чтобы сражаться снова.

На того, кто не способен преодолеть страх, способного бороться только с врагами слабее себя, нельзя было бы положиться, не зависимо от того, насколько он силен.

– Когда я увидел, что ты, наконец, набралась храбрости, то решил понаблюдать некоторое время. Твоё выступление потом было наполовину не таким уж и плохим… средненьким. Если бы он не убежал прямо тогда, ты, вероятно, даже победила бы!

– Э? Ты имеешь в виду, что моя магия сработала?

– Нет. Это абсолютно ничего не стоило, – прямо продолжил Казума. – Ты владелец Энрайхи. Нет никакой необходимости обращаться к уловкам и паршивой магии. Если разрезала его на четыре куска, а это его не убило, надо было продолжать резать, пока он не исчезнет полностью.

–…Ну уж извини за «паршивую» магию.

– За такое не стоит извиняться, – Казума продолжил безжалостную критику. – Тебе необходимо практиковать своё искусство фехтования. Таково положение вещей, иначе нет смысла в твоем обладании Энрайхой.

– Я знаю…

– Но… тот последний удар был довольно хорош. Это было умелое использование характеристик Энрайхи как меча и как магического артефакта.

Услышав неожиданную похвалу, Аяно покраснела. Девушка внезапно переполнилась удовольствия. Несмотря на его бесчисленные недостатки и отвращение, которое она испытывала, понимая, что танцует под его дудку, сердце в груди гулко забилось.

– Ты… Похоже, считаешь себя таким крутым. Только что ты знаешь об Энрайхе?

Она попыталась скрыть свое смущение за резкими словами, но ее уловка, очевидно, потерпела неудачу. Казума улыбнулся Аяно, глядя в сторону. – О. Ещё одно. Не стоит сидеть на мужчине одетой так, как ты.

– …А?

– Даже если ты маленькая девочка без груди и капли сексапильности, другие люди могут неправильно понять!

Аяно неосторожно оглядела себя… и замерла. Не в состоянии выдержать напряжённое сражение её форма расползлась на лоскуты. Даже её нижнее бельё было частично порвано и не полностью прикрывало интимные части.

Наблюдая за глазами Казумы, которые, казалось, смотрят мимо всего этого, Аяно покраснела до ушей.

– И… Идиот! Крик прокатился эхом в необитаемом лесу.

– Брат!

Узнав в приближающейся паре Казуму и Аяно, Рен заплакал от радости. Он попробовал бежать к ним, но его ослабленное ранами тело не позволило ему сделать это.

– Уа… Порыв ветра мягко подхватил падающего мальчика и перенес прямо в

руки брата. Казума крепко обнял его и погладил по голове. Рен тоже обнял брата, никогда не собираясь отпускать. – Ты всё сделал очень хорошо, Рен. Прекрасная работа. – Спасибо, брат…

Разговор внезапно оборвался, когда Рен протянул руку к щеке Казумы, на которой очень ясно красовался отпечаток ладони. Столкнувшись с тихим вопросом, Казума улыбнулся и ответил.

– Хорошо, что только теперь, после поражения Рюйи, я встретил ещё более злобного монстра. Я чуть не умер.

Сказав это, он обернулся в направлении Аяно. Аяно, сейчас прикрытая пиджаком Казумы, гневно отвернулась, игнорируя его. – А… Хм…

Рен не всё понял, но у него было непоколебимое чувство, что продолжение разговора подвергнет его жизнь опасности. В отчаянии он попытался сменить тему.

– Рюйя был побежден и всё кончено! Он жалобно улыбнулся.

– Верно. Поехали домой! Аяно, как машина?

– Все сгорело, – немедленно ответила Аяно, поскольку Казума следил за ней с подозрением.

– Это… Это была не я! Её перевернуло ветром Рюйи, и когда она разбилась о землю, загорелась.

Аяно пробовала объяснить, но даже в этом случае, глаза Казумы были полны подозрения.

Посмотрев в чистое ночное небо, Казума опустил голову и сказал Рену:

– Не имеет значения. Говорят, иногда неплохо прогуляться в горах при лунном свете.

– Если мы не попадем в неприятности, – услышав слова Казумы, который, кажется, игнорировал действительность, спокойно заметила Аяно.

– О? Корень всех проблем что-то сказал? – Что? Это ты оставил меня! Это твоя ошибка!

– Пожалуйста, перестаньте спорить, оба.

Утомленный голос Рена попробовал умиротворить пару, но они, кажется, не заметили, и только продолжали энергично обвинять друг друга.

Взглянув на луну, похожую на серебряную тарелку, Рен обдумывал жестокую правду жизни. Рюйя и Хьюэ оба устранены, амбиции Фуга разбиты. Все было совершенно улажено, так почему счастливый конец все ещё так недостижим?

Оставив препирательства в стороне, не пробуя больше их остановить, Рен прислонился к груди Казумы, медленно погружаясь в сон, и приятные голоса его любимого брата и сестры звучали как колыбельная.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог

Осенним безоблачным днем на роскошной больничной кровати в одноместной палате спокойно подрёмывал Генма. Возможно, из-за длительно отдыха его защита ухудшилась, потому что только вернувшись в эту реальность, он заметил присутствие стоявшего за кроватью. Быстро скрыв свое удивление, раненый маг открыл глаза с торжествующим выражением.

– Эй!

Злоумышленник растянул губы в улыбке, как бы говоря: ты, наконец, заметил?

Его взрослый сын появился перед глазами. Нет никакого признака неполноценности, которая заставляла Казуму приноравливаться к настроению Генмы четыре года назад, сейчас он спокойно встречает его пристальный взгляд.

– Казума, это ты?

– Всё закончилось.

Четкий краткий отчет, нет лучшего способа донести информацию.

– Вот как? Я приношу извинения за проблемы, которые мы доставили.

– Действительно. Подумай над этим.

Невероятно, но Генму не возмущал его высокомерный, непочтительный тон. Он даже чувствовал себя комфртнее при таком новом спокойном и равноправном отношении Казумы.

– Здесь есть стул, правильно?

Казума проигнорировал слова отца. Подойдя к окну, он устроился на подоконнике и медленно вытащил сигарету. – В больнице не разрешается курить.

– Знаю!

Он ответил, зажигая сигарету.

Они были все ещё отцом и сыном не способными к нормальному общению.

Тишина продолжалась какое-то время. Казума уставился на пейзаж за окном, в то время как Генма сосредоточился на потолке. – Миюки… ты всё ещё в обиде на неё?

Нарушив тишину, Генма заговорил первым. Казума перевел взгляд на отца, который упрямо продолжал смотреть в потолок.

– Ты знал?

Это не осуждение. Казума ответил отстраненно, очевидно, интересуясь реакцией Генмы.

– Нет. Вчера Глава нанёс визит. Я спросил об этом тогда. – Вчера?

Учитывая приемные часы в больнице, это было до поражения Рюйи, или, возможно, даже тогда, когда они были на пути туда. От того ли, что он доверял им, или потому что они больше не были в Токио, во всяком случае, это было довольно смело.

– Я не обижаюсь на неё. Вероятно, многие родители не любят своих детей. Она не любит меня, я также не отвечаю ей симпатией, полагаю, мы похожи.

Он говорил гладко, правда больше не имеет значения, так или иначе. Женщина, которая родила меня – вот что он думает о Миюки. Ни больше, ни меньше.

– Это так… В таком случае, позволь мне спросить. Учитывая сказанное, ты желаешь вернуться домой?

– О? Хорошенькие же у тебя намерения, спрашивать об этом теперь, а, отец? – Казума чувствовал разочарование. Генма не был человеком способным передумать и предложил просто потому, что его брошеный сын теперь очень способен.

– Я не прошу тебя вернуться как член клана Каннаги. Я надеюсь, ты вернешься как мой сын и снова возьмёшь себе фамилию Каннаги. Если хочешь, преклоню колени, извиняясь. Только вернись.

Глаза Генмы не отрывались от потолка, пока он говорил это.

У Казумы отвисла челюсть, его сигарета упала на пол. Он бессознательно наступил на неё, чтобы погасить пламя. Откровенно было видно, что это далеко за пределами его ожиданий. Его повергло в шок, что его упрямый отец действительно желает уступить до такой степени.

Если быть вполне честным, было соблазнительно. Но…

– Я не могу этого сделать.

Для Казумы был только единственный возможный ответ.

– Я не ненавижу тебя, отец, и ту женщину. Однако я не могу сделать этого. Четыре года назад я убежал. Я оставил всё, включая себя самого. Если бы я был всё тем же маленьким ребенком, каким был тогда, возможно, это было бы прекрасно, но не сейчас. Вещи, которые придётся оставить и вещи, которые я не должен оставлять – теперь их слишком много. Я не могу просто начать всё с начала.

Он принял решение нести тот груз в себе под именем Ягами Казума, пройти весь путь, даже если он и не усыпан розами. Нельзя притвориться,

что этого никогда не было, забыть, что случилось невозможно, потому что оно никогда не позволит ему полагаться на защиту других.

– Вот так. Спасибо за твои благие намеренья. Он ответил небрежно, зажигая новую сигарету.

– Вот как?

Не сумев поймать каких-либо признаков печали, Генма один раз кивнул головой, и тишина опустилась снова. Только на сей раз это была спокойная тишина, без царившей ранее неловкости.

Даже если он не желает вернуться к Каннаги, Казума все еще, как обычно, называет Генму «отец», признавая его существование. Несмотря на сказанное, он ещё не совсем отказался от своего прошлого. Такие чувства не передаются словами, факт, который оба они знают очень хорошо. Это не односторонние отношения, когда отец защищает сына, но одна из основ взаимного уважения – отношения, базирующие на предположении, что они равны.

По сравнению со связями, основанными на привязанности и эмоциях, они строились на теплоте, и это больше устраивало их обоих. – Тогда я прощаюсь.

Закончив в тишине со второй сигаретой, Казума поднялся.

– Что планируешь?

– Хорошо, остаться в Японии в данный момент не так уж плохо. В конце концов, сразу по возвращении я имел удовольствие наслаждаться такими захватывающими событиями.

– Даже так?

Короткий ответ. Наглый, как всегда, то к чему он привык. Однако, это в человеческой природе – желать изменить другого.

– Тогда пока! Ты уже старик, не стоит слишком напрягаться.

Бросив это ядовитое замечание, Казума исчез через окно десятого этажа.

– Хмм, это ребёнок… – ворчал Генма, наблюдая, как ветер колышет занавески.

Первоначально, возможно, он продолжал мысленно спорить, но улыбка на его губах положила конец этим размышлениям. Не понимая этого, его тон зеркально отразил тон Джуго – «эта упрямая дочь».

Холодный бриз дул в открытое окно. Хотя это и удобно в данный момент, похоже, вскоре станет холодно.

– Открыл окно, но не закрыл, засранец, – всё ещё не способный стоять самостоятельно, Генма ругал Казуму, решая, терпеть ли холодный ветер до состояния простуды или сдаться и вызвать медсестру.

Посмотрев вверх, на окно отца, Казума озорно улыбнулся.

– Попытайся не простудиться, отец.

Он повернулся спиной к больнице и пошел прочь без определенного пункта назначения. Это так как было всегда, и это так как всегда будет. (Почему сейчас я не ищу место, где можно остановиться?)

Ветер дул, многозначительно гудя, заставляя шагать живее, пока спина человека медленно не пропала из виду.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1 Банкет для победителей

В версии с изображениями тут находится картинка.

Это стало уже привычным, можно даже сказать, частью их жизни, однако, Нанасе и Юкари всё равно испытывали напряжение. Напряжение, которое было трудно игнорировать.

– Разве я уже не говорил? Девушки, скучно не будет. Я знаю великолепный клуб! Стоит мне показаться, и нас пропустят.

– Давайте! Идёмте! Какие развлечения без девушек?

Подруги обменялись взглядами. Группа мужчин, со слабым представлением о приличиях, вела себя вульгарно и развязано. Они неплохо выглядели, но их идиотская манера речи и поведение производили отнюдь не приятное впечатление. Проще говоря, эти ребята пытались подцепить девчонок.

Для них это давно стало обычным явлением.

Хотя сильно и отличающиеся внешне, три красивые девушки заставят загореться глаза любого мужчины.

Они прекрасно знали, как можно отделаться от таких любителей клеиться. Или, по крайней мере, делали так до этого.

– …

Вдруг, третья девушка, которая до этого момента не произнесла ни слова, медленно подняла голову и посмотрела в глаза человека, стоявшего перед ней.

– Это место часто посещают звезды и модели! У нас есть много таких друзей, если интересуетесь, мы можем вас познакомить…

Встретившись с холодным взглядом, от которого можно промерзнуть до костей, бойко болтающий парень осекся.

– Потеряйтесь.

– … Да.

Мужчинам ничего не оставалось, как уныло ретироваться.

Даже не посмотрев в их сторону и не изменив холодного выражения лица, девушка опустила голову, словно ничего и не было.

– Аяно.

– Что-то не так?

Девушка, Аяно Каннаги, казавшаяся весьма недовольной, повернулась к своим спутницам.

– Тебе не кажется, что последнее время ты стала слишком сурова к тем, кто к нам подкатывает?

– Это только ваше воображение, – отрезала Аяно.

– Но…

Юкари умоляюще посмотрела на Нанасе. Кивнув, Нанасе продолжила:

– Да, последнее время ты действительно перебарщиваешь. Возьмём к примеру тот случай, когда ты ударила парня в висок углом своей школьной сумки.

– А, это было действительно страшно. У него закатились глаза, а из ушей и из носа полилась кровь.

– Разве это важно? Мы ведь вызвали ему скорую.

Нанасе тяжело посмотрела на угрюмую Аяно, постепенно переходя к главному.

– Аяно, у тебя проблемы с каким-то с парнем, не так ли? – Что… Что… О чем ты говоришь?!

Внезапный вопрос выбил Аяно из колеи, и она не смогла скрыть раздрай, царивший у неё в душе.

– Хехе… – Нанасе глубокомысленно улыбнулась.

– Девушка с комплексом Эпектры, кажется, наконец, стала проявлять интерес к другим парням.

– Нет у меня никакого комплекса, – быстро взяла себя в руки та. – Я просто никогда не встречала парня лучше, чем мой отец. Вот и всё.

– …

Нанасе встретилась глазами с Юкари, как бы говоря «что за головная боль», и вздохнула.

– Признаю, действительно, твой отец спокойный зрелый мужчина, но ты ведь не сможешь найти такие качества в молодом парне, правильно?

– Нет. Отец тоже был когда-то молодым, рано или поздно я найду кого-то похожего…

Она замолчала на середине фразы и нахмурилась, потому что этот разговор напомнил ей о том отвратительном парне. Казалось бы, их нельзя сравнивать, но он, несомненно, необычайно спокойный человек, как и её отец.

Он вовсе не был похож на Джуго. Скорее его полная противоположность. Но… был очень силён. Силён не просто количеством энергии, которым может управлять, а своей сущностью. В этом смысле, он сопоставим с Джуго, самым могущественным человеком, которого она знала.

– Аая…ноо…

Услышав полный смеха зов, замершая было Аяно вернулась в чувство. – Сейчас ты думала о парне, который тебе нравиться, не так ли?

– Ко… Конечно, нет! Такой парень...!

– Какой парень? Услышав вопрос, Аяно в момент потеряла запал.

– Нанасе… Даже ты…

– Давай начистоту! Это такая интересная тема. Спорю, даже Юкари не отпустит тебя так легко, правда?

– Правда. Правда.

Юкари счастливо кивнула. Аяно посмотрела на девушек, которые приготовились с анатомическим интересом извлечь и рассмотреть каждую деталь её молодого сердечка.

Юкари Шиномия и Нанасе Кудо. Они обе учились вместе с Аяно в академии Сейрё, и были её лучшими подругами, даже несмотря на то, что были случаи, когда она сомневалась в их дружбе.

Юкари, с красивыми волосами, спадающими волнами до плеч, мягкой улыбкой на лице и немного медленной манерой речи. Неясно, следует ли считать эту «медленность» как мягкость, но не зависимо от этого описания, можно представить, что она является спокойным человеком.

В отличие от неё, у небрежно невозмутимой Нанасе была короткая круглая стрижка «боб». Её быстрые движения и тон, не подходящие для девушки, выбивали людей из колеи.

Из-за своего типажа она всегда получала много шоколада на день Святого Валентина1.

Обе девушки, как ни посмотри, были полными противоположностями. Примечательным было то, какая между ними царила гармония, когда они объединялись, чтобы дразнить Аяно. Хотя для Аяно это было что-то невыносимое.

– Ну, давай! Расскажи нам. Что он за человек?

– Я уже говорила, нет такого человека! Кстати… Аяно бросила на Юкари обвиняющий взгляд.

– Разве мы не собирались сейчас есть пирожные? – Так и есть. – Тогда почему мы идем этой дорогой?!

В направлении, куда Аяно показала пальцем, стоял длинный ряд зданий, предназначенных для вполне конкретной цели.

Хотя внешне в них не было ничего необычного, они, так же как дом с приведениями в какой-нибудь глуши, отличались от нормальных отелей особенной атмосферой.

Так и есть. Пока они втроём счастливо общались (ну, за исключением кое-кого), успели подойти к кварталу отелей для свиданий. Осознав, что находится в таком специфическом месте, Аяно невольно покраснела. Но улыбка Юкари не изменилась вовсе.

– Мы срезаем.

– Даже так, такое место…

– Не волнуйся, никто не станет думать, что мы собираемся поиграть в тройничок.

Лицо Аяно побагровело, когда она посмотрела на невинную улыбку подруги, сказавшей столь шокирующую вещь.

– Ты… не делай такое милое личико, говоря такие пошлости, ладно?

– Хе… Но это ничто по сравнению с твоим обычным поведением.

– Что ты имеешь в виду?

Аяно скосила глаза на Юкари, на лице которой была её неизменная улыбка. Та выглядела беспечно, и, определенно, не проигравшей стороной.

Поняв, что в этой пикировке ей не победить, Аяно постаралась поскорее свернуть разговор.

– В любом случае, этой дорогой мы не пойдем. Поворачиваем!

– Пф... Как всегда морально устойчива.

– Морально устойчива? Не надо это говорить! Эти отели нужны тем, кто делит постель. Кто знает, что подумают о людях пришедших сюда?!

Голос Аяно звучал так яростно и сердито, будто эти несчастные любовные отели – враги, уничтожившие всю её семью. Внезапно её лицо окаменело.

Юкари и Нанасе проследили за её взглядом. А там…

1

В Японии на день Св. Валентина шоколад дарят девушки понравившимся юношам.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Возмущается, как всегда.

Мужчина и красивая женщина, шедшие тесно прижавшись друг к другу, появились со стороны отелей. Мужчине было двадцать с небольшим, с неправильным, но красивым лицом, выражение которого казалось небрежно-ленивым. Пренебрежительная ухмылка, появившаяся на его губах, снизила набранные им баллы сразу на тридцать процентов. – Тебе стоит думать о том, где ты находишься.

Мужчина наслаждался видом остолбеневшей Аяно и продолжал говорить.

– Ты уже студентка старшей школы. Давно пора знать, какой позор… Мужчина, стоявший перед ней, был Ягами Казума. Человек, которого Аяно

ненавидела больше всех. Что касается женщины рядом с ним, она её никогда не встречала. Вдобавок, это была улица отелей для свиданий.

Уловив этот пункт, мозг Аяно, который уже было вернулся к нормальной температуре, снова начал закипать. Непонятно с чего разозлившись, Аяно заорала:

– Ты… Что ТЫ делаешь в таком месте?!

– …Аяно?

Юкари и Нанасе бросив друг на друга озадаченный взгляд, уставились на подругу, которая вдруг впала в бешенство. В обоих парах глаз отражалась неуверенность, они как бы спрашивали «О чем она говорит?».

Даа… Не стоило задавать такой вопрос. Как Аяно говорила ранее, в любовных отелях делают только одну вещь, разными способами и методами, но одну… Есть только одна причина, по которой сюда приходят.

С другой стороны, Казума, на которого была направлена ярость Аяно, как обычно слегка улыбнулся.

– Что я там делал? Ах… Мне так трудно об этом говорить. Он разыграл смущение, изящно прикрыв рот рукой.

От этой фразы десятки нейронных цепей, отвечающих в голове Аяно за связь с логикой, лопнули.

Почувствовав энергию ярости духов, идущую от Аяно, Юкари и Нанасе, не сумев помочь, отодвинулись назад.

Однако, даже когда их накрыло волной кровавой ярости такой силы, что даже обычные люди заметили и испугались, Казума и его спутница не убрали спокойные улыбки со своих лиц.

Женщина полностью проигнорировала злые глаза Аяно и, наклонившись, прошептала в ухо Казумы:

– Это твоя девушка?

– Кирика… Не смешно!

Вопрос прозвучал несколько уничижительно, и Казума ответил очень раздраженно.

Услышав ответ, Кирика посмотрела на Аяно с пренебрежительной усмешкой.

(…! Стерва!)

Видя насмешливое отношение женщины, Аяно отнесла её в стан врагов. Как будто ища слабое место, она оглядела Кирику с головы до ног. Но…

(Ах…)

Хотя и тонкая, у неё была хорошая фигура, очень женственная. Если рассматривать их под таким углом, Аяно ей была не конкурентка.

Девушка тоже была на редкость красивой, но развита значительно хуже Кирики. Скрытый потенциал и обещание измениться в будущем не играют никакой роли. Потому что в борьбе в реальном мире, всё решают возможности, которыми ты обладаешь сейчас.

Даже если бы её оппоненткой была бы та, у кого все питательные вещества ушли в грудь и бедра, а не мозги, Аяно не пришлось бы признавать себя побежденной.

Но Кирика была другой. Её удлиненные узкие глаза несли свет мудрости, позволяя безошибочно установить, что она не одна из тех вульгарных женщин, которые только и делают, что вешаются на парней.

Чуть старше Казумы, его спутница выглядела на двадцать пять. Если учесть, что она могла так спокойно отнестись к убийственным намереньям Аяно, определенно, не средний руки клерк. Может они были в одном бизнесе?

Аяно, тихо мучаясь от осознания своей неполноценности, продолжала сердито буравить взглядом этих двоих.

– Казума?

Кирика, благодушно приняв взгляд Аяно, теснее прижалась к руке Казумы. Больше чем на демонстрацию любви, этот жест походил на попытку

держаться к нему более плотно. – Может мне арестовать тебя за совращение несовершеннолетней?

– Ничего подобного.

Казума выглядел очень недовольным.

– Она просто дальний родственник. Я ничего не делал, даже в мыслях не было.

– Тогда почему она злится?

– Она всегда злится. Забей.

– О…

Кирика посмотрела прямо на Аяно, глубокомысленно улыбнувшись. Девушка отметила, что та на мгновение засомневалась.

– Я думаю, будет лучше объясниться.

– В этом нет необходимости. Больно хлопотно. Пошли!

Сказав это, Казума пошел прочь, увлекая за собой Кирику. Когда его глаза встретились с глазами Аяно, в них было очень серьёзное выражение, они как бы предупреждали: «Быстро возвращайся! Это не место для детей».

Казума легко прошел мимо своей бывшей партнерши по битве, которая дрожала от злости всем телом. Как только стороны разошлись, напоследок, Кирика крайне мягко посмотрела на девушку. Этот взгляд, заполненный симпатией, взбесил Аяно ещё больше.

Юкари оставалась на месте, тихо провожая глазами уходящую парочку. Она посмотрела в сторону и случайно встретилась взглядом с Нанасе.

В тот момент тишина была буквально кричащей. Девушки обменялись горькими улыбками, и, как будто сговорившись, посмотрели на Аяно, которая все ещё не оборачивалась.

– Вот оно что. Нанасе тяжело вздохнула.

– Неудивительно, что ты была так груба с теми, кто к нам приставал.

– Да. Действительно трудно любить такого.

– Но, что удивительно. Я никогда не думала, что Аяно может понравиться такой гулящий парень.

– …Вы двое…

Аяно медленно обернулась. Мягким и ровным, но от того ещё более пугающим тоном она спросила: – О чём вы двое говорите?

– О чём ж ещё?

Юкари ответила откровенно. – Аяно, тебе ведь нравится этот парень. Так это выглядело со стороны.

– Вы… Что вы себе напридумывали?

– Я сужу по твоей реакции. А реакция была типа «девушка ревнует, увидев, как парня, который ей нравиться, уводят», правильно?

– Это совсем не то! Совсем! – краснея, заорала Аяно, так громко, что голос, казалось, разнёсся по всему видимому пространству.

– Аяно, слишком громко.

Игнорируя предупреждение Юкари, Аяно яростно продолжила:

– С чего это я могла бы полюбить такого подонка? Он из тех людей, которых я больше всего ненавижу! Если бы я могла, я бы порезала его на куски!!

– Тогда почему ты злишься?

Юкари возразила со спокойствием в голосе.

– Тогда тебе должно быть всё равно с кем он спит, не так ли? Так чего ты злишься?

– Это… Это потому… Это…

– …Я не выношу, что кто-то подобный Казуме, спит с такой красавицей! Они не совместимы!

Аяно сильно сжала кулак, пытаясь лучше объяснить, в то время как двое других смотрели на неё холодными глазами.

(Что ты думаешь?)

(Не похоже, что врет… Может она просто не понимает себя?)

(В любом случае, она не просто в затруднении – с ней что-то не так…) (Но… это так похоже на Аяно.)

(Мда, не спорю.)

– Вы, двое! Не шепчитесь между собой, стоя прямо передо мной!

Услышав крик Аяно, Нанасе выпрямилась. Следуя указаниям, она сделала очень серьезное выражение лица, как мошенник, который женится, чтобы заполучить пароль к кредитной карточке, и сказала:

– А. Ладно. Ладно. Я поняла. Ты действительно ненавидишь этого мужчину.

– Да, полностью поняла.

Юкари немедленно подтвердила. Они действительно были лучшими подругами Аяно, их поступки безупречно соответствовали.

Выражение лица Аяно, говорило о том, что она продолжает их подозревать.

– …Правда?

– Конечно.

– Вот и прекрасно.

Аяно кивнула, всё ещё выражая недовольство. После того, как всё подошло к концу, и двое из них издали вздох облегчения…

– А, вот эти девушки. Мистер Ханаги.

Эти парни не могли выбрать худшего времени, чтобы появиться.

– Это они? Мужчина, которого они называли мистер Ханаги, указал пальцем на троицу

и сказал… – Вы, парни, испугались этих трех девчонок? – Ну, у той, в центре, на самом деле пугающий взгляд…

– Эта девица реально борзая. Пожалуйста, поучите её хорошим манерам, Го-сан!

Говорящие были той самой шпаной (временно назовем их номер один и номер два), которую чуть раньше спровадила Аяно. Похоже, им не понравилось, что их так грубо отшили, и они решили отомстить, для чего и привели с собой приятеля.

– Как низко.

– Мы пригласили вас приятно поразвлечься, а вы сказали нам «потеряйтесь». Это было действительно грубо. Сейчас придется извиняться.

– …

Аяно пристально посмотрела на группу мужчин. По её определению, они не заслуживали внимания.

Встретив тот самый ледяной взгляд, номер один и номер два не могли не отступить на несколько шагов, а вот Ханаги не проявил никаких признаков страха.

– Этот твой трюк не работает! Ханаги-сан знает лучшие техники Шаолиня!

– Пожалуйста, сделайте это! Вперед, Ханаги-сан!

Номер один и номер два продолжали орать, спрятавшись за спиной Ханаги. Игнорируя этих двоих, которые просто надеялись на чужую силу, Аяно сосредоточилась на Ханаги. Как они и упоминали, мужчина, стоявший перед её глазами, кажется и вправду был неплохо натренирован. Поскольку он носил только тонкий свитер без рукавов под кожаным пальто, его накачанные мускулы было хорошо видно. Это было тело, специально подготовленное для борьбы.

– Ты слишком высокомерна для женщины, поэтому у тебя большие проблемы. В следующий раз не пытайся идти против мужчины.

Ханаги протянул руку, чтобы грубо приподнять лицо Аяно за подбородок. Как только его пальцы прикоснулись к ней, Аяно стремительно начала

двигаться. Она наклонилась и, сделав шаг вперед, перехватила руку Ханаги, одновременно нанося удар локтем левой руки чуть пониже уха в основание челюсти. Это была внезапная и мощная атака с использованием ки. Было бы не удивительно, если бы челюсть отвалилась от лица.

Ханаги по спирали взлетел в воздух. Его ноги, оторванные от земли, переплелись вместе, как батон-косичка, а потом развернулись по инерции. Тело продолжало вращаться и после трех с половиной тошнотворных оборотов приземлилось, разумеется, неудачно, впечатавшись в стену отеля.

Чвак!

Звук влажного шлепка разнесся по всей улице. Такой звук мог издать кусок свежей мясной вырезки, с которого ещё капает кровь, ударяясь о стену, а никак не человеческое тело.

Несколько секунд Ханаги ещё висел на стене, а потом упал на пол как раздавленный таракан. На красной кирпичной стене отеля остался еще более красный жуткий отпечаток силуэта человеческого тела.

– А… А… Увидев как из всех семи отверстий дергающегося тела Ханаги льётся кровь,

Нанасе изобразила в воздухе крест, а Юкари сложила руки вместе и опустила глаза.

– А… Ах ха … – Ханаги-сан…

В плачущих голосах двух замерших на месте парней слышался запредельный страх.

Аяно тихонько подошла к мужчинам, которые стояли как идиоты, не в состоянии двинуться с места, и со скоростью молнии нанесла два удара. Носок её ступни врезался им прямо между ног.

– Агх…! – Ва…!

Очень важная часть тяжело пострадала. Аяно с отвращением смотрела, как эти двое катаются от боли по земле с розовой пеной на губах.

– Как грязно!

– Ах... Пожалуйста, вышлите скорую. У нас тут трое тяжело пострадавших. Сзади послышался голос Нанасе, звонившей в 911 по общественному

телефону. Она прочитала номер на будке, чтобы можно было определить их местоположение. – Пожалуйста, быстрее. Один из них, похоже, готов.

После этого, она повесила трубку, игнорируя просьбы назвать свое имя. Телефон-автомат для того и нужен был, чтобы их нельзя было отследить. – Итак, ты выпустила пар? – Нанасе спокойно спросила Аяно.

– …Я не к этому стремилась.

У Аяно был надутый и раскаявшийся вид, но подруги ей не поверили. Они с самого начала очень хорошо знали, что это было следствием того, что она разозлилась на Казуму. Если бы он не встретился им сейчас, она не была бы настолько жестока!

Но была одна вещь, которую они не понимали. Нанасе наклонилась к уху Юкари и шепотом спросила…

(Как думаешь, он хороший парень?) (Хммм… Я чувствую, что где то посередине, но…)

Он не казался тем человеком, которого Аяно стала бы ревновать. По их мнению.

Хотя они были знакомы с Аяно довольно давно, девушки не знали ни о том, чем Каннаги зарабатывают на жизнь, ни о магии их рода.

Оставалось несколько дней, прежде чем они уяснят для себя истинную силу Казумы.

* * *

– Казума всё еще не приехал?

– Почему ты МЕНЯ спрашиваешь? – кисло ответила Аяно главе клана. Перед появлением она выпила немного алкоголя и её глаза казались мутными.

Посмотрев на дочь, излучающую недовольство, Джуго прищурился.

– Что между тобой и Казумой? – Ничего. Аяно с громким стуком опустила на стол стакан.

– Я ненавижу этого парня! Я не хочу ни видеть его, ни слышать о нём! Он предпочитает хорошо проводить время с женщинами постарше!

– …Вот как.

Джуго мог только предполагать, что произошло, и решил не продолжать разговор. – Отметим полное уничтожение клана Фуга!

– Спасибо Хьюэ, который будет гореть в аду целую вечность! – Ваше здоровье!

Вульгарные тосты следовали друг за другом в изобилии. Воздух был наполнен звуков стукающихся друг об друга бокалов.

Поводом для праздника стало то, что случилось неделю назад. Подчиненный клану Каннаги, клан Фуга затеял революцию. Лидер клана

Фуга, Хьюэ Казамаки, позволил мощному демону завладеть своим сыном Рюйей, и многие из Каннаги были убиты.

Те, кто боролись с ними, были Аяно и Рен, адепты из главной семьи Каннаги, и брат Рена, Казума Ягами, который был изгнан за неспособность к огненному искусству, а в результате стал магом ветра.

В жестокой битве они втроём одолели Хьюэ и Рюйю. Через четыре дня, вечером, был организован банкет в честь победы. Банкет невиданный прежде. Присутствовали все члены клана, кто мог присутствовать. Они собрались вместе, чтобы поднять бокалы и отпраздновать уничтожение ненавистного врага.

Такая реакция не удивляла. Тем людям, Хьюэ и Рюйе, которые оспаривали право сильного, нельзя было позволить существовать.

Тот факт, что они были способны позволить вселиться в себя демону, чтобы увеличить силу, нельзя было простить. Более того, они были из клана Фуга, слабых магов, о которых все долгое время вытирали ноги.

Слишком унизительно было признать, что испугались и прятались от таких слабаков, как Фуга. Однако, с тех пор как клан ветра был полностью уничтожен, тот позор если и не забылся, то по крайне мере стерся из памяти.

С их точки зрения это празднование не было излишним или странным.

– Хмф! Эти неблагодарные собаки, кусающие тех, кто их кормит! Мерзкие ублюдки!

– Как они посмели сопротивляться нам? Нам, кто получил благословение Бога Духов! Оскорбительно!

– Выпьем за смерть Фуга!

– Выпьем! Все сидевшие за столом подняли и осушили чашки.

Казума появился только, когда банкет достиг кульминации.

– Казума-сан прибыл. Как только слуга сделал это объявление, шум в зале резко прекратился.

В полной тишине множество недружелюбных глаз следило за тем, как через бумажную дверь, которую открыл слуга, не говоря ни слова, уверенно прошел молодой человек. Стоит отметить, самыми ненавидящими среди них были глаза Аяно, но пока оставим этот вопрос в стороне.

На самом деле, были веские причины такого отношения к этому человеку. Перед битвой с кланом Фуга, у Каннаги было свыше пятидесяти магов, а на банкете присутствовало не более тридцати, около двадцати были ранены или убиты. Мертвых семеро, остальные имели травмы разной степени тяжести. Только на тех семерых напал Рюйя. Другими словами, основные потери – это работа Казумы, уложившего всех остальных на больничную койку. При таких обстоятельствах, было бы очень странно, если бы его приветствовали милыми улыбками.

И вот, ненавидящие глаза провожают Казуму, а тот ведет себя, как ни в чем не бывало. Такое его отношение только подогревало неприязнь. И это естественно, когда на тебя сверху вниз смотрит тот, кого ты ни во что не ставил ранее. Не стоит отметить, что Казума всё это мастерски игнорировал. Казалось, он считает такое отношение смехотворным.

Независимо от того, как много раз Джуго пытался защитить его, негативные чувства лишь усиливались.

Казума кивнул Рену, который только один и улыбался ему, и поклонился Джуго. – Простите, я опоздал. – Не стоит. Я тот, кто вынудил тебя присоединиться к нам.

Джуго улыбнулся, извиняя опоздание Казумы, и пригласил его сесть. В скором порядке перед ним появились вино и легкие закуски.

– Добро пожаловать домой, брат!

Рен пересел и обнял руку брата, напоминая избалованного щенка. Казума не стал его останавливать. Напротив, он протянул руку и погладил брата по голове. Но он не произнес традиционный ответ: «Я дома».

Не произнес, потому что уже долгое время это место не было его, Ягами Казумы, домом.

Казалось, Рен не заметил, эти мысли Казумы, и стал усердно обслуживать его за столом. – А, позволь налить тебе немного вина.

– …Ладно.

Казума поставил чашку на стол, не выпив и капли. Поколебавшись, Рен спросил:

– Брат, почему ты не пьешь?

– Не хочется. Рен посмотрел на нетронутую еду.

– …Не хочешь съесть чего-нибудь?

– Я не голоден.

– …

Озадаченный Рен опустил глаза и посмотрел на брата. Казума продолжал смотреть прямо вперед, игнорируя Рена.

– Эм… А… Как только Рен стал паниковать, подумав, что чем-то рассердил своего

брата, большая рука легонько дотронулась до его головы. –…Брат?

Казума не повернулся и ничего не сказал, однако, тепла его ладони было достаточно, чтобы успокоить Рена. Прислонившись к своему брату, мальчик закрыл глаза и мирно улыбнулся.

Для Казумы резиденция Каннаги всё еще территория врага. Нельзя было ни расслабиться, ни съесть здесь что-нибудь, ни вообще как-либо ослабить защиту. Поэтому молодую женщину, подошедшую к нему, он заметил сразу.

Казума не стал двигаться, наблюдая за тем, что она будет делать.

Молодая женщина, приблизительно двадцати лет, была завернута в кимоно. Она, кажется, привыкла носить такую одежду, потому что в её движениях не было неуклюжести или неловкости. У неё была более круглая и простая прическа, чем короткий боб, волосы равномерно подстрижены со всех сторон. В комплекте с маленькими милыми щёчками, она была прекрасным образцом женщины японского стиля, которая заставляет вспомнить об устаревшем выражении «Ямато Надешико»2.

Посмотрев на девушку, присевшую перед ним в глубоком поклоне, Казума сказал с туманным выражением:

– Если я правильно помню… Ты Огами…

– Меня зовут Мисао Огами. Мне приказано позаботиться о Вас, Казума-сама. Если Вам чего-либо захочется, пожалуйста, скажите мне.

– …О?

Кончиками пальцев Казума приподнял лицо Мисао за подбородок. Увидев нервное выражение её лица, Казума улыбнулся и, подразнивая, сказал:

– Даже ночью?

Услышав прямой намёк, Мисао покраснела и опустила глаза. Несмотря на смущение, она не пыталась вывернуться из хватки Казумы и тихо пробормотала:

– Если… Всё, что Вы пожелаете.

Видя, что Мисао не сопротивляется, Казума придвинул своё лицо ещё ближе, но в один момент внезапно отшатнулся назад. Луч красной молнии пронзил воздух в том месте, где была его голова. С громким треском, что-то врезалось в опору позади него.

– Ты нереальный кусок дерьма! Убери от неё свои грязные руки!

Легко догадаться, что эта разъяренная, кипящая гневом, девушка была Аяно. Казума, не обращая на неё внимания, повернул голову. Длинная тонкая палка теперь застряла в опоре – палочка для еды Аяно. У палочки не было острого конца, однако, она вошла в дерево на половину длины. Предположив с какой силой её нужно было бросить, Казума улыбнулся.

Аяно плавно подошла к молодому человеку и стала в бойцовскую стойку, нацелившись на его руку, всё это время находившуюся на подбородке Мисао. Увидев стойку, с которой можно было разбить тридцать кирпичей, Казума быстро отстранился. Аяно, всё ещё с гневом в глазах, хмуро посмотрела на парня, а потом подошла к Мисао.

– Мисао, о чём ты думаешь? Почему ты рушишь свою жизнь ради пены, такой как эта?

– А… Эмм… Извините.

Столкнувшись с такой агрессивной аурой, Мисао с испуга стала извиняться. Увидев эту забавную сцену, Казума преднамеренно состроил вредное выражение.

– Почему ты меня так обозвала?

2

"Ямато надэшико" (Yamato nadeshiko) – "Японская гвоздика", красивая девушка, придерживающаяся японских

традиций и обладающая сильным духом, но при этом грациозная и хрупкая, как цветок.

– Я просто сказала правду, не так ли? У тебя уже есть девушка. Так почему ты тянешь руки к другим? Ничтожество!

– Девушка? У меня нет девушки. – Лжец! Чуть раньше…

– Если ты имеешь в виду Кирику, то это отношения другого рода. Она просто…

– Просто твоя секс-подружка, правильно?

Аяно закончила предложение Казумы устрашающе нежным тоном. Хотя её лицо улыбалось, при ближайшем рассмотрении, грудь пульсировала от гнева. Обозрев выражение её лица, Казума понимающе улыбнулся и сказал:

– Ну, тогда и ты тоже, в какой-то степени.

Неистовая энергия духов вырвалась из Аяно, тело девушки бессознательно вошло в боевой режим.

– Аяно-сама.

Однако, её остановили перед тем, как сила вырвалась наружу. Услышав обращение Мисао, Аяно неохотно взяла себя в руки.

– Пожалуйста, не сердитесь. Это Казума-сама отомстил за моих братьев. Подобные вещи… ничто, лишь бы я могла вернуть такой долг.

– За это ты должна благодарить меня, – гордо проговорила Аяно. – Этот парень сражался только потому, что это была его работа. Ему уже достаточно заплатили! Его не за что благодарить. Ты с чем-то не согласен?

Последняя фраза, конечно же, предназначалась Казуме.

– Не-а, в основном, всё верно, – честно признался Казума. – Я не знаю, что сделала эта вспыльчивая девчушка, за что её стоит благодарить. Но тебе нет необходимости говорить спасибо и мне. Оставляя Масато и Такеши в стороне, ты можешь считать, что в смерти Такейи половина моей вины.

От этого шокирующего высказывания люди вокруг заволновались.

После создания такого шума, естественно, их препирательство попало в центр внимания. Услышанное тревожное заявление заставило каждого навострить уши и слушать молча.

– Что ты имеешь в виду? – Аяно спросила резким тоном.

Казума смахнул её напряжение, как толстокожая ива смахивает ветер и улыбнулся.

– Хотя его убил Рюйя, до этого он уже потерпел поражение от меня. Рюйя только разрубил бессознательного Такейю на части. Впрочем, я полагаю, что даже если бы он был в сознании, на результате это бы не сказалось.

Казума произнес всё это очень беспечно и переместил взгляд обратно на Мисао. Он оказался лицом к лицу со склоненной перед ним девушкой, выражение лица которой невозможно было прочесть, и мягко её заверил.

– Итак, ты видишь? Нет необходимости быть настолько учтивой. Как насчет того, чтобы вынуть это из своего рукава?

В тот момент, когда Казума закончил свое предложение, Мисао внезапно начала двигаться. Она с силой оттолкнулась ногой от татами и вытащила кинжал, который всё это время прятала в рукаве.

– А… Аааааааааааааааааааа!!

Дико крича и сильно зажав в кулаке кинжал, Мисао прыгнула к груди Казумы.

В версии с изображениями тут находится картинка.

На мгновение всё замерло. Хотя все находящиеся в зале наблюдали за разворачивающейся сценой, они оказались захвачены врасплох происходящим и слишком растерялись, чтобы что-то предпринять.

Мисао и Казума неподвижно застыли, как пара любовников, вдвоём, в молчаливом объятии.

– Ка… Казума?

Дрожащий голос Аяно звал по имени человека, которого она ненавидела больше всего.

Он не отвечал. – Казума!? От… Отвечай мне быстро! Казума! Казума!!

– Что?

Казума внезапно поднял голову и ответил, будто спорсонья поздним утром. Держа кончиками пальцев тот кинжал, который должен был быть в руке у

Мисао, он поднял его до уровня глаз и помахал.

– …! От облегчения Аяно опустилась на пол, и, всё еще в шоке, громко заорала:

– Если… Если ты слышал меня, ты должен бы был издать хоть какой-то звук! Я уже подумала, что ты умер!

– Тебе то какая разница, если я умру? – Что… что…

Аяно на мгновение оказалась не способной произнести ни слова. Она изо всех сил пыталась остановить кровь, которая, казалось, собралась со всего тела и прилила к лицу, одновременно напряженно подыскивая опровержение.

– Я… я не хочу, чтобы Мисао стала убийцей.

– В этом есть смысл.

– Правильно!

(…?)

Аяно кивнула в согласии, но всё же в реакции Казумы чувствовалось что-то неправильное. Однако, она не могла с уверенностью сказать, что именно.

Игнорируя озадаченную Аяно, Казума перевел взгляд на упавшую на него Мисао. – Итак, ты все ещё сердишься?

– …!

Мисао с силой оттолкнула Казуму, и отпрыгнула назад. Она не стала отодвигаться дальше и уставилась на Казуму глазами полными ненависти.

Но Казума, казалось, не возражал против того, чтобы на него так смотрели. Он спокойно разорвал контакт с глазами Мисао и передал кинжал в руки Аяно.

– Возьми его.

– А, ладно.

Аяно рефлекторно взяла и кинжал и внимательно осмотрела. Лезвие было приблизительно десяти сантиметров в длину. Хорошо для чистки яблок и не более. На нем даже не было никакого яда.

(Она на самом деле рассчитывала убить Казуму ножом для фруктов?)

Как глупо. Аяно горько сожалела о том, что продемонстрировала столько тревоги.

В то же время другие наконец-то отошли от шока. Однако, никто не кинулся хватать Мисао, потому что все члены клана чувствовали то же самое.

(Что отец?)

Аяно посмотрела на Джуго.

– Что случилось?

– Что ты имеешь в виду под «что случилось»? Хватит просто смотреть. Делай что-нибудь.

– Хм. Джуго обозрел место преступления холодными глазами.

– Казума. – А?

– Если ты не желаешь ничего делать с ней, мне наказать Мисао за тебя? Даже не смотря на то, что его тон казался холодным, его намерения были

ясны – «если ты хочешь убить её, сделай это». Джуго обычно был добрым и терпимым, но не до такой степени, чтобы проигнорировать попытку убийства.

Казума ответил довольно неожиданно.

– Я не думаю, что стоит заходить в наказании настолько далеко. Ничего ведь не случилось. Просто позволим ей уйти!

После прозвучавшего ответа, на лице Джуго отобразилось удивление, а озадаченный взгляд Аяно был заметен невооружённым взглядом.

Аяно, наконец, поняла, что было не так. Мисао всё еще жива. Это единственное, что не имело смысла.

На поле битвы Казума не заботился ни о чем. Даже если это была маленькая девочка, которую вынудили прийти угрозами или управляя ею, Казума не стал бы сдерживаться.

Помятуя о его привычках, после отражения нападения, нет, тогда когда кинжал был отведен в сторону, голова Мисао должна была приземлиться на полу.

(Но это… Что произошло?)

Озадачившись этим вопросом, Аяно стала наблюдать за этими двумя.

Мисао выглядела бледной и вялой. Хотя в её глазах всё еще была ненависть, не было похоже, что у неё остались силы, чтобы что-то предпринять.

Её специализацией была защита печатей и обеспечение тыловой поддержки. Она не была адептом боевых и огненных искусств, сражавшимся на передовой. Хоть способностями обладала не слабыми, её личные качества просто не подходили для битвы, не говоря уже об убийстве.

Возможно, это был первый раз, когда она направила нож на кого-то.

Её менталитет, не позволяющий причинять вред, не отличался от менталитета обычного человека. Сейчас она действовала импульсивно, и после неудачи не могла найти в себе силы попробовать ещё раз.

Казума наклонил голову и молча смотрел на Мисао. В его глазах не было ни капли тепла, но в них не было и холода.

( Это слишком ненормально, слишком странно! И… из-за этого я чувствую себя несчастной!) – Как насчет этого?

– Пусть так и будет. Раз ты так считаешь, у меня нет причин наказывать её. Джуго оборвал Аяно, которая потеряла самообладание, и пришел к простому заключению.

– Но мы не можем позволить тебе оставаться здесь. Возвращайся и поразмышляй об этом некоторое время!

С этим он приказал кому-то со своей стороны увести Мисао. Мисао изо всех сил пыталась вывернуться из рук, которые крепко её держали.

– Почему?

Игнорируя мужчину, который был обеспокоен её попытками отбиться, Мисао посмотрела на Казуму и заорала:

– Почему мой брат умер?!

– Потому что он был слишком слаб. Казума ответил очень резко.

– …!!

Зал мгновенно заполнился гневом. Мисао была не единственной, кто винил Казуму в смерти члена семьи. Для этих людей слова Казумы стали последней каплей.

– Ты, задница…!!

Аяно встала, её лицо пылало гневом. Она уперлась руками в бедра и свирепо посмотрела на Казуму.

– Да что, черт подери, с тобой не так! Ты не можешь отличить, что можно и чего нельзя говорить? Что ты имел в виду под «он был слаб»? Это не смешно! Только от того, что стал сильным, ты забыл, каково слабым?

Казума не показал Аяно, которая продолжала читать нотации, никаких признаков раскаянья. Он холодно на неё посмотрел:

– Похоже, вы до сих пор не поняли. Он оглянулся на людей, которые сердито на него смотрели.

– Почему вы все строите из себя жертв?

– Что... что ты имеешь в виду?

Глаза Казумы пробежались по комнате ещё раз. Все были озадачены и сердиты. Получив подтверждение, что никто ничего не понял, он вздохнул.

– Не думаю, что кто-то из вас задавался вопросом, почему клан Фуга вообще восстал.

– Что значит почему… Конечно, что бы возродить их Бога!

– Нет. И уточнил.

– Он был просто средством, чтобы получить силу, достаточную, чтобы идти против Каннаги.

– Почему бы тогда тебе не назвать причину?

Аяно спросила не подумав.

Казума презрительно посмотрел на девушку.

– …Те люди из клана Фуга, определенно, не были бесполезными отбросами. Не самом деле, они были довольно умелыми магами ветра. Их боевые способности, возможно, и были довольно слабыми, но характеристики ветра и не подходят, чтобы сражаться в первой линии.

Из четырех стихий – земля, вода, огонь, ветер, ветер по силе атаки был самым слабым из-за того, что был самым легким.

Независимо от возможной скорости, легкая атака не заблокирует убийственную силу одним дуновением.

Я верю, что каждый когда-нибудь обрезался краем бумажного листа. При достаточной скорости и хорошо рассчитанном времени даже тонкая бумага может стать лезвием. И всё же она может только порезать кожу.

Удар без веса не способен разрезать плоть и кости одним махом.

Вес воды и земли намного превосходит вес ветра, а огонь обладает гораздо большим количеством энергии. Чтобы бороться против этих сил, адептам Фу-дзюцу необходимо призывать и контролировать в несколько раз больше духов, чем другим магам.

По тем же причинам, маги ветра, используя мобильность своей стихии, играли большую роль в слежке и поиске, а также контроле окружающего воздуха, обеспечивая поддержку битвы. Клан Фуга, можно сказать, был типичным примером адептов магии ветра.

– Каннаги родились со способностями к битве, а Фуга с великолепными возможностями в сборе информации и удаленной поддержке сражающихся. Прикрывая слабые стороны других, сосуществовать мирно и равноправно, вот был путь, по которому стоило взаимодействовать.

Уголком глаз Казума оглядел Джуго, на лице которого было горькое выражение. Но он был единственным, кто понял справедливость слов Казумы.

– К несчастью, вы знаете только как использовать сырую силу. Это ваш стандарт, из-за которого вы смотрели на Фуга сверху вниз. Но без Фуга, вы могли бы даже не узнать, где находится ваш враг!

– Что ты пытаешься сказать… потому что мы смотрели на Фуга свысока, мы должны были позволить им убить себя? – несчастливая Аяно дулась.

Но Казума тряхнул головой в опровержение.

– Я никогда не говорил, что то, что вы сделали было неправильно. Сильный всегда прав, это неоспоримая истина.

– Но тогда…

– Но реализуя свое право сокрушать слабого, вы должны быть готовы к тому, что можете быть сокрушены тем, кто ещё более силен. Даже если вас убьют, вы не имеете права жаловаться, потому что это закон, который вы установили.

– …!

Выражение лица Аяно радикально изменилось. Казалось, она поняла, что Казума пытался сказать.

– Вы смотрели свысока на Фуга потому, что их клан «слишком слаб». Потому что ВЫ «слишком слабы», вы потерпели поражение от Рюйи. Понять это не трудно.

Вопрос не в том, кто прав, а кто не прав. Пока обе стороны верят в закон силы, в конце выживает сильнейший. Вот и всё.

– Если бы ваши люди признали всё, что сделали клану Фуга, тогда клан Фуга, возможно, тоже признал бы, что они вам сделали. Разве сокрушение слабого не позволяет вам быть сокрушённым ещё более сильным? Только кто задумывается о себе?

Это беспощадное обвинение достигло ушей каждого присутствующего как раскат грома, но ему не удалось затронуть их надменные сердца.

– Я не могу этого принять.

Несогласный голос раздался очень близко к почетному месту Джуго.

– Казума-сан, ваши аргументы не учитывают один важный факт.

Мужчина говорил очень злобным и непреклонным тоном. Это был Масаюки Огами, глава семьи Огами и отец Мисао. Но, казалось, он не беспокоился по поводу унижения своей дочери, и держался спокойно.

– Ценности наших жизней не равны. Мы, Каннаги, благословлённые духами, избранный клан! Ты поставил нас и низкорожденных Фуга на один уровень. Это устрашает. Не принимать это во внимание… это…

Он яростно взглянул на Казуму, как-будто он был убийцей его сына.

– Те отбросы не имеют права убивать нас!

Услышав слова Масаюки, Казума холодно улыбнулся. – Всё сказали?

– …Что?

– Какие слова. Почему бы Вам не подождать до тех пор, пока Ваша сила не сравниться с силой Аяно, прежде чем их говорить! Уж слишком патетично звучит речь слабака, который хвастается своим родством! У вас нечем похвастаться, кроме своей родословной?

– Ты… Ты, ублюдок…!

Масаюки действительно трясло. В противовес, насмешливый тон Казумы не изменился.

– Кстати, тебе действительно стоит благодарить Хьюэ! – …?

– Он помог вам избавиться от Масато, который был помехой в ваших глазах. По крайне мере, сходите зажгите курильницу и оплатите сие благодеяние!

– …! Ты!.. Что ты только что сказал?!..

Когда младший брат Масаюки Огами, Масато Огами, был жив, он был известен как сильнейший адепт побочной семьи. Все знали, что он не покидал дом для тренировок, потому что ненавидел драться со своим братом за первенство, он мог бы стать тем, кто возглавит семью.

Увидев потрясение Масаюки, Казума язвительно поддел:

– Какая неприятность – иметь младшего брата лучше, чем ты сам, не так ли?

– Проклятье… Проклятье, ублюдок!!

От крика лицо Масаюки изменило цвет. Он встал с татами с налитыми кровью глазами и убийственно смотрел на Казуму.

Напряжение между этими двумя стало почти ощутимым. Убийственные намеренья, витающие в комнате, сформировались в водоворот и закрутились вокруг Казумы, которые всё ещё сидел на своем пяточке.

В этот момент Рен, прислонившийся к плечу Казумы, двинулся. Он изогнулся верхней половиной тела и приклеился к Казуме в тесном объятии. Выглядело так, как-будто он пытался остановить Казуму, но испытывал недостаток в силе, чтобы это сделать.

У Аяно, видевшей это, в голове возник вопрос.

(Этот ребенок... С каких пор он стал таким спокойным?)

Даже когда Мисао предприняла свою попытку проткнуть Казуму, она не слышала голоса Рена. Не зависимо от того, насколько он верил в силу брата, это неестественно для него ни разу не вскрикнуть.

Под всеобщими взглядами, туловище Рена скатилось вниз. Его лицо оказалось на ногах Казумы, и после нескольких секунд… это, похоже…

– Хммм... Брат…

– Так он спит! – Аяно не могла не сказать.

От блаженного сонного бормотания, напряженная атмосфера немедленно рассеялась. – …

Жажда крови ушла, и Масаюки снова сел. Его лицо было серьёзным, но он больше не был в настроении поддерживать свой гнев. Впрочем, Казуме всё равно было плевать на его реакцию.

– Глава. – …Да.

Джуго понял всё очень хорошо, поэтому его голос прозвучал ненормально горьким.

– Похоже, о том, чтобы до этих ребят дошло не стоит и мечтать. Но, пожалуйста, не забывайте, что высокомерие Каннаги породило всё это. Если так и будет продолжаться, всё повториться не раз и не два.

– …Я понимаю. – Хорошо.

Казума поднял голову Рена и переложил на ноги Аяно. – Казума?

– Мне здесь больше нечего делать. Я ухожу.

С этими словами Казума покинул резиденцию ни разу не обернувшись.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Нападение. Решимость отбросить сомненья

Руку мальчика охватило красное пламя.

– Ааааааааа!!!

Нечеловеческий вопль вырвался из его горла.

Так горячо! Он не мог ни о чём думать, кроме как о жаре; все мысли поглотило алое пламя.

Он безостановочно катался по земле в попытках сбить пламя, в то время как стоящие рядом дети просто наблюдали за его мучениями.

Я назвал их детьми, но это даёт неверное представление об их возрасте. Самому младшему нельзя было дать более четырёх-пяти лет, остальные же выглядели как пятнадцатилетние подростки.

Казалось, что у них есть лишь одна эмоция на всех. Презрение.

Они с упоением наблюдали за горящим отроком, смеясь и радуясь. Искренний смех, идущий из самых глубин естества. Непритворный.

Чистый. Жестокий.

Жестокий смех ребёнка, не видящего разницы между добром и злом. Как у детей, которые открывают крылья стрекозе, чтоб посмотреть на её трепыхания; и сейчас они наблюдали за мечущимся мальчиком с таким же любопытством.

– Член главной семьи горит в огне! – Какой беспомощный!

– «Позор клана», как говорит мой папа!

– Такая жалкая тварь, как ты, не имеет права носить имя Каннаги. альчик с обезображенным му кой лицом баюкал обгоревшую руку, не

отвечая на насмешки остальных. – Теперь моя очередь!

Девчушка лет десяти подняла руку для заклинания.

– Давай уже! Не тяни!

Дети подначивали её. Ободрённая девочка прижала запястье к груди и сконцентрировалась.

– Хех!

Повинуясь этому возгласу, полыхнуло красным прямо над съёжившимся мальчиком.

Огонь медленно потёк вниз, пока языки пламени не лизнули его спину. Шшсссссссссс!

– !..

Стало слышно, как горит плоть. олодое тело, сжавшееся в комок, моментально выгнулось. Это только усилило агонию.

– Теперь моя очередь! – Я тоже хочу!

Его ноги, спина, плечи – все покрывало безжалостное пламя. И с каждым ударом тело мальчика сводило ещё большей судорогой. Каждый раз в нос ударял запах горения.

Не взирая на отвратительную жестокость своих действий, никто из присутствующих не испытывал ни малейшего чувства вины. Огонь не вселял в них страх.

Окажись они на его месте, никто бы не испытал ни малейшего дискомфорта. Даже те, чьи способности были исчезающе малы: самое большее – сгорела бы одежда; тела остались бы в неприкосновенности.

Они принадлежали к клану, благословлённому огнём.

Потому эти дети не ведали, как губителен огонь, и не могли понять боль обожжённого.

Невозможно представить себе то, чего никогда не испытывал, а эти дети не ведали боли и не осознавали ужаса своих действий.

Одинокий мальчик молча терпел пытку, порождённую простодушием и наивностью детей клана.

– Ах… ах… Тем временем дети, наконец, успокоились. Отрок остался один на один с

болью в своём дымящемся теле.

– Ах… Это было весело.

– Пока-пока. Приходи ещё поиграть~

Перед тем, как покинуть это место, будто следуя ритуалу, каждый из присутствующих жестоко пнул судорожно подёргивающееся тело. Но перед тем, как окончательно уйти, самый старший подросток свершил большее – наступил на голову жертвы.

– Хм… – Что это с Тору?

Остальные обернулись с удивлением, услышав жалостливый стон старшего мальчика, Тору Куда.

– Ах, ты… Ты тупая тварь!

Голова, на которую Тору так наступил с такой яростью, казалось, стала сама собой подниматься. Отрок приподнялся на руках и пристально посмотрел на Тору снизу вверх.

– Ты! Что ты задумал?

Глядя в глаза наполненные жаждой убийства, Тору непроизвольно отступил. Почувствовав стыд за свой нежданный страх, Тору пришёл в ярость.

– Что за взгляд? Неужели эта бесполезная мразь смеет огрызаться?!

Тору призвал огонь и с яростью бросил в направлении лежащего. Отрок неожиданно поднялся и сумел уклониться от приближающегося пламени. С трудом управляя тяжелораненным телом, он умудрился с огромной скоростью кинуться на Тору.

– Ч-что… Целясь прямо в перепуганное лицо Тору, он использовал всю возможную

силу, чтоб сбить того с ног. Хрусть!

Нос Тору сломан.

– Тору!

Пока группка детей во все глаза смотрела на ошеломляющий инцидент, мальчик напал ещё на двоих. Ведомый опьяняющим гневом, первому он разбил лицо, а второму сломал челюсть. Его противники покатились по земле от боли. Совсем как он сам только что.

– Вуу… Аах!..

Но прилив ярости пошёл на спад. Его желания выходили за рамки возможностей изувеченного тела. В животе потяжелело, и, будто желая отвергнуть всё и вся, его выворачивало раз за разом.

– Ты! Как ты посмел!?

Осознав, что больше не подвергаются опасности, остальные осмелели. Чтоб изгнать неуместный страх, дети начали накапливать энергию.

Но…

– Эй, вы… проваливайте!

Слабый, но полный бешенства голос остановил их. Дети в страхе оглянулись, и, прежде, чем они смогли увидеть…

– Я тебя испепелю!!!

Безумная ярость усилила возможности Тору в несколько раз. Подняв над собой руку он вызвал огромный шар огня, так что тот не помещался в руках.

– Умри!

Отрок даже не отвёл взгляд. Его глаза неотрывно следили за файерболом. Несмотря на неспособность двигаться, он не хотел сдаваться просто так. Как раненный зверь, глядя в глаза приближающиеся смерти, он всё равно искал слабое место врага.

Бабах!

– Пф! Теперь ты ощутил всю мою силу!

Тору улыбнулся, глядя на окутанного огнём мальчика. Огонь постепенно утихал, но по мере исчезновения языков пламени, что-то стало проявляться…

– Ч..Что?!

Вопреки ожиданиям Тору, мальчишка всё ещё был жив. Хотя его тело частично обгорело дочерна, но конечности уцелели; неожиданно для всех ему удалось выдержать напор огня Тору. Задействовав каждую каплю своего исчезающего ки, юноше удалось поставить барьер и выжить.

– Ах… Ах, ты засранец!

Выражение лица Тору стало более зловещим. Если ему не удастся победить этого юношу, у которого нет даже намёка на владение огненными искусствами, то Тору навсегда будет опозорен и презираем остальными.

– Самонадеянный мусор!

Этот вопль не достиг сознания мальчика. Он исчерпал свою ки досуха и уже ничем не отличался от полуживого коматозника.

Желая не дать юноше спокойно умереть, Тору приготовился нанести решающий удар. К несчастью, мальчик уже не мог защититься.

– …

Казума резко распахнул глаза. Такое с ним случалось не часто. Обычно он долго не мог вырваться из объятий сна, но в этот раз его сознание было чисто и ясно.

Впрочем, ничего удивительного: кто бы не захотел пробудиться после такого сна?

Продолжая лежать в той же позе, что и проснулся, Казума, раскинувшись на спине, не мигая, смотрел в потолок. Лишь через полминуты он решился нарушить тишину.

– Честно говоря, крайне неприятный сон.

Прикрыв глаза, он с лёгким стоном выдохнул. Произошедшее ровно десять лет назад, болезненное испытание, вызывающее кошмары.

Восемнадцать лет, проведённых с Каннаги – самый жуткий его опыт. Если бы это не прекратилось, он бесспорно бы умер.

Несмотря на то, что для восстановления каждый день использовался наивысший уровень техники контроля ки, повреждения были настолько обширны, что ему пришлось потратить на выздоровление целый месяц.

Но не это было самым важным. Для Казумы это стало первым поражением.

Не в плане его травм. Но в малодушии.

Однажды поняв, что не может противостоять огню Каннаги, Казума сдался.

Он сдался тем, кто презирает его.

С тех пор Казума безостановочно бежал. Не сопротивляясь, жалобно моля

о пощаде, терпя нескончаемые мучения и бесконечные унижения. Но теперь это не имело ни какого значения.

Он не желал более вкушать от этого горького плода страданий. – Я не забуду, – пробормотал Казума, видя перед глазами цепь своих

прошлых унижений так ясно, как будто это случилось вчера. – И не надейтесь.

Хотя он снова оказался в Японии, он даже не помышлял о мести – слишком уж легкая задача.

Чтоб убить Тору достаточно приложить ровно столько усилий, сколько необходимо для сгибания своего мизинца. Какую бы силу Тору ни приобрёл за последние четыре года, это не изменит расклада.

…Странно…

Поток мыслей Казумы внезапно оборвался. Он понял, что не может представить, как выглядит Тору.

– Я ещё с ним не виделся?

Несмотря на встречу с несколькими группами адептов семьи, он не озаботился тем, чтоб устанавливать их личности. Он даже не был уверен хочет ли он вообще встречаться с Тору.

– …Не важно. Всё уже не важно… Погружая вопрос в глубины своего сознания, Казума вновь накрылся

одеялом. Хоть он и окончательно проснулся, у него не появилось ни малейшего желания вставать с кровати.

о а то т о ат н но о…

Но, видимо небеса, были против такой пустой траты времени. Трррррррру-Казума уставился на трезвонящий телефон с явным неудовольствием.

Какой мерзкий звонок. Чем больше он его игнорировал, тем более настойчивым казался его звон. Но он и не был настолько громким, чтоб его хотелось разбить.

– Проклятье!

Бросив все попытки проигнорировать телефон, Казума снял трубку. Но вместо того, чтоб покинуть постель ради этого, он перетащил телефон к себе в кровать.

– Кто это в такую рань? – проворчал он, игнорируя то, что уже был почти полдень.

– Алло?

Его вялый тон – дань тому, что он недавно проснулся, но цепкий ум уже вовсю обрабатывал услышанную информацию.

– Да?

В этот раз Казума окончательно проснулся. Не было ни следа апатии на вынырнувшем из-под одеяла лице.

– Сегодня? Конечно. Я буду ждать, – вежливо ответил Казума и повесил трубку. Он сбросил с себя одеяла и лениво потянулся.

Самодовольно улыбнувшись Казума пробормотал: – Похоже, сегодня будет хлопотный день.

По пути из школы, Аяно краем глаза уловила маленькую тень в десяти метрах от неё.

– Эй… Она уже собиралась вызвать духов, как неожиданно остановилась, и её

лицо украсила озорная улыбка.

Аяно скрылась за углом и скользнула к тени: медленно, шаг за шагом, чтоб та не заметила её присутствия.

– Ва-Вха!

Оказавшись за спиной у своей цели, она схватила жертву в свои объятия, как будто обволокла своей маленькой фигуркой. Аяно со всем азартом, присущим молодости, удерживала своего оппонента, не давая тому ни пошевелиться, ни вырваться.

– Се…Сестрица?

– Тебя застали врасплох. Тебе необходимо уделять больше внимания тренировкам, Рен.

– Знаешь, говорить такое сейчас… В любом случае, поставь меня на землю, сестрица!

– Ни за что~ Но ты волен попытаться вырваться!

Прохожие начали останавливаться, чтоб полюбоваться, как эти двое дурачатся с лучезарными улыбками на лицах.

Их внешность говорила об исключительной красоте этой пары… сестёр. Даже то, что одна из них выглядела не старше десяти лет, не портило картину.

– Сес…Сестра, пожалуйста!

Заметив, что они привлекли всеобщее внимание, Рен побагровел. Несмотря на свою браваду, он всего лишь двенадцатилетний мальчик, и вполне естественно, что он стеснялся физического контакта с женщинами.

Когда же его выпустили из заточения, Рен, наконец-то, свободно вздохнул и требовательно произнёс:

– Серьёзно… Я ведь могу и разозлиться!

Однако выражение его лица в сочетании с блестящими умоляющими глазами было совершенно не страшным, а милым. Он выглядел так, что его не мог испугаться даже трёхлетний малыш.

– Ахахаха! Прости. Прости. Это выражение моей любви к тебе. Разумеется, Аяно совершенно не боялась Рена и попросту игнорировала

его жалобы. – Честно!

Осознав, что его недовольство не достигает цели, Рен скорчил кислую физиономию.

Вот этот метод оказался эффективным. Он стал слишком очаровательным, чтоб его можно было игнорировать.

– Я правда извиняюсь. Как насчёт небольшого угощеньица? – Не меняй тему разговора.

Выражение лица Рена не изменилось ни на йоту. Более того, он даже отвернулся, чтоб не встречаться глазами с Аяно.

Аяно пришлось обхватить его лицо руками, чтоб повернуть к себе.

– Если ты не будешь слушать… – она медленно приблизила своё лицо к нему, так что почти прижалась нос к носу, – я тебя поцелую.

– Вааааааааааа!

Аяно легко играла на чувствах юноши, заставляя того плясать под свою дудку.

– Что? Кажется, что-то случилось.

Аяно и Рен подошли к гамбургер-кафе, которое находится близ станции метро, и поднялись на второй этаж. Здесь они услышали разговор двоих о недавнем банкете, организованном в честь победы.

Услышав слова Рена, Аяно коварно улыбнулась и заметила.

– Ну, да… Случилось, пока ты спал.

– …О, боги! Не начинай снова!

Щёки Рена окрасились румянцем. Он действительно спал в тот день с утра до вечера. Но шок и стыд от того, что он пролежал на коленях у Аяно, не стал меньше даже сейчас.

Впервые он почувствовал, что значит желать провалится под землю от стыда.

– Что я буду делать, если отец узнает об этом… Посмотрев на встревоженное лицо Рена, Аяно подхватила двумя пальцами

картофель-фри и беспечно произнесла:

– А что ты можешь сделать? Он ведь уже всё знает. За последние несколько дней его многие посещали.

Отец Рена, Генма, не принимал участия в битве против Фуга, так как ранее проиграл Казуме в ссоре между отцом и сыном и угодил в больницу, где и пребывал до сих пор.

– Ааааааа!

Рен рухнул на стол и, обхватив голову руками, застонал. Генма, строгий к себе, был ещё более требователен к родственникам. Нетрудно представить его реакцию, когда он узнает о промахе сына.

– Расслабься. Не стоит так убиваться.

– Да я уже труп!

Обвиняющим тоном заявил Рен. Ему не нравилась легкомысленность Аяно.

– Если уж отец рассердится, то сдерёт с меня три шкуры.

– Не сомневаюсь…

От слов Аяно так и веяло беззаботностью. Сердится он, или нет – не играло никакой роли. Образ беспечного Генмы выходил за рамки разумного.

С о т тако ч ов к ыбн т я Р н ря о в цо?

Хотя, каждый раз, когда она видела своего двоюродного братишку, она либо насмехалась над ним, либо от всей души забавлялась.

– Когда понадобится, ты можешь просто свалить всю вину на Казуму. – Перекладывание вины на другого выведет отца из себя ещё больше. – Тоже верно… С ним очень тяжело иметь дело. – Уваааа!

Рен распластался на столе и снова застонал.

– Хм… Это всего лишь случайность, но…

Если бы он сидел прямо, его взгляду бы помешали нависающие ветви дерева, и он бы так и остался в неведении. Благодаря же тому, что он в отчаянии рухнул на стол, он стал свидетелем невероятного зрелища.

– Что случилось? – Смотри – та женщина…

Аяно наклонила голову, чтоб взглянуть в указанном Реном направлении. Под таким углом Аяно смогла еле-еле разглядеть стоящую женщину. Дама

с блестящими чёрными волосами, выделяющимися на фоне белоснежной куртки, казалась не просто красивой, она была пленительной. Аяно озорно улыбнулась Рену.

– Какая красивая женщина. Ты её знаешь? Проигнорировав вопрос, Рен пробормотал:

– Эта женщина… Она похожа на госпожу исао.

– Что? Что?

Аяно резко обернулась, чтоб внимательнее рассмотреть девушку. Это заняло несколько секунд…

– Действительно, похожа…

Это и в самом деле была исао Огами. Однако, она абсолютно не походила на ту себя, которой была три дня назад. Даже тот простой факт, что в этот раз она не одела кимоно, создавал совершенно иной образ. Несмотря на то, что Аяно знала исао с младенчества, это был первый раз, когда она увидела исао в одежде западного образца.

Возможно, именно то, что расклёшенное пальто не скрывало стройные ноги. Делало её такой привлекательной.

Одним словом, она выглядела кокетливо. Хотя, как правило, она казалась обычной, незаметной, сегодня же она привлекала внимание. За то время, пока молодые люди разглядывали её, уже трое попытали счастья познакомиться с ней.

исао невозмутимо отвергала любые предложения, и, несмотря на то, что все получили отказ, никто не выказывал грубости и недовольства. Если бы Нанасе и Юкари увидели бы эту сцену, они бы указали Аяно на неё со словами: «Учись!»

С благоговением во взоре, Рен проворчал:

– Она, видимо, кого-то ждёт.

– И это… странно…

Голос Аяно звучал так, будто она до сих пор не могла поверить в увиденное.

– Это свидание? – Похоже…

Такие девушки, как исао, не наряжаются так всего лишь для встречи с друзьями своего пола.

Интерес Аяно возрос.

– Любопытно, кого же она поджидает.

Рассеяно потягивая сок, Аяно пристально наблюдала за исао. Если бы кто-то в этот момент обратил на неё внимание, то такой пристальный взгляд постороннему человеку показался бы весьма подозрительным.

– Сестра… С лёгкой усмешкой Рен взглянул на шпионящую Аяно, а затем снова

перевёл взгляд на сцену за окном. В этот момент появилась вторая сторона.

– Брат?

Он не мог поверить своим глазам, но те его не обманывали – это и в самом деле оказался брат Рена, Казума. Его появление явно не было случайностью – доказательством служила исао, бегущая навстречу к нему, с широкой улыбкой на лице.

На глазах поражённого Рена, эти двое крепко взялись за руки и пошли прочь.

Даже после их исчезновения, Рен продолжал сидеть, как окаменевший, тупо глядя в окно. Это зрелище было из разряда – совершенно невозможно, так как для исао Казума – убийца её брата.

Неприятный звук вывел Рена из ступора. Чвяк!

Как будто что-то мягкое и лёгкое раздавили. Ничего особенного, но именно такой звук заставляет тревожиться.

Рен с беспокойством повернулся к Аяно. Не решаясь взглянуть ей прямо в глаза, он перевёл взгляд ниже, глядя на стол перед Аяно.

Первое, что бросилось в глаза – это её рука. Тонкие пальцы обхватили стакан с такой силой, что тот треснул, и осколки пластмассы впились в ладонь. Вытекший сок образовал целую оранжевую лужу, в которой буквально утонула вся еда.

Из-под дрожащей ладони Аяно раздался хруст крошащегося льда.

Рена охватил такой страх, что он не осмеливался поднять глаза. Не понимая причины её гнева, он осознавал, что в любой момент может стать мишенью.

Бах!

Неожиданно Аяно хлопнула ладонями по столу и резко вскочила.

– Аргх!

Обратив внимание на съёжившегося Рена, Аяно неожиданно мягко произнесла…

– Я за ними прослежу…

– Что?..

Прежде, чем Рен смог вымолвить слово, Аяно выбежала из кафе.

– Подожди… Подожди минуту… Рен поспешно схватил тарелки и на одном дыхании сбросил их в корзину

для грязной посуды возле официантки.

– Спасибо за обслуживание.

Сопровождаемый профессиональной улыбкой официантки Рен поспешно покинул помещение.

Через минуту Рен оказался на улице и стал озираться в поисках Аяно. – Сестра?

Но Аяно уже и след простыл. Ещё раз без толку оглянувшись, Рен побежал в ту сторону, куда ушли Казума и исао…

…И тут же обнаружил Аяно, чьи действия моментально выдали её с головой.

– Сестра… Будучи красивой девушкой, Аяно привлекла к себе ещё больше

внимания, когда стала прятаться за столбом, выслеживая свою добычу. Она была бы более незаметной, если просто ничего не делала, а шла следом.

На мгновение у Рена промелькнула мысль сделать вид, что он её не знает, развернуться и пойти домой, но он не желал так поступать с ней.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Рен смело шагнул вперёд и подошёл к Аяно, поведение которой можно было смело назвать подозрительным.

– Сестра…

– Почему так долго? Рен молча достал носовой платок.

– Что?

– Вытри руки.

– Что? Ах, да! Спасибо. Аяно взяла платок и стала усердно оттирать руки от апельсинового сока.

– Спасибо за помощь, Рен.

– Всегда пожалуйста, тихо ответил Рен, так как Казума и исао находились всего в десяти метрах от них.

Крепко взявшись за руки, эта пара шла вниз по дороге. Казалось, что они находятся в своём личном мирке. Рен и Аяно не могли расслышать то, о чём эти двое болтали, но их позы, улыбки, жесты говорили сами за себя.

– Не стой столбом. Прячься! А то нас заметят.

Аяно схватила Рена за руку и потянула себе за спину. Впрочем, все её действия не имели никакого смысла – электрический столб не мог скрыть одного человека, а уж двоих – и подавно.

– Сестра, ты собираешься их и дальше преследовать? – Конечно. – Зачем?

Такой вопрос – прямо в лоб – сбил ей с толку и заставил на секунду потерять дар речи.

– Что… что за странные вопросы?!

– Потому, что с какой стороны ни посмотри, они сейчас на свидании. А мы суём нос не в своё дело.

Выражая свои мысли, Рен нисколько не преувеличивал. Он действительно так думал, и это уязвило Аяно. – Что значит – не в своё дело? У меня нет никаких неприличных мотивов! Я просто… – Просто?.. – Просто… исао!.. Точно! исао всё ещё хочет убить Казуму! – Это не имеет никакого смысла. Ей никогда не одолеть его.

– Аргх…

Её наспех придуманные доводы разбились об логические аргументы Рена. Аяно в растерянности размышляла, что можно ещё сказать.

– Т-ты разве не знаешь? Этот парень волочится за каждой красивой женщиной!

– За каждой? Хм…

– Вот-вот! Разве я не рассказывала? В прошлый раз он к ней приставал! Заявив такое, Аяно гордо вскинула голову. Рен некоторое время размышлял, потом покраснел и смущённо произнёс:

– Так…

мы будем их преследовать, пока госпожа исао… пока госпожа

исао не

начнёт соблазнять брата?

После таких слов воображение Аяно разыгралось не на шутку. Она представила себе, как, прячась в тёмном углу, наблюдает за этой парой: вот они обнимаются, целуются, а затем… переступают черту…

(… ожет быть, я из тех, кому противно заниматься этим…)

Но даже представление таких сцен не заставило Аяно повернуть назад. Если бы в тот момент Рен продолжил гнуть свою линию, то Аяно вполне

могла сдаться, но, к сожалению, Рен выбрал другую тактику. Тактику, хуже которой сложно что-то придумать.

Возможно, он решил, что именно это является истинной причиной такого поведения Аяно, потому и решился задать следующий вопрос.

– Сестра, неужели ты… ревнуешь?

Не имея никаких доказательств, Рен полагался на ощущения. А может, быть его желание, чтоб – брат Казума и сестра Аяно были вместе, так подсознательно на него повлияло.

В любом случае, его заявление оказалось весьма опрометчивым.

– Рен?..

Увидев улыбку, которая может заставить жить в вечном страхе, Рен понял, что ступил на запретную территорию.

(Ч-ч-что?!)

Эта улыбка была, как свет приближающихся фар, которые видит олень на дороге, не в состоянии пошевельнуться.

– Ах… ах… – Что ты только что сказал?

Не отрывая взгляд от жёсткой улыбки, так и не добравшейся до её глаз, Рен в ответ только моча покачал головой.

Аяно вытянула руку и мягко положила ладонь на лицо Рена. Сквозь её растопыренные пальцы виднелись наполненные ужасом глаза мальчика.

– Ты такой милый ребёнок. Но так ты можешь не дожить до преклонных лет.

Рен беспомощно кивнул.

* * *

– Они всё ещё следят за нами.

– Да.

Голос исао звучал тихо и счастливо, в то время как в голосе Казумы слышалась усталость.

Даже не оглядываясь, оба моментально почувствовали слежку.

Тайное передвижение, маскировка «хвоста», просчёт направления и расстояния… Всё это выглядело смешно. Честно говоря, даже дилетант справился бы со слежкой лучше. Преследуемым даже хотелось прикрикнуть на детей, что если они хотят чего-то добиться, то должны по меньшей мере заткнуться.

(Доверить этим двоим будущее Каннаги… Разве это не вызывает беспокойство, Глава?)

Казума не мог не симпатизировать Джуго, хотя он ни разу не говорил об этом. Но то, что складывалось в теперешних обстоятельствах…

– Что такое?

Взглянув на нежную улыбку исао, Казума невольно улыбнулся в ответ.

– Ничего. не просто любопытно, куда ты меня ведёшь?

– ы почти пришли.

Учитывая то, как

исао уверенно шла, можно без преувеличения сказать,

что она буквально

волоком тащила за собой Казуму. Но тот не выказывал

ни малейшего сопротивления и покорно следовал за ней.

(Как будто идёшь на эшафот… Пожалуй, приговорённые чувствуют себя именно так.)

Он молча обкатывал эту мысль.

Дойдя до поворота переулка, исао резко остановилась. есто, где они находились, сплошь окружали здания, и даже посреди бела дня здесь казалось довольно-таки небезопасно. исао, пребывала в полном молчании до тех пор, пока воздух не начал наполняться леденящим холодом.

Игнорируя меняющуюся атмосферу, Казума равнодушно спросил, – Это и есть подходящее место?

– Да. Это и есть наша цель. Жёсткий тон исао сопровождался преувеличенным поклоном.

– Так что… Желаю удачи.

Как только она произнесла эти слова, тело Казумы взлетело.

Его тело закружилось в воздухе, как будто ломаясь о невидимые препятствия или получая удары от металлической биты, и, в конечном итоге, его с силой швырнуло на асфальт.

Несколько мгновений спустя оглушительный взрыв сотряс воздух. Не успев осознать звук выстрела, Казума покатился по земле сломанной марионеткой, у которой разом отрезали все ниточки.

исао удовлетворённо улыбнулась, наблюдая за тем, как сдуло Казуму. Не глядя она медленно отступила.

Будто желая сменить её на посту, из тени окружающих зданий появились десять человек. Одетые в строгие деловые костюмы, они походили на бизнесменов. Но первый взгляд обманчив. Все они выглядели совершенно по-разному: национальность, возраст, цвет кожи. Тем не менее их совместные действия были чётко отлаженными и выверенными.

Растянувшись веером, они окружили лежащего на земле Казуму и быстрыми, чёткими движениями стали доставать содержимое своих портфелей.

Внутри оказались не документы или образцы продукции, а чёрные, как

смоль, устройства для убийства себе подобных – Р5K, штурмовая

портативная винтовка, укороченный тип Р5.

Столь непривычные вещи для портфеля бизнесмена, присутствующие люди вскинули на уровень бедра и не колеблясь нажали на спусковые крючки.

Автоматные очереди прошили тело Казумы. От разогревшегося асфальта поплыл серый туман, быстро заполнивший окрестности.

ужчины не обратили на это никакого внимания и продолжили шквальный обстрел Казумы. Потребовалось менее трёх секунд, что полностью опустошить свои магазины, так что им пришлось прерваться, чтоб зарядить новые.

После чего все действия повторились вновь и вновь.

Каждый из присутствующих истратил по три рожка. Как только мужчины скрылись в своих укрытиях, с неба на огромной скорости что-то упало.

-БУ - Взрыв.

Невообразимый взрыв уничтожил всё в округе.

– …Таким образом… Не важно насколько силён этот человек… Рассматривая безобразную сцену взрыва, исао без всякого выражения

бормотала себе под нос.

Единицы бы могли такое пережить.

Потратить около тысячи патронов, более десятка ракет… Но в данном случае назвать это – излишней тратой нельзя. Когда целью является не простое убийство, а абсолютное уничтожение, ничто не может быть чрезмерным.

Взглянув чуть вверх, она заметила упавших на землю Аяно и Рена. Судорожно вцепившись друг в друга они настолько были потрясены, что не могли подняться. Заметив, что они не пострадали, исао облегчённо вздохнула. Даже если все связи между ней и Каннаги уже давно разорваны, она не в силах переступить через свои чувства к ним. Она не видела в них врагов.

С противоположной от неё стороны, где лежал Казума, от взрыва осыпалось здание, образовав курган из щебня и бетона. Казалось, что даже если перешерстить эту кучу по камешку, то вряд ли бы удалось найти хотя бы клочок ткани.

– Надо откопать труп.

Невзирая на то, что только что была свидетелем ужасающей сцены, исао говорила спокойным и ровным голосом. Повинуясь её приказу, мужчины с винтовками моментально выбежали из укрытий и окружили

бетонный холм.

ертвая тишина накрыла всех пологом.

– …

Скриииииииииккккккррррр Еле слышный звук раздался из-под насыпи.

– !..

Впервые на бесстрастных, как будто застывшие маски, лицах мужчин отразилось удивление.

В клубах белой пыли смутно проявилась чья-то тень, и в полнейшей тишине раздался звук шагов.

– О-огонь!

Голос, выкрикнувший зычную команду, уже не был так спокоен, как раньше. Движимые страхом, сквозившим в этом голосе, люди нажали на

курки. Шум от выстрелов эхом прокатился по переулку, оглушая всех присутствующих. Прошитый сотнями пуль, чёрный силуэт вновь упал.

– …Пфью… Чей-то облегчённый вздох снял напряжение со всех стрелявших.

Постепенно они начали расслабляться и опускать оружие, но… Воздух взвился, закручиваясь в торнадо.

Неукротимость и дикость вихря была обманчивой. Будучи под жёстким контролем, смерч располосовал десяток ближайших человек. Ещё пять тел, превратившиеся в ошмётки, танцевали в воздухе на недосягаемой высоте. В тоже время, взбесившийся ветер разогнал пыль, и воздух стал кристально чистым и прозрачным.

– Какая показуха. Впрочем, как всегда. Счастливая улыбка озарила лицо Казумы.

Отойдя от шока, исао вежливо улыбнулась Казуме.

Ничего, кроме грязи, не указывало на то, что он недавно подвергался нападению. Создавалось впечатление, что барьер из ветра бережёт его от всего.

исао небрежно, как будто ничего необычного не происходит, положила руку в карман и передала радиосигнал.

– Просто совет – не трать понапрасну силы, проговорил Казума с ленцой. – Снайперы уже мертвы. Оба.

Такое замечание, высказанное столь будничным тоном, заставило улыбку исао исчезнуть.

исао казалось, что она всё продумала: в дополнение к первому снайперу, находящемуся за километр от эпицентра событий, она разместила ещё одного в противоположной стороне. Это был её дополнительный козырь в рукаве.

Со всеми предосторожностями и планами, они не справились с Казумой. Это говорило о том, что даже обороняясь Казума смог спокойно проверить зону в радиусе километра. В это верилось с трудом, но молчащее радио и отсутствие снайперских выстрелов говорили сами за себя. исао горько улыбнулась и отбросила бесполезную радиостанцию.

– Бог мой, что ты за монстр?

– Люди часто так говорят, – последовал спокойный ответ.

– Я восхищаюсь твоим методом! ощь современного оружия на порядок превосходит ваше ен-дзюцу, но… и этого не достаточно.

– Я уже заметила. Как насчёт ракеты с термобарическим зарядом?

Оба мягко улыбнулись.

В это время остатки тел, подброшенных в небо вихрем, посыпались обратно на землю.

Казума вызвал ветер, чтоб изменить траекторию падению трупов. - КАБУ – [Звук: взрыв]

Одновременно с ним исао вызвала огонь, безжалостно уничтожая трупы. Взглянув на сдуваемый пепел, оставшийся от сгоревших тел, Казума, понизив голос, спросил: – Это же ты их наняла, не так ли?

– Я не нанимаю мертвецов.

Ответила исао с улыбкой.

Да, исао улыбалась. Несмотря на хладнокровный расчёт, с которым она нанимала этих погибших людей, никто из них не смог бы уловить и тени лжи в её улыбке.

Чистая и искренняя улыбка сожаления – улыбка человека, пересёкшего черту, которую никто не должен переступать; улыбка того, кто ступил на неверный путь.

– А ты изменилась, исао… Неужели, я тому причиной?.. – спросил Казума с болью и тоской в голосе. – Я? Изменилась? Разве ты хорошо знал меня раньше?

– Тоже верно…

Казума подавил печаль и вновь обрёл холодную уверенность.

– Твой план на этом заканчивается?

– Да. На сегодня всё. – Ну, раз так – иди.

Услышав эти слова, исао потрясённо застыла.

– Ты в самом деле меня отпустишь?

– Я уже говорил – что бы ты не предприняла, ты не сможешь даже поцарапать меня. – Ты пожалеешь о своих словах!

– Время рассудит.

исао молча отвернулась и пошла прочь.

Легкое сожаление сквозило во взгляде Казумы, когда он смотрел вслед удаляющейся девушке.

– Десять лет… слишком большой срок… Еле слышные слова подхватил ветер, подбросил их вверх и поглотил.

*   *   *

– Сегодня в 16:00 в районе Чийода Вард, округ Куданкита, произошла перестрелка, в результате которой погибло более тридцати человек.

Вполне ожидаемо, что произошедший инцидент попал в вечерние новости. Безопасное существование в Японии стало мифом задолго до этого, так что перестрелка в центре Токио оказалась рядовым явлением.

Только потому, что перестрелка произошла недалеко от королевской резиденции, в Токио была введена повышенная боевая готовность. Вооружённого полицейского можно было увидеть на каждом углу. Казалось, что снова наступил закон военного времени.

Просмотрев телевизионный репортаж о разрушениях, Джуго окинул Аяно полным подозрения взглядом.

– И ты утверждаешь, что всё это – дело рук исао?

– Да… мм… Похоже на то… В ответе Аяно не было уверенности. То, что показывали по телевизору ей

казалось всё более нереальным.

Независимо от обстоятельств, этим двоим не верилось, что исао может быть причастна к такого рода происшествию. Она всегда была доброй и милой, и даже если бы она затаила зло, то никогда бы не позволила

пострадать посторонним. Для мести она бы никогда не выбрала способ, в котором были бы задействованы другие люди.

Но…

– Для такой послушной и покорной девушки, как исао… Когда она подконтрольна своей ярости, её поведение ошеломляюще напористое… – искренне ответила Аяно.

При разговоре с асаюки, они выяснили, что исао и сумма с восемью нулями с банковского счёта семьи Огами уже два дня как пропали.

Было понятно без слов, что она больше никогда не вернётся.

– Не делай вид, что тебя это не касается. Почему ты не задержала её?

– Потому, что Казума… Он…

Ответ Аяно прозвучал натянуто.

– Никаких извинений. В конце концов, ты – следующая Глава. (Ах, вот чего Вы от меня ожидали…)

Выслушивая лекцию Джуго, Аяно напустила на себя вид пай-девочки, но мысленно она полностью сосредоточилась на событиях, произошедших после инцидента.

– Угрх! Я ничего не слышу.

После благополучного возвращения Казумы, Аяно продолжила преследовать его. Но, к её огромному огорчению, расстояние между ними было слишком велико, и она ничего не могла расслышать.

В данном случае ен-дзюцу оказалось бесполезным. Среди разнообразных форм её ен-дзюцу, используемых для битвы, не было ничего, что могло бы помочь при разведке. В конце концов, Аяно так и не уловила ни слова из их разговора.

– Этот тип прямо любуется собой. – Не знаю… не кажется, что он огорчён. – Огорчён? Он? Это смешно.

– Сестра…

Спокойствие Аяно зиждилось на её уверенности в том, что теперь всё закончилось: и исао, и Казума уже разыграли свои карты, и у них ничего не осталось. По крайней мере, ей так казалось.

Но, к сожалению… После разговора, они пришли к мирному урегулированию проблемы.

исао повернулась, чтобы спокойно уйти, а Казума молча наблюдал за ней, не делая попыток преследовать её.

Пока потрясённая Аяно наблюдала за ними, исао неторопливо удалилась.

– По-подождите минуту!

Придя в себя, Аяно бросилась к Казуме и схватила его за грудки. – Почему ты её отпустил? – А зачем мне её удерживать?

Казума не удивился появлению Аяно, и его ответ был спокоен и равнодушен.

– Что значит – зачем?.. Ведь всё это произошло из-за исао!

– А мне кажется, тут некого винить.

В ответ Аяно лишь ткнула пальцем на разрушенное здание. Казума так же молча указал на трупы.

– Вот и я об этом! Они выполняли её приказы!

– Неужели? Первый раз об этом слышу. – Ах… Ах, ты!..

Кулаки Аяно с силой сжались. Во всей её позе сквозило желание раздавить его горло.

– Если ты оставишь её в живых, исао снова нападёт! – Какое это имеет значение? Он не может причинить вреда.

– Ты ослеп?

Аяно вновь махнула рукой в сторону разрушений. После короткого мига созерцания, Казума уточнил.

– Не может причинить вреда мне . Щёлк. – Ты ублюдок! Просто стой и получай свою кару!

Кулак, охваченный огнём (прим.автора: не метафора), ударил в Казуму. Легко уклонившись, Казума поприветствовал приближающегося брата.

– О, Рен. Как дела?

– Ну… – Проклятье! Умри! Сдохни сейчас же!

– Сколько шума!

Казума сделал шаг навстречу Аяно, перехватил её кулак и, без малейших усилий, отклонил правую руку вверх.

– Гья!

Под таким углом рука Аяно напряглась до предела. В таком положении девушка могла только стоять на цыпочках. Она полностью утратила контроль над телом, и ей ничего не оставалось кроме, как сдаться.

– Угрх… Не обращая внимания на попытки Аяно вырваться, Казума предупредил

Рена:

– Я ухожу. Вам, ребята, тоже стоит исчезнуть. Если полиция вас здесь застукает, могут возникнуть проблемы.

– Тогда, увидимся.

Он небрежно махнул рукой, отпуская девушку, и с торжеством посмотрел на спотыкающуюся Аяно.

– Ты!..Ты!

Повернувшись спиной к разбушевавшейся Аяно, Казума пошёл прочь.

– Сестра, ты в порядке?

Аяно молча смотрела на удаляющуюся спину Казумы. Беспокойство Рена привлекло её внимание ровно настолько, насколько могло привлечь дуновение ветерка.

(Этот!... Однажды я обязательно преподам ему урок!)

Несмотря на то, что Аяно находилась в кабинете отца и выслушивала его нотации, она настолько погрузилась в свои мысли, что на мгновение потеряла контроль над собой и рассвирепела.

Это не ускользнуло от внимания Джууго. Заметив, что Аяно абсолютно не обращает на него внимания, он встал из-за стола и, подойдя к ней вплотную, треснул её кулаком по макушке.

Донг!

Прозвучал громкий стук.  {прим.переводчика:   убиться веником!   Судя по

описанию и звуку у неё голова в прямом смысле этого слова пустая и чугунная.} Аяно

от боли даже не смогла вскрикнуть и просто упала на пол. Прижав ладони к голове, Аяно скрючилась, стараясь переждать мучительную боль. Казалось, что у неё раскололся череп.

– Я… Не бей меня… На её глаза навернулись слёзы.

– Неужели слов недостаточно? Пожалуйста, измени своё отношение ко мне.

Джуго, как обычно, проигнорировал её мольбы.

– Я тебя слишком избаловал. С сегодняшнего дня я буду относиться к тебе строже.

– Но это…

Не обращая внимание на страдальческое лицо Аяно, Джуго вернулся к преварному разговору.

– Итак, может быть, ты заметила что-то ещё? – Казума ведёт себя очень подозрительно! – тут же выкрикнула Аяно.

– …

Джуго молча смотрел на Аяно. Назвать его взгляд всего лишь неодобрительным было бы слишком мягко.

– И это всё?

– А… А разве это не странно? Почему Казума не убил исао?

– Хм… Джуго погрузился в молчание. Воспользовавшись возможностью, Аяно

продолжила.

– Отец, я об этом много думала. Разе Казума не уязвлён до глубины души поведением семьи Каннаги? Но он никого из них ещё не убил! Разве это не странно?

– Рен мне говорил, что Казума сказал что-то вроде того, что больше не ненавидит семью Каннаги.

– Возможно. Даже если это и так, но на него напали, а он не отреагировал. Вы же уже видели такое! Когда на него напало около пятнадцати человек, он избил их до полусмерти! Именно такое поведение нормально для него.

– …Хм…

Джуго кивнул, соглашаясь с её аргументами.

– Тогда почему он и пальцем не тронул исао?

– Я не знаю. Но любой, у кого есть глаза, увидит, что Казума не равнодушен к исао. ежду ними что-то есть. Ответ Аяно прозвучал громко и резко.

– Ты полагаешь, он влюблён в исао?

Аяно вздрогнула. Взглянув на отца глазами потерявшегося ребёнка, она спросила:

– Вы тоже так думаете, Отец?

– Возможно.

Уклончиво ответил Джуго. Ему хотелось думать, что он преувеличивает

проблему.

(Каз а до н в рн т я в ю Канна но М ао н ко да о н

одд р т.)

Сказать, что он не надеялся на то, что Казума со временем заменит Фуга, было бы ложью. Кроме того, Джуго никогда не забывал о той опасности, которой подвергся Казума.

Казума как -то показал ему свои шрамы. Джуго не мог притвориться, что не видел эти неизлечимые раны.

(Казуме необходимо место, куда бы он мог вернуться. И для этого…) Джуго со значением посмотрел на Аяно, но в тот момент девушка была

слишком сосредоточена на своих переживаниях, чтоб заметить это взгляд.

– Хорошо. Тогда спросим у Казумы напрямую. Аяно пришла в себя и кивнула в ответ.

– Да… Точно… Кстати, а почему этот парень такой скрытный?

– И правда – почему?..

Джууго горько улыбнулся. Он чувствовал себя неловко, так как понимал, что такое поведение Казумы вызвано недоверием семье Каннаги.

– Тем не менее, не стоит… В конце концов Джуго так и нашёл подходящий момент, чтоб спросить об

отношениях между Казумой и исао. И, вообще, такая возможность уже давно упущена.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Дружба - Ошибки и их последствия

Поздно ночью.... – Черт! Не успеваю.

Подросток, Такаши Шуджи, мчался к станции, чтоб успеть на последний поезд. Двадцатилетний студент университета, официальный член клуба кендо. Хорошо натренированное тело, пусть и кажущееся тонким, без грамма лишнего жира. Хотя рефлексы и были притуплены чрезмерной дозой алкоголя, его шаги по кирпичному полу не казались неуверенными.

– …Странно.

Шуджи внезапно испытал беспокойство. Он остановился и огляделся, но не обнаружил ничего подозрительного, просто обыкновенный подземный переход, тянущийся вдаль.

Но…

– Эй... Почему там никого нет? Кроме него вокруг не было ни души.

Это был подземный переход с турникетами. Даже с учетом того, что уже перевалило за полночь, сейчас время прибытия последнего поезда, невозможно, чтобы никого не было вообще.

– Может, что-то случилось?

Парень пытался заглушить беспокойство, которое всё нарастало.

– Я так на поезд опоздаю… Шуджи пошел быстрее. Через некоторое время, как-будто его кто

подгонял, он припустился на полной скорости, буквально летя. Топ! Топ! Топ!

Звук от подошвы кожаных ботинок эхом отражался от кирпичных стен, разносясь по пустому тоннелю.

Но, не зависимо от того, как долго он продолжал идти, не было никаких признаков турникетов.

– Что?.. Какого черта!? Вообще, они не должны были быть так далеко! Подземный переход, казалось, длился бесконечно.

Окруженный с разных сторон изобилием окон с опущенными металлическими жалюзи, Шуджи порядком потерял ощущение времени. Он обернулся, чтобы проверить пройденный путь.

– Ик!

Шуджи сглотнул. Перед ним был длинный туннель, заканчивающийся черт знает где. Выхода на поверхность больше не было видно. – …

Он снова повернулся в направлении, в котором шёл изначально. Развернувшаяся перед ним сцена заставила Шуджи широко открыть глаза. Также как позади, впереди был только длинный туннель, уходящий вдаль насколько хватало зрения. Конечно, там также не было никаких ответвлений.

Шуджи стоял в середине бесконечного туннеля – один.

– Что? Что случилось?

Холодный пот ручьями тёк по лицу. Зрачки медленно расширялись, глаза продолжали вращаться.

– Что, черт побери, это такое?!

На его крик никто не ответил. Вопль отразился от стен и вернулся эхом в уши.

Подросток споткнулся об пол, безучастно смотря на кирпичи полубезумными глазами.

– А?

Внезапно его глаза сфокусировались в одной точке, что то просачивалось в промежутки между кирпичами пола.

– Что?..

Это было полупрозрачное вещество, со структурой подобной клею. Изначально размером с шарик для пинг-понга, оно в момент выросло до размера бейсбольного мяча, после, через небольшой промежуток, до футбольного.

Клейкая субстанция засияла всеми цветами радуги. Если бы эта штука была на фото, то, возможно, она создавала бы чистый, блестящий и освежающий эффект.

Но, в действительности, вещество, растекающееся сейчас перед его глазами, было омерзительным. Оно было подобно концентрированной смеси рвоты с гноем. Парень инстинктивно отпрыгнул назад, скривившись от отвращения. Он отскочил на два метра, и звук от прыжка прокатился по всему туннелю.

Хлюп.

– ?!

Он в шоке посмотрел под ноги. Там!.. Насколько можно увидеть, весь пол был покрыт грязными кусками липкой дряни.

– А…! Ааааа!

Лужа, в которой он стоял, стала медленно затекать на его тело. Он пробовал стряхнуть жижу с себя, но ничего не вышло. Она была более вязкой, чем казалась, прочно приклеиваясь к ногам и рукам.

– …Ха?

Внезапно его окружила темнота. Глазные яблоки почти вылезли из орбит пытаясь разглядеть хоть что-то дальше ног, на которые он уставился. Перед его глазами, на таком близком расстоянии, что он мог притронуться рукой, появилась стена из жижи. Капли, рассеянные на полу вокруг Шуджи, формировали полупрозрачный круглый бочонок. Испуская сияние, бочонок, похожий на деформированную опору, выглядел как образец авангардного искусства.

– …Агх… А… Шуджи тряхнул головой, не желая верить в происходящее. В душе он с

трудом пытался убедить себя, что этой клейкой массы не существует. Однако, напрасно. В какой-то момент, капли, сложившиеся выше его тела, внезапно рухнули на него.

– !..

Шуджи был слишком испуган, чтобы сказать что-нибудь, его тело полностью покрылось жижей. Неспособное противостоять такому пугающему переживанию, посылая дрожь по позвоночнику, сознание Шуджи стало проваливаться в темноту.

И… Он никогда не проснется снова.

– Тот способ, которым ты манипулировала им, лишил меня дара речи, но…

В пространстве, где только что никого не было, раздался чистый голос мальчика.

– Тебе не кажется, что ты напрасно потратила слишком много времени? Нежный женский голос ответил:

– Это в первый раз, естественно, я должна была быть максимально осторожной.

– Хм, возможно!

Ка-та. Раздался звук одного шага.

Кто может сказать, сколько они там пробыли? Две тени внезапно появились в том ненормальном месте, в котором попал в ловушку Шуджи. Там стояли семнадцати-восемнадцатилетняя девушка с мальчиком около десяти лет. Девушка была на сантиметров тридцать выше мальчика, но его голова всё равно немного возвышалась над ней. Эти двое спокойно болтали, смотря на запертого в ловушке Шуджи.

– Но, если ты будешь тратить столько времени, кто знает, когда это будет закончено? Чтобы исполнить твое желание, требуется собрать много силы.

Прямо перед этими двумя, Шуджи стал высыхать. Его поглощали. Его кровь? Нет.

Его внутреннюю жидкость? Тоже неправильно.

Окруженный «каплей», Шуджи стремительно старел. Жизненная сила всего тела подростка, сияние жизни отбиралось. Жизнь, которая должна длиться пол столетия, использовалась до предела в течение нескольких минут.

– Я это прекрасно понимаю! В следующий раз я сделаю это быстрее и чище!

Девушка решительно ответила, обернувшись к мальчику. Как-будто стараясь умиротворить раздосадованную спутницу, мальчик слегка улыбнулся.

– Это средство. Ты сможешь сделать это.

Короткие, аккуратно подстриженные волосы, слегка качнулись, когда он кивнул головой. Исходя из тона, которым они говорили, можно заключить, что у маленького мальчика более высокий статус. Возможно, в действительности, он был старше, чем выглядел. Изумрудно-зелёные глаза, что, на первый взгляд, смотрели невинно и наивно, на самом деле, выражали запредельное понимание.

Чистым мелодичным голосом, похожим на серебряный колокольчик, мальчик торжественно сказал:

– Поскольку тот, кто прав, получит защиту Небес.

– …Ты это имеешь в виду?

Смотря, как субстанция непрерывно вытягивает жизненную сущность невинного подростка, девушка насмешливо улыбнулась.

– Ты говоришь, что этот монстр подобен тебе? Ангел-сама? Это звучит ужасно.

У мальчика не было крыльев. Слабое сияние исходило от его тела. И он плыл в воздухе. На прекрасном ангельском лице показалась горькая улыбка.

– Само собой разумеется, монстры, даже дьявол, не могут избежать Божьей кары. Поскольку всемогущий Бог может всё.

Девушка озадачено посмотрела на улыбающегося ангела (или провозглашенного таковым). Однако, она не оттолкнула протянутую руку.

– Независимо от того, какими были ваши причины, я очень благодарна, что Вы дали мне силу. Поскольку взаимная выгода позволяет нам сейчас продолжать сотрудничать!

– Придет день, и Вы тоже непременно испытаете любовь Бога.

Перед полностью иссушённым подростком, двое, наполненные эгоизмом и лицемерием, крепко пожали друг другу руки.

* * *

На следующий день в резиденции Каннаги:

– В чем дело?

Казума решил обойтись без расшаркиваний и спросить Джуго напрямую. Он даже не взглянул на Аяно, сидящую на его стороне. Аяно, как обычно, тихо злилась. Казума, как обычно, игнорировал её присутствие.

– Со вчерашней ночи и до сегодняшнего утра в Икебукуро полностью высушено восемь молодых людей по неизвестным причинам, их возраст варьируется от 10 до 20 лет.

Джуго, по примеру Казумы, перешёл сразу к главному.

– И как?

Казума спокойно предложил ему продолжить. Он терпимо относился к страданиям и неудачам других. Даже к тем, которые не обошлись без крови или слез.

– Кажется, что их энергия была высосана досуха. Таким образом, хочу попросить тебя найти это существо, и, если возможно, разобраться с ним.

– Окей, я понял.

Не уточняя деталей, Казума с готовностью принял заказ. Также в своем обычном стиле.

– Оставляю всё тебе. Вот данные по инциденту...

Джуго отдал тонкую пачку документов. Хотя было сказано о данных, инцидент произошедший прошлой ночью, не обладал хоть какими-то важными уликами. Просто обычная информация о жертвах и о том, как их нашли, несколько фото, когда они ещё были живы, и несколько после смерти.

– О... Похожи на сушеные финики.

Казума разглядывал фотографии. Если бы родственники жертв услышали, каким тоном он произнес последнюю фразу, наверняка, захотели бы его прибить. Хотя, такое описание само напрашивалось и без публичных оглашений. Все жертвы выглядели жизнелюбивыми, простое разглядывание фотографий позволяло заметить сияние их жизни. А на фото после смерти...

Говоря откровенно, они были мумиями, хоть в музей выставляй. Сухая кожа, лицо изборожденное морщинами. В открытых глазах никаких признаков страха, только сверхъестественное спокойствие. Никто не поверит тому, что они были живы всего несколько часов назад, учитывая, как они выглядели после смерти!

– В этот раз у нас нет в запасе времени, это факт. Вам нужно будет скооперироваться с Аяно...

Казума оборвал Джуго: – Нет необходимости.

– Что?

– Она будет бесполезна.

Казума холодно ответил на вопрос Джуго.

– Чт... Что!? Протестуя Аяно сердито крикнула. Джуго остановил её.

– Казума, – тяжело выдохнул он.

Но это не заставило Казуму отступить.

– На первом этапе основная задача – поиск, правильно? Эн-дзюцу совершенно бесполезно. Если противник будет тем, с чем я не могу справиться, я свяжусь с вами, ребята. До тех пор просто останетесь в резерве!

– Но если враг убежит, то придётся всё начинать сначала. – Джуго предпринял ещё одну попытку, позволить Аяно принять участие. Но Казума снова отказался.

– Сомневаюсь, что количество йома настолько велико, что я не смогу справиться. Зачем брать обузу?

Аяно сердито вскочила.

– Обузу!?.. А не слишком ли ты много о себе возомнил? Джуго жестом вернул Аяно на место.

– Ты не дашь ей урок, не зависимо от остального? – Нет. – Почему?

При прямом отказе, Джуго мог только подчиниться.

– Ладно, тогда в этом деле я положусь на тебя. Но ещё кое-что...

– Да ?

– Мне кажется, ты слишком беспокоишься о Мисао. Но сейчас тебе нужно забыть о ней! По крайне мере, до окончания этого дела.

– ….

Казума не ответил. Он молча постоял, повернулся и покинул комнату.

– Ты идиот!.. Даже если ты вернешься в слезах, умоляя меня, я тебе не помогу!

Аяно бушевала за спиной Казумы, пока он медленно удалялся. Джуго с горечью посмотрел на дочь и глубоко вздохнул.

– Ты должна, наконец...

– Что!? Ты думаешь, я не права?

Он терпеливо проигнорировал её слова.

В версии с изображениями тут находится картинка.

* * *

Вжик!

Лезвия ветра ускорились, чтобы нарезать на части связку жутко извивающихся капель. Посмотрев, как рассыпался полупрозрачный объект, Казума выдохнул.

– Мм.. Опять неудача.

Два дня прошло после разговора с Джуго.

За этот период те йома нападали на него около девяти раз. Они, казалось, не считали Казуму своей целью. Даже при том, что он сам приходил в это место с сильным ки, их встречи были чистым совпадением.

Девять раз. Какое-то не нормальное число.

И, пока он занимался расследованием, каждый день было ещё по пять-шесть жертв...

Пять или шесть? Сомневаюсь, что их было так мало. В действительности, столько тел смогли найти. После того как удалось увидеть, как жертва была поглощена от начала до конца, Казума понял, что предположение Джуго было неправильным. Эти йома поглощали не только жизненную энергию жертв. Они стали съедать тела, включая одежду и другие вещи. Все было поглощено и переварено.

Казума подавлено смотрел на жертву, кожа которой сейчас распадалась. За ней последует плоть и даже кости. На лице Казумы не было ужаса только потому, что он понял, что это означает.

– Трупы оставались, потому что оно не могло переварить их полностью. Настоящее число жертв может быть больше на десяток или даже два.

– Чушь...

Казума слабо вздохнул.

Какому количеству изменяющих форму червей, питающихся человеческой плотью, свойственно обитать в пределах Токио? Даже размышления об этом раздражало его.

– Нет ни конца, ни края... Я должен придумать способ получше, и быстро, чтобы добраться до причины всего этого и покончить с ней!

После девяти сражений Казума почти полностью понял характеристики этих йома. Они похожи на клетки одного организма и не обладали даже зачатками интеллекта. Их действия основывались на инстинкте постоянно пожирать людей, наполненных жизненной энергией. Их способность была «абсорбация» – полное впитывание этой энергии. Даже тела конвертировались в энергию и поглощались. Единственное отличие – сами по себе они представляли угрозу не более обычного вредителя, но объединяясь, получали новые способности. Когда собиралось их в достаточном количестве, между ними начиналась циркуляция какого-то вида магической энергии. Циркуляция создавала щит, не позволяющий человеку сбежать. Казума предполагал, что все эти капли были единым существом. Ситуация была похожа на взаимодействие независимых клеток, т.е. способность клетки поглощать калории и использовать их для жизнедеятельности. Только когда они собирались в орган, приобретали способность контролировать поглощенную энергию. Возможно в финальной стадии, все органы соединились бы в один организм. Но Казума не заботился об истинной природе этого монстра. Даже если это один организм, у него должен быть орган заменяющий мозг и отдающий команды... Что-то вроде ядра. Дела были бы просто прекрасны, если бы он нашел ядро и уничтожил его.

В настоящее время враг действовал в виде отдельных частей, и это ослабляло его энергию. Не было причин не воспользоваться такой возможностью. У Казумы не было странных привычек, на подобии «надеюсь сразиться с сильным врагом». Он пытался найти «подсказки» от клеток о том, где находится то ядро, чтобы добраться до истинного виновника... Но пока было девять последовательных потерь.

– Эти парни слишком разбросаны. Нужна приманка, чтобы заставить их собраться вместе...

Казума внезапно успокоился. Приманка. Кто-то, так переполненный жизненной энергией, что аж бьёт через край. И на примете есть одна...

Пока он ликовал от пришедшего в голову блестящего плана, появилась десятая партия Йома. В то же время он заметил присутствие кого-то знакомого. Казума довольно улыбнулся.

– Хе-хе, неплохо. Приманка уже начала исполнять свою роль без моего участия.

Слушая ветер, он определил точное местоположение. – Немного далековато. Может, прыгнуть?

Прыжок в городе могут заметить. Казума неосознанно посмотрел на дорогу, обдумывая дальнейшие действия. Натренированные зрение и слух указали ему на «это».

– Окей. То, что надо.

Казума немедленно решился. Он перепрыгнул поручень и остановился на дороге. Затем обернулся вокруг своей оси на левой ноге, разворачивая мотоцикл, несшийся по тротуару.

– Чт...!?

Обратным вращением нанес удар по шее мотоциклиста. Водитель был ещё в воздухе, падая с мотоцикла, когда Казума с помощью магической уловки оседлал железного коня.

Бтанк!

Глухой и тяжелый звук послышался позади. Кажется, водитель ударился головой о землю, но поскольку на нём был шлем, вряд ли ему грозит смерть на такой скорости.

– Я изо всех сил постараюсь вернуть Вам это двухколёсное чудо в целости. Казума пробормотал максимально искренне и рванул прочь.

* * *

– Эй, девушки, хотите... Бамц!

Бедный парень не знал, как ему реагировать. Он отправился в полет ударом школьной сумки ещё до того, как закончил первое предложение. – Брысь! – рявкнула Аяно.

Его компаньон, видящий это, оставил бессознательного приятеля и смылся. Это было самым разумным поступком, диктуемым инстинктом самосохра-нения!

Юкари и Нанасе не произнесли ни слова, что было очень мудро с их стороны. Толпа народа перед станцией Икебукуро раздавалась в стороны с пути Аяно. Она разрезала толпу, как Моисей, раздвигающий воды Красного моря.

– Это что такое!? Это что такое!? Жаль, я буду только помехой! Слишком плохо, я слабее тебя! Ы, какая жалость!

Мысленно Аяно ударила Энрайхой по тому дерзкому отвратительному лицу. Но как бы часто она мысленно ни делала пюре из той физиономии, её ярость никак не уменьшалась.

– Эм, Аяно?

– Что?

Аяно обернулась со страшными глазами, способными испугать даже якудзу-ветерана. Но когда увидела, как Юкари в страхе отступила на шаг назад, девушка обратила внимание на своё поведение.

– Дай мне минутку.

Аяно повернулась спиной к ним и сделала несколько глубоких вдохов. Потом расслабилась и обернулась с улыбкой. – Что то не так? – Эм, мы выбрали неправильную дорогу. – А? Аяно осмотрелась и поняла, что не знает этого места.

– Где мы?

– Свернули в какой-то переулок от главной дороги.

Так получилось потому, что Аяно не смотрела, куда идёт и не заметила, как свернула на отдельную дорогу. Но, хотя это было незнакомое место, они всё ещё могли видеть знак «Токю хендз1» впереди. Очевидно, что отошли они не слишком далеко.

– Ааа.... Извините, извините. Я задумалась.

– Это не дело. Ты должна обращать внимание куда идешь.

Аяно смущенно улыбнулась. Юкари улыбнулась в ответ, подняла руку и легонько щёлкнула по лбу, чтобы улучшить настроение.

– Но, мы ушли всего на одну улицу. Почему здесь так пусто? – спорсила Аяно, которая не слишком хорошо знала Икебукуро.

Как она и сказала, на этой аллее между стоянкой автомашин и любовными отелями не было никого кроме них троих.

– Да... Вокруг никого....

Это место не должно было быть таким безлюдным, оно как будто внезапно появилось посреди города. Тишина вызывала чувство беспокойства. – Думаю такая ситуация случается время от времени. Сегодня не праздник,

\endash конце концов, – постаралась разрядить мрачную атмосферу Нанасе.

– Ага, точно...

– Ладно, пошли отсюда. Аяно тоже.

Когда она посмотрела на Аяно, её глаза широко открылись.

1 магазин сделай сам

– Нанасе?

Посмотрев туда, куда смотрит Нанасе, лицо Юкари тоже замерло, став пепельно-бескровным от страха.

– Ау, перестаньте! Нет необходимости бояться. Я не буду снова пугать вас, как тех парней.

– Сзади!

Нанасе крикнула в панике. Когда Аяно услышала это, она перестала улыбаться и обернулась.

– !?..

Ее сердце практически выпрыгнуло из груди, потому что та штука была меньше чем в метре от неё. Полупрозрачная и извивающаяся липкая жижа, похожая на слизь из РПГ, но Аяно прекрасно знала, что это далеко не такое безобидное создание. Она проигнорировала то, что эти двое её видят. Под инстинктивным чувством неприятия и раздражения, Аяно выпустила пламя.

Бабах! Золотой огонь сжег слизь без следа.

– Это... Это было страшно.

То был опасный момент. Если она будет убита подобной штукой, об этом будут рассказывать будущим поколениям Каннаги, как о самом большом позоре клана. Не зависимо от того, каким медленным и убогим может быть восприятие огненного мага, не зависимо от того насколько его внимание сфокусировано на других вещах, не заметить того, что заметили даже обычные люди как раз и являлось главным позором.

Я не должна позволить другим узнать об этом.....

Аяно тихо поклялась про себя хранить эту тайну глубоко в душе всю оставшуюся жизнь. – Аяно... Что это было?

– Это… Это хороший вопрос. Я только смотрела, как эта странная штука всплывает, как её тут же охватило пламя.

Аяно притворилась, что ничего не знает.

– В любом случае, лучше убраться из этого жуткого местечка!

Она немедленно сменила тему. Но Аяно уже почувствовала, что эта «штука» не так проста.

Это не хорошо... Это место не Икебукуро, к тому же... Сможем ли мы уйти?..

С соседней улицы доносился обычный городской шум. Всего несколько десятков метров. Но сейчас до неё дальше, чем до Луны.

– А… Аяно, там!

– А… Да.

Аяно ощущала это, даже не смотря туда, куда показывала Юкари.

Со всех трещин и промежутков непрерывно просачивалась большая масса слизи. Не только из открытого коллектора и канализации, но и из почтовых ящиков и отверстий торговых автоматов. Несметное количество.

– Там... там!? Что за дьявольская штука!?

– Успокойся, Юкари!

Аяно оглядела Нанасе, которая успокаивала запаниковавшую Юкари. Её лицо, обычно спокойное и бесстрашное, было искажено, хоть и не до безобразия.

– Дайте мне посмотреть. Мы должны сделать проход для начала!

Её разум был ясен несмотря на то, что ситуация была крайне плоха. Противник казался медленным и неуклюжим, они, вроде, должны были бы легко сбежать. И Нанасе действительно была ошеломлена, когда все капли ринулись на них. Кто мог предположить, что слизь может выполнить прыжок на десять метров?

– Вот дерьмо!

Аяно рефлекторно активизировала энергию в своем теле. Она поместила правую руку у левого бедра, и, делая большой шаг вперед, резко выбросила её вперед. Это была позиция батодзюцу2, только без меча. Но сейчас лезвие действительно появилось. Сверкающий темно-красный обоюдоострый прямой меч. Наполненное сиянием великой силы золотое пламя окутало лезвие. Энрайха — оружие против демонов, дарованное Богом Духов Огня.

Разрушительный огонь, вырвавшийся из лезвия, превратил всех йома вокруг в хрустящий картофель.

– Фух...

Тихонько выдохнув, Аяно стала проверять состояние подруг. Двое людей перед ней все ещё находились в состоянии запредельного страха.

– Теперь все в порядке. Не надо бояться.

Девушка изобразила улыбку и сделала к ним шаг. Юкари отступила на три шага.

– Юкари?..

Аяно только теперь сообразила, что теперь эти двое бояться не кого иного, а её саму. Даже на лице Нанасе легко можно было заметить страх, хотя та и пыталась его скрыть.

– Аяно, кто ты?

– !..

Аяно немедленно спрятала Энрайху позади себя, но это уже было бесполезно.

Что… Что я натворила?!..

Ей не было стыдно за свою силу, напротив, она очень гордилась ей, но страх в глазах лучших друзей заставил её почувствовать боль. Нет ничего странного, что эти двое её боятся. Но, это был, своего рода страх к «пугающему человеку». То есть теперь эти двое классифицировали её как «нечто опасное». В их глазах Аяно и те капли были одинаковы.

– Не… Нет, я… В тот момент, когда она открыла рот, лица этих двоих передернуло. Увидев

их выражение, Аяно поняла, что объяснять что-либо бессмысленно и закрыла рот. Она не могла посмотреть им в лицо и опустила голову, её тело слегка дрожало. От потери концентрации пламя Энрайхи погасло.

– Сзади!

Предупреждение Нанасе прозвучало ещё раз. Вот только у Аяно не было сил отреагировать. Сзади к Аяно, которая стояла опустошенная, неотвратимо

2 Battoujutsu - изначально меч находится в ножнах, при приближении противника он обнажается и наносится

моментальный удар. В случае промаха атакующий остается без защиты, и может быть убит любым ударом, если не прикрывается ножнами.

приближался большой комок слизи. Капля, сформировавшаяся над её головой, накрыла Аяно в мгновение ока.

– Тут? – пробормотал Казума после того, как припарковал мотоцикл. Привлеченная жизненной энергией Аяно, здесь собралась многочисленная группа йома. Это позволило отследить их перемещение.

Хорошая работа, Аяно... Хм?

Довольно кивнув, Казума, наконец, понял, что что-то было не так. Аяно ощущалась очень слабо и была окружена йома, или, что возможно, была проглощена ими.

Даже если ты приманка, нет необходимости идти на такие крайности! Что творит эта девчонка?

Казума очень ясно понимал, какой силой обладал этот вид демонов. Даже если бы их было объемом с Токийскую башню, невозможно, чтобы Аяно проиграла. Однако, Аяно была поглощена.

– Нда… проблемка, – невесело проворчал Казума.

Он слез с мотоцикла и взмыл в небо. Зависнув в воздухе, молодой человек стал осматривать то, что происходит за барьером. Хотя раздел был не толще кожи, пространство было совершенно изолировано от реального мира. Не было способа добраться туда физическим путем. Конечно, это было справедливо и для ветра. Естественный феномен, подобный ветру, мог двигаться только в таком же естественном мире. Невозможно влиять на другой мир. Если можно было бы разбить стену, это стало бы возможным, но здесь нет способа влиять на пространство другого измерения. Но это если говорить о естественном феномене.

Казума вытянул руку вверх, и большое число духов ветра неуклонно стало собираться, откликаясь на его призыв. С точки зрения магических техник это было не простое контролирование естественного феномена. Обычный ветер использовался только как проводник, чтобы получить квинтэссенцию силы, чтобы воля мага могла проявиться в этом мире.

Казума добавил силы для того чтобы взломать тонкую грань аномального пространства. Для этого действия он сформировал тонкое и острое лезвие из энергии.

Га! И запустил его!

Неистовый ветер сломал подпространственный карман.

– Я подумала, что это пришествие Бога, – так сказала Юкари после инцидента.

Это был первый раз, когда она почувствовала красоту существа, наделенного мощью. На крыльях ветра спустилось воплощение великой силы. Вот какая сцена отразилась в глазах Юкари.

Невидимая сила пришла с небес и разрушила гигантского йома одним дуновением.

Аяно вывалилась из слизи, как кукла. Удивительная вещь, но она не получила каких-либо повреждений, более того, на ней не было даже кусочка слизи. Это сила очищения, которая разрушает только демонов. Та, убивающая демонов, сила, которой Каннаги так гордились.

– Кхе... кхе... кхе!

Казума холодно и пристально посмотрел на девушку, которая сильно кашляла в попытках вздохнуть, и строго приказал: – Поднимайся.

(…Что она творит?)

После освобождения от частей слизи, Казума осмотрел Аяно более внимательно.

Её Ки была невероятно слаба. Количество жизненной энергии, поглощенной низкоуровневым йома было не так велико, но девушка казалась настолько истощенной, что стала похожа на обычного человека.

– …Казума?

Аяно в плачевном состоянии лежала на полу и смотрела так, что он чувствовал себя неуютно.

Ни одной частицы обычного превосходства не ощущалось, она выглядела такой же беспокойной и неловкой, как брошеный щенок. (Что произошло?)

– Поднимайся, – с нажимом скомандовал он ей.

Даже это не вызвало сильной реакции. Повинуясь команде и используя Энрайху как подпорку, девушка медленно поднялась.

Аяно избегала встречаться с парой холодных глаз, которые пристально смотрели на неё. Все что можно было видеть, это как она время от времени украдкой бросала взгляд на что-то позади правой руки Казумы.

Конечно, Казума заметил двух людей стоящих там, одетых в форму школы Аяно. Можно предположить, что они не просто прохожие.

– Эм… А… Это… Беспомощный взгляд Аяно беспрерывно метался между Энрайхой и этими

двумя девчонками. Казуме достаточно было посмотреть на неё в этот момент, чтобы догадаться в чём беда.

(Вот ведь…)

Он ткнул пальцем перед лбом Аяно. Глаза, растеряно осматривающие всё вокруг, были очарованы тем, что перед ними появилось. Пока Аяно фокусировалась на пальце, Казума громко проорал:

– Люди, которые благословлены духами, для чего вы используете свою силу?

Эта фраза – основа основ завета, стандартного для адептов магии Духов. Когда Аяно была маленькой, Джуго много раз повторял это предложение.

Даже совершенно не в себе, она всё ещё совершенно ясно помнила ту линию, которой нужно следовать.

– Моя… Моя сила нужна для защиты. Я, как благословленная духами, буду изгонять демонов из мира, вот в чём на заключаются мои обязанности. Никогда не забывать…

Внезапно её речь оборвалась.

Аяно, чьи глаза смотрели на палец, как после удара электрошоком, подняла голову и посмотрела на Казуму. В его глазах светилось понимание. Она отвела глаза в сторону и посмотрела на Нанасе и Юкари, и, в конце, вниз, на Энрайху в своей руке. Аяно крепко обхватила рукоять, которая висела на кончиках пальцев. Когда она снова подняла голову, потерянный взгляд исчез без следа. Аяно произнесла слова, чтобы подкрепить завет.

– Защищать… людей, которых люблю!

Великолепное пламя вырвалось из Энрайхи. Это больше не побитая надломленная девушка. Она смотрит в глаза Казумы, понимая значение власти, которой обладает, как один из сильнейших адептов Эндзюцу.

Казума улыбнулся и мягко ткнул Аяно пальцем в лоб. Тукс! Голова Аяно отклонилась назад.

– А!? Что ты себе позволяешь? Не делай так больше… Игнорируя надувшую щёки и жалующуюся Аяно, Казума переключил

внимание на то, что происходит вокруг. Было непонятно, являются ли бесчисленные капли слизи, которые сейчас их окружили новой партией или результатом регенерации.

– Итак… Без вопросов «ты сможешь?» или «ты в порядке?», с такими

повреждениями нет необходимости показывать заботу. Выражаясь более ясно, такие раны не требовали внимания вообще. Потому что сила существует как раз для этого.

– Я оставляю тех сзади тебе. – Ясно.

Аяно ответила без колебаний. Двое шагают одновременно, спина к спине.

– …Казума. Он не отвечает, но перестает передвигаться.

– Спасибо.

Всё ещё нет ответа, только тихий звук шагов достигает её ушей.

Аяно осторожно прикрыла глаза, пытаясь получше запомнить, что ей необходимо сделать.

(Юкари, Нанасе… Счастливого пути…)

Будет ложью сказать, что она не чувствовала одиночества или печали. Но даже если так…

(Даже если так, я должна защищать всех…)

Она открыла глаза. Нет ни одного следа мрачности или темноты в спокойном и чистом разуме. Раздаётся взрыв, золотое пламя охватывает всё тело. Резкий всплеск силы.

– Гаааа!.. – с резким криком Аяно качнула Энрайху.

– Смотрится довольно хорошо…

За его спиной всё было заполнено взрывной «ки», Казума не мог помочь, но выдал маленькую улыбку.

При таком уровне монстры не протянут долго. Он должен поскорее достигнуть своей цели…

Казума окружил барьером двоих, которые пялились на Аяно широко открытыми глазами, и спокойно сказал:

– Скажи, где ты. Если шныряешь где-то вокруг, то, возможно, я тебя достану!

Далее он выпустил лезвия ветра, которые разрезали приближающихся йома. Шух! Пах! Пф! Пу!

В радиусе пяти метров ужасные убийственные звуки раздавались снова и снова. Ветер, которым управлял Казума, раз за разом разрезал йома один за другим, разрушая их. Йома уничтожались в момент, но в мгновение ока, непременно восстанавливались. Они действительно были как простейшие организмы, без стандартной формы, физическая атака была вообще не эффективна. Однако Казума продолжал выпускать ветер. Даже не нанося фатального ущерба, ветер не давал йома приблизиться к ним. Через несколько минут…

(Нашел.)

Казума, окруженный йома, гордо улыбнулся. Одновременно с этим, Аяно закончила свою миссию, прорвалась через линию фронта и появилась перед ним.

– Со своей стороны я закончила. Что ты делаешь? Аяно озадачено взглянула на Казуму, который «играл» с демонами.

– Только то, что ты видишь. – Нет… Я этого точно не понимаю, поэтому и спрашиваю.

– Враг – существо без формы. Не важно, сколько раз я разрезаю их, они снова восстанавливаются.

– Тогда ты мог бы использовать силу очищения… Или, проще говоря, ты не можешь использовать силу очищения на них!?

Сила Казумы была прочно запечатана. Несмотря на то, что он использовал ветер очищения перед Аяно в прошлый раз, он снимал печать…

– Нет – Действительно? Тебе лучше сказать правду и быстро!

Аяно не ослабила допрос. От мысли, что она может узнать слабость Казумы, её лицо приняло выражение нетерпеливого ожидания.

– Действительно. К тому же я не хочу сбить твой боевой настрой…

– Что?

– Даже если то, что ты сказала правда, когда противник человек, в этом нет необходимости.

– Хм…

Действительно, даже если это правда, шансы на победу Аяно против Казумы не увеличатся. Оказавшись ни с чем, девушка выглядела очень разочарованной. Казума подбросил мысль и оставил пережёвывать.

– Так, я оставляю остальных тебе. Я собираюсь последовать к логову их главного.

– Ты их уже нашел!?

– Да, всё очень просто, когда есть хорошая приманка.

– При………?

Аяно стала размышлять, что это означает. Когда её настигло осознание, лицо девушки стало стремительно краснеть.

– Ты.. задница, Ты опять меня использовал!?

– Это недоразумение.

– В каком месте?

– Когда я только подумывал сделать из тебя приманку, у тебя уже были проблемы, и ты стала приманкой без моего участия. – сказал он предельно серьезно.

– Ты действительно…

– Извини, мало времени. Я выслушаю твои претензии в другой раз! – холодно обронил Казума и собрался уходить. Аяно поспешно крикнула вслед:

– Подожди! Минутку! Я тоже собираюсь с тобой…

– Тебе здесь надо уладить много вещей. Я оставлю знак по дороге. Догонишь позже!

Под вещами он имел в виду йома. Когда глаза Аяно переметнулись на Юкари и Нанасе, Казума вызвал ветер и взмыл в небо.

– Эй! Я сказала подождать!

Казума игнорировал крик, сломал границу, как в прошлый раз, и исчез. Думая логично, Аяно знала, что выбор Казумы правильный. Но ей трудно

было принять его.

Она снова оставлена, он снова смотрит свысока на неё. Эта мысль плотно укоренилась в ней и не собиралась рассеиваться.

– Уууу… Стонет она в ненависти, но Казума давно ушёл. И она обращает свою

ярость на врагов. Её жестокие злобные глаза смотрели прямо на куски слизи. Чувствуя такую убийственную атмосферу, даже йома без органов чувств не могли не отступить.

– Казума… Она влила свою силу в Энрайху. Золотое свечение от её ярости стало бордовым.

– Ты идиот!!! После такой накачки, плазма спалила йома в один миг.

– Фью… После сжигания йома Аяно выдохнула удовлетворенно. Преобразовав своё

напряжение в разрушающую силу, она успокоилась. Вот только несколько зданий вокруг были безвинно разрушены вместе с йома. Если бы это не было другое измерение, дело могло бы закончиться сотнями жертв. После того как йома, контролирующие измерение, были уничтожены, пространство стало медленно возвращаться в свое нормальное состояние. Появилась та дорога, которая и должна была быть. Аяно и её подруги тоже оказались в нормальном мире.

(Теперь… Уладить «много вещей».)

Аяно посмотрела на Юкари и Нанасе. Возможно, потому, что они, в конце концов, успокоились, эти двое прямо встретили её взгляд.

- …………….

Даже не смотря на то, что есть много вещей, которые она должна им объяснить, Аяно не смогла заставить себя заговорить. Через какое-то время трое обменялись робкими взглядами.

– Я… Наконец-то решившись, Аяно сделала спокойное лицо и улыбнулась тем

двоим. – Что ж, прощайте.

Это всё, что она может сказать, конец. Оставив все объяснения, которые крутились в голове, Аяно отвернулась от подруг. Она пыталась сдержать слезы, которые так и норовили выкатиться из глаз, и пошла прочь. Но была практически немедленно остановлена.

– Аяно, подожди! Юкари крепко схватила её за низ формы.

– Юкари?

Аяно обернулась, и, увидев сцену перед собой сразу же нахмурилась. Выражение лица Юкари… было до невозможности нормальным, что и было самым ненормальным. Ни одного признака страха, ни одного признака попытки преодолеть страх. Сплошное любопытство. Юкари шутливо сказала озадаченной Аяно:

– Даже не надейся свалить без объяснений, когда мы увидели столько интересного.

– Что…

Любопытство переселило страх. Казалось, та не позволит ей уйти, пока она всё не объяснит. Поскольку ей не хотелось сразу поворачиваться и уходить, Аяно постаралась сократить свою долгую историю настолько насколько возможно.

– Откровенно говоря, моя семья принадлежит клану Эн-дзюцу, который может управлять огнем…

– Да не это! – …А?

– Казума-сан! Что он за человек? Как хорошо вы друг друга знаете? Какие между вами отношения? Давай, выкладывай, как вы встретились?

– Эй!

Нанасе легонько стукнула Юкари по голове, которая продолжала и продолжала.

– Ай! Больно, Нанасе…

– Тихо! Из-за твоих постоянных бессмысленных воплей Аяно теперь не знает, что делать. Кроме того, если ты ждёшь, что мы сейчас притворимся, что ничего не произошло, то принимаешь желаемое за действительное!

– А… Так что случилось? Двое встали перед Аяно, которая выглядела потерянной. И…

– Извини.

Юкари взяла себя в руки.

– Да… Мы действительно сожалеем о том, что случилось ранее. Смущенно отведя глаза, Нанасе извинилась.

– …Что происходит?

– На самом деле, в начале я действительно испугалась. Вырывается пламя, меч появляется из ниоткуда. Аяно, ты казалась совсем другим человеком. Но услышав, как вы воркуете с Казумой-саном, я поняла, что ты всё та же Аяно, которую я знала.

– Воркую с Казумой… Ты…

Внезапно поняв, какой разговор они имеют в виду, Аяно рассердилась. Нанасе продолжила говорить:

– Короче говоря, нет нужды менять наши отношения из-за того, что ты обладаешь сверхъестественными способностями.

– Но… Вы не боитесь меня? Если бы я захотела, я могла бы убить вас обеих не пошевелив и пальцем?

– Правда? Нанасе спросила спокойно.

– Что…

– Мы давн знали, что ты нас и голыми руками можешь прибить, особо не напрягаясь…

– Агась… – Так какой смысл начинать бояться? Будь то пистолет или атомная бомба, \endash результате применения всё равно – смерть.

Есть определенный предел, который может выдержать человек. Если он получает ранение, выходящее за этот предел, он обречен. И не важно, насколько превышен предел. Десять пуль точно в цель или тысяча, какая разница? Остальные 990 лишь излишек.

Не так много людей понимают эту простую логику. Рядом с убийцей, которого вы не знаете, вы не будете чувствовать себя легче. Короче говоря…

– Короче говоря, вопрос в том доверяешь ты человеку или нет. А я тебе доверяю.

– Ты не та, кто может причинить кому то вред без причины, так что я тоже не боюсь.

Аяно молча смотрела на этих двоих, и Юкари спросила тревожно: – …Мы все ещё лучшие друзья, да? – …Юкари…

В глазах собрались слезы, но Аяно никогда не любила грустную атмосферу. Она взяла себя в руки и подняла вверх большой палец. – Конечно! Даже если бы вы захотели, я не позволила бы вам уйти.

После того, как их дружба была восстановлена. Юкари снова пошла в атаку.

– Теперь, когда мы всё выяснили, мне хотелось, чтобы Аяно подрооообненько рассказала всё о своём парне!

– Кого это ты называешь моим парнем?!

– Казуму-сана.

Юкари сказала это обыденным тоном. – Я говорила вам…

– Аяно, если ты думаешь, что это безответная любовь, то ты ошибаешься! Казума-сан очень заботится о тебе!

– Всё правильно! Не знаю, до какой степени любит, но ты ему симпатична. Так что у тебя есть шанс!

Даже Нанасе присоединилась к общему гаму. Аяно начала волноваться.

– Я уже говорила вам, этот парень… Что?

Надменный взгляд этих двоих заставил её остановиться, не закончив фразу.

– Ты действительно… Чуть ранее ты так нуждалась в нём, а теперь говоришь «у меня нет никаких чувств»?

– Я… Я не нуждалась в нём…

– О? Когда ты была потеряна и подавлена, кто тебя вытащил?

– Вы, причина всего, ещё смеете мне говорить об этом.

– Это уже другая история. Нанасе не заботила реакция Аяно. Преимущество сильного характера.

– А почему вы двое хотите узнать о Казуме только сейчас? Помниться, вы не проявляли такой интерес, когда мы виделись раньше.

– Потому что раньше он выглядел несерьёзным человеком.

– А это не так?

– Хм. Конечно, нет. Казума-сан так учтив!

Юкари сказала это очень нахально. Температура сразу опустилась ниже нуля, глаза Аяно были ледяными.

– Юкари, у тебя уникальный вкус на мужчин. – Не беспокойся. Я не собираюсь его отбивать у тебя.

Глаза Аяно стали ещё холоднее, но Юкари продолжила с беспечной улыбкой:

– Но даже оставляя в стороне твои чувства к нему. Расскажи нам о нём. Как вы познакомились, и почему мы раньше его не видели?

Хотя Аяно утонула в постоянно поступающих вопросах, поскольку они не касались болезненной темы, она расслабилась и смогла отвечать свободно:

– Первый раз мы встретились, возможно, в тот день, когда я родилась, Но боюсь, об этом я ничего не помню. Сейчас его фамилия, кажется, Ягами.

– Сейчас? То есть раньше была другая?

Эта маленькая деталь не ускользнула от внимания. Посмотрев на Нанасе, задавшую вопрос, Аяно спокойно ответила:

– Его настоящее имя Казума Каннаги. Он мой двоюродный брат, и старший брат Рена.

После краткого объяснения её родственных связей с Казумой, лица Нанасе и Юкари приняли странное выражение. – Что случилось? – озадачено спросила Аяно.

Юкари сказала серьезным тоном: – Казума-сан так заботлив.

– А!?

Услышав столь неожиданный ответ, Аяно возмущенно крикнула. Но обернувшись к Нанасе, увидела, как та согласно кивает.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Он… Чем это он заботливый? – Ты не знаешь?

Юкари спросила очень удивленно. Её глаза смотрели обвиняюще, хотя то, что Аяно жутко тормозит, не являлось сюрпризом.

– Над Казумой-саном постоянно издевались в прошлом, не так ли? Даже выгнали из семьи, потому что он не обладал силой.

– После такого, он вряд ли должен был хотеть иметь с вами дело, разве что для мести.

Нанасе продолжила:

– Но он на самом деле тебя защищает. Не только не дает причинить вред, но даже призывает тебя встать и использовать собственную силу.

– Если вдуматься, Казума-сан – прямо рыцарь Аяно. – …А?

Юкари сказала это от всего сердца, у Аяно даже дар речи пропал.

– Что… О чем ты говоришь?! Кому нужен такой бракованный рыцарь! Да мне его убить хочется каждые пять минут!

Пришедшая в себя Аяно стала оправдываться, но те двое всё равно смотрели на неё с видом «ну, что с ней поделаешь».

Аяно разозлилась.

– Вы двое понятия не имеете, что он за человек. Он совсем не «хороший парень». Он использовал меня как приманку. Я чуть не погибла!

– Но ты же ещё жива?

Нанасе ответила спокойно: – Когда ты была в настоящей опасности, он же пришел и спас тебя?

– Аргх…

В точку. Но если она это скажет, то только убедит их в правоте. Как ответить честно?

– В любом случае, этот парень очень большой гад! Всё равно он спас меня потому, что ему это выгодно.

– Посмотрите на неё. Аяно будь честной сама с собой.

– Юкари, ты слишком наивна. Не всё меряется отношением мальчик-девочка!

Рефлекторно отвечая, Аяно, наконец, вспомнила, что сейчас не время так беспечно болтать. Она посмотрела в направлении, где исчез Казума, и беспокойно нахмурилась.

– Ладно, мне пора выдвигаться. Не думаю, что снова что-то произойдет, но будьте осторожны!

Сказав так, Аяно убежала, оставив этих двоих позади.

Юкари выглядела очень раздосадованной, смотря в спину убегающей подруге:

– Ну и дела. Очевидно, что у неё есть соперница. Но, что она сможет сделать, если будет упрямиться?

Со своей стороны Нанасе была более спокойна.

– Ты слишком пессимистична! Посмотри на вещи с другой стороны.

– С другой?

– Например…

Она серьезно смотрела на Юкари, держа её в напряжении. – Эта тема надолго не даст нам заскучать.

– …

Юкари моргнула и несколько секунд морозила Нанасе взглядом. А потом…

– Да ты просто гений, Нанасе.

Она приняла боксерскую позу. И несколько раз махнула кулаками. – Будем спокойно наблюдать за ситуацией!

Чистая и светлая улыбка, подобная улыбке любящей матери… Но скрывающей нехорошие намеренья.

Короче говоря, они хотели не помочь Аяно перевести отношения на другой уровень, а наблюдать со стороны для развлечения.

Конечно, у Нанасе не было возражений. – Если ещё кто-то примет участие, всё станет даже более сложным.

– Да, кажется здесь много скрытых нюансов.

Они улыбнулись друг другу и крепко пожали руки. – Хо-хо, мы очень внимательны к нашим друзьям.

Юкари думала это от чистого сердца. То что у Аяно своё мнение на сей счет, – это её проблема.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Осень – Цена силы

(Не уйдешь…)

Абсолютно уверенный в своих силах, Казума уже предвкушал свою победу.

Он идёт по следу ничего не подозревающего врага.

Безусловная победа… Нет, скорее полное уничтожение. И самое сложное в этой задаче – это найти врага.

Наблюдая за тем, как он лихорадочно собирает энергию, вернее высасывает её из прохожих, можно сделать выводы об отчаянии противника. С одной стороны, это весьма эффективный метод, но и риск довольно-таки высок.

Очень сложно скрыть такое количество жертв, а значит, прибавится желающих расследовать это дело. Если этот Юцуши не дурак, то он постарается свести конфронтацию к минимуму, что, соответственно, заставит его использовать более мягкие методы.

При проведении такой масштабной операции прекрасно видна непродуманность действий. Это всё равно, что дать простому человеку огромную силу. Такое неизбежно вызывает ничем не обоснованную самоуверенность.

(Тем не менее, это больше похоже на фарс. --- Какая разница, нашёл я его или нет? В любом случае «превентивные меры» уже задействованы.)

Казума ни секунды не сомневался в том, что Аяно погонится за ним. Если она преследует меня по духовному следу: по оставленным на каждом перекрёстке меткам; по дуновению ветра, ведущего в нужном направлении – она должна вскорости нагнать меня.

– Ну, что ж… Зажжём ещё раз!

Шепчет Казума и выходит «оттуда». Под его ногами ничего нет, одна лишь пустота, но он чувствует, как его непреодолимо тянет вниз.

С крыши шестидесятиэтажного здания «SUNSHINE60» Казума делает самоубийственный шаг вниз.

Ветер бушует вокруг Казумы, но на его лице застыла бесстрашная улыбка. Только в его власти скорость и направление движения, и он летит к центральному парку Икебукуро. Постепенно он снижает скорость

Прямо перед лицом «противника».

– …Казума-сан?..

Сидящая на лавочке девушка спокойно взглянула на прилетевшего Казуму.

– …

Удивлённый Казума наклонил голову, чтоб получше её рассмотреть. Оглядев её от пяток до макушки, он лишь вздохнул.

– …Было у меня подозрение, что это ты… Но мне не верилось, что ты зайдёшь так далеко…

Девушка хранила молчание. Казалось, что она абсолютно одна в этом парке. В округе не было ни одного барьера, она казалась простым человеком, но именно она стала проводником для йоки.

Даже не имея возможности видеть духовным зрением, любое нормальное существо автоматически избегало аномальную зону, которая возникла благодаря присутствию йоки.

У ног девушки находилось какое-то лоснящееся, постоянно извивающееся существо. Её ноги утопали в хорошо знакомой для Казумы слизи – это был йома, поглощающий человеческую энергию. Однако на лице самой девушки застыла безразличная маска: ни боли, ни страданий.

Это стало ещё одним доказательством того, что перед ним находился «враг».

Казума с болью посмотрел на девушку и горько вздохнул:

– Зайти так далеко только для того, чтоб убить меня. Неужели это всё, чего ты жаждешь… Мисао?

– Да.

Огами Мисао… Повелительница очищающего пламени, но теперь лишь йоки сочится изо всех пор её тела, а на лице застыла невинная улыбка.

– Вот уж не думала, что ты найдёшь меня здесь. Способность использовать Фу-дзюцу для поиска… действительно впечатляет.

Мисао широко улыбнулась. Казалось, что теперь, когда она, наконец, увидела Казуму, у неё с плеч свалился тяжёлый груз, и ей уже не надо никуда идти. А может бать, её улыбка была вызвана тем, что весь вид Казумы говорил о нежелании сражаться.

Пожалуй, это был один из тех редких случаев, когда Казума не мог решить, что предпринять. Он не может её убить. Но и дать ей уйти тоже не вправе.

Мисао пошла не тем путём. Если пустить всё на самотёк, то она окончательно погрузится во тьму и, в конечном итоге, сама себя разрушит. Остаться же сторонним наблюдателем Казума не мог.

(Что же мне делать?)

В голову не приходила ни одна дельная мысль. Он никак не мог придумать способ остановить Мисао, не убивая её при этом.

Между ними уже всё было сказано, а потому они в полном молчании смотрели друг на друга. Увы, шаткое равновесие неожиданно нарушили.

– Это то самое место?

Звонкий голос вспорол тишину. Одновременно появились языки алой ауры, возвещающие о появлении божественного потомка огня. Ошеломляющая сила, как солнечный свет, смела всех йоки в парке.

Казума чуть повернул голову и уголком глаза взглянул на эпическое появление. Аяно Каннаги казалась ещё более бесстрашной чем обычно. Так и хотелось зааплодировать ей.

– …Явилась. Только вот она не более чем надоедливая маленькая девочка. С этим Казума ничего не мог поделать и с досадой прищёлкнул языком. В первую очередь, его злил собственный просчёт.

(Чёрт возьми! Я забыл удалить все целеуказатели!)

Вероятно, такой глупый промах, стал причиной того, что он колебался...

Он осознавал, что ни в коем случае нельзя было допускать, чтоб члены клана Каннаги пересекались с Мисао, и тем не менее он сам их привёл к ней.

– Ка… Слова Аяно застряли у неё в горле – она заметила присутствующую

здесь Мисао. Глаза шокированной Аяно распахнулись от осознания того, «кто» являлся частью её клана.

–…Мисао?..

– Да… Какие-то проблемы?

Спокойно ответила Мисао и поднялась со скамейки.

Она всегда так выглядела – отрешённая девушка в шёлковом кимоно. Теперь, внешне, она походила на себя гораздо больше, чем пару дней назад. Однако…

Аяно видела глубокие внутренние изменения. И это было огромным «но».

Потому что Аяно – мастер огненных искусств, и она существует для уничтожения «этих существ».

Вся её семья на протяжении веков тренировалась, оттачивая свои техники, только для того, чтоб выполнять свою миссию.

– Как… Как такое… Аяно, не отрываясь, смотрела, как Мисао слабо покачивает головой.

Для неё это оказалось худшим из кошмаров. Будучи членом клана экзорцистов, одной из Каннаги, повелевающей очищающим пламенем, Мисао, по иронии судьбы, превратилась в йома, которых необходимо уничтожать.

Через пару секунд Мисао потеряла интерес к вновь прибывшему человеку. Всё ещё не оправившаяся от потрясения, Аяно для неё стала просто частью окружающего пейзажа, а всё внимание Мисао сосредоточилось на Казуме.

Застывшее лицо, ясные глаза и неживая улыбка, выражающая только одну эмоцию.

Её улыбка, напоминала чистую дистилированную воду – без добавок и примесей. Ни один нормальный человек не может так улыбаться.

Скорчив гримасу отвращения, Мисао заявила:

– Ягами Казума – ненавистный человечишко, убивший моего брата. Я уничтожу тебя, чего бы мне это ни стоило. Клянусь!

– …

В её словах не было ни капли смысла. Убийцами её брата были Рюйя, лично сразивший Такею, и Хьюэ, который манипулировал Рюей. Казума же стал козлом отпущения. – Неужели ты думаешь, что у тебя что-то получится?

– Определённо. Мисао продолжила:

– Каким бы ты могущественным ни был, ты всего лишь человек. Пока я черпаю силу из сотен тысяч людей, мои силы превосходят твои.

– …Разве это имеет значение, если ты их не можешь контролировать?

– Ты не прав. Могу. Мне необходимо всего лишь столько, чтоб стереть тебя с лица земли. А потом… Для меня не будет никакого потом.

Равнодушие в её голосе совершенно не сочеталось со словами. Даже то, что она кинула вызов Казуме, невероятно сильному мастеру, нисколько не взволновало Мисао.

Но такое хладнокровие легко можно было объяснить. После того, как она ради силы отняла бесчисленное количество жизней, разве может существовать что-то, что может её взволновать?

Казалось, что пусть её и поглотила тёмная сторона, но в душе у неё навсегда останется невинная улыбка. Улыбка, нетронутая кровью.

– Это зовётся «безумием».

– Эй! Это всё, что ты хотела сказать?

Фраза, в которой слышна еле сдерживаемая ярость, вырвалась на одном дыхании. Взяв на изготовку Енрайху, Аяно выступила вперёд.

– Аяно-сан, к Вам это не имеет никакого отношения. – Уходи. – Ша, медузы! Одним выкриком Аяно заткнула обе стороны.

– Если ты так жаждешь выпустить кишки Казуме – валяй! Я и не почешусь останавливать тебя. Но я никогда не прощу тебя за то, что ты переродилась в йома и причинила вред людям. Средства не могут оправдывать цель! И ты, Мисао, должна это знать лучше всех!

– И?

Мисао выслушала пылкую речь Аяно со всё той же холодной улыбкой человека, сжёгшего все мосты. Услышав такой ответ, Аяно посуровела:

– Мне нечего больше добавить, кроме как – трепещи, Мисао!

Сияние Енрайхи стало более ярким. Даже перед лицом этой всепоглощающей золотой мощи, лицо Мисао нисколько не изменилась.

Если она и вправду рубанёт этим клинком, то…

– Аяно, стой!

– С чего вдруг?

Аяно не собиралась останавливаться. Она даже не обернулась на окрик.

– Это долг семьи Каннаги. Не вмешивайся! Игнорируя Казуму, она подняла меч над головой.

Казума схватил Аяно и оттащил её, прежде, чем она смогла ударить плазмой и испепелить Мисао.

– Я сказал – прекрати! – … Молчание Аяно было ему ответом. Продолжая удерживать меч высоко над собой, она наклонила голову.

Если сравнить физические возможности Казумы и Аяно, то это – как небо и земля. Лишь полагаясь на свои физические данные, Аяно не имела ни единого шанса вырваться из объятий Казумы.

Но это невозможно только в том случае, если полагаться лишь на мускулатуру.

Казума недооценил ярость Аяно.

Видя, как Казума печётся о Мисао и пренебрегает ею, Аяно пришла в такое неистовство, что была готова убивать всё, что видит.

Её эмоции настолько вышли из-под контроля, что девушка перестала осознавать себя. Она видела перед собой цель, и ничто не могло остановить её.

– …От…пус…ти…

– Что?

Не расслышав ни слова, Казума наклонился к Аяно.

– Отпусти меня! Бабах!

Пламя вырвалось из тела Аяно. – Что за?!

Огонь не мог причинить девушке вреда, но заставил Казуму отпустить её.

Воспользовавшись шансом, Аяно бросилась к Мисао.

Как уже упоминалось, мастер Джиген-Рю может одним прыжком покрыть пространство в десять метров. Аяно же ни в чём не уступала мастерам.

В мгновение ока Аяно оказалась возле Мисао. Клац!

Казума воспользовался ветром, чтоб отшвырнуть Аяно. Хотя, в этот раз, это оказалось выше его сил.

(Неужели не успею?)

Все чувства Казумы обострились, но движение тени намного превосходило его реакцию.

О, да… Эта тень… Тень Мисао вытянулась и налилась плотью и кровью. Огромное иссиня-

чёрное лицо оказалось перед Мисао..

– …Что?

Тень широко разинула пасть. В противовес ей Аяно тут же подняла меч. Остановить их уже не представлялось возможным.

Как только Аяно прыгнула, тень тут же проглотила её.

– …Ах… Казума пребывал в замешательстве. Он не мог оторвать глаз от

огромного лица тени, которая с преувеличенным слюноотделением, заглотнула Аяно. Это оказалось настолько шокирующим зрелищем, что Казума не мог вымолвить и слова. Такая самоубийственная атака весьма характерна для Аяно. Ему стоило беспокоится о ней, но то положение, в котором она оказалась, было весьма забавным. Он мог только рассмеяться.

Но смехом делу не поможешь.

Парень сухо улыбнулся и неспешно призвал ветер.

– Бог мой! Сколько от неё проблем!

Он уже был готов спустить воздушные клинки, как тихий голос Мисао прервал его.

– Я бы на твоём месте этого не делала.

– А? Почему?

– Если ты убьёшь тень, то Аяно-сан навсегда потеряется во временном разрыве.

Казума так и замер – с поднятой вверх рукой. Мисао прикрыла ладошкой рот и рассмеялась.

– При всём твоём бессердечии ты всё же беспокоишься об Аяно-сан. Почему бы тебе не высказать ей всё, что думаешь?

– А смысл? Она только отмахнётся от моих слов… Впрочем, что ты собираешься с ней делать?

Смех Мисао стал громче.

– Не волнуйся. Я всего лишь отправлю её куда подальше. Я бы, конечно, могла попытаться воспользоваться ею, как заложницей, но ты же не станешь обменивать свою жизнь на её?

– Естественно.

Ответил без колебаний Казума.

– Даже то, что она дочь Главы, не заставит меня пожертвовать собой. Мисао многозначительно улыбнулась. В ответ Казума спросил прямо: – По-твоему, есть ещё какие-либо причины? – …Путь будет так, как ты говоришь. Всё это касается лишь вас двоих. – Так и есть. Итак, что дальше?

– Сейчас я уйду, так как моей силы всё ещё недостаточно, чтоб победить тебя.

Пока Мисао говорила, тень свернулась и укутала её. Пока Аяно была у неё, Казума ничего не мог предпринять.

– Береги себя.

Прежде, чем Казума смог придумать, как всё-таки поступить, Мисао растаяла, как дымка под солнцем. Даже ветер не мог помочь Казуме в поисках того, кто путешествует вне времени и пространства.

– …Проклятье.

Пробормотал Казума усталым голосом и сел на скамейку.

В тот же момент ветер донёс запах Аяно. Судя по всему до неё не так уж и далеко. Но у Казумы не было ни сил, ни желания идти к этой сумасбродной дальней родственнице.

(Наверняка, опять беситься будет.)

Вообще-то он бы предпочёл с ней не встречаться до тех пор, пока она не успокоится. Впрочем, он понимал, что его мечтам не суждено сбыться.

Он достал сигарету и прикурил. После того, как дым заполнил его лёгкие, Казума принял расслабленную позу и принялся поджидать девушку.

Спустя десять минут.

Топ топ топ топ топ топ топ!!!

Послышалась тяжёлая поступь командора. (*п/п: в оригинале – послышался чёткий

печатающий шаг, как-будто идущий хотел проломить асфальт.) Казума лениво повернул голову в

сторону приближающейся девушки. Зажав сигарету в зубах, Казума поприветствовал Аяно.

Место, где выбросили Аяно, оказалось противоположной стороной станции. Пусть между ними не было и трёх километров, но, учитывая запутанные дороги и светофоры, преодолеть это расстояние – задача не из простых.

Аяно же потратила менее десяти минут. Всё это говорило о том, что ничто не могло остановить её в достижении поставленной цели: будь то физические возможности, либо принципы морали.

Глядя на то, как тяжело дышит Аяно, Казума буднично проронил:

– Неплохо. Собираешься подать заявку на участие в Олимпийских играх? – Где Мисао?

Игнорируя шутку Казумы, Аяно всем своим видом выражала нетерпение.

– Ушла. – Ушла?! Как так?!

– Ну, как тебе объяснить…

Казума никак не мог подобрать слова, чтоб описать произошедшее.

(Что ж ей сказать?..)

Чем больше он размышлял, тем сложнее эта задача ему казалась, и, в конечном итоге, его ответ прозвучал более, чем странно:

– В общем, много чего случилось… Столь жалкое оправдание оказалось единственным, что он смог выдать.

Впрочем, даже если бы он промолчал, будь то передача сути многозначительной позой или жестами, вряд ли получилось бы более убедительно.

– Да, ну… «Много чего случилось»? И что же именно «случилось»?

Аяно даже не могла себе представить истинный ход дела. Именно потому в её взгляде читался немой вопрос: «неужели она тебя соблазнила?».

Казума лишь горько улыбнулся, но не стал разубеждать её.

Как можно объяснить, что он всего лишь хотел сделать как лучше? Перед ним стояли две взаимоисключающие друг друга задачи:

обеспечить безопасность Аяно и схватить Мисао. Но…

(Какой же я наивный…) Иронизируя над самим собой, он вздохнул. Какой смысл беспокоится о том, что уже было давно и быльём поросло?

Пристально разглядываемый Аяно, Казума поднялся.

– Куда собрался?

– Домой. Она сегодня больше не появится.

Казума повернулся и пошёл прочь, как будто ничего не случилось. В противовес его спокойствию, голос Аяно дрожал от напряжения:

– Позволь напомнить, что я обязательно доложу о сегодняшнем событии. Каннаги приложат все усилия, чтоб уничтожить Мисао. И не дай бог ты вмешаешься.

– Окстись, девочка.

Холодный голос прервал речь Аяно. Казума обернулся и жёстко усмехнулся, остужая её пыл.

– Хочешь меня остановить – хорош трепаться. Покажи на что способна. Если духу хватит. Я всегда к твоим услугам.

У Аяно перехватило дыхание. Она могла только стоять и смотреть вслед удаляющемуся Казуме. Как только его силуэт скрыли ступени, ведущие вниз, у неё подкосились ноги, и она осела на землю.

Ей никак не удавалось унять охватившую её дрожь. Она вновь вспомнила первое правило – никогда не становиться врагом этого человека.

Тем не менее, она обязана устранить Мисао. Если она не справится, то само существование Каннаги потеряет всяческий смысл.

Она не смогла сдержать жалобный возглас. – Что ты хочешь, чтоб я сделала?..

* * *

– Та…Такеши?!

Увидев окровавленного юношу на руках Масаюки, выражение лица Такея моментально изменилось, и тот бросился к отцу.

– Отец! Что случилось?

Масаюки прошёл мимо Такеи, и положил Такеши перед замершей Мисао.

– Позаботься о нём.

Отдав приказ, Масаюки развернулся и направился на выход из комнаты, как ни в чём ни бывало.

– …Постой.

Сдавленно проговорил Такея в попытке остановить Масаюки.

– Ответь, как такое случилось с Такеши?

– Тренировки.

– Не держи меня за дурака! Услышав ответ отца, Такея разразился бранью:

– Как ты мог так поступить? Разве так уж необходимо было его так наказывать?

– Такеши мало занимается, потому и получает такие увечья.

– Такеши всего лишь десять лет!

– И что?

На лице Масаюки не дрогнул ни единый мускул:

– Какое это имеет отношение к возрасту? Он родился в семье Огами, а значит, должен быть сильным. Если же у тебя есть время на стенания, то потрать его лучше на тренировки.

– Ну, ты и засранец!.. – в глазах Такеи плескалась такая ненависть, как будто перед ним стоял не член его семьи. Насмешливо взглянув на отца, он произнёс:

– Неужели ты думаешь, что все твои жалкие усилия принесут хоть какую-то пользу? – …Что ты хочешь сказать?

– Ты просто пыжишься, чтобы заткнуть за пояс дядю! Ведь именно он, практически не прилагая никаких усилий, вырвал из твоих рук главенство!

После таких вызывающих слов, каменное лицо Масаюки дрогнуло.

– Ах, ты… гадёныш!

Почернев от гнева, он ударил сына со всей силы. Такея отлетел назад и, проломив перегородку из рисовой бумаги, выпал в коридор.

– Брат! – …Я в норме.

В ответ на рыдания Мисао, Такея показательно отшвырнул обломки перегородки и поднялся. Сплюнув набежавшую в рот кровь, он с презрением посмотрел на Масаюки.

– Правда глаза колет? – …Рот закрой!

– Хочешь победить дядю, тогда сделай это сам! Ты просто неудачник, раз решил всё спихнуть на своего сына!

– Я сказал тебе захлопнуть пасть! – Прекратите!

Мисао повисла на Масаюки, стараясь остановить его:

– Пожалуйста, остановись… Не надо больше… – …

Масаюки не стал бы применять насилие по отношению к Мисао. Решительно стряхнув с себя девушку, неуверенным шагом он покинул комнату.

– Хе-хе. Наконец-то я высказал всё, что думаю.

– Как ты, брат?

Глядя на обеспокоенную Мисао, Такея улыбнулся.

– Всё в порядке, не бери в голову. Лучше позаботься о ранах Такеши. После этого поможешь мне.

– Хорошо. – Мисао моментально достала аптечку первой помощи и приступила к обработке ран брата. – Мисао, позволь мне кое-что сказать.

– Да?

– Этот говнюк, по недоразумению оказавшийся нашим папашей, видит в нас только орудия мести. – Брат, насчёт этого…

Мрачное выражение лица Такеи остановило возражения Мисао, которая по обыкновению собиралась защищать отца.

– Взгляни в глаза действительности. Мать такая же – она пальцем о палец не ударит ради нас. Нам надо стать достаточно сильными, чтоб могли выжить самостоятельно.

– Брат…

– Мисао, крепись! Ты тоже должна найти в себе силы быть самой по себе. Мисао покачала головой, возражая брату.

– Нет. Не хочу быть самой! У меня есть ты и Такеши.

– Нет.

– Такеши? Лежи, не вставай…

Такеши, который всё ещё должен быть без сознания, неожиданно пришёл в себя. Никого не узнавая, он начал вырываться из удерживающих его рук, стараясь подняться с кровати.

– Сестра сама по себе. Потому, что… Неожиданно, голова Такеши начала раскачиваться из стороны в

сторону, затем наклонилась под немыслимым углом, и со звуком ломающихся костей, отвалилась.

– Ах!

Голова Такеши докатилась до Мисао и остановилась у неё перед ногами.

– Потому, что мы уже мертвы.»

(…Мы?)

Мисао резко обернулась. (…Брат… Брат…)

Расчленённое на куски тело Такеи упало. Опустошённые смертью глаза смотрели прямо в потолок.

– Нас убил Казума.

Мисао вновь обернулась. Голова у её ног говорила чистым и ясным голосом.

– Как бы я хотел защитить сестру… Ни капли крови не вытекло из ран. Гладкие, без каких-либо

неточностей разрезы, выглядели так, будто их нанесли лазером.

– Но я не смогу – я уже мёртв.

Внезапно перед девушкой возникла тень и, насупив на голову Такеши,

с хрустом раздавила её. Кшахс.

Голова её любимого младшего брата разлетелась, как хрупкая ваза.

– Хо-хо-хо… Глумливый смех ворвался в её сознание. Подняв голову, она увидела

идущего к ней мужчину, который открыто насмехался над ними. Ягами Казума – имя ненавистного врага, отобравшего всё.

Впервые в жизни Огами Мисао ненавидела кого-то настолько сильно, что желала ему смерти. Воображаемая сцена того, как Казума истекает кровью, наполнила её сердце радостью.

– Ах… Ах… Аааааааааааааа!!!

Её обжигающая ярость вырвалась и расцвела алым лотосом, заключив Казуму в огненную клетку.

(У меня получилось!)

Радость победы длилась недолго. Вырвавшиеся из его пальцев ветряные вихри разрушили ловушку Мисао.

(Что это за место?..)

Постепенно Мисао начала осозновать, что плывёт в непроглядной тьме. Она не могла ничего почувствовать – ни увидеть, ни услышать. Все её пять чувств здесь не работали.

(Я… умерла?..)

Смертельный враг, убивший моих братьев, был прямо передо мной, но я даже не задела его.

– Слабачка!

Слова Казумы всё ещё звенели у неё в ушах. Даже вычерпай она свою силу до дна, всё равно не справиться с ним. Между их способностями – пропасть.

(Я не хочу так проиграть… Если бы мне больше силы… Ради этого я пожертвую всем…)

Вглядываясь во тьму, Мисао всей душой желала появления дьявола. Она была готова поставить на кон свою душу, если бы это помогло.

– Хохо. Мисао, видимо, тебе приснился хороший сон. Молодой парень с улыбкой глядел себе под ноги.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вы могли бы подумать, что он мерзкая личность, раз может с такой невинной улыбкой смотреть на такое.

Священное пространство, изначально предназначенное для вознесения молитв Богу, сейчас было заполнено липкими тварями.

Чудовище, заполнившее всё пространство этажа, было около двух метров высотой, образуя целые озёра, заполненные до краёв слизью.

Слизь, тянущаяся из этих озёр, щупальцами обвивала Распятие. Такое проявление неуважения к Богу может подкосить любого истинного верующего.

На дне одного из озёр слизи плыла обнажённая Мисао. Время от времени на её лицо набегала тень грусти по несбывшимся мечтам.

Уже более недели длился этот мучительный сон. Сон, в котором смешалась фантазия и явь, постепенно проникал в её разум.

Отличить реальность от вымысла Мисао уже не могла. Всё её существо заполнила ненависть к Казуме. Казуме отнявшем её семью/

(Мне нужна сила… Сила уничтожить этого человека…)

– Тогда воспользуйся силой этого места!

Торжественно произнёс парень. Услышав ответ, на который она и не надеялась, Мисао вздрогнула всем телом. В её пустых глазах отразилось сияние юноши, которые дал ей нужный ответ.

(…Кто ты?..)

– Ангел. Слуга Господень. И я выполню твоё желание. (п/п: бойтесь данайцев, дары приносящих)

(Ангел?..)

– Позволь мне наделить тебя частью силы! Для твоего желания есть веская причина. А таким устремлениям нужна соответствующая награда.

– Ведь именно это bназывается «правосудием». (Дашь мне… Силу?..) Так не бывает.

В её затуманенном мозгу возник слабый голос неверия. Ангел – это посланец Небес, представитель абсолютной справедливости. Разве такое существо может передать её силу в безраздельное пользование?

В тот же момент она снова услышала его голос.

Голос, уверяющий в обратном.

Не зная, что ответить, Мисао поднимает голову и умоляюще смотрит на юношу.

Перед её глазами предстало существо, излучающее божественный свет. В противовес юному телу в его глазах поселилась вековечная мудрость.

Даже простой вопрос о правдивости его слов кажется попиранием основ бытия.

Вне всякого сомнения, его существование находится вне человеческого понимания. Абсолютная власть Господа не оставляет и тени сомнения, требуя от человека лишь безропотного подчинения.

Мисао не понимала ни того, что она не в первый раз встречает его, ни того, что её воспоминания уже бессчётное количество раз изменялись.

Каждый раз, когда происходила «первая встреча» сознание Мисао претерпевало некоторые изменения. На самом деле, в «настоящую» первую встречу, Мисао лишь скользнула холодным взглядом по существу, назвавшимся ангелом.

Теперь же в глазах Мисао было одно лишь преклонение перед ним. Она забыла самоё себя, будто находилась в горячем бреду.

– Мисао, готова ли ты принести жертву во имя силы? В ответ Мисао без колебаний кивнула.

(Что бы ни случилось, в моём сердце не осталось места для сомнений… Ангел-сама.)

– Хорошая девочка.

Парень взмахнул рукой, как дирижёр палочкой. Подчиняясь его движениям, поверхность слизи пошла рябью и начала светиться.

Мгновенье, другое… Фосфоресцирующие путы обвили обнажённое тело Мисао, заставляя её сиять.

(Это и есть… сила?..)

Как только свечение достигло рук девушки, Мисао почувствовала наплыв мощной и грубой силы, пронзающей её от кончиков пальцев ног до макушки. И тут же…

– Неееееееет!!! Помогите!.. Кто-нибудь помогите! Ааааа!!!

Животный вопль пронзил мозг Мисао. Как только в неё потекла энергия, ненависть, сопровождающая её, помогла Мисао осознать истинную природу флуоресцентной субсанции.

Это свет жизни. Это как сбор спелого плода – они оказались квинтэссенцией чувств и эмоций людей.

(Арррргх!)

Мисао не могла выдержать все эти ужасные чувства, захлестнувшие её тело. Постепенно свечение меркло, как-будто его что-то тянуло обратно, затягивая под ноги Мисао.

– Что случилось, Мисао? Ты передумала?

На губах парня по прежнему играла добрая и нежная улыбка, пленяющая её своей греховностью. Мисао подняла голову и взглянула на него глазами, полными страха.

(Н…Но… Это же…)

– Не стоит беспокоиться – ничего противозаконного. Ты же хочешь правосудия, и до тех пор, пока ты будешь жаждать справедливости, любые твои действия будут оправданы.

Другими словами: цель оправдывает средства? Извращённая логика софизма.

Но… Заметив свободные светящиеся нити, Мисао протянула руку, чтобы

схватить их снова. Игнорируя леденящие душу вопли, она сжимает свет в руке, пока тот полностью не растворяется. Чувства, переполняющие её, покидают её тело, и теперь она чётко осознаёт, что вся собранная с других сила стала принадлежать ей.

– Ты всё правильно делаешь! Продолжай поглощение!

Мисао кивнула в ответ на шёпот юноши. Она признана Богом … Осознание этого факата позволило девушке окончательно распрощаться с чувством вины.

Закручиваясь вокруг неё, летящая флуоресцентная субстанция непрерывно впитывалась в тело… или в душу… Кому всё это раньше пренадлежало, откуда пришло – все эти вопросы перестали волновать Мисао. Лишь страстная жажда смерти Казумы имела значение, и именно она требовала насыщения силой.

(Сила…Мне нужно больше силы!)

Логика и разум были окончательно погребены всеобъемлющей ненавистью к Казуме. Огромная сила продолжала заполнять её зыбкое сознание.

Простой человек уже давно бы потерял рассудок, да, и просто не смог бы сохранить свою физическую форму. Даже для Мисао, исполненной жаждой мести, было непросто удержать плывущее сознание.

– Продержаться столько времени – весьма неплохо. Кровь Каннаги явно недооценена.

Наклонив голову, чтоб лучше рассмотреть происходящее, парень вздохнул.

– Я думал просто слегка поразвлечься… Но, судя по всему, придётся отнестись к ситуации несколько серьёзнее.

Он сильно прищёрил глаза, и, из образовавшихся щёлок, засвтились два огонька. В этот момент могло показаться, что из глубин его глаз смотрит зверь, иной, невиданный…

Но это длилось лишь доли секунды – вот они снова блестят привычным изумрудным блеском. То были глаза ребёнка, не познавшего боль страдания других. В них смешивались в причудливый коктейль невинность и жестокость.

Глядя на одинокую девочку, жадно поглощающую силу, юноша задал вопрос рвущийся из самого сердца:

– Мисао. Раз дитя жаждет отмщения, как родитель ты тоже обязан помочь. Верно?

* * *

Заметив тень Казумы, Аяно сжалась.

Поражённый Джууго с испугом взглянул на неё, а потом перевёл взгляд на Казуму.

Поза Казумы не изменилась ни на йоту. Он даже не взглянул на Аяно, которая явно до сих пор находилась в смятении, – всё его внимание было сосредоточено на Джууго.

– Извини, что так внезапно вызвал тебя.

– Ничего страшного. Что случилось? Не сводя глаз с севшего Казумы, Джууго прямолинейно заявляет:

– Я бы хотел отозвать тебя с предыдущего задания.

– Не вопрос. Ничего не делать и получать за это деньги – это просто мечта. Услышав это, Аяно воспряла духом и довольно улыбнулась.

(…Снова – здорово! Опять что-то задумал…)

Джууго встревожила эмоциональная нестабильность дочери, но ни один мускул не дрогнул на его лице.

– Тебя это тоже касается, Аяно. Больше в это дело свой нос не суй. Слова Джууго сбили спесь с Аяно.

– Что? П…Почему?

– Мисао будет покарана главой семьи Огами. Таково его решение. Приказной тон Джууго не оставил места для полемики.

Такая ситуация была на руку Аяно – она ничего не теряла, но ей

нестерпимо хотелось узнать подробности. К сожалению, отец проигнорировал её немой вопрос.

Она перевела взгляд на Казуму. Привычная насмешливая полуулыбка исчезла с его лица. Вместо этого, вся его поза выражала гнев и презрение, граничащее с оскорблением.

– С меня достаточно. Только потому, что он решил прибить свою дочь собственными руками, он надеется замять это безобразное дело? И Вы пошли на это?

– У нас не выбора. Мы не можем разорвать отношения с Огами.

(…Так вот, где собака зарыта!)

Прислушиваясь к сдержанным репликами оппонентов, Аяно, наконец, смогла составить цельную картину происходящего.

То, что сделала Мисао, невозможно простить. Безусловно, терракт – тоже выходит за рамки дозволенного, но с этим хотя бы может справиться полиция.

Но она! Будучи магом, которая обязана изгонять йома, сама превратилась в одного из них. Этот проступок намного превосходил приведённый выше пример. Такое может привести к гибели весь клан.

Даже если Аяно и Казума смогут покарать Мисао, ответственность за произошедшее ляжет не только не её плечи. Вся семья Огами пострадает!

Огами Мисаюки намеревается наказать свою дочь собственноручно, чтоб очистить доброе имя своего рода.

Возможно, он выдаёт желаемое за действительное, но определённая логика в его рассуждениях есть. Пока он действует под предлогом того, что это «родительский долг», никто не имеет право помешать.

(Значит… Казума, должно быть, в бешенстве…)

Аяно подумалось о том, что гнев Казумы может достигнуть тех пределов, что тот даже убьёт Масаюки. Впрочем, совершенно неожиданно для неё, Казума полностью успокоился.

– Да будет так. Раз именно Вы обратились ко мне за помощью, то Вы в своём праве и отказаться от неё. Но и я в своём праве поступать так, как считаю нужным.

Упрямость Казумы заставила Джууго нахмуриться.

– Ты не отступишься несмотря ни на что?

– Да.

– …Вот, значит, как.

Понимая, что переубедить Казуму не удастся, Джууго лишь тяжело вздохнул.

– Кстати.

В голосе Казумы прозвучало любопытство:

– Вы сказали, что Огами займётся всем этим, но разве у Огами ещё остались силы? Вернее, разве у них остались силы после того, как с Мисао такое приключилось? Насколько мне известно, у этой семьи больше нет отпрысков.

Судя по информации, которой располагал Казума, детьми Масаюки были только Такея, Мисао и Такеши. Масато же до сих пор не женился.

Таким образом, если за прошедшие четыре года, им не удалось найти внебрачных детей, то возглавить семью Огами попросту некому.

Однако, Аяно разрушила его представления. – Есть ещё сын Такеи.

– Что? Разве он был женат?

– Он женился два года назад. А полгода назад у него родились мальчики близнецы. – Ого… Это же…

Внезапно Казума почувствовал себя глубоким старцем.

– Пожалуй, стоит наведаться к его жене и вручить ей цветы.

В ответ на шутку Казумы Аяно скривилась так, как будто у неё разом разболелись все зубы.

– Не надо. Иначе можешь опять получить нож в спину.

– Близнецы – это хорошо, но этого всё равно не достаточно для борьбы. Что могут глава, его жена и невестка?

– Никто и не говорит о том, что Огами будет сражаться в одиночку. Семьи Куга и Шиджоу согласились оказать помощь.

Для справки: обе эти фамилии являются ветвями семьи Каннаги. Особенно это касается Куга, так как через жену Такеи, Сей Куга, их

отношения очень близки.

– Хм. В любом случае, я не считаю, что люди из побочных семей могут оказать какую-либо существенную помощь. Им придётся изрядно постараться.

Казума встал и холодно обронил:

– Я возращаюсь. Сообщите мне, если появится новая работа.

– П…Погоди!

Казума замер в дверях. В её тоне не было привычной уверенности в себе. Она страшилась спросить, но оставаться в неведении не могла. Вся внутренняя борьба отразилась в её голосе.

– Почему… Почему ты так заботишься о Мисао? Ты… Ты её любишь? Наконец, Аяно смогла выплеснуть мучающее её беспокойство. Человек,

которому адресовался этот выстраданный вопрос, даже не обернулся.

– Это не твоё дело.

Голос Казумы нисколько не изменился – всё такой же отстранённый и равнодушный. Он шагнул вперёд и захлопнул за собой дверь, ставя окончательную точку в их разговоре.

Прислушиваясь к удаляющимся шагам, Аяно пробормотала:

– Какой же ты дурак…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Цена души

Мужчина, прислонившись к стене, читал газету о скачках и краем глаза приметил молодую женщину лет двадцати в опрятном кимоно из синего шелка. Он стал незаметно следить за ней, приподняв газету, чтобы скрыть лицо.

Девушка, не обратив внимания на наблюдателя, продолжала идти, не меняя темп. Мужчина сунул газету под мышку и достал из сумки у пояса телефон.

– Вижу цель. Следую за ней.

В то же самое время.

Мужчина среднего возраста держал над картой серебряную цепь. Платиновое кольцо, замыкающее цепь, дрогнуло, почти коснувшись карты.

– Гм...

Внезапно цепь натянулась, как будто ее кто-то дернул. Мужчина проследил за движением указателя, но поняв, что место слишком далеко, вернул кольцо в исходную точку. После нескольких проб и ошибок он, в конце концов, остановился на одной точке, указанной невидимой силой.

– Здесь, значит?..

Заменяющее волшебную лозу кольцо кружило над картой вокруг одной точки. Мужчина прочел название места и потянулся к лежащему на столе телефону.

Молодая женщина внимательно смотрела в хрустальный шар. Её красивую внешность окружала таинственность, присущая гадалкам, хотя подобный вид занятости имел дурную славу.

Безупречно отполированный хрустальный шар двадцати сантиметров в диаметре по непонятным причинам в центре был заполнен белым туманом.

Пытаясь что-то разглядеть, женщина так напряженно вглядывалась в него, что вздулась жилка на виске.

Возможно, благодаря ее усилиям, сквозь туман стал проявляться контур здания. Оно выглядело узким и вытянутым, верхнюю половину стены занимал черный крест. Приблизив резную надпись над дверью, «гадалка» тщательно переписала слова.

(Кстати говоря, смело. Это и правда может оказаться слепой зоной.)

Одобрительно улыбаясь неизвестному врагу, она вышла из комнаты, чтобы сделать доклад.

Часом позже.

Десять адептов во главе с Оогами Масаюки собрались возле церкви в районе Икебукуро. Их целью, конечно же, была Мисао, которую они наконец-то нашли. Операцию организовали поспешно, поскольку на колебания не было времени. Хотя ищейкам в своё время не удалось

отыскать тайное логово Мисао, сведения о ее местонахождении внезапно поступили из нескольких источников.

Так просто, что даже подозрительно… или, что более очевидно, там западня. Словно Мисао помахала рукой у них перед глазами. Можно сказать, она сначала играла в прятки, а потом нарочно высунулась, будто желая, чтобы Казума нашел ее.

Тем не менее, силы Мисао должно быть недостаточно, чтобы победить Казуму. Именно поэтому Масаюки торопился положить этому конец до того, как это сделает кто-то другой…

– Послушайте меня. Здесь могут найтись те, кто был в хороших отношениях с Мисао, но сейчас этим заблуждениям надо положить конец. Она – порождение зла под влиянием демона, поэтому не сдерживайтесь. Чтобы защитить честь Каннаги, мы должны всеми силами сокрушить её, не оставив ни одной пылинки!

Стоя перед своими подчиненными, Масаюки произнес решительную речь. Все понимали, что он действительно имел в виду: дальнейшее существование семьи Оогами зависит от этого боя!

Вернее, иначе и быть не могло. Такие эмоции как любовь, жалость и терзания, что собственная дочь погибнет от его руки, напрочь отсутствовали в этом человеке. Возможно, он стал ожесточен потому, что целью был близкий член семьи. Это казалось разумным объяснением, но в него с трудом верилось. Его речь звучала очень искренне. Отношение Масаюки к дочери всегда было именно таким.

Оставив группу, Аяно размышляла, разглядывая спину Масаюки.

(Возможно, именно из-за бесчувственности Масаюки Мисао не смогла перенести потерю братьев…)

Ей тоже предстояло стать наследницей рода Каннаги. И она хорошо понимала всю важность, вложенную в слово «семья».

Но неприятный осадок в душе уходить не желал. Возможно, её думы по-детски наивны, но Аяно чувствовала, что таким родителем быть неправильно.

Рена, кажется, посетили те же мысли. Его беспокойство отразилось на лице.

– Теперь…

Закончив речь, Масаюки обернулся в их направлении с подобострастной улыбкой: – Если Казума объявится, пожалуйста, разберитесь с ним.

– Ага…

Аяно безучастно кивнула в ответ, не считая себя обязанной что-то пояснять.

Не услышав убедительности в ее ответе, Масаюки нахмурился и спросил снова: – Вы уверены, что все будет в порядке?

– Что вы имеете в виду? – Вы уверены, что сможете победить Казуму? – Как я могу быть уверена в этом? – честно ответила Аяно.

Не пытаясь на него давить, она просто высказала своё мнение. Однако лицо Масаюки сразу же переменилось после этих слов.

– Как… как же так?! Тогда зачем вы обещали позаботиться о нем?!

– Вы что, не понимаете? Потому что я единственная, кто может сделать это.

Аяно холодно посмотрела на обомлевшего Масаюки и резко добавила:

– Независимо от того, что вы думаете по этому поводу, Мисао должна быть устранена – и не чьими-то руками, а кланом Каннаги. Таким образом, я не позволю Казуме создать проблемы при решении этого вопроса. Если оставить это на ваших людей, они будут убиты за три секунды. Я смогу выиграть три минуты, чтобы вы могли что-то предпринять!

Вокруг все затихли. И опять Аяно не пыталась ни на кого давить. Число, которое она назвала – три минуты – это уже оптимистичная цифра.

Подумать только, они наивно верили, что могут расслабиться, раз Аяно возьмет Казуму на себя…

Возможно, выражение «слабый Казума Каннаги» слишком глубоко укоренилась в их голове.

Не обращая внимания на напряженность, Аяно перешла к сути, обратившись к Масаюки.

– Итак, какова стратегия?

Если они собирались вести длительный бой, самое время изменить планы.

– Д… Да. Мы хотели выманить Мисао из церкви и загнать в находящийся рядом парк. Это территория находится под охраной, там нет нужды беспокоиться о случайных свидетелях. После мы собирались создать духовный барьер. Мисао будет как рыба в садке. План абсолютно надежен.

– О…

В самом деле неплохой план. Сама по себе Мисао не слишком большая угроза. Отрезав ей все возможности улизнуть, они не должны проиграть даже с десятью людьми.

– Что за охрана? И кто создаст этот барьер?..

Голос Аяно стих, как только она увидела высокую стройную женщину в брючном костюме, подошедшую к площади. Хотя лицо вновь прибывшей оказалось затенено, Аяно подумала, что видела ее прежде.

– Все приготовления для барьера завершены. Мы можем начать в любое время.

После рапорта женщина подняла голову. Глаза Аяно расширились -А…а-а-а…!!

Аяно невольно издала вопль и указала на нее. Без сомнений, эта была та женщина, Кирика, которая шла под ручку с Казумой на улице отелей свиданий.

– Привет, Аяно.

Кирика слегка улыбнулась, выжидающе смотря на девушку. – Вы знакомы?

– Мы встречались, – беспечно ответила Кирика. Масаюки грозно уставился на нее.

– Советую следить за своим тоном. Аяно-сама – представитель главной семьи, с ней нельзя разговаривать подобным образом…

– О, простите за грубость.

Кирика уважительно извинилась, изящно оборвав неизбежную лекцию Масаюки, и поприветствовала Аяно более формально.

– Старший инспектор департамента полиции города Токио Тачибана Кирика. Рада познакомиться с вами.

– Полиция?.. Фамилия Тачибана, случаем не…

– Я из побочной семьи, – Кирика улыбнулась, пожав плечами.

Аяно смутилась еще больше. Семья Тачибана входила в знаменитый клан Оммёдзи. Как мог член такого клана, пусть и из побочной ветви, стать офицером полиции?

(Приготовления для барьера?..) Аяно тут же вперила в Масаюки строгий взгляд.

– Вы прибегли к помощи полиции?

Обязанностью клана Каннаги является уничтожение демонов. Специфика такой работы требует взаимодействия с государственными структурами, в том числе и с полицией. Поэтому, благодаря тесной взаимосвязи с властями и ошеломительным успехам в защите общества за прошлое тысячелетие, клан имел огромное влияние и мог легко заручиться поддержкой спецслужб.

Однако сейчас необходимость привлекать сторонних людей, таких как полиция, совершенно отсутствовала. Преступник, которого они преследуют, представитель их собственной семьи, обращенный в демона. Ну а такие детали, как убийство более сотни человек – ненужное здоровенное пятно на репутации клана. Такой факт не следует знать посторонним.

– Н… Нет… Это потому что… Масаюки стушевался от вопроса Аяно, но Кирика разрядила

обстановку.

– Пожалуйста, успокойтесь. Мы помогаем по запросу Джуго-сана.

– Моего отца?.. – спросила Аяно в замешательстве.

Масаюки, спрятавшись за Кирику, торопливо кивнул.

– Верно. Место, в котором пряталась Мисао Оогами, также было обнаружено нами.

Даже если так, Аяно все еще не понимала. Почему ее чрезмерно осторожный отец сделал то, что даже она считала глупостью?

Не обратив внимания на враждебность в глазах девушки, Кирика расслабленно приблизилась к ней. Она наклонилась к уху Аяно и сказала тихонько, так чтобы только та могла ее слышать:

– Учти, что нам кое-что известно.

Аяно слабо вздрогнула. Кирика, словно сдерживая смех, продолжила:

– Те вещи, которые «никто не должен знать», нам известны очень даже хорошо. Например, что сделала Оогами Мисао… Но точное число жертв мы пока не определили.

(Может, убить ее?..)

Она хорошо обдумала эту мысль. Хотя вряд ли она это сделает, но слова Кирики нельзя проигнорировать.

– Ты собираешься угрожать Каннаги? – спросила Аяно, чтобы в последний раз убедиться. Если та кивнет, иного пути нет.

Но Кирика, отрицая, спокойно покачала головой.

– Ладно-ладно, я не настолько глупая. Да и такой маленькой проблемы не хватит для шантажа.

– Что ты имеешь в виду?..

– В конечном счете «ценность» Каннаги не пошатнет такой маленький скандал. Если бы об этом узнали большие шишки, они смогли бы это использовать как преимущество. Но я буду надежно хранить информацию.

Аяно подняла бровь. – Ты же только что сказала, что не будешь угрожать? – Ты не поняла? Я пытаюсь продемонстрировать свою искренность.

– Э?

– Я имею в виду, что ты можешь убить меня сейчас… и никто даже не узнает.

– Что за?..

– Это малая цена за доверие главы клана. Кроме того, мы тоже будем на примете, поскольку помогали Каннаги.

– Гм.

У Аяно появилась странная догадка. Это «мы», которое фигурировало несколько раз в словах Кирики, кажется, не относится ко всей полиции. Тут только одно объяснение – что-то связывало полицейскую и магов.

– Может, ты из того… подразделения, называемого «отдел сбора информации» или как-то так?..

– Точнее, отдел специальных расследований. Я начальник департамента, – заметила Кирика с гордостью.

Отдел специальных расследований (ОСР) города Токио был создан недавно. Будто скрываясь от других, он располагался в углу подвала полицейского управления. Все знали о существовании отдела, но мало кто знал, чем в действительности он занимается. Вряд ли вообще кто-то в полиции знает, что означает «специальные расследования».

Другими словами, такого отделения на деле не существует. Название было дано лишь на бумаге, чтобы скрыть природу его деятельности.

Через век после того, как было расформировано Бюро Оммё, Япония возложила обязанности по защите общества от мира духов на этих людей. Отвечая требованиям современности, был основан ОСР – организация экзорцистов, подчиняющаяся только правительству. Поскольку они не могли открыто называть себя «изгоняющими злых духов», было выбрано расплывчатое «выполняющие случайные работы». Порой даже ходили слухи, что ОСР расшифровывается как «Оккультное спецподразделение».

Закрывая тему этимологии правительственного агентства, можно отметить, что отдел оказал значительное влияние в делах изгнания злых духов.

– О, так такой отдел существует. Я не слышала о какой-либо его деятельности. Думала, что это городская легенда.

В понимании Аяно, это было как-то так. – Хмф. Кирику, по всей видимости, задел такой резкий комментарий.

– Разумеется, мы не сидим без дела! Восстановление искаженных духовных полей, подавление привязанных к земле душ и все подобное…

И только из-за отсутствия мага с боевыми способностями мы не могли провести крупномасштабное изгнание злых духов.

– А, так вы группа людей, что работает из-под полы. Да уж, несладкая работа у слуг народа.

Аяно хихикнула в нос и усмехнулась. Ее улыбка была настолько самодовольно-слащавой, что хотелось чем-нибудь съездить по лицу.

Но Кирика была, в конце концов, взрослой. Подавив гнев, она любезно улыбнулась.

– Ну, верхушка никогда не понимала значение наших негласных дел. Аяно, не хочешь поработать в ОСР? Хоть на полставки?

– Отказываюсь.

Ответ Аяно был тверд. Потом, казалось, она подумала о чем-то и вопросительно посмотрела на Кирику.

– А… в тот раз, случаем, не пыталась ли ты убедить Казуму присоединится?

– А? Ты имеешь в виду, когда мы встречались последний раз? – Кирика ухмыльнулась.

Их положение немедленно изменилось. Аяно, загнанная в угол, сдаваться не собиралась, но насупилась, а её глаза сверкали пустыми угрозами.

– В глубине души ты надеешься, что мы встречались с Казумой только из-за работы, не так ли?

– Нет, я не…

Несмотря на высказанное отрицание, Аяно спросила снова: – Так для чего?..

Увидев её робость, Кирика ответила:

– Не скажу.

– Ах ты!

– Будь то хоть личные цели, хоть работа, я не обязана тебе отчитываться, не так ли?

(Эта… Эта тетка!..)

Аяно бросила убийственный взгляд. Но, несмотря на угрозу, Кирика лишь расслаблено улыбнулась.

Пока шло сражение их эго, кто-то дернул Аяно за рукав. Она взглянула вниз, прежде чем снова повернуться к Кирике.

– Не отвлекай меня Рен. Я должна уладить некоторые вопросы с этой женщиной.

– Но все ждут вас. – А?..

Проследив за взглядом Рена, она заметила десять очень раздраженных магов, наблюдавших за склокой. Масаюки выглядел особенно нетерпеливым. Несмотря на упорные попытки держать себя в руках, было видно, как пульсируют жилки на его висках. Казалось, он использует все силы, чтобы удержаться и не заорать: «Поторопитесь, соплячки!!!»

Сдерживая рычание, Масаюки спросил относительно спокойно:

– Пришло время направиться к церкви. Вы готовы?

Конечно же, они обе не были соплячками, которые могли испугаться Масаюки. Они повернулись к мужчине с притворными улыбками и холодно ответили.

– А если нет?..

– Ну, как вам будет угодно, – застыло с приклеенной улыбкой лицо Масаюки. Кривя губы, он глупо смотрел на них.

– Помнится, я говорила, что можете начинать в любое время. Или вы намекаете, что есть какие-то причины, по которым мы должны идти вместе?

– Э-э-э…

– Лучше поторопитесь и выдвигайтесь. Если она улизнет, вы возьмете на себя ответственность?

– Э-э-э…

Под словесными ударами этих двоих лицо Масаюки покраснело, он даже не мог произнести ни слова. Встретившись с проклинающим взглядом старика, Аяно безразлично отмахнулась, словно отгоняя дворовую собаку.

– Черт… Все за мной!

Словно выплеснув криком гнев, Масаюки зашагал, громко печатая шаг, но приостановился, чтобы сделать выговор магам, которые с любопытством переглядывались.

– Поторапливайтесь!

– Есть!

Наблюдая, как компания во главе с обиженным Масаюки ретировалась, Аяно выдохнула. – Наконец-то ушли.

Увидев такую откровенную реакцию, Кирика сказала:

– Кажется, ты сильно ненавидишь этого старика, не так ли, Аяно-тян?

– Можно и не спрашивать! С такой готовностью собирается убить собственную дочь «ради выживания клана»… Терпеть таких не могу!

– Ну, в моем случае это не имеет значения, если Глава счастлив. Кроме того, что скажешь о будущем этого заискивающего типа?

Аяно смогла только пожать плечами с горькой улыбкой.

– Все, что я могу сказать – отец не намерен уничтожать всю семью Оогами.

Но даже если так, лидер клана не может снять с них ответственность за беды, вызванные Мисао. Вся вина падет на главу семьи – Масаюки!

– Ответственная должность означает, что приходится брать на себя ответственность. Какое точно высказывание, – кивнула Кирика как будто

в раздумьях, а затем сменила тему: – Кстати, ты действительно собираешься сражаться с Казумой?

Аяно немного растерялась, но все же ответила честно:

– Кто-то должен. Я вряд ли смогу победить. Просто потяну время.

– Не усердствуй слишком сильно. Нет ничего позорного в том, чтобы проиграть такому человеку.

– Я знаю. Я не собираюсь ставить на кон свою жизнь. Кроме того, со мной этот ребенок.

Она погладила тихо стоявшего позади Рена по голове. Мальчик удивленно посмотрел на Аяно.

– А?.. Я тоже буду драться?..

Не отвечая, Аяно превратила мягкую ладонь в зловещую клешню. Острая боль пронзила голову Рена.

– Ай! Больно же, сестра!

– Нас ждет тяжелая работа, Рен!

– Ага, – кивнул юноша сквозь слезы.

***

– Так держать! – улыбнулась полицейским Кирика, когда те приветственно отдали ей честь.

Блокирующие дорогу патрульные открыли проход шириной в одного человека, через который Кирика, Аяно и Рен вошли в охраняемую зону.

– Какая основательная работа, – удивленно оглянулась Аяно.

Обычно оживленный квартал сейчас напоминал город-призрак. Мало того что не было людей на улицах, казалось, что и в зданиях никого нет.

Кирика едва заметно пожала плечами.

– На самом деле мы эвакуировали не так уж много людей. Большинство сами почуяли неладное и убрались подальше.

– Неладное?

Аяно нахмурилась, почувствовав в дуновении ветра запах гнилой рыбы. Асфальт казался странно тягучим. Словно когда отрываешь ногу от земли, к подошве тянутся тонкие липкие нити. Возможно, из-за гниющей земли деревья накренялись под опасным углом от малейшего дуновения.

– В наше время часто говорят, что люди – животные, которые потеряли основные инстинкты. Но, судя по всему, все же не до конца. Кстати, не странно ли, что никто из зевак или репортеров не сунулся сюда исследовать это место?

– Теперь да, мне кажется, что весьма и весьма.

Аяно вспомнила момент, когда они проходили через полицейский заслон. Контрастируя с тяжелой атмосферой на посту, улицы были абсолютно пусты. Случайно это заметить практически невозможно, но если подумать, то всё кажется странным. В самом центре Икэбукуро стоит заслон полицейских, а вокруг никакого шума и гомона. В обычный день такого не увидишь.

(В обычный день, ага...)

Аяно с горечью улыбнулась своим мыслям. Когда юки меняет мир вокруг, разъедая землю и воздух, слово «обычный» подходит с очень большой натяжкой.

То, что жители смогли ощутить и сбежать от опасности, оказалось магам на руку. Теперь им не придется волноваться о свидетелях и возможных жертвах, можно будет драться в полную силу.

Она усмехнулась про себя и направилась в центр охраняемой зоны. Там виднелась маленькая церковь. Возможно, сейчас она являлась теневым отражением самого святого места на земле.

Приготовления к битве были закончены. Десять магов окружили церковь – не проскочил бы даже муравей. Почувствовав присутствие Аяно, Масаюки обернулся.

– Аяно-сама, Рен-сама, пожалуйста, не вмешивайтесь в операцию.

– Знаю.

Аяно нетерпеливо махнула мужчине рукой, слушая его очередное напоминание.

Адепты сосредоточено ожидали сигнала Масаюки. Он знал, что Мисао внутри, но не собирался тратить время на её поиски.

Маг планировал сжечь церковь целиком.

Если десять членов клана Каннаги создадут пламя одновременно, подобное строение будет уничтожено еще до того, как загорится.

Главное, чтобы на этом всё и закончилось. Если она выживет, они будут следовать плану: загонят ее в парк и там испепелят.

О каких либо неувязках не может быть и речи. Каждый твердо верил в победу.

– Что ж, начи… Только Масаюки собрался подать сигнал, как дверь церкви с

пронзительным скрипом стала медленно открываться. Тот сразу остановился, внимательно наблюдая за происходящим... Внутри невозможно было ничего разглядеть – тьма без малейшего проблеска света.

Вдобавок темнота стала поглощать свет. Какая-то темная фигура появилась в пространстве, куда падали бледные лучи.

Фигура оказалась одетой в кимоно цвета воронова крыла – то была девушка с черными волосами в траурных одеждах. Темный силуэт посмотрел на группу людей.

– Ты… Мисао?..

Масаюки со стоном назвал имя дочери. Громадная юки, окружающая молодую женщину, продолжала заполнять и заражать пространство вокруг.

– Приветствую всех присутствующих. Кстати, отец, я рада видеть, что у тебя по-прежнему крепкое здоровье.

Мисао изящно поприветствовала их, подкрепляя свою искренность мягкой улыбкой.

Но любой, кто знал девушку, заметил бы что-то неправильное. За последние десять лет она никогда так не улыбалась в присутствии Масаюки.

Конечно, Масаюки даже не заметил этого. Мисао, женщина, которая не способна стать бойцом, казалась ему бесполезным существом, не заслуживающим внимания.

Сердито уставившись на безмятежно улыбающуюся дочь, Масаюки заорал в сердцах:

– Замолчи! Такое грязное презренное существо не достойно называть меня отцом!

На мгновение улыбка в глазах Мисао исчезла, но через секунду доброжелательная маска снова вернулась на ее лицо.

– Сожалею, что была настолько груба. Кстати…

Мисао оглядела присутствующих: – Где Казума-сан?

– Этот парень уже уволен! – торопливо ответила Аяно. – Он способен быть только на подхвате. Мы не собираемся нанимать того, кто не планирует взаимодействовать с нами. Это не благотворительная работа.

Бросив взгляд на девушку, которая, казалось, ждала, чтобы сказать это, Мисао растянула губы в улыбке.

Брови Аяно взметнулись вверх. Даже если это длилось всего мгновение, она увидела, что скрывается за той улыбкой.

Это было осмеяние, выражение презрения, с которым смотрят свысока на других. Такое непозволительно адепту побочной семьи, особенно тому, кто путается с демонической сущностью.

– Что смешного?.. – с нажимом спросила Аяно.

– Ваше отношение к нему, госпожа Аяно, слишком предвзятое, – ответила Мисао, все еще улыбаясь.

Аяно сделала шаг назад, принимая боевую стойку. Испуганный Масаюки едва успел отскочить.

Игнорируя выпад, Мисао улыбнулась и сказала:

– Забота Казумы-сана обо мне заставляет вас ревновать? Убийственная аура затопила все вокруг, но Мисао не сделала не малейшей попытки отступить. Непонятно, была ли она уверена в победе или не могла рассуждать здраво. – Очень хорошо... Кстати, мы должны свести счеты с прошлого раза.

– Вот как… А я что-то не могу припомнить такого.

Столкновение было подобно скрещиванию мечей. Один только обмен взглядами создавал такое напряжение, что, казалось, все взорвется от одной искры.

Аяно спокойно призвала Энрайху, сияющее золотом пламя разогнало ближайшую юки.

Видя, что между девушками назревает столкновение, маги побочной семьи заволновались.

– А… Аяно-сама. Оставьте Мисао нам… Масаюки поторопился остановить Аяно, но притих под воздействием смертоносной ауры. Всё же, их уровни слишком различались.

Не было никого, кто мог бы остановить их. Каждый присутствующий думал об этом.

– Извините, сожалею, что вынуждена отвлечь, когда вы двое так заняты, – как ни в чем не бывало вклинилась Кирика с прижатым к уху телефоном, который недавно беззвучно завибрировал. – Ягами Казума появился. Он приближается с направления главной дороги.

Аяно вздрогнула от услышанного. Увидев такую реакцию, Масаюки облегченно вздохнул. – Аяно-сама…

– Сама знаю.

Держа Энрайху поднятой, Аяно оглядела Мисао еще раз. Женщина только самодовольно приподняла подбородок и победно усмехнулась, заметив наморщившийся лоб Аяно.

(Еще есть время убить ее…)

В какой-то момент Аяно всерьез думала об этом. Но теперь, когда она успокоилась, личные мотивы отошли на второй план.

– Масаюки-сан, пожалуйста, действуйте, как было запланировано. Инспектор Тачибана, я не прошу вас драться с Казумой, но, пожалуйста, поддержите духовный барьер. Хорошо?

Раздавая команды одна за другой, Аяно перевела глаза на Рена.

– Пошли, задержим Казуму!

– Да… – кивнув, беспомощным тоном Рен, опустив глаза. Аяно потянула мальчика за собой, не особо заботясь об его мнении. ***

– Кажись, я опоздал. Все уже началось? – пробубнил Казума, свернув за угол, и продолжил бег по пустым улицам.

Он заметил «приглашение» Мисао, но на час позже Каннаги и полиции. Не было никакой особой причины. Он просто заснул.

Даже с учетом того, что он выпрыгнул из кровати немедленно, как только почувствовал юки, нельзя отрицать тот факт, что он опоздал. Хорошо хоть, что это происходило рядом с отелем, который он использовал в качестве базы для поисков.

(Кстати, у меня под самым носом… Я не уверен, кто стоит за этим, но он хорош.)

Размышляя о настоящем враге, который еще не проявил себя, Казума увеличил скорость. Возможно, из-за плохой кармы ему не удалось достичь места назначения так легко.

Две тени встали перед Казумой, блокируя путь. Прищурив взгляд, он опознал их и скучающе вздохнул.

– А, это вы.

Услышав его разочарованный голос, невежливо парировала Аяно в той же манере:

– КРАЙНЕ извиняюсь за то, что это мы.

Она держала Энрайху в руке, ее намеренья были ясны, как день. Кроме того…

– Что здесь забыл Рен? – А ты как думаешь?

Аяно хлопнула раскрытой ладонью по голове горько улыбающегося Рена. Громкий шлепок эхом разнесся по улице.

– Очевидно, мы работаем вместе, чтобы побить тебя! – воскликнула с энтузиазмом Аяно, но Рен немного отступил, чтобы девушка его не видела, и энергично замотал головой.

Казума решил на время забыть о Рене. Посмотрев на Аяно, которая казалась готовой начать сражение в любой момент, Казума уверенно усмехнулся.

– Ты уверена, что хорошо подготовилась?

Сильнейшее ки окутало Аяно.

– Ах… Внушает ужас. Казума просто стоял, но уже был достаточно страшен.

Девушка оказалась совершенно не готовой – против него нет и шанса на победу. – Даже если так, я должна! Больше некому!

Попытавшись отбросить все страхи и колебания, она подняла Энрайху, призывая всю доступную энергию. Она опустила лезвие вниз со всей силы.

– Получи! КАЗУМА!

Массивный поток плазмы вспыхнул в воздухе и набрал скорость. Глядя на быстро приближающийся огонь, Казума небрежно взмахнул рукой.

Кулак, опутанный ветром, послал воздушную волну наперерез. Жгучее пламя развернулось на девяносто градусов и проделало огромную дыру в здании.

(Как я и думала, атаки с расстояния бесполезны…)

Аяно, плотнее сжав Энрайху, решила перейти к ближнему бою. Она постепенно сокращала расстояние между ними, собираясь прыгнуть прямо к Казуме, как он вдруг расслабился и сделал шаг назад.

– Жаль делать это, когда ты так раскочегарилась, но я спешу. Поиграю с тобой в другой раз!

Выдав эту самодовольную реплику, Казума призвал ветер, взмыл в небо… и исчез. Манипуляции с плотностью воздуха вызвали изменения в преломлении света, что создало эффект невидимости.

– А?!

Рен, стоявший сзади, издал удивленный звук, но Аяно уже видела этот трюк раньше и придумала метод противодействия.

– Хмф… Она медленно подняла Энрайху.

– Думаешь, один и тот же трюк… Как адепты ветра используют потоки воздуха для наблюдения, так адепты огня способны замечать повышенную температуру. Аяно не могла потерять из виду источник в два раза теплее окружающего воздуха. – …сработает дважды?!

Заряд плазмы на высокой скорости отправился прямо в Казуму. На его счастье, воздушный щит отразил взрыв. – Ничего себе!

Казума внезапно появился в воздухе. Потеряв защиту ветра, адепты ветра, естественно, не могли парить в воздухе… и, конечно же, падали. – Оп-па!

Казума успел восстановить контроль над ветром прежде, чем грохнулся на землю. Его тело приняло вертикальное положение, и он мягко опустился на ноги.

Смотря на гордую Аяно, Казума вздохнул и принялся читать нотации:

– Разве я уже не говорил? Если есть время на изучение мелких трюков, лучше иди и практикуйся с мечом.

– Не важно. Всё равно довольно полезный приемчик, кстати.

Аяно положила Энрайху на плечо и гордо улыбнулась. – Разочарован, что твоя техника не сработала?

– Да нет… Но что ты собираешься делать теперь?

Аяно уже вернула Казуму на землю, теперь можно было использовать Энрайху для прямой атаки.

При условии, что она сможет ударить его… С ее способностями она вряд ли сможет достать Казуму. Разрыв в силе

слишком велик, чтобы компенсировать его упорством или решимостью. Однако спокойная улыбка Аяно не исчезла.

– Думаешь, я прошла против тебя, не обдумав все заранее?

– Да. Тобой всегда движут животные инстинкты.

Казума ответил незамедлительно. На виске Аяно вздулась венка. – Почему ты!.. Ладно, смотри!

Аяно схватила рукой кое-кого сзади себя и поставила перед Казумой.

– Непобедимая техника! Рен-барьер!! (Минутку…)

Время на секунду остановилось и снова двинулось вперед.

Казума выпустил воздух из легких и с жалостью посмотрел на девушку.

– Так или иначе, объясни, что за хрень ты придумала.

– Хе-хе-хе, каким бы злым и бесчеловечным ты ни был, сомневаюсь, что ты сможешь причинить Рену боль. Пока меня защищает Рен-барьер, я не проиграю, даже если не смогу победить, – уверенно продекламировала Аяно, скрываясь позади Рена, поднятого над землей за воротник.

Глядя на эту сцену, Казума с огорчением пробормотал:

– Как бы это сказать, тебе не кажется, что это недостойно следующего Главы клана Каннаги?..

– Я тоже… в замешательстве… – тихо пробормотал Рен, болтаясь в воздухе как постиранная кукла на веревке.

– Заткнись! Я сделаю всё, что нужно для победы! – смущенно крикнула Аяно.

– Нет, ты все еще не можешь победить. Ты просто пока не можешь проиграть.

– А… все равно. Если ты думаешь пробиться через Рен-барьер, попытайся!

– Ладно.

Казума непринужденно выпустил ветряные клинки, которые, как бумеранг, облетели по дуге Аяно и ударили сзади, лизнув по обеим рукам.

– Кья!

Хотя они не задели кожу, оба рукава оказались в лохмотьях. Этого было достаточно, чтобы от неожиданности она уронила Рена.

Рен быстренько отошел подальше, чтобы Аяно не могла до него дотянуться. Ему в самом деле расхотелось ей помогать.

– Эй, а ну стоять!

Аяно попыталась сцапать Рена, но… Вжух!

Ветряные клинки пролетели прямо у нее перед носом, заставив замереть.

Она невольно посмотрела под ноги и заметила, что поверхность асфальта разрезана прямо перед ее туфлями. Холодок пробежал у нее по спине.

– Хорошо, я кое-что понял. Ты просто пытаешься тянуть время, не так ли?

Аяно застыла, ее намеренья оказались раскрыты. Казума произнес холодно:

– Я уже говорил, что тороплюсь. Если и дальше будешь валять дурака… ты покойник.

Словно получив толчок от жажды убийства, Аяно из всех сил рванулась в сторону. Ветер рассек пространство там, где она только что стояла.

Это не было угрозой или атакой, чтобы просто оглушить. Клинки были нацелены на то, чтобы разрезать человека пополам.

(Он что, настроен серьезно…?)

Дрожь пробежала по спине у Аяно. Она поймала цель глазами, каждый нерв в теле девушки был сфокусирован на враге перед ней.

Для нападения Казуме не нужно время на подготовку. Он мог нанести удар, не пошевелив даже пальцем. Уклониться от пули было проще, чем от такой атаки.

Аяно, наплевав на бесполезную сейчас защиту, помолилась богу, чтобы не получить смертельное попадание, и рванула напрямик.

Беспрерывно выпускаемые ветряные клинки продолжали гасить пламя, окружающее ее тело. Даже не пытаясь уклоняться, она приблизилась к Казуме на самую короткую дистанцию.

(Я подобралась вплотную!)

Вблизи меч наносит удар быстрее, чем магия.

Магия – это реализация намерений. Чтобы что-то сделать, нужно чтобы мозг подал сигнал. Тело же двигается мускулами, для этого не нужно сознательного усилия. Хорошо тренированный боец наносит удар до того, как успевает осознать необходимую последовательность движений. Магическое искусство же невозможно применять с большей скоростью. Сколько ни тренируйся, физически невозможно применять Искусство на рефлексах.

Аяно рубанула Энрайхой сверху вниз, нанося мощный удар. Было бы преуменьшением описать силу меча, как просто «подавляющую». Если бы удар достиг… нет, даже если бы просто задел кого-то, человек превратился бы в головешку.

Казума переместился влево, уклоняясь от меча. Аяно повела лезвие назад, поворачиваясь вокруг своей оси, и резанула вверх по диагонали.

Казума снова ушел влево, одновременно преодолев оборону Аяно, которая открылась во время вертикального удара. Нацелившись на ее правое запястье, Казума успешно лишил ее оружия, и Энрайха выпала из руки Аяно. Будь это соревнование, можно было бы немедленно присудить Казуме победу. Но это реальная битва... И лезвие, которым владеет Аяно, – не просто бамбуковая палка.

Уклонившись от удара ладонью, нацеленного в подбородок, Аяно сфокусировала мысли на мече. Энрайха исчезла в воздухе, не успев достигнуть земли. Следом девушка начала собирать энергию в районе груди. Сжав пустую руку и сосредоточившись на горящей и пульсирующей в ней силе, Аяно в мгновение ока вновь сформировала Энрайху.

Она ринулась в яростную и внезапную атаку. Хотя Аяно думала, что неожиданность принесет ей успех, противник, казалось, ждал чего-то подобного. Казума отклонился назад, и лезвие прошло на четыре миллиметра мимо.

Казума спокойно увеличил расстояние между ними, и на его лице вновь появилась улыбка. Это, несомненно, была улыбка похвалы, хотя Аяно не поняла этого.

(Улыбайся сколько влезет!)

Намереваясь сократить дистанцию, она прыгнула прямо к Казуме. Она махала мечом в горизонтальном направлении туда-обратно, а Казума продолжал отскакивать назад. В конечном счете молодой человек оказался приперт к стене здания. Аяно зло улыбнулась, радуясь, что загнала врага в угол.

(Попался!..)

Все мышцы в ее теле напряглись, и накопленная энергия высвободилась в одну точку. Кончик меча оказался прямо перед лицом Казумы. Не было никакого способа уклониться или защититься от палящего лезвия. Аяно верила, что победа за ней.

Мощная атака прямо в это мерзкое лицо, которое всегда смеется и издевается над окружающими...

– Как… Глаза Аяно округлились, когда Энрайха намертво застряла перед ним,

словно впечатавшись в невидимую стену. Несмотря на все приложенные усилия, расстояние в десять сантиметров никак не сокращалось.

(Воздушный щит?)

Аяно не верила своим глазам. Магия духов высокого уровня может превозмочь физическое воздействие – она поняла эту общеизвестную истину очень хорошо. Но насколько сильной должна быть воля, чтобы сжать воздух до такой степени, чтобы остановить Энрайху? Просто непостижимо.

– Ну, вот как-то так, – пробормотал Казума, словно в этом нет ничего удивительного. Щит исчез в то же время.

Проходя мимо Аяно, которая от неожиданности по инерции завалилась вперед, Казума сказал невыносимо высокомерным тоном:

– Хватит на сегодня. Аяно, конечно, была очень возмущена.

– Хватит на сегодня? Это тебе не тренировка!

– Я и без того долго подыгрывал, так ты еще и жалуешься?

– Мы не закончили.

Аяно быстро взяла себя в руки и направила Энрайху на Казуму.

– Ты останешься со мной, пока с Мисао не разберутся. Эта проблема должна быть решена нашими собственными людьми.

– Можешь не заморачиваться. Очень скоро тебе о тех больше не придется беспокоиться.

– Что ты имеешь в виду?

В ответ на вопрос Казума молча поднял три пальца.

– Три? Что?.. Не отвечая, Казума загнул безымянный палец.

– Два.

Следом, опустил средний. – Один.

Последний. Казума загнул указательный палец с легкой усмешкой на лице. Бам!

Сопровождаемый взрывом, черный как смоль столб пламени взметнулся в небо.

***

– Что… Аяно со страхом уставилась на столб пламени.

Черного пламени.

Не просто с черным дымом, который, например, образуется при горении тяжелых фракций нефти, – сам огонь был черного цвета.

– Это… Мисао?..

– Кто еще смог бы создать пламя, полное демонической силы? Или стиль Каннаги несколько изменился с тех пор, как я уехал?

Голос Казумы был серьезен. Возможно, он действительно хотел получить ответ на свой вопрос.

– Я таких не знаю, – грубо ответила Аяно.

Конечно, Казума не обиделся, лишь равнодушно пожал плечами и собрался уйти.

– Подожди!

Казума покорно остановился.

– В чем дело? Желаешь смерти кому-то из тех людей? Тогда я не против постоять немного. Ждать придется не больше трех минут.

Аяно понадобилось время, чтобы понять, что он имел в виду. Рен сообразил быстрее:

– Мисао действительно настолько сильна? Десять человек не смогут ей противостоять?

– Шесть.

Казума скорректировал счет.

– А?

– После того взрыва четыре человека исчезли. Рен пораженно замолк. Аяно же взревела: – Ты должен был сказать раньше!

– Могла бы сообразить раньше!

– Ты…

– Успокойся, сестра.

Рен напрасно попытался успокоить готовую взорваться Аяно, обвиняющее посмотрев на брата.

– Брат. Почему ты просто не можешь поладить с сестрой?

– Как поладить? Наши цели сейчас полностью отличаются. Она мне не друг.

– Ты что, всё еще хочешь спасти Мисао?!

– Да.

Казума утвердительно кивнул Аяно, которая смотрела на него широко открытыми глазами. – О чем ты думаешь?! Она убила столько людей!

– А что тут такого? Я не собираюсь сожалеть о смерти незнакомцев! – непринужденно обронил Казума и ушел, не дожидаясь из реакции.

Аяно кинулась вдогонку.

Парк был недалеко. Бегом можно было выиграть секунд десять, не больше. Однако этого более чем достаточно.

(Найти ее и решить все одним ударом!)

Она была полностью уверена в себе. Как бы ни стала сильна Мисао, все равно она не сравнится с главной семьей. Один удар Энарйхи – и Мисао нет.

Аяно добралась до парка. Она перепрыгнула забор у входа и оказалась на площади. Искать Мисао не пришлось. Та стояла прямо в центре площади. Хотя молодая женщина была окружена, на ее лице не отражалось и признака беспокойства. Наоборот, казалось, это маги дрожат от страха.

Сейчас не время церемониться с «делами чести» Оогами. Аяно, собираясь быстро покончить с Мисао, отодвинула магов, окруживших Мисао, в сторону – и обомлела.

Мисао даже не заметила ее появления, она счастливо игралась с резиновым мячиком. С безмятежной улыбкой она мягко вела его на высоте талии. Группа с напряжением наблюдала за этими манипуляциями.

При более внимательном рассмотрении резиновый мяч показался очень старым и изодранным, его поверхность была желтоватая, как земля. Серо-черные нити вились вокруг него в большом количестве, напоминая колышущуюся бамбуковую бахрому. Эти нити были похожи на волосы.

(Это случаем не?..)

Когда до Аяно дошло, что это за мяч, ее тело покрылось гусиной кожей. Она поднесла руку ко рту, пытаясь сдержать рвоту.

Грязные черные нити – это волосы человека чуть старше пятидесяти. Красные полосы на желтом лице – это потеки крови на коже жертвы. Мяч, с которым игралась Мисао, был головой мертвого человека.

Лицо того, кто планировал убить собственную дочь ради выживания семьи, теперь скакало между землей и белыми мягкими ладонями.

Бдам… бдам… бдам… Звук с которым отскакивал «старый мяч» был нехарактерно тяжелым.

Каждый раз, когда голова ударялась о землю, на лице Масаюки появлялись новые повреждения.

Здравый смысл утверждает, что нельзя играть человеческой головой как мячиком. Нечто сверхъестественное приводило её в движение против законов физики.

– Мисао… У Аяно не нашлось слов. Да и что можно сказать девушке, радостно играющей с головой собственного отца?

Мисао старательно отбивала «мяч» перед глазами собравшихся. Все наблюдали затаив дыхание.

Если бы у этих действий была цель, все выглядело бы гораздо лучше. Будь это попыткой выразить гнев, желанием заставить врага боятся ее силы или частью магического ритуала – сошло бы любое объяснение. Но, увы. Любой оценил бы её поведение как бессмысленное.

Она вела себя как ребенок. Дети кидаются скомканными бумажками, а Мисао – головой отца.

Она вдруг с силой ударила по «мячу» и поймала его в руки на уровне груди.

– И что теперь?

Никто не понял ее бормотание. Но все же ответ прозвучал.

– Трудно назвать это быстрым, но я все-таки примчался сюда. Как по команде все повернулись в одну сторону.

Расслабленное лицо не дрогнуло под вперившимися взглядами. Даже при том, что он обладал силой, о которой можно только мечтать, его поведение было более спокойным и уравновешенным, в отличие от остальных. Его самодовольной ухмылки было достаточно, чтобы рассеять демоническую ауру, исходящую от Мисао.

Естественная, словно воздух, но при этом господствующая сила окутывала его. Как воплощение несгибаемого «я», там стоял человек по имени Ягами Казума.

– Похоже, я явился как раз к кульминации.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Храбрость и самопожертвование

С самого начала «он» наблюдал за всем с неба, появляясь на короткие интервалы в мертвой для обзора зоне. Его присутствие не было обнаружено даже самыми лучшими адептами ветра. «Он» был доволен. Все шло по плану. Его «пешки» делали то, что он хотел, считая, что сами принимают решения.

Словно Бог, «он» смотрел на всех сверху, упиваясь чувством превосходства. ( Какая удача, найти такой полезный инструмент .)

Огами Мисао – глупая девчонка, которую он заполучил. Ослепленная ненавистью пешка, которая с трудом открыла путь к «тому» человеку. «Он» благодарил звезды за такое везение, ибо «они» не поклонялись ни богам, ни демонам.

А ведь вначале это казалось не более чем забавной игрой. Предложил помочь с ее глупыми, по-детски наивными планами отомстить за небольшую цену. Такая благотворительность была его любимым хобби. На ее лице было такое забавное выражение, когда он озвучил свои условия.

Но сейчас все это перестало быть бессмысленным развлечением потому, что Мисао стала клинком, способным убить «того» человека.

( Ягами Казума… Я смогу устранить этого нераскаявшегося грешника своими руками. Что может быть прекраснее, чем это.)

Имея такую пометку об успехе в послужном списке, «он» сможет занять более высокое положение. На него будет непрерывно литься дождь похвал, зависти и восхищения… Будущее, полное славы и почета…

Это не просто мечта или фантазия. Это «завтра», которое непременно наступит. Оно уже сейчас разворачивается перед его глазами.

Конечно, силы, которой он владеет сейчас, недостаточно, чтобы победить того монстра «в лоб». Но победа все равно будет за ним. Казума не сможет заставить себя убить Мисао, даже если его мощь позволяет ему сделать это. Кроме того, скоро Мисао должна достичь завершающей стадии.

( Давай, Мисао… осталось немного …)

Он нежно и с любовью улыбнулся девушке, вступившей на дорогу разрушения.

… Наконец-то… Сквозь красные губы вылетает возбужденный счастливый возглас. - Мне кажется, сейчас самое время.

- Я не знаю, как к текущей ситуации относишься ты, но не пора ли уладить некоторые вопросы?

Он продолжил, кивнув в сторону Казумы.

- Мне, конечно, все равно… Но разве ты не собиралась убить «этого человека»?

- А, ты имеешь в виду его?

Мисао опустила глаза, чтобы посмотреть на голову отца, которую держала в руках.

- Разве неправильно, когда отец мстит за сына? Но, ты не только не согласился помочь, а даже решил убить собственную дочь – меня. Так что я решила просто отнять твою силу - вот так.

Что-то подобное энергетическому щупальцу протянулось из руки Мисао к голове Масаюки. Кожа на лице быстро сморщилась, волосы поседели и стали исчезать. В несколько секунд отрубленная голова превратилась в засохшую мумию.

- Глупый отец.

Мисао стало трудно удерживать голову. С раздражающим пищащим звуком голова Масаюки развалилась на куски. Эти куски рассыпались в пыль и разлетелись по ветру, не достигнув земли.

- Давай, отец. Стань со мной одним целым. Отомстим за брата вместе? Поглотив отца – жизненную силу главы клана Огами – юки Мисао стала лавинообразно увеличиваться.

- Ох! - Уа-а...

Выжившие адепты застонали. Даже Аяно подняла руки, принимая защитную стойку.

Ненормально сильная юки. Ненормально сильная, к тому же злая. Ком энергии состоял из сотен поглощенных жизней – бесчисленных и озлобленных душ. Его в каком-то смысле можно считать разумным.

- Кто хочет, может уйти!

Аяно поспешно предупредила адептов. Против такой огромной юки представители побочных семей будут бесполезны.

- Но… Но… Аяно крикнула, подгоняя колеблющихся: - Отступайте!

Маги переглянулись.

- Мы повинуемся полученным указаниям госпожи Аяно.

осторожностью заявив, что следуют приказу, они торопливо убрались

- места действия.

Тем временем юки Мисао стала собираться в какое-то образование. В энергии, в которой, казалось, можно расслышать полные ненависти голоса жертв, духи огня проявились в виде черного пламени.

(О, довольно быстро.)

Черный огненный сгусток над головой Мисао произвел на Аяно впечатление.

Мисао быстро вытянула правую руку в направлении Казумы. Следуя жесту, шар сорвался с места и устремился к цели.

Казума, не сдвинувшись ни на дюйм, спокойно смотрел на приближающийся шар. Затем…

Послышался звук взрыва и чернильное пламя окружило мага воздуха. Мисао искренне улыбнулась. Но на лицах Аяно и Рена не дрогнул ни один мускул. Пламя медленно осело, показывая, что…

На Казуме, естественно, не оказалось ни царапины. - Что дальше?

- Гр-р…

От потрясения Мисао сжала зубы и отступила на шаг. Но потом опять стала собирать юки, еще больше чем раньше.

- Дальше? Как насчет этого?

Над головой девушки появился шар из черного огня еще больших размеров, чем раньше. И не один. Два, три… Файерболы появлялись и появлялись, каждый вдвое жарче предыдущего.

- Вау! – воскликнул Рен. - Мисао действительно талантлива.

- Да уж. Сейчас заявление, что у неё нет потенциала, звучит смешно. Набравшись нужного опыта, она стала бы самым сильным адептом среди побочных семей.

Аяно хвалила талант Мисао, не предпринимая никаких защитных действий. Ее лицо было спокойно. Несмотря на сказанное, она не воспринимала Мисао как серьезную угрозу даже теперь.

Десять огненных шаров, горячих и с высоким уровнем кинетической энергии, друг за другом полетели в сторону Казумы. Находясь под полным контролем, группа файерболов выстроилась полусферой вокруг молодого человека и взорвалась. Мисао регулировала направление взрыва, заставляя всю энергию сосредоточиться в полусфере. При таком уровне жара и силе ударной волны рядовой маг был бы полностью уничтожен, даже ошметков бы не осталось.

(Это действительно неплохо. Но…)

Нет необходимости говорить, что Казума, конечно же, не был обычным магом. Он стоял в эпицентре взрыва, без труда блокируя атаку черных огней, которые постепенно рассеивались.

- Как такое может быть…

- Вот дурочка, - нетерпеливо пояснила Аяно ошарашенной Мисао. – Если бы Казуму можно было убить пламенем такого уровня, я бы его прикончила уже давным-давно.

- Сестра… Это немного…

- Хоть ты и атакуешь впечатляюще, сила атак куда слабее, чем даже у Рена. Пламенем такой температуры убить Казуму – смех, да и только!

- Как такое может быть… Этого не должно было случиться!

От такого безжалостного комментария Мисао сильно изменилась в лице и с трудом попыталась опровергнуть:

- Я стала сильнее, чем Казума-сан! Я могу победить его теперь, Ангел-сама гарантировал мне это!

- Ангел-сама?

Аяно уставилась на Мисао тяжелым взглядом. Хотя слова казались безумными, та, похоже, не шутила. «Кажется, за ней кто-то стоит, и явно с недобрыми намерениями», –

проворчала Аяно про себя.

Ангел… Какое неуклюжее прозвище. Он не может быть настоящим ангелом. Сам он так себя назвал или кто другой, то, что он это позволяет - уже постыдно.

- Что это за извращенец? - Это оскорбление, так меня называть.

Ответ вместе со смехом внезапно пришел откуда-то сверху.

Аяно резко подняла голову, чтобы посмотреть на небо. В пяти метрах в воздухе был «он».

Она пристально посмотрела на мальчишку, спускающегося с неба. - Так вот ты какой… «Ангел»…

Ему было около десяти. Золотые вьющиеся волосы, круглые изумрудные глаза, благостная улыбка. Появление произошло в ореоле мягкого света, так что мальчик выглядел как ангел с иконы. Не хватало только музыки и торжественных песнопений для соответствия канону.

- Ангел-сама!

Очень взволнованная Мисао побежала в сторону мальчика и опустилась перед ним на колени, испачкав кимоно.

- Ангел-сама, пожалуйста, подскажите мне, что делать. Как я смогу победить?

Мисао полностью сдалась на милость мальчишки, как маленький потерянный ребенок перед мамочкой.

Мальчик мягко улыбнулся и погладил ее по волосам:

- Никак.

Мисао растеряно моргнула: - А?

- Ты не сможешь победить Казуму Ягами.

Мальчик выговаривал слова очень четко. Все позади Мисао заметили, как любящая улыбка превратилась в злорадную.

- Но... Ангел-сама, вы говорили мне, что я собрала уже достаточно энергии, чтобы отомстить…

- О, так и есть.

Мальчик серьезно кивнул, потом опустил голову, чтобы посмотреть на Мисао. Та с беспокойством вглядывалась в него, все еще до конца не веря в то, что ее обманули.

- Я соврал.

От потрясения девушка не могла произнести ни слова и только смотрела широко распахнутыми глазами. Со счастливым выражением на лице мальчик спросил наигранным тоном:

- Почему это тебя удивляет? Не ты ли с самого начала не доверяла мне? «Взаимная выгода позволяет нам сотрудничать сейчас…» Мисао вдруг вспомнила это высказывание. Эти слова слетели с ее

собственных губ. Менее чем за неделю она полностью забыла об этом.

- Все правильно, мы использовали друг друга – вот что нас связывало. Но сейчас ты веришь мне безоговорочно, что же заставило тебя передумать?

- Э… это…

Мисао с трудом пыталась привести в порядок воспоминания, но… - О, кажется, ты заметила - ничего. Но ты веришь мне, почему?

Мальчик все это время нежно улыбался, соответствуя своему имени - «Ангел».

- Ты... Что ты сделал… со мной…

- Ничего особенного, просто небольшое внушение. Не беспокойся, оно сейчас рассеялось. И… еще у тебя есть кое-что мое, это я верну себе тоже!

- А-а-а!

Мисао отпрянула от руки, которую мальчик к ней протянул, как будто на кончике его пальцев был яд. Тот ласково улыбался, смотря, как Мисао рухнула на землю, дергаясь в попытке убежать. В то же время он протянул руки к небу.

- На самом деле мне не нужно к тебе прикасаться. Мальчик щелкнул пальцами.

- Ну, вспоминай. Все свои действия до сегодняшнего дня. - А?..

(Все мои действия… Чтобы отомстить за братьев, я убила более сотни мирных людей, выкачав их энергию. Но это было для мести, это было оправданно, поэтому…)

Как только она так подумала, ее мозг будто встряхнули. Разве так?

Раз это оправданно, все те люди должны позволить ей убить их и охотно расстаться с жизнью? Это невозможно.

Какие бы ни были причины, убийство – неоспоримый грех, это непростительно. - Я не помню, чтобы нанимал мертвецов…

«Нет…»

- Мне нужна лишь энергия из сотен, тысяч людей, подобных...

«Не может быть…»

- …Твоему глупому отцу…

«Ангел» беспощадно обрушивал речь на Мисао, которая пыталась сбежать от реальности.

«Нет... нет…»

- Всё верно, всех тех людей убила ты. - Не-е-ет!!

Мисао закричала.

- Нет! Нет! Это не я! Я не хотела такого!

- Но сделала. Чтобы собрать энергию, ты направляла йома и забрала жизни сотен, в том числе жизнь собственного отца.

Глаза Мисао расширились до предела. Она в ужасе подняла голову на обращенную к ней ласковую улыбку.

- А… а… а…

Она думала, что будет очень осторожна и использует его. Результат такой опрометчивости… вот он. Непонятно как, но она попала под влияние и убила сотню человек, включая собственного отца.

Довольно оригинальная месть за семью – убить всю семью в процессе. Невыразимая ирония ситуации.

- Ты упорно трудилась все это время, Мисао. Кстати… Мальчик заботливо улыбнулся:

- Твой отец был вкусный?

Ее зрачки сузились, пот залил лоб. Рот открылся в полузадушенном стоне:

- А…а… Мощная сила, превосходящая ее собственную, рвалась из груди. В

каждом биении энергии слышалось осуждение. Доказательства ее греха

очевидны, и нет способа избежать обвинений, которые льются из ее собственного тела.

-А-а-а!

Мисао сжала пальцы на груди, как будто пытаясь вырвать из себя ужасную энергию вместе с сердцем.

-А-а-а!

С красными глазами она каталась по полу, продолжая безумно кричать.

- Что ты делаешь… Аяно перевела глаза с безумной Мисао на мальчика.

- Что ты делаешь с Мисао?!

Игнорируя ее свирепый взгляд, он сказал с улыбкой:

- Не могу поверить, что кто-то жалуется на меня. Я ведь уже сказал, не так ли? Я возвращаю то, что принадлежит мне.

- Что принадлежит тебе?..

- Эта девочка, Мисао, слишком мягкосердечная, даже для мести. Она не хотела, чтобы пострадали невиновные, - радостно объяснил мальчик, услышав вопрос Аяно. - Я заблокировал эмоции, которые ей мешали. Уважение к другим, беспокойство и нежелание создавать неприятности. Большинство назвали бы это совестью или этикой.

- Что…

Аяно просто не смогла договорить.

Как низко и подло. Ведь только из-за этого Мисао без колебаний забирала чужие жизни, оправдываясь местью. Теперь, когда руки у нее уже в крови, отнятые эмоции вернулись. Мисао снова стала тем добрым и нежным человеком, который скорее сам поранится, чем причинит кому-то боль. И оказалась раздавлена чувством вины.

- Ты просто… Мальчик улыбнулся в ответ на обвиняющий взгляд и слегка наклонил голову.

- Это на самом деле очень интересно.

- Итак? Ты счастлив? Чего ты хотел этим добиться? - безразлично спросил Казума. - Приложил столько усилий и сломил человека лишь для забавы?

- Это только одна из моих целей. Мне нравится наблюдать, как гибнут люди. Хотя немногие могут заставить меня постараться, но…

Мальчик улыбнулся еще шире.

- Ягами Казума, разве уничтожение того, кто дорог тебе, этого не стоит? Улыбка мальчика стала совершенно жуткой. Аяно невольно отступила

назад, Рен спрятался за спину Казумы. Не изменившийся тон и не выражение лица, а невыразимая злоба в сказанных словах заставила этих двоих, отнюдь не пугливых людей, почувствовать страх.

Казума дернул бровью.

- Мы встречались ранее?

- Это первый раз, когда мы встречаемся лицом к лицу. Но я… мы не забывали ни на секунду. Ты должен понимать, то, что ты стоишь здесь, живой, само по себе недопустимо.

Ругань мальчика не заставила Казуму отвлечься от темы.

в Я озадачен тем, что ты пытаешься донести… - сказал Казума с очевидной насмешкой. - Я пересекался с таким количеством людей, что всех и не упомню. Расскажи-ка подробнее.

в Не можешь вспомнить? Это хорошо. Такой как ты не должен знать благородное имя нашего хозяина. Хорошо, что ты не помнишь.

Мальчик вернул ядовитую насмешку Казуме.

в Но поскольку я великодушен, я скажу тебе свое имя! Меня зовут Михаил! Михаил Харэй!! Во имя звезд и мудрости я сейчас уничтожу нашего врага – Ягами Казуму!

Лицо Казумы утратило всякое выражение и застыло подобно маске. Он посмотрел на мальчика, произнесшего свое имя с такой решительностью.

в Во имя звезд и мудрости…

Через несколько секунд Казума прикрыл глаза. В некотором роде именно эти слова сделали его таким, каким он является сейчас. Четыре года назад… Тот день, когда он на своей шкуре уяснил, что иногда отсутствие силы равнозначно преступлению. «Тот» человек певуче объяснил ему эту мысль. - Я ищу только истину…

В руке он держал сердце девушки, которую Казума хотел защитить, но не сумел.

Когда молодой человек снова открыл глаза, на его лица была уже обычная высокомерная улыбка. Но…

Рен, стоявший позади, разжал руку, которой держал его пиджак, и отступил. Аяно развернулась так, чтобы одновременно видеть и Казуму, и Михаила.

- А-а… вот, значит, что.

Казума улыбнулся одними губами.

- Я понял. Хочешь пойти по стопам хозяина?

В следующий момент ки Казумы вырвалась наружу. - А-а-а!

- Уа-а-а!

Во много крат сильнее и шире, чем раньше. Давлением ки, словно ударной волной, Рена отшвырнуло в сторону.

- Одну... Минуточку… это… Аяно была очень напряжена. Такую концентрацию силы она не видела, даже когда Казума боролся с Рюйей.

(Что же это такое?!..)

Отвечая ки, разъяренно взвыл ветер, сворачиваясь в воронку с невероятной концентрацией энергии.

- Замечательно. Позволь мне помочь тебе. Попроси дьявола о благословлении, когда ты последуешь за своим хозяином в ад!

Выпущенные на волю ветряные клинки устремились к Михаилу со страшной силой.

- Как наивно.

Мальчик холодно улыбнулся, исчезая до того, как лезвие ветра его достигло.

- Черт! Телепорт?

И, как будто отвечая Казуме, раздалось эхом в сознании:

- Я не сбежал, в этом нет нужды. Почему, ты думаешь, я появился перед тобой? Потому что я тебя не боюсь… Потому что я собрал достаточно энергии, чтобы убить тебя!

Пока звучала эта фраза, куски слизи просочились сквозь землю на поверхность.

- Как ты теперь понимаешь, это не энергия Мисао. Она совершенно не способна управлять таким большим количеством энергии. Весь контроль над ней лежит в моих руках.

- Мисао?..

Никто не заметил, что крики Мисао стихли. Аяно огляделась и обнаружила ее лежащей на земле, словно труп. Ее грудь медленно вздымалась, но никаких других признаков жизни не было. Тело было неподвижно, открытые глаза – абсолютно пусты. Куски слизи перетекли вперед и окружили его. В мгновение ока девушка оказалась под полупрозрачной горой.

- А..

Сначала изменился цвет. Исчезла прозрачность, поверхность стала светиться металлическим блеском. Колышущееся мягкое нечто стало вызвать ассоциации с гигантским столбом ртути.

Затем изменилась форма. Кусок слизи, сидевший неподвижно, словно булочка, отрастил четыре ноги и поднял гигантское тело, потом голову, вытянул хвост и, в завершение, обзавелся крыльями.

Внешний вид продолжал претерпевать метаморфозы. Изначально похожая на глиняную детскую поделку субстанция стала принимать вполне конкретные черты. На ногах появились лапы с острыми когтями. Кожа покрылась чешуей. Скелет с крыльями, головой и хвостом приобрел логичную с точки зрения биологической эволюции форму. Изменения не заняли и тридцати секунд. За это время полупрозрачная слизь превратилась в огромного серебряного дракона.

Аяно бессознательно пробормотала:

- Почему слизь превратилась в дракона?

- Ты слишком много играешь в компьютерные игры, дурочка, - тотчас опроверг ее высказывание Казума. – Она просто приобрела такую форму для сражения. Это ненастоящий дракон.

То есть, это просто имитация. Форма дракона не имеет большого значения. Независимо от внешности, в основе был человек, которого окружила слизь. Одиночная слизь – мусор, но в большом количестве они формируют магическую структуру. А объединение различных структур друг с другом может образовать более сложную и большую систему. Систему настолько великую, что она сможет контролировать массив энергии, собранный Мисао.

- Ха-ха-ха! Как тебе, Ягами Казума! Сможешь ты победить этого «Вритру»1, которого я создал?

1 Вритра – в индийской мифологии змееподобный демон хаоса, противник Индры, преградивший течение рек

Голос Михаила пришел со стороны спины гигантского дракона... Его маленькое тело было более чем наполовину погружено во Вритру.

- К тому же, если ты победишь его, Мисао умрет.

Бросив это, он полностью слился с телом Вритры. Стоявший как статуя дракон начал двигаться.

- ГР-Р-Р… Гигантская пасть издала низкий гул. Крылья расправились. Голова гордо поднялась к небу.

- УР-Р-Р!..

Гигантский дракон громко заревел, будто бросая вызов небесам. Грубый рев, изначально похожий на звон сломанного колокола, постепенно становился звонче. На самом пике звук стал напоминать голос Михаила.

Убить противника до начала действий… Обычно Казума мог сделать такое без колебаний, но сегодня другая ситуация. Он посмотрел на серебристо-белого дракона. Судя по его взгляду, нападение пока не планировалось.

- Итак, что делать… Казуме, который говорил сам с собой, ответил голос Аяно. - Ты все еще намерен спасти Мисао?

- Да, – не сомневаясь ни мгновения, ответил Казума.

Аяно хмуро посмотрела на него. После прояснения ситуации, она больше не злилась на Мисао, но…

- Послушай, даже если ты и не нуждаешься в том, чтобы я это говорила… Но, учитывая ситуацию Мисао, ты не думал, что она была бы счастлива умереть?

У нее теперь нет ничего и никого. Все отнято Хьюэ, Михаилом и Казумой. В груди у Аяно все сжималось, стоило ей лишь вспомнить о том крике. Возможно, Мисао удалось бы спасти из лап Михаила. Но было ли это то, чего она хотела? Даже если она выживет, всё, что ждет ее в будущем – это дни, наполненные чувством вины.

- Возможно и так!

Аяно, естественно, ожидала, что он рассердится, но Казума неожиданно согласился. - Но даже если так…

Рот набит землей, он поднимает голову, чтобы взглянуть на ту спину… Крошечное тело не прекращает дрожать, но девушка разводит руки в

стороны, закрывая его собой.

- Пожалуйста, остановитесь! Это уже слишком!..

Ее тон говорил о том, что она вот-вот разразится слезными мольбами. Но даже если она права… нет, именно потому, что она права, другие это не примут – таков приговор. Девушка не отступала, хотя все смотрели на нее обвиняюще. Только крошечная спина дрожала. Это выжглось в его памяти десять лет назад.

- Даже если так, я надеюсь, что она будет продолжать жить… Казума пробормотал это себе под нос так тихо, словно молясь, что Рен и

Аяно стали сомневаться, правильно ли они расслышали. Особенно Рен.

Он, забывшись от потрясения, даже уставился на Казуму с открытым ртом. Казума посмотрел на своего ошарашенного брата.

- Что? Это странно?

- А?.. Нет-нет, совсем не странно.

Рен поспешно помотал головой. Одновременно он посмотрел на тихую Аяно, на лице которой было сложное выражение.

- Что? - почувствовав его взгляд, невежливо спросила Аяно. - Ни... Ничего… Совсем ничего.

Аяно повернулась спиной к запинающемуся Рену, посмотрела на Казуму

и спокойно спросила:

- В этом нет ничего неправильного. Давай спасем ее! Я буду действовать согласно твоим указаниям.

- Хорошо, - Каузма кивнул, словно это само собой разумеется. Аяно слушала его, не испытывая злости.

- И что же мы можем сделать? Мы не знаем, где Мисао, и я не могу сжечь эту штуку целиком. Пройтись по краям?

- Зачем так сложно… В такие моменты стоит использовать огонь очищения. Если ты сожжешь всю юки, всё, что останется, будет Мисао, не так ли?

- Я не могу провернуть такой фокус.

- А?..

Казума уставился на Аяно, оторвав взгляд от Вритры. Он казался не на шутку шокированным.

- Что ты сказала?

- Я говорю, я не умею использовать такую высокоуровневую технику, когда сжигается только юки.

Беспомощно поглядев на девушку некоторое время, Казума с надеждой посмотрел на Рена. Тот поспешно помотал головой. Казума глубоко вздохнул и ворчливо выдал:

- Бестолочи…

- Ну уж извини.

Аяно хмыкнула и отбросила за спину волосы, щекотавшие щеку.

- Черт! Был бы здесь мой старик, все можно было бы легко сделать… И почему его вечно нет рядом в такие критические моменты?

- Ты о чем? Он в больнице по твоей вине, помнишь? - Брат, нехорошо так говорить. Их слова пролетели мимо ушей Казумы.

- Ох, ладно. Нет смысла жалеть о том, чего нет. Обойдемся тем, что есть

– начинай жечь его по краям! Как только прозвучали эти слова:

- Вы закончили свою маленькую дискуссию? – насмешливо раздалось откуда-то сверху.

Подняв головы, они увидели гигантскую морду дракона размером с грузовик, смотрящую на них. Его глаза были зелеными, похожими на глаза Михаила. Этот изумрудный блеск зрачков серебристо-белого гиганта несомненно доказывал, что тот находится под полным контролем темного мага.

- Пора бы уже начать.

- Все уже давно началось, идиот.

Слова и лезвия ветра ответили на насмешку одновременно. Скорость удара не позволила Вритре среагировать и отрезала ему оба крыла. Отрезанные крылья отвалились кусками прозрачной слизи. Упав на землю, они перетекли к ногам дракона и вновь втянулись в тело. Через несколько секунд крылья вновь вылезли на спине дракона.

- Как грубо. Говоря совсем не о том, Михаил неторопливо объявил:

- Я так терпеливо вас ждал, ребята. А вы начали атаку даже без предупреждения. Как подло и неспортивно.

- О, ты мне льстишь, – скромно ответил Казума. Выглядел он серьезно. Слово «подлый» прямо ласкало его слух.

- Теперь моя очередь!

Вритра втянул воздух. И, как будто у него действительно были легкие, его грудь начала стремительно раздуваться. За прозрачными, словно кристаллы, зубами появились искры огня. Дракон выдохнул. Языки черного пламени накрыли то место, где стояли эти трое.

- Дракон может дышать огнем. Эта штука в самом деле ведет себя словно настоящий дракон, - пробормотал Казума, отлетая назад.

Вритра повернул за ним голову и снова выдохнул. Языки черного пламени воспламенили воздух чуть позади Казумы.

- Какой настойчивый!

Казума горизонтально взмахнул правой рукой, и ветер сдул огонь в непосредственной близости от него. В то же время восходящий ветер апперкотом ударил в подбородок Вритры. Клац, рот дракона закрылся, вздох прервался. Казума неторопливо опустился на землю.

- Ты действительно думал, что этим можно меня победить? Ты меня слишком недооцениваешь!

- Мы только подбираемся к самому лучшему! – проревел Вритра, пытаясь пятью острыми и длинными, как катаны, когтями передней лапы достать Казуму. Никакой организм на земле не выдержит такой удар, не став трупом!

Столкнувшись с горизонтальной атакой, Каузма спокойно вычислил дистанцию и с легкостью избежал её. Не ожидая, что противник избежит удара, Вритра потерял равновесие.

- Ты клюнул на это.

За спиной Казумы Вритра растянул зубы в ухмылке. Используя центробежную силу вращения, он со страшной силой опустил хвост. Изначально Казума хотел использовать лезвия ветра, чтобы отрезать хвост, но в последний момент передумал. Хвост имел большие размеры, и была возможность, что Мисао внутри него.

- Черт!

Он прыгнул, чтобы уклонится, но немного опоздал. Хвост пронесся возле его ног, отчего Казума перекувыркнулся в воздухе.

- Брат!

Рен выпустил в Вритру, который собирался развить атаку, огненные сгустки. Золотые шары ударили в область шеи, но были отражены серебристо-белой чешуей.

- А?! - Назад!!

Рен отпрыгнул, пытаясь избежать когтей задней лапы. Однако с кончиков пальцев вырвались черные огненные шары.

Рен, зависнувший в воздухе, не имел возможности уклониться. Увидев, как Рен складывает руки, чтобы защититься, Казума громко заорал:

- Не блокируй! Убирайся!

Но это уже было невыполнимо. Черный огонь беспощадно охватил руки Рена. Эта оскверненная штука, наполненная юки, уже не имела ничего общего со словом «огонь», это была какая-то кипящая масса отвратительных частиц. Его свойства были настолько изменены, что благословение духов не имеет силы. Черное пламя беспощадно разрушает тело, изначально защищенное от огня.

- А-а-а!!

- Рен! Вритра перегородил путь Казуме, бросившемуся к брату.

- Убирайся!.. - Гр-ры-ы-ы!!

Ударная волна столкнулась с дыханием дракона. Хотя лезвия ветра сбили черное пламя, они слишком ослабли, чтобы сдвинуть громадное тело Вритры.

- Не становись на моем пути… Казума опять взмахнул рукой. Но и Вритра сделал глубокий вдох,

готовясь выпустить огонь. Полностью игнорируя действия врага, Казума стал собирать ветер. Но до нового столкновения дело не дошло. Плазменный шар отправил Вритру в полет. Огромное тело, весом с голубого кита, взмыло в воздух как бездомная кошка, сбитая автомобилем.

Аяно?..

Оставь это мне, – сказала Аяно без выражения и начала приближаться

- Вритре.

Она даже не взглянула на Казуму, спокойно доставая Энрайху.

Хотя Казуму озадачило такое холодное поведение, ситуация с Реном была более важной. Он оставил Вритру Аяно, и побежал к брату, который лежал на полу.

- Рен, ты живой?!

- А, да… Выдержал как-то. Но мое пламя в самом деле срикошетило…

- Получается, раз сердцевиной является Мисао, его способность сопротивляться огню наверняка увеличилась.

В действительности «наверняка увеличилась» было явным преуменьшением, если учесть атаку Аяно, которая не оставила на шкуре не малейшего следа. Сейчас Вритра был сопоставим с членом главной семьи Каннаги.

(В сложившейся ситуации я не могу ничего ждать от этих двоих. Мне придется взять все на себя? Вдобавок, еще и бесплатно.)

Казума предавался унылым размышлениям, проверяя раны Рена. Тот обжег руку до локтя, но жизни это не угрожало. Кажется, Рен использовал собственное пламя, что бы остановить нападение.

- Хм… Прекрасно. Шрамов не останется.

Увидев, что раны не так серьезны, как он ожидал, Казума расслабился и погладил Рена по голове.

- Ты можешь отступить, просто предоставь все Аяно и мне. - Я еще могу драться! – немедленно завопил Рен.

Он поднял голову и решительно посмотрел на удивленного Казуму.

и Я могу драться. Я не могу сбежать просто потому, что получил небольшое ранение.

Казума некоторое время смотрел на своего брата, который выказал сильное желание бороться… и снова положил руку ему на голову.

и Я хочу спасти Мисао, твои силы тоже понадобятся!

и Да!

Рен кивнул с гордостью. В этот момент… - Гры-ы!!..

Рев Вритры сотряс воздух. Рен посмотрел в том направлении, и его глаза непроизвольно расширились. Пылающее магическое формирование внезапно появилось на поверхности земли и стало оборачиваться вокруг гигантской туши дракона, испускающей серебристо-белый свет. Линии образовали шестиугольник с двумя кругами разного диаметра в центре. Рисунок стал медленно вращаться. Рев стал громче, сияние увеличилось и по поверхности стали проскальзывать молнии. Молнии, бесчинствующие на поверхности, породили бесчисленное количество шаровых молний, плавающих вокруг Вритры. Шаровые молнии начали сплетаться тонкими молниями и стали похожи на электрическую клетку для гигантского дракона.

- ГР-Р!

Рев стал сигналом, все шаровые молнии полетели прочь. Они не были нацелены в какое-то конкретное место, их задачей было поразить как можно большую площадь, чтобы у Аяно не было возможности отскочить.

- Сестра! – громко выкрикнул Рен.

В этот момент Аяно совершила сверхзвуковой рывок. Двигаясь против движения шаровых молний, падающих словно дождь, маленькое тело мелькало в их промежутках с нечеловеческой скоростью. Резкое торможение, неуловимое изменение направления движения, мгновенное ускорение вопреки законам инерции – Аяно демонстрировала движения на уровне чуда. Бесчисленные шары не могли выполнить свою задачу и начали терять свою энергию. После прохождения потока Аяно нырнула под крыло Вритры. Она с легкостью избежала удара когтей и хвоста, одновременно запрыгивая на спину дракона, и использовала вес своего тела, чтобы воткнуть Энрайху.

Дзинь!

Наконечник меча со звоном пронзил белую чешую. Для Вритры такое повреждение как укол иглы, но это и не было настоящим намерением Аяно.

- Ха-а-а!

Одновременно с выдохом огненные духи проникли в гигантское тело дракона с кончика Энрайхи. А затем воспламенились.

- Гву-у-у!..

Даже крепкая снаружи чешуя оказалась хрупкой против взрыва изнутри. От взрыва на спине дракона появилась рана достаточная, чтобы вместить человека.

- Гр-р!

Вритра развернулся, сердито рыкнув. Аяно уклонилась от беспорядочных ударов когтей и хвоста и снова достигла цели.

- Сестренка такая сильная… - вздохнул Рен, наблюдая удивительную силу, используемую Аяно в сражении. Но Казума, стоявший рядом, выглядел недовольным.

- Эта девушка… Каким местом она думает?

Рен подумал, что он комментировал Аяно, и поспешно высказался в ее поддержку:

- Но… но! Мисао ведь тоже Каннаги, возможно, тот удар не убил ее…

- Я не об этом, такой стиль борьбы слишком рискованный. Она совершенно не заботится о защите… Она хочет умереть?

В голосе Казумы не было и намека на насмешку. Рен задрожал и посмотрел на Аяно, которая последовательно использовала стиль камикадзе в атаке.

- Сестра!..

3

В голове же Аяно не было ничего. Она полностью сфокусировалась на движениях Энрайхи. Ни мыслей, ни колебаний. Только битва. Если и возникали мысли о милосердии, она их тут же забывала. Кроме того, если позволять себе передышки в бою с Вритрой, обладающему превосходной сопротивляемостью огню, она сможет нанести ему только царапины. С сияющим божественным лезвием в руках Аяно сама стала оружием. Возможно, из-за этого ее ментальные способности достигли небывалого прежде уровня, позволяя предугадывать движение шаровых молний и двигаться почти со скоростью света. Аяно проворно уклонилась от яростных атакующих волн. У нее не было возможности экономить силы для защиты, вся ее энергия передавалась лезвию Энрайхи.

Бежать еще дальше. Перемещаться еще быстрее.

Без мыслей о защите, только жесткая и спокойная атака. Сейчас она ничем не отличалась от боевой машины.

Разминувшись с когтями и зубами всего на несколько миллиметров, она воткнула Энрайху в основание хвоста. Огненные духи хлынули через наконечник меча и материализовались в форме золотого пламени.

- ГРЫ-Ы!

Волоча по земле хвост, который сдулся наполовину, гигантский дракон оглушительно заревел. Аяно без страха напала еще раз и отрезала часть хвоста размером с двух человек. Отделенный кусок потерял свое бело-серебристое сияние и снова превратился в каплю слизи. Но только на секунду… Слизь присоединилась к Вритре, снова превращаясь в хвост. Гигантский дракон обнажил зубы в ухмылке. Тело, закончив регенерацию, опять засияло серебристо-белым светом, словно ничего и не было.

Аяно молча подняла Энрайху. Даже кажущиеся бесконечной возможность регенерации не убавила ее желания сражаться. Разумеется. Машина не знает страха, сомнений, не думает вообще…

Почему ты так беспокоишься о Мисао? Потому что… Она тебе нравится? Это больше не имеет значения. Машина не может беспокоиться о том,

что в душе у Казумы.

Даже если так. Я надеюсь, что она все еще жива…

Боевая машина, которая не колеблется, не чувствует, не нуждается в сердце, которое может волноваться из-за обычных слов. Аяно с силой сделала шаг, целясь в грудь Вритры. В это же время крючья когтей наносят удар, зажимая Аяно с обоих направлений. Это было очень быстро для такой массивной туши, но не для того состояния в котором находилась Аяно. Она отрезала средний и безымянный палец на правой когтистой лапе и бросилась в образовавшийся промежуток, пытаясь добраться до спины Вритры. Теперь её просчет стал более очевиден. Аяно все еще не осознала, что Вритра – комбинация магических сущностей, принявших форму дракона только для удобства. Что-то наподобие щупальца внезапно выросло из правого локтя и полетело прямо в Аяно. Ее обострившиеся чувства засекли это, когда расстояние уже было меньше метра.

(Не успею...)

Аяно спокойно приняла этот факт. Ее скорости недостаточно. В этом воздухе, тягучем и липком как смола, она движется медленнее щупальца. Летевший отросток был нацелен так, что она не могла уклониться. Он проткнет ее насквозь, нанеся смертельную рану.

Аяно закрыла глаза, ожидая неминуемой гибели.

- А?!

Бац!

Ощущение определенно не как от смертельного удара. Больше похоже на то, что в нее кто-то врезался…

- Все еще спишь? Проснись! Чертова дуреха!

- А?!

Разгневанный вопль в ухе резко вернул Аяно в реальность. Она открыла глаза; сердитое лицо Казумы было в десяти сантиметрах. - Ка… Казума?!

Мрачные мысли, которые пронеслись в её голове десять секунд назад, исчезли без следа. От головокружительной действительности ее сознание утонуло в сиянии глаз напротив, а сердце никак не хотело униматься.

(Он спас меня?..)

Было видно, что он сильно встревожен, на лице отсутствовала обычная ухмылка. Заметив пот, стекавший у него со лба, Аяно улыбнулась.

Глядя на улыбающуюся Аяно, Казума:

- А?! Ткнул её в нос.

- Чего это ты вся сияешь? Все еще спишь? - Кто… Кто сказал, что я спала!

Аяно отшвырнула его руку от своего лица, но не стала вырываться, хотя Казума плотно прижимал ее к себе. Они зависли в нескольких десятках метров над землей, находясь теперь даже выше, чем голова Вритры.

(У меня нет выбора.)

Аяно нашла оправдание, обнимая Казуму еще крепче. Она невольно бросила взгляд ему за спину.

- Сзади!

Еще до крика Аяно Казума проворно развернулся в воздухе. Он увидел бесчисленные щупальца, которые тянулись к ним со всей поверхности тела Вритры.

- Черт… Казума поднял правую руку… но внезапно его тело дернулось. Духи

ветра, изначально собранные справа от него, немедленно рассеялись, выходя из-под контроля. Он вызвал ветер еще раз, но время уже было упущено.

(Это конец!)

Прямо перед глазами Аяно, которая вновь приготовилась к смерти, золотое пламя сожгло тянущиеся к ним отростки. - Отличная работа, Рен. Ты сделал нам огромное одолжение.

Молодой человек горько улыбнулся, не забыв похвалить брата. Рен сидел на полу с поднятыми руками и сиял от гордости.

Казума уменьшил скорость спуска, чтобы осторожно приземлиться. Но перед тем как коснуться земли, он не смог удержать Аяно и потерял равновесие.

- Нда…

- Что случилось?

От пируэтов в воздухе Аяно только улыбнулась. Однако в момент приземления она почувствовала, что сбоку становится тепло. Выражение ее лица полностью переменилось. Девушка торопливо подняла руку. Как она и думала, ее ладонь окрасилась в красный.

- Подожди… Подожди минутку, ты ранен…

- Я в порядке, это пустяк.

Казума ответил спокойно, прижимая рану рукой. Но Аяно ни на грамм не поверила в то, что он сейчас сказал. Из-за легкого ранения Казума не потерял бы контроль над ветром, и уж точно ее вес не был бы проблемой.

Оставив за спиной Аяно, на лице которой отражалось желание задать множество вопросов, Казума встал напротив Вритры, очевидно демонстрируя, что не намерен убегать. Решительность в осуществлении намерения «непременно спасти Мисао» можно было прочитать по его напряженной спине.

Видя это, естественно, ее тон стал очень недружелюбным.

- Зачем ты спас меня? Из-за этого тебя ранили.

- Ты не хотела, чтобы я тебя спасал?

Это был точно не тот ответ, на который рассчитывала Аяно. Она подумала, что он пытается сменить тему, и стала еще более несговорчивой.

- Никто не просил тебя о помощи, и вообще, я не хотела, чтобы такой, как ты, спасал меня!

Услыхав такую неблагодарную речь, даже Казума не мог не разозлиться. Но все еще в гневе, Аяно не заметила его выражения.

- Лезешь не в свои дела, а хочешь считаться спасителем! Не надо обо мне беспокоиться, думай, как спасти Мисао!

- Даже если Мисао будет спасена, какой смысл, если ты умрешь.

- А?

Аяно задумалась о том, что это означает. Непонятно, что надумала, но густо покраснела.

- Че… Что?! Хочешь усидеть на двух стульях? Я такого не позволю!

- А, два или три – без разницы! У меня достаточно энергии, чтобы защитить всех!

- А? Защитить?.. (Минуточку… Это значит…)

Аяно показалось, что она уже совсем ничего не понимает. Но Казума уже сказал все, что хотел.

- Это не потому, что мне дали великую силу! А для того, чтобы снова не проиграть, не позволить другим забрать все… Я уже давно решил это! Я не уступлю никому! Я спасу Мисао! И я не позволю тебе или Рену умереть! Лучше убью того высокомерного ребенка! Для меня приемлем только один результат! Тебя что-то не устраивает?!

- А.. Нет… Все в порядке.

Чувствуя внушительную ауру, не допускающую не малейших сомнений, Аяно дала покорный ответ, сама того не осознавая. После этого она почувствовала, как спадает напряжение.

«Не знаю, до какой степени любит, но ты ему симпатична. Так что у тебя есть шанс!»

Аяно вдруг вспомнила о том, что говорила Нанасе. Ее шестое чувство не подвело в тот раз. Казума видит в ней человека, «которого нужно защищать». Только от этого злость и обида в ее сердце исчезли. Она подняла голову и увидела Вритру, против которого сражался Рен. Возможно, это только игра восприятия, но противник показался сейчас намного меньше. Сейчас трудно было представить, что она может проиграть. Снова посмотрев на Казуму, Аяно улыбнулась и сказала:

- Давай закончим побыстрее и вернемся домой. Казума… Казума?!

Ее голос взлетел на порядок. За те несколько секунд, пока она на него не смотрела, Казума… Тот всемогущий Казума полностью осел на землю. Глядя на эту невозможную картину, она побледнела.

- Казума! Ка… Аяно, запаниковавшая на секунду, увидела лужу крови под своими

ногами. Сейчас не время для паники. Такая потеря крови… Нехорошо. Хотя он и имеет невероятную власть, он все еще смертен. Ментальная

сила не может возместить критический ущерб для тела, такой как потеря крови. Аяно, не обращая внимания на то, что капли крови попадают на её одежду, опустилась на колени рядом с Казумой.

- Казума? - Я в порядке. - В каком еще «порядке»? Аяно проглотила остальные слова, которые вертелись на языке.

В умиротворенных глазах, смотрящих вверх, можно было заметить силу и непоколебимую решимость. Такой взгляд опровергнет любые слова.

(Ничего не выйдет…)

Аяно все поняла и так, не было необходимости спрашивать. Так подумал бы любой, посмотрев в те глаза!

…Ничто его не остановит. - Держись в стороне.

Казума, раздраженный неподвижностью Аяно, решил применить силу. Он схватил Аяно за плечо, желая отстранить её… Но попытка вышла вялой. Аяно легонько вздохнула и мягко убрала руку со своего плеча. Вместо этого она схватила Казуму, который был близок к обмороку, за руку и потянула в свою сторону. - Какого черта…

- Сначала надо остановить кровотечение! - сказала Аяно парню, который уставился на нее жестким взглядом. - А?..

- Я говорю: надо остановить кровотечение! Такими темпами ты умрешь через пять секунд после начала боя. Надо залатать рану и придумать, как восполнить твою энергию. Рен и я продержимся какое-то время, пока ты приходишь в себя.

- Что ты несешь? Как я могу оставить это вам двоим…

Казума проигнорировал предложение Аяно и попытался встать на ноги.

В этот момент…

- Идиот! Достаточно!

Девушка очень сильно рассердилась. Она с силой схватила Казуму за воротник, чтобы удержать на месте. Колени его подломились, и он снова опустился в лужу крови.

- Чего ты добьешься в таком полудохлом состоянии? И когда у тебя кончится энергия, ты утешишь себя: «Я сделал всё, что мог», – и умрешь? Не смеши меня!

Аяно продолжала держать его за воротник, слегка встряхивая. Слишком грубо для тяжелораненого, но от злости она не замечала таких мелочей.

- Ты хочешь спасти Мисао, правильно? Ты хочешь защитить меня и Рена, правильно? Как ты смеешь говорить «Защищу всех» и делать что-то подобное! Не смей использовать смерть как способ сбежать! Я не отпущу тебя так легко! Мы дадим тебе сразиться, но ты вернешься, когда сможешь нормально двигаться!

Некоторое время ошеломленный Казума пристально смотрел на Аяно, которая была зла чуть ли не до слез.

А потом крепко ее обнял.

- Подо… Подожди… Что ты делаешь?!

Уши Аяно стали совершенно красными, тело напряглось. Она открыла рот, но от неожиданности не смогла вымолвить ни слова.

- Казума?..

Аяно заметила, что тело Казумы подрагивает время от времени. Сначала она подумала, что это от боли, но не похоже…

Она поняла что он смеется про себя. - Казума?

Услышав низкий угрожающий тон, Казума сказал с оттенком смеха:

- Ничего, я просто подумал... Ты станешь прекрасной женщиной в будущем.

От неожиданного комплемента температура лица Аяно еще подскочила. Но, умудренная опытом, та не спешила радоваться.

- Возможно? Прекрасной женщиной? Шутишь?! Я определенно стану первоклассной красавицей! Когда-нибудь ты еще пожалеешь, что не разглядел мой потенциал!

- Неловко говорить, но есть много тех, кто моложе тебя и уже стал женщиной. Не имеет значения девственница или нет, если будешь говорить «когда-нибудь», то никогда не повзрослеешь.

- Что-то ты больно разговорчив для умирающего.

Казума слабо улыбнулся её слабой отговорке, и произнес:

- Пять минут. - А?..

- Задержите его на пять минут.

- Пять минут будет достаточно? Десять или возможно двадцать было бы лучше…

- Пять минут, – повторил Казума, настаивая на своем.

Это не минимальное требуемое время, а максимальное без ущерба для гордости.

- Ладно, ладно.

Аяно ответила просто, словно успокаивая ребенка, и встала. Она направилась к Вритре, но через несколько шагов обернулась. Девушка посмотрела на Казуму, который собрал Ки в ладонях и начал лечить рану.

- Что еще?..

- Я просто хотела спросить... Ты же никогда не думал, чтобы принести себя в жертву ради спасения Мисао, не так ли?

Казума внимательно посмотрел на нее, пытаясь понять истинный смысл

ее слов, потом вдруг уголки губ поползли вверх.

- Я…

Изначально хмурый серьезный взгляд, не присущий Казуме, исчез. С наглой, неукротимой и легкой улыбкой, так знакомой Аяно, и выражением, наиболее ему подходящим, Казума ответил:

- Я не люблю умирать.

- Отлично!

Аяно счастливо улыбнулась и убежала, уже не оборачиваясь. Вперед, на поле боя. - ГРЫ-Ы-Ы!!

Рен отпрыгнул, чтобы избежать дыхания Вритры. Забыв о гордости, он метался туда-сюда, время от времени кидая в дракона пламя в паузах между его выдохами.

Возможно, подражая ветряным клинкам Казумы, он собрал острые и маленькие золотые огоньки, которые, оставляя за собой светящийся след, направились в пасть Вритры. Через мгновение рот дракона взорвался золотистыми искрами. Видя, как огромный дракон качнул головой, пытаясь стряхнуть пламя, Рен перевел дух.

Заметив это, Аяно его похвалила: - Братишка, хорошо дерешься.

Услышав голос позади, Рен подпрыгнул и обернулся. - Сестра!

Но очень быстро сияющее выражение лица сменилось беспокойством. Увидев кровь на обуви и одежде Аяно, он спросил дрожащим голосом:

- А что с Братом?.. - Временно выбыл, но скоро вернется.

Услышанное объяснение не принесло Рену облегчения. Тогда Аяно, подражая Казуме, грубо погладила его по голове:

- Верь в него, твой брат очень сильный парень.

Это была не пустая попытка утешить. Казума вернется в нужный момент, она не сомневалась в этом.

- Ты права… Возможно, увидев, как напряжение покидает Рена, она кивнула:

- Так и есть, этот парень не умирает, даже когда его убивают.

- Э, тебе не кажется, что это перебор?.. Проигнорировав, как всегда, возражения Рена, Аяно продолжила:

- Так скажем, наша миссия – потянуть время и заставить врага расходовать силы… Вперед!

Аяно взмахнула Энрайхой, призывая всю свою силу. Пламя хлынуло с лезвия и волной окатило серебристо-белого дракона.

Чешуя Вритры в состоянии выдержать направленный удар Энрайхи. А такое рассредоточенное пламя и вовсе не сможет пробить его защиту. Однако…

- ГВЫ-Ы!!..

Золотое пламя безжалостно жгло Вритру. Серебристо-белая чешуя и кристаллические зубы начали плавиться в огне и медленно стекать на землю друг за другом.

- Фью… Положив Энрайху на плечо, Аяно издала удовлетворенный вздох. При

виде этого жеста у Рена вырвался смешок. - Ты, наконец, пришла в себя?

- Можно и так сказать. Сожалею, что заставила вас, ребята, поволноваться.

Аяно получила Энрайху не из-за отца. Она была достойна владеть ей, поскольку, несомненно, была самым чистокровным адептом огня в этом поколении Каннаги.

Такая сила не даст расслабиться, какой бы ни была способность противостоять огню. Как только утихла ревность, её будто механические мысли очистились, и энергия в своем естественном состоянии легко преодолела защиту Вритры.

- Хорошо, еще раз. Ударим вместе. - Понял!

Как только они скооперировались и приготовились снова атаковать Вритру:

- Вы, двое… Кажется, не знаете свое место? – прозвучал голос Михаила в их сознании. - Посмотрите сюда!

Одновременно рог высунулся изо лба дракона. Впечатляющий острый рог очень хорошо соответствовал его гигантскому телу… На поверхности была женская фигурка, похожая на статую на носу корабля. Узнав ее, Рен громко заорал:

- Это Мисао! Изменения еще не закончились.

- Ох...

Лица Мисао, как молодые побеги бамбука после дождя, постепенно покрыли всю поверхность тела Вритры. На эту жуть трудно было смотреть

– Аяно и Рен одновременно отвели глаза.

- Видите... теперь вы, ребята, не сможете атаковать меня, не так ли? Когда я вас убью, то тоже помещу ваши головы на себе прямо перед Ягами!

- ГР-РЫ-Ы!!

Уходя от черного огня, который падал на них дождем, Аяно, у которой, казалось, закончились идеи, спросила Рена:

- Что думаешь? Какая из них настоящая?

- Я бы сказал, рог… Но не стал бы испытывать удачу и проверять.

- Согласна. Такое чувство, что её специально там поместили. Приманка.

- ГР-ЛУ-У!!..

Под ногами дракона появилась магическая формация. Резонируя с рыком, в пустотах узора появились разряды.

(Молнии!..) Аяно немедленно крикнула:

- Прячься за меня! - О..Окей!

Энрайха прочертила горизонтальную дугу, создавая широкую по площади огненную форму оборонного щита, который заблокировал бесчисленные шаровые молнии.

Противостоя воздействию сотен ударов, Аяно сердито ругалась:

- Кажется, он станет еще более высокомерным, раз мы не можем ответить…

- Сестра! Впереди!

Поскольку Аяно была сосредоточена на поддержании щита, Вритра спокойно подкрался к ним, его крючковатые когти уже были в непосредственной близости справа от них.

Аяно сначала хотела отрубить всю лапу, но увидела лицо Мисао в ладони дракона. Та улыбалась.

- Аргх… Аяно изменила направление удара меча, чтобы отрезать только когти.

Она увеличила дистанцию и встала в боевую стойку. Однако у нее совершенно не было идей. - Сестра, что будем делать?

- А что мы можем?

Аяно улыбнулась и пожала плечами. (Хорошо, что он не попросил двадцать минут.)

Обещанные пять минут уже почти прошли, так что они выживут.

(Возвращайся скорее, Казума. Даже если ты скажешь: «Дайте мне еще пять минут», – я не смогу тебе позволить.)

- ВРЫ-Ы! - Черт… Как раздражает!

Как только Аяно использовала Энрайху, чтобы отразить черт знает кукую по счету атаку, вдруг… Она почувствовала что-то за спиной, но не стала дергаться, ощутив спокойствие и опору. Греясь в этом ощущении, она подстроилась под него само того не осознавая, как будто они сражались вместе не один год.

Она… Они встали в самую удобную и эффективную стойку. Вплотную. Почувствовали друг друга.

Аяно спросила, не поворачивая голову: - Не слишком ли ты рано?

- Поскольку одну хвастунишку загнали в угол, у меня не было выбора, кроме как вернуться раньше. Будь благодарна!

Услышав обычную саркастичную реплику, Аяно рассмеялась. Этот парень, вероятно, и делая последний вздох перед смертью будет так разговаривать.

Окружающий ветер стал светиться синим. Аяно плотнее перехватила Энрайху, снова собирая энергию. Как натянутый лук, все собралось в одной точке…

- Вперед!

Вместе с сердитым криком, Аяно взмахнула Энрайхой со всей силой, которой могла распорядиться.

Рен и Аяно разделились, уклоняясь от атак Вритры. - Сес… Сестра?..

Когда Рен хотел убедиться в её безопасности, исключительно сильная энергетическая волна внезапно затопила его сознание. Поскольку он находился слишком близко, не было способа узнать, откуда она исходит. Ощущение, что дрожит все окружающее пространство, заставило подняться волосы на голове.

Воздействие пришло откуда-то справа. Голубое пламя вспыхнуло очистительным светом, окружая огромное тело Вритры. Очистительный огонь сжег больше половины тела Вритры, и тот сразу потерял форму дракона.

- Отец?

Рен не мог не подумать так, хотя знал что это невозможно. Совершенно чистый лазурный свет, несравнимо сильная очистительная энергия.

Несомненно, это высшее пламя, которым управлял Каннаги Генма… Лазурное пламя.

Но Генма все еще в больнице, он должен спокойно отдыхать. Он не мог появиться в подобном месте. Рен проследил путь следования пламени и увидел там…

- А… Он облегченно вздохнул, как будто с него свалилось огромное бремя, и

опустился на землю. Юноша буквально растекся, поскольку был полностью истощен, но это уже не имело значения. Потому что его миссия завершена, все осталось в руках тех двоих.

- Вперед, Брат! Вперед, Сестра! Рен мягко поддержал их.

– Вау… Аяно широко открыла глаза, уставившись на пламя, которое только что выпустила.

Лазурный ветер… ветер, окрашенный цветом ки Казумы, закручивался спиралью, окружая вспышку золотого пламени. Две энергии слились вместе, усиливая друг друга.

Более горячее, более чистое… Небесное пламя, несущее очищение своей противоположности, одолевающее зло, возможно, и через другие измерения. Его можно даже назвать божественным пламенем.

Несмотря на то, что ее, похоже, рассматривают как живой огнемет, Аяно все еще продолжала выпускать пламя. Казума встал впереди.

- Казума?

- Продолжай.

Отдав короткую команду, маг воздуха взмыл вверх. Как будто синхронизация была просто иллюзией, Казума оставил Аяно без поддержки, перелетая по направлению к остаткам Вритры.

Без вопросов понятно, зачем он это сделал. Причина очевидна… - А-а-а! Бесит!

Отвечая на ярость Аяно, пламя вспыхнуло еще более бурно.

(Как это возможно?)

Внутри разрушающегося тела Вритры лицо Михаила окаменело от страха.

(Как это может быть… Невозможно… Все, что собиралось несколько столетий... Жизненная энергия почти тысячи человек! Как можно было проиграть всего лишь троим? Из какого ада они явились? Разве может человек использовать такую огромную силу?)

Даже после случившегося Михаил не в состоянии осознать это. Он на самом деле разбит. Вритра был практически разрушен, энергия, собранная Мисао, тоже потрачена.

Полный крах.

Он может только смириться. Нет способа все обратить вспять, это поражение.

Михаил решил незамедлительно отступить.

(Помни… Ягами Казума! Я определенно буду…)

Он отделился от останков Вритры… Там, где была его голова, бушевало море пламени. Лазурный огонь беспощадно срывал слои юки.

Стенки рога разъединились перед его глазами, Михаил ненавидяще уставился на девушку внутри.

- Бесполезная вещь.

Он не мог не выругаться, хотя и не ожидал, что кто-то ему ответит.

- Полагаю, ты не имеешь права говорить это! Михаил подскочил, как будто в него попала молния. - Я-Ягами Казума!

Голос прозвучал жалко. У Казумы не было намерений насмехаться над его унизительным положением, он только тихо опустил голову, чтобы посмотреть на «ангела».

- Я знал, что ты попытаешься сбежать, если все выйдет из-под контроля. Подобные тебе не имеют решимости и желания бороться до конца, до смерти.

Это было сказано ровным бесстрастным тоном, будто противник не достоин даже оскорбления. Эта реакция глубоко задела гордость Михаила, но он все равно нашел в себе силы улыбнуться.

- Забирай её, раз победил. Но не думай, что все кончено. Я вернусь! После этого Михаил активировал телепорт. Хотя здесь был установлен

духовный барьер, не дающий телепортироваться, он был настроен на Мисао, а не на него. Перемещение на короткую дистанцию не могло быть проблемой...

- Какого черта?

- Что-то не так? – равнодушно спросил Казума, увидев шок Михаила. Тот уставился на своего заклятого врага, который был абсолютно спокоен,

и попробовал активировать телепорт еще раз.

Неудача.

Как бы много раз он ни пытался, результат был одинаков. Искажение пространства, связывающее две точки, разрушалось сразу после создания.

- Как… Как это… Михаил безучастно смотрел на Казуму. Без сомнения, это его рук дело.

Но…

- Ты… ты можешь это видеть? Как ты можешь видеть искаженное пространство, которое я создаю среди этих разбушевавшихся потоков?!

- Догадайся.

Казума кивнул, словно сказал что-то обыденное. Михаил смотрел на него как на сумасшедшего.

Энергия лазурного пламени была настолько велика, что начинала разрушать даже пространство. В таких условиях маленькое искажение от телепорта нельзя было заметить. Проще говоря, как рябь от плавников маленькой рыбки на поверхности океана во время шторма. Невозможно для человека. - Ты... О чем ты, черт тебя побери?

Услышав бормотание Михаила, Казума гордо улыбнулся. - Ты осмелился бросить мне вызов, даже не зная об этом?

Михаил со страхом посмотрел на Казуму, в глазах которого была нереально глубокая и чистая синева.

- Контрактор.

Тот, кто заключил договор с богов духов ветра, контролирующий все воздушные потоки.

Эти голубые глаза были доказательством. Отметка посланника Бога… Печать. - Ветер говорит мне все. Ничто в воздухе не может скрыться от меня.

- Черт… Черт… Ты чудовище!..– несчастливо пробормотал Михаил, затем вытащил кинжал и прыгнул.

Но не вперед, к Казуме. А назад – туда, где рассыпался песком острый рог, в котором находилась Мисао.

- Не двигайся! Прижав кинжал к горлу Мисао, Михаил резко выкрикнул:

- Я знаю. Я хорошо знаю, что ты не позволишь ей умереть. У меня есть еще козырная карта. Ты рано стал наглеть! Ягами Казума!

Он зловеще улыбнулся. Его лицо уже не казалось лицом невинного ребенка. Некрасивое алчное выражение сделало его уродливым.

Казума без интереса выслушал угрозы и проворчал:

- Какая недостойная смерть.

- Не двигайся!

Казума проигнорировал его предупреждение и вытащил из-за пазухи сигарету. Он лениво затянулся, позволяя дыму заполнить легкие.

- Ты думаешь, я разыгрываю тебя?! Если ты хочешь, чтобы она осталась жива…

- Достаточно.

Казума остановил речь Михаила. - Что… Что?..

- Это я уже видел. Если нет в запасе других трюков, ты умрешь! – надменно произнес Казума, как бы говоря: «Если хочешь продемонстрировать что-то новенькое и интересное, пожалуйста, я позволю тебе жить еще пару мгновений».

- Ублюдок.

От этого оскорбления рука Михаила, держащая кинжал, начала дрожать. Его налитые кровью зеленые глаза стали терять разум.

- Ублюдок… Ублюдок… Ублюдок!!!

Михаил заверещал и взмахнул кинжалом. Когда лезвие было у горла Мисао…

Вжик!

Его правая рука отделилась от тела, брызнул фонтан крови. - А… А-а-а!!

Вслед от туловища отделились обе ноги и левая рука. Тело Михаила, уже подобное гусенице, каталось в луже собственной крови.

Казума с силой наступил на живот противника. Его кишки были, похоже, раздавлены, но, учитывая обстоятельства, не было смысла заботиться об этом.

- Я собирался убивать тебя медленно, но, к сожалению, у меня нет на это времени… придется, довольствоваться этим.

Казума пнул Михаила, и тот отправился в полет, как футбольный мяч. Маленькое тело приземлилось прямиком в яростно бушующее лазурное пламя. У израненного тела уже не было силы противостоять пламени очищения. Голубой огонь сжег юки вместе с клетками, впитавшими ее. Даже не успев вскрикнуть, Михаил полностью исчез из этого мира.

Казума сделал выдох, выравнивая дыхание.

- Я потратил слишком много времени, надо торопиться… Договор с Богом духов давал ему силу, но с определенными

ограничениями. Человеческое тело может вместить силу сверхъестественной сущности на некоторое время, но это бремя чрезмерно. Все равно, что пытаться противостоять цунами. Можно, но не долго.

Не стоит говорить, в каком состоянии будет человек, исчерпавший лимит. Казума заставил свое уставшее тело подойти к рогу, в котором была заключена Мисао. Хотя это не достаточно точно. Верхняя часть рога уже истлела, девушка оставалась в нем по пояс. Казума встал перед ней, положил руки ей на плечи, направляя в неё «ки», и отдал команду:

- Вставай.

- М-м… – тихо пробормотала Мисао, ее веки дрогнули, и она открыла глаза. Она, кажется, не понимала, что происходит, и спросила озадачено.

- А?.. Казума… сан…

Она хрипло позвала его по имени. Ни в голосе, ни в выражении лица не было и следа ненависти.

- Да. Сознание полностью вернулось? Тогда пошли! – спокойно объявил Казума.

Все же Мисао посмотрела вокруг, умоляюще сложив руки на груди.

- Пожалуйста, позволь мне… умереть… - произнесла она дрожащим голосом, опуская голову.

Казума пристально посмотрел на Мисао, словно пытаясь рассмотреть выражение лица, скрытого волосами.

- Почему?

- Потому что… я грешница.

- О? В самом деле? – спросил Казума, будто не поверив.

Мисао искоса глянула на Казуму; ей казалось, что он нарочно издевается над ней.

- Я совершила непростительный грех… Поэтому... Я могу искупить его только смертью…

Казума холодно посмотрел на девушку.

- Ты действительно важна, не так ли?

- А?..

Казума встал перед озадаченной Мисао и кончиком ботинка потыкал в то, на чем он стоял.

- Эта тварь была немаленьким драконом. Ты знаешь, с помощью какой энергии он двигался?

- Да… Он использовал… Казума сказал жестокую правду, опередив Мисао:

- Всех людей, которых ты убила, их жизненной энергии. Возможно, нескольких сотен… Да, учитывая его размер, гораздо больше, чем пары сотен.

Мисао онемела, она почувствовала всю глубину своего греха. Тело девушки задрожало.

- Принося в «жертву» одну жизнь, ты хочешь искупить убийство сотен? Казума использовал неестественно мягкий тон для вопроса, потом он с силой схватил Мисао за волосы, заставляя ее поднять лицо.

- Без шуток! Ты собираешься стать новой великомученицей?! Думаешь, если прибить тебя к кресту, это спасет всех людей в этом мире? Наивная! Ты просто пытаешься сбежать. Не желая столкнуться с тяжестью греха, не желая искать метод искупления, ты пытаешься сбежать к смерти, не так ли?

- А… А…

Поняв слабость собственного сердца, слезы Мисао капали как дождь.

- Даже так... даже если так, что ты думаешь, я могу сделать? Разве можно искупить такое?

Она с надеждой посмотрела на Казуму, но ответ был жесток: - Откуда мне знать?

- Ты… ты!..

Лицо Мисао стало сердитым. - Ты слишком много мнишь о себе!

- Мне безразлично, что говорят другие, я знаю то, что знаю. Я убил немало людей, но мне и в голову не приходило думать об искуплении.

Совершенно эгоцентричный человек. Если кого и спрашивать о пути искупления, то точно не у него.

- К тому же, тебе не кажется, что ты неправильно понимаешь последовательность своих действий?

- Что ты имеешь в виду?.. – спросила озадаченная Мисао.

- Ну, что ты должна искупить сначала? Тех людей, имен которых ты даже не знаешь? Или глупость отца, который хотел убить собственную дочь, но вместо этого был сам убит?

Казума замолчал на секунду, а затем продолжил:

- Нет! Конечно, нет! Большего всего проблем ты создала мне и мне должна компенсировать в первую очередь. Мне! Так, что прежде чем размышлять о том, жить или умереть, ты должна мне первому возместить все! Говоря прямо, ты должна возместить мне своим телом!

- А?..

Мисао заметила, что Казума не смотрит ей в лицо. Его взгляд остановился слегка пониже… В районе груди.

Мисао проследила за его взглядом. Возможно из-за того, что одежда была растворена слизью, она была обнажена, и ее фигура была выставлена на обозрение. Взгляд Казумы был направлен прямо на два мягких выпуклых объекта…

Почувствовав неизвестную опасность, Мисао немедленно прикрыла руками грудь. В тоже время огромный плазменный снаряд вылетел из земли.

- А?..

Казума отразил удар рукой, даже не поворачивая головы. - Пожалуйста… Пожалуйста, успокойся, Сестра!

- Дай пройти! Я испарю подонка прямо здесь! Услышав этот шум, Казума раздраженно пожаловался:

- Вот заноза, никак не может успокоиться и дать поговорить о серьезных вещах.

(Серьезных вещах?..) Мисао беспомощно посмотрела на Казуму.

- Что? - Хи!..

Казума спросил серьезно. Увидев это выражение, Мисао вдруг издала смешок.

Мисао продолжала смеяться, чуть нагнув голову. Казума выглядел озадачено.

- Ты сходишь с ума? - Не… Нет… Я в порядке.

В конце концов Мисао задавила смешок и вытерла слезы. Даже в таком горе люди еще могут смеяться. Новое открытие.

- Я… Я должна в первую очередь компенсировать потери тебе, Казума, правильно?

- А-а-а, да. Казума кивнул в ответ, и Мисао потупилась, соглашаясь.

- Я поняла. Пожалуйста, позволь мне возместить твой ущерб от всего сердца. Пока я буду искупать свою вину перед тобой, я буду искать способ искупить ее и перед другими.

- Вот как?..

- То есть… Пожалуйста, помоги мне. Я еще не хочу умирать.

Нижняя половина Мисао все еще был соединена с останками Вритры. В таком положении она бы разделила судьбу Михаила.

- Понятно. Эти останки и следы юки в твоем теле – я уберу их заодно. Немного потрясет, будь осторожна.

- Хорошо.

Мисао слегка кивнула и закрыла глаза.

Казума воспользовался ветром, чтобы взлететь повыше, увеличивая расстояние. Затем он поднял вверх правую руку… и опустил вниз.

Поток лазурного ветра охватил Мисао. Ветер сдул прочь весь окружающий огонь и полностью очистил все, что можно считать «злом».

Казума вернулся на землю. Аяно и Рен подошли к нему. - Где Мисао? Опережая вопрос, Казума поднял глаза вверх.

Там, где гасло голубое свечение, что-то медленно спускалось с неба. Обнаженная женщина, окруженная сиянием, казалась непорочной и прекрасной, завораживая всех смотрящих.

Когда Мисао достигла земли, Казума снял пиджак и накинул на девушку.

Увидев это, Аяно подняла вверх бровь. Возможно, это напомнило ей о прошлом инциденте…

Казума тогда не спешил снять пиджак, что бы прикрыть ее, ей пришлось самой его раздеть.

- Еще жива?

Аяно оглядела Мисао, лежащую на руках у Казумы. Она была без сознания, но все еще дышала.

- Да, тебе лучше найти машину. Мы возвращаемся. - А, да… Кстати, как твоя рана?

- Кровотечение остановилось, все в порядке, если не двигаться слишком много.

Несмотря на спокойный тон, выглядел он плохо, очевидно, потеряв много крови.

Аяно спросила обеспокоено: - Может сначала в больницу? Ты кажешься слабее Мисао. - Я должен сначала передать Мисао Главе из рук в руки.

- Да?.. А ты чересчур заботлив, тебе не кажется? - Ревнуешь?

Аяно рефлекторно вызвала Энрайху.

- Что… Что ты говоришь! Посмотри на себя, ты действительно думаешь, что сможешь спокойно сражаться? Сейчас я определенно сильнее, чем ты!

- О? Ты хочешь убить того, кто пострадал из-за тебя? Дети нынче дурно воспитаны.

Посмотрев, как эти двое уставились друг на друга, Рен мучительно вздохнул. Еще раз удостоверившись, что на старших нельзя положиться, он решил сам связаться с семьей.

- А, это Суо? Мы закончили здесь, пожалуйста, заберите нас побыстрее. А?.. Да, есть раненные, но если не поспешить, это место… Да, спасибо.

Отключив телефон, Рен снова обратил внимание на этих двоих. Даже не глядя можно было почувствовать, как растет их ки.

Он надеялся, что они не станут ребячиться, но если да, то может начаться второй раунд.

(Суо… Быстрее…)

Рен вздохнул еще раз, тихонько умоляя про себя, чтобы на этот раз пронесло.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог

– Монахиней? – повторил Казума безучастно, услышав такое странное определение.

Сначала он подумал, что Джуго пошутил, но тот выглядел совершенно серьезным.

– Вы смеетесь?

– Не в этот раз.

После отца Аяно тоже высказалась, причем весьма грубо:

– Мисао решила уйти от мира и использовать весь остаток своих дней, чтобы искупить грехи. В ее сердце нет больше места для тебя. Ты это заслужил.

Девушка рассмеялась от всего сердца. Она казалась совершенно счастливой. А почему она счастлива?.. Сейчас неподходящий момент спрашивать об этом.

Игнорируя пребывающую в упоении Аяно, Казума спросил Джуго:

– Итак, она ушла.

– Еще нет. Она собиралась попрощаться со всеми напоследок. Если поторопишься, возможно, все еще успеешь застать ее.

– Вы должны были раньше сказать.

Казума немедленно поднялся и вышел из комнаты, не оглядываясь. Джуго неторопливо отправился его проводить. Это естественная реакция.

Его дочь шла вместе с ним, что тоже в пределах нормы. По пути глава клана завернул в японскую комнату, чтобы заварить себе чай. О чём он думал в тот момент? Кто знает.

– Зачем ты за мной идешь? – недоуменно спросил Казума у шедшей за ним Аяно.

Аяно подняла голову и пристально уставилась на Казуму. Так смотрят надзиратели на заключенных.

– Как я могу оставить тебя и Мисао наедине? Ты стал бы ей угрожать и тащить за собой в мотель.

Казума не ответил, только пожал плечами, направляясь к задней двери.

– Ко-комната Мисао не здесь.

Он проигнорировал заикающийся голос и открыл дверь. Мисао оказалась внутри. – Казума-сан.

Её возглас казался удивленным, но она не отвела взгляд и посмотрела прямо на Казуму. – Ты всё-таки уезжаешь.

– Да. Я уже все решила.

Мисао ответила без тени сомнения.

– Просто молясь в одиночестве, я не уменьшу свои грехи. И я решила переосмыслить свою жизнь. Буду учиться. Может, узнаю, что нужно сделать для искупления.

– Если так, то удачи.

Казума ответил с лёгкостью. Глаза Мисао широко открылись в недоумении.

– Что-то не так? – Нет… Ошиба… (Обещание…) Когда разрушалась голова Вритры, Казуме было дано обещание. Встав на

избранный путь, она уже не сможет сдержать слово. Но девушка не сожалела об этом.

Хотя ранее она думала, что когда-нибудь, встретив Казуму, выполнит свое обещание, по крайней мере, однажды.

Однако такая замкнутая девушка как Мисао могла набираться храбрости, чтобы заговорить об этом, целую жизнь.

Кроме того, за спиной у парня стоит Аяно, буравя их страшным взглядом…

Видя колебания девушки, Казума решил закончить беседу: – Прощай!

Он попрощался и повернулся к выходу. Мисао поспешно крикнула вслед:

– Подожди… Подожди минутку! - Гм?..

(Я должна это сказать.)

Мисао набралась храбрости и… Вопрос, который сорвался у неё с языка, был абсолютно не по «этому

делу».

– Почему ты помог мне? Даже получил тяжелую рану.

– Я не собирался подставляться.

Казума обернулся и посмотрел на Аяно через плечо:

– Если бы одна глупая девочка не делала глупых поступков, я бы обошелся вообще без царапин.

На лице Аяно отразилось чувство вины, но она не стала возражать и оправдываться. Потому что она никогда не станет лукавить и искажать факты только лишь для того, чтобы поспорить с Казумой.

– Даже если так, не было бы быстрее просто убить меня?

Мисао не прекращала допрос. Даже несмотря на то, что уже прозвучавшие ответы были далеки от того, что она ожидала, но есть и множество других вопросов. Она должна узнать правду.

Возможно, чувствуя её решимость, Казума ответил, горько улыбнувшись: – Прошло уже десять лет с тех пор… Ты была маленькой тогда.

Говоря это, Казума развел большой и указательный палец на три сантиметра для демонстрации. Мисао вежливо пожаловалась:

– Эм… думаю, даже при рождении я не была настолько маленькой. Я не гном.

– Опустим неважные детали. В то время когда меня изводили клановые маги, ты спасла меня однажды.

Она ожидала пояснения, но Казума не собирался больше говорить. Тишина окружила этих двоих.

– Из-за этого?..

– Да.

Казума просто кивнул в ответ на вопрос, заполненный вопросительными знаками.

Ни Мисао, ни Аяно – никто из них не знал. В то время над ним издевались и унижали все, кто его окружал. Когда тело и разум бились в агонии, доброта, проявленная даже один-единственный раз, для его сердца была все равно, что самая величайшая поддержка.

Молодой человек никогда не забудет тот дрожащий голос и маленькую спину, закрывшую его. Картина встает перед глазами так, как будто это было вчера. Так что он не колебался.

Спасти Мисао… Это единственный приемлемый вариант, не требующий размышлений. Он жив до сих пор только потому, что Мисао протянула ему руку тогда.

Но это слишком личное, чтобы произнести вслух, поэтому Казума попытался свернуть разговор.

Он приподнял лицо Мисао за подбородок и приблизил лицо. Мисао застенчиво покраснела и прикрыла глаза.

– Эй! Минутку!

Замечание за спиной было проигнорировано, и их губы мягко соприкоснулись. Беседа завершилась эффективно и приятно.

Казума нагло улыбнулся и мурлыкнул на ухо покрасневшей Мисао:

– Продолжим в следующий раз. Я всё равно стребую с тебя долг, а сейчас можешь идти.

– Да, буду ждать. Мисао, кивнув, улыбнулась.

Сладкое обещание. В глубине души Мисао понимала, что никогда не сдержит его. Казума говорил это девушке, которую, скорее всего, никогда не встретит снова. В контексте этой фразы больше подразумевалось: «я никогда тебя не забуду».

Это также способ сказать обездоленной девушке, потерявшей семью и изгнанной из клана, что она не одна.

– Спасибо вам за всё, Казума-сан, Аяно-сама. Прощайте.

Мисао глубоко поклонилась и вышла за дверь. В её шагах не было и тени сомнения. Она ни разу не обернулась, пока не скрылась с глаз, смотрящих ей вслед. Двое тихо смотрели, как она уходила.

Но…

– Что ты только что сказал? – закрыв дверь, незамедлительно спросила Аяно. Её глаза смотрели прямо на него.

– Ты обеспокоена тем, что я сказал, теряешь контроль от одних моих слов?

– Конечно, нет! Но если ты посмеешь потревожить Мисао, я не позволю тебе уйти! Не расскажешь, как ты собираешь пробраться в монашескую келью?

Казума закатил глаза. Создавалось впечатление, что он представляет Мисао в костюме монашки.

– Это было бы неплохо.

Услышав, что тот бормочет про себя, Аяно сразу вышла из себя:

– Ка…. зу… ма… !!!

Глубокий низкий звук отразился от земли. Сжатый кулак дрожит от переизбытка вложенных в него опасных чувств. Мощный взрыв в руке.

Аяно всё ещё не понимает, почему она так злится. Откуда взялось это незрелое ребяческое желание держать Казуму при себе.

Поймет ли она, что это за чувство… Это совсем другая история.

Конец тома.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1 – Встреча в лунном свете

Через несколько дней после начала триместра в новом году… В столичном филиале начальной школы Косэй, в аудитории второго класса шестого года обучения происходило то, что можно уже было считать обычной практикой. – Рен-кун! – Рен! Невысокая девочка и рослый парень тянули за руки в разные стороны мальчика, настолько милого, что его можно было принять за девочку. Занятые «перетягиванием» Рена ребята несколько секунд сверлили друг друга угрожающими взглядами, а потом отвернулись с выражением «видеть не хочу эту гадость». – Рен-кун! Давай попьем чаю по дороге домой. – Пошли в зал автоматов, Рен! Приглашения прозвучали одновременно. – Э… Ладно… Невероятно милый мальчик – Каннаги Рен, двенадцати лет от роду, – стоял между двумя соперниками, мечущими из глаз искры. Столкновение было неизбежно. – Как вы думаете, кто победит сегодня? – Скорее всего, это будет Канон, не так ли? До сих пор она всегда выигрывала. – Эта девчонка никому спуска не даст. – Нет, сейчас Серидзава разозлился по-настоящему, тебе не кажется? До этого он обходился с ней мягко. С разных концов класса непрестанно сыпались комментарии. Ученики, которых внезапные стычки уже не удивляли, окружили троицу и смотрели за ходом делёжки. Хотя для обычной ссоры они заняли немалую площадь, на это приходилось идти вынужденно в свете предстоящих событий. Девушка – Канон – первой проявила инициативу. – Убери от него свои грязные руки, гомик! Вдруг ты его заразишь странной болезнью – что тогда делать? – Это кто тут гомик, страшилище? Отцепи от него свои клешни! Женщине в мужскую дружбу встревать не положено! – Фу! Не могу больше слушать надуманные причины озабоченного! Сколь угодно можешь толкать красивые речи, да только то, что ты питаешь к нему мерзкие чувства, видно с первого взгляда! – Чтоб тебя… – зарычал низким голосом высокий юноша по имени Серидзава. Ничуть не испугавшись, Канон ответила свирепым блеском глаз. Пока что это всего лишь прелюдия. Ученики затаили дыхание в предвкушении самой битвы. Канон и Серидзава молча тянули Рена в разные стороны. – Ре… ребят, мне больно… Однако противники лишь усилили хватку, пропустив жалобу мимо ушей. Впрочем, физически Серидзава был сильнее. Всё-таки при росте чуть менее 180 сантиметров со своим телосложением он даже старшекласснику бы не проиграл. Что же до Канон, в ней порядка 140 сантиметров. Но, беря упорством, она не имела склонности хвастаться своей чередой беспроигрышных дуэлей. Гибкая от природы, она в то же время не давала пощады врагу, придерживаясь жестокой стратегии. Вот примерно каково её краткое описание. Некоторое время продолжая тянуть, Канон неожиданно разжала руки. – Уо-а! Серидзава потерял равновесие. Канон, проворно обойдя его со спины, сместила вес на опорную ногу и что есть силы лягнула парня. – Ува! Серидзава, который и так удерживал равновесие из последних сил, отправился в захватывающий полет. Сбив около четырех парт со стульями, он рухнул в итоге где-то под ними и замолк. – Это что? Уже конец? – пробормотал один из учеников, глядя на обмякшие ноги, которые торчали из-под груды мебели. Конечно, в обычных обстоятельствах при таком исходе наверняка вызвали бы скорую. Однако парень, Серидзава Тацуя, который по всем параметрам крепче обычных людей, в схватках за Рена, по слухам, проявлял сверхчеловеческие качества. – Гра-а-а-а-а-а! Под громоподобный вопль столы и стулья словно взрывом разметало в разные стороны. Вмиг рухнувшие на пол ученики подняли головы и увидели Серидзаву в воинственной боевой стойке, который буравил взглядом Канон. – Ого, круто! – Это великая сила любви! – Давай, Серидзава, не проиграй ей! Словно в знак сочувствия проигрывающему, отовсюду послышались крики ободрения. Будто зарядившись, парень громко рявкнул: – Я ещё не закончил! Нашу сердечную дружбу с Реном не сломить такими жалкими попытками! – О-о-о-о! Когда Серидзава величественно вскинул кулак, одноклассники тоже единодушно вдохновились. – Э… Эй… Когда накал страстей достиг апогея, все и думать забыли о корне всех бед.

Ситуация отнюдь не была из ряда вон выходящей. "Любовный треугольник". Фраза избитая, но только она в полной мере может описать эту обыденную картину. Хотя здесь нельзя не учесть проблему половой принадлежности, но в последнее время к подобным отклонениям общество относится гораздо толерантнее. Как минимум, одноклассники не осуждают его за нездоровое влечение, а с пониманием наблюдают издалека. Ненормальным было лишь то, что их схватки весьма жестоки. Мальчика и девочку, которые пытались добиться расположения и сердца Каннаги Рена, нельзя было назвать обычными учениками начальной школы. Серидзава Тацуя – при росте 180 сантиметров с не менее внушительным телосложением – юноша физически развитый. Судзухара Канон – девочка-цветочек для тех, кто её не знал, – могла быть злой и жестокой как артиллеристская канонада, соответствуя своему имени. Накал борьбы намного превысил уровень начальной школы. Буйствующая словно шторм сила и дьявольски безжалостное коварство схлестнулись. Аудитория класса 6-2 превратилась в поле боя. Вначале обескураженные происходящим ученики поднимали шум, но через три дня привыкли. Теперь это стало дежурным блюдом. Все наслаждались бесплатным представлением. – Серидзава! Сегодня ты должен победить! – Ну нет! Если партнером Рен-куна будет такая горилла, от него ничего не останется! – Что ни говори, но противник Канон довольно решительно настроен, а? В толпе учеников, которые несли всякую чушь, Канон и Серидзава стояли, настороженно уставившись друг на друга и практически не моргая, чтобы не пропустить малейшее движение противника. Напряжение в аудитории росло. Это подействовало на галдящих учеников, и они притихли. – Ха! Нарушив мимолетное спокойствие, Серидзава бросился вперед, но не к Канон. Его целью была группа шумящих мальчишек… – Э?.. Рен, остававшийся в стороне, в изумлении смотрел на Серидзаву, мчавшегося к нему как бык. Кажется, он собирался покинуть поле боя, прихватив с собой Рена. "Серидзава все просчитал!" – мысленно восхитились ученики. Если сравнить боевые возможности, он превосходил Канон. Почему же он тогда раз за разом терпел поражение? Канон "слабее". По крайне мере, для учителей и родителей – очевидный факт. Это налагает на Серидзаву серьезные ограничения. Если мальчик – особенно такой, как Серидзава – проявит насилие в отношении хрупкой девочки, он будет виноват независимо от причин. А уж про Канон и говорить нечего. Она обязательно поднимет шум, чем вполне способна опустить социальный статус Серидзавы ниже плинтуса. Зная это, ему приходилось любой ценой сдерживаться – от безжалостных атак Канон он мог только защищаться. И вот он придумал выход. Необязательно побеждать Канон, чтобы достигнуть цели. Он заполучит Рена. Девчонка лишь мелкая помеха на его пути. Не обязательно ввязываться в поединок. Достаточно просто игнорировать её, поскольку человек, которого он хочет заполучить, прямо перед глазами. – Рен! Достигнув искомого объекта, Серидзава протянул к мальчику свою большую руку. "Гм… Иногда ты можешь пользоваться головой, не так ли?" – Канон была совершенно спокойна. Она была всегда на шаг впереди Серидзавы, и этот ход не стал для неё неожиданностью. Без капли смущения девочка тоже бросилась вперёд. Двигалась она быстрее Серидзавы и могла легко перехватить противника. Однако тот собирался не просто смыться, а вместе с Реном. И в этот момент он был вынужден сбросить скорость. Захват. О, это был не результат слепой удачи. Правильная оценка траектории движения и позиций участников, вот в чём дело. Серидзава начал двигаться, и Канон последовала за ним – так решили все зрители. И только Канон знала. Она была единственной, кто понимал ситуацию. – Серидзава-кун! Когда его стали тянуть против воли, Рен ожидаемо стал сопротивляться. Нетерпеливый Серидзава выпустил Канон из поля зрения. – Попался! Когда Серидзава обернулся, она сделала последний шаг. А затем… Бамс! С пола раздался грохот, больше напоминавший взрыв. Рен потерял из виду фигуру Серидзавы. Зато на его месте обнаружилась Канон. Очень похоже на технику игры в бильярд, увиденную по ТВ. Называется «Остановка». Шар после удара игрока передает всю кинетическую энергию целевому шару и останавливается на его месте. Ну или как-то так. Канон присела, выставив ногу, и нанесла удар локтем вверх. Этот прием был слишком хорош для ученика начальной школы. – Это же… «Восходящий локоть внутренних врат», – пробормотал кто-то, практически издав стон. Кулак восьми пределов – боевое искусство из Китая, которое стало узнаваемо благодаря определенным играм в жанре файтинг. На родине, кстати, этот вид единоборств весьма популярен. Не известно, где она обучилась этому приему, но уровень исполнения оказался выше, чем у простого подражания. Судя по тому, как дрогнул пол, одним таким ударом можно убить. Снесённый прочь Серидзава был во второй раз погребён между партами. В отличие от предыдущего случая, не наблюдалось никаких признаков движения. Безупречная победа. – Фух, – выдохнула Канон и вышла из стойки. Она откинула волосы от лица и медленно обернулась. – Итак, пойдем, Рен-кун. Атмосфера насилия, царившая несколько секунд назад, исчезла без следа. Девушка, учинившая расправу, теперь словно сияла. Перед её обворожительной улыбкой, наверное, никто бы не устоял, если бы не видел развернувшейся не так давно трагедии с итогом в виде так и не очухавшегося Серидзавы. Канон деликатно, но в не терпящей возражений манере взяла Рена за руку и повлекла за собой, не озаботившись получить его согласие. Других сумасбродов, горящих желанием встать у неё на пути, не нашлось.

В версии с изображениями тут находится картинка. 2

В восьмом часу Рен получил свободу. Разумеется, одним чаем дело не ограничилось. Вынужденный сопровождать её в бесконечном походе по магазинам, караоке и прочим местам развлечений, Рен изо всех сил пытался вырваться из лап дьяволицы (шутка Серидзавы), которая без стеснения липла к нему на глазах у всех. Солнце уже зашло. – Я на последнем издыхании, – пробормотал Рен, вложив во вздох целую гамму чувств, и продолжил брести в одиночестве по вечерней улице. Не то чтобы он ненавидел Канон. Скорее даже относился к ней тепло. И если бы его заставили выбирать из двух крайностей, то он определенно выбрал бы вариант "люблю". Однако… "Любовь" они понимали совершенно по-разному. Одно лишь это уже приводило его в замешательство. Мальчик пока ещё ни в кого не влюблялся. Да, начиная с семьи, любил он многих. Однако, строго говоря, чувство это было одного толка. Любимых можно было пересчитать, расставить в порядке приоритета. Однако такая любовь, обращенная ко многим, никогда не порождала в нём противоречий. То пылкое чувство к единственному человеку во всём мире ему не было известно. Поэтому он пребывал в замешательстве от действий девочки, которая бесцеремонно изливала на него свою симпатию. "Но... почему я?.." Рен никогда не думал, что интересен как парень. Девчачья внешность и слишком мягкий характер, не выдерживающий давления. По его мнению, это отрицательные качества для мужчины. "Если говорить о «настоящем мужчине», это несомненно должен быть человек, похожий на моего старшего брата." В последнее время он часто сравнивал себя с ним. Ягами Казума. Натренированное тело. Гибкий ум. Бесстрашие. Все качества наисильнейшего человека. Возможно, Рен излишне боготворил его, но брат, которого он встретил спустя четыре года разлуки, в самом деле казался идеальным мужчиной. "Когда-нибудь я стану похожим на него." С детской непосредственностью Рен восхищался Казумой. Даже бездушность, с которой тот мог прорубать путь к главной цели, закрыв глаза на всё остальное, юнцу, которому не давала покоя своя доброта и мягкость, казалась обязательной к овладению чертой характера. О последствиях принятого решения, о грузе ответственности Рен ещё понятия не имел. – А? По пути домой он что-то почувствовал у входа в общественный парк. Юноша остановился и вгляделся внутрь. – Кто-то поет?.. Это был детский парк в тихом жилом районе. Место пользовалось дурной славой из-за шайки хулиганов, поэтому после наступления темноты здесь обычно было пусто. Но, кажется, сегодняшний вечер – исключение. Поющий голос слышался из-за тени деревьев и принадлежал юной девочке. Очарованный хорошо поставленным и кристально чистым сопрано Рен вошел в парк. В поисках не было нужды. Как только он вошел, мощная и притягательная сила захватила сознание. На самой верхней перекладине игровой площадки виднелась стройная фигура поющей девочки. Несмотря на прохладу, она была одета только в белое тонкое платье. Ветер играл её мягкими волнистыми темными волосами, опускавшимися ниже талии. Она невинно пела. Близко в небе навис почти полный круг луны, льющимся белым светом освещая юную леди. Для Рена весь мир перестал иметь значение. В глазах отражались луна и фигура девы. Тудух. Сердце забилось очень громко и часто. Рену казалось, что этот звук мог услышать даже посторонний. Тудух. Он чувствовал, как кровь бежит по венам. Поток был настолько сильным, что дрожали конечности. Тудух-тудух. Сердцебиение стучало в ушах и всё-таки не заглушало пение. Она поет свою песню луне или молится? Фигура была слишком благородна, слишком чиста, похожа на святую. "На что это я смотрю?" Чувство вины, словно он подглядывает за богослужением, мазнуло по сердцу. Тем не менее, он не мог отвести взгляд. Даже думать о расставании было невыносимо. В его глазах отражался лунный блеск и фигура девушки в ореоле света. – Э?.. Это взаправду? Она человек? Ангел? Фея? Может… демон? – Эй, ты… "Я не понимаю. Я ничего не понимаю." – Эй, я к тебе обращаюсь! – А?! Услышав громкий голос сверху, Рен наконец пришел в себя. Подняв голову, он обнаружил прямо над собой упомянутую девушку. Десять метров – расстояние до игровой площадки – он преодолел бессознательно, зачарованный зрелищем. "Это... это плохо." Пока озадаченная девочка рассматривала его, Рен перепугался до глубины души. Хотя непонятная девочка, поющая ночью в пустом парке, тоже подозрительна, он сам, глядящий на неё, словно в трансе, по подозрительности метил на первое место. Кроме того, его расположение относительно неё также было «опасным» . Если под таким углом смотреть вверх… Подобное действие можно посчитать домогательством. "Я должен сказать что-то…" Изо рта обеспокоенного мальчика, вылетело самое обыкновенное, но не слишком подходящее приветствие: – А… добрый вечер! "Что я несу?!" Рен мысленно отвесил себе пинок. Но вместо крика доверчивая девушка лишь улыбнулась ему: – Добрый вечер. Прекрасная ночь, не правда ли? – А? Да, точно. – Не мог бы ты немного подвинуться в сторону? – А... Извини, конечно! С бордовым лицом Рен пулей отскочил в сторону. С любопытством посмотрев на его телодвижения, девочка без колебания спрыгнула с железки. – А… Хотя конструкция предназначалась для детей, от верхней точки до земли было два метра. Удар при приземлении должен был оказаться значительным, но девочка спрыгнула легко и непринужденно, даже не согнув колени. Словно земля мягко поймала ее. – Что-то случилось? – А, нет, просто… Оказавшись перед улыбающейся девочкой, Рен был способен только бессвязно бормотать. Он не мог понять, почему так застыл. При виде её лица его разум будто впадал в ступор, и он не мог ни о чём думать. Девочка, не обращая внимание на его странное поведение, посмотрела на небо. – Ночное небо такое красивое. Я и не знала, что луна может быть такой большой… "Красивое?.." Рен взглянул вверх в сомнении. Всё же они в Токио. Бесчисленные сияющие звезды тут перекрыты безвкусными небоскребами, так что видно лишь только узкую полоску. Девочка простодушно глядела вверх. Казалось, она хочет вопреки силе тяжести унестись туда, но в то же время понимает, что это невозможно. "И правда, красиво…" Во второй раз из сознания Рена исчезло всё, кроме девочки. Он захотел крылья. Если бы он мог летать, он бы поднял её к звездам. – Эй. Она резко переключила своё внимание на мальчика. – Что? Девочка протянула руку озадаченному Рену. – Давай поиграем? То ощущение божественного присутствия, которое подступило, пока она смотрела на небо, исчезло. Перед ним стояла очаровательная, но вполне обычная девочка. По виду лет ей было столько же, сколько и Рену. Увидев, что он немного её выше, Рен почувствовал слабое облегчение. Будучи очарованным ею, он забыл, что надо ответить. Посчитав это за отказ, она расстроилась. – Не хочешь? – Нет-нет. Конечно, давай поиграем. – Ура! На её лице расцвела открытая улыбка, девочка схватила руку Рена своими. Чувствуя её теплое прикосновение, Рен покраснел до ушей. "Теплые руки?.. " Внезапно Рен озадачился. На улице холод, а она в тонком платье… – Нельзя так легко одеваться в такую погоду. Ты ведь простынешь! Он стремительно снял с себя пальто и накинул его на девочку. – Я в порядке. – Нет, надень его. Неожиданно настойчиво Рен просунул её руки в рукава. Застегнув все пуговицы, он умиротворенно выдохнул. – Вот теперь хорошо. С изумлением она пристально разглядывала появившееся на ней пальто. Но девочка не казалась раздраженной, пока двигалась, проверяя, как оно сидит. С нежной и мягкой улыбкой она обхватила себя руками. – Как тепло… Когда девочка так счастливо улыбнулась, Рен почувствовал себя так, будто его ударили по голове. Мысль, что эта улыбка предназначалась для него, наполнила его счастьем до головокружения. Желая окликнуть её, мальчик понял, что забыл очень важную вещь. – Скажи... – А? – Как тебя зовут? Девочка нахмурилось. Рен поспешно попытался загладить неловкость: – Если не хочешь говорить, то не надо… Девочка покачала головой и, вздохнув, тихо пробормотала: – Аюми… – О, Аюми-тян? Какими кандзи пишется? – Хираганой… Её голос стал ещё тише. Обеспокоенный Рен представился весело, пытаясь оживить атмосферу: – А меня зовут Рен. Рен, как в «чистилище». Знаешь? – Да, крутое имя, – Аюми кивнула, на её лицо вернулась улыбка. От этого Рен покраснел, как последний дурак. – Ха-ха, у меня есть ощущение, что я не соответствую своему имени. – Не правда. Оно подходит тебе. – Да? – Конечно. Забыв о неловкости, они улыбнулись друг другу. – Ну тогда давай играть. Во что ты хочешь? – Покачаться на качелях! – сразу заявила Аюми, потащив его за руку. – Я попробовала сама, но у меня не получилось раскачаться. Думаю, нужно знать, как это делать. – Тогда я подтолкну, – предложил Рен, изумленный её странным желанием. Но… – Не пойдет! Я хочу сама научиться! – упрямо настояла Аюми. Проявив удивительное своеволие, она залезла на качели и попыталась самостоятельно раскачаться. – Не так. Поскольку не соблюдался ритм, движение быстро остановилось. Рен объяснил и показал необходимые действия, заняв соседние качели. – Вот так. Толкай ногами. Аюми быстро сообразила, как правильно. Качели Аюми перестали дергаться и стали набирать размах. Рен рассудил, что уже можно не показывать, и решил полностью отдаться этому занятию. Он не качался лет этак четыре-пять, и спустя долгий срок подобное времяпрепровождение оказалось довольно приятным. Желая покрасоваться перед девочкой, он вложил в толчок больше силы. С завистью поглядев на Рена, Аюми прониклась духом соперничества и, бросая ему вызов, тоже увеличила амплитуду. – Эй, не стоит… Аюми пропустила мимо ушей попытки Рена остановить её. Прежде сидевшая, она неуверенно встала на доску ногами, подражая виденому ранее, и начала раскачиваться всё сильнее и сильнее. Училась она быстро, только вот новичку такое делать опасно. – Аюми-тян, стой! – громко крикнул Рен, но его предупреждение запоздало. Руки Аюми соскользнули, и она взмыла в воздух со скоростью снаряда катапульты. – Йя-я-я! Рен бросился вперёд быстрее, чем успел подумать. С силой оттолкнувшись от качелей, он прыгнул практически параллельно земле. Мальчик подхватил маленькое тело Аюми в воздухе до того, как она разбилась о землю, и, обернувшись вокруг неё, приземлился на спину. Он не стал никак смягчать удар, а заботился лишь о том, как уберечь девочку. Болезненно ударившись спиной и головой о землю, Рен не потерял сознание только благодаря боевому духу и силе воли. Перекатившись раз пять, Рен наконец почувствовал, что шок от падения мало-помалу отступает. Игнорируя звездочки перед глазами, мальчик прежде всего поинтересовался состоянием Аюми. – С тобой все в порядке? – А, да… Поскольку он прикрыл её очень умело, Аюми не почувствовала боли, не говоря уже о ранах. В её расширившихся зрачках было только удивление от неожиданного развития событий. – Я рад… Убедившись в безопасности Аюми, Рен растянулся на земле. При падении юноша получил множество ушибов, двигаться не хотелось, но всё же осознание, что он смог защитить её, вызывало чувство удовлетворения. – Рен? Тебе больно? Увидев, что Аюми смотрит на него с беспокойством, Рен постарался успокаивающе рассмеяться: – Я в порядке. Но… – продолжил он с небольшим упреком в голосе, – раскачиваться стоя – опасно, больше так не делай. – Да… Коротко кивнув, она улыбнулась и потянула Рена за рукав. – Эй, эй, теперь я хочу прокатиться на этом. Она указала на самые обычные качели. Натянуто улыбнувшись девушке, которая после такого падения ничуть не растеряла желания поиграть, Рен поднялся с помощью протянутой к нему руки. – Да, да. Как прикажет леди… Держась за руки, они дошли до качелей.

Забыв про время, они долго играли вместе. Качались, съезжали с горки, играли в песочнице. Хотя Аюми горела желанием опробовать все игровые конструкции в парке, Рен упрямо не давал ей залезть на горизонтальную перекладину. Не дело новичку в юбке раскачиваться на турнике. И вот… – Фух. Было весело. Садясь на декоративную статую животного, Аюми блаженно улыбнулась. – Я впервые так играла! – Если ты не против, я могу каждый раз сопровождать тебя. Рен старался говорить непринуждённо, но для того, чтобы сделать это предложение, ему потребовалось всё мужество, на какое он был способен. Лицо Аюми омрачилось: – А… да… спасибо, но… – Но? Это случилось, когда Рен задал свой вопрос. – А? Визг покрышек. Черный универсал остановился у входа в парк. Открылась дверь, и мужчины, конечно же, в черных костюмах, рванулись на игровую площадку. – Что это… уа?! Оттолкнув опешившего Рена, черные костюмы бросились к Аюми. Аюми молча уставилась на них, ничего не предпринимая. Не от того, что растерялась. Она знала, что это за люди и каковы их цели. – Аюми-тян! Прямо на глазах у Рена черные костюмы схватили Аюми и безжалостно сбили ее с ног. – Гха… Когда двое скрутили ей руки, девочка издала слабый вскрик, но это не заставило их остановиться. – Мы захватили цель. Да. Уже выдвигаемся, – раздался на площадке холодный голос. Чуть в стороне стоял мужчина, который, кажется, был лидером группы. Это он сообщал о захвате Аюми по телефону. Полностью игнорируя присутствие Рена, лидер дернул челюстью в сторону человека, державшего Аюми. – Вперёд. Мужчина, стоявший слева, вынул из нагрудного кармана прямоугольный прибор и нажал на выключатель. С конца посыпались искры. Мало того, что несколько взрослых человек схватили несопротивляющуюся девочку. Они, вдобавок, собирались вырубить её электрошокером. Несмотря на очевидную жестокость такого поступка, "чёрный костюм", не колебался, и уже дотронулся прибором до её спины. Вернее, собирался... Пока нападавшие были полностью заняты Аюми, Рен воспользовался подвернувшимся случаем. Двигаясь с такой скоростью, что его силуэт аж размывался, он в прыжке врезал коленом в челюсть человеку с электрошокером, выбив тому зубы. Потом, опираясь на правую ногу, с разворота нанес удар левой, с непревзойденной точностью впечатав её в голову того, кто держал правую руку Аюми. Мужчина, чьи шейные позвонки едва не переломились, свалился и потерял сознание. – Рен?.. Рен кивнул удивленно воззрившейся на него Аюми, и встал перед ней, закрыв девочку собой. – Мальчик, ты кто?.. Игнорируя довлеющие черные костюмы, Рен вынул телефон и без всяких сомнений начал набирать номер. Один-один-ноль. – Алло, это полиция. У вас чрезвычайная ситуация? – донесся сухой голос сквозь динамик громкой связи. "Чёрные костюмы" замолкли, затаив дыхание. – Алло! Что случилось? С вами все в порядке? – серьезным тоном повторил вопрос диспетчер, почувствовав неладное в телефонном молчании. – Хорошо… Что вы теперь собираетесь делать? После провокационного вопроса Рена лидер начал действовать. На одном дыхании он вынул из кармана большой черный пистолет, нацелил на ошеломленного Рена и нажал на курок. Раздался выстрел, и телефон, который мальчик держал в руке, разлетелся вдребезги. – Пха?!.. – застонал Рен, получив по правой руке удар страшной силы. "Он всегда нападает без предупреждения?" Такая реакция была неожиданно прямолинейной. Готовность стрелять в детей ужаснула мальчика. Мужчина нацелил пистолет в лоб Рена. Его готовность убивать заставила юношу почувствовать воображаемую боль в этом месте. – Я впечатлен, малыш, – восхищено пробормотал мужчина, – очень ловко для твоего возраста. И реакция превосходна. Но мы пришли сюда не играть. Я ведь не могу отчитаться, что мы сбежали, испугавшись какого-то ребенка. – Рен! Пожалуйста, уходи. Эти люди настроены серьезно! В ответ на крик Аюми Рен едва заметно кивнул в её сторону. – Ага, похоже, что так… Беспощадно стреляем в женщин и детей, а? Тогда и мне нет нужды щадить вас. Мужчина в ответ усмехнулся в нос и произнес: – Не строй из себя героя. В реальности всё не так гладко, как в фильмах. – Да, но иногда реальность превосходит любые фильмы. Я покажу. Повинуясь воле Рена, радостно взвыли духи огня. Золотистое пламя взвилось, разгоняя тьму слепящим светом. Никто из "черных пиджаков" не мог поверить в происходящее. – Рен?.. Одновременно со словами Аюми духи огня без всяких дополнительных указаний воплотились в нужной точке, и дуло пистолета стало стремительно накаляться. – Что… Огнеупорная сталь оружия расплавилась без всякого сопротивления. Глушитель, установленный на конце, упал на землю с глухим звуком. – Ах ты… Встретив напряженный взгляд человека, Рен произнес низким голосом: – Хм. Надо было жечь ближе к центру. Что получилось бы, нагрей пламя порох, нет надобности объяснять. – Я не очень хорошо разбираюсь в оружии. Но что произошло бы с рукой, если бы пистолет внезапно взорвался? Оторвалась бы только рука или еще и голова, как вы думаете? – Огненный маг… – громко прошептал один из черных костюмов. – Меня зовут Рен Каннаги. Если вам это о чём-то говорит, уходите. В ином случае – не ждите пощады. – Ка… Каннаги. Голоса черных костюмов теперь больше напоминали крики. Каннаги – самый известный и сильнейший клан огненных магов. Все профессиональные наёмники знают о нем. Один из тех, с коими не стоит связываться. Это естественно. Тех, кто могут превратить человека в пепел одной только силой мысли, сомнительно ставить на одну полку с обычными людьми. Вражда с ними означала пустую трату времени и потери в живой силе. Кроме того, мощь потомка главной семьи, носящего фамилию Каннаги, находится на совершенно непостижимом уровне. Это не тот противник, с которым могут справиться несколько вооруженных мужчин. "Чёрные костюмы" отступили на шаг. Их желание сбежать проглядывало отчетливо. Если бы они получили знак к отступлению, слиняли бы максимально быстро. Но их лидер не потерял присутствия духа. Небрежно выбросив расплавленное оружие, он ухмыльнулся: – Никак не мог предположить, что встречу юного наследника Каннаги в таком месте. Согласно этикету и мы должны назвать себя, – гордо выдал он на одном дыхании. – Мы служим клану Цувабуки. Моё имя Каяно. А это мои люди. Теперь настала очередь Рена быть ошарашенным. Клан Цувабуки… Главенствующая семья из управляющих духами земли. Если Каннаги – сильнейшие адепты огня, то Цувабуки – сильнейшие адепты земли. Влияния у них не меньше, чем у Каннаги. – Между нами возникло недопонимание, но эта вещь принадлежит дому Цувабуки. Если наследник Каннаги собирается присвоить чужое имущество себе, последствия такой глупости невозможно вообразить. – Гм… Поскольку он назвал себя Каннаги, Рен уже не мог уладить этот вопрос в частном порядке. Независимо от реального положения дел, это будет разыграно так, будто клан Каннаги совершил враждебные действия в отношении Цувабуки. "Что же делать?.." Последние десять минут разговора дались Рену с трудом. Ему, обладателю мягкого и податливого характера, было нелегко спорить с другими. Однако покорной передачи Аюми не будет. С момента появления "чёрных костюмов" у него даже мысли подобной не возникало. "Имущество?.. Вещь, говоришь?.. Это уже ни в какие ворота!" В Рене вскипел гнев. Глубокий, тягучий. Среди Каннаги главенствовала идея элитизма, превосходства над другими людьми. Рен был одним из немногих, имеющих здравый взгляд на такие вещи. Высокомерная идеология, путающая превосходство в способностях с социальным превосходством, его не коснулась. Тот, кому больше дано, должен и судить себя более строго – это учение его отца, Генмы. Поэтому человек, относящийся к другим, как к вещи, казался ему полным ничтожеством. Отдать Аюми подобным людям просто немыслимо. "Думай… Что бы сделал старший брат, будь он на моем месте?.." Рен, ненавидящий насилие, вступил в стычку с "чёрными костюмами" главным образом из-за настойчивой мысли: «А что сделал бы Казума?». Бойкие речи и неожиданные атаки – всё это у него выходило гладко до сих пор, но такое поведение, не свойственное характеру, – сильный стресс. Однако... "Еще чуть-чуть. Немножко потерпеть и…" Рен инстинктивно чувствовал, что это критический момент. Если он выстоит, то врагу придётся отправиться восвояси. На полное подражание Казумы – безжалостную резню – он не был способен, поэтому, чтобы бескровно заставить их отступить, он решил действовать по-своему. Расслабив плечи, он встал напротив "чёрных костюмов" с невинной улыбкой. – Если это так, ничего не поделать. – Я рад, что Вы понимаете, – слова Каяно были вежливы, но в интонации так и сквозила издевка. Он сделал знак своим подчиненным, и те снова двинулись к Аюми. – А-а?! – Огонь?! Перед черными костюмами вспыхнуло золотое пламя. – Что это значит? Я думал, мы достигли взаимопонимания, – спросил Каяно тоном излишне вежливым. Разумеется, это всего лишь попытка запугать. – Всё правильно, мы всё решили. Решили, что договориться возможности нет. – Ты в своём уме?.. Мы, как представители Цувабуки… – Можно не повторять. У меня отличный слух. Рен холодно оборвал Каяно и, чтобы они не сомневались в его намереньях, усилил пламя. Десятки золотых блуждающих огоньков ярко засияли в глухой ночи. Черные костюмы заголосили, дрожа от страха. – Ну, а теперь, раз со знакомством закончили, померяемся силой, а? Силуэт в огне уже больше не походил на двенадцатилетнего мальчика. Окутанная золотистым светом фигура теперь напоминала звонко смеющегося пламенного демона. Вооруженные лишь обычными пистолетами, люди не могли ничего противопоставить. – Э-это ещё не конец. – У вас есть два пути. – Рен проигнорировал слова мужчины. – Вы можете исчезнуть с глаз моих со максимально возможной скоростью, или я уничтожу вас. У вас три секунды. Выбирайте. – Чёрт. Поколебавшись две секунды, лидер буквально выплюнул: – Уходим. Разумеется, никто не возражал.

Провожая глазами отъезжающую в спешке машину, Рен вздохнул и, наконец, расслабился. Он повернулся к девочке, чтобы проверить, как она. – Аюми-тян, ты в порядке? – А. Да… Ещё несколько ошарашенная, Аюми неопределённо кивнула. – Ты Каннаги… – Удивлена? – Да, очень. Слегка прикрыв глаза, очарованная, почти в трансе, она смотрела на огонь. – Золотое очищающее пламя, как прекрасно… Рен заворожено смотрел на лицо Аюми в свете пламени. Всполохи огня отражались в её больших черных зрачках. Это было так красиво, что он забыл, как дышать. Первой пришла в себя Аюми. Стряхнув грязь с одежды, она глубоко поклонилась Рену. – Спасибо тебе за помощь – но правильно ли это? – Надеюсь, что так… Несмотря на то, что его лицо было немного напряжённым, Рен улыбнулся, чтобы успокоить её. – Если я не могу помочь девушке в беде, зачем нужна вся эта сила. – Спасибо… Повторив слова благодарности, Аюми мягко улыбнулась. Глядя на эту улыбку, Рен понял, что она стоит всех вызванных неприятностей. – И… Э… Виновато глядя на счастливого Рена, Аюми решительно спросила: – Можешь думать, что я наглая и бессовестная... но могу я попросить тебя ещё кое о чём? Хоть и с примесью вины во взгляде, мальчик, разумеется, не мог отказать этим серьезным глазам.

– Ты всё ещё не нашел это , Юдзи? Стоящий перед ней на коленях человек заставлял Цувабуки Маюми терять терпение. Мужчина – Юдзи – опустил голову ещё ниже, пережидая, пока у тирана пройдёт гнев. – До сих пор та не оказывала сопротивления. Какого чёрта делает Каяно, если не смог поймать её? – Мне очень жаль, моя госпожа. Кажется, та нашла союзника в лице Каннаги… – Каннаги? Почему Каннаги вмешиваются в наши дела? – Нет, кажется, это не решение семьи. Защитник влез ненароком, не зная всех обстоятельств. Маюми раздраженно скрестила руки на груди, внимательно слушая доклад Юдзи. – Каннаги Рен? Впрочем, он ребёнок, а не глава семьи. Та соблазнила его, а? – Это говорит только о красоте моей госпожи. Слова Юдзи, произнесенные, чтобы польстить, лишь перенесли гнев Маюми на него. – Не сравнивай меня с этой вещью ! – Простите меня, это было непозволительно. Пытаясь сгладить свою бестактность, Юдзи ещё ниже распростёрся перед ней. Мужчина за 25 унижался перед девочкой ниже него на голову. Может быть, это выглядело смешно и неприглядно, но он был более чем серьёзен. Маюми приказала в грубом тоне: – Попробуй ещё раз поставить меня в один ряд с той , и я отныне и навек запрещу тебе говорить со мной! – Пожалуйста, позвольте мне заняться этим делом! Юдзи ткнулся лбом в татами, вымаливая прощения. – Я обязательно схвачу ту своими руками! Позвольте мне, пожалуйста… Маюми поставила ногу на голову Юдзи и безжалостно надавила. – Я хочу знать, действительно ли ты понимаешь? Если мы упустим ту , тогда я… – Я не допущу этого! – решительно пообещал Юдзи под ногой Маюми. – Я защищу мою госпожу! Я клянусь, я не позволю причинить вам боль. – Хм?.. Улыбнувшись, словно верному псу, Маюми убрала ногу с головы Юдзи. – Однако поможет ли твоя решимость победить? Несмотря на незрелость, твой противник – прямой потомок Каннаги, высокоранговый огненный маг, ты понимаешь? Юдзи неспешно поднял голову. Глаза, смотрящие на хозяйку, выражали абсолютную уверенность. – Раз эти тщеславные глупцы считают, что огонь – сильнейший из искусств, давайте напомним им о реальности. – Не обмани моих ожиданий. Маюми слегка склонила голову. Ее волнистые черные волосы мягко блеснули.

– Гм... Когда Джуго положил трубку, с другой стороны раздвижной двери раздался голос Аяно: – Отец? – Входи. Без предисловий, как только дочь вошла в комнату, Джуго спросил: – Рен уже вернулся домой? – Нет ещё, – немедленно ответила Аяно. – Время уже давно перевалило за девять. Чем он занимается? Тетя Миюки беспокоится. Она говорит, его телефон отключен, и он не отвечает на звонки. – Понятно... – Но я не могу понять тетю Миюки. Когда Казума покинул дом, она не очень-то беспокоилась. – Ну, это потому, что Рен ещё очень молод. Быстро свернув тему, Джуго вернулся к насущному вопросу. – Только что разговаривал с Цувабуки. – Цувабуки? Те, которые адепты земли? Серьезно кивнув, он огорошил её шокирующей новостью: – Они утверждают, что Рен похитил сокровище дома Цувабуки и скрылся. – А?! Что?! – Я не знаю деталей, но они говорят, что всё так. Помолчав несколько секунд, Аяно медленно произнесла: – То ли Цувабуки обмануты, то ли они пытаются надуть нас. Надо это выяснить в первую очередь. – У нас слишком мало информации, чтобы судить. Несмотря на свой ответ, Джуго не отмёл мысли Аяно. Для любого, кто хорошо знал Рена, слова Цувабуки звучали как полный бред. Вот только реальность в определённом смысле такова. – Так что насчет них? Они хотят, чтобы мы взяли на себя ответственность и нашли его? – Нет, кажется, они не хотят, чтобы мы вмешивались. Если при самом худшем развитии событий Рена убьют, мы должны будем смириться с этим. Так меня проинформировали. Услышав это заявление, очень удобное для другой стороны, Аяно подняла брови. – Что? И ты согласился? – Не говори ерунды, – немедленно отозвался Джуго. – Когда я надавил на них, чтобы узнать детали, они заюлили и свернули разговор. – Что за бред?! – грубо выкрикнула Аяно и, с гневом, продолжила: – Как всегда выпендриваются без повода. Они, видите ли, защищают Фудзи-сан. Невероятно! Считают себя важнее всех! Гора Фудзи является действующим вулканом, которому дом Цувабуки не дает извергаться последние триста лет. Если магма выйдет наружу, столица, политический и экономический центр страны, попадёт под удар. Потери Японии будут ужасны. Если подумать об этом, заслуга семьи Цувабуки огромна. Однако они используют это в качестве причины, чтобы смотреть на других сверху вниз, требуя уважения и восхищения, что вызывало у Аяно сильное раздражение. Она ничего не могла с собой поделать. Духи дают свою силу магам взаймы. Они помогают, ожидая от практикующих взаимовыгодного сотрудничества. И естественно, что люди, получающие большую силу, должны нести больше ответственности. – За это теперь их по головке погладить?! Мы ведь не ради похвалы стараемся! – Ну, их миссия очень важна, это правда. – Может быть. По крайне мере, достаточно важна, чтобы жертвовать членами собственной семьи раз за разом, – с горечью объявила Аяно. – И как можно хвастаться трехсотлетним приношением человеческих жертв? Может, у них там языческая секта? – Потому что нет другого способа. – Даже если так… Аяно устало подавила готовые сорваться возражения. Сейчас не время для споров. – Так или иначе, нам необходимо найти Рена раньше Цувабуки. Ты не связывался с Казумой? Что до поисков, адепт ветра даст фору любому магу. Не говоря уж о деликатности семейного дела. Казума непременно сумеет найти брата быстрее клана земли. Аяно верила в это. Вот только… – Я не смог с ним связаться, – отрезал Джуго. – Он не отвечает на звонки, дома его, вроде, нет. Я уже и о его поисках отдал приказ. Джуго многозначительно посмотрел на Аяно. – Ты работала с ним сегодня. Не знаешь, куда он мог пойти? – Не знаю. С металлическим скрежетом Аяно выдавила ответ, делая акцент на каждом слоге. Поколебавшись, Джуго спросил снова: – Эм… Ты уверена? – Мы разделились, как только закончили дело. Сразу же. – Вот как… Ее жёсткий тон, не терпящий возражений, заставил Джуго отказаться от расспросов. Отложив проблему Казумы, он вернулся к главной теме. – Похоже, что я должен запросить поиск у отдела специального назначения. – У той женщины? При виде Аяно, недовольно выгнувшей бровь, Джуго удивился. – Тебе не нравится их начальник, Тачибана? Я думал, такая независимая женщина получит твоё одобрение. – Ну… Думаю, в этом отношении ей стоит отдать должное, – произнесла Аяно с горечью. Тачибана Кирика. Лидер единственной официальной организации по уничтожению демонов – отдела специальных расследований полицейского департамента – женщина очень способная. Это признавали все. Если откровенно, Аяно считала её большим человеком. Но их первая встреча вышла просто ужасной. Женщина шествовала под ручку с Казумой в районе любовных отелей. С того момента Кирика стала врагом, который не должен жить под тем же небом. Она не понимала, почему, но ей не нравилась эта женщина. Фамильярно прижимающаяся к Казуме фигура Кирики, ползущие вверх уголки его губ... Каждый раз, думая об этом, девушка впадала в ярость или раздражалась, не понимая причин. – Тем не менее, не стоит отрезать себя от информации только потому, что тебе кто-то не нравится. – Я знаю. В ответ на нравоучение Аяно надула щёки. После краха семьи Фуга информационная сеть клана Каннаги оказалась в значительной степени разрушена. Поэтому Джуго так надеялся на договоренности с отделом специальных расследований. Хотел заменить ими потерянное звено. В отделе почти нет боевых магов, но у них есть развернутая сеть осведомителей. А если добавить возможности обычной полиции, их способности в сборе информации лучшие в Японии. – Я не смешиваю чувства и работу. Ты уже отправил запрос? – Угу. Готовься. В нужный момент ты получишь информацию. – Поняла. – А, и ещё… Аяно уже собиралась выйти, когда Джуго накинул ей ещё одну задачку. – Если сумеешь, свяжись с Казумой. – Не проси у меня невозможного, отец. Помотав головой, она повернулась с крайним удивлением на лице. – Если ты этого не можешь, то я тем более. Забыл? Его номер я получила от тебя, не от него. – Может и так, но… вы столько раз работали вместе. Неужели не договорились об оповещениях в чрезвычайных ситуациях? – Нет. Услышав это, Джуго заметно опечалился. – Вот, значит, как… Сделав вид, что не заметила опущенные плечи отца, Аяно вышла из комнаты. Задвинув дверь, она прошептала: – Не понимаю я этих мужчин. Ничьих ушей её слова не достигли.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Pechat-vetra/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)