Ранобэ: Книга магии для начинающих с нуля

Описание: Ведьмы. Загадочные существа, сказками о которых пугают непослушных детей. Способные творить необъяснимое колдовство, они всегда были гонимы Церковью и простым народом. Но что предпримут все эти люди, когда узнают о магии — силе пока неизвестной, но куда более опасной, чем ведьмовское колдовство?

Он — зверочеловек-наемник, который ненавидит ведьм и свою сущность. Она — ведьма, отправившаяся на поиски украденной книги. Его сокровенное желание — стать человеком. А ей нужна помощь... У этих двоих нет ничего общего. Но встретив друг друга, они объединяются ради достижения своих совсем непохожих целей.

развернуть

Кол-во глав: 1-20

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

В версии с изображениями тут находится картинка. Закатный час, мир окрашен в красное, полыхающее красное, полыхающее. Подобно дыму от сигнального костра, взвивается в небо удушливый черный поток, несущий в себе жар пламени. Пахнет, будто запекают животное. Возносимые к небесам молитвы. Набат церковного колокола. Радостные возгласы людей, столпившихся на площади вокруг священного огня, изгоняющего зло. Стоя среди них в первом ряду, я смотрел, как сжигают ведьму. Муки, страх и слезы — ее вид вызывал аплодисменты. — Говорят, тот небывалый дождь, по вине которого река вышла из берегов, затопила поля и погубила много людей — происки ведьмы. Тихий шепот, распространявшийся по толпе, в которой то там, то тут звучало «Какая жуть!», подчас заглушали гневные выкрики: «Убийца! Верни мою семью!». Мелькнувший в воздухе камень пролетел сквозь пламя, жадно пожирающее плоть, и достиг своей цели. — Страх-то какой! Я думал, разговоры о существовании ведьм в наше время — это просто сплетни, но и не подозревал, что одна из них может оказаться так близко… Где же она скрывалась? Это ведь она похитила младенца, чтобы принести в жертву? По слухам, в ее логове покоилось немало мертвецов. — Ее обнаружили святые рыцари. Хоть они кажутся никчемными бездельниками, в такие моменты на них можно положиться как на служителей Церкви. В конце концов, от ведьм нас оберегают только Церковь да боги. Все это время вопившая от боли и отчаянно пытавшаяся вырваться женщина наконец затихла; языки пламени заслоняли обугленную фигуру. «Так тебе и надо, ведьма!» — радуясь, мысленно произнес я. — Дети мои! — воскликнул священник, до этого читавший молитву. — Зло, обитавшее здесь, повергнуто! Нечестивой ведьмы, сеющей страх и панику, той, что призывала демонов с помощью колдовства, больше нет! Толпа ликовала. Всеобщее «Слава Церкви!» сотрясло воздух, и, словно отозвавшись на крик, огонь запылал еще яростнее. Шел 526 год от основания Церкви. В мире существовали ведьмы, изучающие колдовство. Но вместе с тем мир пока не ведал о магии как технологии.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Ведьма и зверочеловек

В версии с изображениями тут находится картинка.

1

Сегодня эта темная пещера наконец покинута. Летнее солнце слепит, из-за чего пришлось натянуть капюшон поглубже. Здешняя жара не идет ни в какое сравнение с прохладой грота. Глаза еще не привыкли к солнечному свету. Пусть. Главное, сейчас меня окружают приятная влажность леса и простирающееся над головой синее небо с безмятежно плывущими облаками. «Вот она какая, поверхность», — подумалось мне. Мир, будто перенесенный со страниц книг, гораздо более яркий, чем на иллюстрациях, но, что важнее, изменчивый. Летают насекомые, поют птицы, бегают звери. Глядя на все это, иду по земле босыми ногами, ощущая приятную влажность опавшей листвы. Все же немного больно наступать на мелкие камни и ветки. Запах сырой земли и опревших листьев вкупе с душком подгнивших фруктов благоприятствует на удивление умиротворяющей атмосфере. Оборачиваюсь к пещере. Темнота, царящая там, уютна, даже жаль уходить, но мое ожидание затянулось. Книги, которые читались без устали, опротивели и теперь вызывали только внутренние противоречия. Так, наверное, прошла вечность. Казалось, пройдет еще столько же. Но мне надоело. Больше не собираюсь ждать. — Я ухожу отсюда, Тринадцатый. Озвученное решение ласкало слух. Вскинув палец, направленной к небу ладонью указываю на пещеру. Стоило это сделать, как вход с грохотом обвалился. Мысль о том, как ругался бы Тринадцатый, вызвала смех. Чуть позже, пересекая лес, мне довелось наткнуться на узкий проток. Легко преодолев его, продолжаю движение. И тут… Снова похожий проток. Да не просто похожий, а тот же самый! Странно. Тропинка никуда не сворачивала. Почему же я снова здесь? Озадаченно хмыкнув, во второй раз перепрыгиваю через ручей и, оглянувшись, вижу… Он пропал! — Неужели барьер? Вот же упорный поганец! Будто с самого начала знал, что нарушу слово. Мною было дано обещание ждать. Бесспорно, это так. Но прошло слишком много дней. Времени, проведенного здесь, более чем достаточно. Что дальше? Несколько секунд на обдумывание. В быстром темпе произношу слова, вскидываю руку и… — Слова сбора. Знание восьмое. Кудора * ! В то же мгновение часть леса стерло с лица земли. С тех пор прошло уже несколько дней. 2

Я всегда думал, что вечерний лес по-своему очарователен. Особенно в предзакатных сумерках. Солнце клонится к горизонту, и бурно разросшиеся деревья погружаются во мрак. В подобный этому час, в наплывающей полумгле, странник, оказавшийся здесь, наверняка примется ставить лагерь. Позднее, в окружении деревьев, ему, завернувшемуся в плащ у тлеющего костра, останется лишь дожидаться рассвета. Сейчас именно такой час, промежуток между вечером и ночью. Я в лесу, окрашенном закатными красками… бегу со всех ног прочь от смертельной опасности. Очарование вечернего леса? Ничего подобного! Пни и кустарники на пути затрудняют движение, приходится осторожно обегать стволы деревьев. Стоило мне притормозить, чтобы отдышаться, как… — Слова охоты. Знание четвертое. Редасто * ! Раздался взрыв, поваливший огромное дерево. Сбитый с ног, я, к своему позору, упал наземь. Взрыв ли? Нет, вовсе нет. Простой взрыв не может быть таким мощным! Словно ударили каким-то неизвестным оружием. Черт его знает, так это или нет, однако теперь убегать станет труднее. «Невезуха, невезуха, невезуха!» Услышав чьи-то шаги и недовольный голос, я вскочил и бросился наутек. Недавний «взрыв» повредил барабанные перепонки, поэтому все окружающие меня звуки слух воспринимал как бы в отдалении. Чувство равновесия тоже подвело, ноги подкашивались. Сейчас я не могу позволить себе упасть. Если остановлюсь — умру. Наверняка меня обезглавят, а из шкуры сделают украшение. И один черт, кто за мной гонится — вор или разбойник, но этот парень явно не настроен на мирную беседу. Устланная гнилой листвой земля будто пружинила, а раскинувшиеся повсюду корни деревьев мешали бежать. Вдруг рядом с моим лицом пронесся сгусток энергии, который мгновенно испепелил торчащие со всех сторон ветви. В этот момент до меня наконец дошло, кем являлся нападавший. «А-а, черт, черт бы побрал!» — Треклятые ведьмы! Катастрофы ходячие! Не для того я родился, чтобы стать вашей жертвой! Я слышал, что ведьмы этой страны могут творить невиданное прежде колдовство, однако не верил во что-то подобное. Но тот сгусток энергии, обративший ветви деревьев в пепел, убеждал в обратном. Самый отвратительный противник — ведьма. Я понял, кто на меня напал. Хорошо. Однако, увы, ситуация от этого не изменилась. Прибавил ходу. И вдруг обо что-то споткнулся — очередной корень. Более того, уже в падении я обнаружил перед собой не мягкую землю, а пустое пространство — обрыв. Эх, надеюсь, не пострадаю. Было бы здорово, окажись подо мной река. Молясь богу, в которого никогда не верил, я упал с обрыва и закувыркался к подножию. Склон закончился раньше, чем можно было предположить, — повезло. Внизу тем не менее оказалась не река, а путешественник, перемешивающий похлебку, — не повезло. «Воистину невезуха». Впрочем, скорее достанется бедолаге, на которого я приземлюсь. Одежда почти полностью скрывала его фигуру, однако местами выдавала худощавое телосложение. Я же, напротив, довольно крупный. «Уж прости. Если сейчас умрешь, вырою тебе могилу. Если сам выживу, конечно». В следующий миг я столкнулся с землей. По спине и пояснице разошлась сильная боль. — А-а-а! — отчаянно взревел я, понимая, что погоня подошла к концу. Каким-то чудом путешественник избежал столкновения. Не без потерь… «За испорченный ужин — извини». Когда я, кряхтя, начал приподниматься, он вперился в меня взглядом и, сотрясаясь от злости, закричал: — Ублюдок! Наглец! Опрокинуть суп, в который душу вложили! Ты хоть знаешь, сколько времени ушло на готовку? Это тебе не зверюшку зажарить! Как ты посмел, как ты… — Ну, ну, успокойся. Я бы извинился, но сейчас у меня нет времени! — Нет времени, говоришь? Что может быть важнее испорченного су… — Идиот, осторожно! — закричал я и быстро прижал его к земле. Раскаленный сгусток энергии едва не зарядил мне в голову. — Ясно. Пожалуй, ты прав… — Разговоры потом! Удираем! — Взвалив незнакомца на плечо, я рванул с места. И только на бегу задумался, с чего вдруг прихватил его с собой. — Слушай, куда ты меня тащишь? — Должно быть, он задался тем же вопросом. Что ж, придется составить мне компанию, странник. — Так уж вышло, — ответил я честно. Хотя, наверное, было бы лучше удирать, бросив его там в качестве приманки. Может, избавиться от него еще не поздно? — Тебя… преследуют? — подал голос «багаж» на плече, пока я размышлял, что предпринять. Учитывая ситуацию, его спокойствие удивляло. — Будто сам не видишь. Очень даже преследуют. Убить хотят! — Ты что-то натворил? — Нет! Видать, я ей как жертва приглянулся… Зверочеловек все-таки. — Вышло, пожалуй, несколько саркастично, зато соответствовало истине. Как следует из названия, зверочеловек — наполовину зверь, наполовину человек. По непонятной причине иногда рождаются подобные мне, с головой зверя и покрытые мехом, причем родители — обычные люди. Наши головы, похоже, необходимы ведьмам для ритуалов, поэтому тем, кто хочет наладить контакт с одной из них, моя кочерыжка частенько представляется в образе ценной добычи. В основном разношерстным грабителям и прочим мерзавцам. Первый раз на меня напали в тринадцать… Если точнее, из-за меня напали на деревню. В то время я был слабым ребенком и не мог защитить жителей от вооруженных ублюдков. В итоге я еще жив. А вот трое селян умерли по моей вине. В конце концов я поступил, как большинство зверолюдей, — покинул деревню и стал наемником. Иными словами, спасаясь от одних ублюдков, попал в компанию других. С тех пор кочую от боя к бою, регулярно покидая места, где мне не рады. Наемники живут войной. За звонкую монету сражаются по разные стороны баррикад и уничтожают друг друга. Будь то война между странами, стычки лордов или разборки мелких поместий… Конечно, неприятно говорить, но до тех пор, пока род людской не прекратит убивать, наемник никогда не останется без работы. То же относится к зверочеловеку. Благодаря высокой боеспособности, ему рады на любом бранном поле, что позволяет оставаться вольным наемником, не связанным с конкретным отрядом. И лучше не стоит пытаться изменить этот уклад… Неважно, что за страна, город или деревня — никто не обрадуется зверочеловеку, решившему обосноваться где-то поблизости. Церковь тоже считает нас нечестивыми созданиями. Это неудивительно, поскольку слабых обывателей всегда пугали мне подобные. Ко всему прочему, из-за ведьм, жаждущих голов зверолюдей, за нами вечно следуют разбойники, превращающие мирные края в поля сражений. Но это впервые, когда на меня нападает именно ведьма. Можно сказать, мне повезло. Я всегда считал ведьм злобными и подлыми тварями, манипулирующими бандитами, но теперь понимаю, что они гораздо опаснее. «Однако интере… Твою ж!..» Услышав, как сверху что-то громко ударило, я нырнул за дерево. Большой ствол, основание которого пронзил сгусток энергии, затрещав, упал с оглушительным звуком. — Черт… Что за дела? С каких пор колдовство сравнялось по скорости с арбалетным выстрелом? Я, конечно, слышал, что здесь используют необычное колдовство, но не ожидал чего-то настолько разительного. Проклиная все на свете, я вновь побежал. Не так уж много я знаю о ведьмах и колдовстве, но общеизвестно, что последнее требует масштабных ритуалов. Всем знакома страшилка о ведьме, которая провела ритуал длиною в месяц и обрела силу, способную уничтожить целую страну. Храмовники, естественно, помешали ей в последний момент. Такая вот сомнительная байка. Но она поясняет суть. Для колдовства нужно время. Потому-то ведьмы не просто скрываются, они защищают убежища толпами подчиненных, чтобы без опаски работать с серьезными, требующими полной концентрации, ритуалами. Так все и должно быть. Вот только на бегу метать сгустки энергии, или разносить здоровенные деревья без использования взрывчатки — умения, идущие вразрез со всем известным; в истории тому не найти аналогов. Мой разум пребывал в хаосе. Впрочем, бегство — в данный момент единственное, что может спасти мою шкуру. — Это Стим * ? — спросил «багаж». Я не ответил, поскольку старался уйти от погони. Тогда он легонько похлопал меня по голове. — Эй, от этого обязательно убегать? — Конечно! Иначе сдохну! — Да нет же… Слушай, отпусти. Не раздумывая, я скинул «багаж» на землю. Раз просит отпустить, значит так тому и быть. Прощай, странник. Пусть даже в одиночку, но я выживу. Сделав пару быстрых шагов, я в который раз неловко упал на землю. А все потому, что та внезапно стала вздыматься. — Ч-черт! — воскликнул я. — Какого… Со стоном подняв голову, я не поверил своим глазам. Атаковавшая нас ведьма, падая, вскрикнула, а вокруг нее вдруг начали формироваться стены из земли и поваленных деревьев. С каждой секундой они становились все выше. — Что за… Да что тут творится?! — закричал я и посмотрел в сторону незнакомца. Хотел мигом проверить, в порядке ли он, но взгляд отвести уже не смог. Капюшон, до этого скрывавший лицо путешественника, сполз, и на плечи ниспали волосы цвета сверкающего серебра, которые тут же принялся играючи развевать ветер. — Девушка. И чертовски красивая. В момент, когда жизнь висела на волоске, я не думал о чем-то подобном, но сейчас вспомнилось, что несомое тело было стройным и легким. Хоть произнес я это странно спокойным голосом — «девушка», — для меня, как для парня, узнать такое было немного чересчур. «Эх, пропадет ведь. А хотелось бы во многих местах ее пощупать», — инстинктивно подумал я как мужчина с вполне объяснимыми потребностями. Но… Что за дела? Вот эта девушка… творит нечто подобное? Здесь только ведьма, я и красавица. Происходящее действо определенно направлено против ведьмы. Разумеется, я на такое не способен, поэтому остается… В следующий миг все стихло. Словно воздвигнутая в этом месте давным-давно, но в то же время ему чуждая, ведьму окружала стена из земли. — Это Слова захвата. Знание третье. Этрак * . Используя слабый Стим, менее чем через сутки оттуда не выбраться. С Редасто, конечно, можно… но оно слишком изнуряет. Так что пока не отдохнет — не появится. Теперь хотелось бы получить объяснения. Девушка издала смешок, и на алых губах появилась ледяная улыбка. Слегка опущенные веки, длинные ресницы, странный цвет глаз — прозрачный, словно лилово-голубой драгоценный камень. Я разглядывал ее как завороженный. — Ты… ведьма, что ли? Девушка качнула головой. Безумно красива. Ледяную улыбку на юном лице сменило решительное, вполне человеческое выражение. Минуту назад она казалась совсем другой. — Воистину! Аз есмь ведьма. Та, что в бессмыслице видит смысл. Та, что из ничего создает что угодно. Я — грязная ведьма! Вот как. Ясно. Вот оно что. Понятно. В следующий миг я поднялся и со всех ног припустил оттуда. 3

Родиться чудовищем — значит получить несколько преимуществ, одно из которых, бесспорно, выносливость. Беги изо всех сил — никто не угонится. Случись зверочеловеку и представителю рода людского затеять драку, последний умрет, на мне же не останется ни царапины. Крайне полезное в бою тело. Благодаря ему я, кажется, сбежал от ведьмы. Опрометью я выбрался из чащи по небольшой тропинке. Выдохнув, затаился возле дерева и уставился на то место, откуда только что выбежал. Лес уже поглотила тьма, впрочем, не похоже, что кто-то меня преследует. Но даже осознав это, я еще некоторое время прислушивался к окружению, затаив дыхание. И лишь убедившись в безопасности, наконец смог вздохнуть с облегчением. Вот же… Как мне не повезло-то. Еще раз оглядев окрестности, утопающие в тусклом свете луны, я начал готовиться к ночлегу. Неважно, что та девушка очень красива. Как она и сказала, ведьмы — зло. Поэтому она — мой злейший враг. Конечно, быть убитым такой красоткой не худший из вариантов, но жизнь все-таки дороже низменных инстинктов. Впрочем, грустить по мертвому зверочеловеку никто не станет. Потому я должен ценить свою жизнь, коль уж таким родился. Зверолюдей ненавидит весь мир. Этому есть причина: по большей части все мы либо наемники, либо разбойники. Одним словом, убийцы. Будь я человеком, держал бы детей от таких подальше. Пускать в город, лавку, даже просто смотреть… Н-да. Подводя итог, нигде в мире, как не ищи, не найти сторонников зверолюдей. Мы благословлены как воины, и это позволяет не беспокоиться о еде. Вне зависимости от желания, за нас уже решено, каким ремеслом мы займемся, что по-своему неплохо. Я мечтал открыть таверну, жениться на милой девушке и умереть дряхлым стариком, но… К сожалению, мир не позволил. — С таким-то видком, м-да… — вздохнул я и провел рукой по покрывающему тело меху. Внешне зверолюди не многим отличаются от крупных хищников. Есть такие, кто похож на медведя или волка, но в моем случае исходное животное непонятно. Скорее всего, кто-то из семейства кошачьих, правда, выгляжу я слишком грозно. Серые полосы на белом меху едва заметны, так что назвать меня полосатым довольно трудно. Я, конечно, этим доволен, но в ночное время белый цвет сильно выделяется, из-за чего я постоянно ношу черную накидку. — Ну, все лучше, чем если бы совсем без полосок, — с наигранной радостью прошептал я и усмехнулся. Это сейчас я философствую, а в подростковую пору ненавидел свою шкуру до такой степени, что готов был ее содрать. Даже как-то попробовал, но из-за чертовской боли прекратил… Дело было как раз после ухода из деревни. В безлюдных горах, весь покрытый кровью, словно дикое животное я пожирал крыс и птиц, но даже тогда не подох. Может, и разглагольствую поэтому. Раз уж я чудовище, если умру, никто обо мне плакать не станет. Потому поклялся себе во что бы то ни стало выжить. С тех пор минуло больше десяти лет, и та рана давно зажила. Чувство одиночества, долгое время изводившее меня, притупилось… Хотя нет, просто ослабло. В конце концов, быть одному не так плохо. Возможно, когда-нибудь найдется девушка со странными вкусами и полюбит меня, мир-то велик. Вот такими надеждами тешусь. Однако стоит только вспомнить, что даже проститутки воротят нос от зверолюдей… — Хотя бы милую зверодевушку отыскать. Неплохо было бы… …скажем, кроликовидную. Не знаю, есть ли такие, но это лучше, чем подобная мне, похожая на хищную особь. Уповая на судьбу, с которой ничего не поделать, я помешивал будущий ужин — суп. Скрываясь от ведьмы, мне пришлось распрощаться с тушкой зайца, которой хотел подкрепиться на ночь глядя. Поэтому ингредиентами теперешнего супа стали травы и сушеное мясо из НЗ * , приправленные парой щепоток соли. Жаль, но это все. Поварится еще немного и на вкус будет ладно. А пока… Я достал из сумки компас и карту, которую развернул на коленях. «Карта страны Веньес. Правленая версия. Проводник в город торговцев — место, где собраны редчайшие товары со всего света. В столице Фраста еженедельно проводится ярмарка в честь дня богини, известная своим фирменным блюдом — зажаренным на вертеле Эбуробоа (вид огромного кабана). У него нежное и сочное мясо. Внимание! Леса — ареал обитания Эбуробоа. Охота запрещена. Если идете в обход, придерживайтесь дороги». Последнее предложение вызвало кривоватую усмешку. — Уж извиняйте, в лес я попал не по своей воле, — прошептал я и, ориентируясь по звездам и карте, определил свое местоположение. Эта страна, Веньес, расположилась почти в центре континента. До недавнего времени она процветала, поскольку являлась важным торговым пунктом. Говорят, когда-то от внешнего мира ее отделяли горы, но проделав тоннели и установив торговые связи, Веньес гарантировал себе безопасность, а также привлек внимание торговцев и путешественников. Путь странников, не желающих огибать прежде непроходимые горы, лежит через эту страну. Многих из них не смущает высокий налог на проход. Разумеется, дорога ведет через тоннель, размеры которого больше, чем можно ожидать. В нем даже вмещаются несколько постоялых дворов. Развешанные по всей длине угольно-черного коридора разноцветные светильники, освящая потолок и внутренние строения, создают непередаваемую фантастическую атмосферу. Будь я мальчишкой, рванул бы туда во всю прыть. Вот только в последнее время по соседним странам ходят слухи, что в Веньесе не все так гладко. Теперь неопытные торговцы сторонятся этой страны, ставшей небезопасной. Попади они в неприятности, это будет риском для жизни, к тому же в нестабильной обстановке нарисовались разбойники. Пожалуй, именно из-за этого поток пересекающих страну путников иссяк. Разумеется, правители начали отчаянно искать выход из положения. Первым решением стало увеличение военной силы. Другими словами, привлечение наемных солдат. Слухи об этом разлетелись за пределы страны и достигли ушей наемников вроде меня. Таким образом, в поисках работы я оказался на пути к столице Веньеса — Фрасте. Если слова пограничной стражи верны, зверолюди станут основной ударной силой, поэтому, заручившись рекомендацией, я направился в столицу. Что вскоре обернулось той еще головной болью. Чтобы места обитания здешних видов оставались нетронутыми, в Веньесе дорога проложена крайне извилисто. Из-за этого и карту из рук не выпустишь. Я провел пальцем по потрепанной бумаге вдоль линии своего маршрута. От места первой ночевки бежал через лес, и, выйди я сейчас на дорогу, Фраста окажется… — Там. Подняв взгляд от карты, по которой сверял местоположение, я застыл. Темный силуэт человека в капюшоне, едва освещаемый пламенем танцующего костра, держал в руке ложку и… как ни в чем не бывало цедил из нее суп. 4

— А-а-а! — Ну еще бы не закричать. Как зверочеловек я, вообще-то, очень чуток. И чтобы мимо меня кто-то прокрался — не бывало такого. Однако сейчас вообще не заметил чужого присутствия. Это само по себе удивительно, но, что важнее, этим человеком была недавняя сереброволосая девушка, ведьма. Которая сейчас уминала мою еду. Уж не знаю, чем именно в таком случае был вызван мой возглас. — Эй! Заканчивай лакать мой суп без спроса! — судя по этим словам, крик в большей степени относился к еде. В ответ на вопль по поводу кражи супа, ведьма подняла голову с недовольным: «Что?» — В-верни мой ужин! — следом закричала она. — С чего он твой? Мой он, мой! — Кое-кто давеча испортил кое-чей суп, припоминаешь? Приготовить нечто похожее и вернуть владельцу — доброе дело, а? — Да кто ведьме доброе дело сделает? — Ну хорошо. Раз ты так, то я сделаю вот как… Колдовство использую. Угрожающе тихие слова девушки заставили меня понизить тон. Точно. Она ведьма. Вместо того, чтобы браниться из-за супа, следует хватать меч и сматываться. — Значит, слушай сюда. Ты прямо сейчас отдаешь суп мне, иначе на севере приключится засуха, на юге — эпидемия, на западе — нашествие крыс, а на востоке — неурожай. По твоей вине мир ввергнется в хаос. Так что немедленно отдавай суп! Натуральная ведьма. Но я, что странно, не ощутил от нее опасности. Ни злобы, ни враждебности, ни жажды убийства. Уж к ним-то я привык и направленные на себя почувствую. Впрочем, даже не заметив, невольно вскину клинок. Однако сейчас, кроме недовольства, в словах ведьмы играла напускная ярость, только и всего. После внутреннего спора я решил: — А, делай что хочешь. Я выбираю ужин. Если со мной все в порядке, на мир — плевать. Умри я, никто тоже не опечалится, так что в расчете. Отобрав у изумленной девушки ложку, я начал яростно хлебать суп. — А?! Т-ты хоть понимаешь, что говоришь? Даже демоны миром больше дорожат! Эй, не съедай все! — Не ной под ухом, мешаешь. — Я стряхнул навалившуюся со спины ведьму. Воскликнув «Агх!», та упала и покатилась по земле. Повисла мертвая тишина, так что я прекратил есть и уставился на девушку. Распластавшись на траве, она не шевелилась, что выглядело странно. Не умерла же она, в конце концов. Будет, конечно, неплохо, если она скопытилась, но то, что убивать ее я и не собирался, оставляет неприятный осадок. — Эй, ты, — тихонько позвал я. — Я? — также тихонько ответила она, приподнявшись. Ага, жива. Жива, но с ног до головы вымазалась в чем-то черном. «Возможно, не стоило так?» Конечно, я не чувствую опасности, но она же ведьма. Что будет, выведи я ее из себя, — неизвестно. Я затрясся и обхватил тело руками… — Я тоже хочу есть. Да она же устала! Какой там злиться, у нее голос дрожит. Не шути так! Выглядишь как несчастная, сбежавшая из дома и заплутавшая девочка. В потрепанной одежде — жалкое зрелище. Будто я тут злодей!

В версии с изображениями тут находится картинка. — Есть хочу… Я тот суп готовила весь день. С такой радостью, с таким нетерпением. С раннего утра старалась, — говорила ведьма, подползая все ближе. Подобный вид, бесспорно, вызывал жалость. Но мысленно я, помнится, извинялся от всей души. Несмотря на то, что тогда у меня были серьезные проблемы, суп-то перевернул я. Да и, можно сказать, она мне жизнь спасла. Пусть она ведьма, если не угощу ее хотя бы чашкой супа, буду чувствовать себя негодяем. — А еще твой суп очень вкусный. Я тоже хочу… Вот как, вкусный, значит. Раз так говорит, злых намерений у нее нет. Я делал суп на скорую руку, но за вкус ручаюсь. Цокнув языком, наполнил чашку и передал ведьме. Лицо девушки скрывал капюшон, однако она явно засияла, когда, выхватив из моих рук чашку, поднесла ее к губам и начала жадно прихлебывать. — Так бы сразу. Только время зря потратили. Ну и отношение. Вот почему я не люблю существ под названием «красавицы». А «ведьма» и «красавица» — адская смесь. Тем временем быстро опустошив содержимое чашки, девушка требовательно ткнула в меня пустой посудой. — Добавки. Какая наглая. Я дернул носом. Чашку, разумеется, не принял. — Ты зачем явилась? Чего от меня надо? — Я, конечно, могла бы ответить, но из-за голода совсем не осталось сил. И настырная. Даже если она так уставилась на меня, я ее не боюсь. Мне жизнь дорога. Не скажу, что жажду нападать на ведьму в открытую, и раз напугать ее тоже не выйдет, значит стоит подчиниться. Вот только слушаться ее я не собираюсь. — Ответишь — еще супа налью. Девушка поочередно взглянула на пустую чашку и на меня, прикидывая, и со словами «Расскажу, держи» наконец протянула мне посуду. После чего заговорила с равнодушным выражением на лице: — Я сейчас путешествую. Ищу человека по имени Тринадцатый. «Тринадцатый — это же номер, а не имя». Вслух, однако, я эту колкость не высказал. Ведьма же. Я еще не совсем с ума сошел. Взяв у нее чашку, молча налил суп. — Тринадцатый — мой товарищ. В лесу Юмицуки мы вместе исследовали колдовство, но потом он покинул пещеру, чтобы выполнить кое-какую проблемную работу. С тех пор я долго ждала, но так и не дождалась. Потому мне больше ничего не оставалась, кроме как последовать за его зловещей колдовской силой. Так я дошла досюда, но… Лес Юмицуки. У него, раскинувшегося в сердце континента, есть и другое популярное название — «лес, что не терпит над собой власти». Поскольку те места неразрывно связаны с ведьмами, ни одна страна не желает объявить их своей территорией. По этой причине они до сих пор неизведанны. В рамках охоты на ведьм Церковь уже не раз пыталась туда вторгаться, однако, не отыскав ни единой колдуньи, прекратила засылать в ту местность отряды инквизиции. — Похоже, в этой стране процветает охота на ведьм. — Она процветает по всему миру, вообще-то. Помрачнев из-за моих грубых слов, девушка продолжила: — Но здесь к этому относятся уж слишком ответственно. Во время путешествия меня трижды пытались сжечь на костре. — М-м… — кивнул я. Это она о той маленькой проблеме, которой одержим Веньес. В данный момент ее надеются разрешить силами зверолюдей-наемников… И эта проблема — ведьмы. — Говорят, ведьмы подняли восстание. Неудивительно, что инквизиция свирепствует. — Ведьмовское восстание? — переспросила девушка, сверкнув глазами. — Не слишком ли устаревшее выражение? «Не тебе, ведьме, это говорить». Так я подумал, но ее удивление казалось искренним. Вот уж и впрямь анахронизм. Кроме как в сказаниях о старых временах и не услышишь историй о восстаниях ведьм. — Я сам думал, что разговоры о восстании лишь слухи… пока на меня не напала та разбойница. Теперь считаю, это правда. Ведьма, атакующая путников, — странное явление. К слову, в других странах охота на ведьм, пожалуй, должна называться «охотой на последних». Пять сотен лет назад между ведьмами и Церковью вспыхнула война. Ее исходом стало поражение ведьм, которые, будучи объявленными всемирным злом, попрятались где могли. Все же пятьсот лет... Неудивительно, что им надоело. Разумеется, ведьмы, чинящие бедствия, должны быть пойманы, но сейчас уже никого не обрадуешь охотой на колдунью, ведущую мирную жизнь простого обывателя. А раз не обрадуешь, то ни для власти, ни для Церкви в том пользы нет. Ведь для Церкви охота на ведьм изначально являлась одним из способов утверждения влияния. Если нет зла, то и в продвижении Истины нет нужды, а если в Истине нет нужды, люди не поверят в бога. Так что признаем ведьм злом… В общем, такие дела. По призыву властей — естественно, за огромное пожертвование — отряды инквизиции могли бы сдвинуться с места, но… Веньес этого не сделал, Церковь предпочла остаться наблюдателем. Как следствие, ведьмы в стране творят что хотят, а правительство отчаянно пытается подавить их. — А ведь я смеялся над этими слухами, когда границу пересекал. Среди них частенько упоминалось о ведьмах, осаждающих деревни, чтобы забрать селян в рабство. Так что у тебя за проблемная задача-то? Неужели помощь восставшим? Может, ты только прикидываешься, что ничего не знаешь, а на самом деле явилась им помочь? Даже если так, Веньес все равно опасен для этой девушки, что вполне заслуженно. Однако та, услышав мои слова, побледнела от злости. — Сдалась мне эта головная боль! Ежели восстание преуспеет, страной придется править, так? А я терпеть не могу всякие трудности. В любом случае, если уж править, то страной мрачной и не такой большой, а еще заселенной пауками. «Нет такой мрачной страны». Я на секунду представил эту красавицу в окружении пауков и тут же пожалел об этом. «Что-то у еды вкус отвратительный. А котелок…» Заметив, что котелок, который находился у меня в руках, исчез, я тут же посмотрел на ведьму. Когда только успела стащить? Вон как быстро ложкой работает. — Н-ну, ты… Когда? Как? — Я же ведьма, друг мой зверочеловек. Ты так увлекся беседой, что, пока не опомнился, я могла бы легко раздеть и содрать с тебя шкуру. Заговорился на свою беду, так что суп теперь мой. — Ах ты су… — начал закипать я, почувствовав себя дураком. Вот только котелок уже в руках ведьмы, и шанса его вернуть нет. Смирившись, я допил остатки своей порции. — И? Что у тебя за проблема? — Поиски. Кое-кто плохой украл одну книгу. Тринадцатый ушел, чтобы ее вернуть. — Книгу? — Необычайно важную книгу, существующую в одном экземпляре. При неверном ее использовании могут возникнуть сложности. — Сложности? Ведьма вдруг потеряла интерес к еде. Оторвавшись от котелка, тихо произнесла… …всего несколько слов: — Миру придет конец. — Миру… что? — Конец, говорю же. Я усмехнулся: — Жуть какая. Извини, можно от страха поплакать? — Даже если ты не поверил, мог бы и посерьезнее выразиться. Мне же обидно. — Я не настолько наивен, чтобы поверить, будто мир падет из-за какой-то книжонки. — Какой-то книжонки? Не говори глупостей. Чтобы мир пал, хватит и одной страницы, — бесстрастно заявила девушка. В ее голосе не было злости, она не кричала, но говорила так, будто на самом деле верила в свои слова, отчего они казались соответствующими действительности. Конечно, звучит правдоподобно, но… Кто вообще в такое поверит? Мир-то в порядке. Не знаю когда украли книгу, но, если судить по словам ведьмы, этот Тринадцатый ушел на ее поиски давным-давно. Имей книга силу, способную уничтожить мир, мир давно лежал бы в руинах. — Ладно, допустим, это правда. Но причем тут я? Чего тебе от меня нужно? Я же об этом вначале спросил, а не о причинах твоего путешествия. — Ты правда не понимаешь? — К сожалению, я тугодум. — Объясняю. Я должна вернуть книгу, которая, похоже, находится в этой стране. Но ведьме путешествовать в одиночку неудобно, да и опасно. Регулярно скрываться надоедает. Поэтому… — Она посмотрела на меня. И тут я понял. — Ты — стань моим охранником. — Отказываюсь! — немедленно ответил я. От всей души. — Превосходное решение… Но не слишком ли поспешное? — Не доходит, что ли? Видишь ли, я ненавижу ведьм. — Погоди. Разумеется, не за просто так. Я ведьма. Ведьмы приносят жертвы демонам и творят чудеса. Платить согласно договору — одна из основ ремесла. — Цена не имеет значения. Я желаю, чтобы ведьмы исчезли, потому и прибыл в эту страну помогать с их истреблением. Если Веньес очистится от ведьм, моя жизнь обретет смысл. А ты предлагаешь мне стать твоим телохранителем? — Говоришь такое ведьме в лицо? Почему ты так ненавидишь нас? — Ну… По моей морде разве не понятно? — Морде? Ведьма уставилась на меня и, покачав головой, ответила: — Красивая. Мне нравится. — Издеваешься?! — С чего бы? Прекрасный мех, зоркие глаза, хороший подбородок… Красота дикого хищника. К слову, лицо, скрытое под мехом, тоже вполне недурно. Под мехом… Лицо? Я коснулся головы. Неизменная звериная морда. — Ты можешь разглядеть мое лицо? — Конечно. Не разгляди я его, звалась бы я ведьмой? Ты все твердишь «зверочеловек, зверочеловек», но это только облик, «откат» от проклятия, обращающего в зверя. — От… Откат от проклятия? — Ведьмовская работа. В качестве платы за нечеловеческую силу, облик того, кто пожелал ее, изменяется на звериный. Это Обращение в зверя. Тысячелетия назад, во времена, когда страны вели между собой бессмысленные сражения, говорят, существовали сотни тысяч зверолюдей-воинов. — В-выходит, это ведьмы создали зверолюдей? — Немного не так. Проклятие и «откат» от проклятия — звучат почти одинаково, но между ними большая разница. Проклятие — намеренно вызванное изменение, а «откат» от проклятия — его следствие. — Ты уж прости, но я вообще не понимаю, о чем ты. В ответ на мою кривую улыбку, словно втолковывая нерадивому ученику, девушка оживленно заговорила: — Сейчас все поймешь. Дай-ка мне вон тот камешек. — Она указала на плоский кругляш рядом со мной. Я перекинул его ей, и, поигрывая им, та продолжила: — Допустим, этот камень — колдовство. И я, ведьма, его запускаю. Бросок. Неожиданно сильный для ее телосложения. Камень попал в дерево за спиной девушки и срикошетил обратно. Она увернулась от него. В результате я получил прямо в лоб. Раздавшийся звук оказался нешуточным. Не будь я зверочеловеком, наверное, истек бы кровью. — Больно же! Ведьма пожала плечами, словно не считала себя виноватой. — Моей целью было дерево. Отскочив от него, камень не попал по мне, а пролетел по прямой и угодил в тебя. Вот и колдовство работает примерно так же. — Отскочив от дерева, попало по мне? — Именно. Когда зверочеловек погибает, душа зверя возвращается к ведьме, но, если умирает ведьма, проклятие возвращается к существу, что ей ближе всех. В большинстве случаев к потомкам. Обосновавшись в лоне женщины, душа зверя порождает зверочеловека. Вот что есть ты и другие зверолюди. — То есть среди моей родни была ведьма, которая умерла, и поэтому я зверочеловек? Чушь! Никогда не слышал об этом! — Даже не являясь общеизвестной, истина есть истина. Я ведьма и не вру о колдовстве. Вот, значит, почему Церковь твердит, что тот, кто в прошлой жизни творил зло, позволив демону вселиться в тело, получает облик зверя. И вот почему зверолюди яростны, любят сражения и проводят в них всю свою жизнь. Мне, мечтающему о мирном существовании, так и хочется воскликнуть на этот церковный бред: «Эй, что за шутки?!» Но в это верят почти все. И потому меня считают таким же. — И все же… В моем роду ведьма… — Ведьмы по природе своей нелюдимы. Вдобавок живут очень долго. Даже если ведьма жила давно и о ней позабыли… все равно есть шанс, что проклятие вернется. Печально глядя на опустевший котелок, девушка вздохнула. — Хочешь стать человеком? — спросила она. — Смогу ли стать человеком? — ответил я вопросом. Ведьма улыбнулась. — Запросто. Так что думаешь? О найме. Если подчинишься, засчитаю это как плату. Открыть таверну в какой-нибудь деревушке, подцепить милую девчонку и жить спокойной жизнью — моя несбыточная мечта. Но если слова ведьмы правдивы, я смогу прожить жизнь обычного человека. Жизнь, в которой не надо ни прятать лицо под капюшоном, ни бегать от ведьм, ни сторониться проституток... Вот только можно ли ей верить? Она же ведьма. — Зачем тогда ведьмам головы зверолюдей? — Потому что красиво смотрятся? Так и хочется заполучить, быть может? Но я в этом не заинтересована. Целым ты мне полезнее. А без конечностей охранник из тебя никакой. — Может, говоришь все это, чтобы я ослабил бдительность, а потом вмиг обезглавишь. — Не глупи. Было бы нужно, давно бы так сделала, а не об охране просила. «Вполне вероятно. Бесспорно, я общаюсь с ведьмой и до сих пор жив. Она заслуживает доверия… Не полного, конечно, но, пожалуй, ее не стоит чрезмерно остерегаться», — так я подумал. Даже хочется верить ей. Но правда ли? А если ложь? Она же ведьма. — Можем заключить договор, — внезапно произнесла девушка. — Договор? — озадаченно переспросил я. — Ведьмовской договор на крови. Ты охраняешь меня, а я обращаю тебя в человека. Договор с этими условиями подпишем кровью. Нарушившая его обязательства сторона исчезнет, исключений не бывает. — Ис… Исчезнет… Эй, ты что… В отличии от меня, вздрогнувшего, ведьма хладнокровно улыбнулась. — Нечего так бояться. Пока договор не нарушен, все будет нормально. Ну же, дай руку. «Зачем?» Так и не спросив, я протянул руку, за которую она ухватилась. Мягкая девичья ладонь. Сердце внезапно забилось сильнее. Только от этого. Между тем ведьма приблизила губы к моему пальцу и без лишних сомнений положила его подушечку в рот. Длившееся несколько мгновений ощущение мягкого языка — от этого весь мой мех встал дыбом. — Э-эй! — вскрикнул я, ощутив, как нарушился кожный покров. Глядя на кровь, капающую из моего пальца, ведьма удовлетворенно кивнула, а потом проделала то же самое со своим. — Чернилами, смешанными из крови обоих, зеркальным письмом написать обязательства. Затем сжечь, и договор заключен. Он в силе, пока одна из сторон не умрет или пока не будут выполнены или нарушены обязательства. Мы с тобой скованы им. К сожалению, у меня нет бумаги… Но, думаю, ткань подойдет, — сказала она и без колебаний оторвала лоскут от края одежды. Изрядно потрепанная, та стала выглядеть еще более потрепанной. Я с отстранением наблюдал, как с руки капает кровь, точь-в-точь как она капала с руки девушки. — Эй, ведьма… Почему выбрала меня? Если не хочешь выделяться, вероятно, стоило выбрать менее подозрительного телохранителя? Ведь в паре со зверочеловеком ты будешь у всех на виду. — Скрыть себя проще, если выделяется спутник. Это и позволит мне оставаться незамеченной, — спокойно ответила ведьма. Вот оно что. Пожалуй, так и есть. В компании из зверочеловека и ведьмы выделяться буду я, а не она. — Ну и потом, запахом ты напоминаешь мою Нору. — Напоминаю запах норы? — Да. Большая пещера в лесу Юмицуки. Темная, кое-где узкая, а потому уютная. Вот мы и зовем ее Норой. Можешь считать это жаргонным словом для прибежища ведьм. Я приблизил морду к своей руке и потянул носом. Из-за этих кувырков среди леса я насквозь пропах смесью грязи и сопревшей травы. Но больше всего выделялся звериный запах, с которым, увы, ничего не поделать. — У вас там, что ли, животные были? — Животные? Прилично, пожалуй. Много змей и пауков… «Змеи и пауки в качестве домашних тварюшек? В любом случае при первой возможности искупаюсь». Решив так, я неожиданно улыбнулся. Сделка на крови с ведьмой, мое существование под угрозой, а в голове только мысли о ванной. Впрочем, я изначально не чувствовал от девушки опасности. И в этом уже уверился. Инстинктивно доверяя, я искал причину не доверять. Вот же дурак! Ведь благодаря инстинкту мне множество раз удавалось избегать неприятностей. Шумно почесав морду, я выхватил их рук ведьмы лоскут потрепанной ткани. — Эй, стой! Договор еще… — Не завершен? — Я разорвал тряпку и пустил клочки по ветру. Ведьма недовольно заверещала: — А-а-а! С-столько времени впустую! На ткани буквы писать, знаешь ли, непросто! — Можешь не писать эту подозрительную ерунду! Ну-ка, дай руку. — В этот раз уже я взял ее. Красивая рука. Такая маленькая, что, сжав, раздавлю, наверное. С пальца капает кровь. Из того места, где она прокусила. Приложив свою ранку к такой же на ее пальце, я смешал нашу кровь. Девушка посмотрела на меня сияющими глазами. — Я знаю, что это! Обещание на крови, да? — заалев, восторженно проговорила она. — Кажется, вот так нужно руку пожать… — И изо всех сил прижала свой большой палец к моему. — Это лучше ведьмовского договора. Человеческий обычай. Наемничий. Ощущение чужого прикосновения вызвало нервозность, я резко отдернул руку. Кончик пальца, где смешалась кровь, был странно горячий. «А не случится ли чего, если смешать кровь ведьмы и зверочеловека?» — запоздало забеспокоился я. Но глядя на девушку, обхватившую палец словно драгоценное доказательство, мне стало все равно. — Клянусь, Найми́т * , будь спокоен. Я ни за что не сниму твою голову с плеч. — А, вот как? Хорошо бы. И еще… ведьма. Имя… Как твое имя? — Имя мне Зеро. «Ноль — это вовсе не имя, а номер». Хотел пошутить насчет этого, но передумал. Разговор замер, и я вопросительно взглянул на ведьму. — А мое имя… не спросишь? Девушка устало пожала плечами. — Не интересно. — А? — Я зову по имени только последователей и слуг. Имя важно для ведьм. Сказав мне свое, в тот же миг ты окажешься связан, станешь слугой, без возможности отыграть назад. Ее губы растянулись в ухмылке. Словно говоря: «Я тебя съем!», она вскинула руки на манер актера или старухи, пугающих детей. — Это… очень по-ведьмовски. — Именно. Я же настоящая ведьма. На мою, вероятно, жуткую улыбку девушка тоже улыбнулась. Так и завязались наши странные отношения. Ни я, ни она не звали друг друга по именам, да и не знали их. Впрочем, эти отношения не продлятся больше месяца. Обращение подстать отношениям, которые быстро окончатся.

↑ Крушитель гор

↑ Разрыв связей

↑ Поток

↑ Каменная тюрьма

↑ Неприкосновенный запас главного героя, то есть припасы на черный день

↑ Наемник

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Книга Зеро

В версии с изображениями тут находится картинка.

1

Мягкое. Теплое. Приятно пахнет. В объятиях этого «нечто» началось, казалось бы, неплохое утро. Приоткрыв глаза, я увидел угольки от потухшего костра и сажу. Вчера, кажется, что-то случилось, но что — никак не вспомню. Вроде бы ведьма… — Мн… Мня… — раздался голос под моей рукой. Ах, точно, полусонно подумал я. — На… настав… ник… — Что?! — Я мгновенно пришел в себя. Издав вопль, похожий на звук раздавленной лягушки, вскочил и увидел, что укутанная в полуистлевшую с виду одежду Зеро, которую я оттолкнул, словно бездыханное тело, перекатывается по земле. Сползший с ее головы капюшон открыл солнечному свету очаровательное лицо. Казалось, что к несомненно красивым людям вроде нее понятия возраста и пола больше не применимы. Несмотря на отсутствие форм, подчеркивающих ее женственность, Зеро сочетала в себе невинность наивной девчонки и обольстительность проститутки. Неудивительно, что я не могу успокоиться. — Дура, ты что творишь? Еще не до конца проснувшись, Зеро осоловело пыталась нащупать что-то перед собой, а затем недовольно надула щеки. — Мех… — А? — Холодно… Мех… Мою шею… Так мягко, так приятно… — Просыпайся давай! — выпалил я и пихнул ее. Воскликнув «Кья!», Зеро подскочила. — Больно же! Зачем бить-то? Я всего лишь спала! — И где, черт побери, ты спала? — Где… В смысле? — недоумевала Зеро и, болезненно скривившись, потирала голову. — Хм… Кажется, я укуталась твоей одеждой и зарылась в мех, да так и уснула. — И чего так спокойно отвечаешь? Не чувствуешь вины? Хоть бы извинилась! — Не кричи спозаранку, изобразив такую жуткую физиономию. Зверье в лесу хочешь перепугать? Чего злиться-то? У-а-а-х… — Она прервалась на зевок. Сощурившись из-за утреннего солнца, девушка накинула капюшон, скрывший верхнюю часть лица и тем самым сделавший ее образ более таинственным. Это позволило мне немного расслабиться. Такая красота — яд для глаз. — Не по душе, что я вторглась в твое личное пространство? С этим ничего не поделать. У тебя, Наймит, есть мех. У меня же, как видишь, таковой отсутствует. Я беззащитна перед холодом. Или считаешь, что только ты можешь греться, а мне замерзай в одиночестве? — Я, вообще-то, в меху не по своей прихоти. — Дело не в том, нравится тебе твой мех или нет. Главное, он у тебя есть. Да и самому-то небось понравилось? — Зеро слегка улыбнулась. Вспомнив тепло и мягкость, которые ощутил после пробуждения, я, не в силах что-либо возразить, подавился словами. Заметив мою реакцию, девушка удовлетворенно кивнула. — Спать порознь холодно и одиноко. А вдвоем… Вдвоем все же лучше. Ты видел сны, обнимая несравненную красавицу. Так что жаловаться тебе не на что. — Говорить о себе «несравненная красавица» как-то… — Но это же очевидно! В ответ на такое самолюбивое утверждение мне оставалось только цокнуть языком. — Скромность и стыд, полагаю, ведьмам незнакомы? — Данные понятия и ведьмовство несовместимы. Постой, неужели возбудился? — спросила она, довольная чем-то. Я резко выразил несогласие: — Черта с два! «Наверное. Нет. Наверняка нет». — Так неинтересно, — проговорила ведьма расстроенным голосом. — А вообще… что тебя не устраивает? Думай обо мне, как о чем-то неживом. Ты для меня кровать, а я для тебя — подушка. Польза обоим. На этом и сойдемся. — Что мне выгодно — решать не тебе! Я… — Ты же мой наемник, так? А наемник обязан подчиняться приказам нанимателя. Это, конечно, правда, но мысль о том, что каждый вечер придется засыпать в обнимку с красавицей, волнует больше, чем радует. Повисшую тишину нарушило урчание в животе Зеро. — Я проголодалась, Наймит. Не выдержав ее пристального взгляда, мне пришлось уступить. Спорить бесполезно. Тушка изловленной вчера птицы лежала где-то здесь. — Жаркое с солью устроит? Одобрительно кивнув, Зеро заканючила без умолку: «Поторопись, поторопись!» 2

Я собирался участвовать в охоте на ведьм, но не успел опомниться, как стал наемником при одной из них. Подобные этой истории обязательно вызовут усмешки в любой таверне. Разумеется, скажи я кому, что служу ведьме в качестве наемника, буду тут же сожжен с Зеро за компанию, так что, пожалуй, ни за что на свете не посмею произнести этого. Пока зажаривал птицу, я решил узнать у Зеро дальнейшие планы. Ее место назначения мне до сих пор неизвестно. Так что хочется прояснить детали новой работы. Зеро, однако, не ориентировалась в землях Веньеса и в данный момент с помощью карты пыталась изучить территорию страны. — Где я сейчас нахожусь? — Развернув карту, девушка наклонила голову. Я ткнул когтем в отметку на бумаге. Задумчиво хмыкнув, Зеро кивнула и тонким пальчиком повела оттуда в сторону. Расстояние до столицы Фраста от указанной мною точки равно примерно двум перстам. — Тринадцатый, скорее всего, где-то здесь. Так мне кажется, — невозмутимо произнесла Зеро. Я схватился за голову. Столица Фраста — именно туда пролегает мой путь. Другими словами, это место, куда созывают всех охотников на ведьм. В это время, когда местные правители собирают силы наемников, готовых выступить против колдуний, идти в центральную часть страны равносильно самоубийству. Попадись кому на глаза в таком месте ведьма, извинениями она не отделается. — Не думаю, что колдун будет торчать в столице страны, которая враждует с ведьмами. Ты, верно, ошиба… — Мое предположение основывается не на логике, а на фактах. Без сомнения, следы колдовства Тринадцатого простираются вплоть до тамошних окрестностей. Он должен быть там. — Зеро уверенно кивнула. Похоже, ничего не остается, кроме как направиться во Фрасту. Но все же какого черта этот Тринадцатый забыл в самом центре страны, воюющей с ведьмами? — Как-то подозрительно. Почему мы должны быть уверены, что это не Тринадцатый стоит за восстанием? — Тринадцатый очень ленивый. А захваченная страна сулит большие проблемы. Ему это известно. — Тогда что он тут делает? — Я же говорила, ищет книгу. Учитывая ее содержание, оправданно вести поиски там, где разбушевались ведьмы. — Ах, та самая книга, из-за которой миру придет конец? — вырвалось у меня с сарказмом. Однако Зеро не разозлилась, только кивнула. Что придало моему вопросу странную значимость, и я ощутил мурашки по всему телу. Воткнув в землю прут с нанизанной на него тушкой птицы, я принялся неторопливо разводить огонь. Зеро наблюдала за мной с довольной физиономией. Тогда я спросил: — Значит, книга… Что это за книга такая, с помощью которой можно уничтожить мир? Взгляд Зеро, прикованный к дичи на вертеле, переполз на меня. Горделиво расправив плечи, девушка зачастила: — Пергамент высшего качества, приятный аромат. Чернила, что никогда не выцветут. Шлифованный переплет из черного дерева, поверх которого нанесен изящный орнамент. Золотой корешок. С первого взгляда любой… — Я имел в виду не внешнее оформление! Содержание. Что в ней написано? Бесспорно, знать о том, как выглядит искомое, важнее всего, но интересует меня другое. В ответ на мой вопрос, облизнув губы, Зеро обиженно произнесла: — Прекрасная же книга. — Даже выслушав твой рассказ об этом, не думаю, что пойму. — Я пыталась объяснить. Если не понял, то ты крайне отсталый. — Зеро посмотрела на меня. Я — на нее. Так и таращились друг на друга несколько секунд. — Много ли тебе известно о колдовстве? — внезапно спросила она. Похоже, я выиграл. — Не очень, однако… Это когда можешь призывать демонов и умеешь совершать разные сверхъестественные вещи? — Точно. А знаешь, как это делается? — Чертится волшебный знак, произносится заклинание, еще нужно жертвоприношение, — ответил я без раздумий, на что Зеро удовлетворенно кивнула. — Правильно. Чудеса происходят после разговора с демоном. Это и есть колдовство. Хоть я слышал о колдовстве всего ничего, но такие факты известны любому. Из учений Церкви, детских страшилок и подобного прочего. Ведьмам в них отведена роль самых частых злодеев. — Итак, вчерашние сгустки энергии, летевшие в тебя. Я называю это заклинание «Стим». Что думаешь насчет него? «Что думаю? Даже если ты спрашиваешь, ответить не так-то просто». Зеро улыбнулась моему молчанию. — Не стоит пытать себя размышлениями. Удивился ведь? — А, ну… Да, весьма. — Любой бы удивился, Наймит. Ибо неожиданно. Всякий подсознательно думает, что подобное невозможно. Сгустки энергии, которые метала ведьма, и воздвигнутая силами Зеро земляная стена существенно изменили мое представление о колдовстве. Сомневаюсь, что атаковавшая нас мерзавка выводила колдовские знаки прямо на бегу. Да и жертву ей некогда было преподнести. Демона рядом также не наблюдалось. До этого ходили слухи, что ведьмы Веньеса творят необыкновенное колдовство, однако такого я совсем не ожидал. — Неужто мои знания ошибочны? — Как раз наоборот. Об этом мало кому известно. Строго говоря, мой Стим — вовсе не колдовство. — Не колдовство? «Тогда что же?» — не успел я спросить, как Зеро ответила: — Именно. Это не колдовство. Это магия . — Ма… гия? — повторил я незнакомое слово. Хоть и смог произнести его, смысл все еще оставался неясен. Вероятно, на моей морде появилось странное выражение, раз Зеро слегка улыбнулась. — Что смешного? — Нет… Просто подумала: для грубияна-наемника у тебя сейчас довольно милое лицо. — Ми… Милое? Милое… Ну… — Не смущайся, Наймит. От этого ты еще милее. Иначе я не сдержу порыв обнять тебя. Для наемника вроде меня слово «милый» и подобные ему — сродни оскорблению. Пытаясь подавить неприятные чувства, я разделал ароматную и сочную тушку птицы и приправил ее солью. Огонь, на который просыпалась часть крошечных белых кристаллов, встрепенулся желтыми сполохами. — Не переживай, объясню. И даже не стану называть тебя отсталым. Но прежде чем приступить к толкованию особенностей магии, нам стоит прийти к пониманию того, что собой представляет колдовство. Тому, у кого нет этих знаний, про магию не объяснить. Подобрав лежащую у ног ветку, Зеро принялась чертить на земле странный символ. Закончив с одним, рядом начала другой, выстраивая их в круговой последовательности. — Колдовской знак? — Ага. В ритуале призыва демона очень важен колдовской знак. Для ведьм он словно священное место, которое усиливает возможности. Но главное его назначение — служить защитой от призванных демонов. Всю цепочку символов Зеро обвела кругом. Идеальным кругом — и не подумаешь, что нарисовал человек с помощью ветви дерева. Внутри него с равными друг от друга интервалами расположились четыре круга поменьше, исписанные незнакомыми словами и символами. — Для защиты от демонов? Выходит, призванные демоны могут напасть? — И не только. Если в колдовском символе найдется хотя бы один дефект — сожрут до начала переговоров. Поэтому абсолютно все ведьмы сперва упражняются в безупречном начертании. Идеальный круг. Идеальные линии. Идеальные символы. Без такого навыка ведьмой не стать. — Значит, это игра со смертью… — Да. Призыв демона — занятие смертельно опасное, — с этими словами девушка закончила чертеж. «Получается, с помощью этого колдовского круга можно…» Подумав об этом, шокированный, я посмотрел на Зеро. — Эй, погоди-ка! Неужели… Ты же не собираешься призвать здесь… — Именно. Просто смотри. Будет интересно. — Постой! — Не обратив внимания на мой крик, Зеро простерла руки над кругом и начала монотонно бормотать заклинание. Очень хотелось остановить ее, но меня пугала мысль о возможных последствиях вмешательства. Я был готов в любой момент сорваться с места, но никак не решался на это, а лишь взирал на круг и колдунью. В общем… Спустя несколько минут Зеро все еще продолжала бормотать заклинание. Настороженность постепенно отступала. Может, ничего не произойдет? Однако стоило мне так подумать, как колдовская окружность вдруг засветилась. Слабым голубым светом. За которым что-то маячило. — Ох, черт! Явилось! И впрямь что-то явилось! — Я отпрыгнул как можно дальше. Мгновение спустя свет пропал, и я уставился на нечто, появившееся в центре круга. Похож на человека. Но лишь отчасти. Темно-зеленые глаза, не имеющие белков и чем-то схожие с глазами насекомого. На спине крылья, опять же, как у насекомого. А сам… не больше моей ладони. — И это… демон? — Ага, демон. Вот только… Не слишком ли много страха в твоем голосе? — Замолкни! Только ведьмы, наверное, не боятся демонов! Глядя на меня, ощетинившегося в нескольких метрах от круга и внимательно следившего за демоном, Зеро устало вздохнула: — Ну же, подойди ближе. Не укусит. Это даже не демон, скорее, фея. — Д-демоны и феи, кажется, разные создания. — По сути, одно и то же. В разные времена, в зависимости от места, их называли по-разному, но все подобные нечеловеческие сущности ведьмы именуют демонами. Фей, духов и, разумеется, богов. Я ушам своим не поверил. — А это ничего, что ты относишь богов к числу демонов? — Церковь тоже причисляет языческих богов к демонам, так? Просто богов от демонов отличает людская вера, таковы слова Церкви. «Вот как? Понятно», — подумал я после ее слов. Впрочем, для меня, не верующего ни в каких богов, это звучит логичнее, чем сказки про единое всемогущее божество. Медленно приблизившись к кругу, я посмотрел на взволнованного демоненка. «Цвирк-цвирк», — издавал он звук, похожий на пение сверчка. — Боится, что ли? Мелочь эта? — Похоже. Таких низкоуровневых демонов призывают нечасто. Не привык, видимо. — Выходит, демоны подразделяются на ранги? — Точно. Демонов строго ранжируют. Высокоуровневые очень сильны и повелевают некоторым числом других демонов. Если преуспеешь в призыве высшего демона, как правило, автоматически получишь знания о призыве более мелких. Подобно древесным ветвям, таким образом распространялось и колдовство. — Ну а этот? — Где-то в самом низу, пожалуй. Слаб. Умрет от одного удара. Я почти подавил страх. Удивительно: оказывается, существуют демоны слабее меня. — Ну-ка, кроха, ответь моему желанию. Зеро предложила ему хворостинку, и тот уставился на нее. Сильный выдох… И пламя. Ветка моментально занялась, а демоненок посмотрел на девушку, словно вопрошая: «Что дальше?» — Бесспорно, условия выполнены. Хорошо потрудился. — Слегка кивая, Зеро вынула из притороченного к поясу мешочка маленький фрукт. Разрезав его, бросила в рот демону. Пожав плечами, с хлопком тот исчез. Я замер, изумленно глазея на пустое место, где мгновение назад стоял демон. — Серьезно, вот это да! Впервые вижу колдовство и настоящего демона! — Ну и как, совпало это с твоими представлениями? Начертание колдовских символов, произнесение заклинаний, призыв, договор… — Зеро задула огонек на ветке. Да, ожидания оправдались. Несмотря на то, что демон оказался не таким страшным, как я себе представлял, ритуал по большому счету не противоречил слухам, ходившим в народе. — Теперь про книгу. В ней четыре главы: «Охота», «Захват», «Сбор» и «Защита». Главы содержат информацию о том, как выполнить колдовство при помощи заклинаний, не используя ритуалы. — Зеро внезапно выпрямила указательный палец, на кончике которого вспыхнул маленький огонек. Широко распахнув глаза, я отпрянул от пламени. — Такова сила недавно призванного демона. Проще говоря, Создание маленького огонька. Я не чертила знаков и не призывала демона, но результат видишь сам. Это и есть магия. Сейчас я обошлась без заклинания, но изначально следовало произнести: «Каро Рай, огонь собери. Слова охоты. Знание первое. Лекс * . Признай меня. Имя мне Зеро». — То есть даже заклинание можно отбросить? — Это возможно, если практиковаться, постепенно совершенствуя умения. Заклинания складываются из трех «блоков». Применимо к показанной магии, «Каро Рай» — воззвание к демону. «Огонь собери» — четкое выражение желания заклинателя. Последняя же часть включает в себя название умения и собственное имя, можно сказать, для правильного настроя. — Значит, настрой важен? — В ответ на сорвавшийся с языка вопрос Зеро кивнула. — Назвать умение и произнести свое имя — важная точка опоры в магии. Впрочем, с тренировками учишься обходиться без этого. В конечном итоге достаточно произносить слова мысленно, как молитву, в некотором роде. Удобно же? Например, развести огонь без кремня. Несомненно, удобно. Моя ладонь в разы больше человеческой, поэтому добыть огонь без кремня соответствующего размера — та еще мука. Я восхищенно вздохнул, и Зеро задула огонек на пальце. Кажется, теперь я понял значение ее слов о том, что это не мои знания ошибочны, а истина малоизвестна. Все оказалось куда проще, м-да. — Как ты одалживаешь силу у демона, не призывая его? Ведь призыв требовался всегда. — Нет, вовсе нет. Просто до этого никто не пытался экспериментировать. Никто даже не пробовал? Выходит, что… — Ты из меня дурака делаешь?! Получается, мы угробили кучу времени на бесполезное занятие? Стоило ли призывать демона, когда могла обойтись без этого? — Вот! Зачем я специально вызвала демона и подвергла мир опасности, если могла использовать только голос. Это было колдовство. Вопрос не в том, как я воспользовалась колдовством, не призывая демона , а в том, зачем я потратила время на его призыв . Я онемел от удивления, а Зеро продолжала: — Это изначально ошибочная теория. И колдовство эту теорию стало развивать. Так прошло несколько сотен лет, за которые никто даже не подумал подвергнуть ее сомнению. В украденной книге описана теоретическая часть магии: как пользоваться колдовством, не прибегая к призыву. Также там записаны несколько имен демонов, их способности и необходимые жертвы. Вообще, если заранее известно все о демоне, можно обойтись без призыва. Для демонов это так же естественно, как для пламени пожелтеть от просыпанной в костер соли. Зеро прервалась на мгновение. — Я зову это законами демонических контрактов — магией. До меня наконец дошел смысл непривычного слова «магия * ». Это новая технология, в которой наиболее трудоемкая и поглощающая время часть, именуемая «призыв демона», вырезана, благодаря чему процесс колдовства становится проще и быстрее. Заставить монарха придти в вашу резиденцию или просто обратить его внимание на себя с помощью даров и писем — разные вещи. Очевидно, последний вариант более практичен. Но, несмотря на это, ведьмы до сих пор почему-то занимались изучением первого. И вот подобную практику опровергла какая-то книга. Чтобы сразить ведьму, нужна тысячная армия. Кто-нибудь из солдат обязательно выпустит из бестии дух. Несмотря на это, для победы Церковь все же приложила немало усилий и потратила столько же времени. Во время ритуалов ведьмы беззащитны — легкие мишени. К тому же способных использовать мощное колдовство не так много, и убийство хотя бы одной сильной ведьмы считается предвестником победы. И если магия распространится по миру… — Да уж, совсем не смешно. История пестрит так называемыми вехами технологического прогресса. Пришедшие на смену бартеру деньги изменили войны. Изобретение колеса и повозки перевернуло понятия о торговле. Открытие магии в этом случае сулит… Во-первых, ведьмы станут могущественнее. Численность колдуний, подобных Зеро, возрастет, в результате чего может начаться вторая война между ведьмами и Церковью. Нет, даже не «может», а точно начнется. Похоже на нынешнюю ситуацию в Веньесе, где ведьмы, скрывавшиеся целых пятьсот лет, учинили восстание. Не верю, что это никак не связано с украденной книгой. — Получается, ведьма, которая атаковала нас, использовала магию, описанную в украденной книге, — подытожил я, на что Зеро пожала плечами и сказала: — Выходит, так и есть. — Стало быть, она украла книгу? — Нет. Она слишком неопытна. Хотелось бы спросить, где ей довелось прочесть книгу, но вчера, пока она пыталась выбраться из ловушки, это казалось невозможным. Потому я не стала ждать. По крайней мере, она, похоже, училась у кого-то. — Училась… А-а… Книги предназначены для чтения. Знания, изложенные в одной-единственной книге, становятся достоянием нескольких тысяч человек. Значит, проблема не только в ведьмах? Исходя из услышанного, достаточно произнести заклинание и подготовить жертву, чтобы магия активировалась, и… — То есть магия… Ее может использовать кто угодно? — Отнюдь. Магия оперирует понятиями «совместимость» и «несовместимость». Если к магии есть талант — ты ее используешь. Если таланта нет — как бы ни старался — не получится. Кое-что невозможно выполнить, даже если знаешь, как это сделать. — И как определить наличие таланта? — Легко. Достаточно произнести любое низкоуровневое заклинание. Если появились признаки активации — талант есть. Не появились — отсутствует. При наличии таланта, обучение магии займет примерно пять лет. Вот как. Н-да. Несомненно, магия — могущественная сила. И если обладатель таланта может научиться магии всего за пять лет, почти наверняка найдутся такие, кто станет использовать ее со злым умыслом. Я наконец понял, почему Зеро опасается. Бесспорно, мир может пострадать. И даже не от целой книги как таковой, а от единственной ее страницы. Это слова Зеро. Мне вспомнилось разлетевшееся в щепки дерево, которое поразил сгусток энергии, называемый Стимом. Настолько же мощный выстрел может произвести только немалых размеров балестра, заряженная металлическим болтом. Для которой, в свою очередь, необходимо могучее чудище, способное орудовать чем-то подобным… В бою даже один такой самострел — серьезная угроза. А появись в гуще сражения те, кто владеют Стимом, очевидно, что войска противника будут уничтожены. Если такие люди запишутся на службу в регулярную армию — это еще не так страшно. А вдруг они возникнут среди мятежников и грабителей? Вдруг у них начнет проявляться талант к абсурдно мощной магии? Кто и каким образом их тогда остановит? — Ну и проблем с этой книгой… Как такое вообще… — Видишь ли… Я подскочил одновременно со словами Зеро. Жажда убийства. Без сомнения, сейчас она сочилась откуда-то. Но прежде чем я нашел источник, ушей достиг странный звук, и, не раздумывая, я обернулся в его направлении. Тоже почувствовав что-то, Зеро обратила взгляд к лесу. Точно, в лесу. Нечто огромное прорывалось сюда напрямик из чащи. — Да ладно, шутите. Быть не может! Поваливая деревья на своем пути, это существо, будто снаряд, яростно продиралось сквозь заросли. Стоило мне увидеть его, как в мыслях пронеслись слова предупреждения, выведенные на карте Веньеса: «Внимание! Леса — ареал обитания Эбуробоа». Н-да, немаленький кабан. Но чтобы такой… — Ни черта какой здоровый! Он же больше меня! — невольно закричал я. Безусловно, этот Эбуробоа огромен. Около двух метров в холке, взгляд устремлен в мою сторону, да так, что сейчас мне вовсе не до смеха. Левый глаз у кабана отсутствовал, а по мохнатому телу расползлись следы былых ранений. Сразу видно, животное немало сражалось за свою жизнь и отправило на тот свет множество охотников. И вот, притормозив, единственным оставшимся глазом, налитым кровью, вепрь уставился на меня. Из пасти капает слюна. Разъярен и, кажется, вот-вот набросится. Рыло украшено двумя парами острых клыков, попадись которым, даже зверочеловек окажется расчленен на две половинки — верхнюю и нижнюю. Животные терпеть не могут зверолюдей. И сейчас я ненавидел эту особенность как никогда прежде. Бежать? Нет, не выйдет. Вспоминая скорость вепря, даже если я брошусь в лес, мне не скрыться. А с Зеро на плече — это вообще нереально. Похоже, придется сражаться. Подловив момент, когда кабан сорвется с места, уйти вбок и оттуда ударить в голову. Хорошо бы повредить ему глаз, но… Выйдет ли? Я обнажил меч. Отблеск клинка, дезориентировавший Эбуробоа, послужил началом схватки. Вепрь помчался в мою сторону. Я уже собирался отскочить, как вдруг увидел Зеро за своей спиной. Замерев, она улыбалась. Эта дура! Какого… — Дура, ты чего там застыла?! Быстро изогнувшись, я притянул Зеро и перекатился вместе с ней по земле. Кабаний клык полоснул по спине, отчего тело обдало холодом. Стоило мне восстановить равновесие, на этот раз убедившись, что Зеро в безопасности, как та, думая непонятно о чем, вышла вперед… Другими словами, встала между мной и Эбуробоа. — Да-а… Как вовремя. Пожалуй, продемонстрирую тебе, что есть магия в бою. Не пропуская этап произнесения заклинания. Гляди, — сказав это, Зеро элегантно развела руки. Когда кабан, атаку которого только что удалось избежать, снова ринулся на нас, она продекламировала: — Мииза Ри Кибу, движения поймай и останови! Слова захвата. Знание восьмое. Каплата * ! Признай меня! Имя мне Зеро! Что произошло? Я понял не сразу. Сначала из земли выросли бесчисленные вьюнки, которые, опутав копыта вепря, повалили его. Затем на тело упавшего животного набросилось еще больше стеблей, и в итоге он больше не мог подняться. На заклинание потребовалось всего несколько секунд. Воистину колдовство. Нет, это… Магия. И раз Зеро умеет ею пользоваться, выходит, я не нужен. Суть моей профессии сейчас была поставлена под сомнение. — Кстати, Наймит, — обернувшись, сказала Зеро, пока я изумленно пялился на дергающего конечностями Эбуробоа, — это съедобно? Вкусно? — Да, — сухо ответил я. Хотя и не был уверен. Просто ничего больше выговорить не смог. — Вот как, съедобно. Помассировав виски, я осторожно ухватил Зеро, глаза у которой сверкали. — Нет… Не так. Он, наверное, вкусный, но… Охотиться на него запрещено. Отпусти. Зеро расстроено понурила плечи и с неохотой подошла к кабану. После чего легонько ударила пальцем по слюнявой морде исступленного животного. В тот же миг кабан успокоился и невидящим взглядом уставился на Зеро. — Напасть на меня и не стать ужином… Везучий кусок мяса. Будь благодарен этому и больше не показывайся мне на глаза. Пока Зеро нравоучала кабана, опутавшие его стебли один за другим расплетались и втягивались обратно в землю. Освободившись, вепрь, как и велела Зеро, медленно побрел в подлесок. Проводив его взглядом, девушка посмотрела на небо и произнесла: «Атака». Одновременно с этим я устремил взор за деревья. — Оттуда! — крикнула Зеро и повела руками, словно натягивала тетиву лука. Стим. С руки сорвались три сгустка энергии, которые устремились по направлению к одному из деревьев. В момент, когда все три вонзились в ствол, раздался крик. Так. Кажется, я привык к магии. Вернее, чувство ужаса слегка ослабло. Каждый раз замирать от страха при виде магии — так никакое тело долго не протянет. Приглядевшись к тому, кто только что словно вылетел из-за пораженного сгустком дерева, мне оставалось только скривиться и тихо зарычать. Эти светло-золотые волосы я уже видел. — Тварь… Вчерашняя ведьма, которая нас преследовала! — Постой, Наймит! — внезапно сдержала меня Зеро, когда я уже вытащил меч с мыслью убить противника, пока тот не опомнился. — Это ребенок. — Ребенок? Что? — Я вперился взглядом в фигуру, растянувшуюся на земле. Если внимательно присмотреться, бесспорно, малявка, и слово «ребенок» к ней применимо. Значит, это от нее я вчера так отчаянно удирал? От этой мысли почувствовал себя жалким. Я убрал руку с эфеса меча, и Зеро жестами приказала мне не двигаться. Сама тем временем быстрым шагом приблизилась к ведьме. — Ты поступила очень грубо. Уверена, кабан, напавший на нас, тоже твоя работа. — Зачем мешаешь?! Ты ведь тоже ведьма! — рассматривая Зеро, выкрикнула полулежавшая в траве ведьма, игнорируя упрек. — Знаешь же, как для ведьм ценна голова зверочеловека? Мне она необходима во что бы то ни стало! — Это мой наемник. Его смерть — для меня лишняя проблема. — Но я первый его увидел! Ты присвоила его себе! Удивлен. Значит, «Я * ». Под словом «ведьма» обычно подразумевается женщина, творящая колдовство, но эта какая-то странная, похожая на мальчишку. Погодите-ка. Если вспомнить, Тринадцатый, кажется, тоже парень. Выходит, для колдовства пол не важен? — Не имеет значения, кто первым его увидел. Важно то, чей он сейчас. Такому ребенку, как ты, я даже меха с хвоста не уступлю. Впрочем, отдай вдруг я тебе его голову, ты же с ней не управишься. — Что?! — Настолько жалкой ведьме, не способной освоить простейший Стим, вручить такое сокровище будет расточительством. Так что откажись. С твоей силой глупо идти против меня; даже наемника не заденешь. Вот пиявки! Спорят тут, понимаешь ли, кому достанется моя голова. Хоть я и взбешен, но атмосфера стоит такая, что лучше не встревать, так что помолчу. Проще говоря, жизнь мне дороже гордости. — Именно поэтому… — Мальчишка начал медленно приподниматься. — Именно поэтому мне нужна его голова… — Он встал на ноги и закричал: — Мне непременно нужно стать сильнее! Сунув руку в мешочек, прикрепленный к поясу, негодник тут же вытащил ее обратно и что-то рассыпал себе под ноги. В следующее мгновение его одежда и волосы затрепетали, а в воздухе загрохотало. — Баг До Гу Раад, огонь всесожжения прояви! Заклинание. Похоже на магию. Не убью его — убьют меня. Я схватился за меч. — Ого. Умеешь использовать Фрагис * ? Занятно. Тихий голос Зеро осадил мой порыв. Полуприкрытые глаза и ледяная улыбка — она выглядела так же, как вчера, отчего я замер… Словно в танце, мальчишка воздел разведенные руки к небу. Огненные змеи, объявшие его тело, собирались у ладоней. — Слова охоты. Знание восьмое. Фрагис! Признай меня! Я Альберт! — прокричал он. Зеро тихо выдохнула. — Отторжение. Признай меня. Имя мне Зеро. Негромкие, но внятно произнесенные слова. Минуту назад бушевавший огонь мгновенно исчез, и юному колдуну только и осталось, что озадаченно глядеть на свои руки, которые покинула сила.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Но как? Как? Как?! Она же активировалась! — плаксиво заголосил он. Зеро подошла к нему и пожала плечами. — А… — Ты недооценил меня, дитя. Это мое. Моя магия. Мои знания. Моя сила. И пытаться обернуть их против меня — глупо. — Что это… Что это зна… — Слова силы и подношения. Колдовство, позволяющее не призывать демона… Они из «Книги Зеро». Ими ты пользовался вчера. Я и есть та самая Зеро. Я автор книги. Под напором едва слышимых, но гнетущих слов Зеро, мальчишка отступил на шаг и, словно обессиленный, упал. «Минуточку. Книга написана Зеро? Та самая Книга, что может уничтожить мир?» — Наймит. — Ох! Э-э… Ты это мне? Что? — Я аж подскочил, когда Зеро окликнула, поскольку находился в таком же замешательстве, как и колдунишка. — Хочу немного поговорить с этим мальцом. Не возражаешь? — Нет… Но зачем… «…спрашиваешь?» — не договорил я, потому что понял. Ненавижу ведьм, а этот шкет покушался на мою жизнь. Так как Зеро хочет его расспросить, думаю, ей стоит принять во внимание и мои чувства. Разумеется, она могла и не спрашивать, но раз уж поинтересовалась, запрещать не стану. Я помотал головой и коротко ответил: — Делай как знаешь. Но едой с ним не поделюсь. — Естественно. Я и сама не стану, — хихикнув, улыбнулась Зеро, и, словно подгадав момент, в животе у «дитя» громко заурчало. Переглянувшись с Зеро, мы уперлись глазами в нашего нового знакомого. — Даже не думай. Вероятно, не стоит упоминать, что несколько минут спустя именно я, обхватив пустое брюхо, голодным взглядом смотрел на Зеро и мальчишку, поедающих зажаренную птицу.

↑ Огонь на ладони

↑ В японском языке словосочетание «закон демонического контракта» пишется как 悪 魔 の契約 法 則, а слово «магия» — 魔法 . Таким образом, Наймит воспринял слово «магия» в качестве сокращения иероглифов «закона демонического контракта»

↑ Клетка из лоз

↑ Персонаж говорит о себе 僕 (боку), традиционно использующееся лицами мужского пола

↑ Огненная клетка

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Орден магов Зеро

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

— Я учился в Ордене магов Зеро, — сказал мальчишка, представившийся Альбертом, набивая живот мясом. Только имя это, скорее всего, ненастоящее. Зачем псевдоним и для чего колдуну скрывать свое имя, ни Зеро, ни Альберт объяснять не хотели. — Орден магов Зеро… Такое название, будто у гильдии или наемничьего отряда. — В некоторой степени мы похожи на гильдии и наемников. Изучение магии — обязательное условие для вступления в Орден. Да и правила есть вместе с наказаниями, — произнося это, он приспустил ворот и показал поблескивающий красным камешком ремешок, плотно прилегающий к шее. — Вот знак принадлежности к нему. Получают его при официальном вступлении. Это свидетельство верности Ему. Все члены ордена магов Зеро поклялись в верности, заключив магический контракт на крови. — «Он» — это кто? — Человек, который десять лет назад создал Орден магов Зеро для распространения магии. Никто не знает его имени, никто его не видел, все зовут его просто «Он». «Что же получается? Наверное, это Он десять лет назад украл Книгу Зеро из леса Юмицуки, а затем явился в Веньес и создал объединение магов. Понятия не имею, какие у него намерения, но, учитывая нынешнее восстание ведьм, наверняка не благие». — Он аристократичен, справедлив и не допускает дискриминации. Ведьма ли, человек ли, учит любого, кто обладает талантом, и магия потихоньку распространяется по стране. Сейчас в ордене магов Зеро полно сирот и бывших странников. Дальше речь из уст мальчишки полилась сплошным потоком. — Эта Книга Зеро, в которой описана магия, — священный текст для нас. Так было и десять лет назад. Поэтому я думал, что только «тот человек» мог написать ее… Глядя на Альберта, Зеро пожала плечами. — Переплет из черного дерева, золотой корешок, да? В таком случае, без сомнения, это моя книга, — ответила она. О том, что книгу украли, видимо, говорить не хочет. Мудрое решение. Скажи мы, что их драгоценное писание краденое, любой бы переполошился. И неясно, поверит ли сейчас Альберт словам Зеро или же назовет лгуньей, самозванкой. Вот уж точно — она будто просчитывает наперед, но… — Не веришь мне? Альберт склонил голову, слегка покачав ею из стороны в сторону. — Сам не пойму, но… Зеро пользуется магией… Если правда… — Он взглянул прямо на девушку. — Получается, Зеро наш союзник… Ведь так? В ответ на смущенную улыбку парня Зеро тоже слабо улыбнулась. Ни подтверждая, ни отрицая. Альберт же воспринял молчание как знак согласия и довольно кивнул. — И? Зачем же этот Орден магов Зеро воюет со страной? — Не смогли больше терпеть. — На лицо Альберта легла тень. Холодная атмосфера, абсолютно отличающаяся от той радостной, когда он говорил об Ордене магов и «том человеке». — В Веньесе с давних пор много ведьм. Создавая лекарства и прозревая сущее, они помогали селянами. А в благодарность получали хлеб и сладости. Проще говоря, идеальный симбиоз людей и ведьм. Их лекарства, что исцеляют даже неизлечимую болезнь, и ясновидение, что помогает отыскать утраченные вещи, — об этом слышал даже я. Их зовут белыми ведьмами, и, бывает, что таких деревенские скрывают от охоты на колдуний. — Вообще, здешние ведьмы не знали иной магии, кроме той, которая необходима для сосуществования с людьми. Но в итоге для людей ведьмы — это синоним зла, и, случись что плохое, они сразу заявляют, что виновата ведьма, а затем устраивают на нее охоту и убивают. Мы устали от такого мира. Мы не совершали ничего плохого, но при каждой возможности ведьм убивали! Вот почему орден магов Зеро восстал! — сорвался на крик Альберт. В его золотистых глазах ярким огнем пылала злость и обида. Словно он доверял людям, а те его предали. — Значит, ничего не делали, говоришь? А я слышал, что охота на ведьм началась из-за колдуньи, устроившей эпидемию? И что после ее смерти остальные ведьмы в ярости сожгли целую деревню, назвав это актом возмездия. «Вечер возмездия» — инцидент под этим названием и стал началом нынешней охоты на ведьм, так мне рассказывали. Стало быть, сами заслужили, что на них начали охотиться. Ведьма распространяла лихорадку, поэтому ее и убили, а после возмездия, естественно, последовала крупномасштабная охота на ведьм. Услышав эти провокационные слова, Альберт не удержался: — Эпидемия? А где доказательства, что она вызвана ведьмами? — Без понятия. Я просто пересказал услышанное. Но без доказательств колдунью не сожгли бы, наверное. — Если ничего не знаешь… не рассуждай об этом, дурак! Доказательств не оказалось. Просто рядом с местом эпидемии жила ведьма! И потому они толпой заявились к ней, схватили и предали огню! Естественно, что их деревню следовало уничтожить! — «Следовало уничтожить», да? — Я глумливо взглянул на разъяренного Альберта. — Итак, следовало? Возмездие или что-то еще, но вы расправились с целой деревней, убили всех жителей. Поэтому не говори мне о невиновности. Очевидно, что причину для большой охоты ведьмы сами и создали. Я усмехнулся, и Альберт, явно обозленный, отвел свои золотые глаза. — Но ведь… Так ведь!.. — Слушай, мальчишка. В охоте, что ли, участвовали все деревенские, даже младенцы? Или они стали жертвами отмщения просто потому, что жили в этой деревне? А как насчет невиновных? Тех, кто оказался в деревне случайно? Или вы убивали выборочно? Нет. — Но ведь!.. — Если, по-вашему, убийство невинных ради мести справедливо, то и охотится на ведьм в ответ — тоже. В итоге все сводится к мести за месть, иными словами, к войне. Со всеми ведьмами без исключений. Люди ли спровоцировали войну, ведьмы ли… Причина, по которой она разгорелась, — «Вечер возмездия». Вы, колдуны, ее начали. И это факт. Альберт, сжав губы, с ненавистью уставился на меня. Может, я слегка перегнул? Хоть он и колдун, но мальчишка же. — Сорена... Она ведь пыталась спасти деревню! — выкрикнул он, отчаянно пытаясь сдержать слезы. — Сорена? — переспросил я, на что Альберт скривил лицо. И печально посмотрел на меня, через силу выталкивая слова: — Великая Сорена… Убитая ведьма. Ее смерть стала причиной «Вечера возмездия». — А-а… — Она была лучшей ведьмой страны. Самой долгоживущей, самой доброй, воистину великой ведьмой! Для нее не существовало неисцелимых болезней, все знаменитые ведьмы Веньеса учились у Сорены. Она спасла много людей! «Вот оно что. Нечто вроде главной ведьмы страны», — мысленно кивнул я и… — Ведьма Лунной песни, говоришь? — вклинилась Зеро. — Ведьма… Лунной песни?.. — Ведьмы, в зависимости от способа работы, восходят к той или иной ветви. Ну, для незнакомых с колдовством людей все едино. Пожалуй, таким же образом обходятся с ремесленниками и кузнецами, просто выкладывая им деньги. — А-а… Ну, типа того… С наемниками, верно, обращаются точно так же, хотя мы отличаемся вооружением и тем, какую обстановку на поле боя предпочитаем. Так что, говоря о ведьмах и колдовстве, вполне естественно, что люди не вникают в подробности. — Ведьмы Лунной песни — ветвь, которая всегда общалась с людьми, выслушивая их просьбы. Благодаря им колдовство значительно продвинулось в развитии и расширило свое применение; ветвь Лунной песни создала множество удивительных техник. Отгон кошмаров, призыв дождя — запечатали в камни. Однажды я имела честь встретиться с их представительницей… Великой Сореной. — Угу, так, — кивнул Альберт. — Сорена была превосходной ведьмой. Год назад с помощью колдовства она пыталась спасти зараженную деревню. Однако, заявив, что Сорена распространяла болезнь… ее убили! Это же абсолютно бесчеловечно! — Можешь говорить что угодно. Возможно, Сорена на самом деле распространяла ее. Только я произнес это, как в глазах Альберта вспыхнула жажда крови. — Как ты посмел ее оскорбить?! — Успокойся, юнец. Наймит вовсе не злой. Так нас видит мир. Люди боятся нас. И, убей мы их в гневе, это будет воспринято как запугивание, подтверждающее ведьмовское злонравие. — Но ведь!.. — пытаясь возразить, Альберт замолк. Видимо понял, что меня убеждать бесполезно. Уж извини, я с давних пор ненавижу ведьм. И так просто к ним в союзники записываться не собираюсь. Но хоть прикоснулся к истории противостояния. Люди убили главную ведьму этих земель, Сорену. В результате накопившаяся ярость колдуний, вызванная охотой на ведьм, детонировала. Но в результате «Вечер возмездия» лишь пробудил страх к ведьмам, и в стране началась новая охота… Но в ситуацию вмешался Орден магов Зеро, обратив все в войну. Как-то так. — «Он», создатель Ордена, сражается за мир между ведьмами и страной… Хочет покончить с охотой раз и навсегда! Потому в Орден вступила даже внучка Сорены. — У ведьм бывают внуки? — Конечно. — Альберт презрительно взглянул на меня. Должно быть, окончательно возненавидел. — Ведьмы, знаешь ли, тоже люди. Разумеется, у них и дети с внуками бывают. «Он» не показывается, потому внучка Сорены действует в качестве его представителя, как глава магов Зеро. Похоже, с «Ним» она тоже не может увидеться, да и не приказывает ничего, но даже лицезреть ее — уже дорогого стоит. «Вот оно что… Для вида, значит. Даже не отдавая никаких приказов, как символ она все равно полезна Ордену магов Зеро». — Она очень красивая! Умная, смелая, прямо как Сорена! — сменив недовольство на восторженность, Альберт с сияющим взглядом начал перечислять достоинства их «символа мести». Не двигая ни одним мускулом лица, он так и застыл с выражением, в котором смешались восхищение и влюбленность… Эге, да он же вовсе не из-за клятвы перед «тем человеком» сражается, а из желания покрасоваться перед девушкой… — Быстро обучилась магии, высокая, стройная… И грудь очень большая! «Ага. Хотелось бы с ней хоть разок повстречаться. Просто захотелось. И вовсе здесь нет никакого мотива». — После смерти Сорены все осознали: для сосуществования нужно обязательно, хотя бы раз, от души повоевать. Ни людям, ни ведьмам не стоит затаивать злобу. Иначе ведьм и дальше будут убивать безо всякой причины. — Ну, пожалуй. Год назад, до «Вечера возмездия», в Веньесе охоты на ведьм устраивали крайне редко, можно сказать, люди сосуществовали с ними в худом мире. Однако худой мир есть худой мир. И сколько к ведьмам ни ходи, именно неписанное соглашение, запрещающее влезать в ведьмовские дела, всегда приводило к тому, что, приключись какая напасть, в ней сразу обвиняли колдунью. Другими словами, их и за людей-то не считали. Случись плохое — бегом вламываться к ведьме, поскольку, чтобы решить проблему, достаточно убить «виновницу» — вот как думает большинство… К тому же подсознательно. Разумеется, подобное «сосуществование» ведьмам не по нраву. И вот десять лет назад благодаря Книге Зеро ведьмы обрели магию. А раз чтобы обучиться ей достаточно пяти лет, то за десятилетие она распространится по всей стране. Есть причина воевать, сила для этого тоже имеется. В такой ситуации, если не попробовать схлестнуться, значит никогда не возвратиться к худому миру. — Потому и я решил сражаться ради мира с людьми. Война уже началась, так что, сиди я тихо, все равно убьют. Вот только я еще слаб… — И поэтому тебе нужна голова зверочеловека, — прошептала Зеро, и Альберт смущенно улыбнулся. Эй ты, не улыбайся. Это, знаешь ли, жизненно важная для меня тема. — Да. Ведь голова зверочеловека — лучшее подношение, так? Принеси я ее в жертву, наверняка смог бы творить высокоуровневую магию. Зеро, ведь ты недавно создала тройной Стим без чтения заклятий. Со своей магией я такого проделать не могу, даже не мечтаю. Здорово же! — вздохнул Альберт, с завистью глядя на Зеро. Выражение лица мальчишки, мечтающего о силе. — У меня неплохая совместимость с магией. Обучился ей тоже быстро. Только низкая магическая сила… Из-за чего высокоуровневая магия не запускается так, как описано в Книге Зеро… — Может там какая ошибка? В книге-то, — думал я подколоть, но Зеро даже бровью не повела. — Так и должно быть. В книге заложены определенные последовательности. Своего рода, защитные механизмы. Они гарантируют, что высокоуровневая магия останется недоступной для неопытных волшебников с низким уровнем магической силы. — Что за магическая сила такая? — Ну, что-то вроде мышечной. Особо не развить, позволяет работать с магией даже без опыта. Однако если с помощью высококлассных подношений попытаться вызвать магию за пределами собственных возможностей, существует вероятность, что та просто выйдет из под контроля. — Допустим, с помощью моей головы? — Да. С твоей головой… К примеру, мое Отторжение — одно из заклинаний, разработанных как раз для подобных ситуаций, для обеспечения безопасности. Ведомое высокоуровневым демоном, оно уничтожает магию демонов более низкого уровня. Я согласно кивнул, и Альберт приблизился ко мне с горящими глазами. — Выходит, хоть у меня и низкая магическая сила, если я заполучу такой шикарный дар, как голова зверочеловека, то смогу использовать высокоуровневую магию? Тогда, приди охотники на ведьм, я смогу всех защитить. Прошу, отдай мне свою голову. — Не шути так, мальчишка, прибью. Ударив кулаком по земле, с громким вскриком Альберт в слезах схватился за голову. — И вообще, мелкий, тебе же едва пятнадцать стукнуло. Рано еще говорить о чьей-то защите, ведь тебя самого семья должна опекать. Наверняка родители за тебя беспокоятся, нет? — Тебя это не касается. Когда необходимо сражаться, сражаются даже дети. — А, вот как. Какие слова. И? Что будешь делать, а, ведьма? «Будешь ли возвращать Книгу?» — подразумевал я. Впрочем, как и сказала Зеро, ситуация сложилась непростая. — Юнец. Где сейчас находится Книга Зеро? — Ну… В школе, разумеется… — В школе? На мой вопрос Альберт коротко ответил: «В убежище». Похоже, здесь имел место быть общий смысл с «норой» Зеро. — Можешь проводить? Мне она ненадолго нужна. — Конечно, — улыбнулся Альберт. — Орден магов Зеро никогда не отказывает тем, кто не имеет дурных намерений.

2

Закончив с едой, мы, пройдя по лесной просеке, вышли на запыленную большую дорогу. Пункт назначения — убежище ведьм, школа, в которой находится Книга Зеро. По словам Альберта, расстояние от леса до убежища, если идти по прямой, около двух дней пути, но сперва мы решили сделать крюк и заскочить в город Фомикам. Альберт хотел направиться прямиком к школе, но я настоял, что нам необходимо побывать в Фомикаме. Ведь это город, в котором непременно останавливается любой, кто направляется в столицу Фраста. Солдаты на границе рассказывали, что, несмотря на защиту каменных стен, там непременно проверяют, «был ли такой-то в Фомикаме». Проще говоря, отправься мы во Фрасту без посещения Фомикама, нас, посчитав подозрительными, стали бы допытывать вопросами о причинах, по которым мы предпочли избежать остановки в предыдущем городе. И хотя сейчас наш путь пролегает к школе Альберта, в дальнейшем нам все равно придется искать Тринадцатого во Фрасте, что окажется проблематичным. Я, конечно, путешествую с ведьмой, но все же хочется как можно меньше отклоняться от принятого пути. Мы с Зеро еле плелись, в то время как Альберт ушел далеко вперед и только иногда останавливался, чтобы собрать трав или поймать лягушку, которые укладывал в сумку, что придавало ему инфантильный вид. Впрочем, слова Зеро о том, что он, скорее всего, собирает дары для подношения, перевернули картину. Хоть с первого взгляда мальчишка кажется ребенком, он все же колдун, недостойный доверия. И вот он ведет нас прямо в пасть к ведьмам. Сама мысль об этом омрачает. Зеро, конечно, хочет вернуть Книгу, но пройдет ли ее возврат так успешно, как ожидается? Даже если преуспеем, не расстанусь ли я с головой? Видимо, эти мысли отразились на моем лице. — Не унывай. Ведьмы не вредят чужой собственности. Если сказать, что ты мой раб, никто даже не подумает снять тебе голову. — Хорошо, если так… Как-то неуютно становится от мысли, что толпа ведьм захочет моей головы. — Даже случись так, можешь не переживать. Я защищу тебя. — Звучит многообещающе. — Думаешь, вру? — Если и нет, думаешь, поверю? Зеро замолкла на минуту, ответила: «Не думаю» — и радостно улыбнулась. — Сотни лет одиночества, сотни лет предательств… Одни лишь они создают сильных бойцов. Если доверить кому-то спину, это породит расслабленность, а она ведет к смерти. Поэтому сказать, что веришь, сложно. Впрочем, я по-своему защищу тебя. Ты нужен мне, как-никак. — Ну… Звучит неплохо, — неожиданно для себя самого я высказал истинные мысли, а затем отвел взгляд и почесал в затылке… Странный разговор. «Защищу», «нужен» — слова, которые раньше мне никогда не приходилось слышать. Шедший впереди Альберт в который раз остановился с раздраженным видом, ожидая, пока мы его нагоним. — Сама-то в порядке будешь? — В ответ на этот вопрос Зеро озадаченно склонила голову, и, словно спрашивая, что я имею в виду, взглянула на меня. — Какой бы сильной ведьмой ты ни была, их-то, обучавшихся по Книге Зеро, там целая толпа. Что если пойдут против нас? — О-о… Ты беспокоишься обо мне? — Причину, надеюсь, объяснять не надо? — Влюбился, наверное. — Да нет же! — выкрикнул я раздраженно, и Зеро улыбнулась. — Если тебе не дает покоя, что с моей смертью нашему уговору конец, то не волнуйся. Нет даже миллионной доли вероятности моего проигрыша. Даже в невыгодных условиях я всегда успею отступить. И если не управлюсь в одиночку, с поддержкой Тринадцатого кучка второсортных ведьм ничего нам противопоставить не сможет. — Тринадцатый, да? — прошептал я. «Кажется, он товарищ Зеро, но как-то слишком уж она ему доверяет. Нет… Не просто доверяет. Наверное, между ними что-то есть. Понятия не имею, какие у них отношения, но… — додумав до этого момента, я в панике потряс головой. — Какая разница, что объединяет Зеро и Тринадцатого. Стоит думать о чем-то более важном. Да, например…» — Слушай, если есть мужчины, использующие колдовство, почему говорят «ведьмы»? Эхе… Ну и глупый же вопрос я задал. Зеро, ничего не заподозрив, ответила: — Ровно наоборот. Изначально словом «ведьма» оскорбляли женщин, занимающихся колдовством. Если коротко: в прошлом ведьм было меньше. — Хм… Первый раз слышу. — Видишь ли, Наймит, колдовство — это своего рода наука. А наука зарождалась в умах мужчин. Впрочем, это вовсе не гарантирует, что в этом деле они будут лучшими, верно? — Пожалуй. — С колдовством точно так же. И, разумеется, мужчинам это не понравилось. Колдуны презрительно называли превосходящих их колдуний ведьмами. Изгнанные, те рассеялись по миру и поведали ему о колдовстве. В итоге магии, как правило, обучались у колдуний. Таким образом, ведьмы стали олицетворением колдовства… Так мне рассказывали. Одним из последствий этого стало то, что ведьм сейчас гораздо больше, но, естественно, существуют и колдуны. И иногда попадаются чертовски сильные, м-да. — Ты это о Тринадцатом? — Ага, — кивнула Зеро. Ее голос звучал подозрительно глухо и сладко. «Вот оно что. Романтика», — подумав об этом, я вздохнул. — Что не так, Наймит? Неужто ревнуешь? — Высокого ты о себе мнения. Просто устал от этого хвалебного щебета. — Я высунул язык и облизнул нос. Зеро со смешком пожала плечами. — Судя по словосочетанию «хвалебный щебет», видимо, ревнуешь. Тринадцатый — выдающийся колдун. Подлый, коварный — настоящее воплощение образа злого колдуна. — Мне почему-то кажется, что и ты достаточно зловредная ведьма. — Я не иду с ним ни в какое сравнение. При встрече с ним ты поймешь; впрочем, если говорить откровенно, я и сама его побаиваюсь. — И ему можно доверять? — Разве я говорила о доверии? Он выдающийся колдун, но его целеустремленность и эгоизм исключительны… Они демонические, м-да. Пусть Зеро и говорит так об этом Тринадцатом, в ее голосе слышна странная теплота. — Не могла бы ты в таком случае пояснить одно из своих слов? «Товарищ» — это в чем же? Выходит, вы жили вместе? В этой норе, или как ее там? — Верно. Видишь ли, Наймит, исследования колдовства, по сути, та еще головная боль. Поэтому ведьм, которые ради собственных изысканий совершают с другими обмен результатами, разделяя при этом жилье, довольно много. И мы не исключение. «И все же щебет-то хвалебный». Чтобы увести разговор в сторону от Тринадцатого, я задал новый вопрос: — Так что именно исследуют в колдовстве? — Чтобы познать способы призыва демонов, копаются в книгах, учатся, ведут записи, проводят эксперименты. — Будто ученые… — Так и есть. Ведьмы — исследователи, а колдовство — поле для исследований. И чтобы добиться успехов, нужно время. Чтобы в конечном итоге научиться пользоваться колдовством, надо приложить немало усилий. Вплоть до ритуалов, занимающих годы. Вот отчего ведьмы в стагнации, вот почему колдовство не распространяется. И… поэтому пятьсот лет назад ведьмы проиграли войну Церкви. — Но ведь сейчас есть магия… Выходит, в этот раз вы можете победить? Церковь-то. — Хм, — ответила Зеро. — Да, пожалуй, можем… Но я даже не задумывалась о чем-то столь скучном… В это время позади послышалось грохотание колес, и я подтолкнул Зеро к обочине. Полностью груженая повозка проехала мимо нас… и вдруг замедлила ход. Ровно настолько, чтобы подстроиться под нашу скорость. Взглянув на нее, я увидел торговца средних лет, который дружелюбно мне улыбался… Такое в моей жизни было впервые. — О, и впрямь. Приятель, да ты зверочеловек. Тоже пришел помочь с охотой на ведьм? Вот спасибо. Сейчас и шага не ступить, чтобы ведьма не напала; такая жуткая ситуация. А ведь в прошлом было время — мы жили с ними в мире. Когда я только родился, дедушка, кажется, ездил за лекарствами к Сорене. Говорил, они сняли сильную лихорадку. И что та была словно фея. — Эта та, которую сожгли на костре? Та, что наслала болезнь? В ответ на мой вопрос торговец скривился. Я не заметил, как Альберт тоже оказался неподалеку, несколько в отдалении, но так, чтобы слышать разговор. — Да… Болезнь. Несколько лет назад ведьмы и там и сям пакостями занялись. Веньес начал их побаиваться. Но Сорена, как мы думали, другая, все считали ее союзником. До этой истории с эпидемией, произошедшей год назад. Теперь нет ведьмам больше доверия. «Хм, есть над чем поразмыслить. Если верить словам Альберта, то Сорена, наоборот, пыталась спасти деревню, потому и прибегла к колдовству. Если это правда…» — Скажи, а может ли быть так, что Сорена колдовала для излечения болезни? Торговец округлил глаза. И, нахмурившись, слегка покачал головой. — Может. Могла… Но нет. — В смысле? — Когда доходит до ссоры, каждый думает, что его вины в ней нет, правильно? Перед «Вечером возмездия» многие высказывали недовольство в адрес казни Сорены. Говорили, она никогда не наслала бы на деревню болезнь. Но после, когда деревню сожгли, все эти люди стали сторонниками охоты на ведьм… Впрочем, как и я. С уставшим выражением лица торговец начал копаться в повозке. Наконец отыскав, он бросил мне фрукт. Перезревший и явно не для продажи, ставший коричневым и испускающий до одури сладкий запах. — Как бы то ни было, пусть так. Мы все устали. Хочется уже покончить с восстанием, да проигрывать нельзя. Потому рассчитываем на вас. Сказав это, торговец хлестнул вожжами и быстро удалился, исчезнув вдали. Альберт еще долго смотрел ему вслед.

Из-за начавшегося дождя ночь мы провели в брошенном доме. И хотя приблизились к нему, видневшемуся с дороги издалека, с намерением переночевать в хозяйской конюшне, обнаружили здесь лишь пустое жилище. Воспользовавшись очагом, мы развели огонь и, смешав воду с мукой, начали готовить простейшее блюдо. Обычно розжиг огня занимает у меня немало времени, но благодаря магии Зеро сделать это получилось невероятно быстро. Удобная штука эта магия. — И что, неужто я не могу пользоваться магией? Хотя бы этим Лекс? — Нет, наверное. Ведь недавно ты зачитывал заклятие, но ничего не произошло. «Значит, нет у тебя таланта к Словам охоты» — такой смысл этих слов опечалил. А ведь чтобы разводить огонь без кремня, я был готов учиться этой ненавистной и ужасной магии, только заинтересовался в ней… — Так чем все же определяется талант к магии? — Способностями, пожалуй. Сила воображения, практика применения… и так далее. Как я уже говорила, в книге четыре главы, но предрасположенность к магии разнится. Например, Тринадцатый почти не способен к магии Слов защиты, зато ужасающе силен в Словах захвата. — И почему так? — Вероятно, потому что он любитель собирательства. Что единожды попалось в руки — не выпустит. — А это точно нормально? Он точно надежный товарищ? Да уж, беспокойства мне не скрыть. — Как знать, — слегка усмехнулась Зеро. — Хочешь попробовать магию из других глав? Пусть Слова охоты тебе недоступны, Слова захвата пригодились бы. Они идеальны для отлавливания зверья живьем. Да и рыбы с ними наловить можно много. — Нет. Если выяснится, что у меня вообще нет таланта к магии, это будет обидно. — Даже без таланта, если практиковаться лет этак десять, тогда, наверное, сможешь пользоваться магией начального уровня. Я могу тебя обучать. В этом случае смогу вечно оставаться рядом с тобой. Я чуть не перевернул котелок. Что она говорит-то? Попробовал разглядеть на ее лице следы сарказма, но ничего такого не увидел. — Эй, я ведь подумаю, что ты хочешь быть всегда рядом, после таких-то слов. — А чего так удивляешься? Ведь именно это я и сказала. Быть с тобой рядом весело. Какое счастье, что я весь покрыт мехом. Я ведь наверняка заалел. От слов этой ехидной ведьмы лицо наверняка приобрело жалкий красный цвет. — Что с тобой, Наймит? — Ничего! В любом случае магию не использую! — накричав на девушку, я оттолкал ее в уголок и сосредоточился на приготовлении ужина.

— Слушай, ведьма. Ужин подошел к концу… Разделив ножом полученный от торговца фрукт пополам, одну половинку я положил себе в рот. Вторую перекинул Зеро, которая с удовольствием вгрызлась в нее. Со словами «Пойду подышу свежим воздухом» Альберт покинул комнату и вышел в дождливую ночь. Я прекрасно понимаю, что ему противно делить со мной одно пространство. Видимо, не в силах сдерживать себя после того, как я оскорбил Сорену, Альберт то и дело кидал на меня косые взгляды, поскольку наверняка опасался. — А вообще… Как, думаешь, было на самом деле? Правда ли Сорена стала причиной болезни? — И ты спрашиваешь такое у меня, у ведьмы? — оживившись, спросила Зеро. Я пожал плечами и ответил: — Просто больше не у кого спросить. — Тогда ты, наверное, и дальше о многом меня спрашивать будешь. — Намекаешь мне замолчать? — Нет, — покачала головой Зеро. Поднявшись, она перешла ко мне и уселась под бок. Оперевшись о мое тело, обхватила колени. — Я довольна этим, Наймит. Мне почему-то нравится вот так говорить с тобой. Ты спрашиваешь, я отвечаю. Так мы придем к взаимопониманию… Если вдруг ты найдешь кого-то другого, у кого можно спросить, я начну чувствовать себя одиноко. Я молча жевал фрукт. Зеро тоже неторопливо грызла свою половинку. — Эй… Чего замолкла? Отвечай, что ли. — А? — На вопрос… который я задал. — А-а. — Зеро улыбнулась. — Полагаю, я должна ответить. Вероятность того, что Сорена наслала болезнь, очень низка. — Откуда такая уверенность? — Потому что пользы от этого она бы не получила. Повернув голову, я глянул на Зеро. Девушка слизнула сок, капнувший ей на палец. — Наколдовать болезнь — это начальный уровень колдовства. Будь то начинающая ведьма, я бы не сомневалась; теоретически ведьма Лунной песни тоже могла, но это не тот эксперимент, ради которого рискнешь стать целью охоты. — Эксперимент? По распространению болезни? — Если это не чей-то заказ, существует только такая возможность. Вот только жители деревни охраняют ведьму, а в компенсацию за гадания обеспечивают ее едой и одеждой, поэтому, исчезни деревня из-за болезни, ведьме от этого ноль выгоды. «Как говорится, безопасна та деревня, в которой свой вор; с ведьмами, скорее всего, так же». — Впрочем, я не говорю, что ведьмы добры. Ведьма всегда стремится к максимально выгодному ей результату. Поэтому-то я и считаю маловероятным то, что ведьма Лунной песни вдруг решила устроить эпидемию. Выходит, люди и впрямь сожгли ту, которая их спасла. Просто потому, что рядом с пострадавшей деревней жила колдунья. Впрочем, и у меня был похожий опыт. Я зверочеловек, и поэтому нередко случалось, что на меня нападали, обвиняя в убийствах и изнасилованиях, которые я не совершал. И раз уж Сорену действительно убили за попытку спасения, вполне очевидно, что ведьм это сильно озлобило. Оттого они в гневе обрушили на деревню море огня… Получается, войну начали люди. — Ведьмы тоже бывают разные, Наймит. Есть такие, которые по собственной воле вредят людям, и такие, которые ищут в этом выгоду. Я был несправедлив, считая, что все ведьмы до единой — это зло, которое необходимо уничтожить. «Щелк», — раздался звук парадной двери, и продрогший Альберт зашел в комнату. Судя по его недовольному выражению лица, мальчишка подслушивал. Но я не разозлился, даже наоборот… — Извини. За оскорбление… Альберт распахнул глаза от удивления и скривился. Гримаса, вызванная попыткой скрыть облегчение. — Ну, бывают идиоты, которые ошибаются, а я добродушный, так что сейчас прощаю. В следующий раз думай, прежде чем что-то ляпнуть. На секунду захотелось от души его треснуть, но это свело бы на нет мои извинения, и я сдержался. 3

Следующим утром небо стало голубым, без намека на дождь. Альберт, как и вчера, шел впереди, но с одним отличием: часто останавливаясь, он поторапливал нас. — Быстрее! Ворота закроются! — нетерпеливо кричал он, махая рукой. У города, что защищен стенами, разумеется, есть ворота. Эти ворота закрываются с закатом и, закрывшись, не отпираются до утра. Впрочем, солнце еще в зените, а мы уже почти добрались. Так что, пожалуй, спешить смысла нет, однако, с другой стороны, если ускоримся, возможно, сумеем развлечься осмотром окрестностей. — Не хочешь прибавить? — спросил я у медленно шагающей Зеро, и та устало зевнула: — Терпеть не могу торопиться. — А, ясно… Ну а так? — Что? Э-эй… Погоди! Я схватил ее и побежал догонять Альберта. — А! — громко крикнул тот. — Так нечестно! Повторяя «Нечестно», он тоже переключился на бег. Таким образом мы достигли Фомикама.

— В линию! В линию! Торговцы, готовьте лицензии, наемники — рекомендации, остальные — подорожные! Не мешкайте! В стене, что не выдержала бы и суток осады, ворота были открыты ровно настолько, чтобы едва проехал воз с лошадью. На воротах висело объявление, что без документов никого не впустят, а рядом стояли четверо стражников. Один из них криками выстраивал ожидающих людей в линию, оставшиеся же, судя по отличительному цвету формы, скорее всего, значились старше по званию… и без спешки проверяли документы. — Проходи! Следующий! Явно нервничавший торговец, услышав этот крик, наконец расслабился, и повозка скрылась за воротами. В очереди ожидающих находились и мы. Что повергало меня в печаль. В любой стране для входа в столицу нужны какие-либо документы. Даже если селянин по прихоти решит попутешествовать, сперва ему нужно обратиться к старосте и получить «Представление». С ним явиться в городскую управу, назвать имя, место рождения, род занятий, и только после этого он получит документы. Торговцы, вступая в гильдии, ежегодно уплачивают деньги за продление лицензии. Наемники же, если выживают в бою, получают определенные рекомендательные письма. Но, разумеется, ни у ведьмы, ни у колдуна, которыми являлись Зеро с Альбертом, документов не имелось. Поэтому для того, чтобы провести их с собой, мне придется запрашивать разрешение, однако… Как мне представить эту красавицу в обносках и мальчишку? — Хотя бы раз, но я всегда хотел побывать в Фомикаме. Жду не дождусь. — Молчи. Не радуйся так, мелкий! — Зеро! Наемник меня обижает! — Не трогай слабого, Наймит. Юнец говорит, что счастлив пройти в город с тобой. Так что радуйся. — Я так не говорил! — Я не стану радоваться! Мне пришлось повысить голос, отчего люди, стоявшие в очереди спереди и позади, подозрительно на нас уставились. Я уже говорил, что зверолюди выделяются? И в основном выделяются дурно. Я глубоко вздохнул. Но как бы я не вздыхал, а очередь продвигалась, и даже если мне не хотелось, отвечать все же пришлось. Я достал недавно полученное у пограничных стражей рекомендательное письмо, в котором говорилось, что я наемник. — Слыхал, здесь собирают солдат в поддержку охоты на ведьм, поэтому, чтобы в ней поучаствовать, направляюсь в столицу. До прихода сюда я много раз повторял эти слова, но сейчас проговорил их немного волнуясь. Это не ложь. Во всяком случае, двумя днями ранее это еще было правдой, но произносить такое в присутствии ведьмы и колдуна все же не очень хотелось. Стражник указал на Зеро, скрывающую лицо под капюшоном и словно говорящую своим видом: «Я — ведьма», и на Альберта, который казался слишком уж молодым и щуплым для путешественника. — Эти двое. Они вам кто? «Как и ожидалось, спросили. Конечно, оправдание не сильно годное, но…» — Ну, они… — Мы рабы. От брошенных девушкой слов у меня мех встал дыбом. «Минуточку. Что она…» — Д-да! Мы заботимся о нуждах господина, как жалкие рабы. Разумеется, о ночных нуждах тоже… «Эй, погоди-ка, Альберт. Мелкий, ты же мальчишка. Какого черта краснеешь-то?! Пользуешься своей внешностью, проныра. Выставляешь меня извращенцем каким-то!» — Я-ясно… Вот как. Понятно… «Стражник, сволочь! Хоть бы засомневался. Засомневайся же! Все ведь не так, как кажется. Абсолютно не так! Что же за ситуация такая, что и не отговориться, а? Поэтому-то зверолюди и считаются приверженцами упадка и разврата». Со взглядом, полным нескрываемого страха, презрения и зависти, солдат уставился на меня и моих «рабов». — Так… Два раба без багажа. Обычно за каждого уплачивается пошлина, но, учитывая рекомендацию, возьмем только за одного. Недавно ведьмы атаковали маленький городок, так что мы очень рады новым бойцам. Сколько у нас пробудете? — А-а… Три дня… Примерно… Наверное, — кое-как выдавил я. Не хочу и суток тут задерживаться, но на всякий случай обмолвился еще о двух днях. — Когда отправитесь во Фрасту, поставьте на рекомендацию печать стражи. Также, когда будете выходить из города, сдайте здешние пропуска… Проходите! Вот так мы честно получили право находиться в городе. Результат есть, все остальное неважно… Хотел бы я так сказать. Ступив за ворота и удалившись от них, десять минут спустя я огляделся и стукнул Зеро и Альберта. — Меня расстраивает, что бьешь за сообразительность, — озадаченно потирая голову, произнесла Зеро. — Ведь издревле во многих странах воинов почти всегда сопровождают рабы. Интересующихся чужими отношениями отваживают, представившись рабами, так рекомендует множество книг. И ведь сработало же. Альберт согласно улыбнулся ей. — Еще бы. Сам подумай, если зверочеловек ведет за собой красавицу в обносках и прелестного паренька вроде меня, разве это не лучшее объяснение? — Замолкни! С вашей подачи я теперь извращенец, еженощно принуждающий двух несчастных рабов. А один из них еще и мальчишка. Аморально… Зверочеловек — символ упадка нравов… — Какая разница? Главным было получить у стражи пропуск… Сам-то ты как хотел объяснить? — Ну, как… Более правильно. — Правильно, да-а, — злорадно произнес Альберт. — Чтобы ты там не придумал, одежда Зеро слишком старая. Даже сейчас, смотри, на нее люди пялятся. В наши дни даже рабы лучше одеты. — Кивнув, Альберт показал рукой на девушку. Тут я впервые обратил внимание. У Зеро даже обуви нет. Поношенная мантия совсем истрепалась, превратилась едва ли не в лоскуты. Будь она одна, пожалуй, и прошла бы, прикинувшись нищенкой. Но рядом я, облаченный в клепанный кожаный доспех, с мечом, ножом, взрывчаткой и прочим — хоть сейчас в бой. А также Альберт — с виду смазливый посыльный какого-нибудь торговца. В такой компании назвать Зеро рабыней, очевидно, самый простой способ избежать неприятностей. Впрочем, Альберт мог бы и не прикидываться рабом, в этом я уверен, однако… Ладно, главное, мы без проблем прошли в город, об остальном размышлять уже поздно. — Наймит, Наймит. Что это? Тем, на что с интересом указала пальцем Зеро, полностью игнорируя наши с Альбертом раздумья, было не что иное, как излишне нежничавшие влюбленные. Они стояли лицом к лицу и перебирали в руках нечто вроде ожерелий, при этом радостно обсуждая, пригоже ли те смотрятся или нет. И, разумеется, время от времени прерывались на поцелуи. — Завид… Да нет же! В панике я поспешил поправиться: — Счастливые влюбленные, так увлечены друг другом, что мешают окружающим. О себе, конечно, так говорить не пристало, но зависть берет. Увы, я не святой, чтобы не завидовать, и еще не сдался. Хоть и смирился с одиночеством, м-да… Впрочем, если Зеро вернет мне человеческий облик, шанс еще остается. — Зачем они соприкасаются губами? Ритуал? — Ты что, о поцелуях не знаешь? — Поцелуй? — Словно услышав что-то неожиданное, Зеро взглянула на влюбленных, а потом снова на меня. — Поцелуй — это такой ритуал для призыва демо… Я зажал ей рот. Немыслимо слышать про демонов на людях, как будто уши сейчас уловили нечто жуткое. Судя по виду Зеро, которая пыталась высвободиться, не похоже, что это плохая шутка. — Мелкий, неужто и ты… Альберт не спросил чего-то вроде «Что я?», а только отрицательно покачал головой. — Я-я не настолько невежественен в том, что касается окружающего мира! — Вот как. Тогда ладно. Эй, ведьма, послушай-ка. В сущности, поцелуй — это действие, посредством которого проявляют взаимную любовь, он не является чем-то демоническим, это не какая-то жуткая выходка. Как вообще об этом можно не знать? — Мы с товарищем зарывались в горы книг и полностью отдавали себя исследованиям, поэтому не много знаем о мире. «Да уж, для раба она слишком уж умная…» — Потому что я гений, как-никак. — Не читай чужие мысли с такой легкостью. — Я не мысли читала, а по выражению лица поняла. — А, ясно… — Я родилась в Норе, выросла в Норе и лишь недавно вышла на свет. Приняв ее слова за шутку, я посмотрел на Альберта. Тот озадаченно склонил голову и кивнул. Его лицо говорило о том, что это вполне возможно. Значит, не шутка. Выходит, Зеро сейчас не шутила… И как прикажете реагировать? Нахмурившись, я взглянул на Зеро. Но лицо девушки не выражало сожаления. Даже больше: она взглянула на меня так, словно что-то придумала. Под накинутым капюшоном ее глаза сияли от любопытства. — А ты уже делал это, наемник? — А? Что? — Поцелуй. «Не-а», — мысленно простонал я. То есть собирался. Но вместо этого произнес вслух, причем громче, чем в мыслях: — Нет! Зеро удовлетворенно кивнула. — В таком случае мы равны. Юнец, а ты? — Я-я? Нет-нет-нет! Пока нет того… с кем хотелось бы… «Удивительно. И успокаивает. Все в норме. Я не уступил ему как мужчина». — Поцелуй для проявления любви… Ага. Любопытно. Попробовать бы. «Мне бы тоже». — Попробуешь со мной? Наймит? — А?! Я неосознанно посмотрел на губы Зеро. Идеальной формы, сияют алым, словно спелое яблоко. Коснись я их своими, это, пожалуй, святотатством будет. А вообще, стоп. — Я же объяснил, что это действие только для влюбленных. — Потому и хочу попробовать, говорю же. Ты, Наймит, мне нравишься. — Э-э… Хм. И… — Даже если не веришь, как насчет того, чтобы серьезнее относиться к моим словам? Раньше я уже говорила… Ведь я несравненная красавица, так? И наверняка тебе хотелось бы прикоснуться к моим губам. — Ты так одета, что те твои слова всерьез воспринять невозможно. И, к сожалению, я ненавижу ведьм. Даже если они красавицы. — Какой несговорчивый… Так и быть. Раз уж ты, Наймит, отказываешься, попробую с юнцом… — проговорила Зеро и обратила взгляд к Альберту. Тот сразу же покраснел и с криком «Нет-нет, так не пойдет, совсем не пойдет!» спрятался за моей спиной. — Не издевайся над мальчишкой. Лучше скажи, у тебя есть во что переодеться? — А разве по мне скажешь, что это так? — Зеро развела руками. Кроме небольшой сумочки, болтающейся на поясе, у нее не было ничего, что могло сойти за багаж, поэтому ответ я предугадал еще когда задал вопрос. — Как ты до этого путешествовала-то? — В реках стирала одежду и купалась. Когда хотела есть — ловила птицу или собирала фрукты. От домов держалась подальше, а в дожди укрывалась в пещерах. Даже готовить смогла, когда подобрала в брошенном доме котелок. Как видишь, и в одиночку неплохо путешествовала. Какая я молодец, — гордо улыбнулась Зеро, а я почесал голову. — Ладно… С твоим видом нам даже комнату не сдадут. Впрочем, с моей физиономией вряд ли нам предложат что-то лучше конюшни. — Я могу и без комнаты выспаться. Просто зарывшись в твой мех. — Даже если так, все равно проблематично. Ты притягиваешь взгляды. А выделяться сродни греху. И это вовсе не преувеличение. Случаев, когда на невиновных вешали преступления, которых те не совершали, лишь потому, что они выделялись, полно. Именно поэтому нужна нормальная одежда. Это самая главная проблема сейчас. — Эй, ведьма, а деньги-то у тебя есть? «А разве по мне скажешь, что это так?» — ожидал я услышать это или что-то похожее. Вот только Зеро, хмыкнув, кивнула и развела руками. Словно говоря: «Подожди», она вытащила что-то из обхватывавшей бедра поясной сумочки. И затем скромно раскрыла кулачок над моими ладонями… Драгоценности, и немало. — Из Норы с собой прихватила. Они ведь наверняка ценятся вне зависимости от страны и времени. Так что подумала: вдруг пригодятся. Сойдет вместо денег? Челюсть у меня так и отвисла. Не в силах пошевелиться, я застыл, держа в лапах эту горку драгоценностей, а весь мой мех встал дыбом. Альберт, взглянув на мои ладони, тоже замер. — Дура! Не вытаскивай такое посреди города! — Отмерев, я высыпал камни в сумку ведьмы и накричал на нее. Зеро недовольно взглянула на меня. — Ты спросил, есть ли деньги — я и показала. Чего злишься? — Думать же надо, где и сколько демонстрируешь! Если спросят, имеются ли деньги, достаточно показать один камешек. Причем самый маленький. — Такой? — Показала Зеро. Первоклассный, невероятно прозрачный драгоценный камень, какой нищенке иметь противоестественно. Не будь у Зеро денег, я готов был заплатить за нее, но сейчас выяснилось, что ее материальное положении гораздо лучше моего. Сказать по правде, в этом отношении между нами неодолимая пропасть. Как наемник я, конечно, рад, что мне попался богатый наниматель, но как мужчина чувствую себя проигравшим. Кое-как подавив это чувство, я успокоился и, ощущая себя полным идиотом, ответил: «Да, в самый раз». — Сейчас превратим его в нормальные деньги и пойдем за одеждой. Наверняка тут где-нибудь есть меняла. Отдав камешек, Зеро взглянула на меня с улыбкой. — И все же ты добрый. — А? Чего это ты вдруг? — спросил я, обернувшись. Зеро, похлопав по сумке, сказала: — Ты мог забрать сколько угодно под любым предлогом, пользуясь моим незнанием. — Дура, что ли? Я не настолько смел, чтобы обманывать ведьму, которая якшается с демонами. — Выходит, не будь я ведьмой, отнял бы? — Естественно. Я же жадный до денег нечестивый наемник. — Нет, вряд ли. Едва ли, едва ли. Когда держал камешки, он то ли испугался, то ли запаниковал, — со смешком проговорил шедший рядом Альберт. Пожалуй, стукну его для профилактики. — Б-больно же! За что? Это ведь правда. Такой здоровенный, а трус. — Еще разок приложить? Снова напрашиваешься? — Нет уж! — вскрикнув точно девчонка, Альберт спрятался за спиной у Зеро. Усмехнувшись, та повела плечами и произнесла: — Эх… Небо синее. Вот так внезапно. Я тоже посмотрел на небо. И впрямь ни облачка, чистая синева.

— В-взгляните на эту одежду, прошу вас. Думаю, она вам очень пойдет. Вкрадчивый голос. Крайне довольный, воистину сладостный голос. Исходит от лысого здоровяка, напоминающего атамана какой-нибудь шайки. Нет, не мне, конечно, осуждать, но… само вырвалось. Чтобы приодеть Зеро, мы пришли в лавку подержанной одежды, расположившуюся на городском отшибе. В подобных местах, где зачастую сбывают добычу воров и грабителей, временами попадаются высококлассные вещи. Одежка, которую продавец сейчас показывал Зеро, бала как раз из таких. — Мужик, я, кажется, просил костюм для путешествий… — заявил я, разглядывая яркое платье, которое скорее подошло бы дочери какого-нибудь аристократа. — Да, точно. Попрошу другой. После слов Зеро продавец немедля вытащил новый наряд. — Тогда как насчет этого платья? — Говорю же, костюм для путешествий! Хватит показывать чепуху вроде платьев, сволочь лысая! — Заткнись, чертов комок меха! Я разговариваю с этой прекрасной госпожой и рекомендую одежду ей! Так что, госпожа? — продолжил он пропитым и абсолютно непривлекательным голосом. Зеро, взглянув на предложенное платье, коротко отказала: — Не в моем вкусе. Лицо продавца помрачнело, и он скрылся в глубине лавки со словами: — Ну конечно, такое старое платье совершенно не вяжется с образом госпожи. Зеро недовольно скривилась. Очень не хочется этого говорить, но как бы я не отрицал, она и впрямь несравненно красива. Стоило ей войти в лавку и снять капюшон, магазин на мгновение замер, а смущенный владелец вдруг превратился в ее преданного раба. — Несчастный, опуститься до такого… — произнес Альберт, глядя на продавца, вставшего на колени в надежде привлечь внимание. — Не говори так. — Я пожал плечами. — В отличие от мелких, у взрослых свои причуды… Особенно у тех, кто настолько страшный, что его даже проститутки стороной обходят. Если есть деньги, конечно, другой разговор, но… В мире полно тех, кто счастлив дышать одним воздухом с такой красавицей, как Зеро. Я не уподобляюсь этому продавцу только потому, что Зеро ведьма. А ведьм я ненавижу. Если бы не знал, наверное, тоже поступил бы, как этот мужик. — Наймит, Наймит! — Меня потянули за рукав, и я перевел взгляд. — Мне кажется, что вот это неплохой выбор, — с этими словами ведьма указала на висевший в углу магазина цельный черный плащ. Судя по длине, мужской. На теле Зеро он будет ниспадать примерно до середины бедра и смотреться точно платье. — Прочный, при этом легкий и очень теплый. И капюшон есть. А тебе как, Наймит? Я взял плащ в руки. И впрямь легкий, полная противоположность внешнему виду, прошит как следует — без сомнения, прочный. Самое то в качестве плаща путника. По идее, раз уж одежду носить Зеро, то и решать тоже ей, но поскольку я привыкший к странствиям наемник, она спрашивает и моего мнения. — Хорошая вещь. Весьма приличная. Разве что великовата… Лицо у Зеро, услышавшей мой ответ, засияло. — Нормально. Мне он понравился, а раз ты одобрил мой выбор, его и куплю. «Гляжу, доверяет мне. Интересно, а если бы мне не понравилось, отказалась бы она его покупать?» Альберт, рассматривающий в лавке различные товары, внезапно устремился в ее глубь. — О, чулки! Эй, наемник! Это удобная вещь. Облегают ноги и не дают им запачкаться, легко одеваются, а еще в них тепло. Мальчишка продемонстрировал мне чертовски длинные чулки. Наверное, даже выше колена. Такие, похоже, поддерживаются подвязками. И хотя они украшены, как истинно женский аксессуар, несмотря на внешний вид, в практическом плане довольно полезны. Сгодятся, пожалуй, в качестве защиты от холода. — Эй, ве… — хотел я окликнуть ведьму, но тут же поспешил замолкнуть. Как-никак среди людей. Плохая идея. — Зеро, — позвал я, и с довольным видом уставившаяся на плащ девушка подняла глаза. — Чулки возьмешь? — Я переглянулся с Альбертом, и тот устремился демонстрировать их Зеро. — Осталась обувь… О! Вот эти хороши. Отлично подойдут! — голос, полный радости, будто это ему одежду подбирают. Наверное, получает удовольствие от процесса покупок. Он принес черные сапоги с голенищами до колен. Полностью кожаные, отлично защитят и от воды, и от грязи. В благодарность я погладил его по голове. — А ты, оказывается, умеешь выбирать. Неплохой вариант. В ответ на эти слова Альберт самодовольно коснулся груди. Взглянув на представленное ей добро, Зеро озадаченно хмыкнула. — Мне больше по душе ходить босиком, ощущая теплоту земли и мягкость травы. Да и касание росы приятно. — Ты же так поранишься. — Если ходить медленно — проблем не возникнет. — Временами поспешать надо… Если думаешь, что тебя каждый раз носить будут, — глубоко ошибаешься. — То есть бросишь и убежишь? Жестокий ты человек. — Это в каком месте я на человека похож? Да еще и на доброго? — На мохнатого. — Ударю, паршивка. В любом случае обувь нужна, — слегка прикрикнул на нее я, и Зеро расстроенно поджала губы. — Мог бы и побегать со мной на закорках, жадина, здоровенный ведь… Я изо всех сил притворялся, что не слышу ее. — Раз так, остается только низ подобрать. Чтобы не стесняло движений, — с этими словами Альберт взял ну очень уж короткие штаны, которые одела бы, пожалуй, только девка-разбойница. В таких, бесспорно, легко двигаться, но в качестве одежды они бесполезны. Впрочем, в сочетании с длинными сапогами, чулками и скрывающим все черным плащом это будет не так заметно. — Эй, мужик! Мы определились. Рассчитай нас! — крикнул я вглубь магазина, и оттуда, неся в руках устрашающий ворох одежды, явился расстроенный торговец. — Переоденься здесь. То, что на тебе сейчас, сожжем. Лишний багаж. — Ты бы сжег товарища, который провел с тобой много лет? — Не всегда стоит продолжать отношения с тем, кого долго знаешь. Новые знакомства тоже иногда важны. — А ты жестокосердный. Но мне это нравится. — Улыбаясь, Зеро сняла и отбросила свою потрепанную одежду. И тут мне стало не по себе. У Альберта отвисла челюсть. А владелец лавки и вовсе грохнулся в обморок, фонтанируя кровью из носа. Завораживающая белизна кожи. Стройные бедра… Ее тело казалось совершеннее, чем скульптура богини, на создание которой какой-нибудь творец потратил всю свою жизнь. И Зеро демонстрирует себя во всей красе. Ведь белье у нее под одеждой отсутствовало. — Что с вами? Неужто обнаженная девушка такая редкость?

В версии с изображениями тут находится картинка. Я только и смог, что со всхлипом вздохнуть. С непередаваемым ревом, удивившим даже меня самого, я прикрыл ее снятыми только что тряпками. Затем приложил торговца так, чтобы тот очнулся, и, подготовив белье, вместе с новой одеждой оттащил Зеро вглубь магазина. Там я заявил, что не выпущу ее до тех пор, пока она не оденется, на что девушка начала возмущаться. — Больно же было! Слишком грубо! С девушками надо нежнее! — Ежели считаешь себя девушкой, потрудись добавить в свой лексикон слово «стыд», предварительно уразумев его значение. Через год, может, и подумаю в таком случае. Пока мы перекрикивались, Альберт усадил торговца. — У-удивился… Удивился… Ах! — Прекрасна… Я-я… Теперь и умереть не жалко! Очевидно, что ведьмы чужды этому миру. Но даже среди них Зеро сильно выделяется. 4

Едва прикрывающие штаны, спрятанные за длинным плащом с капюшоном, и длинные, до середины бедра, чулки, заправленные в голенища сапог. Честно говоря, раньше и человека-то в ней признать не удавалось, но в нынешнем виде она смотрелась вполне прилично. Если Зеро покажет лицо, любой роскошный постоялый двор, скорее всего, немедля предложит ей лучшую комнату, однако мне от этого, наоборот, будет неспокойно. Поэтому сейчас мы направляемся в дешевую гостиницу на задворках. То тряпье, которое я хотел сжечь, владелец лавки готов был выкупить за все что угодно, поэтому в итоге мы сошлись на том, что платой за новый комплект одежды станет именно оно. Мантия, много лет скрывавшая тело Зеро. Какой ценностью она стала для мужика, игнорируемого девицами, думаю, представлять смысла нет. На всякий случай я решил уточнить у Зеро, не имеет ли она ничего против того, что ее одежда достанется этому лысому, на что девушка ответила, что ее не касается, как будут обращаться с другом, с которым она рассталась. Жестокая чертовка, подумалось мне, но я, улыбнувшийся ей в ответ, пожалуй, жесток ничуть не меньше. — Наймит, Наймит. — Зеро, которую я нес на плечах, подергала меня за ухо. Б-больно же, чертова ведьма. — Чувствую вкусный запах. Я проголодалась. Я повернул голову в направлении, куда указала Зеро. В углу улицы, полной различных лавок, стояли несколько тележек, с которых шумно продавали всяческую еду. Фрукты без кожицы, жареное мясо — чего только там не продавалось. Ну да, я тоже, пожалуй, проголодался. Думаю, перед тем, как идти в гостиницу, стоит перекусить… Но прежде чем я успел вымолвить это, Альберт уже сорвался к тележкам. Тут же с моих плеч спрыгнула Зеро и ринулась вслед за мальчишкой. — Эй, а ну стоять! Если потеряем друг друга, что тогда?! — крикнул я, но мой голос их не достиг. Ничего не поделаешь, бросился вслед за ними. Когда наконец догнал, Зеро с Альбертом уже вгрызались в еду. Точнее, в распространенное кушанье — бутерброды с зеленью и хорошо прожаренным мясом. Судя по довольно-ошарашенному лицу торговца, Зеро, не имея понятия о ценах, немало переплатила. Сообразив, что я вместе с ней, торговец передал мне здоровенный кусок мяса, зажатый между двумя хлебными ломтиками. — Вкусное мясо, Наймит. Поешь. — Хрустящие овощи, вкуснотища! Глядя на этих двоих, измазавших физиономии в мясном соке и с полными ртами еды, я понял, что поучать их сейчас бесполезно. Потому спокойно взял бутерброд и зажевал.

Найти гостиницу оказалось совсем не сложно. Постоялых дворов, принимающих деликатных постояльцев, в таком большом городе просто не могло быть мало. Снять одноместную или двухместную комнату, обратившись к старику за стойкой, который не скривится при виде зверочеловека, было легко. — Мелкий, ты со мной в одной комнате. — Э-э? Почему? Не хочу! Я лучше сам себе комнату возьму. — Нет уж. Нет гарантий, что ты не удерешь. Так что попрошу находиться на виду. — Не боишься делить со мной помещение? А вдруг я сниму тебе голову, пока спишь. Я молча стянул с пояса веревку. К твоему несчастью, я вовсе не добрый, а вполне способный связать ребенка, бросить его в углу комнаты и не испытывать после угрызений совести. — З-Зеро, спаси! — с жалким воплем Альберт спрятался за спиной у Зеро. — Не издевайся над ребенком, Наймит. — Раз уж этот мелкий на мою шею нацелился… — Тогда я в одной комнате с Зеро посплю! Главное, чтобы я был под присмотром, так? Все еще цепляясь за талию Зеро, Альберт выложил крайне глупую идею. Слушай-ка, мелкий извращенец... Ты крупно ошибаешься, если считаешь, что за красивое личико тебе все сойдет с рук. Молча схватив его за ворот, я потащил вырывающегося мальчишку в соседнюю комнату. Он, конечно, кричал и пытался сопротивляться, но стоило бросить его на кровать, как даже ждать не пришлось, пока он с присвистом заснул. Противоречит собственным словам, что, мол, из-за звериного запаха не сможет заснуть. На случай, если он что-то замыслил и только притворяется спящим, я подергал его, однако, видимо, и правда заснул. — Дите малое. Серьезно. Пожалуй, он сильно устал. Бежал за мной по лесу, за зверочеловеком, затем всю ночь выбирался из ловушки Зеро, в которую попался, а утром организовал второе нападение, так что, скорее всего, совсем не спал. Вечером в том полуразрушенном доме тоже долго не отдыхал, поэтому неудивительно, что, едва оказавшись в объятиях мягкой постели и простыней, он не смог противиться сну. — Не сказать, что не понимаю его стремление стать сильнее… — Я осторожно ткнул острием когтя в щеку Альберта. Видеть, как он недовольно сморщился, оказалось забавно, словно наблюдал за животным. Хочется, конечно, еще поиздеваться, но он всего лишь мальчишка, да и маг ко всему прочему. Так что, пожалуй, прекращу. Главное, я просто обязан принять ванну и смыть грязь после долгого пути. Излишне чистый наемник смотрится странно, но я побаиваюсь болезней кожи, появляющихся из-за несоблюдения гигиены. Это частая проблема зверолюдей. Сперва попросить старика за стойкой подготовить воды. Учитывая, что я весь покрыт мехом, вымыть его, отчистить и высушить — далеко не простая задача. Только и остается, что целиком лезть в огромную бочку с водой, иначе никак не вымыться. Я предвкушал искупаться и высушиться на заднем дворе прежде, чем сядет солнце, и с этими мыслями вышел из комнаты… Разумеется, перед этим на всякий случай привязав спящего Альберта к кровати.

— Купаешься, Наймит? Задний двор. Приготовления хозяина, вероятно испытавшего страх передо мной, испачканным в крови, грязи и траве, оказались безупречны. Бочка для купания — одна штука, и три ведра с горячей водой. За дополнительную плату он вновь наполнит из колодца каждое использованное мною ведро — так мы договорились. Также со словами «А это в качестве бонуса», он передал мне тонкий кусочек мыла, определенно используемого для стирки. Впрочем, мех от одежды, пожалуй, не сильно-то и отличается. Так что сейчас я с головы до ног в пузырьках. Вот в таком виде я находился, когда приблизившаяся ко мне медленным шагом Зеро устроилась рядышком. — Чудище в меху и пене. Ты в курсе, что сейчас за тобой наблюдает спрятавшийся неподалеку соседский мальчонка? Причем с большим любопытством. — Со страхом… Ты, часом, не перепутала? — Страх — приобретаемое. Пока ты его не напугаешь, он сильно-то и не испугается. — Угу, вот только детишки и без того от страха плачут, знаешь ли. — Сказала же, не сильно. Если перед глазами появится здоровенная фигура зверя — любой испугается. «Проще говоря, испугается, но не до ужаса», — подумалось мне, затем я посмотрел на Зеро и увидел, как та бросила взгляд на здание. И впрямь троица ребятишек подглядывала за моим купанием. Я обнажил когти и зарычал, и они, громко голося, разбежались. — Так хотел испугать? — Просто оправдал их ожидания. Видишь ли, к зверолюдям лучше не приближаться. С нами ведь с детских лет обращаются, как с монстрами. Поэтому вполне ожидаемо, что среди нас полно и впрямь отвратительных личностей. — То есть получается... люди сами порождают монстров? — По сути, так и есть. Хотя, быть может, такова сама натура зверолюдей. — Это не так. Ведь, в сущности говоря, твоя душа осталась человеческой. — Как знать… Человечен я или нет — сам решить не могу. Ситуацию также усугубляет тело, совсем непохожее на человеческое. Мне только и остается гадать, каков я в сравнении с другими, не приближаясь к тем, с кем сравниваю. Что такое человечность, человек… Судя по подобным размышлениям, даже в мыслях я уже отделяю себя от людей… — Не мрачней. Если ты не человек, мне только и остается желать, чтобы мир утонул в жестокости. — Вполне себе ведьмовское желание, знаешь ли… «Ну, я зла не держу. Потому и не попрошу подобного». Уставившись на небо, я легонько вздохнул и смыл с себя пену. Увидев, как пузырьки взмывают в воздух, Зеро встала, будто что-то придумав. — Купаться, имея такое большое тело, наверное, неудобно? Помочь помыть спину? — Какая доброта. Не ты ли говорила, что терпеть не можешь пот? — Разумеется, к поту и не приблизилась бы. Да и мыть здоровенного зверя наверняка забавно. Руки Зеро грубо коснулись моей спины. Словно пытаясь содрать с меня мех, ее пальцы яростно завозили мылом, и это ощущение смущало, не давая успокоиться. — Слушай, Наймит, город все же веселое место. — А? — Много людей. Каждый занят своим делом, каждый думает о разном, так? Весьма любопытная атмосфера. И еда с тележек мне понравилась. — Подобное есть в любом крупном го… — не договорив, я замолк. «Точно. До этого Зеро жила в норе, не выходила наружу, а значит и в городах ни разу не бывала». Поэтому, разумеется, она будет спешить и удивляться. Для меня это всего лишь мешающая толпа народа, и в еде с тележки я ничего особого не вижу, но для Зеро и то и другое в новинку. Нет, не спорю, Зеро — ведьма, обладающая огромными познаниями в разрушении. Вот только о мире она знает всего ничего. Так же как привычное для Зеро — для меня необычно, так и то, что привычно мне, — для Зеро в новинку. Хоть и смотрим мы на одно и то же, видим словно абсолютно разное. — Веньес, как-никак, страна путешественников. А Фомикам — сердце ее торговли. Сюда стекаются люди и вещи со всего мира. Хоть масштаб не особо велик, все же концентрация поражает. — Ясно. — Глаза Зеро заблестели. — В одиночку в этот город я даже и не вошла бы. А если бы и вошла, скорее всего, вызвала бы шумиху. Находясь рядом с тобой, я за короткое время узнала многое из того, о чем раньше не ведала. Рада, что встретила тебя, в этом я уверена. «Эти ее слова тоже из-за незнания мира». Поморщившись из-за смущающих фраз Зеро, я взглянул на нее через плечо. — Знаешь, прекрати говорить подобное. — Подобное? — «Люблю», «рада, что встретила»… Эти до дрожи пробирающие слова. Девушка не должна быть чрезмерно дружелюбной. Особенно с кем-то вроде меня. — Дружелюбной? — озадаченно повторила Зеро. — Но я ведь правду говорю. Мне нравится с тобой разговаривать, а молчать скучно. — Прошу, прекрати… — Тебе не нравится… разговаривать со мной? — Угх, — я потерял дар речи. «Вовсе нет. Впрочем, этого не скажу…» — Я не очень понимаю подобные разговоры… Ведь обычно все сводится к обмену проклятиями… Потому я теряюсь, когда ко мне обращаются с дружелюбием, — объяснил я с кривой усмешкой, и Зеро прошептала в ответ: — Вот как. Тогда как насчет попрактиковаться со мной? Впредь я стану говорить о многом. «Не выходит. Зеро мне не переспорить. Видимо, остается только привыкнуть». — А если буду игнорировать, разозлишься? — Разумеется, разозлюсь. Я ведь поговорить хочу. А говорить одной неинтересно. — Тогда можешь злиться. — Холодный ты человек. Мог бы ко мне и потеплее относиться, я же твой наниматель, как-никак. — Наемники не ведут разговоров вне рамок работы, так-то. Невыразительно хмыкнув, Зеро как-то странно повела пальцем по моей спине, которую мыла. Будто что-то рисуя. Мне подумалось, что букву, но понять, какую, не удалось даже сконцентрировавшись. Зеро ехидно засмеялась. — Что смешного? — Секрет. — Эй… — Потом поймешь. И благодарить будешь до посинения. Такое вот проклятие. Боишься небось? — Да иди ты! Немедленно отмени. — Не-ет. Ну же, повернись спиной. Мыть неудобно. Моя попытка запугать Зеро провалилась, а раз не получилось запугать, остается только подчиниться. Потому я спокойно повернулся к ней спиной. Закончив с мытьем тела, финальным штрихом опрокинул на себя ведро с горячей водой, смывая пену. После чего ощутил себя освеженным. Зеро, осмотрев меня с ног до головы, сделала серьезное лицо. — Абсолютно чистый. Да… Э-э… Словно другая личность. — Можешь не говорить, и так знаю, что выгляжу, как мокрый котяра. Если мокрое животное — жалкое зрелище, то на мокрого зверочеловека и вовсе больно смотреть. Я начал пылко вытираться сухим полотенцем, а Зеро вдруг стала оглядываться по сторонам. — Эй, что задумала? — Секрет. — С улыбкой она качнула пальцем… И в тот же миг... ...мой мех высох! Буквально за считанные секунды! — Вот это да! Эй, что ты сделала? Как? Обычно меху полдня сохнуть надо! Откуда такая пушистость? Сейчас я вполне сойду за ковер в королевской спальне! — прокричал я. Королевский ковер, хм, не слишком ли уничижительно звучит? Но применительно к меху, это, пожалуй, лучший комплимент. — Стоп… Ты дура, что ли, творить подобное посреди города?! — спохватился я. Зеро озадаченно посмотрела на меня. — Без разницы, хвалишь или ругаешь, однако ни то ни другое эффективности ведь не уменьшает? О взглядах посторонних я позаботилась. — Ну, раз так… Тогда все в порядке. — Кстати, Наймит... — Что? — Не хочешь прикрыться? Ты ругал меня в том магазине поношенной одежды, а сам-то, гляжу, весьма раскован. — Она перевела взгляд ниже моего живота. Вскрикнув от смущения, я быстро натянул штаны, пока Зеро широко улыбалась. В этот миг на заднем дворе установилась неприятная атмосфера. Со стороны здания показались три девушки и парень. Последний выделялся больше всех из-за морды, напоминающей псиную. Весь мой мех встал дыбом. Я-то все думал, что за неприятный запах, а это оказался такой же зверочеловек, как я. — О? О! Собрат? «Кто тут тебе собрат? Не равняй меня с собой, псина». — Пошли, — поторопил я Зеро и, собрав ведра, зашагал прочь. Вообще-то, зверолюди-наемники не ладят между собой. Чуют неприятный звериный запах оппонента, да и без этого до странного не выносят друг друга. Если запихать в одну клетку диких котов, будут ли они вести себя спокойно? Как-то так. — Эй-эй, вот так сразу игнорировать? Как обидно. Хоть и редкий, но все же чудовище-товарищ. — Уж извиняй, но мне не по душе, когда меня равняют с собаками. — Я — волк! Не шути так! «А какая разница? Один черт, со зверолюдьми-волками обращаются по-собачьи и без исключений». — Неважно, потому как зверю хватит и собственного общества, — быстро ответил я, на что волк безразлично повел носом. — В принципе, ты прав… Однако сегодня я при девушках, думаю помыться вместе с ними. Ну, смотри, как тебе мои девочки? Шикарные, правда? Коснувшись моего плеча, когда я уходил, волк указал на троицу испуганных девушек. Очень проблематично, но хоть мы и не выносим друг друга, у зверолюдей есть негласное правило, запрещающее перепалки. Потому я спокойно посмотрел на девушек, которыми так гордился волк. «Да уж, и впрямь красотки. Вдобавок молоды и все блондинки; вкусы, что ли, у него такие? Интересно, сколько он заплатил? Стоп, они же на проституток не похо…» — осознав, я вздохнул. — Добыча с охоты? Смех волка ударил по ушам. — Именно, что с охоты. Это все ведьмы. Думал доставить их в столицу для казни, но… Ты только глянь, как расточительно было бы их казнить. Жалко же! Такие молоденькие милашки. Вот почему я их припрятать решил. Мех вновь потихоньку начал топорщиться. Вероятно, в ответ на обвинение в связях с ведьмами, деревеньке только и оставалось, что указать на молодую девчонку. Если ведьму не предоставить — деревню разрушат. Поэтому у селян не было другого выбора. Зверолюди — чудовища. А чудовища всегда пожирают бессильных людей. — Наймит, — сказала Зеро. «Приехали»,— подумалось мне, после чего я попытался заслонить Зеро туловищем, но позиция оказалась неудачной. Когда волк услышал женский голос, он, скинув капюшон, грубо притянул девушку к себе. — Она… — Ты что делаешь?! Руки не распускай! — Вырвав Зеро из его лап, я набросил на нее капюшон и спрятал за спиной. — Эй-эй-эй, что за дела, где взял? Как лапы наложил? С охоты, что ли? Купил? Такую-то красотку! Тоже такую хочу! — жадно вдыхая запах Зеро, он словно заметил что-то и поднял взгляд. — Ты, неужто… «Понял, что она ведьма?» — мысленно цокнул я языком, заслоняя Зеро. Дольше здесь оставаться нельзя. — Она мой наниматель. Не прикасайся к ней без спроса. Мы пошли. — Наймит, они не ведьмы, — сказала Зеро странным голосом. Указывая на испуганных девушек, она озадаченно смотрела на меня. Так уж сразу и поняла? Глядит на меня, будто любой с первого взгляда должен определить, что они не ведьмы. И я… понял, так и есть. Эти девушки — не ведьмы. — Забудь, идем. — Чтобы ты понимал, Наймит… — Поторапливайся! — …я очень недовольна. Я застыл. Этот взгляд, этот голос. От нее аж холодом повеяло, и не подумаешь, что это та же Зеро, которая несколько минут назад улыбалась. — Я тоже, — тихо ответил я, чтобы успокоить ее, и в глаза Зеро словно вернулся огонек. Недоволен, но лучше проигнорировать. Если устроить шумиху, ничем хорошим это не кончится. Хоть мы утверждаем, что они не колдуют, в деревне любой подтвердит, что они — ведьмы. И тогда подозревать начнут нас. — Эй-эй-эй… Это уже перебор, знаешь ли. Эй, девочки? Вы же умеете колдовать, правда? И я, прорвавшись сквозь колдовство, оставил вас в живых, так? Если нет, девочки, то я вас затрахаю до полусмерти и продам! — Наймит. — А? — Никому не расскажешь? — С улыбкой Зеро качнула пальцем. И в следующий миг опал. Весь мех волка просто-напросто выпал. Мокрый зверочеловек, конечно, жалок, но нет ничего непригляднее, чем зверочеловек без меха. Кое-как сдерживая смех, я прихватил Зеро и немедленно поспешил убраться оттуда. Мгновение спустя раздался волчий возглас. Не в силах сдерживаться, я рассмеялся во всеуслышание, а Зеро, обхватившая мою шею руками, тоже зашлась от тихого смеха. Это вовсе не то, над чем стоит смеяться, однако до тех пор, пока пострадавший не я, не найдется ничего смешнее.

Ночью волчий ублюдок не выползал из комнаты, что было предсказуемо. Вдобавок на следующее утро объявили, что «милые ведьмочки», которыми он так хвалился, внезапно исчезли. Со всей страстью я отрицал свою причастность к этому. Да, выходил ночью. Видимо, сморило меня во время прогулки, и в полусне я, кажется, задел чью-то дверь… Приснилось, наверное. Но меня больше беспокоил другой инцидент, приключившийся со мной. Утром, едва проснувшись, я увидел, что Зеро, которая должна была по идее спать в одноместной комнате, с таким видом, будто это само собой разумеется, сопела в моей кровати, устроившись на моей лапе. Альберт, как сосед, разумеется, не оставил это без внимания и почему-то начал на меня злиться. С криками «Зверюга!» и «Символ разврата!» он бросил в меня стулом, попавшим прямо по голове, тем самым с утра подарив болезненные ощущения. У детишек в этом возрасте воображение чересчур развито, быстро выводы делают. — Говорю же, недоразумение. И вообще, какого черта ты-то злишься? — Замолчи, а! Твоя голова — моя! Ты хотя бы понимаешь, что своими действиями очерняешь и хозяина жертвенной головы? «Нет, не понимаю. И вообще, ты все еще жаждешь моей головы?» — Эй, юнец! Говорю же, его голова — моя! «Ах, красавица и красавец спорят из-за меня… Вот только ни черта я не рад». — Будет тебе. Мне же только голова нужна. «Не отдам!— мысленно прокричал я. — Эх… Найти бы поскорее эту Книгу Зеро и освободиться от ведьм и колдовства». Так, сопровождаемые спорами Зеро и Альберта о том, кому принадлежит моя голова, мы оставили Фомикам позади и направились к Ордену магов Зеро.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Тринадцатый

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Страны и города — все начинаются с одной точки. Допустим, близ замка правителя располагаются дома вассалов. Рядом с домами вассалов — дома слуг. Тут же, среди домов, стоят лавки, а рядом с лавками жилища торговцев и их мастерские. Точно так же вблизи от больших городов непременно мостятся несколько мелких. В крупных городах создаются рыцарские ордена, которые организовываются для охраны порядка и защищают от разбойников и прочих опасностей. И хоть окруженным стенами городам вроде Фомикама можно особо не волноваться, большинство городов и деревень беззащитны. Можно сказать, они ищут успокоения в том, что «по соседству находится нечто, что защитит». Сейчас мы направляемся как раз в один из таких беззащитных городов. По словам Альберта, в его окрестностях и располагается школа. — Латетт — маленький городок… Вымощенная песчаником дорога простирается до самой столицы Фраста. Этот путь имеет несколько ответвлений, и, взглянув на карту, понимаешь, что все они пролегают к небольшим городкам и деревням. Как говорит Альберт, этот путь ведет в Латетт. — …но, несмотря на размер, оживленный. Пончики и булочки из здешней пекарни очень вкусные! Пончики нежные, булочки сладкие, а свежеиспеченные — они мягкие-мягкие, ням-ням. — Вот оно как… Весьма любопытно, — чрезвычайно серьезно прошептала Зеро. Если представить, что половина ее мозга занята колдовством и магией, то оставшаяся половина, пожалуй, — только едой. Хотя для еды, как мне кажется, места выделено куда больше. — В Фомикаме весело и многолюдно, но Латетт мне больше по душе. Когда охоту на ведьм запретят, хочу поселиться в нем. Открою, например, лавку предсказаний. — Эй, мелкий. Если забыл, я напомню: мы направляемся в школу, так? Что город тебе нравится — понятно, — но ненужных остановок мы делать не будем. На всякий случай предупредив об этом, я поймал на себе недовольный взгляд, которым наградил меня обернувшийся Альберт. — Я не забыл! Мы идем в школу, а школа в Латетте. — Но ведь школа вроде в убежище. Или Латетт — город ведьм? — Нет же, — раздраженно выдохнул Альберт. — Вход в школу спрятан в Латетте, под фундаментом церкви. И кроме ведьм его никто не видит, потому как, чтобы посторонние не входили, он скрыт колдовством. — В городе… Мало того, так вход в убежище еще и под церковью. — Верно. Трюк с убежищем, обустроенным где-нибудь в городе, с давних пор работает замечательно. В неприметном тупике, под каким-нибудь изваянием или под надгробной плитой. Кажется, устраивали даже под кроватью в постоялом дворе. — Э-э… Значит, под кроватью… Лучше об этом не задумываться. Если еще и тупиков бояться, статуй и подкроватного пространства, то жить станет вовсе невмоготу. — Днем мы слишком выделяемся, в связи с чем по прибытии в Латетт дождемся ночи. Там есть постоялый двор, поэтому лучше снять комнату. Собака там, конечно, тоже имеется, но она ко мне привыкла; когда иду с ней поиграть, увязывается за мной, да и хозяйка двора временами сладостями угощает. — Колдуна… Сладостями? — Никто же не знает, что я колдун, — беззаботно бросил Альберт, пожимая плечами. «Может, обманывает?» — мелькнуло в голове, но я промолчал. — Пока они не знают, кто я на самом деле, общаться с ними можно вполне нормально. Моя мать была ведьмой, но, отказавшись от колдовства, она вышла замуж за простого человека. И жила в городе среди людей. «Ведьма, покончившая с колдовством, живет как обычный человек. И такое, значит, возможно». — Это меня тронуло. Видимо, узнав о том, что Сорена была доброй колдуньей, мои предубеждения касательно ведьм притупились. — А что сейчас с твоими родителями? Ведь когда твоя жена бывшая ведьма, жить, пожалуй, тяжеловато. — Оба давно умерли. Во время охоты на ведьм, — голос Альберта был спокоен. Вот только сам он при этом словно оледенел. — Тогда я был еще мал. Узнав, что моя мать ведьма, горожане устроили охоту. А ведь до этого жили дружно… Издавна в Веньесе, случись что, винят ведьм. И потому ведьмы никогда и ни за что не приближаются к крупным населенным пунктам. Отец отдал свою жизнь, сражаясь с горожанами, чтобы мы с матерью смогли бежать из города. Мама же, после того, как донесла меня до убежища тетки, в итоге тоже погибла. Так что меня вырастила тетка. О родителях почти не помню. На всякий случай уточню: это случилось до восстания ведьм. Вот тебе и пример одностороннего сотрудничества. — Ну… Ненавидишь их, наверное… Людей. «Не может не ненавидеть». Однако Альберт со сложными чувствами на лице отрицательно покачал головой. — Вовсе нет. Ведь отец любил мою мать. И абсолютно не переживал о том, что она ведьма. Если возненавижу каждого человека, это будет означать, что и отца я должен возненавидеть. Виноваты не люди, а предубеждения, гласящие, что ведьмы — зло. Раз случилась неприятность, наверняка по вине ведьмы — и так считают во всем мире. Хоть я и сражаюсь с людьми, но не ненавижу их и не жажду стереть с лица земли. — Говоришь так, словно взрослый. — Я озадачено моргнул, и Зеро улыбнулась. — Не зная простых истин, колдовством не овладеть. Хоть и не освоившийся, но юнец — полноценный колдун. Какое-то время после этого мы следовали по извилистой дороге, поддерживая беседу, не несущую особого смысла. Альберт шагал в своей неизменной манере, размахивая руками и частенько заговаривая высоким голоском о том или ином. Судя по карте, Латетт не так уж далеко от Фомикама. Медленно движущаяся повозка, запряженная лошадьми, потратит на путь максимум пару часов, а если идти пешком — времени уйдет примерно вдвое больше, что не так уж и много. Поэтому показалось бы неудивительным, если бы людей, направляющихся в обе стороны, было много, однако за все время пути мы так никого и не встретили. — Подозрительно тихо… Что-то людей нет… Совсем не кажется, что подходим к городу, где живут люди. Когда приближаешься к городской местности, обычно чувствуешь спокойствие, но сейчас ровно наоборот. До чертиков плохое предчувствие. Тревожное ощущение, заставляющее мех встать дыбом. И чем ближе к Латетту, тем оно сильнее; инстинкты подсказывают не идти вперед, что замедляет движение. Зеро дернула меня за рукав. — Заметил? — внезапно спросила она. Почесав щеку, я огляделся по сторонам. Раз уж Зеро так говорит, значит, мне вовсе не кажется. — Чей-то взгляд. Наблюдают… Нет, не так. Просто взгляд. Вот какое ощущение. Как если бы оказался с врагом в темном лесу, где оба не могли бы разглядеть друг друга, но все равно ощущали бы на себе чужой взгляд. Подобное подавляющее ощущение и здесь. — Юнец. В окрестностях всегда так? Хоть и для маленького, но оживленного городка, как-то тут слишком мрачно. Услышав вопрос Зеро, Альберт остановился и обернулся. Его лицо выражало волнение. — Вот… — тихо произнес он. Похоже, болтая до этого так оживленно, мальчишка старался подавить беспокойство. — За тем холмом уже город, но… обычно здесь гораздо шумнее, и людей много, — сказав это, Альберт распахнул глаза. — Я… пойду проверю! — добавил он и сорвался с места. Все-таки странно. До города рукой подать, но людей в окрестностях мало… И еще этот странный запах. — Что будем делать, ведьма? Не ловушка ли это? — Для кого? Для меня? Или для тебя? Я взглянул на Зеро, словно говоря: «А что, может быть не на тебя?» — Думаешь, сообразив, что я хочу вернуть книгу, юнец связался со своими, и в Латетте они подготовили ловушку? И собираются победить меня? — Не похоже, конечно, но такой вариант возможен. Согласившись проводить нас до этого места, мальчишка вознамерился все разрешить. — Что ж, звучит логично… Однако проверим, пожалуй, насколько твои инстинкты превосходят логику и теорию. Что они сейчас тебе подсказывают? — «Немедленно убирайся отсюда» — что-то вроде того. — И бросишь юнца? Услышав это, я онемел. Совершенно не хотелось поступать таким образом. Ведь если Альберт на самом деле устроил для нас ловушку, бросить его — естественный вариант. Но мне почему-то хотелось приволочь Альберта обратно и уже потом удирать. Глядя на мою кислую морду, Зеро сузила глаза. — Тогда бежим. Его прихватим с собой. — И даже не попытаешься вернуть Книгу? — Если там и впрямь опасно, лучше сперва найти Тринадцатого. — Вот оно как. Логично. Эй, маль… — Неправда! — пронзительно крикнул Альберт, прервав меня. Вздрогнув и на секунду замерев, мы с Зеро поспешили вперед. Едва я поднялся на холм, как предо мной раскинулся обширный пейзаж. — Что такое, мальчишка?! Что-то… «…случилось?» — даже спрашивать не нужно. Ответ простирался перед глазами. У подножия холма, на который мы только что взобрались, расположился небольшой город — это, наверное, и есть Латетт. Больше всего заметны церковь в его центральной части и площадь. Также в глаза бросаются различные по цветам и формам лавки и дома жителей, расположенные как попало. Пожалуй, весь городок от края до края можно пересечь за тридцать минут. Двухтысячное население. По сравнению с Фрастой, число жителей которой равно пятидесяти тысячам, Латетт — городишко. Ближе к окраине плотность застройки снижалась и переходила в расстилающиеся за стенами луга. Но этот пейзаж… не нес в себе ничего умиротворяющего. Очевидно, что, будучи атакованным, город, известный как Латетт, пал. — Неправда… Не верю, не верю! Нет, нет, нет! — Эй, постой, мальчишка, опасно же! «Что его отрицания не более чем ложь, наверное, даже он сам, голосящий, не осознает». Ни секунды не сомневаясь, Альберт бесстрашно бросился к подножию холма. Если на город напали разбойники, полагать, что остались выжившие, — вовсе не странно. Ведь иначе городские улицы были бы переполнены трупами. Впрочем, трупы там наверняка есть. Хоть он колдун, но ребенку этого видеть не стоит. — Чтоб тебя! Ну что за проблемный мальчишка?! — Мне ничего не оставалось, кроме как схватить Зеро в охапку и припустить вслед за ним. Из-за зловещей атмосферы нехорошее предчувствие только усиливалось, отчего тело покрыл холодный пот. — Не волнуйся, Наймит. Я ведь уже говорила, — Зеро легонько похлопала ладошкой по моей голове, — что защищу тебя. Взглянув на девушку и увидев ее самоуверенную улыбку, я мысленно цокнул языком. «Одно слово — ведьма. Не сметь успокаиваться! Иначе какой из меня наемник?» Пытаясь догнать Альберта, мы вошли в город и увидели, что все здесь гораздо хуже, чем казалось с холма; даже я скривился. Разрушенные стены, упавшие вывески. И всюду трупы, трупы, трупы… А вот и Альберт, ошеломленно застывший среди этого хаоса. И в его золотистых глазах, блуждающих от тела к телу, словно не осталось признаков рассудка. — Эй, не стоит всматриваться! Едва я окликнул его, как Альберт испугано вздрогнул. — А… — Разбойники, видать, напали. Но с такой жестокостью… Не повезло здешним… — Разбойники… — сверкнув глазами, прошептал Альберт. И с горечью усмехнулся. — А похоже? — Что? — не понял я и уставился на трупы, на которые смотрел парень. Ничего особенного, просто обугленные тела. Скорее всего, сожжены заживо. Несмотря на то, что тела людей обезображены до такой степени, когда пол уже и не различить, по позам видно, как отчаянно они пытались погасить огонь. Но кое-что казалось странным. В противовес количеству сожженных людей, сам Латетт выглядел относительно целым. Любому известно, что, единожды занявшись, огонь сжигает все без разбора, покуда город не сгорит дотла. Тем не менее глядя на этих сожженных казалось, будто огонь избирательно сжигал только людей. И охваченные огнем, они метались, чтобы сбить его. При этом пламя должно было разойтись по городу. Однако вокруг не нашлось ни одного сгоревшего дома. — Неужто… магия? — с сомнением прошептал я, и Зеро утвердительно кивнула. — Скорее всего, это Фрагис * . Магия, которая не затрагивает ничего, кроме цели, и даже при использовании в лесу или в городе не приводит к пожару. Похоже, на город напали ведьмы. Выходит, стражник на воротах в Фомикаме, говоря о сожженном поблизости городе, имел в виду это место… Я прекрасно знал, что, раз ведьмы воюют со страной, то первые, бывает, нападают на города. Но вот город, подвергшийся такому нападению, вижу впервые… Я и представить не мог такой жестокости. Тела разбросаны словно мусор, в домах следы грабежа. Зрелище, объяснимое лишь нападением разбойников, использующих магию. — Что за дела-то? Раз здесь вход в убежище Ордена магов, ведьмы, наоборот, должны его оберегать. Как же вы так… — Таких, кто пользуется магией, далеко не одна группа. Услышав подавленный голос Альберта, я распахнул глаза. Насколько мне известно, Орден Зеро — единственная группа магов. Именно они со своим восстанием погрузили страну в хаос, разве не так? Впрочем, судя по рассказам Альберта и по наблюдениям за ним самим, Орден магов не сражается ни за что, кроме защиты ведьм. Вот только то, что я слышал как наемник, а также нынешнее положение дел в Латетте — все это убеждает, что, бесспорно, существуют и такие ведьмы, которые убивают людей магией для развлечения и грабежа. — Получается, есть и другие группы вроде Ордена магов Зеро? — Не так! Не равняй нас с ними! Эти разбойничьи ублюдки наверняка приходили за Книгой Зеро! И намеревались проникнуть в школу, используя неразбериху во время атаки… — Значит, разбойничьи ублюдки… Но ведь Книга Зеро у Ордена, разве нет? Как же они тогда магии… Эй, стой же! Не дослушав мой вопрос, Альберт вновь сорвался на бег. Вероятно, хотел убедиться в безопасности школы. На мгновение остолбенев, я молча взглянул на застывшую Зеро. — Эй, и… «Что будешь делать? Как лучше поступить? Что происходит?» У меня в голове вертелось множество вопросов, но ни один из них я так и не озвучил. Слишком уж равнодушным было лицо Зеро, застывшим, словно у куклы. — Эй? — Пользоваться ей так ... тоже возможно, — прошептала Зеро, глядя на разрушенные дома, упавшие указатели и сожженные тела. После чего, медленно перебирая ногами, двинулась вслед за Альбертом.

Местом, куда бросился Альберт, оказалась старая церковь. Пройдя через сломанные двери, мы попали в разрушенную часовню. Жилище бога предстало перед нами в крайне печальном виде. Скамьи, когда-то стоявшие стройными рядами, разбросаны в беспорядке, пол усеян осколками витражей. И тела. Как видно, шестерых человек. Однако они отличались от тех, что лежали за пределами церкви. Те, что снаружи, — безжалостно убитые при попытке сбежать. Эти же, судя по обстановке, определенно сражались. На шее двоих из них виднелись поблескивающие красным камнем ремешки. Такие же, как у Альберта. Наверное, они тоже из Ордена магов Зеро. Выходит, оставшиеся четверо — напавшие на город ведьмы? — Орден магов и… атаковавшие их ведьмы? Альберт кивнул. — Товарищи из Ордена, они все сражались, чтобы защитить школу и город… Но защитить не смогли. И, скорее всего, даже ценой своей жизни пытались спасти хотя бы школу. — Перебили друг друга, когда одни защищали убежище, а другие нападали? — Нет, не так. — Зеро вдруг зашагала к трупам ведьм, пройдя мимо Альберта. — Эй! — Проигнорировав его оклик, она принялась рассматривать тела шестерых. — Сперва нападавшая четверка прикончила двоих из Ордена. Потом появилась другая ведьма, и, в свою очередь, убила эту четверку. — Как поняла? — Характер смертей разнится. На телах членов братства видны следы сопротивления, однако оставшиеся четверо умерли, не успев ответить… И что самое главное, магия у всех «выпита» до дна. Вмешательство третьей стороны очевидно. «Выходит, здесь, помимо ведьм из Ордена Зеро и напавших, появился кто-то еще. Как-то слишком уж это запутанно». Стоило мне схватится за голову, как Альберт глубоко вздохнул. И дрожащим голосом, в котором смешались страх с ненавистью, воскликнул: — Тринадцатый! Вероятно, и у меня, и у Зеро в головах всплыли одинаковые вопросы. «Откуда тебе известно это имя? Почему упоминаешь его при таких обстоятельствах?» — но прежде чем вопросы прозвучали, ситуация изменилась. Взгляд усилился. Мех встал дыбом, и неприятное ощущение, преследовавшее меня с момента приближения к городу, исчезло, сменившись на угрожающее чувство чьего-то взгляда. Кто-то наблюдает. Откуда… Посмотрев вверх, я тут же пожалел до глубины души. Под церковным потолком завис здоровенный глаз. От края до края по потолку пробежали трещины, и глаз распахнул веки. Быстро вращаясь, он взглянул на меня, Альберта и в конце на Зеро. — Как-то нагло он нас разглядывает, Наймит! — А? А, да… — Это принудительный призыв: сейчас унесет! Хватай юнца и цепляйся за мою руку! «Что происходит? О чем Зеро говорит?» — Этого, разумеется, я не понял. Но все равно поспешил закинуть на плечо Альберта и схватить девушку за запястье. В следующий миг пол рухнул. Нет, не так. Просто… …пол, стены, само помещение исчезло. Будучи брошенным в разверзнувшуюся тьму, я рефлекторно закричал. — Падаем! «Такими темпами упадем и умре…» — Успокойся, Наймит. Пока не отпустишь мою руку — ты в безопасности. Монотонный голос Зеро вернул мой на мгновение упорхнувший разум. — Дыши медленно. Твердо стой на ногах. Ощути землю. Тело уже прибыло. Приходи в сознание и возвращайся в тело. Ощути мою руку. Глубоко вдохнув до этого, я только сейчас понял, что перестал дышать. Однако стоило мне выдохнуть, как ощущение падения пропало, — я и впрямь стоял на земле. «Что? Какого… Это что, иллюзия? Очень холодно, тело еще дрожит». Я огляделся. Темная комната. Четыре мерцающие свечи. Излишне терпкий аромат благовоний. Под ногами каменный пол. А на руках Зеро и вцепившийся мне в плечо Альберт. — Слава всевышним! Наймит вернулся, Зеро! — крикнул мальчишка, прижимаясь к моей голове. «Вер… нулся?» Я снова огляделся. «Вернулся»… Но мы же все еще в… — Эй… А где это мы? Мгновение назад мы находились в церкви… — Принудительный призыв. Воля субъекта игнорируется и его перемещает в другое место. Сложное заклинание. Похоже, кто-то установил в часовне ловушку. Изначально с помощью этого искусства призывали демонов, но потом его переориентировали на людей. И я знаю только двух человек, способных на такое. Один из них мой наставник… В этот момент я почувствовал перекрываемый ароматом свечей запах кого-то другого. Тьма, растворенная во тьме. Даже сейчас, заметив незнакомца, я ощущаю его столь слабо, что в любой момент могу потерять из виду, словно он соткан из тьмы. Не вижу. Но он там. — …а второй — Тринадцатый… Это ведь ты! — с кривой улыбкой, произнесла Зеро. Ошеломленный, я поднял взгляд, пока это имя набатом звучало в моей голове. И вот с неприятным для уха звуком из тьмы вышел парень. Рассматривая Зеро и Альберта как пример, я думал, что все ведьмы и колдуны — красавцы, но, судя по виду Тринадцатого, это далеко не истина. Высокая и широкоплечая фигура, словно привычная к схваткам. Из-за взбугрившихся мышц спины тело Тринадцатого казалось невероятно огромным. Вдобавок длинная челка полностью скрывала его глаза. Недовольный, мрачный парень. Тринадцатый был воплощением этих слов. Конечно, не мне, зверочеловеку, говорить, но даже моя звериная морда симпатичнее его физиономии. Глядя на него, Зеро вызывающе сузила глаза. — Объясниться не желаешь, Тринадцатый? Зачем призвал меня? — Ты явилась в результате призыва. Это следствие. Вовсе не причина. — То есть ты призываешь всех, кто оказывается на том месте? Тратишь немало сил. Ты не изменился, Тринадцатый. — Как-никак, я услышал интересное имя, Зеро. Пристальный взгляд сквозь просвет челки скользнул к Альберту. Негромко вскрикнув, мальчишка еще сильнее сжал мою шею. — Та церковь — вход в убежище злокозненного сборища колдунов. Похоже, они бросили его во время нападения, но на всякий случай я решил, что стоит приглядеть за округой. Так я услышал свое имя. Интересуясь, кто бы это мог быть, я призвал его сюда. — Даже если это мог оказаться простой человек, ничего не знающий о магии? Ошибись я, и Наймит умер бы. «Вот как. Значит мне довелось побывать на грани. И Альбертово «Вернулся!» означало, что я, похоже, выкарабкался из бездны смерти. Едва встретив Тринадцатого, я, кажется, уже невзлюбил его». — Я и представить не мог, что найдется человек, который, не владея магией, не просто войдет в город, полный трупов, но еще и направится к убежищу колдунов, где при этом умудрится произнести мое имя. Причем с такой яростью в голосе. Так что все сработало автоматически. Да и потом, вернуть ушедшую за предел душу — не так уж и сложно. И не стоит так злиться. Все, что нужно, это звук. Даже если душа упорхнула за предел, позвать ее обратно — проще простого. А теперь вопрос задам я: зачем ты покинула Нору, Зеро? — спросил обвиняющим голосом Тринадцатый. Хмыкнув себе под нос, Зеро ответила: — Видишь ли, устала от одиночества. Вот и решила прогуляться, да взглянуть на твое угрюмое лицо. — Далековато для прогулки… Я же говорил, снаружи опасно. И ты обещала ждать. — Да уж, опасностей и впрямь немало. После десятка-то раз, когда за мной гнались с криками: «Ведьма!», даже я это усвоила. Вот только опасности не неотвратимы. И, если говорить другими словами, я впустую потратила больше сотни лет. Стоило выйти наружу гораздо раньше, не считаешь, Тринадцатый? Неприятная атмосфера заставила замереть. «Что за… Тринадцатый вроде помощник Зеро, разве нет? Таким-то нежным голосом о нем говорила, а теперь, увидев его, откуда эта жажда убийства?» И внезапно... — Какого черта?! — раздался высокий голос Альберта. — Зеро… Ведь… Книгу Зеро написала… Так откуда же… — Мальчишка затрясся. — Откуда ты знаешь Тринадцатого — королевского колдуна? «Королевского… колдуна?» Эти слова вызвали противоречие. Я перевел взгляд на Альберта. — Эй, «королевский колдун» — это в каком смысле? Ты же не хочешь сказать, что в воюющей с ведьмами стране король лично нанимает колдуна? — Именно это и говорю. Тринадцатый помогает в охоте на ведьм. Он предатель! Хоть сам колдун, но убивает ведьм! А я-то удивлялся — как страна, которую бросила Церковь, умудряется держаться, воюя с ведьмами… Теперь ясно. Выходит, привлекли колдуна в союзники. Ведьмы искусны в скрытности — спрячься они, обычному человеку ни за что не найти. Даже для Церкви, веками воевавшей с ведьмами, это тяжелая задача. И озлобленный народ, подозревая обычных людей в колдовстве, начал убивать невиновных, пытаясь найти в этом спасение. Ведьмы ли убивают людей, или сами люди, страшащиеся ведьм, убивают себе подобных… Впрочем, согласно истории, последнее случалось гораздо чаще. И как же этого избежать? Очень просто: пусть ведьма помогает с поисками. Зеро рассказывала, что «шла по следам колдовства», и, следуя за магической силой Тринадцатого, из леса Юмицуки добралась аж до Веньеса. Учитывая это, можно сказать, что подобный способ позволяет найти кого угодно с достаточной точностью. Проблема лишь в том, что ведьму, согласную помогать в охоте, как правило, не найти… Однако здесь, похоже, найти все же умудрились. Пусть и не ведьму, а колдуна. — Но как маг вообще взялся за такое в стране, где воюют с ведьмами? — На глазах правителя Тринадцатый устроил бойню, — выдал Альберт. — Как-то раз Орден напал на короля. Тот находился в пути за пределами города. Война тогда едва разгорелась, и пока жертв было не много, мы хотели заставить правителя запретить охоту. Вот только это произошло уже после «Вечера возмездия»… Так что даже не выслушав, солдаты напали на нас, и Ордену оставалось только контратаковать… Альберт закусил губу и продолжил: — Тогда и появился Тринадцатый. Он перебил всех членов Ордена магов, которые там присутствовали. И тем самым заслужил монаршее доверие, после чего стал защищающим королевство колдуном. «Вот оно как, хотя поверить сложно. Уж больно странный рассказ. Впрочем, да. Издавна Веньес в случае проблем полагался на ведьм, так что это уже вошло в привычку. И идея положиться на колдуна во время охоты на ведьм не такая глупая. Когда страна искала замену Церкви, явился тот, кто подходил для этого больше всего, — колдун, предложивший свою помощь». Все это время наблюдавший за нашим разговором Тринадцатый раздраженно ударил посохом по полу. Испуганно дернувшись, Альберт посмотрел на него. — Имя Зеро… Не смейте трепать его направо и налево. Я недоволен этим. Мой мех вздыбился, прямо как тогда, в здании церкви. Ледяной взгляд, которым временами одаривает Зеро, пугает, но ужас, который вызывал взгляд Тринадцатого, был гораздо сильнее. Ведь во взгляде Зеро нет враждебности. Эта сила направлена в никуда, поэтому я не опасаюсь ее. Страх перед силой девушки скорее схож с восхищением. Во взгляде же Тринадцатого сквозит нескрываемая злоба, жажда убийства, словно вся его мощь вот-вот обрушится на меня. Не хотел бы я стать его врагом — страх такого порядка вызывал его взгляд… Это, конечно, жалкое зрелище, когда здоровяк вроде меня вопит: «Страшно-страшно!», но притворяться храбрым я совсем не умею. Похоже, Альберт тоже, раз так дрожит. Если я сейчас сниму его со своих плеч, он, пожалуй, и на ногах не устоит. Потому отпускать его я не стал. — Назваться Орденом магов Зеро? Совсем охренели?! Полощете ее имя, недооценивая и очерняя. Это грех, которому нет прощения. Имя Ведьмы Грязи, жадно ищущей знаний в темной норе… Вы, ублюдки, недостойны его использовать! Тринадцатый взмахнул пальцем, разрезая пространство перед собой. Следом в воздухе зародилось голубое сияние, и я тут же развернулся и присел, чтобы спиной прикрыть Зеро и мальчишку. Понятия не имею, что это за магия, но Тринадцатый явно собрался напасть на Альберта. Я сжал зубы, приготовившись к боли, вот только стон так и не издал. Ничего не произошло. Я вовсе не хотел изображать из себя героя, прикрывая их, но… Жалкое зрелище. Испытывая неприятные ощущения, я раскрыл зажмуренные до этого глаза и увидел, что взобравшаяся на мое плечо Зеро приготовилась дать отпор Тринадцатому. — Ты что… — Я же говорила, Тринадцатый: это мой Наймит. Только попробуй нанести ему хотя бы царапину — я тебя, ублюдок, на кусочки порву и предложу их демонам.

В версии с изображениями тут находится картинка. Руки Зеро источали взвивающийся кверху черный дым. Мрачная, она стряхнула его, громко хлопнув в ладоши, и развела руки. Я хотел защитить девушку, но, похоже, вместо этого защитили меня. Мне вдруг стало дурно — атмосфера переросла в еще более нервозную, чем прежде. — Думаешь, сможешь, Зеро? Думаешь, моя сила все та же, что и десять лет назад, когда мы спорили? — провокационно заявил Тринадцатый. В мгновение ока лицо Зеро застыло, а затем на нем проявилась ледяная усмешка. — Так может проверим, Тринадцатый? Я чуточку недовольна. Схватив Альберта, я немедленно отскочил от Зеро. Будто только этого и ждала, девушка тут же позволила красному пламени охватить свое тело. «Совсем не смешно. Если оказаться в бою между колдуном и ведьмой — и девяти жизней не хватит, чтобы унести ноги!» — Эй, мальчишка! Можешь что-нибудь сделать? Это же в самом деле абзац! — Не могу, разумеется! Фрагис — сильнейшая из доступных мне магия! Если я влезу с ней между ведьмой, которая без слов призывает огонь, и колдуном, который повелевает молниями, — от меня только угольки останутся! Было бы время, возможно, и вышло бы что-нибудь наколдовать… — Будто есть время для колдовства! Ты бесполезен! — Сам такой! Тоже ведь ничего сделать не можешь. — Ах ты… А, ладно, то есть мне просто нужно что-то сделать? Пан или пропал, лучше попробовать, чем подохнуть. Поднявшись на ноги, я изо всех сил прокричал: — Эй, ведьма! Сейчас я могу привлечь ее внимание лишь одним. Хотя идея глуповата… — Скоро полдень! Давайте вы после обеда подеретесь! И эта глуповатая идея остановила Зеро. Огонь, окружавший ее, опал, и она обернулась ко мне. — Уже полдень? — Да. — Время обедать? — Да. — Ясно, — прошептала Зеро. Затем повернулась к Тринадцатому и заявила: — Говорят, войны не ведут на голодный желудок. Пожалуй, мне интереснее сражаться, когда мы оба в отличной форме. Я могу подраться с тобой когда угодно, но вот поесть — не всегда. Так что… Тринадцатый? — У нас есть отличное мясо ягненка. Велю поварам зажарить, — понимающе кивнул Тринадцатый с серьезным видом. И быстро погасил свои боевые проклятья. Обменявшись с Альбертом взглядами, мы пожали с ним руки. — Я хочу картофельного супа. — Приготовят. Мгновение назад испускающие столько магии, что даже взгляд мог ее уловить, Тринадцатый и Зеро, недобро глазевшие друг на друга все это время, мгновенно договорились о перемирии и обменялись кивками. 2

Мы были призваны из церкви в Латетте в столицу Веньеса — Фрасту… Похоже, в одну из комнат, расположенных в подземелье королевской крепости. Хоть я и не верил во все это, сейчас мне было не до сомнений. Слова Зеро о том, что ее товарищ во Фрасте, и утверждение Альберта о том, что Тринадцатый теперь королевский колдун, — оба верны. Значит, из Латетта мы вмиг перенеслись во Фрасту. Путешествовать таким способом, конечно, удобно… Вот если бы еще и для жизни не представляло опасности, н-да. Поднимаясь по лестнице, ведущей из подземелья, я увидел суетливо подступивших к нам людей, облаченных в робы, — по всей видимости, подчиненных Тринадцатого. Когда колдун распорядился о приготовлении еды, они беззвучно исчезли. Альберт, казалось, вот-вот сорвется на крик, но, видимо, понимая, что это только усугубит положение, кое-как сдержал себя и направился к столу. Не зря называет себя колдуном — прагматик до мозга костей, хоть и ребенок. Итак, мы четверо, включая Тринадцатого, расселись за столом. Во главе прямоугольного стола с противоположных друг другу сторон разместились Зеро и Тринадцатый. Так что вполне очевидно, что мне досталось место напротив Альберта. Само собой, в такой атмосфере никакого мирного разговора не вышло бы, потому все участники трапезы хранили молчание. Да и о чем говорить в сложившихся обстоятельствах? Зеро же, шумно и с радостью хлебающая суп, только усугубляла ситуацию. — Отвратительная бурда. Той, кто прервала неловкое молчание, естественно, оказалась Зеро. Хоть я и благодарен ей за это, но так еще хуже. Замерев, я уставился на девушку и Тринадцатого. — Суп, приготовленный Наймитом, гораздо вкуснее… Они же повара, следовательно, зарабатывают этим на жизнь, да? Так почему их суп хуже? «Эй, постой. Пожалуйста, прекрати. Я, конечно, благодарен за похвалу, но сейчас она только ухудшит мое положение. А-а, ну вот, Тринадцатый уставился на меня. И уж очень недовольно. Или он всегда такой? Неважно, но это пугает до чертиков». — Суп такой же, как и тот, что мы готовили в Норе. Вполне съедобен, — в голосе наконец ответившего Тринадцатого не звучало недовольства. И это казалось жутким. — Врешь! Я же знаю. Ты всегда и везде добавлял мед. — Количество сахара важно, это да. Однако нет нужды добавлять в картофельный суп лишние ароматы и полутона. — Да признайся уже, что просто любишь сладкое. Людям знакомо удовольствие. Отказ от его поисков и от сопутствующего ему блаженства — это оскорбление в адрес демонов. Наймит, ты ведь согласен с этим? — А… Я… Все равно, лишь бы съедобно было. Честно, даже если бы это было вкусным, в сложившейся ситуации вкуса я не ощутил бы. И даже если Тринадцатый сладкоежка, по ночам охотящийся за медом, мне плевать. Словно говоря: «Не ожидала, что ты не встанешь на мою сторону», Зеро расстроенно поджала губы и уставилась на меня. Оно, конечно, логично, что наемник должен во всем соглашаться с нанимателем, но, не желая быть втянутым в спор, я решил игнорировать ее, на что в ответ Зеро недовольно отвела от меня взгляд и вгрызлась в мясо ягненка. — Н-да… Десять лет спустя ты все такой же упрямый, Тринадцатый. И что за позерское «я» * ? «Я» говори, «Я». Даже если меняешь стиль общения, на плечах все та же неуступчивая башка. — В зависимости от места, времени и ситуации слова принимают разные значения. Я думаю, что «я» — наиболее подходящее слово. «Я»-подобные именования — пережитки прошлого, и их использование приносит ненужное внимание. Я же не особо люблю выделяться. Натянутая атмосфера. Даже чересчур. Поэтому я не смог сдержать вопроса: — Скажите, вы… друзья? — Собратья, — трогательно единогласно заявили Зеро с Тринадцатым. Вот как. Ясно. Товарищи. Стало быть, наподобие солдат из одного отряда. — И… Получается, вы не враги? — Я не желаю становиться врагами, но после того, как он призвал нас и поранил моего наемника, — ясно же, что жаждал драки. Разумеется, я ответила. — Призыв — это результат. Да и целился я вовсе не в твоего наемника, а в колдуна, что оскверняет имя Зеро. А твой наемник попытался прикрыть этого колдуна, так что за ранения я не ответственен. — Как всегда успешно увиливаешь от ответственности, Тринадцатый. — Я приму это как похвалу, Зеро. И тишина. Надеясь отвлечься от происходящего, я посмотрел на Альберта. Он, конечно, хотел моей головы, но в данный момент был единственным, кто не вселял в меня страх. Взглянув на тарелку перед ним, видно, что к еде он не притронулся. Не может быть, чтобы он не был голоден, ведь пустой желудок — сволочь настойчивая. — Не будешь есть? — спросил я, и на меня уставилось нервное лицо. — А с чего бы мне это есть? Вдруг там яд? — не сдерживаясь, высказал он. — Нет там никакого яда! — Откуда знаешь? — Я, вообще-то, зверь. Альберт изумленно посмотрел на меня. Потом с отвращением уставился на тарелку и бесцеремонно начал есть. И… — Вот же… И впрямь гадость! — в сердцах пожаловался он, глядя на Тринадцатого. — Угу, угу, — закивала Зеро, поддерживая. На секунду я захотел, чтобы у меня было столько же смелости и безрассудства, сколько у паренька, но если бы они у меня были в таком же количестве, я бы, скорее всего, давно подох. Дикие звери убегают вовсе не из-за страха. А потому, что у них обостренное чувство опасности. В ответ на комментарии о еде, прозвучавшие из уст Альберта и Зеро, выражение лица Тринадцатого дрогнуло, но, наверное, это из-за страха мне так показалось. А, нет. Судя по тому, как колдун безмолвно взмахнул рукой, подзывая слуг, может, не показалось. Вскоре нам преподнесли небольшое блюдо, на котором громоздилось нечто, отдаленно напоминающее печенье в виде людей и зверей, и сверкающее. Высококлассный продукт, сделанный из сахара. Не те поделки, которые вываривают в кипятке, а сладости, достойные короля и придворных. То ли отыграться хочет за слова о паршивой еде, то ли с самого начала хотел подать их в качестве десерта, кто знает… Зеро, похоже, никогда не видевшая подобного, заявила: «Наверняка что-то безвкусное» — и бросила одно из них в рот. И в следующий миг замерла… Похоже, выражение об улыбке, распускающейся словно цветок, — не метафорично. Ведь улыбка, которая расцвела на обычно невыразительном и спокойном лице Зеро, была убийственно красива. Я взглянул на Альберта: тот с недовольным видом набивал рот сладостями. Кажется, этот раунд за Тринадцатым. — Итак… — Удовлетворенно вздохнув, Зеро отодвинула тарелку. Настроение у нее резко улучшилось. — Поведай наконец, Тринадцатый, почему ты, покинувший Нору в поисках Книги, развлекаешься в качестве королевского колдуна — сущности столь редкой? — Я всего лишь выбрал наиболее эффективный способ. Вор уже распространяет магию по Веньесу, манипулируя ублюдками вроде Ордена магов и пытаясь погрузить страну в ужас и хаос. Ведьм, что будут противиться возврату Книги Зеро, много. А я — один. В обмен на помощь с поисками Книги, я предложил королю поспособствовать в охоте на ведьм. Это произошло год назад… Но и по сей день я не преуспел в возврате. Такие дела. — Не неси бред! Ублюдок здесь ты! — выкрикнул Альберт и, ударив кулаком по столу, вскочил, опрокинув стул. — Орден магов Зеро не сборище ублюдков. Мы защищаем ведьм от охоты. Проникаем в города, где сжигают ведьм, и спасаем их! И вообще, что значит «Книга украдена»?! Книгу Зеро Он напи… — Тут Альберт прервался. Ведь Книгу Зеро написал вовсе не Он. И Альберт об этом знает. Итак, Он или получил книгу от Зеро, или… украл. В поисках выручки, Мальчишка бросил на Зеро полный надежды взгляд, но та ничего не ответила. — Мы… вовсе не жаждем погрузить страну в хаос и отчаяние… — Но по факту это уже случилось. Невзирая на то, что Альберт лишился запала, голос Тринадцатого ни капли не стал теплее: — Вы, отбросы, вопите о том, что жаждете мира для ведьм, но все равно убиваете людей. И если в противостоянии победят маги, выжившие не будут испытывать к ведьмам ничего, кроме страха. Спокойствия это не принесет. — Мы не убиваем людей намерен… — Но они умирают. Вы вообще учитываете, сколько людей гибнет из-за ваших спасательных операций? — Это неизбежно! Война как-никак. Раз люди не прекращают убивать ведьм, нам не остается ничего, кроме как убивать людей в ответ. — И ты можешь поклясться, что вы убиваете лишь тех, кто убивал ведьм? И в этом ни разу не ошибались? Считаете себя непогрешимыми? Вот поэтому война и началась! «Те же слова, какие я говорил Альберту. Месть за месть порождает войну. Может, мы даже сойдемся, Тринадцатый. Но убедить мальчишку — задача не из простых». Глаза Альберта наполнили слезы; казалось, он вот-вот заплачет. Тринадцатый же давил все сильнее. Видимо, слово «жалость» ему незнакомо. — А главное… Поступают доклады, что города, подвергшиеся атаке ведьм, — грабят. Города и деревни, не имеющие никакого отношения к охоте. В угоду банальному разбою маги убивают безвинных людей… И не говори, что не знаешь об этом. Непроизвольно в мыслях всплыл пейзаж разрушенного Латетта. Что бы не утверждал Альберт, убийства и грабежи в исполнении ведьм — факт. Тогда, правда, расспросить мальчишку более подробно не удалось… — Они не имеют никакого отношения к Ордену! Те маги изгнаны, они отступники! — Отступники? — переспросил я, и Альберт испуганно вздрогнул. Я, конечно, не хотел его напугать, но и не отрицаю, что тон, с которым я произнес свой вопрос, был довольно пугающий. Альберт упоминал, что существуют другие группы магов, но отступники — это несколько иное, нежели полностью независимая группировка. Если они отделились , значит, прежде числились в рядах Ордена. — Я же говорил, что в Орден магов Зеро принимают и странников, и сирот — невзирая на то, кто ты есть, учат магии ради ее распространения, помнишь? — Ясно… Вот, значит, как. Я-то задавался вопросом: как другие маги обучились магии, но если это «изгнанные члены Ордена, творящие, что им заблагорассудится», — тогда понятно. Если упростить, мертвые маги в церкви Латетта — те, которые напали, и другие, которые оборонялись, — по сути, все они из одного Ордена. Следовательно, к нападению на Латетт и к его разрушению причастны только члены Ордена Зеро. Видимо, понимая это, Альберт скривился. — Были и такие, кто, уже обучившись магии, вдруг становились злобными. Они и им подобные изгонялись из школы и не могли обучиться новой магии. Вот только изученной однажды магией можно пользоваться всю жизнь… Разумеется, те, над кем издевались из-за отсутствия силы, вдруг обрели ее, да такую, которой обычные люди противостоять не смогут. Что из этого вышло — очевидно. — Грабь и воруй в свое удовольствие, да?.. Альберт слегка кивнул. Это все равно что дать неразумным детишкам взрывчатку, достаточно мощную, чтобы убивать людей. Посредством Книги Зеро магия распространяется куда угодно и достается кому попало. Даже если Книгу вернуть, останутся копии. Неважно, полные или нет — достаточно и одной страницы. Словно чернила, пролитые в воду. Загрязненная ими вода уже не станет чистой. — Не сомневаюсь, Латетт атаковали отступники. Собравшись вместе, они хотели проникнуть в школу. Скорее всего, чтобы отобрать Книгу и получить больше силы… Итак, в стране существуют три влиятельные магические фракции. Первая — Орден магов Зеро, жаждущий мира для ведьм. Вторая — выучившиеся у них магии и слетевшие с катушек колдуны. Третья — уничтожающий первые две стороны королевский колдун — Тринадцатый. Также в стране с давних пор живут ведьмы, которые не желают ни учиться магии, ни сражаться; они могущественны, но, поскольку не участвуют в войне, учитывать их не стоит. Ведьмы сами по себе головная боль, но узнав о том, что различных групп немало, я, пожалуй, теперь вообще нигде покоя не найду. — Орден, в котором нет контроля, и не орден вовсе. Дети, получившие замечательную игрушку, Книгу Зеро, и буйствующие на радостях. Их нужно проредить, затем собрать оставшихся и организовать в стройную систему. Тринадцатый беззвучно встал. — Ты полезен. Жалко убивать. Если присоединишься ко мне и окажешь всевозможное содействие, обещаю, обретешь еще больше силы и знаний. Альберт не знал, что и сказать. — Такое… — Откажешься — на костер. Теперь и я потерял дар речи. Мне невольно захотелось подняться, но я не нашел этому причины и просто уставился на Зеро. Но та даже не пыталась остановить Тринадцатого, более того, ей, похоже, и разговор-то этот был неинтересен. Потому, ну, что поделать… — Сжечь… Он же ребенок, — сказал я. Мне жалко детей… Такой вот я человечный. — Ребенок или нет, однако тот, кто умеет колдовать, — угроза. Именно потому, что он ребенок, который способен без раздумий разбрасываться силой, — он должен умереть. Ответ Тринадцатого не заставил себя ждать. Но я не уступал. — И только поэтому убивать? — Раз он ребенок, предлагаешь его простить? — Ну… — Те, кто управляются с колдовством, — все до единого отбросили человечность. За что в награду обрели силу — колдовство. Колдуны устраивают жертвоприношения, чтобы удовлетворить свои желания. А также убивают по воле людей. Мужчина ли, женщина ли, взрослый или ребенок — таков любой колдун, и в нем нет места человечности. Вот какова истина, наемник. Хотя, должен сказать, странно слышать о жалости к колдунам из уст зверочеловека, прибывшего в это страну с определенной целью. Факты, истина и правда. Я замер, не в силах придумать ответ. «Да, Альберт охотился за моей головой. Иными словами, пытался убить. Я выжил лишь потому, что зверочеловек, а если точнее — благодаря встрече с Зеро. Будь я обычным человеком и не встреть ее, давно был бы убит мальчишкой. Хотя, будь я человеком, то не стал бы его целью…» Я покосился на Альберта. В его вечно сияющих золотом глазах сейчас блуждали страх и смятение, смешанные со злостью и ненавистью. Его взгляд направлен на Тринадцатого. Он будто едва сдерживает в себе эту злость. Хоть и маг, но все-таки ребенок. Пусть так… Мне, что ли, теперь простить его за случившееся? Но не убивать же. Я не пытаюсь строить из себя святошу; убивать детей не любят даже наемники. — Обдумай как следует. Даю одну ночь… Зеро. — Что, хочешь продолжить наш бой? Прости, но на полный желудок нет желания. — Возвращайся в Нору. — Нет. Я ждала. Ждала, но ты, шельмец, не вернулся. Факт. Так-то. — Зеро, я… — И к тому же, Тринадцатый, — Зеро вынула изо рта вилку и со звоном бросила ее на тарелку, — охотиться на ведьм, являясь ведьмой — табу. Как ни обосновывай, это нарушение устоев. Если кто-то обретет чрезмерную силу, та сведет его с ума. Ты ведь понимаешь, о чем я, Тринадцатый? Те ведьмы в церкви… все были «опустошены». Даже если это ради возврата Книги, ты пересек черту, Тринадцатый. — Стоит мне вернуть Книгу, как все закончится. И тогда, Зеро… — Вот почему, Тринадцатый, я хочу своими руками вернуть Книгу, — прервав колдуна тихо проговорила девушка. — Это мое. Моя Книга. Мой грех. И если ради искупления необходимо замараться, то я предпочту испачкать руки, Тринадцатый. — Нет, Зеро! — выкрикнул Альберт. — Зеро, ты же говорила, что ты наш союзник! Мы ведь направились в школу именно поэтому… Поэтому… — Я никогда не говорила подобного. Альберт изумленно округлил глаза, с дрожью внимая тихому голосу девушки. — Я лишь попросила выступить провожатым, раз ты знаешь, где Книга. Только и всего. Альберт взглянул на меня. Видимо, ища поддержки. Однако, к несчастью, я наемник Зеро, а она стала врагом Альберта. И самое главное… все правда. «Ты же союзник?» — спросил тогда Альберт. Зеро ничего не ответила. Не подтвердила и не опровергла. Лишь слегка улыбнулась. И я это прекрасно понял. Но раз она мой наниматель, я ни за что не выдам той информации, которой она сама не пожелала поделиться. Увидев мое безмолвие, Альберт закусил губу и опустил голову. «Прости уж, Альберт. Ты сам обманулся. Не хочется так отвечать. Но мы ведь хотели обмануть, и обманули. Черт, неприятно, конечно». — То… что Книга… украдена… правда?.. Даже не кивнув, Зеро просто сузила взгляд. — Правда. Сколь бы Он, создавший Орден, не был прекрасен, он украл мою Книгу. Вернее сказать, устроил разбой. — Разбой? — Альберт побледнел. — Я и Тринадцатый. Только мы и остались, а все остальные ведьмы, жившие в Норе, были убиты. Ради кражи Книги и распространения технологии под названием «магия». Со всхлипом скривив лицо, Альберт опал на стол. В силу своей работы я не раз видел, как люди ломаются. Вот как сейчас. Мальчишка полностью сломлен. — Слушай, ведьма, зачем ты написала такую книгу? Неужто мир уничтожить хотела? Этот вопрос уже давно мучил меня. Зачем она создала такую проблемную книгу? Раньше я ни капли не сомневался бы, что ведьмы жаждут разрушения мира. Но чтобы Зеро нашла такое проблемное занятие интересным, я и представить не могу. — Удобно было бы разжечь огонь без кремня? — с легкой горечью в голосе повторила она вопрос, когда-то заданный ею с радостью. — Если бы стрелы не заканчивались, тоже, наверное, было бы удобно. Поймать зверя, не используя сети, — просто замечательно. Не влезая на деревья, добывать фрукты. Исцелять раны, а не заштопывать их с помощью нитки и иголки… Я думала, всем это принесет только радость… — Зеро улыбнулась. Лицо, как у ребенка, стремившегося к прекрасной мечте. Увидев подвергшийся нападению и разрушенный Латетт, Зеро сказала: «Значит, и так можно использовать магию». Она даже не представляла подобного. Превосходная технология, и кроме использования этой технологии во благо, Зеро и помыслить больше ни о чем не могла. Новые технологии всегда создаются на чистом интересе и в стремлении узнать новое. И единожды продемонстрированная технология, покинув автора, распространяется как ей вздумается. Однажды созданное лекарство из трав не подвластно создателю, которому уже не предотвратить создание различных ядов, в рецептуре которых станут использовать это лекарство. — Юнец заявил, что было бы замечательно, живи ведьмы и люди бок о бок. Я согласна. Погрузившись в Норе в книги, вести одни и те же разговоры с ведьмами, разделяющими те же знания и ценности, было скучно. Я хотела выйти наружу. Но внешний мир считает ведьм злом. Быть может, если создать полезное искусство… Такое, чтобы им могли пользоваться не только ведьмы, — и тогда нуждающийся в нем мир примет и нас. Если станет возможным развести огонь без кремня, кремни перестанут продавать. А появись бесконечные стрелы, те, кто их мастерят, разорятся. «Наверняка, недовольных таким исходом будет немало», — смутно подумалось мне. Без сомнения, магия широко разошлась бы даже так. Если бы только она правильно использовалась. Не для того, чтобы ранить людей, но чтобы защищать, спасать их. — Так я думала. Потому и написала Книгу. Но лучше бы не делала этого. — Зеро, — сказал Тринадцатый. Взглянув на него, девушка молча качнула головой: — Стоило прислушаться к твоему предупреждению, Тринадцатый. Когда ты сказал, что Книга принесет в мир разрушения, мне следовало ее сжечь. Теперь я жалею об этом. Я… — Зеро глубоко вздохнула, — была глупа. 3

Я лениво валялся в пустой комнате для прислуги. Я был готов к тому, что мне заявят, мол, раз зверочеловек, то спать тебе в конюшне на соломе, но обращение со мной было гораздо лучше ожидаемого. Альберта же, напротив, отправили в подземелье. Где ему была предоставлена ночь на обдумывание: либо взойти на костер, либо присоединиться к Тринадцатому… Ну, по идее, он выберет последнее. Особенно зная теперь, что «Он», создавший Орден магов Зеро, редкостный мерзавец. Что интереснее — мое будущее. В обмен на возвращение к человеческим корням, я подписался охранять Зеро. Разумеется, мое дальнейшее существование целиком зависит от нее, но я уже и не знаю, чего ожидать. В голову закралась смутная мысль, что, вполне возможно, работе конец. Ведь как в наемнике во мне нет ничего выдающегося. Зеро наняла меня потому, что я случайно оказался в лесу, и не менее случайно выделяюсь внешне. Сейчас же, когда у нее есть поддержка в лице Тринадцатого, в чем польза от договора с кем-то вроде меня? Будь я на ее месте, уже разорвал бы такие отношения. Подняв руку к потолку, я уставился на небольшую ранку на большом пальце. След от укуса Зеро уже почти исчез. Пожалуй, тогда девушка и в самом деле нуждалась в охране. Но даже в тот момент, кроме как для отвлечения внимания, думаю, вряд ли я был еще чем-то полезен. Альберта, выполнившего роль проводника, Зеро поспешила предать. Тогда и меня?.. Если надобность во мне отпадет… как поступит Зеро? Опустив воздетую к потолку руку, я прикрыл глаза. Как вдруг… — Наемник, служащий Зеро. — У-а-а! — закричав, я свалился с кровати. Слишком уж близко раздался голос. Я моментально замечаю чужое присутствие, да и звук чужих шагов слышу с большого расстояния. Потому до смерти испугался, когда внезапно рядом раздался чей-то голос. Вполне естественная реакция, когда жизнь в опасности. — А?.. Заглянув под кровать, я не нашел никого, кто мог бы покушаться на мою шкуру. Бесспорно, я слышал голос, но вот заговорившего со мной нигде не было. Показалось? Но ведь я отчетливо слышал… Вдруг на кровать вскарабкалась крыса. «Неужели…» — подумалось мне. — «Да нет, быть не…» — Наемник, служащий Зеро, есть разговор. Спустись в подземелье. — К-крыс… «Крыса говор…» — Следуй за крысой. Я жду, — проговорив это, грызун шустро сполз с кровати, не оставляя мне времени подивиться. «За ней, стало быть, следовать? Да черта с два! Говорящие крысы слишком зловещи». Пока я размышлял над этим, крыса замерла у двери и уставилась на меня, словно требуя: «Открывай уже эту чертову дверь!». Мелкая, а молчаливое давление оказывает нешуточное. — Д-достаточно только пойти, только прийти! Подбодряя себя этими словами, я резко толкнул дверь и побрел за крысой.

Покинув комнату и пройдя по коридору, я оказался во внутреннем саду. И впрямь трудная для взятия крепость. Каменные стены, трещины в которых укреплены раствором. По углам расположились четыре круглые башни приличной высоты. В случае нападения послужат отличными наблюдательными пунктами. Прикажи мне кто осадить такую крепость, даже я расплакался бы. Следуя вдоль стен и по привычке обдумывая варианты проникновения внутрь, я обогнул каменное строение и увидел обветшалые деревянные ворота. Похоже, отсюда можно было попасть в крепость, да и крыса юркнула в зазор под воротами. Стоило мне коснуться створ ворот, как они тут же распахнулись внутрь. Миновав их, я увидел освещенную факелами лестницу, ведущую в подземелье. И заколебался — спускаться ли? — но крыса требовательно пискнула. — Ясно! Уже спускаюсь! В итоге в подвальной комнате меня ожидал Тринадцатый. Можно сказать, как и ожидалось. Помещение оказалось не тем просторным подземельем, куда мы были призваны накануне, а обычной, если можно так выразиться, более-менее обжитой комнатой. Бесчисленное количество полок с множеством бумаг, и посреди этого организованного беспорядка восседал в глубоком кресле Тринадцатый, выглядевший, как самый настоящий черный маг. Посеменив по комнате, крыса вскарабкалась на плечо к Тринадцатому, и, получив хлебных крошек, снова куда-то убежала. — Впервые видишь фамильяра? — Тринадцатый проводил крысу полусонным взглядом. — Извини, если напугал. По привычке сделал, как при общении с другими магами. — А, нет… Не особо… Выходит, животными можно управлять? — Если они менее разумны, то да, — коротко ответил Тринадцатый и с неохотой поднялся из кресла. — Зеро доставила тебе немало проблем. Потому и позвал тебя, чтобы поблагодарить… Держи. — Он взял вещицу, лежавшую на поверхности стола, и протянул ее мне. Небольшой сосуд. Ничем не выделяющийся круглый флакон, запечатанный пробкой. — Это… — Магическое зелье — я его так называю. Одно из применений магии, придуманной Зеро. Подношение, необходимое для запуска магии, обращено в жидкость и запечатано. — А можно пояснить так, чтобы даже идиоту стало понятно? — Если распечатать и бросить, запустится запечатанная магия. Такая вот вещица. У меня челюсть отвисла. Это… Вот как. — Если есть такое, значит, любой сможет пользоваться магией? Даже я? — Именно. Любой. Ошеломленный, я застыл с распахнутыми глазами и, не в силах даже принять подарок, просто пялился на него. Вероятно, предполагая причину, Тринадцатый добавил: — Не стоит так пугаться. Сейчас подобное способен создать только я. Если укравшие Книгу продолжат исследования, то до этой технологии додумаются не раньше, чем через десять лет. А если я никому не передам секрета, то, быть может, и через сотню лет не создадут. К тому же именно это магическое зелье безвредно. — Бе… Безвредно? — Оно отменяет эффект колдовства. Осознав значение услышанного, я проникся симпатией к содержимому флакона и принял его из рук Тринадцатого. — Не магии, а именно колдовства ? — Магия — это упрощение колдовства. Но сила демонов — неизменная основа. Проще говоря, содержимое флакона отменяет как магию, так и колдовство. К примеру, если оно попадет на магический круг, тот утратит свою силу… — Тринадцатый вдруг посмотрел на меня. — А если прольется на твое тело — обратит тебя в человека. Наконец до меня дошел смысл «благодарности» колдуна. — Вот как… Понял. Значит, мой договор с ведьмой… — Если зверочеловек, страшащийся и ненавидящий ведьм, подчиняется одной из них, можно предположить, что плата производится не деньгами, а чем-то эквивалентным. — Уверен? Если отдашь мне бутылек, причина, по которой я с ней, исчезнет? — Я же говорю, это благодарность. Вкратце: немедленно покинь крепость. — Что? Что это значит? Ведь отпустить меня не в твоей власти… — Беги, говорю. Она… Зеро — страшная ведьма. Ты, верно, обманулся ее красотой, однако она не из тех, рядом с кем можно оставаться в безопасности. — Но ты же видишь, я в порядке. И она говорила, что моя голова ей без надобности. — А о причине ты задумывался? Я дернул веком. «Причина, по которой Зеро не нужна моя голова?» — Создавая магию как технологию, Зеро призвала демона высшего уровня, узнав таким образом имена демонов, которые ему подчиняются. Как думаешь, что она использовала в качестве подношения для призыва столь могущественного демона? — Что… Словно говоря: «Не делай вид, что не понимаешь», Тринадцатый уставился на меня. Я неосознанно коснулся шеи. — Надеюсь, ты не думаешь, что ценен для Зеро? Для Зеро… Нет. Для любого колдуна все, кроме него — это вещи, которыми можно воспользоваться; нечто, подлежащее расходу. И жив ты сейчас лишь потому, что тебя можно использовать. Как только положение изменится, ты станешь жертвой — инструментом для запуска магии. «Действительно ли я нужен? Если стану бесполезен, что Зеро, ведьма, сделает?» Ответ Тринадцатого, разложившего все по полочкам, заставил умолкнуть. Временами Зеро демонстрировала ледяное выражение лица. И ее «Я недовольна!», которое она произносила бесстрастным голосом, в эти моменты пробирало до мурашек. Но ведь… я подчинялся ей, доверившись инстинкту. — Если бы она действительно была опасна, я бы не остался с ней. Мы, зверолюди, превосходно чувствуем опасность. В ответ на мои слова Тринадцатый покачал головой. Молчаливое, но убедительное отрицание. Это движение вызвало беспокойство. Он словно спрашивал: «Неужели не понимаешь?» Будто я совершаю огромную ошибку, не замечая… — Ведьмы обладают очарованием. И подавить инстинкты зверочеловека, внушив тому влюбленность, для них проще простого. Ты ведь когда-нибудь смотрел в глаза Зеро? «Смотрел. Когда впервые встретился с ней и с Альбертом… Тогда она отразила его атаку, впервые использовав передо мной магию. Я подумал, что она очень красива, и был очарован ею. А еще о том, какого необычного цвета у нее глаза. Я уставился прямо в них. Не ведая, что это глаза ведьмы. Вот как. Вот, значит, почему я не испугался Зеро, когда та предложила сопровождать ее. Выходит, я изначально был под контролем». — Когда я атаковал вас в подземелье, ты инстинктивно прикрыл Зеро. В тот момент я и понял. Ты в ее власти, она управляет тобой. Иначе и не объяснить то, что осторожный и чувствующий опасность на уровне инстинктов зверочеловек вдруг собственным телом заслоняет Зеро. Абсурд! Сейчас-то еще куда ни шло. Но если будешь путешествовать вместе с ней слишком долго, удовольствие от ее общества в конце концов превратит тебя в раба. Уж не знаю, сколько времени ты с ней провел, но… хотя бы раз такое уже видел… «Что?» — не успел спросить я, как ответ сам собой появился в голове. Владелец лавки подержанных вещей, готовый услужить Зеро и с радостью продавший одежду почти за бесценок. — Жаждешь стать таким? Тогда не буду останавливать. Многие мечтают склониться перед ней. И в Норе было так же. — Что за шутки?! Да кто перед ведьмой-то… Тринадцатый слегка скривил губы. Быть может, улыбнулся. — Именно из-за такого отношения, Зеро, скорее всего, заинтересовалась тобой. Да, для нее ты всего лишь… — …необычная зверушка. Не знаю почему, но его слова одно за другим закрадывались в мою душу. «Слова Зеро обо мне. Эти постоянные, дружелюбные с виду слова. Она сказала, что любит меня. Что хочет всегда быть рядом со мной. Она произнесла их именно потому, что не считала меня человеком. Сейчас я это понимаю. Ее чувство ко мне схоже с любовью к домашней зверушке». В горле пересохло. А в основании языка почудилась странная горечь. — Я ее товарищ. Единственный и последний товарищ. Вот почему я благодарю тебя за все, что ты сделал до этого… Потому беги. Большей помощи оказать не могу… С этими словами Тринадцатый вручил мне пропуск в город. Учитывая, что я попал в столицу с помощью призыва, не пересекая городских ворот, то в тот момент, когда я покажусь на столичных улицах, на которых меня и быть-то по идее не должно, проблем у меня тут же изрядно прибавится. — Нет, этого достаточно. Буду должен. Я немедля отправился в комнату, схватил сумку и положил в нее флакон. «Если вспомнить, Зеро не раз делилась своими намерениями. Когда нанимала меня, говорила: «Охраннику нужны руки и ноги, потому не сниму твою голову». Выходит, как только необходимость в сопровождении отпадет, а интерес ко мне угаснет, Зеро оставит меня без котелка? Не смешно! Так что рядом с ней я находиться больше не могу. Даже если она несравненная красавица, жизнь мне дороже низменных инстинктов. Я получил то, что нужно. Так зачем мне здесь оставаться? Я ведь тот, кто между миром и ужином выбрал последнее. Я стану человеком и заживу мирными буднями, в которых ведьмы на меня не охотятся. Даже если ведьм уничтожат — мне все равно. Знаю: вернусь в деревню. Уверен, постаревшие отец и мать до сих пор держат таверну. Они, наверное, и не поверят, что их сын, зверочеловек, с которым они не виделись больше десяти лет, вдруг стал нормальным. Но всему свое время. Назовусь странствующим путешественником, наймусь работать в уплату за жилье — меня и это устроит. И найду милую девушку в жены. Даже дурнушка сойдет. Сварливая и пылкая девушка. Я согласен и на такую, какая с легкостью меня в бараний рог скрутит. Детей хотелось бы троих. Каждый день был бы шумным и проблемным, в ссорах и криках. Начну именно такую жизнь. Вернусь к людям, стану человеком. И заживу как человек». Не знаю, сколько времени я так мечтал, но… наконец в спешке выскочив из комнаты, я застыл. — Уходишь, Наймит? А меня с собой возьмешь?

В версии с изображениями тут находится картинка. Перед дверью стояла Зеро. Удивительно, но я сдержался и не вскрикнул. 4

Будто случайно встретив, Зеро удивленно уставилась на меня. — Ежели уходишь, то логично и меня с собой взять. Ты же, как-никак, мой наемник. Тринадцатый как раз занят какой-то ерундой, ему и вздохнуть некогда. Возьми меня с со... Зеро шагнула вперед. Рефлекторно я отступил. Заметив это, она остановилась. — Что с тобой, Наймит? Почему ты молчишь? «Обеспокоенной притворяется… Хорошее самообладание, ведьма. Но что же делать? Как раскрыла? Следила, что ли, чтобы я не сбежал?» — Почему ты смотришь на меня таким взглядом? Я всего-навсего хочу выйти наружу. Сегодня единственный на неделе выходной в честь богини, и я слышала, что на площади будут выступать актеры. Я тоже хочу посмотреть, поэтому, пойдем вместе… Не дожидаясь, пока она закончит, я тут же схватился за меч. «Нужно бежать от нее. Иначе умру. Только не думаю, что выиграю в сражении с ней один на один… Я быстро огляделся в поисках пути отхода. Вернуться, что ли, в комнату и выпрыгнуть из окна? Или поставить все на кон — воспользоваться ее удивлением и напасть?» — А-а… Вот оно что, — вдруг улыбнулась якобы изумленная ведьма. Однако улыбка эта казалась слишком горькой. — Тебя обманул Тринадцатый? Как всегда, он дьявольски искусен. Так легко внушил что-то моему наемнику… «Да что ты говоришь! А не ты ли меня обманывала?!» Подумав об этом, я посмотрел на нее. Ведьма вдруг подняла лицо и тоже уставилась на меня. «Нет! Не смотреть в эти гла…» — Да ты… идиот! — оглушительно прокричала она. Я тут же прикрыл уши ладонями. Откуда в таком миниатюрном тельце взяться такому голосу?! Мгновенно приблизившись, Зеро махнула перед моими глазами пальцем, снимая наваждение. Ощущение было таким, словно я очнулся ото сна. Морок, побуждающий покинуть крепость и сбежать от Зеро, сгинул, стоило девушке только махнуть пальцем. — В чем сомневался, Наймит? — А, э… А… Не… — В чем подозревал? Чего боялся? Именно поэтому он и сумел обвести тебя вокруг пальца. Тринадцатый воистину хорош. Гений, способный путем манипуляции истиной вызвать сомнения, разжечь из искры беспокойства пламя страха и гнева. Последние слова она произнесла каким-то вымученным голосом. Ее сжатый кулак слегка трясся — не ожидал увидеть вечно жизнерадостную и горделивую Зеро такой. Стиснув зубы, девушка вглядывалась в меня, словно пытаясь удержать что-то. Будто ребенок, который пытается сдержать слезы. — Я, это… — «Она хочет тебя убить», — так сказал Тринадцатый? Изумленный, я умолк. Сейчас она говорила таким тоном, словно я ее предал. Не решаясь взглянуть на нее, я опустил голову и уставился на пол. — И ты… поверил этим словам? Сколь бы ни было приложено к ним колдовства, слова могут лишь раздуть существующий маленький огонек сомнений. Если нет огонька, не случиться и пожара. Другими словами, ты сомневался. Все это время ты сомневался во мне! Тогда для чего мы заключили договор?! Я непременно должен был что-то ответить — такое чувство зарождалось внутри. Но я не знал, что сказать. Слова застряли в горле, дышать стало тяжко. — Я же поклялась, Наймит! Поклялась, что никогда не причиню тебе вред. Даже дала тебе обещание на крови! Я поклялась вернуть тебя к людям! Я перевел взгляд на ранку, оставленную Зеро. Недавний укус. «Клянусь, Наймит!" — с этими словами девушка прикоснулась своим окровавленным пальцем к моему. Сейчас я вспомнил, как она выглядела в тот момент. Нет, это, наверное, игра. Притворство. Должно быть им. Она же — ведьма. Но если это фальшь, почему Зеро так опечалена и, кажется, вот-вот заплачет?» Приблизившись ко мне, Зеро вздохнула, и со вздохом словно потеряла всю силу. — Точно. Ты же ненавидишь ведьм. «Разумеется, ненавижу. Ведьмы гоняются за моей головой». Так почему же, когда слышу этот бессильный голос, у меня болит в груди? — Похоже, приводить тебя в чувство не имело смысла… Как ты распугал детвору, так и мне стоило запугать тебя, если я за тебя беспокоюсь. «В чувство? Меня? Если сейчас я «в себе», то каким же я был до этого? Выходит, пытаясь немедленно сбежать из этой крепости и из страны, я был не в себе?» Зеро отвернулась. — Исчезни… Можешь сбегать. От меня. Не волнуйся, догонять не стану. — А… — Договору конец. Я не сделаю тебя человеком, а ты меня не защищаешь… Все едино, ведь ты наверняка получил за меня компенсацию из рук Тринадцатого. Прощай, Наймит. Было по-своему весело. Махнув рукавом плаща, она зашагала прочь и даже не обернулась. — Прощай, — послышался мне тихий шепот. Настолько слаб и тих был ее голос. — Лучше бы я тебя не нанимала… Проговорив это, Зеро скрылась за углом… Звук ее шагов стих за поворотом; довольно оригинальное прощание вышло. Зеро не обернулась, и я не окликнул. Я не смог сказать те слова, что терзали горло, и вместе с тупой болью они провалились в глубины желудка. Если побегу за ней, быть может, еще успею. Но ноги почему-то не двигаются. Не догнать… Да и гнаться нет причин. Поэтому, сожалея, я так и остался стоять в покинутом девушкой коридоре.

↑ Огненная клетка

↑ Зеро недовольна тем, что в отличие от нее самой, использующей устаревший вариант личного местоимения «Я» — 我輩, Тринадцатый, говоря о себе, употребляет современный и нейтральный — 私

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Сожжение

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

В итоге я все же покинул крепость. Что правда, а что ложь? Насколько я был не в себе и насколько в себе? Эти вопросы бились в голове, не давая ступить и шага. Но поскольку я не стал догонять Зеро, права оставаться там у меня больше не было. Отныне я не наемник, служащий Зеро. И кажется, по своей вине. Похоже, крепость возведена на холме — когда я вышел за ворота, то увидел длинную лестницу, ведущую вниз. Поскольку эта чертовски длиннющая лестница — единственный путь в крепость, по ней туда-сюда снуют и торговцы, и слуги. Смешавшись с этим потоком, я начал спускаться. Обернулся лишь раз. «Идиот, в самом деле сбежать хочешь? Это же была моя шутка. Додумайся!» — Уж не спешит ли Зеро вслед за мной с этими словами?.. На что-то подобное я надеялся. Н-да, в некотором смысле я действительно идиот. Едва я спустился по лестнице, как оказался перед огромными воротами, у которых меня задержал стражник как не имеющего отметки о входе в крепость. Но стоило показать выданный Тринадцатым документ — и меня тут же пропустили. Несмотря на внешность Тринадцатого, здесь ему, похоже, очень доверяют. За воротами меня ждала широченная круглая площадь. Всюду здесь бегали и скакали актеры, привлекающие зрителей и выпрашивающие у них подкинуть монет в шляпу. Ах, точно! Зеро же упоминала, что сегодня единственный на неделе выходной в честь богини. Вот она, столица. Гораздо оживленнее, чем в Фомикаме. В центре площади была навалена гора соломы и торчал толстый деревянный столб. Я дернул носом. Пахнет горелым. По-видимому, здесь жгли что-то крупное. На земле заметны следы большого огня. Такие следы могла оставить как раз подобная куча соломы. — Сожжение, н-да… Я перевел взгляд на столб. Сколько же ведьм к нему привязывали на своем веку. А затем поджигали солому. Занимался огонь. Жар приближался медленно, дым застилал глаза. Кашель от дыма и крик, порожденный жаром. Одежда ведьмы начинала тлеть, огонь перебирался выше, поджигая волосы. И восторженные крики толпы… Легко представить. Впрочем, Зеро, которая находится под защитой Тринадцатого, такое не грозит… Но все равно почему-то противно. Я ненавижу ведьм. Считаю, их всех нужно уничтожить. Сожжение? Гильотина? Я только «за». Пусть как следует помучаются и передохнут. По крайней мере, до недавнего времени я думал именно так. Но. Зеро… Альберт. Интересно, радовался бы я, если бы к столбу были прикованы эти двое? Почему-то сомневаюсь. Я ненавижу ведьм. Впрочем, теперь есть исключения. Я убедился, что далеко не все ведьмы являются злом. Но все равно — я испугался Зеро. К ведьмам питают страх, опасаются их… Глупые предубеждения. Так же как в случае с теми, кто боится и ненавидит меня из-за того, что я зверочеловек. Я яро замотал головой. — Прекращай! Забудь уже, болван! Ведь всему конец. Я уже не наемник на службе у Зеро, а главное, я предал ее. И Зеро отказалась от меня. Учащенно задышав, я прибавил шагу, проигнорировав несколько взглядов, в которых читалось недоумение, вызванное подозрительным здоровяком, который внезапно закричал. — Напротив, даже на душе стало спокойнее. Ведь работенка сама по себе была издевательской, так что мне следует радоваться, — наигранно подбадривая себя, я порылся в прикрепленной к бедру сумке. Флакончик, полученный от Тринадцатого, был холодным на ощупь. В этом и заключалась моя цель. Найти способ стать человеком… Только и всего. Да уж, вот они, плоды вербовки солдат во Фрасте; зверолюдей-наемников здесь тоже немало. По-видимому, привыкшие к подобным мне, горожане не кричат, когда я прохожу мимо, и не швыряют камнями. Однако я все равно накинул капюшон, поглубже пряча в нем свою звериную морду. Еще чуть-чуть — и я с ней попрощаюсь. Я могу в любой момент стать человеком. «Когда, где и как обратиться?..» И хотя сердце должно было прыгать от радости и предвкушения, обдумывал я это со странным спокойствием. В итоге я решил воспользоваться флакончиком, когда доберусь до более безопасных мест. Обращаться в слабосильного человека здесь, в Веньесе, воюющем с ведьмами, — не самая удачная мысль. До Фомикама, наверное, лучше дойти пешком. Добраться до туда на повозке, конечно, звучит более заманчиво, но перед этим наслушаться отказов, да и, отыскав транспорт, всю дорогу терпеть на себе неприязненные взгляды остальных пассажиров — мне вовсе не по душе. К тому же лошадей напугаю. И это основная из множества причин, по которым путешествующих таким образом зверолюдей не много. Стоит только зверочеловеку приблизиться к лошади, как та тут же начинает беситься — с этим ничего не поделаешь. Вызывающие ненависть в людях и страх у животных; не способные завести товарищей и отыскать где-либо покоя. Таковы зверолюди. И, разумеется, все мы лишены общения. Шагая в одиночестве, я осознал, какими оживленными были эти несколько дней после моей встречи с Зеро и Альбертом. Я спрашивал, Зеро отвечала, Альберт вставлял ремарки, за что получал. И подобные моменты повторялись раз за разом. «А-а… Ты права, Зеро. Было по-своему весело». Утратив это, вновь вернуться к тишине оказалось тяжко, хотя она все такая же, что и прежде. «— Эй, Наймит, и меня тоже понеси. Одну Зеро — нечестно. — С какой стати я стану приближать к своей шее того, кто на нее покушался? — В этот раз не буду! Ну же, дай мех потрогать. Вчера он весь был грязный, а сегодня мягкий-мягкий. Эй, Зеро, хватит! Меняемся! — Я хозяйка наемника и к тому же несравненная красавица. Так что это мой стул. Не уступлю. — Это кто тут стул? Сейчас как сброшу, чертова ведьма!» Вспомнив это, я улыбнулся. Постоянно срывающийся на крик мальчишка и надменная ведьма. Ни мои крики, ни попытки запугать ни разу их не проняли. Были ли они тоже одиноки? Воспоминания мгновенно дали ответ на этот бессмысленный вопрос. Не были. Итак, за всю мою длинную жизнь ко мне относились как к человеку лишь ненавистная ведьма, да маг — всего двое. И хотя это естественно, поскольку зверолюдей породили сами ведьмы, все равно довольно иронично. Вздохнув, я уставился в небо. Голубое небо — мне вспомнилось, как, сузив взгляд, эти слова произнесла Зеро. Она говорила, что ни разу не выходила из Норы, в которой родилась и выросла. И с тех пор как ушел Тринадцатый находилась там в одиночестве. — «Я и Тринадцатый. За исключением нас двоих, все остальные ведьмы в Норе были убиты». Вспомнив это, я вздрогнул. В Норе, где были убиты ее товарищи. Десять лет. Не с кем и словцом перекинуться, только ждать возвращения Тринадцатого — как же одиноко ей было? Нора, в которой жила Зеро. Было ли оттуда видно голубое небо? Небо, в которое я сейчас смотрел, было такое же голубое, как и тогда, но почему-то казалось другим.

На повозке до Фомикама полдня пути. Мне топать пешком, значит, — где-то полтора. Поэтому неудивительно, что ночь наступила прежде, чем мне удалось добраться до городских ворот, и, разведя огонь, я начал готовиться к ночлегу. Смастерив из своей котомки подобие подушки, я прикрыл глаза. — Наймит. Мне послышался голос Зеро. Разумеется, показалось; иллюзия, вызванная тем, что Зеро слишком часто звала меня, — до сих пор слышится. Позовет, и я отвечу. Она находила это веселым — множество раз звала меня по имени, говорила со мной, спрашивала моего мнения. — Возьми меня с собой. Лицо Зеро, которая просила об этом, мне вовек не забыть. Я встал. Слова, что так и не смог сказать, сейчас вихрем вертелись внутри. — Черт… Почему я не извинился? Не поклялся больше не сомневаться? Не сказал, что выполню условия договора до конца, никуда не уйду?.. Почему ничего не высказал? Однако сейчас уже поздно думать об этом. Как я посмею вернуться? Именно потому, что осознаю это, сейчас так тяжело дышать. Но, к счастью, мои раздумья длились недолго. Я почуял запах зверя. Зверочеловека… Такого же, как я. — Если думаешь ограбить, получишь немного, — сказав это, я дал понять, что заметил его. Много разбойников уходили после такого предупреждения. И дело не в том, что с меня нечего взять. Если зверочеловек заметил засаду, убить его очень трудно. Даже если с ними такой же, как я, шанс для них проиграть все еще очень высок. Единственная причина, которая может заставить презреть такую опасность, — жажда наживы за снятую и проданную ведьме голову или… — Тебя прибью и хватит. …личная ненависть. Едва увидев вышедшего из тени парня с псиной мордой, который без шерсти выглядел совершенно по-идиотски, я сильно скривился. Помню его. Вроде тот волк, которого Зеро лишила меха на задворках гостиницы. — Эй, ты, видать, чего-то не понял. В том, что у тебя не осталось меха, — я не виноват. — Вот только не заливай, что не твоих рук дело, сволочь. «Да не я это, а Зеро, все она», — мелькнула мысль, пока я продолжал играть дурачка. — И что, если так? — Вскинув меч на плечо, я опустил взгляд на волка. Я был гораздо крупнее него. — Что надумал, пес? Драться будешь? Со мной? — Не я тебя убью. Зверолюди запросто ощущают чужое присутствие. Поэтому подловить их неожиданно обычно невозможно. Но если перед зверочеловеком другой, подобный ему и пышущий жаждой убийства, разумеется, все остальное отходит на второй план. Так и получилось. В следующий миг мне в спину прилетел сгусток света, и я распахнул глаза. — Чт… о?! Магия. Стим. То есть где-то рядом ведьма. Понятия не имею, из Ордена она или из отступников… Но по самодовольной ухмылке волка все стало понятно. — Ты сука… Продать меня вздумал, шавка вонючая! «Атакованный ведьмой, нацелившейся на его башку, этот волк, наверное, в обмен на свою шкуру, предложил колдунье помощь в поимке более редкого зверя. У псов отличный нюх. Легко представить, как он начал искать однажды учуянный запах и навел на меня ведьму-разбойницу». Я кричал с яростью, но в следующую секунду мне пришлось замолчать. В живот расплывшегося в ухмылке волка тоже безжалостно ударил сгусток энергии. Ухмылку на его морде сменило выражение боли. Он упал на колени и повалился наземь. Из-под тела начала расползаться лужа темно-красной крови. Следом раздался стон, полный страдания. «Думал мной откупиться, а в итоге сам стал целью — уже не посмеешься, шавка поганая». — Промазала… Не упал! — удивленно крикнул кто-то высоким женским голосом. Он донесся из тени дерева, стоявшего неподалеку. Бежать или драться? Я мгновенно принял решение. Драться… и победить. Быть может, из-за знакомства с выдающейся ведьмой и магом, но боязнь таких, как они, поубавилась. Сняв с бедра нож, я метнул его в направлении голоса — раздался вскрик и звук упавшего тела. Я подбежал к источнику крика и тут же навалился на ведьму, упавшую на землю. Выдернув вонзившийся ей в плечо нож, я приставил лезвие к тонкому горлу. Я, вообще-то, не любитель ранить девушек — не по душе мне это вплоть до отвращения, но… Мой противник ведьма, так что ничего не поделаешь. — Да как… ты… посмел?! — Не тебе, пытавшейся меня убить, возмущаться, — заявил я, скривившись. Зачем или почему — спрашивать нет смысла. Причина только в том, что она ведьма, а я зверочеловек, и этого достаточно. Но нынешний случай немного отличался. Я, конечно, привык, что за моей головой постоянно охотятся, и не испытываю по этому поводу каких-либо особых чувств, однако, если одолжить выражение Зеро, то «я чуточку недоволен». Лицо напавшей ведьмы, со страхом и ненавистью уставившейся на меня сквозь ночную тьму, как ни глянь, было человечным. Лица всегда отличают людей, и ремесло оставляет на них свою печать. Так, у разбойников и физиономии подстать занятию. А глядя на Зеро, Альберта и Тринадцатого, понимаешь, что атмосфера вокруг магов изначально отличается от той, что окружает других. Но вот эта ведьма другая. Двадцать с лишним лет — примерно за двадцать пять… Вымученная девчонка, как одна из тех, что на рынках торгуют ношенной и замызганной одеждой. Теперь слова Альберта о том, что любой, кто пожелает, может научиться магии, стали понятны. Вот, значит, что он имел в виду. Однако степень решимости у разбойников, охотящихся за моей головой ради наживы, и степень решимости у той, которая напала на меня, хотя до этого никого в жизни не ранила, — абсолютно отличаются. — Эй, девчонка… Спрошу, пожалуй. Когда напала на меня, ты хоть… понимала, что если нападешь на кого-то, умереть в таком случае — плевое дело? Знаешь, что бывает, когда молоденькая девчушка нападает на зверочеловека? — Ай… Нет! — Не отнекивайся. Я тоже не хочу сдохнуть. Запомни, девочка. Если не готова умереть, чужие жизни не отнимай. Такие, как ты, перед ликом смерти всегда заявляют… — Не убивай! Я не специально… Я вовсе не хотела такого. Я наконец-то обрела силу… Только собиралась зажить полной жизнью! «Именно. Вот такое и заявляют. Подобные мольбы делают меня снисходительным». — Исчезни. В следующий раз прибью. Я опустил нож и слез с ведьмы. Издавая еле слышный крик, та тут же исчезла среди лесных зарослей. Хоть бы усвоила урок и стала разумней… Если она позовет товарищей и примчится, чтобы отомстить, я, скорее всего, проиграю. — Тринадцатый в чем-то прав… — Глядя на луну, я поник плечами. — Они и впрямь бушуют. Проблема не в ведьмах, существующих уже очень давно. А в обыкновенных людях, заполучивших в руки новую технологию, — магию. Не привыкшие к силе, одержимые ею. Солдаты, потерявшие командира, становятся разбойниками. В рухнувшей стране даже рыцарю не избежать такой участи. Людей необходимо прореживать, собирать вместе, контролировать — делать все, чтобы сохранить порядок. С магией точно так же. Для тех, кто ее использует, необходим закон. И тем, кто выходит за его рамки, — кара. Чтобы свершить кару — нужны исполнители. Гильдии различных профессий существуют не только для взаимопомощи, но и чтобы наблюдать друг за другом. Разнообразные лицензии, разрешения и сертификаты — все они служат тому, чтобы обратить несущие разрушения умения в навыки, оберегающие мир. Технология магии чрезвычайно мощна, но институт ее регулирования отсутствует. Даже если в Ордене Зеро есть контроль, брошенные им маги находятся вне его, поэтому можно считать, что контроля и нет вовсе… Но магия-то уже распространилась. — Создали же проблемную книгу, — выплюнул я, и показалось, будто Зеро взглянула на меня с недовольным видом. Очистив нож от крови, я засунул его в ножны и попинал валяющегося волка. Болезненно застонав, тот уставился на меня. Без меха он выглядел по-дурацки. — Какого черта… Ты в порядке! Я же видел… она… точно попала!.. Кстати, да, Стим же угодил прямо в меня, но на теле ни царапины. — Не очень, значит, была твоя ведьма. — Пошел на хер! Меня же ранило! — Значит, ты тоже не очень. Шавка, притащившая с собой неприятности. Из-за тебя я девку ранил. Еще и сам отхватил. Оборжаться. — На хер пошел! Я не собака, а волк, говорил же! Великая Сорена лично подсаживала мне душу волка, так и знай! Выкрикнув это, он поперхнулся кровью. Похоже, в пробитом брюхе открылась рана. Зверочеловек, естественно, он такого не умрет, но помучается достаточно. В любом случае меня не касается то, насколько ему больно. Сейчас он точно… — Сорена… подсадила? — переспросил я, и теперь до ушей улыбался уже волк. Улыбка осознавшего свое преимущество. Бесит. Прибить его, что ли. Но, поразмыслив, я решил отказаться от столь варварского метода. — Неужто ты веришь в бредни, будто зверолюди такие в наказание за грехи прошлой жизни?.. Смешно. Если бы за грехи давали такое отличное тело, я бы в этой жизни как следует себя запятнал. — Будто не запятнал! — Не запятнал! — А кто тогда на обычных девчонок напал, солгав, что те ведьмы? — Это побочный эффект поисков кое-кого… Их выдали, вот и пришлось таскать за собой! Ну, подумаешь, слегка их опробовал… Я все равно думал однажды их отпустить… — Меня не интересуют вонючие отговорки такой мрази, как ты… Я вообще не об этом спрашивал. Ты, подонок, сказал что-то про Сорену и про подсаженную душу. Самопровозглашенный волк с псиной мордой болезненно усмехнулся. Из-за отсутствия меха пот, который лился с него, капал в лужу крови и смешивался с ней. — Она не просто душу мне подсадила!.. Я по своей воле стал зверочеловеком. И прямо от Великой Сорены принял душу волка! Ну как? Зауважал? — высказавшись, волк схватился за живот и окончательно обмяк. — С-сделай уже что-нибудь с этой раной… Я же умру, если кровь не остановить… — Мне плевать, если ты сдохнешь. — А мне не плевать! Ну прости, что продал! Я просто не мог умереть! Сорена велела мне приглядывать за Госпожой! А она вдруг исчезла, и теперь я по всей стране мотаюсь, аж до такого опустился! Я не вру! — Госпожа? — переспросил я, удивившись, и волк, несмотря на свое положение, гордо кивнул головой. — Я ищу представительницу Ордена магов Зеро, ставшую символом мести. Ту, через которую Он выражает свою волю, — внучку Великой Сорены! «Вот так совпадение», — эта и еще несколько до странного спокойных мыслей пронеслись у меня в голове. Альберт же говорил, что Он не командует Орденом, и вместо него это делает прямая внучка Сорены. Само собой, с Книгой она тоже связана. Я думал, конечно, что неплохо бы хоть разок повидаться с ней, как тут появилась такая прекрасная отговорка. И прежде, чем я успел домыслить, мой меч уже маячил перед носом волка. — А вот с этого места поподробнее, уважаемый Волк. Он, видимо, хотел широко улыбнуться, но морда без шерсти не смогла скрыть того, как он побледнел. 2

Раскаленным ножом прижечь рану и зашить ее при помощи набора, который имеется у каждого наемника — в общем, этого достаточно, чтобы рана на зверочеловеке затянулась. Устав слушать надоедливые жалобы волка на слишком грубый шов, я сунул ему выпивку, которую тот с благодарностью вылакал и тяжело вздохнул. И наконец, мало-помалу, он начал говорить. При этом отказываясь называть внучку Сорены не иначе как «Госпожа». Ради порядка я попытался выведать у него имя девушки, но со словами «Будто я так запросто скажу имя ведьмы!» тот, хоть и находился на грани смерти, так на меня уставился, что от этой идеи пришлось отказаться. С другой стороны, это придало его рассказу правдивости. Я ведь не забыл слова Зеро и Альберта о том, что ведьмы хранят свои имена за семью печатями. «Сорена» же — псевдоним; видать, поэтому он и известен в народе. Скрывать свое имя и использовать псевдоним вошло у ведьм в привычку… Все же странная логика. — Видишь ли, изначально я получил это тело от Сорены на условии охранять Госпожу. А до этого был одним из придворных рыцарей. — Одним из рыцарей королевского замка? — Ну. — В этой стране? — Ага. — Выходит, аристократом был? Я спросил, чтобы подтвердить, а волк выпятил грудь колесом. Захотелось его треснуть, но, ударь я его сейчас, прибью же, так что я сдержался. — Всего лишь третьим сыном, который ничего не наследует. Так что волей-неволей я оказался на службе при дворе… Но — как бы сказать? — мужское начало или скорее инстинкт — был он во мне крайне силен. Встретив красивую женщину, мне было плевать, какой у нее статус и есть ли у нее муж… — Ты же не хочешь сказать, что из рыцарей тебя вышибли за то, что спутался с чужой женой? На мой вопрос волк невесело усмехнулся: — Не успели. Поднялась та еще шумиха. «Не должен был ты возжелать жены соседа! Казнить его!» Я же говорил, что раньше слыл красавцем — на мои портреты не одна женщина имела охоту. Впрочем, я и сейчас ничего. «Мех отрасти, тогда и хвались, тупица», — собирался сказать я, но не хотел прерывать его рассказ, а потому произнес только в мыслях. — А красавцы же выделяются, так? Поэтому скрыться было проблематично. Я бежал в лес, где чуть было не подох, благо меня подобрала Сорена. Веришь ли?.. Сорена, которую все считали старухой, — оказалась красоткой! Я умолял ее: «Сделаю что угодно, только позволь быть рядом!», а она сказала, мол, ей не интересны слабые люди. Ну, раз так — я даже в монстра готов был превратиться… — И стал зверочеловеком?.. — Я не жалел о потерянном облике. Что презирать будут, если стану зверочеловеком, тоже было плевать. Меня и так презирали, а так хоть могу делать что вздумается. — Но ведьмы — наши естественные враги. Даже если Сорена тебя не тронула, другие ведьмы все еще могут напасть. — Но обычно не нападают же. Ради головы ведьма и сама может зверя создать. «Хм, действительно. Но ведь по факту за мной охотились, да и Альберт на мою голову покушался». С сомнением взглянув на волка, я сказал: «И что?» Тот продолжил: — Охотятся только неопытные ведьмы, которые не могут провести ритуал обращения в зверя. А у разбойников за высокую цену головы покупают скучающие жены дворян, развлекающиеся призывом демонов. Ведьмы в Веньесе начали гоняться за зверолюдьми где-то год назад, когда война вошла в разгар. И когда я захотел стать зверочеловеком, это еще не было так опасно… Да и разбойников всегда можно отвадить, применив силу, — добавил он в конце. Получается, на меня с самого начала охотились не полноценные ведьмы, а фальшивки, от скуки балующиеся попытками колдовать. Выходит, Зеро моя голова без надобности. — Так вот: после превращения я мирно жил рядом с Сореной и Госпожой, но… Однажды приключилась эпидемия, Сорену убили по навету, а ее внучка захотела мстить. Волк, которому Сорена последней волей поручила присматривать за родственницей, разумеется, выступал против сражений, но как следствие «Госпожа» бросила его и примкнула к Ордену магов — как-то так. И весь этот год волк отчаянно искал ее, собирая информацию об Ордене. — Я и деньгами, и силой выуживал из отступников информацию, но где Книга Зеро, которую ты ищешь, — не знаю. Не довелось мне вступить в Орден, понимаешь ли. — Бесполезная псина… — Я волк, говорю же! Хочешь, чтобы я разъяснил разницу между собакой и волком?! — Бесполезный волчара… — послушно поправился я, и волк, сдавшись, опустил уши и хвост. — Ну… Вряд ли Книгой владеет Он, значит, она и не у Госпожи. — Откуда знаешь-то? — Никто его не видел. Он существует лишь на уровне слухов и напрямую не влияет на Орден — это факт… Он только наказывает. — Наказывает? Но при этом облика не раскрывает? Как это? — Ведьмы на крови клянутся ему в верности. И те из них, кто пошел наперекор клятве, — исчезают. Но почему-то понятие верности у них слишком размыто. Из слов волка можно было сделать вывод, что Орден Зеро связан ограничениями. Придуманными, видимо, для того, чтобы его члены не отклонялись от цели бороться за мир для ведьм. И ведьмы, которые не смогли сдержать клятву, становятся изгнанными колдунами. — А изгнанных колдунов Он не карает? — Когда карает, когда — нет. Только изгнание само по себе — не повод для казни, это точно. Самый известный случай — когда отступников, которые захватили и подчистую разграбили один город, просто «стерли». Узнав, что с целью их усмирения в город уже направляется Тринадцатый, отступники взяли горожан в заложники, но Он уничтожил их прежде, чем они успели столкнуться с королевским колдуном. Однако ведьмы, напавшие на Латетт, не были наказаны — их прикончил Тринадцатый. Временами карает, временами — нет. Очень уж неопределенный договор. Идиоты, сообразившие, что за небольшое отклонение от правил им ничего не будет, станут творить глупости до тех пор, пока не нарвутся на наказание. Если бы условием договора было «исчезновение, следующее за изгнанием из Ордена», то и отступников не появилось бы. — Сорена изначально не признавала Орден магов. «Магия — чудесная технология, но тот, кто ее распространяет — глупец»… Поэтому Он и сжег ее на костре. — Эй, погоди-ка. Разве Сорену сожгли не селяне, напуганные болезнью? — А если скажу, что причиной болезни было колдовство? Я в изумлении распахнул глаза. — Кто-то колдовством навел болезнь. Вот почему Сорена колдовством же смогла ее подавить… И попала в ловушку. Ведь было очевидно, что, используй она в такой ситуации колдовство, из-за непонимания в глазах селян она по ошибке станет целью охоты. Я, конечно, не могу доказать, что Он навел болезнь, но и не сомневаюсь в этом. Не знаю, правдивы ли слова волка, но если все же да, то Он, не только десять лет назад убил товарищей Зеро, но и стал виновником смерти Сорены годичной давности. — Я… не смог защитить Сорену. А потому должен найти Госпожу. Я просто обязан защитить ее во что бы то ни стало. Затрещав, древесина в огне испустила искру. Я ни разу не слышал, чтобы зверолюди-наемники объединялись, но сейчас нет выбора. Место, где находится Он, — загадка, так что к Книге Зеро сейчас наиболее близка «Госпожа» волка. Временное совпадение интересов. Я же, как-никак, прагматик до мозга костей. — И что, нет никаких зацепок? — спросил я, и волк озадаченно поднял голову. — Как я и говорил, я ищу Книгу Зеро. И если она вдруг у твоей Госпожи, то у меня к ней дело. Я помогу тебе, а взамен, когда найдем ее, ты отдашь мне Книгу. «Если я найду Книгу и с ней вернусь к Зеро, интересно, с каким лицом она меня встретит? Почти наверняка разозлится или надуется… И, скорее всего, не скажет даже простого «спасибо». Наверное, пробурчит что-то в духе: "Я сама намеревалась ее вернуть, так что это мое дело. Ты меня предал, а теперь, значит, с Книгой вернулся". И как ни в чем не бывало выхватит ее из моих лап. А если я извинюсь за то, что подозревал ее, может, снова меня наймет». — Та ведьма, что была с тобой… Она сейчас где? Я резко глянул на волка, который словно прочел мои мысли. — Совсем чуть-чуть, но от нее пахло Госпожой. Запах, конечно же, перемешался с характерными для ведьм ароматами трав и прочего, да так, что был едва различим, но на грани восприятия все же ощущался. Только я собирался выяснить это, как… — А-а… Так вот зачем ты тогда… «Значит, когда мы впервые встретились в гостинице, он вдыхал аромат Зеро именно потому, что учуял запах своей Госпожи. Но без меха-то мы тебя оставили вовсе не за вынюхивание, волчара. Просто ты очень уж не понравился Зеро». Эти мысли отразились на моей морде, но волк, разумеется, не заметил. — Но я ведь почти все время находился рядом с ней… Разве от меня не пахнет? — Нет, запах зверочеловека очень силен, так что почти ничего не чувствую. Но даже так — кажется, чую… Точно, чую! — Волк распахнул глаза. — Где ты до этого побывал? Есть высокий шанс, что Госпожа все еще там! Во Фрасте я находился недолго, а в Латетте людей не было; выходит, что в последний раз я пересекался с людьми в Фомикаме. А значит… — Похоже, придется топать в Фомикам. Твоя госпожа, возможно, в его окрестностях. 3

Днем было до странного много повозок, спешащих из Фомикама в Фрасту. Эта дорога ведет прямиком в столицу, поэтому столько людей здесь — норма. Однако вчера, когда я неспеша брел по этому пути, было все же как-то поспокойнее. А сегодня столкнулись уже несколько повозок. Так что мы не стали брать транспорт и решили пойти вдоль придорожного леса. — Скажи, братишка. «Не брат ты мне. Не равняй меня с собой, волчара». Сильно скривившись, я обернулся к оживившемуся даже несмотря на рану волку. — Можно как-то вернуть мой мех? Госпожа же меня засмеет. Да и одежда натирает, а это чертовски неприятно. И холодно еще. Ну серьезно. — Будто я могу что-то исправить. Ведьму проси, ведьму. — Это ту, которая сейчас в королевской крепости? Как же мне ее попросить?! — Понятия не имею. Полови на еду, может, клюнет. — А если серьезно?! — взмолился волк и расстроенно заскулил, точь-в-точь настоящий пес. Хм, а ведь я на полном серьезе предложил посулить обед, но… видать, не сработает. В этот момент с необычайно высокой скоростью мимо промчалась очередная повозка, из которой послышалось: — …казнят ведьму… Только это и удалось услышать. Я тут же обернулся к волку. — Кажется, сегодня пополудни будут казнить ведьму. Мой мех тотчас же встал дыбом. «Или присоединиться, или сгореть на костре». Таков был выбор, который Тринадцатый предложил Альберту. Подчинится и получит еще больше знаний, а откажется — взойдет на костер. «Неужели…» — мелькнуло в голове. — «Неужели… Альберт…» И я со всех ног помчался к столице.

«Сегодня пополудни на центральной площади казнят ведьму». По-видимому, это объявление и послужило причиной утренней суматохи. Площадь Фрасты уже полнилась зрителями. Я бежал во всю прыть и даже не думал, что рана волка может открыться — времени до полудня оставалось не много. Солнце вот-вот взойдет к зениту. Хорошо еще, что скорость зверочеловека, несущегося стремглав, сравнима со скоростью повозки. С лошадью в этом, естественно, зверочеловеку не тягаться, но если та тянет за собой груженый обоз, он ей точно не уступит. Площадь, к которой я пробивался сквозь уличную толпу, уже полнилась людьми. Даже издали было видно, что к огромному столбу, находящемуся в центре, сейчас кого-то привязывают. «Неужели там Альберт?» И предчувствие не подвело. — Что же он делает, идиот?! Чего ради попер против Тринадцатого? Даже издалека видно, как мальчишку бьет дрожь — он будто вот-вот упадет. Только подбородок задрал горделиво. Рассматривая толпу золотыми глазами, он на мгновение остановил взгляд на мне… …и тут же поджал губы… Заметил, стало быть. Дурак, кому ты хочешь показаться сильным? Тебя же казнят. И не просто убьют, а сожгут. Мелкий паршивец, разве не понимаешь, какая это долгая пытка? — Братишка… Знаешь его? — наконец нагнав меня, прерывисто спросил сузивший глаза и тяжело дышащий волк. — Мальчишка, который как-то на меня напал. Едва он проводил нас до Школы, как мы угодили к Тринадцатому… Он-то и предложил мелкому либо подчиниться, либо взойти на костер… И этот идиот выбрал последнее! — Эге… Вот это настрой, — ответил он беспечно и посмотрел вдаль, на столб, после чего замер. — Скажи-ка, братишка… — Что?! «Вот же черт — взял и ответил. Словно подтвердив этим, что он может считать меня братом. Черт!». — Этот ребенок… У него, часом, не золотые волосы? — Что если так? — А глаза золотые? «Ну да, золотые. Но откуда волк знает цвет его глаз? С такого расстояния пес… да даже волк-зверочеловек… по идее, не способен разглядеть цвет глаз Альберта». — Госпожа… «Госпожа? Что это значит? Альберт — парень». Я хотел переспросить, но на площади вдруг стало тихо. Взглянув на столб, я увидел стоящего там Тринадцатого. Ниспадающая до земли роба, здоровенный посох. Согнутая спина и мрачное выражение лица. С виду натуральный злобный колдун, а стоит тут как хранитель закона. — Сегодня я сожгу ведьму, — разнесся по площади приглушенный голос Тринадцатого. Сбоку к столбу привязывали Альберта таким образом, чтобы тот не смог двигаться. «Сегодня я сожгу ведьму», — простые слова, Тринадцатый. — Хоть с виду это ребенок, не стоит проявлять жалости. Задумайтесь! Скольких она убила! Скольких еще убьет? Вот в чем вопрос! Нагнетает, усиливая значение слова «ведьма». Для меня это очевидно. «Ведьмы — не люди, а иные создания», — вот что он хочет сказать народу. Тогда люди не посчитают ведьму за человека. Ее смерть воспримут как неизбежное зло и смогут радоваться ее слезам, когда та будет гореть на костре. От страны к стране, во все времена, войска, принадлежащие противнику, равняли с мусором и насекомыми. В чем заключается важнейший смысл. Такое мышление помогает людям убивать и чествовать убийц, и позволяет считать это единственно правильным. — Друзья! Я тоже колдун. Но я ни за что не стану использовать колдовство во вред человеку. Равно как не прощу тех действий, которые наносят вред людям! Владея силой колдовства, я ни разу не поддался собственным желаниям! Воздух всколыхнулся. Отчетливо слышимый голос Тринадцатого и его речь, словно ошеломившая слушателей. Их взгляды останавливаются на Тринадцатом и замирают. — Друзья! Я использую колдовство. Но к тем, кто, как и я, обучаясь ему, сошел с праведного пути, я не выкажу жалости, не ослаблю чистку! Прошу, ненавидьте злобных ведьм! Но я хочу, что вы знали: само колдовство — не зло; зло несет неправильное использование колдовства! «И это тот, кто заявлял, что колдуны воспринимают людей как вещи. Как только язык поворачивается… А самое жуткое в том, что все его слова не лживы. "Ведьмы и колдуны смотрят на всех, как на вещи" и "Не выкажу жалости к тем, кто, обучаясь колдовству…" — все это правда. Зеро говорила, что Тринадцатый очень умел. И сила его в том, что он не лжет. Влияние словам придает осознание их правдивости. Правдой люди и обманываются. Превосходный обманщик. Я, видимо, тоже купился. Похоже, Тринадцатый хотел только того, чтобы я покинул Зеро… Ревновал? Что ж, я польщен, Тринадцатый». Скрежеща зубами, я с восхищением и злостью глядел на Тринадцатого. — Друзья! Я приложу все усилия! Обещаю! Я воспользуюсь всей своей силой, чтобы принести мир этой стране! Клянусь! Я изведу всех злобных ведьм в Веньесе и дарую стране защиту от колдунов! Ради этого!.. — Тринадцатый повел рукой. И зрители уставились на Альберта. — Я!.. Короткие рубленые фразы. — Сожгу ведьму! И воздух сотрясли возгласы: «Огня! Огня! Огня!» Крики охватили площадь. Тринадцатый вскинул руки, явно полные Силы. В мгновение ока вокруг столба заплясали красноватые язычки пламени. Магия. Это наигранное явление только раззадорило зрителей. Радуясь магии Тринадцатого, они не иначе впали в транс, словно упиваясь силой законного колдуна. Осознание того, что есть кто-то сильный, тот, кто защитит, приносило горожанам невыразимое счастье. Я смотрел, как в сложенную вокруг Альберта солому подливают масло, и лишь сильнее сжал зубы. «Скажи, Тринадцатый. Ты и впрямь его сожжешь? Этого мальчишку? Скажи, Зеро… ведьма. И ты позволишь? Если не может помочь возвратить Книгу и если бесполезен — дашь ему умереть? И я. Неужели я буду просто стоять и смотреть на убийство?» В этот момент по площади разнесся высокий голос: — Слушайте, мои сотоварищи! Все те, кто решили сражаться во имя свободы для ведьм! Это прозвучал голос Альберта, привязанного к столбу. Жуть берет от того, что, пусть и знает, что через мгновение сгорит, он может произносить что-то кроме проклятий, криков и мольбы о пощаде. — Сегодня моя плоть сгорит и станет пеплом! Как Сорена год назад. Внимайте же, мои сотоварищи! Ее смерть стала искрой, приведшей к войне, пусть же моя смерть станет ее знаменем! Я обращаюсь ко всем ведьмам Ёмицуки как кровная наследница Великой Сорены! Наполненный абсолютно иной силой, чем у Тринадцатого, этот голос раскатом ударил по площади. «Ведьмы Ёмицуки… Наследница Сорены. Похоже, волк не ошибался. Так ты оказался девчонкой, Альберт? И твоя бабка, та самая Сорена… уже мертва. Как и наставники Зеро». — Объединитесь, гордые ведьмы, мечтающие о мире и покое! Ради истинного мира — уничтожьте Тринадцатого! Во имя Великой Сорены! Огонь добрался до соломы. Благодаря маслу он моментально взвился еще яростнее и теперь касался субтильного тела связанного Альберта. — Наймит! По другую сторону огненных всполохов Альберт определенно смотрел на меня. И его губы зашевелились: — «Спаси Зеро», — сложились они в эти слова. «Ты дурак? Вокруг тебя огонь. Прямо сейчас. И вообще, как ты понял, что я прочту по губам, с такого-то расстояния? Впрочем, не время думать о подобном. Что же делать? Как поступить? Может, сбежать? Ведь сжигают всего-навсего одну из ненавистных мне ведьм. Ему предоставили спасительный выбор, но этот идиот выбрал вариант с сожжением. И что это за "Спаси Зеро"? Столь выдающейся ведьме моя помощь ни к чему. У нее же есть Тринадцатый. Да и потом, зачем призываешь к уничтожению Тринадцатого? Ты же сам убедился, что Орден магов — те еще отбросы. А-а… Значит, вот почему призывал "во имя Сорены", а не личностью того, кого называют "Он". Но разве не проще тогда было бы объединиться с Тринадцатым? Однако ты отверг его предложение и выбрал смерть на костре… Н-да. Альберт, ты… Что же ты узнал в подземелье?» — Госпожа! — закричал волк и бросился к столбу. Атмосфера беззаботности вокруг него абсолютно исчезла, и на лице отразились страх и отчаяние. «Тьфу, вот же засада. Раз ты в это ввязался, придется мне тебе помогать». С этими мыслями я рванул вперед, расталкивая толпу. Итого — изо всех сил к столбу начали пробиваться два зверочеловека. Будь я одним из толпы, перепугался бы.

В версии с изображениями тут находится картинка. Так что народ само собой расступался влево и вправо, образуя путь для прохода. В своей не такой уж короткой жизни я еще не выделялся настолько отрицательно. «Ненавижу вас, Альберт, Тринадцатый, волчара. И тебя, Зеро, тоже». Из поясной сумки я достал взрывчатку. Слегка обкусил фитиль, «одолженным» факелом зажег огонек и широко замахнулся. — Прикрой мальчишку, пес! Каждый, кто не хочет подохнуть, — пригнитесь! Я швырнул взрывчатку к столбу. Все, и, к удивлению, даже Тринадцатый, попадали наземь, закрывая уши. Громыхнуло, и я подхватил за ворот отброшенного взрывом волка. Разумеется, тот уже крепко обнимал Альберта. «Хоть и отключился при взрыве, из рук ее не выпустил. Мое мнение о тебе немножко улучшилось, волчара ты этакий». Пламенеющую солому и столб разнесло взрывом; повсюду разлетались тлеющие огоньки, которые, словно пчелы, вызывали всеобщую панику. Крики стражи и вопли людей — хаос создал идеальную ситуацию для побега. — Ведьма сбежала! — Лучники! Стреляйте в них! — Отставить, не стрелять! Попадете в Зеро! Под эти крики, звучащие за спиной, мы оглушили нескольких стражников, завладели повозкой с вырывающейся лошадью и в один миг умчались за пределы города.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Заклятие

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Каким-то чудом мы не пострадали. Несмотря на то, что лошадь, которой не по нраву оказалось везти повозку со зверолюдьми и взбесилась, в попытках вырваться опрокинула повозку, аккурат с обрыва, нам повезло что внизу была река. Пусть, пока нас несло вниз по течению, зарядил ливень, но за исключением ожогов псоглавого мы отделались на удивление дешево. Перенести потерявшую сознание девушку в пещеру, наложить на обожженную спину псоголового лечебные травы… Закат ещё далеко. Морщась от боли в ожогах на спине, псоголовый завистливо взглянул на меня: — Ну да, мех — естественная броня… По сравнению с ним, получившим ожоги на всю спину, и тонкой раной на Альберте, на мне не царапины. — И? Как там твоя Госпожа? Сдирая шкуру с отловленного в лесу кролика, взглянул на девочку, которая замерзнув, свернулась в клубочек на руках у псоголового. Костерок то конечно пещеру-то греет, но после падения в реку температура тела естественно прилично упала. Переодев в моё высохшее манто, устроили на руках псоголового, но как ни крути, а объятия зверочеловека без меха ни капли не отогревают. Я бы и рад с ним поменяться, но коснись я её хоть пальцем и псоголовый почти наверняка вызовет меня на бой до смерти, так что плохая идея. Нет, мне конечно пофиг на наготу этой мелочи, но это все же девушка… Наверное девушка. Даже увидев обнаженной до сих пор определиться не могу. Но было сказано же что, внучка Сорены — красавица, умница, с большой грудью... Быть может это она хотела такой стать. — В порядке. Просто спит от усталости. — Ну и хорошо. Но все же… интересно, зачем она прикинулась парнем, скрывая своё родство с Сореной? — Наверняка Тринадцатый за ней охотился. С момента основания «Ордена магов Зеро», «тот человек», ни разу не показался, так что Госпожа — наиболее важна в «Ордене». Убей её, и без сомнения связь между членами «Ордена Зеро» распадётся. Скорее всего она решила раскрывать свою личность лишь тем, кому полностью доверяет. Да и путешествующая в одиночестве девушка выглядит подозрительно, «а не ведьма ли». — А, понятно… — отвечая вскрыл зайцу живот, и вытащил кишки, на что псоголовый вскрикнул. Глядя как я собираюсь их выбросить, он спросил: — Не ешь что ли такое? — Я не ем сырое мясо — стоило мне сказать, как он вмиг подобрался: — Бывают позывы к каннибализму? Я не ответил. Душа зверя, основа зверочеловека, тянет за собой инстинкты. И однажды зверочеловек теряет человечность, становясь натуральным зверем, пожирающим людей. И тогда он не более чем монстр. — Съел… кого-то? Насадив распотрошенного зайца на ветку, и медленно проворачивая того над огнём, я горько улыбнулся. — Еле-еле сдерживаюсь. Вегетарианцем стать увы не вышло, но как подумаю что свежее мясо — вкусное, так блевать тянет. Поэтому с драками у меня не очень. Убивать не очень охота. — Зверочеловек, не любящий убивать… — В отличие от тебя, я в таком теле не по своей воле. Живу так лишь потому что другого способа не знаю. В любом случае, как зверочеловеку не сдерживайся, один черт за спиной останутся горы трупов. Хочется мне того, или нет, какая разница. Как говорит Зеро, «Это неоспоримая истина». Посыпал мясо солью, и огонь окрасился желтым. Вспомнив как Зеро не могла дождаться раньше, бросил взгляд на Альберту. — Спаси Зеро… да. — стоило прошептать, как девушка шевельнулась, и приоткрыла глаза. — А…. — Госпожа! — с криком взглянул псомордый ей в лицо.. Идиот, не показывайся на глаза не очнувшимся до конца людям. Морды-то у нас звериные. — Кья-аааа! — как я и думал она издала крик, и приложив псоглавого в лицо, и резво, словно убегая от монстра, скрылась за моей спиной. — Жестоко, госпожа… Я ведь столько лет за вами присматривал, а вы при виде меня в крик и прятаться за спину едва знакомого… — Ну а что поделать! Меха же нет, поэтому вот только опознал тебя. — примирительно проговорила девушка, жуя мясо кролика. Сидит на моих коленях. Едва очнувшись, начала жаловаться на холод, и что нечестно лишь мне в меху кутаться, так что в итоге устроилась так. Псоглавый конечно кидает недовольные взгляды, но я вообще-то тоже не по своей воле так оказался. — И вообще, мы с Наймитом до недавних пор вместе были, да и на площади я его видела. — Э? С-секундочку, Госпожа! А меня?! — Э? А ты был там? Псоголовый поник плечами. Даже мне жалко его, так что пожалуй подсоблю ему. — Прыгнул в солому, перерезал верёвки, и прикрыл тебя от взрыва — именно он. Слегка вздохнув, девушка. взглянула на псоголового. — Да и вообще, я не намеревался спасать, не кинься вот он. То, что я начал действовать будучи втянутым действиями псоголового — в немалой степени истина. Так что Альберта слегка извиняющимся взглядом посмотрела на псоголового, но тут же, раздувая ноздри отвела взгляд. — Я не просила спасать меня… Я вовсе не боялась смерти!.. — Но Госпожа! Если вы умрёте, я ж на глаза Сорене показаться не смогу! — Бабушка умерла ведь, так что живи как хочешь! — Но, Госпожа!.. — не в силах возразить, псоголовый поник ушами. Прям другой человек, не тот что хвалился девушками на постоялом дворе. — Не кажется тебе что, будучи спасённой из огня, не стоит бросаться словами вроде стоило оставить на смерть. — Вовсе нет, не так уж и страшно было! — Сжигаемые заживо, мучаясь от боли и страха сжимают зубы столь сильно, что ломают их. Едва сказал, как с губ Альберты слетел вскрик. — Ты думаешь они умирают мгновенно? Сперва жар иссушит горло и лёгкие, так что дышать невозможно. Затем глаза. Всё начинается с самых уязвимых мест. Едва кожа на лице начнет опаляться, как они начнут плавиться, и вытекая усилят и без того нестерпимый жар. Если в этот миг потеряешь сознание — повезло, но обычно мучения длятся до момента смерти. Крики, попытки вырваться, ломая при этом кости… — Прекрати, хватит! — раздался крик псоглавого. Тот уставился на меня словно говоря «думай башкой», и тут до меня дошло. Точно ведь, она именно так осталась последним выжившим в семье. — Прости… наговорил лишнего… — Нет… в порядке. Я в порядке. — тихо произнесла девушка, закусив губу. Глаза намокли и дрожат, но она сдержалась от плача. Превосходная выдержка. Вместе со смелостью и волей не уступать, девушка гораздо сильнее меня. Но даже так, она перегнула со своим противлением Тринадцатому. — … Что произошло в подземельях? Ты же ведь понимала, что пойдя против Тринадцатого на костёр попадёшь. Она в подземелье что-то узнала, и взбунтовалась против него, не сомневаюсь. Спросил, и Альберта бессильно покачала головой слева направо. — Иного выхода не было… «Тот человек» украл Книгу Зеро. Убил товарищей Зеро, ведь так? В созданный такой тварью «Орден магов Зеро» мне нет возврата, да и не хочу возвращаться. Но Тринадцатый — сволочь! — Ещё раз, почему ты так считаешь-то? Он же ведь пытается подавить хаос, вызванный «Книгой Зеро»? Чтобы имя Зеро не было запятнано ещё сильнее. — Может оно и так, но… он только об этом и думает!.. Он считает нормой убить всех ведьм Веньеса ради достижения собственной цели! Рационален до мозга костей, эгоистичен. Так, кажется, Зеро говорила. Ради достижения цели Тринадцатый не выкажет жалости. — Тринадцатый собирался с моей помощью устроить западню ребятам из «Ордена магов Зеро». Говоря, что пришло время положить конец этой войне… Тринадцатый намеревался, устроив ловушку заманить туда остальных. Он ведь знал что я внучка Сорены, и представитель «Его». Потому оставив ловушку в школе, ждал пока я покажусь там. Скоро закончится, а потом… — вспомнились мне слова Тринадцатого к Зеро. Словно видя конец войне, длящейся больше года. Выходит, он просто намеревался уничтожить всех ведьм страны. — Он намеревался с моей помощью убить всех, и товарищей из «Ордена Зеро», и изгнанных магов… всех тех, кто выучился магии. Дескать предоставленные сами себе обученные маги будут лишь позорить имя Зеро… Но ведь это странно! Я не спорю, есть и буйные ведьмы, но ведь немало и тех ведьм, что сражаются лишь чтобы жить в мире, равно как и тех, кто пользуется магией как задумано… Разбираться неохота, поэтому уничтожить разом! — Да… вероятно — выдал я невнятный ответ. На что Альберта с возгласом «Так и есть!», продолжила: — Если бы он попросил объяснить друзьям из «Ордена Зеро», всю сущность «Того человека», и предложить больше не сражаться, я бы помогла! И все вместе мы смогли бы убрать только бушующих изгнанных магов, ведь так? Но Тринадцатый заявил, что так не пойдёт. Поэтому я!.. Выбрала сожжение и призвала к войне. Иначе ведьмы были бы полностью уничтожены Тринадцатым, настроенным решительно. Когда сжигаемая внучка Сорены, Альберта, кричит «Ради мира — убейте Тринадцатого!», любой хоть немного да зашевелится. Вполне вероятно, что к ним примкнут и те ведьмы, ведающие лишь колдовство, обладающие силой, которые занимали позицию наблюдателей. Если они, пусть даже временно, объединятся с «Орденом Зеро», и все разом нападут, даже Тринадцатый просто так не отделается, наверное. На это и сделала ставку девушка. — Сперва, общими усилиями победим Тринадцатого. Затем зачистим всех магов-отступников. Потом попросим короля «злобных ведьм уже не осталось, поэтому пожалуйста прекратите охоту на нас». А после этого найдём и поймаем «Его», предоставив право решения Зеро. Отличная же идея? — произнесла Альберта, словно ожидая согласия. — Может и так — неопределённо ответил я. — Но всё будет далеко не так просто. Её противление Тринадцатому вполне понятно. Ради того, чтобы прекратить ненадлежащее использование быстро распространяющейся технологии, необходимо или подчинить использующих её, или убить. И Тринадцатый выбрал массовое убийство использующих магию. При столкновении Тринадцатого, жаждущего смерти всех ведьм, с одной стороны, и всех ведьм страны с другой, наступит хаос небывалых размеров. Страна окажется в гражданской войне. Урон стране будет нанесён в любом случае, это очевидно любому. Не в силах уделить внимания ничему кроме внутреннего конфликта, страна подвергнется вторжению соседних государств. Альберта сказала, что уговорит прекратить войну, но гарантий что удастся — нет. С учётом Тринадцатого, который ради завершения конфликта готов запятнать своё имя убийством товарищей. С учётом «Того человека», спокойно убившего других, и укравшего технологию ради победы ведьм. С учётом Альберты, ищущей наиболее идеальный и мирный выход из ситуации. В том, что иного выбора нет — Тринадцатый прав. Это непреложный факт. И всё равно сколь грязные меры он изберёт, да. Хотя из уст человека, похитившего Альберту из рук Тринадцатого, и сбежавшего, звучит как-то неубедительно… — … Я прекрасно понимаю, что это мечта. — внезапно прошептала девушка, обхватывая свои колени. — … Что? — Я лишь внучка Сорены… и всё. Как практикантка колдовства — я недоучка. Сама даже ритуал обращения в зверя провести не могу. Тринадцатый поразителен… если уж честно говорить. Ведь всего за год он так возвысился. В одиночку завоевал доверие короля, в одиночку сватился с ведьмами. И вроде как сейчас обучает людей в замке магии. Но он ни за что не допустит появления отступников. У такой как я, нет ни единого шанса на победу… Тринадцатый — сражался в одиночку. Альберта же — предпочла искать силы в «Ордене Зеро». Разница в положении — вот что она пытается сказать. Сколько бы Альберта не пыталась привести всё к идеалу, у неё нет силы, чтобы исполнить эту мечту. Стоит сдаться. Силе по имени Тринадцатый. И аргументам реальности. Если бы у Альберты была сила, как у Тринадцатого, ситуация бы изменилась, наверное. Но вне зависимости от желания, реальность не изменить. Но даже так, не сдаётся. Невзирая на свою слабость — сильна духом. — Подойди, Хортем. — поманила рукой псоголового девушка, прерывая разговор. Хортем — его имя что ли. Ну, даже если я узнал его имя, звать по нему — не обязан… — Спину. — соскочив с моих колений, приблизилась к показавшему, как было велено, спину, псоголовому. Затем выдохнула, словно успокаивая разум. — Эа До Куха — Кровь ускорь и в плоть обрати. Воздух вокруг резко потеплел. Мягкий свет затанцевал на ладони девушки. Похоже магия. Но по сравнению с теми же «Стим» и «Фрагис», эта кажется гораздо добрее. Так и кажется если коснусь — полегчает. — Слова защиты. Знание первое, Гордиа. Признай меня, имя мне Альберта. — она коснулась спины псоголового, и свет втянулся в тело. — Хее — в удивлении поднял я голос. Запах крови… Вернее запах только что рассеченной плоти коснулся носа… и тут же исчез. С блеском в глазах псоголовый размотал повязки, и выяснилось, что спина, напоминая теперь с виду перезрелый фрукт, полностью ицелилась. — Госпожа, это… — Магия. Слова Защиты. Магия что лечит раны и защищает. Мне эта магия больше всего нравится и даётся. Из этой главы я могу использовать довольно высокоуровневую магию. — Вроде бы она последняя из четверки: Охота, Захват, Сбор и Защита, вроде так. — Неплохие познания, Наймит. — Ну я слышал это от создательницы книги как-никак. — Вот как — и Альберта криво улыбнулась. — Выходит Зеро и впрямь… создавала книгу для подобного использования. Читая книгу, я находила странным что упор делается на полезность в охоте на зверей, или сбивание фруктов с высоких деревьев… Особенно забавно это смотрелось в описании «Фрагис», который не сжигает ничего кроме цели. Мол, при охоте заодно и готовишь, два в одном. Я словно увидел образ Зеро, со смешком пишущей книгу.. — Магия дарующая спокойный сон детям, проснувшимся после кошмара. Магия, помогающая схватить вора, и так далее… Вот только никто не использует магию в соответствии с представлениями Зеро. «Книга Зеро» писалась ради помощи людям. Но что чувствовала Зеро, когда ради этой книги её товарищи были убиты? Вероятно печаль и горечь. Возможно что и плакала… И за эти 10 лет некому было услышать её плач. — Если бы магия исчезла — всем стало бы легче, наверное. Технология что принесла удобство — стала угольком для конфликта. Уголёк обратился пожаром, погибло множество ведьм и людей. Не думаю, что их смерти тронули Зеро, она ведь не добрая горожанка, а хладнокровная ведьма. Вот только её слова «Не следовало мне этого писать» — звучали крайне серьёзно. Мне определённо слышалась в них горечь. — То есть ты хочешь истребления ведьм? Ну да, ты же ведь ненавидишь ведьм, Наймит. — Я такого не говорил. Ведь не будь магии, исчезли бы и буйствующие идиоты, и Тринадцатый не возжелал бы чистки в рядах ведьм, вот что я имею ввиду. Ведь Тринадцатому не по душе то, что обучившиеся магии полощут имя Зеро. — А что поделаешь. Магия то уже распространи… — и Альберта ошеломлённо прервалась. — Магия — исчезла? — Да. Не ведьмы, а сама магия. Ведь тогда исчезнет необходимость убивать ведьм. Без магии «Братство магов Зеро» и отступники станут обычными людьми, а с магией Ведьм Лунной песни многого не навоюешь, я прав? Если бы всё вернулось как было до знакомства с «Книгой Зеро». Ну, впрочем, это всё мечты… — Возможно. — Что? — Возможно. Заставить магию исчезнуть, не убивая ведьм! — повышая тон Альберта подлетела ко мне и потрясла за плечи. — По-постой-ка, успокойся, не тряси меня! — Ну смотри, помнишь, когда мы с Зеро встретились, та применила к моей магии «Отторжение»? — А… да, было такое. — Вся магия «Книги Зеро» строится на подчинённых призванного Зеро демона, на займе их силы. Поэтому, если Зеро, призвав этого демона, наложит «Отторжение» на магию всех ведьм Веньеса, магия, описанная в книге, перестанет работать! Тогда магия времено пропадёт из страны! — В… временно? — Да, временно. Даже с исчезновением магии из «Книги Зеро», теория использования колдовства без призыва демонов никуда не денется. Так же как и с тарелками — если разбить используемую, то до тех пор пока знаешь как их делать — всегда можешь сотворить новую. Так вот, если кто-то создаст новую магию, то он сможет ей пользоваться. — Тогда смысла нет же. — Есть! Как минимум исчезнут неопытные маги. Те, кто не в состоянии выучиться колдовству, просто не смогут самостоятельно создать магию. — Понятно… — И утратившие магию ведьмы начнут искать нового лидера. Того, кто «вновь дарует им рабочую магию». Вот тут и наступит мой выход. Я конечно не в состоянии создавать магию, но этих новых ведьм обмануть выйдет легко. Ведь я, как-никак, внучка той самой, Великой Сорены! Вот так послушаешь и кажется вполне исполнимым. Раз девушка — внучка самой известной ведьмы в этих землях, то и колдовство она может знать. И учитывая что её охраняет псоголовый зверочеловек, эти ничего не знающие свежие ведьмы, с радостью доверятся ей. Проще говоря эта мелочь намеревается создать хаос и возглавить его. Вот она, злобная ведьма. Вот только… — А это возможно? Ведь нереально же обойти каждую ведьму в стране с «Отторжением». Иначе Зеро давно бы сделала подобное. — Поэтому «Отторжение» будем накладывать не на человека, а на местность — в продолжение объяснений, Альберта подобрала веточку дерева, и нарисовала несколько кругов. Вероятно эти кружки представляют ведьм. Затем заключила их в большой круг. — Развернём барьер на основе одной из вариаций площадного экзорцизма. Тогда любая ведьма, находящаяся внутри барьера не сможет использовать магию из «Книги Зеро». Для Зеро в одиночку это слишком, но с моей помощью должно получиться! Да и Тринадцатый, подавляя силу ведьм на месте казни, создал похожий. Вот значит как. То-то я удивлялся, что магией не атакует. И впрямь, если бы там можно было свободно магичить, тогда «Братство магов Зеро» не дало бы убить Альберту. Тринадцатый конечно пользовался магией, но это, наверное, потому как барьер его. — Магии учились чтобы получить силу для сражений, но стоит причине для сражений исчезнуть как сила тоже станет не нужна. И тогда ведьмам ничего не останется кроме как вернуться к прежнему сосуществованию, что впрочем лучше нынешней войны. Я конечно не опытна, но всё же прямой потомок ведьм Лунной Песни. В том что касается печатей — никому не уступлю. Просто поставить блок на магию на определённой территории — проще простого! — То есть… чтобы обхватить всю площадь Веньеса, нужен чертовски здоровенный магический круг? — Да. Необходимо несколько кругов поменьше, и объединяющий их один большой. Для них конечно точность требуется, но это не так уж и сложно. Как знать. По крайней мере мне не под силу. Наслышан от Зеро сколь точными должны быть круги. — И если Зеро заявит демонам, что запрещает использовании магии на данных землях «Оттторжением», то я эту манифестацию перенесу на круги. И тогда хотя бы демоны, являющиеся базисом для магии из «Книги Зеро» перестанут отвечать на запросы внутри барьера. А значит… — блеск взгляда Альберты резко поутих — Нам нужна Зеро… — … Ну, оно само собой. У демонов есть иерархия. «Отторжение» обращается к высшему демону, который реагирует на него чем-то вроде приказа низшим «Не сметь одалживать людям силу». И силой для обращения к такому обладает лишь Зеро. Без неё это всё лишь разговоры. — Но она заперта Тринадцатым… — З-заперта? — невольно сорвался на крик. Зато понял смысл слов «Спаси Зеро». — Как я уже говорила, ночью того дня, когда мы попались, Тринадцатый в подземелье уговаривал меня стать подчинённой. В тот момент пришла Зеро… Очень обозлённая. Со словами «Как ты посмел украсть моего наёмника». Я стиснул зубы. Значит дело было уже после моего ухода из замка. — Мол Тринадцатый предал её. Заявила с таким жаром, будто готова на месте убить его. Но затем, внезапно рухнула истекая кровью. — Что?! Это её Тринадцатый так! — Наверное — кивнула Альберта. Какое там наверное, других вариантов просто нет. — Тринадцатый разозлился, заявляя, что та идиотскую вещь сотворила. Дескать не стоило ей выходить из пещеры. Мол именно из-за того, что, выйдя наружу и связавшись со всякими наёмниками и пострадала… — на этих словах девушка взглянула на меня. Лучше не смотри, мелочь. Я сейчас зол так, что даже прошедший множество боёв человек испугается, глядя на моё лицо. — И потерявшую сознание Зеро куда-то унесли… — Она в порядке? — Не умерла по крайней мере. Я ощущаю её магическую силу. — Это, минуточку… госпожа? Братец? Я несколько минут уже не понимаю о чем вы… Я и Альберта одновременно взглянули на псоголового. Мы совсем забыли о нём. Для него, не знающего ситуации в целом, наш разговор абсолютно неясен. — А Зеро, разве не имя братца? — и он выдал просто умопомрачительную глупость. — Когда мы убегали, забрав Госпожу, тринадцатый кричал что-то о Зеро, вот я и подумал что это либо имя братца, или псевдоним Госпожи… — Мелочь называла себя — Альберт, а Зеро это та несравненная красавица, которой ты касался. — А, она. Красивая девушка. Так и хочется облизать. Прежде чем я успел приложить расплывшегося в ухмылке псоголового, его ударила Альберта. Тот с поистине собачьим взвизгом потер ушибленную голову. Отлично сделано, мелочь. — Но тогда… почему Тринадцатый сказал такое? — Такое? — «Не стрелять, в Зеро попадёте». У меня глаза стали кругом… И впрямь говорил такое, но поскольку Зеро на площади отсутствовала, как ни целься, её было не задеть. Я воззрился на скривившуюся Альберту. — Что это значит? Как понимать, что целясь в нас, попадёшь в Зеро. — Без понятия. Я вообще-то без сознания была. — Я не видел никого кроме Госпожи. Вот бесполезные, а!.. Хотя я и сам не лучше. — Итак, стало быть — выглянув из пещеры, увидел как темнеет синее небо знаменуя закат. — сперва нам необходимо вытащить ведьму, иначе смысла нет. Она у нас конечно не барышня в заключении, но заперта наверняка где-то в замке. — В подземельях её не было. Я до вывода на казнь оставалась там, но Зеро не ощущала. — Выходит в башне. Преступников заключают в подземелья, аристократов в башни, так уж считают правители. — Но разве Зеро — аристократка?.. — Как Тринадцатый поступил, когда она потеряла сознание? — Хм — Альберта склонила голову набок — взял на руки словно принцессу! — Вот спасибо за ненужные сведения. Аж мутить начало. В общем для Тринадцатого Зеро не та, кого он оставил бы под землёй. Вопрос лишь в одном. — Назначение башен — оборона или наблюдение… Если это не нужно, то заточение. Как правило вокруг полно солдат, и вход надёжно скрыт. То есть напасть трудно. — Хм, много знаешь. — Как-никак для зверолюдей место аккурат в первых линиях атакующих, за это нас и нанимают. Так что различных крепостей довелось брать около двух десятков. — Превосходно, братец! Йо, демонов монстр! Милитарист! — Кто бы говорил, товарищ по виду! Накричал и псоголовый тут же поник, сворачиваясь в клубок. Совсем собакой стал, волк ты наш псоголовый. По натуре он быть может и ублюдок, встреченный нами на постоялом дворе, но видимо когда Альберта рядом, становится спокойнее. Ну совсем не жажду стать таким как он. Вполне серьёзно обдумал эти мысли. — Но братец, в замке 4 башни, и в какой из них — неизвестно. Да и есть вероятность, что заперта она в другом месте. Я озадаченно наклонил голову. Нет же вроде других мест заключения кроме подземелий и башен… — Например в комнате Тринадцатого… Так и замер где стоял. Альберта с отпавшей челюстью сначала покраснела, затем побледнела. Тринадцатый… Зеро? Быть не может. Но Тринадцатый — мужчина, а Зеро — женщина. Он непривлекательный, а Зеро — красавица, они товарищи, поэтому подобная вероятность… Не, отсутствует все же. Ни за что не случится. — С-с девушкой в крови… такого не сделает… пожалуй. — Именно потому что она вся в крови, необходимо донести её до кровати и как следует подлечить. А поскольку для Тринадцатого эта ведьма, Зеро, дорога — то тем более. Ааа, вот ты о чём. Не заставляй нервничать, у меня сердце не железное. — Не говори это подобными словами, извращенец чёртов. — Извращенец… Ну да, девушек я люблю, но… А, постойте, Госпожа! Пожалуйста не смотрите на меня так, это довольно ранит. Ну, в принципе может и в обычной комнате затворить. — Эй, пацан… Тьфу, девочка. — Можешь звать пацаном, чего уж там. За год притворства парнем привык уже говорить как парень. — Вот как?.. — Именно так. Так чего? — Нет ли способа узнать где Зеро? Раз уж ты мечтал открыть лавку прорицаний, стало быть в гаданиях умел? Я помню как Альберта в Латетте рассказывал что хочет открыть лавку прорицаний, да и сами по себе гадания — специальность ведьм. Но девушка поникла. — Я конечно могу это сделать, но для поиска человека необходима вещь, глубоко связанная с владельцем. Часть тела — волос например, если нет, то хотя бы простыня или одежда. А с простого гадания ничего не найдём, это же не волшебство тебе. Само собой у меня нет личных вещей Зеро, да и волосы её я не собирал, не извращенец же я. И вообще, Зеро изначально была почти без вещей. Мы даже одежду ей в Фомикаме… — А! — Аа! В один голос вскрикнули мы с ней, и взглянули друг на друга. — Оставшаяся в лавке подержанных вещей… — Мантия Зеро! Тот мужик намеревался вставить её в рамку и повесить на стену! 2

Выбравшись из прибрежной пещеры, мы устремились в Фомикам смешавшись с ночной тьмой. Видимо при падении нас пронесло прилично вниз по течению, потому как определяя местоположение, выяснили что до Фомикама совсем недалеко. Когда мы, пользуясь звериными тропами вместо дороги, прибыли к стенам, луна была ещё низко. Вот только. За сотворённое на площади вполне могли развесить розыскные листы на нас, так что войти через ворота — невозможно. Другими словами, необходимо насильно проникнуть в город, ворота которого давно закрыты… Ну для пары зверолюдей в компании ведьмы это не такая уж сложная задача. Проникновение было успешным. Владелец лавки действительно повесил мантию Зеро в рамку и украсил ею стену, поместив в золотой рамку, за усиленное стекло, словно королевское сокровище. А ещё поставил рядом стул со столом и устроился за ними, взирая на мантию с таким видом, будто пение ангелов слушал. Вот такую картину застали двое зверолюдей и ведьма, влетевшие в лавку. Его смущение и паника были огромны, словно… словно у человека, который опрокинув стул со столом упал на пол, и при этом ещё и вином облился — примерно в такой же степени. — Вы кто такие! Какого хрена надо! — возбуждённо закричал хозяин лавки, на что я бросил ему мешочек с золотом. — Звиняй, мужик, вот тебе деньги за купленную одежду, верни-ка вон ту мантию. Не дожидаясь разрешения ошеломлённого владельца, разбил стекло, и схватив мантию, перекинул её Альберте. Хозяин магазина издал жалостливый крик. — Прекратите! Если вы заберёте её, у меня не будет смысла в жизни! А, постойте-постойте, прошу! Забирайте что угодно!.. Только не отнимайте её у меня! — жалостливый, полный боли крик, словно у матери, ребёнка которого убьют в следующую секунду, невольно задел за душу. — Ну разве не жалко его?.. — Тогда можем твоё бельё взамен отдать — спокойно ответил, за что Альберта ухватилась за мой хвост. Испустив крик, упал и злобно уставился на девчонку. — Ты чего творишь! Запрет хватать зверочеловека за хвост — самый главный! — Знаю, за хвост Волтема частенько хваталась. Уважаемый, если отдадите мантию, взамен дам чулки Зеро, так пойдет? — Чу… чулки… говоришь! — владелец лавки на миг затаил дыхание, ещё раз повторив это слово. При этом он выглядел словно человек, получивший пророчество свыше, вот только богами и святостью тут и не пахло. — Точно?.. Точно ли это будут именно Её чулки? Она снимет их на моих глазах? — взгляд серьёзен. Даже меня пробрало, как, впрочем, и Альберту. — Скажи, так ли уж стоило жалеть его?.. — Угу, я сейчас уже сожалею… — Госпожа, подготовка к ритуалу закончена. — не испытывая особых трудностей, псоголовый исписал маленький, только одному человеку встать, круг, множеством символов и цифр, завершая сложный рисунок, и позвал девушку. — Так ты и магические круги рисовать умеешь? — Ну 15 лет у ведьмы, как-никак. — Ну-с, пацан. — Да. — Альберта встала внутри магического круга, положила в ноги мантию Зеро, и зажгла свечу. В тот же миг, владелец лавки, чьи грезы о чулках Зеро явственно читались на лице, резко побледнел. — Эй, постой, ты что заду… Не разжигай огонь, прошу! Неужто… Неужто ты собираешься! — Успокойся, старик. Хотя можешь и не успокаиваться, пожара не устро… — Ты же не собираешься жестоко сжечь мантию! — вскричал владелец лавки, прерывая слова пытавшегося успокоить его псоголового. Так ты за это переживаешь — вероятно не один я мысленно усмехнулся. Больше жалеть этого извращенца не станем. Тот со рвением подскочил и попытался вцепиться в девушку, так что пришлось его скрутить. Игнорируя вырывающегося торговца, кивнул Альберте. Уж звиняй мужик, но ты сам согласился передать нам мантию Зеро, захотев чулки. А как уж мы обращаемся с полученным — это наше дело. — Давай… — глубоко вздохнув, она подожгла мантию свечой. Тёмная комната. Пламя свечи. Крики птиц. Шум ветра. Стена из камня. Запах крови. Таков был результат гадания, отнявшего у владельца лавки подержанного смысл жизни. По всей видимости неопределённость — это обычное дело для гадания. И хотя по идее колдовство предсказаний тоже из числа взывающих к демону, но я не увидел и не услышал демона. — Госпожа призвала демона в своё тело. Только не настоящее, а его разум. Такое колдовство зовут спиритуализмом или подселением, но это самое древнее и изначальное колдовство. — произнес это и прочее псоголовый, но как по мне, кроме девушки, уставившейся в круге пустоту, и шептавшей, не было ничего, вот и всё что я видел. — И где, в итоге, ведьма? — В Рассветной башне, наверное. Той что со стороны восхода стоит. В ней птицы гнездо устроили, и каждый год туда возвращаются. — Ты уверен? О, уважаемый бывший королевский рыцарь? — Нет конечно. Я в замке бывал пятнадцать лет назад. — В итоге неясно… Ну, раз крики птиц и шум ветра слышны, значит место как минимум тихое. В замке, где постоянно находится множество людей, таких мест мало, да и Тринадцатый не станет запирать Зеро где-нибудь неподалёку от комнат королевской семьи. Да и сам он живет под землёй. Так что раз слышны крики птиц, Зеро не в подземелье. Выходит — башня. Добавить к этому туманное предсказание Альберта, сделавшей заявление в истинно колдовском духе, что «верность информации, полученной при гадании определяется тем, сумеет ли гадавший верно интерпретировать её».

В итоге покинув Фомикам, устремился в Фрасту. К скале за замком, выступающей далеко за городские стены. На словах звучит легко, но бежать пришлось изо всех сил. Если не управиться за ночь, то высока вероятность что к утру охраны будет больше. Перебрав множество планов, решили, что наибольший успех даст быстрота. — Ну-с, приступим что ли к скрытному проникновению. Фраста расположена на отлогом холме, в центре которого замок на скальной тверди. Замок построен прямо на утёсе, позади него ни пяди земли. И опоясывает эту скалу естественный ров — быстрый поток реки. Таким образом на пути в замок предо мной стоит три препятствия. Быстрое течение реки перед глазами. Как пересеку реку, необходимо будет подняться по обрыву, идущему до самой стены. Как взберусь на него, впереди будет стена, на которой прилично солдат. Будь я обычным человеком, только услышав отказался бы. Слишком уж нереальный план. Он мне и так не по душе, но ничего не остается. Подбодрив себя вздохом, прыгнул в реку. Преодолевая встречное течение, кое-как доплыл до противоположного берега и уцепился за него ножом. Затем взобрался на эту небольшую узенькую полоску, недотягивающую до полноценного берега. Итак, первое препятствие пройдено. Прильнув к скале, взглянул наверх, узрев основание замка, и башню, уходящую ещё выше. — Ох… высоко-высоко — обветренная поверхность скалы за которой начинается основание стены. Ещё выше виднеется верх башни, тонкий словно игла, едва заметный в лунном свете. — Черт если бы эта псина не ляпнула…

— Братишка наверняка сможет взобраться? — Взобраться?.. Только не говори… — На скалу.

И заявил, что по его мнению, проникнуть можно лишь со стороны утёса. Так и разошёлся с ними в той лавочке. Им ещё для барьера всё подготовить надо, и в этом я помочь не могу. Альберту обрядили в парик и женское платье, это, пожалуй, сможет ненадолго обмануть преследователей. Моей же задачей стало вытащить Зеро… Итак, действительно ли она в этой башне? — Надеюсь на тебя, Альберта… ведьма Лунной песни. — облачившись в любимую мантию и ухватив в руках по ножу, вонзил их во вздымающуюся передо мной стену почвы. Подтянулся, воткнул один из ножей выше. Замок короля — сердце страны. Падёт он — падёт и страна. Поэтому защиту усиливают обычными солдатами, вот только если тылы замка защищены естественным препятствием в виде обрыва, то солдат не станут размещать нигде кроме авангарда. А даже если и разместят, то бдительность таких солдат обычно падает. Оно и понятно. Идиота, который бы полез наверх, пользуясь лишь парой ножей, не найти, а и найдись такой, он на полпути обессилеет, упадёт и разобьётся насмерть. А вот если взбираться будет зверочеловек-наёмник, тщательно дозирующий усилия, то он достигнет верха. Но разумеется нормальный зверочеловек на такое вряд ли пойдёт… Уверенность в том что доберусь — есть, но это трудно и тяжело, а поставь чуть руку не так — умрёшь. Только взобрался до половины утёса, как с меня градом начал течь пот. Что странно, ибо после купания в реке мне холодно, и откуда тут поту взяться непонятно. Вдобавок порывы ветра постоянно охлаждают мокрое тело, постепенно отбирая тепло. С понижением температуры тела пальцы чувствую всё хуже, что довольно скверно. Перехватил ножи поудобнее. — Что уж поделать, много я вешу… Черт, может вес сбросить? Выдернул из затвердевшей почвы, практически из каменной, нож, и вновь воткнул. Повиснув на одной руке, помотал другой, чтобы отдохнула, и взглянул вниз: — Ох… высоко-высоко… — высказался теми же словами что и внизу. Только теперь смотря сверху это чувствуется сильнее. Упав — умру. Остаётся только лезть. Чем возвращаться с половины пути, проще уже до верха долезть. С такими мыслями поставил ногу в выступ, и подтянувшись воткнул второй нож, продолжая подъем. Вот же… бросив работу теперь возвращаться к ней, это тяжелее чем я думал. Чтобы вновь увидеться с Зеро, с которой впервые встретился падая с обрыва, теперь я добровольно лезу на утёс лишь с двумя ножами. Эхх, извинюсь. Мол прости, что сомневался. Нож со звоном отскочил. Основание замка. Подняв взор, увидел, что утёс закончился, и предо мной цельная стена. Теперь ножи бесполезны. Вытянув острые когти, вонзил их в зазор с раствором, скрепляющим камни. В миг переноса веса на них, испытал холодок. Гораздо ненадежнее ножей. — Не подведите уж, коготки мои. — взмолился я, начиная взбираться. Вонзая когти в раствор и находя мельчайшие неровности на камнях понемногу поднимаюсь вверх. С набором высоты ветер усилился так, что теперь вполне мог снести, ведя к падению. В башне появились небольшие окошки, но все они были размером с людскую голову, так что проникнуть через них похоже не удастся. Видимо все же слегка опасаются. Запрокинув голову взглянул вверх. Ещё чуть… — не успел я подумать, как тут же замер. Звук шагов. Вот из этого окошка. Если обнаружат сейчас — бежать некуда, да и оправдаться не выйдет. Мол ночка была столь хорошая, что захотелось повзбираться на стены замка. Ага, так мне и скажут с улыбкой «Вот как, можно тогда с тобой?». Затаив дыхание молюсь богам чтобы шаги стихли. Но похоже боги ко мне жестоки. Положение луны не очень. Моя тень… падает прямо внутрь окна. Жесток ты, боже, я же так к демонам свалю. — Черт — тихо ругнувшись, кое-как подтянулся, устраиваясь аккурат над окном. Прошу, не смотри вверх. Вновь затаив дыхание, пристально вслушиваюсь в то что происходит снизу. Звук шагов затих перед окном. Кто-то несколько секунд стоял на месте, а потом тяжелым шагом удалился. Тут же расслабился. И стоило мне расслабиться, как штукатурка подалась, и когти выскочили из стены. — Вот б…! — моё тело полностью сорвалось со стены. Попытался зацепиться когтями, но лишь впустую проскрежетал по поверхности камня. При этом несколько когтей обломилось и выступила кровь. Невероятным усилием кое-как сумел вцепиться в окошко. Инерцией вывихнуло плечо, и я еле удержался от крика из-за острой боли. — … Фуух… Я уж думал мне крышка!.. Вот только это стоило когтей. Теперь взбираться станет ещё тяжелее, но теперь уже не вернуться — умру. Я вновь начал взбираться по стене.

Наконец приблизившись к вершине, коснулся окна большего чем предыдущие. Подтянулся. Вот только окно закрыто железом, и что внутри — не понять. Видна лишь свеча в темноте. Усевшись на подоконнике давая отдых рукам, огляделся вокруг. Видно птичье гнездо. Похоже повезло. Несколько раз сжал и разжал онемевшие ладони, затем вмиг достиг крыши, сходящей под небольшим углом. Вытащил камень из кладки крыши, испортившейся под влиянием дождей и ветра, и легонько ударил камень под ним. Превосходно, тоже слабый вроде бы. Говоря о плюсах в рождении чудищем, таковым является непревзойденные физические данные. Беги изо всех сил — никто не угонится. Бей изо всех сил — размозжишь дерево. Ну и ослабшую кладку… в определённых случаях. — И р-раз! — изо всех сил обрушил кулак на кладку. Вот только ослабшая кладка оказалась ещё слабее чем ожидал, и этим ударом я заодно обрушил кладку под собой. — Вот че… Пада… — я, вместе с приличным количеством черепицы и песка начал падение в башню. — … ть…! — но от крика кое-как удержался. Но видок у меня, наверное, был не самый лучший. Кое-как выкарабкиваясь из-под обломков, в изумлении уставился на дыру в потолке. Прекрасная лунная ночь. Но не время об этом думать. — Эй, Ведьма! Спасать… — пытаясь выбраться увидел перед собой испуганное женское лицо. Спасать пришёл — эти слова застряли в горле. Зеро смотрела на меня сверху вниз со странным выражением лица, сдерживая то ли слёзы, то ли смех. Но через мгновение это выражение сменилось ледяным безразличием. — .. Э..й?.. — с яростной силой, совсем не вяжущейся с её обликом, она ухватила меня за подбородок. Затем насильно подняла. Начал понимать ощущения девушек, на которых нападает насильник. — Чего явился? — А? — Зачем сюда явился… идиот! — Больно! — та от души приложила меня головой. От падения кое-как удержался, но вслух выразил. Слишком уж неожиданно вышло, даже зубы сжать не успел. — Чего творишь! Спасать тебя пришёл, разве не ясно! — Какое ещё спасать, лжец! Кто просил? Кто нанял? Тебя заманили, разве не понимаешь! Немедленно уходи! Это ловушка Тринадцатого! — Уходи… Не так-то просто сделать это. Сама же видела, что я с крыши упал! Я никем не нанят, и пришёл не по чьей-то там просьбе. И что значит ловушка? Какой прок меня в неё заманивать? На Альберту поставил? — Объяснять не собираюсь, и спасения от тебя не желаю. Если по стене взобрался, значит обратно по стене сползай! Ты ведь уже не мой наёмник. — выплюнув эти слова, Зеро пнула меня. Я из сидячего положения слегка приподнялся и злобно уставился на неё. — Да, именно! Твоим товарищем Тринадцатым обманут был! Поэтому явился извиниться! Дойдя до того что с парой ножей на утёс карабкался почти вечность. Из-за чего обломал когти — свою гордость. — тихонько прорычал я, показав ей болящие пальцы, на которых осталась черно-красная кровь. Но лицо Зеро осталось всё тем же ледяным, мои слова не тронули её. — Да бесспорно, виноват Тринадцатый. Ведь это он тебя запутал колдовством. Но… Причина в тебе. Ты определённо меня боялся. И Тринадцатый лишь превратил эти сомнения в пожар страха. — Вот именно! Боялся и сомневался. Но это естественно же! Не бойся ведьм — для меня это нереально, да и если наёмник не будет сомневаться в окружающих, он не жилец! И всё равно я, как идиот, по своей воле взобрался сюда, чтобы вернуться к тебе! Как насчет принять это во внимание, о моя госпожа! Какая-то слишком уж наглая просьба о принятии назад вышла. Впрочем, решимость встать на колени и извиняться, если скажет — есть. Вернее была до мгновения назад, но… Это бесполезно. На лице Зеро застыло ледяное выражение, во взирающих на меня глазах плескалось подобие ненависти. Похоже Зеро окончательно наплевала на меня. Не то чтобы я был к этому не готов, но терпеть всё равно пришлось… Вот и всё. Но хоть что-то придумать надо, чтобы привести её к Альберте и её товарищам. — Понял… Понял… Извини. Я вот что сказать… Хочу — не успел я договорить, как на меня закапала влага. Дождь, наверное — так подумалось мне, и я перевёл взгляд на пол. Затем до меня дошло что нет, другое. Зеро встала прямо передо мной. Ледяное выражение лица неизменно, в глазах читаются отблески ненависти. Но вместе с тем из глаз капля за каплей падает вода. Она стекает по щекам Зеро, ниспадает с лица прямо мне на руки. До меня не сразу дошло что это — слёзы. — Я… как ты думаешь с какими чувствами отпустила тебя? — Чт… о — С какими чувствами отпустила, спрашиваю? Хоть знаешь, как мне грустно было, когда тебя отнял у меня какой-то Тринадцатый! Ведь тебе достаточно было лишь быть рядом. Но ты в своей ненависти к ведьмам опасался и меня… поэтому, я!.. — Эй, посто… — Тебя всё же отпустила!.. — со всхлипом скривившись, Зеро, словно падая, вцепилась мне в плечи. — Зачем вернулся!.. Раз так не любишь меня… Раз боишься меня! Чего ждёшь? Чего надо. Что мне предложить тебе? Отдам что угодно!.. Потому больше — прошептала Зеро — не покидай меня!..

В версии с изображениями тут находится картинка. Так я и сидел, обнимаемый Зеро, не зная куда деть свои руки. За исключением видимого лунного света комната во тьме. Груды книг и десятки сожженных свечей. Удобный стул и кровать с подушками. Наверное именно так выглядела пещера Зеро. Это всё… твои чувства, Тринадцатый. Сила твоих чувств к Зеро ощущается здесь во всём. Словно в животе матери. Темнота, теснота, и спокойствие, столь спокойно и скучно, что тошнит. Именно поэтому, Тринадцатый… Не пойти бы тебе. Хоть ведьмы и колдуны крайне отличаются от мира, но ты абсолютно свихнулся. — Эй, сколько ещё плакать собралась, ведьма. Уж извини, но времени плакать за компанию нет. Вернись в норму, прошу. Вцепившаяся в меня Зеро в удивлении подняла взгляд. Слёзы и сопли полностью залили красивое лицо. Видеть её такой конечно спокойнее, но слишком уж, поэтому почти всё вытер рукавом. Затем подхватил на плечо, и к Зеро наконец вернулось обычное выражение. — Я… я ведь столь растрогана!.. А ты намерен своим делам приоритет отдать! Слишком жестоко! Подольше посиди поутешай меня! — Нельзя зваться наёмником, если неспособен поесть рядом с трупом умершего товарища. Что важнее, что там про ловушку-то говорила? Так что это значило то? В миг когда я это спросил, пол провалился. Свет и звук отдалились, внутренности повело вверх, словно падаю со скоростью света. Башня рушится. Нет, не так, это… — Черт… Тринадцатый! Вот оно как. Ловушка. Подняв голову, увидел, что нахожусь в месте прошлого призыва… похоже в подземелье замка. Так же, как и в прошлый раз, стоит Тринадцатый, правда несколько в другой точке. И Зеро заперта за спиной в каком-то подобии птичьей клетки. 3

— Наймит! — Зеро! — Замри. Не двигайся. На колени. — я уж было рванул к Зеро, как в следующий миг поступил согласно приказа Тринадцатого. — Чт… Како… — Я же рассказывал, что могу управлять животными, разум которых слабее. Люди же тоже животные, а эта комната — моё сокровище, создана для усиления моей ментальной энергии. — Наймит, ты в порядке! — За исключением оскорбительной позы в порядке, черт бы его побрал!.. — с большим трудом провел не слушающимся меня пальцем по полу. Тело не повинуется. И не затекло вроде бы, и чувства не пропали, но подняться всё равно не удаётся. — Тщетно. Психика озлобленного человека уступает во многих аспектах. Ах вот оно как. Ну что поделать, я импульсивный человек. Тринадцатый сделал шаг. По направлению ко мне. В этот миг Зеро закричала: — Тринадцатый, ублюдок, не прощу!.. Это моё! Мой наёмник, он вернулся ко мне! Немедля верни! — Бесполезно, Зеро. Вокруг этой клетки развернут барьер против магии. Даже тебе с легкостью его не покинуть. Ты лишь поранишься, так что сиди тихо. — Не указывай мне, Тринадцатый! — Тогда скажу по-другому. Прошу, пожалуйста, закрой глаза и зажми уши до тех пор, пока я не убью вот его, освободив твою душу. А потом я запечатаю всю твою память о нём. — Не глупи! Я такого не прощу, Тринадцатый… Тринадцатый! — крича Зеро ударила железные прутья, потрясла, подёргала. Вот только в птичьей клетке без входа и выхода, в которой не воспользоваться магией, Зеро ничего поделать не может по определению. Довольно обидно, но только смириться. Прищёлкнув языком, кое-как повернул голову к Тринадцатому. — Не мне конечно говорить, Тринадцатый. Но можно уничтожить магию и без массового убийства ведьм! И «Орден магов Зеро», который ты пытаешься подавить, и маги-отступники не смогут пользоваться магией, если вот эта вот ведьма наложит «Отторжение», и это всё разрешит. И «Книгу Зеро» вернём, и исчезнут все ведьмы, порочащие имя Зеро! А ещё, если, пользуясь появившимся хаосом Альберта, прикрываясь славой имени Сорены, направит этих новых ведьм, то волнения ведьм Веньеса сойдут на нет. Сама по себе магия не исчезнет, но если девушка справится, то технология магии разойдется вновь уже с тем назначением, которое задумывала Зеро. — быстро тараторил я, уставившись на вечно неизменное лицо Тринадцатого. — Для того чтобы её привести, я и явился. Поэтому очень прошу, будь добр, отпусти меня с ведьмой… Тринадцатый! — Уж извини… но откажу. Зеро отпустить не могу, и «Отторжение» не выполню. — … Что? — на мгновение потерял дар речи… Неужели я неправильно объяснил? Ведь цель Тринадцатого состоит в возвращении «Книги Зеро», и уничтожении всех, кто использует магию не так как задумала сама Зеро. И если цели совпадают, то причины отказывать — нет. Неужто он отказал лишь потому что я ему не по душе? — Ты же ведь хочешь как можно скорее вернуть «Книгу Зеро? И тогда… — Ничто не закончится. Бесспорно, это временно подавит волнения, и страна вернётся в норму. Ведьмы затаятся, вернувшись к худому миру. Да… затаятся, с обидой помня о случившемся восстании. — спокойно перебил меня Тринадцатый продолжая мысль. Ничто не закончится. Лишь с новыми обидами вернутся к прежнему состоянию. И что в этом плохого? Ведь это «Тот человек» с «Орденом магов Зеро» намеревались войной даровать ведьмам истинный мир, отрицая нынешнее сосуществование. Слышать такого от Тринадцатого, того кто противится им… Почему он отвергает «возвращение к прошлому»? — Вот оно что, Наймит — голос Зеро, ухватившейся за прутья клетки, отдавал сильной горечью — Цель Тринадцатого вовсе не в том чтобы вернуть «Книгу Зеро», или избавить Веньес от восстания. Это не больше чем процесс, необходимый для достижения цели… — То есть… можешь объяснить так, чтобы даже идиоту понятно было! К чему тогда стремится Тринадцатый? Разве пещеру он изначально покинул не ради возврата «Книги Зеро»? — с этим криком я воззрился на Тринадцатого. И осознал. В навершии здоровенного посоха Тринадцатого мерцает алый самоцвет. Это… часом не такой же камень как у Альберты в ошейнике? Я далеко не гений. Но интриги и стратегии в некотором роде часть профессии наёмника. Цель Тринадцатого вовсе не в том, чтобы покончить с хаосом, порождённым «Книгой Зеро» — сражением ведьм со страной, а простирается гораздо дальше. Для достижения его цели в первую очередь была необходима война. Также как и для «Того человека», укравшего «Книгу Зеро» и развязавшего войну с Веньесом. Но ведь всем известно, что Тринадцатый и «Тот человек», то бишь «Орден Зеро», враги — это любой в Веньесе знает. Тогда что? Кто «Тот человек», укравший из убежища «Книгу Зеро», распространивший магию по Веньесу. Никогда не показывающий лица?.. Где он сейчас? Я весь покрылся неприятным потом. Я видел, как Тринадцатый держит книгу. В обложке чёрного дерева. Что за книга такая? Что из себя представляет книга о колдовстве. — так я спрашивал у Зеро. И Зеро, помнится, ответила: Обложка из полированного, настолько что лицо отражается, черного дерева, корешок — золотом. И по всей обложке изящный орнамент. Именно такую книгу я видел у Тринадцатого. Словно с самого начала находилась у него. — Эй, скажи… неужели… быть не может, Тринадцатый. А что если Тринадцатый, солгав про поиски книги, покинул пещеру для распространения магии? Вместе с «Тем человеком», который убил ведьм-товарищей из пещеры, украл книгу и обучавшим магии. Тринадцатый, кто должен был вернуть «Книгу Зеро», и покинув пещеру сражался с ведьмами. Неужели… это всё один человек? — Для того чтобы покончить с охотой на ведьм, необходимо заставить народ думать, что все злые ведьмы истреблены. — раздался голос Зеро. Тринадцатый, не меняясь в лице, потупился. — А чтобы они поверили, необходимо сперва предъявить этих злобных ведьм. Дать им силу, возможность, раздуть пламя вражды. А затем демонстративно уничтожить напоказ… Иначе народ будет вечно бояться ведьм. — голос Зеро усилился, при этом мне вспомнилась речь Тринадцатого на месте казни. Его голос, вещавший что ради справедливости, ради народа необходимо охотиться на злобных ведьм. — Поэтому — голос Зеро задрожал и убыстрился — Тринадцатый скрыв имя и внешность, распространил по стране магию, как «Тот человек», и с помощью «Ордена Зеро» разжег восстание. А затем как колдун справедливости, имеющий силу им противостоять, занял место в замке короля. С самого начала… Книга не была украдена. Без зла нет добра. В прошлом, церковь, объявившая ведьм злом, стало добром в глазах масс. Точно так же поступил и Тринадцатый — Он это задумал? — дрожащий голос, скорее не вопрошающий, но подтверждающий. — И восстание «Ордена Зеро» … и буйства магов-изгнанников… сволочь, ты всё… с самого начала планировал! Тринадцатый? Люди Веньеса, по привычке полагавшиеся на ведьм, всё равно их не принимали. Это было определённо неравноправное сосуществование. Живя так ведьмы не могли быть не испытывать недовольства. Но представление о ведьмах было же гораздо лучше, чем в других странах. Присутствие людей вроде легендарной Сорены внушало людям спокойствие. Есть возможность для сосуществования. И есть пламя раздора. Поэтому-то Тринадцатый и выбрал Веньес. Распространение магии по Веньесу нарушило баланс и дало ведьмам возможность в одночасье выказать недовольство. А затем открыл охоту на восставших ведьм в качестве праведника. Всё ради «истинного мира» для ведьм. С губ Тринадцатого сорвался тяжкий вздох. — Планировал… да, пожалуй, что и так. Но и местные ведьмы и народ выбрали, решили и претворили в жизнь всё сами. Я ничего не приказывал. — голос наконец заговорившего Тринадцатого не выражал эмоций, звуча неестественно. — Они терпели долго, год за годом накапливая ненависть… я всего лишь дал ей выход, ибо если не разрешить дело, то это вечность не закончится. И в недалёком будущем в Веньесе восстание вспыхнуло бы и так. Я лишь немного приблизил его. Сражаться желали сами здешние ведьмы. Именно поэтому они и действовали согласно моего плана. — Какого плана!.. это же интрига, вот что это — прохрипел я, не в силах толком пошевелиться. Но Тринадцатый не выказал и капли волнения. — Позволь тебя слегка поправить, Зеро. Я вовсе не подстрекал «Орден Зеро». Мы лишь распространяли магию по Веньесу. «Ордену магов Зеро» было начертано стать праведной силой, сосуществующей с людьми. Но они предпочли путь, ведущий к собственной гибели. — Путь к собственной гибели, говоришь?.. — Именно. Встали на неверный путь предав доверие людей наихудшим из способов — «Ночью возмездия». Так что следовать по пути праведника пришлось мне. Спасти короля, атакованного ведьмами, оберегать, отыгрывать защитника справедливости, которого жаждали люди, вот до чего дошло. Вот же… Я ведь даровал им имя Зеро ожидая что они станут поборниками справедливости, а в итоге вышло наоборот. Вот поэтому-то реальность — зловредна. Слишком многое учитывать, ничто не идёт согласно плана… Так что пришлось потратить целых десять лет. — Тринадцатый поведя плечами слегка вздохнул и раздраженно вскинул брови. — За недопонимание — месть, за месть — другая месть… А на пике войны и рождение новой страны, сей процесс везде печален и грязен. Тебе не стоило этого знать, Зеро. Достаточно было ждать меня в пещере и потом принять созданное мной государство, в котором ведьмы почитаются как символ справедливости, мир в котором магия — благородное искусство. Все что тебе осталось бы — просто править этой страной в качестве той, кто породила магию, сама олицетворение процветания и мира. — Дурак! Ты думал я желаю подобного, Тринадцатый? Мне достаточно было бы и твоего возвращения, только!.. — Ты ведь некогда сказала, что хочешь увидеть небо. Зеро резко умолкла. — Небо — шепотом повторили её губы. — Ты же ведь мечтала о мире за пределами пещеры. Сама же говорила, что было бы замечательно будь такая страна, в которой можно было бы распространить магию «Книги Зеро», чтобы люди признали её удобной и зажили счастливо. Я действительно сказал, что эта технология может уничтожить мир. Но ты всё равно продолжила книгу Зеро, словно воплощая детскую мечту. Тогда я решил подарить тебе эту мечту. Всё с тобой ясно, Тринадцатый. Вот и выползло твоё сумасшествие. — Пробил час создать такую страну, Зеро. Скоро всё кончится. Семена посеяны. Вроде она себя Альбертом называла… все ведьмы, слышавшие слова внучки Сорены, все, избравшие сражения, явятся за мной. Ко мне, «тому человеку», которому они клялись в верности ведьмовским контрактом на крови Ведьмовской контракт на крови и исчезновение за его нарушение. Наконец слова, услышанные от псоголового получили объяснение. — Маги-отступники пытались убить Тринадцатого? — Они исчезли без боя, наказанные «тем человеком.» Да… теперь ясно. Таков план. Для изучения магии вступают в «Орден Зеро», при этом необходимо принести клятву в верности «Тому человеку» с помощью ведьмовского контракта на крови. И маги-отступники изначально тоже учились магии в ордене. Другими словами, практически все ведьмы, использующие магию, поклялись в верности Тринадцатому. Поэтому ведьмы, взявшие заложников для того чтобы убить Тринадцатого умерли по ведьмовскому контракту на крови. Сейчас может произойти нечто подобное, причем гораздо в более огромном масштабе. «Орден магов Зеро» и маги-отступники. Две обычно противоборствующие силы. Но ради нападения на Тринадцатого объединятся, легко представить картину как они сейчас собираются где-то. И явившиеся для атаки на Тринадцатого группы ведьм все до единой исчезнут в момент. То есть злобные ведьмы исчезнут на глазах боящегося их народа. Останется лишь один Тринадцатый. И его «справедливость» станет непоколебимой. Такова цель Тринадцатого. — Быть не может! — крикнула Зеро, тряхнув прутья клетки — Быть не может, быть не может, быть… Ты всерьёз намерен убить всех ведьм здешних земель?! Ты хочешь чтобы по моей вине погибли и древние ведьмы воплощающие собой мудрость, и молодые, питающие надежды! — Умрут лишь ведьмы, выбравшие сражения. Глупые, нетерпеливые люди, доверившие всё никому не известной подозрительной личности «Его». Такие изначально — мусор, не достойный иметь силу. Мудрые древние ведьмы же сейчас, затаив дыхание, ждут пока не стихнет буря. Результат нетерпения. Сами виноваты. Сами выбрали, сами сражаются, по своей воле и умрут. Вот оно как. Действительно, к таким жалости — не нужно. Только, Тринадцатый. Столь любимые тобой факты… они далеко не все удобны тебе ведь. — А как же Сорена? — простонал я изо всех сил, при этом всё ещё не в силах пошевелиться. Ледяной взгляд Тринадцатого направился на меня. — Скажешь, она тоже была нетерпелива? Желала сражений? Кто создал возможность для «Ночи возмездия»! Кто распространил болезнь! Сорена же использовала колдовство для спасения деревни! — Я же сказал, что всё это — выбор ведьм здешних земель. Одна из ведьм, выучившихся магии, проявила интерес к колдовству, как к её истоку, и провела колдовской эксперимент по распространению болезни. И пусть даже ради изгнания болезни, Сорена прекрасно знала, что провести заметный ритуал в момент, когда подозрения к ведьмам на максимуме, означает разжечь людскую ненависть. Но всё равно она использовала колдовство по своей воле. Эй, псоголовый. Твоя уверенность не оправдалась. Болезнь вызвал не «Тот человек» — Тринадцатый, а никому неведомая ведьма-отступник… Однако в любом случае возможность создал Тринадцатый. Впрочем, выбор действительно был за Сореной. Даже зная, что спася деревню будет атакована, всё равно спасла их. В таком ключе действительно можно сказать что она нетерпелива. — А что тогда… с Альбертой? Она действительно выбрала сражения. Нетерпелива, но ещё ребёнок же! Родители убиты, а последний оставшийся в живых член дорогой семьи… наставник! Сожжена по навету! И в качестве наказания ты предлагаешь костёр! — прокричав, вложил силу в тело и смог чуть-чуть приподняться. В глазах Тринадцатого промелькнуло раздражение. Значит психика разозлённого человека уступает во многих аспектах, да. Тогда не злись, Тринадцатый. Или тебе не по душе то что я излагаю истину и факты? — Не стоит так поступать, Тринадцатый. Игнорируешь неприятные факты? А как же твой и Зеро наставник? А ваши товарищи? Глупы, нетерпеливы, желали войны?! — Отрицающие перемены, предпочитающие запереться — тоже глупы! Затворившись в глубине пещеры, день за днём споря об одном и том же! В какой-то момент они перестали размышлять, то есть уже давно умерли. Единственной жаждавшей перемен была Зеро. Указала мне на мир снаружи, даровала выбор и убедила. Но они в итоге воспротивились. Боясь силы Зеро не допускали её ни до чего. — А как насчёт Зеро! — на мгновение Тринадцатый ясно переменился в лице. В глазах отразилась явная ненависть и презрение. Похоже ревнует. Как же я рад, Тринадцатый. Ты ревнуешь к такому как я. Благодаря чему слегка смог пошевелить телом. — Ты хоть раз дал Зеро выбор? Спросил, чего она хочет? Погляди на неё как следует, Тринадцатый. Ты думаешь она простит совершённое тобой? Когда-нибудь с улыбкой поблагодарит за то, что ты устранил мешающих колдунов? На мгновение взгляд Тринадцатого сместился к Зеро. В этот миг я поднялся и сорвался с места. Не медля сократил расстояние до Тринадцатого и изо всех сил бросил вещь, вытащенную из сумки. Она пролетела к Тринадцатому и разбилась о твёрдый пол. Тринадцатый, чью щёку лишь поцарапало осколком, резко взмахнул рукой словно рассекая воздух. С неё сорвалась маленькая молния, и я упал на пол. — Наймит! — Зеро протянула ко мне руку через прутья. Хочется схватиться, но не сейчас. Подожди немного. — Черт, сдерживаться тяжело!.. — зловеще выплюнул Тринадцатый. И это по-твоему сдерживаться? Статическое электричество я давно ненавижу, но так куда хуже. Не подняться. Впрочем, пусть. Тринадцатый с силой ударил посохом по полу. При этом на полу образовался круг, окружающий его, и одновременно слабое пламя окружило меня… Магический круг. — На тебе нет вины. В другой ситуации я бы оценил твоё упорство, с которым ты ради Зеро вскарабкался при помощи всего двух ножей, и с радостью оставил бы тебя слугой Зеро. Но… она к тебе слишком привязана. Я злобно воззрился на Тринадцатого сквозь колеблющееся призрачное пламя. — Тогда и на том, кто оставил её в пещере одну, виноват в том, что она возрадовалась спустя десять лет найдя себе простого собеседника… Не вини меня, Тринадцатый… И тем более не стоит винить Зеро. Это ведь ты отобрал у Зеро товарищей и даровал одиночество, раня её этим, не так ли?! Ты хоть представляешь, как она скучала по разговорам?.. По людям? — Всё это ради Зеро! — Не лги тут! Всё ради тебя самого, Тринадцатый! Ты просто хотел поступить так! Или я не прав?! — Хочешь сказать, что всего за несколько дней с ней… сумел её понять? Не смеши! — Ты совсем идиот! Кто бы смог понять столь ненасытную, не имеющую ни капли скромности, ленивую самодовольную и эгоистичную ведьму без капли здравого смысла. Но знаешь, Тринадцатый. Я ни за что подобно тебе не навяжу своей доброты, не затворю такую красавицу, не разозлю и не доведу до слёз. Я мужик и наёмник. Суть этого занятия, которым восхищаются девушки, в том, чтобы за вознаграждение подчиняться приказам хозяина! А, да, забыл сказать, Тринадцатый — я засмеялся, обнажив клыки. — Твою благодарность я не приму. Я и сейчас наёмник ведьмы, и награду свою получу от неё… Так что я вернул. — Что? — Полученное от тебя зелье. Тринадцатый побледнел и обернулся к клетке. Но уже поздно. Жидкость, пролившаяся из разбитой склянки, коснулась круга, запечатавшего Зеро. На миг вспыхнул тусклый свет, и круг исчез с пола. — Сволочь!.. Тринадцатый хотел что-то сказать. Но в следующий миг раздался оглушительный грохот, и удерживавшая Зеро клетка разлетелась на кусочки. — Знаешь, Наймит. Это называется использовал, а не вернул. Отряхиваясь от кусочков металла, Зеро сделала шаг из разрушенной клетки. — Не наговаривай на человека. Я ведь бросил в Тринадцатого. Но он необдуманно увернулся, и по несчастливой случайности разбилась. А что уж случилось потом, это не моя вина. — Изворачиваешься словно демон… Мне это вполне по душе. — радостно хихикнув пожала плечами Зеро. И затем, стерев эмоции, взглянула на Тринадцатого. — Тринадцатый. Мой единственный собрат, последний товарищ. — Зеро, отступись. Ты сейчас не в состоянии сражаться со мной. — Ты поглощал силу каждой убитой ведьмы, за счет чего поднялся в магической силе, Тринадцатый? Неужели забыл причину, по которой я — Зеро, а ты — Тринадцатый? — Ведьма грязи… тебя именовали так за то, что ты способна из ничего создать всё и всё обратить в ничто. Но знания и навыки со временем превосходят талант. — Так может проверим? Тринадцатый, я слегка недовольна!.. Едва она это сказала, тело её окуталось черным туманом, в миг выстроившимся в магический знак. Зловеще прищёлкнув языком, Тринадцатый с секундным опозданием вырисовал аналогичный. В тот же миг окружавшее меня пламя исчезло. Похоже даже Тринадцатый не в состоянии удерживать несколько заклятий одновременно. Они одновременно зачитали заклинание: — Ард герд ин де коа диа зейя — именем взирающего с вожделением и отчаянием короля отчаяния явись из врат гнили, что в глубинах тьмы. В следующий момент мир изменился. Стены и пол подвала с треском рухнули, а из тьмы, развернувшейся под ногами что-то… выползает нечто, от чего волей-неволей мороз по коже. Страх охватил всё тело, впиваясь своими клыками в самую душу. — Связанный контрактом на крови и плоти раб раздоров. Явись же к глупцам и пожри всех их! — Связанный контрактом на крови и плоти слуга раздоров. Явись на банкет глупцов и пожри всех их! — Запретная глава. Последнее слово. Сектор Медис! Признай меня, я Тринадцатый! — Запретная глава. Последнее слово. Сектор Медис! Признай меня, имя мне Зеро! И тьма взорвалась. Мрак за спинами Зеро и Тринадцатого завозился, пытаясь пожрать каждого из них. Затем столкнулся сам с собой, и начал пожирать сам себя. Чувствуется запах крови. Запах смерти, запах поля боя… Меня сильно потянуло на тошноту. Тьма, пожирающая тьму… обе они напоминают группу людей. Вцепившись друг в друга пожирают, убивают, кричат, ухмыляются. Эту магию создала Зеро?.. Для чего? Ведь как ни смотри, на магию полезную в охоте, для защиты или помощи это… не тянет. Страх, поднимавшийся вместе с тошнотой вызывал желание с криком убежать. Но куда? И как? В этот момент раздался глухой звук. Подняв голову, я округлил глаза. Тринадцатый заскрежетал зубами, на лице проступила боль. Взгляд же спокойно улыбающейся Зеро стал цвета окружающей тьмы, тихонько подрагивая при этом. Разница очевидна. Зеро полностью превосходит Тринадцатого. Содрогающаяся тьма все ближе и ближе передвигается к Тринадцатому, слышится зубовный скрежет. — Быть не может… чтобы настолько отли… кх — Тринадцатый, опадая, поперхнулся кровью и замер на коленях. Палец, который он выставил перед собой, словно пытаясь отогнать тьму резко окрасился кровью. Не пойдёт, он не выдержит. Тринадцатый умрёт… От рук Зеро. — Зеро! Прекрати! Победа предрешена! — прокричал я. В тот же миг колени Тринадцатого подогнулись, и он упал. Глядя на тьму, собирающуюся пожрать его, тело само понесло вперед без раздумий. Почему я… такого как он. Задумываться об этом было поздно. Я распростёрся на полу, прикрывая Тринадцатого, и сжал зубы, практически готовясь к смерти. Как мужчина и наёмник, я бы хотел умереть, прикрывая Зеро. Но погибать, защищая Тринадцатого — вот смех-то. С шелестом надвинулся кровавый ветер. В тот же миг вернулась тишина, и я крайне неохотно, всё ещё прижимая Тринадцатого к полу, со страхом поднял лицо. — Почему?.. Жив… — Зеро! — воскликнул Тринадцатый, отталкивая меня. В следующее мгновение я отлетел с нешуточной силой, жалко распластавшись на полу. Что произошло-то? Последовав взглядом за Тринадцатым, узрел Зеро в крови. Почему Зеро?.. Ведь она же определённо победила. В той ситуации Тринадцатый никак не мог вырвать победу. Ч-что за дела-то! Почему Зеро ранена! — Не понимаешь что ли! Зеро приняла на себя твои ранения. Наверняка у тебя где-то на тебе есть печать проклятья, связывающего тебя с Зеро. — Такого… Нет у меня — хотел крикнуть в ответ, но резко дошло. Мне вспомнилось как во время купания в Фомикаме Зеро что-то начертила. Неужели… тогда? Она ведь действительно говорила «не устанешь благодарить меня». — И чтобы разорвать эту духовную связь, необходимо или чтобы она сама сняла заклятье, либо чтобы ты умер внутри моего барьера. Иначе я бы давно тебя в угольки обратил! И наконец до меня дошло. Что произошло ночью того дня, когда нас поймал Тринадцатый… иными словами в ночь, когда я расстался с Зеро. На меня напала ведьма, наведённая псоголовым, и определённо пронзила мой живот магией. Из слов Альберты ясно что Зеро ровно в тот же момент упала, истекая кровью. Получив попадание я остался невредим, но взамен ранена была Зеро. Не стрелять, в Зеро попадёте. — теперь эти слова Тринадцатого получили объяснение. — Ты чем думала то! Какой хозяин защищает наёмника, тупица! Эй, Тринадцатый, сделай что-нибудь магией главы Защиты! — Несмотря на то что в «Книге Зеро» объединены четыре главы, для каждой из них нужен абсолютно различный талант. Я не умею использовать Слова Защиты… Зачем ты меня прикрыл! — Замолчи а! Прихоть такая! И вообще это же ты во всем виноват! — крикнув в ответ услышал бессильный смех. Зеро… Похоже жива. — Два здоровенных парня же… не скулите. Неприглядно. Это пустячная царапина. Магический круг оберегает заклинателя от заклинания… но из-за того, что прошло через Наймита, у меня слегка кожи поубавилось… бо-больно — абсолютно не волнуясь произнесла Зеро, медленно поднимаясь. — Впрочем мне, пожалуй, замутнило сознание силой. Контролировать почти не удалось. Если бы Наймит не вмешался, я бы, наверное, убила Тринадцатого. Тринадцатый расширил глаза: — Ты пыталась… сдерживаться? При такой силе? — Поражен разницей в таланте?.. но к сожалению эта разница не в нём. Разница в том, как произнёс заклинание. — Что? — Понимаешь, Тринадцатый, та книга… Подделка — так и читалось в ухмылке Зеро. — Неужели не заметил? Вот дурак. Всё же я. Всё же я гений. Да уж, как много можно передать одним лишь лицом. — Содержит в себе ошибки. Некоторое количество. У Тринадцатого отвисла челюсть. А поскольку он обычно не выражает эмоций, смотрелось это крайне жутко как по мне. — Что?.. Ошибки! Ты записала ошибочные заклинания, выходит! — Не говори глупостей. Я — гений. А гении не совершают ошибок. — Тогда ошибки… — Повтори-ка заклинание ещё раз. Со второй строчки. Вместе прочтём на раз-два? Тринадцатый послушался Зеро, как та и велела. И после отсчета повторил. — Связанный контрактом на крови и плоти раб раздоров. Явись же к глупцам и… — Связанный контрактом на крови и плоти слуга раздоров. Явись на банкет глупцов и… Чтение прервалось. И Тринадцатый схватился за голову, словно гений попавшийся на простейший вопрос… Вот оно что, действительно отличается. Если вспомнить, то Альберта тоже добавлял в конце «я Альберт(а)», но Зеро непременно добавляла «имя мне Зеро». — Получается что? В «Книге Зеро» заклятия записаны с ошибкой, и при произнесении заклинания с ошибкой его сила снижается? — Крайне падает. Да я ненасытная, не имеющая ни капли скромности, ленивая самодовольная и эгоистичная ведьма без капли здравого смысла. Но при этом я гениальная ведьма. Никогда не забываю о подстраховке. — издевательски проговорила она с насмешкой уставившись на меня. Я отвел взгляд. Ведь правда же. И чего обижаться. — Вообще в большинстве случаев книги по колдовству записаны шифром, непонятным никому кроме написавшего. Например, если в ингредиентах указаны мышиные внутренности, на самом деле надо класть лечебные травы. Разумеется и в «Книге Зеро» есть подобные ошибки. И чем выше уровнем магия, тем больше ошибок надо игнорировать, иначе заклятие не запустится. — А! — вскрикнул я. Когда Альберта пожаловалась «магия совсем не хочет запускаться так, как описано в книге», Зеро заявила что так и должно быть. — Так вот что за защитные механизмы в книге! Выходит, ошибки в книге и впрямь были?! — Это же ожидаемо ведь? Так что с магией из «Книги Зеро» меня ни за что не победить. Поэтому я победила даже сильно сдерживаясь. Запусти я что-нибудь с быстрой активацией, ты бы не успел даже ответить магией. Всё ещё схватившись за голову, Тринадцатый звучно осел на пол и тяжко вздохнул. — То-то… слишком уверенна была… Слушая отрывистый смех Зеро, оглядел полуразрушенное подземелье, в котором стало лучше видно. Стена со стороны утёса обрушилась из-за магии Зеро, и через дыру виден лес в лучах утреннего солнца. Я взбирался по стене глубокой ночью, а сейчас похоже уже рассвет. — Итак… Тринадцатый. Твои хитрые схемы по распространению магии в Веньесе, поднятию восстания, подавлении в качестве праведного колдуна и правлению страной ради создания идеального государства для ведьм, раскрыты, но… сейчас ведьмы Веньеса наверняка где-то собираются чтобы уничтожить тебя. Так что не удивлюсь, если В 2-3-дневный срок повсюду произойдут крупномасштабные нападения. Точно. Из-за попытки сожжения Альберты крайне повысились шансы что ведьмы нападут на Тринадцатого. Ещё не конец. — Как недавно предложил Наймит, если я объединюсь с внучкой Великой Сорены, с той юницей, то смогу запечатать магию, то исправлю свою ошибку… ошибку «Книги Зеро». По вине некоего глупого нетерпеливого идиота ситуация стала гораздо серьёзнее и сложнее, итак… — Зеро прервалась, приподняв уголки рта — Тринадцатый… что ты будешь делать? Тринадцатый медленно приподнял голову и вызывающе взглянул на Зеро. При этом его посох отброшен в угол комнаты, и идти за ним он, похоже, совсем не собирается. Тринадцатый выглядит абсолютно утратившим волю к борьбе. — Посмотрим… — медленно ответив, Тринадцатый встал. — Я намеревался получить эту страну лишь затем, чтобы передать Зеро. Я думал, что таково её желание. А раз это не так, то мне эта страна совсем не интересна. Что за слова такие, от ввергшего Веньес в Хаос. Такое чувство что он не эгоцентрист, а скорее Зероцентрист. Тринадцатый легонько махнул рукой, и посох валявшийся на полу взлетев, вернулся к нему в руку. Капля за каплей течёт кровь из руки Зеро, изрезанной в результате сражения. Но невзирая на это Тринадцатый спокойно протянул руку к Зеро, сидящей на земле, и помог встать. — Зеро… Всё будет как ты пожелаешь. 4

С победой над Тринадцатым ситуация совсем не сменилась к лучшему. Воодушевлённые речью Альберты сейчас наверняка где-то собираются ведьмы, и в недалёком будущем они атакуют Тринадцатого. Момент крупномасштабного конфликта, вполне способного развалить страну и исчезновения ведьм под действием ведьмовского контракта на крови — близится. Именно его предотвращением и занялись те двое, но… Но как и ожидалось все пошло не так. Люди, не имевшие силы, получили таковую, наконец-то ощутили вкус власти, и им вдруг предлагают лишиться её. Само собой, с подобным никто не согласится, а того, кто не смотря на несогласие, возьмётся за такое будут останавливать всеми силами. Таким образом пока я карабкался на утёс, находил Зеро и пререкался с Тринадцатым, дела у Альберты, проводившей подготовку для создания барьера, обернулись не очень хорошо. Ведь только-только закончилась подготовка для «Уничтожения Тринадцатого по слову Её». Предвкушавшие решающие битву члены «Ордена магов Зеро» и маги-отступники наверняка обозлились, узнав о действиях Альберты, которые и предательскими назвать можно. И похоже что решили повременить с Тринадцатым, сперва убив Альберту, намеревающуюся отнять магию и будущее у ведьм. Вчерашний союзник — сегодняшний враг… Похоже объединяться ради общих интересов умеют не только наёмники, но и ведьмы. Разумеется Альберта тоже не ждала собственной смерти сложа руки. Но их задавили числом. Казалось бы вот-вот благородной душе придётся покинуть сей бренный мир, как… перед глазами девушки встал наверное самый невероятный пейзаж в её жизни. — Слова Захвата. Глава 8. Каплата! — призванные ясно прозвучавшим голосом бесчисленные ветви и корни поднялись с земли, и связав всех нападавших на Альберту, повалили на землю. Лежащий на земле, вероятно поваленный Псоголовым для защиты, Альберты так и вытаращил глаза, узрев человека, в молчании распростёршего руку. Вот именно, на… — Т… Тринадцатый?! — солнце поднимается прямо за его спиной, придавая ему вид натурального злого колдуна. — И я здесь. — И я. Казалось что Альберта готова с криком сбежать хоть сейчас. Но едва мы показались ей на глаза, девушка только и смогла что открывать-закрывать рот в ошеломлении. Ну, оно и понятно. Я бы на её месте тоже так себя вёл. Незадолго до этого… После того, как Зеро победила Тринадцатого, и тот решил помогать Уж не знаю, как так возможно, но похоже, что Тринадцатый каким-то образом способен в деталях узнавать о действиях «Ордена Зеро». И ведая о планирующемся задал глупейший вопрос: «Тут похоже немного внучку Сорены убить пытаются, вас это устраивает?». — Нет конечно! — выкрикнул я, и с сожалением вылетел из замка, и запряг в повозку быстрейших в стране лошадей. Настоящий момент. Это место вроде как прежде было входом в Школу, находясь в лесу неподалёку от Латетта. Повезло, мы чуть не опоздали с прибытием. Для мирного окончания войны необходима помощь Альберты. Так что Зеро тоже в кои-то веки спешила, да и Тринадцатый был на удивление сговорчивым. Вот только для мелкой, не знающей всего этого, единственные товарищи явились за компанию со злейшим врагом. В такой ситуации любой бы закричал. — Почему вы вместе с Тринадцатым! И почему Тринадцатый меня спас?! Ну вот. Закричала. Тринадцатый тяжко вздохнул. Похоже вздохи — его вредная привычка. — Объяснять долго, да и времени нет. А ты вроде как в окружении… Так вот, с подходом к ним подкреплений будет проблемно, поэтому скажу прямо: я — лидер «Ордена магов Зеро». Проще говоря тот, кого вы зовёте «Он». — Ч… чтооооо?! Слишком уж прямо, Тринадцатый. Альберта вон глаза закатила, того и гляди в обморок грохнется. — Тринадцатый — злодей стоящий за всем, и как истинный злодей сменил сторону, как-то так, дитя. — Сменил сторону… но это ведь… Тринадцатый же?! И как так?! Тринадцатый — «тот человек»?! Но ведь он же противник «Ордена Зеро»?!. — Говорю же план такой, самолично сокрушить созданную им же группировку магов. Тринадцатый представ воплощением справедливости перед народом, таким образом намеревался достичь «истинного мира» для ведьм. Для его схемы необходимы были как добрые, так и злые ведьмы. И обе стороны отыгрывал он, Тринадцатый. — Б-быть не может! Будто я п-поверю во всё эт… После моего объяснения Альберта ещё больше запуталась. Вероятно слишком уж большой шок. Наблюдая за озадаченной девушкой, Тринадцатый помахал перед ней посохом, показывая украшение. И девушка увидела наши фигуры в отражении сияющего алым камня. — Все драгоценности в чокерах «Ордена Зеро» были частью этого камня. Соответственно в этом орбе я могу наблюдать за действиями всех, кто носит чокер, и управлять ими. Я знал всё: и то, что Зеро встретилась со зверочеловеком, и то что ты собралась запечатать магию. Так мы и поспешили сюда… Таких объяснений хватит? Альберта коснулась собственной шеи и сорвала чокер. Вероятно ей крайне неприятна мысль что она целый год ходила не снимая его. Она тревожно взглянула на Тринадцатого, во взгляде так и читалось, что всё ещё трудно поверить: — Действительно ли… Тринадцатый — «Тот человек»? И украл «Книгу Зеро», распространяя магию тоже?.. — Именно. Уча магии всех без разбора поспособствовал появлению магов-отступников. Затем намеревался подавить их «Орденом магов Зеро», представляя их народу как праведных колдунов, достойных доверия. С этим планом я прибыл в страну. Но… Смерть Сорены смешала все планы. «Орден магов Зеро» устроил «Ночь возмездия», из-за этого став олицетворением зла и страха, так что позицию добра пришлось занимать мне. Смерть Сорены. Эти слова придали Альберте сил, и она с ненавистью воззрилась на Тринадцатого. — Да иди ты! Значит из-за того, что ты распространил инфекцию Сорена попалась в ловушку и была убита! Планы изменились? Ты наверняка с самого начала это планировал!.. — Вовсе нет, дитя. Причиной болезни стала колдунья-отступница, которой магии было недостаточно, и она провела эксперимент с тем, что лежит в основе — колдовством. С Тринадцатым это не связано. — ужасающе спокойно и расслабленно проговорила Зеро Но само собой Альберта отмела это: — Даже если так, всё это потому что Тринадцатый принёс магию в Веньес! Распространяя её как попало, подогрел восстание — Тринадцатый! Неужто вы думаете, что если он напрямую не участвовал, то прощу? Тринадцатый — убил мою бабушку! — Эй, успокойся, дитя. Сейчас не время разводить такие разго… — попытался я успокоить девушку, но меня прервал Тринадцатый: — Нет, она права — он направил взор на Альберту, и не стал отводить его. Альберта, несмотря на свою боязнь, тоже уставилась на Тринадцатого. И вот… — Прости меня… — крайне легко извинился тот, но вместе с тем звучало крайне тяжело. Такое вот странное извинение. Альберта так и застыла с распахнутым ртом, пытаясь удержаться от слёз. — Великая Сорена… была ведьмой, мудрость которой превосходит моё нетерпение. Её смерть переменила всё. Ради того, чтобы всё изменить, она выбрала смерть. В тот день, заметь я охоту на ведьму чуть раньше, я бы может успел её спасти. Я не перестану сожалеть об этом. Я хотя бы раз… хотел с ней повстречаться. — на обычно невыразительном лице Тринадцатого в кои-то веки появились признаки страданий и сожаления. Колдунья-отступница посеяла болезнь ради эксперимента. Чтобы изгнать болезнь Сорена использовала колдовство. И жители деревни подумав, что причина болезни — Сорена — убили её. Это единственный и самый крупный просчет Тринадцатого. Он даже представить не мог, что Сорена решит пожертвовать собственной жизнью ради людей. — У тебя, как у внучки Сорены есть право ненавидеть меня, убить меня. Не считая Зеро, ты единственная, из чьих рук я клянусь принять смерть не сопротивляясь… Поэтому, прошу, дай мне шанс исправить собственную ошибку. Твоя помощь нам нужна. — Как же… — шевельнулись губы Альберты. Но продолжения не последовало. Прерывая тишину, в которой так и читался отказ, Тринадцатый приподняв уголки мантии, уселся на землю скрестив ноги. Вероятно, он просчитал исход разговора. Вернувшись к обычному повелительному поведению, он пронзительно взглянул на Альберту, и задал вопрос: — Что с магическими кругами? У-у — произнесла девушка. После долгой паузы последовал шёпот: — Не закончены. Да и нарисованная часть вероятно стёрта… Никто помогать не хочет!.. Все ведь так жаждут одолеть Тринадцатого, но почему-то разозлились на предложение уничтожить магию… — Ну, любой поступит так, услышав, что магия, на практику в которой он потратил годы, по чьей-то воле вдруг может исчезнуть. Никто не согласится. — произнес я. — Пожалуй оно так и есть — в ответ на мои слова повысила голос Альберта. Да и я сам, скажи мне, что ни с того ни с сего взрывчатка под запрет попадёт, буду возражать. Научиться обращаться с ней потребовало прилично времени, да и иметь её под рукой по-своему удобно. — Но до тех пор, пока, пусть и насильно, не убрать магию, ведьмы, что явятся меня убить, исчезнут под влиянием условий контракта. — То есть, пока они не нападут на Тринадцатого — не исчезнут?.. Тогда почему-бы тебе не исчезнуть из этой страны? — провокационно вопросила Альберта, на что Тринадцатый тяжело вздохнул, словно показывая своё отношение к плохому ученику. Но в противоположность Зеро, объясняющей с радостью, Тринадцатый в этой роли выглядел крайне недовольным. — Если я исчезну, кто защитит Веньес от ведьм? Множество людей, у которых силы нет, убьют. Не встречая сопротивления, ведьмы с легкостью захватят страну. И контролировать их, прежде ненавидимых всеми и познавших вкус невероятной силы, можно будет только силой… Но есть ли она у тебя? — Разумеется… нет — горько прошептала девушка. Она сама раньше признала, что ей далеко до Тринадцатого. Поэтому она не настолько глупа, чтобы сейчас заявить: «есть». — Значит, кроме отмены магии ничего не остаётся. Нарисуй на бумаге чертёж магического круга. Я нарисую его на земле. — Тринадцатый? Но как… — Использую призыв. По сравнению с переносом людей, перенос чертежа на землю в разы проще. — Слушай, ведьма, как бы сказать-то… какой-то он до странности надёжный... — Если довериться ему — он крайне надёжен. Вот только обычно нет ему веры. Взглянув на сделанный Альбертой чертёж, Тринадцатый немного подумал, после чего оторвался от чертежа: — Веньес — страна, окружённая цепью гор. Для того чтобы в этой цепи расположить пять кругов, затем объединить их, необходима сложная магия. И хотя нарисую круги я, управлять будешь ими ты, Ведьма Лунной Песни. И откат будет весомым. Будь готова к тому что ты, так же, как и остальные ведьмы, лишишься возможности пользоваться магией и колдовством. — П-понимаю я, столь очевидное! — Основа — «Отторжение» в исполнении Зеро… Зеро. Необходима голова зверочеловека. Само собой, у меня по спине пробежал холодок. Псоголовый тоже посерьёзнел в лице. — Для того чтобы демоны признали «Отторжение», наложенное на здешние земли, необходим призыв высшего демона, командующего демонами из «Книги Зеро». Но в недавней мелкой стычке мы оба потеряли много магической силы. Так что без должного подношения проконтролировать демона не удастся. — Эй-эй-эй, минуточку-минуточку! Не говори это столь спокойно! — Именно, Тринадцатый! Я не прощу если ты пожертвуешь голову Братишки! Эй, сволочь псоголовая. А ну не подставляй меня одного в угрозу. Может тебе голову здесь и сейчас снести, пёс вшивый? Вот только Тринадцатый тоже почему-то уставился на меня. На одного меня. Вот черт. Они оба нацелились на мою голову. — В противном случае множество ведьм и людей умрёт. Если в двух-трёхдневный срок не запечатать магию, то ведьмы со всей страны придут убивать меня, создавая своей магией ещё большую панику. Вот только потраченная магическая сила ни в два, ни в три дня не восстановится. — И ты предлагаешь мне умереть?! — невольно поднял я голос, на что Зеро ударила меня кулаком по плечу. — Не скули, Наймит. Я тебя ни за что не убью. Только знаешь, Наймит. Нас устроит и голова вместе с телом… мы собираемся одолжить тело. — Т-тело. Как это!.. — Раз нужно всего лишь чтобы он признал меня, достаточно будет лишь призвать его в твоё тело. Так и нагрузка на меня будет меньше. Ну, есть правда в подобном ритуале с участием зверочеловека есть нюанс о котором надо предупреди…. Не рассуждай с таким спокойствием о подселении демона ко мне в тело, ведьма. Альберта, конечно, для гадания на местоположение Зеро подселяла демона к себе в тело, но это что, мне подобное проделать? Нихрена не смешно. — Не пойдёт, Зеро! Бесспорно, демон будет рад оказаться в теле зверочеловека, вот только… если ты не справишься с контролем, и он вырвется, сей стране придёт конец! — Не вырвется. Я — Ведьма Грязи, та что с детства взывала к демонам, заключавшая с ними контракты без даров, гений во плоти. С демоном, который будет лишь духом, я справлюсь даже с нынешним своим истощением. — Но!.. — Я конечно обожаю спорить, но сейчас времени немного нет… Скажу сразу, Тринадцатый. Я не убью Наймита. Поскольку у нас с ним договор — и Зеро продемонстрировала мне большой палец с ранкой…. Ну да, времени действительно нет. Со стороны ведьм, обездвиженных магией Тринадцатого, и в лесу с разных сторон поднимаются дымки. Звук приближающихся шагов. Похоже это изо всех сил бегут ведьмы, желающие предотвратить ритуал запечатывания магии. Если мы сейчас отступим, то по всей стране наверняка немедля вспыхнут яростные беспорядки. Чем меньше жертв, тем меньше потом головной боли. Так что ничего не остаётся, кроме как провести ритуал. — Вот такие дела, Наймит. Я понимаю что тебе страшно. Быть может это непосильная просьба, но… — Зеро воззрилась прямо на меня — Прошу, не мог бы ты поверить в меня? Лицо Зеро крайне серьёзно. Но здесь и моя жизнь решается. После некоторых внутренних споров, произнёс: — Нет уж! — отказал от всей души. Неудивительно что Зеро ошеломлена. — Т-ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты о ситуации подумал! Даже демоны о мире больше беспокоятся! Выслушивая знакомую фразу, я шмыгнул носом и взглянул вниз, на Зеро: — Да плевать мне на мир, мне себя жальче всех. Я не настолько добр, чтобы согласиться если меня попросят… Ты понимаешь, о госпожа моя? На миг Зеро застыла. Пристально вгляделась мне в лицо, после чего сухо усмехнулась: — Вот как. Верно… Именно так. Я — твой наниматель, а ты — мой наёмник. Тогда скажу по-другому: это приказ! Поверь в меня, Наймит. Я ни за что не убью тебя. Скрестив руки, я взглянул в небо. Я — наёмник. Наёмник — подчиняется приказам нанимателя. Сколь бы не был безумен приказ, если он от нанимателя — я должен смириться. — Ну… раз это приказ, то ничего не поделать. — произнёс с натянутой улыбкой. Уж извини за столь неприкрытую фальшь, я трус с рождения, как-никак. Зеро, умиротворённо улыбнулась… после чего стала крайне серьёзна: — Итак… Начнем церемонию запечатывания магии. Тринадцатый! Установи два барьера. Первый, небольшой — для нашей защиты. Второй — тот что избавит сии земли от магии. Дитя же следуй указаниям Тринадцатого! — Д-да! — Наймит, пёс! Похоже к нам прибыли гости. Попрошу ими заняться. Мы конечно установили барьер, аннулирующий магию, но… Защиту от физических атак поставить не в силах. Во время ритуала же даже один шаг может привести к срыву. Так что я останусь беззащитна. — Гости?.. Обострил внимание… нас окружили. Около двенадцати человеческих отбросов потихонечку замыкают круг. Да уж, теперь и не сбежишь. Остаётся готовиться к худшему. Тринадцатый устало прищёлкнул языком, мы с псоголовым вытянули мечи, отовсюду послышались слова заклинаний, всё произошло практически одновременно. Да-а. Всё же терпеть не могу колдунов. Вздохнув, я с криком из глубин души, взмахнул мечом, устремляясь вперёд. Поскольку из-за барьера заклинания не достигли цели, то они навели медведей и волков, которые и стали нашей добычей. Противники, что опаснее людей, но убивать их не в пример проще. — Начинаем, Лунная, Зеро! — отрывисто бросил Тринадцатый, рисуя на земле посохом чертёж, в точности копирующий набросок Альберты — пять кругов, заключённых в один. Затем что-то начал зачитывать, в тот же миг по земле разбежались печатью сложнейшие линии. — Э… Постой, как это так! Почему при помощи заклинания строится магический рисунок?! — воскликнула Альберта в удивлении, вот только мне было не до удивлений. Даже если это столь потрясающе, у Тринадцатого все действия далеки от стандартов, так что удивляться тут нечему. Не прошло и нескольких минут, как малый барьер был завершен. В центре его Тринадцатый воздел посох, транслируя через него силу. Магический круг же начал увеличиваться и расширяться, со вспышкой устремляясь за горизонт. — Перенос на местность и установка завершены… Начинай, Лунная! — по команде Тринадцатого, Альберта в панике встала на колени, и распростёрла руки, обхватив воздух. — Не дайте ей зачитать! Поспешите с подкреплениями! — вон с той стороны раздался крик ведьмы, требующей подкрепления. Подбежавший ко мне Псоголовый нервно оглядел окрестности: — Дело плохо, Братец… Они оттягивают мелочь. И впрямь, все окружавшие нас отдалились. В тот же момент послышался звук. Тихо задрожала земля, сменяясь оглушительным грохотом. Где-то я её уже… — Быть не может… Эбуробоа?! Так вся эта мелочь была нужна чтобы выиграть время для его призыва! — Мало того, звук шагов троится. Что будем делать, Братец? Время от всей души повеселиться как воинам, я прав?! Не утверждай так, противник — три управляемых ведьмами Эбуробоа, как-никак. Мало того, каждый из них заходит со своей стороны, стремясь к каждому из троицы проводящих ритуал. Если сперва не разобраться здесь, то мы не успеем. А разделившись с псоголовым мы оставим троицу проводящих ритуал абсолютно беззащитными. А значит… — Я разберусь с двумя. Ты оставайся здесь, продолжая защищать, и последнего прибьёшь сам! — не ожидая ответа, я устремился к источнику звука. Взобравшись на ближайшее дерево, замер в ожидании на ближайшей к звуку ветке. И, вовремя выбрав время, приземлился аккурат на морду эбуробоа. Тот в бешенстве попытался скинуть меня, я вкинул ему на рот верёвку, и изо всех сил потянул. — Не буйствуй мне тут! А ну начал менять направление!.. — пронзительно крикнул я, задирая голову эбуробоа, и меняя направление его бега… Перед ним показался ещё один эбуробоа. Ну а что выйдет если один эбуробоа, несущийся на большой скорости поваливая деревья, столкнётся с другим, несущимся столь же быстро… Перед самым столкновением я спрыгнул с морды эбуробоа и перекатился по земле. Раздался звук словно скала толкнулась со скалой, после чего воцарилась тишина. Я поднялся с земли. Оба столкнувшихся эбуробоа потеряли сознание, но это не смертельно. Некоторое время они пробудут так, наверное, но всё же какая невероятная твердость. Вероятно, из-за толстейших наслоений жира. — Увы, времени добить — нет… Мясо у них вкуснейшее, но сейчас не до того. Я в спешке побежал назад к кругу… чтобы увидеть как псоголовый отлетает под напором разгона эбуробоа. — Вот же псина чертова! Даже с одним справиться не в состоянии что ли! — Не проси невозможного! Вон там ещё 12 человек идут! Разбираясь с ними одновременно справиться с эбуробоа мне не по силам! Я к боям не привык! И где там сила бывшего рыцаря, а? Похоже зря я рассчитывал на него. Вдобавок последний оставшийся явно ветеран. Мало того, судя по повреждённому правому глазу, это тот которого Альберта на нас с Зеро натравила. Давненько не виделись, чтоб тебя. Не ожидая моего приветствия, эбуробоа вновь устремился на меня с псоголовым. — Целься в ноги! Я в правую! Ты — в левую!.. Бегом, пёс! — Да когда же ты запомнишь что я волк! Перекрывая наши с псоголовым крики, в воздухе зазвучал голос Альберты. — Земля. Вода. Огонь. Ветер. Небо. О великие владыки мира, повелители изменчивых потоков — спокойный, мягкий, крайне не вяжущийся с ситуацией нежный и твёрдый голос. А ведь постоянно один писк слышал, так ты и таким голосом говорить можешь. Раздумывая об этом, я с низкой позиции стартовал от земли, отрезая ногу эбуробоа. Если сложить вместе силу зверочеловека и скорость эбуробоа, этого достаточно, даже крепкую кость прорежет. С пронзительным визгом эбуробоа рухнул на морду, я тут же ткнул мечом ему в область сердца… и пронзил, навалившись изо всех сил. Пронизывая толстейший и твердый слой жира, кончик меча достиг сердца и пронзил его. Издав напоследок долгий пронзительный крик, эбуробоа умер. Одновременно прозвучало: — Покуда я дышу, покуда есть сила Его, станьте силой нашей!.. — Альберта распростерлась на земле. В мгновение девушку окружило что-то ужасно пустое, неразличимое. Словно формируя человеческую форму… — Это… — Духи, живущие в землях Веньеса. Ну, для колдовства они все — демоны. Мы продержались, Братец. Наша взяла. — отряхивая с меча кровь ответил псоголовый. Вероятно успокоившись из-за завершения ритуала, он улыбнулся глядя на расслабившуюся Альберту, затем с гордостью взглянул на Тринадцатого. Поддерживающий барьер, защищающий Альберту и Зеро, Тринадцатый и бровью не повёл на этот взгляд. Лишь кивнул один раз. Вероятно это высшая похвала по меркам Тринадцатого. В тот же миг Зеро воздела руки, и зачитала высоким голосом, гораздо более твёрдым, чем у Альберты, столь тяжёлым, что казалось способен что угодно разрушить: — О безымянный Лорд демонов, я приношу в дар тело зверочеловека! Услышь же мой зов!

В версии с изображениями тут находится картинка. Голос Зеро эхом зазвучал в моей голове. Кровь во всём теле стала горячее, словно закипая, голова налилась болью столь сильной, что не открыть глаз. Мучаясь болью, я рухнул на землю. — Я возглашаю! Отныне и навек, любой вошедший на земли сии, силой моей ограничен в любой магии. Отторжение! Миг молчания. — Признай меня! Имя мне Зеро! Дыхание на миг замерло. Я взрыл землю, мучаясь от нестерпимой боли. Обнаживший клыки хищник пробежал мимо меня, устремляясь к Зеро. Плохо. Зеро… — с этими мыслями кое-как приподнялся, как в следующий миг был сметён зверем, попавшим мне в поле зрения. Боль резко удалилась, чувства поблекли. С обволакивающим ощущениям я перестал видеть. Темно… И я потерял сознание. Где-то вдали звучало… — Признай. Давненько было. Мой дорогой… Мне будто послышались такие слова.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог. Лицензия на магию

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Очнувшись, обнаружил себя на кровати. С трудом приподняв тяжелое, словно привязанное тело, увидел усевшуюся в кресле Зеро, читавшую книгу. — Очнулся? Замечательно… Как себя чувствуешь, Наймит? — С… Словно демоном был одержим. — произнёс я, на что Зеро усмехнулась: — Демон-то можно сказать довольно мирно вернул это тело, вот только твоя совместимость была, пожалуй, слишком хороша. Ты проспал три дня. Народ уже знает, что все «злобные ведьмы» были прорежены, по всей стране празднуют. Плач утративших силу магов-отступников — это было что-то. Ах, вот как. Пожалуй. Могу себе представить их отчаяние. — Часть, наверное, бесновалась в отчаянии? — Практически все. Но раз они обычные люди — бояться нечего. Да и пёс оказался на удивление полезен. Вопрос лишь в том, что за барьером… Другими словами, покинув Веньес, можно использовать магию, наверняка есть те кто понял это. Также наверняка кто-нибудь, осознав, что способен порождать колдовство, приступил к исследованиям, что обернётся ещё той головной болью. Верно. Магия исчезла лишь на время, и только в пределах Веньеса. Другими словами, ведьмы по всему миру, используя свои знания, продолжат создавать новую магию. Нда, неудивительно что от такого голова заболит. В Веньесе есть Альберта с Тринадцатым, но остальной мир практически беззащитен от магии. Так что наверняка там и сям будут вспыхивать инциденты как в Веньесе, а может даже ещё более жестокие. — Юница кажется начала обучать специальный отряд подавления подобных инцидентов. Выбрала из числа имеющих талант к магии, и начала преподавать как колдовство, так и магию. Королевская семья Веньеса всячески поддерживает это. В итоге всё вышло по плану Тринадцатого, в мире впервые появился орден колдунов. — Орден колдунов… как звучит-то… И? Что с Тринадцатым случилось? — Ожидает сожжения в подземельях. — я так и застыл с открытым ртом. Как то это слишком для шутки по пробуждении. — Вот так и обернулось… Разумеется это сожжение — постановочное. Последний выход Тринадцатого, как колдуна справедливости, втравившего ведьм в войны с Веньесом. Народу объявили, что злодеем был Тринадцатый, а юница, как колдунья справедливости это предотвратила. — Вот оно как… Создание общего врага как основа для существования. — со вздохом уставился в потолок. Всё было спланировано Тринадцатым. Всех обманывал лишь один человек… Подобные мысли — первый шаг к тому, чтобы и люди, допустившие сожжение Сорены, и ведьмы, поднявшие восстание, нашли общий язык, став ближе друг к другу. — Злобный колдун Тринадцатый, и оборвавшая его козни внучка Великой Сорены, да… Какая трогательная история. Прямо так и просится в летописи. — Правда у юницы смешанные чувства по поводу помощи Тринадцатого в подавлении восстания — хихикнув, Зеро радостно улыбнулась. Затем молча закрыла книгу и передала мне чашку с водой. Благодарно кивнул ей. Зеро уселась на скрипнувшую кровать, свесив ноги. — Доброе утро, Наймит. Я рада что ты в порядке. — Да… доброе… — Видишь ли, есть один вопрос… я наконец преуспела в возврате книги. — Ну поздравляю. Теперь и я человеком… — Стать не сможешь. Мне ведь послышалось сейчас? Да, послышалось, наверное. Точно послышалось. — Из-за стычки с Тринадцатым и из-за постановки отторгающего барьера на большую территорию, моя сила значительно убыла. Восстановление займёт какое-то время. Вот же… Не послышалось. Я схватился за голову. Псоголового, который зверя в душу пустил по своей воле, я могу вернуть в прежний вид хоть сейчас, но… у того, кто родился зверочеловеком, переплетение души человека и зверя гораздо сильнее. Для отделения необходимо прилично силы, а в добавок то что тебе подселяли демона лишь усилило эту связь. — Усилило… черта с два! По чьей вине в меня демона подселяли, как думаешь?! — Я тоже крайне расстроена. Пока ты находился во сне, я пробовала, но максимум что смогла — заставить мех выпасть… Это был тот ещё кошмар. В панике вернула назад. — Что ты сделала, пока я спал?!.. — Не специально. Я и Тринадцатому дала попробовать, но он тоже довольно обессилел, так что… — Так, понял. Давай вот как. Можешь более точные факты дать? Сколько займёт восстановление этой твоей магической силы? Месяц? Год? Зеро с невинным выражением лица отвела взгляд на восход, и резко кивнув, произнесла: — Не знаю. — А ну не смотри с таким довольным лицом! Что с моим контрактом теперь, а? С моим контрактом — что! — Я не говорю, что не оплачу его. Просто прошу подождать немного. — В такие слова даже самые добрые ростовщики не верят!.. — Ну, не говори так. Просто побудь ещё недолго моей охраной. Для охранника такое тело очень удобное, да и мне ты больше по душе как зверь. Спать зарывшись в твой мех тепло и приятно, да и пока ты в таком облике, тебе больше не с кем общаться кроме меня, верно? Да и мне так не одиноко будет. И ведь ни капли стыда нет, говорить такое… Посмотрел сквозь пальцы, закрывшие лицо, на Зеро. Та неизменно красива. И похоже эта самая красавица оставалась в моей комнате до тех пор, пока я не очнусь. Со стула, на котором Зеро читала книгу, раскинулась простыня, или что-то в этом роде… Так, успокойся, я. Сейчас не время радоваться. — Охрана?.. Куда-то собралась? — Да, думаю куда-нибудь сходить. Я слишком долго прожила в пещере. Говорят, где-то есть дерево, состоящее из драгоценностей. Говорят, где-то есть реки, текущие по небу. Говорят, где-то есть рыбы, плавающие по песку. Говорят, есть птицы, пожирающие молнии. Думаю, неплохо было бы повидать всё это. Вот только нынче ведьме в одиночку ходить опасно. На эти, отдающие ностальгией слова, я улыбнулся. Черт, улыбнулся… Ну ничего не поделать. Впрочем… быть нанимаемым кем угодно за деньги — работа наёмника. И, пожалуй, сопровождать ведьму, гораздо лучше, чем убивать людей на поле боя. Что важнее, до тех пор, пока Зеро не превратит меня в человека, контракт в силе… Даже если наши ранки на пальце заживут. — И?.. Что же я получу в награду за охрану? 2

— Наймиит! Зероо! Вы только послушайте! Тринадцатый крайне достаёт по поводу «представления». Что сказать, когда его сжигать буду, как должна быть обставлена площадь… За три дня без сознания, само собой крайне проголодался. И для меня приготовили не что иное как, давешнего здоровенного кабана — эбуробоа. Да ещё и целиком запечённого. Стол, центр которого прогибается под тушей здоровенного кабана, запечённого целиком — взирая на столь превосходное зрелище, за столом сидели: я, псоголовый, Зеро и Альберта. Тринадцатый, по идее в подземельях, но похоже его поведение не меняется от окружения. Под аккомпанемент жалоб Альберты на Тринадцатого и смешки Зеро я поглощал мясо. Как и ожидалось от высококачественного мяса, оно прямо таяло на языке, заполняя рот сладким жиром. Мясо с бёдер было ещё вкуснее, зачаровывая даже без приправ. — Не обижайся так. Не считая того, что Тринадцатый любит манипулировать другими, он вовсе не плохой человек. В некотором роде он оставил тебе Веньес в наилучшей ситуации. Просто думай, что это — своего рода тренировка для ведьмы Лунной песни, которая должна понимать людей, раз ей доверили страну. — Ээ? Одна мысль о том, чтобы учиться у Тринадцатого приводит в уныние… — Госпожа с давних пор ненавидит учёбу, да… Даже Сорена не знала, что с этим делать. — ностальгически протянул псоголовый, но внезапно с криком упал со стула. Похоже Альберта за хвост потянула. Хоть Зеро магией вернула ему мех, псоголовый по-прежнему жалок. Взирая на это, Зеро вновь отрывисто засмеялась, и так же, как и я, погрузилась в поедание кабана.

Минула неделя. Моё тело наконец-то начало полностью мне подчиняться, Тринадцатого сожгли, Альберта стала главой королевского ордена колдунов «Огонь Сорены», народ признал её, и мы с Зеро решили отправиться в путь. И сейчас… хоть солнце едва поднялось в небо, мы все стоим на окраине Фрасты. Поскольку Тринадцатому тоже надо было уйти незаметно для народа, он, избегая людских глаз прокрался в лес. Вокруг ни единой души, лесной воздух, полный росы, крайне освежает. Псоголовый кое-как отодрал вцепившуюся мне в штаны Альберту, которая плача, просила не уходить, остаться здесь, так что вроде уйдём вовремя. — Как можно скорее возвращайтесь. Я конечно тоже хочу пойти с вами, но я Ведьма лунной песни… Погладив всё ещё всхлипывающую девушку по голове, само-собой пообещал как-нибудь в будущем заглянуть. Похоже она совсем забыла, что при первой встрече целилась на мою голову. Не то чтобы я обижался за это но… чувства вызывает смешанные. Когда истина, что Сорена пыталась излечить болезнь, разошлась по всему Веньесу, ненависть и предубеждение к ведьмам исчезли практически вмиг. Как-никак изначально была почва для сосуществования. Впрочем, к этому примешалось, наверное, и чувство вины за убийство Сорены по навету. Народ ужасающе легко принял её внучку в качестве «справедливой колдуньи». Конечно остались различные проблемы, но для начала, восстанию ведьм в Веньесе пришёл конец, можно сказать и так. Похоже сейчас в стране могут пользоваться лишь ведьмы, получившие от Альберты «Одобрение». Своего рода система лицензирования ведьм, и похоже, что есть планы по которым эти новые, признанные в королевстве колдуны собираются проредить ведьм вне границ страны. Под предлогом необходимого для этого расследования мы публично получили от Веньеса особый подорожный пропуск, позволяющий до некоторой степени свободно посещать различные страны. Веньес ведь изначально поднялся как центр международной торговли. Так что в некоторой степени может влиять на политику пропуска в другие страны. Тринадцатый же вернётся в пещеру в лесу Юмицуки, где будет набирать учеников, желающих учиться у него. О том, что сожжение Тринадцатого — фарс, известно лишь троим. Так что едва эта троица разойдётся, о Тринадцатом позабудут. И хотя он вернётся в лес Юмицуки, Тринадцатый оставил «глаз», позволяющий наблюдать за всеми волнениями ведьм в Веньесе. Также, по словам Зеро, он будет в меру возможности помогать юнице. По поводу же термина «ведьма», сейчас более общепринятым стал термин «маг». Ведь если не убрать из названия указатель на пол, то может привести к недопониманиям, как-то так вроде. Впрочем, прозвания «ведьмы» и «колдуны», наверняка так просто не исчезнут, но… в любом случае теперь пользователей магии будут называть магами вне зависимости от пола. — Зеро. Ты точно не хочешь в пещеру?.. Вместе со мной. — едва я с мукой взвалил, чертовски потяжелевший из-за количества напиханной внутрь еды, на спину рюкзак, как Тринадцатый вопросил Зеро все тем же голосом, по которому эмоций не прочитать. — Нет, Тринадцатый. Я пойду с Наймитом. — Это, я… — Тринадцатый попытался что-то сказать, как Зеро утихомирила его, и произнесла: — Я ухожу отсюда, Тринадцатый. — и коснулась груди Тринадцатого пальцем. После чего отвернулась и зашагала. Я собрался догонять её как… в меня кто-то вцепился. Я обернулся с вопросом «Что?», как Альберта приблизила лицо. После чего моих губ что-то коснулось. Псоголовый немедля взревел: — Сволочь! Хоть ты и уважаемый мной брат, но за наложение рук на госпожу — не прощу! — Что?! Чтоо? Эй, погоди-ка! Что, почему, да что такое!.. — наблюдая как я в панике уворачиваюсь от псоголового, девушка с улыбкой отвернулась и побежала. Даже если погонюсь за ней, Зеро ведь уже прилично ушла. Такими темпами оставит меня позади. — Аа, черт! Я ничего не понял, но это не моя вина, ясно! — прокричав, устремился за Зеро. Что это вообще было. Что значит? Как понимать? Сжав губы, догнал Зеро. При этом отстал на полшага, ощущая странную неловкость. — Как тебе поцелуй с юницей? — безжалостно вопросила Зеро. У меня так и подломились ноги, выходит это действительно был поцелуй. Внешне остался спокойным, но в душе настал раздрай. Мой первый поцелуй украла такая мелкая… — Не делал я такого… — с легкостью соврал я. Ведь инициатором был не я, меня просто поцеловали. Мда. — Нет, делал. — Ты же не смотрела! Откуда знаешь?! — Я — ведьма, Наймит. Ни капли яснее не стало, впрочем, звучит убедительно. Почесав затылок, я произнес уже некоторое время вертящиеся на языке слова: — А… А сама-то, на себя посмотри. Ещё скажи, что не хотела быть вместе с Тринадцатым. Ты же специально ради этого в Веньес явилась, ведь так? Сказал абсолютно не связанное. — Пожалуй что и так — прошептала Зеро, бросив на меня взгляд. — Впрочем, ситуация отличалась. Мы с Тринадцатым противоположности. Просто кроме Тринадцатого у меня не было никого… А сейчас у меня есть ты. — То есть старый друг тебя ни капли не интересует? — обвиняюще заявил я, подавляя своё смущение. Зеро улыбнулась: — Ведьмы и колдуны в основном все так. Вероятно, при долгом совместном проживании чувства исчезают. Иначе я не смогла бы так легко простить Тринадцатого, с лёгкостью убившего наставника и товарищей. — Ты простила его?.. — Да… как знать. Возможно что с самого начала не злилась. Как и говорил Тринадцатый, почти все ведьмы в пещере отринули свою суть как ведьм грязи. Просто дышали будучи практически мертвы… Сами того не ведая, уже покоились в лоне смерти. Изливая свою суть на меня, но Тринадцатый прервал это. Думаю, он довольно чисто убил их. Вероятно, выражая этим своё уважение им. — Зеро с какой-то ностальгией устремила взгляд за горизонт. Как она и сказала, на лице ни капли печали. Мне не понять логики по которой смерть — освобождение от жизни, но… — Считаешь меня жестокой? — Плохая шутка. Я ведь наёмник, помнишь? С давних пор вымазанный крови, ненавидимый всеми. Я не столь уж чист чтобы жаловаться на чужие взгляды. — Тогда почему ты прикрыл Тринадцатого?.. Тебя ведь не должно было трогать что я убиваю Тринадцатого… — Почему… да даже если спросишь… Тело двинулось само собой, так что ясного объяснения дать не могу. Просто подумалось что убивать его — плохо. Во что бы то ни стало хотел остановить убийство Тринадцатого Зеро. Испытывая сложные чувства, я внезапно уверился лишь в одном. Если уж искать причину по факту подсознательного действия, то, пожалуй, вот она. — Ты же ведь влюблена в него?.. В Тринадцатого. Сама же кричала что тебе было бы достаточно, просто вернись Тринадцатый к тебе. Последний товарищ, единственный собрат. В голосе Зеро, произносящей эти слова, если вспомнить, звучали особые нотки. Ожидая или панического отрицания, или спокойного кивка согласия, я мельком глянул на неё. Зеро с крайне странным выражением взглянула на меня: — Что не так? — Ты кажется кое в чем заблуждаешься, Наймит… — Заблуждаюсь? — Тринадцатый — мой старший брат. Есть такое выражение «Глаза полезли на лоб». Сейчас я испытал его на себе, удивившись ровно до такой степени. Тринадцатый для Зеро… Кто? — Н-не шути так! Будто бывают столь непохожие родственники! И потом, ты ни разу такого не говори… — Я говорила же. Сотоварищ. Бесспорно, я это говорила. Говорила. Она и впрямь говорила про собрата, да и изначальный смысл слова «собрат» — указание на тех, кто рождён одним человеком…. Но ведь обычно так говорят про товарищей. Надеяться, что с этого слова поймут «А, они родственники» — безумно. — И потом, Тринадцатый красив столь, что демоны позавидуют, знаешь? Просто при призыве высокоуровневого демона, в плату тому отдал красоту. — Красоту… возможно отдать?.. — Действительно отдав, Тринадцатый стал таким. Вот только, а, понятно… Ты подумал в тот момент что должен помешать мне убить возлюбленного. Слышать такое до странного неприятно. Я скривился, на что Зеро радостно пожала плечами. — Выходит ты ради меня рисковал жизнью. Ради моего сердца, ради того что не увидеть… — Тело просто двинулось само собой. Особо ничего такого не думал. — Так что, Наймит. Влюбился в меня? — Не влюбился! Наверное… Да, наверняка. — Жестокий ты человек. Тогда как поступишь, если я скажу, что люблю тебя?.. — К сожалению я ведьм ненавижу. — сии слова слетели с языка. На что взгляд Зеро заблестел, и она скрипуче усмехнулась. — Ты всё так же холоден, Наймит. Ты не дрогнул даже пред моей непревзойдённой красой… Поэтому, Наймит, когда ты упал с потолка в башне, я решила. — Решила?.. — Я сделаю тебя рабом. Само собой я так и застыл, оглядывая Зеро. — Чтоо?!.. — Связать тебя своим именем, с тем чтобы ты навек остался моим, говорю же. Так что слушай, сейчас я назову своё имя. — Зеро улыбнулась улыбкой, которая заставила бы любого короля и дворянина пасть ниц. Я отвёл взгляд от этой улыбки, и… Побежал изо всех сил. Нет уж, всё же ведьмы — жуткие… — Эй, не убегай, Наймит! В становлении рабом есть свои преимущества! Я из тех, кто бережёт своих рабов! Эй, Наймит, вернись же! Не заставляй меня потеть, я вся в поту вымокну же! — Да мне пофиг! Чтобы от ведьмы убраться, даже полететь готов! — Столь сложное колдовство так просто… А! — кричащая Зеро от души приложилась оземь, неприглядно перекатившись по земле, издав при этом на удивление громкий крик. Я в панике подбежал назад. — Дура! У тебя нет столько выносливости чтобы переговариваясь бежать изо всех сил! Если язык прикусишь, что… Тогда. — не успел я закончить свои слова, как Зеро вцепившись в руку, забралась ко мне на шею, заявив: — Поймала, Наймит. — и крайне зловеще рассмеялась. Похоже падение было наигранным. Вот черт, подловила. А я доверчиво вернулся. Вот же идиот. — Наймит, имя… — Не скажу! — Сказать тебе моё имя? — Мне оно вовсе не интересно. — Так не хочешь стать моим? — Я и так же уже твой наёмник. Вздохнув, взял Зеро на руки. Она хмыкнула то ли довольным, то ли не очень голосом, и положив голову мне на руку, взглянула в небо. Небо всё такое же голубое. — Слушай, Наймит. — Чего тебе, Ведьма? — Я.. рада что ты зверочеловек-воин. Ты ненавидишь ведьм, и потому не попался на мою красоту. Это конечно обидно, но до странного приятно. Ты первый и единственный мой друг. Друг, да. Ясно… Для меня тоже первый, и единственный. Ну, впрочем, это не так уж и плохо. Прокашлявшись я взглянул в небо. — Впрочем, лучше бы ты человеком была. — Тогда я была бы обычной девушкой, боящейся тебя. И вообще мертва была бы. Пожалуй, что и так. Не будь я зверочеловеком… А Зеро — ведьмой… Даже встретившись, мы бы тут же разошлись. Поэтому-то я зову Зеро ведьмой, а она меня Наймитом. — Тогда… стоит, пожалуй, ещё побыть зверочеловеком… — Верно-верно — хихикнула Зеро. Небо крайне синее, без облачка. Дорога простирается далеко вперёд. Даже представить не могу, что ждёт меня, бродившего в поисках сражения от страны к стране, на этом пути. И для Зеро наверняка так же. Глядя на неё, с энтузиазмом взирающую на карту, с виду при этом она кажется даже младше Альберты, я выбросил из памяти прощальные слова Тринадцатого. Помни, что если Зеро возненавидит мир… Миру наступит конец. Я покачал головой, отгоняя всплывший в ушах голос. Ведь как-никак… уже поздно. Магия из Веньеса уже разошлась по миру. С момента распространения Тринадцатым магии в Веньесе прошло уже десять лет. Нет ничего удивительного в предположении что за это время магия просочилась и за пределы страны. А не будь Зеро, ничего и не началось бы. Тринадцатый отпустил её, вероятно понимая всё это. Зеро — защищает мир от магии. Я — защищаю Зеро от мира… Для начала сойдёт. И закроем глаза на тот неприятный факт, что Зеро в разы сильнее чем я. Я и Зеро. Сколько продлятся наши отношения — мне неведомо, но… Именно поэтому такая дистанция между нами — в самый раз.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Здравствуйте, приятно познакомиться. Я — Кобасири Какэру. Среди множества участников 22 конкурса ранобэ от Денгеки Бунко, именно мне выпала честь получить первый приз. Я конечно думала, что «Было бы замечательно занять первое место», но когда действительно выиграла, с недоверием произнесла: «Это ошибка какая-то! Вы ведь обманываете меня!». По своей природе я трусиха и пессимистка. Поэтому неплохо что мне выпал такой стимул. Итак, понравилась ли вам «Книга магии для начинающих с нуля»? Хотя мне так и хочется назвать историю «Книгой Зеро», или «книгой о ведьме со зверочеловеком», Они замечательны, зверолюди. Пушистые-пушистые. Мне они крайне по душе. Почему никто не даёт зверолюдям главных ролей, одни поддерживающие. Раз нет таких книг, то сама напишу — так я себе твердила. Так и написала эту книгу. В рукописи был момент, где Наймит становится человеком, но всё же в итоге он остался зверочеловеком. Неизвестно было как воспримут главного героя не человека, поэтому я правила без конца, но я рада что всё прошло так. Я благодарна моему храброму редактору. В момент, когда я пишу послесловие, я ещё не знаю какими будут иллюстрации, поэтому крайне взволнована. А так же, каким-то неведомым чудом комментарий к моей книге напишет Сато Цутому-сан. Поэтому пользуясь моментом хочу поблагодарить Сато-сана и Сидзума-сана от всего сердца. Итак, как вы уже поняли, за исключением того, что главный герой зверочеловек, эта история следует по большой дороге, полной клише, другими словами фэнтэзи меча и магии. В ней ведьмы читаю заклинания, наёмники машут мечами, главный герой случайно встречает героиню, и есть битва с финальным боссом. Мне очень по душе такие прямые истории. А если в них есть ещё и нежная любовь, так вообще счастлива. Пока я писала эту историю, меня переполняло счастье. Особенно когда прописывала Тринадцатого и Альберт! Девушка, прикидывающаяся парнем, и говорящая о себе соответственно, и мрачный эксцентричный колдун — персоналии которые находятся в моём личном топе среди всех фэнтэзи. Отношения между Псоголовым и Сореной тоже крайне манящие. И разумеется моменты с Наймитом и Зеро. Едва представлю себе этих двоих, как могу говорить об этом бесконечно. Хочу написать это, хочу написать то — к моменту подачи из-за этих мыслей рукопись была длиной уже более чем в 40 листов, так что мне пришлось отчаянно её сокращать. Я благодарю всех, кто помог мне завершить эту книгу, невзирая на то, что мои ошибки причинили множество неудобств. Также я обязана поблагодарить всех, кто купил эту книгу! Спасибо вам большое! Надеюсь на вашу поддержку в дальнейшем. Если мне удалось передать хоть часть своей «радости», обуревающей меня пока я пишу эти строки, я рада.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

История о бесчеловечном мире и доброте людской.

Эта книга — интересна. Других слов для описания этой книги и не нужно, пожалуй. Даже напротив, подробное расписывание станет лишь минусом для книги. Меня обуревают подобные ощущения, но раз уж мне доверили написать комментарий к книге, пожалуй, выражу свои впечатления от неё. В данной книге представлен глупый, бесчеловечный мир, в котором не спасения. В нём есть демоны, боги. Но это мир в котором живут крайне отвратительные люди. Мир, в котором нет места добру, мир — воплощённый ночной кошмар. Общество, в котором не повинному в своей судьбе мальчику отказано в человеческом обращении. А благородная женщина, пытавшаяся спасти людей становится целью для охоты. Таков этот век. Вместе с тем эта книга переполнена добротой людской. Главный герой, который из-за несправедливого обращения, казалось бы, должен был возненавидеть весь мир, остаётся добрым человеком, пусть циничным и совершившим много зла, но сожалеющим и печалящимся об этом. И дитя, по крайне эгоистичной причине пытавшееся убить героя, и героиня, создавшая вещь, способную уничтожить мир, и человек, убивший родственников и товарищей, обманувший всех для общего блага. От всех них ощущается доброта. Таково чувство, дарованное данной работой, вызывающее желание перечитать книгу много раз, чтобы ощутить его. Хочу уверить во избежание недопонимания. Хоть эта книга создана для развлечения, она вовсе не лёгкое чтение. Я уже говорил это, но «эта книга — интересна». Полная тайн героиня, вспыльчивая героиня второго плана, и слуга, который выказывает твёрдость, и главный босс, о котором кроме как сумасшедший и не подумаешь, и конечно же главный герой, который невзирая на кровавость своей работы, довольно мирный человек. При чтении на лицо невольно просится улыбка. В книге есть и неожиданный поворот, вытекающий из сюжета, раскрывающийся в последнем сражении, вызывающий невольную улыбку. Поэтому просьба лично от меня. Сперва рассматривайте эту книгу, как написанную для развлечения. А затем прочитайте ещё раз, прочувствовав всю несправедливость мира, в котором живут герои и их доброту. После чего вам наверняка покажется мало лишь одной книги, и захочется прочитать ещё больше. Поэтому прошу, пишите дальше. Оставляя неподходящее моменту письмо читателя, искренне ваш Сато Цутому. * ↑ Автор Mahouka Koukou no Rettousei. Собственно благодаря рекомендации от Миюки с Тацуей переводчик и нашёл эту книгу =)

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие команды

От krass09 (переводчик)

Здравствуйте. Эта книга — интересна. Вы только что прочитали перевод книги Zero kara Hajimeru Mahou no Sho, в русском переводе получившую название «Книга магии для начинающих с нуля». Эта книга попалась мне на глаза при просмотре результатов 22 конкурса Денгеки Бунко для начинающих писателей. С первых же строк она захватила моё внимание, и я решил перевести её. Перевод шёл полгода, с июня 2015 по декабрь 2015 года, и каждая новая страница лишь будила интерес к этой книге. Некоторой неожиданностью оказалось, прочитав послесловие, узнать, что автор — женщина. Впрочем, даже знание сего факта не помешало мне сесть и читать дальше. Надеюсь, что вам, как и мне понравилась данная книга, и вы будете с нетерпением ожидать дальнейшего развития событий. В один прекрасный предновогодний вечер krass09 P.S. Итак, с момента перевода первого тома прошёл почти год (а если быть точным то девять месяцев). Вот и наступила моя вторая годовщина в РуРе. В честь сего знаменательного для меня события, решил выкатить остаток тома а так же начало второго без редактуры. Те,кому не терпится узнать чем же закончится эта история, могут читать уже сейчас. Остальные же могут подождать редактуры, которая, я в это верю, будет вскорости завершена. P.S.S. Уголок благодарностей v. 2.0 Спасибо госпоже автору за создание этой истории, спасибо иллюстратору за чудесные иллюстрации и Kalamandea за их обработку, спасибо Joseph за неспешный но качественный редакт тома, и спасибо вам, читателям, за то что решили прочитать эту завораживающую историю. До встречи в следующем томе.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

В версии с изображениями тут находится картинка. «Бестолочь!» До сих пор помню испытываемый мною страх от окрика настоятельницы, который всегда сопровождался вздохом. Она злилась из-за малейшей провинности и, постоянно клеймя маленьких детей «никчемными», в качестве наказания оставляла без еды. Бедолагам оставалось лишь смотреть из уголка, как едят остальные дети. Даже если от голода ребенок терял сознание, его в итоге поднимали пинком, заставляя в одиночку мыть за всеми посуду. Быть может, таким образом проявлялась своего рода доброта настоятельницы. Ведь сироты когда-нибудь станут взрослыми, и затем вне стен приюта им придется выживать самостоятельно. Поэтому, издеваясь над самым бесполезным ребёнком, она на всю жизнь впечатывала остальным: «Не будете работать изо всех сил, принося пользу другим, тоже закончите так». Сейчас мне думается, что, вероятно, это был крайне эффективный метод. Ведь дети в приюте каждый день работали не покладая рук. Желание отлынивать отбивалось напрочь. Но всегда есть те, кто вне зависимости от стараний неизменно позади. Как например я в прошлом. — Бестолочь! Ты в разы бесполезнее других ребят. Мне приходилось извиняться. И каждый раз при этом моё сердце замирало. — Именно из-за твоей никчемности твои родители так страдали… И умерли. Умерли от болезни. Мне приходилось с плачем умолять о помощи лекарей, но ни один из них не удостоил вниманием нищего ребёнка. Ни собранные мною фрукты, ни украденный от отчаяния хлеб родители жевать уже не могли. Но как развести огонь, чтобы размягчить пищу, мне было неведомо. При второй попытке воровства меня поймали и жестоко побили, так что повторять подобное больше не хотелось совсем. Всё, что мне оставалось, — лишь поить слабеющих на глазах родителей водой из колодца… Бестолочь. Слова настоятельницы по сей день живут глубоко в моём сердце, позабыть их я не в силах. Будь от меня больше пользы, наверняка родители остались бы живы. Они умерли по моей вине. Я – убийца любимых родителей. Если стать тем, кто полезен… Если найти своё ремесло... Если стать тем, кто полезен большому числу людей, то тогда я смогу искупить смерть родителей… И я добьюсь этого, даже если придётся чем-то пожертвовать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Республика Крейон

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Дорогие Зеро, Наймит, как вы там? После того как вы ушли путешествовать, я была очень занята, но наконец урвала часок, чтобы написать вам. Интересно, дойдёт ли? Я впервые использую «Ведьмовское письмо», поэтому слегка переживаю. Ведь это старая вещица из залежей бабушки, и хотя Зеро сказала, что с его помощью можно переписываться даже на далёком расстоянии, но мало ли… Ну, надеюсь, дойдет. Так вот, к основной теме. В Веньесе, где я нахожусь, почти завершена разработка законодательства по магии. Теперь надо объявить о нём публично и начать набирать новых учеников. Как обстоят дела у вас? В проверке возможной утечки магии из Веньеса подвижки есть? Я, конечно, со своей стороны тоже собираю различную информацию, но всё лишь на уровне слухов, ничего конкретного. Неужели запрет охоты на ведьм в Веньесе вылился в прямое противостояние с церковью? Под его влиянием, похоже, активизировались антицерковные объединения в других странах. И не ведьмы, а обычные люди, желающие приобщиться к волшбе, уже готовы скандировать: «Вот и настал мир для ведьм!» Как-то так. А! Сейчас же надо писать не «ведьма», а «маг». Не привыкла ещё. Так вот, вся информация, доходящая до меня, крайне обрывчатая. Там и сям происходят небольшие стычки и столкновения с церковью, а соседние страны пытаются возложить ответственность за это на Веньес. Слышала и рассказы о покупках за невероятно огромные суммы единственного в мире учебника по магии, чудесной книги, просто прочитав которую, можно получить силу, достаточную для завоевания мира. Если эти рассказы правдивы, ну и дураки же они… Ведь этот учебник по магии, «Книга Зеро», хранится у меня. Нет, Тринадцатый, конечно, создавал для избранных из «Ордена магов Зеро» копию, но из-за сумятицы дело заглохло, и она осталась незавершенной… Кстати, о Тринадцатом. Этот вредный, злобный и докучливый колдун всё же принес кое-какую пользу. Благодаря ему хоть более-менее стало ясно, сколько магов находятся за пределами Веньеса. Если судить по количеству доказательств вступления, хоть их местонахождение неизвестно, максимум десять человек. Ой, а писать уже и негде. Пожалуй, сегодня на этом и закончу. Альберта. P.S. Когда соберётесь в Веньес, свяжитесь со мной. Жду гостинцев.

— Пустая бумага стала письмом… — прошептал я, расположившись за столом у окна на первом этаже, в зале одной из дешевых придорожных таверн, полностью отданном под столовую, в некотором ошеломлении глядя на выведенные неожиданно красивым почерком буквы, которые к моему удивлению появились на пергаменте. Если память меня не подводит, то ещё вчера на нём ничего не было… Но сейчас на листе я, несомненно, видел слова человека, находящегося далёко отсюда, в Веньесе . Когда мы покидали город, на прощание Альберта дала мне этот пергамент со словами: «Пока он у вас, мои письма будут доходить до вас». Но такой доставки я не ожидал. То есть, если мы напишем ответ на этом пергаменте, он проявится на том, который хранится у неё? — Ведьмовские штучки… удобны… — проронил я со вздохом, не в силах понять, восхищён я или шокирован. Ведь если такая вещь войдёт в повседневное использование, мир станет удобнее, наверное. Но тут не без заковырок: ведьмовские приспособления и заполучить, и поставить на производственный поток сложно. Даже «Ведьмовское письмо» — большая редкость, ведь оно изготавливается не без ряда жутких процедур: кожу рождённых в новолуние ягнят-близнецов положить в центр магического круга, семь дней и ночей держать на свету, вырезать парные печати на каждой, пером, сделанным из кости их матери-овцы, и так далее. Хотя, раз Веньес на государственном уровне поддерживает магов, то когда-нибудь оно войдёт в повседневный обиход, наверное. Впрочем, есть много других удобных ведьмовских штучек, за которые многие наверняка никаких денег не пожалеют. Для тех же торговцев в любой стране, предмет, позволяющий немедленно связаться с человеком на расстоянии, вроде «Ведьмовского письма», нечто такое, чего они отчаянно жаждут. Но, используй они предмет ведьм, классовых врагов церкви, извинением не отделаются… — Слышал, в Веньесе… — вдруг уловило моё ухо фразу в непереносимом шуме столовой. Таверны, расположенные вдоль дорог - места, где самые разные люди, в том числе путешественники со всех концов света, обмениваются информацией. Доносящиеся со всех сторон разговоры тут сливались в общий гул. Услышав среди него интересующее меня слово, я решил прислушаться к беседе нескольких пареньков, с виду торговцев. — Да. Там охота на ведьм вроде как под запретом? Мол, сосуществование с ведьмами… Хотя сами же недавно насмерть дрались с ними. — Говорят, будто бы ведьма справедливости победила злобного колдуна, пытавшегося прибрать страну к рукам. После чего Веньес оборвал связи с церковью и стал оказывать поддержку ведьмам, вроде так. — Поддержку ведьмам? Теперь… рыцари Церкви, наверное, не останутся в сторонке, — обеспокоенно проговорил один. Само собой. Церковь просто не может остаться в стороне после публичного объявления о признании ведьм, с которыми она и сражается. Даже если произойдёт полномасштабное вторжение Рыцарей Церкви на территорию другой страны — не удивится никто. Вот только именно осознавая, что всё будет далеко не так просто, Веньес и отрёкся от Церкви. Ведь как-никак… — Сейчас в дело вступила «магия». До сих пор ведьмы использовали непредставимое колдовство, которое требовало крупномасштабных ритуалов длиной до нескольких дней, так? А теперь одним коротеньким заклинанием они пускают в ход «магию». — Быть не может!.. — Да говорю же, в пути через Веньес своими глазами видел. А ещё, говорят, что этой «магии» может научиться любой, имеющий талант, всего за пять лет. То есть королевство Веньес получило в свои руки огромную военную силу, способную справиться с Рыцарями Церкви. Вдобавок королевство Веньес расположено в самом сердце континента и является местом сделок для торговцев со всего света. И войну здесь ни одна страна не приветствует, так что Церковь не может необдуманно вмешиваться. — Понятно… Если я попаду в Веньес, то смогу научиться «магии»? — Был бы талант, но… у тебя вряд ли выйдет. Не тянешь ты с виду на таинственного колдуна. — Что?! — разозлился паренёк, и в воздухе на какое-то время повис смех. После чего разговор перешёл на торговые темы. Мой взгляд вновь вернулся к письму. Альберта спросила: «Есть подвижки в поисках магии?» Значит, ответим, что «подвижек нет». Слухи о произошедшем в Веньесе распространяются, спору нет, но говоров о том, чтобы та же магия проявлялась в других странах, практически не слышно. Магия ведь новорождённая технология. И хотя она полезна, её также можно применить во зло, а способных противостоять такой силе найдется немного. Поэтому, если усвоившие «магию» и покинувшие Веньес ребята натворят чего, остановить их будет никому не по силам. Поэтому мы, более-менее способные им кое-что противопоставить, и расследуем случаи, имеющие некоторое отношение к магии, но… — Что думаешь, ведьма? Даже информация из Веньеса, центра международной торговли, нам не помогла. Идея нам одним искать магию была… — с этим вопросом я поднял взгляд. Перед взором предстала женская фигура в капюшоне, уплетавшая огромную креветку. Эта девушка, Зеро, – крайне проблемная ведьма. Она моя нанимательница, а также автор чудесной «Книги Зеро», в которой сокрыты тайны «магии», силы, способной разрушить мир. Длинные, до пояса, волосы цвета серебра, кожа, что белее снега, любознательные тёмно-фиолетовые глаза. Она ослепительно красива, и гордится этим. Даже я, её охранник, вынужден собираться с духом, чтобы взглянуть ей в лицо. Хотя капюшон скрывает большую половину лица, одних губ более чем достаточно. И сия красавица, с треском сняв проломленный камешком панцирь с креветки, с удовольствием впилась зубами в беззащитное тельце. Зараза. Я же ведь специально прочитал содержимое письма вслух, а она вообще не слушала, да? Ощущая некоторое раздражение в адрес набившей полные щеки и довольно зажмурившейся фигуры, я выдернул креветку у Зеро из рук и целиком закинул к себе в рот. Перекусив оставшуюся часть панциря клыками, присущими мне как хищнику, я сполна насладился нежным рыбным вкусом мягкого тельца. Вот оно как. И впрямь вкусно. Стоило мне проглотить за секунду весь деликатес, как ошеломлённая Зеро побледнела и встала: — Мою… мою ароматную варёную креветку в собственном соку!.. Почему, Наймит! Почему ты отнял её у меня… почему?! Ты хоть знаешь, с каким предвкушением я ждала миг, когда она сварится?.. Почему ты столь жесток, Наймит! Что я тебе сделала?! — А разве нужны причины, чтобы съесть мелькающую перед глазами креветку? — Зараза!.. Чертов хладнокровный… монстр в зверином облике! — Эй, ведьма. Это почти на грани непростительного. Есть вещи, которые говорить можно, и те, которые говорить нельзя. И твои слова ближе к последнему. Хмыкнув, Зеро посерьезнела и взглянула на меня. Мой облик, отразившийся в её фиолетовых глазах, воистину звериный. Большая голова хищника, покрывающий всё тело мех. А огромные когти на руках, если их заточить, с лёгкостью покромсают человека на части. Наполовину зверь, наполовину человек — зверочеловек. Это про меня. Зверолюди — синоним беззаконья, это грубые, обожающие драки бестии. Такими нас видит мир, другими словами — боится. Ну а кому не страшно находиться рядом с монстром, который способен с лёгкостью раздавить голову человека руками. Даже здесь, в забитой до предела столовой, лишь возле моего столика нет людей. Хотя, по их мнению, пожалуй, это всё равно что обедать в соседстве с ужасным ядовитым насекомым. Стоило мне войти в столовую, как разговоры замолкли. Когда все поняли, что я мирный зверочеловек, намерившийся всего-то подкрепиться, тогда потихоньку вновь оживились, сейчас уже столовая опять полна шума, но… всё равно в воздухе витает некое напряжение. Среди разговоров послышался недовольный голос: «С чего я должен в одной столовой со зверочеловеком есть», но я притворился, что не услышал. Сказавший, наверное, думает, что тихо произнёс, да и если я раз за разом буду реагировать, то конца-края этому не будет. Ведь я и впрямь наёмник, ради денег убивший множество людей. Так что по нраву я могу прийтись лишь убийцам, пожалуй. Впрочем, на самом деле я скромный гражданин. Занимаюсь столь кровавым делом лишь потому, что таким уж я родился, но страсть у меня к готовке, а мечта — открыть где-нибудь небольшую пивную… эх, несбыточная мечта. Даже открой я таверну, кто посещать-то будет заведение зверочеловека? Даже я сам не сунулся бы. Хотя Зеро утверждает, что может сделать меня обычным человеком. Таким образом мы с ней пришли к соглашению. Ведьмы — мировое зло, им постоянно грозит опасность быть сожженными на костре. Вот взамен того, что я защищаю её от этой опасности, Зеро «когда-нибудь» превратит меня в человека. Вот только «когда» наступит это «когда-нибудь», крайне неясно… Ведь, как-никак, Зеро потратила огромное количество магической силы, чтобы разобраться с тем, что натворил её родной брат, Тринадцатый. Как результат, сейчас у Зеро нет сил сделать меня человеком. Вроде как из-за того, что в меня демона подселяли, связь с душой зверя стала сильнее, и малыми силами её не разорвать. Так что я принялся сопровождать её, надеясь, что за время странствий потраченное восполнится, но… Когда это случится-то? В принципе, как наёмник я постоянно путешествовал от одного поля боя к другому. Так что странствия в компании с ведьмой не особо изменили мой образ жизни, и можно даже сказать, что всё не так уж плохо… Если и есть проблема, то, пожалуй, она заключается в том, что у Зеро крайне скудные знания об обычном обществе. Назвав при встрече зверочеловека чудовищем, пусть это и правда, в зависимости от обстоятельств можно спровоцировать резню. Стоило мне деликатно упомянуть об этом, как Зеро несколько озадаченно покачала головой: — Вот как… извини, Наймит. Я не собиралась злить тебя. Я только… — Да нет, не злюсь я. Просто слегка обижен… — Но ведь я всего-то правду сказала. — Забираю слова назад. Разозлился. — Я ткнул письмом от Альберты в её серьёзное лицо. — П-прекрати, ты что делаешь?! Я же так есть не смогу. — Письмо от мелкой. В итоге никакой информации о сбежавших из Веньеса магах, говорит. Зеро слегка отклонилась назад и опустила руку, в которой держала письмо. С недовольным бурчанием по поводу попавших на лицо чернил Зеро тоже пробежалась глазами по пергаменту. После чего со скучным видом слегка дунула на листок. В тот же миг буквы быстро опали и исчезли. Ого… крайне… по-ведьмовски. Я сделал вид, что ничего не видел. К счастью, больше никто не смотрел, ведь обернись это шумихой, у нас появились бы проблемы. — Ну, более-менее ожидаемо, пожалуй. Полезного даже больше ожидаемого. — Полезного? Где, интересно, в письме было что-то полезное? Ни капли достоверной информации, одни лишь байки, даже непонятно, правдивы ли они. Максимум — дурацкие слухи о том, что где-то продаётся учебник по магии, то есть «Книга Зеро», которая хранится у Альберты. Так что, по моему мнению, в письме практически не было полезной информации… — Созданная копия исчезла, получается, — внезапно произнесла Зеро серьёзным тоном. Копия, то есть переписанная с оригинала книга. Если с «Книги Зеро» действительно сделали копию, а оригинал хранится у Альберты, то продаваться может только копия. Но в письме говорилось, что «дело заглохло». Разве это не значит, что копии не существует? Стоило мне спросить, как Зеро озабоченно помотала головой. — Пусть книга незавершённая, но даже одна страница — уже угроза всему миру. Я объясняла ведь, что для апокалипсиса достаточно даже начальной страницы, помнишь? Даже не так: важнейшая — первая страница, ведь в ней разъяснён сам концепт «магии». Что на самом деле всё просто и тому прочее... — Серьёзно кивнув, Зеро тяжко вздохнула. — Поэтому стоит думать, что у кого-то она есть. А юница чрезмерно оптимистична. — Да уж… Документы на открытое в ходе войны оружие полностью исчезли после её окончания… как бы сказать-то, это угроза национального уровня… Хотя, может, кто-то избавился от них? Так сказать, в страхе перед распространением технологии? Вообще, такая возможность гораздо вероятнее, чем кража. — Ты слишком оптимистичен, — отрезала Зеро. В общем, Зеро путешествует где хочет и смотрит что пожелает. Хоть руководствуется она желаниями, но в их основе лежит цель разбираться с проблемами, порождёнными созданной ею магией. Дескать, это долг породившего такую технологию, мол, на ней лежит ответственность за созданные проблемы. Вероятно, Зеро руководствуется такими чувствами. Да уж… ничего глупее и не придумать. Я не считаю, что создатель технологии должен отвечать за тех, кто использовал технологию во зло. Разве в том, что разбойник убивает выкованным в кузнице ножом людей, виноват кузнец? Или человек, разработавший технологию плавки металлов? Вовсе нет же. Но Зеро не соглашается, повторяя: «То и это — разные вещи». Обычно легкомысленная, но как дело доходит до магии, она резко становится собранной и неуступчивой. По её словам выходит, что мы не можем проигнорировать информацию о копии. Вот только… — Вообще, существует ли копия — неизвестно, так что я считаю, что глупо беспокоиться о том, что её украли и могут использовать во зло. Ты, часом, не слишком пессимистична? — Нет. Просто стоит действовать с учётом наихудшего сценария. Ведь вынеся «Книгу Зеро» за пределы страны, можно создать новый «Орден магов Зеро» и захватить страну, не считаешь? И, глядя на пример Тринадцатого, любой так подумает. Всё же, если копия существует, сейчас её местоположение неизвестно. Так что мы обязаны учитывать такую возможность. — Вот, значит, как… Мёд власти сладок и привлекает различный сброд. Пропавшая копия «Книги Зеро». До тех пор, пока мы её не вернём, скольких бы мы ни убрали магов, сколько бы ни метались, где-то постоянно будут появляться новые маги. Кроме того, если «копии» не существует вовсе, то наше путешествие превратится в поиски фантомной книги. Как-то конца-края не видно. Существует копия или нет… — Эх, тоска зеленая… Может, ну её, охрану эту… — Так что, расходимся? — ошарашенно спросила Зеро, на что я прямо взвыл: — Да черта с два! Я решил, что оплату за проделанную работу получу сполна! Поэтому до тех пор, пока ты меня человеком не сделаешь, ни за что не прекращу сопровождать. Да и вообще, обращение меня в человека — это же плата ещё за охрану во время тех событий в Веньесе. И до тех пор, пока не получу её, другими словами, пока не стану человеком, ни за что не отвяжусь от Зеро. К слову говоря, платой за нынешнюю охрану служит энное количество драгоценностей Зеро, которое я получил наперёд. Если их продам, смогу несколько лет жить в своё удовольствие. Работёнка, конечно, выгодная, но… — Именно. Ты сопровождаешь меня по своей воле. И на самом деле не собираешься бросать. Ведь ты хочешь быть рядом со мной, — заявила Зеро с тихим и довольным смешком. Интересно, откуда у неё такая уверенность в себе? Из-за облика? Вот поэтому-то я терпеть не могу красавиц. Я скривился, после чего Зеро прекратила смеяться и взглянула на тарелку у своих рук. — Но… Я не намерена насильно удерживать тебя рядом с собой. Ведь это я написала «Книгу Зеро», посеяв в мире зерна хаоса. Исправить всё — мой долг… По-своему тяжкий. Стоит вечно важничающей и нахальной Зеро вот так поникнуть, как замечаешь, что она крайне маленькая. — Поэтому я намерена не затягивать с оплатой. Ведь тогда ты станешь по-настоящему свободным. Не надо будет сопровождать меня, сможешь пойти куда угодно, исполнить свою мечту. Поэтому… — Эй, Ведьм… — Поэтому прежде я должна заставить тебя пасть перед моей красотой! И ты будешь умолять меня о позволении остаться рядом, скуля, что без меня не можешь жить!.. Мда, в этом вся она. Знал же, что она не из тех, кто падает духом. Перестав глазеть на Зеро, которая продолжала излагать всякий вздор с таким тоном, будто речь идёт как минимум о жизни и смерти королевской семьи, я пригубил содержимое стакана. Ведьмы в массе своей прагматики – действуют так, чтобы получить наилучший для себя результат. И пускай эта барышня говорит о долге и ответственности, но «сделать что-то с волнениями из-за магии» Зеро хочет вовсе не «ради мира», а скорее потому, что сделать иначе не даст характер. Вот же. Долг там, ответственность – для меня это абсолютно ничего не значащие слова… А она пустилась в трудный путь из-за таких размытых понятий, хотя сама даже ходить пешком не любит… поэтому-то я и не понимаю ведьм. — Ладно, шутки в сторону. Для начала необходимо заполучить эту копию «Книги Зеро». Проигнорировав сообщение о ней, мы так и будем бессмысленно бегать. — Так даже местонахождение неизвестно же… И вообще, само ее существование не доказано, нет? В ответ на недовольное «Ты что, мне не доверяешь?» от Зеро я скрестил руки на груди и воззрился на засаленный потолок. — Но в письме мелкой говорилось, что инциденты, в той или иной степени возможно связанные с магией, возникают в каждой стране. И если книга существует, то она там, где произошел один из инцидентов, но на проверку каждого уйдет слишком много времени. — Пожалуй, ничего не остаётся, кроме как ответить юнице, чтобы она разведала об этой копии. Раз есть информация о продаже, то узнать место и личности причастных вполне возможно. Мы же в это время будем искать по-своему. Здесь, в республике Крейон, есть порты. Если Веньес — центр сухопутных путей, то республика Крейон — центр судоходства. И собрать слухи из разных земель должно быть легко, поэтому мы и выбрали его в качестве места назначения. Стремимся мы в самый большой портовый город Крейона — в Идэверну. — Если пройти через лес, то сможем прилично сократить путь до Идэверны. Если, конечно, не заблудимся… В этот момент, перекрывая шум в столовой, раздался перестук колёс лошадиной повозки. За окном уже темнота. Похоже, что даже такая дешевая гостиница, где дует изо всех щелей, для странника гораздо предпочтительнее ночевки на улице. Вот только для ночной поездки скорость довольно высоковата… Поглощенный думами, я перевёл взгляд на окно. В следующий миг повозка, проломив тоненькую дощатую стену, сшибла меня - я полетел назад, снося столики других посетителей, и от души приложился об пол. Неужто умру? Откуда-то течёт тепловатая жидкость, расплываясь по моему телу. Это что, всё моя кровь? Тогда её просто до жути много. Если подумать, то довольно короткая жизнь была. В итоге, значит, так и не побываю человеком, да? Если вспомнить, то одними только боями и жил. Лишь напоследок стало слегка повеселей, пожалуй… Тепловатая жидкость случайно попала в рот, и в тот же момент заполонила его целиком. Вкус цельного молока и варёных овощей… А, так это не кровь, а крем-суп одного из посетителей, да? — Наймит! Ты в порядке, Наймит?! Ах, как ты вкусно выглядишь!.. Так это и есть та самая готовка на месте?!. — Нет! Зеро, избежавшая, по-видимому, столкновения с повозкой, приближается ко мне со странными словами. Стоило мне невольно крикнуть, как потихоньку начала наваливаться боль. Похоже, легко отделался. Вот она, звериная суть, живучесть на высоте. Стоило мне подать голос, как Зеро облегчённо расслабилась… держа в руке тарелку с едой и деревянную ложку. Похоже, когда повозка вломилась, она уклонилась, оберегая тарелку. Винить её не могу, но почему-то злит до крайности. Тут где-то в столовой раздался встревоженный голос: — Ребёнок! В данной ситуации это слово в момент вызвало крайне необычное волнение. Позабыв о боли, я приподнялся и взглянул на завалившуюся повозку. Рядом валяется ребёнок. Тоненькие длинные ручки и ножки, небольшое тело. Выглядит максимум лет на десять, на деле даже меньше, наверное. Рядом с нами детей точно не было, а значит, он из повозки. Потемневшие под солнцем каштановые волосы все в крови. Тельце на полу слегка шевелилось и подергивалось, словно в агонии. Но рядом с ним взбешенная кобыла. Если он поднимется и лошадь его заденет, он несомненно погибнет от её копыт. Я немедля сорвался с места. Кроме меня, зверочеловека, здесь нет никого, кто, не боясь лошади, вытащил бы мальца. Стоило мне подхватить ребёнка, как лошадь, ещё сильнее взбесившись от присутствия зверочеловека, взвилась на дыбы. Я увернулся, но подкова чиркнула по виску - потоком хлынула кровь. Я отдалился от лошади перекатом и проверил состояние мелкого на руках. Тот в отключке, даже не шевелится. Осмотрел. Из виска течёт кровь, а в плече застряла щепка. — Эй, тут лекари есть?! Мальчуган серьёзно ранен! — крикнул я и оглядел столовую. Вот только с виду-то я хищник, так что от моего рыка нормального человека сковывает страх вне зависимости от обстоятельств… Никто не спешит помочь. Тут я просчитался. Не стоило мне лезть на рожон. Интересно, если положить ребёнка здесь, а самому покинуть столовую, будет толк? Быть может, тогда кто-то подлечит его, — мелькнула в голове мысль, но я тут же одумался: быстрее справиться своими силами. Я могу оказать лишь первую помощь, чему научился на поле боя, но всё лучше, чем вообще ничего не сделать. — Принеси вон ту ножку стула! Остановим кровь! Отдав Зеро распоряжение, я уложил ребёнка на пол, и, порвав его окровавленную одежду, сделал из неё повязку. Приняв у подбежавшей Зеро палку, начал затягивать ею повязку на ране. Стоило сдавить, как малец издал крик, полный боли. — Отнесу мальчугана в комнату… Сможешь спасти ведь? С магией Зеро наверняка возможно залечить все раны. Стоило спросить, как Зеро кивнула: — Но тогда день, когда ты станешь человеком… — Черт с ним. У меня-то время есть, но не у него. Я уже сунул было руки под голову и колени ребёнка, чтобы его поднять, как в этот момент из окружившей меня группы людей вылетел мужчина. Окутывающая всё тело чёрная мантия и под стать ей потрёпанная чёрная сумка… На левой руке, которая держит оную сумку, отсутствуют мизинец и указательный. Судя по крайне неприглядному шраму, они были откушены животным каким-то. — Тебе чего?.. — Я лекарь. Звиняй, что так поздно. Всё ж перед зверочеловеком на миг дрогнул, — представился он, после чего обернулся к толпе и воскликнул: — Вы чем заняты, друзья? Он же ранен! А мы ведь лекари! Мы?.. Стоило мне задаться этим вопросом, как я почти сразу понял ответ. — Да, как-то даже слишком много… Мужчины в характерных чёрных лекарских мантиях устремились к нам из толпы, держа в руках такие же чёрные сумки. Число их с лёгкостью перевалило за десять. Несколько лекарей взяли ребёнка из моих рук и, перенеся его на стол, немедля занялись лечением. Остальные рассеялись по столовой, обходя всех в поисках пострадавших. — Нынче лекари уже группами действуют? — ошарашенно прошептала Зеро. Я, конечно, сомневаюсь в этом, но иного объяснения тому, что столовую заполонили лекари, не найти. . 2

К счастью, остальным посетителям претило находиться рядом со зверочеловеком, и они сидели в приличном отдалении, так что в забитой до краев столовой кроме меня мало кто пострадал. Да и даже эти раненые немедля получили лечение от случайно собравшихся здесь десятков лекарей, так что, невзирая на необычность произошедшего, атмосфера в столовой довольно оживлённая. Ведь самые тяжёлые травмы у меня, непосредственно принявшего удар повозки, и у ребёнка, который в этой повозке ехал. — Ну что, выживет ли малец? — взглянул я на явно привычного к зверолюдям лекаря, пока тот зашивал мою рассечённую бровь. Это тот, выскочивший вперёд давешний лекарь без двух пальцев. Зовут его Тит. Крайне необычный лекарь, раз представился зверочеловеку. Несколько человек занялись ранами мальца, Тит же, глядя на мои ранения, заявил: «Тебе тоже надо подлечиться». Зеро уселась с ним рядышком и без спроса начала перебирать содержимое сумки, с интересом разглядывая лекарский инструмент. Само собой, Тит пытался остановить её, но после того, как она со слезами на глазах обронила: «Я посмотреть хочу», тот не смог ей противиться. Жуткая девушка… Ухо с ней стоит держать востро. Царивший вокруг бедлам – заваленную набок повозку, разбросанные столы, пролитую кровь – удалось худо-бедно убрать. Обломки и прочий мусор общими усилиями выбросили через дыру в стене. Несколько человек вместе со мной наблюдали за процессом, пока нас лечили. — Да. Он крепкий паренёк. А самое главное — везучий. Здесь столько хороших лекарей, так что так просто он не умрёт. — Действительно… офигеть много, — невольно вырвалось у меня, на что Тит как-то устало усмехнулся. — Мы все члены одной лекарской гильдии. Путешествовать группами в некоторой степени выходит дешевле, чем поодиночке. Ну, впрочем, моя-то специализация исключительно животные. Лечением врезавшейся лошади тоже занимался я. — Так ты коновал?! — Ну разумеется, — кивнул Тит, — иначе не смог бы лечить зверочеловека, с виду выглядящего зверем. Да и как по мне, благодаря разуму и пониманию слов со зверолюдьми работать легче… Хотя, утративший разум зверочеловек в разы хуже, чем тот же зверь… Так, выходит, он привык не к лечению зверолюдей, а к лечению животных. И, похоже, недостача пальцев — результат буйства раненого зверя, которого он пытался подлечить. Слегка обидно, но я и впрямь с виду зверь. Так что сдержусь. — Ну и? — Я вновь осмотрел столовую. — У вас что тут, собрание какое лекарское? Или лекари, подобно учёным, сразу как встретятся, собрания да обмен опытом проводят? — Есть такое дело, но в этот раз иная причина. Мы собирались уезжать из страны. Вам не говорили, что все комнаты заняты? Все переезжают, причем целыми семьями. – Переезжают? — Я недоверчиво прищурился. — Все пятнадцать? — В этой стране лекари уже не нужны. Пациентов всё меньше – не прокормиться. — Нет такой страны, где не нужны лекари. Повсюду скорее озадачены их нехваткой. Тит озадаченно улыбнулся. Похоже, тут какие-то особые обстоятельства. — Видишь ли, в этой стране божьим чудом лечатся все болезни и раны. Это, конечно, прекрасно, но мы не можем жить там, где в наших услугах не нуждаются. Поэтому и покидаем страну. Пусть на чужбине, но мы хотя бы продолжим работать. — Божьим… чудом? — невольно переспросил я с глупым видом. Мне подумалось, что тот издевается, но Тит крайне серьёзно продолжил: — А если я скажу: «Святая Агдиоса»?.. Впрочем, пришлым не понять этих слов, наверное. — Да, мы только прибыли в Крейон. Агдиос, кажется… — Возвышающийся над солёным озером город. Водоем огромен настолько, что видящие впервые по ошибке принимают его за море. Говорят, оно связано с морем подземными пещерами. Так вот, на том озере есть небольшой островок, а на нём – небольшой городок. Имя тому городу — Святой город Агдиос. — И что, в этом Агдиосе есть святая? Тит кивнул. — Именно… Полная милосердия и любви, воистину добрейшая госпожа Святая. Она безо всяких лекарств и инструментов прямо на месте исцеляет болезни и раны. Даже в тех случаях, когда врачи уже ничего не в силах сделать, или болезнь неизлечима. — Это, как бы сказать-то… до крайности подозрительная история. Всё равно наверняка какой-то обман. — Было бы замечательно, но… к сожалению, эта святая — настоящая. Действительно творит чудеса, действительно спасает людей. После того как своими глазами увидел, не сомневаюсь, да и будь она обманщицей, мы бы не лишились работы. — Но ведь божьи чудеса ведь вообще не сущест… — Наймит. Я перевёл взгляд вниз. Зеро с крайне серьёзным видом кивнула. Тогда ещё один вероятный сценарий дошел до меня. Учебник по магии, написанный Зеро… «Книга Зеро». Он содержит в себе четыре главы: «Охота», «Захват», «Сбор», «Защита», и одна из них, глава «Защиты», кажется, в основном посвящена лечению. Довелось мне в прошлый раз видеть, как Альберта лечила ожоги магией главы «Защиты»; с ней возможно лечить болезни и раны безо всяких лекарств и инструментов. — А ответь-ка мне, господин коновал. Когда эта святая появилась-то? Я от Наймита многого наслушалась, но о Святой Агдиоса не слышала ни разу. — Оно и понятно. — Тит озадаченно улыбнулся. — Ведь до тех пор, пока Святую не признает церковь, она на положении ведьмы. Да и не станут торговцы болтать, что в их городе есть Святая. Даже в самой республике Крейон о ней начали узнавать лишь где-то год назад. Как в прошлом году избавила от неизлечимой болезни одного богатого землевладельца, так в миг молва разошлась. И, само собой, церковь отрядила одного из «Дэа Игнис» по этому поводу. — «Дэа Игнис»?.. М-мать, это тот, что ли, орден тренированных убийц? Инквизиция? Божье чудо ли, дело ли рук ведьмы-еретички… Вынести решение и донести его до Церкви — задача Дэа Игнис. Но по факту ничем иным их промысел, кроме как инквизицией, не назвать. Без доказательств. Без разбирательства. Если они решат, что проверяемая – злобная еретичка, прикрывающаяся чудесами, то приговорят на месте. Другими словами, казнят. Церковь считает, что её служителям нельзя пользоваться оружием для убиения себе подобных, но эта сволота из «Дэа Игнис» извратила правило до «раз не оружие, то можно» и сражается себе молотами, вроде используемых кузнецами, и косами, подобными крестьянским. Говорят, что их орден был основан после того, как то ли две, то ли три сотни лет назад некая ведьма, заявив о божьих чудесах, убила огромное множество святых отцов и простых людей. Но по сути они просто сборище тренированных монстров, применяющих орудия труда не по назначению с единственной целью – уничтожать ведьм. Натурально один стоит тысячи. Честно говоря, с таким противником встречаться не жажду. Нынче, когда ведьмы почти лишились возможности практиковать магические ритуалы, надобность этих убийц встала под вопрос, но… похоже, этот жуткий орден еще не упразднили. Поскорее бы он распался. Я, конечно, к ведьмам любви не питаю. Но и церковь ненавижу в такой же степени. Хотя с учётом того, что я сейчас путешествую с Зеро, неприязни к ведьмам слегка поубавилось, так что можно сказать, что теперь ненависть к церкви сильнее. — И? Она была признана святой? — Такого я не слышал. Вроде как ещё разбираются. Церковь же у нас славится тем, что легко навешивает клеймо «ведьма», но не спешит верить в чудеса. Она как ревнивая девушка, которая практически не верит заверениям в любви. Последнюю фразу он произнес тихо, почти шёпотом. Среди врачевателей много противников церкви… Хотя нет, правильнее будет сказать, что это церковь ненавидит их и те примыкают к антицерковным движениям. Ведь лекарское дело вообще изначально церковное, прежде при болезнях и ранах спешили в церковь за лечением. Но в силу спроса прибавилось лекарей, и, само-собой, смысл в церкви отпал. Поэтому церковь лекарей терпеть не может, заявляя, что спасение людей за деньги — занятие, за которое даже демоны не возьмутся. Ну а после такого осуждения трудно остаться прилежным прихожанином, это очевидно даже мне. Ведь что главное, так это то, что ни раны, ни болезни молитвой не излечить. Именно осознавая это, лекари склонились не перед чудесами богов, а перед знанием и умением. И если даже сами лекари признают чудеса святой, то тогда… рассказ становится гораздо правдоподобнее. Вот так в неожиданном месте попалась неожиданная информация. Святая Агдиоса… Непонятно, связана ли эта женщина с «Копией», но раз уж мы неподалёку, то проигнорировать не можем. — Ну… Впрочем, даже если считать её ведьмой, то в силу вмешательства церкви об этой святой нельзя и слова плохого сказать. Ведь если дела её признают чудесами, то жизнь поносивших святую станет тяжкой. — А что, есть и такие, кто считают её ведьмой? Стоило мне спросить, как Тит со словами: «Прекрати уж» – озабоченно скривился. — Виноват. Больше выспрашивать не буду. — И этим ты мне сильно поможешь… На меня и так в гильдии косятся. Презирают за то, что я ветеринар. Что важнее… раз вы только приехали, то у вас и карты наверняка нету ещё. Подарю вам свою. Мне уже не нужна… — Не уходите! Без врачей мы в беде! — прервал Тита разнесшийся по всей столовой высокий голосок. Глянул, чей он, а это, вцепившись в одного из лекарей, хнычет мальчонка, с повязкой на плече и голове. Давешний, спасённый мною мальчонка. — У-успокойся! Я только зашил всё. Если переволнуешься, рана откроется. — Сейчас и так проблемы из-за нехватки врачей, но если их станет ещё меньше, то как нам быть!.. Ну же, прошу! Ведь излечившись — можно работать. И зарабатывать деньги! Но без лекарей только и остаётся умереть. Вы хотите бросить нас всех?! — Достаточно лишь попросить святую! Уж она-то бесплатно… — Так она же кроме богачей и не лечит никого! Нам, беднякам, даже попасть в Святой город трудно! И как же нам… обратиться к святой?! — Нам и самим надо чем-то питаться! А в этой стране лекарем жить невозможно! — отцепил ребёнка молодой лекарь, повысив голос. Не в силах стерпеть боль в только зашитых ранах, малец громко вскрикнул и согнулся. И, слёзно моля, так и упал, прекратив шевелиться. Молодой лекарь с побледневшим лицом взглянул на рухнувшего ребёнка и, словно сбегая, покинул столовую. Никто не произносит ни слова, никто не знает, как поступить, все просто смотрят на упавшее дитя. Тит, не в силах сдержаться, уже хотел подойти, но Зеро остановила его, видимо имея что-то на уме. — Наймит. Я сместил взгляд вниз, к позвавшему меня тихому голосу. Зеро с широкой улыбкой взирала на мальчонку. — Это же… так необходимый нам источник оперативной информации, согласен? «Источник оперативной информации?» — собрался я переспросить, но замолк. — А… Понятно. Действительно… источник очень оперативный. О святой Агдиоса. Об этой стране… Замученный нищий малец без сомнений выскажет всё. И если накладывать лапу на это дитя, то сейчас отличный шанс. Я приблизился к ребёнку. Тит что-то попытался сказать, но Зеро успокоила его словами: «Доверься. Плохого не сделаем». К счастью, похоже, никто в мальце не заинтересован, да и не думаю, что они бы попытались содрать с еле живого ребёнка стоимость ремонта заведения и лечения. К тому же хозяин заведения неприметно увёл пару лошадей, несших повозку, в свою конюшню. Насколько я сумел разглядеть, довольно хорошие лошади - если продаст, то уж стоимость ремонта покроет. Зачем и почему этот малец вместе с повозкой влетел в здание… конечно, любопытно, но один чёрт причина явно не из хороших. С одного взгляда видно, что повозка довольно дорогая, да и впрягли в неё пару молодых коней. Быть не может, чтобы настолько замызганный и оборванный мальчишка был кучером. Желания выспрашивать о случившемся (и заполучить себе головную боль) ни у странников, ни у владельца заведения не возникло по вполне естественным причинам. Какой там. Ведь, узнав о настоящих хозяевах, волей-неволей придётся расстаться с только-только заполученными конями. И напротив, заявляя, что не знал, не понимал, продать лошадей — черта зрелого и смышленого торговца. Ну, любопытные среди них, может, и есть, но… вот то, что среди них нет достаточно смелых и храбрых, точно знаю, особенно после того как я, зверочеловек, «взял под защиту» ребёнка и этому никто не воспротивился. Не сомневаюсь, что позже они придумают подходящую отговорку своему поведению. Взяв на руки лишенного чувств ребёнка, я покинул столовую прежде, чем желающие высказаться успели раскрыть рот. 3

Хотя, комнатка-то у меня как раз такая, которую обычно и сдают зверолюдям. Стойло, другим словом. На оживлённых постоялых дворах и конюшни приравниваются к комнатам; как правило их предлагают всяким нищим оборванцам и зверолюдям вроде меня, даже если свободны обычные комнаты. Как-то раз, в силу того, что со мной Зеро, я собирался слегка надавить и выбить-таки нормальную комнату, но Зеро заявила такое, от чего слёзы наворачиваются: «Мне больше конюшни по нраву». Так что с тех пор сон в конюшнях — постоянно дело. По её словам, ей всё равно, где спать, пока мой мех рядом. — Наймит, ты и писать умеешь? — удивлённо вопросила Зеро, навалившись мне на спину, после того как я, положив ребёнка на солому в стойле и дочиста стерев остатки пищи, налипшие на мех, принялся писать ответ Альберте. Поскольку у нас приличная разница в росте, то, даже несмотря на то, что я сижу, а Зеро стоит, моя голова всё равно выше. Поэтому Зеро, попытавшись взглянуть, чем я там занят, практически всем своим весом налегла мне на спину. — Эй, ты тяжёлая, чёртова ведьма! — Хочешь без ушей остаться? — Ой, не слишком ли ты исхудала? Больше мяса ешь, мяса! — поспешно поправился я, после чего пальцы Зеро, вцепившиеся в мои уши, оставили меня в покое.

В версии с изображениями тут находится картинка. На волосок от беды прошёл. Воистину язык мой – враг мой. Написано же всего две фразы. — «Прошёл слух о магии в Агдиосе, что в республике Крейон. Прошу дополнительно разузнать о копии»… Только и всего? — Писать я умею, но не особо хорошо. Всё, на что способен — подставлять слова из различных документов и получать предложения вроде этого. Хватает вроде бы. Что ещё-то писать? — Всякое разное. Например, как дела, или что с Зеро путешествовать приятно. Или что Зеро каждый день прекрасна. Или что скоро возжелаешь её, и уже тянет поцеловать. — Давай-ка кое-что расскажу, Ведьма. Если чересчур давить на парня, он и дёру дать может. — Если сбежишь, то победа останется за мной, давившей до последнего. — Победа или проигрыш — да какая разница! Ведь мужчины, знаешь ли, не способны противиться смущению, а также желанию защитить слабую девушку! — Не глупи. Тринадцатый считал легко сдающихся людей слабохарактерным мусором. — Ты его в пример не приводи! Мыслительные процессы братца твоего за гранью человеческого! — после крика у меня пробежали мурашки по спине. Показалось будто липкий, словно слизь на дне отстойника, неприятный взгляд Тринадцатого сейчас подобно улитке прополз по спине. Он, часом, не наблюдает ли за мной с помощью ритуала какого подозрительного? Вполне вероятно. Жуть. — Что не так, Наймит? Ты дрожишь? — Нет. Просто… представил кое-что чутка неприятное… Похоже, Тринадцатого я терпеть не могу. Вздохнув, я свернул бумагу и убрал в сумку. Сейчас наша проблема… — Малец, раз очнулся, то можешь пошевелиться. Уже какое-то время ребёнок притворяется спящим. Стоило мне его окликнуть, как он вмиг замер, после чего медленно встал. Ну, оно и понятно – осторожничает. Ещё бы. Потерять сознание в столовой, а очнуться в конюшне со зверочеловеком. Тут и взрослый-то испугается, а уж десятилетнему тем более не дано с собой совладать. Каштановый волос, потемневший под влиянием солнца, лицо, усыпанное веснушками, излишне исхудалое тело. Сей пацан испуганно смотрит на меня, стоя на соломе. Похоже, меня невзлюбили. — Не боись. Как видишь, я зверочеловек, но есть тебя не буду. Как раны? Болят? Стоило мне мягко, насколько это было возможно, заговорить, как паренёк беспокойно дёрнулся и кивнул. — В порядке… Только липко как-то… Усыпанное веснушками лицо ребёнка полностью запачкано. Скорее всего, почти застывшим крем-супом. Видимо, когда я поднял мальца, на него тоже попало, но объяснять ему это у меня причин нет. — Дядя… а вы кто? Охранник таверны или кто?.. Ч-что… будете со мной делать? Дядя?! Я?.. Ну, ничего не поделать. Судить о возрасте зверочеловека по внешнему виду невозможно, да и для мальца, которому в районе десяти, я в достаточной мере стар. Если накричу и испугаю, потом проблем не оберусь, так что я не разозлюсь, не разозлюсь … — Простой странствующий наёмник… пострадавший, когда в таверну влетела повозка, на которой был ты. Стоило договорить, как малец тут же побледнел и округлил глаза: — Извините! Я пытался её остановить, но лошади не слушались!.. Что угодно сделаю! Поэтому не ешьте меня, пожалуйста! — Да сказал же, не буду тебя есть, грубиян мелкий! Сожру нафиг! — Успокойся, Наймит. В одной единственной фразе ты крайне противоречишь себе. Вот чёрт. Таки не успокоился. К тому, что с животным сравнивают, привык, но вот как дядей назвали, так на удивление сильно задело. Настолько, что вырвались слова, которые стараюсь не произносить. Испытывая неловкость перед до смерти запуганным мальчишкой, я откашлялся. — Ну… извини. Не бойся. Я людей не ем, да и вообще с сырым мясом не дружу. Если уж есть, то как следует приготовленную и разложенную на блюде еду. — Это звучит ещё страшнее! — громко воскликнул паренёк. — Да нет же, это был всего лишь пример. Приготовленную или нет, но человечину я не ем. Зверолюди, конечно, славятся пожиранием людей, но так делают лишь исключительно малое число представителей нашего вида. — Я понимаю, но… — Понимаешь? – переспросил я от неожиданности. Малец слабо кивнул. — Ну у меня как-никак есть знакомый зверочеловек. Вот как. Ясно. Так гораздо проще. — Кстати, малец. Я не просто добрый и спокойный, но ещё и умный зверочеловек. Тебя сюда притащил лишь с одной целью… Просто выслушать хочу. — Выслушать?.. — У меня нет ни капли желания слушать, почему ты на повозке вломился в таверну. Ведь один чёрт причина не из хороших. Вообще влезать в чужие дела не желаю, своих проблем хватает. — Но тогда мне рассказывать… не о чем. В ответ на испуганный взгляд ребёнка мы с Зеро хором произнесли: — О святой.

Святая Агдиоса… Молоденькая девушка, которой едва минуло восемнадцать, красотой превосходящая даже богиню, так считают все. И святая, и красавица — это звучит слишком уж хорошо, как по мне, но в силу того, что неподалёку ведьма и притом красавица — воздержусь от комментариев. Но рассказ о том, что она полна добра и милосердия, бесплатно лечит любого и её почитают за посланницу бога, всё же до отвращения странен, аж хвост дыбом встал. Слухи всегда всё преувеличивают, но даже так это чересчур. Более того, поведавший почти все слухи о святой паренёк, похоже, на самом деле будто и не верит в них. — Святая практически не выходит из Агдиоса. И лишь время от времени покидает его ради какого-нибудь толстосума, который болен настолько, что не в состоянии доехать до Святого города. Но обычно жаждущие обрести исцеление своим ходом должны добираться до Святого города. — Святой город, да… Ты недавно говорил, что к нему нищим не приблизиться, вроде как? — По идее вход разрешён для всех, но на деле многих не пускают, мол, нищие воруют, а госпожу Святую нужно оберегать от всякой скверны. — Вот оно как. Ну… приличная система безопасности. Раз даже нищих не пускают ради спокойствия, то зверочеловека и подавно не пустят. Вот только у нас есть подорожная с печатями Веньеса. Весомое доказательство нашей надежности. И даже если заявят, что зверочеловек будет нарушать порядок, то выкручусь, сказав, что сопровождаю Зеро. — Скажите, вы болеете? Поэтому и хотите узнать о святой? — Что? А… Нет. Вовсе не… — Да. Я страдаю от неизлечимой болезни под названием любовь. Я, прелестная красавица, пала в пучины запретной любви к зверочеловеку-наёмнику, и… — Не запутывай разговор. Можешь ли немного помолчать, о моя госпожа. Зараза, набирается, понимаешь, по пути всякой чепухи. Раз за разом образумливать ее уже надоедает. — Надеюсь, что успешно вылеч… Ой, вы же сказали, она неизлечима, да?.. Ясно. Трудно, наверное, вам. Ну вот, он безоговорочно поверил. На глазах наивного паренька аж слёзы выступили. А на лице Зеро ни следа раскаяния, несмотря на мой укоряющий взгляд. — Кто знает, быть может, эта святая способна излечить любую болезнь. Тощий пацан. Стоит ему понуриться, как он выглядит столь маленьким, что кажется, будто я его и одной рукой раздавить смогу. — Ты… ненавидишь святую? — задала вопрос Зеро. Хотя у меня он тоже вертелся на уме. Святая, способная излечить любую болезнь… Но этот ребёнок почему-то крайне отрицательно настроен по отношению к ней. — Ненавижу?.. Нет, вовсе не так. Просто… — начал паренёк, но сразу умолк. Его взгляд, устремлённый на меня с Зеро, схож со взглядом мелкого зверька, оценивающего расстояние до хищника… Крайне остерегается говорить начистоту. Похоже, он не настолько наивен, как я думал. — Вы же ведь видели? Как я буйствовал. Врачей стало меньше. Мол, раз есть святая, то они не нужны… Но если их не будет, то мы в беде. Ведь для нас святая недосягаема. Паренёк поник, напоследок улыбнувшись какой-то усталой и нежной улыбкой. Я же всем своим телом навалился на письменный стол и почесал когтем длинный мех на подбородке. По вине святой врачей меньше… Ну, ожидаемое дело. Стоит появиться новому, более эффективному методу, как от старого избавляются. От колдовства к магии. От глины к металлу… Таким образом общество стремится к лучшему. Подобно тому, как пациенты сменили эфемерное церковное лечение на точную науку лекарей, так и тут: если чудеса святой настоящие, пациенты перетекут от врачей к чудесам. Вот только не все способны постоянно адаптироваться к переменам. Пожалуй, есть и такие, кому столь резкое сокращение числа лекарей принесёт проблемы. Да и потом, врачам, у которых святая отняла всех пациентов, тоже не остаётся ничего, кроме как сменить место жительства и работать там. Кого-то возмущает, что этим они отягощают жизнь людям, но при ином выборе жизнь будет тяжка уже у лекарей. Убийством святой проблема разрешилась бы, пожалуй, но… Всё-таки это не есть хорошо. Насколько я слышал, святая или кто она там, всего-то лечит людей. Как ни посмотри, она не злой человек. — Скажите… Вы в Святой город идёте, да? Хотите со святой увидеться? — А… Ну, выходит так. Действительно ли она использует магию или нет… Если да, то где выучилась? Знает ли о копии «Книги Зеро». Если мы хотим всё это выяснить, то направиться первым делом в Святой город логично. После моего ответа паренёк какое-то время побормотал что-то, и, решившись, взглянул на меня. — Скажите, а не можете меня взять с собой? — Что?.. — Будь у вас проводник до Святого города, удобно же? По обычным дорогам путь займёт около недели, но если пойти тропками, можно уложиться в половину времени. Я у разных людей на побегушках бывал, и по стране меня помотало прилично. Поэтому о таких путях знаю много - пригожусь. У меня неподалёку от Святого города семья есть. Хотелось бы вернуться, но в тех краях разбойники промышляют, в одиночку страшно… Денег у меня нет, конечно, но я помогу всем, чем смогу. Прошу! Возьмите с собой, пожалуйста! Я переглянулся с Зеро, та легко пожала плечами. Видимо, хотела сказать, мол, решай сам. Мы всё одно в Агдиос собирались. Если малой говорит, что будет проводником и во всяких мелких делах поможет, то его защита стоит того, как по мне. Даже если появятся разбойники, то можно Зеро с мальцом в охапку – и бежать. — Ну… хорошо. — Правда?! — Веснушчатое лицо паренька засияло. — Спасибо огромное! Я Тиио. Можно просто Тио. С этими словами Тио раскрыл рот, в котором не хватало одного зуба, и улыбнулся во всю ширь. Эта его беспрестанная болтовня и крайне счастливый вид вселяют в сердце до странного дружелюбное чувство. — Ну тогда… А… Как вас звать-то? — Меня можешь называть Зеро. — Зеро, верно? Понял. А вас, дядя? Думал назваться, но в панике закрыл рот. «Твоим именем привяжу к себе навечно, сделав только своим. Поэтому давай, немедленно назовись». Никогда не забуду, как Зеро этими словами запугала меня. Иначе говоря, если она узнает моё имя, то сделает из меня раба. Зверочеловек — раб ведьмы… Звучит невероятно жутко и зловеще. Да одних этих слов достаточно для конца света, как мне кажется. И становиться рабом я ни за что не хочу. Категорически отказываюсь. Я уже решил, что когда стану человеком, перееду в глубинку и заживу мирной и спокойной жизнью. — По некоторым причинам не могу назваться. Зови как хочешь. — Да? — озадаченно воззрился на меня Тио. — Тогда ещё раз приятно познакомиться, Зеро, Дядя! И всё-таки дядю выбрал… Хотя бы братом решил звать… Эх, бессмысленно вздыхать. Так и быть. Прикрыв ладонью глаза, я мысленно заплакал.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Святая и падре

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Тио оказался до жути полезным помощником. Мало того, что вызвался проводить до Агдиоса, так при этом ведёт, совсем не глядя на карту, да ещё и безо всяких указаний от меня по пути смекнул набрать хворост для костра. Он знал даже о речке, скрытой в глубине леса; жаль только рыбу ловить нечем. — Поймал! Пятая! Смотри, Дядя! Здоровенная! — громко прокричал Тио, стоя по колени в сверкающей в полуденном солнце воде и вздымая вверх проткнутую ножом рыбину. Простодушно хвастается пойманной добычей передо мной, пока я вожусь с готовкой на берегу. Неподалёку расстроено рухнула Зеро. Сняв плащ и ботинки с чулками, она осталась лишь в коротких шортиках и майке. С одного взгляда на неё дрожь берёт, но ей холод нипочем. Похоже, поглядев, как Тио веселится во время ловли, тоже решила попробовать. Но итог оказался плачевен. — Да что такое?!. Как ты так точно попадаешь ножом в рыбу?! Я даже взглядом её поймать не могу!.. — Ещё бы. Ты же до недавнего в пещере жила. Слишком самонадеянно было считать, что ты сумеешь выловить рыбу, которая прошла отбор по закону природы: выживает сильнейший. Тут нужна сноровка, смекаешь? — Черт бы её побрал! Если я возьмусь всерьёз, то смогла бы всю рыбу из реки захватить и... — Не берись всерьёз. Ни за что. Я не думаю, что она применила бы магию перед Тио, но на всякий случай решил предупредить. Зеро в ответ тут же надулась и поджала губы, словно говоря этим, что понимает, и обиженно повернулась спиной. Решив, что девушка расстроилась потому, что не смогла поймать рыбу, Тио попытался утешить её, повторив мою мысль: — Да не переживай. Приноровишься и тоже однажды сможешь сама ловить. Я сам-то ужас сколько тренировался. Ведь, чтобы выжить, слабому пацану вроде меня нужно уметь хотя бы рыбу ловить. — Тяжко тебе пришлось… — Не продолжай. Ты же ведь, Дядя, наверняка с детских лет наёмничеством занимаешься? Кар рассказывал, что все зверолюди поступают так. — Кар? — Я же говорил, у меня есть знакомый зверочеловек. — А, точно, говорил. — С виду он жутковат, но добряк. Даже обучал меня всякому. Кар в прошлом тоже наёмником был. Держа в руках рыбу, Тио поднялся и помотал головой, стряхивая излишки воды с волос. Зеро же вновь стояла в реке, пристально наблюдая за рыбой и бурча: «Если предугадать движения, то можно поймать. Надо лишь внимательно следить за течением и движениями рыб… Если смотреть не в точку, где рыба, а предугадывать её путь…» Похоже, кончится тем, что она не поймает ни одной. Размышляя об этом, я накрыл мокрые волосы Тио сухим куском ткани. — Не спорю, зверолюди большей частью идут либо в разбойники, либо в наёмники. Ведь это наиболее лёгкие пути. — Здорово. То есть все сильные, так? Для меня убивать в бою — задача невозможная, да и как бы ни старался, наверняка первым убьют. — Недовольно скривившись, Тио присел у костра. — Дядя, а каково это? Быть сильным. Наверняка можно убить всех, кто не нравится, да? — Не говори таких опасных вещей. Поступи я так, то меня рано или поздно поймали и убили бы. — Пусть так, но если захочешь кого прихлопнуть, то сможешь, верно? А меня же самого скорее убьют. — Судя по твоему возбужденному тону, ты говоришь не абстрактно. … Что, кого-то убить хочешь? Услышав вопрос, Тио поморщился. — Ну да… Если вопрос в том, есть ли те, кого хотел бы убить, то есть. Например, тех, кто на всяких подработках вдоволь заставляет побегать, а уговоренную плату не отдаёт. А за недовольство ещё и побьёт. Мол, чересчур наглый шкет. Я крайне не люблю заносчивых. Но будь я таким же сильным, как ты... — Когда ты внушаешь излишний страх, то появляются проблемы. Не пускают ни в приличные магазины, ни в лавки искусных мастеров. Не попасть и в расположенные на главных улицах таверны и трактиры. В детстве я восхищался театром… Приблизиться, правда, не мог. Да и не видно представления с последних рядов. — У меня точно так же. Вечно твердят, мол, не шныряй тут, оборванец. — Но ты-то ребёнок. А дети взрослеют и начинают зарабатывать. Тогда и в магазины на главных улицах путь открыт, а если повезёт, то и в театре можно побывать. Но только не зверочеловеку. — Оно, конечно, так, но… — то ли согласившись, то ли нет, тихо выдавил Тио. После чего бережно вытер вымазанный в рыбьей крови нож и, подняв перед собой, сощурился. Большой нож явно велик для рук мальца, но он крепко его держит, да и видно, что привык им пользоваться. — Отличный нож… — Да? Это подарок отца, — вздохнул Тио и улыбнулся, обнажая зубы. — Батя мой болел. Поэтому мама пошла на поиски врача, но, чтобы найти хоть одного, пришлось далеко забраться… так что вовремя не поспели, и он умер. — Вот как… — Умирая, он отдал этот нож, наказав применять для дела, чтобы стать сильным и достойным взрослым. Защищать важных людей. Поэтому я хочу скорее повзрослеть и стать сильнее. Вот и завидую тебе, Дядя. — Вот только я жажду жить как обычный человек, самой обычной жизнью… — Э? Жалость-то какая. Не зря же ведь ты сильный такой, — вновь скривился Тио. Я легонько мазнул по его лицу кончиком хвоста, и малец отвернулся с воплем: «Эй, ты чего?!» — Слушай, Тио. Зверолюдей по всему свету считают плохими ребятами. Ругают вполголоса. Временами даже камнями бросаются. А, и ещё, даже самые безнадёжные девушки не приближаются. — Ну, таких можно убивать. А девушек – похищать, ведь так? А если обложат, то вырезать всех – и сбежать. Если ты сильный, то можно творить что угодно. Так? Вот поэтому-то мелочь и… Ну и как мне объяснить ему? Что в жизни зверочеловека нет ничего хорошего, да и не выйдет убивать всех, кто не по нраву. Как втолковать это ребёнку? — Что ни делай, аукнется... — А? — Если убьешь кого — возненавидят. С каждым убийством врагов всё больше. И в конце кругом окажутся лишь враги. Тогда убьют, сколь бы силён не был. Пусть сильный, но не бессмертный же. Побеждают те, кого больше. — Гм… может и так… — Поэтому я убиваю, только когда нет иного варианта. На поле боя выходят лишь готовые убивать и быть убитыми. Поэтому и я убиваю. Но даже и так, часто ненависть наживаю. Если бы я ещё и убивал каждого, кто не понравился, я бы значительно сократил себе жизнь. — Вот… как… — Да и потом. Я считаю, что поистине сильны лишь способные удержаться от ответного удара. Люди, которые, невзирая на любые издевательства, стерпят, не станут выходить из себя по каждому поводу. — Хм… — Тио озадаченно задумался. — Но… Но скажи. Быть способным дать сдачи, но не ответить… разве это не то же самое, что быть неспособным дать сдачи? — Ты, похоже, не понял, Тио. Ведь даже ты сможешь убить человека. Пусть ты ребёнок, но если захочешь, то любого убьёшь. Человек умрет, если его пырнуть тем же ножом. Это не сложно. Именно потому, что ты ребёнок, от тебя такого не ожидают. Поэтому нельзя сказать, что ты не способен убить. Ты просто этого не делаешь. — А… — Паренёк бросил взгляд на нож в своих руках. После чего замолчал. Я же на мгновение замялся, потом, собрав всю смелость в кулак, положил руку на голову Тио. Если он сейчас испугается, всё-таки обидно будет... Но паренёк спокойно дал себя погладить. — Поэтому-то, Тио, я думаю, что ты сильный. Поскольку тебя часто унижают, то и сдерживаешься ты гораздо чаще других. Несмотря на всё, по своей воле сдерживаешься от убийства неприятных тебе людей. Тио со странным видом потрогал свою голову, мельком взглянул на меня, после чего вновь уставился на нож. — Мне… нелегко это дается… — Тио поник, словно сдавшись, и убрал клинок в кожаные ножны. — Но услышать от тебя, Дядя, что я сильный, всё же приятно. Смущённо улыбнувшись, паренёк поскрёб щёку, усыпанную веснушками. В этот же момент... — Поймала!.. — радостно завопила Зеро. — Я поймала, Наймит! Ну, как тебе?! Я перехитрила закон природы, который гласит, что побеждает сильнейший! Похоже, она выловила рыбу, использовав свой плащ. Зеро горделиво показала нам живую рыбину, которая яростно стремилась вырваться. Но стоило чуть расслабиться, как везению пришел конец. Улов выскользнул из её рук, вернувшись в реку.

В версии с изображениями тут находится картинка. Зеро издала крик отчаяния. Мы с Тио переглянулись и одновременно покатились со смеху.

В итоге пять пойманных Тио рыб и травы стали основой для обеда. Готовка — моя задача. Предстояло начисто соскрести чешую, выпотрошить внутренности, насадить на ветку, посыпать солью и зажарить. Называть такое готовкой странно, но и принижать не стоит, ведь многие жарят, даже не счистив чешую. Я разделал одну рыбину и вместе с травами поставил вариться в котелке. Посуда, правда, лишь на меня с Зеро. Хотя я могу отдать тарелку мальцу, а сам буду прямо из котелка хлебать. — Природа, конечно, жестока… По её законам даже рыба, не имеющая ни клыков, ни яда, всего лишь продолжая избегать атак хищника, способна уморить его голодом. То есть я проиграла рыбе. Набив рот жареной рыбой, Зеро озадаченно воззрилась в небо. Услышав эти слова, Тио, дувший на горячую рыбу, чтобы остудить, ободряюще улыбнулся: — Если потренируешься, то быстро насобачишься. Показать, как нужно? — Не стоит. Ну научишь ты её, но это кончится тем, что она тут же растеряет весь интерес, — вставил я ремарку, за которую Зеро одарила меня недовольным взглядом. — Неправда. — После чего она вновь посмотрела на мальчугана и от души вздохнула. — Тио, ты хороший ребёнок. Рыбу ловить умеешь, да и съедобные растения знаешь. Благодаря чему я могу есть жареную рыбу и пить растительный суп. Пожалуй, когда ты рядом, то Наймит и не нужен. — Хо-о? Вот как. Понятно. Тогда тебе не нужен и сваренный мною суп. Налив содержимого котелка в посуду, я не стал отдавать миску Зеро, а начал пить сам. — А-а! — издав жалобный крик, Зеро в отчаянии протянула руку, не выпуская, впрочем, из другой рыбину. — Ты жесток, Наймит! Это моя порция! Ты же ведь должен понимать, как долго я этого ждала! — Так у тебя есть Тио, я же не нужен теперь. — Э-это я просто пошутила!.. — Именно, Дядя. Не считаешь, что так издеваться нехорошо? Жалко же её, — отчитал меня ребёнок. Под обвиняющими взорами этих двоих ощущаю себя последним негодяем. — Я же просто пошутил… - извиняющимся тоном повторил я слова Зеро и передал ей посуду. Следом налил и Тио, причём за эти несколько секунд Зеро успела всё выпить и передала назад опустевшую посуду. Аппетит у неё по-прежнему отменный. — Эй, Тио, если будешь медлить, то эта прожорливая женщина всё съест. — А, ага. — Осторожно отпив из чашки, над которой вился пар, Тио удивлённо взглянул на меня. — Ого, вкуснота! Дядя, ты обалденно готовишь!.. Зеро согласно кивнула. — Да, готовка Наймита вкусна. Наверняка отличной женой будет. Не буду. Вернее, физически не смогу стать. — Что ты такое говоришь-то, Зеро. Мужчина не может стать женой. Верно, Тио. Продолжай, продолжай. — Именно. Это же дьявольское издевательство, что в мире не всё так, как я хочу. Ведь будь Наймит девушкой, а я парнем, то с помощью крайне жестокого и неприличного зак… — Зеро закашлялась на полуслове. Вероятно, собиралась упомянуть магию. И пусть Тио ребёнок, если он узнает, что Зеро — ведьма, дело добром не кончится. — ...жестокого метода сделать Наймита своим, — поправилась она. Вот только жути результата это не сгладило… Какое счастье, что я мужчина. Воистину счастье. Никогда прежде так не был благодарен высшим силам. — Зеро, выходит, ты любишь Дядю? — Разумеется. Ведь зачем мне в ином случае путешествовать вместе с ним? Ведь стоит только хоть раз уснуть, зарывшись в мягкий-мягкий мех Наймита, как перестанешь высыпаться на любых кроватях. — То есть я для тебя кроватка, да… Запомни, Тио. Если поверишь в женские признания в любви, то пожалеешь. — Не говори глупостей, Наймит. Если бы ты был для меня лишь кроваткой, то я давно бы убила тебя и сняла мех. — А… — Тио подавил вырвавшийся у него крик. «Вот видишь. Женщины — страшны», — легонько кивнул я Тио с намёком. На что тот не менее серьёзно кивнул в ответ. Мы поняли друг друга. Кажется, мы с ним поладим.

Потрапезничав, мы направились через лес к Святому городу Агдиос, обители святой. Выйдя из леса на дорогу, мы сверились с картой и убедились, что так действительно быстрее, чем если топать обычной дорогой. — Так что, полезный я помощник? — улыбнулся Тио. Если честно, то весьма и весьма. Место для ночевки тоже выбрали с его помощью, так что мне и дел почти не осталось. И когда он предложил ночью посторожить у костра, я слегка напрягся. Выходит, среди прежних нанимателей Тио были и такие, что заставляли его у костра ночами сидеть. Причем со спокойной душой, будто так и должно быть. Тио остался без отца. И уж не знаю, где его мать и чем занята, но нет взрослого, который бы за ним приглядывал. Что хорошо, а что плохо; что правильно, а что нет. Тио не ведает ничего из этого. Его знания ограничены вопросами «как выжить» и «как получить работу». — Дядя?.. — Паренёк озадаченно посмотрел на меня, и я, взглянув на него, вздохнул… У меня нет намерений нести идеалистический вздор, но, честно говоря, чувствую себя паршиво. Зеро тут же сняла плащ и накинула его на мальца. — Наймит же у нас зверь. А если зверь настороже, то нет смысла всю ночь поддерживать огонь. Если тебе холодно, то одолжу свой плащ. Поскольку я с Наймитом сплю, мне и так тепло. Ведь так? — Девушка посмотрела на меня и улыбнулась. Не прикрытая плащом, её смертельная красота пленила взор. Бегло взглянув на её лицо, я невольно кивнул. Изумленно уставившись на плащ, в который его укутали, Тио протянул: — Но ведь… если огонь погаснет, то утром же снова разжигать придётся? А это же трудно… — Не переживай. У меня очень хорошо выходит. Светить магией перед другими ни к чему, но разжигание костра всё равно лучше оставить на неё. Так проще, да и огонь займётся в разы быстрее, чем я его высеку кремнем. В обед же у Зеро получилось развести костер, улучив момент, когда Тио отвлёкся на рыбу. Если я для неё подушка, то она для меня что-то вроде огнива. — Уж извини, но мех не уступлю. Так что тебе придётся обойтись плащиком. — Не страшно… Он же очень тёплый! — радостно выпалил Тио, укутываясь в плащ, при этом его веснушчатое лицо слегка заалело.

Среди ночи я проснулся - в моих руках заворочалась Зеро. — Наймит. Я поднял веки в то же время, как она тихо прошептала мое имя. Опустив взор, я наткнулся на встречный взгляд тёмно-фиолетовых глаз Зеро. — Сейчас неподалёку я ощутила признак движения магической энергии. — Что?.. — Я вскочил. — Постой-ка, ты о чём? Признак движения магической энергии?.. — Это нечто схожее с дуновением ветра или дрожью земли. Обычным людям не ощутить, наверное, но любая ведьма способна заметить… Другими словами, кто-то воспользовался колдовством или магией. — Что?! — Я едва удержался от крика. Убедившись, что Тио всё так же сонно сопит, я понизил голос: — Но ведь до Агдиоса ещё прилично идти. Тебе точно не приснилось? По словам Тио, путь до города должен занять ещё дня четыре. Учитывая, что шаг ребёнка меньше, для взрослого это два-три дня, но всё равно далековато. Зеро молча помотала головой. — Я же сказала — близко… совсем. — Пешком дойти можно? — Твоим шагом и получаса не займёт. Иначе даже я бы не заметила… Пойдём? В смысле вместе? Зеро готова отправиться даже в одиночку, мой ответ ничего не поменяет. Это её долг, ну а защищать её при этом — моя работа. До Святого города ещё далеко, но не факт, что святая — единственный маг на всю республику Крейон. Без лишних слов я взял меч и встал. Для пользователей магии голова зверочеловека — наилучшее подношение в магических ритуалах. Поэтому с ними такого понятия, как излишняя осторожность, нет. — Ч-что случилось?.. — сонно приподнялся Тио, но я его успокоил и отправил досыпать: — Просто осмотрюсь схожу. Опасности вроде нет, но заберись-ка ты на всякий случай на дерево. Нож с собой? Обхватив нож, подарок своего отца, Тио немедля поднялся и начал взбираться на дерево. Привычен, смотрю… Быть может, довелось ему спать на дереве, спасаясь от бродячих собак. И это внушает спокойствие. С Зеро в обнимку я ступил в утонувший во тьме лес.

Вскоре я ощутил запах костра. И примешивающийся к нему запах крови. А также характерное амбре человека, давно не принимавшего ванну. Кислый, неприятный запах. — Почти наверняка разбойники. — Мне тоже вступить в бой? — Нет, не стоит. Ведь с применением магии у тебя силы убудет, а восполнять ее долго? — Разная магия требует разного количества силы, но… в общем да, убудет. — Тогда не стоит. Все-таки вернуться к роду людскому хотелось бы поскорее. Ну, с несколькими разбойниками я и в одиночку смогу управиться. Ещё дальше углубившись в лес по следу запаха, я наконец услышал голоса. Мужские. Судя по пошлым шуточкам и сопутствующим присвистам, они крайне довольны. Похоже, веселье в самом разгаре. Убедившись, что Зеро надёжно обхватила меня за шею, я взобрался на дерево поблизости. С конца толстой, высоко расположенной ветки стали видны пятеро мужчин вокруг костра. Как и думал — разбойники. Все с татуировками… вроде бы козла… а две, скорее всего, похищенные девушки не оставляют места для сомнений. Одна с короткими красными волосами в дешевой одежде, а вторая с длинной, до пояса, бледно-розовой косой и в вычурном платье. Наверное, служанка с хозяйкой. К горлу служанки приставлен нож – видать, чтобы не кинулась на помощь к хозяйке, окруженной толпой мужчин. Хозяйка вся дрожит от страха, но лицо не бледное, а скорее залито краской. Оно и неудивительно – молодчики вовсю забавлялись. Что будет дальше — легко представить. Пока я раздумывал, стоявшая столбом девушка с косой коснулась своего плеча. Большой кулон в форме белого пера на шее качнулся, и ярко-фиолетовое манто опало на землю… Если промедлить, то я паду до уровня ублюдков, обожающих подглядывать. Одним лишь взглядом я спросил у Зеро: «Кто из них использовал магию?» Она подняла палец, слегка поколебалась и не слишком уверенно указала на… крайне смущенную девушку, которая вот-вот останется в неглиже. — Не ошиблась ли ты?.. — спросил я вслух, на что Зеро ответила: — Нет, не ошиблась. Само собой, наш разговор достиг и разбойничьих ушей. — Кто тут?! — Где прячетесь?! Выходите! Или убьём нафиг! — бросил избитую угрозу один из замерших на месте разбойников. Они лишь насторожились и все… Новички. Хоть бы за деревьями скрыться попытались. Сняв с пояса ножи, я поразил четверых в ноги. Последний оставшийся, мужчина с броской растительностью на лице, вскрикнул и отступил, используя девушку как щит. — Мать вашу, нам не говорили, что погоня будет так скоро!.. Выходи! Выходи, сволочь трусливая! Тебе ж не выгодна смерть девки?.. Так что если немедля не выйдешь с поднятыми руками — убью нахер! — Прекрати! Прошу, ведь это же… Святая Дева! Услышав слова лежащей на земле служанки, я округлил глаза. Святая… Быть не может, из Агдиоса?! Разбойник расхохотался в ответ на крик девушки. — Какая ещё святая! Какие ещё божьи чудеса! Нам ведь… святая не нужна. Если не станет — будет лучше! Поэтому плевать – убью, и дело с концом. Я не шучу… Вдруг огоньки костра угасли. Нет, кто-то погасил. Ощущаются лишь пятеро разбойников и две девушки. Ну и я с Зеро… Больше никого. Но тут есть кто-то ещё кроме нас. — Что?! Почему костёр погас?! Кто… Прикрывавшийся святой бородатый разбойник закричал от страха и в следующий миг рухнул на месте. Я, конечно, в темноте вижу, но… не увидел удара. В том числе и потому, что до сих пор всё освещалось горящим костерком и мои глаза не полностью адаптировались к темноте. Вероятно, на это невидимка и рассчитывал. Но кто он?.. — Черт! Перед глазами что-то быстро промелькнуло, и я отпрыгнул назад что было сил. Буквально на волосок от лица, лишь срезав самые кончики шерсти, нечто рассекло воздух. Нечто острое. Откуда? Кто? И когда приблизился? Лишь легонько и беззвучно опадают листья с дерева. Сверху!.. Там кто-то есть. Ощутив ветер смерти в районе шеи, я в обнимку с Зеро спрыгнул с ветки. Секундой позже ветка, на которой мы стояли, рухнула вниз, явив ровный срез. Перекатом по земле уйдя от ветки, я бросил Зеро в тень дерева, одновременно выхватывая меч. — Прячься! Противник слишком силен! — прокричал я ей, и моих ушей коснулся тихий голос: — У зверей хорошая интуиция. Прежде чем я успел переварить, что голос мужской, раздался свист. Свист рассекаемого воздуха. Доверившись звуку, я взмахнул мечом, и раздался звук отбитого металла. В тот же момент появилось неприятное ощущение. Когда я парировал удар, меня кое-что смутило, но… прежде чем я осознал, что именно, нападающий, прищёлкнув языком, с силой отпрыгнул назад. После чего молча сменил позицию, встав между мной и святой. Оружие мужчины… Огромная коса. Смехотворное оружие. Да и стоит ли вообще это звать оружием. Коса — орудие пахаря, а не оружие. Коса в его руках воистину огромная, такой можно много пшеницы за раз скосить, но в качестве оружия она пошла бы разве что крестьянам, не вынесшим тирании правителя. Вот только мужчина, стоящий между мной и святой, ни капли не похож на крестьянина. Хоть глядя на простенькие, но лёгкие и удобные кожаные ботинки, можно было бы так подумать. Вот только перехваченную поясом и облегающую всё тело рясу вместо плаща с набедренниками носят лишь люди особого занятия. Это облачение священника. Противник — святой отец, вне всяких сомнений. Плотно обхватывая пояс, свисает поблескивающая серебром тоненькая цепь, зловеще сияя в слабом лунном свете. Уставившись на ошеломлённого меня, мужчина спокойно спросил у скрытой за его спиной святой. — Вы не ранены, Святая Дева? — Падре!.. Привлекательный утончённый мужчина с зелёными волосами, обрезанными у подбородка. Готов поспорить, что проведи он хотя бы одну проповедь в каком-нибудь провинциальном городке, неверующие бы сменили своё мнение, войдя в число прихожан. Мне же, само-собой, это лишь прибавило нелюбви к нему. Ведь как-никак этот красавчик, пусть и священник, пытается меня прирезать оружием настоящего психопата… 2

Противник — священник, привычный к бою, а если учесть ещё и то, что оружием в его руках служит «коса», то сомнений уже не остаётся. — Инквизитор из Дэа Игнис!.. Для меня прямо честь повстречаться с членом официально одобренной церковью группой убийц. О том, что в Агдиос для проведения дознания был отряжен один из Дэа Игнис, я ещё в гостинице от врача слышал. Судя по всему, это как раз наш священник. — Ты поспешил с выводами. Я ничего не собирался делать со свя... — Раскайся. Ты, самое грешное в мире создание, попытался наложить руки на самое чистое существо. Вознеси молитву и проси Богиню о милости, ибо… Он вообще не слушает. Вот поэтому-то я священников тер… — Ты сейчас умрёшь. Я немедля заблокировал клинком прилетевшую косу священника. Он серьёзен. Мало того, так ещё и чудовищно силён для своего телосложения. Если бы не рефлексы зверочеловека, я бы гарантированно расстался с головой. — Мать твою!.. Раскаяться положено священнику, для которого убийство вошло в привычку, так что следи лучше за собой, маньяк-святоша! И дослушивай людей до конца! — Наймит! Я… — Стой, Зеро! Ничего не делай… Ни за что! Узнай священник, что Зеро ведьма, станет совсем плохо. Она, может, и одолеет его магией, но убивать священника на глазах святой всё-таки плохая идея. Хотя с другой стороны, хотелось бы избежать участи быть убитым от руки священника. А значит, необходимо биться насмерть, вот только даже так нет гарантий, что я выиграю. Ведь, как-никак, противник — инквизитор Дэа Игнис. Даже если я сумею его победить, после его смерти Церковь протянет лапы к моей нанимательнице, Зеро. И чтобы этого избежать, необходимо будет после священника прикончить ещё и святую со служанкой, чтобы запечатать им рот. Но убить святую… Как поступить? Хотелось бы предложить святоше опустить оружие, но я — зверочеловек, а противник — священник. Слишком непримиримы стороны. — Постойте пожалуйста, падре! Всё не так! Этот человек — не враг! Помощь пришла, откуда не ждали. Взиравший на меня с ненавистью в глазах богомол на миг перевёл взгляд на святую и отпрыгнул назад, набирая дистанцию. Но вовсе не отступал. Просто поняв, что при силовой борьбе победа за мной, держит дистанцию. У меня до сих пор как будто лезвие возле шеи. Это хлещущая от святоши жажда убийства. — Святая Дева, это грязный зверочеловек. Нечто, чему необходимо даровать милосердие, — изрыгнул священник, но святая нежно наложила свои ладони поверх его рук. — Прошу вас, падре… Всё не так. Под напором её умиротворяющего голоса святоша растаял, словно ледяная глыба, и невольно опустил косу. Святая успокоенно выдохнула и взглянула на меня. — Вы ведь… спасли нас, так? Метнули ножи с дерева. Верно? Не приди вы на помощь, сейчас я бы уже… — осеклась святая, явно снова забеспокоившись, и, покраснев, опустила глаза, на которых дрожали слёзы. — Святая Дева… Какой же позор. При моей-то охране!.. - проговорил крайне прискорбным тоном святоша и наконец полностью опустил косу. Затем взмахнул ей, и здоровенное изогнутое лезвие сложилось - коса обратилась в короткий посох. Какие, однако, занимательные игрушки у церковников, мда-а… В любом случае, кажется, мы спасены. Святоша, похоже, уже не жаждет покромсать меня на части, а разбойников он изначально за противников и не считал. Сейчас же, с ножами в ногах, они ему тем более не ровня. Последний, которого святоша отделал, здоров как бык, ну, не считая того, что без ноги остался. То есть всерьёз убить святоша пытался лишь меня. Проявил милосердие к разбойникам, пойманным на месте преступления, но попытался убить меня лишь за то, что оказался рядом… Не сомневаюсь, что здесь замешаны личные чувства. Презрение или даже ненависть. На всякий случай не буду-ка убирать меч в ножны. А то прирежут ещё ненароком. — Наймит, ты цел?! — Зеро подбежала и резко обхватила за шею. Потянула за мех, и мне ничего не осталось, кроме как усесться. — Дура! Не тяни за шерсть! Больно! — Да… всё-таки рана. — Что? — Шея порезана. — Да быть не может. Я коснулся рукой шеи. Коса, конечно, на волосок прошла, но я точно остановил его удар. Однако на шее действительно есть рана – палец при касании смочился кровью. Выходит, не смог заблокировать… Лезвие косы изогнуто, так что, может, кончиком слегка задело. Стоило заметить рану, как та немедля начала жечь болью. Легонько цокнув языком, я оторвал Зеро от себя. — Всего-то кожу задело. Быстро заживёт. Что важнее… Эй, придурочный святоша! Ничего мне сказать не хочешь?! Я вообще-то спас невинность твоей святой. А ты ворвался и напал. Расплачься и извинись, красавчик. Увы, на лице церковника проступили не слёзы, а явное презрение. — Из уважения к Святой Деве я не буду забирать твою жизнь. Немедля исчезни с глаз Святой Девы и избавь её от необходимости лицезреть твой грязный и уродливый облик. Угу, сторонник дискриминации. Давненько не слыхал я таких вот фраз. Он искренне верит, что все зверолюди отбросы. Наверняка из числа тех сумасшедших, которые заявляют, что подобных мне надлежит убивать сразу при рождении. Таких среди церковников много, но настолько упёртые до недавнего времени встречались нечасто. Стоило ошарашенно умолкнуть, как Зеро огромными шагами направилась вперёд, видимо имея что-то на уме. На ходу обернулась ко мне и нежно улыбнулась: — Наймит, подожди немного. Я ненадолго отлучусь, пойду прибью нафиг вон того человека. — Стой-стой-стой-стой! Не говори вещей, от которых мех дыбом встает, с такой пленительной улыбкой! Противник — священник, так что успокойся! Я панически ухватил её за воротник и оттянул назад. — И что с того, что он священник? Разве это даёт ему право унижать моего наёмника? Я крайне недовольна. — В мире есть и подобное право! Я же зверочеловек. — Но ведь!.. Вдруг я ощутил сладкий аромат. Озадаченно вскинув голову, я увидел стоящую практически вплотную святую. — Извините… Ранение?.. «…получили», — вероятно, хотела спросить она, но последние слова прозвучали совсем тихо, так что их я уже не услышал. Таща за собой Зеро, рвущуюся убить недальновидного святошу, я повернулся к девушке спиной. — Не переживай. Это всего лишь царапина, так что ничего не надо. — Нет! — на удивление звонко отозвалась девушка, так что пришлось озадаченно повернуться назад. С каким-то отчаянным выражением лица она приблизилась ко мне на шаг. — Ведь… даже если рана незначительна… в неё может зараза попасть… я вылечу… Это что, она намерена чудо… а может, магию… использовать? Я тут же обменялся взглядами с Зеро. Та тоже выглядела немного удивленной. Как-никак церковник прямо тут. — Святая Дева! Нельзя использовать свою силу ради такого, как он!.. На злобный окрик святоши девушка испуганно дёрнула плечами. — Неужели нельзя?.. Но он нас спас… и был ранен по ошибке… А, нет, я вовсе не виню вас… Просто... — На глазах святой начали выступать слёзы. — Извините. Это из-за меня… Всё по моей вине, но я как следует… Церковник тут же побледнел. — П-понял! Я понял вас, пожалуйста, только не плачьте! Я ошибся! Эй, зверь! Будь благодарен за выказанное милосердие Святой Девы и смиренно прими лечение! — Что-то мне как-то крайне не хочется его принимать… — невольно вырвалось у меня. Зеро шепотом согласилась: «Понимаю тебя». Вот только это ещё и возможность с крайне близкого расстояния узреть чудеса святой. Так что я не стал дальше перечить. Церковник начал следить, чтобы я не рыпался; святая расслабилась и приблизилась ещё на шаг. — Шею. Девушка вытянула руку и осторожно коснулась моей шеи. Закрыв глаза, глубоко вздохнула. Нежный свет собрался в руке, и на шее потеплело. Стоило ему погаснуть, как тянущая боль тут же исчезла, и святая убрала руку. — Вот, закончила лечение, — улыбнулась девушка. Я положил руку себе на шею. Действительно, боль исчезла… Заклятия не звучало. На мгновение я всерьёз поверил в чудо. Но стоило взглянуть в глаза Зеро, стало очевидно, что подозрения о магии подтвердились. А стало быть, святая настолько привыкла к магии, что может использовать её даже без заклятия. Вот эта вот крайне беспечная с виду девушка? — Так, а теперь надо бы подлечить и разбойников! Звучно хлопнув в ладоши, святая ослепительно улыбнулась. — Но… Святая Дева! Это же преступники, которые похитили Вас! — Так ведь если оставить их раненными, они умрут. А здесь — лес… Спасёт ли их кто? Поэтому если не помочь им… — Девушка вновь помрачнела. — Я знаю, что вы добросердечны, Святая Дева, но ведь каждое чудо сказывается на теле. А если исцелять сразу пятерых, кто знает, что будет… — встряла в разговор молчавшая до этого служанка. После чего зажгла снятый с пояса фонарь, и вокруг стало чуть-чуть светлее. Стоило ей так сделать, как церковник скривился и повернулся спиной, отходя подальше от женщины. Похоже, свет оказался слишком ярким для его привыкших ко тьме глаз. — Но ведь, если не вылечить, то они точно умрут… Тут и бродячие псы бывают. Можно ведь? — вновь заговорила святая, выпрашивая разрешения. Служанка, похоже ответственная за её состояние, не смогла ей противиться и со вздохом сдалась: — Ну, если вы так просите... Вот только… — Идите вы! Лечить раны каким-то колдовством ведьмы – уж лучше мы сдохнем! Разбойники отказались. И даже оскорбили святую, назвав ведьмой в присутствии церковника. — Скажи, святой отец, твои глаза совсем отказали?.. Она ведьма! Немедля убе… кхе! - Кулак святоши влетел точно в челюсть говорящего. — Попридержи язык. Святая сия дева или же ведьма – решать мне. До тех пор она под моим наблюдением и защитой. Не прощу не только физический вред, понятное дело, но и клеветы. Вы до сих пор дышите лишь потому, что я уважаю кару, назначаемую законным судом. Но если ещё раз попытаетесь оскорбить её… снесу голову. — Как можно! — с дрожью издала слабый крик сама святая. — Пожалуйста, прекратите, падре!.. Людей убивать – это… — Се есть дело церкви, Святая Дева. Пусть ещё и не решено окончательно, но поскольку вы – святая… то ваше тело принадлежит не только вам. — Но… — Хотя бы это… Святая Дева. Сумейте понять хотя бы это. Ведь я не просто ваш охранник, но прежде всего человек церкви. Поддавшись убеждению, святая понуро замолкла. Разбойники наблюдали за их разговором с презрением, сплёвывая при этом кровь, но больше не произнесли ничего. 3

Раз разбойники отказываются от лечения, то святая не в состоянии заставить их. Так что, забрав у них оружие, мы связали их верёвками и сопроводили до дороги. Они, как-никак, ранены, так что если бросить их в лесу, то, как и сказала святая, их съедят бродячие псы. Как выйдем к дороге, оставим сколько-то еды и питья, привяжем, скажем, к деревьям и заявим страже в ближайшем городе. И их постигнет достойная кара. Конечно, за то, что похитили святую, не побоявшись кары богов, их может ждать смертная казнь, но это уже не моя проблема. Сейчас у меня голова забита тем, как быть со столь неожиданно встреченной целью нашего поиска, ведь… Как-никак, пробираться до дороги через лес всем вместе — наилучший вариант. Святоша остался крайне недоволен таким решением, но сопровождать пятерых раненых разбойников одному оказалось бы ему не по силам. – Нас ждет ещё один наш спутник. Звиняйте, но сперва направимся к нему. Стоило мне с этими словами устремиться вперёд, как церковник недовольно скривился. Святая же, похоже, искренне радуется новым компаньонам, светится так, словно и не было никакого похищения. Воистину Святая, не заметно ни капли презрения или отвращения даже к зверочеловеку и напавшим на неё разбойникам. Что сказать, как по мне, так она слишком легкомысленна… Я бросил беглый взгляд на её профиль. Как и утверждали слухи, красавица. Спокойная с виду; тело, как и подобает половозрелой девушке, достаточно округлое и мягкое. С учётом объемной груди, можно сказать, она довольно обольстительна. Рост высоковат для девушки… Но характер, в противоположность внешности, кажется ребяческим. — У сына управителя Идэверны с лёгкими что-то нехорошее, поэтому мы как раз направлялись туда, чтобы оказать помощь. После этой реплики лицо святой затуманилось. Идэверна — самый крупный порт республики Крейон и кладезь информации, ради которого мы и прибыли в страну. Континент, на котором мы находимся, грубо говоря, имеет форму полумесяца. Вдоль берега раскиданы три огромных портовых города: два на «рогах» и один посередине - как раз Идэверна, мировой центр морской торговли, то есть, можно сказать, рассадник различных эпидемий. Неведомые болезни приплывают с кораблями. Отчасти поэтому в Идэверне врачей прибавилось. Уж сколько лет слова «лекарь из Крейона» служили гарантом мастерства, но… по словам лекарей в гостинице и Тио, нынче число врачевателей республики уменьшается. — Мы ехали пусть и кружным, но зато безопасным путём, однако… Перед нами упал ребёнок. И стоило нам остановить повозку, как на нас напали. Чем, интересно, в этот момент святоша занимался? Поверить не могу, что он из элитных бойцов церкви. С этими мыслями я посмотрел на церковника, но встречного взгляда не получил. Нет… и не мог получить. Оба глаза оказались закрыты кожаным ремешком. И когда только успел, подумалось мне. Посох в руке окончательно уподобил его слепому. На всех пяти пальцах правой руки поблескивают холодным серебром металлические кольца, но это, наверное, для защиты в бою. Но до недавнего времени он же точно своими глазами на меня пялился… — Что уставился, нечистый?.. — В-видишь, что ли? — Пусть и не вижу, столь пристальное внимание легко замечу… Мои глаза чувствительны к свету. Свет от солнца или костра причиняет боль. Потому обычно защищаю глаза повязкой, непроницаемой для света. Понятно. Так вот почему церковник сперва костёр потушил, а потом уже напал. — Так почему бы тебе не попросить Святую Деву о лечении? — Это святая кара, ниспосланная Богиней на такого грешника, как я. Сие не ранение или болезнь. Его слова, сказанные со смирением, невольно вызвали у меня отвращение. Отказываться от лечения – это проявление глубокой веры, что ли? Мне такого совсем не понять. — Они… неизлечимы. Глаза падре. Я уже пыталась, но… — робко вставила реплику сбоку святая. — Неизлечимы? Что… Разве есть болезни, неизлечимые даже божественным чудом? — Д-да, извините. Я, правда, не понимаю, почему… — Потому что это не болезнь и не ранение… — отчётливо произнесла Зеро, и церковник со святой синхронно взглянули на девушку. — Никто же не зовёт силачей больными? Так и глаза падре. Они «слишком хорошие». Поскольку он способен улавливать малейшие блики, на сильном свету он слепнет. Насколько я могу судить со стороны, Падре видит в темноте даже лучше Наймита. Скорее всего, для него ночной пейзаж столь же отчётлив, как для обычных людей мир в полдень. Лес в безлунную ночь. К этой тьме даже я, зверочеловек, страх испытываю. У меня, конечно, ночное зрение лучше, чем у обычных людей, но не идеально. — Скажи, падре, твои глаза такие с рождения? — Да… оно так, но… — Если сейчас вылечить их, чтобы они стали видеть подобно глазам обычных людей, это лишь породит дискомфорт и будет сбивать с толку. Твои глаза вовсе не божья кара, падре. Ровно наоборот – невероятное преимущество, которое трудно обрести. Так что не принижай, а гордись, — закончила Зеро. Падре изумлённо воззрился на неё сквозь ремешок на глазах, после чего крайне неуклюже прошептал: «Спасибо большое». Затем Зеро взглянула на святую. — Скажи, госпожа Святая. Почему разбойники не убили тебя сразу? Они заявляли, что тебя нужно убить, что ты ведьма, но… в итоге ты жива. Быть может, лучше было бы спросить это непосредственно у разбойников, но не думаю, что они что-то расскажут, памятуя об угрозе падре. И без разницы, будут ли их слова правдой или нет, но с учётом того, что они назвали святую ведьмой, не стоит сомневаться, что цензурными они точно не будут. Услышав вопрос Зеро, святая нахмурилась и озадаченно склонила голову: — Не знаю… Говорили только, что меня нужно в цитадель Лортас доставить. — В цитадель Лортас? — Старая крепость, неподалёку от святого города. Так-то здание историческое, но в какой-то момент там завелись разбойники… — Вероятно, собирались упрятать, чтобы получить выкуп. Ведь влиятельнейшие люди Крейона верят Святой Деве. И ради её спасения безо всякого сожаления заплатили бы. От святоши прозвучала крайне похожая на правду причина. Ведь речь, как-никак, о святой, способной излечить любые раны и болезни. И чтобы не утратить столь всемогущее средство, толстосумы любые деньги заплатят. — Скажи, Святая. — Зеро обратила скрытое под капюшоном лицо к девушке. Та тоже взглянула в ответ. — Эти чудеса… где ты их выучила? Вот так сразу перешла к делу. Святая неуловимо вздохнула. — Это… Я…. — Лечебная сила, которой обладает Святая Дева, это божье чудо. А чудеса – это нечто, чему невозможно где-то обучиться, девочка. Спокойный и жизнерадостный голос святоши, ничуть не похожий на тот, с которым он обращался ко мне, вмешался в разговор девушек. Звучало так, будто он что-то втолковывал несмышленому ребёнку; подобное временами проскальзывает в голосе Зеро в беседах со мной. Тоном, в котором читалось явное недовольство таким обращением, Зеро ответила: — Тогда выходит, просто однажды проснулась способной исцелять раны и болезни, так? — Способность творить чудеса есть нечто, что пробуждается лишь со временем. Ведь даже обладай ею с рождения, проявить ее выйдет лишь при истинной необходимости божественного вмешательства. Зеро взглянула на закивавшего в благоговении святошу, как на нечто загадочное. — Ты слепо веришь в чудеса Святой? Конечно, я слышала, что по всему свету остались письменные свидетельства чудес богов, но ведь они большей частью фальшивы, не так ли? Скажем, ведьмовское колдовство или фокусы людей, не имеющих к богам никакого отношения… Ныне всё необычное называют чудесами. — Понятно… Ты пока что молода и о многом не знаешь. Действительно, мошенников, имитирующих божественные деяния, много, этого отрицать не могу… Но пусть и в крайне малом количестве, чудеса воистину существуют. И мой долг, как судии из Дэа Игнис, выявлять их. — Так что тогда есть чудеса, скажи, падре? Чудеса богов и… магия ведьм. Как вы определяете между ними разницу? Церковник замер. Вслед за ним остановились и остальные. Зеро со святошей посмотрели друг на друга в упор, но… хотя бы враждебности не чувствуется. Ведь Зеро спрашивает из чистого любопытства, и священник это понимает. — Девочка, ты не веришь в божественные чудеса? — Вопрос не в том, верю я или нет, — скривилась Зеро, — ведь я даже понятия не имею, что такое чудеса. Что звать чудом и как определить, что это именно оно — не знаю. На чём ты основываешься, решая, кто ведьма, а кто святая? — Для этого не нужно оснований. Просто осознаю. — Осознаешь? То есть безо всяких оснований? На губах священника возникла добрая улыбка. Как при общении с крайне любознательным ребёнком. — Наверное, когда-нибудь наступит день, и ты поймёшь. Всё начинается с веры. Боги не протянут руку помощи сомневающемуся. И да… Девушке в одиночку путешествовать, бесспорно, опасно, но верно также и то, что путешествие со зверочеловеком ведёт к помутнению разума. Вероятно, у вас на то есть свои причины. Но если я могу чем-то помочь, то приложу все усилия. — Особых причин нет. Я просто хочу быть рядом с Наймитом, поэтому и нахожусь рядом с ним. Зеро, видимо, устала от разговора с падре, поэтому, бросив сей небрежный ответ, вновь зашагала вперёд.

Немного спустя мы покинули лес. Тем же темпом дошли до места ночёвки, и затаившийся на дереве, как было велено, Тио тут же спрыгнул. — Дядя, Зеро! Чего так медленно-то! Я уж было думал, что меня бросили! — Чушь! Хотели бы бросить, сразу бы так сделали. — Оно, может, и так, но… Не понимаешь ты детей... — с этими словами Тио огляделся и, как только увидел святую, церковника и разбойников, спал с лица прямо на глазах. На лице его явный шок. И страх. — Ты!.. Громкий вскрик святой заставил Тио меня подпрыгнуть в ужасе. Не удержавшись, тот упал. Святая подбежала к нему и крепко обняла его тощее детское тельце. Разбойники же, увидев лицо Тио, округлили глаза и переглянулись между собой. Что за дела? — Так ты в порядке!.. Ах, слава Богу. Я беспокоилась, уж не убили ли тебя разбой… — Уа-а-а-а! — с вырвавшимся из горла криком, Тио замер. Что-то не то. — Вы знакомы? — Это тот ребёнок, о котором я говорила. Он перед повозкой упал. Вот оно. Понятно. Значит, Тио — один из разбойников. Притворившись, что упал на дорогу, заставил лошадей остановиться, после чего напали ожидавшие этого разбойники. Поскольку в бою от ребёнка пользы никакой, ему было поручено угнать повозку. Но, не справившись с поводьями, он врезался в постоялый двор. Тио умоляюще взглянул на меня. Вероятно, понял, что до меня дошло. Не боись, малец. Я не настолько глуп, чтобы ухудшить своё положение связью с бандитами. — Не ранен, ничего не болит? Ты ведь упал, потому что тебе плохо было? Они тебя спасли? Ах… Боги, спасибо вам! — Постойте пожалуйста, Святая Дева. Останавливать лошадей с помощью детей — любимый трюк разбойников. И то, что ребёнок не из них… Ожидаемо, святоша. Сам недавно говорил о важности веры, но тут же выказал сомнение в невинности ребенка. Вот поэтому и нельзя верить церковникам. — Да что может такой тощий цыплёнок? Может, просто не видишь ничего, вот и говоришь, так ты повязочку-то сними. Он же тощий настолько, что его одной рукой переломать можно. - попытался я урезонить попа. Услышав мои слова, тот устало вздохнул. — Тощий ли, ребёнок ли, если внутри гнилой – то должно судить. Ведь важна душа. А возраст и внешность – несущественны. — Ась? Меня ты за мусор считаешь лишь потому, что я зверочеловек. — Зверолюди людьми не являются. — А, вон оно че… Мда. Доходчиво. Даже слишком. — Но падре… Святая взволнованно попыталась успокоить святошу, но, похоже, тот не намерен уступать в данном вопросе. — Ну, допустим. Допустим, что Тио из числа разбойников, но неужто господа инквизиторы из Дэа Игнис настолько слабы? — Ну ты… гнусный зверь!.. Не возразил, а сразу попытался задеть меня, а значит, я попал в яблочко. Быть может увидев в минутном затишье шанс, со своим вскриком вмешался Тио: — И-извините! Я тогда шёл выполнить поручение хозяина кузни, но мне даже поесть не дали, и из-за голода сил не было идти!.. А потом пришло много разбойников… Мне было страшно… Хоть и знал, что так нельзя, но сбежал на повозке!.. Думал на помощь позвать, но лошади взбесились… и я… Паренёк щедро льёт слёзы, умело навешивая ложь. Но всё-таки ты слишком молод, Тио. Что слёзы на глазах, что испуганный вид — всё слишком наигранно и вызывает лишь подозрение. Ну или так казалось мне… — Бедняжка, — прошептала святая. Я оторопел. Да ну, не может быть… — Страшно было, наверное? Не бойся, я ни капельки не злюсь! Поверила. Девка есть девка. И ладно бы только она... — О, Боги!.. Даруйте прощения мне, оскорбившему невинного ребёнка подозрениями!.. Не плачь, мальчик. Ведь самое главное, что ты жив. И ты тоже, падре?! Шутишь?! И это… святая!.. Поэтому я церковников и не…. Меня бросило в дрожь, аж побледнел под мехом. Ну как ни посмотри, слишком уж натянутое объяснение. Почему вы повелись-то на такую небылицу?! Святая-то ладно. Это ещё понятно. Но падре, ты-то какого хрена поверил? Ты ж один из «Дэа Игнис» — церковных убийц, которыми детей пугают! Охватившее меня по отношению к этим двоим чувство схоже со страхом к чему-то необъяснимому. — Наймит… Почему у меня мурашки по коже? — Это называется страх. Меня уже несколько минут до кончика хвоста продирает, и справиться с ним не могу… Так я - за компанию с Зеро - и смотрел непонимающим взглядом, как эта троица обнимается и проливает слёзы умиления, причем у одного из них они почти наверняка притворные. На глаза вдруг попалась стоящая поодаль служанка. — И что, они всегда так? Эти двое, — спросил я нервно, на что женщина с явным удивлением воззрилась на меня. Похоже, даже не ожидала, что я её окликну. Ведь среди обычных людей бывают и такие, кто верят, что зверолюди не говорят по-человечески. Напугал, что ли? Тогда это я зря. Она могла бы и проигнорировать, но, чуть-чуть поколебавшись, ответила, отведя взгляд: — Постоянно так. Они добрые люди. — Это уже не от доброты… У них с головой в порядке?.. Ведь как ни посмотри, он же подозрителен, малец этот. Ну усомнись хоть чуть-чуть. На мои слова служанка слегка пожала плечами. И, может, даже улыбнулась. Она в некотором роде такая же, как я. Не будь у тех двоих рядом хоть кого-то, способного воззвать к разуму, у них бы многое шло наперекосяк, пожалуй. — Так что? Дальше-то что, о госпожа Святая? Возвращаетесь в святой город? Как Тио и сказал, повозка сломалась, а лошади - в конюшнях владельца постоялого двора, — окликнул я. — Точно ведь! — Святая поднялась и отчаянно продолжила: — Но если не поспешить в Идэверну… В письме говорилось, что счёт идёт на часы… Кажется, сын тамошнего владетеля или как его там, страдает от болезни лёгких. Судя по карте, Агдиос в другую сторону. И пусть к святому городу ближе, чем к Идэверне, но если вернемся в Агдиос, владетелю останется лишь плакать. — Как же быть… Скажите, а сколько до того постоялого двора? Не сможем ли мы вернуть лошадей… Если нет, то хотя бы тамошних лошадей одолжим… — До него пешком почти день. Даже вернись мы, то нечем доказать, что кони ваши. Повозка, может, и послужила бы доказательством, но она давно уж разобрана и полыхает в очаге. — Но ведь… — произнесла святая, едва ли не плача, — отсюда до Идэверны… да еще и по горам, дней пять! — Давайте вернёмся к себе в город. Путь тоже займет день, но хоть лошадей получим с гарантией. После чего поспешим в Идэверну, — осадил девушку церковник. — Но успеем ли?.. Ведь мы уже на день опаздываем. А тратить ещё один день… Он же маленький ребёнок, умрёт ведь. — У нас нет времени беспокоиться. Иных вариантов… — Если пройти через лес, то дорога до городка с лошадьми займет полдня. Он и к Идэверне ближе. Если тронуться сейчас, к утру можно добраться. А уже оттуда на лошадях прибудете на место к следующему полудню, — вытерев фальшивые слёзы о рукав, вставил реплику Тио. — Я могу проводить. Дорога, конечно, опасная, но если Дядя с нами будет… В силу того, что головы зверолюдей высоко ценятся, на меня частенько нападают. Но, с другой стороны, обычные разбойники зверолюдей сторонятся. И это тоже факт. Для охоты на зверочеловека нужны тщательная подготовка и немалая решимость. Некоторые натасканные разбойники соглашаются, но большинство идет на попятную. Стоит ли нанимать зверочеловека для охраны, зависит от времени и обстоятельств, но… Учитывая нынешнюю ситуацию, так сказать, нанять меня будет разумно. Не думаю, что Зеро без моей опеки беспомощна, да и святоша кое-чего стоит. Другими словами, в охране нуждаются трое — Тио, святая и служанка. Со мной лес в самом деле можно пройти без особой опаски. Но… — Доверить защиту зверочеловеку — бред! Я один справлюсь! Ожидаемо. Это ж святоша. Вот только, будь одного церковника достаточно, на святую вообще бы не напали, как по мне. Зеро вознамерилась высказать пришедшее мне на ум, так что я крепко зажал ей рот. Язык этой ведьмы – слишком частый источник бед. — Тио, верно? Можно попросить проводить нас? Если ты нанят этим зверем, то я перекуплю контракт. Эй, раб божий. Язычок-то попридержи. Мне же обидно. — Я без Дяди никуда не пойду. Ведь если разбойники появятся, вы же Святую Деву защищать будете? За ней вон ту сестрицу, ну а меня в последнюю очередь. — Нет… я всех равноценно…. — Разве священники лгут?.. Под обвиняющим взором ребёнка церковник дрогнул. Даже дурак поймёт, что, судя по его настрою, святая у него в приоритете. Оная святая с надеждой взглянула на меня. Похоже, решила нанять меня. Я слегка помахал хвостом и указал кончиком на Зеро: — Моя нанимательница – вот. Так что сам я не в праве решать. Все взоры обратились к Зеро. К той, кто прибыл в республику Крейон ради расследования о магии. Существование копии «Книги Зеро», а также нашедшаяся причина для сближения со святой, которая скорее всего связана с магией, просто не оставляют Зеро выбора. Но ведьма будто всерьёз задумалась. — Так… Как мне быть… У меня ведь и своя цель есть, так что не могу беспокоиться об остальных. Хотя помочь хочется… — П-пожалуйста! Я отблагодарю всем, чем смогу, пожалуйста!.. — Святая молитвенно сложила руки, взглянув на Зеро. На губах той появилась улыбка, и, легонько оттолкнувшись от земли, она устроилась на моём плече. — Хорошо. Раз ты так настроена, то я не откажу. Сие задание… я и мой наёмник принимаем! Заявляет так, будто все благодарить должны. Ожидаемо от моей нанимательницы. Воистину ведьма и злодейка. — Спасибо большое! Слава богам… действительно!.. Рассчитываю на вас. Кажется… господин Наймит? Эх, это же вовсе не имя, а то, кем я являюсь по профессии. Ну… Впрочем, какая теперь разница, имя это или нет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Ведьма? Святая?

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

Перед дрожащим огнём костра собралась крайне странная шестёрка. Наёмник-зверочеловек, ведьма, маленький ребёнок, Святая со служанкой… и падре. Пункт назначения у всех один — крупнейший портовый город республики Крейон — Идэверна. Святая хочет как можно быстрее попасть туда, чтобы вылечить вроде как находящегося при смерти ребёнка тамошнего владетеля. Вот только прогулка по ночному лесу – занятие далеко не из простых. Или дорога плохая, или её вообще нет. И подобное блуждание через бурелом, да без нормального света, само собой, ведёт к непредвиденным инцидентам. Вдобавок, мы толком не отдыхали после стычки с разбойниками. При этом устали не только девушки, что естественно, но даже падре. Так что перерыв необходим. — Выдвинемся, как светать начнёт. А до тех пор отдыхаем. До рассвета время ещё есть, да и в городе ранним утром повозку не найти. Что падре, что святая какое-то время противились моему предложению, но святая сдалась после того, как служанка ледяным тоном произнесла: «Нужно отдохнуть». Ну а следом поддался и святоша. Таким образом, мы большой компанией стали готовиться к ночёвке в поле. Мда, вот уж не думал, что нам, зверочеловеку и ведьме, доведётся путешествовать в компании священника… Взглянув на Зеро, я попытался донести до неё мысль: «Не вздумай раскрыть, что ты ведьма». Но поняла она или нет, непонятно, ибо ведёт себя так же странно, как и обычно. Даже более того, притворяясь наивной девочкой, забрасывает святошу вопросами, а тот вроде даже рад читать проповеди об учении церкви - продолжает разговор, не выказывая ни капли недовольства даже тогда, когда пылающая любознательностью Зеро затрагивает вопросы и предположения, отдающие критикой в адрес церкви. Пусть они ведьма и церковник… но также привлекательная девушка и симпатичный парень. Как-то не по себе видеть их рядышком. И что самое главное, пока вокруг меня чужие, не могу успокоиться. Оставив приглядывать за всем святошу, я устроился на несколько отдалённом деревце, притворившись, что сторожу на случай внезапного нападения бродячих псов или очередных разбойников. Хотя, пожалуй, развалившийся на ветке зверь со свисающими ногами и хвостом ни капли не похож на сторожа… Ну да ладно, пока не сплю, приближение чужака замечу легко. Под долетающие отголоски спора Зеро с падре и дружелюбного разговора святой с Тио я вытащил маленький ножик и принялся подпиливать излишне отросшие когти. Ведь если они будут чересчур острыми, то и сумки, и одежду прорез’’’а’’’ть будут, поэтому ради практичности стоит закруглить кончики. Когда я начал обрабатывать девятый коготь, разговоры стихли и костёр погас. Наконец-то тишина. Закончив с десятым, я убрал нож назад. И… Ко мне начали приближаться осторожные шаги по влажной траве. А вместе с ними резко-сладкий цветочный аромат. — Если по нужде, то иди в другое место. Здесь мне видно, — на всякий случай предупредил я. Ведь я пришёл сюда раньше, а если поднимется шумиха, дескать, подглядывал, то на душе будет отвратно. Да что там отвратно, меня святоша на месте прибить попытается. Напугано вздрогнув, святая резко огляделась в поисках источника голоса. — Да наверху я, наверху. Святая изогнулась всем телом и взглянула на меня, развалившегося на ветке. — Господин Наймит, вот, значит, где вы были. — И улыбнулась. Так-то хотелось поправить, что Наймит не имя, но поскольку других вариантов обращения у меня не нашлось, пусть так и зовёт, черт с ним. Покуда Зеро планирует сделать из меня раба, моё имя останется строжайшим табу. — Я искала вас, господин Наймит. Ведь вас нигде не было… А что, все зверолюди спят на деревьях? — Я для обзора сюда взобрался. Бдю. — Вот, значит, как, — прошептала святая слабым голосом. На какое-то время повисла тишина, пока мы искали тему для разговора. Она будто что-то хочет сказать, но не хватает смелости. — Это… Извините за то, что падре натворил. — М?.. — Он вовсе не такой плохой… На самом деле он крайне серьёзный и добрый человек. Но я испугалась… и с вами вот так обошлись… — С чего тебе-то извиняться, госпожа святая. За зверя меня посчитал падре, в отличие от тебя. — Но ведь... — пробормотала святая. — Да и вообще, я не переживаю. Ведь я и впрямь зверь, чудовище. И чего теперь злиться. Особенно когда противник – священник. — Вовсе нет!.. Вовсе не монстр… Я так ни разу не думала… Я засмеялся. Я, конечно, слышал, что святая — сама доброта. Но чтобы настолько... Даже морозец по коже. Я сгруппировался и спрыгнул с ветки дерева. Вероятно испугавшись, девушка тихонько вскрикнула и отступила на шаг. — Не думала, что зверолюди могут быть чудовищами? Какое… обнадеживающее заявление. — Я на тот же шаг приблизился к ней. Та в страхе воззрилась на меня. — Но видишь ли, госпожа святая, тебе до этого просто ангельски везло. Благодаря удаче на тебя ни разу не нападали зверолюди. — Господин Наймит? Я… грубо выразилась?.. Извините, я вовсе не хотела злить… — Я и не злюсь. Просто, таков уж мой характер. Ты, конечно, можешь выказывать благодушие сколько влезет, но увы, я наёмник-убийца. И притворяться этаким добрячком для меня та ещё задачка. На вашу охрану я вовсе не по доброте душевной подписался. И я намерен сполна стрясти свою плату. Если поняла, то немедля возвращайся под бочок к церковнику, юная дева… И впредь даже и не думай шляться по ночному безлюдному лесу, а тем более в одиночку приближаться к зверочеловеку. Без шуток… сожру нафиг. Святая округлила глаза и пристально посмотрела мне в лицо, не отводя взгляда. Цвет этих глаз такой же, как у волос, — светло-красноватый, словно лепестки цветка. Сейчас в этих вечно беспокойных глазах почему-то нет ни капли волнения. — Эй, ты меня слушаешь? Внезапно она скорчила забавную гримаску. Засмеялась. А ничто вроде не предвещало? — Ч-что не так-то?! — Извините… Мой знакомый говорил точно так же. — Знакомый? Сотрясаясь от тихого хихиканья, святая убрала прядь светло-красных волос за ухо. Расплетенные пряди неспеша увивались вслед за пальцами девушки. — Не приближаться в одиночку к зверолюдям… Вы сказали это, чтобы мне не довелось столкнуться с опасностью, так? Даже сами выставили себя злодеем… — Дура, прекрати! Я теперь будто добряк какой! Бр-р, противно! — прикрикнул я поспешно, на что девушка схватилась за живот и засмеялась в голос. Кажется, я проиграл. Поникши ушами и хвостом, я схватился за голову. Что Зеро, что святая… жизнь сводит меня лишь со странными девушками. Даже такая мелочь, как Альберта, за нос водила. — Ладно уж, возвращайся и отдыхай. Твое здоровье — главное беспокойство. — Беспокоитесь за меня? — Говорю же! Если ты свалишься, в результате проблемы будут у меня!.. Святая вновь радостно улыбнулась. Осознав, что надо мной подшучивают, я повернулся к девушке спиной. Больше не буду обращать на неё внимания. Вонзив когти в дерево, я перенёс на них вес. — Извините… — Что ещё? — Зеро спросила, где я научилась чудесам... Я через плечо взглянул на святую. — Почему она… подумала, что меня кто-то этому научил?.. Я раскрыл рот - и закрыл. Возле костра наметилось движение. Потом раздался голос, зовущий святую. — Падре проснулся. Ищет тебя. Упустил охраняемую, уснул и вот только сейчас очухался. Ну и лопух этот святоша. Вновь вернувшись на дерево, я свесил хвост и ноги. — Меня Фейлия зовут. Пожалуйста, зовите меня Лией. А не святой… — Если презренный зверочеловек начнёт звать Святую Деву по прозвищу, падре взбесится. — А… — проронила святая с застывшим выражением лица. — И… верно… Вновь проблемы… Извините… меня… Я вздохнул. И почему я должен испытывать чувство вины?.. Эх. — Возвращайся… Лия. Иначе падре ругаться придёт. Лицо святой… нет, Лии, прямо на глазах озарилось радостью. Довольная, прошептав: «Спокойной ночи», она быстро вернулась на место. Ещё раз тяжко вздохнув, я взглянул на луну. Что это было-то? Сейчас. Как будто… — Смотрю, ты приглянулся святой, Наймит, — раздался голос передо мной. Я так и подпрыгнул на своей ветке. Разглядев Зеро в тонущих во мраке листьях, я округлил глаза. Она сняла капюшон, явив мне свой лик. Слабый лунный свет озарил её прекрасные черты, отчего я поспешно отвёл взгляд. Достаточно десяток секунд смотреть на эту красоту, и можно прощаться с разумом. Её лицо - почти смертельное оружие. — И как давно ты здесь?.. — Видя, как святая покидает спальник, я решила присмотреть за ней… А ты тут во всю флиртуешь со святой. — Как ни посмотри, это не тянуло на флирт… И вообще, как по мне, больше было похоже, что это Зеро со святошей флиртовала. В принципе, пофиг, что тут такого? Речь-то сейчас не об этом. — Это святая попросила звать её Лия? Я от Тио слышала, что в республике Крейон просьба звать человека по прозвищу равноценна заявлению «хочу подружиться». — П-подружиться? — Мой голос невольно дрогнул. — Святая так захотела, и ты согласился. А поскольку «Наймит» - это вовсе не настоящее имя, его тоже можно прозвищем посчитать. То есть ты стал другом святой… И теперь я не единственный твой друг. — Прекрати, а. Чтоб дружить со святой, я мордой не вышел. — Но вот святая, похоже, так не думает… — проронила девушка. На редкость безрадостным и тихим голосом. — Эй… что не так? Что сказать хочешь? — Ты… — заговорив, Зеро вдруг передумала и осеклась. — Похоже, святую кто-то обучил «магии». И внезапно мы перешли к нашей задаче. Зеро перепрыгнула на мою ветку, устроившись подле ошарашенного меня, не поспевшего за сменой темы. — Я спросила, «где» она научилась. На что святая ответила: «Почему думаешь, что я у кого-то училась?» Другими словами, её кто-то учил… Притом творить так, чтобы ее магию нельзя было распознать. Ветка под нами легонько хрустнула. Россыпь едва державшихся на ней коричневых листьев устало опала на землю. — Я так и не поняла, что за магию использовала святая. Нет сомнений, что это глава защиты, но святой для использования магии не нужно произносить заклинания, подносить дары, и даже жеста не нужно. Сколь бы ни была она талантлива, она явно не могла схватить это на лету самостоятельно. — А разве это не истинное чудо? — Я и эту возможность обдумала… И то, как они случаются, и то, что это такое. — Объяснить сможешь? Будет занятно послушать о природе чудес из уст ведьмы. Я улыбнулся, однако Зеро дала неопределённый ответ: — Наверное. Но у меня нет ничего, кроме гипотезы, построенной на рассказах падре, да и Тринадцатый заявил бы, что не д’’’о’’’лжно говорить о чём-то, кроме гарантированной истины. — Умоляю вас, не соизволите ли поделиться своим мнением, о госпожа Ведьма Грязи. — Скорее всего, — начала Зеро, и слегка понизила голос, — и чудеса, и магия… в основе своей одно. — Да уж… крайне опасная теория, особенно если ознакомить с ней святошу. — Ведь магия – это искусство вызова сверхъестественного феномена с помощью сопровождаемого тайными словами воззвания к демону… Но при достаточной тренированности можно произносить заклинание лишь мысленно. Конечно, многие виды магии требуют особых катализаторов, но столь же многие - лишь магической силы. А ещё, мы, ведьмы, считаем почитаемых церковью Богинь за ещё один подвид демонов. Демонам — заклинания. Богам — молитвы. Слова различаются, но принципы несомненно схожи. — То есть, говоря о чудесах, имеют в виду сверхъестественные события, произошедшие вследствие случайно удавшегося магического обращения к богам. Я считаю так. И несомненно есть вероятность, что «чудеса», что творит святая, вовсе не магия из «Книги Зеро»… Вернее, ‘’’была’’’ такая вероятность. Но после вопроса Лии она отпала. Она училась магии у кого-то. С тех пор как Зеро закончила свой учебник по магии, «Книгу Зеро», и Тринадцатый прихватил её с собой в Веньес, минуло десять лет. А чтобы научиться магии, необходимо в среднем примерно пять лет. Если учесть, что Лия не владела магией пять лет назад, то выходит, именно тогда кто-то принёс магию в республику Крейон и обучил Лию. — И всё же… за такой короткий срок... Пусть и было сказано, что при наличии таланта много времени не требуется, но разве возможно всего за пять лет освоить магию и даже обучить ей другого? — Маловероятно, но… не скажу, что невозможно. Изначально выдающаяся ведьма смогла бы быстро и обучиться, и обучить. Правда, при этом ей пришлось бы ограничиться одной ветвью магии… То есть в Крейоне есть ещё кто-то, искусный в этой «науке». Некто, передавший магию Лие. Если он еще не покинул страну, то обязательно надо найти его. Он вполне может обладать копией книги, а даже если и нет, то, может, хоть информацией разживемся. Но кое-что меня всё же тревожит. — Скажи-ка, Ведьма. Ведь Лия и тот, кто обучил её магии… они же не создают проблем, так? — Проблем? — Лия использует магию лишь для лечения, другими словами, можно сказать, что обучивший её магии человек вовсе не злой, так? Может, стоит оставить всё как есть? Ведь ты изначально мечтала, чтобы магию применяли с пользой, правильно? По моему мнению, когда магия используется во зло… например, для нападения на людей или для осуществления переворота в стране, злоумышленника надо найти обязательно. При взгляде же на скромную и спасающую людей Лию возникает мысль: «Может, лучше оставить её в покое?» Наверное, с учётом того, что разбойники называли Лию ведьмой и что под влиянием чудес святой в стране остается меньше врачей, всё далеко не так уж и хорошо, но… Я не считаю Лию виновной. По той же логике, случись где инцидент с вовлечением магии, я не буду винить в этом Зеро. На мои слова Зеро слегка озадаченно улыбнулась. — Действительно… пока проблем не причиняла. Скорее всего… Но всё когда-то меняется. Чем завтра обернётся то, что сегодня к лучшему — неизвестно. Да будто магия лечения годна для боя… Или хочешь сказать, что даже лекарством можно убить человека? Это, часом, не чрезмерное ли беспокойство? — Да и потом, если действительно считаешь Лию опасной, то могла бы просто наложить «Отторжение» на её магию. — Если так сделать, то можно спугнуть человека, обучившего святую. — То есть, не сможешь тогда получить информацию о копии? Но ведь само существование её под вопросом, нет? Так может, лучше спокойно подождать письма от Альберты, убивая время хоть тем же осмотром примечательностей. По крайней мере, всяко лучше путешествия в компании этого святоши. — Так дело не пойдёт. Святая пользуется созданной мною магией. — И? — спросил я, на что Зеро ухватила мой хвост и дёрнула. — Я обязана удостовериться, Наймит. Для чего святая будет применять магию? С какими намерениями загадочный некто обучил её магии? Магия, бесспорно, полезна, но если ошибиться в применении, она принесёт беды многим. Даже не сказать, что полностью безопасна глава Защиты. Магия слишком сильна, чтобы пользоваться ею без осознания сего факта. — Удостовериться, мда… Скрестив руки, я взглянул на луну. Теоретизировать, удостоверяться — это всё за пределами моей компетенции. — Ну, раз ты так говоришь, я подчинюсь. Ведь это моя работа… Скоро уже рассвет, так что и ты иди поспи. С этими словами я развалился на ветке. А Зеро немедля начала карабкаться на меня. — Эй, иди к костру спи. — Нет уж. Костёр погас уже, да и здесь теплее. — Если ты на меня влезешь, мне будет тяжело. — А если не влезу, мне будет холодно, — с улыбкой вернула мне Зеро мои же слова. Я подумал, а не скинуть ли её нафиг, но та вмиг закуталась с головой в моё манто, так что мне оставалось лишь дожидаться рассвета в таком положении. 2

С наступлением утра мы проснулись и выдвинулись в путь. Надежно привязав пятёрку разбойников к дереву, мы оставили им воды, убедившись, что они могут до неё дотянуться. Тио при этом был сам не свой, но разбойники не сказали ему ни слова. Могли бы ведь устроить переполох, заявив, что Тио — один из них, но, судя по одинаковым татуировкам, вероятно, разбойники связаны крепкими узами дружбы. В авангарде я с Тио, арьергард доверили святому отцу. А между нами шагает троица женщин. Зеро по обыкновению бормотала, что ей «лень идти», но само собой, в лесу, где нет дороги, Зеро на себе я не понесу. Хочет она пешком идти или нет… Ей всяко легче, чем Лие, которая словно растеряла всю свою сноровку. — Святая Дева, впереди корень дерева выпирает. Постарайтесь не зап… Запнулась. — Святая Дева, вон там вырытая зверем яма, поэтому побере... Провалилась. — С-Святая Дева! Пожалуйста, помедленнее, чтобы в реку не упа… Упала. И почему препятствия, которые видит святой отец даже с повязкой на глазах, Лия заметить не в состоянии? И почему после предупреждения не старается их избежать? Мы еще полпути не прошли, а девушка уже ужасно выглядит. Одежда порвана, испачкана и намочена, да и сама Лия вся в царапинах. Но она не проронила ни единой жалобы, и всё бы ничего, но вот каждый раз, как их драгоценная святая что-то выкидывает, служанка и церковник устраивают переполох, поэтому мы продвигаемся в черепашьем темпе. — Не думала, что на свете существует настолько неуклюжий человек. — Да уж, воистину никудышная…Вкладывает все силы, да только впустую… Бывают такие. Временами. Без слез не взглянешь. — Дядя, такими темпами мы не управимся за полдня. Как минимум в два раза больше времени уйдет. — Ну да. Я тоже так подумал. Ничего не поделать. Я направился к сидящей в реке Лие, которой помогал встать святоша. Проигнорировав откровенно недружелюбное лицо церковника, я вытянул её из реки… и взвалил на плечо. — А-а… Н-наймит-сан?! — Я понесу. Так быстрее будет. — Сволочь… Как ты посмел так грубо обойтись со Святой Девой!.. — И что, может, ты понесёшь? А получится ли управиться быстрее меня, а, падре? Или это не вы заявляли, что если будем медлить, то этот ваш ребёнок владетеля умрёт? Я просто выполняю свою работу. Святоша сжал зубы в крайнем недовольстве. Но с его губ так и не слетело ни единого возражения. — Тебе, может, не по душе запах зверя, но придётся чутка потерпеть. Цепляйся за шею, чтобы не упасть, — обратился я уже к Лие. Та сперва беспокойно вырывалась из моих рук, но затем кивнула и успокоилась. — Как мягко, — тихонько прошептала девушка, осторожно обвив мою шею руками. — Тепло. Ее хватка стала чуть сильнее. Зеро вечно капает на мозги о состоянии своей подушки, так что в последнее время я начал следить за мехом. Святой, смотрю, тоже приглянулась моя шерстка. И вдруг я ощутил взгляд сбоку. Гадая, чей он, обернулся - а это Зеро с крайне недовольным видом уставилась на меня. — Чего тебе? — А ведь когда я просила понести меня, ты отказался. — Разумеется. Ты и сама идти можешь. — Но… — на секунду она замялась. Для вечно уверенной в себе Зеро это редкость. — Ты же ведь мой наёмник... — Да… И что? — Поэтому!.. Нет, поэтому … вернее не так… но… в общем… — В общем? Тишина. Зеро, надувшись пуще прежнего, обиженно отвернулась и зашагала. — Ничего… На вопрос так и не ответила. Вернее, ведёт себя так, будто не смогла ответить… Мне и вчера так показалось, но сбиваться на полуслове или теряться с ответом крайне на неё не похоже. Она же сама должна понимать, что лучший выход в нашем положении – понести Лию… Ведь поняла же причину, по которой я отказался её нести, да и согласилась с этим вроде. То, что она сейчас обиженно бормочет жалобы - это дело житейское. Не сказать, что мы вместе так уж и долго, но зато практически неразлучны. И понять, когда она серьёзна, а когда придуривается, я могу. Но нынешнее поведение — ненормально. — Дядя… А ты злой… — Что? Тио просто бросил свои слова и, ничего не объясняя, устремился вслед за Зеро. Стоило мне застыть с вопросительно наклоненной головой, как святоша пнул меня по заднице со словами: «Не стой столбом, шагай уже». Вот не согласен я. Со многим.

После того как Лия устроилась у меня на спине, наш темп резко ускорился. Тио и святоша сами по себе ребята довольно проворные, да и обычно еле передвигающаяся в силу лени и непривычки Зеро сейчас далеко не медлит. Служанка тоже вполне поспевает. Так что нагнать упущенное по вине Лии время не составило большого труда. За исключением того, что я по пути, похоже, выронил ножик, больше ничего не случилось, и к моменту, когда солнце взошло в зенит, мы покинули лес и вышли к дороге. А уж отсюда и проводника не надо. Вручив Тио энную сумму, мы отправили его в город вперёд нас, с наказом приобрести повозку, и когда мы подошли ко входу, повозка уже нас ждала. Как и прежде, малец отлично поработал. Более того, лошадь даже меня, зверочеловека, не боится. Выкуплена у рыцарского ордена и в повозку впряжена весьма приличную. Даже придраться не к чему. — Отсюда на повозке. Я уже предупредил кучера, чтоб гнал, так что прибудем в Идэверну в срок или с небольшим опозданием. Я опустил Лию в повозку. Вероятно, ей крайне понравился мех: какое-то мгновение она не хотела с ним расставаться, но тут же покраснела и отцепилась. — С-спасибо большое… Я, наверное, тяжёлая?.. — Ну да, — честно ответил я, после чего Лия ещё сильнее заалела. С таким видом, будто сейчас заплачет, она прикусила губу и слабенько ударила меня по груди. — Вы злыдень!.. Что?.. А вот это обидно. Я ошеломлённо глядел на покрасневшую Лию, как вдруг Зеро явно наигранно прокашлялась. Когда я перевел на нее взгляд, ведьма уже впилась в меня глазами, словно пытаясь пристыдить. — Ч-чего это ты?.. — Я тоже на повозку залезу. А ты здоровяк, мешаешься. — А… ясно. — Я послушно отошёл в сторону. Но Зеро не шевелилась и не сводила с меня взгляд. — Что не так? Залазь. — А меня ты не обнимешь и не усадишь в повозку? — Тьфу ты, дитя, что ли, малое? — невольно вырвалось у меня, на что Зеро крепко сжала кулак. Я подумал, сейчас ударит, и отошёл на шаг. — А, ладно!.. Падре, разрешите вашу руку? Святоша без возражений подал Зеро руку. Тьфу… Эй, там. Я ведь не сказал, что даже руки не предложу. Чего разозлилась-то? — Ура! Слушай, Дядя! Тут говорят, раз с нами зверочеловек-охранник, то можем пройти более коротким, но чуточку опасным путём, — подбежал вприпрыжку Тио, переговорив с кучером. — Ну что, молодец я? Полезен?! — Да. Молодец, Тио. Ты полезен, — кивнул я и легонько погладил паренька по голове. Тот произнёс: «Ну и огромная у тебя лапища!» – и засмеялся. Схватив паренька в охапку, я так и опустил его в повозку. Стоявшая поблизости служанка тоже наконец заняла место, ну а последним залез я. — Поскольку дорога плохая, то будет прилично трясти. Держитесь крепко, — предупредил кучер и погнал лошадей. Как и ожидалось, Лия сильно покачнулась и неуклюже слетела с полозьев. — С-Святая Дева! Святоша суетливо вскочил, но я оказался ближе, да и быстрее. Ухватил рукой, подтянул и усадил её у себя между ног. — Ублюдок… Немедля отойди от Святой Девы! — Заткнитесь и вцепитесь во что-нибудь, падре. А святую я подержу… Уж извиняй, госпожа святая. Тебе не по душе, наверное, но это самый безопасный вариант. Со всем уважением, но падре своим весом вас не удержит, и вы упадёте вместе, – произнес я как можно миролюбивее, чтобы утихомирить привычно развопившегося святошу, а заодно и напряжённо застывшую Лию. Честно сказать, я и сам не жаждал подобного. Но упади она с несущейся повозки, так и помереть может. — Н-но… я ведь… — Ладно тебе, помолчи лучше. Язык прикусишь. — Да, — прошептала девушка и замолкла. Святоша тоже сидит спокойно – смирился, видимо. Вдруг я ощутил на себе взгляд и посмотрел на Зеро. На миг наши глаза встретились, но она резко отвела взгляд. Что?.. До сих пор обижена, что не помог влезть на повозку? Она что, ребёнок? Но насмешку я оставлю при себе. Ну, пожалуй, если не буду ее трогать, она забудет об этом с концами.

Сумерки встретили в пути, мы заночевали в поле и спозаранку вновь отправились в путь. Созерцая пейзаж, пролетающий перед глазами с огромной скоростью, я почуял запах соли. Поскольку жившая в пещере Зеро никогда прежде не видела моря, она нервничала из-за непривычного аромата. Стоило неспешно въехать на тянущийся холм, как взор заполонила простирающаяся до горизонта синева. Море. Всё такое же огромное и синее. Вдоль береговой линии раскинулся город. Это и есть… портовый город Идэверна. — Здорово! Смотри, сколько здесь кораблей, Наймит! — Зеро радостно высунулась из повозки, а за ней и Тио: — Еще бы! — Он улыбнулся, гордый собой. Если устремить взор в сторону порта, то можно увидеть огромные корабли, выходящие в море на всех парусах. Только мне так подумалось, как загруженный по ватерлинию небольшой кораблик спешно проскользнул в порт. Там и сям сквозь Идэверну, словно артерии, тянутся от моря каналы, и в них подобно листьям покачиваются кораблики с навесами разнообразных цветов. — Это такие уличные лавочки. С больших кораблей товары перегружают на мелкие, а те их продают, плавая по каналам. Как, например, редкие фрукты. — Редкие фрукты?.. Как занимательно… Я их тоже хочу поесть! В этот миг лошадь, учуяв морской бриз, тихонько заржала. Едва мы тихонько спустились с холма, как увидели толпу на дороге. Скорее всего, приметив дорогую карету, они собрались приветствовать Святую. Солнце ещё висело в зените, но в этот раз на лице падре отразилось облегчение. 3

– Ох, благодарю! Огромное вам спасибо, Святая Дева, что не преминули посетить столь удалённые от вашей обители места. Посреди дороги святую окружила заждавшаяся ее прибытия свита владетеля. Стоило нам спуститься с невзрачной повозки, как бородатый гигант, вероятно, здешний владетель, подбежал и со шлепком зачем-то схватил Зеро за руку. — Для меня большая честь встретиться с вами, Святая Дева!.. Но всё же… вы даже прекраснее, чем молвит люд... — Я, бесспорно, красавица, но не святая. Даже скорее её прямая противоположность, можно сказать. Дура, не болтай лишнего. Я напряженно уставился на неё, но та с недовольством отвернулась, избегая моего взгляда. Да что с ней не так-то, а? — Святая — вон та, большегрудая. — И Зеро со скучающим видом бросила взгляд на Лию. Полностью заворожённый Зеро владетель ошарашенно округлил глаза и в следующий миг отскочил от Зеро, пожимая теперь уже руку Лии. — А-а, так это вы – Святая! Прошу меня простить. Похоже, мои неверные глаза обманулись излишней скромностью облика… Но вы, Святая Дева, тоже прекрасны. Надо же, какой прыткий кавалер. Ему, вероятно, уже за сорок, но движения закаленного тела ещё не утратили живости. Среди моряков таких полно. Пусть он здешний владетель, но почти наверняка ещё и моряк. — Что же, прошу в мою карету. Опустим скучные формальности, просто позвольте сопроводить вас до моего замка. Разумеется, вместе с вашими компаньонами. Несмотря на приглашение, мне, зверочеловеку, садиться в приготовленную владетелем карету, само собой, не позволялось. Лия и её служанка, святоша и… почему-то Зеро пересели в карету управителя, мы же с Тио отправились следом в повозке. Я бы предпочел ехать вместе с Зеро, но она не выказала такого желания, и я промолчал. — Скажи, дядя… — подал Тио голос с примесью любопытства, пока мы тряслись в повозке. Я, вдыхая аромат моря полной грудью, весь обратился в слух. — Тебя ведь наняла Зеро, верно? Так почему ты добр только к Святой Деве? — Ты про то, что я нёс Святую? Ну а что еще оставалось? — Да и в повозке всё время придерживал её. Зеро крайне недовольно смотрела, знаешь? — Ну это же чтобы та вдруг не выпала из повозки. — Может, оно и так, но тогда обязательно и на Зеро внимание обращай. — Прости, но я совсем не понимаю, о чём ты. — Эх блин! Не смыслишь ты в девичьих чувствах! Да с чего бы. И вообще, не так уж и часто я общался с женщинами. В случае с Зеро сомневаюсь, что у той вообще есть девичьи чувства. У Зеро, которая живет, руководствуясь исключительно логикой, есть особое умение - без колебаний уничтожать мои эмоциональные доводы. — В общем! Как прибудем в город, будь добрее к Зеро. Это мой дружеский совет. И когда это он моим другом стал? Хотя спорить смысла не было, поэтому не стал. Пожалуй, Тио тоже мне по душе пришёлся.

Вскорости повозка прибыла к воротам Идэверны. Особенностью здешнего градостроения является наличие водных путей, соседствующих с дорогами. И кораблики, курсирующие по этим путям, вроде как меняют цвет тента в зависимости от продаваемых товаров. Чаще всего попадались лодочки под красными тентами – предлагают еду, похоже. Торговые суденышки, горожане, отоваривающиеся у них, а также радостные - видимо, только с корабля - путники и странники, придают городу оживлённости. Если бы Зеро ехала с нами в повозке, то наверняка спрыгнула бы и пошла гулять по городу. — Скажи… Тио. Ты знаешь, какой едой славится Идэверна? — Разной. Например, иностранные посетители все хотят отведать огромной креветки Керзас, но как по мне, Фраголь вкуснее. — Рыба? — Да! Здоровенная рыбина! Используется в разных блюдах. Фраголь, конечно, водится всюду и не такая уж редкость, но в Идэверне её едят сырой. — Рыбу… сырой?.. — Это вкусно. Мясо нежное и сладкое. Даже я, когда попал в Идэверну, подбирал косточки, которые на выброс, и обсасывал то, что на них осталось. — Лицо, разоткровенничавшегося Тио вдруг скривилось в отвращении. — А-а?.. Ты что, едой решил настроение Зеро поправить? Ничегошеньки ты не понимаешь, дядя. Если что и дарить девушкам, так что-то блестящее. Блестящее! — Ты о драгоценностях? К сожалению, с ней это не работает. У неё побрякушек и так чересчур много. — Не понимаешь ты. — Тио почесал усыпанный веснушками нос. Что именно я не понимаю? И что же при этом можешь знать ты? Впрочем, когда говорят с такой уверенностью, невольно подумаешь иной раз: «Вот оно как». Ну, в любом случае, я о девушках не знаю ровным счетом ничего. — Речь не о том, много или нет, а о том, что от парня их получить приятнее, нет? И важно здесь чувство, вложенное в подарок. Чув-ство! — Так если вопрос в чувствах, то и еда сойдёт. — Но ведь лучше, если это что-то долговечное! Ну и чурбан же ты! Чурбан, да?.. И где только этот малец выучил такое словечко. Вздохнув, я вновь перевёл взгляд на улицы. Вокруг сновали сильно загоревшие моряки; практически на всех татуировки, чтобы как-то выделиться. Особенно часто на глаза попадаются изображения богини. Реже якоря и цепи… А из совсем редких — козёл, пожалуй. — Козёл?.. Несколько в иной стиле, но вроде как на разбойниках тоже был вытатуирован он же. Я-то думал, что это метка принадлежности к разбойникам, но, быть может, это одна из значимых в республике Крейон татуировок. — Тио… У тебя есть татуировка с козлом? — непринуждённо спросил я. — Нет. — так же непринуждённо ответил Тио. После чего хитро прищурился: — Дядя, ты что, думал, раз я был на побегушках у разбойников, то и на мне есть татуировка козла? Наоборот. Люди с такой татуировкой и становятся разбойниками. — Что? — Знаешь, в крепости Лортас собираются те, у кого есть эта наколка. Обмениваются слухами и приводят других с собой. — Что это за сборище такое?.. Да и потом, у тебя такой татуировки же нет. — У меня нет. Но вот у матери есть. То есть мать Тио и по сей день среди разбойников, так? Но Тио же вроде как просил его взять, чтобы «вернуться к семье, живущей неподалёку от святого города». И если мать Тио в числе разбойников, то что же это за семья… — Постой-ка. Ты говорил, что у тебя неподалёку от святой столицы дом… Неужели ты о цитадели Лортас говорил?! Ведь прибежище разбойников - вроде как раз расположенная неподалёку от святого города Агдиос цитадель Лортас. И раз там мать Тио, то выходит, что дом Тио — та самая крепость. — Именно так, — улыбнулся Тио. То есть, скрывшись от разбойников, он в одиночку собирался вернуться в цитадель Лортас. — Пусть мой совет запоздалый, но не вздумай ляпнуть это при святоше, понял?.. — Да ладно тебе. Ну и потом, я вот думаю, может, мне уже и не стоит возвращаться. — Но тебя же мать ждёт? Так что возвращайся. — Неа… Уже не ждёт. Да и потом, у меня есть мечта. Которой не сбыться, пока я в стенах крепости… — Мечта? — Секрет! Мне мама говорила, что если рассказать кому-то, то не сбудется. Внезапно лошадь громко заржала, и повозка встала. Потому что… ехавшая перед нами карета с Зеро и остальными… тоже остановилась. Я свесился, чтобы понять, в чём дело, и увидел молоденькую девушку, даже скорее девчушку, которая, разведя руки в стороны, перегородила карете проезд. Кучер немедля соскочил со своего места и попытался сдвинуть девушку, но та налегла на него всем весом и не поддавалась. И в какой-то момент закричала: — Почему, господин владетель?! «Почему предали? Я же доверяла вам», - вот что она вопрошала. Голосом, исполненным злобой и печалью. Голосом, услышав который, мимо не пройдешь. Кучер попытался заткнуть девушку, прикрыв ей рот рукой. Но та укусила его за кисть и высвободилась, после чего вновь прокричала в сторону кареты: — Зачем вы впускаете эту ведьму в замок?! Ведь мой отец мёртв по ее вине! Неужели те слёзы, что вы пролили вместе с нами, — ложь?! Неужели ваши слова, что не простите ведьму, зовущую себя святой, были обманом? И теперь, когда вы в затруднительном положении, вы склонитесь перед этой подозрительной женщиной?! Ответьте, пожалуйста! Господин Торрес! Ведьма, зовущая себя святой… это про Лию. Девушка, пытавшаяся разглядеть в повозке святую, напомнила о разбойниках, тоже называвших её ведьмой. По вине Лии умер отец этой девушки?.. Почему? И как это Лия, которая по идее только лечит, убила человека? Или дело в том, что некому было оказать помощь, так как доктора уехали? Как в случае с отцом Тио. Ища Зеро, я взглянул на остановившуюся впереди карету. В этот момент из нее шустро выскочил сам владетель. — Парсель! Ну зачем ты вытворяешь такие глупости!.. Управитель уставился в полные слёз глаза девушки, руки которой крепко сжимал кучер. Её колени подогнулись, будто она еле держалась на ногах. — Глупости творите здесь вы! Купиться на обман ведьмы – самая что ни на есть глупость.

В версии с изображениями тут находится картинка. — Придержи язык, Парсель. Грубо ухватив девушку за воротник, он выдернул ее тоненькую фигуру из рук кучера и притянул к себе. С губ девушки слетел испуганный крик. Заставив её смотреть прямо ему в лицо, владетель с крайне серьёзным видом воззрился на девушку. И шевельнул губами. Очень тихим, еле слышным, придушенным голосом он произнес, кажется: — Доверься мне. Всего после одной этой фразы лицо девушки тут же подобрело. — И… Заметив, как падре вышел из кареты, владетель воздел свою длинную руку. — Прикуси язык, неверующая! Он ударил девушку по щеке со звучным хлопком - та осела на землю. — Г-господин владетель! — воскликнул в панике святоша. По идее, он не мог видеть случившегося, но, вероятно, предположил по звуку. — С тем, что народ сомневается в святой, ничего не поделать. Конечно, это не значит, что на такое можно закрыть глаза, но применять силу к молоденькой девушке… — Нет-нет, что вы, уважаемый падре. Оскорбления в адрес Церкви и Святой иной раз караются смертной казнью. А поскольку она публично назвала Святую Деву ведьмой, хотя бы такое наказание — необходимо… Поэтому умоляю: сделайте вид, что вы ничего не слышали. Она просто немного утратила разум после недавней смерти отца, моего садовника. Святоша пробормотал коротенькую молитву. — Если не сделать кого-то виноватым, то принять смерть близкого невозможно… Даже я подобное испытал. Помогая встать упавшей девушке, церковник смиренно улыбнулся. Смотрится как воистину добросердечный священник. До этого Лия говорила, что он «добрый человек». Быть может, святоша действительно добрый и ласковый со всеми, кроме зверолюдей. Вот поэтому-то учение церкви и жуткое, раз доходит до столь жестоких заявлений как: «Зверолюди — не люди». Хотя обычно церковники заявляют: «Чтобы искупить грехи и очистить душу, живи, посвятив себя служению», не опускаясь до слов: «Немедля умри»… — Однажды наступит день, когда ты усмиришься, приняв смерть как факт. И да пребудет с тобой покровительство Богини, — промолвил святоша обычное благословение и, проводив девушку на обочину, вместе с владетелем вернулся в карету.

Чуть позже повозка без задержек достигла замка. Он выстроен совсем близко от моря, молочно-белые стены отчётливо видны даже издали. Быть может потому, что морской бриз разъедает метал, украшен замок крайне скудно - лишь расставлены развеваемые ветром флаги с изображением моря и кораблей. Покуда Лия занималась лечением сына владетеля, нас с Тио развели по разным комнатам. Тесная комнатка, из мебели - лишь стол да четыре стула. Стены и пол из голого камня, отчего кажется, будто меня поместили в тюрьму. Поскольку Зеро ехала в одной с Лией карете, то она умудрилась присутствовать при лечении. Только теперь до меня дошёл замысел Зеро. Она собиралась ещё раз взглянуть на чудеса святой вблизи, чтобы узнать о её магии. Зверочеловеку присутствовать при лечении сына владетеля никак нельзя, но обычному человеку этого запрещать причин нет. Попытайся я влезть в их дела, наверняка бы схватился со святошей, но к притворщице-незнайке, которую строит из себя Зеро, и церковник, и Лия наверняка отнесутся с добротой и объяснят. Поэтому она и уселась в карету с Лией, будто так и должно быть. Вот она ведьма. Не ошибается. Ну а Тио, как только мы остались наедине, начал высказывать жалобы в адрес владетеля: — У-у-у. Смотреть тошно. Что это с ним? Только потому, что он владетель, важничает. Зачем так сильно бить просто за то, что она назвала святую ведьмой? Я горько улыбнулся на сей воистину детский взгляд на случившееся. — Вовсе не так, Тио. Владетель наоборот – защитил ту девушку. — Ты что говоришь-то? Он же со всей дури ударил её! — Именно потому, что владетель заранее притянул ту девушку и наказал, вышедший позже святоша промолчал. Да и потом, не так уж и сильно он её ударил. Просто звук громкий вышел. — Ты что, защищаешь богача?! — надулся Тио. Дело вовсе не в том, что он богач… Немного подумав, я стукнул друг о друга раскрытые ладони. То есть хлопнул. Раздался звучный хлопок, и Тио испуганно подпрыгнул. — Че-чего это ты? — Вот так и сделал владетель с давешней девушкой. Звук, конечно, громкий, но пощечина гораздо слабее полноценного удара. Тио недовольно поморщился и уже сам хлопнул в ладоши. Кожа на них слегка покраснела, но то, что и боль, и краснота сразу же исчезнут, Тио понимает, наверное. — Но ведь удар по лицу отличается от удара об руку? Верно… поэтому-то владетель и ударил ладонью. Если бы он хотел действительно наказать, то мог бы и кулаком ударить. Да тут и кулаком было бы к лучшему, ведь даже если за оскорбление Церкви сядешь в тюрьму, то она покажется милым местом. Но владетель решил обойтись малой кровью. Чтобы закончить всё единственной пощечиной, он ударил девушку на глазах у толпы. Воззвав тем самым к милосердию церкви. Всем своим видом говоря: «Как вы и видели, она уже понесла кару. Прошу вас о снисхождении». Хоть и выглядит крайне беспечным, он на удивление прозорлив. — То есть, не ударь владетель эту девушку, то тогда падре ударил бы её кулаком? — Как знать. Понятия не имею… Но, может быть, и ударил бы. — Как странно. Тио шумно взъерошил волосы и уселся за стол. Однако же. Та девушка, выскочившая перед каретой… Она с уверенностью заявила, что Лия — ведьма. Я могу понять, что ей хочется взвалить на кого-то вину за смерть близкого. Беспокоит меня не она, а владетель. «Неужели ваши слова, что не простите ведьму, зовущую себя святой, были обманом?» Девушка точно произнесла это. На что владетель ответил ей: «Доверься мне». То есть владетель считает Лию ведьмой? А раз так, зачем вызвал для лечения больного сына именно её? Или ему всё равно, кто спасет его сына - ведьма или святая? Разбойники, дочь садовника, владетель. Почему они считают Лию ведьмой? На какое-то время я озадачился этим, но в итоге сдался, не в силах найти ответ.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Интерлюдия. Ухудшающаяся болезнь

Пятеро мужчин продирались сквозь лес к цитадели Лортас. Отчасти из-за того, что все ранены, а отчасти из-за плохой лесной почвы, скорость движения не отвечает ожиданиям. На фоне и так не быстрого темпа, один из них, Сект, определённо отставал. Невзирая на отчаянный перебор ногами, не успевал он заметить, как расстояние до товарищей увеличивалось. Заметив это его соратники поджидали его, но простой передышкой было уже ничего не решить. Не повезло — так подумалось Секту. В том что попытка захвата святой провалилась — нет ничьей вины. Просто не повезло. «Оставить святую в живых и притащить. Я конечно понимаю ваши чувства, но не убивать её.» — С таким приказом пятеро умелых парней напали на повозку. В одном из городков на пути святой устроить проблемы церкви, задержать падре, опередить святую с её служанкой, поспешивших дальше, напасть. До этого момента всё было безупречно. И кто бы мог предположить, что вмешается случайно проходящий зверочеловек. Но даже в такой ситуации остались живы… Так что может и повезло. Было бы не странно, будь они убиты на месте, но все отделались лёгкими ранениями. Отделившийся по плану Тио оказался рядом, и повезло что когда они уходили, у него в руках был нож. Благодаря этому верёвки со всех срезаны и возможно устремиться на базу, к цитадели Лортас… Но всё, невозможно. Уже приличное время ног не ощущает, да и общее состояние крайне плохое. И вовсе не из-за ран. Учитывая, что резко поплохело после полудня, опять эта ведьма… Сект всё же рухнул на колени. Немедля подбежал один из товарищей, и придерживая поднял Секта. Мужчина среднего возраста, по имени Тарба, чьё лицо было наполовину сокрыто бородой. — Эй, нельзя сидеть. Вставай! Цитадель Лортас уже видна… Не сдавайся, шагай! — Невозможно, всё… не под силу… дышать… тяжко. Хью. Из горла раздался звук как из флейты. И когда только дыхание настолько ухудшилось? А руки-ноги стали настолько тяжёлыми. Где-то чуть больше года назад состояние начало ухудшаться. Когда дошло, уже и есть стал меньше, и даже простое питье воды заставляло чувствовать боль. Шаг за шагом он умирает. И сегодня клыки убийственной боли наконец достигли сердца. — Как вернёмся в цитадель, там есть врачи! Они посмотрят тебя… Ты ещё поживёшь! Терпя сильную боль опал наземь. Невольно на глаза попала вырезанная на тыльной стороне ладони татуировка козла. Из-за этого. Из-за этого, из-за этого!.. Вцепившись ногтями в собственную руку, он чуть-чуть поцарапал её. Потекшая свежая кровь сокрыла татуировку козла, и Сект улыбнулся. По смеющемуся лицу стекли слёзы, смывая запятнавшую ладонь кровь, и татуировка проступила вновь. — Дурак, да… Ну и дурак я… Деньги превыше жизни поставил… Мол будь деньги… Так считал. Но не ожидал что умирать так больно. Так страшно. — Вашу мать. — прильнув головой к земле простонал он. Больно. Больно. Больно. — Не смей, не умирай! Если ты умрёшь, что нам сказать боссу!.. Мы возьмём тебя с собой, непременно. Я на спину взвалю, так что… Сильно поддерживающие тело руки Тарбы тёплые, но почему-то ощущаются как нечто далёкое. Дышать уже невозможно, слов не сказать. Лишь отчаянно дёргающаяся рука была с силой пожата всеми четырьмя товарищами. Дышать сразу стало легче. Содрогавшееся в конвульсиях тело расслабилось, и он понял, что умер. Перед темнеющим взором виднеются жалкие плачущие лица запачканных парней. «А… До последнего был с ними… Может на самом деле и повезло.»

— Ну же, эй. Что не так! Умер что ли?.. — сколь ни зови, мужчина на руках не шевелится. Всё так же держа обмякшее тело Секта, Тарба подавил набегающие слёзы. Когда ослабший по вине ведьмы Сект захотел с ними пойти, напасть на ведьму, босс сказал ему «лучше не стоит», но убедил того и решил взять с собой именно он, Тарба. А ведь стоило оставить. Ведь так он хотя бы умер гораздо более лучшей смертью, на постели в цитадели Лортас. — Неужто умру. И я. Вот так. — отстранённо прошептал один из соратников. На его шее тоже вырезан козёл в районе шеи. — Стоило убить! Эту ведьму! Её стоило прямо там прирезать! — закричал другой, ударяя дерево поблизости. В этот момент раздались хлопки крыльев птицы. Все задрали головы, и непонятно когда, но на дереве появилась целиком закутанная в манто фигура. — Босс! Провал! Святоша и зверочеловек помешали… А Сект!.. — закричал Тарба на что фигура на дереве покачнула головой. — Вот как — шёпот прозвучал расстроенно, словно скорбя о смерти товарища. — А что с Тио? Он разве не с вами? — Он скорее всего на пути в Идэверну. Ведь был нанят проводником для святой… В следующий миг фигура исчезла с ветки.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Город-порт Идэверна

В версии с изображениями тут находится картинка. 1

— Иэх-ха-ха. Прекрасно-прекрасно! Слухи не врали о Святой Деве, вы в мгновение ока излечили слабосильное дитятко! Не снизойди вы до нас, мой сын бы уже покинул этот свет, — молвил владетель с тёплой улыбкой, восседая с бокалом вина за круглым столом, который ломился от роскошных блюд. На висках сидящего за тем же столом святоши проступили вены, да и у Лии взгляд казался странным. Рядом сидит её служанка, далее не видевший прежде изысканных яств Тио жадно вгрызается во всё подряд, набивая желудок. За ними следом мы с Зеро, и на владетеле круг замкнулся. Вот такой вот порядок рассадки… Ненормальная ситуация. Одно то, что помимо служанки за стол пригласили неизвестных никому Зеро и Тио, уже необычно. Но то, что меня, зверочеловека, усадили за один стол со владетелем, не могу объяснить ничем иным, кроме как помутнением разума. Но по факту, мы все собрались за одним круглым столом. Место — та комната для прислуги, в которой мы вместе с Тио ждали, пока Лия вылечит сына управителя… Потом тут вдруг внезапно накрыли стол и заявился владетель вместе с обеими девушками. По словам Зеро дело было так: — Я сказала, что буду есть с тобой, Наймит. После чего владетель захотел отобедать со мной во что бы то ни стало. Другими словами, в столовую замка для соблюдения традиций и формальностей допускать зверочеловека не годится, и поэтому владетель решил лично явиться в комнату прислуги, посчитав такой вариант приемлемым. Ну а вдобавок… — Призвали Святую Деву, когда у пациента всего-то простуда. Лёгкие не затронуло вовсе… Более того, сын ваш уже на поправку шел. Вроде как так. Тогда понятно, не стоит дивиться, что у святоши после такого вена-другая на виске проступает. Ведь спешили так, что угодили в лапы разбойников, а пациент всего-то простужен, более того, практически здоров оказался. Ну а если добавить обед за одним столом с ненавистным зверочеловеком, тут и ангельское терпение бы лопнуло. — Господин владетель… Святая Дева крайне занятая особа. В следующий раз обращайтесь к её помощи только в случае, если городские лекари не сумеют помочь никакими способами. — Да будет вам, уважаемый падре. Пожалуйста, не говорите таких жестоких вещей. Ну же, господа, будьте добры, налегайте на кушанья! Рыбные блюда в Идэверне – лучшие на свете! И ты, наёмник-зверочеловек, не стесняйся! У моряков сердце большое! Не сказать, что у меня нет предубеждений, но я не намерен притеснять кого-то лишь потому, что он чуть больше волосат. Ведь на море, как-никак, значение имеет лишь одно – способен ты или нет выполнять свою работу. Звучный смех владетеля разнёсся по спешно подготовленной к пиршеству комнате, и палец падре раздражённо царапнул по столу. — Ты же ведь странствующий наёмник, так? Я тоже бывал в разных странах, но в последнее время засиделся в Идэверне. Будь добр, поведай интересных историй. — Историй, гм… Не считая того, что в королевстве Веньес ведьм публично признали и прекратили на них охоту, в последнее время в мире ничего не происходит. — Веньес… варварское государство еретиков!.. — фанатично выплюнул святоша. Владетель же взглянул на сие с каким-то любопытством. — Да, Веньес! Интересный прецедент!.. Давлевший пятьсот с лишним лет религиозный надзор церкви пал в считанные дни! Злобный колдун Тринадцатый и победившая его молодая ведьма Альберта. Крайне волнующая история! Кажется, Веньес собирал наёмников для охоты на ведьм, так? Довелось ли тебе в этом поучаствовать, товарищ Наймит? — Пойти-то пошёл. Но поработать почти не довелось. Ведь это была не война ведьм с государством, а скорее война между самими ведьмами… Вернее, между магами, если применять вроде как принятое по всему королевству официальное именование. Взгляд владетеля засиял, он кивнул. — Да, именно. Маги! Точно, в дошедших до меня слухах упоминалось подобное. Раз и мужчины, и женщины могут пользоваться магией, само собой, такое обращение — самое правильное. Владетель усмехнулся. На его больших губах проступила привычная улыбка, и он в один глоток осушил бокал. — В Веньесе взбунтовались ведьмы, и меня мучили сомнения, уважаемый падре. Почему Церковь не помогла их подавить? Ведь это центр всей сухопутной торговли. Может, стоило отправить войска, пусть даже тамошний король и выразил бы протест? Не считаете так? — управитель, не ожидая ответа от святого отца, вновь продолжил монолог: — Но Церковь предпочла наблюдать, и в итоге страна с ключевыми сухопутными путями ныне попала в руки магов… Почему? Или, раз Веньес отказался от огромных пожертвований в пользу Церкви, это такой урок? Деньги… даже богослужителей сводят с ума! — Господин владетель! Я попросил бы вас воздержаться от высказываний. Для церкови ваши слова... — Оскорбительны? Вовсе не так, не подумайте, что вы. Я смиренный верующий. Я не жалею пожертвований даже маленьким церквям в моём регионе, моя вера сильнее, чем у любого, служители божьи это подтвердят. А… да-да, уважаемая Святая Дева! К слову о подтверждениях, есть занятная история. — От внезапного обращения Лия вздрогнула, словно напуганная кошка. — Знаете ли вы? Историю о том, как судии из «Дэа Игнис»... «ошиблись»? Кажется… по ошибке приняли некую святую за ведьму и убили. Владетель понизил голос, хотя в этом не было смысла, когда прямо перед тобой сидит один из инквизиторов. Я даже забеспокоился, не попытается ли церковник прямо на месте снести владетелю голову косой. Но тот просто помрачнел и смолчал. Неприятное предчувствие… Этот владетель, неужели… — П-пожалуйста, прекратите, уважаемый владетель… Это же шутка… верно?.. — Нет-нет! Правда, клянусь перед Богиней. И если мои воспоминания правдивы, то тем глупым судией оказался… кажется, слепой отче с повязкой на оба глаза… — Прошу меня простить! Святоша резко поднялся, подхватил посох, и, печатая шаг, покинул комнату. Ошеломлённо проводив его взглядом, я вновь уставился на владетеля. — Ох… Разозлил его… Ну да ладно! Поедим! Улыбнувшись, владетель хлопнул в ладоши, словно пытаясь вернуть веселье обратно. Насколько же… жуткий старпёр. — А стоило ли его злить?.. — Не волнуйся, товарищ Наймит. Я уже говорил, меня во всем поддерживают священники близлежащих церквей, да и в силу моего положения – управителя портового города – имеются связи в верхушке церкви. К тому же, женщины посодействуют, особенно те, кто жаждут товаров с нелегальных кораблей. Так что, убрав меня, церковь, напротив, ухудшит своё положение. — Ого-ого… Звучит, будто вы влиятельный человек… — Да. Я влиятелен. Деньги есть, власть — тоже. Головой думать умею, да и красавчик к тому же. Вот поэтому-то самоуверенных в своей власти людей и… Прекратив слушать, я прервал общение с владетелем и сосредоточился на тарелке перед глазами. Взволнованно взглянув на дверь, сквозь которую ушёл церковник, Лия скромно задала вопрос: — Скажите… А это правда? Действительно ли падре, ту, кто не являлась ведьмой… — Я же сказал, что перед Богиней клянусь. Впрочем... у каждой истории есть изнанка. — Изнанка?.. — Насколько я слышал, эта «убитая по ошибке святая» вышла замуж за священника одной из окрестных церквей, и была жестоким человеком, угнетавшим народ. Когда святую убил один из судий, люди радовались… Вот только церковь не могла признать, что священник неподобающим для его сана образом связал себя узами с ведьмой. Поэтому ничего не оставалось, кроме как заявить, что судии убили святую «по ошибке». А судии тоже относятся к церкви. Поэтому, когда его поставили перед фактом, он не мог ничего возразить. Я, конечно, терпеть не могу этого красавца-священника, но, пожалуй, чуть-чуть ему сочувствую. — Я надеюсь, что падре не принял близко к сердцу такое жестокое предательство и впредь будет выносить верные решения. Ведь, если знать, что ведьма — это ведьма, и не покарать её, то и смысла в существовании судий нет. И тем не менее владетель вынудил падре выйти из комнаты, сказав, что тот убил хорошего человека. И как только у него язык повернулся?.. Лия с печальным видом взглянула на грубую деревянную дверь, за которой скрылся церковник. — По моему мнению… самое жуткое — когда под видом доброго человека сокрыт злодей. Подобно дорогому вину, в котором содержится яд. После того как с радостью примешь его, он изнутри медленно убивает тебя. А страшнее всего то, что нельзя сказать употребляющим его по незнанию людям, что это яд. Мы живём в мире, где человек, крикнувший: “Не пей!”, будет казнён. Для меня это самое страшное и самое нестерпимое. Что за белиберда? О чем этот владетель говорит-то? Когда я взглянул на него, тот с прищуром смотрел на Лию, будто даже враждебно. — То есть, господин управитель, вы считаете Святую Деву ядом? — прозвучал вопрос Зеро с притворным недоумением в голосе. Владетель слегка округлил глаза и взглянул на Зеро. Ненависть во взгляде уже исчезла, и к нему вернулся настрой моряка-живчика. — Что вы говорите такое-то! Это неподобающая шуточка, госпожа Зеро. Я вовсе не считаю сию деву, которую уважаемый падре почитает за святую, ядом. Ведь меня тут же на костёр отправят. — Вот только мне показалось, что в самих ваших словах сокрыт яд. Будто вы печалитесь, что из-за влияния церкви не в силах сказать, что святая — ведьма. — Ну-с. Разве оно так звучало? Как думаете, госпожа святая? — М-мне… подобное… непонятно… Кое-как промямлив ответ крайне слабым голосом, Лия прикрыла лицо. Да так и застыла с вилкой, не в силах ни поднести её ко рту, ни опустить; даже жалко её стало, так что мне ничего не осталось, кроме как встать. — Спасибо за угощение. Лия, пойдём. Та, услышав своё имя, подняла взгляд и уставилась на меня. — А, но… — У тебя цвет лица нездоровый. Если не приляжешь — свалишься от усталости. Схватив её за руку, я насильно выдернул девушку из-за стола. Её служанка тоже немедля встала и помогла, поддержав с другой стороны. — Не возражаете, господин владетель? — Раз так утверждает служака Святой Девы, то у меня нет права останавливать вас. Ты прямо молодец, товарищ наёмник. Ревностно оберегаешь Святую Деву… не то что сбежавший падре. — Я не прислужник, просто по прихоти составил компанию. Я – телохранитель вон той девушки. — Понятно… Раз так, то ни капельки не молодец, — заявил с улыбкой сей старпёр, способной влюбить даже меня, мужика. — Для вас уже приготовлена лучшая комната. Огромная вам благодарность, Святая Дева, что ответили на нашу нерезонную просьбу. Пожалуйста, наслаждайтесь отдыхом. Лия даже ответить не смогла. Ей стоять-то было тяжело, так что я взял её на руки. Лицо плотно прильнувшей к моему плечу Лии всё сильнее бледнело. Она ведь недавно столько всего пережила. Да вообще и путь был не из тех, что способна выдержать неприспособленная девушка. А с ней ещё и так обращаются. Я скосил взгляд на Зеро. Это перебор, как-никак. Сколь бы мы ни подозревали в Лии ведьму… да даже если она и впрямь ведьма, это ещё не повод так на неё наседать. Я не намерен нести идеалистическую чушь, но такое обращение попросту отвратительно. Однако Зеро воззрилась в ответ, даже более того, заговорила: — Ты же, кажется, мой наёмник... забыл? – Её голосе был полон сарказма. — Что ты… — Да иди уже. Уведи святую. Слабенькой деве надо отдохнуть. Первой гляделки оборвала Зеро, недовольно отвернувшись. На что во мне вскипела злость. Да что с ней такое, ко всему цепляется. Стоило выйти из комнаты, как с секундным запозданием нас догнал Тио. — А ты чего?.. Мог бы и дальше есть. — Не. Я умею читать атмосферу. Я хотел уточнить, но до моих ушей донесся голос из комнаты. Голос владетеля, приглушенный. Не будь я зверочеловеком, не услышал бы. Но несомненно… — Наконец-то мы остались наедине. О прекрасная… госпожа ведьма. Вот что я услыхал. Я обернулся к двери, сморщив нос. — Дядя? Что? — Нет… ничего. Вероятно, Зеро раскрыла ему, что она ведьма, пока я не видел. Да даже если и не раскрывала, то намекнула. А владетель смекнул. То-то он так старался выдворить падре и Лию из комнаты. Он с самого начала намеревался поговорить с Зеро наедине. Скорее всего, о Лие. Нет, вернее сказать, о ведьмах… Похоже, он всех нас выдворил из комнаты.

— Постойте. Не уходите, пожалуйста! Уложив Лию в указанной комнате, я собрался было выйти, но та в отчаянии ухватила меня за хвост. Несильно, так, что без её окрика я бы не придал этому значения. Поспешно выхватив свой хвост, я обернулся. — С тобой служанка останется. Да и если я тут задержусь, ничего хорошего не выйдет. Лия помотала головой в яростном отрицании. Служанка тихо извинилась и беззвучно покинула комнату. Эй-эй, а стоит ли оставлять госпожу наедине с мужчиной-зверочеловеком? Хотя мне как-то всё равно. — Меня снаружи Тио ждёт. Так что надолго остаться не могу. Но отвертеться тоже не получится. Я придвинул стул к кровати и сел.

В версии с изображениями тут находится картинка. — Извините за мой каприз… — Да не настолько уж это и каприз. Устала ведь, так что немедля засыпай. — Можно… попросить… рассказать что-нибудь?.. — полюбопытствовала она с детской наивностью. Вот только, сколько ни проси, не знаю я ни одной истории, которую можно рассказать на ночь. — Скажи, Лия. Почему ты так… — На секунду я прервался в поисках подходящего слова. — Ко мне… привязана? Так мне показалось, выразился я точно. Ведь она словно ребёнок, привязавшийся ко взрослому, ну или же к здоровенной собаке какой. Отношении Лии ко мне гораздо более непосредственное, чем к падре и служанке. Вероятно, Лия догадалась, о чём я думаю, и тихонько прошептала извинения. — Я сирота. Мать умерла от болезни… Я оказалась в приюте… Там же жил ребёнок-зверочеловек. — Ого. Так ты, выходит, с самого начала меня не боялась. — Да. — Лия сузила глаза, предавшись воспоминаниям. — Ведь… я же неловкая, не так ли? — Не могу отрицать, — ответил я честно, на что девушка улыбнулась. — Злыдень, — в её возмущенном голосе чувствовалась и радость. — Так вот, настоятельница частенько злилась на меня. Мол бесполезная… Но каждый раз этот мальчик защищал меня. Всякий раз, как на меня кричали, он намеренно провоцировал драку с кем-то, ломал что-то, и хоть крайне неуклюжими способами, но… — Так может он просто шалопай?.. — Вовсе нет. Ведь обычно он крайне послушно себя вёл. Вечно сидел на ветвях дерева, так, чтобы его никто не нашёл. Но каждый раз, как кто-то ошибался или что-то ломал, немедля объявлялся и принимал всю вину на себя. И за это настоятельница ругала, била его… В какой-то момент Лия схватила рукой мой палец. Я не стал стряхивать, позволив ей делать что хочет. — Глядя на вас, господин Наймит, я вспоминаю о том ребёнке… Хотя у вас внешность у вас с ним абсолютно разная, но впечатление остается похожее. Немножко, правда… Вот мне и подумалось, что вы меня защитите… Вот же дура я, извините. — Лия с силой сжала мой палец. — Когда тот ребёнок покидал приют, он обещал, что когда-нибудь придёт за мной. Дескать, я неуклюжая, так что наверняка даже работать нормально не смогу. И подарил мне это перо. Лия с некоторой тоской на лице коснулась кулона с пером, который всегда висел на шее. Святая Агдиоса. Все полагаются на её чудеса. Славят её как святую, погружаясь в иллюзии, но если реальность развеет эти иллюзии, её проклянут как ведьму. Вот под таким давлением и живёт Лия. — Но даже и без меня у тебя найдутся защитники. Тот же падре или служанка, которая никогда тебя не покидает. — Падре будет защищать меня лишь то время, пока решает, святая я или ведьма… Санарэ же несколько строгая… Санарэ — имя служанки. Как-то само собой мне в память запало, что Лия так обращалась к ней. По сути-то неприметная женщина, но спокойная и умелая для прислуги. – Санарэ росла в том же приюте, что и я. Понимает чужие страдания… И стоит мне начать жаловаться, как она напоминает, что в мире есть те, кому ещё тяжелее, что причитать о нелегкой судьбе, когда я в вычурной одежде уплетаю лакомства, – грубость по отношению к действительно страдающим… Почему-то мне вспомнились слова Тио. Хорошо быть сильным. Раз зверочеловек силён настолько, что может убивать кого хочет, то можно и потерпеть притеснения. И желанна эта сила или нет, для людей, у которых её нет, это не имеет значения. Если владеешь силой, благословлен, то стоит чуть-чуть показать слабость, как тебя тут же попрекают. С момента, как Лию признали святой, из её мирка исчезли те, перед кем можно выглядеть слабой и на кого можно положиться. И это чувство слегка… лишь слегка, пожалуй, но понятно и мне. — Так, и… чем теперь занят этот друг детства-зверочеловек? Попроси его стать твоей личной охраной; он обрадуется, наверное. Он же обещал вернуться? Лия молча покачала головой вправо-влево. — Не знаю. Быть может, забыл. Но… Наверняка кому-то пользу приносит. — Зверочеловек и пользу людям, да… — Зверолюди ведь разные бывают. А он вечно по чьей-то вине получал раны… Поэтому я постоянно его перевязывала… Но умело не выходило. — От смешка плечи Лии дёрнулись. — Я… я тоже хотела быть кому-то полезна… Поэтому, узнав, что у меня есть сила творить чудеса, крайне обрадовалась. Думала, что стану полезна всем… Что смогу спасать людей, как и он. Рука, обхватившая мой палец, сжалась сильнее. Я ощутил, что девушка дрожит. — Скажите… господин Наймит, неужели уважаемый владетель считает меня ведьмой?.. — Эх… Как знать. Особо хорошего впечатления он на меня не произвел, но… Но к Зеро, о которой он знает, что та ведьма, отнёсся дружелюбно. — Почему же, интересно… Я… чем-то обидела уважаемого владетеля?.. — А что, есть предположения? Лия, зарывшись в подушку, с отрицанием мотнула головой. — Не знаю… но, и Санарэ, и падре настаивали, что сюда не стоит ехать. Оба твердили, что опасно и не надо покидать Святой город… Что в последнее время есть те, кто меня… Пытается убить. Напавшие на Лию разбойники, выступившая перед повозкой девушка… и владетель. То, что число людей, невзлюбивших святую, велико, это несомненно. В особенности лекари, их семьи… Думается мне, нет будет ничего удивительного, если сторонники медицины посчитают, что из-за святой у лекарей нет будущего, и решат убить её, рассчитывая этим решить проблему. В моменты, когда рождается новая технология и вытесняет старую, убийства случаются с высокой частотой. В этой стране есть ещё одна персона, умелая в магии. Такова догадка Зеро. Но почему-то этот некто не сам стал чудотворцем, а сделал таковой Лию. Известность в качестве святой может поспособствовать появлению и недовольных. Не может ли быть так, что просчитав риски, некто сделал святой Лию, чтобы и восхваления, и ненависть вместе обрушились на девушку. И если так, то учитель Лии наверняка имеет с этого выгоду. — Лия... Могу я спросить? — Да? — Ты… училась у кого-то магии? — Ма… гии?.. Это той, из Веньеса? — Да. Ведь то, чем ты пользуешься, это она? Ты читала книгу по магии? — Извините, я… не понимаю о чём вы… я даже чисел и букв не знаю, а уж книгу… Не похоже, что она лжёт. Лия впрямь не считает свои чудеса магией. Да и о копии «Книги Зеро» тоже не знает. Но по факту использует магию… Это если верить словам Зеро. — Я просто хочу спасать людей… Быть кому-то полезной… Так почему я стала мишенью для убийц? Почему владетель говорил обо мне так?.. Извини, но это уже не моя забота. И что теперь? Успокаивать её что ли? — Господин Наймит… я… боюсь, – прошептала Лия и затем умолкла, уткнувшись лицом в подушку. После долгих сомнений я начал поглаживать её по голове. Некоторое время спустя напряжение покинуло тело девушки, и начали раздаваться мерные звуки спящего дыхания. Уснула. Убедившись в этом, я наконец расслабил плечи. В итоге ничего не смог выспросить… Аккуратно вытерев слёзы с щёк Лии, я накинул ей на плечи одеяло и встал. Но всё же странно. Почему падре не считает Лию ведьмой? А ведь по реакции владетеля и слухам от местных, он не должен упускать из виду такую вероятность. «Дэа Игнис» известны тем, что приговаривают к казни любого при малейших подозрениях, так почему он позволяет Лии жить? Быть может, единожды обжегшись в подобном деле, он стал крайне осторожным. Или желает убедиться в том, что у Лии нет прикрытия со стороны Церкви, и лишь затем убить её? Но пока он только и делает, что защищает Лию от тех, кто называет её ведьмой. Не в силах прийти к какому-то заключению, я бесшумно покинул комнату Лии. В тот же миг в мою шею резко уперся посох, и я замер. Помяни демонов, те и появятся, н-да… Это что, даже с мысленными упоминаниями работает? — Подкарауливать — нехорошо, уважаемый падре. — Я пребывал в той же позе, лишь скосил взгляд. Как я и думал, прислонившись к стене, стоит этот зеленоволосый красавчик с непроницаемым лицом, которого так и хочется порвать. — Я-то гадал куда вы устремились, бросив оберегать драгоценную Святую Деву… Подглядывать, да? Не скажу, что прекрасное увлечение у вас. — Я обязан был проследить, уж не сотворит ли что непристойное со Святой Девой развратный зверочеловек. И вообще, не попроси меня Санарэ, я бы не позволил вам остаться наедине. Ну как и говорю, способная служанка. Я мысленно поморщился, лишь просто представив, как святоша заходит в комнату, выгоняет меня и наконец отчитывает Лию. Он что, не может относиться ко всему несколько проще, а? — Смотрю, ты довольно многое знаешь о происходящем в Веньесе. — А?.. — Что ты вынюхиваешь? Магия, книга по магии? Будто считаешь Святую Деву ведьмой, как мне послышалось с твоих вопросов. — Вот оно как, подслушивал. — Ответь на вопрос ради самого же себя. В зависимости от твоих слов могу и снести голову с плеч, если покажется, что ты прислужник какой-нибудь ведьмы. — Зверочеловек и прислуживает ведьме? Да ты шутишь? Я до недавнего времени был в Веньесе, который ведьмы уничтожить пытались. Поэтому-то и знаю о тамошнем многое, понимаешь? От торговцев услышал рассказы о книге по магии, продаваемой по непомерной цене. А для странствующего наёмника информация – это жизнь. Вот и подумал, уж не читала ли святая эту книгу… Разумеется, получив от неё утвердительный ответ, я бы донес его до вашего сведения, падре. Верите? Ни секунды не колеблясь, я выпалил всё на одном дыхании, и святоша, недовольно расширив ноздри, убрал посох от моей шеи. Совсем не заметил… Не заметил притаившегося за дверью церковника. Я уже привык, что Зеро вечно подкрадывается, но от того, что питающий ко мне злобу человек оказался не замечен, дрожь пробирает. Высказав всё, что пожелал, святоша ушёл. Дождавшись, когда спина церковника окончательно исчезла за углом, я наконец успокоенно выдохнул. Как-то не могу я с ним ужиться… Он напоминает мне ядовитую змею, затаившуюся в траве. – Гм? Ощутив на себе взгляд, я немедля обернулся. Из-за угла робко выглянул Тио, наблюдавший за мной. — Ты чем занят? — Да, ждал тебя, Дядя, но… — Тио поглядел вслед скрывшемуся за углом коридора святоше. — Я как-то не очень с этим человеком… — Ха-ха… и я так же. Одновременно с кивком головы из меня вылетел сухой смешок, на что Тио криво улыбнулся: — Серьёзно? — После чего вдруг сказал: — Ну что, пойдём? Я так и округлил глаза. — Пойдём?.. Куда? — Купим подарок для извинения перед Зеро, нет? Я переговорил с недавно вышедшей девушкой, служанкой, и одолжил вот это. — На ладони Тио появилась небольшая золотая подвеска с козлом. — Говорит, это герб Святой Девы. Пока она гостит в замке, то стоит показать эту штуку стражникам, и нам разрешат вход и выход, а даже если и засомневаются, то для проверки придёт как раз эта служанка, так что всё в порядке. А ещё, вот. — Тио показал небольшой мешочек, потряс его вверх-вниз, и раздался звон. — Это тоже она дала, сказав, что это награда за безопасное сопровождение. Так что я тоже куплю что-нибудь, после чего, пожалуй, и тебе составлю компанию, Дядя. Хе-хе-хе. Тио сверкнул широкой улыбкой, в которой не хватало одного зуба, затем схватил меня за руку и потянул со словами: «Да пошли уже!» 2

В итоге я нехотя всё же потащился в город. Скрыв лицо под капюшоном, в неизменным чёрном манто, я в компании с Тио шагал по заполненным людьми улицам. Сильный аромат соли наполняет улицы города. Торговцы с гружеными повозками со свежевыловленной рыбой посылают лошадей в галоп. Свежесть для рыбы – самое важное. Быть может, они спешат как можно быстрее доставить товар в другие города. Тут же и капитаны рыболовецких лодок перекрикиваются с плотниками, надеясь потратить на починку судна как можно меньшую сумму со своих кровно заработанных. Из магазинчика неподалёку вздымается дымок с привкусом копченой рыбы. Каналы, идущие параллельно с дорогами до самого центра города, словно бы несут в себе частицу моря. В местах, где пересекаются дороги, соединяются и водные пути, а лодочки, переполненные рыбой, напоминают собой огромные аквариумы. Горожане, привыкшие к торговле в каналах, перебрасывают на покачивающиеся лодчонки монеты, и без особой опаски ловят брошенные в ответ товары. Тио попробовал повторить, и бросил монетку к кораблику, но не сумел поймать кинутый в ответ необычный фрукт, и вскрикнул. За мгновение до падения фрукта на землю я поймал его и передал пареньку. — По нормальному, с мостков покупай, — указал я на простирающиеся там и сям небольшие подмостки. Путешественники и излишне осторожные дамы, присев на них, протягивают руки к лодочкам, получая желаемое. Тио тут же с недовольным видом ответил: — Я просто случайно поймать не смог. Он вгрызся в фрукт… И сплюнул на землю. Вероятно, вкус оказался далеким от ожидаемого. После чего он замахнулся, собираясь выкинуть, но я успел отобрать и куснул сам. Сладкий с виду, на вкус он оказался резко-кислым. Не сказать, что невкусно, но ребёнку горьковато, пожалуй. Продолжая сплевывать, Тио, с круглыми глазам уставился на меня, спокойно поедающего этот самый фрукт, как на странное создание. — И как ты только ешь, Дядя… — А ты, я смотрю, не боишься покупать фрукты с незнакомым вкусом… — Это как приключение. Мужчина должен попробовать всё. — И провалиться. Разумнее распоряжайся деньгами, бедняк. Я бросил Тио медную монетку. Стоимость этого фрукта. Практически все товары, продаваемые с корабликов, стоят либо одну медную либо одну серебряную монетку – похоже, чтобы торговать проще было. Интересно, это тоже часть управленческой политики владетеля, Торреса? Не сказать, что мне знакомо так уж и много городов-портов, но даже среди известных каналы в центре города впервые довелось увидеть только тут. Вот город из брёвен, возведённый на поверхности моря, видал, но… — Идэверну зовут «Портом возврата». Вроде как в прошлом, король, о котором думали, что он погиб, вдруг внезапно вернулся из этого порта. И поэтому, мол, корабли, отплывающие из Идэверны не тонут. — Здесь воды спокойные, да и отмелей, на которые можно сесть, нет. Штормы тоже практически не случаются, так что потонуть корабль может разве что из-за крайне плохого ремонта, – произнёс я, на что Тио недовольно скривился, и уставился на меня. — Твои объяснения слишком скучные. Круто же звучит, «Порт возврата»! Везёт им, на корабле можно побывать в различных местах, и поесть много различных вкусностей. — Хочешь стать моряком? — Куда мне с моим телосложением-то. Впрочем, сейчас лучше всего понравиться Святой Деве, чтоб она меня наняла в качестве посыльного, как мне думается. — Ну и нахальный же ты малый… Вот, значит, куда ты метишь? — Ну да. Если на сейчас показать, что я могу пригодиться, это не так уж и несбыточно, согласен? А о морях подумаю, если нынешнее дело сорвётся, пожалуй. Ведь получать деньги, да ещё и путешествовать при этом – шикарно же. — Раз ты так считаешь, то и торговцы, зарабатывая деньги с товаров, путешествуют. Да и актёры, исполняя пьесы, тоже путешествуют. — А, вот как. Гм, кем бы мне стать, чтобы путешествовать. Тогда, хочу лекарем стать. Я чуть не ляпнул, что это невозможно, но немедля захлопнул рот. После того как лекарское дело отделилось от церкви, для признания лекарем необходимо иметь верительную грамоту от известного врачевателя, где написано: «Сей человек воистину лекарь». Вот такая вот тенденция. Разумеется, от врачевателя, которого поддерживает церковь. А для того чтобы получить эту грамоту, необходимо выпуститься из школы, за которую надо платить огромные деньги, или же, приложив усилия, напроситься в ученики к известному лекарю, и лишь после многих лет тяжкого труда обрести её. Не имеющие такого сертификата считаются шарлатанами, и при оплошности расцениваются как ведьмы и колдуны, смутившие разум людской подозрительными фокусами… Таковы нынешние отношения между лекарями и церковью. Другими словами, у нищего и не имеющего родителей Тио стать полноценным лекарем нет ни единого шанса. — Стать странствующим лекарем, приходить в селения, где их не хватает, и спасать больных. С тобой, Дядя, путешествовать тоже неплохо было бы. Скажи, я ведь полезный? Может, мне с вами пойти? Отличная же идея? — И Тио с засиявшим взглядом посмотрел на меня. Он говорит не всерьёз, просто мечтает вслух. Так что в ответ мне только и оставалось тихонько сказать: — Пожалуй. Но… предупреждаю, путь будет не из лёгких. — И хорошо. Мне и сейчас достаточно нелегко. И впрямь. Действительно. Отец умер, а мать вступила к разбойникам и больше не ждет Тио… Быть может и мужика уже другого нашла. А раз так, то для ребёнка места уже и нет. Не спорю, Тио полезен, и если он всерьёз, то взять его с собой было бы неплохо. — Слушай, Тио. Ты всерьёз… — О, с виду что-то вкусное! Я ненадолго, куплю схожу. — А, эй! Тема разговора и цели резко сменились. В этом Тио и Зеро до странного схожи. Скорее всего, потому как Зеро сама словно ребёнок. Тио какое-то время о чём-то поговорил со стариком за прилавком и с довольным видом вернулся ко мне. В руках у него оказалось большое количество рыбы в кляре, нанизанной на деревянные шпажки. — И-хи-хи. Я запугал его тем, что у меня здоровенный товарищ, и получил много в подарок. Так что и на тебя взял. Всё-таки быть сильным – здорово. — Ну… Ну знаешь!.. То-то владелец лавочки поглядывал на меня словно на зверя. Такими темпами, сколько голову не прячь, смысл притворяться простым человеком просту пропадет. — Ну так что, определился? Слова Тио, как обычно, неожиданные и непонятно к чему относятся. Я к этому наконец привык, но не настолько, чтобы немедля понимать смысл вопроса. — С чем? — Го-во-рю же! С подарком для Зеро. Я спрашиваю, определился ли ты уже с выбором? — В здешних лавочках всё выглядит вкусно, так что, может, купить чего у них? — Вот ведь! Я же говорил, выбрать нужно что-то долговечное! Воистину чурбан. — Где ты это слово-то запомнил?.. — Мама часто отца так называла. — Вот как… Так твой отец такой же, как и я… — Мама на него так ругалась, — предупредил Тио со зловещим видом. Да даже если ты настаиваешь, что подарить-то? Что-то долговечное, или что-то блестящее, так Тио раньше говорил, но как ни думай, по сравнению с драгоценностями Зеро, те, которые я мог бы купить, в разы скромнее. — Неужто ни одной мысли даже не надумал? — Нет, какой там… Мне вообще не доводилось что-либо дарить девушкам… Я и с подарком, противно даже… Скорее только лишнее беспокойство причиню. — Дядя, ты слишком боязлив для такой-то огромной туши… Неужто ни разу людям ничего не дарил? — Если речь о боли, страхе и отчаянии, то дарил во множестве, — усмехнулся я полушутя, на что Тио с серьёзным видом воззрился на меня: — Дядя, я вообще-то всерьёз спрашиваю. Мне даже ответить оказалось нечего. — Ни разу, — отчеканил я, на что Тио с протяжным вздохом приложил руку к своему небольшому лбу. — Ну ты и балбес. И это взрослый мужик! — У взрослых тоже есть много такого, что им не доводилось испытать. — Ну неужели ничего на ум не приходит? Выбери что-нибудь из того, что обычно дарят. Даже если опыта нет, хоть представление-то должен иметь! А что обычно дарят?… Ну-ка, ну-ка, может, что-то на ум и придёт. Классический подарок женщине от мужчины. Мне вспомнилась услышанная в какой-то таверне песня менестреля. Вроде как, песня повествовала о том, как любимой женщине поцелуй подари… — Ах да, дарить поцелуй, песню или ещё что в том же духе – не годится. Не пойдёт, что ли? Опасный момент был. Я немедля закрыл рот. Но всё же, что там еще есть? Не еда, нечто имеющее форму, клише, подарок девушкам, это… — Цве-цветочки… например?.. На мгновение во взгляде Тио полыхнули крайне жестокие огоньки. В нём так и читалось: «Что с ним такое? Такой здоровенный, а “цветочки” выговорить не может. Ему не стыдно?» — А. Ну… тоже вариант. Красивый букет… Да, неплохой вариант, по моему мнению… — Прекрати! Не смотри на меня так! Забудь! Забудь, сделай вид, что не слышал! Тио тут же отвёл взгляд, и издал сухой, далеко не детский смешок. Что за смущение такое. Впервые ощутил себя настолько пристыженным. — А-а, да чёрт с ним! Всё-всё! Не нужны никакие подарки и извинения! Да и вообще, с чего это вообще я извиняться должен?! — Эй, не дуйся! Тоже мне взрослый! — Я не дуюсь! И вообще, это мне тут стоит злиться. У неё, конечно, своё на уме, да и понимаю я, что она, кидая намёки, смотрит на реакцию, но… — Что ты там бормочешь? Зеро же ведь твой партнёр, Дядя? Ну же, я тоже помогу с выбором! Пошли к прилавкам у порта! Говорят, там товары лучше здешних. Может, купим там редкость, которой Зеро обрадуется, так что пошли посмотрим! Быстрее, быстрее! — И Тио потянул меня за руку. Всё моё нутро восставало от нежелания идти, но чтобы попасть обратно в замок необходим герб святой, который нес Тио. И хотя его хватку сбросить не составляло труда, мне ничего не оставалось, кроме как послушно следовать за ним. Магазины с драгоценностями, да даже просто открытые прилавки с украшениями привлекают к себе внимание – множество женщин или стильно одетых мужчин собираются вокруг, интересуясь товаром. Само собой, когда рядом околачивается подозрительный здоровяка, целиком укутанный в манто, это привлекает ненужное внимание. А если еще и явить миру мохнатую морду, точно жди беды. В результате мы с Тио сошлись на том, что он осмотрит прилавки, а я выслушаю приглянувшийся ему список и выберу что-нибудь. Времени такие ухищрения занимают немало, но зато хоть без шумихи. — Хм. Есть отделанный мелким орнаментом серебряный браслет. — Нет, она говорила, что кольца и браслеты сдавливают, ей не понравится. — Тогда цепочка с разноцветными драгоценными камнями. — Не пойдёт. Легко слетает с тела, цепляется за деревья, будет мешать, в общем. — А как насчёт заколки для волос с красным камнем? — Ни за что! Красные камни – зловещи. О Тринадц… то есть, приносят ненужные неприятности. — Дядя, скажи… ...Ты вообще намерен что-то выбрать? Недосказанный вопрос поставил меня в тупик. Драгоценности, не имеющие практической пользы, мне не интересны, а уж девичьи побрякушки — тем более. Чем одни лучше других? Я вот понятия не имею. И вообще, Зеро драгоценности всякие не нужны. Ведь их задача – сделать человека привлекательнее, а Зеро и так красива, даже слишком. — А ведь я специально выделил на тебя время! Ну же, серьёзнее отнесись! Неужели не хочешь, чтобы Зеро тебя простила? — Да какое тут прощение, я же ничего не сделал плохого. — Ну вот, опять ты за своё… Дядя, неужели ты не любишь Зеро? — Что? Удивленный неожиданным вопросом, я невольно перевёл взгляд на Тио и столкнулся с тяжелым обвиняющим взглядом. — Значит, Святую Дева приглянулась больше Зеро? Поэтому и не хочешь ничего ей дарить? — П-почему это? Вовсе не в том де… — Тогда, любишь ли Зеро? — Лю… Язык не поворачивается сказать. И хотя я понимаю, что в его словах никакого особого подтекста нет, но вся моя прошлая жизнь мешает мне немедля ответить: «Да, люблю». Ведь для меня это абсолютно невозможные слова. Вот только если вспомнить, Зеро с лёгкостью их произносит. — Н-не скажу, что ненавижу… Вот и всё, на что меня хватило. Но Тио остался доволен. — Тогда святую... ненавидишь? — Нет, вовсе не ненавижу. — То есть ты и Зеро, и Святую Деву примерно одинаково любишь? Хм, по тому, как я выразился, и в самом деле можно прийти к такому выводу. Но на деле всё не так. Для меня различие между ними очевидно. Вернее, даже не просто различие, а разница. Зеро — моя нанимательница, партнёр, я даже считаю её другом. Зеро тоже меня таковым считает. Вот такие у нас отношения, пожалуй. А с Лией всё не так, несколько по-иному, она… просто знакомая. Не в силах облечь объяснения в слова, я озадаченно замер. Тио с нескрываемым недовольством вздохнул. — Дядя, ты жестоко поступил с Зеро, понимаешь? А ведь она сказала, что любит тебя, а ты всё со Святой Девой носишься. И всё ещё не считаешь себя виноватым? Это же… жестоко… Всё, я больше не помогаю! — выпалил Тио и, резко развернувшись, побежал. В мгновение ока он слился с толпой и пропал из виду. Какое-то время я ошеломлённо смотрел на прохожих. И осознание грядущих неприятных последствий наступило с приличной задержкой. — Постой, Тио! — Я устремился за ним вслед. Без треклятого герба мне в замок не вернуться! Покинув порт, бегу назад в город. Мало того, что во всем городе силён запах соли, так в порту ещё и ароматы ввезённых товаров примешиваются, из-за чего учуять Тио трудно. Я старался не потерять из виду мелькавшие меж людьми коричневые волосы, но в итоге всё же упустил. Остановившись, я схватился за голову. Как быть? Тио рано или поздно вернётся в замок, и я скорее всего сумею перехватить его у задних ворот. Может, так и сделать? Мгновение поразмыслив над этим, я отрицательно помотал головой. Нет, так не пойдет… Ладно, виноват. Что по отношению к Тио, что по отношению к Зеро мне недоставало вдумчивости. — Тио!.. Ты где?! Признаю, виноват, только вернись! — закричал я посреди многолюдной улицы, будто недальновидный отец, ищущий сына. Впрочем, в подозрительного вида здоровяке, укутанном в черное по самую макушку, окружающие скорее видят торговца рабами, который рыщет в поисках сбежавшего подневольного. В самом деле, в городе много работорговцев, которые охотятся на детей. У ребёнка, попавшего на корабль, возможности спастись почти и нет. Подумав об этом, я засуетился еще больше. Косых взглядов мне не избежать в любом случае, так что главное — как можно скорее найти сорванца. — Тио! Отзовись уже! — Дядя!.. Ответ последовал немедленно, но только голос оказался весьма испуганным. Я немедля устремился в ту сторону. — Спаси, дядя! Помоги! Покинув главную улицу, я попал в переулок. Неизвестный, укутанный, как и я, в манто с капюшоном, отпустил Тио и скрылся в подворотне. Работорговец то был или извращенец, предпочитающий детей, понятия не имею, да и какая разница. Видимо, он решил, что с Тио ему от меня не убежать. — Тио, ты как? Не ранен? — Н-нет. В порядке. — Постой-ка здесь, я сейчас вернусь! — Д-дядя! Да ладно тебе, не преследуй. Говори что хочешь, но я не настолько добр, чтобы спустить с рук похищение товарища, едва не произошедшее у меня на глазах. Хотя бы разочек жажду съездить ему по физиономии. Я, конечно, говорил, что простить обидчика — и есть сила, но то слова. А на деле всё иначе. Преступление требует наказания. Заметив, что я бегу за ним, похититель в испуге закричал: — Постой! Погоди, ты ошибаешься! — Ошибаюсь или нет, я выясню потом, когда выбью из тебя всё дерьмо! — Да вот же хрень! Черт!.. Мужчина в развевающемся манто забежал за угол. С секундным опозданием я последовал за ним. И… обо что-то споткнувшись, покатился кубарем. — Ой ё!.. Черт, за углом препятствие, что за подстава!.. Я спешно поднялся. Вдруг, видимо, шуганувшаяся от голоса, где-то захлопала крыльями большая птица. Я со вздохом подобрал опавшее белое перо. Всё, шагов похитителя не слыхать. Вероятно, забежал в какой-то закуток и затаил дыхание. Теперь его найти уже трудно. — Твою ж… Ушел-таки. Пустив перо по ветру, я взглянул, обо что же я всё-таки споткнулся-то. На миг померещилось, что это тряпьё вперемешку с мусором. Но тут же стало понятно, что мне показалось. — А-а… Ну зашибись… Ни много ни мало, запнулся я о мёртвое тело. — Дядя! — Не подходи, Тио! Приближавшиеся лёгкие шаги удивлённо замерли за углом. Наклонившись, я осмотрел тело. Сперва подумал было, что его давешний мужик убил, но, оглядев, не увидел ранений, так что смерть наверняка от болезни. Хотя умерший явно не голодал. Труп сравнительно свежий, практически ещё не гнилой, но подпускать ребёнка не стоит. Не сказать, что трупы в подворотнях такая уж редкость, так что удивляться тут нечему, но… — Хм?.. Внезапно мой взгляд упал на его шею. Присев, я сдвинул волосы. Татуировка козла? Нет, это… — Клеймо?.. Кожа в месте ожога затвердела и сморщилась. Татуировки и клейма вообще изначально использовались, чтобы отличать рабов и преступников, но… ныне люди порой просто хотят выделиться или же показать ими принадлежность к определенной группировке. Разбойники, моряки, труп… Похоже, в республике Крейон крайне популярен козёл. И всё же, это клеймо. Что оно значит-то? Вроде я совсем недавно видел герб с козлом, как мне кажется… Не на гербу ли у владетеля? Как-то чётко не вспоминается. Пытаясь освежить воспоминания, я поднялся. Сидеть у трупа — бессмысленно. — Дядя! — подлетел ко мне из-за угла Тио с крайне бледным видом. — Ты что, убил его?.. — Нет, тот сбежал. Стоило мне ответить, как Тио расслабился. — А, ну… это… Он мой знакомый, хе-хе-хе, — неловко засмеялся паренёк. — Знакомый? — я оторопел. — Т-тогда почему ты кричал о помощи?! — М-мне действительно нужна была помощь! Он разбойник! Тот человек! Пришёл меня вернуть, но… Я не захотел возвращаться и… — Какое ещё «и»! Вообще, откуда разбойник знал, где тебя искать?! — Ну, знаешь… — замявшись, Тио предупредил: — Не злись, пожалуйста. Помнишь тех разбойников, что напали на святую?.. Которых мы связали? Я им нож оставил. Так что они должны были освободиться и сбежать… И, похоже, они поняли, что я иду в Идэверну… Услышав про нож, я взглянул на тот огромный тесак — память об отце, — с которым постоянно ходит Тио. Нож так и висел на поясе паренька, да и всю работу он практически им выполнял, а запасного я не видел у него никогда. Кстати говоря, недавно пропал мой миниатюрный кинжал… Неужели... — Ты что, один из моих любимых кинжалов украл, зараза-а?! Я-то думал, что выронил его где-то, а его, получается, стянул Тио и передал разбойникам. — Извини! Правда, извини! Но они так страшно смотрели, поэтому у меня не было выхода! Сжав кулак, я сдержанно ударил Тио по макушке. — Я же просил не злиться! — А я не говорил, что не буду… Да и вообще. Мы на повозке галопом прибыли в Идэверну, так? Как эти разбойники так скоро поспели за нами? — Потому что... На шее подбиравшего слова Тио сверкнула золотая цепочка. Одолженный у служанки герб паренёк повесил на шею, спрятав под одежду. Стоило мне его увидеть, как для не дававшейся загадки нашлось решение, и я положил руку на шею Тио. — Уа-а, п-постой, Дядя! Я раскаиваюсь, не убивай… — Герб Святой?! Тогда какого он на телах разбойников!.. Вытащив цепочку из под одежды и приблизив, я убедился в своих подозрениях. Абсолютно такой же, как на разбойниках и трупе, четко выгравированный герб с козлом. 3

Не успел я опомниться, как уже настал вечер. А всё из-за того, что в итоге меня опять потащили назад в порт и заставили выбирать подарок для Зеро. Благодаря чему, ну… неплохую вещицу купил, как мне думается. Полезная и наверняка пойдёт Зеро. — Отличная штука, как думаешь? — спросил я у Тио, а тот с чего-то радостно улыбнулся. — Папа всегда любил делать маме подарки. Потому как мама радовалась. Оставив освещённое закатом море за спиной, мы с Тио спешно вернулсись в замок. Отвечая на детские вопросы Тио, я одновременно думал о символике козла. Козёл — герб Святой госпожи, и он же был вытатуирован на телах разбойников. Это вряд ли совпадение. Заметила ли его Зеро? Наверняка сразу же. Ведь служанка Лии этот герб постоянно на шее носила. Так что не могла не заметить. Пока что та проблем не причиняла, вроде. Но, быть может, когда-нибудь причинит. Зеро сказала так, именно держа в уме связь вытатуированного на разбойниках клейма и печати святой. — Слушай, Тио… — Да? — Ты недавно сказал, что те, у кого есть козёл, и становятся разбойниками, так? А почему, знаешь? — Не… Мама говорила, что ради справости. И что людям с татуировкой козла эта справость известна. Справость?.. Справедливость что ли? — Говорят, они хотят сделать эту страну лучше. Поскольку по вине святой происходят плохие вещи, то необходимо поймать её. Хотя я так не считаю. Именем справедливости сделать эту страну лучше? То есть похитить Лию? И главная проблема страны – нехватка лекарей – тогда разрешится что ли? Скорее этим они просто лишат страну единственного шанса. Я-то думал, что от лекарства не умирают, но, выходит, люди вполне способны воевать из-за него… Только вот сама Лия в этом не виновата. Впрочем, этот случай несомненно подпадает под критерии «произошедшего по вине магии». И вполне возможно, что магия главы защиты приведёт к подобным проблемам в других странах. Подобное Зеро не сможет проигнорировать. Поэтому учителя Лии необходимо найти во что бы то ни стало. Ну а поскольку я охраняю Зеро, то обязан буду подчиниться этому приказу. С момента, как мы начали сопровождать святую, у меня почти не было возможности остаться наедине с Зеро, и кажется, будто уже долго с ней не общался. И тотчас меня обуяло чувство, что необходимо с ней переговорить как можно быстрее. Так что, может, и правильно я поступил, купив этот подарок. Такие мысли пришли мне под конец. Вернувшись к замку, мы показали стражнику у ворот герб святой. В это же время мимо нас пронеслась галопом лошадь, направляясь прочь от замка... Не владетель ли сидел на ней верхом? Его яркий жилет винного цвета трудно спутать с чьим-либо, так что, скорее всего, он. И куда только спешит в такой час… Склонив головы, мы прошли сквозь ворота для прислуги. Для ночевки нам отведена та же комната, что днём послужила столовой. Но прежде необходимо найти Зеро и поговорить с ней. Но где мне её… — Оу… Стоило пройти сквозь ворота, как я на что-то налетел. Опустив взгляд, я обнаружил щедро окрашенные закатом серебряные волосы. — Йо, ты как раз вовре… — Ты где был, Наймит?.. — тут же подняла голову Зеро. Ледяная непроницаемость. Очевидно, она злится. С той же улыбкой на лице я нервно отступил на шаг. — Как где… в городе… — И без меня? — Т-так получилось! Ты ведь с владетелем разговаривала… Ну не мог же я пойти за подарком для Зеро вместе с ней. Правда, объяснять всю сложность ситуации совсем не хотелось. Слова, приготовленные для защиты, застряли в горле, и я умолк. «Вот блин», — прошептал у моего уха Тио. — Ты разве не мой наёмник? Разве ты не должен быть рядом со мной?.. — О-оно может и так, но… Даже охране, знаешь, иногда необходим отдых. — Отдых? — Нахмурившись, Зеро опустила взгляд. — Вот как. Верно, отдых... необходим. Уж прости, что помешала ТВОЕМУ отдыху. Я просто… Просто, я с тобой… хоть чуть-чуть погулять хотела... Закончив речь едва различимым шепотом, девушка резко развернулась и зашагала прочь. Завернув за угол длинного прохода, она быстро исчезла внутри замка. Я только и мог, что ошеломлённо смотреть ей вослед, упустив шанс окликнуть. Что это сейчас было? Вообще на неё не похоже. Тио тут же спрыгнул с моего плеча, и изо всех сил толкнул меня в спину своими маленькими ручонками. — Догоняй живее! Зеро одиноко было! Наверняка она всё это время ждала тебя, рассчитывая прогуляться вместе! А, блин, я тоже дурак! Следовало вернуться гораздо раньше!.. — Ну брошусь вдогонку, и? Что делать-то потом? — Извиняться, разве не ясно?! Настал момент для вручения подарка! Обязательно извинись! Батя говорил, что если разозлил девушку, то в любом случае извинись! А стоит ли верить твоему отцу-то?.. Но, в любом случае, нельзя оставлять всё как есть. Я бросился вслед за ней. Быстрые шаги Зеро доносились даже до другого конца длинного коридора. Я окликнул её в спину, но та продолжила идти без ответа. — Эй, постой! Да послушай же! Да, виноват, что оставил. Но Тио канючил, мол ему во что бы то ни стало в город надо, поэтому мне ничего другого не оставалось. Да и у меня там дела были, а ты же с владетелем… — Именно. Я разговаривала с владетелем. Наедине… И чем ты занимался в тот момент? — Как чем?.. Я замялся, не в силах ответить, а Зеро в ответ усмехнулась с явным презрением. — Ты нежно предложил лапку святой и, оставив меня, ушёл. Падре мне всё рассказал. Как святая зазвала к себе в комнату святой, и что вы там занимались непристойностями, так ведь? Кажется, это называется «соблазнение», правильно? Я старательно всё запомнила. И не поддаться ему — позор для мужчины. — Постой-постой-постой! Всё не так! Мне, конечно, хочется похвалить тебя за выученные случаи употребления этого слова, но всё не так! Это ложь! Навет святоши! Ты что, думаешь, у меня найдется столько смелости?! — выпалил я, но даже сам ощутил, что как-то жалко звучит. Но увы, это правда. И тут ничего не поделаешь. — И вообще… Мы с Лией покинули комнату потому, что вам со владетелем о чём-то переговорить надо было, и вы нас выгнали, разве нет? — Нет. Я хотела поесть с тобой. Понимая, что владетель жаждет о чём-то поговорить со мной, я намеренно заставила устроить банкет в вашей комнате, чтобы и ты был рядом. Но ты выбрал не меня, а святую, и ушёл! Твою-то… Вот, значит, как всё было. Действительно, владетель пытался выгнать из комнаты святошу и Лию, а я же просто последовал за девушкой. — Ну… тут я и впрямь виноват, но ты же сама видела, что Лии совсем поплохело. Падре ушёл раньше, а служанка в одиночку не… Зеро даже не дослушала. — Вот постоянно ты так. Раз за разом твердишь: «Святая не сможет», «Святая слабая», «Беспокоюсь за святую», — только о ней и думаешь. Тогда иди прислуживать к своей обожаемой святой. Можешь не переживать, обещанную награду я так или иначе выплачу. Мне достаточно будет знать, что ты здесь, и как только моя сила вернётся, я просто приеду сюда. — Эй, да прекрати уже! Что ты заладила: «Святая то, святая это»! Совсем на тебя не похоже! Кажется, будто ревнуешь к Лие. — Ревную?! — Зеро обернулась и уставилась на меня. Но вмиг утратила дар речи и растеряла весь пыл. — Ревную… вовсе нет. Сказала так, будто пыталась убедить в этом саму себя. Взгляд девушки непрестанно метался по полу, а её рот то открывался, то закрывался. — Я всего-то… Почему так… Как будто я дура… Верно, это вовсе… на меня не похоже. Расслабив плечи, она вздохнула. И наконец-то взглянула на меня. На лице Зеро отражалась озадаченность, которая делала её похожей на ребёнка, что разительно отличалось от обычной внушительности и превосходства. — Мне просто очень неприятно. Стоит лишь увидеть, как ты ухаживаешь за святой, и… Даже несмотря на то, что я прекрасно понимаю логику твоих действий, дрожь в сердце не унять. Это какая-то болезнь? Не в силах найти ответ, Зеро помотала головой, растрепав чёлку. Обуреваемая собственными чувствами, она теряется. Крайне человеческое чувство, присущее любому. Вовсе не болезнь. Напротив, признак душевного здоровья, но наверняка Зеро прежде не испытывала подобных чувств. Поэтому и вела себя по-детски. — Или… Это и есть так называемая ревность? И я ревную к святой? — Э? Ну… Как знать… Наверное так и есть… думается мне. У ревности ведь в основе что? Оно самое. То бишь, утверждение «ты ревнуешь», практически не отличается от слов «ты меня любишь». Сейчас-то уже жалеть поздно, но с моей стороны было весьма опрометчиво задавать красавице, способной взволновать любого мужчину, вопрос о ревности. — Наймит… Я всё не решалась задать вопрос. Всё переживала, и чем больше переживала, тем меньше понимала… Уже не остаётся выбора, кроме как прямо спросить… Можно?

В версии с изображениями тут находится картинка. — Ч-что это ты вдруг. Если смогу ответить, то отвечу, но… — Ты предпочитаешь большую грудь? Я чуть не упал. Размер груди… с чего блин? Если вопрос в том, нравится мне или нет, то разумеется — нравится. Но как это связано с предыдущим разговором? Пока я стоял не в силах ответить, Зеро сама продолжила: — Владетель… Он мне рассказал. О том, чего нет у меня, и что так привлекательно. И почему ты выбрал святую… Он сказал, что объёмная грудь сводит мужчин с ума. Да что этот морячок ей наплёл-то. — Слушай, успокойся, ведьма. Я без понятия, как вы с владетелем дошли до этой темы, но я оцениваю девушек вовсе не по размеру груди. — Но ты несомненно смотрел на подпрыгивающую грудь святой! Прекрати. Не кричи. Или святоша услышит. А услышав, непременно снесёт мне голову. Да и не смотрел я вовсе. Не спорю, временами её бюст попадал в моё поле зрения, но я же не намеренно. — А моя грудь… обычная. — Ну да, небольшая… — Зато форма прекрасная, так меня владетель похвалил! — Ты что, показывала?! — Вроде как даже в одежде очевидно. Вот же, напугала. Нет, мне, конечно, доводилось её видеть, разумеется нечаянно, и, бесспорно, их форма безупречна… Нет, это сейчас не имеет отношения… — Но если ты, Наймит, чтишь объем больше формы, то мне со святой не сравниться. Поэтому-то ты и беспокоился о святой, так я считала, но… — Неправда! Да что за недопонимание, а. Она всерьёз считает, что я идиот, который выбирает нанимателя по размеру груди? Впрочем, справедливо и то, что без Лии всё внимание было бы обращено на Зеро. Как и сказал владетель, я сделал правильный выбор с точки зрения охранника святой, а не сопровождающего Зеро. Так вот почему Тио заявлял, что надо купить подарок и извиниться… Кстати, напрочь о нём забыл. Я невольно коснулся мешочка, внутри которого лежал подарок для Зеро. Стоит ли отдать сейчас? Но как его преподнести? С какими словами? — Извини… Я решил сперва извиниться и одновременно подумать. Однако Зеро внезапно подбоченилась и с подозрением взглянула на меня. — Это ты извиняешься за то, что оказался одурачен большой грудью? — Да забудь уже про грудь! Я приношу извинения за то, что не отдал высший приоритет настоящему нанимателю, очевидно же! — Всё хорошо. Святая неуклюжая, да и под влиянием то ли магии, то ли чудес ослаблена. Поэтому то, что ты поставил святую выше меня, логично… Но ты явно питаешь к ней чувства. — Это вовсе... — Так, — отрезала девушка, словно говоря: «Не стоит врать нанимателю». Какое-то время поразмыслив, я согласился с тем, что моя симпатия к ней действительно не такая уж и незначительная. — Ну еще бы… её просто невозможно ненавидеть. Неуклюжая, беспечная, крайне наивная. И невероятно добрая. Вызывает ощущения, схожие с желанием подпереть деревянное здание, которое того и гляди развалится. Ну просто не получается остаться к ней равнодушным. — Помнишь ли, Наймит. Стыдливость, слабость, которую так и тянет защитить… все парни на такое падки, ты сам это говорил. А святая воистину такая. Поэтому твоя тяга к ней естественна и берет начало еще с тех времён, когда и человечества-то не существовало. — Нет, ну не настолько же… — Поэтому ты думаешь, что хочешь защитить её. Ну или как минимум, не намерен убивать. — О ком бы речь ни шла, если у меня нет причины убивать — не убиваю. — Допустим, была бы причина? И что тогда? — Что?! — Ты, может, и не захочешь верить, Наймит, но если верить услышанному от владетеля, то… святая — ведьма, которую должно убить, — предельно ясно отрезала Зеро. Смысл её слов дошел до меня с секундным запозданием. — Постой-ка. Как это понимать? Почему ты так говоришь? В моей памяти всплыл облик Лии, умоляюще шептавшей: «Мне страшно». Её слёзы, вызванные людской злобой, хотя она просто хочет спасать людей. — Помнишь ведь, что говорили те лекари в таверне? — Помню, и… если по вине Лии число лекарей уменьшается, то она теперь ведьма что ли?! — непроизвольно сорвался я на крик. Я прекрасно осознаю, что утратил присутствие духа. Глубина шока, вызванного словами Зеро, даже меня самого удивила. Никак не могу отойти. — Всё не совсем так. Проблема в том, что лекарей становится меньше, но святая не выполняет их обязанности. — В-выполняет же!.. Она старается изо всех… — Не выполняет. А если точнее, то выполняет выборочно. И тем, кого выбор миновал, ничего не остаётся, кроме как умереть от ран и болезней. Такова сейчас ситуация в Крейоне. Наш разговор каким-то образом перетёк в неподходящее для коридора русло. Потянув Зеро, я вновь вышел на задний двор замка. Секретные разговоры лучше проводить на открытых местах. Если шептаться в небольших комнатках, то могут легко подслушать. В этом отношении безлюдный сад на задворках лучше — сразу заметишь приближение чужака. — Ты знаешь определение слова «республика», Наймит? — произнесла Зеро, стоило нам выйти в сад. — Королевство — управляется королём. Республика управляется правителем, которого избирают граждане. — Какой четкий и наглядный ответ… Временами я не понимаю, в самом деле ты дурак или просто прикидываешься. — Я — наёмник, пёс войны. Нас нанимают страны, чтобы мы убивали друг друга. И уж основы-то политических систем я знаю. Учил я не слишком серьёзно, так что развёрнуто ответить не сумею, но надеюсь, знаю достаточно, чтобы не чувствовать проблем в разговоре. — Верно. Другими словами, в республике следующий правитель не определён. И если умрет нынешний правитель, его сын не займёт трон. То есть следующим правителем здесь, в Крейоне, станет тот, кто более популярен и более влиятелен. — Ну оно и понятно. — Но что же такое популярность? Как получить популярность у народа? — Ну, разумеется, давать народу то, что тот желает. Еду и крышу над головой, затем работу. А также оказывать помощь в борьбе с напастями… — А ещё лечение. Меня пробрала дрожь. Лечение — это жизнь. Больницы, куда можно бежать, если поранился. Лекари, которых можно пригласить, если заболел. В местах, где всё это есть, скапливается народ, и место, где народ скопился, процветает. — В республике Крейон лекарей всё меньше. Но святая всего лишь одна, и, само собой, всех излечить не может. Тогда кого лечить? Нищего, который вот-вот умрёт, или… сына влиятельного владетеля, который уже почти оправился от простуды? — Да это же владетель солгал, вызывая сюда Лию! Услышав, что у его сына болезнь лёгких, от которой тот умрёт, Лия даже специально… — Но выполнить просьбу из письма решила сама святая. А ведь в Святом городе собралось множество больных, прибывших туда в поисках чудес святой, не так ли? И бросив их, она устремилась в Идэверну. Почему же? Потому что поступила просьба от влиятельного даже во внутренней части страны владетеля Идэверны. — Но ведь… — Впрочем, я не намерена винить её за это. Жизнь сама расставляет приоритеты. Жизнь старика, которому осталось три дня, и новорождённого младенца ценятся по-разному. Но на кого полагаться тем, кто был лишён права даже такого выбора? Сейчас людям, обделенным богатством, ничего не остаётся, кроме как умереть. — Но это вовсе не значит, что если убить Лию, то проблема рассосётся! — Разумеется, заявлять подобное я не намерена. Но сколько бы усилий ни прикладывала святая, ей придётся выбирать, кого лечить... Но что, если появится возможность повлиять на исход выбора? Что, если вдруг кто-то получит право решать, кому Лия отдаст приоритет при лечении… — Допустим, если бы в обмен на приоритетное право получать лечение у святой я попросила на выборах будущего правителя выступить в мою поддержку, ты бы отдал за меня голос? Право на лечение в приоритетном порядке. Насколько же это привлекательно. Особенно для морской державы, где встречаются болезни со всего света. Когда лекарей не останется, целительство станет монополией. И тот, кто приберет её к рукам… тот, можно сказать, получит всю власть в стране. — Человек под сенью святой станет следующим правителем. Другими словами, все наверняка пытаются наложить руки на неё. Но как?.. Не знаю, слышал ли ты, но говорят, что город, известный как Агдиос, основан жадной и злобной торговкой, которая не рассматривает нищих иначе как рабов. И святая, вроде как, видит в ней компаньонку. По словам владетеля, святая далека от политики и не способна различить добро и зло в близких ей людях. Жертвователи, спонсоры, взяточники, лизоблюды. Обобщая, все сражаются, чтобы понравиться Лии, святой, больше всех. Тогда не будет преувеличением сказать, что вся республика Крейон находится под властью святой. Именно потому, что в республике нет абсолютного монарха, некая святая крепко держит в руках будущее страны. — Но… Это же не вина Лии!.. Если проблемы создаёт именно эта, близкая к Лие злодейка, тогда лучше уж именно её и убить! К тому же есть вероятность, что именно эта злодейка обучила Лию магии. — Да… Верно. — А эта девушка всего-то спасает людей. Быть может она в самом деле выбирает кого лечить, но, думаю, любой попросивший помощи не останется обделенным. Даже напавшие на неё разбойники и… я. И ты говоришь, что она – зло, которое необходимо уничтожить?! — Но… я вот что ещё слышала... Не хочу этого знать. Я был сыт по горло скептическими речами Зеро. — Святая захватывает жизненную силу бедняков, и разделяет её между богатыми — такая вот страшная ведьма. — И ты в это веришь?! — выкрикнул я, схватив Зеро за воротник, и притянул к себе. Её стройное тело легко поддалось, и та зависла на цыпочках. Притягательное лицо и фиолетовые глаза оказались передо мной. От её безразличного, словно презрительного выражения, моя спина покрылась мурашками. Я сейчас… угрожаю нанимателю. Той, кого мне ни за что не победить в серьёзной схватке. Поддавшись чувствам, угрожаю. — Прости… извини… Севшим голосом пытаясь как-то извиниться, я отпустил девушку. Та молча поправила одежду, после чего пристально воззрилась на меня. — Ты… всерьёз влюбился в святую? — Нет!.. Я... просто… Просто помню прикосновение руки, вцепившейся в мой палец с надеждой. Просто я не считаю эту слабенькую девушку, которая только и может что людей спасать, ведьмой, подлежащей казни. Просто не хочу говорить не осознающей ничего девушке об истине, происходящей на самом деле. Не хочу бросать ей в лицо, что она ведьма, что она — зло. Ведь это же равноценно заявлению: «Ты зверочеловек, поэтому вокруг тебя умирают». Или заявить Зеро, что «из-за самого существования ведьм, при охоте на них убивают даже невинных людей». И мол, если бы тебя не было… — Симпатия, сочувствие… ты пугаешь, Наймит. То, что ты нападаешь на человека, обожающего тебя, равно как и то, что ты помогаешь нападать, я могу посчитать лишь предательством. Вместе с усталым вздохом Зеро на меня обрушился крайний стыд. — Можешь не волноваться, я и сама без доказательств не намерена уничтожать святую. И доверчиво верить информации от владетеля — тоже не собираюсь. Я понимаю. Зеро просто пересказала сведения, которые узнала. И слова о том, что Лия — ведьма, которую должно убить, не более чем предположение, которое можно вывести из рассказа владетеля. — Но знай, Наймит. Осознаёт святая, или нет… Эта страна больна по её вине. Лекарей всё меньше, есть и люди, которые умерли, не получив помощи. Некоторые жизни могли бы и не угаснуть. И мне надлежит это исправить. Ведь пусть и не прямо, но за жизни, ушедшие из-за этой, созданной магией ситуации, ответственность лежит на мне. Поэтому... — Подняв на меня глаза, Зеро продолжила: — Если понадобится, я убью святую. Таков мой… — Долг, да? Понимаю! И раз так, то принять оплату и помочь с этим — моя работа. Если ты велишь убить святую, я подчинюсь твоему приказу, — неожиданно резко произнёс я. Во ответ на это на лице Зеро появилась мягкость. — Наймит. Не будь это работой… Как бы ты поступил? — Что? — Ты же ведь думал о защите святой, отказавшись от контракта со мной? И если бы у нас не было контракта, если бы ты мог действовать по своей воле… Как бы ты поступил? Я? По своей воле? Не в силах сразу найти ответ, я произнёс уклончиво: — Ч-что ты говоришь то?.. Я связан с тобой контрактом, да и плату за охрану вперёд получил. И спрашивать теперь, как обернулось бы, без контракта, как поступил бы по своей воле… — Ты же ведь «наёмник», ставящий превыше всего собственную выгоду, нет? Ты ведь наверняка и прежде в зависимости от ситуации предавал нанимателей, выбирая тех, кто предложит заключить более выгодный контракт. — Ну, оно конечно так, но… Таковы все наёмники. У наёмников, работающих за деньги, нет таких понятий, как лояльность и долг. Я же путешествую с Зеро потому, что она обратит меня в человека… Но даже без этого она когда-нибудь вернётся ко мне и сделает из меня человека. Словно читая мои мысли, Зеро, по-доброму глядя на меня, вдруг протянула руку. Её пальцы погладили мою щёку нежным движением, будто котёнка. — Я же, кажется, и раньше говорила, Наймит. У меня нет намерения насильно привязывать тебя к себе. И если скажешь, что не хочешь быть моим наёмником, будь по-твоему. Ведь всё равно однажды я приду исполнить наш контракт. Я с тобой лишь потому, что хочу быть с тобой. Это вовсе не контракт, а моё желание. Мне оно приносит удовольствие, и я боюсь потерять его. Это часом не те же слова, которые я раньше Тио говорил? Не то чтобы не можешь, просто не делаешь. Вот и у меня так же. Не в силах ничего ответить, молчу, на что Зеро затряслась от смеха. — Странное дело, Наймит. До недавнего времени я была в плену ревности и утратила спокойствие. Но познав, что это ревность, признав это, сейчас я спокойна. И с волнением сердца жду, что ты выберешь меня, а не святую… Это крайне мучительно и крайне весело. — Но ты же раньше говорила, что свяжешь меня моим именем, превратив в раба. — Это если ты скажешь мне своё имя. В итоге даже тут всё зависит от меня. И что же мой выбор?.. — Отлично смотришься, Наймит. Твоё лицо, на котором читаются сомнение и страдания, крайне привлекательно. — Издеваешься? Я и так достаточно расстроен. — Я и сама расстроена. Ведь впервые в жизни обретённый друг быстро склоняется к предательству… Более того, уже второй раз. Обманутый Тринадцатым, ты единожды уже предал меня. На эти слова мне ответить было нечего. Глядя на меня, прикрывшего лицо ладонью, Зеро радостно улыбнулась.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Интерлюдия. Последствия ошибки

Убита. Едва он узнал об этом, так сразу бросил все дела и на самой быстрой лошади вылетел из замка. Хоть и понимал, что спешка мертвеца не воскресит, но торопился, понукаемый чувствами. Он вступил в указанную городским стражем отгороженную от толпы улочку, где, как ему и доложили, лежит тело. Труп ещё молоденькой девушки с ярко-красными волосами. Одежда порвана, на обнажённой белой спине виднеются красно-чёрные буквы. «Богиня, прости меня. Я оскорбила Святую Деву, ниспосланную тобой в благословение стране. Это прегрешение лишь смертью своей искуплю.» Лежащая неподалёку от тела ржавая игла с остатками плоти и крови на ней давала ясную картину о том, как написали эти буквы. — Судя по потёкам крови, вырезано ещё на живой. Судя по тому, что глубоко в рот ей затолкали мокрую ткань, она даже кричать не могла. Когда моряк, пришедший за товарами обнаружил тело, она уже… Руки и ноги связаны верёвкой, лицо распухло так, что и не узнать. Сквозь истерзанную одежду виднеется тело, покрытое кровью и фиолетовыми отметинами. Только вот Торресу, владетелю Идэверны, Торресу Нада Кадио, с первого взгляда ясно, чьё это тело. Как бы она ни выглядела, он не ошибётся. — Ах, Парсель… Единственная дочь садовника, постоянно приводившая в порядок замковый сад. Торрес всегда вблизи наблюдал за этой девушкой, с ослепительной улыбкой рассказывавшей о своей мечте когда-нибудь стать садовницей, как и отец. Когда её отец скончался, они вместе плакали и скорбели о его смерти. Торрес всеми силами старался заменить ей отца. Но… — Почему… так… Ещё недавно ведь была жива. — Зачем, господин Торрес! Она же с этими словами выскочила перед каретой. С извечной непреклонностью во взгляде она, как и всегда без стеснения, отчитала владетеля — Торреса. А сейчас эта мечтательная и уверенная в себе девушка валяется в переулке будто кукла, с которой кому-то надоело играть. А на спине вырезаны иглой кровавые буквы. — Кто-нибудь… принесите этому бедному ребёнку одежду!.. Не заставляйте молодую девушку лежать в таком жутком обличье на виду у всех! Живо!.. — крикнул Торрес, снял собственную накидку и завернул в него тело Парсель. Обнятое тело девушки, уже окоченевшее и холодное, словно отвергает Торреса. — Прости меня… прости, Парсель!.. Это моя вина. И смерть Парсель. И остальное. Всё. Её следовало бросить в темницу. После того как она выскочила перед каретой и заявила, что святая — ведьма, её следовало схватить и заключить под стражу. Не стоило ограничиваться простым ударом по щеке. Надо было хотя бы с собой в замок взять. Беззащитная девушка, у которой нет ни влияния, ни покровителя, просто не могла, оскорбив святую перед столь огромной толпой, избежать последствий. Он недооценил святую. Эту… ведьму. И падре, и святая, без сомнения, были в замке. Выходит, Парсель убили горожане Идэверны. Они хотели не просто поквитаться. Это было предупреждение для тех, кто вздумает критиковать святую. Предупреждение ему, Торресу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kniga-magii-dlya-nachinayushhix-s-nulya/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)