Ранобэ: Как стать темным владыкой

Описание: Одинокий старик молча копает подземный проход. Однако затем он вдруг обращается юношей с горящим взглядом.

Его зовут Оур.

Он положил на исследования всю свою жизнь, и, наконец, обрел возможность стать темным владыкой! Первым делом он заключает с прекрасной суккубой Лилу договор и принимается за расширение подземелья, которое станет его владениями!

— Людям я не верю. Человек обязательно предаст меня.

Темный владыка, не доверяющий людям, бросает вызов миру. Так начинается история, в которой смешались темное фентези и гаремная романтика!

Кол-во глав: 1-30

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог 1

Глухо звенят тяжелые цепи. Надетые на руки оковы словно смеются над ним. В раздражающе голубом небе над головой ни единого облачка. Ему остается лишь смотреть пустыми глазами на башню, от которой поднимается черный дым. — Пошевеливайся! Мальчик не знает даже имени солдата, потянувшего цепь, но вынужден идти за ним, словно скотина. Впереди ждет что угодно, но только не свобода. Однако сейчас ему это уже не важно. Он потерял всё: свой дом, любимых людей. Всё. Так зачем скорбеть еще и об утраченной свободе? Он обернулся и еще раз посмотрел на сгоревшую и обваливающуюся башню. Руины минувших дней оглушительно рушатся. И тогда в его опустевшей душе зародилось одно чувство.

«...Я никогда не прощу того, кто предал меня сегодня», — мысленно поклялся юный маг с янтарными волосами.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог 2

Мужчина работает киркой в глубоком, темном подземелье, куда не достает солнечный свет. Весь потрепанный, мужчина выглядит под стать узкому подземному коридору. Он довольно старый —спина его сгорблена, а лицо покрыто морщинами. Ветхая серая мантия, в которую он одет, покрыта пылью и грязью, что только усугубляет ощущение потрепанности. Даже фонарь, подвешенный к поясу, и тот настолько старый, что едва-едва освещает владельца и коридор вокруг него. Мужчина обливается потом, в его руках почти не осталось сил держать кирку. Он задыхается и истощен настолько, что может умереть в любой момент. Мужчина устал и телом, и душой. Лишь глаза его горят ярким светом. Он работает киркой, словно одержимый. Замах. Еще замах. И наконец... Земляная стена перед ним с глухим треском частично обрушилась. Мужчина широко раскрыл глаза и вгляделся. — Фх... ха-ха, а-ха-ха-ха-ха-ха! И тогда он взмахнул киркой с еще большим рвением. Пролом в стене все увеличивался, пока, наконец, не стал достаточно широким для человека. Мужчина отбросил кирку в сторону и с громогласным хохотом запрыгнул в него. — Ха-ха-ха-ха-ха! Ура, я наконец-то сделал это! Аромат магической энергии столь густой, что я почти ощущаю его вкус! Наконец-то я нашел его! Мужчина потянулся пальцами к груди, нащупал свисавшее с шеи украшение и резко сорвал его. Эта вещь единственная не соответствовала нищенскому облику владельца и походила на небольшую, размером с мизинец, склянку. Мужчина вскинул руку, располагая склянку в самый центр помещения. Воздух вокруг закружился и начал собираться в ней. Сосуд наполнила жидкость янтарного цвета. — Кристалл такой плотной магической энергии, что ее видно невооруженным глазом!.. Потрясающе, его мне и не хватало! Мужчина поставил склянку на землю и начал приглушенно зачитывать заклинание. Так продолжалось целый час. Постепенно слова начали наполняться силой, и едва слышный шепот сменился громким уверенным речитативом. Под конец мужчина едва не сорвался на крик, и сразу за этим его окутал яркий свет. — Меня переполняет сила... так вот оно какое, молодое тело! Свет погас, обнажая фигуру крепкого юноши. От сгорбленного, морщинистого старика не осталось и следа. Прямая, словно клинок, спина и гладкое лицо. Полные сил руки, шелковистая кожа. Лишь яркий свет в глазах остался прежним. — О, уже наполнилась? Склянка вновь налилась почти до краев. Омоложение слегка опустошило ее, но наполнялась она гораздо быстрее. Мужчина прочитал короткое заклинание; его пальцы напитала янтарная магическая энергия и пронзила склянку. Сосуд начал резко увеличиваться и вскоре сравнялся по высоте с человеком. — Теперь поместится достаточно. Та-ак... Мужчина зачитал чуть более длинное заклинание и взмахнул руками. По стенам, словно метла по полу, пробежалась пелена света, превратив подземную пещеру в унылую комнату с кирпичными стенами. После этого мужчина прокусил себе палец и начал собственной кровью рисовать на полу магические диаграммы. Закончив, он осторожно потрогал их и убедился, что все в порядке, а затем приступил к следующему заклинанию. Еще более запутанному и сложному, чем то, что омолодило его. На лбу мужчины выступили крупные капли пота, а лицо исказилось от боли. Задрожал воздух, погас подвешенный к поясу фонарь. Тишину нарушил скрипучий звук, напоминающий натягивание тетивы. Мрак, воцарившийся в комнате, начал копошиться и постепенно обретать форму. Этот силуэт казался темнее самой тьмы. Когда он, наконец, обрел отчетливые очертания... Послышался высокий, словно звон колокольчика, голос: — ...Это ты призвал меня? Перед мужчиной возникла обольстительная красавица, одетая в такое, что одеждой не назовешь. Ее длинные черные волосы ниспадают к бледной коже и блестят, словно окутывая ее. Руки и ноги у нее стройные и гладкие, но изгибы стана сразу бросаются в глаза. — Именно, — ответил мужчина на ее вопрос. — Ясно... тогда, в награду за призыв, я покажу тебе чудесный сон. Не мог бы ты стереть эти диаграммы? Из-за них я не могу даже поцеловать твои чудесные губы, — томно проворковала девушка сладким голосом. Но мужчина холодно улыбнулся. — Этого я не могу. Если сотру диаграммы, ты обретешь свободу, а затем, скорее всего, высосешь мою душу и вернешься в мир демонов. Я уберу их лишь после того, как мы заключим договор. После его слов выражение лица собеседницы резко изменилось. Из слабой, хрупкой девушки, которую хочется опекать, она мгновенно превратилась в бесстыжую опытную проститутку. — Какой ты скучный, я ведь просто шутила. Не станет же маг, приготовивший такое количество энергии, допускать ошибку новичка. Демоница села на воздух, словно на стул, и скрестила ноги. Неизвестно, рассчитывала она на это или нет, но и этот жест получился чувственным и обольстительным. — И? Чего ты от меня хочешь? Высасывать семя из глупых мужчин? Быть может, показать твоим врагам, что такое вечный кошмар? Могу и подарить лучшую ночь в твоей жизни.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Я хочу, чтобы ты построила мне подземелье. — Что?! — от неожиданности демоница грохнулась с незримого стула. — Коли ты суккуб, то падай эротичнее. Если бы тебе сейчас мужчина ноги раздвинул, у него бы несмотря на твое скабрезное одеяние все желание пропало… — Это неважно! Я ослышалась, или ты только что попросил построить тебе подземелье? — Да, так и есть, — мужчина кивнул, развел руки и прокрутился на месте. — Глубокий, раскидистый, коварный лабиринт, которого еще никто и никогда не видел. Огромный лабиринт с бесчисленными ловушками и монстрами, в котором будут храниться сокровища. Я хочу шикарное подземелье, достойное правителя подземного мира. Демоница прижала ко лбу ладонь, хотя само понятие болезни ей чуждо. Впервые в жизни у нее разболелась голова не от того, что по ней кто-то ударил. — Послушай... я могла бы с большой натяжкой понять, если бы ты призвал меня сторожить подземелье. В конце концов, такое уже случалось. Но с какой стати ты просишь меня его построить?! С такими запросами обращайся к гоблинам и големам! — Разумеется, копание я им и поручу. Но мне нужен кто-то, кто поможет с остальной масштабной работой. Как расположить коридоры и комнаты подземелья? Что насчет ловушек и монстров? Если сторожами будут живые создания, им потребуется корм. Как его добывать? Чем крупнее будет мой лабиринт, тем больше незваных гостей станут ему угрожать. Как им противостоять? Слишком многое нужно обдумать и сделать. Я хочу, чтобы ты помогла мне. — ...Понимаю, но почему именно я? — спросила демоница, поднявшаяся, наконец, с пола. Мужчина выставил три пальца. — Три причины. Первая — людям я не верю. Человек обязательно предаст меня. Нечисть и полулюди не лучше. Вы, демоны, пытаетесь подставить людей при первой же возможности, но не можете нарушить условия договора. Поэтому я остановил свой выбор на демоне, а не человеке. Вторая причина — обычные могущественные демоны обладают великой силой и мудростью, но договор и поддержание их существования требуют много магической энергии. Но вы, демоны похоти, не похожи на остальных — вы тесно связаны с желаниями людей и живете тем, что высасываете из них семя. Вы не настолько сильны, но мудры при относительно невысоких затратах энергии, а также восприимчивы к чувствам людей. Поэтому я выбрал ваш род. Третья причина... — мужчина ненадолго прервался, окинул демоницу взглядом и зловеще улыбнулся. — Поскольку помощник всегда будет рядом, пусть это будет красивая молодая девушка, на которую приятно взглянуть. Поэтому я выбрал тебя. Демоница с секунду ошарашенно смотрела на мужчину, а затем хихикнула. — ...Теперь понятно. Хорошо, я помогу тебе. — Тогда согласись с контрактом и подпиши его. Мужчина достал из кармана лист бумаги и показал демонице. Хотя в пещере и темно, демону это мешать никак не должно. — Ты и текст контракта приготовил? Какой предусмотрительный... ничего себе, как мелко! Сколько тут пунктов?! Пергамент, который он демонстрировал демонице по другую сторону диаграмм, исписан мелкими символами. — Я же сказал, вы, демоны, пытаетесь подставить людей при первой же возможности. Все эти пункты — для того, чтобы обезопаситься. Можешь успокоиться, там нет никаких крайне невыгодных для тебя условий... хотя, вряд ли ты поверишь моим словам. Можешь читать, сколько хочешь. — Я бы тебя и без всего этого не предала... ох, какие же маленькие буквы... — демоница ворчала, щурилась и бегала взглядом по пунктам. — М-м, ладно, сойдет... как я вижу, маленьких до нечитабельности букв и хитрых невидимых чернил здесь нет. В противном случае контракт получился бы недействительным. Поймав на себе взгляд сомневающейся демоницы, мужчина разочарованно свел брови. — Я же сказал: здесь нет никаких невыгодных для тебя условий. Какая ты мнительная. — Кто бы говорил!.. Но ладно. Давай заключать. — Хорошо. Итак, суккуб. Согласна ли ты следовать условиям контракта и поклясться своим именем в служении мне? Имя имеет огромное значение для магов, демонов и прочих связанных с магией созданий. Более-менее умелый маг может проклясть или захватить контроль над человеком, зная одно лишь имя. Именно это свойство и используется при заключении контрактов с демонами. Поскольку обе стороны скрепляют договор именами, они не могут нарушить его условия ни при каких обстоятельствах. — Я, Лилушана, клянусь своим именем, что буду следовать контракту и помогать тебе. — Тогда и я, Айн Соф Оур клянусь, что буду соблюдать условия контракта. Они обменялись клятвами, и контракт воссиял. Затем пергамент охватил огонь, мгновенно испепелив документ. Условия контракта отпечатались на их душах. Передумывать и изменять что-либо уже невозможно. — Что же, будем знакомы... зови меня Оур. — Ладно-ладно, а меня Лилу... приятно познакомиться, Оур. «Странный ты тип», — подумалось Лилу, но она удержала слова в себе. Они пожали друг другу руки через магические диаграммы. Так начались дни строительства подземного лабиринта. — Для начала, мне не дает покоя одна вещь… Как только Лилу вырвалась из тесных оков магических диаграмм, она расправила руки, ноги и крылья, а затем обернулась. — Что это? — указала она взглядом на огромную стеклянную склянку. Ту самую, которую установил Оур перед призывом Лилу. — Это... ладно. Давай назовем его ядром подземелья, в том смысле, что оно станет основой того подземелья, которое мы создадим, — пояснил Оур, прочитал короткое заклинание и создал по осветительному огоньку в каждом из углов комнаты. — Знаешь, что такое «магическая энергия»? Лилу обиженно надулась и ответила: — Не издевайся надо мной, я ведь тоже демон. Энергия есть источник всего магического. Именно из нее происходят заклинания, монстры... и, конечно же, мы, демоны. Магия, энергия, демоны — все это описание сил, способных в меру своих возможностей изменять, искажать, извращать мир, построенный Создателем. Оур кивнул, удовлетворившись объяснением Лилу. — Тогда известно ли тебе, что энергия содержится в почве, воздухе, воде, живых существах... и всем сущем, но больше всего ее под землей? Однако подземная энергия не накапливается в одном месте, а течет, словно по дорогам и рекам. Они называются силовыми линиями. — ...Как это связано со склянкой? — спросила Лилу, постукивая по склянке с таким видом, словно не до конца поняла, о чем речь. — Мы сейчас стоим как раз посреди силовой линии. А ядро подземелья высасывает из него энергию. Лилу выпучила глаза и посмотрела на слегка подрагивающую янтарную жидкость. — Э? Ты хочешь сказать, эта вода... и есть энергия? — Именно. — Ты шутишь?! — ошарашенно воскликнула Лилу. — Рядовой маг может выжать одну, максимум две капли концентрированной до уровня жидкости энергии! Ни один маг и близко не сможет совладать с таким количеством... и к тому же почему я совершенно не чувствую ее запаха, если стою так близко? Я чую магию даже в самой слабо зачарованной вещи, и должна была сразу понять, что стою возле резервуара с энергией! — Чуешь энергию? Хорошо вам, демонам. Ответ простой: эта склянка полностью заключает энергию внутри себя. Та совершенно не просачивается наружу и потому не пахнет. Конечно, если влить столько энергии в человека, тот немедленно сойдет с ума, но если поместить ее в склянку и брать только необходимое количество, то ничего страшного не произойдёт. Лилу посмотрела сначала на лицо Оура, а затем на ядро подземелья. — Полностью отсекает энергию от внешнего мира?.. Впечатляющая технология. Разве это возможно? — Да. Это достижение моих исследований, на которое я потратил семь десятилетий. Наконец-то мне удалось сделать это! — сказал Оур, расчувствовавшись. Лилу какое-то время думала, восторгаться ей или удивляться, и в итоге выбрала второй вариант. — Семьдесят лет? Сколько же тебе тогда... но неважно. Суть я поняла. Если у тебя есть неисчерпаемый источник такой густой энергии, ты можешь и весь мир захватить. А для защиты склянки тебе нужно подземелье... итак, с чего начнем строительство? — Пожалуй... начнем с того, что ты повернешься спиной и приставишь руки к стене. — Э?.. Так? — Лилу послушно отвернулась от Оура и положила ладони на стену. — Слушай, эта поза похожа на... а?! Не успела Лилу договорить, как воскликнула от того, что в нее вошли. Оур подошел к Лилу сзади, сдвинул ее одежду и незамедлительно проник в ее лоно. — Чего? Только не рассказывай, что ты девственница. — Конечно, нет!.. Ох, в следующий раз внятно скажи, если захочешь. Но пусть на словах она и критиковала его, голос Лилу уже звучал сладко и распущенно. — Я вставил в тебя без предупреждения, но ты довольно влажная. — Еще бы... м-м... я ведь все-таки... суккуб... а, вот, так хорошо... м... Гениталии Лилу уже увлажнились так, словно их ласкали несколько часов. Но... не от удовольствия, а потому, что она суккуб. Ее тело создано, чтобы совокупляться когда угодно и удовлетворять любого мужчину. — Но я удивлена... м-м... ты призвал меня и... а, а... вдруг заговорил о строительстве подземелья... я даже подумала, что это дело тебя не интересует... — Ты ошиблась. Конечно, наше спаривание — часть строительства подземелья, но это не значит, что секс меня не интересует. Даже наоборот, он меня очень интересует. В конце концов, в чем смысл лабиринта, если я не буду пытаться заполучить власть, богатства и женщин? — Так что же... хе-хе, а, а... ты хочешь трахаться, поэтому... м... строишь... лабиринт? — отозвалась Лилу, умудряясь сочетать стоны с хихиканьем. Затем она неспешно перевернулась и раздвинула ноги, превращая их позу в миссионерскую. Демону нетрудно так изгибаться прямо в воздухе. — Но хорошо... раз так... мхе... я буду всячески ублажать тебя. Лилу отбросила в сторону куцую одежду, скрывавшую кожу, и прижала лицо Оура к своим пышным холмам. Одновременно с этим ее влагалище, заглотившее орган Оура, начало копошиться. — Кх, х-х... впервые совокупляюсь с суккубом... но ты воистину великолепна. Такое чувство... будто ты из меня душу выжимаешь. — Хе-хе... спасибо. У тебя тоже очень большой, твердый и чудесный... м-м, если бы не контракт, я бы сейчас прямо выдоила тебя досуха... И действительно, вагина двигающей бедрами в воздухе Лилу буквально доила его. Поскольку суккубы живут тем, что выжимают из мужчин семя, не будет преувеличением сказать, что они способны управлять своими половыми органами лучше, чем какой-либо другой частью тела. А если учесть еще и эффект омоложения, то неудивительно, что Оур достиг предела очень быстро. — А ты невозмутимая... — Еще бы, я же суккуб... ам-м... или ты предпочел бы сопротивление, плач и вопли? Секс для суккуба сравни обеду. Разумеется, она, как и люди, получает от него удовольствие, но от людей отличается тем, что полностью им управляет. Суккуб ни за что не забудется и не тронется умом от наслаждения. — Не нужна мне такая фальшь... кх, кончаю!.. — Да, кончай!.. В меня, кончай прямо в меня... м?! Э, что это, нет! Что за... а, а-а-а-а-а-а! Оур изверг свое семя в Лилу. Через мгновение Лилу закричала, а ее тело забилось в судорогах. Но это не наигранный стон, как все предыдущие. — Ч-что это было?.. — Я слышал, истинное тело демона всегда находится в вашем мире, отделенном от этого, — Оур схватился за грудь Лилу, не покидая ее недр. — Э, а, стоп, что, что это?.. Сбитая с толку незнакомыми чувствами, Лилу выгнулась, но второй рукой Оур схватился за ее талию и крепко прижал к себе, не давая уйти. — Ваши разум и сознание переносятся в наш мир, но в качестве тел вы создаете лишь временные оболочки с помощью магии. Поэтому вы можете ограничивать болевые ощущения, и даже если вас растерзать, вы просто вернетесь в демонический мир. Это удобно, но поскольку тела ваши сделаны магией, магия же может искажать и изменять их. — Э? А, а, а! Нет! Стой! М-м, а, а, а, а-а!.. Даже после оргазма член Оура не утратил твердости, и маг постепенно возобновил движения. — Посему я сделал так, чтобы наслаждение ублажало, развращало и сводило тебя с ума так же, как и обычных людей. И не волнуйся, я вовсе не собираюсь тебе вредить. Я просто... — Оур резко дернул бедрами. — А-а-а-а-а-а-а! — ...хочу, чтобы мы наслаждались вместе. — П-погоди хоть н... погод... м-м! Лилу задыхалась и умоляла остановиться, но Оур закрыл ей рот своими губами. Параллельно с этим одной рукой он массировал ее грудь, другой прижимал к себе ее бедра, и вовсю водил стержнем. Наверное, человеческая женщина от такого яростного натиска испытывала бы боль, а не наслаждение, но Лилу – суккуб. Все его движения отзываются в ее теле наслаждением и пробуждают жажду все большего удовольствия. — Так куда лучше, чем в прошлый раз... ух, потрясающе... кончаю!.. — Нет, я больше не, а-а, еще, нет, а, а, а-а-а-а-а! Лилу выгнула спину и задрожала, ощущая, как в нее вливается сперма. Семя Оура уже превратилось для нее в сильнейший афродизиак. Одно прикосновение к нему пронзало тело сильной волной удовольствия, а когда оно выплескивалось во влагалище, волны шли без перерыва одна за другой. К тому же Оур и после второго оргазма ничуть не увял и продолжил двигаться. — С-стой, я же так... так совсем т-тр... — Совсем трахаться хочешь?.. Как пожелаешь, отметим наш контракт. Я буду любить тебя всю ночь. — Нет, я не, а, м-м! Не-а, у, а-а-ан! В подземной комнате, которую пока нельзя назвать лабиринтом, раздавались похотливые женские стоны. …И был вечер, и было утро: день первый.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 1

— У-у-у, я думала, сдохну...

Лилу лежала на полу, вся перепачканная спермой, и с обидой смотрела на Оура.

— Не говори ерунды. Не может суккуб умереть от страсти.

Оур же даже после нескольких дюжин оргазмов не показывал и следа усталости.

— Что ты за чудовище? Сколько раз ты вообще кончил?..

— Тебе же понравилось? — с ухмылкой спросил Оур, на что Лилу надулась и отвела взгляд.

От обилия незнакомых ощущений Лилу обмякла и не сопротивлялась, что позволило магу насиловать ее всю ночь. Он изливал свое семя не только в ее влагалище, но и в анус, и в рот, а когда у Лилу не осталось сил даже двигаться, он начал пачкать ее тело снаружи.

Само по себе случившееся не расстроило Лилу. В конце концов, в их договоре есть пункт о том, что Оур может брать Лилу в любое время, и к тому же она суккуб, живущий сексом. Более того, она открыла для себя неизведанные ощущения, которые крайне впечатлили и ублажили ее.

Но в то же время она не могла честно признаться, что ей понравилось — помимо того, что Оур заставил ее испытывать эти чувства с помощью магии, гордость суккуба ранило, что человек обращался с ее телом по своему усмотрению.

— Ну, не дуйся так. Я ведь играл и развлекался с тобой не напрасно. В широком смысле это был еще один этап постройки подземелья.

— ...Каким боком это имеет отношение к строительству? — спросила Лилу, отдохнувшая настолько, чтобы оторваться от пола.

— Ядро подземелья черпает энергию из силовой линии. И емкость, и скорость наполнения пока не слишком впечатляют, но если использовать энергию лишь на заклинание восполнения выносливости, ее хватит навечно. С помощью такой перекачки энергии в выносливость я могу совокупляться с тобой практически вечно, — объяснил Оур свою аномальную стойкость.

Он отматывал время на несколько часов и таким образом возвращал свою силу. Когда уставал — отматывал снова. Благодаря этому его либидо получалось бесконечным. Да, это затратное по энергии заклинание, но все же куда проще по сравнению с омоложением.

— Однако все это справедливо, лишь пока я нахожусь рядом с ядром подземелья – в девяти метрах от него. Если отойду дальше, то уже не смогу черпать энергию из ядра. И вот тут в дело вступаешь ты.

Оур положил ладонь на голову Лилу и прочитал короткое заклинание. Энергия покинула тело Лилу и перетекла в Оура, после чего к суккубу мгновенно вернулись силы, а налипшая сперма разлетелась в стороны.

— Вместе с семенем я влил в тебя и свою энергию. Будучи дьяволом, ты способна накапливать в теле в разы больше энергии по сравнению с обычным магом. Ты будешь служить мне маленьким подвижным ядром подземелья.

От таких слов у Лилу дернулся глаз, но Оур не заметил.

— Я не собираюсь сидеть в этом подземелье вечно. Однако моих собственных запасов энергии ни на что не хватит. Но ты — демон, и у меня ушла целая ночь, чтобы наполнить тебя энергией. Пожалуй, этого мне на ближайшее время хватит...

— Не шути так со мной! — прервала его Лилу и вскинула кулак. — Эх, как же я хочу тебя, болвана, избить! Не могу из-за того, что условия договора запрещают вредить тебе, но очень, очень хочу!

— Ч-чего ты злишься?!

Оур полагал, что обоснование необходимости его действий заставит Лилу согласиться, но слова лишь подлили масла в огонь. Негодование слегка надувшейся Лилу переросло в самую настоящую ярость.

Можно сказать, весь смысл жизни суккубов состоит в соблазнении мужчин и совокуплении с ними, однако мало того, что Оур распорядился ее телом по своему усмотрению, он еще и нуждается в ней лишь как в канистре с энергией. Для Лилу эти слова означали ни много ни мало полное отрицание смысла ее существования.

— Ты раздражаешь меня, в следующий раз гоблинов насилуй! Чертов молодящийся старик-архитектор!

Дальше брани Лилу не шла. Договор устанавливал для нее границы дозволенного.

Однако она впервые в жизни настолько разозлилась на человека.

— Таким образом, сейчас мы атакуем вон ту деревню... Может, ты уже прекратишь злиться? Поверхность. Оур не был здесь несколько месяцев, а Лилу, если считать со времени прошлого призыва, несколько десятилетий. Оур указал пальцем на видневшуюся вдали деревушку, а затем повернулся к до сих пор дующейся Лилу. — Я ничуть не злюсь, — ответила она отчетливо обиженным голосом, и Оур мысленно вздохнул. Конечно же, маг тоже успел понять, что ее задели не действия, а слова, но так и не придумал, что сказать ей такого, чтобы она перестала обижаться. Впрочем, он не влюбленный по уши юнец и потому решил, что завоевывать расположение девочки — пустая трата времени. Несмотря на внешность и повадки юной девушки, Лилу все-таки демон. Вряд ли она позволит своим чувствам стать помехой работе. — Итак, объясняю еще раз. Я относительно неплохо владею магией, но большую часть исследований посвятил созданию ядра подземелья. Могу уверенно сказать, что я один из лучших экспертов всего мира по обращению с энергией, но опыта боев у меня нет, так что к сражениям я непригоден. Конечно, простым селянам вряд ли удастся меня одолеть, но если среди них окажется, например, относительно умелый мечник, мне придется несладко. Другими словами, сражаться можешь лишь ты. Я рассчитываю на тебя. — ...Хорошо, я их всех поубиваю! — прорычала в ответ Лилу со зловещим взглядом. Оур мысленно посочувствовал селянам, на которых она будет вымещать свой гнев, и в сопровождении суккуба направился к селу. У входа в деревню обнаружился оберег в виде каменного изваяния монстра, а также селянка. — Отлично, вот с нее и начн... кфе-е-е! — ринулась в бой Лилу, но Оур схватил ее за шиворот. — Что ты делаешь?! Проигнорировав ее, Оур обратился к селянке: — Эй, девочка. Приведи сюда вашего старейшину. Я — злой маг Оур, пришел требовать с вас дань. Сообщи, что всех, кто станет сопротивляться, ждет лишь смерть. — ...Чего? Селянка с подозрением уставилась на помпезно заговорившего Оура. Точнее, она взглянула на него как на сумасшедшего. Оур зачитал короткое заклинание, создавшее возле ладони огненный шар, и метнул пламя в изгородь. Раздался взрыв, и хлипкий деревянный забор разлетелся. Огонь распространился дальше, и уже скоро от изгороди остались одни угольки. — Я не буду повторять. Делай, что я сказал, или вместо деревни вернешься на пепелище, — глухо сказал Оур. Женщина вскочила и убежала вглубь деревни. — Так не интере-есно! Что мешает нам убивать их без разбора? — с недовольством предложила Лилу экстремальный метод. — От живых больше пользы. Но если они откажутся, жалеть их не стану. А эта деревня наверняка откажется. — Откуда ты знаешь? — Сама смотри. Оур ухмыльнулся, а Лилу посетило неприятное предчувствие. Через какое-то время появился похожий на деревенского старейшину мужчина в самом расцвете сил и с тростью. На вид ему где-то 45 лет. Волосы у него коричневые, а тело мускулистое. — Простите, что заставил ждать, владыка Оур. Мне сказали, вы соизволили истребовать дань... — Да, именно. Если выполните мои требования, я вас не трону, но если нет — испепелю всю деревню. — Это очень страшно... конечно же, мы выплатим дань... — старейшина низко поклонился, взялся за посох обеими руками и вскинул его, как в молитве. — ...Сталью! Половинки посоха разошлись в сторону, обнажая блестящее лезвие. Посох с сюрпризом. Одновременно с выхватыванием клинка старейшина сократил расстояние, а затем замахнулся на шею Оура. Совершенно неожиданный смертоносный удар. Однако Оур без труда уклонился от него. — Тц, не попал... — Лилу, защищай меня. Поскольку этот приказ прописан в их договоре, Лилу вышла вперед, загораживая Оура. И почти в то же самое мгновение из домов за спиной старейшины высыпали вооруженные селяне. — Эй! Что это значит?! — Что они с самого начала совершенно не собирались подчиняться, вот что. Хотя отыгрыш у них, конечно, так себе. Очевидно, что трость в руках мужчины, которому не исполнилось и пятидесяти — не что иное, как потаенное оружие. Первая половина объяснения Оура предназначалась Лилу, а вторая — старейшине. — Премного благодарен за совет. В следующий раз буду осторожнее... но уже после вашей смерти! Старейшина набросился на Лилу с мечом. Когти Лилу удлинились, словно клинки, и она с трудом заблокировала атаку. — Оур, он слишком силен!.. Я с ним не справлюсь, нужно бежать! — обратилась Лилу тихим, слышным лишь Оуру голосом, продолжая чудом отражать меч когтями. — Нет, — резко отказался Оур. Сейчас Лилу еще терпит, но когда до них добежит толпа селян, то уже не сможет защитить Оура. И вообще, суккубы — не из тех демонов, что блистают на поле боя. Конечно, определенные умения у них все же есть, и новобранец с мечом им по зубам, но старейшина, судя по движениям, относится к опытным бойцам. Раздался пронзительный звук, с которым переломились когти Лилу. — Прощай, демоница. Если хочешь обижаться — обижайся на своего глупого хозяина. Скоро он отправится вслед за тобой. Старейшина занес клинок. — Убей его. Сейчас. И вдруг из груди старейшины появилась серая рука. — Э?.. — удивленно обронила Лилу. Замерла и она, и все остальные, не понимая, что произошла. Рука появилась не из пустоты. Она принадлежит тому самому каменному стражу, что прежде стоял на входе деревни, а теперь пронзил старейшину насквозь. Старейшина безмолвно скончался и упал на землю. — Остальные — просто нетренированное пушечное мясо. Займитесь ими, Лилу, гаргулья. Оставив ошарашенных людей стоять на месте, Оур развернулся и ушел. И началась резня. — Слушай, а когда ты успел поставить гаргулью? — спросила Лилу у Оура примерно через полчаса в центре опустевшей деревни... вернее, на её руинах. — Сначала я подумала, что ты сдвинул статую магией, но это оказалась самая настоящая гаргулья. Я очень удивилась. Гаргульи, в каком-то смысле, одни из самых знаменитых демонов. Эти крылатые, уродливые и поистине демонические на вид создания известны в первую очередь тем, что неотличимы от каменных статуй, когда не двигаются. Именно поэтому скульпторы нередко делают похожие на гаргулий статуи, которые используют в качестве оберегов и для отпугивания бандитов. Мысль – «а вдруг настоящая?» – все-таки останавливает некоторых. Но вряд ли старейшина деревни предполагал, что статуя, охранявшая их деревню, сама станет причиной его гибели. — Поставил лет тридцать назад. — А? — ответ застал Лилу врасплох, и у нее отвисла челюсть. — Я еще полвека назад узнал, что где-то неподалеку проходит силовая линия. Однажды я пришел сюда под видом торговца, и селяне радостно купили гаргулью со словами: «Какая она у вас реалистичная!» Разумеется, продал я им настоящую. Именно благодаря ей я узнал о силе старейшины и его характере. Похоже, он в свое время был авантюристом и довольно известным мечником. Я знал, что он не подчинится, поэтому побудил их собраться в кучу — так легче вырезать. — Понятно... все-таки ты омерзительно хитер и расчетлив. — Приму за комплимент, — равнодушно отозвался Оур, заканчивая подготовку к заклинанию –  великую магическую диаграмму. В огромный круг, нарисованный в самом центре деревни, они сложили трупы селян. — Что же, пора приступать. Такую кучу будет непросто обработать. Мне нужна энергия. С этими словами он силой притянул к себе Лилу и припал к ее губам. Лилу выглядела немного недовольной, но сопротивления не оказывала. — ...На всякий случай отмечу, что из тебя энергию я могу даже рукопожатием добывать. — Ага-а, по-о-ня-тно, — безразлично протянула Лилу, но обиженных взглядов бросать не стала, а значит, возмущена не слишком сильно. «Наконец-то перестала дуться? Как же с ней тяжело...» — подумал Оур и с удивлением для себя отметил, что она раздражает его не так сильно, как он предполагал. Решив не добавлять, что поцелуй — наиболее эффективный способ возвращать энергию, он повернулся к диаграмме, выпрямился и начал читать заклинание.

— Ну вот, теперь у нас и армия есть. Оур удовлетворенно окинул взглядом мужчин и женщин всех возрастов, стоящих перед ним. Разнообразием отличаются не только лета и половая принадлежность — в руках у них помимо мечей и палок еще и сельскохозяйственные инструменты, и вообще все, чем только можно воевать. Единственное, что объединяет их — все они мертвы. Магия Оура вдохнула жизнь в эти трупы, превратив в так называемую нежить. — Ты и правда не доверяешь людям... — обронила Лилу, оглядываясь по сторонам. Договор гаргульи вынуждал ту полностью подчиняться Оуру. Она лишь смиренно выполняла его приказы, а когда приказов не было, не делала совершенно ничего. Это довольно распространенный контракт, когда речь заходит о низкоуровневых демонах. Что же до оживших трупов, то у них и вовсе нет своей воли. Они просто марионетки, приводимые в движение энергией Оура. И даже Лилу, единственная из приспешниц Оура, обладающая свободной волей и определенной самостоятельностью, связана подробно прописанными пунктами контракта. Лилу догадывалась, что такая обстоятельность связана с какими-то событиями прошлого, но не спрашивала об этом, причем вовсе не из-за заботы об Оуре. В их договоре есть пункт, прямым текстом запрещающий ей «расспрашивать о прошлом». — Ну что, идем в следующую деревню? Возможно, Оур не услышал бормотания Лилу, или же предпочел проигнорировать. Во всяком случае, отвечать он не стал. — Следующую? Мы и на другие нападем? Благодаря этой деревне они обзавелись и продуктами, и драгоценностями, и армией нежити. Конечно, деревня не самая большая, но поскольку урожай здесь собрали недавно, то улов вышел неплохим. Лилу, как демон, не ест человеческую пищу, а одному Оуру этой еды хватит с лихвой. — Ты что, сейчас начнется самое главное, — Оур зловеще улыбнулся, а Лилу приставила ладонь ко лбу. Пусть она и знает Оура лишь один день, но уже успела уяснить, что такая улыбка ничего хорошего не сулит. Молния с характерным грохотом разверзла пространство и ударила в землю, опалив ее. Стоит такая ясная погода, что на небе не найти ни облачка. Ни грозы, ни дождя быть не должно, но молнию эту создала магия Оура. При нешуточных затратах энергии, молния — слишком узконаправленная атака, к тому же не очень эффективная. Живых существ она убивает без проблем, но ничего не может поделать с камнями и прочей неживой природой. Однако при всей неэффективности этого заклинания оно отлично подходит для запугивания противников. Селяне высыпали из домов, удивившись грому средь бела дня. Их взглядам предстали подозрительный мужчина в серой мантии, одетая на грани приличия девушка и окровавленное воинство. — Внемлите, я — злой маг Оур! — Я, кстати, не понимаю, что за маг станет представляться «злым»? — шепотом подколола Лилу. — Цыц. Им так понятнее, — так же тихо отозвался Оур. — Я пришел к вам сегодня, чтобы предложить «сделку». На всякий случай Оур обращался к самому старому из мужчин, которого видел возле себя. — С-сделку?.. Эта деревня оказалась гораздо трусливее предыдущей. Помимо того, что здесь старейшина не настолько силен, за спиной Оура ждет небольшая армия нежити. — Именно. Раз в месяц вы будете посылать мне продукты, а раз в год — самую красивую и непорочную из ваших дев. Взамен я сделаю вас счастливыми. Вы никогда не пострадаете от неурожая, а волки, нечисть и разбойники не будут вас тревожить. Лилу удивилась, но Оур не обратил внимания. — А если мы... откажемся?.. — осторожно поинтересовался селянин, и Оур взмахнул рукой. Армия нежити за спиной сделала несколько шагов вперед. — Перед вами глупцы, отказавшиеся от сделки. — Георг!.. — воскликнули несколько селян, опознав среди трупов бывшего старейшину. — Этот дядька был довольно знаменитым, — шепотом заметила Лилу. — Для такой маленькой деревни он был превосходным воином. Я не удивлен, — шепотом отозвался Оур, а затем вновь обратился к деревне: — Каждого, кто осмелится противостоять мне, ждет не милосердная смерть, а вечное тяжелое служение. Но согласившись на сделку, вы обретете сотни лет богатого урожая, который с лихвой покроет все, что вы пошлете мне. Посылая девушек мне, вы обретете безопасность и сбережете жизнь многим другим. Итак, кто ваш старейшина — мудрец? Или же глупец? Селяне переглянулись, но их ответ очевиден. Они не стали долго спорить, и быстро поклялись в верности Оуру. — Хорошо. Постройте алтарь в центре деревни и первого числа каждого месяца возлагайте на него дань. Вы будете жертвовать одну корову, двух свиней, пять куриц, а также двадцатую часть урожая каждой культуры, собранной в истекшем месяце. Девушка должна ждать на алтаре первого числа месяца дракона. И помните — она должна быть прекрасной юной девой, не знавшей мужчин. — Какой же ты дотошный... — тихо обронила Лилу, но Оур пропустил ее слова мимо ушей. Затем он установил в центре города гаргулью для надзора и охраны, благословил поля на богатый урожай, оставил несложные чертежи алтаря, который селянам надо построить, и ушел из деревни вместе с Лилу и армией нежити. — Фух... как возвращаешься, сразу так расслабляешься. Еще несколько дней они ходили по близлежащим деревням и заключали аналогичные контракты, после чего, наконец, вернулись в подземелье. В конце концов, сопротивление оказала лишь самая первая деревня, а еще с шестью заключили контракты. Некоторые деревни расположены достаточно далеко, но ядро подземелья позволяет использовать и магию телепортации, так что это неважно. Те алтари, которые приказал построить Оур, нужны как раз для наведения заклинаний. С помощью мебели, вынесенной из разрушенной деревни, безрадостную комнату удалось немного обставить, и Оур откинулся на спинку дивана. — Но я немного удивлена. Я полагала, мы уничтожим и разграбим все деревни, но ты, наоборот, поделился с ними энергией и обеспечил безбедное существование. Конечно, после насилия Лилу не стали бы терзать муки совести, но ей, тем не менее, приятно, что селяне не остались обделены. Пусть она и демон, но не из тех, кого можно назвать воплощением смерти и разрушения. — Если так делать, никаких деревень не хватит. Я сделал так по той же причине, по которой люди ухаживают за скотом. Если они умрут от голода или им не будут давать жить, мои доходы тоже пострадают. — А-а, понятно. Понимание пришло к Лилу, как только она услышала слово «скот», ведь с точки зрения демона люди как раз попадают в эту категорию. Существование людей выгодно демонам, поэтому они не хотят убивать без разбора, и им даже отчасти приходится переступать через себя, чтобы прикончить беззащитного человека. Хотя тех, кто посмел оскалить против них зубы, они убивают без колебаний. — Оур, на самом деле ты даже больше похож на демона, чем сами демоны. — ...Сочту за комплимент, — Оур слегка расстроился от ее слов, поднялся с дивана и пошел к кровати. — Впереди еще много работы, но эту задачу мы выполнили. Пора бы и отдохнуть... иди сюда. — Ты же говорил, что на ближайшее время хватит? К тому же скоро тебе пришлют молоденькую девушку. Несмотря на свои слова, Лилу не ослушалась приказа и подошла к кровати. «О господи, она опять обижается?» — сокрушенно подумал Оур, но виду не подал. — Первая появится только через две недели. И вообще, девственниц я просил не только для утех. Оур, не вставая с постели, притянул к себе Лилу и заключил в объятия против ее воли. Каждой из шести деревень он назначил разные месяцы для жертвования девушек, так что новые девственницы будут появляться раз в два месяца. — Может, в тебе и осталось достаточно энергии, но мне свою «энергию» надо бы куда-то выпустить. К тому же... разве хоть одна человеческая женщина сможет сравниться с суккубом, существующим ради любовных утех? Оур не привык льстить, но Лилу все же повернулась лицом к нему и хитро улыбнулась. Пусть это и лесть, но правдивая, и Оур считал пусть и небольшим, но унижением то, что она вынуждает его говорить слова, без которых вполне можно обойтись. — К тому же, твое магическое тело будет постепенно увеличивать вместимость по мере того, как я буду вливать в него энергию. И это при том, что ты и так на порядок вместительнее человека. Так что готовься, я буду заниматься тобой очень часто. — Хорошо... мой гос-по-дин, — шепнула на самое ушко Лилу. Оур повалил ее на спину и еще раз протяжно вздохнул. «Какого же трудного демона-партнера я себе выбрал». Оур до сих пор не понял, что похожим образом о нем думала и Лилу.

— Ах... мне было так хорошо! Лилу лежала на кровати с совершенно блаженным лицом, словно кошка, дремлющая в лучах солнца. Из щели между ее ног стекала густая белая жидкость, а сама она заляпана спермой еще тщательнее, чем в прошлый раз, но, в отличие от того случая, не вымоталась до полного бессилия. — ...Ты такая спокойная. Магия не подействовала? — Нет, дело не в этом. Я кончила много раз... — с этими словами Лилу повернулась и со словами «давай почищу» заглотила половой орган Оура. — Наверное, в этот раз прошло куда легче потому, что я оставила тщетное сопротивление и приняла все как есть... к тому же, в этот раз мы занимались на кровати, не нужно было о позе думать. Хотя язык Лилу вовсю вылизывал член Оура, тот ясно слышал все слова, которые она произносила. Дело в том, что суккубы не говорят с помощью языка и рта — эти органы нужны им лишь для ублажения мужчин. — Аха, он снова встал... и еще, Оур, ты ведь вместе с семенем вливаешь в меня и магическую энергию, так? Поскольку договор запрещает мне высасывать жизнь без твоего согласия, я этого не делала, но немного энергии пососала. Возможно, это помогло моей выносливости. — ...Что? До этого самого момента Оур возлежал на кровати, ублажаемый Лилу, но резко вскочил, услышав эти слова. — Я с-совсем чуть-чуть! В контракте об этом не было ни слова, так что я ничего не нарушила... — сразу же оправдалась Лилу. Причем за все это время она так и не отцепила рот от промежности Оура, как и положено суккубу. — ...Чаще всего демоны не могут напрямую высасывать у людей их энергию. Термин «магическая энергия» объединяет две принципиально разные субстанции — «ману», что содержится в воздухе и земле, и «оренду», наполняющую живых существ. То, что собирает ядро подземелья, и то, что я вливаю в тебя — моя личная оренда. Чтобы кто-то другой мог совершать с ней какие-нибудь действия, ему нужно сначала преобразовать ее в ману, а затем — в собственную оренду... — А-а, поняла. Похоже, Оур, у нас с тобой похожие типы энергий, поэтому я смогла высосать ее просто так. Наверное, можно сказать, мы подходим друг другу? — непринужденно отозвалась Лилу и заглотила член Оура по самое горло, исполняя языком последние штрихи. — Но ведь моя энергия янтарного цвета? У демонов чаще всего черная или фиолетовая... кх, кончаю!.. — М-м, как вкусно... характер у тебя, Оур, так себе, а вот семя очень вкусное, — заявила довольная Лилу, звучно проглотив излитую сперму и высосав остатки, как из соломинки. — Да уж, спасибо... Ладно, если мы пользуемся одной и той же энергией, это нам на руку. Я разрешаю использовать десятую долю той энергии, которой тебя наполняю. Оур покинул испачканную потом, спермой и смазкой постель, вытерся влажным полотенцем и оделся. — Надо будет найти время и сделать помещение для омовений. Но пока... есть вещи поважнее. Оур нарисовал кровью несколько диаграмм, похожих на те, что использовал для вызова Лилу. Впрочем, эти диаграммы куда проще. — Подземелье уже есть, обставлено мебелью, поставки продуктов налажены... разве нам что-то еще нужно? — спросила Лилу, меняя постельное белье. — Не сачкуй, дел невпроворот. Если бы я хотел довольствоваться этим, не стал бы тебя призывать... придите же, бесы! — воскликнул Оур, и из магической диаграммы высыпало несколько маленьких демонов. Размером они напоминают человеческих младенцев, но совершенно лишены детского обаяния. Их тела совершенно лысые, а на спинах растут крылья, как у летучих мышей. В глаза бросаются острые уши и зловещие ухмылки на уродливых лицах. Это демоны, пусть и занимающие одну из нижних ступеней иерархии. Они способны использовать магию, а по интеллекту сравнимы с людьми, так что маги нередко призывают их в качестве фамильяров. — Первым делом нужно расширить подземелье. Бесы, копайте строго по этой карте. Оур вручил бесам заранее заготовленную карту, и они тут же принялись за работу. — Расширение подземелья преследует две цели. Первое — защита от вторжения, вторая — увеличение количества собираемой энергии. Лилу стояла с грязными простынями и не знала, куда их деть. Оур забрал белье у растерянной демоницы, взамен всучив копию карты. — Сейчас наше подземелье — это практически прямая шахта, ведущая в эту комнату. Я копал прямо, чтобы поскорее добраться сюда. Если кто-то решит атаковать, то быстро проникнет в эту комнату, а это плохо. Если уничтожить ядро подземелья — всему конец. Поэтому из подземелья необходимо сделать сложный лабиринт, чтобы добраться сюда было сложнее. — ...Что мешает просто замуровать вход в эту комнату? — предложила Лилу не блещущее оригинальностью решение, и Оур покачал головой. — Вторая причина, которую я только что упомянул, не даст так сделать. Пусть эта комната и находится в самом центре силовой линии, это не значит, что энергия вливается в ядро сама по себе. Все проходы исписаны магическими письменами, которые направляют энергию к ядру. Они напоминают корни, раскинувшиеся под землей. И чем просторнее будет подземелье, тем больше энергии будет вливаться в ядро. Но его нельзя изолировать. — А-а, поняла. Получается, подземелье это что-то вроде трехмерной магической диаграммы? — Быстро схватываешь, только не «вроде». Это диаграмма и есть. В узорах и орнаменте заключен смысл. В смысле заключена сила. Магические диаграммы реализуют смысл, заключенный в узорах. Например, самая простая из диаграмм — обычный круг. Он несет значение «разделения внутреннего и внешнего», и с его помощью можно организовать несложный барьер. Оур пытался сделать крайне сложный и раскидистый узор. Все стены следовало покрыть диаграммами, и даже сами по себе коридоры должны складываться в узоры. Кроме того, в отличие от обычных заклинаний,  которым достаточно начертания знаков на плоскости, подземелье будет представлять собой диаграмму объемную. — Ого... хитро ты придумал, — восторженно обронила Лилу, глядя на карту. — А ты что говоришь так, будто здесь ни при чем? — Оур протяжно вздохнул. — Я призвал тебя не только ради плотских утех. Ты тоже приложишь руку к этим планам. — Что?! Нет-нет-нет-нет-нет, я не смогу! Ты о чем? О том, что я должна следить, чтобы энергия вливалась в ядро, не застаиваясь, чтобы лабиринт был непредсказуемым для гостей?! — И еще за тем, чтобы по всему лабиринту располагались защитные системы, за тем, чтобы монстрам хватало жизненного пространства, за количеством, размером и расположением комнат... — Это ведь еще сложнее! Я ни за что не смогу! — Не нервничай, я не требую ни построить все за день, ни работать в одиночку. Ты будешь учиться у меня и начинать с малого. Лилу еще раз окинула взглядом план и нахмурилась. Демоны, в отличие от людей, используют магию, не вдаваясь в ее логику. Впрочем, базовые понятия о магических знаках они имеют и читать их способны. Но проработанность тех диаграмм, что обрисовал Оур, выходила далеко за рамки ее понимания. — Вот уж не думала, что мне придется учиться магии... конечно, я помню о договоре и не буду отказываться, но не жди от меня многого, хорошо? — Все будет нормально, ведь ты смогла понять сложность схемы, когда посмотрела на нее. Важнее понимать не то, что ты знаешь, а то, чего не знаешь. Когда-нибудь научишься, — сказал Оур, глядя ей в глаза, и Лилу отвела взгляд. — Ну, что смогу — сделаю, я ведь твой фамильяр... Оур кивнул, ухмыльнулся и положил руки на плечи Лилу. — Что же, начнем с простого упражнения? Лилу поняла смысл этой ухмылки, когда было уже слишком поздно. — Фу-у, воняет... Лилу со страдальческим видом водила небольшим ножом. Ее бросало в оторопь от таких мерзких, склизких прикосновений, и от крови и жира, пачкавших ее руки. Она занята тем, что соскребает мясо с неподвижного трупа бывшего селянина. — Старайся не царапать кости. И плоть лучше счищай, она только мешается. — Ее что, просто сжечь нельзя?! — Нельзя. От огня кости станут хрупкими и бесполезными. Хорошего скелета можно создать только своими руками. «Обучение» Лилу началось с урока создания скелетов. Конечно, можно пользоваться и просто ожившими мертвецами, но они слабые и неповоротливые. Бессмысленно строить запутанный лабиринт, а затем доверять его защиту им. «Ожившие кости», получаемые путем зачарования очищенных от мяса скелетов, тоже не слишком сильны, но при этом гораздо быстрее простых оживших мертвецов. Мертвые не пользуются плотью, она для них — просто лишний вес. Точнее, она исполняет защитную функцию, и поэтому скелеты немного уязвимее мертвецов, но особой выносливостью не обладают ни те, ни другие. Очевидно, что скелеты, способные бегать не хуже человека, куда более эффективные охранники. — Как закончишь счищать, нарисуй на костях диаграммы и оживи. Рисуй так, чтобы энергия вливалась в суставы. Не забудь добавить ощущения, потому что от слепого скелета толку никакого. Каждый труп нужно аккуратно очистить, затем вырезать на костях диаграммы, затем приняться за следующего... Пусть они и уничтожили лишь одну деревню, трупов у них несколько сотен. — Ладно, я пока займусь другой работой. Не отлынивай. — Эй, сто... ну помоги мне хоть немного, глупый господи-и-и-ин! — раздался вопль Лилу из глубины темной пещеры.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 2

— О-о-у-у-р-р... — раздался голос словно из самых глубин ада, а вслед за ним появилась шатающаяся Лилу.

Она вся вымазана в крови и омерзительно воняет.

— Что? Ты закончила? — спросил Оур, даже не оборачиваясь.

— Да, закончила! А-а-а, у меня все тело липкое и мерзкое! — крикнула в ответ Лилу.

Оур обернулся и удивленно посмотрел на Лилу.

— Уже закончила? Куда быстрее, чем я думал.

Прошло уже трое суток после того как Оур приказал Лилу делать скелетов. От нее требовалось очистить от плоти несколько сотен трупов и нанести на них магические диаграммы. Оур предполагал, что даже если она догадается привлечь к работе уже созданных скелетов, у нее должно уйти не меньше недели.

— Ко мне забрела целая толпа заблудившихся гоблинов, я их соблазнила, и они мне помогли. Но главное — сделай уже хоть что-нибудь! — Лилу указала на вымазанное кровью и жиром тело.

Гоблины — маленькие твари ростом около 40-50 сантиметров. Они слабые и уродливые, но многочисленные и ловкие, так что с выбором помощников Лилу не ошиблась.

— Я тоже закончил раньше, чем ожидал. Ладно, следуй за мной.

— Ты ведь мог, как обычно, очистить меня с помощью магии... ч-что это?! — ворчливо приговаривала идущая за Оуром Лилу, но вдруг ей открылось такое, что она выпучила глаза.

Квадратная комната десять на десять метров с ямой посередине, внутри которой плещется вода.

— Мы нашли подводный ручей и провели сюда. А теперь смотри... голем! Кидай в воду камень!

По команде Оура пришло в движение каменное изваяние, стоявшее в углу комнаты.

Подобно гаргульям, это создание ближе к нежити, чем к чему-то живому. Это голем, каменная марионетка, в которую вдохнула жизнь магия Оура.

Голем сунул руку в мощное пламя, горящее в углу, и вытащил из него раскаленный докрасна камень. Человек на его месте получил бы тяжелейшие ожоги, но каменному голему все равно.

Затем он бросил раскаленный камень в искусственный родник. Тут же поднялся пар, а камень пошел ко дну. Голем повторил еще пару раз, и вода прогрелась до идеальной температуры.

Раскаленные камни остывают довольно медленно. Однако и вода постоянно притекает, регулируя температуру. На строительство и настройку этой бани, своей гордости, Оур потратил пару суток.

— Так ты сделал купальню?..

Глаза Лилу заблестели, и она сложила на груди ладони. Оур решил не говорить «только не думай, что ради тебя». Он ожидал, что Лилу закончит работать гораздо позже, так что пусть баня и не строилась ради нее, тыкать ее носом не стоит.

— Вроде того... голем, поставь греться новые камни. Ну что, зайдем? Только сначала сполоснись из тазика.

— О? Ты со мной, Оур? — спросила Лилу, принимая из его рук тазик.

— Да. Пусть ты и демон, тебе ведь наверняка тяжело дались три дня без еды и воды.

Лилу уловила намек и хитро улыбнулась.

— Хорошо... и помоюсь, и пообедаю.

Уже через несколько минут комната наполнилась громкими стонами.

— Эх... как хорошо... — с блаженным видом обронила нежащаяся в воде Лилу.

После того, как она смыла с себя всю грязь, Оур вдоволь наполнил ее семенем, и теперь они наслаждались горячей водой и паром.

— Кстати, ты сказала, к тебе приходили гоблины. Куда они делись после окончания работы? — спросил Оур.

Даже маг казался расслабленнее обычного — видимо, отдых в бане действует и на него.

Лилу вспомнила, что поначалу, когда они только встретились, Оур всегда выглядел напряженным, а в глазах его горел свет одержимости. Ей показалось, что в этом виновата вовсе не спешка. Оур сознательно старался придать своему лицу суровый вид.

Но сейчас, отдыхая в бане, он напоминает обычного юношу.

Пусть ему на самом деле уже за 70.

— Лилу?.. — с подозрением в голосе спросил Оур, и Лилу поспешила ответить.

— А, да, э-э, я развеяла соблазн, и они ушли ко входу в пещеру. Кажется, у них там гнездо.

— Ясно, тогда ничего страшного... полагаю, к нам и впредь будут забредать монстры и духи, привлекаемые злобой и энергией подземелья, но их, как правило, можно не трогать. Они будут нашими бесплатными сторожами.

— Это такое распространенное явление?

Оур кивнул.

— Гоблины вообще любят гнездиться в пещерах и прочих темных местах, да и среди других созданий тоже немало тех, что предпочитают тьму. Учитывай, что наше подземелье будет источать тем больше злобы, чем больше проливается крови, ведь здесь ее запах не уносят ни ветер, ни дождь. Чем сильнее злоба, тем приятнее это место для всего магического. Со временем сюда придут магические твари, а в будущем появится возможность призывать даже сильных демонов.

— А... кстати, и правда, мое тело словно стало немного легче.

— Это из-за потрошения стольких трупов. Со временем злоба станет настолько плотной, что у нас заведутся неприкаянные духи, а трупы начнут оживать сами по себе. Если мы разовьем подземелье до такого уровня, оно начнет обороняться само, без усилий с нашей стороны.

— Понятно...

Лилу усмехнулась про себя. Расслабившийся Оур вновь принял привычный ей вид, а на его губах появилась легкая улыбка. Он всегда так выглядит, когда рассказывает о планах на подземелье.

— А еще... — но когда Оур попытался продолжить свою речь...

Вдруг раздался незнакомый пронзительный звук.

— Что это?!

— ...Вторжение, — лицо Оура стало еще серьезнее.

— Что значит «вторжение»?! — спросила Лилу на ходу уже после того как они выскочили, быстро оделись и пошли к ядру.

— Скорее всего, авантюристы, нанятые одной из деревень, заключивших с нами «контракт». Они пришли убить меня и задели сигнализацию.

На входе в лабиринт Оур разместил магические ловушки.

— Где скелеты?

— На той карте, что вы мне дали, было несколько отметок в виде костей, я разделила нежить поровну между ними...

— Отлично, молодец.

Оур легонько похлопал Лилу по голове. Он никогда еще не хвалил ее так прямо, и Лилу даже смущенно покраснела.

— Сейчас наш лабиринт, помимо гоблинов и скелетов, охраняют четыре адских гончих, два голема и около трех сотен бесов. Пусть я и не считаю бесов бойцами, они вполне могут отогнать авантюриста начального или среднего уровня.

Оур, не обратив внимания на реакцию Лилу, подошел к ядру и приложил к нему ладонь, извлекая энергию. С помощью нее он расширил восприятие и увидел все подземелье целиком.

— А авантюрист «среднего уровня» – это какой?

— Старейшину той деревни можно отнести к средне-высокому.

После этих слов Лилу побледнела. Один авантюрист среднего уровня вынудил ее уйти в глухую оборону, и победить его удалось лишь с помощью неожиданной атаки. Если их несколько, либо это авантюрист классом повыше, она ничего не сможет противопоставить.

— ...Есть! Она сражается со скелетами... но... что это?!

В голосе Оура появилось нехарактерное беспокойство. А поскольку Лилу не видела того, что узрел он, то заволновалась еще сильнее.

— Ч-что там?

— ...Десятерых скелетов одним ударом... причем она одна. Это уже высокий уровень.

Оур убрал руку с ядра, затем взял прислоненный к стене посох и вызвал голема из бани.

— Скорее всего, адские гончие ее не задержат. Примем бой здесь. Она магический мечник. Вы с големом должны сдержать ее, пока я атакую заклинаниями.

— ...Хорошо.

Лилу нервно кивнула. Пусть ее наверняка сразит первым же ударом, тело у нее временное. После смерти она лишь вернется в мир демонов.

— ...Если вдруг победишь, призови еще раз. Мы ведь еще столько всего не сделали.

— Разумеется... Она идет!

Словно в ответ на слова Оура из коридора появилась фигура весьма юной девушки с рыжими волосами, заплетенными в хвост. Пусть она и не выглядит такой уж сильной, ее окутывает аура по-настоящему могучего бойца.

— Это ты «злой маг Оур»? — спросила девушка, направляя клинок на Оура, притаившегося за големом и Лилу.

Оур не ответил и начал читать заклинание.

— Молчание — знак согласия. Защищайтесь! — воскликнула она и резко бросилась вперед.

Лилу выпустила когти, а голем вскинул руки, но совладать со скоростью девушки не смогли.

Девушка вихрем пронеслась между них и приблизилась к Оуру.

— Вот ч!..

Лилу обернулась и увидела голову Оура, отсеченную мечом девушки.

Из раны хлынула кровь, а голова упала на пол и покатилась по нему.

Через мгновение на пол упало тело.

Голем, лишившись энергии Оура, так и упал вперед со вскинутыми руками.

— А ты... не человек. У тебя крылья. Хочешь отомстить за своего господина? — обратилась девушка к Лилу, развернувшись и вскинув клинок.

Лилу подняла руки, признавая поражение.

— Вовсе нет... я просто связана условиями договора. Если господин умрет, договор перестанет действовать, а я сразу же вернусь в мир демонов.

— Вот оно как? Тогда позволь спросить, я сейчас убила человека по имени Оур?

Девушка смахнула с меча кровь и убрала в ножны. Тем не менее, подходить к Лилу ближе она остереглась.

Лилу понимала, что если нападает, то девушка мгновенно разрубит ее пополам.

— Да, это он. У него мерзкий характер, обращается и с людьми, и с демонами как ему вздумается, для своих семидесяти лет просто повернут на сексе, и вообще он кретин, который только о своем подземелье и думает.

— А-ха-ха, вижу, нелегко тебе пришлось, почтенный демон, — девушка весело рассмеялась.

— Но при всем мой господин не такой уж противный.

После этих слов девушка ощутила легкое беспокойство. Но не успела она обдумать его, как Лилу взмахнула рукой и попыталась полоснуть девушку выпущенными когтями.

— А! Ты же сказала, что не будешь мстить за хозяина, лгунья! — девушка без труда увернулась и выхватила клинок.

— Я не соврала. Я вовсе не «мщу».

Девушка, наконец, заметила, но слишком поздно. Наставивший на нее посох Оур произнес лишь одно слово:

— «Спи».

Лишь теряя сознание она, наконец, поняла.

Демоница ни разу не отозвалась о своем хозяине в прошедшем времени.

— Молодец, что заметила.

Оур подхватил падающую девушку и похлопал Лилу по голове.

— Я же не ребенок, — сказала Лилу и пояснила: — Я сказала ей с самого начала: если господин умрет, то я сразу вернусь в мир демонов. Но я же не вернулась, так что любой бы понял, что ты еще жив.

Возвращение в мир демонов — не прихоть Лилу, а условие, прописанное в договоре. Лилу в очередной раз прониклась расчетливостью Оура, подумавшего и о том, чтобы включить в договор и такое.

— Кстати, а это еще что? — спросила Лилу, указывая на окровавленную валяющуюся голову.

Конечно, Оур умел омолаживаться и восстанавливать выносливость, поэтому неудивительно, что он способен залечивать раны, но возвращать людей к жизни не может никакой маг. Тем более, самого себя.

— Это не такая уж редкая магия. Я перенес свою жизнь в другое место. Мое тело можно терзать сколько угодно, но я не умру. Но верно и обратное — если уничтожить хранилище жизни, то меня можно убить, вообще не притрагиваясь к телу.

— А-а... все понятно.

Она даже не стала спрашивать, куда он перенес свою жизнь.

Конечно же, в то, что ценил больше всего на свете... в ядро подземелья.

— ...И что мы будем с ней делать? — спросила Лилу, указывая на девушку в руках Оура.

Она не мертва, просто спит и мерно посапывает.

— Да уж... похоже, она рождена под звездой героя.

— Звездой героя? — переспросила Лилу, и Оур кивнул.

— Крайне редко происходит такое, что рождаются люди, которым дана определенная судьба. Чаще всего они с самого детства обладают невиданными талантами, а повзрослев, становятся лучшими из лучших в своем деле. Но и жизнь их непростая, они притягивают к себе как удачу, так и неудачу.

— О-о... а ты случайно не под звездой темного владыки родился?

— Нет, конечно. В таком случае я бы уже давно либо построил лабиринт, либо где-нибудь сдох.

Оур не считал себя ни одаренным, ни бестолочью. Он утверждал, что все его умения — результат многих лет напряженных усилий. Единственное, чего он по-настоящему достиг — успел создать ядро подземелья до собственной смерти и отыскать силовую линию.

— Так все-таки, что будем делать? — еще раз спросила Лилу, и Оул помрачнел.

— Она рождена под звездой героя. Убить ее нелегко. В то же время промывка мозгов или соблазн работают слишком плохо. Наверняка развеются в самый критичный момент.

Хотя Лилу думала, что эту мирно сопящую девушку легко прикончить, та все-таки родилась, чтобы стать героем. Если попытаться убить ее, случится какое-то чудо, которое сохранит ей жизнь. Ей суждено умереть старой и обессилевшей. Любой человек, родившийся героем, сочтет такую смерть ужасной.

— И что нам тогда с ней делать? Не можем же мы усыпить ее навечно?

— ...У нас нет выхода. Это медленный метод, и поэтому я не хочу к нему прибегать, однако... — пусть и с кислым видом, но Оур решительно заключил: — Будем укрощать.

Юнис очнулась внутри темной комнаты с каменными стенами.

Она изо всех сил напрягла плохо соображающую голову, силясь понять, что происходит. Затем попыталась сдвинуться, и услышала, как звякнула цепь, надетая на правую руку.

Но цепь не одна. Все ее раскинутые в стороны конечности обездвижены цепями, уходящими к стене. Тело же прижато к кровати каким-то стальным кольцом.

И оружие, и доспехи с нее сняли, и она не видит их поблизости.

Тусклый свет освещает лишь кровать и цепи. Больше в этой комнате нет ничего.

Нет даже двери — выход ведет прямо в темный коридор.

— Ты проснулась?

Из коридора пришли мужчина и женщина.

У мужчины янтарного цвета волосы и серая мантия. Он среднего телосложения, на вид ему 20-25 лет. Рядом с ним — красотка с крыльями, как у летучей мыши, черными волосами и такой одеждой (бельем?), что смотреть стыдно.

И когда Юнис увидела их, то окончательно пробудилась.

Злой маг Оур и его фамильяр... она проиграла им. Похоже, она все еще жива, но сложно сказать, стоит ли считать это удачей.

— На всякий случай представлюсь. Меня зовут Оур. Я тот самый «злой маг», о котором ты наслышана. Это мой ассистент, демоница Лилу. А твое имя?..

Юнис размышляла изо всех сил. Она на волоске от смерти. Как же выжить? У нее нет оружия, она не может шелохнуться, ее жизнь — целиком и полностью в их руках.

— ...Юнис. Авантюристка, — представилась она лишь кличкой, не раскрывая полного имени.

По рассказам знакомых магов она знала, что опытный чародей может взять ее под контроль, узнав лишь имя.

— Понятно... Итак, Юнис, я хочу, чтобы ты кое-что рассказала мне. Кто именно попросил тебя прийти сюда? Из какой он деревни?

— ...Меня никто ни о чем не спросил. Я услышала слухи о злом маге и пришла бросить ему вызов, — ответила Юнис, осознавая, что ей вряд ли поверят.

Она не должна навлекать беду на ни в чем не повинных людей. К тому же, отчасти она сказала правду. Когда она услышала про мага, то сама решила сразить его, отмахнувшись от селян.

— О как... и кто же поделился с тобой этими слухами?

Юнис притихла. Она поняла, что выбрала неправильные слова.

— Ве...

— Ве?

— Ветер принес мне их...

Лилу выглядела искренне разочарованной. Юнис пожалела о сказанных словах.

— Ветер, говоришь... ясно, ничего не поделать, — в то время как Оур выглядел так, будто соглашается с наспех придуманным оправданием.

— А-ах да! Я просто глупая и совсем забыла, кто рассказал мне этом!

— И-идиотка! — почему-то откликнулась на ее слова Лилу.

Причем она обращалась именно к Юнис, а не к Оуру.

— Раз не помнишь, то так и быть... придется сжечь все деревни, — непринужденным тоном продолжил Оур, а у Юнис перехватило дыхание. — Жаль сжигать деревни, которые ничего против нас не имеют, но другого выхода нет. Найдем другие...

— Стой! — закричала Юнис, перебивая Оура. — Селяне ни в чем не виноваты! Я сама, сама пошла на это! Поэтому, прошу, не трогай хотя бы селян...

Юнис молила, гремя цепями.

Она не могла ни поклониться, ни преклонить колени.

— Ты хочешь сказать, вся вина лежит на тебе?

— Да! Селяне ни в чем не виноваты, они пытались остановить меня, но я не послушала!

— Тогда клянешься ли ты, что берешь всю вину и наказание на себя?

— ...Клянусь. Клянусь, только не трогай селян.

— Ты дурно обо мне отзываешься, — Оур говорил с достоинством, тщательно проговаривая слова. — Я не угрожаю убить селян, если ты не станешь делать, как я говорю. Я лишь спросил, на ком лежит вина. Да, я назвался злым, но при этом ни стану без причины убивать невиновных. Ту деревню я уничтожил после того, как они набросились на меня с клинками. Если ты утверждаешь, что вина лежит лишь на тебе, я не стану наказывать кого-либо еще.

— ...Хорошо. Вся вина на мне. Поэтому и наказывай лишь меня, — сказала Юнис, глядя точно в глаза Оуру.

Она уже представляла, что именно с ней случится, но при этом хотела во что бы то ни стало не тревожить жителей деревень. Пусть даже это станет последним подвигом этой девушки, считающей себя героем.

— Хорошо. Раз так, то я накажу тебя.

Оур достал небольшой клинок и приставил острие к груди Юнис.

Юнис крепко зажмурилась, ожидая ощутить резкую боль, но, к ее удивлению, клинок не оставил на теле ни царапины и лишь скользнул от груди к поясу. По пути он аккуратно разрезал ее одежду.

Из всех сценариев, которые представляла себе Юнис, этот она считала самым неприятным... и наиболее вероятным.

Однако когда ее кожа обнажилась, к ней приблизилась Лилу, а не Оур.

Демоница улыбнулась такой обворожительной улыбкой, что смутила даже Юнис, а затем провела бледными пальцами по ее груди.

— Фха... — обронила Юнис и сама удивилась тому, насколько сладостный стон испустила.

— Хе-хе, ты такая милая и чувствительная...

— М-м...

Пальцы скользнули от груди к пупку. В этот раз Юнис приготовилась во что бы то ни стало не стонать, но ни с чем не сравнимые ощущения пронзили всю спину, и она не выдержала.

Все участки кожи, которых касалась Лилу, словно наполнялись жаром, а в глубине своего тела Юнис ощутила зуд. Она полностью попала во власть наслаждения, которого никогда еще не испытывала. Пусть эта демоница и одного с ней пола, но ее пальцы настолько ловки, что даже от легких касаний чувства Юнис взмывали на новые высоты.

— Пора бы уже и здесь тебя приласкать? — Лилу вдруг провела пальцами между ног Юнис. — Хе-хе, ты уже вся влажная.

Лилу хихикнула, а затем намеренно резко потревожила половые губы Юнис. Послышался влажный звук, и Юнис покраснела от стыда.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— А если так?

— Хья! — невольно воскликнула Юнис, когда пальцы Лилу коснулись самой чувствительной точки на теле... ее клитора.

— Замечательная реакция. Пусть ты и девственница, но мастурбировать явно умеешь?

— Я, я вовс... фха-а! — но только Юнис попыталась ответить, как Лилу вновь коснулась клитора, и из горла девушки вырвался очередной стон.

— Ты что? Ты вовсю этим занимаешься? Так я и думала, ведь он у тебя так торчит и выпирает.

— Фх, а-а-а! Э-это не! Н-нет, прекрати!

Лилу то щекотала подмышки, то водила языком по соскам, то вдруг вновь ласкала Юнис между ног. Суккуб полностью управляла чувствами Юнис, заставала ее врасплох и играла с ее телом.

— Что же, думаю, пора.

Юнис пришла в себя, когда услышала эти слова и почувствовала, что ей раздвигают ноги. Она не помнила, что происходило с ней. Похоже, она на какое-то время теряла сознание.

Она помнила лишь то, как Лилу целых два часа издевалась над ней. На ее невыносимо приятные ласки Юнис отвечала стонами, мольбами о пощаде и потерей рассудка.

Вся простыня под ней взмокла от пота и смазки, а под задницей образовалась такая лужа, словно она в какой-то момент обмочилась. Но что самое страшное — все это время Лилу действовала так ловко, что Юнис ни разу не кончила.

Лилу поддерживала в Юнис такое возбуждение, что той не хватало до облегчения лишь одного правильного касания, но никогда не доводила до оргазма, усердно издеваясь все два часа.

«Кстати, я ведь из-за цепей даже колени согнуть не могу, так зачем они раздвинули мои ноги?..» — думала в прострации Юнис и вдруг резкая боль в промежности пробудила ее сознание.

— У, а-а-а-а?!

Боль вынудила Юнис сфокусировать взгляд, и тогда она увидела, что между ее ног пристроился Оур и вонзил в ее гениталии свое восставшее естество.

Сначала по телу Юнис распространилась резкая боль, словно кто-то сжал ее внутренности рукой. А вслед за этим она ощутила чувство невосполнимой утраты и осознала, что потеряла свою непорочность.

Будучи авантюристкой, сражающейся против бандитов и монстров, Юнис понимала, что ей не светит романтичная любовь обычной девушки. И тем не менее, даже она грезила в мечтах о своей первой близости и берегла себя для нее. Но сейчас ее опорочил мужчина, которого она даже не знала. Слезы сами покатились по щекам Юнис.

И тогда Оул нежно погладил ее по лбу. Юнис ощутила, как тепло его руки распространяется по телу, а боль постепенно отступает.

— Все хорошо... боль прошла?

Юнис послушно кивнула. Нежный голос, что шептал ей на ухо, заделал дыру, что образовалась в ее сердце вместе с чувством утраты. Умом она понимала, что этот мужчина осквернил ее и лишил непорочности.

Но при этом она чувствовала, что он же залечил ее сердце и затянул рану, которая в нем образовалась. Она начала так чувствовать.

— Я начинаю.

Оур принялся неспешно двигаться. Он действовал аккуратно и нежно, словно заботясь о самочувствии Юнис. Боль от потери девственности успокаивалась, когда он проводил ладонью по ее волосам, а когда пенис Оура пробирался глубже, тело и душа Юнис наполнялись сладостным зудом.

— Кх, у!..

Юнис стиснула зубы и изо всех сил терпела. Это ее наказание. Наказание грешнице, совершившей преступление. Поэтому она должна терпеть.

Но вдруг все прекратилось. Оур остановился и посмотрел точно в глаза Юнис. Та тоже посмотрела на него, не зная, что думать.

— Что-то не так? — спросил Оур.

Но это Юнис хотела задать ему этот вопрос. «Почему ты остановился?..» — уже собиралась сказать она, но не позволила себе открыть рот. Она, должно быть, обезумела, раз думает о таком.

— Если у тебя что-то на уме, то скажи честно и прямо, — прошептал Оур, словно прочитав ее мысли. — Высказывать свои мысли не грешно. Разве грешно действовать естественно и вести себя по обстоятельствам? Тебе не нужно терпеть, прими происходящее таким, как оно есть. Разве это не есть «правильный выбор»?

Прозвучавшие слова въедались в измученное, возбужденное, распаленное, зависшее на границе между логикой и забвением сознание Юнис.

— ...ще... — обронила она, сама того не осознавая.

— Что? — спросил ее Оур, шепча на ухо.

— Еще... еще!.. — взмолила Юнис, перейдя на крик.

— Вот так?

— Да! так! Мне так хорошо-о!

Оур глубоко вошел в нее, и Юнис встретила его стонами. Ее скованное по рукам и ногам тело дрожало и жаждало наслаждения.

— Как скажешь. Ты великолепна, Юнис...

— М-м, а-а, мне хорошо, так хорошо-о...

Лицо Юнис расплылось от удовольствия, а искра рассудка покинула глаза. Она целиком и полностью приняла Оура и жадно желала лишь страсти. Продолжая пронзать ее недра, Оур частично освободил ее от оков.

Как только руки Юнис освободились, она немедленно обвила их вокруг шеи Оура, крепко прижалась к нему и сама задвигала бедрами.

— А-а, вот это, вот это да-а! Еще, я хочу еще-е!

Оур и Юнис сцепились в поцелуе, и он начал водить бедрами по кругу. В то же самое время он начал гладить и щипать ее взмокший от смазки клитор.

— А-а-а-а! Да, да, мне так хорошо! К... конча... ю-ю-ю-ю! — голос Юнис стал еще громче.

— Правильно, кончай! Изо всех сил!

— А-а-а-а-а!

Юнис выгнулась и задрожала. Через мгновение Оур изверг в нее белую жидкость.

— «Сверкай, словно утренняя звезда, герой», — прошептал Оур ключевые слова на ухо растекшейся от удовольствия Юнис, и ее глаза расфокусировались. — ...Отлично, внушение тоже работает.

Оур заглянул ей в глаза и ощупал тело, убеждаясь в том, что гипноз подействовал.

— Ты уже не первый раз так делаешь. Это что, магия промывания мозга? — спросила Лилу, которая со скучающим видом следила из угла комнаты, куда отошла вскоре после того, как Оур овладел Юнис.

— Нет, это просто гипноз. Она бодрствует, но не в сознании. Это называется гипнотическим трансом. Во время твоих ласк мы ввели ее в это состояние с помощью магии и повторяющихся ощущений, но теперь, когда в сознании отпечатались внушения, ее можно вогнать в транс ключевой фразой.

— Бодрствует, но не в сознании... она что, сны смотрит?

— Нет, скорее, наоборот. Когда ты видишь сны, то спишь, но в сознании. Под гипнозом ты не в сознании, поэтому почти не можешь думать и принимать решения. Сейчас она примет на веру практически все, что расскажу ей, к тому же я могу отдать указания, которые будут на подсознательном уровне сдерживать ее. Это был ее первый секс, к тому же изнасилование, но благодаря одному из таких внушений она настолько распустилась во время него, — объяснил Оур, и Лилу с любопытством посмотрела в глаза Юнис.

Они открыты, и Юнис точно не спит, но при этом словно не замечает Лилу.

— То есть, ты можешь сказать ей «служи Оуру вечно», и она станет твоей рабыней? — спросила Лилу, но Оур покачал головой.

— Нет, гипноз не всемогущ... даже наоборот, он практически ни на что не способен. Я не могу заставить ее сделать что-то, что ей противно, а если попытаюсь сделать слишком грубое внушение, гипноз сразу развеется. Собственно, именно поэтому я, памятуя о том, что она рождена под звездой героя, выбрал этот вариант. Наверняка она способна с легкостью вырваться из любого проклятия, которое попытается заставить ее действовать против воли. Судьба героя сметет с пути все, что попытается ей помешать.

— ...Но разве твои действия ей не мешают? — спросила Лилу, указывая на оковы Юнис.

— Конечно, да. Именно поэтому уже скоро она наверняка найдет способ высвободиться из оков, — ответил Оур, параллельно с этим создавая небольшой мерцающий магический огонек.

Маг показал его Юнис, и это мерцание обновило заканчивающееся действие гипноза.

— Итак, Юнис, пора учиться. Как ты относишься к людям, которые нежны с тобой?

— Нежные люди... хорошие... — монотонным голосом ответил Юнис.

— Как ты относишься к людям, которые лечат твои раны?

— Люди, которые лечат мои раны — добрые...

— Молодец, хорошо все запомнила.

Сейчас Оур лишь убедился, что внушения, сделанные до совокупления, все еще в силе.

— Кстати, я еще в тот раз подумала, но разве это не совершенно очевидные факты? — спросила Лилу, и Оур кивнул.

— Да. Они очевидные, и именно поэтому она с легкостью их принимает. Заставить ее принять что-то неочевидное гораздо сложнее. Однако как только внушения впечатываются в нее, она верит им почти безоговорочно. Именно поэтому, когда ее насиловал ненавистный ей мужчина, стоило ему отнестись к ней с небольшой нежностью, тут же сработало подсознание.

Только благодаря силе внушения удалось доставить ей столько наслаждения.

— Значит, если ты каждый раз будешь делать ей такое внушение, а затем отнесешься к ней хоть с небольшой добротой, она в итоге покорится?

Но Оур вновь покачал головой.

— Не все так просто. В этот раз у нас получилось хорошо благодаря тому, что твои ласки лишили ее хладнокровия и рассудительности. Если дать ей успокоиться, то через какое-то время она осознает, что повела себя странно. Наверняка ее чувства ко мне останутся, но это не помешает ей подумать с точки зрения морали и счесть меня своим врагом. Хотя, конечно, некоторое снисхождение, может, и проявит.

«Нужно действовать, пока этого не случилось», — пробормотал Оур и продолжил внушения.

Когда Юнис пробудилась в следующий раз, то вновь обнаружила себя на постели в темной комнате в окружении каменных стен. Испачканное потом и другими жидкостями постельное белье сменили на новое, и на мгновение Юнис даже показалось, что случившееся ей просто приснилось.

Однако воспоминания о натиске, что перенесли ее сокровенные места, и собственных стонах, а также до сих пор не покинувшие тело остатки возбуждения утверждали обратное. От стыда и раскаяния девушка схватилась за голову...

И поняла, что смогла схватиться за голову.

Да, ее оружия и доспеха все еще нет поблизости, а магия каким-то образом запечатана, но на ней больше нет оков. На выходе из комнаты все также нет двери, она соединяется прямо с коридором.

Неужели у нее появилась возможность сбежать?..

И тогда из коридора появилась фигура Оура, словно прочитавшего ее мысли.

Юнис вскочила с кровати и встала в боевую стойку.

— Не нервничай, больше я тебе вредить не собираюсь.

Оур щелкнул пальцами. Пол в центре комнаты исказился, восстал и образовал несложные стол со стульями, после чего вновь улегся.

— Ты проспала целый день. Наверняка проголодалась, — с этими словами Оур поставил на стол принесенные с собой тарелки.

— ...Отрава, что ли?

— Мне было бы проще убить тебя во сне, чем заниматься такой ерундой после пробуждения.

В ответ на подозрения Юнис Оур сам уселся за стол и придвинул к себе одну из тарелок. Похоже, он принес две потому, что собирался поесть и сам.

— ...Логично, — согласилась Юнис и села напротив Оура.

В своей тарелке она увидела длинные вареные изделия из мучного теста, политые соусом.

— Это паста? Как необычно.

— Ты знаешь, что это?

Юнис кивнула. В этих землях из муки обычно пекут хлеб, а макаронные изделия не в почете. Отчасти это связано с культурными особенностями, но в основном — с тем, что пшеница в этих краях не годится для изготовления макарон. Они всегда получаются невкусными и суховатыми.

— М, а неплохо. Это ведь динградская кухня? Соус мне незнаком, но он хорошо подходит. Мука импортная?

— Нет, местная. Я немного поработал над тем, чтобы добавить ей вкуса. А вот рецепт соуса — мой собственный.

— Ага... погоди, что?!

— Не кричи так, я аж испугался, — ответил даже не дернувшийся Оур, а Юнис нагнулась вперед.

— Э-это ты сделал?!

— Да, а что, не нравится? — расстроенно спросил Оур.

— Э, но разве злые маги умеют готовить?..

— Даже злому магу надо чем-то питаться. Лилу, будучи демоном, не ест человеческую еду, и поэтому не умеет ее готовить. Помощников-людей у меня нет, так что готовить приходится самому... И кстати, кулинария не слишком отличается от магических экспериментов. Неплохо же вышло? — все еще выглядящий расстроенным Оур вернулся к собственной еде.

— ...Угу, вкусно, — признала Юнис после того как намотала пасту на вилку и попробовала.

Во всяком случае, эта еда точно в разы вкуснее сухих пайков и жареной добычи.

— Итак...

Закончив трапезу, Оур встал, и Юнис снова вскочила в стойку. От этого зрелища Оур протяжно вздохнул.

— Прекрати так делать. Я же сказал, что больше тебе не наврежу. То, что случилось вчера — «возмездие» за то, что ты покусилась на мою жизнь, и больше я тебя наказывать не намерен.

— А... п-понятно.

Юнис удивилась своей реакции. Конечно же, в первую очередь она ощутила сильное облегчение.

И в то же время в глубине души немного сожалела.

А пока она разбиралась в своих чувствах, Оур добавил:

— Но, конечно, если ты нападешь снова, говорить будем по-другому, — Оур посмотрел на нее таким пронзительным взглядом, что Юнис не смогла ничего ответить. — Если ты пообещаешь больше не мешать мне, то сейчас я выпущу тебя на свободу, верну снаряжение и сниму печать. Но если ты решишь враждовать со мной до победного, пощады не жди.

— ...Почему? — в глазах Юнис заблестел слабый свет. — Ты... называешь себя злым магом, но не похож на плохого человека... да, ты сделал со мной ужасные вещи, но я сама заслужила это наказание тем, что отрубила тебе голову... если так, то почему ты угрожаешь деревням и вымогаешь у них урожай?

После слов Юнис Оур задумчиво приставил ладонь к подбородку и протянул:

— Похоже, ты все неправильно поняла.

— Неправильно?..

Юнис все больше склонялась к тому, чтобы доверять словам Оура.

Она совершенно не замечала, что приставленная к подбородку ладонь скрывает ухмылку.

— Владыка Оур! Просим прощения, но ваша дань еще не готова... мы непременно подготовим ее к концу завтрашнего дня!

— Ничего страшного, не волнуйтесь. Мы договорились о том, что я буду собирать дань первого числа. Если сдержите обещание, все будет в порядке.

Когда Оур пришел в деревню, ему пришлось успокоить сбежавшихся селян. Юнис пришла вместе с ним. Оур пока не вернул ей оружие, но выпустил без оков.

— Тогда зачем вы сегодня...

— М-м, пришел посмотреть на ваши поля. А еще меня кое-что беспокоит.

— Поля? — Юнис удивленно захлопала глазами.

— Хорошо! Конечно, проходите. Наши поля никогда из себя ничего не представляли, но ваша сила помогла им расцвести, владыка Оур. Уже почти зима, но мы собираем небывалые урожаи.

Селянин показал недавно собранные запасы. Все плоды заметно крупнее и сочнее тех, которыми обычно торгуют.

— Просто поразительно, что они так выросли за неделю. Этого нам с лихвой хватит, чтобы перезимовать. Мы складываем их прямо у входа в деревню, но благодаря вашей гаргулье к ним не притрагиваются ни гоблины, ни одичавшие псы. Мы не устаем благодарить вас.

— Ага, рад за вас. Зимой советую сеять репу, она хорошо растет в холод, питательна, и годится на корм скоту. Так вам не придется переводить к зиме большую часть поголовья на мясо и сосиски.

— Вас понял! Я обязательно передам остальным.

— Угу. И еще кое-что. Как я сказал, меня кое-что беспокоит, и я вижу, что вид у тебя кислый. Болеешь?

— Да... кажется, я недавно подхватил простуду. Но ничего, через пару-тройку дней пройдет.

Селянин начал разминаться, показывая, что силы его еще не покинули, но Оур зажег ладонь янтарным магическим светом и коснулся его.

— ...Нет. Это весьма скверная и очень заразная болезнь. Я слышал, она унесла множество жизней в этих землях. Вот она и до вас добралась.

Оур достал из внутренних карманов мантии несколько склянок и протянул селянину.

— Пока что возьмите эти тонизирующие зелья. Тех, кто совсем сляжет, поите раствором одной ложки зелья в воде. Вылечить не вылечит, но от смерти спасти должно. В ближайшее время я сделаю лекарства и передам вам.

Селянин выпучил глаза, затем принял склянки и поклонился так низко, что едва не припал к земле.

— С... спасибо вам! Вы наш спаситель, владыка Оур!

— Не нужно так принижаться. Пока будете исправно платить, я буду за вами присматривать.

После слов Оура селянин поклонился еще ниже. Попрощавшись, Оур вместе с Юнис вернулись в пещеру.

— Прости, Оур, я все неправильно поняла! — проговорила Юнис и свесила голову сразу по возвращению в подземелье. — Я полагала, ты угрожаешь деревням и несправедливо лишаешь их урожая... но похоже, селяне видят в тебе справедливого и мудрого правителя... да что там, многие правители собирают с людей оброк, но при этом не защищают деревни от монстров и не помогают им собирать больше урожая. Оказывается, никаким злодеем ты не был, Оур.

— ...От такой обильной лести мне становится неловко. Пусть я и не убиваю бессмысленно, но не щажу тех, кто нападает исподтишка, и потому — злодей.

И это даже скорее правда, чем ложь. Но Юнис покачала головой.

— Нет... все плохие поступки заслуживают наказания, это очевидно. К тому же ты ведь не стал меня убивать?

«Все плохие поступки заслуживают наказания» — одно из внушений, вбитых в голову Юнис гипнозом. Однако она, как поборница справедливости, проглотила это утверждение практически без сопротивления.

— Кстати, об этом... это точно твоя вина?

— Точ... но. Я ведь уже говорила?

— Но ты не знала о том, что у меня с деревнями уговор. Нет ли такого, что какие-то селяне захотели убить меня твоими руками, чтобы не платить дань, но при этом иметь и благодатные поля, и защиту от монстров?

— Скорее всего, они... просто не успели рассказать мне всего, потому что я не дослушала и убежала...

Юнис все еще не хотела вредить селянам, но уже растеряла вчерашнюю уверенность.

— ...Тогда давай проверим.

«Теперь начинается самое главное», — мысленно добавил Оур.

Прошло где-то три дня. Оур вернул Юнис меч и вместе с ней добрался до той самой деревни, которая попросила свергнуть мага.

Поначалу Юнис ни в какую не хотела соглашаться, но потом ее с большим трудом удалось уговорить на определенных условиях. Уговор подразумевал, что Оур не вправе вредить деревне без согласия Юнис, а при нарушении слова понесёт кару от меча, возвращённого хозяйке именно на такой случай.

— Итак. Я подожду здесь. А ты убедись во всем своими глазами и ушами, — сказал Оур, оставшийся снаружи деревни, и подтолкнул Юнис в спину.

Юнис кое-как подавила беспокойство и направилась к дому старейшины. Она упорно не желала считать селян обманщиками. И в то же время, хотела верить Оуру. Возможно, произошло какое-то недоразумение...

С этими мыслями она вошла в деревню, и тут же ощутила на себе множество разгневанных взглядов.

— Ты... так тебе хватило наглости еще и вернуться сюда?!

— Э?..

— Ты хоть понимаешь, что наделала?!

На звуки брани сбежались и другие селяне.

— Из-за того, что ты убила Оура, все поля погибли, а дикие твари вырезали скот!

— Наши дети погибли от эпидемии!

— Это твоя вина! Это ты полезла не в свое дело, пытаясь добиться справедливости!

Селяне собрались перед Юнис толпой и дружно оскорбляли ее.

— О чем вы?..

Юнис предполагала, что либо селяне неправильно поняли Оура, либо, в худшем случае, использовали ее. Однако ситуация начала развиваться совсем по-другому, и Юнис от изумления отступила на несколько шагов назад.

— Бежать собралась?! Мразь!

Один из селян поднял с земли камень и бросил в Юнис. Он не попал, но остальные жители последовали примеру и начали кидаться в Юнис.

— Верни наши поля! Верни мою корову!

— Верни моего ребенка!

— Верни владыку Оура, убийца!

— Но Оур не мертв, мы вместе с ним... — пыталась оправдаться Юнис, но до разъяренных жителей не достучаться.

— Получай... вот это!

Тот мужчина, что бросил в нее первый камень, кинул булыжник размером с кулак. Юнис могла легко увернуться, но этим лишь раззадорила бы селян. Юнис закрыла глаза и приготовилась терпеть боль.

— Что вы творите?

Однако боль не последовала. Вместо этого она услышала голос Оура.

— Повелитель! Вы живы?!

Когда перед Юнис возник Оур и защитил ее, селяне тут же прекратили бросать камни.

— Оур... почему? — спросила Юнис, совершенно не понимая, что происходит.

— ...Я знал, что именно эта деревня подстрекнула тебя еще до того, как ты поведала мне об этом. Гаргулья, что стоит на входе, не только защищает деревню, но и приглядывает за ней. Жители деревни не объяснили тебе даже этого.

Юнис ошарашенно смотрела, как по руке Оура стекает капля крови. Именно этой рукой он защитил ее от брошенного камня.

— Поскольку ты взяла всю вину на себя, я и пальцем к ним не притронулся. Но в то же время я прекратил подачу магической энергии в их поля, отключил гаргулью и не стал раздавать им лекарства от эпидемий, как остальным деревням. И похоже... они решили, что причина тому – моя смерть.

— О... Владыка Оур! Мы бы ни за что не стали желать вам зла!

— Она сама пошла на это!

— Пощадите нас, повелитель! Мы пытались остановить ее, но она!..

Селяне выкрикивали один за другим. Они воспользовались Юнис в своих корыстных целях, обратились против нее, когда ситуация ухудшилась, а теперь пытаются еще и свалить на девушку всю вину.

— ...Юнис. Вот люди, которых ты так отчаянно защищала. Вот те, ради кого ты лишилась непорочности.

— А-ха-ха... а-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — она не совладала с подступившим к горлу смехом и выпустила его на волю, одновременно выхватывая меч. — Прости и спасибо, Оур... я ошибалась. И за их грехом должно последовать возмездие!

Юнис метнулась к селянам, словно порыв ветра. Пожелай она — и ее не остановили бы ни камни, ни толпа. Она могла бы моментально порубить беззащитных селян.

Но...

За мгновение до того, как ее клинок коснулся их плоти, селяне дружно вспыхнули пламенем и обратились в пепел, не успев издать и звука.

— Э?..

Вспыхнувший перед самым носом огонь охладил пыл Юнис, и она развернулась к Оуру.

— Даже если противник грешен, убивать его станет лишь злодей. Юнис, продолжай оставаться сама собой. Я буду устранять тех, кто вредит тебе, поэтому оставайся на стороне справедливости.

— Оур... — по щекам Юнис скатилось несколько слез, и она бросилась в объятия мага.

— Я никогда и ни за что не причиню тебе вреда. Можешь ли ты поклясться в том, что не навредишь мне? — спросил Оур, и плачущая Юнис изо всех сил закивала.

— Тогда я, Айн Соф Оур, клянусь своим именем в том, что не причиню тебе вреда.

— Я, Юнисфиния Мередит Ль'Эра Грандьера, клянусь своим именем в том, что никогда не причиню тебе вреда и буду вечно любить тебя, Оур!

— ...Что ты сказала? — ошарашенный голос Оура раздался уже после того, как янтарный вихрь, окутавший их, утих.

— Поздравляю. Миссия выполнена? — обратилась к Оуру зашедшая в комнату Лилу.

Глубины подземелья.

«В этот раз я хочу познать тебя не в наказание мне, а в доказательство нашей клятвы».

После этих слов Юнис трижды приняла семя Оура, а затем крепко заснула с видом счастливой жены.

— А-а, ну... можно и так сказать... теперь Юнис превратилась в «падшую героиню». Героиню, что приняла нравы тьмы и полюбила демонов. Полагаю, теперь она против меня не пойдет.

Но пусть Оур и заключил с могущественной героиней контракт, запрещавшей вредить ему, и даже заручился ее поддержкой, лицо его мрачно.

— Привалило же нам проблем...

Оур совершенно не ожидал, что Юнис поклянется ему в вечной любви. Конечно, он рассчитывал выработать привязанность и войти к ней в доверие, но не думал, что она привяжется к нему настолько. Но это еще цветочки.

— Кто ж знал, что она окажется аристократкой...

Юнис представилась именем, которое указывало на принадлежность к королевской семье королевства Грандьера. Конечно, судя по тому, что она шастает авантюристкой в таких далеких землях, прав на престол у нее практически никаких, но это очень опасная искра. Юнис смогла пробиться через лабиринт в одиночку. Их подземелье пока не готово отражать натиск всей королевской армии.

Оуру очень хотелось вышвырнуть ее на поверхность и порвать все связи, но это не так просто. Вряд ли Юнис захочет уйти, а попытка заставить ее поступить против воли может быть расценена как «вред».

— Ладно, на эту тему подумаем позже... ну что, я хорошо поработала? — насмешливо спросила Лилу.

Но глаза ее серьезны.

Все это время она не ходила с Оуром потому, что тайно начала действовать раньше. Помимо магии, суккубы от рождения обладают и другими талантами.

Например, взять ту деревню, которую Оур и Юнис посетили первой. Селяне неспроста встретили Оура так радостно. Лилу, как суккуба, умеет изменять свою форму, чтобы принимать облик идеальной, по мнению мужчины, женщины, и она воспользовалась этим навыком, чтобы принять форму самого Оура. Под его личиной она несколько раз посещала деревню село и налаживала отношения с ее жителями.

Что же касается деревни, которая наняла Юнис, а затем бросала в нее камни, то Лилу подтолкнула селян к такой реакции с помощью соблазна. Подчинение посредством соблазна не работает на саму Юнис, но смогло без проблем захватить контроль над поселением.

Однако при этом даже проклятие «принуждения» может сработать на героя, если цель согласна принять его, ведь это уже не проклятие, а благословение. Подобным образом новобрачные добровольно связывают себя клятвами во время свадебной церемонии.

— Раз так, то я хочу награды, мой господин.

— Ладно-ладно... подойди.

Помимо того, что Юнис разметала големов и призванных тварей, много магической энергии ушло на промывку ее мозгов. В частности, на последнее проклятие принуждения — Оур не пожалел энергии для того, чтобы сделать его максимально сильным.

Оур бросил взгляд на почти опустевшее ядро подземелья и прижал к себе Лилу. У него уже не осталось сил на магию восполнения выносливости, а значит, справляться придется собственными силами.

— Только не меньше четырех раз.

— Зачем ты с ней соревнуешься?..

Оур вздохнул. Кажется, непредвиденные трудности возникают одна за другой.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 3

Поскольку в глубины лабиринта никогда не проникает солнечный свет, следить за ходом времени непросто. Если недалеко от входа еще можно что-то придумать, то вглубь подземелья не попадает даже теплый воздух поверхности. В таких условиях немудрено забыть не только о часах, но и о временах года.

У обитателей лабиринта нет возможности измерять время ходом солнца, до них не доносятся звуки церковных колоколов. Оур думал над тем, чтобы установить механические часы, но подобные устройства настолько огромны, что для их размещения требуется целая башня. Внутри подземелья такое не поместится.

Именно поэтому он поручил Лилу очень ответственную должность — она должна следить за временем и сообщать его. Будучи жителем темного демонического мира, она с легкостью определяет текущий час.

— Господи-и-ин! Уже у-у-утро! — Лилу озорно сдернула с Оура одеяло.

И ее радость резко сменилась гневом.

— Что ты тут делаешь?!

Под одеялом обнаружился не только Оул, но и обвившая его Юнис. Причем совершенно голая.

— М-м... доброе утро, Лилу... — отозвалась Юнис, продирая сонные глаза.

— Какое, к черту, доброе?! — взревела Лилу. — Мы же приготовили тебе отдельную комнату! Зачем ты лезешь в постель к Оуру?!

Юнис неспешно обдумала ответ, а потом хлопнула в ладоши.

— А-а, это потому, что в подземелье такой холодный пол... так что я пришла погреться.

— Тогда почему ты голая?! — кричала Лилу, чуть ли не вырывая волосы от гнева, но тут поднялся и нахмурился Оур.

— ...Надоели. Что вы с утра шумите?

— Так нече-естно! — Лилу передала Оуру свежую одежду и скрипнула от обиды зубами. — У меня с самого утра работы по горло: я и готовлю вам одежду, и убираюсь в комнатах, и стираю, и обхожу все подземелье, и вожусь с монстрами, и еще кучу всего делаю! Почему же тогда Юнис целыми днями бездельничает и только и делает, что занимается с тобой сексом?!

— Ты работаешь, потому что это прописано в твоем контракте. А Юнис что-либо поручать бесполезно.

Оур говорил откровенно и тем сразу задел чувства Юнис. Будучи бывшей аристократкой и авантюристкой, она жила где попало и вести домашнее хозяйство не умеет совершенно.

«К тому же я не хочу, чтобы Юнис полностью поняла структуру подземелья. Есть риск того, что она переметнется».

«Но ведь с тех пор, как ты превратил ее в падшую героиню, она не станет развеивать проклятье?»

«Слово «ведь» – это еще не гарантия. Все еще есть шанс того, что что-то вернет ее на прежний путь. И пока он есть, я не смогу полностью доверять Юнис».

Оур и Лилу обменялись репликами через мысленное общение – одну из функций договора. Лилу, впрочем, поняла, что так Оур косвенно выказал доверие суккубу, и расплылась в улыбке.

— У-у, Оур. Кажется, мне все-таки лучше помочь Лилу, — предложила Юнис, совершенно не знавшая их мыслей.

Оур покачал головой.

— Нет, от тебя требуется быть мечом, который можно пустить в дело в самом крайнем случае. К тому же сегодня Лилу должно стать полегче.

— М? Ты сделаешь мне голема-помощника? — удивленно спросила Лилу .

Но Оур со вздохом ответил:

— Ты уже забыла?.. Сегодня мы получим первую жертвенную девушку.

— ...Итак, начинаем.

Они находятся в самой дальней комнате, расположенной на дне подземелья.

Для простоты Оур называл ее «комнатой призыва». Размером она примерно десять на десять метров, и вход в нее лишь один. Вся она расписана сложными магическими диаграммами.

В большей части подземелья Оура действует барьер, запрещающий использование магии телепортации. Эта мера защиты не дает переместиться прямо в спальню Оура или к ядру подземелья. Любого, кто попытается такое провернуть, отшвырнет назад. Пробить или преодолеть этот барьер невозможно в принципе.

Однако это означает, что и для самого Оура перемещение наружу и внутрь может сильно усложниться. Чтобы этого не случилось, он сделал специальную «брешь» в барьере. Это и есть комната призыва.

Лишь это помещение можно связать с поверхностью посредством магии телепортации. Конечно же, его расположение держится в строжайшем секрете, и Оур даже наложил на Лилу, Юнис и самого себя мощное заклятие, которое помешает противникам выведать координаты через магию чтения мыслей и воспоминаний.

Юнис нервничала, хоть к клинку и не тянулась, и даже Лилу напряженно осматривала диаграммы. Поставив женщин по сторонам от себя, Оур начал зачитывать заклинание.

Воздух внутри комнаты начал закручиваться, а диаграммы слабо засветились. Голос Оура переливался, а пальцы его словно работали на незримом ткацком станке, вырисовывая в воздухе колдовские символы. Знаки улетали и окутывали магические диаграммы, оставляя в воздухе светящиеся следы.

Постепенно ветер в комнате усилился до вихря, а потом и вовсе обернулся ураганом.

— ...Явись! — воскликнул Оур.

Буря резко усилилась, а яркая вспышка на время ослепила Оура и остальных.

— ...А? — невольно обронил маг.

Когда ураган стих, внутри магической диаграммы оказались пять куриц, две свиньи и одна корова.

...На которой спала маленькая девочка.

— Ребенок?.. — удивленно прошептала Юнис.

На вид ей 4-5 лет. У нее тонкие золотистые волосы, заплетенные у висков, и лучшая одежда, которую только может позволить себе бедная деревня. Ребенка нарядили в платье из качественного хлопка, даже расшитое очаровательными кружевами.

Она спала на спине коровы, крепко прижимаясь к ней. Корова лениво помахивала хвостом и словно совсем не замечала девочки.

— ...Девочка, просыпайся, — попробовал обратиться к ней Оур, но та не шелохнулась.

Конечно, ему хотелось подойти и растолкать ее, но если бы он шагнул за черту диаграмм, те утратили бы силу. Суть в том, что пока он не переступил диаграммы, ничто не может их покинуть.

Оур организовал эту систему, предполагая, что селяне могут попытаться отправить вместе с данью войска. И поэтому сам он не станет по недосмотру отключать ее. Решив не рисковать, Оур обратился еще раз:

— Просыпайся. Кто ты такая?

Но и вторая фраза словно не достигла девочки. Она умудрилась перевернуться, не упав со спины коровы, и отвернулась от Оура.

— Ну и соня... — наполовину восторженно, наполовину сокрушенно обронила Лилу.

Суккубы, помимо всего прочего, демоны сна, и она прекрасно видит, что девочка глубоко спит.

— Просыпайся!

От громоподобного рыка начавшего раздражаться Оура содрогнулись стены. Усиленный магией голос девочку все-таки напугал, и она упала с коровы.

— Ф, уэ-э?..

Девочка сразу же вскочила, словно падение нисколько ей не навредило, и начала изумленно оглядываться по сторонам.

— ...Девочка. Кто ты такая? — спросил Оур утробным голосом, словно доносящимся из глубин ада.

Малышка вздрогнула, а затем начала представляться дрожащим голоском:

— Э, а, у... з-здравствуйте, многоув-важаемый в-владыка Оур, м-меня зов-вут Марибель. Э-э, м-м, н-надеюсь на вашу бл-лагоск... э-э... благоскл...

Представившаяся как Марибель девочка изо всех сил пыталась произнести текст, который ей явно наказали вызубрить.

— ...У нее почти нет энергии. По крайней мере, это точно не взрослый, маскирующийся с помощью магии. Это и в самом деле ребенок.

— Да и оружие она наверняка держать не умеет. Самая обыкновенная девочка.

Лилу и Юнис оценили умения Марибель. Оур с ними совершенно согласен.

— Я, конечно, просил юных непорочных дев...

Но не настолько же юных. Оур вздохнул и отключил диаграммы взмахом руки.

— Я иду в деревню. Юнис, ты со мной. Лилу, последи пока за девочкой.

— Опять я остаюсь? Да еще и в роли няньки?!

— Потому что за Оуром послежу я!

Лилу недовольно ворчала, зато Юнис радостно повисла на руке мага. Сам Оур сразу начал читать заклинание телепортации, по ходу дела размышляя, почему у него никак не получается обзавестись верными подчиненными.

Оур вместе с Юнис перенесся в деревню Марибель. Однако они появились не на алтаре, а за пределами села, на небольшом отдалении. Оур успел придумать три возможных объяснения происходящему, и два из них предполагали расчет селян на то, что Оур придет в их деревню.

Первое: когда Оур придет возмущаться, его атакуют и убьют.

Второе: когда Оур придет возмущаться, подземелье возьмут штурмом.

От первого варианта защищало то, что Оур телепортировался не в саму деревню и взял для защиты Юнис. От второго — то, что Лилу осталась в подземелье и быстро оповестила бы Оура о вторжении.

Но есть еще и третье возможное объяснение. К сожалению — самое вероятное из всех.

Когда Оур пришел в деревню и увидел падающих ниц селян, он понял, что его худшее опасение подтвердились.

— ...То есть, ты хочешь сказать, что других молодых непорочных девушек, кроме Марибель, у вас не нашлось?

— Да, именно так. В нашей деревне сейчас практически нет девушек, и даже те, что есть, вышли замуж задолго до вашего появления, владыка Оур. Из тех, что еще не познали мужчин, Марибель — самая старшая.

Похоже, старейшина прекрасно понимал, что жертва не придется по вкусу Оуру. Он ежился, как мог, и не отрывал лба от пола.

Третье объяснение: дар жителей — лучшее, что смогли предоставить селяне, не нарушая договора. И это крайне плохо. Оуру остро нужны новые руки.

Вообще говоря, первую жертву он рассчитывал получить еще два месяца назад, но тогда был черед той самой деревни, которую он испепелил ради Юнис.

От трупов остался лишь пепел, Оуру не досталось даже скелетов.

— ...Ты точно не лжешь? — спросил Оур, сверля старейшину хищными глазами.

Не выдержав давления, старейшина дрожащим голосом ответил:

— П-понимаете, есть еще одна... но мы не смогли послать вам кого-то с такой внешностью...

— Хорошо. Приведите мне эту девушку.

Оур не возлагал особых надежд на внешность деревенских девушек. В конце концов, вряд ли в деревнях есть непревзойденные красавицы. Да и девственниц Оур требовал не для любовных утех, а из-за ценности, которую они представляют с точки зрения магии.

— Но...

— Я не буду повторять.

Суровый взгляд Оура все же подействовал на сомневающегося старейшину, и тот пулей выбежал из дома. И причина его сомнений стала ясна, как только он привел с собой девушку.

Великолепные длинные волосы черного цвета, бледная кожа, приятные пропорции тела, аккуратное лицо.

И портящий все огромный уродливый шрам, покрывающий левую половину лица.

Оуру услышал, как ахнула стоящая рядом с ним Юнис.

— Понятно, она уродина, — честно сказал Оур.

Скорее всего, та сильно обожглась в детстве. Ужаснее всего контраст обезображенной выжженной кожи с прекрасной уцелевшей стороной. У одежды девушки длинные рукава, но судя по едва выглядывающим кончикам пальцев, ожоги покрывают не только лицо, но и всю левую половину тела. Вряд ли такая девушка возбудит хоть кого-то.

— Да, мы сочли, что она настолько отвратительна вашему глазу, что даже не рассматривали ее... — пусть слова Оура немного успокоили старейшину, он продолжал говорить немного напряженно.

— Девушка. Назови свое имя.

— Меня зовут София.

В противовес старейшине, в голосе девушки не слышалось и намека на страх. Даже когда Оур назвал ее уродиной, она не повела и бровью. Ее глаза похожи на застывшие льдинки, а на лице не увидеть ни единой эмоции.

— Интересно...

Оур ухмыльнулся. Омолодив себя магией, он не утратил жизненного опыта. Оур прекрасно понимает, что очень редкий человек не изменится в лице, когда на него смотрят таким взглядом.

— Старейшина, мне нравится эта девушка. Я забираю ее с собой.

— К-как скажете, мы не против... тогда, что насчет Мари?.. — удивленно, но заискивающе обратился старейшина к Оуру.

— ...Прости, но я не могу позволить Марибель вернуться, — Оур не собирался отпускать человека, видевшего лабиринт, пусть даже частично. — И в то же время, наш договор гласит, что я буду забирать по девушке в год. Этот принцип нельзя так просто нарушать... Десять лет. В течение следующих десяти лет вы можете не присылать мне девушек.

— С... спасибо вам!

Несомненно, старейшина переживал за Марибель, а еще больше — за то, что делать следующие несколько лет. Именно поэтому слова Оура несказанно обрадовали его. В то же время и сам Оур не хотел получить в следующем году еще одного младенца.

— Решено. Следующие десять лет девушек не присылайте, но не забывайте ежемесячно посылать урожай.

С этими словами Оур применил к себе, Юнис и Софии заклинание телепортации.

Когда злой маг исчез, старейшина с протяжным воплем опустился на стул.

Он искренне радовался тому, что ужасный маг, приводивший в ужас всех девушек деревни, наконец оставил их в покое.

Когда они вновь оказались в комнате призыва, то не увидели Марибель и Лилу. Нет и скота, появившегося вместе с Марибель. Наверняка Лилу повела его в загон.

— Сюда, — обратился Оур к Софии, молча смотревшей на единственную в комнате дверь, и повел девушку в угол.

Затем он коснулся стены, и рука его прошла сквозь камень, как сквозь воздух. Эта стена — просто иллюзия, скрывавшая истинный выход.. А дверь на самом деле – просто обманка, которая ведет к яме, усеянной копьями.

Мера предосторожности на случай, если кто-то сюда все же доберется.

София прошла вслед за Оуром молча, не удостоив ловушку даже удивленным взглядом. Она казалась бесчувственной куклой.

— ...Слушай, Оур, эта девушка не кажется тебе... странной? — шепнула Юнис, шедшая сбоку от Оура.

— Чем? — зато Оур вовсе не пытался сдерживать свой голос.

— Я не знаю, но... я сейчас не про ее шрам...

Судя по словам Юнис, даже она сама не понимала, что ее смущает.

Оур с интересом бы выслушал мнение еще и Лилу, но не стал задерживаться, привел Софию в свою комнату, а обернувшись, сразу же приказал:

— Раздевайся.

София безмолвно сняла свою одежду. Все ее движения плавные, в них нет и тени страха или стыда.

Под чутким взглядом Оура София сняла одежду, затем нижнее белье и осталась в чем мать родила.

От жалости Юнис свела брови и отвела взгляд. Шрамы Софии показались ей поистине кошмарными.

Ожог шел от лица по левой половине тела: по шее, руке и груди, спускаясь к поясу.

Оур даже мысленно похвалил девицу за то, что она умудрилась не умереть от такого.

Даже оставшись совершенно голой, София совершенно не менялась в лице и не пыталась как-либо прикрываться. Вид этой совершенно неподвижной девушки наводил на мысли, что смотришь на какую-то безвкусную марионетку.

Но Оур понимал, что еще не видел ее истинного характера.

— ...Ты прекрасна, — тихо сказал он, и лицо Софии слегка дрогнуло.

Действительно, если рассматривать лишь правую половину тела Софии, она несравненно прекрасна. Длинные черные волосы, и такие же темные большие глаза. Бледная, словно фарфор, блестящая кожа, стройные руки и ноги, но при этом очень внушительные и заметные округлости. Красота, достойная изысканнейшей куклы.

Но все ее прелести словно существуют для того, чтобы подчеркивать уродливость левой стороны. Скальп, на котором уже не осталось волос, покрыт волдырями, как поверхность луны. Левое веко сгорело дотла, во всей красе демонстрируя ужасный обожженный глаз. Под истончившейся кожей лица видны мышцы, а губы опухшие, как напившиеся крови пиявки.

Ее кожа полностью выгорела, и тело покрывают рубцы, грубые, как колени старой коровы. На ее левой груди нет ареолы, от которой осталась лишь немного выделяющаяся цветом неровность. Нет и соска, вместо которого лишь шрам, похожий на затвердевшую магму.

Если рассматривать лишь площадь ожогов, то пострадавших участков тела все же меньше, чем уцелевших. И все же шрамы выглядят так, будто эта девушка создана, чтобы своим видом демонстрировать контраст между красотой и уродством.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Как ты заработала эти шрамы?

Юнис с беспокойством посмотрела на Оура. В ее глазах легко читается немой вопрос: «Зачем ты спрашиваешь об этом?»

— В детстве я облилась горящим маслом, — однако глаза Софии не дрогнули.

— Почему?

— Нас атаковали бандиты, и я сама пролила его на себя.

Юнис изумленно выпучила глаза.

— Это из-за бандитов в деревне практически нет твоих ровесниц?

— Да. Они похищали, насиловали и убивали всех мало-мальски красивых девушек. Остались лишь уродливые, и я — самая уродливая из них.

Оур слегка улыбнулся. На лице Софии так и не появилось эмоций, но они просачивались в ее слова.

— Благодаря твоей жертве, деревне больше не угрожают бандиты. Гаргулья, которую я оставил, убьет всех, кто попытается напасть на нее.

— Хорошо, — София равнодушно кивнула.

Она словно показывала, что на самом деле ей безразлично. И, скорее всего, так оно и есть.

— Ты знаешь девочку по имени Марибель? Ей около четырех-пяти лет, ее прислали в качестве жертвы до тебя.

— ...Скорее всего, это ее настоящее имя. Мы в деревне называли ее Мари.

Впервые Софи взяла небольшую паузу, прежде чем ответить. Юнис подумала, что Софи просто удивилась, узнав настоящее имя Мари, но Оур воспринял это по-другому.

— Она настолько прекрасна, что ее выбрали в качестве жертвы, несмотря на юный возраст. Ее кожа мягкая, словно шелк, а волосы подобны срезанным лучам солнца. Уже через десять лет она станет такой красавицей, что каждый мужчина будет мечтать обладать ей.

— ...Да.

— Наверное, ее любят все. Дождь обходит стороной, солнечный свет нежно ласкает, а сама земля обращается теплой периной, когда касается ее. Ни болезни, ни дикие звери не могут ее ранить, и окажись она даже у самых отпетых бандитов, они воспитают ее, словно родную дочь.

Слова Оура, зачитавшего за свою жизнь множество заклинаний, звучали как предсказание. И, в то же время, как проклятие.

На самом же деле Марибель наверняка ожидает безбедная жизнь под покровительством Оура.

— Ты завидуешь ей? — неожиданно спросил Оур и заглянул в глаза Софии.

И она впервые не нашлась с ответом.

— Ты проклята, ненавидима всеми. Все избегают, сторонятся тебя. Даже изголодавшиеся по девушкам бандиты. Когда ты идешь, под твоими ногами умирают цветы, покрывается инеем почва, останавливается ветер, а солнце скрывается за тучами. Тебя ненавидит весь мир. Твоего уродства боятся даже те страшные звери, что скрываются во тьме.

Софи смотрела на Оура. Но ее взгляд сильно изменился. Теперь в нем отчетливо видны эмоции.

— Жители деревни боялись тебя, причем вовсе не потому, что ты уродлива. Они боялись тебя, облившуюся горящим маслом, чтобы защититься. Они боялись тебя, выжившую за счет того, что ты сожгла половину собственного тела. Они боялись тебя, похожую на человека – и в то же время нечеловеческую.

И выражение лица Софи впервые изменилось. Ее кукольное и вместе с тем кошмарное лицо плавно исказилось.

— ...Ненавидишь?

Это не гнев, не ярость и не печаль.

— Да, ненавижу. Все и вся.

Глубокая, мрачная улыбка.

Юнис не могла поверить, что смотрит на обычную сельскую девушку.

Ни руки, ни ноги не отличаются выдающимися мускулами. Ее стойка моментально выдает обывателя, который не только никогда не воевал, но и не обучался боевым искусствам. Не ощущалась даже магическая энергия. Пусть Юнис и далеко до Лилу в плане чувствительности к энергии, но даже она может с первого взгляда определить, владеет ли человек магией.

Другими словами, опыт и разум героини пришли к выводу, что эта женщина совершенно не умеет и не может сражаться. Юнис могла бы при желании перерубить ее одним взмахом клинка, не встретив никакого сопротивления, словно ствол дерева.

И тем не менее, София вгоняла Юнис в ужас. Но не внешностью. Что-то в ней пробуждало внутри Юнис необъяснимое чувство, которое било тревогу и кричало, что эта девушка крайне опасна.

Возможно, прежняя, еще не повстречавшая Оура Юнис уже выхватила бы клинок и набросилась на нее. Но после этого на полу оказался бы не один труп. Улыбка Софии таила в себе такую силу, что даже героиня предчувствовала: победа достанется дорогой ценой.

— Юнис, возвращайся в комнату.

Юнис обеспокоенно посмотрела на Оура, но прочитала в его глазах «все в порядке», кивнула и послушно покинула помещение. Помимо того давления, что исходило от Софии, она ощущала еще одно.

И исходило оно от Оура.

— Ты прекрасна, — повторил Оур, когда Юнис ушла.

— Я восхищена вашей проницательностью, владыка Оур, вы смогли меня задеть.

София восприняла слова Оура как сарказм, и ответила тем же, пусть и вежливее.

— София, я назвал прекрасной твою душу. Твою черную, непроглядную ненависть ко всему сущему. Ты ненавидишь людей, ненавидишь весь мир, проклинаешь даже себя. Это редчайшие и ценнейшие качества для будущего мага. Ты можешь превзойти даже меня. Жаль оставлять такую девушку на селе.

Оур взялся за подбородок Софии и приподнял ее голову. Затем он поднес свое лицо практически на расстояние поцелуя и, глядя ей прямо в глаза, проговорил глухим голосом, словно зачитывая заклинание:

— Выбирай. Состариться и сгнить уродиной? Или же познать пределы зла, взобраться на гору трупов и пойти по окровавленной, проклятой тропе?

От пронизывающего душу взгляда Оура София содрогнулась.

От радости.

София всегда отводила взгляд и старалась никому не смотреть в глаза, но Оур смог разглядеть ее насквозь.

Он заглянул в бездонную ненависть, в разы более уродливую, нежели ожоги, и счел ее прекрасной.

— ...Ах, — обронила София блаженный возглас.

И это не возглас девушки, упивающейся счастьем. Это голос девушки, отдающей свое тело мужчине.

— Повелитель... я хочу следовать по вашему пути. Если я должна идти по трупам, я сама убью, сколько нужно. Если меня ждут кровь и проклятия, я с радостью изопью их. Я, Софилисия, клянусь своим именем.

— Тогда отныне ты моя ученица. Также отныне ты отбросишь имя Софилисии и станешь Спиной. Нерис Виа Спина — вот твое новое имя. А теперь слушай же первое наставление своего учителя.

София, она же Спина, встала на колени и приняла темное благословение.

София умерла как человек, переродившись в злого мага Спину.

— Не верь никому в этом мире кроме самой себя. Никогда не представляйся своим истинным именем. Совершай все действия ради собственной выгоды.

Спина сразу подумала, что этих же принципов придерживается и Оур.

— Зарублю на носу.

Нечего даже задумываться: Спина для Оура — лишь пешка, которой он пользуется ради собственной выгоды. И Спина сама желает стать лучшей пешкой из всех, что есть у него. Продолжая стоять на коленях, Спина поцеловала ноги Оура и поклялась в верности.

— Лилу, ты здесь?.. Так, ты что творишь? — только Оур открыл грубую деревянную дверь, как сразу перешел на страдальческий голос.

— Как что? Ты же сам просил последить за ней.

Рядом с Лилу Мари с блаженным лицом водила маленьким язычком по продолговатому объекту. Резьба на этой черной сандаловой поделке придавала ей очень знакомую форму.

— Она еще слишком маленькая, ты просто порвешь ее, если попробуешь отверстия снизу. Поэтому я и решила тренировать ей только ротик. Смотри, какая у нее хорошая игрушка. Я постаралась точно воссоздать твой рельеф.

Оур прижал ладонь к разболевшейся голове. Конечно, эта мысль в высшей степень достойна суккуба, но с какой стати она учит такому еще совсем малышку?

— Лучше учи работе по дому... и еще вот ее.

Оур велел девушке позади себя поздороваться с Лилу. Спина прошла вперед и поклонилась.

— Сегодня я стала ученицей владыки Оура. Меня зовут Спина. Приятно познакомиться.

Лилу посмотрела на Спину округлившимися глазами. Но не из-за того, что она уродлива...

А из-за того, что невероятно красива.

— Э, что за?.. Где ты такую девушку откопал?

Оур вылечил ожоги Спины и полностью вернул ей былую красоту. Как обычно, на лице Спины нет эмоций, но это лишь подчеркивает чарующую кукольную прелесть.

— Какая тебе разница? Как бы там ни было, пока что ты будешь учиться у Лилу бытовым вещам. Как патрулировать подземелья, убираться, стирать, ухаживать за монстрами и ловушками, избавляться от трупов, следить за продуктами, менять простыни и готовить.

— Наконец-то я свободна от этой работы! Ура! Как там тебя, Спина? Учись как следует! — весело воскликнула Лилу. 

Но Спина ничуть не изменилась в лице и ответила:

— Я слушаю только приказы учителя. Прошу не ошибаться и не думать, что мне может указывать жалкий фамильяр.

Улыбка примерзла к лицу Лилу. Затем демоница вскинула палец, указывая на Спину, и возмутилась, глядя на Оура:

— Оур! Эта девушка очень вредная!

— Конечно, поэтому она моя ученица.

— А-а, ты тоже вредный!

Лилу схватилась за голову. Ей показалось, что теперь у нее два Оура.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 4

— Так... Мари, ты сюда... — Я буду тут... — Ага, потому что я летать умею... — В таком случае я... Оур проснулся от приглушенного шепота и обнаружил перед собой бледные ноги. Разобравшись, куда они уходят, он увидел рядом со своей промежностью четыре головы. — ...Что вы творите? — глухо спросил он. — А, утра, господин. — Доброе утро, учитель. — Доброго, Оур! — Доб-брое утро, владыка Оур. В ответ раздались четыре приветствия. Все его спутницы раздеты догола и водят языками по восставшему естеству. Между ног Оура торчала голова Мари, усердно вылизывавшая половой орган сзади. Левую сторону оккупировала Юнис, сосредоточившаяся на ласке яичек. Справа — наклонившая голову Спина, припадающая к стержню так, словно играет на флейте. Наконец, Лилу, расправив крылья, легла на воздух над головой Оура, и водила языком по головке члена. Благодаря этому глазам Оура во всей красе представали и ее пышные бедра, и гениталии, и объемная грудь. — Аха, он встал. Все-таки в сознании ты совсем по-другому реагируешь. Как тебе утренний минет в исполнении четырех наложниц, господин? Безусловно, Оуру позавидовал бы любой мужчина, но на самом деле оральные ласки от нескольких девушек сразу не так приятны, как может показаться. Как ни странно, главное удовольствие во время минета доставляют движения ладоней, а в такой толпе ласкать руками не слишком удобно. Впрочем, все эти знания применимы лишь к обычным девушкам. Когда же оргией руководит суккуб, знающий техники ублажения в совершенстве, ощущения совсем другие. Вместе с аппетитной задницей суккуба покачивался и хвостик, словно дирижируя телами девушек. А те одновременно целовали, лизали, сосали и заглатывали член. — Кх... ага, продолжайте в том же духе. Оур протянул руки и крепко сжал грудь Юнис и Спины. В ответ они развернулись так, чтобы ему было удобнее, после чего Лилу указала им усилить натиск. Четыре языка работали вместе, словно пальцы одной руки, охватывая достоинство Оура со всех сторон. Дьявольская (буквально) ловкость их движений быстро довела Оура до оргазма. Он не стал сопротивляться и вылил белые плоды своей похоти на четыре лица. — ...И? С чего вам это в голову взбрело? — Э-э, мы все хотели разбудить тебя, Оур... — Мы ведь так и не договорились, кто отвечает за твою побудку, господин. — Все наперебой предлагали себя, и в итоге Лилу предложила нам разбудить вас вместе. — И у нас пол-лучилось! Они ответили очень слаженно. И когда они так сдружились? Оур вздохнул и отозвался: — Ладно, пора бы разделить между вами обязанности.

— На данный момент наша первоочередная задача — сбор армии, — сообщил Оур после того, как все они умылись и съели завтрак, который приготовила Спина. Оур взял в руки мел и начал рисовать на доске, невольно вспоминая времена преподавания в обществе магов. — Мне хватает помощниц, и мы обеспечены всем необходимым для жизни. Теперь нам нужны войска для расширения владений. Поскольку Юнис разгромила большинство скелетов и гоблинов, а Оур растратил большую часть магической энергии, сейчас у них практически нет вооруженных сил. Покуда у них есть Юнис, за оборону можно не переживать, но нападение — совсем другое дело. — Способы повышения численности армии можно разделить на четыре типа. Естественный прирост. Наем. Создание. Призыв. Теперь подробнее... Мари уже заснула за столом, а Оур все продолжал. Вопрос о том, зачем Мари вообще сюда пришла, он решил не задавать ввиду его бессмысленности. — Для начала, естественный прирост. Я уже касался этой темы, но всевозможные монстры и нечисть склонны сами собираться в подземельях. Хороший пример — те гоблины, что обустроили гнездо возле входа. Эти создания не враги нам, но и не союзники. Если беспечно приблизиться к ним, могут и напасть. Наша собственная территория охраняется барьером, который их отпугивает, поэтому штурмовать глубины они не станут, но что важнее — мы сами не должны к ним лезть... В частности, Спина, я поручаю тебе следить за тем, чтобы к ним не забрела Мари. — Есть. Мари, услышав свое имя, проснулась и удивленно посмотрела по сторонам. — Лилу, твоя задача — следить за приходящими монстрами. Как правило, демоны им не интересны, ведь ваши тела состоят из энергии, а не из плоти. Они инстинктивно чувствуют, что в еду вы не годитесь. Сообщай, когда у нас поселится что-то новое. — Ла-адно, — протянула Лилу, взмахивая рукой. Совершенно непонятно, нравится ей такое назначение или нет. — Основными факторами, управляющими естественным приростом, являются уровни злобы и глубины, а также форма помещений. Чем больше глубина и плотнее злоба, тем сильнее твари, которых приманивает подземелье. Что же до формы комнат, у разных монстров свои предпочтения, поэтому помещения необходимо строить разнообразные. Одни любят тесноту, другие простор, третьи высокие потолки, четвертые воду и так далее. — Можете пояснить, что есть злоба и глубина? — спросила, подняв руку, Спина, когда Оур ненадолго прервался. Оур порадовался воспитанности ученицы и пояснил: — Под злобой можно понимать плотность «демонического запаха» в воздухе. Плотность эта повышается от смерти живых существ и присутствия демонов. При достаточной плотности злобы в подземелье начнут возникать злые духи, которые тоже относятся к естественному приросту. Под глубиной имеется в виду буквально глубина подземелья. Максимальная плотность злобы рядом с поверхностью сильно ограничена. Чем глубже — тем плотнее злоба. На данный момент в нашем подземелье три уровня... но я собираюсь углублять его и дальше. Спина кивнула с понимающим видом. Юнис сидела озадаченная, не совсем переварив объяснения Оура. Убедившись, что все еще находится более-менее на одной волне со слушательницами, Оур продолжил: — Далее наем, но это сравнительно простой метод. И поэтому, если они не поймут, это уже повод для беспокойства. — Среди пришедших в подземелье монстров, а также людей, проникших в подземелье, есть те, кто согласны примкнуть к нам на определенных условиях. Конечно, это относится только к созданиям, обладающим определенным уровнем интеллекта. Таких созданий можно подкупить едой или деньгами. Деньги вообще способны нанять много кого, поэтому нужны. Это и есть суть найма. — О-о, это попроще, — ответила Юнис, в этот раз хорошо поняв объяснения. В каком-то смысле ее саму можно отнести к наемным войскам. Ее валюта — верность. — Этот метод я, как правило, буду брать на себя, но мне понадобится поддержка Юнис. Заключение контракта требует демонстрации силы, иначе меня будут недооценивать. Переговоры буду вести я, а ты, Юнис, будешь стоять рядом и смотреть суровым взглядом. — Так точно! — бодро ответила Юнис, обрадовавшись тому, что и для нее, наконец, нашлась работа. — Среди монстров могут возникать разногласия и конфликты. Другая твоя работа, Юнис, будет состоять в их подавлении. Другими словами, поддержание порядка. Лилу, если обнаружишь какие-либо беспорядки, сообщай мне и Юнис. — Как скажешь. — Это по мне, я в этом деле мастер! Удовлетворившись ответом, Оур возобновил объяснения: — Создание войск, Спина, я поручаю тебе. Под созданием я понимаю изготовление псевдоживых тварей вроде големов и скелетов. Строго говоря, в бою они практически бесполезны. Они не слишком сильны и практически безмозглы. Но... при этом абсолютно верны и не знают усталости, поэтому из них получаются великолепные работники. К тому же им не нужна еда, так что этот метод дешевле найма. Спина уверенно кивнула. Судя по тому, как внимательно она слушает, эта девушка очень смышленая. По мнению Оура, уже через месяц она наверняка научится создавать неплохих существ, а через год-два станет отличным магом. — Наконец, призыв, здесь все должно быть понятно, поскольку один призванный демон находится прямо здесь. Призыв я целиком и полностью беру на себя, поэтому вам в нем разбираться не обязательно. Впрочем, кое-что все же объясню, — проговорил Оур, бросая взгляд на Лилу. — Как нетрудно догадаться, суть призыва демонов состоит в их вызове из демонического мира и принуждения к работе. Призыв занимает очень много времени и требует очень много энергии на осуществление, а также поддержание призванного демона. Это самый затратный метод из всех, причем со значительным отрывом. Но... в то же время его эффективность гарантирована. Лилу, как суккуб, не слишком полезна в бою, но прочие демоны обладают такой силой, что никакие монстры с ними не сравнятся. Другими словами, демоны играют роль козыря. — Поня-ятно, — протянула Юнис, не осознавая, что на самом деле сама является главным козырем Оура. В памяти еще свежи воспоминания о том, как она играючи расправлялась с адскими гончими — слабыми, но все же демонами. — Подведу итог. Естественный прирост не требует затрат, но это не регулярная армия. За него отвечает Лилу. Наем позволяет получить надежных воинов, но требует денег. За него отвечает Юнис. Создание существ достаточно экономично по затратам энергии, но в бою такие создания почти бесполезны. За него отвечает Спина. Наконец, призыв демонов требует много энергии, но приносит сильнейших бойцов. За него отвечаю я. — Я-ясно. Пойду обойду лабиринт, пожалуй. — М... вроде, поняла! — Благодарю, учитель. Надеюсь на конкретные наставления относительно магии. Оур кивнул отозвавшимся прислужницам, а затем ощутил, что кто-то дергает его за рукав. Повернувшись, он увидел Мари, смотревшую на него с горящими глазами. — А я за чт-то отв-вечаю? «Что я, по-твоему, должен поручить пятилетней?» Оур с трудом сдержался и вместо этого выдавил из себя: — ...За то, чтобы приглашать меня к столу. — Хорошо! — отозвалась Мари со счастливой улыбкой.

— Господин, на первом уровне подземелья появилось гнездо кобольдов. — О-о, наконец-то! Услышав сообщение Лилу, Оур невольно расплылся в улыбке. Он редко выражал радость, и Лилу недоуменно склонила голову. — Но, если я правильно помню, кобольды — отнюдь не самые сильные создания. Они лишь немного сильнее гоблинов, разве нет? — Да, ты права. Но вместе с тем эти создания испокон веков живут в рудниках. Их прогнали во тьму потому, что они портят железо, но при этом их навыки обработки камней и рытья тоннелей выше всяческих похвал. До сих пор наша пещера расширялась лишь за счет моих скудных умений и труда бесов, но с помощью кобольдов мы сможем резко увеличить подземелье. После этих слов Лилу вспомнила, что в последнее время подземелье практически перестало расти. Даже бесы работали лишь над починкой обвалившихся участков. — Понимаешь? Не вздумай их упустить. Можешь передать им десятую долю тех продуктов, что мы скопили. Войди к ним в доверие и перемани на нашу сторону. Можешь даже использовать магию обольщения. Они терпеть не могут орков, так что размести гнезда как можно дальше, чтобы они никогда не пересекались. Если дойдет до потасовки, орки их перебьют. В случае крайней необходимости кобольдов необходимо защищать, даже если для этого придется убить всех орков. Поняла? Оур говорил так увлеченно, что у Лилу задергался глаз, но она все же кивнула в ответ. — Еще пришел отряд альвов, желающих с тобой встретиться. Что скажешь? Может, Юнис позвать? — Альвов? — Оур хмыкнул, немного подумал, а затем покачал головой. — Нет, обойдемся без Юнис. Нас с тобой хватит. Альвы — создания, живущие в лесах. В некоторых землях их называют эльфами. И мужчины, и женщины их племен прекрасны внешностью, в совершенстве владеют луком и магией, долго живут и не знают старости. В переговорной комнате, размещенной на втором уровне подземелья, появились пять смуглых красавиц. Цвет кожи указывал, что эти девушки — из рода темных альвов или деккальвов. У всех длинные черные волосы и овальные, но с острыми уголками глаза темно-зеленого цвета. В отличие от белокожих светлых альвов (лёсальвов), они воинственны и ближе к темным силам. — Благодарю за предоставленный шанс увидеться с вами. Я — Элен, вождь темного племени, — сказала девушка, стоявшая впереди. — Оур. Слушаю тебя, — Оур откинулся на спинку стула, намеренно стараясь звучать небрежно. — Если позволите перейти сразу к делу, то я хочу попросить вас о защите. Мерзкие светлые альвы истребили почти все наше племя, кроме немногих разрозненных беглецов. До вашей пещеры смогла добраться лишь наша пятерка. Я не знаю, где остальные мои товарищи. — ...Светлые альвы объединились с людьми? — спросил Оур, и Элен вздрогнула. — Не зря вас называют великим королем лабиринта, господин Оур. Вы так проницательны... В противовес воинственным темным, альвы светлые по натуре своей миролюбивы и спокойны. В бою белокожие не победили бы. А раз так, то, скорее всего, случилось следующее: темные альвы развязали войну, но светлые объединились с людьми и организовали успешную контратаку. Лёсальвов и людей едва ли можно назвать друзьями, однако меж ними точно нет той взаимной ненависти, что разделяет народы светлых и темных альвов. Что же до самих людей, то они считают, что темные альвы не лучше демонов. — Вас убивали люди, но вы обращаетесь за помощью к человеку? Оур опасался, что Элен и ее товарищи полны ненависти ко всем людям и к нему в том числе. — Вы — больше, чем человек, господин Оур. Если вы согласитесь взять нас под опеку, мы даже не подумаем пойти против вас. Они смотрели друг другу в глаза, выискивая сокрытую правду. — ...Хорошо. Чем вы заплатите? Вы ведь не думаете, что одного «не пойдем против вас» хватит, не так ли? — спросил Оур, решив, что Элен вряд ли лжет. — Конечно, нет. Пусть нас лишь пятеро, но каждая из нас стоит тысячи воинов. Мы полностью в вашем распоряжении, господин Оур, до самого дня расправы со светлыми альвами. Пять альвов высочайшего класса — это очень солидная сила. А если повезет, в будущем удастся найти и других их товарищей. Конечно, они не собираются служить вечно, но альвы обладают как долголетием, так и терпением. Оур прикинул, что они не станут особо возмущаться, даже если до мести светлым альвам пройдет сотня лет. — Хорошо, но вы не будете против того, чтобы я на всякий случай наложил на вас проклятие служения? — Разумеется, нет. — К тому же я хочу несколько изменить условия контракта. Я предпочту, чтобы вы не истребляли светлых альвов, а брали некоторых в плен. Мужчин можете убивать, а вот женщин непременно оставляйте в живых. — В плен... говорите? Лицо Элен омрачилось, когда она услышала предложение Оура. Брать пленных куда сложнее, чем просто убивать. Это может привести к дополнительным потерям. В мыслях Элен мелькнуло подозрение, что Оур намерен взять под крыло еще и светлых альвов. — Разве вы не жаждете осквернить и опорочить врагов сильнее, чем убить? Вам никогда не хотелось посмотреть на альвийку, изнасилованную до помутнения рассудка, униженную, горько изнывающую в муках, но лишенную шансов умереть? Стоило Элен увидеть на губах Оура зловещую улыбку, как ей сразу полегчало. — И, разумеется, я окажу вам помощь. Вы получите от меня зачарованные луки и стрелы, а также войско магических существ и демонов. Даже если каждая из вас стоит тысячи воинов, все вместе вы стоите лишь пяти тысяч. Не уверен, что вы сможете одолеть армию светлых альвов, объединившихся с людьми. — ...Согласна. Мы готовы служить вам на этих условиях, господин Оур. Элен, а следом и остальные альвийки преклонили колени. Оур удовлетворенно кивнул, а затем перевел взгляд на Лилу. — Лилу, приготовь им комнаты. Где у нас есть свободное место? — Э-э, как насчет южной части второго уровня? Рядом с две... — Не пойдет, — прервал ее Оур. — ...На третьем уровне, на севере. — Э?.. Но ведь с третьего уровня далеко до поверхности. К тому же там рядом наши комнаты, хорошего места там почти не осталось, — с озадаченным видом прошептала Лилу на ухо Оуру. Элен, видимо, все слышала, поскольку насупила брови. Ее мысли легко прочесть по глазам: «Вы так холодно примете нас, господин Оур?» — То, что рядом мы — неважно... рядом с комнатами, которые я хочу вам выделить, протекает подземная река. Недавно мне удалось воспользоваться подземным жаром для того, чтобы организовать постоянно работающую баню. — О, баню?! — Элен изумилась, а затем улыбнулась. — Я не могу обращаться с альвийскими красавицами так же, как и с прочими тварями. Пусть мы и живем среди темных, холодных стен, я сделаю все, чтобы ваша красота не померкла. Питаться вы тоже будете той же едой, что и мы. — И правда, мы, в отличие от двергов, валяться в грязи не любим. Я очень признательна за особые условия, — сказала Элен и низко поклонилась.

— ...Балуешь же ты красоток, Оур, — буркнула надувшаяся Лилу. Хотя в последнее время она все чаще называла его «господин», в этот раз снова обратилась по имени. — Это мне из-за тебя пришлось так сделать, глупая. Нельзя произносить слово «дверг» в лицо альвам. В тот раз Лилу чуть не сказала, что «рядом с двергами есть свободная комната». Элен почуяла это и моментально вскинула брови. — И светлые, и темные альвы с древних времен недолюбливают двергов. Если поселить их друг рядом с другом, в худшем случае и те, и другие уйдут от нас. Да, они настолько не любят друг друга. Запомни это. — У... п-прости. Оур вздохнул, взял Лилу за талию и прижал к себе. — Э-э... прямо здесь? — несмотря на озадаченный тон Лилу, она послушно приняла максимально удобную для Оура позу. — Вы, суккубы, сильнее всего сосредотачиваетесь во время секса, правильно? — Оур снял штаны, сдвинул в сторону похожую на нижнее белье одежду Лилу и резко вставил. — Отношения между монстрами — то, что тебе нужно вбить в голову в первую очередь. Я буду наказывать тебя, пока все не запомнишь. — Э, п-подож... е, если ты собрался... такое, то... о-отключи удовольствие! — Нет... итак, начнем с повторения самого главного. Кого больше всего ненавидят кобольды? — шепнул вопрос Оур на ухо Лилу сразу после того, как начал беспощадно пахать ее глубины. — О... орко-о-ов! А, нет, прек... а-а! От трения их органов Лилу выгнулась и громко застонала. Человеческая девушка от такого резкого и неожиданного проникновения ощутила бы лишь боль, но суккуб Лилу чувствовала только удовольствие. — Далее. Кого нельзя селить рядом с гигантскими пауками? — М-м, э, э-э, о... а, нет, ах-х! А, точно, м-мух! Ги! …гантских! Мух! — Правильно. Больше всего огромные пауки, способные заглотить человека целиком, любят таких же больших мух. Если гигантские пауки найдут их гнездо, то немедленно нападут и всех сожрут. — Следующий вопрос. Кого нужно держать подальше от вампиров? — Э-э?! Я, ах!.. Не!.. Зна!.. Ю! Раз!.. Раз!.. Разве?! У них! Е-е.. есть! Вра-а… а-ах! Враги?! — Правильный ответ: священников. Очевидно, это слабое место вампиров. Он пронзал ее, проникая в самые глубины. — А-а-а-а-а! Ч-что?! Это нечест... а-а-а-а! Хватит! Хвати-ит! Я-а! Сейчас! Свихну-усь!.. — Это плохо. Тебе еще столько всего нужно выучить. Кого нельзя селить рядом с огненными дрейками? — Дре!.. Ах! У драк! …онов! Разве во-о… а-а! Не могу-у! …обще есть!.. Хоть ка-а-х! …кие-то! Враги?! — Правильный ответ — большие группы морозных гигантов. От холода дрейки впадают в спячку. — У-у-у, ты уже просто издеваешься надо мной! Грязный! Старый! Сади-и-и-и-ист! Еще долго в углу второго уровня лабиринта Оура раздавались крики и стоны, перемежающиеся оскорблениями.

— Ва-ха-ха-ха-ха! Второй уровень. Оур шел по своим делам, но услышал из дальней комнаты задорный хохот и направился в нее. — Э-эх, все-таки жалко, что ты человеческая девушка! Сильная, храбрая, выпить не против! А вообще, подумаешь, что человек, выходи за меня! — А-ха-ха, нет уж, у меня Оур. — А-а, так ты жена мага? Ну, тогда ничего не попишешь! Оур заглянул в комнату и увидел попойку с участием нескольких двергов и Юнис. Судя по красным лицам собравшихся, приняли они уже изрядно. Дверги, также известные как дворфы, — хранители железа и огня, живущие в шахтах. Они крепкие, низкорослые и от рождения морщинистые, словно старики. Руки у них такие длинные, что доходят почти до самой земли, даже когда дверги стоят на ногах. Они уродливые и упрямые, но при этом жизнерадостные и любят выпить. Если с ними подружиться, они станут приятными товарищами. К тому же они очень умелые и способны создавать зачарованные оружие и броню. — А, Оур. Как дела? Юнис заметила Оура и помахала ему рукой. Дверги тоже приветственно помахали руками. — Нормально, зашел посмотреть, как вы. Вижу, совсем сдружились. Оур подошел к сидевшей кругом компании и тоже сел за стол. Один из двергов обнял его за плечи длинными руками, а затем сразу же вернулся к выпивке. Оур скорчился — дверги почти не моются и поэтому источают непередаваемую вонь, в которой смешаны запахи тела и алкоголя. — Еще бы, редко когда увидишь человеческую девушку, которая умеет столько пить! Ну что, маг, давай с нами! — Хорошо, выпьем. Оур сделал вид, что пьет, а сам с помощью магии превратил пойло в безобидную воду. Алкоголь, который варят дверги, настолько силен, что обычный человек от него пьянеет моментально. А с Юнис, которая бодро его хлещет, явно что-то не так. — Но какое же она сокровище! Будь Юнис чуть-чуть покрасивее, я бы ее у тебя, маг, кулаками отбивал! — А-ха-ха, лучше не надо, ты бы проиграл. Юнис отреагировала на пьяные бредни дверга совершенно серьезно, что их весьма позабавило. — А серьезно, ну, пусть высоковата, но ей бы нос расплющить, живот отпустить и ноги покороче, была бы така-а-я красотка! Чувство прекрасного у двергов сильно отличается от человеческого. После этих слов Юнис немного поникла: — Оу-ур, ты тоже хочешь, чтобы у меня был плоский нос, пузо и короткие ноги? — Нет, Юнис, ты и так сойдешь... в смысле, хороша. — Ха-ха-ха! Милосердный ты все-таки, маг! Дверг с такой силой постучал собеседника по спине, что у того вода не в то горло пошла, и Оур закашлял. — ...Кстати, вы сделали, о чем мы вас просили? — откашлявшись, маг решил сменить тему. — Ага, двери и сундуки уже готовы, — дверг указал пальцем на сложенные на полу изделия. Пусть их и свалили в беспорядочную кучу, но сделаны они на редкость качественно и надежно. — Хорошо. Я потом пришлю бесов, они установят. — А-а, нет, не надо. Они для такой работы слишком маленькие. Мы сами все установим, только покажи куда. До сих пор Оур и его соратники пользовались дверями, украденными из домов разоренной деревни, и теми, что сколотили бесы. И те, и другие сделаны из досок и наспех прикрепленной ручки. Многие не подходили по размеру проходам, и по бокам оставались щели. К тому же они не могли похвастаться и прочностью — их можно выбить одним ударом топора, а некоторые и вовсе разваливались от частого использования. Но двергские врата задержат даже самых опытных авантюристов не меньше чем на десять минут. Что же до сундуков, то они для сокровищ. В них будут лежать деньги и зачарованные вещи. Затем каждый оборудуют ловушками и расставят по уголкам лабиринта. Они будут играть роль приманки для авантюристов, которые поплатятся за свою жадность жизнью. — Спасибо вам. Еще мне нужно, чтобы вы сделали пять луков... — Луков? Когда Оур снова сменил тему, дверги изменились в лице. Луки — характерное оружие альвов. Среди двергов традиционно считается, что мужчина должен сражаться в ближнем бою, поэтому к лукам они относятся с неприязнью. — В награду я дам вам десять бочек свежего пива. — Отлично, мы согласны! Дверги тут же развеселились. На самом деле они не испытывают к альвам сильной ответной ненависти. За хорошую награду они согласились работать без лишних вопросов.

— Ах, блаженство... — пробормотала Юнис, покачиваясь от шагов Оура. Конечно же, когда она опьянела настолько, что уснула на столе, Оур не стал бросать ее, а под улюлюканье двергов взвалил на спину. — Проснулась? Оур собирался было поставить ее на ноги и заставить шагать самостоятельно, но Юнис успела заметить его действия и вцепилась в Оура крепкой хваткой. Она смогла понять его намерения по движениям мускулов и опередить. Пожалуй, никогда еще невероятное боевое чутье, присущее прирожденным героям, не использовалось для такого пустяка. — Эй, ты чего делаешь? — Э-хе-хе, Оур, давненько мы не оставались вдвоем. Юнис проигнорировала слова Оура и потерлась щекой о его спину. Они находятся в подземелье, где в последнее время развелось очень много монстров, покорившихся Оуру. Под ногами постоянно носятся бесы, издалека доносится вой магических зверей, но Юнис ворковала так, словно парочка уединилась где-нибудь в глухом лесу. — Ты правда думаешь, что я хороша как есть? Мне точно не нужно ноги укоротить? — спросила возбудившаяся Юнис, проводя языком от шеи Оура к уху. — Разве что с точки зрения дверга. Как человек ты очень красива, — проговорил Оур с таким видом, словно его сейчас стошнит. — Э-хе-хе, я так рада, — Юнис крепко обняла Оура. — Слушай, Оур... возьми меня? — Пощады не жди. Оур вздохнул, нашел поблизости пустую комнату, развернул вокруг нее барьер, а затем бросил Юнис на пол. Та быстро разделась, постелила одежду вместо покрывала и приложила руку к промежности. — Вижу, ласки тебе не нужны. — М-м, но поцеловать надо. Юнис протянула руки, обхватила Оура, прильнула к его губам, сцепив языки. Оур продолжил тем, что вошел в Юнис. Ее сокровенные места уже увлажнились настолько, что не оказали никакого сопротивления. — Каким же развратным стало твое тело. — Это ты сделал его таким, Оур. Юнис притянула голову Оура к себе и запечатала губы, словно прося не говорить лишних слов. Вслед за этим она заключила любовника в столь крепкие объятия, что тот ни за что бы не смог вырваться. Поэтому Оуру пришлось атаковать противника в самые уязвимые места, как и подобает магу. — М, м-м... Он водил бедрами по кругу, чтобы их органы как можно сильнее терлись друг от друга. Своими движениями Оур массировал ее клитор и распалял все сильнее, но почти не двигался внутри, а потому лишь подстегивал страсть Юнис. Через какое-то время он начал еще и ласкать грудь девушки руками. Ее приятные формы нельзя назвать ни большими, ни маленькими — Юнис одарена ровно настолько, чтобы выступы ее как раз вмещались в ладони Оура. — Я больше не могу-у! — взмолилась, наконец, Юнис, разжав свою хватку. Железная воля героя, стойко сносящего тяготы и лишения, посыпалась осколками стекла под натиском наслаждения, доставленного любимым человеком. — А-а, м-м, О-Оур. М-м... они не слишком… маленькие?.. — спросила она Оура, мягко массировавшего ее грудь. — Размер не имеет значения... я же сказал, ты очень красива, — ответил Оур с таким видом, словно Юнис крайне унизила его, вынудив сказать подобные слова. Поначалу Юнис казалось, что он лишь заставлял себя делать комплименты, но теперь ей подумалось, что Оур просто стесняется. Пусть даже сам он ни за что бы этого не признал. — М, я так рада... давай, пронзай меня глубже! Развороти меня... На это Оур ничего не сказал, но желание ее исполнил как следует.

— Как дела? Оур обратился к Спине, как раз когда та усердно вырезала на дереве магические диаграммы. Она создавала деревянного голема, простейшую живую марионетку. — Уже почти готово. Спина бросила быстрый взгляд на ставшего в дверях Оура и вернулась к работе. Она закончила вырезать диаграммы на руках и ногах и как раз доделывала небольшую круглую голову. — Хм, весьма недурно, — заключил Оур после того, как приподнял руку голема и проверил качество. Конечно, многие линии не совсем аккуратные, но работать голем будет. Для новичка результат вполне достойный. — Еще я попробовала создать слизняка по вашему поручению, но... Спина скосила взгляд вглубь комнаты. Там в углу стояла целая куча склянок, пробирок и других приборов, которых меньше всего ожидаешь найти в комнате девушки. Существует два подхода к созданию магических существ. Первый — зачарование: создается человекоподобный каркас, а затем магия вдыхает в него жизнь. Так появляются скелеты и големы. Второй — алхимия: в нем составляющие части «гомункулов» создаются из магии и реагентов, а оживают они сами по себе. Слизняки — результаты неудавшихся алхимических экспериментов по созданию гомункулов. У них похожие на желе жидкие тела, которые растут, переваривая всё, что только попадается. Когда эти неприятные создания достаточно вырастают, они разделяются надвое. Двигаются они медленно, разумом как таковым не обладают и для решения военных задач не годятся, но помогают содержать лабиринт в чистоте, поедая трупы, а в бою способны помешать противникам за счет своей нечувствительности к мечам и копьям. Поэтому Оур поручил Спине создать их побольше. Хоть слизняки и считаются ошибками алхимии, их можно делать намеренно, получая при этом разные варианты тварей: например, бронебойных, питающихся железом, или антимагических, поглощающих энергию. К тому же Оур рассчитывал, что Спина наберется опыта, который понадобится для создания настоящих гомункулов. — К сожалению, у меня не получилось: живых существ он не ест. Спина указала взглядом на склянку, в которой копошилось нечто розовое. — Ну, не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Ты занимаешься магией лишь месяц. Не расстраивайся. — Хорошо, — послушно согласилась Спина. Она почти не проявляет эмоций. Очень трудно понять, что она на самом деле думает. — Кстати... — непринужденно сменила она тему, вновь возвращаясь к вырезанию диаграмм на голове голема. — Я так понимаю, вы вчера хорошо провели время с Юнис. А до нее — с Лилу. Оур хмыкнул. Спина вовсе не осуждала его, да и не стала бы она судить своего учителя, но мужчине все равно неприятно слышать, как кто-то касается его взаимоотношений с другими женщинами. — Почему вы не делитесь любовью со мной? — прямо спросила Спина. Конечно, ей доводилось ублажать Оура ртом, руками и грудью, но он никогда не спал с ней, и она до сих пор оставалась невинной. — Если ты стремишься работать с магией, лучше будь непорочной. В девственности множество плюсов. Красота и непорочность — очень важное сочетание с точки зрения магии. Особенно ценно то, что сохраняет красоту, но легко поддается порче. Потому маги больше ценят не золото, которое никогда не ржавеет и не теряет блеска, но серебро, что вмиг тускнеет, если за ним не ухаживать. Так и юные прекрасные девы значительно ценнее, пока берегут невинность. Именно поэтому Оур требовал от деревень девственниц. Они хороши всем — их можно приносить в жертву демонам, использовать в качестве реагентов для заклинаний или просто предаваться плотским утехам. — ...Ладно. — Ты недовольна? — Нет, — Спина покачала головой. Своих чувств она, как обычно, не выдавала. — Я буду в точности следовать словам моего дражайшего учителя. О недовольстве не может быть и речи. Оур замешкался, не понимая, говорит Спина с иронией или всерьез. Спина быстро научилась быть «непроницаемой». Но хоть Оур и считал, что для кандидата в наследницы это отличное качество, легче ему не становилось. — ...Готово. Спина сдула стружку с головы голема и взяла ее в руки. — Что же, попробуй его оживить. — Есть. Спина сложила все части голема воедино, глубоко вдохнула и начала плести заклинание. В комнату потекла энергия цвета кромешной тьмы и точно чернила впиталась в диаграмму на деревянной голове. В пустых глазницах голема загорелись огоньки. Вокруг лица его всплыли письмена, словно написанные черным светом. Части конструкции притянулись друг к другу и сцепились. А затем голем с трудом поднялся на ноги, напоминая марионетку неумелого шута. Сразу после этого он пошатнулся и упал прямо на Спину. От удара члены голема сразу рассыпались. Дальше всех укатилась небольшая голова. — Ты в порядке? Спина сделала голема из высушенного дерева. Он не слишком тяжелый и не должен был ее травмировать. Но послышался другой звук — где-то что-то разбилось. Оур перевел взгляд и увидел, что розовый слизняк покинул склянку и сразу пополз к девушке. — Тц. Спина, где у него слабое место?! Если Оур поступит необдуманно, слизняк может съесть его. Чаще всего слизней легко победить огнем, но некоторые алхимики специально наделяют их жароустойчивостью или даже обучают слизняков питаться пламенем. В таких случаях от огня никакой пользы, один вред. — Не волнуйтесь, ничего живого он не ест. Прицепившийся к руке Спины слизняк дополз до локтя. На теле ученицы Оура не появлялось ни единой царапины, но слизень рос в размерах. Значит, что-то он все-таки ест. — Он поедает лишь металл, некоторые растения и кожу мертвых животных... другими словами, только одежду. Монстр двигался дальше, не оставляя после себя и следа того платья, которое носила Спина. Ее бледная кожа хорошо просвечивала сквозь прозрачного слизня, ранее легко помещавшегося на ладони, а теперь способного накрыть Спину целиком. — Кстати, я примешала к ним афродизиаков, так что когда он обволакивает жертву, та начинает возбуждаться. — Что ты создала?! — воскликнул Оур. Он уже начал смутно догадываться, что все эти свойства — далеко не случайность. — М, м-м... он пытается... войти в меня.

Слизняк переползал к нижней части тела Спины. От одежды ее остались лишь ошметки, которые ничуть не скрывали чувственной возбужденной плоти.

В версии с изображениями тут находится картинка. — И ведь хватило же тебе ума такое создать... так, а на меня он не набросится? Спина, уже зардевшаяся от афродизиаков, замотала головой. — Он ненавидит мужчин. Если вы попытаетесь притронуться к нему — он сбежит. А если изольете на него семя — тем более. — Ты что, гений?! Оур схватился за голову. Вот же незадача. Трудно поверить, что первым плодом ее необузданного таланта стало такое. Может, она и падение голема подстроила? — Простите, но если вы не поспешите, слизняк станет моим первым любовником. — Понял, не торопи меня!.. Ну, дела. Его ученица оказалась настолько способной, что Оур ощутил легкую тревогу. Он схватил Спину за ноги, а затем вошел в ее промежность. Девушка вымокла до основания — возможно, следовало благодарить афродизиаки, а возможно, не только их. Розовый слизняк заворочался и пополз, словно не вынося касания Оура. — Если вы меня не обнимите, он не отстанет. — Какой требовательный. Оур полностью прильнул к Спине, запечатал ее губы и обвил руки вокруг спины. Как только он начал ласкать ее тело, слизняк окончательно ретировался. От одежды девушки, впрочем, не осталось и нитки. — Он ушел. Оур попытался было отпрянуть, но Спина ухватилась за него руками и ногами, а затем сладостно выдохнула. — Я больше не могу... афродизиаки так возбудили меня, что я сойду с ума, если вы не удовлетворите меня. — Ты с самого начала на это рассчитывала?! Если подумать, раз Спина может спокойно описывать происходящее, с ума она точно не сходит, но и Оур вовсе не собирался отступать. Отпрянуть он попробовал лишь из-за недовольства тем, что полностью отыграл по ее сценарию. — ...Если хотела секса, сказала бы прямо с самого начала. Я бы трахал тебя сколько нужно и без таких извилистых методов. — Я н... не могу такое сказать, — сказала Спина, отвела взгляд и покраснела. Вряд ли из-за афродизиаков.

«Какая вредная женщина», — подумал маг и приступил к делу. Может, она и пошла на немыслимые происки, но только ради любви Оура, и тот счел такой жест весьма милым. — М-м... ф-ф. Когда Оур пронзил Спину, та шумно выдохнула через нос. Железная маска невозмутимости на ее лице растаяла. Она страдальчески свела брови, словно умоляя взять ее. Когда Оур заметил на кукольно милом лице попытки сдержаться и не застонать, ощущение «она провела меня» сняло как рукой, уступив место разыгравшемуся садизму. — Каково тебе? Внутри ты вся дергаешься и копошишься. Значит, хотела, чтобы тебя трахнули. По вкусу ли тебе плоть, что лишила тебя девственности? — Кх... м... Спина крепко поджимала губы и давила голос. Оур медленно проник вглубь ее, и тело ученицы содрогнулось. Параллельно с этим он приставил пальцы к заветному бугорку над ее влагалищем. — А это клитор... известно ли тебе, для чего он? Зачем он дан женщине? Спина нашла в себе силы покачать головой. — Ответ: «для сексуального удовлетворения». — Хья! Когда Оур начал ласкать и клитор, Спина, наконец, не выдержала. — Теперь понимаешь? Он не нужен больше ни для чего и служит лишь этой цели. Чувствуешь, как он презренен и постыден? — А, а-а! И, а-ам! Он пробил ее защиту, и больше она терпеть не могла. Одна за другой Спину захлестывали волны наслаждения, и она послушно стонала. — М-м, м! Ох, а, и-и! Оур хозяйничал в ее рту языком, натирал клитор пальцами и пронзал вагину членом. И каждый раз Спина стонала, вздрагивала и выгибалась. Разогретое афродизиаками возбуждение распалило ее тело настолько, что даже касание ладонью приносило удовольствие. Она кончила уже много раз, и помутневшее создание просило лишь одного: Оура. — Я кончаю... принимай, Спина! — Хья-а-а! А-а-а-а! А, а! Фха-а-а-а-а-а-а! Спина ощутила, как залпы семени Оура попали на стенки влагалища, и кончила как никогда раньше. Со рта потекла слюна, между ног вырвалась струя, а из глаз брызнули слезы. Наконец, ее зрачки закатились. Когда Оур увидел силу ее оргазма, то подумал, что она, быть может, не шутила, когда грозилась сойти с ума, если ее не удовлетворят. Что же за препараты она подмешала в слизняка, если они довели девственницу до такого экстаза? Конечно, во многом свою роль сыграли не афродизиаки, а до безумия сильная любовь Спины к Оуру, но маг сей страсти не замечал. Оур успел было подумать, что афродизиаки Спины могут пригодиться для пыток вторгшихся в подземелье женщин, как вдруг заметил пропажу того самого слизня. Через несколько минут вдали послышались вопли Юнис, но Спина даже после потери сознания выглядела такой счастливой и так крепко держалась за Оура, что спасти бедолагу удалось далеко не сразу.

Призыв — очень сложная магия. Во-первых, на одно только подключение к иному плану бытия и обращение к нужному адресату уходит много сил. Неумелые маги часто неумышленно открывают не те проходы и призывают бедствия на свои головы. Во-вторых, необходимо подумать о своей защите от призванного создания. Вызванный демон вовсе не обязан повиноваться заклинателю. Такие твари всегда готовы высосать из человека душу. Чаще всего под защитой понимают магические диаграммы, из которых демоны не могут выбраться, но самые могущественные обитатели ада в силах попросту уничтожить хлипкие барьеры. К тому же малейшие ошибки начертания знаков могут помешать созданию барьера. Наконец, однозначно предсказать, сработает ли конкретный барьер против конкретного демона, не может никто. В-третьих, даже успешный призыв и заточение демона в диаграммах — лишь полдела. Демона нужно уговорить подписать договор, однако призванный прекрасно понимает, что магу нужна помощь. Поэтому чаще всего демоны выдвигают свои требования. Магу нужны недюжинная мудрость и сила воли, чтобы не попасться на уловки, не развеять диаграммы раньше времени, не заключить невыгодный договор и не сдаться под напором лжи и угроз. Но в награду можно получить послушного демона. Призыв бесят и прочих слабых прислужников — дело нескольких минут, но как только речь заходит о слугах классом повыше, процесс усложняется в разы. Подготовка к призыву высокорангового демона и вовсе может занять долгие годы. Оур решил тщательно проверить диаграммы, на рисование которых ушел целый месяц. Он излил немного янтарной энергии на поверхность сложных рисунков и трижды убедился, что та свободно перетекает по узору, нигде не прерываясь. — Подойди, девочка. Оур взмахнул рукой, и стоявшая в сторонке девушка беспокойно подбежала к нему. Это создание с заплетенными в косу каштановыми волосами и простоватыми чертами лица — очередная непорочная дева, только сегодня прибывшая в лабиринт мага. Красавицей ее назвать сложно, но симпатичной — вполне. Ее лицо никогда не знало косметики, и потому она выглядит как обычная неотесанная селянка. Имя ей — Мио. — Вытяни левую руку. Мио явно нервничала, но спорить не стала и покорно протянула руку. Оур провел по ее запястью кинжалом. Девушка не ощутила боли – лишь холод клинка. Из ранки капнула кровь. Оур особым образом сложил пальцы левой руки и коснулся запястья Мио. Кровотечение мгновенно прекратилось, а рана бесследно пропала. — Хорошо. Теперь отойди. Оур краем глаза проследил за отступившей Мио, а затем зачитал заклинание. Вытекшая на пол кровь вспыхнула и исчезла. Центр диаграмм воспылал. Огонь распространился до линий диаграммы и остановился, словно наткнувшись на стену. Вместо этого адское пламя начало змеиться и возноситься к потолку. И как только показалось, что огонь заполонил все пространство внутри диаграмм... Грянул гром, и пламя бесследно растворилось в воздухе. — Это ты призвал меня? На месте огня появился уродливый демон. Оур услышал шумный вдох Мио. Пожалуй, ее следует похвалить за то, что она не завизжала. Чем больше показываешь страха, тем настырнее демон. — Именно. Я предлагаю тебе магическую энергию и кровь девственницы. Взамен ты будешь служить мне верой и правдой. — Не смеши. Голос демона звучал противно, словно скрежет когтей по металлу. Верхняя половина его тела напоминала человека с багровой кожей, а нижняя — мохнатого зверя. Весь он покрыт бугрящимися мускулами, рук у него четыре, и каждая в обхвате шире всего Оура. Венчаются руки когтями, остроты которых не выдержит даже сталь. У него волчья пасть и козлиные рога. Оранжевые глаза светились как фонари и не сводили с Оура взгляда. — Мне нужна не кровь, а души. Души десяти непорочных дев — и я подумаю, — надменно заявил демон. Мио затрепетала от страха. Но Оур и бровью не повел. — Это ты меня не смеши. Я не намерен столько платить младшему демону вроде тебя. Торговаться я не буду. Принимай условия или я отправлю тебя обратно. Демон хмыкнул и сложил на груди все четыре руки. По силе он и правда относится к «младшим демонам» в человеческой классификации, но на деле в иерархии занимает далеко не последнее место. Естественно, он не сравнится ни со старшими, ни тем более с архидемонами, но только легендарным чародеям времен сотворения мира удавалось призывать столь могучих созданий. В настоящее время лишь самые искусные маги могут успешно призвать младшего демона. Тем не менее, уверенность Оура убедила демона в том, что он стоит перед весьма необычным человеком. — Так ты безмозглее беса? Не чуешь моей силы, которой служат шестьсот шестьдесят шесть демонов?.. Тело Оура воссияло янтарной магической энергией. У человека не должно быть запасов, которые позволяли бы так светиться ею. — Шестьсот шестьдесят шесть, говоришь?.. Невозможная цифра. Даже десять демонов истощили бы рядового мага. Но невозможно иметь и тот запас энергии, что показал Оур. А главное — демон знал, что маг не врет. Мало-мальски могущественные демоны видят человеческую ложь насквозь. Конечно, маг может попытаться скрыть ее заклинанием, но тогда демон почуял бы магию. Младший демон ничуть не сомневался, что Оур говорит правду. А раз так, он не блефует. Ему действительно не составляет труда призвать демона, и с тем, кто не соглашается на условия, разговор короток. Такие маги попадаются далеко не каждый день. — ...Хорошо, согласен на одну. Моя помощь в обмен на душу одной девы. Демон серьезно уступил. Во-первых, он сократил требования, во-вторых, уже не употребил слова «подумаю». Естественно, он не стал принимать изначальные условия, но демон не сомневался, что маг с радостью пойдет на компромисс. — Не годится. Кровь девственниц и энергия в обмен на служение и помощь... хорошо, согласен отдавать души врагов, которых ты сразишь по моим приказам. Но Оур, можно сказать, совсем не пошел навстречу. Очевидно, среди его врагов обладателей непорочных душ не сыщешь. А уж дев — тем более. Уступка мага ничего не значила. — ...Раз так, переговоры окончены! Демон изрыгнул пламя, и оно заполнило пространство внутри диаграммы. Может, маг и силен, но демон не хочет работать бесплатно. И ладно бы Оур согласился на «помощь», но «служение» означало, что демон не сможет отказывать, а контракт будет бессрочным. На такое он идти не собирался. Маг начертил хорошую диаграмму, но нескольких минут натиска младшего демона она бы не выдержала. Терять демону все равно нечего — когда маги говорят о том, чтобы отправить демона восвояси, речь идет об убийстве. А раз заклинатель уничтожает отказавшихся демонов, стоит попробовать рискнуть и напасть на него. Но как только демон напрягся и попытался разломать диаграмму... — Владыка Оур, пора обедать. Недавно установленные двергские врата отворились, и в комнату вошла маленькая девочка. — Что?.. Огонь мгновенно потух и обратился черным дымом. Демон ошарашенно уставился на девочку. — Ты говорил о крови девственниц. Ты про нее? — ...Если ты того пожелаешь, — озадаченно ответил Оур. — Хорошо, согласен, давай контракт! Девочка-девочка, как тебя зовут? — Э?.. Меня Мари-м-м-м. Оур успел зажать девочке рот — она чуть не представилась истинным именем. «Мари. Ах, Мари», — бормотал демон и обхватил себя руками, словно прижимая воображаемую малышку. Может, истинное имя он не узнал, но ему и неважно. «Великолепная. Ах, какая великолепная дева. Никогда не видел такого человека». Золотые волнистые волосы. Невинные глаза, блестящие, словно драгоценные камни. Пухлые щечки, розовые, как два бутона. Наверняка мягкое и теплое тело. И, как он уже почуял, могущественное благословение от мага. — Ч-что у тебя голос вдруг изменился? — спросил Оур, озадаченный внезапной переменой настроения демона. Маг уже собирался предложить в жертвы Мио, не представлявшую для него особой ценности, но едва демон взглянул на Мари, как мигом принял все условия. Безусловно, согласие играло Оуру на руку, но он никак не ожидал таких драматичных поворотов. — Ну, тем тоном я говорю, в основном, чтобы людей пугать, не обращай внимания. Давай лучше контракт скорее. «...Вот уж не думал, что ты педофил», — беззвучно обронил Оур, вытащил контракт и протянул демону. А взгляд того настолько приковало к Мари, что он подписал документ, не глядя.

— Ты что, обманул меня?! Демон, представившийся Логаном, подошел к Оуру и, судя по всему, очень хотел схватить мага за шиворот. И если бы не контракт, запрещающий любое насилие в отношении Оура, так бы и сделал. — Я тебе не врал. — Ты сказал, у тебя шестьсот шестьдесят шесть демонов. Так ведь из них не меньше шестиста сорока — бесята! — Если точнее, бесов шестьсот пятьдесят четыре. А еще четырнадцать гаргулий, пять адских гончих и один суккуб. Чаще всего маги даже не относят бесов к демонам, настолько пренебрежительно низкую строчку в адской иерархии те занимают. Да и обычно не призывает их никто сотнями — для простой работы достаточно пары-тройки, а в остальном они бесполезны. — А с кровью девственницы что?! Нет, кровь Мари и правда до невозможного вкусна... но не одну каплю в неделю же! — Все было в контракте. Сам виноват. Чаще всего под «кровью» демоны понимают всю кровь до последней капли. Если уж не отдали душу, то хотя бы все тело. — А-а-а-а! Обману-у-ул! Но теперь поздно. Логана связывали условия контракта, и он не мог атаковать ни Оура, ни его девушек. — Не жалеешь ты все-таки мужчин, Оур... хорошо, что я девушка, — с облегчением в голосе обронила Лилу, глядя на судьбу, которой ей повезло избежать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Перерыв. Налаживаем отношения с приспешницами

— Эх-х, какая Мари все-таки миленькая. У нее даже в тени приятно. — Замолчи, извращенец, — держась за голову, бросил Оур шедшей сбоку Мари. В тени девочки притаился Логан. Поскольку ни для чего, кроме битв, этот демон особо не годился, Оур разрешил ему прятаться в тени Мари. Она, в отличие от Спины и Юнис, порой забредала невесть куда. Маг назначил Логана следить за девочкой и охранять, и к тому же — в тени Мари демон ворчал гораздо меньше, а слушать его причитания Оуру надоело очень быстро. — Ты понял? Каплю крови в неделю и не смей притрагиваться к ней. — Да понял я, мужик, понял. Я и сам не хочу терять такого замечательного человека. Yes lolita, no touch! — Ноу тач! — А ты за этим идиотом не повторяй, Мари. Как ни странно, Мари с демоном сразу сдружилась. Оур мысленно пообещал себе испепелить и изгнать демона, как только тот станет бесполезным. — Как дела, Мио? — А, владыка Оур. Я как раз заканчиваю чистить. По пути они заглянули в загон. Мио водила по спине коровы большой щеткой. В последнее время они прекратили сразу же забивать всех присланных коров и какое-то время держали их в загоне. Произошло это как раз с появлением Мио, и ухаживала за животными тоже она. Мио в прошлом — дочь хозяина пастбища, и ее очень разозлило небрежное отношение Оура к животным. Маг изрядно удивился — Мио ни слова не сказала, когда Оур чуть не пожертвовал ее демону, однако вслух возмутилась, едва узнала о том, как в подземелье обращаются со скотом. С тех пор она практически не вылезала из загона. К тому же, хотя сама Мио ела самую скромную еду, она не стеснялась выпрашивать все новые вещи для ухода за скотом. Загон быстро увеличился в размерах и оброс целой горой инвентаря. — Мы идем в баню. Пойдешь с нами? — А, вы не против? Тогда не откажусь. Пусть Мио не слишком заботилась о собственной внешности, к гигиене, как и положено девушке, относилась с трепетом. От возни с животными она потела и начинала вонять коровами. Сама она попроситься стеснялась, но предложение Оура приняла с радостью. — Баня, если что, подогревается круглосуточно, разрешения можешь не спрашивать. Мойся, когда захочешь. — К-как скажете. Мио нервно кивнула и вышла из загона. Во всем, что не касалось скота, она была девушкой до ужаса робкой и скромной. — Бхе?! — вдруг раздался голос Логана, пока они шли по коридору. Мари шла дальше, а тень за ее спиной вытягивалась и обретала очертания демона. — Тебе баня не нужна. Прекрати ломать щиты. Оур развернул вокруг бани антидемонический барьер. Впрочем, поскольку Лилу тот пропускал, его, пожалуй, стоило назвать "антилогановым". — Что?! Ты что, задумал мягкую кожу Мари в одиночку тискать?! — Не равняй меня с собой. Хотя, не Оуру о таком говорить: Мари по наводке и наставлениям Лилу уже не раз ублажала хозяина подземелья ртом. — П-простите, владыка Оур, но вы не слишком с ним жестоко?.. — обронила Мио, которой, видимо, оставленный за барьером Логан напомнил о животных на скотобойне. — О-о, вот, телка дело говорит! — Хотя нет, идемте. Мио сразу развернулась. Может, она уступает остальным красавицам подземелья, но девичьей ранимости не лишена.

— О-о, и вы здесь, господин. Как только дверь открылась, Мио сразу поникла. В воде нежились темные альвийки во главе с Элен. Мио грустила даже оказываясь рядом с прекрасными Лилу, Юнис или Спиной, но вид пяти смуглых красавиц давил на нее куда сильнее.

В версии с изображениями тут находится картинка. — Погодите, баня общая?! — ошеломленно воскликнула Мио, глядя, как Оур раздевается и скидывает одежду в корзину. — Именно. Пока что я в подземелье — единственный мужчина. На постоянный подогрев купальни уходит много энергии. Не стану же я еще одну делать. Логана Оур сознательно не замечал. Баня — гордость мага. Ради нее он проделал коридоры так, чтобы поправить силовые линии, и направил на подогрев воды подземное тепло. Пол в ней выложен мозаичной плиткой, причем под углом, чтобы стекала вода. Сам резервуар выкопан прямо в земле. Теперь в него уже не нужно бросать горячие камни — вода всегда готова, и мыться можно в любое время. Можно сказать, Оур сделал искусственный горячий источник. — Господин, мы испытали те луки, что получили от вас, и они великолепны! Серого медведя одним выстрелом. Шкуру и мясо мы вручим вам позже. Элен улыбнулась, причем весьма непринужденно. Конечно, торжественность речи никуда не делась, но альвийка перестала сторониться мага. Видимо, она начала привыкать к нему. Оур подарил им первоклассные магические луки, созданные двергами и зачарованные им лично. Хотя тетива их натягивается на удивление легко, бьют они сильнее арбалетов. Стреляют они верно, а добить могут до самого горизонта. А если добавить непревзойденные навыки альвиек, впятером они смогут просто засыпать врагов стрелами. — Хорошо, рад слышать. Надеюсь, товарищей ваших мы тоже скоро найдем. Оур поднял Мари и сел в центре кольца из альвиек. Ванна еще глубока для малышки, и она утонет, если ее не держать. — Мио, ты тоже заходи. Мио стояла у входа, краснела и не находила себе места. После слов Оура она все же нехотя разделась и осторожно погрузилась у самого края воды. Приятное тепло быстро окутало ее, и она испустила невольный вздох. — Итак, господин, — Элен прокашлялась, вновь приняла серьезный вид и продолжила: — Ваш великолепный дар в очередной раз укрепил нашу верность. Поэтому мы... хотим принадлежать вам не только на словах, но и на деле. Элен скосила взгляд на Мио. — О ней можете не волноваться. Прямо здесь устроит? — Как пожелаете, господин. Где угодно, когда угодно. Элен прильнула к Оуру и прижалась грудью. Если светлые альвийки в большинстве своем хрупкие и худые, то темные куда фигуристее. — Мио, подержи. Оур вручил ей Мари, словно котенка, а затем указал Элен, чтобы та взялась за борт ванны, повернулась спиной и нагнулась. Когда маг вошел в нее, остальные альвийки повисли на нем. — Ах-х... ваша твердость впечатляет не меньше, господин Оур... — Готова показать мне прелесть тел темного племени? — тихо спросил он, обнимая каждой рукой по альвийке. — Да... конечно же... Элен сжала мышцы влагалища, а затем начала резко двигать бедрами, заглатывая достоинство Оура. Баня заполнилась ритмичными шлепками и запахами возбужденных самок. — Теперь понимаю... почему вас зовут слугами демонов. Удовольствие поистине неземное. — Мы не хуже госпожи Лилу, правда? Наслаждайтесь. Тренированные мускулы лучницы мягко, но крепко сжимали член мага. Тяжело дышали остальные альвийки, которых Оур гладил по чувствительным ушам. Ритмично терлась изысканная гладкая кожа. От такого сочетания Оур невольно возбуждался все сильнее. Умелые подруги действовали так слаженно, что такой сеанс похотливой игры не смог бы организовать даже суккуб. — Хотя, я не люблю, когда все делают за меня, — сказал Оур, схватил Элен за пояс и с силой вставил поглубже. — Фх, а-а-а, — Элен от неожиданности сбилась с ритма и выгнулась. Оур воспользовался уязвимостью и вошел под другим углом, давя на нижнюю стенку влагалища. — Фха, а-а-а-а! Элен вздрогнула. Оур тут же обвил ее живот руками, словно не давая упасть, и прижался. В такой позе член проникает глубже всего. — А, а-а, а-а!.. — с каждым разом голос Элен становился все громче. — Та! К! Не! На! Кон! Ча!.. Элен резко вжалась в борта, резко выгнулась дугой и задрожала. Ее гениталии сжались, обвивая достоинство Оура. — Кончаю!.. Оур ненадолго отвел бедра назад, а затем трижды пропахал органы Элен. — А! А! А-а-а-а! Наконец, он крепко прижался к ней и излил похоть в глубины альвийки. Ощущения так захлестнули Элен, что она кончила молча, не в силах больше ни стонать, ни дышать. Как бы глубоко ни стремился Оур, он все равно кончил так обильно, что семя вытекло наружу. Напоследок он сделал еще несколько движений, словно выжимая из себя остатки. Затем, наконец, выдохнул, и отпрял. Напряженное тело девушки тоже начало расслабляться. Она обессиленно оперлась на борт ванны и обмякла. Похоже, она уже и стоять не может. — Если тебя только на раз хватает, до Лилу тебе далеко, — Оур ехидно ухмыльнулся. Две другие альвийки тем временем словно наперегонки водили языками по члену, вычищая его. Другие две прильнули к магу и шепнули: — Нас еще четверо. Вы же не обделите любовью нас? — Конечно, нет. Оур обнял альвийских красавиц и ухмыльнулся. Каждой хватает на раз, значит, на всю группу нужно пять оргазмов. Оур начал выбирать следующую добычу, по ходу дела вспоминая, сколько раз выдерживала Лилу, прежде чем теряла сознание.

— А! А! А-а-а-а! — стонала альвийка, словно в предсмертной агонии. Оур излил семя в кончающую девушку и вытащил пенис. Как и ее подружки, альвийка истекла белой жидкостью и облокотилась на борт. Каждая обессилела сразу после оргазма. Видимо, кончают они гораздо сильнее людей. Оур задумался об особенностях альвийских тел и развернулся. — Ик. Мио увидела все еще не утратившее твердости достоинство мага, и у нее перехватило дыхание. — ...Ты мастурбировала? Видимо, перевозбудилась при виде оргии. Левой рукой Мио все еще прижимала Мари, но правой тянулась себе между ног. Правда, после слов Оура тут же убрала руку за спину. — Не скрывай, незачем. Я не собирался познавать тебя... но по достоинству оценил уход за скотом. Пожалуй, тебя стоит наградить. Оур пошел к ней, пробираясь сквозь горячую воду. Судя по виду Мио, она явно попыталась бы сбежать, если бы не упиралась в борт купальни. — Мари, выходи. Вытрись, затем оденься. Сможешь? — Ага. Девочка бодро кивнула и направилась в раздевалку. Оур проводил ее взглядом, а затем заключил Мио в объятия. — А-а-а, владыка Оур. Понимаете, я все-таки не красавица, как альвийки и, ну... — пролепетала Мио и сникла. Ей казалось, Оуру просто захотелось попробовать не похожую на остальных девушку, подобно тому как богачи, уставшие от изысканных блюд, порой угощают себя пищей простолюдинов. — Прекрати принижать себя. Действительно, красивой тебя не назвать, но ты не уродина. Слова Оура подтвердили опасения Мио, и потому впились в сердце острыми шипами. Маг взял девушку за подбородок и заглянул в глаза. — У тебя неплохие задатки. Ты наверняка засияешь, если их отполировать. Итак... позволишь ли мне отполировать тебя? Бездонные золотистые глаза Оура словно смотрели в самую душу Мио. «Нельзя, нельзя соглашаться!» — кричали чувства Мио. Если она согласится, то уже не станет прежней. Все инстинкты Мио говорили, что стоит ей кивнуть — и она никогда не сможет встретиться с семьей, никогда снова не станет той беззаботной девушкой-пастушкой. Еще вчера она считала Оура «тяжелым, но на удивление покладистым мужчиной», однако сегодня он предстал ей сущим дьяволом, проникшим в самые глубины души.

Но...

— Да... Мио кивнула. Предложение показалось ей сладким и невыносимо манящим. Не потому, что она хотела стать красивой. Не потому, что желала комплиментов. Мысль о том, что мужчина смотрит на нее и может проявить к ней интерес, предала душу и пленила тело. — М-м... Оур прижал Мио к себе и поцеловал. Он не стремился казаться ни нежным, ни заботливым. Его язык хозяйствовал в ее рту нещадно и бесцеремонно, словно напоминая, кто здесь хозяин. — М, м-м-м! И этого хватило, чтобы Мио содрогнулась от легкого оргазма. Оур взял Мио под мышками, поднял и усадил на борт. Затем уложил руки на ее ноги и раздвинул их. — Я вхожу. Он забрал ее девственность, даже не став дожидаться ответа. Оур ощутил в ее недрах жидкость, не похожую на воду бани и явно появившуюся от мастурбации на оргию с альвийками. — Фха-а-а-а! Мужчина овладел ей, и Мио вкусила незнакомую боль, которую быстро перебило наслаждение. Она вновь кончила и пустила струю. Ее душа сдалась на милость Оуру, и теперь любая боль, что он причинял ей, казалась раем. Девушка стала готовой на все, даже лично вонзить нож в собственное горло, если владыка того пожелает. Старый коварный маг целиком и полностью поработил жалкую простолюдинку. — Фха, фх, фха-а, а-а-а, фха-а-а-а! Каждый раз, когда он пронзал ее, очередной оргазм молнией проносился по телу, и Мио едва хватало на стоны. Мысли давно покинули сознание, и с каждым прикосновением к сокровенным глубинам душа девушки лишалась чего-то важного. — ...Вижу, вам весело. Можно присоединиться? — Элен и остальные альвийки оправились, подкрались к парочке и обступили их. — Хоть я и не люблю людей, вы и ваши возлюбленные, господин Оур, исключения... Элен обняла Оура и поцеловала. Еще одна альвийка начала водить языком по его шее. Прочие впились в губы и грудь Мио. — М-м, м-м-м-м-м! Теперь она не могла и стонать. От оргазмов перед глазами белело, и она чувствовала, как пустеет с каждой секундой. В бесконечную даль уходили воспоминания о родителях, о родной ферме. Мио перестала быть человеком. Она уже не чувствовала наслаждения. Она превратилась в комок плоти, с которым играл маг. — Кончаю!.. Оур излил семя в опустевший сосуд. Сознание Мио пробудилось так резко, словно в нем вспыхнул фейерверк. Одновременно с ним все уголки ее тела наполнились таким блаженством, которого она никогда не испытывала. Потерявшую все девушку заполнило Оуром. Последняя слеза стекла по щеке Мио.

— Адские гончие?.. — Мио ошарашенно смотрела на пятерку черных псов, которых привели ей. — Да. Может, они и относятся к демонам, но в уходе не слишком отличаются от обычных собак. Хоть они и большие, на тебя не набросятся, не волнуйся. — Хорошо. Буду ухаживать изо всех сил! Мио погладила огромных, размером с быков, псов, улыбаясь так же непринужденно, как и раньше. Однако ее облик неуловимо изменился. Она начала выглядеть соблазнительной, уверенной в себе. Ее душу целиком поглотила тьма, она больше не страдала от запаха демонов. Да что там, рядом с ними ей становилось лучше. — Значит, оставляю их на тебя. — Да. Я выполню любой ваш приказ, владыка Оур. Сейчас Мио с радостью скормила бы адским гончим собственную семью. Поначалу Оур собирался лишь взять у нее немного крови, опорочить и вернуть домой, но прихоть мага и ловкость девушки в обращении со скотом все изменили. Оур навечно поработил ее тьмой. А какая судьба принесла бы ей больше счастья — никому не ведомо.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 5

Пока что в подземелье Оура три яруса. Это, впрочем, не значит, что лабиринт его трехэтажный. Каждый ярус разделен дополнительно на несколько этажей, соединенных лестницами и склонами. Высота каждого такого этажа — около десяти метров. На каждый ярус приходится по три-четыре этажа, так что общая глубина лабиринта достигает внушительных 100-120 метров. Дорога через лабиринт одна, перегороженная многочисленными крепкими дверями. Ключи от них есть только у ближайших приспешников Оура. Каждая дверь укреплена магией, и даже Юнис с Логаном пришлось бы попотеть, чтобы их разломать. Ярусы различаются обитателями. На первом живут дикие звери и монстры, самостоятельно селящиеся в пещере. На втором — нечисть, заключившая договоры с магом. Наконец, третий ярус отведен самому Оуру и его любовницам. И сейчас приближенные Оура как раз собрались в одной из комнат третьего яруса, где стоял крупный стол. — Настало время атаковать город, — неспешно заявил Оур, привлекая к себе внимание. За столом, помимо него, сидели Лилу, Юнис, Спина и Элен. — Но хоть мы и собрали армию, напасть на город будет не так просто, как на ту деревню. Вы понимаете, в чем разница между городом и деревней? — Э-э-э... людей больше? — сразу предположила Лилу. Ответ ее оказался настолько банальным, что Оур встретил его тяжелым молчанием. — Я не очень разбираюсь в людях... хотя, погодите-ка. Разница между малым и крупным скопищем? Чем людей больше, тем больше у них и оружия. К тому же наверняка будут дозорные башни и баллисты, — попытала счастья Элен. В этот раз Оур согласился. — Именно, причем войск не просто будет больше, они будут лучше обучены. Еще ответы? — К слову о войсках, там наверняка найдутся авантюристы, а не только солдаты. В городах ведь гильдии есть, — отозвалась Юнис, сама когда-то зарабатывавшая на жизнь приключениями. Но ее ответ явно не устроил Оура. Он ограничился кратким "еще?". — ...Разнообразие, — тихо подала голос Спина. — В городах живут разные люди. Не только обычные горожане, но и авантюристы, и купцы, и путешественники, и ремесленники. — Именно, — Оур медленно кивнул. — В деревнях, можно сказать, живут одни деревенщины. У них одна голова на всех — голова старейшины. Если уговорить старейшину, о чувствах остальных можно не думать — согласятся как миленькие. Но с городами так нельзя. — А-а-а, ясно, — протянула Юнис. Лилу и Элен, далекие от людей, до сих пор не понимали, о чем речь. — Слишком много в городах купцов и путешественников, которые просто уйдут, если город им разонравится. Чего бы мы ни попросили у мэра — он попытается возложить ответственность на горожан с помощью новых налогов. Мало кому понравится жить в таком городе. Если требовать от них невозможного — город начнет чахнуть и вскоре погибнет. Урона будет не меньше, чем от штурма. — Почему бы не предложить им выгодную сделку, как деревням? — Конечно, в городах тоже живут фермеры, но города не обеспечивают себя сами. Придумать взаимовыгодную сделку не выйдет. Покровительство им тоже не предложишь. Города развиваются и строятся именно благодаря независимости. Мы мало что можем предложить им. — Тогда... — Юнис опечаленно опустила взгляд. — Получается, придется штурмовать город? — Такими темпами мы весь мир уничтожим, а нам от этого никакой выгоды, — Оур заговорил мягче, словно стараясь успокоить ее. — Мы просто заставим их выбрать лучший для себя вариант.

В тот день на небе не было ни облачка. Щеки ласкало яркое солнце и нежный ветерок. Джейк протяжно зевнул, разморенный весенней пасторалью. Пусть до него доносились тревожные слухи, их городок вдали от столицы казался до унылого мирным. И именно таким город ему и нравился. — Привет, Джейк. Как дела? — послышался голос Мака, взобравшегося на дозорную вышку. — Как всегда. Погода отличная, настроение на высоте, докладывать не о чем. — Еще бы, — Мак присел напротив Джейка и достал из кармана колоду карт. — В покер? — Давай. Скука — главная спутница часового. Мак небрежно перетасовал карты и сдал по пять. — Вот бы на нас хоть гоблины периодически нападали, — проговорил Мак, доставая из кармана медяк и выкладывая на стол. — Да уж, — Джейк тоже достал медяк, решив не спорить ни со словами, ни со ставкой. В душе же он пожелал, чтобы город оставался мирным. Ему не хотелось никакого насилия. Откровенно говоря, он мечтал прожить тихую растительную жизнь. — Скину три. Мак сбросил три карты и взял из колоды три новых. Значит, ему и без того повезло с рукой, как минимум пара в ней есть. Но даже если он сейчас взял хорошие карты, у него от силы тройка. Джейк окинул взглядом свою руку и не смог не ухмыльнуться. Ему пришел флеш. — Не буду скидывать. — Хо, смело... Поднимаю, — Мак положил еще медяк. — Поднимаю, — Джейк ответил двумя медяками, и Мак переменился в лице. — ...Еще поднимаю. Мак прибавил три медяка. Неужели ему так повезло? Джейк попытался вглядеться в лицо товарища. Рука Джейка — флеш со старшим королем. Выше нее — только фул хаус, четверка и стрит флеш. Трудно представить, что Мак собрал что-то из этого, поменяв три карты. — Как скажешь. Уравниваю, — Джейк добавил два медяка, а затем по очереди вскрыл карты. — Флеш с королем. Как тебе? Мак вытаращил глаза. — Эй, что за... — сдавленно протянул он и выронил карты. — Чего с тобой? Подумаешь, в карты проиграл. Или у тебя совсем плохо с кошельком? Мак продолжал смотреть стеклянным взором и словно не слышал слов Джейка. Тот посмотрел на выпавшие карты и... — Да ладно, фул хаус?! Рядом с руками Мака лежали два туза и три восьмерки. Такая рука ценилась выше флеша Джейка. Тот уже было подумал, что товарищ скорчил такую рожу, не в силах поверить собственной удаче, как Мак вдруг встал и посмотрел наружу. Джейк тоже перевел взгляд и... — Что это?.. — невольно обронил он. Мак смотрел на армию из сотен монстров, показавшуюся на горизонте. Джейк опомнился и тут же забил в колокол. — Монстры! Нас атакуют сотни монстров! — крикнул Мак сбежавшимся солдатам. — Какие еще монстры? Что, гоблины? — лениво переспросил один из солдат. — Там целое войско: гоблины, орки, даже огры! Будите всех авантюристов в гостиницах, город в опасности! — Ты точно не путаешь? С какой стати гоблины будут прогуливаться рядом с ограми? Огры известны как свирепые людоеды. Вернее, едят они не только людей, но и вообще все живое. Гоблины в их глазах — еще один десерт. И, если на то пошло, у орков тоже нет привычки заключать союзы с другими расами для атак на людей. — Как можно спутать гоблинов и орков? Короче, тут такое происходит, что солдат не хватит! Быстро расталкивайте всех бездельников! Хоть Джейк и выбрал профессию, в которой каждый день сопряжен с борьбой со смертельной скукой, когда-то и он был авантюристом. В ходе своих приключений он видел и орков, и огров, да и на зрение особо не жаловался, хоть в последние годы оно и начало сдавать. Чутье авантюриста отчаянно било тревогу. Интуиция его еще никогда не подводила. Вот и сейчас он безоговорочно доверился ей. — Это еще что? — раздался вдруг голос Мака, и Джейк обернулся. И тогда он увидел, что к ним летит маленький демон. Его, беса, Джейк тоже узнал. Демоненок махал каким-то флагом, и Джейк тут же понял, что пора готовиться к худшему. — Стоп, не стрелять! — осек он солдат, уже начавших вскидывать луки. Бес подлетел, и Джейк забрал вещь, которую издалека принял за флаг. На деле она оказалась письмом. Бес сражаться не собирался и сразу же полетел обратно.

— Зовите мэра. И капитана... и, до кучи, главу гильдии купцов, — воскликнул Джейк, едва спрыгнув с дозорной вышки. Хоть падать и пришлось долго, Джейк исходил весь мир, и приземляться умел. — Маг Оур объявил нам войну.

— Мы однозначно должны сражаться! — воскликнул капитан, стукнув кулаком по столу. — Это грозит нам непомерными тратами. По-моему, нужно договариваться, — хладнокровно парировал глава гильдии купцов. — М-м... — протянул мэр, почесывая длинную бороду. Вкратце письмо Оура гласило следующее: «Хотите по-хорошему — служите мне и платите подать. Иначе я захвачу вас силой. Примите решение в течение двух часов. Как решите подчиниться — откройте врата». Хоть Джейк и назвал свиток объявлением войны, тот походил скорее на ультиматум. В любом случае, им предстояло за два часа решить: сражаться или сдаваться. В приемной дома у мэра собрались сам мэр, капитан стражи, глава гильдии купцов, а также Джейк как представитель авантюристов. Если капитан настаивал на войне до последнего, глава купцов, наоборот, требовал немедленно сдаться. Мэр никак не мог решить, кого слушать, а Джейк занял нейтральную позицию, словно его происходящее не интересовало. — Ты хочешь сдаться злому магу?! Устыдился бы! К тому же это измена Фигурии! — Тогда позвольте спросить: вы сможете одолеть ту армию монстров? Капитана стражи назначало и присылало королевство. Главный человек в любом королевстве — король. Затем — губернаторы его земель. Еще на ступень ниже стоят мэры и старейшины. Вот по этой цепи налоги и двигаются. Оур же требовал, чтобы все налоги шли к нему... то есть, чтобы город присягнул другому королю. И, что самое интересное, Оур просил заметно меньше денег по сравнению с королевством. Отсюда возникло противоречие: верные королевству солдаты сразу же отказались, верные прибыли торговцы охотно согласились. Мэр оказался меж двух огней. Его больше всего беспокоила следующая строчка в послании: «Если согласитесь, я не дам королевству Фигурия собирать с вас налоги». С одной стороны, маг собирался запретить городу иметь собственную армию, но это же означает, что они, по сути, не объявят войну королевству, зато налогов начнут платить меньше. Другими словами, город расцветет. Выходит, они могли «неохотно» согласиться на предложение Оура, а королевству сказать, что они бы и рады платить, но, увы и ах, сначала кому-то придется избавить их от гнета злого мага. Можно сказать, мэр думал как полная противоположность купца: «Сколько Оур сможет протянуть, если бросит вызов королевству?». — У нас ведь есть авантюристы! Вот этих разбойников против монстров и бросим! — предложил капитан. — Нет, попробовать, конечно, можно, но они за бесплатно пальцем о палец не ударят. Кто будет платить? — вмешался до того молчавший Джейк. — Мерзавцы!.. Вы даже сейчас будете думать о собственной шкуре?! Наш противник — злой маг! Он вторгся на наши земли! Справедливость на нашей стороне, и никаких других причин сражаться не... — Однако он не пришел нас грабить. Возможно, пойти на уступки будет даже выгоднее. К тому же, вы что, просите их рисковать жизнями за бесплатно? — хладнокровно отозвался глава гильдии купцов. — А я-то что, я вообще уже не авантюрист, так что... при всем моем желании заявить, что «они однозначно меня поддержат»... — Джейк же ответил не столь уверенно. — Ну-ка помолчите! — прикрикнул мэр, гася начавшийся спор. — Как тебя там, Джейк? Ты, я так понимаю, видел наших врагов. Наконец, мэр решился и спросил: — Скажи честно, если все солдаты и авантюристы города выступят единым фронтом... мы сможем победить?

— Слушайте меня внимательно, все! — громко начал капитан, стоя перед рядами солдат и авантюристов. — Наши враги — злой маг Оур и его нечисть! Их силы несметны, не меньше трех сотен тварей! Нас же лишь двести! Но! Если гордые солдаты королевства Фигурия объединят силы с храбрыми авантюристами, врагу не поможет никакая армия гоблинов и огров! Мэр решил сражаться. Он доверился словам Джейка, решившего, что победить удастся, пусть и немалой ценой. Мэр предпочел честь деньгам и решил не покоряться злу. Однако есть в его решении и оговорка — они решили, что большая часть ущерба должна достаться авантюристам. — Берите мечи, вскидывайте копья! Справедливость на нашей стороне, и против сил света не устоит никакое зло! Идем же! Защитим наш любимый город! Воины дружно откликнулись. Пусть солдаты с авантюристами не враждуют, но обычно поглядывают друг на друга косо. Однако перед лицом общего врага они согласились работать сообща. Им сказали, что они будут воевать против злого мага, повелевающего мерзкими чудовищами. Они не знали об условиях, которые выдвинул Оур. Им сообщили ровно столько, чтобы кровь их вскипела, а души пропитались жаждой справедливости. Все они сжимали оружие и мечтали прославиться как герои. Капитану представилась отличная возможность сыграть на их чувствах и раззадорить. — По местам! Лучники, оставьте гоблинов остальным, цельтесь в огров! Они огромные, попасть несложно. Натяните тетиву как следует и стреляйте! Все, кто умел стрелять из луков, забрались на вышки и прицелились. Перед вратами встали солдаты с копьями, позади — авантюристы-маги. — Враг управляет тремя разновидностями монстров. Я не знаю, сколько магов поддерживают контроль, но у них не должно быть свободной магической энергии. Даже если в нас полетят редкие огненные шары, мы вас защитим. Поэтому, друзья, истребляйте гоблинов и не волнуйтесь, — обратился один из магов к солдатам. — ...Вот уж не думал, что настанет день, и мы будем сражаться плечом к плечу... но я рад, что у нас есть такие верные товарищи, — отозвались солдаты и ухмыльнулись. Капитан не сомневался в победе. Пусть даже ему придется пожертвовать собой, его место займут другие герои и непременно победят злого мага. Силы переполняли его, и даже доспех казался невесомым. Никогда еще он так не предвкушал битву. Он уже ничего не боялся. — Идем же, герои!

Бам.

Послышался краткий звук.

Капитан лишился всей верхней половины тела.

— А, ой, — вдруг обронила Элен. Оур перевел на нее взгляд, и она виновато посмотрела на мага исподлобья. — Простите, господин. В первых рядах врагов красовался какой-то слишком уж воодушевленный мужчинка, я не сдержалась и застрелила его, — извинилась она тоном девочки, нечаянно разбившей чашку. Оур же с такого расстояния ни за что бы не смог рассмотреть в той толпе кого-то конкретного. Он посмотрел в небо. Когда они подошли к городу, солнце светило точно сверху, но уже успело заметно склониться к западу. — Ну и ладно. Два часа уже прошли, а вставшая перед вратами армия красноречивее любых слов. Пора начинать. Оур привел двести гоблинов, семьдесят орков и тридцать огров. А еще темных альвиек, Спину и Лилу. Юнис и Логан остались защищать лабиринт. Мио и Мари — не бойцы. Спина тоже практически бесполезна в бою, Оур взял ее в образовательных целях. — Элен, пусть твой отряд расстреляет лучников на вышках. Остальные выступят по моей команде. Лилу, Спина, ко мне. Альвийки вскинули луки и начали стрелять. Конечно, вышки дают позиционные преимущество, но разница в дальнобойности слишком велика. Стрелы городских лучников и близко не подбирались к армии Оура в то время как альвийки уничтожали врагов одного за другим. Их луки способны убить медведя за один выстрел. Даже с такого расстояния их выстрелы разрывали тела людей. Вскоре враги начали паниковать. Оур разместил Лилу и Спину с обеих боков от себя и начал зачитывать заклинание. Своей энергии ему бы ни за что не хватило, а тело не выдержало бы, попытайся он вытянуть всю энергию Лилу. Избыток магической энергии действует не хуже яда. Поэтому он использовал два вместилища магической энергии и сразу тратил всю вытянутую энергию. В будущем он собирался заготовить еще больше пропитанных магией женщин, что позволит использовать более масштабные заклинания. — Так, а теперь пора... Закончив формировать заклинание, Оур поцеловал Лилу, чтобы добыть побольше энергии. Затем перевел дыхание, особым образом сложил руки в воздухе и взмахнул ими. — Взорвись. Городские врата разнесло огромным взрывом.

— Что?! Что, черт побери, происходит?! — Моя рука... моя рука-а-а-а! Где она-а-а-а?! — Чем заняты лучники?! — Риша... я так хотел увидеть тебя напоследок... — Их уже давно всех убили! — Идут! Они идут! — Нет, я не хочу умирать! Я не хочу здесь оставаться! На поле боя царила паника. Вслед за капитаном смерть настигла всех лучников, засевших на вышках. Армия никак не могла решить, стоит ли отступить в город и занять оборону или же лучше кинуться навстречу магу. Потерявшее командира войско не могло определиться и растерянно топталось на месте. А затем взорвались ворота. Пусть они и были деревянными, но достаточно крупными, чтобы гордо называться городскими. Даже таран не выбил бы их без помощи чар. Однако в тот миг их разнесло в щепки. От взрыва погибло несколько солдат и авантюристов. Практически в ту же секунду армия монстров начала маршировать, и паника достигла предела. — З-защищать город любой ценой! Авантюристы, бейте врагов! — Чего?! Что за бред, какой дурак станет сражаться с такими чудищами?! — Мы вам платим, так что работайте! В конце концов, это вы сказали, что защитите нас от вражеской магии! Похвастались?! Вот и займитесь делом! — От такого вас никто бы не защитил! Применить магию осадного класса с такого расстояния?! Человек на такое не способен! Не нужны нам ваши деньги, мы уходим. Те самые солдат с авантюристом, совсем недавно улыбавшиеся и перекидывавшиеся словами, начали спорить. «В крайнем случае, прикрывайтесь авантюристами», — сообщил солдатам мэр и добавил, что так они сэкономят на оплате. — Ну уж нет! Если попытаетесь сбежать... мы казним вас прямо здесь как дезертиров! — воскликнул разъяренный солдат и наставил копье на авантюристов. Все пути отступления магов отрезали копейщики. Авантюристы переглянулись и решились. — ...Ладно. Пошли воевать! С этими словами они бросились на монстров. Один из авантюристов проводил взглядом солдат, отступающих в город, и сплюнул. — Придурки. Какой дурак будет прятаться в городе без ворот и лучников. Их просто вырежут вместе с горожанами. Разумеется, авантюристы не шли на геройскую смерть. Они собирались свернуть на полпути и сбежать. В конце концов, врагу нужен город. Если не попадаться им на пути, возможно, удастся обойтись без боя. Авантюристы решили не участвовать в проигранной битве. — Глупцы. Их перестреляют как уток, — бросил один из солдат и тоже сплюнул. Враги уничтожили всех лучников. Они могут с легкостью расстрелять и авантюристов, когда увидят, что те пытаются бежать. Однако солдат ошибся. Авантюристов не стали расстреливать, и тем удалось спастись. — ...Вы уверены, что в них не стоит стрелять, господин? — спросила Элен, переводя лук вслед убегающим авантюристам. — Да. Они должны будут рассказать другим об этой битве. — Похоже, конец уже ясен. Уже скоро лавина монстров обрушится на город. Останется лишь остановить гоблинов, чтобы они не сравняли город с землей. Орками управлял Оур, ограми — Лилу, но гоблинами не управлял никто. На самом деле они просто в страхе убегали от орков и огров. — Все-таки люди так глупы. В такое время спорят и мешают друг другу. Отвратительные создания, — сказала Элен. Спина кивком согласилась с ней, но Оур покачал головой. — Вы не правы. Люди — существа неоднозначные. Наверняка те, что противостояли нам, сначала исполнились пылающим чувством справедливости. Чувства их не ложны и не фальшивы. Однако в то же время ими руководила омерзительная алчность, из-за которой они заключили тайные договора. Но и здесь нет никакой лжи. Не бывает человека, ограниченного чем-то одним. Люди всегда колеблются между добром и злом. Эта неоднозначность — опасное обоюдоострое оружие, которое способно навредить им самим. В этот раз нам удалось ловко обратить их чувства против них самих. Но если будете недооценивать людей — дорого поплатитесь. Элен сразу помрачнела. Действительно, их племя темных альвов погубило как раз то, что они не восприняли людей всерьез. — В этот раз мы сражались с маленьким приграничным городом, почти поселком. Разумеется, мы победили, но пусть битва послужит вам уроком. «Хотя, для первой схватки получилось очень даже неплохо», — мысленно добавил Оур, глядя на то, как армия монстров топчет солдат. — Что же, идем. Пора сделать побежденному городу новое предложение: «Рабство или смерть». Еще одно следствие людской неоднозначности в том, что мнение одного человека способно легко измениться. В конце концов, сейчас, перед лицом непобедимой армады, каждого, кто захочет сопротивляться, забьют до смерти соседи.

В тот день Оур получил власть над городом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 6

— Гхоа-а-а-а-а-а! — взвыл огр, замахиваясь огромной рукой. Однако Алан наклонился и с легкостью избежал атаки. В следующее мгновение он приблизился к врагу и сверкнул клинком. На крепкой, словно железо, коже огра, появились бесчисленные раны. — Гх... гха-а-а-а! Огр не испугался обширных ранений и вскинул руки, намереваясь раздавить Алана. И тут разорвался огненный шар, который выпустила Викия. Огра окутало пламя. Не удержавшись, он упал на колено. Тут же сбоку подоспела Надя и размашистым взмахом клинка отделила верхнюю половину огра от нижней. — Фух... Алан выдохнул, стряхнул кровь с лезвия и убрал меч в ножны. Тут же подбежала Шаль, коснулась его руки и зачитала короткое заклинание. Раны Алана окутал теплый свет, а уже через секунду от них не осталось и следа. — Да, мощь впечатляет. Может, назвать его Разрубающим Клинком? — весело проговорила, разглядывая собственный меч, Надя — высокая красавица с длинными и мягкими рыжими локонами. Она родилась на юге, в Грандьере, и всегда была девушкой смелой и раскованной. — ...Чем тебя не устраивает «Полуторный Меч +1»? — откликнулась волшебница по имени Викия — еще одна красавица с длинными волосами голубого цвета. На первый взгляд она кажется безразличной и молчаливой, хотя в душе очень добра и чувствительна. — А м-мне показалось, хорошее имя, — вмешалась в разговор жрица Шаль — миниатюрная девушка с короткой прической изумрудного цвета. Хоть она и кажется юной, но принадлежит к роду светлых альвов и гораздо старше своих товарищей. Каждый раз, когда друзья начинают спорить, она с улыбкой на лице пытается уладить конфликт. — А мой меч, видимо, станет Шинкующим Клинком? — вставил, похлопывая по висящему на поясе оружию, единственный мужчина и лидер отряда, Алан — симпатичный блондин с голубыми глазами. Он искусен не только с клинком, но и во многих других областях, включая обезвреживание магических ловушек. При необходимости он может проявить себя как бесстрашным героем, так и хладнокровным стратегом. Недаром его считают феноменально умелым авантюристом. Их четверка решила бросить вызов «лабиринту злобного мага Оура», о котором ходило множество зловещих слухов, и уже успела спуститься под землю на восемь этажей. Им пытались помешать гоблины, орки, огры, скелеты, стрекозы, гигантские слизняки... но авантюристы играючи разделывались со всеми помехами. Даже наоборот — из монстров то и дело выпадали сундучки с сокровищами, в которых попадались сильные магические артефакты и деньги, от которых группа становилась все сильнее. Свои новые мечи Алан и Надя нашли именно здесь. — Кстати, Алан... смотри, — Викия потянула Алана за рукав, завела за следующий поворот коридора и указала вдаль. Алан вгляделся и смог разобрать вдалеке крупную дверь. До сих пор таких крепких, двухстворчатых дверей им не попадалось. Створки словно кричали, что за ними скрыто что-то важное. Алан невольно проглотил слюну. — Что скажете? — Энергии мне пока хватает. — И мне. — Я даже не устала. Готова к бою. Девушки мгновенно поняли, о чем именно спросил Алан, и доложили о готовности. — Хорошо, тогда идем. Алан кивнул, подошел к двери и осмотрел ее. Замочной скважины не видно, и, стало быть, она не заперта. Алан еще раз окинул спутниц взглядом, а затем пальцами показал обратный отсчет. 3, 2, 1... На нуле Алан пинком распахнул створки. Сбоку тут же проскользнула Надя, за ней метнулся сам Алан, следом зашли Шаль и Викия, после чего закрыли за собой дверь. На все про все у них ушла лишь секунда. Еще до того, как Шаль и Викия успели полностью свести створки, Алан и Надя уже выхватили клинки и устремились вперед. Дверь привела их в просторный зал, посреди которого сидел огромный монстр. Трехметровое мускулистое тело, бычья голова... Минотавр. Алан и Надя подбежали к монстру до того, как тот успел подняться, и напали с обеих сторон. Впрочем, минотавр и не спешил вставать — он снял со спины огромный топор и с легкостью отмахнулся от мечей. Бойцы цокнули языками и отступили, опасаясь контратаки. Наконец, минотавр неспешно поднялся. Он без особого труда занес топор, который один человек и не поднял бы, а затем резко обрушил. С учетом размеров топора и тела даже такие бесхитростные атаки выходили весьма дальнобойными. Алан успел отскочить назад, а вот Надю швырнуло через комнату. — Ты в порядке? Однако хоть атака и таила в себе достаточно силы, чтобы разрубить человека пополам, девушку практически не ранило. Шаль сразу зачитала заклинание, и всю команду окутало слабое свечение, уменьшающее входящий урон. — Да, спасибо. К этой твари так просто не подобраться. Минотавр продолжал размахивать топором, пользуясь простором зала. Каждый раз Алану удавалось увернуться, но могучее оружие выламывало пол, и его осколки то и дело царапали юношу. Пол к тому же обваливался, и со временем Алану становилось все сложнее выбирать пути отступления. — ...Я попробую обездвижить его, но долго не продержу, — сказала Викия и начала читать следующее заклинание. Надя кивнула в ответ и устремилась к минотавру.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Минотавр сразу же повернулся к ней и размахнулся топором горизонтально. — Уо-о-о-о! — взревела Надя и изо всех сил вонзила клинок в пол. В следующее мгновение все ее тело содрогнулось от ударной волны, но топор минотавра не смог сломать меч и остановился совсем рядом с девушкой. Удара хватило, чтобы в левую руку, которой она придерживала меч, впилось лезвие, но рана отнюдь не смертельная. И тогда минотавра с обоих боков вдруг зажали вылезшие из пола каменные стены. Обычно эта магия используется для защиты, но минотавр сам по себе существо не слишком подвижное, так что такой прием подходит, чтобы обездвижить этого монстра. — Надя, продолжаем! Алан почуял победу и кинулся к минотавру. Тот сразу же занес топор над головой и резко опустил. Однако в этот раз Алан увернулся почти без труда. Теперь, когда минотавра зажали стены, тот мог бить топором лишь строго вниз. Увернуться от такой атаки не в пример проще. А как только руки минотавра опустились, свой шанс не упустила и Надя, тут же запрыгнув на запястье монстра. Она взбежала по мощной руке, словно по лестнице, перехватила меч обеими руками и горизонтально взмахнула им. Удар оказался точным, и лезвие вошло в шею минотавра. Однако отрубить, как огру, голову не получилось. Шея минотавра оказалась столь крепкой, что клинок застрял, пройдя где-то тридцать сантиметров. — Кх, вот черт! — Надя попыталась вытащить клинок, но не тут-то было. — Берегись! Надя ощутила удар, однако ударил ее не минотавр, а Алан, подбежавший и толкнувший. В следующее же мгновение юношу ударил мощный кулак монстра и далеко отбросил. — Алан?! — сорвалась на крик обычно спокойная Викия. — Я в по... рядке! — кое-как выдавил Алан, отплевываясь кровью. — Да... вайте! Добивайте... Шаль, Викия, Надя! Девушки мгновенно поняли суть приказа. Минотавр взмахнул руками и ударил каменные стены. Временная магическая преграда не выдержала мощи чудовища и с грохотом рухнула. — Бхо-о-о-о-о! — взревел раненый минотавр и устремился к Наде. — Боги, ниспошлите мне свет! В следующий миг магия Шаль разорвалась ослепительным божественным светом — грозой злых духов и ночных тварей. Минотавру он не нанес никакого урона, но сумел временно ослепить. Монстр запнулся, не видя дороги. Надя прыгнула к низко склоненной шее. В ее опустевшую ладонь прилетел брошенный Аланом меч. Практически в то же мгновение клинок окутала магия Викии, и металл засиял. — Уо-о-о-о-о-о-о-о! Надя вложила в удар все свои силы, нанеся его с противоположной стороны. Клинки встретились, и голова минотавра, наконец, отделилась от тела. Огромное тело задрожало и рухнуло на пол. — Алан, ты в порядке?! — Сейчас вылечу. — Не делай так. Девушки не потратили на празднование ни секунды и сразу же кинулись к Алану. Шаль как можно быстрее зачитала заклинание и коснулась ладонью его живота. — Спасибо, Шаль. Когда раны Алана затянулись, он погладил Шаль по голове. Та довольно прищурилась, зато остальные девушки скривились. — Но ведь последний удар нанесла я. Меня обделишь? — Я, по-моему, тоже изо всех сил помогала. — Знаю. Вам тоже спасибо, Надя, Викия. Алан погладил и их. Надя радостно улыбнулась, а Викия надула губы со словами «ну вот, двоих сразу», однако щеки ее покраснели. Разумеется, Алан видел, как относятся к нему девушки. Просто он никак не мог выбрать из них какую-то одну. — Я пришел посмотреть на человека, что смог зайти дальше, чем кто-либо, а им оказался развратник, — вдруг раздался низкий голос, словно доносившийся из самых глубин ада. Вся группа тут же обернулась и увидела мужчину с янтарными волосами, сидящего на трупе минотавра и окидывающего их оценивающим взглядом. Он носил странного вида маску, мешавшую разглядеть лицо, но, судя по всему, пришел без оружия или брони. Тем не менее, авантюристы тут же вскинули оружие, понимая, что так бесшумно подкрасться способен далеко не каждый человек. — Ты... неужели ты и есть злобный маг Оур? — спросила Викия. — Он самый, — Оур кивнул. Весь отряд тут же напрягся. Они никак не ожидали так внезапно повстречать хозяина лабиринта. — Хмпф, вот уж не думала, что маг, поставивший на уши всю страну, будет выглядеть так молодо. К тому же ты пришел без охраны — видимо, нам повезло? Надя вскинула клинок. Меч мечника — его душа, и Надя не забыла забрать свой клинок, пока бежала к Алану, иначе им действительно пришлось бы несладко. Надя и Алан кинулись вперед, даже не подавая друг другу сигналов. Их всегда учили, что главное в битве с магом — атаковать быстро. Даже самый могущественный маг, как правило, слаб телом. Проще всего убить его первым же ударом и дело с концом. Алан нацелился на шею, Надя на туловище. Они подлетели к Оуру с обеих сторон, но их клинки даже не оцарапали мага. — Проворный мечник отвлекает. Его коллега добивает. Жрица всегда готова восстановить силы группы в непредвиденной ситуации, маг поддерживает огнем издалека. Весьма впечатляет, что вы за мгновение выступили так слаженно, — с уважением проговорил Оур, глядя на замерших рядом с собой авантюристов. Замерли не только мечники. Викия и Шаль тоже застыли и разинутыми ртами, не в силах ничего сделать. — Но даже ваша группа попалась на такую простую наживку. Неужели вы ничего не заметили? После этих слов Викия опомнилась и тут же попыталась сорвать с себя браслет, но тот и не думал поддаваться. Он проклят. Проклят так же, как посох Шаль, мечи Алана и Нади, да и вообще все, что они нашли в подземелье. Все эти артефакты невероятно сильны, но не могут перечить воле хозяина подземелья. — Итак, мечники не могут двигаться, маги не могут колдовать. Посмотрим, как вы справитесь с ним теперь. Стоило Оуру договорить, как обезглавленный минотавр начал медленно подниматься с пола.

Надя очнулась в незнакомой комнате. Внутри стояли лишь нехитрая кровать и игравший роль туалета горшок. С трех сторон ее окружали стены, с четвертой — решетка. Похоже, ее бросили в темницу. Надя замотала головой, а затем постучала по лбу, пытаясь окончательно пробудиться. Однако сознание ее словно заволокло туманом, и она никак не могла собраться с мыслями. Она решила прокрутить в голове все, что с ней случилось. Постепенно мысли возвращались, а сознание прояснялось. Она вспомнила, как не могла двигаться, а к ней бежал огромный безголовый мужчина. «Ах да, минотавр». Надя вздохнула. Неподвижные мечники ничего не смогли поделать с ожившим минотавром, и их без труда схватили. Может, ей повезло избежать смерти, но радостного в ситуации мало. У нее забрали оружие и броню, оставили лишь грубую одежду. Та походила на платье, но слишком короткое и кончавшееся намного выше колен. Кстати, об оружии... Надя прикусила от досады губу. Она так обрадовалась, когда получила тот проклятый клинок, что сразу же выкинула меч, долгие годы служивший ей верой и правдой. А ведь оставь она его — и они, быть может, смогли бы одолеть Оура. Надя ненадолго погрузилась в раскаяние, но уже скоро вновь взяла себя в руки. Настоящий воин не может жить одним только прошлым. Куда важнее настоящее и будущее. Разумеется, больше всего она беспокоилась за Алана. Нет, безопасность Шаль и Викии ее тоже волновала, но об Оуре, владыке лабиринта, говорят, что он забирает прекрасных девушек из подконтрольных деревень. Надя переживала за их честь, но коли жива она — наверняка маг пощадил и их. По крайней мере, пока. Однако Алану надеяться не на что. Пусть их лидер и прекрасен настолько, что может сойти за девушку, он все же мужчина без каких-либо оговорок. Стало быть, Оуру незачем оставлять его в живых. Девушка задалась вопросами, не надеясь узнать ответ, но... — Шагай! Темная альвийка с копьем в руках вдруг привела в темницу человека, которого Надя ни за что бы ни с кем не спутала. Того самого Алана, о котором она так переживала. — Алан! Надя тут же подбежала к решетке и схватилась за прутья, но альвийка перевела копье на нее. — Руки на дальнюю стену, быстро! Надя заскрипела зубами, но все же послушалась, после чего навострила уши. Раздался лязг открывающейся двери. Надя мгновенно развернулась и попыталась было вырваться на свободу, но столкнулась с Аланом, которого как раз пинком протолкнули внутрь. — Не делайте глупостей. Помните, у нас двое ваших, — ледяным тоном бросила темная альвийка, заперла темницу и ушла. Надя же обрадовалась тому, что остальные живы, и от счастья обняла Алана. — Алан, я так рада, что ты цел и невредим. — Да... и я рад, что ты в порядке, Надя. — Что произошло? Поймать-то их поймали, но Надя совершенно не понимала, с какой стати их вместе с Аланом закинули в одну темницу. Возможно, их забросили за решетку парами, но тогда непонятно, почему Алана так задержали. — Меня прокляли, — Алан с трудом уселся на пол. — Мне запечатали магию. Если я попытаюсь зачитать любое заклинание, меня обездвижит чудовищная боль. С Шаль и Викией сделали то же самое. Наверное, тебя отпустили потому, что не почуяли в тебе энергию. — ...Ясно. — Ты тоже присаживайся. Алан пересел на кровать и похлопал рукой рядом с собой. — А, хорошо. Надя неуверенно села рядом. Она снова вспомнила, во что одета. Грубое, тонкое одеяние почти не скрывало линий ее тела, к тому же обнажало ноги. Более того, она ясно чувствовала, что белья на ней нет. — Да, проклятие — вещь неприятная. Материальную печать еще можно сломать, но проклятие... Проклятия умеет снимать Шаль, но если прокляли и ее, рассчитывать особо не на что. Даже божественная сила, которой владеют жрицы — лишь одна из разновидностей магии. — Надя... — обратился Алан к задумавшейся подруге. — Может, сейчас и не время... хотя нет, именно сейчас самое время, чтобы я все-таки сказал тебе. Он повернул голову и посмотрел точно на нее. — Я люблю тебя, Надя. Люблю по-настоящему. Три секунды. Именно столько времени ушло у опытной воительницы на то, чтобы понять слова, которые она только что услышала. А затем она мгновенно покраснела. — Э, чт, э... т-ты серьезно?.. Алан уверенно кивнул. — Но как же Шаль и Викия?.. — Конечно, я и их очень ценю. Но люблю, Надя, тебя и только тебя. — Не могу поверить... спасибо тебе, Алан. Я так рада. В душе Нади мелькнуло чувство вины перед подругами. Однако Алан сделал свой выбор. Наверное, если бы он выбрал другую, Надя бы смирилась и порадовалась за них. Убедив себя, она искренне прониклась признанием. — Прости, я надеюсь, ты не сочтешь меня развратной, но... «Сейчас или никогда». Надя решилась и продолжила: — Давай... займемся любовью? — Ты уверена? — Алан ошарашенно вытаращил глаза, но Надя кивнула. — Возможно, потом Оур... изнасилует меня. К тому же я не знаю, вернемся ли мы домой живыми. Я готова ко всему, что ждет меня, но свой первый раз хочу подарить мужчине, которого люблю. — Хорошо. Алан медленно и нежно обнял Надю, и их губы сплелись в поцелуе. Вскоре он принялся лизать ей шею, а потом и вовсе повалил на кровать. — Надя... — Зови меня Леона, — прошептала Надя едва слышным, совершенно непохожим на нее голосом. — Так меня зовут на самом деле. Леона Джарвис — вот мое истинное имя. Ж-ж. — ...У тебя очень красивое имя, Леона. — А... Алан закатал одежду Нади. Ему открылась и пышная грудь, и поросшая рыжими волосами промежность. — Н-не смотри так пристально... я стесняюсь. — Но тебе нечего стесняться, Леона... ты прекрасна. — М-м. Алан прикоснулся языком к груди Нади, и девушка вздрогнула. Хоть она и провела с мечом долгие годы, на ее теле почти нет шрамов. Безусловно, за это следовало благодарить ее собственные таланты и мастерство Шаль, но самое главное — она берегла тело для Алана. Все время, что они знали друг друга, Алан всегда выступал первым и отвлекал внимание врага. Стоило противнику ошибиться, как Надя наносила решающий удар. Поначалу Алан казался Наде щуплым слабым парнем, но ее мнение быстро изменилось. Со временем она прониклась к нему доверием, которое скоро переросло в любовь. Губы прошли мимо груди к животу, затем к поросли между ног, а потом и... — Леона, раздвинь ноги. Он слегка надавил на ноги Нади, и та, смущенно покраснев, послушалась слов Алана. Она продемонстрировала ему те сокровенные места, что кроме него никто еще не видел. — Я не могу, Алан, мне... так стыдно, — кое-как проговорила Надя, пряча лицо в ладонях. — Ты такая милая, Леона, — ответил Алан и проник в нее языком. — А-а. Надя впервые подала голос не от смущения, но от наслаждения. Язык Алана хозяйничал внутри нее, мечась из стороны в сторону, а тело Нади колыхалось, словно лодка в бушующем море. — А-Алан, я больше не... кажется, я готова. Она поняла, что такими темпами окончательно забудется, так ничего и не познав. В ответ Алан медленно, чтобы не потревожить, пристроился над ней и посмотрел в глаза. — Тогда... я вхожу. Ж-ж. — Что такое? Алан с удивлением посмотрел на Надю. Той же показалось, что мир перед глазами на какое-то мгновение расплылся. Она несколько раз моргнула, но ничего необычного не разглядела. — Н-нет, ничего... прошу, делай со мной, что хочешь. Девушке сразу стало неловко за свою бесчувственность, но Алан улыбнулся ей и нежно обнял. Ее спину тут же пронзили новые ощущения. Тело пропиталось болью и радостью, с которой она осознала, что стала женщиной. — Ничего, такая боль... пустяк, — Надя улыбнулась беспокойно глядящему в ее глаза Алану. Безусловно, девушку мучила боль, словно пронизывающая органы, но стоило ей подумать, что она преподносит себя Алану, как ее переполняло счастье. — Просто... держи меня. Алан кивнул, крепко обнял Надю и начал неспешно двигаться. — М, м-м... Через какое-то время вновь послышались стоны Нади, которые она давила из-за боли. Теперь в них слышалось сладострастие. — Фх, а-а-а, — продолжая двигаться внутри, Алан припал к ее груди, и Надя заголосила, запрокинув голову. — А-а, а, а, а-а, Алан, Алан... Надя сама не ожидала, что способна издавать столь похотливые звуки. Она прижимала к себе голову Алана и отдавалась во власть экстаза. — Леона... я люблю тебя!.. — А-а, Алан-н, еще, сильнее, глубже... а-а, Алан!.. Со временем его движения стали размашистее, и камера наполнилась влажными ритмичными звуками. — Леона, я кончаю... кончаю! — Алан, в меня... кончай в меня! Ж-ж. Ж-ж-ж-ж. Когда Надя завопила, мир перед глазами вновь расплылся. Но она уже не могла ни о чем думать и лишь чувствовала, как Алан пронзает ее глубины. В ее голове бушевал такой фейерверк, словно по затылку ударили обухом. Надя выгнулась и... — А-а-а-а-а-а! Она кончала и уже не понимала, что кричит. Алан изверг в нее семя и насладился, как мог, ощущениями. Когда он вынул из Нади пенис, она уже потеряла сознание. Алан опустил ноги на пол и погладил ее по голове. — Ты весьма недурна, Леона или как тебя там. На его лице уже не осталось и тени той нежности. Теперь ее место заняла зловещая ухмылка.

— А, а-а, Алан, Алан!.. Надя отчаянно скакала верхом на Алане. Они переспали уже столько раз, что авантюристка совершенно перестала чувствовать боль. Любовники жадно упивались телами друг друга, погружаясь в пучины плотской страсти. Когда Надя очнулась после их первого соития, Алан в темнице отсутствовал. Вскоре появилась темная альвийка с завтраком. Через полдня она вернулась с ужином и Аланом. Надя пыталась выведать, где он был, но тот каждый раз отвечал уклончиво. Хоть его возлюбленная и волновалась, она все же решила, что не стоит выпытывать слова, которые он не хочет произносить, и расспросы прекратила. Они вместе поужинали и уже скоро вновь сплелись воедино. За половым актом пришла усталость, Надя быстро заснула, а затем вновь проснулась одна. Одно и то же продолжалось изо дня в день. Жизнь узника состоит главным образом из безделья. Заняться в тесной темнице особенно нечем. Надя качала пресс и отжималась, чтобы держать себя в тонусе, но полноценно упражняться не могла — оружия ей не оставили даже тренировочного. Как-то раз она подумала сбежать с помощью тех столовых приборов, что ей приносили, но им не поддались ни стены темницы, ни замок. Скорее всего, камера зачарована. Иначе сложно объяснить, почему ни ложка, ни вилка не оставили на стенах ни царапины, зато сами быстро погнулись. Когда альвийка пришла в следующий раз и увидела испорченные приборы, она пригрозила, что Надя будет есть горячий суп голыми руками, после чего узница, наконец, угомонилась. Если же вычесть скуку, жилось Наде весьма неплохо. Безусловно, еду ей давали самую простую, но разнообразную и обильную. Каждое утро после завтрака ей приносили кадку с горячей водой и полотенце, чтобы девушка смогла помыться. В былые времена Надя почти не связывалась с горячей водой и лишь изредка ополаскивалась, но с началом половой жизни омовения стали необходимы. Она мылась старательно, не пропуская ни одного сантиметра кожи. Два раза в день к ней приходили забирать горшок с нечистотами и ставили новый. Надя радовалась как тому, что задачу эту поручили девушке, пусть и альвийке, так и тому, что происходило это не при Алане. Все-таки ей не хотелось обращать внимание мужчины на такие вещи. Тем более, внимание возлюбленного. Надя могла отсчитывать время лишь по тому, когда ей приносили еду. Уже скоро оно утратило для нее всякий смысл, и ей начало казаться, что в темнице она провела долгие годы. Воспоминания о приключениях с Аланом и остальными обесцветились и уже казались сказаниями давно минувших дней. Один лишь Алан помогал ей отвести душу. Она бросалась в его объятия и молила о любви. Только когда он входил в нее, она ощущала долгожданное умиротворение. В конце концов, Наде начало казаться, что она не отказалась бы прожить так вечность. Ж-ж. Ж-ж-ж-ж. Лишь одно омрачало безбедную жизнь: периодическая рябь перед глазами Нади. Ее взгляд то и дело расплывался, и она слышала странные звуки. Алан, впрочем, говорил, что ничего не замечает. Что это — болезнь? Проклятие? Поначалу Надя не обращала на эти странности никакого внимания, но со временем взгляд стал расплываться все чаще, и теперь синдром уже поселил в ее голове несмываемое беспокойство. — А-Алан... Она положила руку на щеку возлюбленного и нагнулась к нему. — Что? Ж-ж-ж-ж-ж-ж. В тот самый миг, когда она уже хотела поцеловать его, взгляд снова расплылся. Надя испуганно подняла голову и замотала ей. — Кончаешь? Я... тоже! Надя ощутила, как внутри разлилась теплая жидкость, и вспомнила то видение, что на мгновение открылось ей. Когда мир расплылся, она смотрела на лицо Алана. И видела на его месте другого мужчину.

Ночь. Может, в темницу никогда не заходили лучи солнца, но Надя помнила, когда подавали ужин, и знала, что сейчас ночь. Она лежала на кровати рядом с Аланом. Вдруг тот проснулся. Он осторожно, чтобы ненароком не разбудить, открыл дверь темницы и вышел из нее. Надя следила за ним сквозь прикрытые веки, а затем резко открыла глаза. Она, наконец, убедилась, что мужчина, которого она считала Аланом и с которым только что занималась любовью, оказался совершенно другим человеком. По всей видимости, он пользовался заклинанием иллюзии. В один прекрасный день Надя вдруг поняла, что мир расплывался перед глазами, лишь когда она находилась рядом с Аланом. Она не сходила с ума, как раз наоборот. Это магия на мгновение ослабевала. Надя беззвучно, словно кошка, припала к двери темницы, и осторожно надавила на нее. Та послушно отворилась. Видимо, скоро должна прийти темная альвийка и запереть. Надя вытащила из-под одежды припрятанный нож, сжала в руке волосы и отрезала у основания. Может, кухонный нож сложно назвать оружием, но волосы способен остричь и он. Теперь уже коротковолосая Надя сложила одеяло горкой и разложила на подушке волосы. Если тюремщица не станет приглядываться, то решит, что авантюристка спит. Надя вышла из темницы и беззвучно пошла по коридору. Тот этаж, на котором их в свое время поймали, смердел гниющими тут и там трупами, но этот чистотой мог поспорить с дворцовыми коридорами. В темнице Надя особо не придавала этому никакого значения, но стены коридора слабо светились сами по себе, слегка разгоняя тьму. Надя шла по лабиринту, полагаясь на интуицию, и вскоре отыскала дверь, из-за которой пробивался свет. Она подкралась и заглянула внутрь. В комнате стоял крупный стул, а на нем восседал мужчина с золотистыми волосами. Возможно, он спал — во всяком случае, веки его были сомкнуты, а сам он не двигался. «Вот он», — шепнула про себя Надя, внутри которой с новой силой вспыхнула ярость. Именно его она видела, когда иллюзия ненадолго прерывалась. Именно он под личиной Алана столько раз вливал в Надю свое семя. Ее вдруг наполнила такая ненависть, что пришлось собрать в кулак всю волю, иначе она мигом влетела бы в комнату и набросилась на него с ножом. Сейчас важнее другое — нужно найти и спасти настоящего Алана. Надя отпрянула от двери и продолжила поиски. Интуиция вела ее на редкость правильно. Долгое время ей не встречалось ни единой живой души... пока она вдруг не наткнулась на неподвижно стоящего гоблина с копьем в руке. Гоблин охранял грубую деревянную дверь, а с пояса его свисала связка ключей. «Туда», — инстинктивно почуяла Надя. Она подлетела к врагу, словно дуновение ветра, вцепилась в шею и резко дернула. Кость с легкостью сломалась, и гоблин умер, так и не издав ни звука. Надя забрала связку ключей и принялась возиться с замком. После пары неудачных попыток она все же нашла подходящий ключ и открыла дверь. — Алан! Он бессильно сидел на грубом стуле посреди комнаты. Надя быстро развязала веревки, что связывали его руки, и он медленно поднял голову, откликаясь на ее голос. — Надя?.. — Да, Алан!.. Надя крепко обняла его. Похоже, с парнем обращались далеко не так роскошно, как с ней — волосы его выцвели, он заметно похудел, но не узнать его Надя не могла. — Ну же, бежим. Пора бежать, чтобы собраться с силами. Конечно, без оружия бежать будет тяжело, но мы с тобой обязательно справимся. Если повезет, по пути найдем нашу экипировку, Шаль и Викию. — ...Не надо, — вдруг услышала она и изумленно подняла взгляд. Вид его карих глаз на мгновение заставил Надю забыть обо всем на свете. — Я — владыка этого подземелья. Я — твой владыка. Я поручил тебе под личиной авантюристки влиться в ту группу. Ты отлично справилась, Леона. Стоило его ладони нежно коснуться волос Нади, как та «вспомнила». — Да, господин Оур... Перед ней был не Алан, а Оур, в той самой форме, к которой она так привязалась, и с которой день ото дня занималась любовью в стенах темницы. — Ради меня ты пожертвовала своими прекрасными волосами... но ты красива даже так. Потом мы тебя причешем как следует. Оур неспешно обнял Надю в ответ, и та умиротворенно закрыла глаза. Наконец, она вовсе заснула. — ...Вы закончили? Практически в ту же секунду в комнату зашли Элен и еще одна альвийка. — Да. Несите ее в спальню. Я еще наложу на нее чары, но вряд ли она продолжит сопротивляться, — ответил Оур, передавая тело Нади альвийке. Элен вдруг нахмурилась, задумалась и в итоге решила спросить прямо: — Господин, я не до конца поняла, неужели она и правда с самого начала служила вам? — Конечно же, нет, — Оур снисходительно улыбнулся. — Мечники совершенно неспособны использовать магию, но этим и опасны. Нередко им удается победить магов исключительно с помощью силы воли. Оур откинулся на стуле и начал объяснять. Совсем недавно стул ничего из себя не представлял, но вдруг резко вырос в размерах и обзавелся подлокотниками. — Дело в том, что их тяжело остановить даже проклятием покорности. Такие, как она, способны сражаться, презирая мучительную боль от проклятия, пусть даже считанные секунды. С другой стороны, уловки против них работают превосходно, поэтому я и решил атаковать ее оружием, перед которым она не смогла устоять. Вот этим лицом. Оур зачитал короткое заклинание, и лицо его исказилось. Сверкающие золотистые волосы, чуть ли не женская утонченность — все то, чем и отличалось лицо Алана. — Конечно же, я заметила, как вы под личиной того мужчины насиловали ту девушку, но... Когда Оур вдруг приказал альвийкам наставить на него копье и затолкать в темницу, Элен подумалось, что владыке лабиринта слишком наскучило однообразие. — Посмотри еще раз. — М... м-м-м? Элен смотрела на лицо Оура и чувствовала, что что-то не так. Вот только она никак не могла понять, что же ее смущает. — Итак? — А, а-а! Элен ошарашенно осознала, что лицо Оура вновь изменилось. Янтарные волосы, коричневые глаза, ухоженные, но мужественные черты лица. Это лицо принадлежало уже самому Оуру. Вот только Элен совершенно не заметила, когда именно одно лицо сменилось другим. — Я менял лицо медленно и постепенно. В том, что касается памяти на лица, люди... да и альвы — весьма забавные создания. Они с трудом замечают постепенные изменения, — за то время, пока Оур говорил эти слова, он вновь принял облик Алана. — Впрочем, мне повезло в целом сойтись с тем парнем цветом волос и глаз. Если бы наши волосы отличались сильнее, она бы все заметила. В этот раз Элен смотрела куда внимательнее и, действительно, разглядела, как янтарные глаза Оура сменяются карими — Алана. — Я повторял так несколько дней, к тому же каждую ночь нашептывал, чтобы проникнуть в воспоминания: «На самом деле я принадлежу Оуру, а личина авантюристки — лишь прикрытие». Помимо фальшивых воспоминаний и изменений лица я еще иногда на мгновения показывал ей настоящее лицо Алана. В конце концов, она окончательно уверовала, что я — союзник, а Алан — враг. Тот спящий мужчина на внушительном стуле, которого Надя видела через дверь, и был настоящим Аланом. Если бы Надя смогла его опознать, то, быть может, спасла бы. Однако воспоминания ее угасли, а лицо Оура вытеснило лицо Алана из воспоминаний. В бывшем соратнике она увидела лишь врага. — Даже самый мнительный человек совершенно забывает об осторожности, коль скоро думает о том, что разгадал замысел врага. Этим, а также тем, что смог поменять местами лица врага и союзника в ее сознании, я и воспользовался, чтобы быстро вывести нашептанные фальшивые воспоминания на поверхность. Ложь и правда, враги и союзники в ее жизни поменялись местами. Убеждение — страшная сила. А доверчивость сродни беззащитности. «Страшнее всего ты сам», — подумала Элен, но промолчала. Во-первых, она доверяла ему как господину, а во-вторых, собственно, боялась. — Впрочем, на практике метод оказался слишком затратным по времени, кроме того, почти половине успеха я обязан случайностям и удаче. С остальными постараюсь разобраться эффективнее. Каждую из девушек Оур решил сломить по-разному. Он направился к следующей жертве, погруженный в темные мысли.

Несколькими днями ранее. Если точнее, на следующие сутки после того, как группа Алана попала в плен Оура. Жрица Шаль тоже очнулась в темнице. — Проснулась? Стоило ей оторваться от простыни, как она услышала голос и увидела, что в той же темнице на стуле, закинув ногу на ногу, сидит мужчина. Шаль вскинула руки — хотя в тот раз она из-за маски не увидела лица «злого мага Оура», его выдали осанка и волосы янтарного цвета. — Не нервничай. Я не намерен вредить тебе. Если бы хотел — давно бы убил, — хладнокровно бросил Оур. Шаль, конечно же, не доверяла ему, но после слов мага немного расслабилась. Правда, в первую очередь потому, что понимала: сопротивляться все равно бесполезно. На указательном пальце ее правой руки — проклятый перстень, запечатывающий магию (кстати, Наде Оур наврал с три короба — никаких устных проклятий он на Шаль не накладывал). С ним она не может применять заклинаний, да и снять перстень своими силами не в состоянии. К тому же светлые альвийки слабее и меньше людей, так что Оур, пусть и маг, превосходит ее физической силой. — Что вам нужно? — Другое дело, — Оур зловеще ухмыльнулся и поставил обе ноги на пол, затем приставил руку к подбородку и сделал вид, что задумался. — Как насчет твоего тела? Он выразился так непринужденно, словно делал заказ в трактире. Пусть Шаль никогда не спала с мужчиной, она прекрасно понимала, чего именно просит человек. Ее бледная кожа мгновенно покраснела, а сама она гневно уставилась на мага. — Пожалуйста, не несите чепуху. Я скорее откушу собственный язык и умру, чем потерплю унижение от злобного, мерзкого мужчины вроде вас. — Настолько ненавидишь, что скорее умрешь? — Конечно, — не думая ни секунды, ответила Шаль. Оур кивнул. — Но сможешь ли ты сказать то же самое о жизнях своих друзей? Красное лицо Шаль вмиг побледнело. — Пока что все они живы... пока что. — ...Бесстыдник. Очаровательное лицо Шаль скривилось, и она уставилась на Оура, скрипя зубами. Но пусть взгляд ее изо всех сил старался растерзать злого мага, тот и бровью не повел. После мучительных раздумий Шаль с неохотой улеглась на постель и крепко зажмурилась. — ...Делайте, что хотите. Светлые альвы живут в разы дольше людей и большую часть жизни посвящают одному-единственному партнеру. Они высоко ценят любовь, а непорочностью ради любимого дорожат больше всего на свете. Поэтому решение о том, чтобы расстаться с ней ради жизни друзей, многое говорит о силе ее воли. Она любила Алана, считала Надю и Викию незаменимыми подругами и слишком дорожила товарищами, чтобы их потерять. Ее тело дрожало, а зубы скрипели при мысли о том, какая жестокая судьба ожидает ее, но Шаль поклялась, что злодей ни за что не увидит в ее глазах слез. — Кажется, ты меня неправильно поняла. Но маг... — Это не мне нужно твое тело. Это ты должна просить и умолять меня. Как-то так: «Умоляю вас, господин Оур, изнасилуйте меня». ...грубо растоптал решимость маленькой пленницы. Слова его прозвучали так дерзко, так унизительно, что Шаль забыла как дышать, а о том, чтобы огрызнуться, и речь быть не могло. Мало того, что она из рода миролюбивых светлых альвов, Шаль с самого детства стремилась стать жрицей, слугой богов. И сама она, и друзья ее считали, что сердце Шаль наполнено лишь состраданием, что в нем нет места гневу. Наверное, как раз потому она, впервые ощутив, как ярость пронзила все ее существо, полностью утратила контроль над собой. — А-а-а-а-а! Она вскочила с кровати и побежала к Оуру, размахивая кулаками. Однако маг без труда перехватил ее щуплые ручки в воздухе. — Хорошо, я понял твой ответ, — сказал Оур отвратительно спокойным тоном, затем отпустил ее руки и развернулся спиной. — Сначала правую руку. Шаль не совсем поняла, что значили последние слова. Однако сердце ее почувствовало, что ничего хорошего они не сулят, и забилось быстрее. — Потом левую руку. Левую ногу. Правую ногу. Затем я отрежу ему уши, выдавлю глаза и отрублю язык. Не волнуйся, я каждый раз буду поддерживать исцеляющие заклинания, он не умрет. А когда он превратится в ни на что не способный кусок мяса, я организую тебе встречу... с твоим любимым мужчиной. — Стой! Шаль мертвой хваткой вцепилась в одежду Оура. Ее гнев и ненависть исчезли без следа; душой целиком и полностью завладел страх. — Умоляю, не надо... умоляю. Я сделаю все, что попросите... Из глаз полились слезы. Хрупкая девичья клятва не устояла перед хитростью мага. — Вот как? Ну, тогда ты знаешь, что говорить. Шаль на мгновение замялась. Но она понимала, что если так и будет молчать, Оур окончательно растеряет к ней интерес. Он смотрел на нее как ребенок на ничем не примечательного жука. Может, жучки и бабочки сами по себе не слишком интересны, но когда изо всех сил порхают, внимание все же приковывают... — У... умоляю вас, господин... Оур, из... изнас... у-у-у... илуйте меня!.. Непорочная светлая альвийка покорилась. — Хм... ладно. Ложись на кровать, закатай платье, раздвинь ноги, — скомандовал Оур с безразличным видом. Шаль неуверенно легла и дрожащими руками начала закатывать платье. — До конца, — укоризненно добавил Оур, глядя на то, как Шаль остановилась, едва обнажив нижнюю половину тела. В глазах Шаль вновь появились слезы, и она исполнила приказ. Все платье собралось на уровне подмышек, почти полностью открыв магу тело альвийки. В отличие от пышных и фигуристых тел темных альвиек, тела светлых почти не способны чем-либо зацепить глаз. Шаль съежилась, чувствуя, как бесстыжий взгляд Оура скользит по едва заметным выпуклостям и почти детской щели между ног, около которой не найти ни одного волоска. Оур, не говоря ни слова, навис над ней, а затем вставил член в ее щель, пусть та еще даже не увлажнилась. — А-а-а-а! — завопила Шаль от разрывающей тело боли. Боль накинулась на нее с такой силой, что из глаз хлынули слезы. Сил горевать по потерянной невинности не осталось. Она в муках выгибалась, но Оур не обращал внимания и продолжал двигать членом. — У!.. Кх, а-а!... И, игх-х, гху-у-у! Она с такой силой сжимала простыню, что пальцы ее совершенно побелели. Слезы лились из глаз, не переставая. И все же Шаль ни разу не сказала «нет» или «прекрати». Ее горло покидали лишь мучительные стоны. Она боялась, что если попытается сопротивляться, ее друзей постигнет суровая кара. Хотя Оур ничем не показывал своих чувств, он втайне восхитился силой воли Шаль. «Ну ладно, видимо, пора», — подумал он следом и зачитал краткое заклинание, оставшееся совершенно незамеченным на фоне воплей альвийки. Да, он сознательно напугал пленницу, но вредить ее телу на самом деле не собирался. — У, а-а-а-а... а? — Шаль почувствовала, как боль постепенно отступает, и недоуменно заморгала. — Хорошо же ты взмокла. Все-таки женщина не может пойти против своей природы, что бы ни говорила. — Но я не могла... — А это тогда что? Оур специально дернулся так, чтобы в темнице раздался громкий «хлюп». На лице Шаль отразилось беспросветное отчаяние. Конечно, терпеть изнасилование и без того было до смерти тяжко, но она вспоминала друзей, ради которых старается, и держалась. Однако мысль о том, что магу удалось опорочить ее душу, окончательно сломала ее. «А вот это уже плохо», — подумал Оур и поспешил сменить тему: — Тебе нечего стыдиться. Это законы природы. Установленные богом законы мироздания. — Бо... гом?.. Оур кивнул. — Я победил вас четверых в одиночку. Безусловно, не без помощи заранее придуманного плана, но истина все равно в том, что я сильнее вас. А тебе, как женщине, дано тело, которое тянется к сильному мужчине. Что насчет твоей души — я не знаю, но плоть не обманешь. Ее дали тебе сами небеса, а значит, она действует ровно так, как решил бог. Конечно же, он бессовестно врал. Влага, что выделилась из органов Шаль — не более чем защитная реакция в ответ на насильственное проникновение. Никакая женщина не получает удовольствия от изнасилования без какой-либо прелюдии. Ну а если бы женщин и в самом деле тянуло к сильным мужчинам, последние жили бы как в раю. Однако Шаль никогда еще не знала мужчин, зато чувствовала, как увлажнилась ее промежность и как утихает боль, а потому не стала сомневаться в словах Оура. В конце концов, собственная догадка девушки состояла в том, что маг опорочил ее душу, а этого бы она вынести не смогла. Поэтому альвийка ухватилась за ложь Оура. — Скоро тебе... станет хорошо. Оур продолжал натиск, тем временем тайно растирая клитор принесенным афродизиаком. Это то самое вещество, из которого Спина собрала приснопамятного слизняка, но доработанное Оуром. Теперь его не обязательно даже скармливать жертве, достаточно нанести на кожу, и уже скоро оно начнет разогревать похоть. — М-м... фх... — и действительно, Шаль начала постанывать совсем по-другому. — Нет, этого... не может... быть... Она изо всех сил пыталась отрицать чувства, что пронизывали ее тело. — Может. Я же говорил, твое тело само притягивается ко мне. Оно уже приняло меня... Но сердца твоего я не прошу, — концовка фразы так удивила Шаль, что она невольно взглянула Оуру в глаза. — Сердцем распоряжайся сама. Мне хватит и тела. Прочувствуй божественный замысел. Оур продолжал терзать ее глубины, играя с клитором. Боль уже давно прошла, и девушка уже начала приветствовать усиленное афродизиаком наслаждение. — Фха-а... а-а-а-а! Фха, а-а-ам-м... «Сердца я не прошу». От этих слов у Шаль словно гора с плеч упала. Сознание — вещь крайне чувствительная. И речь не только о чувствах телесных. Если Надю Оур захватывал постепенными изменениями и игрой со зрением и памятью, то Шаль он в первую очередь эмоционально уничтожил, а затем начал постепенно вытягивать со дна наслаждением и уступками. Из-за относительной мягкости нынешнего обращения действия Оура казались Шаль своего рода благом. — Что же, а теперь время принять маткой семя сильного мужчины. Это высшее счастье, что только доступно женщине. Я наполню твое тело наслаждением и приведу к блаженству... кончаю! Оур протиснулся в глубины Шаль и излил семя. Вместе с этим он растер о ее половые губы другой афродизиак. Этот начинал действовать мгновенно, но эффект длился недолго. — А-а-а, а-а, а-а-а-а-а-а-а! — закричала Шаль, изо всех сил цепляясь за простыню и выгибаясь дугой. Перед глазами плясали искры, мир мерцал. За всю свою тихую и мирную жизнь она никогда не испытывала такого удовольствия.

Сознание не выдержало и покинуло тело. Лицо расплылось от наслаждения.

Прошло несколько дней. Каждое утро Оур приносил Шаль завтрак и занимался с ней любовью. Затем он обращался Аланом и шел в темницу Нади, но об этом альвийка не знала. Если Надя почти все время маялась от скуки, то Шаль всегда было над чем тщательно подумать, хотя радоваться этому она не спешила. Если точнее, ей приходилось гадать, как ублажать Оура. Дело не в том, что Оур сломил ее, и она стала рабыней похоти. Маг заставлял ее. День ото дня альвийке приходилось вымаливать его семя, причем каждый раз по-новому. «Над словами и интонацией думай сама. Но знай — если мне не понравится, спать с тобой я не буду», — сказал ей Оур, когда пришел на второй день. Так началась новая жизнь Шаль, главная роль в которой досталась методу проб и ошибок. Во второй день она начала со слов «пожалуйста, изнасилуйте меня», но получила отказ. После мучительных размышлений Шаль все же решилась произнести следующее: «Я прошу у вас любви и снисхождения». Когда-то она мечтала сказать это Алану, если тот остановит выбор на ней. Но теперь и девичью любовь ее, и заветные слова осквернила белая жидкость мага. На третий день Оур потребовал, чтобы Шаль говорила развратнее. Когда альвийка призналась, что не умеет, Оур сначала протяжно вздохнул, а затем распорядился, чтобы впредь обед ей носила не брюнетка с пустотой в глазах, а суккуб. Повелительница похоти из-за объемов тела казалась полной противоположностью Шаль. Она старательно обучила неопытную жрицу развратным словечкам, и дала немало советов по тому, как вести себя в постели. До сих пор Шаль считала демонов ужасающими созданиями, но демоница вела себя непринужденно, словно знакомая ровесница. Альвийка быстро оттаяла и начала жадно впитывать знания. На четвертый день Шаль раздвинула половые губы собственными пальцами, а затем умоляющим голосом попросила: «Вонзите ваш пенис в вагину Шаль, господин Оур». Маг поначалу удивился, а затем похвалил жрицу за старательность. Шаль твердо сказала себе, что не будет испытывать никакой радости от похвалы, ведь ее вынудили вытворять такие постыдные вещи. Тем не менее, она ощутила какой-то странный зуд в глубине собственной души. С тех пор Шаль большую часть каждого дня посвящала раздумьям о том, какими словами соблазнять Оура. Чем лучше она ублажала его, тем спокойнее должны чувствовать себя ее товарищи. Поэтому альвийка старалась изо всех сил. Шаль тщательно раздумывала, не гнушаясь помощью демоницы, которая навещала ее во время еды. Демоница подсказывала незнакомые слова и давала советы, но никогда прямым текстом не говорила, что делать. В конце концов, каждый текст Шаль приходилось составлять самой. Вскоре Шаль начала готовить слова не только для соблазна, но и для разжигания похоти мага до и после оргазма, и даже во время самого полового акта. Это, опять же, один из советов суккуба. Когда Шаль послушалась, ей сразу показалось, что Оур стал легче на подъем. Ей подумалось, что даже злобный маг не смог не заметить искренность самозабвенно старающейся девушки. Очередной день, очередное совокупление. — Господин Оу-ур... оттрахайте мои глубины вашим великолепным членом. Наполните меня семенем, я хочу от вас ребенка-а... — молила Шаль, стоя на кровати на четвереньках и виляя бедрами. Пусть Оур еще не касался ее, щель альвийки обильно истекала соком. «Если ты действительно намерена доставить своему партнеру удовольствие, твое тело тоже должно быть готово», — учила демоница. Шаль сразу же согласилась с этими словами. Более того, они даже привели ее в легкий восторг. Мысль о том, что о партнере думать нужно в первую очередь, а о мелочах лучше не беспокоиться, оказалась ей очень близка. — Хорошо же ты заискивать научилась. Так и быть, Шаль, — похвалил Оур узницу, схватил за поясницу и резко вставил. — А-а-ах-х... он вошел в меня... такой большой... Когда стержень проник в ее влажное лоно, она не ощутила и тени той боли и того отвращения, что испытала в первый день. Тело Шаль сразу охватил сладостный зуд наслаждения. — Еще, еще... пожалуйста, вкусите моей вагины-ы. Шаль и сама водила бедрами в такт движениям Оура, тщательно следя за тем, чтобы член ненароком не покинул ее чрева. От синхронных движений любовников органы трутся вдвое сильнее, а потому удваивается и наслаждение. Хотя думать об удовольствии партнера и важно, секс не предназначен лишь для одного. Нельзя угадать, о чем думает партнер, поэтому думать и действовать приходится, исходя из собственных ощущений. Другими словами, чаще всего лучше считать, что партнеру твоему хорошо, когда хорошо тебе. Шаль в точности следовала совету суккуба и двигалась сама, упиваясь удовольствием. — Кх-х, ты хороша, Шаль... — протянул Оур. Голос его казался вымученным, но Шаль уже знала, что это и есть доказательство наслаждения мужчины. Они, в отличие от женщин, во время соития не кричат. — И вы, господин Оур, мне тоже хорошо. Пожалуйста, трахайте меня еще сильнее! Сотрите меня изнутри-и! Шаль заголосила вместо него. «Когда тебе хорошо — выражайся своими словами. Не нужно притворяться, просто говори, что чувствуешь. Доверься Оуру, он сделает тебе приятно». Шаль поочередно вспоминала все советы суккуб и прилежно претворяла их в жизнь. Она почувствовала, как пенис Оура содрогается внутри ее, и несказанно обрадовалась. — А-а, да-а, кончаю, кончаю-ю-ю! Я кончаю от того, что меня пронзает членом господин Оу-у-у-ур! Кончайте в меня! Пожалуйста, извергните в меня ваше семя, господин Оу-у-ур! Шаль выгнулась и напряглась, готовясь встречать оргазм. Но почему-то волна наслаждения, что обычно обрушивалась на нее, задерживалась. И тогда она поняла, что Оур остановился. — Господин Оур?.. — озадаченно спросила она, оглядываясь через плечо. — Хочешь кончить? — Да, я хочу кончить... умоляю, добейте меня. Шаль старательно пыталась двигать бедрами, но не могла толком двигаться из-за того, что стояла на четвереньках. Зато она прекрасно показывала, с какой силой жаждет наслаждения. — Тогда скажи свое истинное имя. — Н... но... Альвы — создания куда более духовные, нежели люди, и потому истинные имена ценят пуще магов. Знание истинного имени дает контроль не только за душой. Если она скажет Оуру свое истинное имя, тот заполучит ее всю без остатка. Потому даже темная альвийка Элен, поклявшаяся в верности магу, не раскрыла своего истинного имени. — Ты ведь хочешь кончить? — А-а, да, хочу. Оур начал медленно двигаться, и Шаль застонала. Но скорости решительно не хватало. Оур намеренно двигался медленно, лишь разжигая огонь страсти в душе Шаль. — Господин Оур, умоляю, пощадите!.. Имя, имя мое не... ах-х, быстрее, еще быстрее... а-а, нет, прекратите-е-е! Неспешные, словно готовые прекратиться в любое мгновение движения Оура казались Шаль пыткой. Ощущения никак не могли довести ее до оргазма, но каким-то образом все сильнее разжигали похоть. — Господин Оур, я не могу, не могу-у... еще! Трахайте меня, разворотите меня! А-а, я не могу-у, глубже, еще глубже, не останавливайтесь, пожалуйста! Господин Оур, умоляю, оттрахайте глубины моей истекающей щели вашим твердым, могучим члено-ом! Шаль замотала головой и резко прижалась к телу Оура бедрами. Тот схватил ее за пояс и глухо прошептал: — Хорошо, имя можешь не говорить. Но тогда отдай себя всю. Я исполню твое желание, если ты станешь моей наложницей, готовой выполнить любой приказ и отдаться по первому зову. Едва поняв, что ей дали выход, Шаль завопила: — Стану, стану-у-у-у! Я ваша наложница, господин Оур, ваша личная секс-рабыня! «Если я буду так говорить, Оур наверняка обрадуется, но это все понарошку». Шаль теперь не смогла бы даже вспомнить, кому принадлежали эти слова, что она когда-то тихонько шептала в темнице, хитро улыбаясь. Одних только развратных слов и близко не хватило, чтобы удовлетворить Оура. — Хорошо, тогда отныне ты моя наложница. Ты принадлежишь мне и телом, и душой. Ты будешь раздвигать предо мной ноги, когда я попрошу. Ты будешь слушаться каждого приказа и с радостью принимать мое семя! — А-а-а-а-а, да, да-а-а! Кончаю, я кончаю! Я чувствую сперму господина Оура, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Маг резко вставил и излил в альвийку семя, а она закричала нечеловеческим голосом.

— Чисти. Шаль радостно припала языком к только что разрядившемуся и покинувшему ее члену. Скромной, благочестивой жрицы больше не было. Шаль заключила контракт и приняла на душу проклятие, став похотливой рабыней Оура. — Твое истинное имя? — Ширли Сазерленд, господин Оур... — честно ответила Шаль, продолжая с аппетитом вылизывать достоинство Оура. В принципе, спрашивать было незачем. Неважно, в каких условиях все произошло, но она согласилась «отдать себя всю». Шаль уже продалась магу и телом, и душой. — Ага. Что же, Ширли, отдыхай. Оур коснулся головы Шаль пальцем. Та сразу рухнула на постель и заснула. — Ударно поработал, — раздался ободрительный голос Лилу, словно проступившей из тьмы лабиринта. — Ага, даже утомился немного. Еще и тебя нагрузить пришлось. Только вчера Оур закончил подчинять Надю. К Шаль он пошел чуть ли не с самого утра, а после обеда намечалось еще одно соитие с Надей. Управлять подземельем приходилось в перерывах. С этой точки зрения Оур — человек крайне занятой. — Да ладно тебе. Развращать невинную девочку было очень даже весело, — Лилу по-суккубски похотливо улыбнулась. — И все-таки, господин, тебя это правда заводит? Может, мне тоже начать умолять тебя? Господи-ин, чпокните щелку Лилу вашим могучим члено-ом. Где-то на середине фразы Лилу припала грудью к спине Оура и перешла на шепот у самого уха. Маг догадался, что ей нужно, но мешать не стал. — Дело не в моих предпочтениях. За словами стоит сила — душа, если хочешь. Особенно когда слова — твои собственные. Ложь, повторенная много раз, звучит все правдивее, и в конце концов грань истины стирается. В случае таких старательных девушек как она это вдвойне справедливо. Хоть я и сказал ей, чтобы сердце оставила себе, она слишком последовательна, чтобы вовремя остановиться. В целом, тактика совращения достаточно стандартная, правда, работает не на всех. «На последнюю — ту, что у них магом была — она вряд ли подействует», — мысленно добавил Оур. — Хм-м. А меня ты совратить не хочешь? Не попытаешься вскружить мне голову? — с придыханием прошептала Лилу, прижимаясь еще крепче. — На отпетых лицемеров вроде тебя такой подход не сработает. Ты будешь просто отыгрывать экстаз. Вдобавок, зачем совращать демоницу, когда ты и без того порок во плоти? — Ага. И к тому же, ты мне даже так нравишься. — ...Ясно, — Оур постарался ответить равнодушно. — ...Я не шучу, если что, — Лилу прижалась щекой к его спине. Оур решил не отвечать на ее слова и встал с кровати. Затем обернулся, но так, чтобы не наткнуться на взгляд Лилу, и бросил: — Кстати, ты, наверное, проголодалась. Идем в спальню, я тебя награжу. — ...Угу. Ур-ра, наконец-то пое-ем! — жизнерадостно воскликнула Лилу и вскинула руки в воздух.

В голове ее тем временем кружилась совершенно недостойная суккуба мысль: «Надеюсь, однажды он откроет свою душу».

— Наконец-то ты пришел, — холодно поприветствовала Оура голубовласая девушка-маг Викия, когда он пришел в ее темницу. Девушка провела в заточении уже несколько дней. Ее узилище посещала лишь девушка, приносившая еду и, несмотря на демонстративное хладнокровие, Викия вся изнервничалась. Вполне возможно, Оур уже успел так или иначе «разобраться» с Надей и Шаль. Викия готовилась к тому, что за нее примутся в последнюю очередь, причем повелитель подземелья мог использовать судьбу ее спутниц в качестве козыря. — Успокойся. Все твои товарищи живы. — Глупо надеяться, что такие слова меня успокоят, — грубо отрезала Викия. Во-первых, никаких доказательств Оур не предъявил. Во-вторых, «живы» означает лишь то, что души ее товарищей на месте. О сохранности тел не шло никакой речи. — Пожалуй. Тогда выражусь по-другому. У них нет травм ни телесных, ни душевных. Если бы вам удалось выбраться, все вы снова смогли бы стать авантюристами. — К чему ты? — нетерпеливо перебила его Викия, словно пытаясь сказать, что слова врага ей не интересны. Впрочем, они ей и правда не интересны. Никто не мешает Оуру врать. — Нелюдимая ты... но ладно. Я пришел сыграть с тобой. — Сыграть? — недоверчиво переспросила девушка по ту сторону решетки, и Оур кивнул. — Ты сразишься со мной в несложной игре. Если победишь, я верну тебя и всех твоих друзей на поверхность, целыми и невредимыми. Если проиграешь — отдашься мне целиком. Ты ставишь одну жизнь, я — четыре. Ставки в твою пользу. — Не говори ерунды, я на такое ни за что не соглашусь, — ответила Викия, стараясь не показывать, насколько сильно ей на самом деле хочется вцепиться в предложение. Сейчас она ни на что не способна. Ее магию запечатали, и девушке не хватит умений, чтобы сбежать без чар. — Я догадывался, что ты так скажешь, поэтому приготовил судью, — после этих слов из тьмы появился крупный демон с кожей медного цвета. — Если я буду жульничать, демон высосет мою душу, и ты победишь. Битва будет честной. Согласна? Викия задумалась. Безусловно, демон — наверняка один из приспешников мага, но демоны не бывают безоговорочными союзниками людей. Тем более такие крупные. Если Оур поставит на кон душу, демон без жалости высосет ее, если потребуется. К тому же, если Викии повезет с характером демона, тот может даже встать на ее сторону. — Хорошо, я согласна выслушать тебя. Рассказывай, — сказала девушка, присаживаясь на кровать и закидывая ногу на ногу.

Правила игры действительно оказались несложными. Сначала Викия и Оур должны договориться, кто будет нападать, а кто — защищаться. Затем оба они пишут на листочке бумаги часть тела, не показывая оппоненту. Выбрать можно один из восьми вариантов: голова, грудь, живот, таз и любая из конечностей. Если и нападающий, и защищающийся написали одно и то же, защита считается успешной, и игроки меняются ролями. Если нет — написанная нападающим часть тела переходит в его «собственность», затем игроки все равно меняются ролями. Перешедшая в собственность часть тела сковывается проклятием, и изначальный обладатель лишается возможности двигать ей. Впрочем, у собственности есть ограничения. В нее не могут попасть жизненно важные органы, органы чувств, а также рот и горло, чтобы игроки могли разговаривать. Строго говоря, каким-либо реальным эффектом обладает лишь потеря власти над конечностями. Список нарушений правил вышел довольно внушительным. В него вошла телепатия, предсказание будущего, магическое зрение, подглядывание с помощью слуг, любые попытки прервать игру или передвинуть руку с помощью силы или магии, любые помехи оппоненту, попытки скрыть руку магией иллюзий, любые нарушения уговора. Каждое из этих нарушений значило бы, что демон вытянет из Оура душу, а Викия победит. Однако в список нарушений не вошел захват в собственность обеих рук противника, хотя игрока без рук впору признавать проигравшим. Однако когда Викия сказала об этом Оуру, он в ответ бросил: «У тебя еще есть рот и ноги». Как ни странно, запреты на мошенничество не распространялись на Викию. Хотя, вряд ли она хоть что-то смогла бы сделать с запечатанной магией. Проигравшим считается тот, у кого противник заберет в собственность все части тела, кроме одной. Очевидно, когда свободной останется лишь одна часть тела, продолжать игру будет бессмысленно. По окончанию игры обоим игрокам вернут «отобранные» члены. Далее в случае проигрыша Викии она отдаст все свое тело в собственность Оура, а в случае проигрыша мага он вернет как Викию, так и всех ее товарищей на поверхность целыми и невредимыми. Если окажется, что те уже успели пострадать, Оуру будет засчитано «нарушение уговора». Демон заберет его душу, а затем лично доставит всех товарищей девушки и ее саму на поверхность. После долгих споров относительно понятия «целый и невредимый», Викия и Оур сошлись на следующем определении: «в состоянии сражаться в точности как и раньше сразу после возвращения на поверхность». Викия поначалу хотела настоять на формулировке «сражаться против Оура», но решила, что за такую наглость может поплатиться и заработать проклятие. В итоге она согласилась, понимая, что сейчас важнее все же затащить Оура в игру, где есть шансы победить. — Что же, тогда начнем. Первой нападай ты. Оур расслабленно опустился на стул перед решеткой и посмотрел на Викию. Между ними в стороне встал демон, скрестивший на груди все четыре руки и поглядывающий на игроков. Роль игрового поля играли два деревянных пюпитра, на которых можно писать одной рукой так, что оппонент ничего не увидит. Разумеется, в этой игре выгодно атаковать первым, ведь игра заканчивается как только у одного из игроков остается одна «собственная» часть тела. Викия раздумывала, не спеша. Время игры они ограничивать не стали. Если оба игрока выбирают части тела случайно, то шанс провалить атаку — один к восьми. Может, в конце игры над каждым ходом приходится тщательно раздумывать, но в начале гадать не обязательно. И тем не менее, вернее, именно поэтому Викия так крепко задумалась. Части тела не равноценны. Исход игры решит не удача, а глубокие размышления и взаимное чтение мыслей. Ключ как раз в том, что проигранная часть тела переходит в собственность оппонента. Проигранной рукой уже не попишешь. Другими словами, потеря обеих рук равносильна поражению Викии. Конечно, она могла, в теории, писать ртом или ногами, но хотела во что бы то ни стало избежать такого унижения. Животом и тазом тоже ничего не напишешь. Поэтому руки нужно защищать любой ценой. С этой точки зрения у Оура есть серьезное преимущество. Он может выписывать части тела с помощью магии, даже лишившись рук и ног. Хоть он и настаивал, что игра справедлива, на деле Викия находилась в заведомо проигрышном положении. «Однако на этом-то его и можно подловить», — подумала она. — ...Я написала. — Долго же ты думала. Но не страшно. Викия взяла в руку свой листок. То же самое сделал и Оур. Он, в отличие от Викии, определился почти мгновенно. Демон по очереди посмотрел на листки, а затем скрипучим металлическим голосом объявил: — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «левая рука». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «голова». Атака успешна, левая рука Оура переходит Викии. Левую руку Оура пронзила длинная игла из серебристого света. — Хм. Теперь атакую я. Оур как ни в чем не бывало написал на листке следующий ход. Викия же задумалась над тем, что стоит защитить. Оур хотел защитить голову. Викия предполагала, что в первую очередь он попытается спасти конечности, точнее — как правша — правую руку, но ее ожидания не оправдались. Неужели потеря головы как-то навредила бы Оуру? Безусловно, голова — важнейшая часть тела, но разве ее потеря так уж опасна с учетом того, что мысли, органы чувств и рот останутся свободными? Даже с «потерянной» головой и двигаться, и читать заклинания можно совершенно свободно, а насильно закрывать противнику глаза запрещено. Разумеется, власть над нервной системой тоже не передается. Если бы Викия завладела головой Оура, она не смогла бы управлять его телом. После долгих раздумий Викия все же сделала выбор и показала листок демону. Он вновь окинул взглядом ходы и проскрипел: — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «грудь». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «правая рука». Атака успешна, грудь Викии переходит Оуру. Грудь девушки сковали цепи из янтарного света. Но никаких неприятных чувств не последовало. Как они и условились, сердце и легкие, как жизненно важные органы, работали по-прежнему. Выбор Оура настолько удивил Викию, что изумление все же отразилось на лице. Она была уверена, что маг будет в первую очередь нападать на конечности. С точки зрения Оура грудь ему не нужна — для победы достаточно захватить все конечности и голову. А может, он именно потому и сделал такой выбор. Может, он предвидел, какие части тела будет в первую очередь защищать Викия, и атаковал ту, где шансов на успех больше. — Теперь моя атака, — сказала Викия и показала демону листок. В этот на раздумья ушло гораздо меньше времени. Оур вновь словно ничуть не задумывался. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «правая нога». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «правая рука». Атака успешна, правая нога Оура переходит Викии. — О, — с некоторым даже восторгом обронил Оур, когда серебристая игла пронзила его правую ногу. Он догадался, что Викия в первую очередь будет атаковать конечности. Тем не менее, он вовсе не выглядел встревоженным. Наверное, он не считает руки такими уж важными. «...Однако на этом-то его и можно подловить».

Викия скосила взгляд на витающую в воздухе серебристую и янтарную энергию и незаметно улыбнулась.

Бывают люди одаренные, от рождения обладающие какими-либо талантами. Крайне редко среди них встречаются люди, наделенные силой судьбы, против которой бессильна даже магия. Сюда относится и та самая «звезда героя», считающаяся одним из самых драгоценных даров. «Магический глаз» Викии далеко не так всемогущ. Дар этот позволяет невооруженным глазом видеть потоки магической энергии. Всю жизнь прочие маги казались ей слепцами. В ее глазах они выглядели хромыми калеками, и девушка порой задумывалась над тем, как им вообще удается так ловко плести заклинания. Оур — опытный маг, обладающий каким-то чудовищным запасом магической энергии, но он такой же слепец, как и остальные. Викия, подобно демону, сразу увидела бы магию Оура, попытайся он ее применить. А в случае несложного заклинания она смогла бы его расшифровать. Другими словами, Викия рассчитывала, что сможет разглядеть, какие символы пишет Оур, когда он лишится рук и начнет полагаться на магию. Дары не относятся к магии. Им не нужны заклинания или энергия. Украшение, что запечатывало магию Викии, не мешало ей пользоваться магическим глазом, к тому же его не чуял демон. И даже если ее секрет раскроется, в правилах запрета на использование даров нет. — Теперь... мой ход. Начинался четвертый раунд. До сих пор ни одному из игроков не удалось успешно защититься. Викия присвоила живот Оура, а он, в свою очередь — левую руку и таз. Викия вновь удивилась тому, что маг решил остановить выбор на тазе. Сама Викия атаковала живот Оура затем, чтобы отвлечь его внимание от конечностей, а Оур словно действовал наоборот — захватил левую руку, чтобы отвлечь внимание от других частей тела. — Хья-а?! И тут спину Викии пронзили столь сильные ощущения, что девушка невольно вскрикнула. Пытаясь понять, что только что произошло, она посмотрела на свою левую руку и увидела, что та вовсю ласкает промежность. Она и сама не заметила, как рука успела закатать тюремную одежду и открыть гениталии взгляду Оура. Викия пригляделась и увидела, что потоки энергии тянутся от Оура к ее цепям и управляют телом. — Разве это не считается помехой?! — воскликнула девушка. — Не считается. Ты все еще можешь писать, — хладнокровно ответил демон. Действительно, Оур не мешал ее собственным действиям или мыслям. Он лишь заставлял ее левую руку неспешно скользить вдоль щели. Да, он отвлекал Викию, но в ход игры не вмешивался. — Я трогаю свою собственность своей собственностью. Что не так? — ...Продолжаем. Викия свела ноги, скрывая половые органы от Оура, а затем взялась за кисть. Она старалась выглядеть смело, словно собираясь уж в этот раз захватить правую руку Оура... но написала левую ногу. Девушка решила, что маг наверняка подумает защитить правую руку, а значит, его надо застать врасплох. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «левая нога». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «левая нога». Атака провалилась. Оур словно прочитал ее мысли и защитился. Викия растеряла то преимущество, что дала ей первая атака. — Зря поспешила. Забылась от ласк? — Оур похотливо улыбнулся. — Ходи, — Викия скорчилась от стыда и показала листок демону. — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «правая рука». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «правая рука». Атака провалилась. — Кажется, ты и сам перевозбудился. Кровь из головы ушла? — едко бросила Викия, но в душе испустила вздох облегчения. Ей удалось отыграться за неудачу. Более того, ей повезло защитить правую руку. Мало того, что лишь та позволяла хозяйке нормально выводить буквы, девушка содрогалась от одной мысли о том, как маг может унизить ее, если подключит еще и вторую руку. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «правая рука». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «таз». Атака успешна, правая рука Оура переходит Викии. Викия едва сдержалась, чтобы не раскрыть восторга. Вторую руку Оура пронзила серебристая игла, и больше маг не мог пошевелить руками. Впрочем, где-то на задворках сознания Викии невольно мелькнул вопрос о выборе Оура. С какой стати он решил защищать таз? ...Впрочем, сейчас это уже неважно. Викия знала, что теперь ей нужно анализировать потоки магической энергии Оура. Она пристально вгляделась в мага... и увидела такое, что не поверила своим глазам. — Как ты двигаешь частями тела, которыми не владеешь?! — Давай лучше я тебя спрошу, — Оур иронично улыбнулся в ответ на упрек Викии. — Я могу двигать те части твоего тела, которыми владею. Почему ты считала, что частичная потеря собственности помешает мне управлять моим телом? И тогда Викия поняла, что Оур раскрыл ее замысел. — Это не нарушение? — С какой стати? — ответил демон вопросом. Долго думать над его словами не пришлось. Правила не запрещали двигать отобранные части тела магией. В конце концов, на ход игры это не влияет. Викия осознала ошибку и сникла. Если бы он перемещал кисть магией, она смогла бы разглядеть магические потоки. Но Викия не могла видеть магию, текущую внутри тела мага. Дар ее позволял видеть лишь те потоки, что перетекают по воздуху. — Что такое? Я уже готов атаковать. Ты не хочешь защищаться? После долгих раздумий Викия все же повернула листок. — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «левая нога». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «правая нога». Атака успешна, левая нога Викии переходит Оуру. Викия недовольно посмотрела на цепи, обвившие названную конечность, и цокнула. С самого начала игры Викия защищала лишь правую руку. Безусловно, на то имелась вполне конкретная причина, но она понимала, что и Оур об этом догадается. Ей удалось догадаться, что теперь Оур попытается атаковать ноги, но девушке не удалось угадать, какую именно он выберет. Викия глубоко вдохнула, понимая, что нужно собраться. Она закрыла глаза и сосредоточилась, стараясь не думать о все продолжающей ласкать промежность левой руке. — Мха-а! — вдруг издала она краткий стон. Лишь тогда она заметила, что левая рука перебралась на грудь и принялась ласкать ее. Грудь Викии маг забрал в первую очередь. Вершины округлых холмов уже напряглись до предела. Влажные пальцы массировали их, а мозг захлестывали волны ощущений. Кроме того, рука закатала короткое платьице, в которое одели девушку, и теперь взгляду Оура ничего не мешало. Сам же Оур наблюдал за зрелищем с похотливой улыбкой. Викия перевела взгляд на демона, но тот и не думал вмешиваться. И тогда девушка поняла, в чем именно просчиталась. Демоны не могут улавливать настроение и чувства человека. Касается это и сексуальных ощущений. Демон мог реагировать лишь на физическое или магическое вмешательство. Другими словами, на роль судьи он годился из рук вон плохо. Викия, наконец, разгадала замысел Оура. Разгадала и тут же мысленно обозвала его подонком. Оур защищался так странно как раз потому, что ему и не надо защищать ничего конкретного, ведь он мог двигать телом и после потери права собственности. Однако что насчет тех действий тела, которые не назвать жизненно важными, но не отнести к осознанным? Возможно, потеря собственности их полностью прекращает? Если предположить, что это так, вспомнить, что Оур защитил таз, затем подумать над тем, какие полубессознательные движения можно совершать им под воздействием физиологического желания... то все встанет на свои места. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «таз». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «таз». Атака провалилась. Викия сделала выбор, руководствуясь исключительно приступом ненависти. Естественно, Оур с легкостью раскусил ее. — Кх... у-у... Левая рука Викии закопошилась и вновь скользнула между ног. Девушка из последних сил давила собственные стоны. Ласки распалили ее, и промежность увлажнилась еще сильнее. К тому же отобранная нога отошла в сторону, предавая волю хозяйки, и теперь та никак не могла помешать непослушной руке бедрами. Викия заскрипела зубами и вписала следующую часть тела. — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «голова». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «правая нога». Атака успешна, голова Викии переходит Оуру. Викия практически рефлекторно попыталась защитить правую ногу. Оур подловил ее и отобрал голову. Если бы Оур забрал правую ногу Викии, то получил бы полный контроль над нижней половиной ее тела. И речь не только о том, что ее постыдные места окончательно откроются ему... он ее такими темпами и изнасиловать может. Оур умело пользовался страхом, который сам же и посеял. — Теперь у меня захваченных частей больше, — с довольной улыбкой заявил Оур, словно раздувая ее страх. — Ты прав. Но Викия уже решилась. Она мысленно отругала себя за ошибки, а затем отбросила досаду и сомнения, что скопились в ней. Чем сильнее на нее давила обстановка, тем яснее становились мысли. Что сейчас самое главное? Спасти друзей. Ее собственная честь, ее собственная жизнь — все это не важно, но Алана и остальных надо вызволить любой ценой. — Теперь атакую я, — Викия уверенно вписала следующий ход. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «правая нога». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «таз». Атака успешна, правая нога Оура переходит Викии. — М? — обронил Оур, словно хваля соперницу, и свел брови. Сейчас Викии больше всего хотелось отобрать у Оура таз. И именно поэтому она его не атаковала. — Хм... Оур ненадолго задумался, в первый раз с начала игры. Зато Викия, наоборот, приняла решение практически сразу же. — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «правая рука». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «правая рука». Атака провалилась. Викии нужно во что бы то ни стало защищать правую руку. Без десницы она не смогла бы продолжать. Пусть даже ценой правой ноги, пусть даже ценой последующего изнасилования, но правую руку она отдавать не собиралась. Атака Оура провалилась, и Викия вновь захватила преимущество. У Оура остались голова, грудь и таз. У Викии — правая рука, правая нога и живот. Шанс ошибиться — один из трех. Викия решила довериться удаче. Она незаметно для Оура прокрутила кисть в руке, решив выбрать часть тела по тому, как она остановится. ...Кисть указала вбок. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «грудь». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «голова». Атака успешна, грудь Оура переходит Викии. — М... — кратко обронил Оур, когда серебристая игла пронзила его грудь. У него осталось две свободных части тела. Викия задумалась над тем, как защищаться дальше. Если она не защитит правую руку, то больше не сможет писать. Если не защитит правую ногу — может расстаться с девственностью. Она должна была выбрать один из этих вариантов. — Нападает Оур. Выбранная часть тела: «живот». Защищается Викия. Выбранная часть тела: «живот». Атака провалилась. Именно поэтому Викия выбрала третий вариант. — Ты словно змей, — проговорила Викия, слегка улыбнувшись. — Хитрый, подлый, нечестный. Мысли твои грязные и поверхностные, поэтому их очень легко читать. Я даже скажу тебе, как схожу в следующий раз. Я выберу голову. А теперь гадай, соврала ли я. С этими словами Викия быстро провела кистью по бумаге. Зато Оур впервые растерялся настолько, что крепко задумался. Наконец он медленно поднес кисть к листку и сделал ход. — Нападает Викия. Выбранная часть тела: «голова». Защищается Оур. Выбранная часть тела: «таз». Атака успешна, голова Оура переходит Викии. Серебристая игла вонзилась в голову Оура. Его тело словно пошло трещинами. — Вот кто ты на самом деле. Ты никогда не доверяешь другим и не видишь правды. А теперь отпусти меня, демон, и отведи к моим друзьям. Однако демон в ответ даже не шелохнулся. Викия попыталась встать, но цепи крепко держали ее, и она не могла сдвинуться с места. — ...Что это значит? Победа в игре за мной! Только не говори, что изменил условия! — закричала Викия. — Хе-хе-хе... — усмехнулся Оур. — Ты совершенно права, юная волшебница. Я и в самом деле никому не доверяю. Однако позволь мне, черствому старику, дать тебе совет. Лучше бы и ты меньше доверяла другим. Затем трещинами пошли все иглы, вонзившиеся в Оура, и разбились. — Что?! Это твои рук дело, демон?! — Нет, он все делает правильно. Я не жульничаю. Просто ты неправильно поняла одну маленькую деталь, — Оур самодовольно улыбнулся и размялся, больше не скованный иглами. — Игра закончится, когда один из нас захватит все поставленные на кон части тела, кроме одной... Однако я не уточнял порядок. Значит, он может быть любым. Порядок? О чем он? Что вообще происходит? Викия на мгновение растерялась, а затем ее осенило. — Погоди-ка, поставленные на кон?.. Оур кивнул. — У тебя ведь три товарища? Вместе с тобой это четыре комплекта. Смотри, как здорово: еще три победы — и вы спасены, — все тем же тоном закончил Оур.

На лице Викии отразилось отчаяние.

Алан перекатывался по холодному полу темницы, словно раненый жук. Его руки заключили в наручники за спиной, ноги тоже заковали в оковы. Разумеется, магию его запечатали. Позавчера его на день переместили в просторную комнату, но все остальное время он проводил на полу тесной темницы. Пусть в ней и стояла кровать, Алан не мог перебраться на нее с холодного пола. Кормили его лишь раз в день пустой похлебкой, которую Алану приходилось лакать, словно псу. Связанный по рукам и ногам, он не мог даже нормально справлять естественные надобности. Его пачкали собственные нечистоты. Мерзкая жизнь, точнее, выживание продолжалось день ото дня. Ему приходилось бороться с таким унижением, что покончить с собой мешала лишь мысль о том, что его друзья еще живы. Первые три дня он еще надеялся, что товарищи придут и спасут его. Алан потерял сознание первым и не знал, что их тоже поймали. Пусть магу и удалось обездвижить Надю, Шаль и Викия могли спастись, а затем придумать, как вызволить верных друзей. Однако после трех дней в заточении он понял, что, во-первых, надеяться на спасение не стоит, а во-вторых, Оур не собирается оставлять его в живых надолго. Да, его кормили, но лишь пустой соленой похлебкой. День за днем холодный пол лишал Алана здоровья, а беспросветное чувство бессилия на пару с непрекращающимся запахом нечистот давили на психику. Алан и сам понимал, что долго не протянет. В течение следующих трех дней он постепенно проникался отчаянием. Еду ему приносила прекрасная черноволосая девушка, но сколько бы Алан к ней ни обращался, та молча делала свою работу и никак не реагировала. Но на седьмой день еду принесла не она, а демоница с крыльями как у летучей мыши. Поначалу Алан нахмурился, но девушка оказалась на удивление приятной собеседницей. Когда авантюрист услышал от нее, что всех его товарищей поймали, он пал духом, но не слишком — демоница также пояснила, что обращаются с ними куда лучше, чем с ним. На восьмой день Алан начал опасаться уже другого. Он вдруг задумался над тем, почему с товарищами его обходятся лучше, чем с ним. Получалось, их Оур убивать не собирается. По крайней мере, пока. Поэтому Алан сразу же начал подозревать худшее. И уже скоро его кошмар стал реальностью.

День начался с того, что Алану, наконец, разрешили помыться теплой водой, затем сняли оковы и выпустили из тесной темницы. Его провели в просторную комнату, которая не шла ни в какое сравнение с темницей. Пол в ней сиял невероятной чистотой, а стены светились так ярко, что авантюрист ощутил себя будто на поверхности. В комнате стояла большая кровать и другая мебель, но Алана усадили на стул в самом углу. Щелкнули оковы, которыми его приковали к стулу. Алан пытался взглядом привлечь внимание той самой демоницы, что недавно заходила к нему, но та словно нарочно не замечала авантюриста и быстро покинула комнату. Алан остался наедине с мурашками и неприятным предчувствием. Подобным образом он чувствовал себя, когда касался сундука с сокровищами, внутри которого притаилась коварная ловушка. Но Алан не мог ничего изменить. Его руки никак не могли освободиться от оков. Поэтому ему пришлось неподвижно сидеть и ждать. Вскоре дверь снова открылась. — Надя! Шаль! Викия! — радостно воскликнул Алан, увидев, кто вошел в комнату. Несмотря на грубые тюремные одежды, его спутницы почти не пострадали. Разве что волосы Нади стали заметно короче, но никаких ран на их телах нет. — Что с вами сделали? Неужели лишили дара речи? Или слуха? Ответила лишь Викия. Она покачала головой, а затем тихо обронила: — Алан... прости... прости. Она свесила голову и без конца извинялась, не в силах посмотреть ему в глаза. О чем думает Надя — непонятно, она лишь смотрит в никуда пустыми глазами. И даже вечно улыбающаяся Шаль сейчас улыбается молча. — Насладился долгожданной встречей? — Оур!.. Мерзавец, что ты с ними сделал?! Алан подался вперед, лязгая оковами. — Хм... что сделал? Оур с задумчивым видом вошел в комнату, поравнялся с Шаль и Надей, затем обнял и вцепился в их грудь. — Хочешь, объясню, что мы делали все эти дни? Пусть враг авантюристов и сжимал грудь девушек на глазах Алана, они лишь смущенно покраснели. Зрелище потрясло Алана до глубины души. — Шаль, Надя, что с вами?! Что вы... Викия, ты что-то знаешь?! Он перевел взгляд с молчавших Шаль и Нади на Викию. Но и та лишь продолжала просить прощения и не отвечала. — Хм, видимо, да. Леона, расскажи. Оур развязно назвал девушку настоящим именем, а затем положил руки на ее бедра. К Наде словно вернулся дар речи, и она посмотрела на Алана. — Прости, Алан. Я обманывала тебя, — затем она снова перевела взгляд на Оура, обвила руки вокруг его головы и поцеловала. — Я — преданная слуга владыки Оура. Все это время я обманывала тебя. — Ложь! Это... это невозможно, ведь ты!.. — кричал Алан, гремя цепями, но Оур перебил его словами приказа, предназначавшегося Наде: — Кажется, этот мужчина тебе не верит... заставим же его. Докажи свою преданность. — Да, повелитель, — радостно согласилась Надя, залезла на кровать, встала на четвереньки и повернулась к Оуру задом. — Пожалуйста, владыка Оур. Познайте доказательства моей преданности. — Надя! Прекрати, ради всего святого! Это неправда, это не может быть правдой, это... а, может, это твой план? Ты думаешь соблазнить его, чтобы отрубить голову? Нет, остановись! Шаль, Викия, остановите Надю! — надрывался Алан. Но Шаль продолжала тихо улыбаться, а Викия, словно не в силах выносить вида Алана, отвернулась. И тогда Оур, не стесняясь, вонзил восставшее естество в глубины Нади. Алан относился к Наде с симпатией и считал, что их чувства взаимны. Однако сейчас его почти что любовницу насиловал незнакомый мужчина. А что еще страшнее — лицо Нади расплылось от удовольствия, и она сама вовсю двигала бедрами, растаптывая сердце Алана. — Прекрати... умоляю! Алан все кричал и вырывался, а когда Оур все же выплеснул вглубь Нади свое семя, бессильно сник. — Спасибо за благосклонность, повелитель, — Надя раздвинула половые губы пальцами и продемонстрировала вытекающее семя Алану. — Теперь понял? Мое тело, целиком и полностью, от головы до пят, принадлежит владыке Оуру. Я люблю его до глубины души. Мне неловко, что я обманывала тебя, но все, что я делала, было ради владыки Оура. Прости. Беглый голос воительницы в точности соответствовал тому, что остался в памяти Алана. Но он никогда не видел, чтобы она так заигрывала с мужчинами. Неужели это и правда Надя? Алан снова посмотрел на других девушек, словно надеясь на их помощь. — Конечно же, про них я тоже расскажу. Твой черед, Ширли. Стоило Оуру произнести имя Шаль, как ее маленькое тело запрыгнуло на кровать. — Есть. Когда-то я любила Алана. Он был сильным, мужественным и добрее всех, кого я знала. Я любила его всем сердцем, — сказала она, немного смутившись, и улыбнулась точно той улыбкой, которую знал Алан — нежной и ласковой, словно солнечные лучи. — Но господин Оур показал мне, что есть кое-что еще лучше. А в следующее мгновение по ее лицу растеклась похоть. Шаль провела языком по влажному от жидкостей Нади и спермы достоинству Оура, а затем заглотила его. — А именно — этот член... Ах, какой он твердый, большой и могучий... Член Алана ему и в подметки не годится. Он прекрасен... От извращений, открывшихся его взгляду, Алан уже давно возбудился. А поскольку одет он, как и его спутницы, в тонкие тюремные одежды, все прекрасно видели бугорок между его ног. Шаль сравнила его с членом Оура и хихикнула. Затем перекатилась на кровати, широко раздвинула половые губы и позвала Оура: — Господин Оур, изнасилуйте глубины вашей самочки-рабыни вашим великолепным членом. Наполните вашу личную игрушку семенем. Алан уже не верил своим глазам. Разве может чистая и непорочная Шаль, самая скромная девушка их отряда, так раздвигать ноги, говорить столь развратные слова и умолять о таком? — Ах-х! Толстый член господина Оура входит в меня!.. Глубже, еще глубже!.. Насилуйте меня всю-ю-ю! Алан ошарашенно смотрел, как маг глубоко проникает в маленькое тело альвийки. Хоть член его действительно впечатляюще огромен, влагалище Шаль принимало его без какого-либо труда. Алан, уже морально уничтоженный, слушал звуки их соития. Стоны Шаль разрывали его сердце. У него уже не осталось сил ни кричать, ни вырываться. — Не может быть... это невозможно... это все сон... — лишь отчаянно повторял он, отрицая все, что видит. Он лишь пытался спасти разрушающуюся душу. Больше ему не оставалось ничего. — Наконец, Викия, — кончив внутрь Шаль, Оур подозвал последнюю девушку. — У меня хорошие новости, так что поднимай голову. Оур обнял Викию со спины, взялся рукой за нежный подбородок и заставил ее посмотреть на Алана. Викия морщилась, но покорно исполняла волю мага. — Эта девушка, в отличие остальных, еще не отдалась мне телом. Истинного имени тоже не сказала. Алан рефлекторно вскинул голову и посмотрел на Викию. Действительно, она выглядела так, словно ее держали против воли. Если уж на лице столь спокойной и рассудительной девушки застыло такое отвращение, сложно даже представить, сколько ненависти в ее сердце. Алан словно увидел лучик надежды и сразу оживился. В душе загорелся огонек. Скорее всего, ей запечатали магию и держат силой. Сложно сказать, что случилось с остальными спутницами Алана, но в этом наверняка замешана какая-то зловещая магия. Однако на Викию она не действовала, ведь эта девушка и сама на редкость одаренный маг. Алан тут же принялся думать. Если в голову придет хорошая идея, Викия наверняка поймет его замысел после пары жестов, и им удастся воплотить его в жизнь. Осталось лишь придумать, как им вырваться из этой ситуации. Если Алану удастся освободиться от оков, а Викии — от того предмета, что сдерживал ее магию, они смогут убить Оура. И тогда они снова вернутся к прежней жизни. Во всяком случае, Алан и Викия. С опороченными, возможно, уже ничего не поделать. В худшем случае, их придется бросить. Но только не Викию. Алан поклялся, что ее, до сих пор не поддавшуюся порче, спасет во что бы то ни стало. «Я что-нибудь придумаю, доверься мне», — попытался донести он до нее взглядом. И девушка, еще несколько дней назад путешествовавшая вместе с Аланом, поняла его слова. — ...Прости меня, Алан, — но в ответ вновь прозвучали извинения. — А теперь, Викия, скажи ему. Кому ты принадлежишь? Оур сел на кровать в позе лотоса. Викия встала перед ним и закатала одежду. — Прости, Алан... Но я принадлежу Оуру целиком, кроме души. На бледном животе Викии проступило имя Оура. Магическая печать, обычно не видная, но проявляющаяся под воздействием магической энергии Оура. «Клеймо» собственности мага. — Нет... Викия... ты же шутишь? Не волнуйся, сейчас я что-нибудь придумаю... ведь мы же всегда выходили из любых передряг вместе. Наши... узы помогут нам. После слов Алана у Оура дернулась бровь. — ...Вот, чего стоят ваши узы. Да, возможно вас действительно что-то связывает. Но узы так просто рвутся, — проговорил он, словно насмехаясь над юношей. И все же, в самой глубине той бездны, что скрывалась за глазами мага... горел огонек печали. Его заметила только Викия, единственная из авантюристов еще сохранившая рассудок. — Начинай же, Викия. Но не успела она задуматься над тем, что увидела, как последовал приказ. Викия медленно опустилась и коснулась пениса Оура промежностью. — Нет... перестань, Викия! Перестань, перестань! Умоляю, прекрати! Убью! Я убью тебя, мразь! Только попробуй проникнуть в нее своим грязным отростком, и я в ту же секунду отрежу его! Прекрати, не надо, Викия-я-я-я!!! — вырвался вопль из самых глубин души Алана, а сам он дернулся с такой силой, словно собирался оторвать собственные руки. Однако Оур положил руки на плечи Викии и с силой надавил, глубоко входя в нее. — А-а-а-а-а-а! Убью, убью, тварь! Будь ты проклят, гори в аду! А-а-а-а! Нет тебе прощения! И вам, Шаль, Надя! Как вы смеете так заигрывать с ним, продажные стервы?! На глазах Алана из щели Викии потекла кровь. Непорочность, что она столько времени берегла, все же отобрали. Алан грязно матерился и осыпал проклятиями весь белый свет. Викия смотрела на то, кем стал добрый и отважный герой. Рухнул последний бастион ее сердца. Она отдала Оуру полную власть над собственным телом, и теперь даже в туалет не смогла бы сходить без его согласия. Последним осколком человеческой гордости, за который она цеплялась, оставался Алан. Но теперь этот осколок растаял, не выдержав разочарования. Оур разглядел происходящее в душе Викии и шепнул ей: — А теперь, Викия, скажи этому никчемному варвару свое настоящие имя и имя твоего хозяина. — Мой хозяин... Хозяин Виктории Кия Виктимы — вы, владыка Оур!.. В ту самую секунду юная талантливая волшебница продала душу старому коварному магу. Тело Викии пронзило такое наслаждение, что она сразу же кончила. Ощущение того, как чужой человек ухватился за ее душу, сковало сознание леденящим холодом, но поразило тело невыносимым блаженством. Она отчетливо чувствовала, как ее белоснежная душа чернеет с каждой секундой. Наслаждение оскверняло ее. Викия знала, что единожды вкусив его, уже никогда не станет прежней. Раньше она мысленно презирала Шаль за то, с какой охотой та поддалась разврату, но теперь понимала подругу всей душой. Ради такого наслаждения она была готова продавать душу Оуру снова и снова. — Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! — только и кричал Алан обезумевшим голосом... хотя, возможно, он и в самом деле обезумел. И продолжал: — Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Убью! Кляну... И тогда его речь оборвалась. Надя опустила клинок и отделила голову авантюриста от тела. Наверное, никто и не заметил, но меч, что сжимала воительница — тот самый, что Алан когда-то прозвал «Шинкующим Клинком». Тот самый меч, что авантюрист некогда бросил Наде, чтобы та обезглавила минотавра, теперь отсек голову Алана. Тело же, пропитавшееся ненавистью и проклятиями, быстро начало превращаться в монстра под действием магии Оура. Авантюрист превратился в бессмертного берсерка, ненавидящего и проклинающего все на свете... в дуллахана. — Вы убили минотавра, на корм и экипировку которого я тратил столько денег, но теперь с лихвой вернули должок. Отправьте его в сторожевую комнату второго яруса. И скажите двергам, пусть сделают ему подобающие доспехи. А, но щит ему не нужен. Левой рукой он будет носить собственную голову. Оур вручил дуллахану меч, что отрубил его голову, а затем позвал ждавшую за дверью Лилу, чтобы она отвела нового стража подземелья на место. Ненависть — основа всего зла. Поэтому дуллаханы далеки от простых оживших мертвецов. — Ла-адно. А ты что будешь делать, господин? — Ну, раз уж я все-таки овладел Викией и собрал всех трех новеньких, то пока что наслажусь ими. Оур продолжал сидеть на кровати и водить членом внутри Викии. Он подозвал Надю и Шаль, и они послушно прильнули к магу с разных сторон. Оур потратил на них столько времени и сил, что теперь собирался сполна вкусить плоды своих усилий. — ...А можно ты и мне время уделишь, когда я вернусь? — спросила Лилу после недолгих раздумий. Некоторое время назад она возмутилась бы, услышав слова Оура, но с недавних пор, похоже, сделала для себя какие-то выводы и начала общаться с магом ласково и даже заискивающе. — ...Почему бы и нет? Кстати, приведи еще Спину и... если вдруг наткнешься, Элен. Из-за нехватки людей Оуру пришлось поручить им уход за пленными. Безусловно, они безропотно исполнили указания, но Оур решил, что их нужно как-нибудь наградить, чтобы они не затаили обиду. — Так точно! Я скоро буду! Лилу резво улетела вслед за дуллаханом. Наверняка безголовый рыцарь, исполненный бездонной ненависти, но сохранивший из прошлой жизни познания в фехтовании и магии, отразит нападения еще множества авантюристов.

Оур впервые кончил внутрь Викии, по пути обдумывая дальнейшие планы.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Перерыв 2

— ...И как так получилось? — со вздохом обронил Оур, окидывая взглядом наводнивших комнату девушек. — А-ха-ха, что-то я всем на глаза попалась. Ну... ничего страшного, можно же порой? — без какого-либо ехидства отозвалась Лилу. Ладно бы она присоединилась к уже засевшим в комнате Наде, Шаль и Викии. Ладно бы выполнила приказ и привела бы Спину с Элен. Ладно бы вместе с Элен пришли ее подопечные — темные альвийки почти всегда передвигаются группой, их тяжело разделить. Но как получилось, что в комнате объявились и Юнис, и Мари, и даже Мио? Если подумать, в комнате собрался гарем Оура в полном составе. — Вот-вот, чтобы никто не обижался! Тем более, в последнее время ты про меня совсем забыл, — Юнис надулась. «Ты почти каждую ночь ко мне в постель забираешься», — подумал Оур, но сдержался и вслух не сказал. — А, а-а можно мне тоже?.. — спросила Мио, единственная среди всех казавшаяся неуверенной и сомневающейся. Она заметно похорошела после того, как познала любовь Оура. Косметикой она все так же не пользовалась, но волосы у нее стали густыми и блестящими, кожа мягкой и гладкой, а внешность и манеры в целом — даже манящими. Кроме того, несмотря на свои слова, из комнаты выходить она не спешила, а значит, и сама хотела поучаствовать. — Ладно. Уделю время вам всем. Оуру и самому нравились оргии помасштабнее. Он понимал, что Лилу явно что-то задумала, и решил не противиться. — Ур-ра! Ну, тогда давайте по очередности знакомства. Я первая! — тут же послышалось от Лилу, и она прижалась к груди Оура. — А я тогда втора-ая, — весело прощебетала Юнис и повисла на правой руке мага. — А я тре... — начала было Спина и попыталась занять левую руку Оура, но к той уже намертво приклеилась Мари. Выражение лица Спины резко похолодело, и она слегка поджала губы. — Я тре-тья. Со-фи чет-вертая, — громко заявила Мари. Оуру их напряженные переглядывания напоминали конфликт уже приготовившейся к атаке кобры и бесстрашного хомячка, пытающегося угрожать ей вскинутыми лапами. Безусловно, судьба хомяка в таком конфликте — стать обедом змеи. — Если идти по порядку, то так и получается. Смирись, — разрешил спор Оур, и Спина с безразличным видом прижалась к его спине. — Как тебе? Я какой-никакой, но суккуб, и не уступлю даже перед столькими красавицами, — Лилу уже успела поглотить достоинство Оура собственным лоном и обольстительно улыбалась. Влагалище ее будто жило своей жизнью, выжимая орган мага под совершенно невообразимыми углами. Плоть суккуба словно совмещала в себе лучшие свойства всех гениталий, которые только знал Оур. — Да, в усладе с тобой действительно никто не сравнится, — признал Оур. Что и говорить, ведь она даже устроена по-другому. Человеку с суккубом не сравниться. — Но мне больше нравится ублажать других, а не себя. Впрочем, ты мне нравишься и с этой точки зрения. Оур немного повозился с магической энергией, а затем резко двинулся сам. Он уже столько раз занимался с Лилу любовью, что научился изменять ее тело даже без оргазмов. — А-а-а-а-а-а-а! — Лилу мгновенно выгнулась, высунула язык и тронулась умом. Ее посетило наслаждение в десятки раз более сильное, чем ощущает человек. Даже суккуб не может устоять перед удовольствием, когда оно словно сотрясает душу. — Фха-а-а-а! Оу-ур! Не-ет! Я сейчас! С-свихну-у-у-усь! А-а-ам-м! Ан! Ан-н! Ай-й-й! Ай! Ха-а-а-а! — Лилу кончала и вопила от каждого натиска мага. Наверное, не стоит удивляться тому, что она умудрялась не терять сознание и голосить от наслаждения даже под таким беспощадным напором. Человек бы на ее месте либо мгновенно отключился, либо навсегда бы сошел с ума от избытка чувств. Однако суккуб впитывал наслаждение без остатка, словно губка. Даже волны ни с чем не сравнимого удовольствия не мешали ей ублажать Оура будто бы ожившей вагиной. — Кх... кончаю, Лилу! — не выдержал, наконец, маг и излил похоть в ее глубины. — А-а-а-а-а-а! Наполненное магической энергией семя Оура с точки зрения Лилу — сильнейший афродизиак и изысканнейший обед. Она кончила в разы сильнее, словно в нее впрыснули экстракт чистого наслаждения. — Теперь меня-я, — Юнис подняла обмякшую Лилу и отшвырнула назад. Суккуб издал жалобный вопль, но Юнис даже не обернулась и впилась в губы Оура. — Э-хе-хе, Оур... наслаждайся мной, — она обвила голову мага руками и просунула его достоинство в собственные глубины. — М-м.. ах-х... как хорошо... только с тобой я чувствую себя по-настоящему счастливой... — Ах-ты-суч-ка, — вдруг позади поплывшей от наслаждения Юнис возникла натянуто улыбающаяся Лилу и схватила ее за голову. — Только попытаешься насладиться долгожданным эхом, а тут... ну, раз уж ты так, то и я в накладе не останусь. Суккуб поднялась в воздух, пристроилась между Юнис и Оуром, а затем утопила лицо мага в массивной груди. — А-а! Лилу, сгинь, мешаешься! — Ничего не знаю. Ну что, господин, мои большие сиськи ведь приятнее, чем то недоразумение, что Юнис зовет грудью? Хоть девушки и начали спорить, в их голосах не слышалось и намека на ненависть. Они подшучивали друг над другом, словно лучшие подруги, и Оуру оставалось лишь ответить: — Не в размере счастье. Вы обе хороши. Оставайтесь на месте, сейчас я вас познаю. С этими словами он резко пронзил Юнис, и та снова расплылась блаженной улыбкой. Лилу же прокрутилась на месте и зависла вверх ногами, одновременно и зажимая лицо Оура собственными грудями, и вылизывая грудь мага. Оур тоже прикладывался к соскам Лилу. В какой-то момент он взял Юнис за талию и начал штурмовать ее недра всерьез. — А-а... хорошо-о... да, Оур, еще, мне так хорошо!.. Сильнее, пронзай меня сильнее... а-а, да-а... да-а-а!.. — Юнис бредила, словно от лихорадки. — А-а! Да, я кончаю, кончаю! Конча... Оур, Оу-ур!.. Как только Юнис начала умирающим голосом повторять имя мага, Лилу тихонько отлетела в сторону. Стоило лицу любовника появиться из-за демонических крыльев, как Юнис сразу припала к губам Оура. — М-м-м-м-м! М, фхам, м-м! М, м-м! Она сплелась с ним языком и слюной, а затем задрожала от подступившего оргазма. Руки обвились вокруг головы Оура, ноги — вокруг талии. Юнис обнимала его так крепко, словно стремилась выжать все семя. Оур исполнил желание Юнис и наполнил ее белой жидкостью. — Фха-а... я люблю тебя, Оур... — Меня то-оже. Юнис напоследок слегка коснулась губ Оура, а уже в следующее мгновение целовать мага начала Лилу. Дождавшись, пока волны наслаждения окончательно стихнут, Юнис разжала хватку и освободила тело Оура. И почти сразу же рядом с членом оказалось лицо Мари. Орудие мага ни за что не поместилось бы в ее крохотном ротике, поэтому малышке оставалось лишь изо всех сил лизать его коротким язычком. Она, в отличие от всех остальных девушек, совершенно не умела ублажать мужчин, и потому не доставляла Оуру никакого удовольствия. Впрочем, хоть действия Мари и не возбуждали мага, ему все равно нравилось смотреть на старания девочки. — Такие движения языком нашего господина не удовлетворят. Смотри и учись. Сбоку к Мари пристроилась Спина и ловко заглотила член Оура. Хотя премудрости минета она начала постигать совсем недавно, но уже успела обогнать по умениям большинство проституток. Больше никто среди приспешниц Оура — кроме Лилу, конечно — не умел заводить член так глубоко в горло, не прекращая ласкать его языком. — У-у. Софи, я тоже! Я тоже! Мари возмутилась перехватом, приставила ладонь к щеке Спины и надавила на нее. Боевые умения — вопрос отдельный, но больше ни один обитатель подземелья не смел так вести себя с девушкой, недалеко ушедшей по характеру от самого Оура. С этой точки зрения именно Мари стоит считать сильнейшей. — ...Ладно, как скажешь. Тогда твоя половина нижняя, а я буду ублажать верхнюю. — Ага! Две девушки — одна с волосами черными, как ночь, другая с яркими, словно солнце — дружно корпели над членом Оура, будто сестры. — А я тогда сюда. Сбоку подошла Юнис, прижалась грудью к плечу Оура, повернула его голову ладонью и впилась в губы. — Ах, не успела. Что же делать... придется вот так. Лилу легла на воздух, словно на кровать, и опустилась губами на грудь Оура. Сам Оур сосредоточился на поцелуе с Юнис, однако левую руку направил к бедрам воительницы, а правую — к промежности суккуба. — А-ам-м! — дружно воскликнули Юнис и Лилу, не ожидавшие внезапного ответа. Спина же нахмурилась и взялась рукой за член Оура, одновременно с этим заглатывая его. Пусть она не обронила ни звука, ее действия словно говорили магу: «Не забывай обо мне». — М-м?! М-м-м, м, мгх-х. Оур решил ответить ей взаимностью и резко подался вперед. Его член оказался в горле Спины, и она застонала от боли, но все равно обрадованно прищурила взгляд. Даже страдания радовали ее, если их доставлял Оур. — Кончаю. Пей. — М-м! М-м-м! Белое семя изверглось в горло Спины и застало ее врасплох. Оур кончал так обильно, словно то была не сперма, а моча, и Спина изо всех сил глотала густую жидкость. Но все же ей не удалось справиться с объемом. Она резко отпрянула и начала кашлять. — П... простите... — проговорила Спина со слезящимися глазами. — Не страшно. Мари, вылижи. Девочка послушно слизала все капли, что вытекли изо рта ученицы мага. — Прошу прощения, господин... я готова принять любое наказание, что вы назначите, — заискивающим тоном сказала Спина, падая ниц. — Я же сказал, не страшно. Лучше... — Я готова принять любое наказание, что вы назначите, — повторила Спина, и Оур вздохнул. Как бы жалобно ни звучал ее голос, слова ее — не что иное, как приказ. Может, их следовало назвать мольбой, но Оур чувствовал, что слово «приказ» все-таки точнее. «Хватает же тебе наглости приказывать своему учителю...» — мысленно пробормотал он, затем зачитал короткое заклинание и нарисовал пальцами в воздухе знак. Через мгновение стройное тело Спины подхватила магическая энергия и подняла в воздух. Путы из магической энергии приподняли грудь девушки так, чтобы показать ее в самом выгодном свете, и к тому же широко раздвинули ноги, открывая сокровенные места. Затем незримые веревки связали руки Спины за ее спиной, совершенно обездвижив. — А-а... — застонала Спина от стыда, когда магические путы впились в ее тело и вынудили принять столь нелепую позу. — Что же ты за извращенка такая, что наслаждаешься собственным наказанием? Оур вцепился в грудь Спины и начал крутить ее. Действовал он небрежно, стараясь причинять ей боль, а не доставлять удовольствие. Но как бы он ни старался, все его действия приносили Спине лишь наслаждение. Она содрогалась и от надменного взгляда, и от презрительных фраз. — Прошу прощения, учитель... я — не более чем позорная свинья, что жаждет вашего снисхождения... Оур хмыкнул. Он вовсе не собирался исполнять ее желание. — Значит, ты просила меня о наказании? — Да!.. Умоляю, накажите мою мелочность... — от предвкушения щеки Спины покраснели, а глаза заслезились. Оур же усмехнулся и отпрянул от нее. — Тогда смотри же, как я буду любить остальных. — Нет!.. — завопила Спина, но Оур не обратил внимания и поманил к себе Элен и остальных.

— А-а... мне правда можно? — спросила Мио, подошедшая к Оуру вместе с Элен и другими альвийками. — Конечно, ведь ты сама просила. «Так-то оно так...» — мысленно прошептала Мио, то и дело поглядывая назад. За ее спиной висела скованная магическими путами Спина и бросала в прочих девушек убийственные взгляды. — Просто я не уверена в том, что достойна находится среди... — взгляд Мио скользнул по Элен. — О чем ты, Мио? Мы вместе лишились непорочности во время того омовения. И даже если забыть о том случае, мы близки тебе больше, чем кто-либо. Так чего ты боишься? — возразила Элен. Остальные альвийки молча кивнули. Удивительно, но Мио с первого взгляда располагает к себе всех, кроме людей. И речь не только о свиньях и коровах: даже адские гончие — и те радостно ложатся на спину в ее присутствии. К тому же Мио мгновенно находит общий язык со всеми тварями, что селятся в лабиринте Оура и что обычно видят в людях лишь еду. Альвийки — тоже не люди, к тому же они живут недалеко от Мио, часто с ней разговаривают, сходятся во мнениях и потому относятся с симпатией. — Элен права. А теперь вставайте в ряд, я вами по очереди займусь. Элен, прочие альвийки и Мио уперлись локтями в кровать, выгнули спины и выпрямили ноги, словно приглашая Оура. Взгляд мага скользнул по шести аппетитным девушкам. За его спиной все так же висела ученица в позе попавшейся в паутину бабочки (правда, со взглядом таким едким, что позавидовал бы любой ядовитый паук), но сейчас взгляды Мио и остальных на нее не натыкались. Элен уже потекла, предвкушая развратную оргию, так что Оур уверенно вонзил в нее естество. — Аха-а! — застонала она от пронзившего тела наслаждения. Едва Мио успела вздрогнуть, как Оур вдруг покинул лоно Элен, переместился к Мио и вошел уже в нее. — Фха-а-а-а! Оур по очереди пристраивался к каждой из них, играя с телами, словно на музыкальном инструменте. После очередного натиска раздавался блаженный стон, а прочие девушки начинали активно вилять бедрами, стараясь привлечь внимание мага. Он же неспешно смаковал ощущения, разнившиеся от любовницы к любовнице. — Я кончаю и начну с тебя!.. Оур схватился за самую левую из девушек и влил в себя магическую энергию. Затем он вонзил член в альвийское тело и после трех заходов испустил в него как энергию, так и семя. — А-а-а-а-а! — застонала девушка, срываясь на вопль и истекая слюной, а затем потеряла сознание. Оур же, не теряя ни секунды, пронзил ее соседку справа и излил семя еще раз. — Хья-а-а-а! Х, х, хф-ф-ф! Заряженный энергией маг осквернил вторую альвийку объемом, не уступающим первому. От оргазма девушка высунула язык и больше не могла выдавить из себя ни одного членораздельного звука. — Следующая! Хотя Мио и Элен находились в самом центре ряда, Оур пропустил их и переместился ко второй справа альвийке. — А-а-а-а-а! К, ко-о-о-он, ча-а-аю-у-у-у! Перед тем, как отключиться, эта девушка свернулась калачиком, словно кошка, и изо всех сил вцепилась в простыню. Оур же переместился к самой правой альвийке. — Нет, нет, нет, не-е-е-ет! Мне слишко-о-о-ом! Оур кончил в кричавшую не своим голосом наложницу, а затем, наконец, схватил за пояс Элен. — Ах... наполните меня, господин... ах, кон-чай-те-е-е! А-а-а-а-а, а!.. От удовольствия Элен сначала потеряла голос, а потом взревела как зверь. Жар неиссякаемого потока спермы словно разогревал и ее оргазм. — Наконец, ты, Мио. Я кончаю. Мио начала кончать еще от того, что услышала собственное имя, а как только внушительное достоинство Оура пронзило ее, стала мелко дрожать. Ей показалось, что все тело вдруг превратилось в одну эрогенную зону, и она резко задвигала бедрами, не в силах совладать с собой. — Фха-а-а, а-а, а-а-а, течет, она тече-ет!.. Я чувствую, как господин Оур кончает в меня-а-а-а! Даже сквозь оргазм, грозящий уронить Мио в обморок, даже сквозь ощущение того, как о ее внутренности бьется струя спермы, девушка продолжала отчаянно водить бедрами и сжимать член Оура влагалищем. Она старалась ради удовольствия мужчины, не своего. — Хм... неплохо, Мио, — похвалил ее Оур за преданность и погладил по голове. Девушка вновь кончила и на этот раз все же лишилась чувств. Она рухнула на кровать и затерялась среди простыней. Оур с довольным видом окинул взглядом шесть сочащихся белой жидкостью вагин, а затем неспешно развернулся. — Вы жестоки, учитель, — Спина все так же не могла шевельнуться, но без конца плакала, а половые органы ее истекали не хуже тех, что Оур уже удостоил вниманием. — Ваше наказание чрезмерно... вы бросили меня совсем одну, даже не смотрите, но вынуждаете смотреть, как вы ублажаете остальных... — Но ты, вкусив зрелища и собственного бессилия, возбудилась? Оур смазал палец о ее промежность. Та истекала жидкостью, словно глаза — слезами, из-за чего под Спиной уже появилась небольшая лужица. — Низменная, порочная женщина. Неужели ты настолько жаждешь меня? — ...Ученица обязана исполнять любой приказ учителя... — Ты говоришь чепуху. Я ничего тебе не приказывал. А прекрасных женщин у меня с избытком даже без тебя. Мне нет нужды утруждаться еще и тобой. Оур все терзал Спину словами за то, что она не признавала собственные желания. — В такие минуты нужно просить и умолять, иначе никак. Господин Оур, спарьтесь со мной сзади, словно неистовый зверь. Наполните меня до краев, ведь я так хочу от вас ребенка, — развратно проворковала Шаль, нагибаясь рядом со Спиной. — И меня после нее возьмите, господин Оур, — честно попросила Надя. — ...И меня, если хочешь. Все равно я не смогу отказать, — нарочито недовольно бросила Викия. Впрочем, и глаза ее, и промежность увлажнились так, словно атмосфера разврата коснулась и волшебницу. — Меня радует ваша искренность. С кого бы... — Умоляю, учитель! Сжальтесь... прошу, утешьте меня... — в слезах воскликнула Спина, когда Оур уже повернулся к Шаль. Похоже, «наказывать» ее хватит. — Сразу бы сказала. Оур вошел в Спину, не отменяя заклинания. — А-а-а-а-а-а! От долгожданного касания девушка задрожала и впала в беспамятство. Спина и без издевательств отличается от прочих девушек чувствительностью. Однако сейчас, когда ее распаленное тело приняло член Оура, она словно вспыхнула и не продержалась даже мгновения. Послышалось журчание. К стекающей смазке добавилась еще одна жидкость. — А-а-а-а... Ученица мага пришла в себя от стыда и унижения и вновь затряслась. Однако даже эти чувства разогревали ее похоть и обращались наслаждением. — Обмочилась от удовольствия? Твое тело столь же низменно и порочно, сколь раньше. Оур насиловал ее, не обращая внимания на влажные звуки, и схватил за грудь. — Хья-а, а-а, хья-а-а-а, а-а. От каждого движения Спина содрогалась и на мгновение теряла сознание. Тело ее покачивалось на незримых цепях и издавало невнятные стоны, напоминающие бормотания умалишенного. — Я кончаю. Готовься... — А-а-а, а-а-а-а-а! А-а-а-а, хья-а-а-а-а-а-а-а! Спина ощутила, как наполняется ее вагина, и кончила сама. Язык вывалился наружу, глаза закатились, щель пустила струю, тело забилось в судорогах. Оур отключил заклинание, поймал обмякшую девушку и донес до кровати. — Так, теперь... Но стоило ему повернуться к Шаль, как сбоку прижалась Лилу. — Ты и так столько дней спал с этими девочками. Давай лучше меня, мне одного раза совсем не хватило... — Я тоже хочу еще... можно? — заискивающим тоном вопросила Юнис, прижимаясь с противоположной стороны. — Вы обойдетесь, вас господин и так чуть ли не каждую ночь ублажает. Зато нас всегда шестерых как одну. По-моему, я заслужила лучшего обращения, — заявила Элен, стараясь привлечь внимание мага к внушительной альвийской груди. За спиной смуглой красавицы вскинула руку Мио. — В-вот именно. — О чем это вы?! Сейчас несравненный член господина Оура войдет в мой животик! — чуть ли не завизжала Шаль. — Угу. А после нее по порядку иду я, — не забыла напомнить Надя. — А м-мне все равно... но если хочешь, то пожалуйста, я все равно отказать не могу, — пробормотала покрасневшая Викия, мельком поглядывая на Оура. — Н-не могу больше... я хочу вас, учитель... — хотя сильный оргазм и магические путы истощили Спину, она кое-как тянула руки к ногам Оура. А тем временем Мари уже обхватила член мага обеими руками и энергично вылизывала головку. — А-а?! — дружно воскликнули девушки, заметив Мари. — Д-до чего же эта малявка юркая! — А ну, отпусти! А, ничего себе! Откуда в ней столько силы?! — Ха-ха-ха! Гордись, человеческий детеныш, я тебя запомнила! — Мне кажется, сейчас не время смеяться, Элен... — Драгоценная сперма господина Оура... ну пожалуйста, поделись, я не прошу много. Умоляю. — ...Шаль, ты меня уже пугаешь. — И вообще, эта девочка не проклятая? Да, господин благословил ее, но сила у нее скорее адская... — Мари... сколько еще раз ты намерена вставать на моем пути?! Выслушав девушек, Оур вздохнул и решил: — Эх, а ну молчать. Спокойно, я до вас всех доберусь. В комнате послышались дружные стоны.

Тем временем, снаружи комнаты, как обычно, работал барьер, не пропускавший демонов. Рядом с ним стоял демон, скрестивший на груди четыре руки и слушавший доносившиеся из комнаты стенания. — Честное слово, если бы моя ярость могла убивать, от этого сброда не осталось бы и пепла... — пробормотал Логан, а затем исчез в глубинах лабиринта, лишь бы не слышать этой оргии.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 7

— Значит, отряд Алана достиг восьмого этажа подземелья и пропал без вести... Кэт пробежала глазами по докладу, подперла рукой подбородок, вздохнула и швырнула бумагу в кучу, помеченную как «разобрано». И эта куча, и соседняя под названием «разобрать» высились перед ней горами. Все бумаги описывали судьбы авантюристов, бросивших вызов «злобному магу Оуру». Разумеется, смерть постигла не всех. Некоторые в ужасе сбежали, так и не успев далеко продвинуться, другие чудом спаслись, потеряв друзей, третьи попали в ловушки и были вышвырнуты из лабиринта. Впрочем, каждый пятый доклад попадались «пропавшие без вести» отряды. Это либо те, кого лабиринт напугал настолько, что они сбежали и совершенно перестали выходить на связь... либо погибшие где-то под землей. По крайней мере, эти варианты казались самыми вероятными. Без расследования тяжело понять, какой части этих бедолаг удалось сбежать, но погибших, скорее всего, немало. Некоторые доклады описывали встречи со старыми знакомыми, превратившимися в оживших мертвецов. Кэт практически не сомневалась, что и «отряд Алана» постигла такая же судьба. — Какой же настырный... этот темный владыка Оур. Кэт взяла в руки следующий доклад, начала листать его и задумалась. Три месяца назад «злобный маг Оур» пришел в пограничный город Акани и объявил ему войну. «Вот что бывает, когда безмозглых выскочек становится больше день ото дня. Сдался нам этот поселок, вот еще напрягаться. Если этот идиот вздумает напасть на город, где есть тренированные рыцари, он подпишет себе смертный приговор», — заключили в тот раз лучшие умы королевства. Кэт пыталась уговорить их направить карательный отряд, но ее никто не слушал. Более того, ее подняли на смех со словами: «Все-таки наш "на редкость талантливый стратег" — просто трусливая и безвольная баба». Прошло три месяца. Успехи Оура раскрыли королевству глаза. Тот самый рыцарский корпус, которым так гордились министры, не успел даже пискнуть, когда Оур направил на них сверхдальнобойные заклинания невероятной мощи. К тому же, как бы министры ни относились к захвату города, следует признать, что в ходе той операции Оур практически не понес потерь. Похожим образом заканчивались и последующие сражения. Страна не успела и глазом моргнуть, как Оур подмял под себя семь городов. Причем, что самое странное, он не уничтожал их, а именно захватывал и объявлял своими владениями. Монстры, бандиты и разбойные маги так себя не ведут. Они нападают на города, грабят их и исчезают. Иногда они похищают и порабощают жителей, но редко когда после этого атакуют другие города. Однако Оур действовал совершенно по-другому. Он поручал монстрам надзор за городами, собирал налоги и даже решал вопросы, возникавшие на подконтрольных территориях. Более того — он освобождал торговцев от налогов, и поговаривали даже, что захваченные города чувствовали себя лучше, чем раньше. Их страну словно атаковала другая. Более того, многие горожане именно так и относились к происходящему и шептали друг другу, что «просто одного короля сменяет другой». Повелитель монстров. Повелитель магии. Повелитель подземелья. Повелитель царства тьмы. Темный владыка. Никто уже не вспомнит, кто начал так называть Оура, но имя уже успело надежно пристать к нему. Когда Оур захватил седьмой город, совет старейшин начал, наконец, шевелиться. Совет этот, состоящий из самых могущественных аристократов страны — организация, которая фактически управляет королевством Фигурия. Безусловно, власть в стране и право окончательного решения принадлежат королю, но политику страны определяет совет, а монарх лишь одобряет или не одобряет ее. Конечно же, многие вопросы совет решал и вовсе без участия короля, а потому даже Кэт, будь она хоть трижды гениальным стратегом, не могла пойти против их воли. Разумеется, Кэт не могла не ощутить легкого злорадства при виде того, как некогда фыркавшие и пренебрегавшие Оуром члены советы суетятся, но тяжесть противостояния врагу королевства в конечном счете легла на ее же плечи. Отсюда — та самая гора докладов, что высилась перед ней. Поначалу совет отправил на войну с Оуром целую дивизию, не спрашивая мнения Кэт. Дивизия вернулась ни с чем, потеряв каждого третьего бойца. Все прекрасно знали, где именно живет Оур, но дом его — неприступный подземный лабиринт. В узких темных коридорах толку от рыцарей немного. Рыцари всю жизнь тренируются на открытых площадках, а их главное достоинство — в умении прорвать вражеские ряды верхом на конях. Они не способны эффективно сражаться в коридорах, в которых едва могут разминуться четверо, особенно когда в роли противников выступают не доходящие до колен коротышки, плюющиеся огнем жуки или гиганты. Чтобы рыцари принесли пользу, им нужно атаковать Оура, когда тот попытается напасть на город. Однако маг перемещал армию с помощью магии телепортации, и потому войска его оказывались поистине неуловимыми. Разумеется, Оур всегда оказывался там, где, по его сведениям, регулярных войск не было, и армия оказалась попросту бессильна против него. А небольшие отряды, которые могут укрыться от глаз мага, не могли совладать с мощью монстров. Совет пробовал подловить мага на его любимой телепортации и подослал вместе с очередной данью солдат. Подземелье покинули лишь головы бедолаг. Пытались они подослать и убийц в образе жертвенных дев: роковых женщин, способных соблазнить любого мужчину и доставить ему в постели райское наслаждение. Но хоть страна и пыталась выбрать самых прекрасных и смертоносных девушек, они каждый раз бесследно исчезали. Слухов же о смерти мага, как назло, не появилось. Либо ему удавалось соблазнять убийц, либо приносить их в жертву демонам. В любой случае, едва ли тех девушек ждала завидная судьба. Они пытались отравить еду, что отправлялась магу, вычислить координаты комнаты телепортации, затопить подземелье, но все усилия оказывались тщетны. Более того, в конце концов жители деревень начали бунтовать, завидев на горизонте очередной отряд армии королевства. Каждый раз в провале очередной тактики обвиняли Кэт. После недавней войны ее называли героем, величайшим стратегом и другими ласкающими слух именами, а теперь слышались лишь возмущенные обвинения в адрес «дармоедки, отправляющей солдат на верную смерть почем зря». Наибольшего успеха в деле противостояния темному владыке добились отряды авантюристов. Эти искатели приключений, путешествующие по неизведанным землям, древним руинам, или же просто подрабатывающие телохранителями, прекрасно знали о том, как противостоять монстрам. «Победивший темного владыку Оура да получит все, что пожелает». Стоило им вывесить этот запрос, как авантюристы хлынули в подземелье толпами. А как только пошли слухи о том, что в крепости мага можно разжиться зачарованной экипировкой, храбрецов стало еще больше. Хоть авантюристов и погибло великое множество, с точки зрения королевства все они — непонятно где обитающие бродяги, не платящие налогов. Министров потери нисколько не волновали. В конце концов, доклады авантюристов помогли установить, что подземелье состоит как минимум из двух ярусов и восьми этажей. Впрочем, оно, вероятно, еще глубже. На отряд Алана Кэт возлагала особые надежды, поскольку они считались выдающими бойцами даже по меркам авантюристов. Каждый член их четверки считался первоклассным воином, а вместе они могли одолеть самых сильных врагов. Но, похоже, даже они не смогли победить Оура. Кэт снова вздохнула, а затем попыталась подумать о происходящем с другой стороны. Враг хитер и жесток, но при этом не любит бессмысленные побоища. Он логичен до мозга костей, труслив и дерзок одновременно. Он невероятно хладнокровен, расчетлив и не доверяет никому. Он в совершенстве владеет пространственной магией, особенно магией призыва. Также он эксперт в наложении чар и подчинении монстров, но в то же время не слишком силен в боевой магии. С другой стороны, он обладает каким-то невероятным по человеческим меркам запасом магической энергии, и с ее помощью может даже довольно грубым заклинанием уничтожить городские врата с огромного расстояния... Вот такую картину рисовали доклады и рассказы селян в подконтрольных Оуру деревнях. — Невероятный запас магической энергии... Расследование по факту уничтожения городских врат Акани показало, что Оур применил заклинание класса «Взрыв». Суть этой магии — во вливании магической энергии в пространство до тех пор, пока ее количество не перейдет границу допустимого, что приводит ко взрыву. Мощь этого заклинания прямо пропорциональна затраченной энергии, а потому, в теории, ничем не ограничена, но эффективностью такая магия похвастаться не может. Сил обычного мага, использующего «Взрыв», хватит в лучшем случае на то, чтобы раскидать отряд гоблинов. Применить такую магию с расстояния, которое не может покрыть выстрел из лука, практически невозможно. Для осады и штурма крепостей чаще всего используется магия класса «Метеорит» или «Пушка», которая может добиться похожего результата, потратив куда меньше энергии. Но с другой стороны пользоваться такой магией значительно сложнее. Первоклассных магов, способных на такие заклинания, в любой стране можно по пальцам пересчитать. ...В то же время Оур по объемам магической энергии превосходит даже таких мастеров. Безусловно, один только запас энергии — вовсе не показатель мастерства, но в любом случае неестественным кажется сам факт того, что он обладает такими запасами, может ими управлять и пользоваться в бою. Пожалуй, Оура следует уподобить легендарным архимагам древности, которые могли оперировать любыми заклинаниями, ни в чем себя не ограничивая. — ...А может, именно здесь и кроется слабость, которой можно воспользоваться. Кэт смахнула все бумаги со стола на пол, взяла в руку колокольчик и позвала слугу.

— Странно, — заключил Оур, глядя на покрытый рябью кристалл магической энергии внутри ядра подземелья. — Что такое? — выглянула из-за его спины Лилу, пришедшая с очередным докладом о новых монстрах-переселенцах. — Энергии в ядре все меньше и меньше. — Э? Может, мы в этом месяце слишком ее тратили? Многое в подземелье держалось на постоянном притоке энергии из ядра. Энергия поддерживала существование всех демонов, начиная с Лилу и Логана, грела воду в бане, освещала жилые помещения, обеспечивала работу кухни и многих других бытовых помещений. — Нет... дело не в том, что мы тратим много энергии. Она плохо восполняется. — Может, где-то что-то обвалилось? Правда, вчера я во время обхода ничего не заметила... Размер лабиринта влияет на приток магической энергии, хотя о прямой пропорциональности говорить не приходится. Если какой-то коридор завалит, приток энергии резко пострадает. Другое дело, что с тех пор, как к работе над лабиринтом подключились кобольды и дверги, обвалы практически прекратились. Оур покачал головой. — Нет. Судя по нашим запасам, снижение продолжается уже несколько дней. К тому же течение энергии говорит о том, что никаких завалов у нас нет... такое чувство, будто что-то изменилось в самой силовой линии. Оур нахмурился. Если его догадка верна, она сулит серьезные сложности. — Силовые линии — это те подземные речки магической энергии? Разве они могут просто так меняться? — Нет, обычно они не меняются. Но и незыблемыми их не назвать. Подобно тому, как русло реки смещается со временем, изменяется и течение силовых линий. Однако на это уходят столетия, а не считанные дни или месяцы. — ...Может, часть породы обвалилась? Других версий на ум не приходило. Поскольку силовые линии протекают под землей, состав земли влияет на их течение. — Ну, если поток отклонился, нам просто нужно расширить лабиринт в правильную сторону. Правда, сначала нужно выяснить, какая именно сторона нам нужна. Пошли разбираться. — ...Мне позвать Юнис и Спину? — спросила Лилу, и Оур ненадолго задумался. — ...Не надо. Смотреть будем с воздуха, а слишком большой отряд может привлечь внимание разведчиков Фигурии. — Отлично, — едва слышно проговорила Лилу и крепко сжала кулаки. — Ну, я пойду приготовлюсь! — К чему? От тебя ничего не... эй! Но Лилу пропустила слова Оура мимо ушей и убежала к себе в комнату. — Как с ней тяжело... — со вздохом проговорил Оур, оставшись в одиночестве посреди коридора.

Лилу давненько не оказывалась в воздухе наедине с Оуром, но летела с самым недовольным видом. Она держала мага на руках, а тот не сводил взгляда с земли. — Поворачивай, Лилу. Летим на два часа. Суккуб молча развернулся и полетел в указанном направлении. Ее настроение испортилось сразу после того, как маг приказал оставить в подземелье белое платье и корзинку для пикника, ради которых Лилу и побежала в комнату. Когда Оур увидел, в чем именно состояли «приготовления» приспешницы, он возмущенно высказался в том духе, что она просто напрашивается на то, чтобы ее заметили, и что они вообще-то не на пикник собрались. Лилу расстроенно переоделась обратно и выбросила еду. Оур же в своих мыслях вздыхал и гадал, что нашло на суккуба. Он уже успел заметить, что Лилу в последнее время относится к нему с явной симпатией, но совершенно не понимал, в чем дело, ведь люди с точки зрения демонов — лишь скот или, в самом лучшем случае, домашние питомцы. Безусловно, Лилу не чужды эмоции, но не может же она влюбиться по-настоящему. В конце концов, она ведь демоница похоти, которая манипулирует страстью и любовью, чтобы подчинять себе мужчин. С ней такого случаться не должно. Но с другой стороны, за ее действиями не проглядывался коварный умысел или попытки охмурить Оура. Да и вообще уж кто-кто, а она должна знать, что подобные методы на него не действуют. Поначалу Оур объяснял ее поведение простым соперничеством с такой же ластящейся Юнис, но в последнее время Лилу начала действовать сообща как с ней, так и со Спиной, чем окончательно запутала мага. — Вот мы все летаем, летаем, но как ты видишь, где проходит силовая линия? — видимо, Лилу немного оправилась, поскольку решила скоротать время за разговором. — Я ее не вижу, — сразу же ответил Оур. — Прямо сейчас мы просто летим вдоль старого, а потому хорошо известного мне течения силовой линии. Если она сильно изменилась за несколько дней, должно было произойти нечто, хорошо заметное даже невооруженным глазом. Лилу попыталась приглядеться к происходящему на земле, но не заметила ничего необычного. Внизу проплывали равнины, леса, горы, деревни... они летели все дальше и продолжали разговаривать. — Кстати, а как вообще изучают течение силовых линий? Они ведь под землей, куда ни магия, ни «магический глаз» не пробьются. Даже я их почти не чувствую. Оур кивнул. — Копают глубокие ямы, затем проверяют породу на запасы энергии. Считается, что если на шестидесятиметровой глубине порода насыщена в сотню раз больше, чем положено, то в этом месте проходит силовая линия. Когда ищут линии, ямы копают каждые полтора километра, а когда находят две точки одной линии, просто соединяют их. — Это же... тяжелый труд. — Еще какой. Когда я начал этим заниматься, меня сочли глупцом и безумцем. Наш лабиринт находится на пересечении трех линий, и поиски этой точки заняли у меня двадцать лет. И даже толку от открытия не было бы никакого, не изобрети я ядро подземелья. Лилу с трудом сдержалась, чтобы не согласиться вслух с теми, кто считал Оура сумасшедшим. Вместо этого она принюхалась, выискивая следы магической энергии. — Господин, я чую легкий запах энергии. — Что? Где? — М-м... вон там. Лилу взмахнула крыльями, повернулась к густому лесу и начала снижаться. Запах магической энергии становился все отчетливее, а рядом с землей его ощутил даже Оур. — Что это? Они увидели несколько вбитых в землю столбов. Вернее, заметили их еще с воздуха и тогда же увидели, что на самом деле это полые трубы. Похоже, именно через них и утекает энергия. — Так это же... вот черт! Оур опомнился и оттолкнул Лилу в сторону. Земля под его ногами побелела. Отлетающая вбок Лилу увидела, как из земли возник столб света и окутал Оура. — Оур! — суккуб протянула руку к магу. — Нет, не приближайся! «Беги», Лилушана! — тот отдал ей магический приказ. Тело Лилу предало ее сознание и начало на огромной скорости отдаляться от Оура, соблюдая условия контракта.

— Оу-у-у-у-у-у-ур! — вопила Лилу, глядя, как маг исчезает вдали.

— О, а ты куда симпатичнее, чем я думала, — сказала девушка, когда Оур вошел в комнату. Она сидела, вальяжно раскинувшись на стуле и закинув ногу на ногу. На вид ей было 22-23 года. Серебристые волосы, доходившие до плеч, и безупречно выглаженная форма намекали, что с этой девушкой шутки плохи. Глаза за очками оценивающе смотрели на Оура и светились недюжинным интеллектом. Маг мгновенно понял, что за ловушкой стоит именно она. — Приветствую тебя, темный владыка Оур. Я — стратег Кэт из вооруженных сил королевства Фигурия, — вежливо представилась девушка. — Стратег? — почти рефлекторно переспросил Оур. Он никогда не слышал, что в армии есть такая должность. — Ах да, в этих краях такие люди как я — редкость. Мы специализируемся на том, что вносим предложения при разработке операций, а также составляем тактики и стратегии. — Хм... Ну ладно. Так что, ты мне даже присесть не предложишь? — спросил Оур, не проявив никакого интереса к словам Кэт. Он стоял со связанными за спиной руками. — ...Кажется, ты не совсем понимаешь, в каком положении находишься. — Понимаю, поэтому и спрашиваю, — ответил Оур, всем своим видом стараясь намекнуть, что ни во что не ставит Кэт. Кэт же фыркнула и приказала солдату принести еще один стул. — Пожалуй, мне следует сказать, что ты заслуживаешь своего звания, темный владыка. Что ж, если ты понимаешь, что нам от тебя нужно, можно сразу перейти к делу. — Мне кажется, или ты скорее хвалишь себя за то, что разгадала меня и поймала в ловушку? В комнату внесли стул, и Оур про себя отметил, где именно находится выход из помещения. Затем маг присел и надменно обратился к Кэт: — До сих пор я полагал, что никому кроме меня не известно точное положение силовых линий. Каким же чудом вам удалось за несколько месяцев разобраться в них самим? — Пожалуйста, не путай меня с наивной девочкой, которая купится на такие грубые выпады. Впрочем, отчего бы и нет — все равно я не собираюсь тебя отпускать, да и одна и та же уловка на тебя дважды не подействует, — Кэт хитро улыбнулась. — Все просто. Мы знали, что ты добываешь энергию из силовых линий, но не имели ни малейшего понятия о том, где они находятся. Поэтому мы просто окружили твою пещеру одинаковыми ловушками со всех сторон. «Вот мерзавка», — мысленно ругнулся Оур. Он старался не подавать виду, но Кэт, видимо, все поняла и весело улыбнулась. — Что, обидно? Каково это, когда подробные планы не могут устоять под грубым натиском? Впрочем, хоть Кэт и настаивала, что они прибегли к примитивному методу, догадаться о том, что Оур использовал силовые линии, не так-то просто. — Твоя слабость в том, что ты никому не доверяешь. Я знала, что когда жизненно важная силовая линия перестанет снабжать тебя энергией, ты лично отправишься разбираться. Они вкопали в землю бесчисленное множество труб, которые выкачивали энергию из силовых линий. На первый взгляд их метод может показаться почти что безумным, но то же самое можно сказать и о лабиринте Оура. — Я потратила несколько месяцев, чтобы все про тебя разузнать. Хоть мы и видимся впервые, мне кажется, я наконец-то встретилась со старым другом, — Кэт встала со стула, подошла к Оуру и погладила его по подбородку. — Мне хотелось бы, чтобы мы и вправду стали друзьями. Неужели ты не согласишься? Кэт приближалась к сути разговора. Оур усмехнулся. — Друзьями? Я думал, ты предложишь мне стать слугой или рабом. Кэт поставила один из каблуков на стул Оура. — Если тебе так хочется, то я совершенно не против. Последующие слова Кэт можно кратко выразить следующим образом: «Отдавай лабиринт и все технологии, что ты использовал для его создания». И это единственная причина, по которой Оура держали в живых. Маг догадывался об этом с самого начала, и потому попросил стул. Той просьбой он словно сказал ей: «Хочешь что-либо от меня услышать — добейся сначала благосклонности». Конечно, у терпения Кэт есть предел, и при необходимости она сразу же прикажет отрубить Оуру голову. Убить его она таким образом не сможет, но в том, что его обезглавят, затем порубят останки на мелкие кусочки и сожгут, приятного мало. Оур задумался над тем, что делать дальше. Положение у него достаточно скверное. Можно сказать, сам он сейчас ничего не сможет. На руки ему надели сильно зачарованные браслеты, блокирующие магию. Если бы враги ограничились кольцами, можно было бы откусить себе несколько пальцев, но против браслетов особо не пойдешь. Значит, остается полагаться лишь на красноречие, но девушка, поймавшая Оура, не глупее его самого. Едва ли ее получится обхитрить. — Прости, но я люблю покорять, а не наоборот. Если начнешь лизать мне ноги — я еще подумаю. — Как я и ожидала, сотрудничать ты не намерен? — Кэт даже не изменилась в лице, отпрянула, села на свой стул и вдруг прошептала: — Радикс Фулмен. И тогда Оур резко переменился в лице. До сих пор он казался равнодушным, но его взгляд вдруг впился в Кэт стрелой. Наверняка Лилу, Юнис, Спина и все прочие, увидев мага таким, сильно удивились бы.

На его лице читался неприкрытый гнев.

— Откуда тебе известно это имя? — Пришлось немало повозиться, — Кэт слегка улыбнулась и взяла со стола документ. — Янтарные волосы, коричневые глаза. Безусловно, это довольно обыденное сочетание... но только если мы говорим о последних десятилетиях. Семьдесят лет назад наше королевство Фигурия захватило соседнее королевство Праэти и ассимилировало его жителей. До того, как это случилось, людей с янтарными волосами в нашей стране практически не было. Кроме того, я видела то письмо, что ты писал во время нападения на город. В нем ты представился как «Our», но буква «О» показалась мне какой-то странной. Ты словно не привык писать ее. Потому я и предположила, что на самом деле на письме твое имя начинается на «А». Точнее — «Aur», и читается оно по праэтийским правилам. Оур не соглашался с ее словами и не опровергал их. Он просто продолжал смотреть. — По свидетельствам очевидцев тебе от двадцати до тридцати лет, но не может же такой юноша владеть такими запасами магической энергии и применять столь мощные заклинания. Я предположила, что ты омолодил себя магией и начала изучать документы многолетней давности. Там-то мне и попался маг по имени Айн Соф Оур. В те времена твое имя чаще сокращали до Айн. — ...Хорошая догадка. И что дальше? Оур уже взял себя в руки и успокоился. Впрочем, Кэт знала, что этим он, наоборот, показывает слабость. — Мальчика по имени Айн... это было семьдесят лет назад, так что ты мог быть мальчиком. Так вот, его взяла на воспитание ведьма из Праэти по имени Радикс Фулмен... также известная как Раз. Это самое первое упоминание Айна в документах. Оур фыркнул, словно демонстрируя безразличие. Но и Кэт продолжила равнодушным тоном: — Как гласили документы, у нее, как и у тебя, были янтарные волосы. Она, по всей видимости, прониклась к тебе симпатией и взяла в ученики. Специализировалась Раз на наложении чар, но не тех, которые вплетают в мечи или копья. Она была специалистом по зачарованию замков и катапульт — другими словами, по вливанию магической энергии в сооружения и осадные орудия. Именно поэтому ее имя, хоть она и не числилась в государственных магах, осталось в истории. Созданные ей крепости и орудия оказались настолько эффективны, что именно благодаря им крохотная Праэти так долго сопротивлялась Фигурии. — ...Замолчи. Но Кэт пропустила ответ Оура мимо ушей и продолжила бегло читать зашифрованный документ. — Однако с той поры, когда она взяла на попечение тебя, Раз практически прекратила помогать стране и в итоге заперлась в созданной ей же башне. Королевство Праэти расценило ее поведение как измену и направило солдат уничтожить ведьму. В ходе штурма... — Я же сказал, заткнись! Кэт отмахнулся от вопля Оура и объявила: — Ее ученик предал наставницу и лично вручил голову Раз армии, и на этом... а! На последних словах Кэт сковало от страха. Ее, как стратега, ненавидели и враги, и союзники. За свою жизнь она привыкла ловить на себе полные ярости взгляды. И это многое говорило о том, как сильно взгляд Оура отличался от тех. Оур выглядел так, будто если бы его сейчас казнили, отрубленная голова полетела бы к Кэт и вгрызлась в ее шею — настолько его лицо исказилось от гнева. Кэт мгновенно поняла, что переговоры окончены. Она предполагала, что документ послужит тем козырем, который подействует на мага, но явно произнесла слова, которых говорить не стоило. — У... убить его! Разорвать в клочья! — скомандовала Кэт, и стоявшие наготове солдаты дружно вонзили в мага копья.

Но хоть Оура пронзили со всех сторон, хоть он истекал кровью так, что обычные люди после такого не выживают, он не обронил даже самого краткого стона и продолжал сверлить Кэт взглядом.

В версии с изображениями тут находится картинка. — В... вот же чудовище! Кэт выхватила меч и замахнулась. Той частью сознания, что сохранила хладнокровие даже перед лицом кипящего гнева, Оур приготовился к смерти. Поначалу он думал, что сможет победить, если разозлит врага настолько, что вынудит ее взяться за меч. Дальше он вывихнул бы собственные плечи, чтобы протянуть к ней руки, а если Кэт отрубила бы их, он смог бы использовать магию. Разумеется, он бы обезобразил себя. Кроме того, он знал, что сбежать в одиночку из глубин, видимо, столичного замка, почти невозможно. Но ключевое слово здесь — "почти". Однако Оур лишил себя последней надежды собственным гневом. Копья, пронзившие его, впились в кости, и маг уже не мог пошевелиться. Ни вывихнуть плечи, ни раздробить кости рук он уже физически не мог. Клинок Кэт приближался к Оуру. Ей, как стратегу, редко приходилось хвататься за оружие. Меч она держала неуверенно, атаковала медленно. Вряд ли она сможет отрубить магу голову. Но если она перерубит сонную артерию, начнется такое кровотечение, что Оуру мгновенно перестанет хватать крови. Он больше не сможет двигаться. Умереть он, конечно, не умрет, ведь его жизнь хранится не в теле. Однако вечная неподвижность не сильно отличается от смерти. Его тело разорвут в клочья и сожгут. Оур больше не сможет видеть и чувствовать, и будет до конца веков бродить внутри холодной стеклянной емкости.

Впрочем, этого так и не случилось.

— Оур! — достиг его ушей знакомый голос. Вот она — сила, что способна управлять судьбой. Несомненно, она вломилась в замок, ни о чем не подумав и наплевав на всю логику. — Вот и подмога! Оур поднял взгляд и увидел улыбку девушки-героя с огненно-рыжими волосами.

— Чт... не... «Что?! Невозможно!» — без конца крутились два слова в голове Кэт. Сама же она хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. — Ты в порядке? Хотя, что я спрашиваю? Ты ведь и отрубание головы пережить можешь. Клинок Юнис засверкал. Сначала она перерубила все воткнутые в Оура копья. Затем разрубила браслеты, да так, что даже не задела кожу мага. Наконец, она в мгновение ока сразила всех стражников. — Да, не волнуйся... и спасибо. Но как ты узнала, куда идти? — спросил Оур, магией исцеляя полученные раны. Он и сам не знал, где они находились. Скорее всего, враги приняли все меры, чтобы скрыть от возможных спасителей как личности тех, кто похитил мага, так и то, куда именно его увели. — Интуиция!.. А, хотя нет, это самое, любовь! Юнис радостно выставила указательный и средний пальцы. Оур не понимал, как на это реагировать — то ли улыбнуться, то ли сокрушенно покачать головой. — Что, обидно? — спросил Оур с толикой самоиронии. — Каково это, когда подробные планы не могут устоять перед банальной «догадкой»? — Ха... ха-ха-ха-ха-ха! — захохотала Кэт словно умалишенная. Если честно, Оур и сам с трудом сдерживал смех. — Глупец... неужели ты думаешь, мне нечем ответить? После слов Кэт раздвинулась стена и из тайника выскочили четыре элитных бойца. Мало того, что они появились внезапно, каждый из них сжимал в руках зачарованное копье, от которого не могла спасти даже реакция героя. Время для атаки враги выбрали идеальное. — А сама-то? Однако ни одно копье так и не достигло Юнис. Из ее казавшейся беззащитной спины вдруг выскочили четыре руки и схватили копья. — Неужто думала, что я пришла сюда одна, совершенно не подготовленная? При том, что шла спасать Оура? — Привет, мужик. Вид у тебя, конечно, больно радостный. Видать, настроение появилось. Все бойцы вспыхнули адским пламенем, и уже через мгновение от них не осталось даже пепла. Из тени Юнис выполз Логан и принялся разминаться. — Фу-ух! Все плечи от сиденья в старушечьей тени затекли. Чур, вы мне за это отдельно заплатите, иначе я не согласен. — Эй! Я же сказала, мне всего семнадцать! Какая я тебе старуха?! — Замолчи, я признаю только девочек under thirteen. Все остальные — старухи! От звуков начавшейся перепалки Оур приставил ладонь ко лбу и протяжно вздохнул. Но... Его губы расплывались сами собой, и он ничего не мог с собой поделать. — Оур, — Юнис схватила его за голову и поцеловала. — ...Что на тебя нашло? — Да просто вид у тебя странный был. В ответ на ее слова Оур кратко, но гулко усмехнулся. Совсем недавно его терзали ярость и даже отчаяние, но теперь куда-то исчезли. — ...Что же, пора нам домой возвращаться? — предложил Оур, глядя в сторону выхода. Оур догадывался, что Юнис, должно быть, направилась прямо сюда. Впрочем, нельзя же засиживаться внутри теперь уже довольно шумной комнаты. — ...Без шансов. Ты в самой глубине столицы королевства, понимаешь? Здесь повсюду королевская гвардия, самые элитные из войск. Тебе не дадут сбежать, — бросила Кэт. — Но у тебя будет шанс, если вы возьмете с собой меня... нет, со мной ты сбежишь непременно. Моих знаний о том, где расставлены солдаты, хватит для того, чтобы ты смог сбежать. Поэтому прошу, возьми меня с собой. Можешь назначить меня стратегом своего подземелья. Можешь даже сделать из меня наложницу. Оур сделал вид, что задумался. — ...Ты воспользовалась тем, что занимаешь не последнюю строчку в военной иерархии, и привела меня сюда, не спрашивая разрешения королевства, верно? Ты считала, что мной выгоднее воспользоваться, нежели убить. А возможно... думала даже использовать меня, чтобы захватить власть в стране. Но теперь Юнис спутала твои планы. Даже если гвардия убьет меня, тебя казнят следом. Поэтому тебе выгоднее уйти со мной. — ...Именно. Ты прав. Старики, что правят этой страной, презирали меня и не делились властью просто потому, что я женщина! Но ты не предашь меня. Ты не станешь смотреть на девушку свысока, ведь так? — Да, ты права, — согласился Оур. Безусловно, ее интеллект мог прийтись кстати. К тому же она довольно красива. Наверняка осквернить ее правильные черты лица было бы очень приятно. — На медленном огне. Кэт не поняла слов Оура и недоуменно склонила голову. Впрочем, понимание пришло к ней очень быстро. — Ч-что это?! Чт... а-а-а-а-а! — Так пойдет? — Да, идеально. Кэт захлопала по загоревшейся одежде, затем упала на пол и начала перекатываться. Однако огонь не просто не думал затухать, но и становился все сильнее. — Спаси! Умоляю! Кэт сорвала с себя одежду и поползла к ногам Оура, моля о спасении. Но демонический огонь Логана продолжал терзать ее даже после того, как она осталась без одежды, а барьер мешал прикоснуться к магу. Некогда прекрасная кожа обугливалась и дымила на глазах, а затем и вовсе начала осыпаться. — Спа... с... и... Наконец, от Кэт осталась лишь кучка пепла. — Эх. Все-таки старухи ни на что не годятся. Душонка у нее вся мутная, — раздосадовано заявил Логан, доставая из пепла тускло светящийся белый шарик. — Впрочем, получше чем у них. После его слов души сожженных солдат поднялись в воздух сами по себе. Логан забросил их себе в рот и разжевал. — ...Да уж, такими не наешься. Затем он сжал в руке душу Кэт и отправил ее в мир демонов. — Так что, Юнис? Она говорила, сбежать отсюда невозможно, а ты что скажешь? — Я здесь как раз для того, чтобы не осталось ничего невозможного, — непринужденно отозвалась Юнис и попыталась открыть дверь. В ту же секунду на дверь обрушился град стрел и разорвал в щепки. — Ого, сколько вас, — все так же расслабленно проговорила Юнис и отбросила в сторону оставшуюся в руке дверную ручку. С другой стороны двери уже ждал целый отряд вооруженных до зубов гвардейцев. В первом ряду стояли бойцы со вскинутыми копьями, во втором — снова копейщики, державшие копья ниже, чтобы прикрывать товарищей, а в третьем — лучники. С учетом того, что все они смогли попасть по двери, каждый из них — довольно опасный противник. — Так и быть, залезай. Логан махнул одной из четырех рук, затем повернулся к Юнис спиной. Девушка заскочила на демона, разместилась на плечах, перехватила меч и свела брови. — Поехали. Логан полетел по коридору почти у самого пола. Хоть у него и нет крыльев, демоны практически не связаны силой тяжести. Логан летел вперед, точно стрела, а настоящие стрелы тем временем приближались к нему, словно ожившая стена. — С дороги-и-и-и! Может, Логан и демон, но стена стрел могла бы нанести ему значительный урон, однако Юнис защитила его, вызвав магический порыв ветра. Стрелы тут же замерли на месте, а затем попадали на пол. — Вали их! Хоть копейщики и изумились, но машинально ощетинились, прикрывая как себя, так и лучников. Логан же схватил Юнис и швырнул прямо в них. — По-о-олучайте! Юнис перевернулась в воздухе вниз головой и взмахнула клинком. Через мгновение на пол попадали наконечники копий. Вслед за ними приземлилась и Юнис, а гвардейцы выхватили мечи, готовясь к битве, но девушка вдруг высоко подпрыгнула. Под ней практически сразу же пронесся размахивающий руками Логан. Четыре мощные руки без труда разметали нескольких одетых в тяжелые доспехи гвардейцев и пригвоздили их к потолку. Красный демон, превратившийся в живой ураган, продолжал размахивать руками. Он быстро выбил оружие из рук уцелевших солдат, а затем превратил врагов в кровавое месиво, не позволив ничего сделать. Лучники не стали давать следующий залп и попытались в панике сбежать, но вскоре их испепелило адское пламя. — Так, Логан, ты швыряешься слишком небрежно! У меня голова закружилась! — Ты, прежде чем вякать, научилась бы меня от стрел защищать! Парочка все-таки долетела! Стоило Юнис и Логану за несколько секунд расправиться с элитными гвардейцами, как они снова вернулись к перепалке. Но хоть Оуру и надоело слушать их споры, он смотрел на приспешников, как на надежных товарищей.

— Невозможно, — обронил гвардеец, опираясь на собственный меч и отплевываясь кровью. Вокруг лежали трупы его товарищей. Каждый — элитный, отборный боец, гвардеец королевства Фигурия. Умирающий гвардеец смотрел на девушку с алыми волосами и демона с глазами цвета пламени. Эта парочка разметала четыре сотни гвардейцев подобно двум ожившим вспышкам кровавого и огненного цветов. — Юнис, ты цела? Оур восполнил магическую энергию за счет Юнис и исцелил ее заклинанием. Хоть им и удалось победить всех налетевших гвардейцев, без ранений не обошлось. Юнис старательно закивала, опираясь на меч и тяжело дыша. Ее собственный запас энергии давно иссяк, и она могла сражаться лишь мечом. Все ее тело покрывали раны. Логан же лишился двух из четырех рук, а также одного рога. После сокрушительного поражения в первой битве гвардейцы сразу сообразили, что накинуться скопом и победить не получится, но решение нашли быстро. Они разделились на небольшие группы, которые как можно тщательнее использовали позиционное преимущество в просторных комнатах и узких коридорах, и атаковали беглецов волнами. Юнис и Логану пришлось потратить очень много сил на то, чтобы сражаться в нескончаемых стычках и защищать Оура. — Ничего страшного... мы уже выбрались, — сказала Юнис, кое-как переведя дыхание, и открыла последнюю дверь. Однако вид, открывшийся ее глазам, вызвал у девушки обреченный смех. — А-ха-ха... А вот это, конечно, будет трудновато. Дверь вывела их из дворца на угол замковой стены. А за ней оказалось вооруженное до зубов королевское войско. Четыре тысячи солдат. Целая бригада, причем немаленькая. Безусловно, Юнис и Логан сильны. Каждый стоит тысячи воинов, и едва ли в мире найдется десяток человек, способных сражаться с ними на равных. Но даже их можно задавить числом. С силой толпы приходится считаться. Может, бойцы, выстроившиеся за стенами, не идут ни в какое сравнение с гвардейцами, но их с лихвой хватит, чтобы расправиться с вымотанными Юнис и Логаном. Нельзя защититься сразу от десяти копий, от сотни стрел, от тысячи заклинаний. Сколько ни бегай и ни прячься от врагов, они все равно наводнят весь замок, а магический барьер не даст телепортироваться. — Юнис, мне нужна энергия. Оур припал к губам Юнис и вытянул из нее всю припасенную энергию. Даже павшая, она оправдывала звание Героя и вмещала в разы больше энергии, чем Лилу. Она могла хранить столько, что хватило бы на несколько дюжин первоклассных магов. Оур сплел из этой энергии заклинание и запустил его в самый центр вражеских рядов. Но... Заклинание, которым Оур в свое время уничтожил городские врата, нанесло армии смехотворный урон. Все-таки сейчас энергии дюжин магов решительно недостаточно. Во вражеских рядах тысяча магов, и половина из них отвечает за магическую защиту. Безусловно, они далеко не первоклассные маги, но их на два порядка больше. Армия защитилась от атаки Оура и сама перешла в наступление. Но, конечно же, они не настолько глупы, чтобы доводить битву против двух противников до рукопашной. Сотни магов дружно начали читать зазубренный текст группового заклинания. Армейская магия. Тренированные, действующие сообща маги способны на деяния такого масштаба, которые одиночке не по зубам. Оур понял, что его с товарищами собираются уничтожить вместе со всем участком стены. — Оур, беги, — сказала Юнис, зачехлила клинок и нагнулась. — Ну, ничего не попишешь, — со вздохом добавил Логан и встал рядом с ней. Они собирались кинуться на врагов, чтобы дать Оуру время сбежать. Если Юнис и Логан подойдут вплотную, ни о какой магии не может быть и речи — маги не станут рисковать, чтобы не задеть товарищей. — Подожди, — Оур положил руку на плечо Юнис. Девушка обернулась и посмотрела на мага с искренним недоумением. Она не понимала, с чего вдруг Оур решил ее остановить. — Эт чё такое? — обронил Логан и посмотрел выше. Сначала Оуру показалось, что неожиданно начался дождь. В воздухе мелькнуло несколько дуг. А затем они начали падать на землю с оглушительным грохотом. Дождь падал на врагов, но не на Оура. От светового дождя в рядах солдат началась паника. Даже пять сотен магов не могут защитить всех и каждого. И дождь, как ни удивительно, бил точно в уязвимые места вражеской защиты. Лучи, пронзавшие солдат, попросту разрывали тех на части, а затем дробили камни мостовой и ранили обломками всех вокруг. — Элен?! И тогда Оур понял, что дождь попадает в бреши во вражеской защите отнюдь не случайно. — А, с ними Мио! Э-эй! — Юнис весело замахала рукой, смотря куда-то вдаль. Оур видел лишь точки, но дождь шел на землю с двух ездовых виверн. Эта парочка поселилась в лабиринте совсем недавно. Мио подчинила их и привела сюда, чтобы Элен и ее альвийки обстреляли врагов магическими стрелами. Впятером они стреляли так быстро, что стрелы падали дождем. Ни о каком заклинании уже не могло быть речи. Во вражеских рядах воцарилась паника. Какие-то бойцы пытались пускать стрелы и магию в отряд Элен, но залпы не долетали до зависших в небесах виверн. Элен не соврала, когда оценила каждую альвийку в тысячу бойцов. Их пятерых хватило, чтобы в корне перевернуть ситуацию. — Кажется, мы спасены... — с облегчением в голосе проговорила Юнис и села на пол. Королевская армия так отчаянно защищалась, что совершенно позабыла о приказе атаковать Оура. — Да уж... Оур опустил взгляд на правую руку. Почему же он попытался остановить Юнис? Тогда он еще не успел увидеть Элен. Сейчас, когда помощь уже подоспела, Юнис не стала допытываться, но факт оставался фактом. С учетом условий, что тогда сложились, Юнис действительно предложила лучшее из возможных решений. Пока они отвлекали бы врагов, Оур смог бы покинуть замок, выйти за границы барьера и телепортироваться. Затем он смог бы собрать войско, напасть сам и отомстить. Безусловно, терять Юнис было бы жалко, но лучше уж ее, чем себя. Оур прекрасно понимал, почему не дал ей поступить самым логичным образом. Во всем виноваты банальные, никчемные эмоции. Он слишком привязался к пешке и не захотел терять ее. Оур понимал, что эти чувства все еще прячутся внутри него, и кусал губу. Эта слабость будет мешать ему, словно оковы, и не принесет никакой пользы. И, как «злобный маг», он обязан от нее избавиться. Оур крепко сжал кулаки. — Слушай, Оур... — вдруг обронила Юнис. Сложно сказать, замечала ли она терзания мага. — Пожалуйста, не злись на Лилу. Юнис продолжала смотреть куда-то вдаль. — Она вернулась в лабиринт сама не своя. Попросила, чтобы я... чтобы все мы пошли спасать тебя. Даже Мио, хоть ты и говорил ей не покидать подземелья. Хоть с Мио и обращались, как с подругой, она все равно находилась в положении жертвенной девушки. Она не могла свободно гулять даже в пределах лабиринта и не принимала участия в совещаниях. Правда, поскольку Мио в загоне бывала чаще, чем у себя в комнате, ее это особо не волновало. Это же касалось и Логана. На всякий случай Оур распорядился, чтобы Юнис и Логан никогда не покидали лабиринт одновременно. А поскольку правом отдавать Логану приказы помимо самого Оура обладает лишь Лилу, только она могла поручить демону спасти Оура. Вообще говоря, в условиях контракта Лилу нет пункта, который обязывал бы ее спасать мага в подобных ситуациях. Такими проклятиями легко кому-либо что-либо запретить, но заставить практически невозможно. В лучшем случае можно прописать какое-нибудь крайне простое и конкретное действие. Условие «не противиться приказам» будет работать хорошо, а вот «всегда защищать меня» — нет. В случае чего демон всегда сможет оправдаться фразой в духе «я постоянно был рядом и считал, что это защита». И тем не менее, Лилу сделала все, чтобы спасти Оура. — ...Но почему? Почему Лилу пытается спасти меня? Она ведь от этого ничего не выиграет, — спросил Оур вслух, забывшись. Даже наоборот — после смерти Оура она тут же смогла бы вернуться в мир демонов вместе со всей энергией, которую Оур в ней оставил. Любой здравомыслящий демон не долго думая бросил бы мага. — Что тут непонятного — любит она тебя, — ответила Юнис, не задумываясь. — ...Неужели? — Да. Уж я-то знаю, я же тебя тоже люблю. — Разве демон может влюбиться в человека? — Обычно — не-а, — ответил Логан вместо Юнис. — А как же Мари? — не сдержалась девушка. — А Мари — ангел, епта! Логан подмигнул правым глазом и выставил большой палец. С учетом его козьей морды выглядел он при этом особенно отвратительно. Впрочем, затем он снова принял серьезный вид и продолжил: — ...Тут, короче, такое дело. Если выражаться понятными вам словами, представь себе статую или картину, которую считаешь красивой. А теперь, что статуя эта вдобавок ко всему — вкуснейшая конфета. Вот когда тебе попадаются такие необычайные люди, порой соглашаешься ради них на работу, от которой тебе никакого проку нет... ну типа той «игры», что ты в тот раз устроил. Но если ты спросишь, готовы ли мы жертвовать ради вас собственными телами, то в ответ услышишь однозначное «NO». Хотя, конечно, свое тело в этом мире я могу воссоздавать сколько угодно и ничуть не напрягаюсь, когда меня убивают. Мышление у Логана типично демоническое. Вернее, даже несколько приближенное к человеческому. Но даже он считает, что демон ни за что и никогда не влюбится в человека. — Так проще же у нее самой спросить? — предложила Юнис, увидев, как затих Оур, и решив, что тот не знает, как ответить. Предложение вполне в духе известной своей прямолинейностью девушки. Она снова посмотрела вверх. Видимо, альвийские лучницы взяли перерыв, поскольку одна из виверн как раз приближалась к Оуру.

— Простите! — в слезах воскликнула Мио и опустила голову, едва спешившись с виверны. — Пожалуйста, простите! — Если ты о том, что покинула лабиринт, то забудь. Наказывать не стану. Однако девушка замотала головой. Элен и Лилу позади нее тоже смотрели виноватыми взглядами. — За тебя извиняется, Лилу?.. Это была моя ошибка. Тебя я наказывать тоже не... — продолжил было Оур, но и Лилу покачала головой. — Я, конечно, очень рада, но дело не в этом... эм-м, в общем, прости. Я просто не представляла, что дойдет до такого. — Так что случилось? Объясните внятно. — Ладно. Мы не смогли остановить Спину, — пояснила Элен вместо Лилу. — Если точнее, мы с леди Лилу особо и не хотели ее останавливать, но... Оур так и не понял, что случилось, и тогда альвийка указала пальцем на горизонт. Маг перевел взгляд и увидел вдалеке, еще дальше армии, нечто огромное и зеленое. Вернее, отсюда оно казалось размером с палец, но с учетом расстояния выходило, что там существо какого-то невообразимого размера. — ...Это еще что такое?

— Слизняк... которого создала Спина, — извиняющимся тоном пролепетала Лилу.

Способности слизняка оказались предельно простыми. От своих самых примитивных собратьев его отличали лишь две добавленные особенности. «Поглощать всю магию, расти за ее счет» и «расти, но не делиться». И слизняк такой остался бы по сути безобиден, если бы не ловушка Кэт, которая превратила его в практически несокрушимое оружие. Кэт приказала выкопать ямы, через которые утекала энергия из лабиринта Оура. Этакие искусственные «точки выхода» силовых линий. И как только слизняк впитал утекающую энергию, он мгновенно разросся до огромных размеров. — А это что за ворота? — спросил Оур, тоже перебравшийся на спину виверны и теперь смотревший на творение Спины сверху. Слизняк казался очень вытянутым и торчал из каких-то поблескивающих ворот, за которыми, видимо, находилась другая половина тела. — А-а, это я открыла. Думаю, надо бы спасти Оура! Раз-раз-раз и как-то получилось, — ответила Юнис, и Оур схватился за голову. Вот почему герои так плохо кончают. Теперь ясно, почему помощь пришла так быстро. Юнис смогла открыть врата телепортации, взломать которые практически невозможно, за счет одного лишь желания «спасти Оура». Маг мысленно записал в ближайшие планы улучшить защиты похожих врат в подконтрольных деревнях, ведь они ведут прямо в лабиринт. — Короче говоря, его вторая половина, находящаяся за воротами, постоянно впитывает магическую энергию и растет, в то время как эта половина пожирает королевскую армию? — Да, получается, что так, — подтвердила Элен и улыбнулась. Солдаты, попавшиеся слизняку, не умирали мгновенно, ведь это создание питалось одной только магической энергией. С другой стороны, если из человека резко вытянуть всю энергию, он потеряет сознание. И действительно, внутри слизняка уже виднелись бессознательные люди. Поначалу маги пытались обстреливать слизняка, но сразу поняли, что лишь ускоряют его рост, оставили тщетные попытки и пустились в бегство. Мечи, копья и стрелы не помогали. Магия не помогала. Огнем такое огромное создание не одолеть. Числом можно задавить любую силу. Подобно тому, как армия давила численностью, слизняк давил теми числами, которыми описывались его размеры, но суть оставалась той же самой. — Не смешно. Никто и никогда не пользовался такой тактикой. Помимо того, что собрать столько магической энергии слишком тяжело, получившимся слизняком невозможно управлять. Он атаковал королевскую армию не от любви к Оуру, а просто потому, что видел в людях источник магической энергии. Ему не хватит ума подчиняться приказам, а если попытаться направить его заклинанием, он это самое заклинание просто проглотит. Крайне неприятное создание. — Не беспокойтесь, — вдруг услышал Оур позади себя зловещий голос и невольно вздрогнул. Он обернулся и увидел на спине соседней виверны не только альвиек, но и свою черноволосую ученицу. — Этот слизняк растворяется в воде. Я полагаю, вам не составит никакого труда вызвать дождь с помощью магии. — ...Никогда не создавай ничего, с чем не можешь справиться сама. — Прошу прощения. Спина из вежливости поклонилась, хотя явно не слишком-то раскаивалась в содеянном. Оур же, хоть и не подавал виду, с трудом сдерживал изумление. О других типах магии судить пока сложно, но у Спины есть талант к созданию магических существ, в особенности слизняков. Причем такой дар, что попадается раз в несколько столетий. Она уже сейчас способна на такое. До чего же она дойдет с опытом? Хоть Оура и радовало ее будущее, он ощущал и толику страха. Он даже задумался над тем, а не прикончить ли ее, пока еще не слишком поздно. ...Правда с этой точки зрения куда опаснее Юнис. Оур скосил взгляд на девушку с огненными волосами. Появиться в самую нужную минуту и спасти друзей. Оказаться в смертельной опасности, из которой тебя в самую нужную минуту спасут друзья. Это одна из отличительных черт героев. Она спасла Оура, но когда сама оказалась в смертельной опасности, тут же появились Мио и Элен. Без силы Юнис здесь однозначно не обошлось. Сложность же состоит в том, что такую силу невозможно сдержать просто сделав из Юнис «падшую героиню». К ней постепенно возвращаются силы «звезды героя». Может, она до сих пор не осознает, кто на самом деле Оур, но со временем обязательно станет тем, кем была раньше. Останется ли она союзницей Оура, когда это произойдет? Если ее сбросить с виверны сейчас, она умрет. Ее убьет любимый человек. Это будет та самая трагедия, что достойна быть кончиной героя, и именно поэтому сила Юнис ее не спасет. — М?.. Юнис ощутила на себе взгляд Оура, повернулась к нему и весело улыбнулась. — ...Ты так свалишься. Лучше отойди от края, — сказал Оур и положил руки на ее плечи. Юнис радостно прижалась к нему. «Пока рано. Ее еще можно использовать», — мысленно проговорил Оур, убеждая сам себя.

— Итак, господа. Оур сел на стул, закинул ногу на ногу и окинул взглядом министров королевства... точнее, тот самый совет старейшин. По бокам от Оура встали Логан и Лилу, старавшиеся выглядеть предельно грозно. — От вашей армии ничего не осталось. Безусловно, солдаты живы, но я надеюсь, вы понимаете, что их жизни в моих руках. Подчинитесь ли вы мне, объявите ли королем? Или же ваша страна будет стерта с лица земли и превратится в огромного слизняка, что будет вечно ползать по миру? Решайте быстро, я весьма нетерпелив. Оур врал им напропалую. Слизняк не ел людей, и тем более не смог бы проесть каменные стены. Более того, пусть королевство особо не славится дождями, хотя бы один явно успеет начаться до того, как слизняк проглотит всю страну. Ну а от того, что человек, потративший 70 лет на создание подземелья, назвал себя нетерпеливым, Лилу едва не рассмеялась в голос. — Да как ты смеешь, темный владыка! — воскликнул притаившийся гвардеец и пронзил мечом сердце Оура. Маг даже бровью не повел и лишь взмахнул рукой, отдавая приказ Логану. Через мгновение тело гвардейца вспыхнуло. Меч упал, а от бедолаги не осталось даже лужицы крови. — Итак, ваш ответ? — спросил Оур, словно ничего не случилось, и совет старейшин дружно вздрогнул. Со всей страны приехали войска на помощь столице, но невообразимо огромный слизняк попросту забаррикадировал собой врата замка, и пробиться через него солдаты не могли. С учетом того, что и совет находится в замке, армия не могла пойти не использование осадных заклинаний, а штурму мешал вышеупомянутый слизняк. Что же до короля, то на нем Оур и сидел. Маг наложил на правителя проклятие, превратившее того в стул. Наконец, Оур во всей красе продемонстрировал министрам собственное бессмертие. Подсылать к нему убийц совершенно бесполезно. — ...Мы действительно сохраним наши должности? — спросил один из министров. — Да. Если вы станете служить мне вместо вашего короля, я гарантирую вам ваши должности. Сменится лишь тот, кому вы будете служить. Вы же сможете пользоваться той же властью, что и прежде, и набивать себе животы. А если вы не будете мешать мне править, я даже буду позволять вам больше, нежели старый король. Слова Оура успокоили многих членов совета. — ...Как прикажете. Мы приняли единогласное решение и будем служить вам, господин Оур. Министры преклонили колени и поклонились. Все они — прогнившие насквозь людишки, думающие лишь о собственной шкуре. Всех, кто отличался, Оур уже испепелил. Но маг нуждался в таких людях, чтобы захватить власть в стране. Пройдет дождь, и пожирающий магию слизняк Спины растает. Пройдет день и открытые Юнис пространственные врата вновь закроются. И тогда Оуру уже нечего будет противопоставить королевским войскам. Может, все произошло куда раньше, чем планировал Оур, но он решил ухватиться за возможность стать правителем страны. Даже самая сильная армия ни на что не способна, если ее никто не возглавляет. Безусловно, внезапное назначение Оура королем вызовет немало роптаний, однако с ними помогут справиться министры.

Прошло три дня. Короля Фигурии, Карса Людиуса Фонситириуса Фигурию Восьмого казнили, затем Оура объявили следующим королем. Разумеется, многие жители начали говорить о том, что демоны захватили власть в стране и убили короля. Однако крупных волнений не случилось, во многом потому, что уже захваченные Оуром города положительно отзывались о новом правителе, ну а немногочисленных несогласных подавили монстрами и армией.

Оур решил не менять название страны, однако соседние страны начали говорить о Фигурии как о королевстве зла, а мага стали титуловать «темным владыкой» уже официально.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог

После формальной коронации Оур откинулся на спинку трона и глубоко вздохнул. — Ну ты даешь, Оур, — сказала Лилу, зависшая рядом с троном и опиравшаяся на него. — Все-таки взял и стал королем. Прошло около года со дня заключения договора. Лилу и подумать не могла, что Оур всего за год взберется на такую высоту. — Нечему удивляться. В целом все шло по плану. Оур, впрочем, так не изумлялся. Безусловно, неожиданности были, но маг говорил правду. Он не остался равнодушен к своим достижениям, но в первую очередь уже думал о том, что будет дальше. — Так что же, я тебе больше не нужна?.. — не унималась демоническая приспешница. — Не говори ерунды. Впереди еще больше дел. Без работы ты точно не останешься. Даже не надейся, что вернешься в свой мир в ближайшие десять-двадцать лет, — с кислым видом бросил ей Оур. — ...Ладно. Лилу в ответ так засияла от счастья, что Оур перевел взгляд на потолок, чтобы не сбиться с мысли. В окне виднелось безоблачное голубое небо. — Да... дел еще много. Того, что я сделал, совершенно недостаточно, — пробормотал Оур, словно обращаясь к небесам.

«...Я никогда не прощу себя за то предательство».

«Я никогда не отойду от клятвы, что дал в тот день», — мысленно добавил старый маг с янтарными волосами.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Бонус

— Так что, хозяюшка Оур, — сказал он, стараясь вложить как можно больше иронии в слово «хозяюшка». — Чего мне делать-то? Логан задал этот вопрос вскоре после того, как прекратил скандалить из-за нечестного контракта. — Ну... в принципе я собираюсь поручить тебе быть последней линией обороны лабиринта. — Последней линией, значит? Логан сложил все четыре руки на груди и задумался. Каким обманом его ни вынудили бы заключить контракт, условия надо соблюдать. Демон не может противиться договору. Человек в принципе может нарушить уговор, но демоны, как создания последовательные, с буквами не спорят. С этой точки зрения люди куда коварнее демонов. — Хорошо, доверься мне, — Логан стукнул себя по груди. Впрочем, демоны вовсе не беспомощны. Если бы Оур в ответ просто согласился и в самом деле «доверился» ему, Логан получил бы право принимать решения. А значит, тот мог бы под предлогом обороны подземелья заниматься чем угодно. — Впрочем, вряд ли мне так уж часто будет нужна твоя сила, — однако Оур продолжил другими словами. — Поэтому, как правило, ты будешь присматривать за Мари. Маг скосил взгляд на девочку рядом с собой. — Что?! — Логан едва не потерял дар речи. — Ты хочешь сделать из меня няньку?! — Да. Хоть Логан и относится к младшим демонам, в иерархии он занимает далеко не такую низкую строчку, как можно подумать. По человеческим меркам он практически барон. Другими словами, он относится к знатным демонам, пусть и не слишком властным. Логан прожил не одно тысячелетие, но ни разу еще ему не поручали должность няньки. Логан вздрогнул, взмахнул руками... — Спасибо, мужик! И припал к полу перед Оуром. — ...Я тебя позову, если понадобится защищать лабиринт, — напоследок бросил Оур, едва сдерживая сокрушенные вздохи, и ушел. — Свалил, значит... — с улыбкой проговорил Логан, проводив мага взглядом, и посмотрел на Мари. Он свел пальцы и протянул их к девочке. Зловеще сверкнули похожие на клинки когти. Они устремились прямо к шее Мари. — Все-таки облом, значит? Но когти замерли за мгновение до того, как достигли бы мягкой кожи ребенка. Договор строго запрещал демону вредить кому-либо из жителей подземелья. — Что такое? — бесстрашно спросила Мари демона, тянущего к ней смертоносные когти, и недоуменно наклонила голову. Либо она необычайно храбрая, либо вообще ничего не понимает. Логан решил, что второе вероятнее. — Меня зовут Логан. Будем знакомы, Мари. — Угу, будем! Демон опустил руку, и Мари послушно пожала ее. Значит, трогать ее все же можно, если не пытаться ранить. Не ведающая никакой скверны непорочная душа Мари с точки зрения Логана — самое изысканное, самое аппетитное из всех возможных лакомств. Тяжело довольствоваться парой капель крови, когда видишь такую душу перед самым носом. Значит, нужно всего лишь не вредить ей. Нужно всего лишь обсасывать ее душу со всех сторон, размывать ее существо, но так, чтобы не навредить. А уж придумать, как именно, старый хитрый демон смог бы без малейшего труда. — Так вот, Мари... э? Логан уже чуть ли не облизывался и вдруг понял, что Мари куда-то подевалась. Он в спешке огляделся по сторонам и едва успел заметить, как ее весело прыгающий на затылке хвостик исчезает за поворотом под жизнерадостный топот маленьких ножек. — Эй, я ж не договорил. Логан тут же погнался за ней и свернул за угол, а Мари уже махала из-за следующего поворота. Через мгновение она с беззаботной улыбкой скрылась за углом. — Догонялки, значит? А что, я не против. Далеко она на детских ножках не сбежит. Логан шел за ней быстрым шагом. Чем больше страха испытывает человек, тем скованнее его сознание и тем легче в него проникнуть. Демон прекрасно знал об этом и специально нагонял Мари как можно медленнее. Однако замысел демона дал осечку после очередного ничем не примечательного поворота. За ним вдруг обнаружилась целая куча коридоров, отходящих вбок словно гребень. — Что за?! Как же теперь понять, куда сбежала Мари? — Сюда-сюда. Логан начал по очереди заглядывать во все проходы, но вдруг из-за одного из них выскочила Мари и помахала рукой. — Вот ты где. Не уйдешь! Демон сразу повернулся к ней и попытался дотянуться рукой, но Мари вновь исчезла. — Что за? Где ты? — Здесь я. Логан ошарашенно оглядывался по сторонам, а Мари хихикала и дразнила его. Только что стоявшая точно перед демоном девочка вдруг оказалась у него за спиной. — Ах ты! Логан резко развернулся и попытался схватить ее рукой, но когда его пальцы уже почти обвили хрупкое тело, Мари словно растворилась в воздухе. — Да как же ты так... так, погоди-ка, — демон шагнул туда, где она только что стояла, и вдруг заметил, как мир перед глазами слегка изменился. — Так вот оно что. Ну ты и придумала. На первый взгляд они находились в обычном коридоре с множеством ответвлений, но это далеко не так. На полу здесь повсюду телепортирующие ловушки, из-за которых пройти по коридору прямо невозможно. А поскольку части коридора как две капли воды похожи друг на друга, если вовремя не понять уловку, бродить мимо одинаковых проходов можно очень долго. Наверняка эти ловушки — дело рук Оура, хозяина лабиринта. Но Мари так часто здесь играла, что просто заучила расположение ловушек. Теперь же она постоянно телепортировалась с их помощью и издевалась над Логаном. Оур постарался сделать лабиринт из ловушек максимально сложным, и Логан, оказавшийся в этом коридоре впервые, практически не соображал, где находится. Впрочем, если знать, в чем дело, выпутаться из ловушки не так уж сложно. — Сюда-сюда. Мари в третий раз высунулась из прохода и помахала рукой. Логан взял в каждую из четырех рук по камешку и по очереди бросил их в разные стороны. Один из них упал к ногам Мари. Стало быть, туда и надо. Мари увидела, что рядом с ней упал камень, и ахнула, а Логан кинулся к ней, надеясь успеть. — Все, попал... ась? Но когда Логан телепортировался, его руки ощутили лишь воздух. Кинутый камень все еще лежал на полу, но Мари куда-то исчезла. — От догонялок — к пряткам, значит? — Логан постарался спросить громко, но ему ответило только эхо. — Ну ладно. Он цокнул и начал фокусировать магическую энергию. Если к человеческим душам демоны относятся как к еде, то к магический энергии — как к деньгам. Оур снабжал Логана энергией и расплачивался ей же, хотя демону такого уровня приходилось тратить значительную часть «зарплаты» просто чтобы поддерживать собственное существование. Безусловно, ему не хотелось тратить драгоценную энергию на игру в прятки с ребенком, но что еще остается, если она скрылась непонятно где? Через мгновение все вокруг начало пропитываться магической энергией Логана. Он разворачивал магическую сеть, перед которой не смогли бы устоять ни маскировочные заклинания, ни самые хитроумные двери. — Так ты была там?! — воскликнул Логан и отцепил от себя Мари, уже успевшую вскарабкаться к его затылку. Демоны не чувствуют боли и осязают тоже с трудом. Логан попросту не смог ощутить, как маленькая Мари прошмыгнула мимо его ног и взобралась по спине. — Нашел-нашел! — весело смеясь и болтая в воздухе ногами, проговорила Мари. — Во что еще поиграем? — Ты вообще нормальная?! — не сдержался Логан. Огромный страшный демон поднял ее над землей, а она ни капельки не боялась. — Хотя... ах да. Хочешь, я исполню твое желание, Мари? — Желание? Логан опустил Мари на пол, кивнул и развел руки. — Именно. В обмен на твою душу я исполню любое твое желание. Совершенно любое. — Любое... Логан сделал такой акцент на слове «любое», что Мари словно не услышала, что именно демон попросил взамен. Впрочем, согласие есть согласие, а уговор есть уговор. Строго говоря, он не вредил ей. — Тогда можно меня, можно меня... Желание маленькой девочки. Разве может она пожелать чего-то невыполнимого? — Можно меня станет много?! Беззаботно улыбающаяся маленькая девочка уничтожила ожидания демона на корню. — М-много?.. — Ага! Я хочу, чтобы меня было много, чтобы я могла играть с собой! Такая бредовая мысль могла прийти в голову лишь ребенку. Проживший несколько тысячелетий демон схватился за голову. Даже ему не под силу размножить человека. — Так тебе что, друзей хочется? Это я могу. Тебе кого? — М-м, мне бы... — Мари приставила палец к губам, задумалась, а затем громко заявила: — Вот такенных! — Та... такенных? — Вот такущих! — Такущих или такенных?! И вообще, это каких? — Такущих это... — Мари взяла в руку камешек и начала рисовать на полу. — С большу-ущим ртом... с тремя руками... с м-м-м... шестью ногами... и крыльев... двенадцать... и чтобы хлопали. — Да таких тварей даже в мире демонов нет! Очевидно, Мари просто фантазировала. — Не можешь? — Мари взглянула на Логана ясными, похожими на самоцветы глазами. — У-у... — только и смог, что протянуть он в ответ. — Но ты сказал, что любое... — глаза девочки постепенно наполнялись разочарованием. — Тогда давай еду! Вот еды я тебе любой достать смогу! — поспешил хоть как-то спасти ситуацию Логан. — А ты не врешь?.. — Мари немного надулась и вопросительно посмотрела на Логана. — Не вру, не вру! Обещаю, в этот раз точно отдам! — Что угодно? — Да. Говори, чего тебе больше всего хочется. Вообразить еду, которую никогда в жизни не ел, сложновато. — Но при условии, что ты обязательно ее съешь, — на всякий случай уточнил Логан. Теперь она вряд ли выдумает какой-нибудь бред. Логан не сомневался, что уж теперь-то овладеет душой Мари. Ему даже пришлось вытереть слюну, когда он представил себе этот сладкий вкус. — Логан, а тебе чего хочется? — непринужденно спросила Мари. — Твоей души, чего ж еще, — воодушевленно отозвался Логан. — Тогда вот ее. — ...Э? — запоздало переспросил Логан, глядя, как душа неспешно покидает девочку рядом с ним. — Вот черт!.. И не успел он хоть что-то сделать, как душа вновь скрылась внутри Мари. — Что сейчас было? — Вот же че-е-е-ерт! Логан упал на колени и вжался в пол всеми руками. Он только что исполнил договор, который заключил с Мари. Она пожелала «отдать Мари душу Мари» и заплатила душой. И надо же было такому случиться, что она попросила душу, сказав «вот ее» в ответ на слова Логана. Если бы сказала прямо, что хочет свою душу, Логан смог бы забрать ее и вернуть лишь маленький кусочек, руководствуясь тем, что она не уточнила, нужна ли ей вся душа. Но слова «вот ее» все испортили. Ими Мари выразила желание «получить душу Мари в том виде, которую ее желал Логан», из-за чего демону пришлось вернуть ей ровно ту часть души, которую он и хотел забрать. Кроме того, поскольку Мари не уточнила нужную ей часть души, заключенный между ними контракт получился безвременным. Даже если Логан уговорил бы ее заключить еще один, ему пришлось бы вернуть ей душу в ту самую секунду, когда он пожелал бы ее. Другими словами, Логану уже ни за что и никогда не удастся вкусить души Мари. — С какой стати ты попросила то, чего хочу я? Разве ты питаешься душами? — протянул Логан, все еще не в силах подняться на ноги. — Так ведь... — Мари села на корточки и заглянула демону в глаза. — Вкусная еда только тогда вкусная, когда ешь ее с кем-то, правильно? — Мари... Логан увидел на ее лице поистине ангельскую улыбку и заскрипел зубами. Чем чище и невиннее она вела себя, тем вкуснее ее душа казалась Логану. И, как это ни иронично, она уберегла свою душу от Логана именно благодаря чистоте. — Дерьмо-о-о-о-о! По лабиринту эхом прокатился полный досады вопль.

Прошло несколько минут. — ...Чего уставились? — глухим и угрожающим голосом бросил Логан, ощутив на себе недобрые взгляды. Может, они с Мари так заигрались в догонялки, что ушли слишком далеко. Может, расстроенный Логан излучал слишком много злобы. Важнее, что в какой-то момент их со всех сторон окружили монстры. Огры, карги, вурдалаки, порченые волки. В общем, все создания, что не прочь полакомиться человеческой плотью. — Проваливайте. Впрочем, с Логаном им не потягаться. Демон небрежно взмахнул рукой, и всех тварей окутало адское пламя. — ...А? Однако оно быстро погасло, и Логан тотчас же переменился в лице. Он не убил ни одного монстра. Более того, он им даже не навредил. — ...Серьезно? «Запрещено вредить обитателям подземелья», — пронеслась в голове строчка из заключенного между ним и Оуром контракта. — Вот дерьмо, с какой стати я должен настолько все соблюдать? — Логан, — раздался немного напуганный голос Мари, и девочка обхватила руку демона. Монстры постепенно сжимали кольцо, внимательно следя за Логаном. — Мари, надо бежать. Держись крепче. — Угу. Мари крепко вцепилась в руку демона. Стоило Логану подхватить ее и взлететь, как монстры словно по команде набросились на них. — Тц... чертовы слабаки! Возомнили невесть что!.. Сколько бы Логан ни махал мощными руками, он не мог даже оцарапать противников, зато их клыки и когти постепенно раздирали плоть демона. Улететь Логану мешал низкий потолок. — Черта с два я вам Мари отдам!.. Когда монстры так повисли на его руке, что Логан уже не мог ей двигать, он тут же отрубил ее себе. Будучи демоном, он мог с легкостью восстановить свое тело за счет магической энергии. Но Мари — человек, а люди порой умирают просто от того, что неудачно падают на пол. Когда они гибнут, их души исчезают, но может ли Логан позволить, чтобы изысканная душа Мари досталась жалкой нечисти? Разумеется, нет, и именно поэтому Логан продолжал бежать и прижимать к себе Мари. Он защищал ее уже не потому, что так прописано в его контракте, а по своей собственной воле. — Логан, Логан! Демон повернул голову и увидел, что Мари — та самая девочка, что смеялась в лицо страшному Логану — обливалась слезами. — Прости, Мари. Знаю, тебе страшно, но прошу, просто держись. Мари в ответ замотала головой, но демон усадил ее на плечо. — Потому что мне тебя держать уже нечем, — сказал он и оторвал себе последнюю из рук. От тела Логана осталась голова, шея и левая половина груди. Все остальное он сам себе отрубил — нечисть ни за что не смогла бы сотворить такое с демоном его уровня. Вот только когда они повисали на его теле так, что мешали двигаться, ему оставалось лишь отрывать от себя куски. Потому что иначе они переползли бы по нему и добрались до Мари. — Не волнуйся, мне даже проще двигаться, когда я такой маленький. Демонов, в отличие от живых существ, убить не так-то просто. Может, от него и осталась, можно сказать, одна голова, Логан перемещался с той же легкостью, что и раньше. Он не соврал, когда сказал, что ему в таком состоянии двигаться даже проще. Другое дело, что сейчас ему было далеко не до праздных разговоров. Оур призвал Логана только что, и демон почти ничего не знал о строении лабиринта. Похожие как две капли воды коридоры никак не кончались, куда бы он ни бежал. Логаном овладело недоброе предчувствие. — Тц... не повезло. Предчувствие не подвело. Перед Логаном возникла кирпичная стена. Она же преграждала путь и налево, и направо. Единственная дорога вела назад — туда, откуда они пришли. Но ее полностью перегородили преследующие монстры. Другими словами, они зажали Логана в тупике. — Видимо, пора с этим кончать, — глухо бросил Логан и уставился на монстров. Перед ним вспыхнула огненная стена и перегородила нечисти путь. Она полыхала с таким жаром, что сожгла бы врагов еще до того, как они подошли бы к ней. И действительно, безумцев среди монстров не нашлось. Может, Логан и не мог нанести врагам вреда, но напугать и выиграть время — вполне. — Логан! — Не боись. Гордость у меня все-таки есть. Тебя я спасу любой ценой. С этими словами Логан ухватился ртом за шиворот Мари и опустился к полу. Оставшейся у него энергии должно хватить на то, чтобы переместить Мари к Оуру. Шаг, безусловно, позорный, но лучше уж так нежели прославиться как бестолочь, не способная выполнить условия контракта. Расплатой за такое спасение станет то, что Логан останется без энергии и вернется в мир демонов. Сегодня в мире уже почти нет магов, способных призвать демона его уровня. Возможно, вернуться в мир людей удастся лишь через несколько столетий. Во всяком случае, Мари к тому времени точно не будет в живых. — Хотя... какая разница, — обреченно прошептал Логан. В конце концов, съесть душу Мари ему уже не удастся. Ее вкус — лишь мираж, которым он обманывал себя. Логан отбросил посторонние мысли и начал проницать лабиринт энергией так же, как во время игры с Мари. В лабиринте Оура нельзя телепортироваться, но «комната призыва», в которую и призвало Логана, не попадает под это правило. Нужно отыскать ее и отправить туда Мари. — Логан, ты уменьшаешься? — Мари вдруг посмотрела на голову демона. — Не волнуйся. Стой и не двигайся. Тела демонов состоят из магической энергии. Потеряв большую часть тела, Логан лишился и почти всей энергии. А для того, чтобы наполнить энергией лабиринт, ему пришлось уменьшиться еще раз. — Нет! У Логана вдруг потемнело перед глазами. Лишь через секунду он понял, что Мари крепко обняла его голову. — Эх, Мари, я, конечно, очень рад, что ты меня обнимаешь, но у нас тут как бы экстренная ситуация. Пожалуйста, отойди, а то я тебя вытащить не смогу. Логан не увидел, как Мари замахала головой, но отчетливо ощутил. — Послушай, тебе нечего бояться. Просто отойди, и уже скоро будешь в безопасности, — попросил Логан, а затем ощутил что его повернули. Перед глазами появилась стена из коричневых кирпичей. — Эй, Мари, — обратился Логан построже. — Прочь! — звонко крикнула Мари в ответ. Но она обращалась не к Логану. Ее слова предназначались монстрам по другую сторону огненной стены. — Я. Вас. Не боюсь! Мари стиснула зубы и перегородила путь армии монстров. — Ты чё, серьезно? Освободившись, наконец, от ее хватки, Логан развернулся и увидел...

Спину маленькой девочки, раскинувшей крохотные ручки, пытаясь защитить его.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ха, — вдруг раздался голос из горла Логана. — Ха. Ха. Ха. Иной, оказавшись здесь, решил бы, что это смех безумия, смех отчаяния. — Кха-ха-ха-ха-ха! И нечисть, словно в ответ на смех, побежала на Мари. — Ты меня защищаешь?! Ты?! Меня?! Своим крохотным телом?! Не прожив и тысячной доли моих лет?! ...В следующую секунду тела нечисти разорвало в клочья. — Взял, называется, лишнюю работу... ни черта не смешно, — кратко выругался Логан, а затем взглянул на Мари. — Я выполнил твое желание, Мари. Мари смотрела на лежавшие перед ней ошметки монстров и недоуменно моргала. Затем она резко развернулась, взмахнув хвостиком на голове. Ее волосы коснулись следующей волны из дюжины врагов и разрубили их. Чтобы прикончить таких слабаков, не нужны ни когти, ни кулаки. Логан обладал достаточной силой, чтобы уничтожать их одним касанием... и прямо сейчас всю свою силу он одолжил Мари. — Хорошо, защищай меня, сколько захочешь. — Угу! Монстры бросились наутек от радостно улыбающейся девочки, но было уже поздно. Каждый удар крохотных кулаков Мари пробивал врагов насквозь.

— А, господин Оур! — радостно воскликнула Мари, увидев знакомую спину. — ...Чем вы занимаетесь? Когда маг увидел, как Мари сидит верхом на одиноко висящей в воздухе голове Логана и держится за его рога, он нахмурился так, что на его лбу появилась пара новых морщин. — Ну-у... короче, помнишь, ты поставил условие, что я не могу вредить обитателям лабиринта? Оур кивнул. Разумеется, он помнил правила, которые сам же устанавливал. — Но я нашел лазейку. Оказывается, Мари им вредить может. На радостях я насладился жестким садо-мазо, и вот что со мной стало. — Это же насколько жесткое оно было, что от тебя одна голова осталась? — Оур вздохнул с отрешенно-измученным видом. — Готов поспорить, вы с Мари просто заблудились во время догонялок, потом тебя потрепали монстры, и ты кое-как приполз обратно. — Фига у тебя догадки точные! Логан даже задумался, не следил ли за ними Оур. — Нет, у меня были дела поважнее. И вообще, я дам тебе энергии, восстанови уже свое тело. — Э, ты серьезно? Куда больше Логана удивило не то, что Оур прочитал его мысли, а то, что тот с легкостью согласился поделиться магической энергией. — Если с лабиринтом что-то случится, пока ты будешь в таком состоянии, плохо будет в первую очередь мне. — Ну, так-то оно так... Логан ощутил, как в него полилась энергия. Он начал восстанавливать тело, но чувствовал себя на удивление паршиво. Он не мог смириться с мыслью, что его даже не отругали за такое количество бесцельно растраченной энергии. Такая доброта никак не вязалась с образом Оура как хозяина подземелья. — Теперь я вижу, что тебе хватит сил для защиты подземелья. — Так ты все-таки подглядывал?! — Как я и сказал, у меня были дела поважнее. Я просто создал все условия для той стычки, — Оур зловеще ухмыльнулся. — Ну ты, блин, даешь! — воскликнул Логан. — Что, если бы Мари умерла?! — Она бы не умерла. Ты же чувствуешь, что она зачарована? — Да, но я понятия не имею, что это за чары. С точки зрения демона чары на человеке — нечто вроде соуса в том смысле, что им можно наслаждаться, не разбираясь, из чего он сделан. — Я наложил на нее чары бессмертия. Ничто не навредит ей и не ранит ее, пока она не повзрослеет. Конечно же, ее защита действует лишь на моей земле, но... — Так она, получается, неуязвима! Под землей Оура понимается лабиринт. Пока Мари внутри него, ничто не сможет ей навредить. — ...А Мари об этом знает? — спросил Логан, свешивая только что отросшие руки. Мари недоуменно склонила голову. — Кстати, кажется, я ей не говорил, — ответил Оур, подтверждая догадку Логана. — ...Все-таки Мари — ангел, — проникновенно прошептал демон. Мари ни о чем не подозревала и все равно пыталась спасти Логана. — Демону вообще можно так хвалить людей? Ангелы — святые воплощения добра, полная противоположность демонов. Разумеется, ангелы и демоны — непримиримые враги. Трудно представить, чтобы демон пользовался таким словом, чтобы кого-то хвалить. — Да нормально все. Однако у самих демонов... в том числе демонов вроде Логана, успевших за свою жизнь повоевать с ангелами, есть и другое мнение относительно ангелов. Отчасти демоны даже уважают ангелов за то, что сами они никогда не станут настолько чисты. — Мари — ангел, епта! Однажды она испортится, затем сгниет и сгинет. С точки зрения демона, прожившего не одно тысячелетие, он не успеет даже глазом моргнуть. И поэтому, считал Логан, за ней стоит приглядывать. — У меня, кажется, новый фетиш появился! — Я не знаю о чем ты, но явно ни о чем хорошем. «Возможно, этого демона следовало бы уничтожить прямо сейчас». Даже хитрый владыка подземелья не знал, что эта мысль придет ему в голову еще не одну сотню раз.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Благодарю всех, кто приобрел эту книгу. С вами Варау Якан. Приветствую всех, кто впервые прочитал это произведение именно в печатном варианте. Надеюсь на вашу благосклонность. Искренне благодарю всех, кто читал веб-версию и поддерживал меня. Прошу не спешить всех тех, кто захотел начать читать с послесловия. И отдельное фи всем тем, кто фармил на мне опыт на первом уровне лабиринта. Произведение «Как стать темным владыкой» изначально выкладывалось на Nocturne Novels, сайт эротических веб-романов, предназначенных для мужчин. Однако произведение я закончил еще три года назад (два, если считать спин-офф), и даже подумать не мог о том, что мне предложат издать его на бумаге. Я несказанно рад тому, что снова окунулся в мир Оура и его товарищей, которые теперь обзавелись иллюстрациями. За все это мне следует благодарить господина выпускающего редактора за то, что он связался со мной; крайне занятого, но выкроившего время на иллюстрации к роману Синдзё Арату-сенсея; всячески поддерживавшего меня в процессе подготовки печатного издания Семикаву Нацую-сенсея; однажды неожиданно отыскавшую и с улыбкой прочитавшую произведение жену; а также всех тех, кто меня поддерживал. Правда, когда моя женушка заявила, что «читала», я думал, что умру прямо на месте. Что же, спасибо, что прочитали послесловие.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

На площади, выложенной белоснежным камнем, образовывавшим геометрические орнаменты, царило особое оживление. Обычно ее, построенную на пересечении четырех перекрестков, идущих по сторонам света, называли форумом. Позади площади виднелся замок, а сама она играла важнейшую торгово-транспортную роль. Сейчас на пространстве для людских потоков и уличной торговли царила тишина. Но люди были. Да что там, их было в разы больше обычного — они образовали живую изгородь, тянущуюся до самых границ площади. В самом центре площади, отгороженной от толпы забором, стоял златовласый мужчина. На вид ему было 40-50 лет, но большую часть лица, включая глаза, скрывала повязка и мешала что-либо уточнить. Люди из толпы смотрели на него кто с любопытством, кто с ненавистью, кто с жалостью в глазах. — Имя мне — Оур. Темный владыка Оур. Но стоило на площади вдруг раздаться голосу, как лицо каждого человека окрасилось страхом. Одновременно с голосом на сцене в центре площади появился мужчина с янтарным волосами. На вид ему не было и тридцати. Слишком юный, чтобы называть себя темным владыкой. — Я пришел казнить вашего прошлого короля, Карса VIII. Совершенно неподходящий внешности низкий голос, словно поднимающийся из самых глубин земли, каким-то образом доносился до каждого уха совершенно отчетливо. Краткая пауза — и рядом с неподвижно стоявшим на площади бывшим королем Карсом вспыхнуло пламя. Настоящий огненный смерч, словно ниспосланный богом, описал в воздухе спираль, затем исчез так же внезапно, как и появился. Рассеявшееся пламя будто превратилось в уродливую бурую фигуру демона, возникшую на его месте. Мускулистый демон с четырьмя руками, волчьей пастью и козлиными рогами. Слуга темного владыки Оура. При виде демона, державшего в руках громадный топор со зловещим изогнутым лезвием, в толпе послышались крики. Кто-то даже попытался сбежать. — Тишина, — но стоило темному владыке произнести лишь одно слово, как люди замерли, словно лягушки перед лицом змеи. — Этот человек заслуживает казни по трем причинам. Оур поднял руку и выставил три пальца. Поскольку он все еще стоял на платформе, люди видели его действия так же отчетливо, как и слышали голос. — Первая: он не подчинился мне и пытался покалечить. Оур говорил, нарочито медленно загибая пальцы: — Вторая: он пренебрежительно относился ко мне и не воспринимал всерьез, считая легким противником. В ответ на эти слова часть людей ахнула. Когда под удар попадали лишь приграничные города и деревни, многие люди оптимистично полагали, что уж на неприступную столицу враг не позарится. Не успели они и глазом моргнуть, как он завладел замком и наступил сегодняшний день. — Наконец, третья. Третий палец Оур загнул еще медленнее. Толпа ждала его слова, затаив дыхание. — Он вынуждал вас жить в нищете. Темный владыка произнес столь неожиданные слова, что его слушатели как один ошарашенно разинули рты. — Я не прощаю тех, кто враждует со мной и тех, кто относится ко мне легкомысленно… но не забываю вознаграждать тех, кто служит мне верой и правдой. Если вы станете моим народом и будете служить мне, я буду вас защищать. Слова его — далеко не пустая лесть. От слухов о том, что он установил в завоеванных городах налоги несоизмеримо низкие, некоторые люди даже переехали из столицы. — Хоть я и называю себя темным владыкой, но никогда не бросаю тех, кто служит мне. Темный владыка поднял руку. Двумя руками демон поднял топор, оставшимися двумя схватил тело Карса. — Тех, кто поднимет на меня руку, ждет гибель. Точно по приказу темного владыки демон опустил руки. Голова упала на землю и покатилась, в толпе послышались крики. — Тех, кто отвергнет слабоумного короля и будет служить мне, ждет покой и процветание. Вдруг тело бывшего короля словно рассыпалось. Весь он, до ногтей и волос, превратился в золотой песок, растекшийся по камню. — Берите же, те, кто верен мне. Уже через несколько мгновений вопли сменились радостными возгласами. По меркам золота объем человеческого тела — значительная величина. Но хоть она, поровну розданная людям на площади, разделилась бы на сущие крохи, люди все равно хлынули к тому, что совсем недавно было телом их бывшего короля. Оур окинул взглядом людей, хлынувших сражаться на золотые песчинки, затем покинул площадь. — Позвольте мне, учитель. Стоило ему пройти за занавес, как рядом, словно тень, возникла девушка и положила руки на его мантию. Черные волосы и такое же черное платье принадлежали ученице Оура по имени Спина. — Хорошо. Хоть без этого и нельзя, плечи все равно затекают. Доверив девушке роскошно отделанную мантию, Оур присел на стул. И торжественный голос, и вычурную мантию он использовал, чтобы внушить людям уважение. — Как у меня получилось? — Ну, по-моему, хорошо. Невысокая девушка кивнула так бодро, что рыжий хвост на ее голове подпрыгнул. По внешнему виду этой девушки по имени Юнис никак нельзя было сказать, что она самая настоящая принцесса. Но поэтому самые основы королевского поведения она знала. — Хоть теперь мы вернемся в подземелье? — вопросила парившая в воздухе рогатая девушка таких исключительно прекрасных пропорций, что в нее могли влюбиться даже женщины. Как указывали и крылья летучей мыши, и заостренный хвост, она не человек. Ее зовут Лилу, и она суккуб, прислужница Оура. — Нет. Как бы мне ни хотелось вернуться, придется подождать. Хоть они и захватили как замок, так и страну, их настоящим домом все еще оставался раскидистый подземный лабиринт. — Нам нужно уладить хаос, который начнется, если из-за давки будут жертвы. Это я поручаю тебе, Юнис. — Хо-орошо. Юнис напрягла мышцы, прицепила к поясу меч и прошла через занавес. Игра мускулами наверняка осталась бы незамеченной из-за одежды, ведь и руки ее, и спина были столь изящными, что по ширине вместе могли потягаться лишь с грудью Оура, однако девушка, рожденная стать героем, действительно обладала ни с чем не сравнимой силой. Даже сотни нетренированных горожан не смогли бы с ней потягаться. — Я, как демон, не слишком хорошо в таких делах разбираюсь, но неужели те песчинки стоят того, чтобы ради них калечить друг друга? — озадаченно спросила Лилу, проводив взглядом хвост на голове Юнис. — Пожалуй… вся вместе та куча могла бы прокормить где-то сотню людей. Им никогда не пришлось бы работать, — разъяснил Оур. — О-о. Превратить одного человека в золото — и прокормишь сотню людей? — восторженно ответила Лилу, глядя на золотую песчинку в руке. — Он не превратил его, просто подменил магией перемещения. Заклинаний, чудесным образом превращающих людей в золото, нет и быть не может, — усталым голосом ответила Спина, однако выражение ее лица осталось точно таким же, словно она носила какую-то маску. — Но разве стоило делиться с населением такой крупной суммой? — Не страшно. У нас в лабиринте продукты ценнее денег, к тому же они так или иначе вернут их нам в виде налогов. — Понятно, — Спина кивнула, удовлетворившись ответом Оура. — Ты их такими налогами обложишь, что получишь даже больше? — приглушенным насмешливым голосом предположила Лилу за спиной Оура. — Если так сделать, они сразу восстанут. Кажется, тебе стоило бы подучиться, — на железной маске Спины появился легкий оттенок гнева. — ...Хорошо. — Редкий человек сдержится и не растратит легкие деньги, которые получил без каких-либо усилий. Большая часть тех людей быстро избавится от золота. Однако использованные деньги никуда не исчезают, — продолжил Оур. — Не… исчезают? — Спина выросла в бедной деревне, ей никогда не приходилось покупать что-либо за деньги. Сходу слов Оура она не поняла. — Они исчезают у того, кто их потратил, но остаются в руках торговца, что забрал их. — А-а, — но с другой стороны, головой Спина работает хорошо. Всего одного пояснения хватило, чтобы она обо всем догадалась. — Понятно. Не обязательно повышать налоги, достаточно оживить торговлю. — Правильно, — отозвался темный владыка, довольный своей ученицей. — Кажется, они закончили. Оур выглянул на затихшую площадь. Юнис, сидевшая на куче человеческих тел, улыбнулась и помахала ему рукой. — Вы все возвращаетесь в подземелье,— объявил Оур, выходя на площадь. — О? А вы нет, господин? — удивилась Лилу. — Пока нет, — кивнул в ответ Оур, уже начавший идти в сторону замка. — Напоследок я должен сделать еще кое-что. Темный владыка как всегда зловеще улыбнулся.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 8

— Чертов подонок! Стоило ему войти в покои бывшего короля Карса, как раздался голос королевы, и она вонзила в него кинжал. Женщина несколько раз проткнула ему грудь и живот. Когда она, тяжело дыша, остановилась, Оур обратился к ней: — Успокоилась? На его теле не осталось ни царапины, ни даже следа крови. — Чудовище… Королева осознала всю тщетность своих усилий, выронила кинжал и поникла. Как ни прискорбно, Оур продемонстрировал отнюдь не неуязвимость, а всего лишь самые основы магии. Лишь примитивную иллюзию, на которую не попался бы даже тот, кто лишь начал постигать волшебство. Позади нее стояли две принцессы, сверлившие Оура полными ненависти взглядами. Королева… вернее, теперь уже бывшая королева Оливия и ее дочери Патрисия и Присцилла. Все — с золотистыми волосами и голубыми глазами, прекрасные как на подбор. Казалось, будто в комнате стояла одна женщина на трех разных этапах жизненного пути. Младшая принцесса Присцилла, с ее детским личиком, тощими ручками и ножками, почти незаметной грудью — точно пока не распустившийся бутон. Зато она обладала характерным юным девушкам обаянием, способным очаровать любого. Старшая Патрисия же — прекрасный, только-только распустившийся цветок. Тело ее уже обрело приятные округлости, а форма груди и бедер, пусть и не слишком выдающихся, отчетливо просматривались даже в одежде. Особенно привлекал в ней звонкий голос. Она стояла перед Присциллой, словно защищая ее, и пусть ее лицо подрагивало от страха, она уверенно сводила ровные брови и упрямо смотрела на Оура. Если Присцилла — бутон, а Патрисия — цветок, то Оливия — самый настоящий букет роскошных, спелых цветов. Ее пышные формы выбивались из-под одежды, и прямо пропитывали комнату притягательностью зрелой самки. Пусть она и родила двух дочерей, ее тело нисколько не утратило упругости и безупречных пропорций. — Для начала я должен вам кое-что сказать, — три красавицы дружно ахнули, когда темный владыка низко склонил голову и извинился: — Простите меня за то, что я убил вашего короля, мужа и отца, пусть и не мог иначе. — ...Если хочешь извиниться, верни нашего отца! — надрывно крикнула Патрисия. — Не могу. Это было необходимо, — уверенно ответил ей Оур. — Эта страна прогнила. Даже сейчас гниль пронизывает ее насквозь. Но она еще жива. Мне пришлось убить короля, дабы страна выжила. Оур сделал паузу, затем чуть сменил тон. — Однако король был вам не только королем, но и мужем, и отцом. Поэтому я пришел извиниться. Я убил его как короля, не как вашего отца. После его слов Присцилла разрыдалась. — То есть, по-твоему Карс был негодным королем? — задала ответный вопрос Оливия. — Ты считала его годным? Бывшая королева смолкла. Она прекрасно понимала, что темный владыка не желает их стране добра. Но знала и то, что ее покойного мужа действительно нельзя назвать мудрым правителем. — Теперь спрошу я. Был ли Карс хорошим мужем? — ...Конечно, — бесстрашно ответила Оливия, вглядываясь в угрожающе внимательные глаза Оура. — Хо, — чуть развеселившись, обронил Оур и без тени смущения схватил Оливию за грудь. И тогда Оливия поняла, что не может ни сдвинуться, ни пискнуть, ни как-либо еще избавиться от рук Оура. Очевидно, тот сковывал ее заклинанием через пристальный взгляд. — Мама?.. — обеспокоенно вопросила Патрисия, глядя на то, как чужие руки мнут грудь матери, а она не сопротивляется. — Вижу, ты умеешь врать словами, но не телом. Пальцы Оура вцепились в соблазнительно, но не до похабного обнажающее грудь платье Оливии, и резко сорвали его. Два пышных, спелых фрукта вывалились и подпрыгнули так резво, что едва не издали различимый звук. Про себя Оур восторженно отметил, что грудь бывшей королевы, пожалуй, даже больше, чем у Лилу. Холмы Оливии напоминали пару выдающихся колоколов, но ни возраст, ни размер не заставили их обвиснуть. Оур взялся за них руками и начал массировать в свое удовольствие. — У тебя такое роскошное тело, но Карс почти не притрагивался к нему, разве нет? Сколько лет прошло с вашей последней близости? Хоть Оливия и не могла издать ни звука, она все равно обомлела. Действительно, последний раз Карс занимался с ней любовью очень давно, когда ей было еще двадцать. Затем достигла расцвета женской красоты, но будучи благовоспитанной женщиной не могла увлекаться другими мужчинами на глазах дочерей, и оттого спелое тело ее томилось без дела. — Сам он наслаждался обществом красавиц в своем гареме, а к столь прекрасной жене не притрагивался… разве можно его после такого назвать хорошим мужем? Но такой итог, можно сказать, был закономерен. Самая важная работа любого короля, в том числе Карса, — обеспечить себя наследниками. Однако Оливия дважды родила дочерей и снискала славу женщины, не способной родить мужу сына. Когда родилась Присцилла, Карс перестал приглашать ее в спальню. — Конечно, короли, быть может, так себя и ведут. Но оставим суждения о том, правильно ли он поступил как король, вашему народу и последующим поколениям. А как муж, как отец? Заботился ли о вас Карс? Любил ли, уделял ли внимание? Патрисия опустила взгляд — Оур попал в точку. Их отец ждал сына, наследника, а когда его желание не сбылось, в сторону дочерей он почти не смотрел. Для Фигурии — маленькой страны, окруженной огромной Грандьерой и фундаменталистским Лафанисом — вопрос наследства всегда стоит очень остро. Но разве вопрос этот не стоит совершенно порознь от отцовской любви? Лишь сейчас, после отзывов Оура о своем отце, Патрисия всерьез задумалась об этом. — Каково это, Оливия? Впервые за столько лет ощущать мужские ласки, чувствовать себя желанной? Оур работал пальцами так проворно, что щеки Оливии уже порозовели, а тело требовало мужчины и изнывало. — Скажу без прикрас. И как король, и как муж, и как отец Карс был… — Не-е-е-ет! Патрисия бросилась к упавшему клинку, схватила его и что было сил рубанула по руке Оура. Ее худые ручки ни за что не смогли бы переломить лезвием кость, и кинжал застрял в теле Оура. Но теперь тот не использовал никаких иллюзий — рана была настоящей. Мысленно Оур похвалил девочку за смелость, однако ртом не издал ни звука. Вместо этого он схватился за оружие и без труда отобрал его у Патрисии. Когда клинок покинул рану, она тут же залечилась. При этом Оур отвел от Оливии взгляд, и она обрела свободу. Но освободившись, она лишь прижала к себе снискавшую гнев Оура Патрисию, чтобы защитить ее. — Прошу… пощадите нас. Сердце Оливии крепко сковал страх, ведь Оур только что совершенно обездвижил ее и лишил дара речи одним только взглядом. Она дрожала, прижимала к себе Патрисию и молила о пощаде. — Хорошо. Я согласен оставить твоих дочерей в покое, если будут хорошо себя вести… Но в награду потребую должную покорность. Оур мысленно вздохнул — ему и самому не понравилось, к насколько заезженной фразе пришлось прибегнуть. Оливия и Патрисия вздрогнули. Они прекрасно поняли намек. Лишь Присцилла ничего не понимала и смотрела на происходящее изумленными, заплаканными глазами. — ...Как пожелаете, Оу… господин Оур… пройдемте же в мою спальню. — Незачем. Оур схватил Оливию за руку, оттащил к кровати в глубине комнаты и повалил на нее. — А вы стойте там и смотрите. Запрещаю двигаться и разговаривать, — приказал Оур, оборачиваясь к принцессам и вкладывая в слова магическую силу. Бережно воспитанные в замке, совершенно незнакомые с магией девочки застыли, словно статуи, не сводя с матери глаз. — Нет… нет! — Проверим, не лжешь ли ты. Оливия вырывалась с перекошенным от страха лицом — она не хотела, чтобы ее насиловали на глазах дочерей. Однако Оур прижал ее тело к постели и закатал подол платья. — Ух… ну ты даешь… — искренне изумился Оур, проведя пальцем по сокрытой бельем промежности. Он ожидал ощутить легкую влажность и пожурить бывшую королеву за такую чувствительность к мужской ласке. Но Оур никак не предполагал, что она уже промокла насквозь, до вязких пятен на белье. — Это уже ни в какие рамки, конечно… но ладно. Раз ты настолько влажная, ласки тебе не нужны. Прижимая к кровати отчаянно мотавшую головой Оливию, Оур стащил с нее белье, вытащил на свет достоинство и резко вставил. — А-а-а! — громко воскликнула Оливия. Оур ощутил в ее голосе отчетливые ноты наслаждения и изумился пуще прежнего. Перво-наперво сковать страхом, затем постепенно дать вкусить наслаждения и таким образом подчинить — метод, который Оур в свое время успешно испробовал на Шаль, захваченной в плен авантюристке. Он не предполагал, что Оливия ощутит наслаждение с самой первой секунды. Будь они с Оливией наедине, он бы не смутился, но ему предстояло сломить еще двух девушек, и непредвиденная реакция бывшей королевы могла этому немного помешать. Оур начал двигаться внутри нее, по ходу дела спешно продумывая следующий план. — Каково это — вкусить мужчину после стольких лет? Вижу, тело твое вовсю радуется. — Нет, прекрати… — умирающим голосом сопротивлялась она, но лицо Оливии уже расплылось от блаженства, а влагалище сжимало пенис Оура так крепко, словно не хотело отпускать. Оур не ожидал такой похоти, но решил ей воспользоваться. — Если согласишься покориться мне, я к… я буду продолжать столько, сколько тебе захочется. Ты прекрасна. Тебя не возжелал бы лишь глупец. На мгновение Оур забылся и чуть не пообещал заниматься любовью каждый день, но выбрал другие слова. Ему подумалось, что в противном случае она и в самом деле будет умолять его ежедневно. — У. У-у… нет, никогда… я ни… ни за что не предам мужа… — ответила Оливия, извиваясь на постели. Возможно, она заслуживала похвалы, что выдавила из себя такие слова в противовес собственным ощущениям, но в то же время ее ответ показал, как мало в ней осталось воли противиться врагу мужа, предложившему стать его любовницей. — Чудны слова твои. Разве Карс не предал тебя? — спросил Оур, покоряя ее лоно. Оливия издала стон до невозможного чистый и звонкой, а вагина ее зашевелилась и крепко обхватила достоинство Оура со всех сторон. По развратности ее тело уже начало спорить с телом Лилу, и Оур едва сдержался, чтобы не кончить. В некотором смысле ему никогда еще не попадалась столь трудная, не прощавшая ошибок женщина. Оур чувствовал, как по спине пробегают приятные мурашки, и собирался с мыслями. — Разве Карс, занимавшийся другими женщинами и не ублажавший твое великолепное тело, не предал тебя еще давно? — Н-но ведь он выполнял королевский долг… — Оливия ухватилась за ту самую отговорку, которую оставил ей Оур. И тогда в ответ… — Но я бы не бросил тебя, сколько бы дочерей ты ни родила, — произнес Оур как можно более ласковым, заботливым тоном. — Э?.. — Ты лично убедилась, что моему телу не суждено познать смерть. Мне не нужны наследники. Преподнеси свое прекрасное тело мне, и можешь родить хоть кого. Твоих дочерей я тоже научу блаженству, которое может испытывать женщина. Они забеременеют и родят принцев или принцесс, в которых будет течь кровь Карса. Так ты не предашь своего мужа. Более того, ты заслужишь похвалу, как сохранившая королевскую кровь в будущих поколениях. Коварные слова Оура проникали в уязвимое сердце Оливии, которую до сего дня не признавали настоящей женщиной, и вгоняли его в дрожь. А Оур все шептал ей, пронизывая слова сильнейшим ядом: — Я не оставлю в живых ни одного ребенка, рожденного от королевского гарема. Кровь короля останется лишь в твоих детях. Он предлагал ей яд, но такой чарующий, такой сладкий. Оливия родилась завидной красавицей, и уже в юном возрасте стала супругой короля. Но несмотря на скромность и изысканные манеры, в душе она всегда переживала о своей ценности как женщины. Ей отказали во всем лишь за то, что она дважды не смогла родить мальчика. Она осталась на задворках гарема, лучшие годы ее жизни закрасила безнадежная скука. Не признанная мужем как женщина, она жила серой жизнью среди усмешек людей над ее неудачными попытками родить наследника. Ее гордость сломили, истоптали в пыль. Ни разу за свою жизнь она не ненавидела дочерей. Вся ненависть ее обращалась к мужчинам, которые признают лишь других мужчин. Не раз и не два она желала им заниматься любовью друг с другом, раз уж они так любят мальчиков. Но Оур принял ее, отвергаемую всеми. — Да, господин Оур… Умоляю, дайте мне родить от вас много-много детей, — Оливия прослезилась и выпила его яд.

— Ну же, Пати, подойди. Давай вместе ощутим любовь Оура-самы. Сколько бы Патрисия ни мотала головой, ноги шаг за шагом приближали ее к постели. Она боялась собственной матери, глядевшей на нее обезумевшим взглядом, но разговаривавшей привычно ласковым голосом. Оур пристально следил за приближающейся девушкой с печатью страха на лице и обдумывал следующий шаг. Было бы нетрудно поступить с ней так же, как с матерью, и заставить помешаться на сексе с помощью магии и гипноза, но такой ход казался ему слишком уж безыскусным. — Вот, сюда ты примешь великолепный член Оура-самы. Поначалу тебе может быть больно, но уже скоро станет очень приятно. Оливия обхватила Патрисию со спины и раздвинула ее ноги. Взгляду Оура открылось лишенное изысков, но очаровательное белье девушки, а сама она тут же поморщилась. И тогда Оура посетила мысль. Идея, которая могла сработать с дочерью Оливии. — Тебе противна близость со мной? — К… конечно! — воскликнула Патрисия, как только поняла, что может разговаривать. — Тогда давай сыграем. Оур притянул к себе свечу магией и щелкнул пальцами. Свеча тут же загорелась, и маг поставил ее на стол рядом с постелью. — Эта свеча сгорит через четыре с половиной децимы (около тридцати минут, — прим. автора (я не знаю, зачем он выпендривается, — прим. переводчика)). Я буду двигать лишь пальцами, и не притронусь к твоей промежности. Победа будет за мной, если ты при свете горящей свечи обратишься ко мне со словами “трахни меня”. И за тобой — если стерпишь. — ...Ладно. Согласна, — уверенным тоном ответила Патрисия. Девушку воротило от одной только мысли о том, что маг притронется к ней хоть пальцем, но в противном случае он ее просто-напросто изнасилует. Может, он и считал свои пальцы достаточно ловкими, однако Патрисия не верила, что удовольствие вынудит ее сказать те слова. — Но я ставлю условие. Если выиграю, ты отпустишь и Присциллу, и мою мать. Кроме того, развеешь те чары, которые наложил на них. Идет? — Хорошо. Оливия, постой там, — благодушно ответил Оур. Оливия нехотя покинула кровать. — Предсказываю: ты затолкаешь в себя мой член сама, по собственной воле. — Я никогда так не… Почему ты так уверен в себе? У тебя есть какой-то секрет? Вместо того, чтобы постоянно все отрицать, Патрисия решила перевести разговор на более удобную тему. Свеча уже горела. Чем дольше они проговорят, тем меньше у Оура останется времени на ласки. — Не думаю, что это такой уж секрет, просто я гораздо старше, чем могу показаться. У меня есть нажитый опыт. — Так значит, ты старый изврещенец? — отозвалась Патрисия, и Оур немного поморщился. Видимо, слово “старый” его немного задело. — И сколько тебе на самом деле? — Я не подсчитывал свой точный возраст… Но больше восьмидесяти — это точно. — В… восьмидесяти?! Патрисия обомлела. Она назвала его старым просто из вредности, и полагала, что магу лет тридцать-сорок. Но оказалось, что тот не просто “хорошо сохранился”. — Как это? Ты что, бессмертный? — Ну, можно и так сказать, хотя жизнь моя все-таки не вечна. У магии омоложения есть свой предел. С годами затраты магической энергии на нее увеличиваются по экспоненте. — И сколько же ты сможешь прожить? — спросила Патрисия, загораясь слабой надеждой, ведь если правление Оура продлится лишь с дюжину лет, у их страны пока есть будущее. — Первоклассный маг может прожить несколько веков. И даже я, полагаю, смогу лишь на несколько столетий больше. До тысячи лет доживу едва ли. Ответ мага так расстроил Патрисию, что ей пришлось похлопать себя по щекам. Она чувствовала какой-то странный жар — не иначе из-за зажженной свечи. — Что же, пора начинать. За время обстоятельного разговора свеча укоротилась вполовину. Патрисия уже не сомневалась в своей победе. Осталось лишь во что бы то ни стало сдержать голос. И дело не только в риске проиграть — она не хотела, чтобы Оур слышал ее стоны. Пальцы мага разрезали одежду Патрисии, словно ножи. Она не успела и глазом моргнуть, как осталась совершенно голая, хотя кожа ее нисколько не пострадала. — Чт… — Я использовал лишь пальцы. Оур выставил указательный палец и показал Патрисии. Затем приставил его к вершине ее скромной выпуклости. — Хья! Тот же палец только что разрезал ее одежду. А теперь его касание пронзило тело Патрисии чувством столь сильным, что та вскрикнула, опасаясь, что ее ранили. — Ч-что это?.. — незнакомое чувство пугало, смущало ее. — Кажется, ты уже весьма возбуждена, раз он так напрягся, — Оур медленно сжал ее сосок пальцами. — Фха-а-а-а! Но и этого хватило, чтобы Патрисия выгнулась дугой и содрогнулась. Все ее тело словно вспыхнуло, а дыхание сбилось. — Что ты… сделал? — Ничего. Просто у тебя чувствительное тело. Не зря ведь ты дочь Оливии. — Не смей так отзываться о моей… хья-а-а-а! — она пыталась нахмуриться и возмутиться, но наслаждение так овладело ей, что не давало разозлиться. — Я вовсе не “отзываюсь”. Напротив, я хвалю ее. Мало какая девственница способна так упиваться пороком. Недаром в тебе течет королевская кровь. — Фха-а, н-нет, только не оба… сразу-у-у! Оур взялся за груди Патрисии обеими руками и принялся ласкать их. Разум девушки крошился на глазах. — Как тебе? Не захотелось отведать моего члена? — Да кто бы… фха-а-а-а-а! — упрямо пыталась ответить она, но ее взгляд словно пригвоздило к торчащему достоинству мага. Темно-красный орган все еще блестел соками Оливии и до невозможного соблазнительно подрагивал. Копье из плоти казалось одновременно и уродливым, и могучим. Патрисия невольно сглотнула. Ее промежность уже увлажнилась настолько, что могла принять его в любую секунду. Но усилия железной воли тщательно подавляли слова. — Не хочешь попробовать сказать те слова? Если скажешь, я не засчитаю тебе проигрыш и уж тем более не стану насиловать. Просто тренировка произношения. Неприятно же будет споткнуться на незнакомых словах, когда захочешь признать поражение? Скажи же: “трахни меня”. — Тр… м?! Наслаждение спутало все мысли ее в голове. Услышав приказ, она рефлекторно попыталась повторить вслед за Оуром. Но сказала лишь “тр” и изумленно поняла, что слова застряли в горле. — !.. !.. Она пыталась еще и еще, но слова не покидали ее. Патрисия отчаянно напрягалась, но тщетно. Раз за разом попытки оказывались бесплодными. — Хм… до чего же упрямая девочка, — пробормотал Оур, кося взгляд на свечу. Та уже почти потухла. Еще немного, и Патрисия победит. Она поняла это… и пришла в ужас. Победит? Она? И ее изголодавшееся тело? Оно горело и требовало, чтобы его трахнули здесь и сейчас. Наслаждение сводило с ума. Оур убрал руки, которыми ласкал Патрисию, и в ту же секунду голод стал еще беспощаднее. Все ее тело охватил невыносимый, нестерпимый зуд. — !.. Но как она ни старалась, слова “трахни меня” упрямо не хотели покидать ее рта. Она хотела, чтобы он изнасиловал ее. Хотела, чтобы пронзил и разворотил. Пропавший голос еще сильнее разжигал в ней жажду. — Время вышло. Кажется, победа за тобой. Пламя свечи погасло. Но Патрисии было уже все равно. Страсть вспыхнула в ней с такой силой, что она думала лишь о том, чтобы Оур изнасиловал ее. Но голос все так же не слушался. Поэтому она в конце концов обхватила Оура и сама села на его шест. — А-а!.. — пробился сквозь ее горло возглас восторга. Блаженное чувство, словно она смогла дотянуться рукой до зудящей кожи. Из промежности вытекло доказательство ее невинности, но боль не могла сравниться с наслаждением. — Ты победила в игре. Тебе не нужно так поступать. — Ничего, мне уже… неважно! Патрисия обхватила голову Оура руками, отчаянно двигая бедрами. От каждого движения спина немела, а по всему телу расходились искры сладкого наслаждения. Впервые за свою жизнь она ощущала это удовольствие и теперь вовсю упивалась им, забыв обо всем. — Ты и правда дочь Оливии. Возможно, я обошелся бы и без афродизиака, — прошептал Оур, скосив взгляд на свечу. Но Патрисия не услышала его слов. — А-а, а-а-а-а, не-ет, не-е-е-е-е-ет! Патрисия кончила и забилась в судорогах. В ту же секунду Оур и сам излил в нее семя. Поскольку она сказала, что “ей уже неважно”, их договор растерял всякую силу. Оур задумался над тем, как поступить с младшей принцессой и перевел взгляд. Увидел он уже совершенно расплывшееся лицо Присциллы — мать вовсю ублажала ее сокровенные места руками. — Господин Оур, она уже совершенно готова.

Оур перевел взгляд на похотливую улыбку Оливии, в очередной раз изумившей его. До чего же развратная семья.

“Как же так?” — подумал Оур. И Оливия, и Патрисия покорились слишком легко. Если Присциллу ему подадут уже готовую и на все согласную, пропадет всякий интерес. Поэтому Оур после коротких раздумий положил руку на голову Присциллы и зачитал заклинание. Ко взмокшим, застланным похотью глазам вернулся огонек благоразумия. — Э?.. Похоже, она не успевала переваривать происходящее. А пока Присцилла недоуменно моргала, Оур уложил ее на постель. Заклинание, которое он применил, возвращало рассудок в уравновешенное состояние. Обычно оно используется для успокоения перепуганных или взбешенных людей, но сгодилось и сейчас. — Ик…. п-прекратите!.. Присцилла вжалась руками в нависшего над ней Оура, но сопротивлялась очень слабо. Может, она и в самом деле пыталась противиться ему, просто ручкам ее отчаянно не хватало сил. Она росла принцессой, ни в чем себе не отказывая. Ей никогда не приходилось чему-либо сопротивляться. “Ладно, сойдет”, — решил Оур, схватил ее руки и вжал их в перину за головой. Он без труда обездвижил ее, даже будучи не слишком мускулистым магом. Более того, Оуру приходилось рассчитывать силы, чтобы ненароком не переломать ей кости — настолько хрупким оказалось ее тело. Магу казалось, будто ему в руки угодила пташка, которой надо умудриться не навредить, и он постарался раздвинуть ее ноги как можно бережнее. — Не-ет!.. Но затем Оур безжалостно вонзился в вопящую девочку. — !.. Присциллу пронзил такой импульс, что она застыла с вытаращенными глазами и забыла как дышать. Она кончила в то самое мгновение, когда потеряла девственность. Пусть магия и заставила ее собраться с мыслями, чары нисколько не затронули ее возбужденное как никогда тело. Мать Присциллы ласкала ее и заставляла смотреть, как насилуют Патрисию. К тому же девочка надышалась смешанных с феромонами паров свечи. И они подействовали на девичье тело Присциллы куда сильнее, чем на Патрисию. — Ч-что это?.. — она моргала и ничего не понимала. Тело и сознание постоянно влияют на друг на друга. Обычно, когда сознание успокаивается, тело тоже вскоре перестает бушевать. Однако магия Оура не сказалась на чувствительности Присциллы — она выборочно поддерживала лишь ее внутренний мир. Пусть даже она и испытала первый в жизни оргазм, реакция тела показалась ей чужой, никак не связанной с собственной волей и ощущениями. Присцилла не могла ни бояться, ни паниковать, могла лишь недоумевать отделенным от тела сознанием. — Ох, видимо, переборщил. А что, если так? — М! А, а, а-а, фха-а! Оур начал двигаться медленно, и тело Присциллы само начало издавать сладостные стоны. Конечно, движения первого мужчины девочки отзывались в ее теле болью, но от каждой поступи низ живота посещало и куда более сильное, куда более массивное чувство. — Нет, не-е-ет! Присцилла почуяла, что перестает быть сама собой, и отчаянно замотала головой. — Не нравится? — с укоризной отозвался Оур и провел пальцами по ее груди. Пологие линии незрелого тела Присциллы не шли ни в какое сравнение с формами матери и старшей сестры. — А как тебе такое? Бутоны ее груди, пока еще не способные краснеть от крови, соблазнительно тянулись вверх. — Н-не зна… а-а! Оур сжал пальцами соски, почти не отличимые по цвету от кожи, и Присцилла резко вздрогнула. — Какое похотливое тело. А ведь ты только что была невинной девчушкой. Разгоряченное феромонами девичье тело так вспотело, что пальцы Оура едва не прилипали к молодой, сочной коже. Затем он вновь поместил в ладони небольшие выпуклости и принялся наслаждаться их мягкостью, которой пока еще не мешала лишняя плоть. — Чувствуешь, как твое тело радуется тому, что я насилую тебя? — Не может… а, а, а! Он поиграл с ее отвердевшими сосками, и юное тело Присциллы ответило самым честным образом. — И не только грудь, но и… — А-ам-м! Оур еще раз пронзил ее, и девочка издала краткий, пронзительный стон. Присцилла и сама изумилась тому, насколько игриво он прозвучал. Из-за оргазмов ее тело становилось все чувствительнее, но в сердце царила все та же тишина, и именно поэтому она ясно осознавала происходящее. Каждый раз, когда Оур вторгался в ее глубины, она невольно ощущала, как в ответ выплескиваются ее соки и как влагалище слабо цепляется за достоинство мага. — Ай, ик, не-е-ет! Присцилла зажмурилась и замотала головой, словно пытаясь сбежать от реальности, но Оур ласкал ее грудь пальцами, припадал к соскам губами и пронзал глубины восставшим шестом, а тело девочки судорожно дрожало от восторга и отказывалось хоть как-то шевелиться. Она бы сдалась на милость наслаждения, извивалась и сходила бы с ума, но не позволяла магия Оура. — А теперь я волью в тебя семя, — объявил Оур, и Присцилла почувствовала, что его член распух. Она инстинктивно осознала, что приняв мужское семя, уже никогда не станет прежней. — Нет, не-е-е-ет! Прекратите! Пожалуйста, пощадите!.. — взмолилась она в в слезах. Несмотря на юный возраст, она прекрасно понимала, что происходит. — Чудны слова твои, — Оур склонил голову. — Если не нравится — отцепись от меня. Тогда Присцилла опустила взгляд и увидела, что ее собственные ноги крепко обвивают тело мага. Ее тело уже давно покорилось блаженству. — Кончаю. — Не-ет!.. Беспощадное слово Оура, изливающаяся сперма, крик Присциллы. Маг кончал с такой силой, что девочка ощущала удар каждой капли о шейку матки. Это чувство довело ее до оргазма, и тогда заклинание, наконец, не справилось с душой девочки. Присцилла почувствовала, что внутри нее что-то сломалось, а в следующее мгновение в ее беззащитное сердце хлынул целый поток чувств. Все ощущения, что до сих пор сдерживала магия, разом обрушились на нее. Можно даже сказать, что таким образом Присцилла вновь потеряла девственность. И в этот раз ощущения шокировали ее гораздо сильнее. Сознание юной Присциллы будто превратилось в маленькую лодку, которая сначала угодила в шторм, а затем в водоворот, разбивающий ее в щепки. Пытаясь уберечь свою душу, она крепко вцепилась в первое, что только подвернулось под руку. В ответ это что-то крепко обняло ее, и девочка ощутила, как по телу разливается тепло. — Па… па?.. В сознании всплыл образ Карса. За всю ее жизнь он толком не разговаривал с ней и тем более не обнимал. Ее глаза постепенно начали фокусироваться, и она увидела, конечно же, Оура. Она сидела на его коленях, а он прижимал ее к себе. Да, его копье все еще пронзало глубины Присциллы, а их языки жадно сплелись и обменивались слюной, но девочка почему-то не чувствовала отвращения. Более того, она ощутила, что внутри ее тела только что заполнилась пустота. Присцилла еще крепче обвила руки вокруг мага и еще отчаяннее припала к его губам. Она хотела наполниться им.

— А-а-ах… — громко протянула она, ощутив, что маг ответил на ее чувства и излил белую вязкую жидкость. И сейчас она, несмотря на юный возраст, стонала сладким голосом развращенной самки.

По ее голосу Оур понял, что у него получилось. Тело и разум тесно связаны друг с другом, поэтому отрезанная часть ее сознания могла восстановиться, если не пострадало ничего иного. Он вывел часть ее разума на поверхность, довел до грани разрушения, исправил и заменил. Или, если выражаться поэтически, выбелил ее душу, а затем окрасил по своему усмотрению. Если бы у Оура не получилось, он не слишком бы расстроился, но все прошло на удивление гладко. Хотя, разумеется, успехом план Оура был обязан беззащитности и нежному возрасту Присциллы — она совершенно не умела обороняться от магии и вмешательства в психику. Возможно, никакого практического опыта маг не получил. Даже королевская семья не тренирует свое сознание, если не обучается магии. В этом смысле с точки зрения Оура, опытного мага, и Присцилла, и Оливия, и Патрисия — все равно что младенцы. “Политический толк, может, и есть, но пользы от таких тренировок промывания разума никакой”, — подумалось ему. — Господин Оур… пожалуйста, я хочу еще вашей любви… А пока он раздумывал, к нему прильнула Оливия и прижалась огромной грудью. — И я! Я хочу, чтобы вы вошли сюда… Не успел он опомниться, как Патрисия взяла его руку и потянула к своей промежности. — Я тоже хочу, чтобы вы наполнили меня соком будущих младенцев, господин Оур. И даже Присцилла, чье лоно Оур до сих пор не покинул, крепко обняла его. — Хорошо. Я буду ублажать вас, пока не сдадутся ваши ноги. — Ах. Оур прижал Оливию и Патрисию к бокам и поглубже вонзился в Присциллу. Похожие друг на друга самки обронили дружные стоны. Рука Оура обогнула спину Оливии и крепко вцепилась в спелый плод. Бывшая королева в ответ опустила голову и припала языком к груди мага. Крупная, не помещающаяся в ладони грудь могла похвастаться почти нечеловеческой мягкостью. Пальцы без труда сминали ее, придавая соблазнительные формы. Другой рукой Оур взялся за осиную талию Патрисии и прижал ее к себе. Та обхватила его голову и жадно припала к губам. Вкушая нежность ее языка, Оур переложил руку на ее грудь, сулившую, в противовес Оливии, юность и упругость юного тела. Он мягко нажимал ладонью, наслаждаясь ощущениями, а та словно давила в ответ. Присцилла уперлась руками в бедра Оура, ерзнула, а затем на удивление ловким для только что расставшейся с целомудрием девочки образом сжала его шест. Половыми губами она выжимала его так, словно пыталась оторвать, а в глубине обволакивала мягкостью. Совместные ласки трех красавиц и мысли о том, что ему покорилась и мать, и ее дочери, едва не довели Оура до поспешного оргазма. — Хе-хе. Кончайте, не стесняясь, мы совсем не против. Оливия почуяла мысли Оура и скользнула рукой вниз. Стоило ему заметить, что королева потянулась к месту их с Присциллой слияния, как она мягко ухватилась за полную семени мошонку. — Излейте же ваше могучее семя в нас. Оур бы пригрозил ей не своевольничать, но Патрисия надежно запечатала его губы и сплелась с ним языками. Кроме того, Присцилла с таким комфортом разместилась на его ногах, что он и пошевелиться толком не мог. И тогда Оур понял, что незаметно для себя оказался в плену мягкой плоти. Весьма неплохой ход с их стороны, правда неизвестно, сознательный ли. Прямо сейчас Оур находился вдали от подземелья и от источника своей бесконечной энергии. Он мог полагаться лишь на собственные силы. “Как занятно…”, — подумал темный владыка и решил больше не считать их покорными и не способными постоять за себя. Сейчас они пытались выжать из Оура все семя не хуже настоящих суккубов. Впрочем… — Фх, а-а! — А, а-а! — Кья-а-ан! Правой рукой Оур как можно сильнее сдавил грудь Оливии, а пальцами зажал сосок. Левой подкрался к заду Патрисии, откуда дотянулся до клитора. Наконец, он ловко повел бедрами и достиг чувствительных точек Присциллы. Три красавицы тут же одновременно кончили. Каждую ночь Оур проводил с самым настоящим суккубом. Его познания в любовных делах уже не сравнить с человеческими. — Не надо никуда спешить, я раздам вам семя по очереди. Патрисия, Присцилла, почистите его. Оур встал на ноги, и его восставшее достоинство горделиво устремилось вперед. Юные девушки опустились к нему с немного озадаченным видом, но затем принялись тщательно вылизывать его от спермы, крови и налипших соков. Сомнения на их лицах имели под собой лишь то основание, что им не хватало опыта и знаний того, как вести себя в такой ситуации. — Правильно, отсюда и начинайте. Работайте кончиками языков, — тихо подсказывала им Оливия. Юные красавицы заключили темно-красное естество в объятия маленьких губ, принялись аккуратно водить по нему языками, поглаживать пальцами и иногда посасывать головку. — М-м… Когда Патрисии удалось вытянуть из протока оставшуюся сперму, она обрадованно выдохнула. — У, м-м… Присцилла изо всех сил тянулась языком сбоку и прилежно чистила как основание члена, так и мошонку. По ногам стоявших на коленях девушек начала стекать белая жидкость. — Хотите его? — Да… — Хочу! Патрисия ответила застенчиво, а Присцилла — честно. — Хорошо. Он достанется вам обеим. Оур прижал сестер лицом друг к другу, обхватил, уложил на кровать и раздвинул им ноги. Бледные, стройные ножки переплелись и обнажили их очаровательные цветы. — Начну с Присциллы. Он обхватил их ноги и раздвинул достоинством юные лепестки. Присцилла испустила громкий стон, а Патрисия от досады насупилась. — Не отвлекайся на ревность. После нескольких заходов Оур быстро вошел уже в Патрисию. Сестры обнялись, делясь друг с другом наслаждением. Их соски соприкоснулись, грудь Патрисии слегка смялась, зачарованные взгляды встретились друг с другом, и вкушавшие мужчину девушки сплелись языками. Оур видел в припавших друг к другу красавицах-сестрах некую извращенную красоту. Однако с этим чудесным проявлением страсти соседствовали две юные развратные ложбинки, истекающие от проникновений медом. Даже темному владыке этот контраст показался невыносимо притягательным. — Сейчас кончу!.. Оур резко отодвинулся, а затем нацелился на все еще сцепившиеся девичьи рты. Белая струя запачкала им и волосы, и щеки. Однако они приняли семя без тени отвращения и сразу принялись чистить мужскую плоть. А затем теми же язычками начали вылизывать друг другу лица. — Вы обе славно постарались, — Оливия погладила дочерей по головам и улыбнулась им, словно милостивая богиня. — Но господин Оур, так мы не забеременеем. Не соизволите ли кончить вот сюда? Через мгновение богиня обратилась проституткой и раздвинула перед Оуром ноги. Ее розовая плоть подрагивала, словно непослушная собака, и подобным же образом истекала жидкостью. — Хорошо. Я займусь вами всеми. Мать и две ее дочери легли друг на друга. Взгляд Оура прошелся по трем светлокожим задницам разного размера, и по тянущейся вверх линии влагалищ. — Какой чудесный вид. — Вы смущаете меня… — ответила Оливия полным предвкушения голосом. Оур ощутил, что должен оправдать ожидания матери в первую очередь и грубо проник в нее. — А-а! — испустила та стон не боли, но удовольствия. Ее органы, уже успевшие наделать под себя небольшую лужу, приняли Оура без какого-либо сопротивления и мягко обхватили его. Вагину Присциллы же, наоборот, приходилось пропахивать силой, чтобы достичь глубин. Наконец, Патрисия — золотая середина. Однако идеальными ощущениями она встречала лишь входящее достоинство, а на выходе сжимала с такой силой, что не сравнить даже с Присциллой. — Господин Оу-ур, еще, войдите в меня глубже… я хочу от вас ребенка! — Господин! Оур! В меня, кончите и в меня! Я хочу родить одновременно с мамо-ой! — Господи-ин Оур, дайте мне и ваших детей… мне тоже хочется ребенка, как у мамы и сестры! Три родственницы наперебой умоляли Оура и заливались сладостными стонами. — Конечно. Беременейте, сколько захотите. А если родите дочерей, и у них будут от меня дети. Так кровь Карса будет передаваться из поколения в поколение. — Ах, как прекрасно… — завороженно, с придыханием обронила Оливия. Решив вознаградить ее, Оур вытащил член из Патрисии и вонзил в нее. — Ах, господин Оур, как вы прекрасны… помогите же мне… ах, познать женское счастье… — страстно шептала она, стараясь вилять задом. — Ай, господин Оур, не вынимайте-е… чтобы кровь моего отца сохранилась, рожать должна я… ведь той крови нет в моей матери! — обиженно и даже капризно отвечала ей Патрисия. — Я тоже хочу, господин Оур… я младше сестры на четыре года, я могу родить вам на четверых больше детей, чем она. Кончайте, кончайте в меня больше-е, — все пыталась соблазнить Оура Присцилла, выбирая самые похотливые слова. — Не суетитесь, вы все понесете моих детей. Ответом ему стал дружный стон. Оур ублажался тремя щелями в свое удовольствие и изливал семя в каждую из них. А те радостно принимали его, будто превратившись из королевн в инструменты похоти. Маг восстанавливал свои силы всеми запасами оставшейся у него энергии. Льющая из тел сперма в итоге соединилась друг с другом. Их оргия, начавшаяся еще днем, продлилась до ночи и закончилась уже когда за окном начало светать. — Вроде… вышло. Оур извлек член из потерявшей сознание Оливии и положил ее между давно уснувшими Патрисией и Присциллой. Темный владыка окинул взглядом трех счастливо посапывающих красавиц и испустил протяжный вздох. Скорее всего, каждая из них через десять месяцев и десять дней родит здорового ребенка. А когда они забеременеют, бунтари, надеющиеся свергнуть Оура и посадить на престол королеву, уже ничего не смогут сделать. Когда появятся дети, в которых смешалась кровь Карса и Оура, власть последнего как короля станет неоспоримой. И тогда искры бунтов потухнут окончательно. Править людьми — дело очень утомительное. С монстрами, населяющими подземелье, работать куда проще. Оур находился в теплом, светлом замке, но мечтал о темной прохладе подземелья.

Чуть позже уже настоящий суккуб отругал его за такое долгое отсутствие и вновь выжал из него семя, но это уже совсем другая история.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 9

— У тебя дурная привычка перенапрягаться и впустую тратить магическую энергию, Айн, — раздался голос такой, словно говоривший изо всех сил сдерживал улыбку. — Успокойся, расслабься. Ты обязательно сможешь. Голос, до боли знакомый ему. — Вспомни все усилия, что прилагал до сегодняшнего дня. Твои старания не предадут тебя, — раздавалась откуда-то издалека приятная, спокойная, задушевная речь. — Ведь понимаешь, Айн, магу важнее всего верить. Долгие десятилетия он не слышал этого голоса, но ему казалось, что тот говорил с ним каждый день. — В себя, что так много старался. Светло-карие глаза, светящиеся мудростью. — Во все то, что поддерживало в тебе жизнь. Длинные волосы янтарного цвета. — И в тех, кто тебя окружает. И незабвенное лицо учителя. — Никогда не забывай меня, хорошо? И он не забывал. Ни ее спокойный голос. Ни стройное тело. Ни тепло рук, что обнимали его. Ни ее приятный сладковатый запах. Каждое воспоминание о ней сверкало в памяти яркими красками. — Потому что я всегда буду рядом с тобой. — Раз… — произнес Оур имя крепко обнимавшей его учительницы. — Я люблю тебя, Оур… Раз закрыла глаза и поднесла к нему губы. Оур осторожно обхватил ее голову.

И тогда голова громко упала на пол. Затем перекатилась, заливая кровью все вокруг, и уставилась на Оура. — Почему? — раздался глухой, устрашающе спокойный голос.

— Предатель.

Оур резко вскочил с кровати, и немедленно ударился лбом обо что-то. — Ай!.. Больно-о… Оур схватился за закружившуюся от боли голову и посмотрел вбок. На его кровати сидела Лилу и держалась за лоб так же, как он. — ...Что ты творишь? — Это я спросить должна! — воскликнула она в ответ со слезами на глазах. — У меня ведь почти получилось… — Что получилось? — глухо вопросил Оур, и Лилу отвела взгляд. С учетом того, как именно они столкнулись, она почти касалась его лицом. — Ты не сможешь вытянуть из меня душу — тебе запрещает договор, — напомнил ей Оур. — Я просто пыталась поцеловать тебя! — выпалила в ответ Лилу, ничуть не замешкавшись. Оур не смог спросить ее, почему. Он не считал, что Лилу затаила против него злобу. Подозревать кого-то и считать, что он на что-либо способен — совершенно разные вещи. Но по крайней мере визит Лилу с коварной целью Оур бы понял. В отличие от того, что демон похоти привязался к человеку и пытался поцеловать его в порыве искренних романтических чувств. — Ну нет же, ты просто начал разговаривать во сне, и я как раз собиралась разбудить тебя… Хоть Оур и не высказал мысли вслух, Лилу словно прочитала их и обиженно надула соблазнительные губы. — Разговаривать?.. Что я сказал? — уточнил Оур, поднимаясь с постели. — М… ну… — замялась Лилу. — Отвечай честно. — Ты сказал слово “Раз”. Услышав ответ Лилу, Оур тяжело вздохнул. ...Прошло ведь уже столько лет. Он не сомневался, что оставил все в прошлом, но в душе его, кажется, все еще теплились чувства. — Это имя моего учителя… Я убил ее, — попытался объяснить он равнодушным тоном и потерпел неудачу. Лилу не знала, что ответить, и затихла. В комнате повисла неприятная тишина. — ...А, кстати, это что? — грубо сменила тему Лилу и указала пальцем на деревянную куклу в углу комнаты. Она не походила на голема — слишком тщательно вырезанная и ростом лишь с самого Оура. К тому же на ней одежда и янтарного цвета парик. — А, это… вместилище. — Вместилище? Лилу недоуменно моргнула, все еще не понимая назначения куклы. “Смотри”, — сказал Оур, поднял руку и направил на вместилище. Деревянная поверхность быстро обрела телесный цвет и прочие признаки здоровой человеческой кожи. На схематичном лице загорелись мудрые глаза, появились нос и рот. Вместилище превратилось в человека, как две капли воды похожего на Оура. — Что за? Вас не отличить! Лилу стояла совсем рядом с ними и все равно не видела различий. Отличалась разве что одежда, и то еле-еле. — Когда я по оплошности угодил в плен, понял, что наружу выходить стало опасно. Поэтому изготовил вместилище, — сказал первый Оур. — В принципе, оно способно на все, что умеет настоящее тело. Разница лишь в том, что от него в любой момент можно избавиться, — продолжил второй. — Ничего себе, так ты теперь, получается, можешь за двоих работать? — спросила Лилу с искренним восторгом в голосе, но Оуры покачали головами. — Мы можем двигаться одновременно, пока рядом, но не можем думать и колдовать за двоих. Это инструмент для разведки. Пока оно далеко, я не могу управлять настоящим телом. — О-о… понятно, — с некоторым сожалением в голосе отозвалась Лилу, продолжая беззастенчиво ощупывать вместилище Оура. — Лучше скажи, ты ведь не просто так пришла, чтобы разбудить меня? — А, точно, — Лилу, наконец, вспомнила, что здесь делает, и пояснила: — Кажется, дело приняло очень странный оборот.

У лабиринта Оура несколько входов. Где-то треть их — ямы прямо ко второму ярусу. Остальные ведут на первый. То, о чем говорила Лилу, расположилось рядом с ближайшим к деревням входом. — Это еще что такое?.. — протянул Оур, невольно прикладывая ладонь ко лбу. Они стояли перед грубо сколоченными деревянным воротами. Точнее — проходом, поскольку в них не было створов. Часовых тоже не было — проходи кто хочешь. Зато была крупная вывеска, на которой красовалась надпись: “Добро пожаловать в Оуртаун!” — Я бы сказала, “таун” это громко сказано. Так, деревушка, — заметила Лилу, одетая в мантию и шляпу, чтобы скрыть крылья и рога. — Не в этом дело, — Оур покачал головой. — Когда оно тут появилось? — Недавно. Можно сказать, на днях, — раздался в ответ голос не Лилу, а молодого мужчины. — Добро пожаловать в Оуртаун, “город темного владыки”. Рад вас видеть. Вы, я вижу, оба маги? Какое редкое сочетание. Мужчина с коричневыми волосами приветливо улыбнулся и подошел к ним. По одежде его с равным успехом можно было отнести как к авантюристам, так и к разбойникам: кожаные доспехи, подвешенный на поясе короткий меч. — Ты кто такой? — спросил Оур, внимательно разглядывая подозрительного мужчину. — Ох, да, простите. Меня зовут Кит, и я знакомлю с городом новичков вроде вас. Мы ведь все-таки под боком у темного владыки, место опасное. Но я тут более-менее разбираюсь. Что скажете? Я дорого не беру. Оур и Лилу переглянулись. Оур решил, что хоть их собеседник и не вызывал доверия, но не походил на злодея, который рассчитывал ограбить их в какой-нибудь подворотне. — Хорошо. Веди нас. Оур достал из кармана серебряную монету и щелчком подбросил ее. Кит ловко поймал рукой описавшую дугу денежку и присвистнул. — Серебро даже? Шикуете, ребятки. Как вас зовут-то? — Меня Тео, ее Раз. Оур представил себя и Лилу фальшивыми именами. Он произнес их настолько бегло, что даже Лилу не сразу сообразила, что произошло. Однако в ту же самую секунду Оур мысленно цокнул. Себе-то он имя приготовил, а вот над псевдонимом для Лилу не подумал и в конце концов его выбор рефлекторно пал на то самое имя. — Окей, Тео и Раз. Идите за мной, я вам тут все покажу, — добродушно сказал Кит и прошел через ворота. — Погоди, Раз это… — тихо переспросила Лилу. — Твое имя. Не оплошай, — ответил ей Оур, не вдаваясь в лишние подробности. Лилу все поняла и замолкла. Оур убил своего учителя, однако ее имя настолько глубоко въелось в него, что пришло в голову первым. Лилу шла позади мага и размышляла над тем, кем же была тому Раз.

— Город этот чуток отличается от обычных — здесь нет обычных жилых домов, — рассказывал Кит, шагая по главной улице. — Постоянно тут почти никто не живет. Может, человек двадцать-тридцать. В основном купцы, что-либо продающие авантюристам. Этот город — перевалочный пункт для всех, кто желает бросить вызов пещере темного владыки. И действительно, по пути им попадались одни только авантюристы при полном параде. Оур и Лилу смотрелись на их фоне немного странно — может, они и пришли в одеждах магов, но на путников никак не походили. — Здоровое здание прямо у входа — гостиница доброй бабки Марты. Кого победнее она бесплатно селит в конюшню. Там, вдалеке — трактир Окса, отличное место, чтобы собраться и напиться. Если ищете напарников — загляните туда. Обедать можно либо там, либо в ларьках, они тут повсюду. — В конюшню? — переспросила Лилу, и Кит пожал плечами. — Ну да. Сюда на лошадях приезжают торговцы продуктами, но только раз в неделю. В остальное время там свободно — редко у кого из авантюристов бывает конь. Вот жадины и бедняки там на соломе и ночуют. Толком там не отдохнешь, но хоть под дождем не промокнешь. Рядом с гостиницей — бордель. Цены там заламывают, но других развлечений в городе нет. Хотя… вам он, наверное, не понадобится, — Кит бросил взгляд на выбивающиеся из-под одежды пышные холмы Лилу и скабрезно ухмыльнулся. — Вон на той улице в ряд лавки оружейника, бронника и кузнеца. Меч наточить или щербинку залатать — это к кузнецу. А если все совсем развалилось, тут уж к оружейнику и броннику. — На заказ они работают? — спросил Оур. Кит удивленно вскинул бровь. — Пока что, вроде бы, нет. Им и ремонта хватает, чтобы с утра до вечера не покладая рук работать. Ты же вроде маг, Тео, или мечи тоже любишь? — Нет, я не потому спросил. Лицо Оура немного просветлело, и Лилу с трудом сдержала улыбку. Сейчас он явно сравнивал городок с пещерой. И дверги, работавшие на Оура, вовсю исполняли его заказы. — Хм? Ну да ладно. На противоположной улице — магическая лавка и церковь. Лавка — для магии, церковь — для раненых и мертвых. — Там что, есть мастера воскрешения? — изумленно вопросил Оур. Магия воскрешения существует, но пользоваться ей очень тяжело. — Э-э, я сам в магии не разбираюсь, мало что знаю. Но слышал, что тут вроде бы такая плотность магии, что даже сложные заклинания получаются без труда. Священников там немало, и их ритуалы вроде бы могут воскресить убитого, скажем, ударом в сердце. Если от человека месиво осталось — тут, конечно, ничего не попишешь. Стоят их услуги баснословные деньги, и они их не возвращают, даже если воскресить не удалось. Оур понимающе кивнул головой. Похоже, из силовой линии наружу утекает немало энергии. С ее помощью умелый маг действительно мог проводить несложные воскрешения. — А что за магическая лавка? — спросила Лилу. Она знала о таких заведениях лишь то, что “там торгуют магией”. — М? Ты маг, но никогда там не была? Там зачаровывают мечи и продают другие зачарованные вещички… меня, как не шибко умного авантюриста, они очень выручают. Кит подошел к концу главной улицы и указал на показавшееся впереди крупное здание.

— А вот это — магазин Ном. Именно она управляет городом.

— Управляет? — Магазин? И Оур, и Лилу повторили по слову из фразы Кита. Тот принял довольный вид и кивнул. — Поначалу тут только ее магазин и был. Он торговал с авантюристами, со временем разросся, потом появился второй магазин, а в конце концов и целый город. Ну, я это все своими глазами не видел. За что купил, за то и продаю. Магазин Ном оказался самым маленьким зданием во всем городе — двухэтажный домишко с валяющимися у входа рекламными листовками: “Дешевле некуда”, “Лечебные зелья в наличии”, “Магазин Ном”, “В продаже желтые беруши!”(Очередная отсылка к игре Wizardry. В той игре были три “легендарные вещи” под названием “Красные ботинки”, “Золотой топор” и “Желтые беруши”, которые имели шанс выпадения ниже, чем у лучшего снаряжения в игре. Как понятно из названий, вещи эти практически бесполезны, но в историю игр все же вошли, — прим. пер.) и так далее. Ничто не указывало на то, что здесь живет человек, достойный называться городским правителем. — Клыки, когти и шкуры монстров, убитых в лабиринте, приносят сюда и продают. Вроде как они потом превращаются в ингредиенты для магических зелий, материалы для оружия и доспехов. К тому же она платит неплохие деньги, причем наличные. Как раз поэтому мы перестали ходить в другие города и поселились здесь. Оур задумчиво хмыкнул. Его лабиринт наполняла магическая энергия, истекавшая из силовой линии. Поэтому обитатели лабиринта, дышавшие его воздухом, впитывали в себя куда больше энергии, чем их наземные сородичи. Потом этих существ поедали хищники, трупы хищников глодали крысы, слабых грызунов ели другие звери… а энергия продолжала копиться. Части тела существа, полного магической энергии, действительно могут послужить ценными материалами. Оур намеренно расставил по лабиринту сокровища, чтобы завлекать авантюристов, но сейчас понял, что в приманке практически нет смысла, и изумился такому повороту событий. — Кстати, ни оружейник, ни бронник сами ничего не скупают. Хочешь чего-то продать, но не хочешь тащиться в другой город — придется идти сюда. Еще Ном торгует всякой мелочевкой и предметами первой необходимости. По всей видимости, владелица этого магазина управляла городом с экономической точки зрения. Хоть у этого города и нет настоящего правителя, но ему помогает выживать направленность на авантюристов, которые поддерживают его деньгами. — Надо, наверное, зайти познакомиться с этой вашей правительницей. — Валяйте. Ну а я, как обычно, пойду пить в трактир. Захотите в лабиринт — скажите. Я вам хороших спутников подыщу. Кит помахал рукой и двинулся в сторону трактира. Оур и Лилу проводили его взглядом, а затем переступили порог магазина. Внутри оказалось неожиданно тесно. Других покупателей не было. — Добро-о пожаловать! Из-за прилавка, видневшегося за тесными рядами полок с товарами, показалась ослепительная улыбка низкорослой девушки с рыжими волосами, заплетенными сбоку в хвост. Большая покачивающаяся грудь казалась совершенно неуместной на фоне почти детских черт лица и роста, которыми девушка напоминала Шаль. Продавщица смотрела на Оура и приветливо улыбалась. От слов “управляет городом” Оур уже успел вообразить зажиточного купца с соответствующим телосложением, и увиденное застало его врасплох. — Где хозяйка? — Если не хватает мазей и бинтов, если кончились противоядия и веревки, если выгорело масло в фонаре — вы пришли в правильное место! Добро пожаловать в магазин Ном, где можно купить совершенно все, включая мечи, копья и доспехи! Я — Ном Меркдис, хозяйка магазина. Можно просто Ном, — без запинки проговорила девушка. — Так это ты — “правительница” и основательница города? — Говорить, что я основала город, не совсем правильно. Я просто торговала себе и торговала. Город построили те, кто в нем живет, — добродушно ответила Ном. — Пришло же тебе в голову основать магазин именно здесь. — Это самое что ни на есть крыльцо темного владыки Оура. Я не колебалась ни секунды, — гордо выпятив грудь, заявила Ном. — Мечтающие одолеть темного владыку авантюристы ходят в лабиринт и возвращаются с сокровищами и добычей. Из их добычи делаются товары. Эти товары потом они же и покупают за те самые сокровища. Получается, мы всего лишь тратим время на изготовление товара, а взамен получаем сокровища. — Понятно. Но что ты будешь делать, если темного владыку победят? — с издевкой в голосе спросил Оур. — Тихо сверну лавочку и перееду куда-нибудь еще. Но до этого ведь не дойдет, уважаемый темный владыка? — с хитрой улыбкой ответила Ном. — Ч-что ты сказала? — Лилу встрепенулась так, что выдала их с головой. — Безмозглая. Твоя реакция годится за доказательство того, что она не ошиблась, — Оур вздохнул. — Ладно, неважно. Тем более, я не особо собирался скрываться. Ты понимаешь, к чему я клоню, торговка? Ном обаятельно улыбнулась в ответ. — Да. Своей торговлей я мешаю вам, господин Оур, ведь таким образом я помогаю авантюристам. Вы не обязаны молча закрывать глаза на мои действия. Поэтому я должна заинтересовать вас в том, чтобы вы молчали и спускали мне торговлю с рук, — послышался звон, и Ном вытащила на свет мешок с золотом. — Десятая доля выручки. Пожалуйста, примите мой дар. — Чем лучше у тебя дела, тем тяжелее мой кошель, значит? Что же, логичный шаг, — Оур взял мешок и добавил: — А еще что? Лишь на мгновение взгляд девушки дрогнул, но Оур заметил. Впрочем, он все равно не собирался останавливаться лишь на десятой доле выручки.

— ...Я слышала, господин Оур интересуется хорошенькими девушками, — Ном забралась коленями на прилавок, взялась за края юбки и подняла их. — Прошу. Можете сделать с моим телом что хотите, я совсем не против.

В версии с изображениями тут находится картинка. Ном стояла так, что ее нижнее белье оказалось как раз перед глазами Оура. Он довольно хмыкнул, провел пальцами между ее ног и ощутил влагу. — Вижу, ты готова. — Вы меня смущаете. Разумеется, она не взмокла так просто, ни с того ни с сего. Ном опознала в Оуре темного владыку и была готова к такому развитию событий еще с того момента, как он появился в ее дверях. — Она девственница, Оур, — заметила Лилу. — Ты довольно щедра, — отозвался Оур и принялся массировать грудь Ном. Та вновь хитро улыбнулась. — Мой девиз — честность и искренность. Когда к ней пришел темный владыка, она, даже будучи девственницей, предложила ему себя. Оуру понравилась ее отвага и сообразительность. — Но так не годится. И именно поэтому Оур дал ей такой ответ. Этого ответа Ном все-таки не ожидала и застыла с вытаращенными глазами. — Увы, я действительно не испытываю недостатка в женщинах. Ты и правда красива, но не настолько, чтобы расплатиться со мной. Словно в подтверждение своих слов, Оур прижал к себе Лилу и сжал ее грудь. Пышные выпуклости Лилу отчетливо виднелись даже под мантией и без труда сопротивлялись ее весу. Может, Ном и обладала внушительными объемами, она не могла тягаться с соблазнительностью плоти суккуба. — Что мне вам тогда предложить? — Ном не сводила с Оура глаз. — “Истинный глаз”. Ном даже не моргнула. Оур продолжил: — Вот имя твоего дара. Он раскрывает любую ложь и обнажает истинную суть всего. Теперь мне понятно, как ты смогла добиться такого успеха в торговле в таком юном возрасте. — Такой великой силой я не владею, — Ном вздохнула и вернулась за прилавок. — Мой дар — всего-навсего “Оценивающий глаз”. В каком-то смысле он даже реже Истинного. Мой никчемный дар лишь показывает мне цену всего, на что я смотрю. На вас я вижу ценник в несколько десятков золотых монет. Обычно люди не имеют цены, но поскольку на самом деле ваше тело — вместилище, я вижу его цену. — ...Ладно, допустим, что так. Но ты ведь наверняка заметила особенность предметов, которые находят в моем лабиринте? По спине Ном пробежал холодок. Она сама не заметила, как рука Оура оказалась на ее голове. На артефакты в подземелье Оура наложены особые чары. Вернее, проклятие, которое значительно увеличивает силу вещей, однако парализует владельца и запечатывает его магию, если он попытается воспользоваться артефактом против Оура. — Хорошенько подумай, прежде чем отвечать. Знает ли об этом кто-либо кроме тебя? — раздался холодный, наполненный магией голос Оура. Ном тут же ощутила, что ее убьют, если она сейчас соврет. — Знаю… только… я… — Почему? — Потому что если вы умрете, моему магазину конец, — Ном оправилась быстро, и теперь ее голос даже не дрогнул. — ...Ладно. Оур убрал руку с ее головы. Волна облегчения накатила на Ном с такой силой, что она мигом вспотела. — Ты мне нравишься, ты смелая. И я бы даже хотел силой подчинить тебя, но… — Увы, господин Оур, но я купец. В том, что вы вытянете из меня душу, нет никакой выгоды, — ясным голосом ответила Ном, глядя точно на Оура. — Да, и я об этом. Оур осознал, что уговорить Ном можно лишь через “выгоду”. Он мог сковать ее проклятием, сломить дух и превратить в живую куклу, но тогда Ном растеряла бы и ум, и смелость. — Я разрешаю тебе торговать. Кроме того, я буду снабжать тебя проклятыми товарами. Платить за них не надо, главное — продавай. — Что я должна вам взамен? — Я согласен на пять сотых долей выручки. Но выручки всего города. К тому же ты будешь продавать вещи еще и нам. Такие условия меня устроят. Что скажешь? — Как пожелаете. К такому предложению претензий нет, — мгновенно ответила Ном. Она говорила совершенно спокойно, а стало быть, не выпалила впопыхах. Она обладала достаточной смекалкой, чтобы успеть оценить предложение за какой-то миг. — А теперь ответь, — Оур звякнул мешком с деньгами, который дала ему Ном. — Сколько золотых монет стоит твое тело?

Магазин Ном располагался на первом этаже дома, а на втором жила она сама. Повесив на дверь табличку “CLOSED”, она пригласила Оура наверх. — Что же, я приступаю. Ном уперлась коленями в простыню, бережно извлекла достоинство Оура и провела по нему языком. В конце концов, Оур решил купить ее за деньги. Он решил, что с девушкой, по коварству способной дать фору демонам, безопаснее всего договориться именно таким образом. Ном попросила десять золотых в неделю. Сумма серьезная, но для Оура, собирающего налоги с Фигурии и других подконтрольных территорий, незначительная. За эти деньги Ном обязалась стать союзницей Оура, оповещать его о движениях главных авантюристов и укрывать информацию, которая могла бы нанести темному владыке вред. Еще он получал ее тело, и, раз такое дело, решил испробовать. Сама Ном тоже согласилась под видом восстановления гордости, уязвленной первым отказом Оура приобрести “товар”, которым она так гордилась. — Весьма неплохо. Неужели ты девственница? — Все товары в моем магазине высочайшего качества. Ном улыбнулась Оуру и зажала его достоинство между грудей. Затем откуда-то сбоку достала склянку с густым содержимым. — Что это? — Смазка. Та-ак… ну, как вам? Ном принялась натирать член Оура скользким ущельем своей груди. Мягкое, возбуждающее чувство, не похожее ни на рот, ни на влагалище раззадорило чресла Оура еще сильнее. — Надо же, темный владыка, вы и правда впечатляете… Ном слегка порозовела лицом и поместила древко его копья в рот. Затем начала одновременно и сдавливать грудями, и водить языком, и посасывать. — Кх… а ты умелая, — обронил Оур, чувствуя, как по пояснице бежит наслаждение. Улыбающиеся глаза Ном прищурились, и она продолжила извлекать ртом влажные звуки. Ее пышная грудь тем временем зажимала достоинство со всех сторон, то и дело растирая. — Кх… я кончаю, глотай!.. — М, м-м!.. Мг… м-м… Она громко работала горлом и пила извергающееся семя. — М-м-м… мбхе. Но все же не справилась с впечатляющим объемом и зашлась кашлем. С уголков ее рта свесилась белая жидкость. Член же без остановки продолжал метать сперму, пачкая ее лицо и волосы. — П-прошу прощения… я не думала, что ее будет так много… и что она будет такой густой, — зачарованно пробормотала Ном, собирая с лица семя и перенося его в рот. Однако Оур отчетливо видел, что она лишь отыгрывала роль. Он поставил себе задачу сломить ее спокойствие. И ровно ту же задачу поставила себе Ном. — Пора вставлять. Раздвигай ноги. — Хорошо… — смущенно ответила Ном, но ноги развела, не стесняясь. Сквозь не слишком пышную растительность проглядывал розовый цвет еще не успевших окончательно окраситься гениталий. — Похоже, ты и правда девственница. Уверена? Конечно, Лилу в этом вопросе ни за что бы не ошиблась, но слишком уж ловко и уверенно вела себя Ном. — Да. Я всегда знала, что продам невинность тому, кто согласится заплатить больше других… — Ном раздвинула половые губы пальцами, демонстрируя Оуру свои глубины. — Прошу, забирайте. Оур кивнул, приставил головку ко входу, привык к ощущениям, а затем дернулся так резко, что вошел в нее наполовину. — М… — Ном поморщилась. Видимо, боль она все же чувствовала. — Я в порядке. Прошу, наслаждайтесь моим телом. Она старалась улыбаться, не подавая вида. Ногами обвила тело Оура, зазывая его еще глубже. Внутри ее хрупкое тело оказалось очень узким и сжимала его член с такой силой, словно пыталось оторвать. Впрочем стоило Оуру начать двигаться, как ощущения показались ему потрясающе приятными. — Как вам? Сила, с которой она сжимала его, происходила не из девственности и не из малого роста. Ном тщательно напрягала живот и управляла давлением самостоятельно. Может, она и была девственницей, но налицо упорные тренировки и закаленные навыки. — Кх, ничего себе!.. — обронил Оур, двигаясь внутри влагалища столь приятно узкого, что хотелось немедленно кончить. Пожалуй, если бы он не привык к сношениям с Лилу, то уже не сдержался бы. Все его тело требовало немедленно излить семя в эту девушку, но Оур глушил голос плоти. Покорить Ном можно, лишь доведя до оргазма без афродизиаков и заклинаний. Заклинания и химию торговка распознала бы мгновенно, и тогда покорить ее уже не вышло бы. При том Ном сама пыталась довести Оура до оргазма и старалась изо всех сил. Можно сказать, в постели развернулась настоящая битва. — Ах, господин Оур… Он пронзил глубины Ном, и та выгнулась и задергала головой, будто бы от блаженства. Но и это тоже отыгрыш. Никакие умения не отменяли того, что еще несколько мгновений назад Ном была девственницей. Ее органы еще не разработаны настолько, чтобы получать удовольствие от секса. Как бы Оур ни старался, она ничего не ощущала. Поэтому Оур начал атаковать ее сокрытый складками клитор. Он натирал ее вагину изнутри, пользовался вытекающими из нее соками словно смазкой и мягко массировал ее кожу, не раздвигая. — М, у… В этот раз какого-никакого эффекта добиться удалось. Ном впервые испустила настоящий стон. — Да, именно так. Еще, продолжайте… Но значительного успеха маг не достиг. Она вновь начала зазывать Оура соблазнительным голоском. Тот продолжил массировать клитор одной рукой, а второй взялся за ее грудь. — А-ах, мне так хорошо, господин Оур… ах, вы великолепны, — отозвалась Ном, выпятив грудь. Безусловно, ласки действовали на нее, но она все еще держалась. Член Оура все еще находился в ее глубинах, а та изо всех сил сжимала его. Оур силился совладать с наслаждением и раздумывал. Девственница не может быть настолько умелой, настолько опытной. Но Оур не сомневался ни в оценке Лилу, ни в том, что увидел сам. Он видел ее влагалище и понимал, что им не пользовались. И все равно — тому, что умела она, нельзя научиться в одиночку. Ном вела себя как женщина, досконально знавшая мужчин и не раз бывавшая с ними в постели. И стоило Оуру задуматься об этом, как он нашел ответ. — Хья! — вдруг воскликнула Ном. В этот раз она воскликнула рефлекторно, а не приторно. И в то же мгновение пальцы Оура глубоко вошли в ее задницу. — А, а… т-туда не… — Ты и правда первоклассный торговец. Ко всему подготовилась, даже здесь все вычистила. Но главное — я смог вставить два пальца без какой-либо подготовки. — Г-господин Оур, туда… нельзя, прекратите, — Ном начала говорить на тон выше. Хладнокровие предало ее. — С чего это, когда тебе так понравилось? Он одновременно прокрутил пальцы и еще раз двинул членом. Этого хватило, чтобы Ном сильно дернулась и пустила струю. Она так привыкла к анальному ублажению, что ее мышцы сжались вокруг пальцем Оура, отказываясь их отпускать. — Девственница с развитым анусом? Не знаю, кто с тобой такое сотворил, но увлечения у него весьма интересные. — А-а-а, пощадите… — Ном густо покраснела и замотала головой. Очевидно, она научилась всему не по своей воле, а с чьей-то подачи. Скорее всего, в свое время ее купил богатый знатный извращенец. Позднее она либо сбежала, либо заработала свободу как-то иначе, после чего занялась торговлей. Оур вытащил пальцы, схватил тело Ном и поставил ее на четвереньки. — Но мне не очень приятно идти по пути чужих пальцев. Поэтому я научу тебя наслаждаться вот этим. — А-а, нет, не-ет! И Оур, поставивший ее в самую очевидную для анального секса позу, вставил в нее сзади. Пусть он и вошел в ее вагину, тело Ном содрогнулось от наслаждения — быть может, поза напомнила о былых временах. Успокоить распалившееся тело очень тяжело. Более того, ее раззадоренное ласками тело уже жаждало удовольствия и изнывало от похоти. — Кончаю!.. — А-а-а-а! Господин Оу-у-у-ур! Ном попыталась было сбежать, но Оур схватил ее за поясницу обеими руками, прижал к себе и испустил семя. Вернее, псевдосемя, созданное магией и помещенное во вместилище. Забеременеть от него невозможно, зато извергать можно в невероятных объемах. — О-оно!.. Такое горячее!.. И вливается в меня!.. — Я еще не закончил! Оур водил бедрами, не переставая кончать. — А! А-а! Вот это да-а!.. Ты пронзаешь меня изнутри!.. Я к… ко… кончаю-у-у-у-у-у-у! Ном вновь испустила струю и выгнулась в истоме. Даже во время ее оргазма Оур продолжал извергать сперму, и наполнил матку до того, что у Ном раздуло живот. — А-а… ха-а-а… Когда Оур, наконец, покинул ее глубины, перепачканное слюной и слезами лицо Ном рухнуло на постель. Густая белая жидкость стекала между ее ног и впитывалась в простыню. — В следующий раз я заставлю тебя кончить с помощью одной лишь вагины. Пока я плачу тебе — ты моя. Поняла? — Да… — еле сумела ответить охрипшая Ном. Оур удовлетворенно кивнул ей. Непосредственного смысла в их постельной битве не было. Кто бы ни победил, договор остался бы в силе. Тонуть в похоти и исполнять желания партнера они тоже не собирались. И тем не менее, Оур понимал, что они оба пошли на принцип и сражались всерьез. Быть может, оба они не хотели сдаваться перед лицом человека, прошедшего немного похожий жизненный путь. Поисками личной выгоды и хладнокровным коварством Ном и правда напоминала Оура. — Как вы будете платить мне — обсудим потом. Я еще зайду. — Как пожелаете. Оур переоделся и взвалил на спину мешок. Ном проводила его до выхода из магазина. — Оу-ур, я гото-ова! — к магазину подбежала Лилу в походной одежде. — Не забудь выполнить последнее обещание, ладно? — напомнила Ном. — Какое еще обещание? — изумилась Лилу. Оур тоже недоуменно склонил голову. — Разве ты не пообещал “в следующий раз заставить меня кончить с помощью одной лишь вагины”? — хитро улыбаясь, ответила Ном. — Оур?.. — у Лилу дернулся глаз. — Какой еще следующий раз? Кто там картинно отказал ей, ссылаясь на то, что женщин у него в избытке? — ...Это всего лишь сделка. — ...Эх. Ладно, неважно. До чего же из тебя похотливый дед. — Демоны способны без особого труда жить сотни лет. У тебя нет права называть меня дедом. — Увы, но я совершенно точно младше тебя. Ном слушала их перепалку, смотрела на них и вдруг что-то почуяла. Ее “Истинный глаз” уже поведал ей, что на самом деле Оуру 83 года, а Лилу — демон. И все же на мгновение что-то смутило Ном. Она невольно протерла глаза, за что удостоилась недоверчивого взгляда Оура. Ном решила задать еще один вопрос, который у нее возник. — Кстати, у вас с собой столько вещей. Вы куда-то собрались? — она указала пальцем на походную одежду. — Да, — Оур кивнул и уперся в пол посохом. С ним и с мешком за спиной он ничем не отличался от молодого мага-авантюриста. Оур зловеще улыбнулся и продолжил: — Я схожу одолею темного владыку.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 10

— Я хочу, чтобы ты познакомил меня с умелым разбойником, — заявил Оур, обращаясь к напивавшемуся в трактире Киту. — О, пришел! Ну, это я, бери меня, — весело ответил тот и уже собрался было встать из-за стола. — Нет. Прости, но мне бы женщину, — остановил его Оур. Кит вновь разместился на стуле и окинул мага подозрительным взглядом. — Женщину? Но зачем? Вслух он больше ничего не сказал, но вопросил таким глухим, грозным голосом, словно намекал не делать глупостей. — Понимаешь в чем дело, — Оур приглушил голос и указал на Лилу. — Она не человек. Она суккуб, которого я призвал. Лилу приподняла шляпу, чтобы Кит заметил ее рога. — Пока она рядом, я могу ее сдерживать, но если отведу взгляд или потеряю сознание, она может начать на всех подвернувшихся мужчин кидаться. Если согласен в обмен на удовольствие превратиться в иссохшую мумию, то могу взять тебя с собой. — Н-не, я воздержусь, — ответил Кит, дергая глазом. — Ну, если так, то… надо подумать. Среди авантюристов женщин не так много. Есть-то есть, но девять авантюристов из десяти все же мужчины. — А, так она, значит, здесь. Эй, Фаро! — Кит начал обводить глазами трактир и вдруг замер. Его взгляд остановился на девушке, набивавшей рот черным хлебом. — Шево? — с трудом отозвалась та, пережевывая хлеб. Кит поманил девушку к себе, и та подошла, перед этим прихватив со стола несколько кусочков сыра. — Это Фаро. Мелкая, но за умения ручаюсь. Девушка действительно оказалась очень низкорослой. Настолько, что относительно миниатюрные Юнис и Шаль рядом и близко не стояли. Ростом девушка лишь слегка обгоняла Мари, и то не факт. Ее мягкие, темно-золотистые, почти коричневые волосы были коротко стрижены как у ребенка, и сыр она тоже кусала со здоровым детским аппетитом, широко раскрывая рот. Тем не менее, в ее глубоких глазах, внимательно разглядывавших Оура, читались рассудительность и мудрость, не свойственные детям. — Хоббит? Как необычно, — заметил Оур. Фаро изумленно округлила глаза и проглотила кусок сыра. — О как, ты знаешь, кто я? А вот все остальные нас бесцеремонно кличут полуросликами. Хоббиты, они же полурослики — раса коротышек, обитавших далеко на западе. Их называют феями полей, однако они, в отличие от альвов и двергов, не раскрывают подробности своего происхождения. Их маленькие тела довольно слабые, зато ловкости и проворства им не занимать, к тому же у них отличные зрение и слух. Будучи консервативными пацифистами, они редко покидают родные края и почти не общаются с представителями других рас. Немногие слышали о них, и поэтому хоббитов часто принимают за человеческих детей. Оур решил, пока что на правах догадки, что про умения Кит не наврал. — Это Тео, он ищет хорошую разбойницу. — Хм-м… — Фаро ничуть не стесняясь оглядела Оура. — Ну ладно, если за еду заплатишь. И на всякий случая спрошу, мы же не втроем пойдем? — Нет. У меня есть еще три спутника. Сил нам должно хватить. — Окей! — Фаро заскочила на стул у стойки и крикнула куда-то вдаль: — Мужик, тащи еду на десятерых, любую!

— Уф-ф, я наелась, — весело проговорила Фаро, хлопая по раздувшемуся животу. — Э-э, как тебя там, Тео? Ты, видимо, богач. Я и не думала, что ты в самом деле разрешишь мне так пузо набить. — А, ну-у… мне не жалко. Она съела не только ту еду, но и еще десять порций, которые заказала после этого. Не то, чтобы Оур серьезно обеднел, но его сильно удивляло, как такое количество еды поместилось в ее маленькое тело. Фаро засеменила следом за Оуром ко входу в лабиринт, который располагался как раз на краю города. Там их уже поджидали три фигуры: высокая, средняя и низкая. Каждая — в плаще с натянутыми на глаза капюшонами. Подозрительные — не то слово. Фаро настороженно остановилась, но Оур заверил ее, что “ничего страшного, это мои друзья”. — Простите, что так долго, — обратился Оур к фигурам. — Ничего, — ответила ему высокая. По голосу Фаро определила, что говорила женщина. Более того, она узнала голос. — Погоди-ка, это же… — Поговорим уже внутри. Тут посторонние, — поторопил ее Оур. — А-ага. Фаро послушно кивнула, и шестерка авантюристов спустилась по лестнице в лабиринт. — ...Ну и вонища, — не сдержался Оур. Запах гнили, разложения, крови и, наконец, примешавшаяся к ним злоба. Оур, привыкший попадать в лабиринт через телепортацию, поморщился от чудовищного букета. — Нельзя быть авантюристом, если тебе вонь покоя не дает. Но что важнее, вы что, неужели те самые? Оур подал знак глазами, и троица скинула капюшоны. Из-под них появились те самые лица, которые ожидала Фаро. — Так и знала! Вы трое были в отряде Алана! Я слышала, вас разгромили, но вы, значит, все-таки выжили! А ты, Тео, на самом деле Алан?.. Хотя, нет. О нем ведь говорили, что он прекрасен настолько, что его за девушку принять можно. И кстати, последняя это кто? — Фаро перевела взгляд на Лилу. — Это фамилиар на моей службе. А эти трое пытаются делать вид, что погибли. Я попросил их надеть капюшоны, чтобы лишнего внимания не привлекать. — А-а… значит, мы идем спасать их лидера, Алана? И тебя, Тео, они наняли как раз для этого? — Ну, можно и так сказать, — закончил Оур наспех придуманное объяснение, и Фаро понимающе кивнула. — Но ведь отряд Алана приходил сюда довольно давно. Подземелье расширяется каждый день, и за эти месяцы стало гораздо опаснее. Я могу проводить вас до второго яруса. Следуйте за мной и будьте начеку, — проговорила она серьезным тоном, группа кивнула в ответ. Фаро подняла зажженный факел, и они отправились в путь. Впереди шли Надя, Лилу и Фаро, позади Оур, Викия и Шаль. Если Фаро несла факел, которым выжигала мешающуюся паутину, то Викия подвесила к поясу лампу, а Оур освещал путь магическим светом с навершия посоха. Одно из основных правил авантюристов — иметь на всякий случай несколько разных источников света. — Даже если факел уронить, он погаснет не сразу, к тому же из него отличное оружие против слабых к огню противников. Поэтому мне он в самый раз, у меня все равно одна рука свободна, — рассказывала Фаро по пути. Стоило ей договорить, как раздался режущий слух визг и появились гоблины. Надя сразу выхватила клинок и начала кромсать врагов. Фаро тут же смекнула, что делать, и зашла им за спину, чтобы протыкать кинжалом. — А, секундочку, — сказала Лилу, когда остался только один гоблин, затем коснулась губами пальцев и послала воздушный поцелуй. Глаза гоблина помутнели, и он вяло подошел к Лилу. — Пусть он факел понесет. — О-о, как удобно, — восторженно заметила Фаро и отдала факел гоблину. Нечисть, населявшая первый ярус, не могла похвастаться силой. Группа шла вперед, прорубаясь сквозь гигантских пауков, летучих мышей и диких псов. Факелоносцы тоже прогрессировали — от гоблина к орку, затем к кобольду и, наконец, к огру. — Ску-учно, — тихо проговорила улыбавшаяся Шаль, шедшая по левую руку от Оура. Понятное дело, Надя прекрасно обращалась с мечом, но и Фаро оказалась на удивление сильной. По скорости она превосходила не только Надю, но и, пожалуй, Алана. Может, она и не умела сильно бить, но отлично вынуждала противников подставляться под атаки и владела заклинаниями, разбивавшими вражеский строй. — Это только пока первый ярус не закончится. Нам стоит поберечь силы, — хладнокровно заметила Викия, шедшая справа от Оура. — О, раз уж мы здесь, стоит зайти вот сюда, в комнату учителя. Фаро остановилась перед деревянной дверью. К двери крепилась железная табличка с надписью “Комната учителя”. Табличку, судя по всему, приделали авантюристы. — Учителя? Оур рефлекторно посмотрел на Лилу, но та покачала головой. Даже она не знала, кто находится за дверью. — Ага. Он сильно помогает авантюристам, спускающимся в лабиринт. Ты, Тео, как я погляжу, в магии соображаешь, но опыта битв тебе недостает. Думаю, тебе стоит немного у него поучиться. С этими словами Фаро отворила дверь. Внутри комнаты висел полупрозрачный мужчина средних лет. Другими словами, злоба лабиринта превратила какого-то мертвеца в призрака. Чем неупокоеннее мертвец, тем сильнее из него призрак. К тому же призраки постоянно воскресают — была бы злоба. Этому призраку хватало сил, чтобы учить авантюристов сражаться, и в то же время что-то привязывало его к лабиринту. Поэтому авантюристы прозвали его “учителем” и тренировались на нем. — А! — обронила Лилу, едва увидев призрака. — Гроа-а-а-а-а-а-а! — взревел тот ответ и устремился прямо к ней. Глаза его вспыхнули красным, словно налившись кровью. Существо совершенно обезумело. — А-а, что за?! Что с вами, учитель?! — ошарашилась Фаро, но кинжалом все равно взмахнула. Призраки не подчиняются законам живых. Физические атаки против них практически не работают, однако Фаро вложила в удар достаточно воли, чтобы частично на мгновение “развеять” противника. — Тео, на призраков не работают огонь и лед. Как правило, магия против них бесполезна. Но одно эффективное заклинание все же есть, — хладнокровно проговорила Викия, глядя, как Лилу уворачивается от атак. — Ясно… Вот это? Оур нарисовал магический символ и произнес несколько слов. С четырех сторон протянулись магические цепи и сковали призрака. Оур призвал не обычные цепи — они проходят сквозь живых и лишь созданий из иных миров оплетают и материализуют. Стоило цепям остановить призрака, как Надя разрубила его пополам. — Гья-а-а-а-а-а-а! — издал тот напоследок вопль и растворился в воздухе. — Уф, ну надо же. Обычно учитель сражается как джентльмен, словно обучая авантюристов… но, видимо, призраки тоже бывают не в духе, — сказала Фаро, вытирая пот со лба. — Что такое? — обратился Оур к Лилу, которая явно хотела что-то сказать. — Это был призрак Георга, — тихо ответила та. — Георга? Ты его знала? — Оур услышал незнакомое имя и недоуменно склонил голову. — Какое там “знала”... это ведь старейшина из самой первой деревни. — А-а… Старейшина той первой деревни, которую Оур уничтожил в самом начале пути, только-только заключив договор с Лилу. При жизни он был сильным авантюристом, но пал от неожиданного удара горгульи. Оур припомнил, что он действительно как-то так и выглядел. Позже он превратился в ожившего мертвеца, затем в скелета, которого уничтожила Юнис, и вот теперь стал призраком. Похвальное упорство. Оур еще раз окинул взглядом комнату. Он вспомнил, что где-то здесь Лилу в свое время и занималась сотворением скелетов. В те времена в подземелье был только один ярус, и жили в нем лишь Оур да Лилу. С тех пор лабиринт стал гораздо больше. Маг в задумчивости водил глазами и вдруг встретился взглядом с суккубом, который явно думал о том же самом. Лилу тихонько хихикнула, и даже Оур не смог сдержать легкой улыбки. После чего его за рукав дернула Викия. — Если будем тут долго торчать, призрак воскреснет. Давайте поспешим. На второй руке повисла Шаль. — Вот-вот, путь еще долгий. — Ладно, Фаро, веди нас дальше. Ли… Раз, смотри вперед, а не по сторонам, — Надя выдвинулась вперед, утягивая Лилу за руку. “Какие они все странные”, — подумала Фаро, но кивнула и зашагала дальше.

— Что же, наконец-то мы закончили с первым ярусом. Я сейчас открою дверь, но вы ни в коем случае не входите, ладно? Четвертый подземный этаж. Продвигавшийся вперед без особого труда отряд Оура остановился перед на совесть сделанной дверью. Кобольды постоянно работали над расширением двух верхних ярусов, и даже Оур не имел никакого понятия о том, как они нынче устроены. И все же он знал, что за монстр находится за дверью. Оур медленно кивнул. Убедившись, что ее поняли, Фаро отворила дверь. За ней оказалась просторная, но заурядная комната. На полу валялись мечи и доспехи. — Кажется, что никакого монстра здесь нет, да? Но на самом деле, всю эту комнату наполняет слизняк. Фаро взмахнула кинжалом в сторону дверного проема, и на пол плюхнулся кусок слизняка. Бесцветная, прозрачная масса поползла по полу, добралась до проема и воссоединилась со своим телом. — Желатиновый куб. Прозрачный слизняк кубической формы. Поскольку форма у него есть, мечом-то его резать можно, но он быстро восстанавливается. Видите дверь с противоположной стороны? — Фаро указала пальцем на противоположную стену комнаты, в которой виднелась дверь, похожая на ту, что находилась перед их глазами. — Вот это проход на второй ярус. Чтобы ее открыть, нужно либо выжечь в слизняке проход, либо защититься каким-либо барьером и проплыть сквозь него. В любом случае, монстр им противостоял поистине громадный. Поскольку выжечь его магией нереально, приходится прибегать к таким полумерам. Разумеется, Оур сам придумал это существо, а изготовила его Спина по приказу учителя. Особенно мага впечатлила прозрачность получившегося создания, благодаря которой они видели выход из комнаты. — Хорошо, я выжгу. Оур нарисовал символ и зачитал слова заклинания. Викия незаметно коснулась его спины. Вместилище Оура практически не могло накапливать магическую энергию. Поэтому, когда Оур использовал магию, энергию приходилось брать у девушек, в чьих телах она скрывалась. Больше всего пряталось в Лилу, затем в Викии, Шаль и, наконец, Наде. Оур уместил в них столько магической энергии, что хватило бы нескольким первоклассным магам. Энергия, которую укрыл в них Оур, отличалась от собственной энергии девушек примерно так же, как жир отличается от содержимого желудка. Желудок нельзя набивать едой до бесконечности, но попавшая в него пища быстро усваивается. Жир же можно накапливать в поистине невероятных объемах, однако использовать его по своему усмотрению невозможно. — “Гори”. Оур закончил читать заклинание. Вперед устремилось огненное копье, пробурило проход в кубе и достигло дальней двери. — Быстрее! Он сейчас зарастет! Фаро кинулась вперед, на ходу снимая с пояса отмычку. Ее прыть вполне соответствовала небольшому росту — к дальней двери она подлетела в мгновение ока, тут же вставила отмычку в замочную скважину и начала возиться. Тем временем открывшаяся в кубе дыра начала постепенно зарастать. Однако враг не лечился. Подобные существа могут расти лишь за счет еды. Слизняк лишь уменьшался в размерах, поддерживая кубическую форму — такой природой его наделила создательница. — Открыла! Послышался звук замка, дверь отворилась. Весь отряд гурьбой перебежал через проем. Убедившись, что все успешно пробежали, Фаро громко захлопнула дверь. Вновь раздался тот же звук, что и раньше — сработал замок. — Фух… отсюда начинается второй ярус. Как будете возвращаться — дверь с противоположной стороны не заперта, там полегче. И да, закрывайте за собой. У нас был случай, когда какой-то придурок вставил клин, чтобы дверь не захлопнулось, закончилось все катастрофой. — Катастрофой? — переспросил Оур, тем временем размышляя о том, что “видимо, если сделать так, чтобы двери оказывались запертыми только изнутри комнаты, жертв будет больше”. Фаро кивнула. — Часть куба ушла в лабиринт, пожрала кучу гоблинов и сильно выросла. Всем авантюристам пришлось объединиться, чтобы сжечь его. Тяжело нам пришлось. По ходу дела Фаро достала нечто похожее на твердый воск и начала рисовать на земле круг. Потом вывела по окружности какие-то узоры, достала из сумки стеклянную склянку и капнула в самый центр круга. В ответ тот засветился и замерцал, вокруг возник барьер. — Это называется “лагерь”. Нужно выучить эту диаграмму, нарисовать ее воском, затем капнуть в центр святой воды и получится прекрасный несложный барьер. В магической лавке можно купить полный комплект за десять серебряных. Вот тут и отдохнем. Фаро договорила и уселась в центре “лагеря”. Оур тоже уселся, внимательно поглядывая на разбойницу. Фаро ничего не понимала в магии и совершенно не пользовалась своей энергией. Барьер лагеря создался за счет энергии, наполнявшей подземелье. “Хорошую они штуку придумали”, — мысленно похвалил Оур находчивость авантюристов. — Будьте осторожны, с этого яруса враги станут сильнее. Гоблинов, орков и прочей мелочевки больше не будет. Второй ярус разделен на внешнюю и внутреннюю зоны. Во внутренней — всякие гуманоиды, вроде человекоящеров и карг, во внешней звероподобные твари, типа виверн, гарпий и грифонов. И те, и другие очень опасны, не расслабляйтесь. “Внешнюю зону”, о которой говорила Фаро, Оур называл “пастбищем”. Эту территорию он выделил специально для летающих монстров. На земле есть несколько ям, ведущих прямо на второй ярус, и именно через них в лабиринт попадают летающие твари. Поскольку они обладают крупными телами, Оур приготовил им несколько просторных помещений. — Но не все так плохо. На этом ярусе полно “дружелюбных” монстров. — Дружелюбных? — только и смог, что попугаем повторить Оур. Таких слов он не ожидал. — Угу. В основном человекоящеры и кентавры — с ними на удивление несложно договориться. Если их при встрече не провоцировать, скорее всего удастся обойтись без боя. А если повезет и удастся с ними переговорить, можно разжиться артефактами или информацией. Они очень радуются еде и алкоголю. Выслушав пояснение Фаро, Оур мысленно цокнул. Как правило, разумные монстры верны Оуру, но, видимо, среди них немало и тех, кто готов дружить и с авантюристами. С другой стороны, не накладывать же на каждого из монстров проклятие подчинения, так что в какой-то степени с тем, о чем рассказала Фаро, ничего поделать нельзя. — Но в любом случае, расслабляться нельзя, многие монстры настроены враждебно. Есть даже такие, что только прикидываются друзьями, чтобы завести в западню. Чудища внешней зоны очень сильны, и туда по возможности лучше не соваться, но лабиринт, увы, устроен так, что через нее нужно пройти, чтобы спуститься ниже. — А телепортацией на ярус ниже не спуститься? Оур знал ответ на свой вопрос, но все равно задал его. Фаро покачала головой. — Нет. Во-первых, третий и последующие ярусы защищены барьером, который вообще запрещает телепортацию. Во-вторых, хоть на второй ярус телепортироваться можно… я не советую. — Это почему? — Он каждый день меняется, — ответила Фаро, ни секунды не думая. — Кобольды и подземные пиявки… такие здоровые гусеницы, меняют форму лабиринта как им вздумается. Из-за этого некоторые ребята, пытавшиеся сбежать телепортом в безопасное место, порой попадали прямо в логово монстров, а то и просто внутрь камня, где и умирали. Телепортом только назад возвращаться. — И часто такие истории пересказывают? — спросил Оур, и Фаро снова покачала головой. — Только в кругу друзей. “Доброхотов”, которые бы что-то рассказывали другим, не бывает. Часто бывает такое, что даже сильная, опытная группа радостно телепортируется в лабиринт и больше не возвращается. Приятный просчет со стороны авантюристов. Даже ловушка, которая, казалось бы, должна сработать лишь один раз, продолжает сокращать численность врагов. — Ну что… двигаем дальше? Фаро встала и похлопала себя по штанам, сбивая пыль. Оур за счет использования вместилища совершенно не уставал, Лилу восстанавливала силы за счет его энергии, скопившейся в матке, опытный отряд Нади тоже не успел вымотаться. Оур кивнул. Они развеяли барьер и отправились в путь.

— Отсюда начинается внешняя зона. Здесь много летающих врагов, так что я рассчитываю на вас, — обратилась Фаро к магам, доставая лук. Стоило узкому проходу закончиться, как потолок над головами пропал. Высоко над головами показалось голубое небо. Повеяло сравнительной свежестью, подземелье осветили солнечные лучи. Они добрались до одной из ям. Смысл слов Фаро заключался в том, что магия куда эффективнее против летающих врагов, нежели стрелы. — Я здесь практически бесполезна… защищай нас, Шаль, — тихо проговорила Надя, взваливая меч на плечо. — Ладно, — Шаль бодро кивнула. Если какие-нибудь грифоны и драконы попытаются на них спикировать, Надя еще сможет попасть по ним мечом, но против химер и мантикор, умеющих дышать огнем и стрелять ядовитыми иглами, она совершенно бесполезна. — ...А вот и они, — тихо предупредила Викия. Группа дружно подняла взгляд и увидела тройку громких тварей, кружащих над их головами. — Это… гарпии? — пробормотала Фаро, заряжая в лук стрелу. Гарпии — разновидность магических зверей. Они похожи на девушек с птичьими крыльями и не слишком сильны, но умны, поэтому могут хватать ногами камни и сбрасывать на противников. Фаро уже приготовилась к бою, но Оур вскинул руку и остановил ее. — Подожди. Кажется, они… “дружелюбные”. — Опять?! — Фаро картинно изумилась, а затем расстроенно свесила голову. — Это же владыка! — Э, правда? Правда? — Владыка! Владыка! Здравствуйте! Может, остальным крики гарпий казались невнятным карканьем, но на самом деле каждая из них приветствовала Оура. — Они мои друзья, спускайтесь. — Сейча-ас. Оур обратился к гарпиям на их языке, и крылатая троица приземлилась перед группой. — Владыка, владыка, что вы здесь делаете, владыка? — Владыка, я есть хочу, у вас есть еда, владыка? — Владыка, почему рядом с вами люди? Гарпии очень говорливые и шумные. Оур достал из мешка еды, разделил ее на порции и протянул гарпиям. Лишь так их можно на время утихомирить. — И с человекоящерами ты договорился, и с кентаврами, и с пещерными гигантами, и с русалками, и, что самое удивительное, даже с каргами… что за дела? Ты на самом деле друид, что ли? — Ну, что-то вроде того. Второй ярус в основном населяли монстры, заключившие договора с Оуром. Большая часть местных обитателей, за исключением совсем звероподобных тварей, не стремилась с ним враждовать. По этой причине группа пробиралась через второй ярус практически без битв. Фаро боялась зверей, с которыми наверняка придется воевать во внешней зоне, но вместо этого им попались гарпии, клевавшие угощение, словно голуби. Разбойницу такой поворот событий настолько ошарашил, что она стояла будто пристукнутая. — Владыка, владыка, было вкусно, спасибо. — Владыка, владыка, отблагодарим, отблагодарим. — Владыка, владыка, давайте с нами. Гарпии схватили Оура за одежду и потянули за собой. — Кажется, они хотят меня поблагодарить. Подождите здесь. — Какое еще “подождите”?.. — Здесь территория гарпий, другие монстры сюда не заходят. Можете передохнуть. — А, э! Эй! Оур оставил недоумевающих девушек стоять на месте, схватился за ноги гарпий и улетел вместе с ними. — Слушай, он ведь… — ...Скорее всего. — Везет им… вот бы и меня, как закончим… Лилу и Надя шепотом обменялись парой реплик, у крепко сжавшей посох Викии задергался глаз, ну а Шаль засунула в рот палец и начала тереть коленки друг о друга. — Э-э… я схожу проведаю господина. Стоило Лилу раскрыть крылья, как троица авантюристов на удивление слаженно ее обездвижила. — Тебе же сказали, жди. — И соблюдай очере-едь! — Если и ты пойдешь, мы тут еще дольше проторчим. — Пустите! Я хочу туда! — А я хочу и туда, и не только туда! — раздался в яме звонкий голос Шаль.

Гнездо гарпий разместилось в углублении, примерно равноудаленном от дна ямы и поверхности. Пол в нем устилали ветки и листья, принесенные с поверхности, и шагать по ним оказалось на удивление приятно. — Владыка, отблагодарим, отблагодарим. — Сделаем друг другу приятно? — Я рожу вам ребенка, владыка. Гарпии затащили Оура в гнездо и тут же нависли над ним. Сдерживать себя они не умеют, со всеми вытекающими последствиями. Выражения лиц у гарпий по-детски невинные, глаза большие, белокурые волосы вьются кудрями. С точки зрения человека, черты лица у них вполне себе обаятельные. Во рту гарпии прячут острые зубы, но если молчат, клыки очаровательно выглядывают между губ. Несмотря на детские лица, грудь у них весьма пышная. Осиной талией, сокрытыми за белокурой порослью гениталиями и верхней частью бледных бедер они тоже не отличаются от людей. Вместо рук из их плеч растут крупные коричневые крылья, а с середины бедер начинается птичий пух. Ниже колен ноги вовсе истончаются и становятся тонкими, чешуйчатыми, похожими на птичьи. Оур взял одну из гарпий за бока и с удивительной легкостью поднял. И дело здесь не только в том, что гарпии невысокие, а ноги их короче человеческих. У них, ко всему прочему, куда более легкий скелет по сравнению с бескрылыми существами. Стоило Оуру поднять гарпию, как между ног той закапала жидкость. В первую очередь эти существа известны жадностью. Они не умеют терпеть ни в еде, ни в сексе, и полностью отдаются во власть жажды. — М-м, м-м! Сидевший на полу Оур насадил на себя первую гарпию, а в двух других вставил пальцы. Троица слегка захлопала крыльями, чтобы не свалиться, а затем истекла от блаженства слюной. Насаженная на член Оура гарпия поднесла нос к его шее, а затем легонько укусила. — ...Фу-у, — и недовольно скривилась. — Сегодня я здесь вместилищем… но в следующий раз дам испить крови. — Правда? Правда? — Можно я вас за руку укушу? — Я хочу от вас детей, владыка. Хоть гарпии шумели наперебой, в их голосах совсем не слышалась страсть. Впрочем, и Оур пришел сюда не только ради наслаждения. — Немного покусать разрешаю. Но взамен я хочу, чтобы вы вспомнили, не видели ли в последнее время что-нибудь необычное. Сначала гарпии дружно задумались, а затем наперебой заговорили о своем: — Людей маловато стало. — Я видела во внешнем лесу кого-то бледного. — А я во-он там — блестящую воду. Может, по меркам зверей они довольно умны, но соображают все равно не лучше человеческих детей. С другой стороны, гарпии очень любопытны, прекрасно видят даже в темноте и быстро летают, благодаря чему собирают информацию куда лучше, чем можно подумать. Оуру оставалось лишь придумать объяснения тому, что они заметили. Людей наверняка стало меньше потому, что Оур захватил Фигурию. Выходит, в Оуртауне не так много хороших авантюристов, способных достичь второго яруса и наткнуться на гарпий. Но уже скоро к ним должны присоединиться авантюристы амбициозные и сильные, желающие отобрать у Оура захваченные земли. В долгосрочной перспективе увеличивающаяся власть Оура приведет и к тому, что привлекающая внимание злоба лабиринта начнет прирастать еще быстрее. Некто бледный в лесу — наверняка белый альв. Гарпии не понимают, как работают стороны света, так что подробностей из них не вытянешь, но, быть может, в лесу удастся отыскать врагов Элен, если хорошо поискать. Оур вспомнил, где обычно летают гарпии, и сделал мысленную заметку. А вот блестящая вода его озадачила. Гарпия, которая упомянула ее, указала куда-то вглубь лабиринта. Если в подземелье завелось что-то, о чем не знает Оур, это что-то необходимо отыскать. — Вот твоя награда. Принимай. — А-а! А-а-а! Оур кончил внутрь гарпии, и та послушно приняла семя, громко хлопая крыльями. Гарпии не понимают стыда и достоинства, и эта, не ставшая исключением, лишь жадно впитывала удовольствие, высунув язык и истекая слюной. Оур ссадил с себя обмякшее от избытка ощущений тело, и две другие гарпии тут же собрались между его ног. — Зубами не трогать. — Ага-а. — Ла-адно. Гарпии бодро откликнулись, и принялись тщательно слизывать сперму с достоинства Оура. Поскольку семя мага наполняла энергия, гарпии пили его, словно сладкую росу — и неважно, какой именно частью тела. Они лизали его совершенно безыскусно, словно какой-то леденец. Оур не получал от их стараний особого наслаждения, но вид двух милых мордашек, облизывавших его член, приносил, по меньшей мере, моральное удовлетворение. Оур вкушал пышную грудь гарпий обеими руками. Они закончили вылизывать член мага, и он уже думал над тем, которую из двух взять следующей, но тут правая гарпия укусила Оура за достоинство. — ...Фу-у, — и сразу поморщилась, ощутив вкус дерева. — Я же сказал, зубами не трогать! — прикрикнул Оур. Пусть Оур и не ощутил боли, но эрекция все равно отступила.

— Простите, что задержался. Оур прилетел на трех гарпиях и опустился на землю. — Т-ты чем там занимался?! — воскликнула Фаро, густо краснея. Чем — понятно с первого взгляда на белую жидкость, стекавшую между ног гарпий. Эти существа не приучены носить одежду или как-то скрывать свои тела. — Так и знала… — проворчала Викия и хмуро посмотрела на Оура. — Я добыл информацию. Похоже, впереди находится какая-то блестящая вода, — ответил Оур, сделав вид, что не услышал девушек. — А это тебе сувенир. Оур достал крупный драгоценный камень и протянул Фаро. — Э, что это?! Агат? Такой огромный? — Нашелся в гнезде гарпий. Отдали его в качестве благодарности. Можешь взять в счет моих извинений за задержку. Подобно большинству других летающих тварей, гарпии без ума от всевозможных блестяшек. Драгоценные и не очень камни, монеты — они хватают все, что поблескивает, и несут в гнездо. Оур выбрал из их сокровищ крупный агат, а взамен оставил несколько серебряных монет. Гарпии обрадовались тому, что блестяшек стало больше, и охотно расстались с агатом. — Он золотых на десять тянет… Ты уверен? — Да. Для меня это не деньги. — ...Вот ведь подлизывается. — А коротышка, по-моему, слишком легко ведется. — Везет ей, вот бы мне спермы в подарок… — Хоть и понимаю, что этот старик задумал, но как же бесит смотреть. Фаро заглядывалась на свой подарок, а остальные девушки о чем-то перешептывались, поглядывая на нее из тени. — Ну так что, ты слышала о блестящей воде? — спросил Оур. Фаро опомнилась, быстро убрала камень в сумку и ответила: — А, угу. Наверное, ты про “живительный источник”. “Живительный источник” нашелся в нескольких минутах ходьбы от гнезда гарпий. В конце узкого прохода отыскалась маленькая комната, в уголке которой из земли била блестящая голубая вода. — Это и есть живительный источник? Оур набрал воду в руку и посмотрел на нее. Сама вода, по всей видимости, просачивалась сюда из какого-то подземного природного резервуара. При этом ее наполнял немыслимый объем магической энергии. — Чудесный источник — испьешь из него, и легче становится. А если в нем искупаться, и раны заживают, и магическая энергия быстро восстанавливается. Правда, они со временем высыхают, но иногда появляются снова, — пояснила Фаро, пропуская воду сквозь пальцы. — Здесь точка стекания магической энергии, — пояснила Викия, оценивая потоки “магическим глазом”. — Так я и думал, — Оур кивнул. Вообще, лабиринт Оура построен так, чтобы захватывать магическую энергию, словно паутина — добычу, а затем переносить ее всю без остатка к ядру подземелья. Но поскольку кобольды и пиявки перестраивают первые два яруса как им вздумается, энергия порой застаивается. Иногда она утекает в подземную воду, растворяется в ней и порождает родник с водой, на пару порядков превосходящей обычную по содержанию магической энергии. — Разве на это можно глаза закрыть? — шепотом спросила Лилу у Оура. Ладно хоть они появляются где попало, но ничего хорошего источники в любом случае не сулят. Однако с другой стороны, полностью усмирить кобольдов и пиявок невозможно, равно как и остановить подземные реки. — Но тебе, Тео, лучше не пить, — продолжила Фаро, обращаясь к хмурому Оуру. — Почему? — Из-за источников маги, особенно неопытные, часто неправильно рассчитывают свои запасы магической энергии. Ты ведь потратил довольно много, пока мы сюда шли, так? Вот порой бывает такое, что маг здесь полностью восстанавливается, затем тратит половину энергии и двигается обратно. На обратном пути расходует остатки, а источника и след простыл. — Понятно… часто такие источники попадаются? Фаро покачала головой. — Крайне редко. Можно даже сказать, если нашел — считай повезло. И еще рядом с ними лучше долго не стоять. Опасно. — Опасно?.. А-а, понял. Оур встал и отошел от источника. Действительно, родниками пользуются не только люди. Даже наоборот, обитатели подземелья наверняка пьют из него гораздо охотнее. “И поэтому”, — решил Оур. — “Нечего лезть из кожи вон, чтобы их перекрыть”. — Что же, идем дальше? Фаро кивнула и задумалась. Насколько она знала, обычно авантюристы дальше не заходят. Однако Тео без труда договаривался со всеми встречными монстрами, девушки из отряда Алана очень сильны, и к тому же им повезло найти живительный источник и восстановить у него силы. Такими темпами они сейчас вполне могли добраться до пока еще не изведанных глубин лабиринта. Фаро, тоже будучи авантюристом, пусть и далеко не лучшим, относилась к неизведанным глубинам с сильным любопытством, в котором смешались страх и восхищение.

Маленькая разбойница зашагала вперед, переполняясь воодушевлением и совершенно не замечая пропасти, к которой движется.

— ...Наконец-то. Пройдем этот зал — попадем на третий ярус. Фаро стояла перед большими двустворчатыми воротами и не могла скрыть возбуждения. — Туда еще никто не доходил. Насколько мне известно, мы будем первыми. Викия словно опомнилась и посмотрела на Фаро. Затем — на Оура. Ее посетило чувство дежавю. Руки задрожали, ноги едва не подкосились. — Готовы? — спросила Фаро. — Да, полностью. Идем, — ответил ей Оур, а затем посмотрел на Викию и… “Не бойся”, — прочитала та по его губам и прекратила дрожать. За воротами их ждало… Крупное, совершенно пустое помещение. — ...Э? — Фаро осторожно зашла внутрь, прощупывая пол перед собой кинжалом в поисках ловушек. — Кажется, здесь пусто. Может, нам повезло прийти в тот час, когда зал не охраняется, — бесстрашно заключил Оур, окидывая помещение взглядом. — Как странно… но ловушек я не вижу… может, ты и прав. Фаро с опаской проверяла и пол, и стены, но так ничего и не находила. — В любом случае, эта комната точно не безопасная. Нам лучше поспешить, — поторопил все еще не верившую происходящему разбойницу Оур. Затем он подошел к воротам в другом конце комнаты. На самом деле их запечатывала сильная магия, но она опознала пропуск, который принес с собой Оур, и сразу же открыла проход. — ...Спасибо. На самом деле эту комнату ведь… охраняет Алан? — тихо поблагодарила мага Викия, поравнявшись с ним. У нее не осталось никаких чувств к Алану. Тем не менее, ей было бы тяжело смотреть на существо, в которое превратился бывший боевой товарищ, и сражаться с ним. Наверняка Надя и Шаль даже не признали бы в дуллахане Алана, но Викия чувствовала, что не сможет без боли смотреть и на позабывших обо всем подруг. Она избежала многих мучений и ощутила сильное облегчение. — Я поступил так не из жалости к тебе. Не надо меня благодарить, — равнодушно ответил Оур. Почти искренне. Дуллахан — существо бессмертное и воскресло бы через сутки после поражения. Тем не менее, оставлять зал без защиты на целые сутки Оуру не хотелось. К тому же не факт, что им удалось бы победить. Рожденный из проклятий, разъезжающий на колеснице с безголовым конем, дуллахан — очень сильный враг. Он разъезжал бы по комнате, осыпая врагов заклинаниями и сбивая колесницей неосторожных наглецов. Оур предполагал, что победа над таким противником наверняка не обойдется без жертв. — ...Ладно. И все же — спасибо, — Викия тоже не улыбнулась, но слова благодарности проговорила отчетливо. — И вот третий ярус… Они спустились по длинной лестнице и увидели неизведанные глубины подземелья. Фаро нервно сглотнула. Новый ярус разительно отличался от второго. Не было раскиданных по полу трупов, не было грязи, не было тесноты и мрака. Высокие потолки, широкие проходы. Аккуратно облицованные кирпичом стены, мощные колонны. На полу — брусчатка, словно на столичной улице. В коридорах царила чистота, вонь почти не ощущалась, и пусть светили им лишь факелы на стенах, видели они дальше, чем на предыдущих ярусах. — Будьте осторожны. Что будет дальше — не знает никто. Как бы серьезно ни старалась говорить Фаро, ее голос слегка звенел от предвкушения. Отряд Оура отправился вперед, соблюдая все меры осторожности. — Внимательнее. Сюда не наступать, тут ловушка… и тут тоже. Если запнетесь на этом шнурке, на нас наверняка камни посыпятся или… стоп! Не перешагивать, за шнурком пол проваливается в яму. А в яме… копья, вроде бы. Ужас-ужас. Хм… эта стена какая-то не такая… ага, тайный проход. На третьем ярусе им не встречалось монстров, зато сам лабиринт стал гораздо запутаннее. Защищали его бесчисленные ловушки. Тайные проходы, односторонние проходы, вращающийся пол, выскакивающие из потолка и пола копья, выстреливающие из стены стрелы, катящиеся по коридорам камни. Ловушки первых двух ярусов и близко не могли сравниться с коварными, злобными, смертоносными механизмами этих этажей. И тем не менее Фаро замечала их, обходила и обезвреживала. Хотя Оур и старался вести ее по маршруту, где нет по-настоящему смертельных ловушек, ловкость рук и отточенность интуиции Фаро все равно поражала. — Мне говорили, что ты хорошая разбойница, но ты и правда впечатляешь. — Хе-хе. Ты знаешь, я сейчас просто сгораю от нетерпения. И в такие минуты я сама себя удивляю. Я прямо вижу, как каждая из ловушек улыбается мне и манит к себе, — ответила Фаро, одной рукой копаясь в дверном замке. Раздался щелчок, и разбойница тут же одернула руку. Затем заглянула в замочную скважину — и резко пригнулась. Практически в то же мгновение из скважины вылетела небольшая стрела и воткнулась в стену за ее спиной. — И все же я хочу сказать, что автор этих ловушек — очень коварный тип. Наверняка это какой-то дьявол во плоти, досконально познавший человеческие души. Подобно змею он ищет слабые места в сердцах людей и нападает на них так, как они не ожидают. Фаро открыла дверь, но входить не стала и вместо этого просунула в проем кинжал. Сверху из косяка опустилась гильотина и высекла из клинка искры. Ловушка, разрубающая тех авантюристов, что смогли вскрыть замок, уклонились от ловушки и уже успели расслабиться. — Вот об этом я и говорю. Он нападает ровно тогда, когда человек успокоился и подумал, что вот уж теперь он в безопасности. Не будь я сейчас в ударе, сама могла бы попасться. — Да уж, характер у него наверняка мерзкий… — проникновенно согласилась Лилу. — А-ха-ха, и не стыдно тебе как настоящему демону такое признавать? Ладно, тут у нас… что за? За дверью их встретила картина еще более загадочная. Потолок в открывшемся помещении оказался еще выше, чем в коридорах, к тому же его ярко освещали магические лампы. Пол вместо брусчатки покрывала земля, из которой росла мягкая, невысокая трава. У земли все еще царил полумрак, но он не мешал понять, что помещение перед ними простиралось поистине громадное. Никаких коридоров — потолок держался на нескольких мощных колоннах. Но пусть даже облик зала едва ли не выбивал из головы мысли о том, что они все еще в подземелье, обострившиеся чувства Фаро уловили, что в глубине полумрака кто-то есть. — Осторожно. Там… что-то есть. Что-то очень свирепое, — проговорила она приглушенным голосом, прищурилась и осторожно зашагала вперед. — Уже близко… оно идет к нам. Оно здесь! И тогда оно появилось из-за колонны. Фаро ожидала увидеть стаю свирепых адских гончих, уродливого гиганта, а то и дракона. Она освежила в голове оптимальные методы противостояния всем возможных противникам и смотрела во все глаза, чтобы различить в полумраке неприятеля. И тогда в ее поле зрения…

Появилась неприметная, простодушная на вид девушка.

— ...Э? — ...Э? Воскликнули обе, встретившись взглядами… точнее, взгляд девушки уставился не на Фаро, а куда-то за нее. Мужчина, на которого она смотрела, приложил ладонь ко лбу и постарался вздохнуть как можно незаметнее. “Почему ты здесь?” — словно хотел спросить он. — Ты… человек? Что ты здесь делаешь? — спросила Фаро, приходя в себя. Простодушная девушка — она же Мио — в ответ тут же облилась холодным потом. “Прошу прощения, прошу прощения, я подумала, что они наверняка проголодались, не сдержалась и зашла”, — попыталась донести она до Оура взглядом, но тот вложил в свой взор следующий ответ: “Я же всем сообщил не ходить сегодня в лабиринт, а сидеть тихонько у себя”.

— А-а, э-э, ну-у…

В версии с изображениями тут находится картинка. — Вы храбры, но глупы. Чего вы желаете? Богатств? Быть может, славы? Вы хотите поставить на кон свою единственную жизнь, чтобы обрести то, что однажды потеряете? — темный владыка будто бы насмехался над ними, но вопрос задал всерьез. — Мне не нужно ни того, ни другого. Я хочу лишь одного… увидеть своими глазами то, чего не видела, побывать там, где не была. Темный владыка поднялся с трона, развел в стороны руки и взревел: — Так узри же мой облик! И впитывая его глазами, испусти же свой последний вздох в моих объя-бгхе! Он не смог договорить. Викия вложила в “ледяное копье” все свои силы и пронзила заклинанием лицо неприятеля. — Очищающее пламя! — Шаль испустила серебристое пламя и опалила темного владыку. — Э, стой!.. — Ледяной обстрел. — Да погодите ж вы! Заклинание Викии приморозило ноги темного владыки к полу и обездвижило его. — Взрыв. — Э! Ах ты-ы-ы-ы! Затем разорвалась магия Оура. Подскочила Надя и высоко занесла меч для рубящего удара. В то же мгновение Фаро выпустила в противника стрелу. Один удар враг сможет отбить, второй придется принять. Стрелу Фаро вымазала паралитическим ядом, который должен сковать движения даже темного владыки. — Я же по-хорошему просил подожда-а-а-ать! — взревел темный владыка и вспыхнул адским пламенем. Надя на мгновение дрогнула, и ее схватила крепкая рука медного цвета. Стрелу враг остановил второй рукой. Во вспыхнувшем пламени обнажилась фигура их противника, четырехрукого демона. Они провели столько атак, но даже не оцарапали его. К тому же пламя мгновенно растопило удерживавший его лед. — Впитал все атаки? — Оур поморщился и цокнул. Тела могучих демонов, по своей сути — огромные сгустки магической энергии. Она вмешивается в работу посторонних заклинаний и значительно ослабляет их. Впрочем, Оур все равно не ожидал, что их противник сможет целиком и полностью защититься от каждой из атак. — Слушай, мужик, по-моему мы о таком не договаривались, нет? — Еще бы, об этом я ни слова ни сказал. Если бы договорились, толковой битвы бы не вышло. — Да какая к черту битва после того, как ты строго запретил вас атаковать?! — возмущенно воскликнул исполняющий обязанности темного владыки по имени Логан, а затем швырнул Надю обратно. — Еще и на полуслове меня оборвали! Эй, ты, ведьма! Ты чё, не понимаешь всю прелесть этих клише?! — В твоих словах я слышала лишь бредни извращенца. — Заткнись! Нет, конечно, эта малышка на вид ничего, но вот душонка у нее… в целом, не знаю, зачет с натяжкой?.. Хотя, не, неуд… м-м-м, зачет, неуд… короче, “зауд”, — принялся бормотать Логан, вперившись взглядом в Фаро. И лишь тогда она, совершенно ошалевшая от происходящего, пришла в себя. — Ч-что происходит?! Почему вы разговариваете с темным владыкой как близкие друзья?.. — Прости, что не представился раньше, — сказал Оур, в какой-то момент сам усевшийся на троне и закинувший ногу на ногу. В руке он держал стакан с красной жидкостью. — Мое имя Оур. Я хозяин лабиринта, и некоторые называют меня темным владыкой. Спасибо, что отвела меня сюда, Фаро. “Оур на удивление тщательно придерживается формальностей”. “Зачем ему понадобилось на трон садиться?” “Он все это время с бокалом вина ходил?” “Раз уж мы закончили, надеюсь, он меня скоро трахнет”. Подумала каждая из его любовниц, пока Оур величественно вещал.

— Но… но как? Ведь я слышала, что темный владыка — четырехрукий демон с медной кожей. Слухи распустили видевшие Логана люди вскоре после того, как Оур стал темным владыкой. Оуру они были только на руку, так что он старался их распространять. — И подумать не могла, что отряд Алана работает на темного владыку. — Прости, но мы верные слуги господина Оура. “Так считаешь одна только ты”, — подумала Викия, но вслух ничего не сказала и встала рядом с троном вместе с остальными. — Ну, ничего удивительного, что ты не замечала. Я ведь с са-амого начала слегка очаровывала тебя, — с улыбкой проговорила Лилу, положив руки на плечи Фаро. — ...Вы ведь не дадите мне вернуться, да? — на всякий случай спросила та. — Верно, — Оур кивнул. — Ты замечательно отыграла свою роль. Благодаря тебе я смог взглянуть на подземелье с точки зрения авантюриста, выяснил его сильные и слабые стороны. Я высоко ценю твои старания. Кроме того, сейчас среди моих подчиненных нет разбойников твоего уровня. Если согласишься примкнуть ко мне, тебя ждет теплый прием. — А если откажусь? — В таком случае… я дам тебе выбрать свою судьбу: призрак, сырье для слизняка или корм монстрам. Фаро протяжно вздохнула. Выход закрыт, она окружена со всех сторон. Сбежать в одиночку у нее не выйдет. И даже если выйдет, она не сможет пробиться через третий ярус самостоятельно. — Хорошо, я сдаюсь. Тео… то есть, Оур, я согласна присоединиться к тебе. Но взамен хочу кое о чем попросить. Оур озадачился. Ему казалось, Фаро уже смирилась со своей судьбой и ничего не задумывала. Но в то же время огонек в ее глазах не потух. Даже наоборот — он горел каким-то предвкушением. — О чем же? Я слушаю. Он без труда отклонил бы невозможную просьбу. Однако последовавшего ответа Фаро никак не ожидал.

— Ух ты, как здорово! — воскликнула Фаро при виде открывшейся картины. Когда они сдвинули “трон темного владыки”, в полу обнаружилась потайная дверь на четвертый ярус. Тот самый, где обитали помощники Оура. И этот ярус разительного отличался от всех остальных. На случай, если какие-то авантюристы все-таки доберутся до “зала темного владыки” и победят Логана, им явятся заманчивые сокровища и телепорт на поверхность. Скорее всего, герои, одолевшие хозяина лабиринта и разжившиеся добычей, радостно согласятся вернуться. Однако когда они по неосторожности наступят на магическую диаграмму, их перенесет на милю от поверхности земли. После грациозного полета их ожидает судьба упавшего спелого помидора. Крайне немногие маги способны правильно плести заклинания, стремительно приближаясь к земле. И даже такие в группе все же окажутся, они вряд ли смогут удержать как товарищей, так и сокровища, поэтому с добычей придется расстаться. На земле же, над которой они появятся, расположены гнезда драконов и грифонов, которые сокровища просто обожают и быстро вернут в укромный лабиринт, ну а авантюристов съедят. Итак, при строительстве четвертого яруса совершенно не учитывалось, что сюда кто-то может добраться, и эта часть лабиринта сильно отличалась от всех остальных. В широких, прямых коридорах при всем желании не получилось бы заблудиться. Ловушек не было и в помине, а магические лампы светили не хуже полуденного солнца. Кроме того, их яркость менялась со временем, чтобы получались искусственный день и искусственная ночь. Барьер надежно защищал ярус от запаха трупов и злобы, и на ярусе царила городская чистота. Одна за другой виднелись двери, за которыми жили обитатели лабиринта. Некоторые встречались им по пути. — О, привет, маг. Вижу, ты и сегодня в окружении девушек. — А, господин Оур! — Повелитель, я придумал новую ловушку. Заходи посмотреть как-нибудь. Обратились к нему дверг, фея и циклоп соответственно. На этом ярусе разрешалось жить более-менее разумным созданиям, которые могли принести пользу лабиринту. Без конца сновали кобольды, тащившие на себе строительные материалы. Гигант с молотом на плече вовсю торговался с низкорослым гномом, открывшим здесь магазин. По углам о чем-то весело щебетали пикси и нимфы. Город полулюдей как он есть. — Ну и лабиринт. И сверху, и снизу городами окружен, — Фаро без конца смотрела по сторонам. — Ты, как хоббит, сразу бы стала тут своей, — ответил ей Оур, стараясь не шагать слишком быстро. — Я буду жить здесь? — ...Нет, дальше. Оур прошагал до конца широкой улицы и открыл дверь, в которую они уперлись. Четвертый ярус походил на толстое кольцо, внутри которого раскинулась паутина окружных и радиальных дорог. А в самом центре — комната с лестницей на пятый ярус. Дорогу к пятому ярусу специально сделали как можно более очевидной, чтобы если случится худшее, и на четвертый все же нападут, там смогли укрыться жители города. Да, среди жителей четвертого яруса есть бойцы, но куда больше там тех, кого Оур ценил за познания в кузнечном деле, магии и так далее. Жизни этих созданий жалко тратить на тщетные битвы против тех, кому хватило сил добраться до четвертого яруса. — С возвращением, Оур. В комнате с переходом на пятый ярус их ждала Юнис. Именно ей, а также взводу Элен предстояло защищать лабиринт, если кому-то все же удастся забраться так глубоко. Другими словами, если падут они — лабиринту конец. Поскольку сегодня Оур с Лилу отправились изучать лабиринт, и даже Логан не мог защищать его, Юнис на всякий случай пришлось остаться на посту. — Молодец, что посторожила, — похвалил ее Оур, а затем вручил Фаро оберег. — Тебе понадобится этот оберег, чтобы дойти до пятого яруса. Не потеряй. Убедившись, что Фаро кивнула и спрятала оберег под одежду, Оур открыл потайную дверь на пятый ярус. Миновав длинную лестницу и барьер, для которого и предназначался оберег, они оказались в “жилом квартале” — на территории, где поселились сам Оур и его любовницы. Она же играла роль пятого яруса. — Всем спасибо, можете расходиться по комнатам, — обратился Оур к Лилу остальным, но те в ответ пристально уставились на него. Вздохнув, маг добавил: — Награда будет вечером. Как следует отдохните и вымойтесь. Девушки просветлели и разошлись кто в покои, кто в баню, кто в столовую. — А мы с тобой продолжаем экскурсию, — сказал Оур, поворачиваясь к Фаро, и вновь зашагал рядом с ней. Рядом со входом на ярус расположились комнаты Юнис и прочих сильных бойцов, чтобы они в случае чего смогли быстро выбежать и встретить врагов. От входа на юг шла дорога, выходившая на площадь. В центре площади бил пресный фонтан, вода в котором бралась из подземного родника. Питьевую воду брали здесь и умывались тоже. Всего из площади выходили четыре дороги — по сторонам света. Восточная вела в загон для скота, комнаты альвиек и баню. В не раз расширявшемся загоне в конце концов оставили лишь скот, а всех опасных монстров переселили на третий ярус. Сейчас в загоне жили коровы, лошади, овцы, куры и козы, у которых всегда можно разжиться свежими яйцами и молоком. По утрам Мио и прислуживавшая ей армия бесят ухаживала за скотом, а после обеда она сама поднималась на третий ярус, где играла уже с монстрами. В последнее время мающиеся от безделья альвийки начали ее сопровождать, чтобы помогать и охранять. К западу от площади располагались кухня и столовая. Там же находились комнаты Спины и всех других жертвенных девушек, которых присылали деревни. Каждый день девушки занимались тем, что готовили еду, убирались в лабиринте, стирали одежду и иногда ублажали Оура. Работать приходилось много, но Оур приплачивал им. Наружу им выходить не разрешалось, но за деньги они могли заказать с поверхности все что угодно. Особого недовольства жизнью они не испытывали. С юга от площади разместились покои Оура и Лилу, а также комната призыва. Последнюю сторожили несколько барьеров, призванные выиграть жителям лабиринта время, пока попытавшийся пробиться таким путем герой с ними разбирается. Наконец, ядро подземелья располагалось в специально отведенном помещении прямо под площадью, попасть куда можно было, лишь пройдя через поток фонтана. Пусть ядро и соединялось с лабиринтом, проплыть к нему против течения не так-то просто. Также, по задумке Оура, течение облегчало переток магической энергии из ядра. Только сам Оур знал, где находится ядро. — Вот это да… — восторженно обронила Фаро, когда они закончили обходить лабиринт. Драконы и маги часто находили себе пещеры и превращали их в подземелья. Но никогда еще бывалый авантюрист Фаро не видела подземелье, выкопанное с нуля, да и еще и таких размеров, что в нем уместился целый город. — Все. Я довольна. Я увидела огромный лабиринт и больше ни о чем не жалею… Делай со мной, что хочешь. — Хорошо. Иди за мной, — ответил Оур и зашагал по дороге на север. Фаро шла следом с лицом приговоренного, бредущего на смертную казнь.

— Раздевайся и ложись на постель. Когда они вытерлись влажными полотенцами, Оур отдал приказ. Фаро покорно разделась, улеглась на кровать и закрыла глаза. Пусть ростом она не отличалась от ребенка, под одеждой оказалось зрелое женское тело. Пожалуй, куда правильнее было сравнивать тело Фаро со взрослым, только уменьшенным. Глаза ублажали округлости, подтянутые бедра и довольно-таки выпуклая грудь. Как следует насладившись зрелищем, Оур разделся сам и провел пальцами по закрытым лепесткам ее промежности. В ответ Фаро резко подняла голову и уставилась на Оура вытаращенными глазами. — Эй?! Стоп-стоп-стоп! Ты чего меня там лапаешь?! — Что значит “чего”?.. Тебе же без подготовки больно будет. — Подго… — неожиданный ответ на мгновение лишил Фаро дара речи, но она наконец-то поняла, к чему все идет. — Р-разве ты не собираешься наложить на меня проклятие и превратить в живую куклу?! — Наложу лишь проклятие, пресекающее неповиновение, но рассудка лишать не стану. Вместе с ними ведь пропали бы и смекалка с умениями. Для чего я, по-твоему, попросил тебя раздеться? — Разве не затем, чтобы нанести магические символы прямо на мое тело?.. А что, разве для чего-то еще? — Странные ты задаешь вопросы. Очевидно же, что я хочу тебя. Да, вливать проклятие в матку эффективнее, чем просто накладывать, но то была далеко не главная причина. — ...Оур, ты что, извращенец? — спросила Фаро, переводя взгляд на восставшее достоинство мага. — Что? — Я никогда ни с кем не спала. Все мужчины, которых я знала, говорили, что при виде меня возбудился бы только извращенец. Оур поморщился в ответ. — ...Я не извращенец. Просто у меня чуть шире сфера интересов. — А, ну да, ты ведь и гарпиями не побрезговал… Можно я потрогаю? — Фаро не стала дожидаться ответа и сжала член Оура. — Какой он странный. Вроде податливый, а вроде и твердый… а еще горячий. — У хоббитов другие? Оуру доводилось видеть хоббитов, но о том, что находится между ног их мужчин, он не ведал. Потому и спросил, есть ли разница. — А я откуда знаю? Первый раз в жизни мужчину вижу, — непринужденно ответила Фаро и покачала головой. — Я ушла из деревни, когда мне было девятнадцать, и с тех пор пятнадцать лет не видела других хоббитов. Ни люди, ни эльфы мной не интересовались. Ты первый, кто начал заигрывать со мной и решил переспать, Оур. Рад? — ...Я с тобой не заигрывал. По человеческим меркам 34 года — это уже не молодой человек, но хоббиты живут дольше людей. В 33 они считаются совершеннолетними, в 50 зрелыми, ну а 19 лет это по человеческим меркам 10 с чем-то. Раз ей 34, она, выходит, только-только совершеннолетия достигла. — Хмпф. Ну, неважно. Я полижу? Фаро вновь не стала дожидаться ответа Оура и провела языком по члену. Потом еще раз, еще, затем широко открыла рот и поместила в него головку. — Аой аый кух. — Не говори с набитым ртом. — ...Какой странный вкус. Горько-соленый, — пояснила Фаро, отпрянув. — Если сделать ему приятно, выйдет сперма, да? — Да. Со временем я научу тебя ублажать его даже ртом. Но сегодня… Пока Оур говорил, Фаро вновь заглотила его достоинство. Затем начала водить по нему и языком, и пальцами, поглядывая в глаза Оура. — Охгхоуу ак эоо. — Я же сказал, я тебя так… не понимаю. Пока Фаро говорила, ее язык коснулся мужской плоти, и Оур ерзнул. Разбойница заметила телодвижение и слегка прищурила глаза, будто улыбаясь. — Ээ… огохо? Она вылизывала его член, ласкала, сжимала и терла, постоянно изучая реакцию Оура. Хотя никто бы не назвал мимику мага богатой, умелая разбойница с легкостью угадывала в ней его чувства. — Кх… — Хе. Вижу, тебе приятно, — Фаро провела языком по нижней части члена и развратно улыбнулась. Одна ее ручка натирала естество Оура, вторая ласкала полную семени мошонку. Он бы в жизни не подумал, что она девственница, глядя на то, как чутко Фаро угадывала его желания. — А если так?.. Фаро сначала провела языком по голове, затем засунула ее за щеку, окружила слюной и начала посасывать, стараясь причмокивать как можно громче. Оур схватил Фаро за голову и подался вперед, вдавливая член глубже. — Кончаю, пей!.. Фаро шумно работала горлом, глотая изливающуюся в рот густую белую жидкость. Даже уместив всю порцию в животе, она продолжила посасывать острие копья, словно прося добавки, и в итоге вытянула из него все остатки. — Кхе… Вкус необычный, но не такой уж и плохой. Фаро слизала приставшую к уголку рта сперму и улыбнулась. Миниатюрные тела хоббитов славятся невероятной прожорливостью — за день эти коротышки основательно питаются раз пять. С другой стороны, они особо не привередничают, и вкусу предпочитают количество. Похоже, вкус семени Оура пришелся ей по душе. — Теперь я накормлю тебя снизу. — Ладно. Оур взялся за ноги Фаро, но та сразу же сама их раздвинула. — ...Ты не хочешь сопротивляться, как полагается девственнице? — несколько удивился Оур, но вовсе не потому, что так уж любил издеваться над девушками и наслаждаться тем, что действовал против их воли. — М-м, в принципе, хочу… но мне куда интереснее узнать, каково оно. Глаза Фаро горели тем же любопытством, что и во время путешествия по подземелью. — Раз так, то я покажу тебе. Оур повалил Фаро на кровать, и вонзился в ее так и не увлажнившуюся щель. — Кх!.. Ай-й-й! Ай-яй-яй-яй, больно! — тут же завопила Фаро. Могучее орудие Оура грубо пробурило маленькое тело разбойницы, закапала свежая кровь. Чувствуя, как ее внутренности сводит от боли, Фаро вжалась в простыню и облилась слезами. — Мне больно, Оур, больно! Прекрати! — Ты ведь хотела узнать, не так ли? И какова же боль от потери невинности? — Да какая к черту невинность, мне просто больно! Гху-у-у-у-у, гха-а-а-а-а! Стоило Оуру лишь немного подвигать членом, как та изо всех сил завопила от пронзившей тело боли. Впрочем, ничего больше с ней маг сделать не мог — уж слишком узкой оказалась Фаро. — Я вошел лишь наполовину. Прими меня как следует, до самых глубин. — Не могу-у! Я порвусь, умру! — закричала Фаро, но Оур просунул руки под ее тело, а затем поднял. — Не страшно. Если умрешь — воскресим в церкви на поверхности. С этими словами он отпустил руки, и ее тело опустилось на бедра Оура. — !!! Боль набросилась на нее с такой силой, что Фаро могла лишь кричать беззвучным воплем. Однако Оур не обратил на ее муки никакого внимания, снова поднял, затем опять опустил и пронзил. Оур кончил в нее, параллельно накладывая заклинание подчинения, когда она уже совершенно обессилела и не могла даже кричать. Затем сразу же исцелил ее заклинанием, и Фаро, все еще сидевшая на его члене, медленно открыла глаза. Похоже, до того она была без сознания. — Как тебе боль от потери девственности? — ...Хуже некуда. Я думала, правда помру… — буркнула Фаро в ответ. — Но сейчас тебе не больно? — М-м… кстати, да. Достоинство Оура все еще покоилось в ее глубинах. Ее излеченная, но все еще готовая разорваться плоть удерживала в себе пенис мага без какой-либо боли. — Это потому, что я расширил тебя, а потом излечил, не выходя. Я перекроил твою вагину так, что она приняла мою форму. Ту боль ты не забудешь уже никогда. Она печатью моей власти над тобой останется на твоей душе наравне с отпечатком, что я оставил на твоем теле. К тому же я связал твой разум проклятием. Отныне ты принадлежишь мне, — зачитал он речь о своей власти, а Фаро ощутила, как по спине пробежал холодок. — Да уж, ну ты даешь. “Но может, все не так плохо, ведь благодаря этому хозяину я увидела и испытала такое, чего никогда в жизни не узнала бы сама. Возможно, потом я и вовсе увижу кое-что первой среди людей… нет, среди всех обитателей поверхности”. Девушка-хоббит с восторгом посмотрела на пейзаж, открывшийся ей с обрыва, и улыбнулась.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Перерыв

— Ух, это все горячая вода? После соития Оур и Фаро направились в бани лабиринта, чтобы помыться. Фаро широко распахнула глаза при виде поднимающегося от воды пара. — Верно, — ответил Оур и самодовольно кивнул. День ото дня он работал над улучшением своего великого бассейна и считал его одним из лучших творений во всем подземелье. — А для чего? — раздался следующий вопрос, и маг невольно свесил плечи. — Потому, что это ванна… то есть, баня. — Баня? Но ведь в бане должно быть много-много пара и веники, чтобы ими хлестаться, разве нет? — То другая баня. Видимо, у вас, на западе, такие популярнее всего. В наших краях они тоже есть, но здесь, в лабиринте, мы в основном моемся здесь — в бане с горячей ванной. Оур оправился от удивления и шагнул к воде, однако Фаро все еще нерешительно стояла на месте. — Э, но ведь если промокнуть, можно заболеть… — Это предрассудок. Конечно, если не вытираться или мыться грязной водой, можно и слечь с болезнью, но в моих банях волноваться не о чем. Вода, которую извергали изваяния драконов на стенах, подогревалась и очищалась магией. Она обезвредила бы любой яд, которым недруг мог попытаться отравить источник. На самом бассейне тоже лежали чары очищения, не дававшие воде испортиться, поэтому бани точно не могли стать источником какой-либо заразы. — Н-но… До сих пор Фаро путешествовала по подземелью с превеликим любопытством, но к бассейну упорно не приближалась. — Эх. Давай скорее уже, — Оур оторвал ее тело от пола и запрыгнул в бассейн вместе с ней. — Гья! — воскликнула Фаро, начала барахтаться, затем крепко прижалась к Оуру. — Не-ет, я не умею плавать! Н-на помощь! Она вела себя, будто облитая водой кошка. — Успокойся. — Не могу, ненавижу воду! — Тут неглубоко, — продолжил Оур, успокаивающе обнял, и Фаро замерла. Затем вытянула ноги, словно не веря словам мага, и, действительно, нащупала пол. — ...И правда. Пол в бассейне шел под плавным наклоном к дальней стене. Совсем рядом со входом вода едва доставала по пояс сидящему Оуру. Наклонный пол в бассейне оборудовали затем, чтобы тут спокойно могла мыться Мари, по росту уступавшая даже Фаро. Разбойница бы тут утонуть не смогла. — А почему я луну вижу? Успокоившись, Фаро посмотрела наверх и увидела раскинувшееся над ней звездное небо. — Я немного доработал магию дальновидения и спроецировал небо с поверхности сюда на потолок. Хорошо же получилось? — Угу… Фаро чувствовала, как окружившая ее вода постепенно согревает тело, а звезды отчего-то казались ей прекраснее, чем когда-либо. Она запрокинула голову, чтобы получше посмотреть на небо, и вдруг ее плеча коснулась рука Оура. — П… прости. Лишь сейчас она вспомнила, что до сих пор изо всех сил прижималась к нему, и отпрянула. Пусть совсем недавно тела их слились воедино, сейчас ей почему-то стало неловко. — Не волнуйся, — когда ее тело попыталось отодвинуться, Оур притянул ее обратно. — Ты уже принадлежишь мне. А значит, я обязан защищать тебя. — О, Оур… Когда она услышала такие слова и увидела, что маг говорит всерьез, ее сердце невольно подпрыгнуло. “Я сама на себя не похожа”, — пыталась она хоть как-то успокоиться, одновременно с этим закрывая глаза и поднимая подбородок. Даже с закрытыми глазами она увидела, как на ее сомкнутые веки опустилась тень, и поняла, что лицо Оура уже совсем рядом. — А ну-ка сто-оп! Вдруг с грохотом распахнулась дверь, и Фаро ошарашенно вытаращила глаза. — Нет в них романтики, — сокрушенно проворчал Оур. В баню вбежала даже не пара человек. Лилу, Юнис, Спина, Элен с четырьмя подопечными, Мио, Мари, Надя, Шаль и Викия, а в нагрузку — королевское трио Фигурии. — Разве ты не достаточно потискал эту девочку? — пожаловалась Лилу. — Вот-вот, — поддержала ее Юнис. — Вы говорили, что наградите нас вечером, но луна уже дошла до середины небосвода, — хладнокровно объявила Спина. В бане собралось восемнадцать человек, если считать Фаро и Оура. Вся эта толпа без особого труда разместилась бы в просторном бассейне, но главная прелесть момента состояла, конечно же, в том, сколько красавиц разных возрастов собралось в одном помещении. К тому же, как и положено бане, все они без стыда демонстрировали Оуру свои обнаженные тела. — Ладно-ладно. И Лилу, раз уж на то пошло, позови еще и Ном. — Так точно! Подземелье и магазин Ном соединял прямой телепорт, облегчавший торговлю. Устроен он был так, что срабатывал лишь с разрешения Оура. Впрочем, перенестись в магазин из подземелья никакого труда не составляло. Лилу в мгновение ока привела в баню торговку, раздела и поставила перед Оуром. — Ого… ну надо же. Хоть Ном и притащили сюда посреди ночи, она ничуть не смутилась и обвела собравшихся взглядом. Что именно видели ее проницательные глаза — представить нетрудно. Помимо уже знакомого ей суккуба она оказалась в окружении героя, считавшихся мертвыми авантюристов, предводительницы темных альвов, могущественной волшебницы и королевской семьи. — Пора исполнить то обещание. — Ну и ну. Премного благодарна вам, господин Оур. Она ответила спокойным голосом и вежливо поклонилась, но в голове тем временем наверняка проводила сложнейшие расчеты. — Подходите же, — объявил Оур, и вся толпа кинулась к нему. Они окружили мага со всех сторон и принялись наперебой ублажать его. Ном и Патрисия вытянули и руки и заняли каждая по ноге. Они заключили колени Оура меж своих грудей и начали натирать их телами. Миниатюрные Мари и Фаро пристроились между ног мага, и их головы образовали единый ряд с головами Шаль и Присциллы, протянувшимися снаружи над бедрами Оура. Вчетвером они делили между собой восставшее достоинство Оура и вылизывали его горячими язычками. Поверх них к груди Оура прижимались Спина и Викия. Они водили по груди мага языками, словно соревнуясь друг с другом. Спереди и сзади раскинутые в стороны руки мага заняли альвийки Элен. Одна прижимала к рукам пышную грудь, вторая водила по ним языком, третья нежно массировала руками, четвертая терлась лицом. Они тщательно ублажали их и старались поддерживать, чтобы господин не устал. У ладоней мага пристроились другие девушки — Оливия, Надя, Элен и Мио — и попарно зажимали их между грудей. Правую руку заняла Оливия, самая пышногрудая из всех любовниц Оура, а также Мио, которая, несмотря на непримечательную внешность, тоже могла похвастаться внушительными размерами. Оказавшись среди их плоти, ладонь совершенно скрылась с глаз. Оур водил пальцами, и те словно утопали в мягкости. В противовес этому, левую ладонь сдавливали тоже крупные, но куда более упругие груди Элен и Нади. Он пытался давить их крепкую плоть, а упругая кожа с легкостью отдавливала пальцы обратно. Оуру казалось, играть с их плотью ему не надоест никогда. Не найдя другого способа подобраться к погребенному под девушками Оуру, Лилу и Юнис пристроились с воздуха. Лилу с самого начала умела игнорировать силу тяжести, а Юнис парила за счет того, что окружала себя магией ветра. Несомненно, ей было куда труднее висеть неподвижно, чем Лилу, и все же она ничуть не подавала виду и вместе с суккубом по очереди целовала Оура. Длинный язык Лилу добирался до всех уголков рта Оура и жадно менялся с ним слюной. Демоническая слюна казалась чуть сладкой на вкус, а от прикосновений мягкого языка немело все тело. Казалось, суккубу вполне достаточно языка, чтобы довести мага до оргазма. В свою очередь, страстные поцелуи Юнис просто-таки сочились переполняющим девушку обожанием. Она припадала к его губам как можно плотнее, а затем стремилась коснуться мага и лицом, словно желая укрепить их связь. Сначала Оур по очереди наслаждался их губами, но со временем изнывающие от нетерпения девушки начали целовать его шею и щеки в ожидании своего череда. Постепенно поцелуи приближались ко рту, затем они стали перебивать друг друга чаще и, наконец, прижались друг к другу щеками с вытянутыми языками. В ответ Оур вытянул свой язык и вкусил их одновременно. Ко всему его телу прижимались женские тела и языки. Он словно утопал в женщинах. Каждая из женщин, девушек (и, раз уж на то пошло, девочек) по крайней мере делала вид, что всецело поглощена ублажением мага и не думает ни о чем ином, и зрелище это поистине завораживало. Пусть Оур и стал королем страны, но немногие его коллеги могли похвастаться тем, что одновременно бывали в компании стольких любовниц. Даже если собрать такой гарем за счет власти и богатств, кое-чего беднягам все равно не хватит. — Что же, Ном, начну с тебя. А именно: выносливости, умений и либидо, способных удовлетворить всех любовниц. — Тогда прошу, — Ном оседлала Оура с такой же непринужденностью, с которой садилась на стул. Все еще плотно сомкнутые и не привыкшие к мужчинам лепестки похотливой плоти разошлись, и она издала громкий возглас: — А-а?! — Я забыл кое-что сказать... Из-за спины Ном показались руки Оура и вцепились в ее грудь ястребиной хваткой. Пышная, не вмещающаяся в ладони плоть соблазнительно поддалась. Но стоило Ном переключить внимание на собственную грудь, как ее лоно словно пронзил раскаленный стержень, и она вновь закричала. — Не думай, что тут будет так же, как на поверхности. Благодаря магии омоложении он владел как телом молодого мужчины, так и несвойственными юнцу умениями, развившимися с годами опыта. И наконец — бесконечной выносливостью, проистекавшей из безграничных запасов энергии. Внутри подземелья Оур мог довести до изнеможения даже Лилу. Сейчас, в подземелье, он мог проявить свои умения в полную силу, а потому получить полную власть над телом Ном — пусть и умелой в любовных делах, но до недавнего времени остававшейся девственницей — ему было проще простого. — А-а-а-а, фха-а-а-а-а-а-а! Ном позабыла о всяком стыде и лишь содрогалась, истекая слюной. Ее матка отзывалась восторгом каждый раз, когда он пронзал ее глубины. В ее животе　зародился нестерпимый жаркий зуд, а движения Оура словно расчесывали его в самом нужном месте. Все ее тело будто превратилось в сплошную эрогенную зону. Стоило ему лишь небрежно сжать грудь, чтобы по всему телу пробежали электрические разряды. Более того, ее соски тут же соблазнительно набухли, словно требуя ласк, а высунувшая язык Ном прижала к ним ладони Оура. Тот же, будто доя корову, выжимал ее спелые плоды от основания. — Я кончаю, принимай. “Не вздумай”, — пронеслось в голове Ном. Но из горла ее раздалось совершенно противоположное: — Да… я хочу от вас ребенка, господин Оур!.. А-а, а-а-а-а, а-а-а-а-а-а-а-а! Она чувствовала, как крупная доза семени вливается в ее матку. Вместе с женским наслаждением она ощутила и отрешенное отчаяние при мысли о том, что такими темпами может превратиться в его собственность. Ей казалось, он кончал целую вечность. Наконец, все прекратилось, и основательно вспаханное тело Ном рухнуло в воду, истекая белой жидкостью. — Неплохо ты выразилась, — проговорил Оур, поднимая ее на руки. Ном посмотрела на него вопросительным взглядом. — Но сейчас я излил в тебя лишь имитацию спермы. Можешь быть спокойна, ты не забеременеешь. Видимо, на самом деле он пытался сказать что-то в духе “знаю, ты собиралась потом выпить противозачаточное, но тебе не надо тратить деньги попусту”. — Благодарю за вашу учтивость, темный владыка. Все оковы, что едва не подчинили ее тело и душу, разом разбились, и на лице Ном появилась обычная деловая улыбка.

— А-а-а, господин Оур! — громко стонала Мио, стоя на четвереньках. Алмаз в горе графита — это как раз о ней. Сила, которую разглядел в ней Оур, прирастала на глазах. Она уже могла управлять бесчисленными стаями монстров, словно собственными руками, и с их помощью, пожалуй, превратилась во второго по силе бойца подземелья после Юнис. Но когда Мио смущенно подставляла Оуру задницу, чтобы тот проник в нее, она вновь превращалась в неприметную деревенскую девушку. — Ах-х, господин Оур спаривается со мной на глазах Ее Величества… По бокам от Оура стояла королевская чета Фигурии. И еще Мари. Оуру показалось забавным сгруппировать девушек по цвету волос, поэтому он собрал блондинок. У Мио, правда, волосы не столько светлые, сколько бледно-русые, к тому же она так робела рядом с королевской семьей, что твердо отказалась заниматься любовью на их глазах. Но реакция девушки так повеселила Оура, что он взял ее силой. — Неужели вы не вкусите и нас, мой господин? — шепнула Оливия на ушко Оуру, прижимаясь к нему грудью. — Вас — нет. Обойдетесь пальцами, — сухо ответил ей Оур. Хотя Оливия уже успела несколько раз кончить благодаря пальцам Оура, ее глубины зудели и просили чего потолще и потверже. — Но почему?.. Она взяла руку Оура и поднесла ее к своей промежности, одновременно с этим проводя пальцами по месту слияния мага и Мио. Она так завидовала этой простой деревенской девушке, сладостно стонавшей под натиском стержня Оура. — Вдруг это навредит твоему ребенку? — развеял ее чувства Оур. Внешне королева и принцессы пока не изменились, но по оценке Оура, все они уже должны быть беременны. Он волновался не столько о наследниках. Оур лично говорил о том, что темному владыке наследник не нужен, ведь он не стареет. — ...Хорошо, мой господин, в таком случае мы ублажим вас как только сможем, — с придыханием прошептала Оливия, а затем вместе с дочерьми принялась вылизывать тело Оура. — Я тоже рожу господину Оуру ребенка! — нахватавшаяся у других девушек Мари вцепилась в ногу мага. — Приходи лет через десять. Тот взмахнул ногой и попытался отпихнуть ее, но девочка ловко увернулась и вцепилась снова. — Ладно. Подожду десять лет, — с улыбкой выразилась малышка, и что-то в ее словах помешало темному владыке отмахнуться от них как от детского лепета.

— Следующие — брюнетки! — высказалась, гордо выпятив грудь, Лилу, стоявшая во главе отряда из себя, темных альвиек и Спины. — Не хотите ли для разнообразия попробовать так, командир? Элен предложила, чтобы их группа поработала с достоинством Оура руками. Маг уже досконально познал удовольствие, которое могут доставлять рты, груди, бедра и анусы его любовниц, но никогда еще они не ублажали его просто руками. — Попробуйте, — поручил он, решив все-таки испытать удачу. Темные альвийки приготовились за какое-то мгновение — видимо, этот план они вынашивали очень долго. — Прошу сюда, господин Оур, — сказала главная из подчиненных Элен альвийка, села на пол, подобрав под себя ноги и похлопав по бедрам. — Можно головой лечь? — Да. После ее согласия Оур прилег на ее ноги, словно на подушку. Остальные девушки сели рядом с ней и разместили тело мага на своих ногах. Получилась этакая живая кровать. — Теперь понятно. Неплохое зрелище. Перед глазами Оура выстроились в ряд груди девушек, на которых он лежал. Все — выпуклые, упругие, словно упрашивающие потрогать их. И Оур, конечно же, не стал им отказывать. — Что же, господин, мы приступаем, — послышался голос Элен, и одновременно Оур ощутил между ног мягкое наслаждение. Чуть приподняв голову, он увидел, как девушки по очереди ласкают его отвердевшее достоинство гладкими ручками. Ощущения от их мягких ладоней, окутавших его плоть со всех сторон, ничуть не уступали тем, что он испытывал, находясь внутри них. Обычно Оуру нравилось дарить девушкам наслаждение, доводить их до истомы и совращать. Но в отряде брюнеток оказались Лилу, по сути ставшая его правой рукой, верная ученица Спина, а также темные альвийки, примкнувшие к Оуру еще в первые дни существования лабиринта. Оур занимался любовью с каждой из них уже очень много раз, а потом решил, что иногда можно попробовать и что-то новое. — Я кончаю, — объявил Оур, не думая о какой-либо взаимности и не рассчитывая на нее. — Пожалуйста, — раздался однако в ответ голос улыбающейся девушки. И тогда движения рук резко ускорились. Ладони сжимали и отпускали его словно в такт дыханию. — Кх!.. Несомненно, это дело рук Лилу. Однако Оур понял все слишком поздно, и кончил значительно раньше, чем планировал. Извергавшаяся белая жидкость раз за разом попадала на ладони Лилу и стекала с них. — Как много, — прощебетала Лилу, сложила из рук блюдечко и слизала оставшуюся на них сперму на манер кошки. — Ну… было неплохо, — подытожил немного ошарашенный Оур.

— Как же быть, Оур? — неуверенно спросила Юнис. — Вы знаете, я… не очень к этим делам привычная. Может, вам лучше выбрать вместо меня Ном? — смутилась Надя, словно заразившись неуверенностью Юнис. — Со мной уже только что как следует поиграли, — отозвалась Ном, поглядывая на остальных с хитрой улыбкой. Пришел черед трех рыжих девушек. Юнис и Надя зажали грудями вновь окрепшее достоинство Оура, но из-за значительной разницы в объемах получалось у них так себе. Рыжеволосые, зеленоглазые, смуглые — обе девушки перед глазами Оура напоминали стереотипных южанок, но оно и неудивительно, ведь родились они в одной и той же стране. Однако на этом их сходство заканчивалось. На фоне высокой, стройной, фигуристой Нади, Юнис с ее маленьким ростом и скромными пропорциями казалась почти ребенком. — Меня устраивает мое тело, но сейчас я чуточку завидую Наде, — Юнис слегка надулась, ощущая значительную разницу в давлении, на которое была способна их плоть. — Что вы, госпожа Юнис, наверняка господину Оуру как раз нравятся не простушки вроде меня, а очаровательные девушки вроде вас. По росту Надя слегка обгоняла даже Оура. Пусть вслух она ничего не признавала, но не смогла бы поспорить с тем, что из-за этого считала себя ущербной. — ...Это что же, Ном — лучшая из нас? — ...Видимо, да. Ростом Ном не дотягивала даже до Юнис, однако грудью на первый взгляд превосходила Надю. — Быть того не может. Меня, безродную девку, господин Оур считает просто деньгами с сиськами, — оказавшись под пристальным взглядом двух непревзойденных мечников, Ном только и смогла, что приторно поскромничать, а затем подтолкнуть Оура локтем. — Оур! Вот скажи, тебе кто больше нравится: деньги с сиськами или женщины без сисек? — Что за чушь ты несешь? — Оур сокрушенно вздохнул, затем обнял плечи Юнис и Нади и сам задвигал бедрами. На самом деле, хоть грудь Юнис и не могла потягаться с коллегой, ощущения она доставляла весьма неплохие. Может, ей недоставало объема, но не гладкости и не мягкости. Конечно, ее холмы не вызывали благоговение тем, что могли спрятать между собой член, но этот недостаток с лихвой восполняла Надя. — И вообще, кончай обижаться и иди сюда. — Прошу меня извинить, но я отнюдь не оби… Оур схватил Ном за руку притянул к себе и запечатал ее спорящие губы. — ...За это я возьму с вас отдельно, — недовольно проворчала Ном. — Потом расплачусь, — хладнокровно парировал Оур.

— ...Мы, получается, группа “все остальные”? — А ведь я уже обрадовалась и подумала, что нас ты будешь по отдельности! — Какая она честная. Викия устало бормотала, Шаль возмущалась, в голосе Фаро смешались изумление и восхищение. Три девушки с волосами серебристо-голубого, зеленого и коричневого цвета соответственно. И если Фаро просто повезло оказаться единственной здесь девушкой с такими волосами, то цвета Викии и Шаль далеко не случайны. Волосы отражают цвет магии. Среди сильных магов много тех, чьи волосы полностью перекрасились в цвета их энергии. Впрочем, Лилу — исключение. Она не человек, и покров ее головы лишь изображал волосы, не более. Они не растут, как у людей, а потому не окрашиваются цветом магии. — Что же, господин Оур, разворотите мою вагину вашим могучим членом. Шаль раздвинула ноги, затем пальцами раздвинула еще и половые губы. Фаро вытаращила глаза. — Тебе такое нравится, Оур? — Ну… вроде того. На самом деле Оур не питал особой любви к такому поведению Шаль, но с другой стороны, именно он и довел ее до такого. Говорить об этом в присутствии Шаль маг не решился и просто туманно согласился. — Хм-м… Фаро сделала вид что задумалась, а затем тоже раздвинула ноги, подражая Шаль. — Ну ладно, Оур, ты меня, э-э… трахнешь своим… этим самым? — Фаро начала за здравие, но ее слова быстро начали затихать, и под конец она даже смотрела на Оура лишь искоса. — Я и не думала, что говорить такое будет настолько стыдно. — Да, стыдно. Но именно благодаря постыдным действиям партнеру можно доставить удовольствие. Это и есть настоящее радушие. “Я ни секунды не верю, что ты и в самом деле стыдишься”. Если Фаро кивнула с понимающим видом, то в головах Оура и Викии пронеслась одна и та же мысль. — Значит, Викия относится к господину Оуру без радушия? — Р-разумеется, как иначе?! — бросила в ответ Викия, глядя на Фаро и Шаль дергающимся глазом. — Ясно. Значит, я исполню лишь ваши желания. Оур повернулся к Викии спиной, схватил Шаль и Фаро в охапку, затем посадил их на свои колени. — А-а-а-а-а-а! Член господина Оура-а-а… он великолепен, великолепен! — он пронзил узкие недра Шаль, и она обхватила его достоинство точно челюстями. — Мне так хорошо, когда внутри меня твердый, толстый член господина Оура-а… Ее глаза увлажнились, а с высунутого языка закапала слюна, словно у текущей суки. — И меня, Оур… используй мою щель, она только для тебя, — взмолилась Фаро, натирая промежность об его ногу. Видимо, вид Шаль ее впечатлил. — Фха-а-а-а-а! Ничуть не колеблясь, Оур погрузился в нее, и плоть разбойницы со всех сторон прижалась к древку мага. — Ого-о-о, как же приятно! Он так трется, так стучит!.. — закричала Фаро, срываясь на плач. Под форму члена Оура подстроилась не только ее вагина, но и расположение чувствительных точек. Маг мог бы лишь лениво двигать бедрами, и головка его члена все равно безошибочно попадала бы по уязвимым местам Фаро. — Не-ет! Я так свихнусь! — кричала Фаро, потеряв всякий стыд, и забывая все на свете от каждого движения. — Господин Оур! Меня, трахайте еще и меня! — Нет, Оур, не выходи! Еще, еще! Маг обхватил тела щебечущих и вцепившихся в его плечи девушек и принялся по очереди пронзать каждую из них. Так он мог поступать лишь с легкими телами альвийки и хоббита. — А-а, а, а-а-а, кончаю, кончаю, я кончаю, господин Оур! — Фха-а-а-а, а-а, ам-м-м, а-а-а-а, ай-й-й, О-Оу-у-ур! Они возбуждали друг друга все сильнее. Когда обе девушки достигли оргазма одновременно с тем, как Оур излил по половине порции семени в каждую из них, тела их прижались к магу и напряглись до того, что уже не могли говорить. Оставив на теле Оура следы от ногтей, девушки обмякли, и их подбородки легли на мужские плечи. — Итак… Оур скосил взгляд вбок, продолжая прижимать к себе девушек. Викия тут же прикрыла одной рукой грудь, а второй промежность. Она вдруг захотела скрыть от него те части тела, которые совсем недавно выставляла напоказ, и тем самым красноречиво объяснила, чем занималась все это время. — Что, не будешь меня умолять? — Еще чего, ни за что! — уверенно выпалила Викия.

— А-а-а-а-а! Мне так хорошо от члена Оура-а-а-а-а-а-а-а! Еще, пронзай меня еще-е-е-е-е! — ...И как это понимать? — тихо спросила Фаро, указывая пальцем на Викию. Девушку-мага сношали со спины, а она все молила и молила Оура. После отказа Викии прошло совсем немного времени. Когда Шаль и Фаро очнулись от оргазма, Оур уже успел войти в нее. Когда встречалась их плоть, раздавались не только шлепки, но и хлюпанье — стало быть, Викия и сама получала наслаждение. — Это актерское мастерство Викии, — уверенно ответила ей Шаль.

— М-м… Оур!.. — простонала Юнис, восседая верхом на Оуре и водя руками по его груди. — Ах… не могу молчать… м, а-а-а! Девушка изо всех сил пыталась держать рот на замке, но каждый раз, когда державшийся за талию Юнис Оур пронзал ее, она неизбежно испускала прекрасно подходящие ее характеру стоны. — Что не так? Кричи, сколько хочешь. — Хья! Н-но ведь… Оур положил ладонь на грудь Юнис, и та смущенно прижала руку мага к себе. — Мне, ах, стыдно, что меня, а-а, слышат остальные. — Остальные? — озадаченно переспросил Оур и посмотрел по сторонам. Справа лежала Лилу, слева — Спина. Еще чуть дальше — прочие сваленные в кучу девушки. Всех их Оур своей ловкостью довел до потери сознания, и они больше не могли стоять на ногах. Рассудок сохранили лишь он сам, да обладавшая нечеловеческой выносливостью Юнис. — Будто тебя кто-то слышит. Более того, эта оргия для нее далеко не первая. Конечно, редко когда они приобретают такой размах, но Оур частенько занимался любовью с двумя-тремя девушками одновременно. — Да, но… Юнис возражала, но продолжала соблазнительно двигать бедрами. Вперед-назад-влево-вправо-вверх-вниз — выжимая член Оура, она вырисовывала в воздухе сложную траекторию и при этом старалась растирать его древко о свои чувствительные точки. Казалось бы, ее все устраивало. — Ты научилась так похотливо двигаться. — Не-ет, не трогай меня та-ам! Оур протянул руку и коснулся твердого клитора, торчавшего чуть повыше места их слияния. Тело Юнис выгнулось, но она все равно слегка приподнялась, чтобы магу было удобнее ее ласкать. В общем, комментарии излишни. — Но я не помню, чтобы тратил столько времени на твое обучение. Оур собрал мед с проглотивших его плоть красных лепестков и нежно растер его о чувствительный клитор подушечками пальцев. — А-а, не-ет! Юнис вновь выгнулась. Она одновременно и направляла член Оура в свои недра, и принимала наслаждение, что доставляли ей его пальцы. Продолжая ласкать ее внизу, Оур поднял туловище и припал губами к ее соску. — А-а-а-а! Юнис источала противоречивый аромат. Оур ощущал как запах юного женского тела, так и нотки аромата развращенной самки, что примешивались к нему. Подобным образом можно описать и ее тело — почти девичье на вид, но страстно поедающее достоинство мага промежностью. — Фх, а-а-а-а, и грудь, и там… мне так хорошо-о… Несмотря на глубокое проникновение, клиторальные ласки и посасывание груди, выражение лица прижимавшей к себе голову любовника Юнис сохраняло ясность. Она не поддавалась похоти окончательно. — Какой ты милый, Оур… ах! — с улыбкой обратилась Юнис к мужчине, припавшему к ее небогатой груди, а затем застонала, когда в ответ тот будто бы возмущенно вонзился в ее глубины. Но как бы развращенно ни звучали ее стоны, глаза продолжали смотреть на Оура с нежностью. — Ладно, хорошо. Кончай внутрь… прямо в меня и от души, — с улыбкой проворковала Юнис, чувствуя, как плоть мага набухает. Она говорила с нежностью святой, но вагина ее истекала жидкостью и жадно лобызала член Оура. — Кончаю!.. — Да, кончай!.. — ответила Юнис, тут же обхватила голову Оура руками и припала к его губам. Она чувствовала, как накатывали волны спермы, и в то же самое время лизала и посасывала язык Оура, словно вытягивая семя и из него. Маг изливал столько семени, что с ним не сравнился бы никакой другой мужчина. Его жидкость проникала глубоко в тело Юнис и словно заполняла полости ее матки без остатка. Юнис вобрала ее всю, по пути несколько раз чуть не потеряв сознание. — Ах-х… ты был великолепен… Выжав из его члена последнюю каплю, Юнис припала к груди Оура. — Пожалуй, восхищаться должен я… Почти всех остальных девушек, за исключением Лилу, Оур учил заниматься любовью лично. Только Юнис он не объяснял ничего. И тем не менее с каждой близостью она становилась все лучше и лучше. — А теперь объясни: что это было? — прошептал Оур в ухо Юнис, обведя взглядом поваленных вокруг девушек. — Ты догадался? — Да. Речь о том, кому именно пришло в голову привести в баню столько людей. Лилу по ходу оргии созналась, что это не она. Спина, с учетом ее характера, не захотела бы привлекать к такому делу лишних людей. Надя, Шаль и Викия не стали бы проявлять такую самостоятельность, а больше никто об обещании Оура не знал. Так он догадался, кто именно всех надоумил. — М-м-м. Не скажу, чтобы у меня была какая-то внятная причина… И в то же время Юнис не из тех, кто способен спланировать нечто коварное. Она лишь продолжала обнимать Оура и никак не могла внятно выразить, о чем именно думала. — Не знаю, с чего, но что-то мне покоя не давало. Юнис захотелось посмотреть, как Оур поступит со своими приспешницами и любовницами. А почему — она не знала. — И теперь я, кажется, успокоилась. — Успокоилась? — Угу, — Юнис улыбнулась и кивнула, а Оур удивился. Ему казалось, что он просто без какой-либо особой причины занимался любовью со своими женщинами. Что же в этом могло успокоить Юнис? И в то же время нельзя закрывать глаза на то, что герою что-то “не дает покоя”. Дело в том, что на героев постоянно дует ветер судьбы. И героями их делает то, что они читают направление этого ветра, расправляют крылья и взлетают. Однажды Оуру удалось подрезать крылья Юнис и превратить ее в свою собственность. Но в маленьком теле этой девушки наверняка сокрыт талант, который однажды превратит ее в великую героиню. Она постепенно восстанавливает силы и пытается вновь превратиться в героя. — ...Ну, в любом случае, волноваться не о чем, — проговорил Оур, словно пытаясь заглушить собственные мысли. — Ведь я говорил, что устраню любого, кто навредит тебе. Что буду защищать тебя. — Да. А я буду любить тебя и дальше, — Юнис счастливо улыбнулась. Когда-то Оур и Юнис поклялись друг другу и тем самым заключили контракт. Гейс — геройская клятва — священен. Он придает герою сил, и никто не в силах исказить его. Но Оур знал и то, что один человек все же способен изменить гейс. И этот кто-то — сам герой. Именно сила героя обеспечивает гейсу непреложность, и она же может его уничтожить. Поэтому многие герои нарушают свои гейсы, и оттого умирают. Если углубиться в историю, примеров смертей от нарушения клятв можно найти великое множество: Атив и его клятва не употреблять алкоголь, Иоанн и его клятва не лгать… Наверняка Юнис тоже однажды нарушит гейс и погибнет.

“Все-таки никто в этом мире не заслуживает доверия”, — мысленно прошептал Оур, обнимая Юнис.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 11

— Ваше Величество. Мне хотелось бы кое-что донести до вашего сведения, — заговорил худощавый мужчина, встав на колени. Судя по белоснежной бородке, исхудалому лицу и очкам ему было за шестьдесят. Звали его премьер-министр Тоскан, и он пользовался глубоким доверием у своего короля. — Молви, — ответил ему мужчина в роскошной красной мантии с рыжими — но с седыми прядями — волосами. Двухметровое тело его повсюду бугрилось мышцами. Густая борода походила на языки пламени. Рыжие волосы украшали и его грудь, напоминая гриву льва. На вид ему тоже было почти шестьдесят, но внушал он своим видом так, что порой казался лет на пятнадцать моложе. Его звали Вульфдил Зевран Ль’Эра Грандьера Первый, и был он королем великой страны под названием Грандьера. — Вы помните, я рассказывал про “темного владыку Оура”, прибравшего к рукам королевство Фигурия? — Кажется, я уже отвечал, что из-за такой крошечной страны можно не беспокоиться. Вульф передвинул шахматную фигуру. Против него никто не играл. Он решал шахматный этюд… то есть, шахматную задачу. — Однако… по сообщениям, в рядах его подчиненных видели Юнис. — О?.. — Вульф продолжал двигать фигуры, не останавливаясь. — А я все думал, куда ускакала моя непокорная дщерь. Стало быть, она там? — Как прикажете поступить? Вульф оторвался от шахмат и задумался. Затем взял белую пешку и поставил ее на одну клетку наискосок от черного короля. — Верните. Он поставил черным мат. — А будет сопротивляться — убейте. От безысходности король взял пешку. Вульф занес над доской белого коня и опустил с такой силой, что король разлетелся в щепки.

— Считается, что континент Лафанис делят между собой двенадцать государств, — рассказывал Оур, рисуя на доске несложную карту. За столом перед темным владыкой сидели и внимали его словам Лилу, Юнис, Спина и Элен. Сидели, но не слушали Мари и Мио — первая с самого начала не собиралась ничего делать и уже уснула лицом в стол, вторая сидела с самого краешка, чувствовала себя не в своей тарелке и пыталась слиться с воздухом. — Королевство Фигурия… ну, сегодня его уже чаще называют королевством демонов или темного владыки, но находится оно где-то вот тут, — Оур нарисовал небольшой овал чуть западнее центра континента. — К югу от него — огромная Грандьера. Мощная держава, в распоряжении которой есть рыцарский корпус под командованием короля-героя Вульфа. Пожалуй, с точки зрения военной мощи с Грандьерой не сравнится никто. В свое время она была куда меньше, но за время правления Вульфа быстро поглотила множество соседних стран, и к сегодняшнему дню разрослась вот до чего. Оур обвел южную половину контитента. Получалось, что по площади Грандьера раз в десять превосходит Фигурию. — К северу от нас — фундаменталистский Лафанис. Его можно считать главным государством континента. Вот уже больше тысячи лет оно следует традициям, и правит им сегодня Пресвятая Мария. Они проповедуют вечный нейтралитет и никогда не нападают на кого-либо сами, но коли снискал гнев — пощады не жди. Несколько стран уже познало на себе мощь их ответных ударов. Даже Грандьера к ним не полезет. Оур очертил северную половину континента, и тем самым расчертил почти всю карту. — Другие интересные нам страны это наш восточный сосед Лавана, известный своими рыцарями на драконах, а также Альвхайм, страна светлых альвов. Остальные государства не слишком большие и с нами не граничат, о них можно не думать. Оур дорисовал на доске еще несколько овалов, а затем наконец-то отложил мел. — Самое главное для нас — ни в коем случае не вступать в конфликт с Лафанисом. Они не станут вторгаться на нашу территорию, если мы не атакуем их сами, но стоит Лафанису решить, что мы им угрожаем, как они быстро разгромят нас и ничего после себя не оставят. — Но ведь у Грандьеры больше войск? — спросила Юнис, и Оур кивнул. — “Войск” — да. Однако правительница Лафаниса не просто так зовется Пресвятой. Она буквально посланница богов и слуга ангелов. Объявить войну Лафанису — значит, объявить войну самим небесам. — Разве боги не вымерли в войне древних? — удивилась Лилу. — Да. Но хотя главные шишки и поумирали, небесные ангелы все еще остались, черт бы их побрал. Нас, демонов, ведь не истребили до конца, вот и их тоже, — неспешно ответил ей Логан. — Кстати, Логан, ты ведь участвовал в войне богов и демонов… — Было дело. Но я-то рядовым был, ничего значимого не сделал. И именно поэтому Логана, несмотря на всю его силу, называют “младшим” демоном. Древняя, она же божественная, эпоха закончилась сотни лет назад. Легендарный Король Ереси возглавил армию бесчисленных демонов и сразился с богами на небесах, те напали в ответ и развязалась война. Демоны уровня Логана — слабейшие, которым разрешалось в ней участвовать. — Тем не менее, ты знаешь, каково это — объявлять войну небесам. — Ну, грубо говоря, это то же самое, что объявить войну всем демонам сразу. Они, конечно, тоже всех своих сильнейших растеряли, так что второй войны богов с демонами не случится, но, действительно, нашими текущими силами мы их не одолеем. — А-а, ну, ничего не получится, короче, — на удивление легко согласилась Юнис. Несмотря на ее удивительную силу, в одиночку она не факт что одолеет двух противников уровня Логана. Ну а против трех или еще больше ее ничего не спасет. — Таким образом, наша главная угроза на сегодняшний день — Грандьера. Эта страна способна объединяться с другими и нападать самостоятельно. Даже если мы их ничем не заденем, они вполне себе могут атаковать первыми. — Да уж, отец войну любит… — пробормотала Юнис, почесывая в затылке. — Но мне это не нравилось, поэтому я сбежала из дома. Вот не хочу я превращаться в инструмент для ведения войны. Я бы не выдержала, если бы меня заставили убивать ради амбиций хороших людей, творить с ними ужасные вещи, переселять в другие земли, — отчетливо проговорила она, затем посмотрела на Оура. — Но ты же не такой, правда? Даже захватив королевство, ты ухаживаешь за людьми. Не унижаешь их, не порабощаешь. Ответственно относишься к долгу короля. — Да, разумеется. Оур как ни в чем не бывало кивнул, хотя за его поведением стояла вовсе не добродетель. Просто он никому не доверял. Чтобы расширять свои владения и подавлять восстания, нужно либо на манер Оура ухаживать за страной, либо на манер Вульфа уничтожать вражеские страны до основания и ассимилировать жителей. Оур не верил людям, а потому выбрал тот вариант, что понижал риск восстаний. А их меньше не в той стране, что приращивает единый народ, а в той, под крылом которой живут множество разных. — Поэтому, если под твоим руководством я смогу остановить отца, то согласна воевать против него. — Даже если тебе придется убить своего родственника? — уточнил Оур. — ...Как бы мне ни хотелось сказать, что я готова даже к такому… но прости. Пожалуй, для меня это слишком, — ответила Юнис несколько удрученно. — Ясно. Ну, если слишком, то… — Ты не понял, — Юнис перебила Оура, покачала головой и добавила: — Дело просто в том, что я не смогу победить отца. Он гораздо сильнее.

Король-герой Вульфдил. Нет на континенте человека, который не знал бы об этом великом правителе, также известном как король-волк, король-лев, краснобородый король и так далее. Разрубив одним ударом меча похитившего принцессу гиганта, тогда еще юный Вульф превратился из простолюдина в короля, и благодаря его невероятным умениям территория страны разрослась в мгновение ока. О его победах над демонами и нечистью, об уничтожении им вражеских стран сложены саги, распеваемые менестрелями самых разных стран. Союзники восхваляют храбрость и неистовство истинного героя, а враги страшатся ожившего бога смерти. Однако Оур не особо боялся Вульфа. Король-герой правил слишком крупной страной. Если дойдет до битвы, ее исход решат войска и тактика, а не сила отдельно взятого героя. Кроме того, герои-долгожители и в древности, и поныне встречаются очень редко. Лишь немногие из них доживают до тридцати лет. Вульф, сумевший перевалить за пятьдесят — прямо-таки вопиющее исключение, но и он прожил не так уж долго. Наверное, он и сам замечал, что в последнее время практически перестал появляться на поле боя и полностью погряз во внутренней политике. Пожалуй, скоро он и сам умрет — достаточно лишь подождать несколько лет. Возможно, если выставить против Вульфа Юнис, она сможет одержать на удивление легкую победу. Пусть Оур и не собирался так рисковать, но истории о том, как героев убивали дети, встречаются довольно часто. Главную опасность представлял не Вульф, а его рыцарский корпус, считавшийся сильнейшей армией континента. Конечно же, те рыцари подготовлены несравненно лучше солдат и заклинателей армии Фигурии. Впрочем, Оур и не собирался полагаться на людей. Если бы Фигурия могла одолеть такого противника, то и сама давно бы уже стала империей. Сила Оура же заключалась лишь в подземелье и невероятных запасах магической энергии. Чтобы победить противника, обладающего столь огромной территорией, придется использовать и то, и другое. Оур тщательно продумывал стратегию и продолжал расширять подземелье. Весть о том, что им объявили войну, пришла к нему через неделю.

— Доложите обстановку, — властно приказал Оур министрам, собравшимся в главном зале заседаний королевского дворца. — Так точно. Грандьера объявила нам войну, Ваше Высочество. Посол прибыл, пока вас не было, его принял я. Враг назначил местом решающей битвы юг равнины Бланш, — ответил министр обороны. — И? — поторопил министра Оур. — ...Простите? — недоуменно переспросил тот. — Численность вражеских войск? Где они расположены? Сколько солдат мы можем мобилизовать в кратчайшие сроки? Кто в нашей армии? Какие у нас шансы на победу? Вот о чем вас спрашивает повелитель. — Понимаете… м-мы пока прорабатываем эти вопросы. Первым делом нам хотелось как можно скорее донести до вас эту весть, Ваше Высочество, поэтому мы здесь и собрались. Министр ощутил на себе пристальный взгляд Оура и облился потом. Если уж он сказал, что “прорабатываем эти вопросы”, значит, пиши пропало. До сих пор практически всеми касающимися армии Фигурии вопросами занималась Кэт. То, что все министры — сборище бестолочей, которые только и могут, что отдавать приказы уровня “сделай хоть что-нибудь”, Оур понял еще давно. — “Собрались”? И не стыдно тебе без стыда говорить о таком после того, как ты позвал меня? — прозвучал утробный голос, и министры вздрогнули. — Помните: ваши жизни и смерти меня не интересуют. Можете набивать свои карманы, можете подохнуть от голода, но… Если вы встаете на пути вашего повелителя, разговаривать мы будем уже по-другому. Народ, армия, все вы существуете ради меня. Врагов не щадить. Если поняли, то заканчивайте скорее свою “проработку”. — Т… так точно! Министры повскакивали с мест, быстро поклонились и покинули зал. Скорее всего, эту прогнившую страну ждет упадок. Но неважно. Пусть Оур и стал королем Фигурии, но не начал жить в ней и не собирался приводить королевство к процветанию. Он не собирался ни оживлять, ни убивать страну — пускай она плавно приходит в упадок и превращается в корм для подземелья, лишь бы Оуру не угрожала. — А-ха-ха-ха-ха, повелитель! — держась за живот, расхохоталась Лилу, единственная не покинувшая зал. — Ты слишком громко смеешься, — с кислым видом ответил Оур. — И я ведь уже говорил. С ними лучше разговаривать понятными словами. — Но все равно, называть себя повелителем… хи-хи. — Хватит. Докладывай давай, — поторопил Оур Лилу, которая все никак не могла успокоиться и прятала расплывшийся в улыбке рот за руками. — Ладно-ладно. Как-то вот так. С этими словами Лилу протянула доклады. В них подробно описывалась численность вражеских войск, союзных монстров и так далее. — ...Как их мало, — недоверчиво проговорил Оур, глядя на числа. Враги привели пять тысяч бойцов. Это больше, чем армия, которую мог выставить Оур, но о подавляющем преимуществе речь не идет. А ведь Грандьера могла выставить на порядок больше солдат. — Думаешь, они нас недооценивают? — предположила Лилу первое, что пришло в голову. — ...Может быть, — Оур кивнул. — Э, что, правда? — переспросила Лилу, хотя слова ей и принадлежали. — Если честно, ничего другого мне в голову не приходит. — Э-э, но может они, например, хотят усыпить нашу бдительность небольшим отрядом, чтобы поймать в засаду? Оур и сам рассматривал такой вариант, но он виделся ему маловероятным. — Засады и хитрости — оружие слабых. Если повезет, победишь врага на голову выше тебя, но если нет — многое проиграешь. Сильной армии Грандьеры мало смысла прибегать к таким уловкам. Давить числом гораздо выгоднее с точки зрения возможных потерь. — М-м, тогда… может, дело в том, что солдаты не могут маршировать на пустой желудок, а еда стоит денег? Может, пытаются сэкономить? — Лилу отчаянно хмурилась и пыталась выжать из себя всю мудрость. — Действительно, военные операции — дело очень затратное… Однако потери обратно пропорциональны численности солдат. Ты хоть представляешь, сколько нужно потратить денег на обучение одного солдата? Походные расходы там и близко не стояли… — Ну хватит! Не могу я, демон, такое знать! — наконец, сорвалась Лилу, и грустно заскулила. Вообще, Оур от нее ничего и не ожидал, однако суккуб старался на удивление честно. — Ладно, неважно. Если они нас недооценивают, то нам же лучше. А если задумали какую-то уловку — сокрушим и ее.

Оур хлопнул плащом и зачитал заклинание. Через мгновение они с Лилу исчезли без следа, переместившись в подземелье.

В принципе, солдат можно разделить на пять типов. Первые, и самые многочисленные, — пехотинцы. Вооружены они щитами, а также мечами или копьями. Они — ключевой элемент защиты, способный остановить врага и не дать ему прорваться. Пехотинцы делятся на две разновидности: подвижные и слабо защищенные легкие, а также бронированные до уровня железной стены тяжелые. Пехота Фигурии в основном легкая, а Грандьеры — тяжелая. Вторые по численности — лучники. Если обычные пехотинцы составляют основу защиты, то лучники составляют основу атаки. Длинные луки и арбалеты способны уничтожать врагов с большого расстояния. Луки скорострельнее, но обучить хорошего лучника тяжело. Арбалетами пользоваться легче, но они уступают по скорости стрельбы, к тому же арбалеты легко ломаются и делать их сложнее, поэтому арбалетчики уступают еще и числом. Третьи по численности — кавалерия, украшение любой битвы. Считается, что успех в любом сражении зависит от того, как правильно распорядиться кавалерией. Всадники невероятно мобильны и могут похвастаться пробивной силой. Они способы вмиг разбить строй пехотинцев и переубивать лучников с магами. С другой стороны, лошади очень дороги, а умеющие управляться с ними рыцари — еще дороже. Следующие — маги. На самом деле, в битвах магов обычно не очень ценят, ведь магические залпы не так сильны, как выстрелы из луков. Магия не настолько дальнобойна и совсем не скорострельна. Подобравшийся вплотную рыцарь убивает магов совершенно безнаказанно. Единственное, что мешает магам окончательно исчезнуть с поля боя — их умение блокировать заклинания осадного типа. Другими словами, задача магов состоит в том, чтобы противостоять магам противника. Последний тип — всевозможные солдаты, не участвующие в сражениях напрямую: отряды снабжения, подвозящие пропитание и снаряжение; ухаживающие за ранеными медики; собирающие осадные орудия инженеры и так далее. Современная битва обычно протекает так: пехотинцы защищают лучников и магов в то время, как кавалерия сдерживает врагов и разбивает их строй. Когда противники обращаются в бегство, их прижимают солдатами и добивают лучниками.

Прошло пять дней с объявления войны. Оур и армия Грандьеры встали друг напротив друга на равнине Бланш. Защищающаяся армия Оура выстроилась “журавлем” — пехотинцы встали в один ряд, с флангов чуть выдвинутый в сторону противника. За ними притаились лучники и маги. Сильная сторона такого строя — возможность взять наступающего противника в кольцо и уничтожить со всех сторон. Армия Грандьеры в свою очередь разбилась на треугольники по несколько сотен человек и встала “чешуей”. Этот строй, в противовес журавлю, сосредотачивает все силы в одной точке в надежде пробиться сквозь врага. По всей видимости, богатая на кавалерию и укомплектованная опытными бойцами армия Грандьеры рассчитывала пробиться через центр “журавля”, прикончить вражеского генерала и одержать быструю победу. Как правило, армия теряет волю сражаться и рассыпается, потеряв либо генерала, либо где-то треть солдат. — Их и правда мало… — пробормотал Оур, подсматривая за вражескими рядами с помощью магии. Враги привели примерно четыре сотни рыцарей, разделили их поровну и собрали в два треугольника “чешуи”. Конечно, четыреста рыцарей — это довольно много по сравнению с сотней, которую смогла выставить Фигурия, но Оур в любом случае ожидал гораздо больше. Не меньше тысячи. — Но мне не кажется, что они так уж нас недооценивают, — заметила Элен, смотревшая на врагов невооруженным глазом. — Враги стоят аккурат вне зоны поражения наших луков. Магическая стена вокруг них тоже довольно крепкая. Стрелы через нее не пробьются. — Хочешь сказать, они учли ход битвы за замок Фигурии? — Похоже, что так, — Элен кивнула. Дождь стрел оседлавших виверн темных альвиек — один из козырей Оура, но и ему можно противостоять, если предвидеть такой шаг. По всей видимости, смысла от такого хода не будет, пока они не убьют как минимум половину вражеских магов. — Телепортироваться и застать их врасплох тоже не выйдет. Вокруг всей вражеской армии действует запрещающая телепортацию диаграмма. Можно попытаться напасть на них сзади, когда они выдвинутся к нам, но в таком случае рыцари наверняка пробьют наш строй. Ни огры, ни орки не могут потягаться со скоростью лошадей. Если они обойдут рыцарей со спины, те успеют ускакать до атаки. — Значит, мы должны остановить вражеских рыцарей пехотинцев… У них четыреста рыцарей, у нас тысяча шестьсот пехотинцев. Хватит ли четырехкратного преимущества?.. — напряженно проговорила Юнис. — Бесполезно. Слишком разный уровень подготовки, — не раздумывая ответил ей Оур. — Э? — Юнис изумленно вытаращил глаза. — Не бойся. У меня есть план, — отозвался Оур. И началась битва.

Рыцари Грандьеры пересекали равнину со скоростью стрел. Хотя кони несли на себе тяжеловооруженных рыцарей, да и сами носили броню, вперед они неслись так, словно ничто не стесняло их движения. Их натиск походил на залп из гигантской пушки — они двигались точно вперед по полю боя, не обращая на стрелы никакого внимания. Огибать противников и заходить с флангов они даже не пытались. Рыцари собирались пробить вражеский строй в лоб, просто за счет веса и скорости. В ответ солдаты Фигурии выставили перед собой щиты, вскинули копья и застучали зубами от страха. Разве может тоненькое копье остановить стремительно несущуюся груду металла? Разве спасет от нее тоненький щит? Солдатам уже мерещилось, как рыцарские кони разбрасывают их во все стороны, давят и дробят на части. — Не бойтесь! — раздался вдруг за их спинами ясный голос темного владыки. — Ваши спины защищает не кто иной, как темный владыка — ткач тысячи заклинаний, повелитель десяти тысяч монстров. Они одеты в доспехи, сжимают копья, но они всего лишь люди. Кто страшнее — они или же демоны из самой преисподней? Удивительным образом казалось бы негромкий голос Оура доносился до самых флангов их строя. — Расправьте же плечи, воины мои, и соберитесь с силами! А затем разорвите этих глупцов в клочья! — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — воскликнули солдаты как один. Сжавшиеся от страха сердца солдат пробудились и наполнились безумной кровожадностью. Глаза засверкали и впились в вооруженных копьями рыцарей Грандьеры. — О-о-о! — Ты-то под него как попала? — Оур хлопнул Юнис по затылку. — А, что за? — Юнис недоуменно заморгала и начала озираться. — Я наложил на пехотинцев магию обращения в берсерков. Она воодушевляет солдата настолько, что тот сражается без страха, но совсем забывает защищаться. Но лучше уж так, чем дрожать в страхе. К тому же это необходимый шаг к тому, что должно случиться потом. — ...Пора. Давай, Спина! Оур магией подал сигнал Спине, ждавшей своего часа в подземелье. Раздался грохот, и половина вражеских рыцарей скрылась за облаком пыли. — Сейчас! Окружайте врага! — прогремел приказ Оура, и солдаты дружно набросились на рыцарей. Они, впрочем, повели себя достойно, быстро оправились от удивления, успокоили лошадей и бросились на пехотинцев. Правда, только половина. — Что произошло? — На самом деле, первый этаж подземелья уже добрался и сюда. Кобольды выкопали под равниной грандиозную яму. Задняя половина треугольников провалилась в подземелье. Из-за тяжелой брони рыцари наверняка умрут от падения или получат тяжелые травмы, но даже если и смогут подняться, их растерзают монстры из подземелья. Под землей, где тесно и нет нормальной опоры под ногами, рыцари практически бесполезны. И все же потерявшие половину товарищей рыцари все еще пытались пробиться через пехоту. Однако со спины к ним уже… — К тому же, поскольку равнина связана с подземельем, мы, разумеется, подготовили засаду. Конечно, они не такие быстрые, как лошади, но если пехотинцы выиграют им хоть несколько секунд, этого хватит… Когда натиск рыцарей остановили презревшие страх смерти солдаты, со спины на всадников накинулись черные охотничьи псы размером со взрослых быков. Они коптили пламенем стальные доспехи, вгрызались в глотки лошадям и разрывали их вместе с доспехами. Если враги, оказавшись перед лицом ревущих тварей, с которыми они раньше не встречались, начали трусить, то превращенные в берсерков солдаты продолжали без устали атаковать всадников. — Сожрите их.

Спереди солдаты, сзади монстры. Рыцари попали в кольцо, и жизнь их на этом оборвалась.

Любой бы понял, что жизнь рыцарей Грандьеры могла потухнуть в любое мгновение, словно пламя свечи на ветру. Спереди их путь преграждали пехотинцы Фигурии, сзади — яма. Выжить они могли, лишь пробившись сквозь пехотинцев, но те выстроились в крепкий живой щит, через который не прошел бы даже сильнейший воин. Пехота Грандьеры уже шагала вперед, словно стремясь на помощь к рыцарям, но ни за что бы не успела. И тем не менее, Оур ощущал, что что-то не так. Даже добравшись до вражеских рядов, пехота Грандьеры не смогла бы вытащить из них вступивших в бой рыцарей. Едва ли во главе их армии стоял сам король Вульф, но все равно никакой генерал знаменитой армии Грандьеры не пошел бы на такой шаг. К тому же Оура беспокоило, что они понесли слишком уж мало потерь. Он предполагал, что даже если уловка сработает как надо, одному-двум рыцарям все-таки удастся вырваться из западни. Ради этого рядом с ним и стояла Юнис. Но рыцари просто бегали по линии столкновения и даже не замахивались копьями. — ...Спина! Немедленно изучи их трупы! — магией обратился Оур к ученице, ожидавшей дальнейших указаний на первом ярусе подземелья. И скоро в ответ раздался на редкость взволнованный голос Спины: — Учитель!.. Они куклы! Они никакие не рыцари, а покрытые серебром куклы! — Отступаем! — выкрикнул Оур приказ, и в то же мгновение пехотинцы попадали на землю. Их сразили не стрелы, и не магия. Тем не менее, что-то прилетало издалека и скашивало солдат одного за другим. — Что происходит?! — Это пращи, господин. Они кидают в нас камни, — с мрачным видом заключила Элен. Праща — примитивное кожаное оружие: “кармашек”, в который вкладывается камень, и шнуры, за которые камень раскручивается, а затем отправляется в полет с помощью центростремительной силы. — Камни? Почему их не останавливает магия защиты от стрел? С такого расстояния праща… — начал было Оур, но тут он все понял и быстро прижал к себе Элен, чтобы вытянуть из нее энергию. От Оура разошлась искажающая пространство волна — разведывательное заклинание, позволяющее обнаружить поблизости магическую энергию. — Это же… свинец! Оур стиснул зубы. Разведывательное заклинание не нашло посторонних предметов, заряженных магией. Ни одного. А ведь все, что только существует в этом мире, в той или иной степени содержит в себе магию, за исключением одной-единственной вещи: свинца. Металл этот, также известный как “позабытое богами железо”, совершенно не способен хранить магию и в то же время не подвержен действию каких-либо заклинаний. Магический барьер не может остановить свинец. Если бы враги просто сделали свинцовые наконечники для стрел, магия все равно работала бы, останавливая древко и оперение. Однако чистый свинец проходил насквозь, как ни в чем не бывало, и к тому же за счет веса наносил больше урона, нежели обычный камень. Кусок свинца способен без труда лишить сознания даже закованного в латы человека. Пехота начала отступать, но в погоню пустились рыцари. Не все они оказались манекенами — примерно каждый десятый был настоящим, способным гнать в бой других лошадей, на которых восседали куклы. Их рыцарей тренировали так хорошо, что они могли управлять лошадьми, не находясь в седле, а коней выдрессировали настолько, что они безропотно слушались. Пугало не только это, но и то, что рыцарям хватило храбрости хладнокровно отыграть роль приманки. Конечно, они не ожидали, что попадут в ловушку Оура, но при этом нисколько не просчитались. Рыцари действительно успешно сыграли роль приманки. — Невероятно… они собираются пожертвовать всеми рыцарями ради победы? Тем не менее, такими темпами Оур мог растерять всю пехоту. Может, он и уничтожал лучших бойцов противника, но его армия несла огромные потери. Они и без того уступали противнику числом, так что продолжать терять людей он не мог. — Давай, Мио, — обратился Оур к Мио с помощью магии, не придумав ничего лучше. С неба их накрыли тени. В воздухе появились драконы, огромные птицы Рух и грифоны — крупные монстры, прекрасно умеющие летать. Все они держали в когтях огромные камни. От стрелы или небольшого булыжника нетрудно защититься магией, но остановить огромную, тяжелую глыбу не так-то просто. Камни падали один за другим и в мгновение ока разбили вражеский авангард. — Пора! В бой, кавалерия! — тут же отдал Оур приказ ждавшим своего часа всадникам. Монстры намеренно сбросили некоторые камни не на врагов, а в яму, чтобы получился мост. Всадники перебежали по нему и ворвались в ряды вражеской пехоты. При всей своей примитивности, праща не уступает луку по поражающей силе и дальности обстрела. Однако есть у нее два серьезных недостатка. Первый — в том, что пользоваться ей очень сложно. Чтобы хорошо обращаться с ней, необходимо куда больше суровых тренировок по сравнению с луком. Второй — низкая скорострельность. Не такая низкая, как у арбалета, но быстро метнуть несколько снарядов один за другим не выйдет. Таким образом, пращники не так опытны в обращении с мечом, как другие пехотинцы, и оружие их не может остановить стремительно несущихся рыцарей. Сотня всадников быстро разгромила ряды пехотинцев, а потом набросилась и на лучников с магами. Растеряв поддержку из тыла, немногочисленные рыцари утратили преимущество и оказались в кольце пехоты, где их загрызли монстры. Похоже, что битве конец. Вражеская армия с минуты на минуту должна перейти к отступлению. Оур вздохнул с облегчением и опустился на стул. Победа не далась легко. В ход пришлось пустить козырь и приказать летающим монстрам забросать противника камнями. Подобные налеты хороши и в нападении, и в защите, и при осаде. С их помощью можно нанести противнику сокрушительный удар, практически ничем не рискуя. И все же Оур не хотел идти на этот шаг, ведь противник, узнав об уловке, без труда придумает к ней противомеры. К тому же Оур так и не смог разгадать замысел врага. Безусловно, Грандьера стояла на их пути к мировому господству. Именно поэтому Оур постарался как можно больше разузнать о короле Вульфе. Король Вульф прославился как бесстрашный и решительный боец, который сражается бесхитростно и от души. Он практически не прибегает к засадам или тактическим уловкам, сам возглавляет войска и выкашивает вражеские ряды лично. Даже если в эти дни король уже не может позволить себе выходить на поле боя, армия должна была унаследовать его волю. Вульф не стал бы так экономить войска и пытаться играть в тактику, и оттого происходящее не укладывалось в голове. Мысли Оура прервал прогремевший взрыв. — Что за?! Он тут же опомнился и перевел взгляд. На линии фронта все еще клубилось огромное облако взрыва, подкинувшее в воздух нескольких солдат. — Это… магия взрыва?! Чем занимаются наши маги?! Пусть блокируют заклинания врага! — О-они блокируют! Это была не магия! — воскликнул в ответ посыльный. Всякая магия производится с помощью энергии. А значит, какой бы сильной она ни была, ее можно заглушить равным объемом собственной энергии. Обычно такое явление называется контрзаклинанием. Однако контрзаклинания бесполезны против атак, не полагающихся на магическую энергию. Они способны отразить магические клинки, с которыми по остроте не сравнятся лучшие мечи мира, но пасуют перед обычным тупым ножом. Естественно, что маги поддерживали и другой барьер, защищавший от физических атак. Однако… — Не магия?! Что за вздор? Как еще они смогли оторвать людей от земли, если у них нет осадных ору… — Это был удар мечом… — напряженно вмешалась Юнис, прерывая тираду Оура. — Мечом?.. Хочешь сказать, нескольких человек раскидало от взмаха клинка?! На такое не способны даже могучие огры и гиганты. А уж люди — тем более. Другими словами, они имели дело не с человеком. Существо, способное на такое, уже не могло им называться.

— Не думала, что увижу его так скоро, — дрожащим голосом продолжила Юнис. — Моего брата…

“Герой свинца” Зайтлид. О нем говорят, что он достоин даже не тысячи, а десяти тысяч воинов, что он такой один на сотню миллионов. Но пусть даже он сын короля-героя Вульфа и не имеющий себе равных герой, о его существовании известно немногим. Причин тому две. Первая в том, что он, в отличие от отца, не слишком любит битвы, из-за чего лишь истребляет монстров в отдаленных районах и подавляет восстания. Вторая — в “проклятии свинца”, поразившем его тело. Другими словами, на него не действуют никакие заклинания, но и сам он совершенно не способен использовать магию. На первый взгляд может показаться, что невосприимчивость к магии — весьма удобная вещь, но дело не ограничивается атакующими заклинаниями. Его ранам не помогают не только исцеляющие заклинания, но и волшебные лекарства. На поле боя он не слышит докладов, которые передаются по магической связи. Всякий легендарный меч, в котором таятся сильные чары, превращается в его руках в груду железа, а лучшие доспехи — в хлам. Он сам наложил на себя проклятие. Он отверг всякую магию как слабую и немощную. И хотя некоторые говорят, что именно доходившая до упрямости непреклонность Зайтлида сделала из него воина, с которым не сравнится даже его отец, он так и прозябал в безвестности в битвах на задворках страны. Он неспешно шагал к штабу Оура по коридору, который проложили ему солдаты обеих армий, и пехотинцы лишь нервно глотали слюну. Возможно, они победили бы его, если бы напали всем скопом, но потери бы понесли огромные. Они выиграли бы битву, но проиграли бы войну. Вместо этого Оур выбрал другой путь — выставить против него своего элитного бойца. Двухметровый Зайтлид казался настоящим великаном. Он с легкостью нес на спине огромный меч, длиной, пожалуй, с него самого. На теле его был доспех из нагрудника и рукавиц. На Юнис он не походил ни мощными словно стволы руками, ни суровым словно скала выражением лица. Они напоминали друг друга лишь рыжими волосами и зелеными глазами. — Так это ты темный владыка Оур? — глухо спросил Зайтлид, окидывая Оура взглядом. В голосе его не слышалось никаких эмоций или интонаций. — Он самый. А ты, стало быть, герой свинца Зайтлид? Слухи не преувеличивали твою силу, — ответил Оур, и Зайтлид кивнул, не меняясь в лице. — Да. Мое имя — Зайтлид Рейвен Ль’Эра Грандьера. Вижу, моя сестра у тебя, — нисколько не стесняясь, представился он истинным именем и перевел взгляд на Юнис. Та стояла в боевой стойке со вскинутым мечом и не сводила с Зайтлида глаз. Оур на всякий случай попытался проклясть Зайтлида по его истинному имени, но ничего не добился. По всей видимости, на него и в самом деле не действовала никакая магия. — Ты возвращаешься домой, Юнис, — грубо сказал Зайтлид, и Юнис навела на него клинок. — Брат… я не могу одобрить действия нашего отца. Люди — всегда люди, даже иностранцы, поэтому… — на редкость вежливо начала Юнис... — Юнис, — но Зайтлид перебил ее. — Мне не интересны твои доводы. Я получил один-единственный приказ: “вернуть тебя”. Силой, если откажешься. — ...Как пожелаешь! Рука Юнис испустила пламя. Зайтлид чуть прищурился на мгновение, но не стал даже пытаться уворачиваться. Огонь коснулся его кожи, и в то же мгновение погас, не оставив и малейшего ожога. Но за то мгновение, когда пламя перегородило обзор Зайтлида, Юнис успела зайти ему за спину. Она сдвинулась со скоростью, за которой не смог бы угнаться человеческий глаз, и изо всех сил опустила меч на его плечо. Раздался звон стали, и меч отбросило обратно. Зайтлид не сдвинулся ни на шаг — он отбил замах латной рукавицей. — Все еще полагаешься на детские игры? В конце концов, магия — лишь демоническое учение. Сколько раз я объяснял тебе, что она — презренная уловка, обманом извращающая мир? — проговорил Зайтлид, занося меч над головой. — Я покажу тебе истинную силу. Зайтлид с размахом опустил клинок. Поток чистой разрушительной энергии разрубил пространство. Груда железа расколола твердь, образовав уходящий вдаль разлом. Юнис кое-как увернулась от атаки, но в противном случае та перерубила бы ее вместе с мечом, доспехом и всем остальным. Впрочем, Юнис не из тех, кого так легко испугать. Она будто танцевала в воздухе дуновением ветра и раз за разом предпринимала атаки с самых разных сторон. В ответ Зайтлид безошибочно определял ее уловки и отмахивался от атак краткими движениями. Их битва поражала воображение. Когда Юнис сражалась в полную силу, за ней не успевала следить даже Элен, не говоря уже об Оуре. В противовес ей Зайтлид двигался медленно, но речь уже не шла о том, что неспешность грозила ему пропущенными атаками. Он не торопился просто потому, что мог вместо скорости отражать атаки весом. Он обладал той идеальной неспешностью, которая позволяла защищаться редкими движениями, словно предугадывая будущее. Элен натянула тетиву, чтобы поддержать товарища, но не могла выпускать в противника стрелы. Битва героев уже вышла на ту высоту, которой сила темной альвийки никогда не достигла бы. Доселе лишь защищавшийся Зайтлид перешел в наступление. Юнис отвела его атаку левой рукой и выбросила вперед клинок. Меч Зайтлида рассек ее руку, клинок Юнис оставил на его груди неглубокую рану. Они сражались на равных. Если кто-то пропускал удар, другой тут же пользовался уязвимостью противника и попадал сам. Но между их телосложением и оружием была непреодолимая пропасть. Юнис не доходила Оуру даже до шеи. Голова Зайтлида же словно упиралась в небеса. Разница в длине легкого одноручного клинка и тяжелого двуручника была не менее очевидной. — Уф, уф, уф!.. — тяжело дышала Юнис, истекая кровью из бесчисленных ран. — Сдавайся. Тебе не одолеть меня, — равнодушно сказал Зайтлид. Он, как и Юнис, пропустил множество ударов, но все раны оказались настолько мелкими, что почти не кровоточили. — ...Пожалуй, ты прав. Но победишь ли ты двоих? Оур мгновенно залечил раны Юнис магией. Сейчас они уже не сражались за замок Фигурии. Против них стоял лишь один враг, а энергией Оур запасся с избытком. — ...Чепуха. Думаешь, ты победил меня? Зайтлид взмахнул мечом. Оур ни за что не смог бы уклониться. Его тело разрубило пополам и тут же обратилось деревянным вместилищем. — Я же сказал, магия — лишь детская игра. Меня ей… — А как тебе такое? — перебил Оур, вновь появляясь перед ним. Зайтлид молча занес клинок. Юнис воспользовалась шансом, подскочила к нему и выбросила клинок. Зайтлид извернулся, чтобы уклониться от атаки, но острие все же впилось в его тело и выпустило кровь. — Будешь атаковать меня — тебя подловит Юнис. Будешь атаковать Юнис — я вылечу ее раны, — проговорил второй Оур, появляясь из-за спины отступившего от Юнис Зайтлида. — Может, это детская игра, но сможешь ли ты победить в ней? — добавил третий Оур, появившийся с другой стороны. Он не создавал иллюзий. Зайтлид опознал бы иллюзии с первого взгляда, ведь на него не действует никакая магия. Каждый из Оуров был вместилищем. В свою очередь, каждое вместилище было Оуром, но не совсем. Они могли двигаться одновременно, если оставались в поле зрения.

— А теперь давай посмотрим, что иссякнет раньше — твоя сила или мои вместилища, — с ухмылкой проговорил Оур.

— ...Ладно. Зайтлид вздохнул и вонзил меч в землю. “Стравив двух героев, Оур одержал тактическую победу”, — думали все, кто находился на поле боя….

— Тогда я покажу тебе мою истинную силу.

...ровно до той секунды, пока Зайтлид не закончил свою фразу и на губах его не появилась хищная ухмылка.

В следующее мгновение тело Юнис с силой впечатало в землю. От силы удара образовался небольшой кратер. В воздух поднялись клубы пыли. — О-о-о-о! Зайтлид обхватил обе ноги Юнис одной рукой и размахивал ей аки кнутом с такой силой, что гудел воздух. Раз за разом он бил ее о землю, раскалывая твердь, разбрасывая почву и раскидывая по округе окрашенные кровью камни. — Чт… Никто другой за это время не смог и пальцем пошевелить. И причина отнюдь не в том, что их сковало страхом или изумлением. Зайтлид двигался слишком быстро. Он безнадежно превосходил даже ту скорость, которой обладала Юнис. — Герои — те, кто покоряют мир и подчиняют его своей воле, — проговорил Зайтлид, с руки которого безжизненной тряпкой свисала и истекала кровью из разбитой головы Юнис. — Магия, способная лишь обманом соскребать с него стружку, рядом с нашей силой и близко не стояла. Впрочем, ты достоин похвалы за то, что вынудил меня продемонстрировать мою истинную силу. Меч служил Зайтлиду не оружием, а оковами. Покуда у оружия есть масса, воин не может атаковать сильнее, чем она позволяет. Покуда у оружия есть твердость, воин не может атаковать сильнее, чем она позволяет. Кулаки Зайтлида намного превосходили по силе средний магический меч, и оттого служили ему сильнейшим оружием. — Поэтому в награду я дарю вам безболезненную смерть, — добавил Зайтлид, шагая в сторону противников. В его ногу тут же вцепилась окровавленная рука Юнис. — Не… смей… — Ты еще в сознании?.. Недаром ты моя сестра. Зайтлид смахнул с себя ее руку и еще раз впечатал в землю. — Не… пу… щу. Но все равно она цеплялась за его ногу и прижималась к ней. Лицо Зайтлида впервые скорчилось от раздражения. — В природе героя так просто не умирать? Если бы он продолжил, Юнис бы умерла. Но до самой смерти… и даже после нее не отпустила бы ногу Зайтлида. Конечно, ему разрешили возвратить Юнис мертвой, если потребуется, но лучше всего привести ее в Грандьеру живой. Зайтлид цокнул и бросил на Оура недовольный взгляд. — Твою жизнь я заберу позже. Наслаждайся тем коротким временем, которое у тебя осталось. Зайтлид взвалил Юнис и меч на плечи, после чего покинул поле боя так же неспешно, как и пришел. Оур потерял где-то 300 бойцов. Его враг — около 3500. Если смотреть лишь на цифры, в первой битве он одержал сокрушительную победу. И тем не менее, понес огромную потерю.

— ...Ты проиграл? — спросил король с толикой любопытства в голосе. — Мы предполагали засаду, но не яму и не обстрел камнями с огромной высоты… Можно сказать, мы потерпели поражение, — докладывал Зайтлид, стоявший перед ним преклонив колено. Вульф не любил подобные “битвы с гандикапом” — малым войском с упором на тактику. Обычно он нападал в полную силу и с легкостью громил своих врагов, но во всей красе мощь армии можно проявить, лишь вооружившись столь ненавистным ему оружием под названием “тактика”. Отец с сыном разыграли по сути такое же шахматное сражение, которыми коротали время за столом, пусть и в других масштабах. И тем не менее, давно никто не побеждал Вульфа. Спустя много лет это все-таки случилось, и обнадежившийся король спросил сына: — Ты говорил, что видел темного владыку. Что скажешь? — Ничтожество… Он не из тех, кто способен стать тебе достойным противником, — тут же ответил Зайтлид, и Вульф хмыкнул. — Как и сообщалось в докладах, сам он практически беспомощен в бою. А с точки зрения тактики и стратегии, пожалуй, уступает Кэт. — А его армия монстров? — Она куда опаснее слабаков Фигурии. Тем не менее, в честном бою им не сравниться с нашими войсками, — ответил Зайтлид, и на этом Вульф растерял всякий интерес. — Что до Юнис, то прямо сейчас ее исцеляют и избавляют от проклятия. — ...Ясно, — меланхолично отозвался Вульф. — Прикажи ей убить темного владыку, как придет в себя. Зайтлид рефлекторно поднял голову и посмотрел на своего отца и господина. — Если вновь перейдет на его сторону — убей, — равнодушно приказал король, словно поручая забить домашнюю скотину. — Но… — невыразительное лицо Зайтлида чуть исказилось, и он попытался возразить. — Тебе должно быть прекрасно известно о том, кто такие герои, — перебил его суровый голос Вульфа. — Не дай смерти других и прочим мелочам сбить тебя с пути. С мечом ты обращаешься лучше меня, но твоя мягкость тебя погубит. — ...Я запомню, — с горечью согласился Зайтлид и покинул тронный зал. Не сбавляя темпа, он быстрым шагом добрался до той комнаты дворца, что предназначалась Юнис. — Брат, — его перевязанная с ног до головы сестра приподнялась с постели. “Прости меня. Как твое тело? Ты в порядке?” Зайтлид проглотил пришедшие на ум слова и вместо этого обратился к стоявшему в комнате премьер-министру: — Проклятие удалось развеять? — Да, все прошло гладко. Кажется, ей сделали некоторые странные внушения, но и от них мы тоже избавились, — Тоскан услужливо поклонился. — Тебе есть приказ, Юнис, — безразличным голосом объявил Зайтлид сестре. — Одолей темного владыку Оура. — ...Так точно. — Если не сможешь, я отрублю тебе голову. — Ладно. — ...У меня все. Юнис кивнула, Зайтлид развернулся и вышел из комнаты. — Принцесса, Его Высочество Зайтлид… — обеспокоенно обратился к Юнис Тоскан, но та мягко улыбнулась. — Не надо, Тоскан. Я и сама прекрасно понимаю, кто такие герои. Когда вы развеяли проклятия и внушения, у меня прояснилась голова. Юнис крепко сжала кулаки. Сейчас, освободившись от проклятий и внушений, она понимала, за насколько поверхностную справедливость сражалась, и кем именно видел ее Оур. — Дня через три мои раны пройдут… Я отправляюсь положить всему конец. — Желаю удачи… — только и мог что ответить Тоскан.

— Я вернулся. — С возвращением, — жена Зайтлида, Хильда, с улыбкой забрала его плащ и пояс. — Вижу, ты устал. — ...Да. Зайтлид тяжело опустился на диван и закрыл глаза. Он едва не убил свою дорогую сестренку и не смог сказать ей ни одного ласкового слова. Зайтлид мог без конца сожалеть о содеянном, но изменить свой жизненный путь был не в силах, ведь такова судьба героев. Хильда ничего не сказала, ничего не спросила и лишь обняла голову Зайтлида. Может, эта ничем не примечательная женщина не умела ни фехтовать, ни колдовать, но никто другой не мог исцелять душу Зайтлида как она. Ему не о чем было волноваться. Юнис убьет Оура и триумфально вернется домой. Пусть ей далеко до Зайтлида, но и она родилась под звездой героя. Подлый маг не смог бы ее остановить.

Но даже в объятиях любимой жены беспокойство Зайтлида не покидало его.

— ...Ты все-таки пришел, Оур. Юнис встретилась с Оуром среди редкого леса, немного удаленного от входа в подземелье. Вместе с Оуром пришли лишь Лилу и Спина, но Юнис нутром чуяла, что в лесу наверняка прячется засада. Ничто живое не способно обнаружить темных альвов, укрывшихся в тени деревьев. — Не могу поверить, что ты утрудилась вызвать меня письмом. Оур достал из кармана письмо, и оно вспыхнуло в его руке. Магическое пламя уже через мгновение не оставило от бумаги ничего. Письмо обнаружилось среди дани, которую прислала одна из деревень. В нехитром послании значилось лишь “Приходи сюда, возьми с собой Лилу и Спину”. — Оур, поверишь ли ты мне, если я скажу, что не хочу с тобой сражаться? — Да, поверю, — уверенно ответил Оур на вопрос Юнис. Та не ожидала таких слов и очень изумилась. — Потому что тебе нет смысла убивать меня. Как ты прекрасно знаешь, мое тело — вместилище, как и тела Лилу и Спины. Не сражаться, прикинуться моим союзником, проникнуть в подземелье и уже там безнаказанно прикончить меня — вот лучший вариант из доступных тебе. — А-а, понятно. Юнис кисло улыбнулась. Все-таки Оур действовал, исходя из собственных соображений. Прямолинейной девушке такой план действий и в голову не приходил. — Я смутно, но догадывалась… Ясно осознала все лишь после того, как меня избавили от проклятия и внушений, но и до того более-менее понимала, что ты всячески обманывал меня, Оур… И что в тот раз хотел столкнуть с виверны, — проговорила Юнис, поворачиваясь к Оуру спиной. Даже сейчас она не давала Оуру ни единой возможности атаковать себя. С учетом того, как двигается он сам и его спутницы, Юнис смогла бы уклониться от их атак с закрытыми глазами. И поэтому она конечно же заметила зловещие намерения Оура во время штурма замка Фигурии. — Оур. Ты не доверяешь людям, но не питаешь к ним ненависти, я права? — неожиданно спросила Юнис, поворачиваясь к нему. — Недоверчивых людей много. Например, все злые маги, которых я в свое время побеждала. Их предавали, клеветали, закидывали камнями, а они ненавидели и стремились погубить весь мир и людей что живут в нем. Всех, кто попадал к ним в плен, они порабощали, а рабов своих без малейших колебаний мучили и убивали. Так вели себя обычные злые маги, но ты, Оур, не такой. — Ты серьезно переоцениваешь меня… Тебе просто попадались безмозглые враги. Даже к рабу эффективнее всего относиться более менее хорошо, если хочешь добиться от него прилежной работы. Только и всего, — как ни в чем не бывало ответил Оур. — Ага, — Юнис кивнула. — Может, ты действительно так думаешь. И все-таки в тебе нет ненависти к людям. Ты не наслаждаешься тем, что приносишь им чрезмерные боль и страдания. Герой глядел точно в глаза темного владыки, словно вглядываясь в глубины души. — Скажи же, почему ты никому не доверяешь? Ни людям, ни монстрам, ни подчиненным, ни товарищам… ни даже себе. — ...О чем ты? — протянул в ответ Оур. Юнис хихикнула и улыбнулась как в те времена, когда сражалась за него. — Мне просто интересно, как ты стал таким, Оур. Интересно узнать о прошлом человека, которого я любила, — честно сказала она. — Просвети меня, Оур. Кто ты? Зло, которое нужно покарать, или же король, которому стоит служить? Я хочу, чтобы ты рассказал мне… и тем, кто по-настоящему влюблен в тебя. — Юнис… — на автомате обронила Лилу. Юнис только что признала, что пригласила сюда Лилу и Спину лишь затем, чтобы и они услышали ответ. — Не думаешь, что я солгу вам? Что не придумаю какую-нибудь слезливую историю? — Обманываешь ты или нет — я решу сама… А вообще, если собираешься наврать, не предупреждай об этом заранее. Оур вздохнул в ответ. — Ладно… Элен, отступи. — ...Так точно, — раздался вдруг неизвестно откуда голос, отразился от деревьев и растворился во тьме. — Это будет… просто описание фактов. Скучная заурядная истина, закономерное развитие событий. Не история о несчастном ребенке, не рассказ о том, как я заработал душевную травму, а лишь повесть, простая и примитивная, словно скатывающийся по склону камень или же текущая вода, — закончив со вступлением, Оур начал рассказывать: — Случилось это примерно семьдесят лет назад в маленькой стране под названием Праэти, от которой сегодня не осталось ни следа. В то время между Праэти и Фигурией шла жестокая война. Из-за войны я потерял семью и стал оборванцем. Меня подобрала Раз… мой магический наставник. Она дала мне все: знания, образование, дом, магию, тепло семьи и любовь. Любовь как родителя, любовь как родственника, любовь как женщины… всю. Она была мне и матерью, и сестрой, и другом, и любовницей… Чего с тобой, Лилу? Оур прервался и укоризненно обратился к Лилу, застывшей с отвисшей челюстью. — ...Э? А, п-прости. Просто я не верю, что услышала из твоих уст слово “любовь”... — Не раздражай. Слушай молча, — Оур осознавал, что ведет себя необычно, но прокашлялся и продолжил: — Раз разрабатывала оружие. Она была гением, непревзойденным мастером зачарования. Ее оружие убивало тысячи солдат и помогало Праэти держаться против Фигурии. Но все изменилось, когда она подобрала меня. Я не знаю, что стукнуло ей в голову, когда она увидела мальчика, оставшегося из-за войны сиротой. Я никогда не укорял ее и не просил прекратить работать над оружием. Тем не менее, она прекратила и снискала гнев страны. Ее начали подозревать в сговоре с Фигурией. Оур взял небольшую паузу. Даже когда эту часть истории зачитывала по документам Кэт, ему удалось сохранить спокойствие. Но потом оно сменилось такой вспышкой ярости, которую Оур никак не ожидал. Переведя дыхание, он продолжил: — Солдаты Праэти окружили башню, где мы жили, нам оставалось лишь дожидаться смерти. Тогда Раз наложила на меня проклятие и отдала приказ: “Отдай мою голову солдатам и моли их о пощаде”. Так я и сделал. Я собственными руками прикончил моего любимого человека, подлизался к солдатам и продлил свою никчемную жизнь. Против моей воли, — сумел проговорить Оур куда спокойнее, чем он сам ожидал. — Такова простая истина. Я не собираюсь отрицать прелесть любви, как не собираюсь заявлять, что в доверии нет смысла. Просто сила способна победить и то, и другое. Военная сила. Сила знаний. Сила магии. Сила денег. Сила власти. Никакие узы любви не способны выстоять против великой мощи. Как бы сильно ты ни любил другого, люди предадут тебя. И прибегут к силе, которая превосходит любовь. Никто так не любил Раз, как Оур. В своей любви он не сомневался. Он был готов отдать ей все. Что бы ни случилось, он защищал бы ее до самого конца. По крайней мере, так считал наивный юнец, ничего не знавший о мире. — Я не обижен на мир. Я не волочу за собой моральные травмы и не боюсь общаться с другими людьми. И то, и другое я одолел к тридцати годам. Юнис. Подобно тому, как ты полюбила меня из-за проклятия; подобно тому, как твой брат растоптал его; подобно тому, как боги и демоны исчезают в потоке времени; так и все сущее, включая людей, не способно противиться силе. Поэтому Оур заболел жаждой силы. Он стремился добыть ту единственную вещь, которая способна решить все. И с ее помощью действительно попирал доверие, убивал дружбу, рубил узы, похищал любовь. — ...Да, ты прав. Люди и правда ни на что не способны перед лицом силы. Юнис понимала это лучше, чем кто-либо другой. Родившись героем, она спасла нескольких людей, но позволила умереть многим тысячам. Даже герои, о которых говорят, что они обладают нечеловеческой силой, не могут спасти очень многих. Люди обязательно умирают, а умерев, не оставляют после себя даже мыслей. Герои, которым дарована огромная сила, знают об этом лучше, чем кто-либо иной. Однако… — И все равно, все равно я верю. В тебя, Оур. И в ту меня, что любит тебя, — заявила Юнис, и взгляд ее не дрогнул ни на мгновение. Зло, которое нужно покарать, или же король, которому стоит служить? Она определилась с ответом еще до того, как он начал рассказ. Ей хватило лишь понять, что любовь и доверие Оура не были поддельными. Пусть они и оказались беспомощными перед лицом силы, но они были. — Не из-за проклятия и не из-за внушений. Я люблю того Оура, которого ощутила своим сердцем. Поэтому, пожалуйста… Верь мне. Пусть даже чуть-чуть. Юнис обняла Оура и поцеловала его. Тот чуть было не прижал ее к себе в ответ, но сомнения на секунду остановили ее руки. За эту секунду Юнис выскользнула из его объятий, затем улыбнулась и сказала: — Прощай. Хлынул похожий на фальшивый фонтан крови, улыбка Юнис перевернулась.

Ее голова упала на землю. Позади тела девушки стоял с окровавленным мечом бесстрастный Зайтлид.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ах ты!.. — Негодовать должен я. Как ты посмел отобрать у меня сестренку… и вынудить меня убить ее, — проговорил Зайтлид затаившим гнев голосом, прижимая к себе обмякший труп Юнис. — Я с радостью прикончил бы вас всех, но ты сказал, что ваши истинные тела в лабиринте. Поэтому готовься и жди. Я отправляюсь прямо к вам, чтобы истереть в порошок. Зайтлид взмахнул клинком. Тела Оура и его спутниц разметало по округе порубленным деревом. — Тебе не придется. Покончим с этим здесь и сейчас. Вспыхнул янтарный свет — Оур телепортировался из подземелья. Одной рукой он прижимал к себе женщину. — Дорогой!.. Маг показал Зайтлиду его связанную по отведенным за спину рукам жену, Хильду. — Если тебе дорога ее жизнь… — Что за глупый отыгрыш? Оур не успел договорить, как меч Зайтлида сверкнул в воздухе и вонзился в грудь Хильды. Та смотрела на него, не веря своим глазам. — Доро… гой… Изо рта Хильды хлынула кровь, и она упала на землю. А в следующее мгновение обратилась другой женщиной, совсем не похожей на Хильду. — На меня не работает никакая магия. Или ты думал, что я опознаю иллюзию, но все равно замешкаюсь? — Зайтлид стряхнул кровь с меча и смерил Оура презрительным взглядом. — Я знаю, что на тебя не действует магия, и что клинок твой не дрогнет даже от убийства собственной сестры. — ...Тогда что ты говоришь и на что надеешься, маг? Неужели думаешь, что сможешь победить меня? — Ты не ошибаешься и не мешкаешь. А говорю я о том, что это — само по себе ошибка. Оур пинком перевернул труп возле своих ног и извлек душу из тела. — Дорогой… Зайтлид вытаращил глаза, увидел повисшего в воздухе призрака, ведь он выглядел в точности как его жена, Хильда. — Душу подделать невозможно. Ты должен понимать, что перед тобой никакая не подделка, а настоящая душа Хильды. — Как?! Зайтлид вздрогнул, неотрывно глядя на призрака. Его не могла обманывать иллюзия. Он не мог обознаться. Он действительно видел перед собой ее дух. — Ты глупец, герой. Ты считал магию детской игрой и слишком доверял собственным глазам. Но плоть и кость изменить нетрудно. Он повреждал и искажал ее тело, затем фиксировал на месте и лечил заклинаниями. При этом кость и плоть зарастала, принимая новую форму. Похитив Хильду, Оур провернул со всем ее телом то же, что сделал с влагалищем Фаро. Напоследок он опалил ее горло, чтобы изменить голос, и наконец иллюзией вернул прежний облик. Так иллюзия стала истиной. — Ах ты-ы-ы-ы! — Зайтлид отшвырнул меч в сторону и схватил Оура. — Ты уверен? Я ведь могу и воскресить ее, — ответил тот за мгновение до того, как пальцы героя разорвали бы его в клочья. Руки Зайтлида остановились. Оур заключил душу Хильды в своем теле, чтобы Зайтлид уже ничего не смог с ним сделать. — Ты пронзил ее грудь. Чистейший удар. Погибшего от такой раны еще можно воскресить. Душу ее я, к твоему счастью, сохранил внутри себя. Если вылечить ее раны и вернуть душу, она воскреснет. Но для этого понадобится магия. Если честно, я с удовольствием бы разорвал тебя в клочья… но мне жаль терять такого умелого воина. Если примешь проклятие и будешь служить мне, я воскрешу твою жену. — Что?.. “Проклятие свинца” Зайтлид наложил на себя сам. Сила его зависела от веры Зайтлида, вернее, от его убежденности в том, что магия никчемна и не заслуживает внимания. Если же он захочет помощи от магии, примет ее и пожелает воскрешения жены, проклятие развеется само собой. Зайтлид крепко задумался. Между смертями Хильды и Юнис была огромная разница. И речь не о разнице между женой и сестрой, а о разнице между героем и обычным человеком. И, в конечном счете, между тем, удастся ли герою, которому уготована скорая смерть, покинуть этот мир со спокойной душой или нет. — ...Значит, ты спасешь Хильду, если я сделаю так, как ты скажешь? — Да. Я верну ее к жизни, не оставив ни единой раны, — подтвердил Оур. — ...Ясно. В следующее мгновение тело мага разделилось на половинки и обратилось деревом. — Я отказываюсь. Зайтлид принял непростое решение. Он взял на душу грех убийства любимой жены. И тем не менее, не смог прекратить быть героем, ведь иначе не смог бы оправдаться перед сестрой, которую убил, но не дал покинуть ряды героев. Никого не осталось, и на Зайтлида набросилось чувство опустошенности. Побеждать зло, сражаться с несправедливостью, защищать людей — вот миссия, данная героям. Но Зайтлид исполнял ее не просто так. Он сражался и марал руки кровью бесчисленных врагов потому, что должен был защищать жену и сестру. Но теперь никого не осталось. Он сам их убил. — Дорогой! И потому не стал сопротивляться. — Хильда?! Когда она подбежала к нему и заключила в объятия, он коснулся ее тела. Нежная кожа, лицо любимой женщины, родной голос. Зайтлид не сомневался, что видит свою жену. — Ты выжила?.. — Да!.. Зайтлид обнял Хильду и мягко поцеловал ее. Сердце его наполнило счастье и облегчение. “Я просто увидел кошмар, в котором убил и жену, и сестру”, — подумал он… и потому поддался магической иллюзии. Сердце героя остановилось совершенно счастливым. Суккуб, принявший форму его жены, вытянул из героя всю жизнь без остатка. — Фух… — выдохнула Лилу, принимая истинный облик. Жизнь героя показалась ей ожидаемо изысканной, и сейчас бы она наверняка отпустила в сторону Зайтлида какую-нибудь едкую заметку, но все настроение портила голова Юнис, валявшаяся поблизости. — Оур, воскреси ее поскорее, — проговорила она вышедшему из тени дерева вместилищу Оура, передавая магу тело и голову Юнис. Вслед за этим она вытащила припрятанную между грудей душу Хильды. Оур тем временем коснулся линии среза и без труда соединил голову с телом. Однако он не изменился в лице и коротко ответил: — Я не могу. — Э? — переспросила Лилу, но Оур прошагал мимо нее и протянул руку к трупу Хильды. Рана в ее груди тут же заросла. Затем время повернулось вспять, и она вновь приняла былой облик. — ...Как это не можешь? — уточнила Лилу, глядя, как Оур возится с трупами. — Героев воскресить невозможно… Приглядись к трупу. — ...Не может быть! У нее нет души! — воскликнула Лилу, послушно вглядываясь в тело Юнис. Человека невозможно воскресить без души. Сколько ни залечивай тело, оно так и останется пустым сосудом. — После смерти героя его душа мгновенно возвращается на небеса. Так принято. — То есть… Лилу вспомнила одно очень похожее явление и потеряла дар речи. — В героях нет ничего сакрального… Они ничем не отличаются от магов, заключивших договора с демонами, — подтвердил ее опасения Оур.

— Говоришь, Зайтлид повержен? — Так точно. Премьер-министр Тоскан почтительно склонил голову. Вульф почесал пышную бороду и задумался. Зайтлид назвал темного владыку ничтожным магом, неспособным стать достойным противником. И в бою он, герой редкого таланта, защищенный от всякой магии, не проиграл бы так просто. — ...Быть может, он оправдает мои ожидания, — Вульф сам не заметил, как ухмыльнулся. — Ваше Величество, — укоризненно отозвался Тоскан. — Зачем вы… зачем Ее Высочество Принцесса Юнис!.. Премьер-министр рисковал жизнью, упрекая короля, но Вульф ответил великодушно: — Тоскан. Твой гнев справедлив. Но рожденные героями видят мир по-своему. Для нас за счастье поскорее покинуть этот мир, если только представляется возможность. — ...Я не могу заставить себя согласиться, — с горечью в голосе проговорил Тоскан. Вульф кивнул. — Именно твоя честность — та причина, по которой ты находишься при моем дворе. Но придет день, когда ты поймешь меня. — Но… — Ваше Величество, доклад. Тоскан все пытался упираться, но его перебил голос посыльного. — Молви. — Есть. Трехтысячная армия темного владыки появилась на равнине в десяти милях к северу от столицы. В этот раз, в отличие от предыдущего, она практически полностью состоит из нечисти. Они двигаются к столице по прямой и достигнут ее примерно через один зодиак, — спокойным голосом доложил посыльный, преклонив колено. (Здесь используется японско-китайская мера времени, которая делит день на двенадцать сегментов, каждый из которых имеет имя в соответствии с определенным знаком китайского зодиака. Другими словами, 1 зодиак = 2 часа, — прим. пер.) Пусть даже каждое чудище в армии темного владыки сильнее человека, тремя тысячами он ничего не добьется. — Закройте врата, отправьте на защиту все войско. — Мы… будем держать осаду? — уточнил посыльный, изумившись словам короля. Он полагал, в этом не будет никакой нужды. Они могли бы второпях собрать десять тысяч солдат и устроить решающее сражение прямо в поле. Осада в свою очередь потребует времени и приготовлений. Обычно смысл осады состоит в том, что уступающая по силе армия запирается в крепости и дожидается либо иссякания собственных ресурсов, либо прибытия подкрепления. — Верно. Передай всей армии, всей сотне тысяч солдат. — ...Так точно! Посыльный откланялся и быстро покинул зал. Поначалу он так изумился приказу, что переспросил, но как правило солдатам не положено оспаривать королевские указания. К тому же сейчас в первую очередь нужно передать приказ рыцарям, которые заранее начали готовиться к вылазке, и начать приготовления к обороне. — Итак, я хожу всем, что у меня есть… Как ты ответишь с помощью трех тысяч солдат, темный владыка?.. — тихо вопросил Вульф.

— ...Они готовятся к осаде? — недоверчиво проговорил Оур, глядя на закрытые врата столицы и укрепившееся войско противника. — Похоже, в этот раз на нас не смотрят свысока, — мрачно отметила Лилу, висевшая у него за спиной. — ...В любом случае, наша тактика не меняется. В этот раз костяк армии составляли полулюди: гиганты, человекоящеры и кентавры — самые элитные из воинов лабиринта. Каждый из них обучен не хуже солдат Грандьеры, к тому же может похвастаться силой своей расы. И все же враг выставил сто тысяч. Тремя тысячами такое войско не одолеть. Тем более если оно засело за стенами. — Я рассчитываю на тебя, Логан. — Ага. Не волнуйся, мне одного удара хватит, — Логан ухмыльнулся, отзываясь на приказ. В этот раз из приближенных Оура пришли только Логан и Лилу. Элен, Мио и так далее остались защищать лабиринт. — Фу-у, не улыбайся в этой форме. — Замолчи. Будь моя воля, я бы и сам этот облик ни за что бы не принял! А пока Лилу с Логаном спорили, Оур отдал приказ: — Всем войскам — вперед! И армия смерти отправилась в бой.

— ...Они идут, — тихо проговорил Вульф, глядя на армию темного владыки вдалеке. С мечом и доспехами времен его золотой поры он выглядел тем самым героем, что воспевался в сагах. Солдаты смотрели на переполненного неустрашимостью короля, и их собственная мораль тоже взлетала до небес. Даже осадная магия не смогла бы так просто разломать мощные столичные врата. Сверху на укреплениях стояли в ряд катапульты и баллисты, в промежутках между ними ждали своего часа лучники. С учетом тридцатикратного перевеса, ливень всевозможных снарядов, скорее всего, истребит врагов еще до того, как они успеют добежать до врат. Поскольку защищавшаяся армия не собиралась никуда выходить, бояться каких-либо ловушек не приходилось. Учли они и обстрел камнями. На этот случаи армия собрала искушенных в полетных заклинаниях магов и дальнобойных арбалетчиков, которые смогут быстро сбить летающих тварей. С точки зрения здравого смысла, ничто не могло оспорить шансы Вульфа на победу. И все же он с нетерпением ждал того, кто превзойдет ожидания. Он ждал Оура уже очень много лет. — Скоро в них можно будет стрелять. Всем солдатам — приготовиться! Катапульты и баллисты заскрипели, готовые к залпу в любое время. Их снаряды летели на 400 ярдов, вдвое дальше чем стрелы лучников. — Пора, огонь! В воздух дружно устремились стрелы и камни. И в ту же самую секунду армия Оура исчезла. — Иллюзии?.. Нет, телепортация! Подозревать врага в использовании иллюзий — одна из основ искусства ведения войны. Маги Вульфа тщательно следили за противником. Но ни они, ни сам Вульф не предполагали, что враг телепортируется с такого расстояния. Перенос армии тут же приводит к хаосу в ее рядах. Кроме того, она требует огромного объема энергии. И наконец, лишь безумец решился бы телепортировать армию прямо на ходу. — Ваше Величество, враги там! — отрапортовал солдат. Вульф перевел взгляд и увидел, что армия темного владыки переместилась примерно на сотню ярдов. Теперь она двигалась сбоку от того места, куда до того целились лучники, в 200 ярдах от ворот. С такого расстояния использовать для защиты осадные орудия уже затруднительно. — Лучники, цельсь! Крепкие солдаты тут же вскинули луки. Враг только что использовал сильное заклинание. После него даже у темного владыки не могло остаться энергии на защищающий от стрел барьер. Но ожидания Вульфа вновь не оправдались. — Ваше Величество, половина войска противника вновь телепортировалась! — Что?! Передовые войска темного владыки, всадники… вернее, кентавры, переместились еще дальше и оказались в каких-то ста ярдах от стен. Враг решил разделить пополам и без того немногочисленное войско. — ...Прибейте всех, что вдалеке. Натиск лошадей отразите у стен! Лучники тотчас же начали обстреливать дальнюю половину войска темного владыки. Однако крепкие человекоящеры и гиганты нисколько не боялись и продолжали медленно наступать, беспрестанно теряя бойцов. — Враг достиг стены! — Кидайте камни, поите их кипящим маслом! — скомандовал король. Солдаты тут же принялись скидывать со стен камни и выливать масло. Кентавры несли потери, но не останавливались. Вообще, крепостные стены защищены от магии гораздо слабее ворот. Если врата тщательно зачаровывают, то на стены практически никакие заклинания не накладывают. И все же кирпичную стену разрушить не так-то просто. Обычные атаки не могли ее пробить или в лучшем случае оставляли крохотные щели. К тому же если через открытые врата может пройти целая армия, то через пробитую в стене дыру — лишь по 1-2 солдата за раз, и тактического смысла в таком вторжении мало. “Самоубийственная атака?..” — подумал было Вульф, но тут у стены раздался взрыв, открывший в ней просторный проход. Через него в столицу дружно устремились войска темного владыки. Они упрямо двигались дальше, не обращая внимания на умирающих товарищей и не жалея собственные жизни. Когда Вульф увидел, кто идет впереди всей армии, он понял замысел темного владыки. Действительно, если Оур рассчитывал одолеть Вульфа, он не мог поступить по-другому… Но выбрав ожидаемый шаг, не оправдал надежд короля-героя. — Ваше Величество!.. Среди врагов… — Заметили Зайтлида, я прав? — продолжил Вульф фразу стушевавшегося посыльного, и солдат ошарашенно уставился на лицо короля. — Вероятно, какой-то демон вселился в его труп. Он и проломил стену. Вульф выхватил из ножен свой драгоценный меч “Франт” и рявкнул: — Солдатам — отступить. Я покажу ему, что значит настоящий герой! Вульф перепрыгнул через стену и издал воинственный клич. От его голоса вздрогнула и затряслась даже кладка. Вульф замахнулся клинком на бежавших впереди отряда монстров и одним ударом разрубил всю нечисть в десяти ярдах перед собой, пусть даже лезвие клинка и не доставало так далеко. А затем он побежал, словно ветер. Уже через несколько мгновений Вульф достиг того, кто выдавал себя за его сына. — Ну что же. Отдашь мне тело моего сына? В ответ Зайтлид ухмыльнулся, чего при жизни никогда не делал, и сказал: — Такое хорошее тело я так просто не отдам. Ну, если предложишь десять маленьких девочек, то я подумаю. — ...Мразь, — сплюнул Вульф и перехватил меч. Если бы Зайтлид не умер и просто всерьез восстал бы против отца, он мог бы его одолеть. Однако Вульф не собирался проигрывать самозванцу, управлявшему трупом его сына. — Хотел бы я ради проверки сразиться с тобой, но увы. Сегодня я просто курьер. — ...Курьер? Вульф свел брови, и тогда перед ним на землю опустился молодой мужчина с янтарными волосами. — Это ты темный владыка? — Он самый. Вульф окинул мужчину недобрым взглядом. Ни запас магической энергии, ни телосложение не внушали уважения. Вульф понял, почему Зайтлид счел его ничтожеством. Но в то же время Вульф увидел его глаза и все понял. Он увидел глаза человека, который не поскупится никакими средствами ради достижения цели. За ними крылся разум чистый, сильный и настолько зловещий, что ему не подходили слова “хитрый” или “бесстрашный”. Всю жизнь Вульфа именно обладатели таких глаз загоняли его в угол. — Темный владыка… едва ли ты думаешь, что твой демон сможет одолеть меня. Ты что-то задумал? — Да… но я верю, ты сможешь победить, — загадочно ответил Оур. Вульф нахмурился, и тогда Оур достал из мантии золотую корону. Блестящий головной убор, усыпанный драгоценными камнями.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Вульф. Ты герой героев, король королей. Король-герой, способный победить любого. Ты заслужил эту корону. Оур протянул корону, и Вульф взял ее в руки. Не было на ней ни проклятий, ни заклинаний. Все до единого драгоценные камни настоящие, весь металл — чистейшее золото. Безусловно, стоил подарок Оура немало, но Вульф не понимал его смысла. — Что это? — Яд, — коротко ответил Оур. И тогда Вульф догадался. — Ты! Неужели она… — Это яд, что погубит твою страну. Я рассчитываю на тебя, Вульф. Пусть это будет достойная битва. Вульф разрубил Оура, но было уже поздно. Он уже проиграл, и даже не потому, что взял корону в руки. Он проиграл еще когда Оур принес ее сюда. Демон, управлявший Зайтлидом, куда-то исчез. Вся армия Оура начала отступать, выполнив свою задачу. Солдаты наперебой голосили о победе, хотя никакой победой и не пахло. Вульф крепко сжал рукоять меча и посмотрел в небо.

Потому что она обязательно придет. И потребует похищенное сокровище. Древнейшая и сильнейшая из драконов.

Давно уже не осталось никого, кто знал ее имя. Она пришла в этот мир задолго до того, как разразилась великая война, позже названная божественной. Многие из ее ровесников пали в той войне, а оставшиеся позже погибли от рук героев. Оставшись последней в своем поколении, она стала самым старым и самым опытным драконом. Внешне она походила на покрытую чешуей ящерицу со множеством рогов на затылке. Во рту ее огромные клыки, а на спине пара крыльев как у летучей мыши. Каждый, услышав слово “дракон”, представляет себе ее облик, однако ошибается. Драконы бывают самые разные — с волчьей головой, с львиной, со множеством голов, с двумя парами крыльев, бескрылые и так далее. Лишь она похожа на тех, что воспеты в древних преданиях. Она не умеет обращаться человеком, не знает заклинаний. У нее есть лишь клыки, чешуя и пламя, благодаря которым она считается сильнейшим и красивейшим из драконов. Сейчас ее, сильнейшую и древнейшую, называют Метус, что означает “страх”. Последние несколько веков Метус жила счастливой и мирной жизнью. Даже среди героев нет глупцов, готовых бросить ей вызов. Каждый день она поедала потерявшихся и забредших в ее логово животных, монстров и людей, затем сворачивалась на вершине горы накопленных за тысячелетия сокровищ и спала. Десятками тысяч сокровищ владела Метус, и знала их все до последней монетки. Она обводила их взглядом, проникалась счастьем и погружалась во дремы. Не было для нее большей радости, чем когда у зашедшего человека находится новое сокровище. Однако она никогда не атаковала людей сама, чтобы вкусить той радости. Ее вполне устраивало блаженно спать в пещере под горой и ждать конца своих дней. Но одним днем ее настроение переменилось. Из ее логова пропала корона. Метус переменилась в лице и обыскала всю пещеру. Она не нашла короны, но почуяла запах трех людей и одного хоббита. Кто-то украл одно из ее сокровищ, пока она спала. Метус обезумела от гнева и тут же кинулась наружу. Там она отчетливо почуяла запах короны и полетела точно на него. Сотни лет она не видела внешний мир, но наслаждаться его видами не собиралась. Вся ее голова полнилась лишь мыслями о том, чтобы вернуть сокровище и безжалостно истребить и испепелить людей, что украли его. Она летела быстрее выпущенной из лука стрелы и уже скоро нашла запах человека с короной. Он пах не так, как незваные гости пещеры, но Метус было все равно. Раз он человек, раз корона у него, она собиралась напасть. Вульф же собрался с силами, перехватил Франт и приготовился встречать Метус. На него напал дракон, живший в божественную эпоху. Вульф чувствовал, что вне зависимости от исхода битвы, она станет для него последней в жизни. — Всем отступить! Эвакуируйте жителей! — Н-но Ваше Величество!.. — Вы думаете опозорить меня? Солдаты прослезились в ответ, поклонились и ушли. Поединок героя и дракона с древних времен считается благороднейшей из битв. И все же поначалу солдаты не смогли побросать свои копья. Они чувствовали, что видят своего господина в последний раз. Вдруг Вульф понял, что ухмыляется. “Да. Именно так. Именно такая битва достойна стать моей последней”. — Мое имя — Вульф. Вульфдил Зевран Л’эра Грандьера Первый! Приди же, древний дракон. Сразимся в честной битве! — громко представился Вульф и взмахнул артефактным клинком. В молодости Вульф одним взмахом Франта сразил гиганта. Однако Метус без труда отбила лезвие чешуей и не получила даже царапины. Затем из пасти ее вырвалось отравленное пламя. Всё кроме Вульфа тут же прогнило. Камни потрескались. Вокруг героя и дракона образовалась запретная зона. Солдаты, по ошибке приближавшиеся к ней, сгнивали на глазах и умирали от первого вдоха яда. Даже Вульф, хоть и герой, так легко не отделался. Кожа его воспалилась, все тело облилось кровью. Но непревзойденный король-герой не испугался. Еще несколько ударов острым клинком — и лоб Метус испустил брызги зеленой крови. Кровь ее тоже оказалась смертоносной. Ее струи оставляли в земле ямы и обжигали тело Вульфа. Что там металлический доспех — даже благословленный богами артефактный меч затупился и начал осыпаться. Три дня и три ночи шла яростная битва. До того неистово сражались они, что солдаты даже после окончания эвакуации ничем не могли помочь. Закончилось все на утро четвертого дня. Лишь мягкий живот Метус не защищала крепкая чешуя. Вместо этого она прикрывала его своими сокровищами, словно доспехом. Однако совсем крохотная его часть — та самая, которую защищала похищенная корона — оказалась уязвимой. Вульф вонзил туда меч и пронзил ее сердце. Метус обезумела и начал отплевываться отравленным пламенем, но Вульф не дрогнул. Острые когти терзали его плечи и грудь, а он все вдавливал меч глубже и глубже. Движения Метус постепенно замедлялись, и наконец, работавшее многие тысячелетия сердце остановилось. И тогда на территории, все так же отравленной ее огнем до того, что никто не мог даже подойти посмотреть, появился темный владыка. — Благо… дарю… — проговорил Вульф, выжимая из себя остатки сил. — Я так долго… ждал такого противника… против которого смог бы сразиться во всю свою силу… — И ради этого убил сына и дочь? После вопроса Оура на губах Вульфа появилась самоуничижительная улыбка. — Ты тоже наверняка знаешь… что как бы нас, героев, ни восхваляли… мы всего лишь рабы небес… и остаемся ими даже после смерти. Испытания на долю героев выпадают для того, чтобы закалить их души. Чем дольше они живут, чем больше обретают мощи, тем тяжелее, тем суровее становятся испытания. И самый заметный пример тому — их смерть. Геройские испытания неизбежно сказываются на дорогих им людях и приводят к трагической смерти. Юнис погибла молодой, обнимая любимого человека. Зайтлид убил любимую жену и сгинул в фантазии. Наконец, престарелый Вульф смог погибнуть лишь после того, как погибли его дети и многие тысячи подданных. — Поэтому ты захотел, чтобы им досталась легкая смерть? Ты просто вбил себе в голову невесть что. — Может… ты и прав. Вульф зашелся кашлем. Его легкие уже насквозь прогнили от яда дракона. Трудно было поверить, что он еще жив. — Внемли мне, король… присягнувший демонам король. Прошу тебя, как король короля… моя страна… — Да, я не погублю ее… Доверься мне. Вульф с легкостью поверил словам Оура. Может, он и был его злейшим врагом, но между ними возникли причудливые узы доверия. — А как отец… я прошу тебя. Ты… мою дочь… Вульф скончался, так и не договорив. — ...Хоть бы договорил, прежде чем умирать, — сказал Оур, и слова его растворились в воздухе, так никем не услышанные.

— Ты признаешь меня? — Да. Так сказано в завещании короля, — ответил премьер-министр Тоскан, низко кланяясь. — “Коли найдется тот, что одолеет меня, быть ему королем”. — Но его одолел не я. — Совершенно верно. Однако… господин Вульф бы не согласился с вами, — отрезал Тоскан, совершенно уверенный в своих словах. Он не сомневался, что предыдущий правитель решил бы именно так. — Он сказал бы, что если силы его проиграли тактически, то сие есть поражение и ничто иное. — ...Ты ненавидишь меня? — Разумеется, — Тоскан вперился в Оура взглядом, нисколько не скрывавшим злобы. — По вашей вине погиб мой господин, погибли принц и принцесса. Вы заслужили бы мою ненависть даже за одну смерть, но виновны во всех трех. Ненависть моя настолько бездонна, что я не утолил бы ее, даже раз за разом убивая вас. — В том, что я похитил бразды правления, ты меня не обвиняешь? — Оур невольно усмехнулся. Тоскан настолько ненавидел Оура, но при этом поклялся ему в верности, следуя заветам предыдущего короля. До чего же он верен своим принципам? — Обвиняю, но этот грех ничто по сравнению с потерянными жизнями. — А если я скажу тебе, что их еще можно вернуть? — ...Не шутите так. Вы сами говорили о том, что души героев возносятся на небеса, и что воскресить их невозможно, — отозвался Тоскан после небольшой паузы. Оур кивнул. — Совершенно верно… Поэтому нам всего-то нужно отправиться за ними, — ответил он совершенно спокойным голосом. Тоскан моргнул и уставился на Оура. — Что вы… хотите сказать? — Будто непонятно, — Оур указал пальцем в небо. — Я нападу на небеса.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 12

— Учитель! Прошу вас, одумайтесь! — Нет. Все уже решено, — отрезал Оур в ответ на настырные мольбы Спины. — Но ведь именно вы говорили о том, что Лафанис нельзя трогать! — Не надоедай. Я имел в виду, что прямо сейчас. Мы бросим им вызов, как только соберем войско. Просто это произойдет значительно раньше. Оур объявил, что они атакуют фундаменталистский Лафанис, как только обзаведутся армией. Спина спорила с ним в открытую, и даже Элен с Лилу не могли одобрить планы мага, хоть и держали языки при себе. Во-первых, Оур сам говорил о том, что Лафанис невозможно победить, а во-вторых, нападать они собирались ради спасения Юнис. Смерть абсолютна. Да, есть заклинания, способные воскресить человека, если успеть применить их сразу же. Также бывает, что оставивший после себя сильную досаду или ненависть остается в мире неупокоенным духом. Но окончательно погибшего не воскресить. Есть много сказаний о тех, кто отправлялся в царство мертвых в попытках вернуть жену или дочь, но никогда в них не говорится об успехе. Либо вернуть усопшего не удается, либо воскрешенный пугает искаженным обликом незадачливого спасителя и пожирает заживо, если тому не удается сбежать. Пусть даже мертвые герои возносятся на небеса и занимают места в пантеоне мелких богов, решение атаковать небеса все равно показалось приспешникам мага слишком внезапным и безрассудным. — Больше я разговаривать не намерен. Возвращайся в свою комнату. Оур отмахнулся от Спины, оставил ее одну с протянутой рукой и зашагал по лабиринту. Лилу осторожно подлетела к быстро шагавшему магу и неуверенно обратилась к нему: — Послушай, Оур… Я не Спина, но тоже сомневаюсь, что у тебя получится… Потому что прямо сейчас ты… не похож на себя. — Не похож? — Оур остановился и вперился в Лилу взглядом. — ...Так раздражаться, так обнажать эмоции не в твоей манере. Твоя манера — хладнокровно составить план и не делать ничего лишнего. — Не болтай так, будто знаешь меня, — Оур схватил Лилу за голову и подтащил к себе. — Я нисколько не изменился. С самого начала я стремился заполучить всё… я искал абсолютную силу, с помощью которой завладею всем. Лилу видела его озлобленный взгляд. Она вспомнила — такими же глазами он смотрел во время их самой первой встречи. Всегда спокойный, рассудительный, последовательный… Лилу вспомнила, что эти качества — лишь одна, самая поверхностная грань его характера. Если бы он не нашел силовую линию… Если бы не смог ее выкопать… Если бы не получил от нее то количество энергии, на которое рассчитывал… Если бы не сумел изготовить ядро подземелья… Он уже много раз ставил на кон свою жизнь и рисковал лишиться всего из-за малейшей неудачи. ...И тем не менее, все равно Лилу казалось, что с Оуром что-то не так. — Ты думаешь, что если тогда… Та картина все еще стояла у Лилу перед глазами. Тот роковой миг, когда Юнис, поцеловавшую Оура, обезглавил Зайтлид. — ...обнял бы Юнис в ответ, она бы выжила? — ...Твои слова — лишь трактовка. Лилу предположила, что Оура терзало чувство досады: мысль о том, что если бы тогда он поверил Юнис и согласился принять ее в ряды союзников, ей не пришлось бы умереть. Она была права где-то наполовину. — Мое мнение остается в силе. Если на то пошло, больше я жалею о том, что тогда у меня не было силы, которая заставила бы Зайтлида преклонить колени, — выговорившись, Оур заметно успокоился и отпустил голову Лилу. — Кажется, вы считаете меня слабоумным, поэтому скажу прямо: я не привязываюсь к жизни Юнис и не намерен развязывать войну, в которой не смогу победить. Я осознаю, что пока нам не хватает сил. Мы не станем нападать на Лафанис прямо сейчас. Оур повернулся к Лилу спиной и отдал приказ: — Позови Элен в зал заседаний. Скажи, что будем обсуждать светлых альвов. — ...Угу. Ладно. Лилу кивнула, но еще какое-то время смотрела магу в спину. Хоть Оур и растерял значительную часть хладнокровия, в глубине души он остался самим собой. И все же до сих пор он никогда не терял хладнокровия. Что самое главное — он со всей тщательностью защитил труп Юнис магией и поместил его в морг, специально построенный по этому случаю. Возможно, потеря Юнис напомнила Оуру о Раз, его любимом учителе. И каждый раз, когда Лилу думала об этом, ее сердце начинала покалывать необъяснимая боль.

— Я слышал, они благодарны тебе. — Благодарны? — первая же фраза Оура вынудила Элен недоуменно наклонить голову. — Прекрасная принцесса светлых альвов Селес. Волосы ее подобны золотым нитям, а кожа подобна шелку. Герой жителей тайги Иван. Волосы его подобны древесной коре, а глаза подобны листве. Долгое время они любили друг друга, но стена между людьми и альвами не давала им соединиться. Но вот вероломно напали свирепые темные альвы. Светлые альвы объединились с людьми и вместе одолели их. Дружба народов укрепилась, и теперь они живут в одной деревне, которую вместе и построили. — ...Охо. Элен слегка улыбнулась. Улыбка ее, жестокая и грозная, напоминала нож, выкованный из чистого льда, и внушала в несколько раз больше ужаса, нежели безумная ярость. Четверо ее подчиненных тоже таили в себе, мягко говоря, обиду, но при виде улыбки Элен все они поежились от страха. — Какой ужас!.. Давайте преподадим им урок! — раздался звонкий голос ничуть не испугавшейся Мио. С точки зрения Оура Элен развязала войну и потому сама виновата в случившемся, однако Мио, совсем спевшаяся с альвийками, так не считала. — Мио, подруга моя. Поможешь ли ты моей мести? — Конечно. Ваши враги — и мои тоже, — уверенно заявила Мио. Похоже, они успели стать лучшими друзьями. Когда-то Мио побаивалась альвиек, но теперь от робости не осталось и следа и говорила она с ними на равных. — Но наш враг силен. Нашему племени не справиться, даже если мы бросим в бой всех наших воинов. Как будем воевать? — спросила одна из альвиек. Оур кивнул. — Я мог бы пустить в ход армию людей и нечисти, но коли вам помогает Мио, все куда проще. Есть способ одержать легкую победу, если вы с ним согласитесь. — И какой же? — спросила Элен, и Оур ухмыльнулся. — Сжечь их.

Развернувшаяся сцена получилась поистине инфернальной. — Ха-ха-ха-ха-ха! Горите, горите! От обычно хладнокровной и приятной в общении Элен не осталось и следа. Она уже и не пыталась скрывать свою жестокость и выпускала одну огненную стрелу за другой. — Вперед, друзья. Дышите огнем! Мио направляла адских гончих, и деревья вспыхивали от огненного дыхания одно за другим. Таежные жители и светлые альвы не могли сопротивляться такому натиску и лишь растерянно бежали куда глаза глядят. Яркий огонь не давал лучникам прицелиться, а восходящие потоки горячего воздуха мешали стрелам летать. Магия светлых альвов помогала им подчинять деревья и говорить с животными, но оказывалась бесполезной, когда все растения вокруг горели, а животные на проверку оказывались адскими чудищами. У Элен закончились стрелы в колчане. Удовлетворившись обстрелом, она вдруг обратилась к Оуру: — Но господин, вы уверены? Вы собирались захватить светлых альвов в плен, но из такого огня мы их живыми не вытащим. — Все под контролем. Мы окружили их деревню огнем, но оставили один проход. Через него они смогут сбежать невредимыми, — ответил Оур и добавил: — Правда, именно там и начинается настоящий ад. — Настоящий ад? — Я поставил туда Логана. Элен понимающе кивнула. Если там их ждет настоящий демон, то он сможет устроить и настоящий ад. Завладев телом героя свинца Зайтлида, Логан стал исключительно сильным воином даже по меркам приспешников Оура. Пусть даже пресекавшее любую магию “проклятие свинца” уже развеялось, на Логана, как на сильного демона, слабые заклинания все равно не действовали. Зато теперь он мог, в отличие самого Зайтлида, подчинять себе огонь, летать и использовать другие магические способности. В свою очередь, прижизненная телесная сила Зайтлида практически не пострадала. Даже кулаки его могли за один удар пробить брешь в стене крепости и внушали уважение. Если он поджидает светлых альвов у выхода из деревни, их дни сочтены. Стоило Элен представить себе, что с ними будет, и нервно сглотнуть, как ее щеку оцарапала стрела. — А вот и вы… Я уж думала, вы и не придете, лесничий и светлая принцесса! Элен слизала каплю своей крови и с улыбкой посмотрела на мужчину и женщину, со злобой глядевших на нее. — Это я удивлена, что ты еще жива, темная императрица Элен!.. — бросила в ответ достойная слухов о своей красоте принцесса светлых альвов Селес. Даже посреди пожара она стояла с достоинством, а к ее высокому, стройному телу и миловидному личику совершенно не приставала копоть. — Ты вновь ошиблась, напав на нашу деревню. И в этот раз поплатишься жизнью, — добавил лесничий Иван, вскидывая лук. Под широкими полями оперенной шляпы виднелись зеленые глаза, орлиным взглядом пронзавшие Элен. — Это мои слова. Вы оба вкусите мести за то, что убили моих подопечных! Но что бы ни говорила Элен, Селес и Иван ничуть не уступали ей в умении обращаться с луком. Так просто она бы не победила. — Ну вы чего, договорили? — вдруг раздался на удивление расслабленный, жизнерадостный голос. — Давай тогда. В следующее мгновение перед Элен пронеслась груда стали и сбила Селес и Ивана. Их тела поднялись высоко над землей, а затем рухнули на землю, словно сломанные куклы. — Ч… что это было? — Горгон Джо. Он весь покрыт стальной шкурой, так что стрелами его не убить. Джил, Джоэль, забирайте, — приказала Мио. Пара адских гончих вцепилась зубами в одежду поверженных врагов и взвалила на себя. Конечности Селес и Ивана изгибались под причудливыми углами, но вряд ли они умерли. — ...Мио. Теперь я искренне рада тому, что ты на моей стороне, — с благоговением проговорила Элен, глядя на улыбавшуюся деревенскую девушку, повелевавшую огромными двуглавыми псами и стальным быком-горгоном. — М? Конечно, я тоже рада, что мы подруги, а что? — с недоумением в голосе ответила ей Мио.

— Какое восхитительное зрелище, — с неприкрытой улыбкой проговорила Элен, глядя на пленников темницы. Хотя светлых альвов и жителей тайги погибло немало, в целом их удалось взять живыми. Особенно это касалось маленьких девочек — они не получили ни царапины. — Иногда ты меня впечатляешь. — Ну так хвали хоть иногда, мужик, — ответил все-таки изрядно вымотавшийся Логан. Ему пришлось приложить немыслимые усилия, чтобы спасти всех девочек, ведь они медленнее всего убегали от огня, да и вообще могли с легкостью погибнуть от чего угодно. — Итак, господин. Что будем делать с пленниками? По всей видимости, нападение на деревню ненавистных светлых альвов и сокрушительная победа уже помогли Элен и ее подопечным успокоиться. Понимая, что Оуру нужны войска, Элен и не думала предлагать ему замучить их до смерти. Правда, как она с усмешкой заметила, едва ли они обрадуются тому, что против своей воли встанут под знамена убийцы их товарищей. — Есть много способов промыть мозги и укротить одного-двух пленников… но раз их так много, придется уговаривать через заложников. Оур разместил пленников в двух темницах — в одной мужчин, в другой женщин, без разделения на расы. И обратился он к мужчинам: — Жители леса. Мое имя — Оур, меня называют темным владыкой. Вы потерпели поражение, поэтому внемлите моим приказам и поставьте ваши луки на мою службу. — Что за бред! Да кто на такое согласится?! — Умру, но откажусь. — Гордые жители леса не преклонят колени перед злом! Раздались в ответ голоса альвов и людей. Оур предвидел такую реакцию, поэтому сразу же продолжил: — Ваша решимость похвальна. Но не забываете ли вы кое-что?.. Ваших женщин. Теперь уже пленники вздрогнули. — Если вы будете служить мне верой и правдой, я гарантирую их безопасность. Но если воспротивитесь… — ...Трус, — с ненавистью сплюнули мужчины и уставились на него озлобленными взглядами. — Впрочем, обитатели лесов известны благородством и неустрашимостью. Это касается и ваших женщин. Полагаю, они готовы пожертвовать собой, чтобы не подчиниться. Поэтому я воспользуюсь методом, который лучше всего работает на справедливые души вроде ваших. На лицах мужчин отразилось недоумение. — Если человеческие мужчины воспротивятся мне, я казню альвийских женщин. Если воспротивятся альвы, я казню человеческих женщин. Вытерпите ли вы то, что накажут не ваших сородичей, а соседей? — с ухмылкой вопросил Оур. — Что?! — К-как ты посмел! Мужчины заголосили наперебой, и тут... — Если откажутся люди, людей и наказывай! — раздался голос одного из альвов, и в темнице воцарилось молчание. До того державшиеся друг друга люди и альвы постепенно рассходились. — Да, так было бы справедливо, но мое предложение куда лучше работает на вас, связанных узами доверия, не так ли?.. Впрочем, я понимаю, на кону ведь ваши женщины. Я предложу вам способ спасти их. — Спасти?.. — с мольбой в голосе переспросили мужчины, и Оур великодушно кивнул. — Если альвы донесут, что люди готовят восстание, я накажу не альвийских женщин, а человеческих. И наоборот. Такое наказание будет последовательным. Другими словами, честных беда обойдет стороной. И тогда мужчины поняли, что пытался сказать Оур. На самом деле он вовсе не полагал, что “наказывать друзей” — эффективный метод. Он всего-то пытался поссорить людей и альвов, чтобы они следили друг за другом. Если они восстанут вместе, замысел Оура провалится. Если лишь одна раса предаст его, наказание понесут женщины другой. Не оповещая своих товарищей о восстании, они подставят их под удар. Таким образом Оур испытывал доверие, возникшее между людьми и альвами. Оур полагал, что между их расами нет “истинного доверия”, которое помогло бы им восстать всем вместе. Они объединились во время нападения темных альвов лишь потому, что не выжили бы иначе. Как человек бежит не к пожару, а от него, так и две расы поступили очевидным образом. Но если бы у них был выбор, такого альянса бы не возникло. Разные взгляды на мир. Разная продолжительность жизни. Разные общества. Даже двум людям или двум альвам нужно время, чтобы сойтись во мнениях. А уж мнения такого количества людей и альвов объединить невозможно. Если их предаст хоть кто-то, восстанию конец. Таким образом сейчас Оур мог рассматривать мужчин как своих рабов. Если держать людей и альвов близко друг к другу, они сами будут приглядывать за товарищами. Оур развернулся и пошел в следующую темницу… в одиночную камеру. Он разобрался с пешками, остались их предводители. Пришел черед Селес и Ивана.

— Немедленно отпусти меня, — надменно потребовала принцесса светлых альвов Селес, едва он вошел в темницу. Принцесса она, правда, лишь на словах, поскольку альвов под ее началом слишком мало, чтобы называть государством. Их численность едва тянула на деревню. И тем не менее, Селес заслуживала титул принцессы уже тем, что даже на фоне прекрасных альвиек выделялась исключительной внешностью. Если Шаль, еще одна светлая альвийка, походила на невинную девочку, то Селес обладала всей притягательностью зрелой женщины. Длинные стройные ноги, не уступавший Оуру рост. Красотой и изяществом она напоминала произведение искусства, в которое создатель вложил всю душу. Даже лесной пожар не испортил ее красоты, но сейчас, вылеченная от ран, в чистой одежде и после омовения, ее кожа блестела словно драгоценный камень. Ее роскошное платье поддерживало две выпуклости, весьма пышные даже по людским меркам, а уж по меркам худеньких альвиек и вовсе огромные.

В версии с изображениями тут находится картинка. — ...Ты понимаешь, в каком положении находишься? — Разумеется. Вы трусливые, коварные, бесстыжие ублюдки. Немедленно раскайтесь и отпустите нас. Похоже, Селес все-таки не шутила. — Бесстыжие… возможно, ты права. Но в глубине души все люди одинаковые. Даже твой возлюбленный Иван… и даже сами альвы. Все мы по своей сути не отличаемся друг от друга. — Не говори глупости! Иван не такой как ты! Он сильный, добрый, самый мужественный на свете и благородный. Подлый убийца вроде тебя ему не… — Что же, тогда я докажу тебе, — перебил ее Оур, убедившись, что принцесса клюнула. — Я не верю в какую-то там любовь. Она всего лишь обманчивое следствие, которое приписывают плотскому влечению. Попробуй докажи, что настоящая любовь существует на самом деле. Если сможешь, я признаю вашу правоту и даже отпущу. — ...Что ты предлагаешь? — опасливо вопросила Селес, уже примерно представляя, что услышит в ответ. Оур поднес пальцы к ее подбородку, поднял голову и заглянул в глаза. — Я буду насиловать тебя неделю. Осквернять, унижать, доводить до истомы, покорять. Если ты и после этого сохранишь любовь, я признаю ее настоящей и отпущу вас. — ...А если я откажусь? — Вы с Иваном оба умрете, так ни разу не увидев друг друга, — ответил Оур. Селес медленно выдохнула и решилась. — Хорошо. Но мое тело уже принадлежит Ивану. Я не могу принять решение в одиночку. Позволь мне встретиться с ним. Если он одобрит, то я приму твой вызов. — ...Ладно. Оур отдал Элен приказ, и та привела Ивана в темницу Селес. Связанный по рукам веревками и по ногам цепью он не мог подойти к ней, но они все равно обрадовались встрече и прошептали о том, как любят друг друга. Когда Селес рассказала Ивану об “испытании”, тот сначала оторопел, потом вспыхнул от ярости, но с горечью признал, что иначе не смогут выжить. — Селес. Как бы ни осквернял тебя коварный злодей, блеск твой ничуть не померкнет. Клянусь, что буду любить тебя как и прежде. — Да, Иван… я ни за что не поддамся злу. Я покажу этому извращенному магу, что на свете всего сильнее и прекраснее. — Селес… — Иван… — Достаточно. Ощутив заметное раздражение при виде того, как голубки даже сейчас умудрились забыть обо всем на свете, Оур с силой потянул цепь и вложил ее в руки Элен. — Увидимся через неделю. Приказав запереть Ивана в камере, Оур снова вошел в темницу Селес. — Что же, не будем терять времени, — проговорил он, доставая из кармана склянку и протягивая Селес. — Что это? — Афродизиак. Я не собираюсь тратить время на прелюдии. — Чт… неужели ты думаешь, я соглашусь его выпить?! — Это афродизиак, а не приворотное зелье. Он лишь возбудит твое тело, не более. Или то, “что на свете всего сильнее и прекраснее”, спасует перед зельем? — издевательски проговорил Оур, и Селес не нашлась с ответом. — К тому же в нем противозачаточное. Выпей, если не хочешь забеременеть. — Так бы сразу и сказал! Селес откупорила склянку и влила в себя содержимое. Затем нахмурилась, ощутив горлом горечь и жар. — А пока афродизиак не подействовал, ты будешь меня ублажать. Оур сел на кровать и вытащил восставшее достоинство. — ...Ублажать? — Я тебе говорю ласкать его руками и ртом. Селес с отвращением посмотрела на член Оура, а тот подтащил ее к себе за запястье, поставил на колени и вложил естество в руку. — Зубами не трогай. За каждый твой укус Ивана будут резать клинками. В ответ Селес все же расслабила сопротивляющуюся голову и успокоилась. — Двигай руками с постоянной скоростью. Языком води верх и вниз, вылизывая его целиком. Оур прижимал голову Селес к себе. Ее тошнило, но она изо всех сил работала и руками, и языком. — ...Бестолковая. Ладно, неважно, я сам все сделаю. Оур схватился за голову Селес обеими руками и вонзился в ее рот точно в вагину. — М-м, мбх-х-х, мгху-у!.. — сдавленно вопила Селес, чувствуя как он хозяйствует во рту и в горле, но Оур продолжал унижать ее, нисколько не смущаясь. — Кончаю… выпей все. И затем он разрядился прямо в ее горло. — М-м… мх-х, г-гха-а!.. Гхе, кхо!.. От количества его семени Селес зашлась кашлем, а стоило члену покинуть рот, как ее стошнило на пол. Невыразимая горечь и вонь терзали ее обоняние, и на лице Селес отразилось еще более сильное отвращение. — Я же сказал тебе выпить… ладно, плевать. Потом тебе все равно придется пить, хочешь ты того или нет. Вижу, афродизиак уже распространился. Ложись и раздвигай ноги. Все еще продолжая кашлять, Селес уложила разгоряченное тело на кровать. Оур, видимо, не сомневался в своих силах, но и Селес была уверена, что сможет управлять своим телом. — Вставляю. Оур медленно раздвинул ноги Селес и резко вошел в ее глубины. По меньшей мере, самоуверенность мага оправдалась в том смысле, что член его толщиной и твердостью превосходил достоинство Ивана и с первого же захода доставил наслаждение распаленному афродизиаком телу Селес. — А-а… Селес отказалась от бессмысленного сопротивления и просто впитывала удовольствие. Иногда альвиек за их красоту похищают люди и превращают в рабынь. Селес была настоящей красавицей еще в юном возрасте, сама не раз попадалась охотникам и благодаря этому кое-чему научилась. Она знала, что тщетно сопротивляться наслаждению — лишь попусту тратить силы. Лучше просто получать удовольствие и ждать возможность сбежать. И, если не учитывать физиологическое отвращение, секс с Оуром благодаря афродизиаку действительно доставлял ей сильное наслаждение. Но только близость с Иваном могла наполнить ее душу. Никакое удовольствие не могло заставить ее забыть о том счастье. Поэтому она ни за что не покорилась бы целиком. — М-м, а-а… ам-м… м-м, м-м-м… Возможно, сладкие стоны Селес обрадовали Оура, поскольку он начал двигаться быстрее. — Кончаю, принимай!.. Он излил семя в ее глубины так бурно, что она почти слышала звуки льющейся жидкости. Селес вздрогнула в ответ, а потом с облегчением выдохнула. Продержаться еще шесть дней, и ее друзей освободят. “В постели он никакой не темный владыка, а самый обычный мужлан”, — подумала Селес, а затем ее тело вдруг перевернулось. — Э?.. — Теперь сзади. Не успела Селес ответить, как Оур схватил ее за талию, и его твердый член опять спрятался в женских глубинах. — Хья-а!.. П-почему… ты… продолжаешь?.. — недоумевала Селес. — Что за странный вопрос? — Оур злобно ухмыльнулся. — Я же сказал, что буду насиловать тебя неделю. Еще и зодиака не прошло. — Ты… ты шутишь? — дрожащим голосом вопросила она. — С чего я буду шутить? Мое либидо неисчерпаемо. Я буду насиловать тебя ровно неделю, ровно восемьдесят четыре зодиака. На мгновение Селес растеряла всякое самообладание.

— А-а-а… ха-а-а-а-а… Волны накатывали и отступали. Они раскачивали сознание Селес, словно лодочку. Смертельная усталость не давала сфокусировать взгляд и мешала собраться разорванным в клочья мыслям. Она могла лишь стонать и жаждать, когда накатывали приливы, и умоляюще вилять задом, когда наступали отливы. Все ее тело покрывала сперма, но давно уже позабылись времена, когда она питала к скверне отвращение. Все щели между ее ног истекали белой жидкостью, глаза давно потухли. Невразумительное выражение лица и полуоткрытый рот совершенно не вязались с образом прекрасной альвийской принцессы. — А-а-а-а-а-а-а-а-а… Прочувствовав, как в ее глубины вливается тепло, она ощутила особенно бурный прилив и громко застонала, повинуясь инстинкту. Она уже не могла думать о смысле своих действий и лишь виляла бедрами, вымаливая продолжение. — Нха-а… ай… — тонким голосом воскликнула она, ощутив, что достоинство Оура покинуло ее. Маг кончил в ее вагину десять раз подряд, но она, конечно же, не считала. Селес горестно стонала от того, что ее покинул наполнявший недра стержень. Кое-как вобрав силу в ослабшие ноги, она отклянчила зад. Но ожидания не оправдались — вместо этого отвердевший член показался перед глазами. Нисколько не смутившись, она заглотила покрытый соками и спермой пенис и принялась сосать и вылизывать его. Селес ничего не ела с того самого момента как начала совокупляться с Оуром. Во рту ее бывала лишь полная магической энергии сперма Оура. Она текла бурным потоком и вполне годилась в качестве пропитания, поддерживая в Селес жизнь. Впервые услышав о том, чем ей придется набивать живот, Селес ощутила даже не гнев, а отчаяние, но она понимала, что прожить неделю без еды и воды не сможет. С превеликой неохотой она пила ее, и ко вкусу привыкла очень быстро. Более того, сейчас он ей даже нравился. Чем больше она возбуждала Оура, тем больше вязкой жидкости тот извергал, поэтому Селес жадно вылизывала его стержень и ублажала как только могла. Она зажала бушующее достоинство меж своих пышных холмов, сдавила груди руками и дотянулась до кончика головки длинным языком, пытаясь распалить мага. Прошло еще немного времени — и вот она уже терлась об основание стержня щекой, вылизывая полные семени яички, а затем ласкала член тонкими пальцами и водила по нему красными, словно вишня, губами. Наконец, она без стеснения высунула язык, широко раскрыла рот, поместила в него головку, начала ласкать ее основание языком и втянула щеки. — М-м, м-м-м… В рот извергся сладкий нектар. Селес прищурилась и громко заработала горлом, глотая его. В первый раз ее одолели кашель и рвота, но теперь ей даже больше нравилось сначала обмыть семенем язык, а затем уже проглотить. Казалось, ее тело уже может двигаться само, не полагаясь на мысли. — Мфа-а… — напившись, издала Селес блаженный возглас и тут же ощутила, как ее тянут. Не став сопротивляться, она улеглась на перепачканную кровать и раздвинула ноги. — Ах-х… — простонала она, чувствуя, как ее пронзают спереди. Обмякшие руки обвились вокруг спины Оура, и она задвигала бедрами, растирая лобок о его промежность. — Обещанная неделя прошла, — шепнул Оур жаждавшей Селес. Но она не смогла переварить смысл его слов и лишь напрягла переплетенные вокруг Оура ноги так, чтобы тот вошел еще глубже. Селес нравились не ласки у основания, а глубокие проникновения. Когда член забирался в ее недра, она чувствовала себя сытой. — Ты уверена? Иван ждет тебя. Иван. Одного этого слова хватило, чтобы Селес опомнилась. Туман в сознании рассеялся, к обмякшим конечностям вернулись ощущения, на тело навалилась невыносимая тяжесть. И тем не менее, к ней вернулся рассудок. — Я не покорилась тебе!.. Освободи Ивана и всех остальных. Глаза ее вновь загорелись, губы поджались, на лице отразилась решимость. Пусть все ее тело запачкала сперма, внутри она сияла так ярко, что блеск скрывал всю скверну. — ...Я впечатлен. В тебе еще осталось столько силы? От удивления Оур вытаращил глаза. Если до того уплывшая, до того погрязшая в похоти Селес опомнилась от одного упоминания имени возлюбленного, альвийская любовь действительно стоит своей славы. Бывает, что альвы всю свою жизнь любят кого-то одного. — Хорошо. Я проиграл… Я разрешу тебе встретиться с Иваном. Оур приказал подчиненным приготовить ванну. Помывшись, Селес легла отдыхать. Проснувшись в прекрасном настроении, она вместе с Оуром зашагала по лабиринту в сторону камеры Ивана. — Ой, мой господин… неужели вы проиграли? — изумилась встретившаяся по пути Лилу, глядя на Селес. — Да. Все-таки принцессу светлых альвов так просто не победить. — И ты с ней все семь дней?.. Ну вы даете… — искренне подивившись (или сделав вид), она провела Оура к деревянной двери и отворила ее. — А наш за три дня сломался. Когда Селес увидела, что происходит в камере, она потеряла дар речи. Внутри водили хоровод суккубы, а в центре него Иван отчаянно насиловал одного из них. Щеки его впали и исхудали, в глазах, обращенных к суккубу, горел тусклый свет. Лишь только достоинство между его ног не растеряло твердости. Раз за разом оно проникало внутрь суккуба и расплескивало вокруг белую жидкость. — Иван?.. — позвала его Селес, но тот самозабвенно продолжал, словно не слыша ее. — Иван, очнись! — У, а… кха… Селес трясла Ивана за плечи и звала по имени, но тот не реагировал и все продолжал совокупляться с суккубом. — Иван, я победила! Нас выпустят! Иван! Селес срывалась на крик, но Иван не отзывался, смотрел пустыми глазами и двигал бедрами. — Зря стараешься, — с усмешкой проговорил один из суккубов. — Он продал нам душу. Сказал, что ему ничего не надо, лишь бы только продолжать заниматься с нами сексом. — Мы еще спросили, “как же твоя возлюбленная?” А он говорит, она с вами не сравнится. — Нет… Селес упала на колени. Перед ее лицом тут же появился твердый член Оура, и эльфийка рефлекторно поймала его ртом. — М?! Селес осознала, что только что заглотила достоинство чужого мужчины на глазах Ивана. Она тут же попыталась отшатнуться, но Оур прижал ее затылок. Иван же совсем не обратил внимания на то, что его возлюбленная взяла в рот член другого мужчины, и лишь продолжал насиловать суккуба. — Твоя душа смогла победить наслаждение. Но не тело. Оур сжал груди Селес и провел ногой между ее ног. Этого хватило, чтобы ее промежность увлажнилась и истекла медом. — Сейчас член Ивана тебя вряд ли удовлетворит. Я потратил много времени, чтобы переделать твое тело под себя. Да, Иван душой и телом продался суккубам, но он всего лишь человек. Ему не понять альвиек, которые живут сотни лет и всю жизнь любят лишь одного супруга. Ивана отнюдь нельзя назвать неверным мужем. Да что там, ни один человек не устоит, если его будут безнаказанно насиловать суккубы. Его даже можно похвалить за то, что он продержался три дня. Оур не сомневался, что покажет себя в постели не хуже Ивана, однако Селес вытерпела. Стойкость ее психики поражала. Однако альвийка потребовала той же стойкости от своего мужчины, и тем самым допустила ошибку. От предательства любимого человека и без того истерзанное сердце Селес разбилось окончательно. — Ну что, мой господин, давай ты и со мной поиграешь, а то совсем забыл, — проворковала Лилу и повисла на руке Оура. — А еще-е я хочу спросить, какого черта ты приказал мне не трогать Ивана и призвал новых суккубов. — Тебе как суккубу отчаянно не хватает обольстительности, — грубо ответил Оур улыбавшейся Лилу. — Я решил, что ты не сможешь его совратить. — М, вот как? А давай-ка проверим, обольстительная я или нет! — и Лилу бодро утопила лицо Оура в своем бюсте. — О том я и говорю, что твоим торопливым действиям не хватает обольстительности. Неужели ты не способна соблазнять деликатнее? Селес с завистью смотрела на Лилу и Оура. Будучи суккубом и хозяином, они тем не менее вели себя как влюбленная парочка. Оур заметил ее взгляд. — Но я пойму тебя, — шепнул Оур ей на ухо. — Я отбросил все человеческое, и тело мое проживет сотни лет. Поэтому я смогу понять твои чувства. Он протянул руку, и Селес не оставалось ничего иного, кроме как принять приглашение. Она понимала, что пойдет по дороге, которую уготовил ей Оур, но других путей у ее сердца не осталось. Слишком хорошо она познала тепло другого тела, чтобы прожить вечность в одиночестве. Так погибли последние узы жителей тайги и светлых альвов. Оба народа примкнули к Оуру.

— Господин Оу-ур. Оставив Селес и Ивана у себя в комнатах, Оур собрался было наконец возвратиться личные покои, но тут к нему вприпрыжку подбежала Мари. — ...Что такое? — Софи… Софи… — Что со Спиной? Мари, будучи односельчанкой Спины, все еще называла ее настоящим именем. Оур заметил в глазах девочки крупные слезы и опустился на колени. Мари, несмотря на свой возраст, была послушным ребенком, и прекрасно понимала, что у Оура очень много дел. Она казалась неуемной, но умела сдерживать себя и практически никогда не беспокола Оура, когда он занят. — Ее нет. Однако в этот раз ее характер привел к беде. Если бы Мари доложила Оуру раньше, все могло бы сложиться по другому. — Софи давно нигде нет. Было уже слишком поздно.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Шаг 13

— Здесь стало так одиноко… — обронила Лилу, глядя на проходивших мимо обитателей лабиринта. Сколько месяцев уже прошло с тех пор, как Спина пропала с их глаз? Оур отозвал все поиски, и они до сих пор не имели даже малейшего представления о том, где она и что замышляет. Попытавшись снять с себя проклятие, она подставила бы под угрозу собственную жизнь, и потому не могла никому рассказать про лабиринт. В то же самое время ей не хватило бы сил на штурм подземелья в одиночку. Когда Оур забросил поиски, он заметил, что пусть и жаль терять талант Спины, а также труды, затраченные на обучение ученицы магии, она никогда не занималась чем-то уникальным, поэтому лабиринт будет жить и без нее. Лилу, правда, казалось, что маг ко всему прочему не хочет втягивать Спину в грядущие события. В течение последних нескольких месяцев армия Оура поглощала близлежащие мелкие государства. Сразу после победы над королевством светлых альвов отряд Элен отправился странствовать по поверхности — с самого начала они присоединялись лишь ради победы над светлыми альвами. Их место заняли несколько дюжин светлых альвов. Пусть они и уступали темным, сил армии вполне хватало. Хотя раньше Оур очень ценил темных альвиек, он без всякого сожаления отпустил их и даже выпроводил вместе с ними и Мио, которая очень не хотела с ними расставаться. Поскольку в лабиринте жили и другие девушки, умевшие обращаться со скотом, монстрами и бесами, работа не застопорилась, однако чем меньше вокруг Лилу оставалось знакомых лиц, тем грустнее и почему-то тревожнее ей становилось. Их армия росла. Они захватили несколько стран, в их рядах появились новые рабы, монстры и укрощенные девушки. Но нынче Оур не запоминал их имен и не держал подле себя. Оуру поклялась в верности где-то половина лесных девушек и светлых альвиек помимо Селес, но Лилу не знала их имен. Викия, Надя, Шаль и Фаро едва справлялись с новыми подчиненными и почти не показывались Лилу на глаза. Даже Логан нынче был занят шефством над свежепризванными младшими демонами, сторожившими лабиринт. Рядом с Оуром оставались только Лилу и Мари, которая после исчезновения Спины вовсе пристала к нему словно банный лист. Лилу казалось, что чем больше у Оура войск и подчиненных, тем более одиноким он становится и, не сдержавшись, крепко обняла его сзади. — Что за чушь ты несешь? У нас стало больше людей и больше работы. Как раз ради этого я тебя и призвал. Работай усерднее, — бросил старый маг через плечо, отмахнувшись от ее рук. — ...Ладно, — вяло ответила верный фамилиар и приказала подчиненным доложить о происходящем. Под началом Лилу оказались недавно призванные суккубы, которых Оур заготовил для охмурения мужчин. Однако все остальные суккубы чем-то разительно отличались от Лилу. Они никогда не шли против приказов и работали на совесть. Но в то же время ни одна из них не доверяла Оуру, и он сам видел в них лишь рабочую силу. В принципе, демонам положено так себя вести. Ненормальной среди них была как раз Лилу. На демона она не походила ни сентиментальностью, ни чувственностью во время близости с Оуром, ни всем остальным. Безусловно, у демонов есть характеры и склонности. До сих пор Лилу считала свои особенности как раз такой склонностью. И тем не менее, она никак не могла отделаться от мысли, что чем-то решительно отличается от других суккубов. День за днем она ощущала все более сильный дискомфорт, о котором даже не ведала, пока находилась в мире демонов. — Ладно. Рим и Рам, вы следите за монстрами третьего яруса. Силке и Сурия, на вас четвертый ярус. Лорика и Нанай патрулируют первые и второй ярусы… Все началось как раз когда она отдавала приказы подчиненным. Во всем лабиринте вдруг начал мерцать красный свет, а следом раздался пронзительный металлический звук, похожий на сигнализацию гигантских муравьев. Звук этот Лилу услышала второй раз в жизни. Всплыли старые воспоминания — впервые она услышала его перед встречей с Юнис. Нынче же этот сигнал означал проникновение врага на четвертый или же пятый ярус. — Шая! Ты же говорила, что в последнее время не видела сильных авантюристов! — Через третий ярус никто не проходил, — безразлично ответил один из суккубов. На лицах подчиненных Лилу не читалось ни капли тревоги. Их волновала лишь своевременная оплата магической энергией. Думали они только о том, что когда Оур умрет или его энергия иссякнет, они быстро вернутся в мир демонов. Лилу закрыла глаза и через заклинание спросила у подчиненных на третьем ярусе, что происходит. “Ничего необычного”, — ответили ей. — Оур, на нас напали! Но происходит что-то странное — никто не проходил через третий ярус! — тут же доложилась Лилу Оуру. Тот тем временем обозревал лабиринт через ядро подземелья, к которому подключался через воду фонтана на площади. — Похоже на то. Это не авантюристы, — Оур озадаченно посмотрел в пространство. — На четвертый ярус пробились извне. Это кобольды… Внешнюю границу лабиринта образовывали несущие стены. Толстенные крепкие стены не только держали на себе весь лабиринт, но и защищали его от захватчиков. Однако теперь кобольды прорыли проход снаружи. — Кобольды? Их гнездо случайно наткнулось на наше подземелье, что ли? — спросила Лилу, и Оур покачал головой. — Кобольды — духи шахт. Они прекрасно роют, но не селятся глубоко под землей. Очевидно, ими кто-то управляет, — Оур перевел мрачный взгляд на Лилу и добавил: — Другими словами, на нас напал повелитель другого подземелья. — Другого… и что нам теперь делать?! Отправить туда Викию и остальных? — Нет, слишком рискованно… Успокойся, я предвидел и подобное. — Предвидел?! — напряженно воскликнула Лилу. Оур нахмурился, будто тон Лилу его раздражал. — Только глупец станет полагать, что другие не станут поступать так, как поступил он сам. Разумеется, я предполагал, что кто-то другой тоже построит подземелье, похожее на мое. Оур привел Лилу в комнату призыва и зачитал короткое заклинание. Вспыхнули магические диаграммы, призыв завершился и помещение наполнило громкое жужжание. — Начнем с того, что отправим их на разведку. Оур призвал множество гигантских мух. По сути своей, гигантские мухи не отличаются от обычных — когда-то все они залетели в лабиринт, привлеченные запахом мертвечины, а затем резко выросли, когда столкнулись с плотной магией подземелья. Гигантские мухи играют важную экологическую роль. Они быстро съедают трупы, превращая их в почву, а также служат пропитанием гоблинам, кобольдам и прочим слабейшим обитателям лабиринта. Однако при необходимости они превращаются в отличных разведчиков — вездесущих, недорогих и способных без труда летать в темноте. Оур вселился в одну из мух, а затем послал всю стаю к бреши, которую пробил противник. Враг еще не успел защитить свежевырытую шахту противотелепортационным барьером, так что если в ней удастся отыскать хорошо запоминающиеся ориентиры, к ним можно будет с легкостью переместиться. Мухи тотчас же отправились в шахту искать трупы, служившие им пропитанием и инкубаторами. Оур управлял одной из мух и смотрел ее глазами. — Лилу, иди к фонтану и выясни, что на нас нападает. Параллельно с этим доложи Викии и отправь ее отряд на защиту. Не факт, что брешь будет одна, — скомандовал Оур, уже видевший перед собой мир через фасеточные глаза. — Хорошо. Оур услышал согласие Лилу и ощутил, как она удаляется, после чего углубился в сознание мухи. Углы обзора гигантских мух гораздо шире человеческих. Связано это в том числе с относительно небольшими размерами существ (в среднем около тридцати сантиметров), но главная причина в том, что их фасеточные глаза показывают им практически панораму. Поначалу Оур путался и не мог привыкнуть к новому зрению, но вскоре попривык и начал летать по шахте без особого труда. Он продвигался вглубь шахты, уворачиваясь от нападок кобольдов, и вскоре действительно обнаружил на стене до боли знакомое начертание. Магическую печать, переносящую энергию из силовой линии в ядро подземелья. А значит, хозяин этого подземелья — не просто заурядный маг, случайно прокопавшийся в лабиринт Оура. Однако находка озадачила Оура. Ядро подземелья было делом всей его жизни. Все заметки о своих исследованиях он давным-давно уничтожил, они остались лишь в его голове. Что бы Оур ни говорил Лилу, на самом деле он не мог представить, что кому-то еще удастся создать ядро. С другой стороны, попросту собирать магическую энергию в одной точке бессмысленно. Ни нечисть, ни люди не способны выжить рядом с таким плотным сгустком, не говоря уже о том, чтобы извлекать из него пользу. Лабиринт Оура существует лишь потому, что его ядро не пропускает сквозь себя энергию и разрешает забирать ее. Впрочем, Оур понимал, что ему в любом случае нужно отыскать центр подземелья, и потому разослал мух во все стороны. Благодаря печати он знал, в какой стороне находится центр, но коридоры подземелья могли идти иначе. Более того, если хозяин этого подземелья руководствовался той же логикой, что и Оур, слепое следование потокам обязательно приведет к тому, что неприятель заблудится. Есть только один эффективный способ пробираться через такие лабиринты, и именно им чаще всего пользуются авантюристы: просеивание толпой. Гигантские мухи, заряженные энергией лабиринта Оура, образовывали между собой сеть. Перемещаясь и путешествуя по лабиринту, они разворачивали незримый барьер, и все, что он накрывал, отображалось на карте у фонтана, где стояла Лилу. С помощью этой карты Лилу предстояло разгадать замысел противника, а затем связаться с Викией с помощью магии и отправить ее отряд на защиту. К счастью, войска противника оказались не слишком сильны. Он посылал кобольдов, гоблинов и лишь изредка орков — другими словами, нечисть, водившуюся на первом ярусе лабиринта Оура. С другой стороны, поскольку враг нападал из подземелья, расслабляться было нельзя. Никакое преимущество не отменяет того, что уничтожение ядра подземелья означает конец всему. А поскольку у врага есть кобольды, способные рыть шахты, о нападении получится узнать лишь в последнюю секунду перед его началом. Однако можно сказать и обратное — Оуру достаточно уничтожить ядро, чтобы победить противника. Что это — некий артефакт или же сам маг? В любом случае, в лабиринте просто обязано существовать нечто, играющее роль его ядра. И самая эффективная тактика штурма состоит как раз в том, что обнаружить его и уничтожить. Оур летел, уворачиваясь от противников, и иногда переключаясь на других мух, когда подконтрольных все же убивали. Вдруг его охватило странное чувство. Центр лабиринта располагался в знакомой Оуру стороне. Оур начал двигаться, полагаясь на воспоминания. Теперь он летел в направлении той ловушки, в которую его в свое время поймала Кэт. До сих пор Оур полагал, что врагу просто повезло наткнуться на силовую линию, но на самом деле тот знал, что она проходит через ту землю. Конечно, Оур убрал те трубы, что выкачивали энергию из земли, но противник, по всей видимости, обосновался на том же самом месте. Однако знали о его существовании немногие. После гибели Кэт и ее солдат нужное место могли показать лишь приближенные Оура. Уже тогда Оур почти не сомневался в своей догадке, но когда добрался до глубин лабиринта, глазам его предстал огромный, пульсирующий подобно сердцу слизняк. Едва Оур увидел его, как из поверхности слизняка вытянулось щупальце и трансляция оборвалась. Похоже, слизняк перерубил связь между мухой и Оуром. — Спина… — с трудом прошептал Оур, вернувшись в собственное тело.

— Это дело рук Спины?! — Не думаю, что я ошибаюсь. — Что ей вообще в голову взбрело?.. — Лилу приставила ладонь ко лбу и вздохнула. Первой в ее голову пришла мысль не о предательстве, а о том, что Спина пытается любой ценой остановить Оура. Ведь незадолго до исчезновения она всеми правдами и неправдами старалась заставить его отказаться от войны с Лафанисом. — Пытаясь остановить Оура, она зашла еще дальше его самого. Безусловно, такой поступок в высшей степени подходит ее характеру, но, как ни крути, перебор налицо. — Что будем делать? — ...Я знаю, куда идти, так что будем нападать. Вопрос только в том, как быть с тем слизняком… Вероятно то творение — улучшенная версия пожирающего магию слизня, некогда придуманного Спиной. В подземелье не идет дождь, и залить его большим количеством воды будет непросто. Более того, не факт, что тот слизень все еще уязвим к воде. — Может ли быть, что она создала непобедимого слизняка, которого не берет ничего? — спросила Лилу, действительно верившая, что Спина могла на такое пойти, однако Оур покачал головой. — Такое сотворить невозможно в принципе. Как ни старайся выравнять свое творение, какие-либо отклонения неизбежны уже просто потому, что оно должно что-то поглощать. К тому же у творца нет полной свободы. У него есть лишь выбор из нескольких вариантов. Лилу протянула “хм-м” и задумалась. Вдруг в голову ей пришла мысль, и она выставила палец. — Кстати, а не проще будет спросить у нее самой? — Что за чушь ты… — удрученно бросил в ответ Оур, ведь нападающий противник не станет просто так рассказывать о своих планах. Однако с другой стороны с самой Спиной разобраться и правда легче, чем с ее слизняком. — Ладно. Сойдемся на этом варианте. — Э? Зачем ты тогда меня ругал? Оставив Лилу недоумевать, Оур приступил к составлению плана атаки. Нападение одного подземелья на другое несколько отличается от штурма авантюристами. Хозяину подземелья его лабиринт служит практически продолжением тела. Он знает обо всем, что происходит в подземелье и в принципе может мешать всему, что пытается в нем произойти. Другими словами, сражение двух подземелий — это в первую очередь взаимный захват территорий. Его можно сравнить с взаимным каннибализмом. Этим оно разительно отличается от войны королевств, исследований лабиринтов и прочих “изысканных” битв. — Так, занять позиции! Ломайте стены! Когда адские гончие сожрали отряд орков, Оур развернул барьер в комнате, заляпанной кровью и мозгами. Кобольды и бесы тут же застучали кирками и уже скоро разломали стену. Бродить по лабиринту и двигаться по трупам врагов незачем. Достаточно проломить стены и проделать прямой проход в центр подземелья. Так и проходит битва между повелителями подземелий. Оур тем временем рисовал магические диаграммы кровью убитых и сваленных в кучу орков. В каждом уголке подземелья Оура действовал барьер, не дававший ему телепортировать своих воинов, но к лабиринту Спины это не относилось. Конечно, она тоже установила несложный барьер, но слишком слабый по сравнению с творением Оура. Ему хватило нарисовать диаграммы и переписать барьер своим, чтобы создать площадку для призыва. — Держите эту точку, — скомандовал он призванным гигантам и светлым альвам. Гиганты способны встать перед противником непреодолимой стеной, а альвы поддержат их сзади. Такое сочетание прекрасно подходит для обороны. Установив стражу, Оур обезопасил себя от атак со спины и к тому же закрыл врагам проход в собственное подземелье. — Теперь копайте на восток! К подземной реке! Кобольды проломили стену, и за ней открылся бурный, шумный поток воды. Гигантская муха без труда бы перелетела над ним, но не отряд Оура. Наверняка Спина считала, что им придется пойти в обход, но… — Кладите мост! Живее! — Оур призвал на диаграммы огромный мост и скомандовал гигантам, чтобы они перекинули его через реку. Мост этот в огромной спешке сделали дверги, поэтому обошлись деревом, но прочности ему хватало. Даже когда на него вставал гигант, в несколько раз превосходивший человека по размерам, дерево не издавало ни звука. — Ломайте стену на том берегу! Кобольды перебежали на другую сторону реки и при помощи гигантов быстро разделались со стеной. И в следующее мгновение издали предсмертные вопли. — Что за?! Из прохода выкатился здоровенный валун и не только задавил кобольдов, но и захватил вместе с ними гигантов. Ловушка столь коварная и обладающая такой разрушительной мощью, что ее даже подстроить непросто. — Что за бред, кто устраивает ловушку в таком месте?.. Хотя, может как раз поэтому? Спина прекрасно знала характер и манеру поведения Оура. Он отправился по пути, по которому не пройти классическими способами. Поэтому она предположила, что Оур выберет именно его, и установила на нем ловушки. — Значит, можно предположить, что все остальные проходы она тоже учла… Оур вспомнил карту ее подземелья. Теперь он запоздало заметил, что выбранный им маршрут крайне подозрителен. Слишком уж много на нем участков, которые тяжело оборонять. Поначалу Оуру показалось, что это и есть слабое место лабиринта, но на деле оно оказалось западней. Вероятно, вместо стражи на этом пути их ожидает бесчисленное множество ловушек. С другой стороны, штурмовать вражеское подземелье в лоб — тоже не лучшая из тактик, ведь там им преградит путь множество монстров. Пусть каждый из них и слаб, на стороне врага позиционное преимущество. Например, они могут забрасывать их стрелами с высоты, и армия Оура ничего не сможет сделать в ответ. Даже если она и не проиграет, то точно понесет серьезные потери. — ...Хорошо, Спина. Раз так, я покажу тебе тактику, которой ты еще не видела, — Оур злорадно ухмыльнулся, ощущая толику радости за то, насколько умелой стала его ученица.

В самой глубине лабиринта Спины размещалась комната в виде правильного куба со сторонами по пятнадцать метров. Всю ее занимал гигантский слизняк, пульсирующий подобно сердцу. От всех остальных помещений комнату отделяли толстые стены, в которых были проделаны разве что вентиляционные шахты. Протиснуться через них могли лишь мелкие существа вроде мух, но им не удалось бы одолеть пожирающего безграничные запасы энергии и постоянно растущего слизняка. Пусть слизняк и находился в безопасности, он все равно зловеще поблескивал, словно дожидаясь посетителей. Посреди безмолвия раздался звук надлома. Через вентиляционные шахты протянулись трещины, мгновенно пробежавшие по всей комнате. Вдруг шахту завалило. Стоило стенам полностью покрыться трещинами, как и они, и потолок, начали разрушаться, словно рассыпающаяся деревянная мозаика. Стены исчезли, оставив лишь несколько колонн, слизняк растекся по увеличившемуся в несколько раз помещению. С другой стороны исчезнувших стен оказался Оур, который и разрушил комнату. Магическая энергия перетекала в глубины лабиринта через магические печати в вентиляционных шахтах. Сейчас, когда их завалило, а сама комната перестала существовать, энергия практически перестала подпитывать слизняка. Теперь он не мог управлять лабиринтом и расти дальше. — Выходи, Спина! Источник твоей энергии иссяк. Ты проиграла! — воскликнул Оур в пустоту. Неважно, где пряталась Спина на самом деле, она все равно так или иначе приглядывала за важнейшим из помещений. — ...Вы оправдали мои ожидания, учитель. Поверхность слизняка колыхнулась, и из него вытянулась рука. Затем показалось лицо, и наконец все тело Спины покинуло нутро вязкого создания. Она без тени смущения предстала перед Оуром совершенно обнаженной и поклонилась. — Но я не думала, что доберетесь сюда настолько быстро. — Кажется, этому я тебя еще не учил. Оур вытянул руку. В ответ каменный пол исказился, из него протянулись щупальца и ухватили Спину за руки и ноги. Спина изумленно посмотрела на каменные щупальца. Поначалу они были мягкими, словно конфеты-тянучки, но превратились в твердый камень, едва добравшись до Спины. Однако Оур не использовал магию разложения, способную изменять свойства материи, и не управлял камнями через вливание энергии. Спине никогда не доводилось видеть такую магию или даже слышать о ней. — Думаю, ее можно назвать лабиринтовой магией. Мое собственное изобретение. Через стены лабиринта протекает магическая энергия, которая затем через ядро связывается с телом Оура. Таким образом, тело Оура сквозь магические потоки могло дотянуться до любого закоулка лабиринта. — В принципе, эта магия крайне проста. Если ты способна управлять телом с помощью магии, сможешь управлять и лабиринтом. Правда, мне пришлось попотеть, чтобы освоить твой лабиринт. — ...Я недооценила вас, учитель, — проговорила Спина с искренним восторгом в голосе. На словах маневр Оура звучал легко, но на деле он далеко не так прост. Чтобы управлять лабиринтом словно собственными конечностями, нужно управлять магической энергией с предельной точностью. Это все равно что пытаться писать на листке бумаги кистью десятиметровой длины. Вероятно, во всем мире один только Оур способен на такое. Впрочем, раз такое ему под силу, никакие стены и ловушки лабиринта его уже не удержат. Более того, он может превратить их все в свое оружие. Можно сказать, такая магия подходила его характеру как нельзя лучше. — ...А теперь скажи, что все это значит. — Я полностью приготовилась к встрече с вами, учитель… Поселитесь в этом лабиринте вместе со мной, — ответила Спина с ясной улыбкой. — Спасибо, обойдусь. Немедленно уничтожь своего слизняка… Мы вернемся домой. — Нет, так не пойдет, — ответила Спина, и слизняк, точно реагируя на ее слова, завозился и окружил Оура со всех сторон, перегораживая путь к отступлению. Слизняки не обладают ни волей, ни разумом, однако Спина управлялась с ним совершенно свободно. — Хочешь добиться своего… пусть даже силой? — впрочем, Оур нисколько не испугался и спросил хладнокровным тоном. После всего случившегося таланты ученицы его практически не удивляли. — Нет. Я всего лишь волнуюсь за вашу сохранность. Спина подошла к Оуру и коснулась его щеки (Я тоже не знаю, куда подевались каменные щупальца, — прим. пер.). Даже по сравнению с прохладой лабиринта ее рука показалась ему леденяще холодной. — ...Вижу, ты не лжешь. “До чего же вредна моя ученица”, — мысленно вздохнул Оур. Если бы Спина приблизилась к Оуру, чтобы навредить ему, ей помешало бы проклятие, которое тот на нее наложил. Спина искренне беспокоилась за Оура и действительно пыталась его защитить. — Но я не стану прислушиваться. Убери слизняка, Спина. И немедленно… Оур вложил в слова магическую энергию, превращая их в приказ. Однако он не подействовал на девушку. — Что?! Ты… Оур изумился не потому, что магия не сработала. А потому что понял, на что ради такой защиты пошла Спина. — Ты совершила непомерную глупость… понимаешь ли ты, что натворила?! — Да, прекрасно понимаю. И тем не менее, иначе я бы не смогла поравняться с вами… и быть возле вас, учитель. Поэтому я не считаю, что совершила глупость. Спина медленно заключила Оура в объятия. Нижнюю половину тела мага окутал слизняк. И слизняк этот соединялся с нижней половиной тела Спины. ...Вернее, нет. Это нижняя половина Спины превратилась в слизняка. Снизу от него тянулась длинная нить, связывавшая ее с огромным слизняком, пульсировавшим в глубине лабиринта. Теперь Оура уже не удивляло, что она так ловко управляла безмозглым слизняком. Ведь она сама стала им. — Вы ведь тоже отказались быть человеком, учитель… А теперь пройдемте же в глубины лабиринта, где будем любить друг друга вечно… Тело Спины постепенно поглощало Оура. Однако оно не растворяло тело, а лишь отбирало магическую энергию и обездвиживало его. — ...Нерис Виа Спина. Незадолго до того, как Спина полностью поглотила его, Оур произнес ее имя все еще свободным ртом. И тогда она вдруг замерла. — Отпусти меня, — продолжил Оур. Покрывавший его слизняк обессилел и стек на пол. — Но… Спина изумилась, но отпрянула. Окружавший Оура слизняк тоже отступил. Она не могла остановить свои движения, как ни старалась. — Я не рассказал тебе кое-чего, — Оур перевел дыхание, наполнил обессилевшие конечности энергией и продолжил: — Маг никогда и ни за что не может пойти против учителя, давшего ему имя. Причем неважно, лишила ты его энергии или вовсе перестала быть человеком. Твое имя — твоя суть. Оно подобно твоей душе. По щеке Спины беззвучно стекла слеза. — Не плачь. Я понимаю, что ты переживала, и не стану тобой пренебрегать. А теперь отправляемся домой. — “Не плачь”? Спина коснулась пальцами своей щеки и ощутила ими слезу.

А затем на губах ее появилась улыбка.

— Это слеза не печали, но радости. Наконец-то я… — ?! Оур не мог пошевелиться. Его словно сковало точно так же, как до недавнего времени Спину. — Стала такой же как и вы, учитель. Нет, не “словно”. Его действительно обездвижило тем же самым образом. — Симпатическая… магия?!

Симпатическая магия. Пережиток тех времен, когда люди называли магией все, что не могли объяснить. Со временем великое множество магов довело до совершенства и классифицировало всё то, что некогда называлось чарами, ворожбой, ересью, вуду и так далее, и получило обобщенную науку, которую и назвало магией. Одновременно ту сложную в использованию “магию”, которой пользовались предшественники, объявили грубой и неотесанной, после чего забыли. Но шаманская магия укоренилась в сознании людей сильнее всех прочих. Она на порядок менее эффективна по сравнению с современной магией, мало на что способна и тяжела в применении, но тому, что она осталась в памяти именно простого люда, а не магов, есть внятное объяснение. И состоит оно в том, что шаманская магия интуитивно понятна. Всю ее можно обобщить словами “магия, основанная на подобии”. Все похожее подобно друг другу. Все, что некогда было одним, связано друг с другом. Хочешь вызвать дождь? Изобрази его подобие, окропи землю водой. Хочешь убить человека? Добудь его ногти и волосы, сделай куклу и проколи ее иглой. Конечно, когда подобное вытворяли обычные, не сведущие в магии люди, их действия почти никогда не приводили к тому результату, которого они добивались. Тем не менее люди верят, что такие ритуалы обладают силой, и их коллективная вера и обращается той силой, что подпитывает шамана. Симпатическая магия, один из подвидов шаманской, основана на том, что “все похожее обладает одинаковыми свойствами”. Вернемся к происходящему. В самой основе сущности Оура лежало происшествие, в ходе которого он получил от наставника приказ, который не выполнил бы добровольно. Теперь, когда через это же прошла и Спина, ее связь с Оуром укрепилась. Иерархия учителя и ученика размылась, Спина тут же воспользовалась этим и наложила на Оура чары. Пускай симпатическая магия неэффективна и слаба, на стороне Спины был огромный запас энергии. К тому же если Оур держал свои запасы в ядре подземелья, то есть, во внешнем накопителе, Спина накапливала энергию внутри себя. Навалившись на Оура всей своей силой, она успешно обездвижила его. — Учитель… ах, мой учитель… я люблю вас… Облик Спины исказился, и она разделилась надвое. Став одновременно и человеком, и слизняком, она научилась по желанию обращать свое тело в вязкую массу. И более того, вместе с этим научилась и создавать своих клонов. Причем каждый из этих клонов, в отличие от вместилищ Оура, мог считаться настоящей Спиной. У каждого было свое мышление, но единые намерения. Сорвав с Оура одежду, Спина с любовью провела языком по его члену. Вторая Спина в то же самое время нежно обняла его плечи и запечатала губы. Из слизняка позади них одна за другой восставали обнаженные Спины, обступали Оура и ласкали его тело. Он не успел и глазом моргнуть, как оказался полностью окружен.

В версии с изображениями тут находится картинка. Во рту его властвовал влажный язык Спины, не давая обронить ни звука. Он попытался отбросить вместилище и вернуться в настоящее тело, но не смог даже этого. Возврат требует магической энергии, хоть и самую малость. А как только Спина замечала, что Оур пытается выдавить из себя энергию, она тут же поглощала ее без остатка. Он мог бы вернуться в тело, если бы Спина уничтожила вместилище, но девушка вряд ли собиралась так поступать. Она лишь хотела сливаться с Оуром до конца времен. — Мы будем любить друг друга вечно, учитель… — Спина повалила Оура на пол и уселась на его достоинство. — Ах… Спина застонала, когда член Оура проник в нее. По ощущениям она казалась отнюдь не слизняком, а самой настоящей девушкой. Разница была лишь в том, что ее было много. — Позвольте мне, учитель, — Спина чуть приподнялась, все еще не выпуская члена. Тут же сбоку просунулось лицо другой Спины и припало языком к его стержню. Одновременно с этим голова еще одной спины принялась водить языком по полным семени яичкам. С боков присоединились еще две и зажали руки Оура меж грудей и ласкали их как кожей, так и языками, словно те тоже были половыми органами. Кроме того, Спина продолжала целовать его, и язык ее, кажется, пытался ублажать еще и язык Оура. Очутившись в похожем на рай аду, Оур кончил, совершенно не сдерживая себя. Обычно он полностью управлял своими оргазмами, но не сейчас, поскольку Спина расстраивала течение магических потоков в его теле. — Ах-х-х, учитель… — раздался блаженствующий голос, и все Спины вздохнули от наслаждения. Пусть каждая из них и обладала своим мышлением, но могла делиться с другими ощущениями и намерениями. Они нисколько не мешали друг другу. Все они работали ради единого создания по имени “Спина”. — Я всегда, всегда… буду рядом с вами, учитель. Спина слезла с его достоинства, приблизила к нему лицо и начала чистить языком. Целых три Спины дружно вылизывали его член, руки, ноги, грудь и все остальное тело. — Я не прошу вас любить одну только меня. Но умоляю, останьтесь… рядом со мной навсегда. Когда член Оура снова встал, Спина вновь оседлала его и опустилась на грудь мага. Затем ее очертания расплылись, и она начала медленно окутывать его. Оур таял, в буквальном смысле сливаясь со Спиной, и сознание его уже начало мутнеть от невыносимого блаженства. — Довольно, Спина. Вдруг ушей его коснулся до боли знакомый голос. Померкшее сознание сообщило, что глазами его уловили верного фамилиара по имени Лилу.

Видимо, Лилу спешила с главной площади со всех ног: все ее тело покрывали раны, крылья надломились, дыхание сбилось. Спины смерили ее ледяным взглядом. — ...Не вмешивайся, жалкий фамилиар. Отныне учитель всегда будет со мной. Ты больше не нужна. Исчезни. Лилу показалось странным, что Спина назвала ее “жалким фамилиаром”, продолжая при этом сверлить ледяным взором. Да, Спина возводила стены между собой и всеми остальными, а ладить пыталась с одним только Оуром. В разговорах с Лилу она никогда не называла ее по имени. И тем не менее, Лилу всегда чувствовала, что может в некоторой степени полагаться на нее. По крайней мере, ей никогда не казалось, что Спина может презрительно обозвать ее “жалким фамилиаром”. — Будто я соглашусь! Оур… мой господин! Лилу вытянула руку и попыталась схватить руку Оура. Однако как только она коснулась тела Спины, ее рука мгновенно расплавилась. — !.. Лилу мгновенно отдернула исчезнувшую по локоть руку. — Мое тело плавит и поглощает всякую магию. Демон вроде тебя ничего мне не сделает. Я повторяю… Исчезни. Такова была предельная уступка, на которую могла пойти Спина. Не то, чтобы она питала ненависть к Лилу или Юнис. Более того, они были в числе тех немногих, кому она могла доверять помимо Оура, и поэтому Спина даже в некоторой степени уважала их. Больше всего Спина опасалась того, что Юнис умрет. Спина совершенно не умела сражаться. Поэтому она глубоко восхищалась Юнис и безоговорочно доверяла ей, хоть никогда и не говорила об этом вслух. Но даже Юнис внезапно умерла. Значит ли это, что и Оур не исключение, что и его ждет смерть? Мысли об этом наполнили Спину таким страхом, что она помутилась рассудком. — Ни за что. Я тоже не могу отступить. Лилу провела левой рукой по обрубку правой. Поверхность среза вспыхнула желто-коричневым светом, и рука отросла на глазах. — Прости, Оур. Мы договаривались о десятой доле, но… я все-таки воспользуюсь твоей силой! Тело Лилу охватила энергия, похожая на янтарные цепи. Ее раны постепенно затягивались, крылья заживали. Лилу расправила крылья и бросилась к Спине со всех ног. — Неужели ты не понимаешь… что это бесполезно?! — две Спины остановили Лилу и схватили ее за руки и ноги. Через мгновение Лилу лишилась всех конечностей и рухнула на пол. — Все твое тело — сгусток магический энергии. Следовательно, тебе не победить меня, что бы ты ни делала. Поэтому… — И что с того? Разве ты сама смирилась, когда потеряла Оура, просто потому, что ничего не могла поделать?! — воскликнула Лилу, и Спина вздрогнула. — Ты ведь демон. Так почему же ты настолько… — Не знаю и знать не хочу! Просто сейчас я… не на шутку сержусь! Лилу восстановила себе конечности. Среди закипающих внутри нее эмоций остался уголок хладнокровия, и в ту секунду его посетила мысль: “До сих пор я лишь однажды настолько злилась. Оба хороши — и учитель, и ученик”. Тогда Лилу показалось, будто у нее в голове что-то щелкнуло. Лилу запустила отросшую руку внутрь Спины, пытаясь дотянуться до Оура. Конечно же, она мгновенно растаяла, однако Лилу отчаянно вливала в нее энергию и восстанавливала одновременно с тем, как она плавилась. — Невозможно!.. Спина мгновенно высасывала энергию, но Лилу отращивала руку с огромной скоростью. С немыслимой скоростью. Пусть демоны и устроены куда проще людей, даже им нужно значительное время, чтобы воссоздавать свое тело. По крайней мере, точно не одно мгновение. На подобное способны лишь те, кто умеет в совершенстве обращаться со сложными заклинаниями. ...Например, Оур. — Не может быть, суккубы не должны такого уметь!.. Скорость регенерации Лилу все росла. Ее рука находились внутри Спины, но уже не пропадала. А затем скорость Лилу превзошла скорость Спины. Поединок плавления и заживления продолжался, но Лилу постепенно тянула руку все дальше. — Еще… чуть… чуть!.. Первыми исчезли ее крылья. Затем начали разрушаться левая нога, левая рука и правая нога. Ей больше не хватало энергии, и она восстанавливала руку за счет других частей тела. — Вытащи руку, Лилу! — ...Наконец-то ты назвала меня по имени, — улыбнулась она все еще оставшимся лицом и ухватила Оура рукой. Как только Лилу выдернула его наружу, ее правая рука тоже разрушилась, и осталась только голова. Голова Лилу начала падать. Спина рефлекторно обратилась человеком и поймала ее. Тогда Лилу изо всех сил впилась клыками в ее запястье. — ?! Лилу мгновенно похитила у Спины энергию и восстановила свое тело. — Как я и думала, она никуда не делась, — Лилу с улыбкой окинула взглядом свое новое тело. — Энергия Оура, которую он оставил у тебя в животе. Спине совершенно незачем извлекать из себя ту энергию, которую Оур впрыскивал в нее вместе с семенем. Это Лилу, по чистой случайности обладавшая той же энергией, что и Оур, могла даже превратить его энергию в свою, если не принять никаких мер. Поэтому Лилу верила, что внутри Спины обязательно должны быть запасы, и расходовала собственную энергию без остатка. — Ну что, теперь успокоилась? Пошли домой. — ...Не могу, — Спина подняла руки и закрыла лицо. — Ведь я… так поступила, что… учитель меня возненавидит. И она разрыдалась словно маленькая девочка. Лилу окинула ее изумленным взглядом и протяжно вздохнула. Совсем недавно Спина наломала невиданных дров, а теперь нашла причину разрыдаться как ребенок. Как же с ней тяжело. — Кончай реветь, тебе это не идет. Ни волнуйся… я что-нибудь придумаю, ладно? — успокоила она ее заботливым голосом и погладила по голове. Спина закивала и кое-как остановила слезы. Легонько похлопав по голове все еще всхлипывавшую девушку, Лилу повернулась к Оуру. Из него вытянули столько энергии, что он лежал без сознания. Спина смотрела на отвернувшуюся Лилу и чувствовала, что что-то не так. Что именно она собиралась “придумать”? Обычно ведь Лилу хватало лишь на мысли уровня “давай вместе просить прощения”. Но сейчас она пообещала “что-нибудь придумать” на удивление уверенным тоном. Не замечая изумления Спины, Лилу глубоко вдохнула, а затем что было сил воскликнула: — Айн Соф Оур! Проснись! Услышав наполненные силой слова, Оур вздрогнул и очнулся. — Раз?.. Оур заморгал, не понимая, что произошло. Лилу с улыбкой подняла руку. Похрустев костяшками пальцев, она резко опустила ее на щеку Оура. Спина услышала отчетливый, приятный шлепок, и поежилась.

— Что?.. Оур недоуменно моргал, а на лице его появился похожий на кленовый лист след от пощечины. Он не понимал, как Лилу, неспособная вредить магу, вдруг ударила его. Не понимал, почему непреклонная Спина без конца всхлипывала. Не понимал, почему Лилу перед его глазами одновременно и улыбалась, и сердилась как никогда прежде. Однако меньше всего он понимал, как она разбудила его через истинное имя. И удивило его далеко не то, что Лилу его знала. Единственный человек, который мог его так разбудить, уже давно покинул этот мир. — Совсем ты, Оур, расклеился, вот Спина от переживаний и сошла с ума! Ты ведь мой господин, вот и будь как всегда самоуверенным, бесстрашным и готовым ко всему! — выпалила Лилу ни с того ни с сего, и Оур не нашелся с ответом. Поэтому она решила внести ясности вопросом: — Ты ведь собираешься вернуть Юнис? — ...Да, — Оур уверенно кивнул. — Чудно! — ответила Лилу, уперев руки в бока.

Жест показался Оуру до боли знакомым.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ты… это ты, Раз?.. — спросил Оур, внимательно приглядываясь к Лилу. Ему смутно казалось, что она смотрит на него не как обычно. — ...Ты нисколько не избавился от дурной привычки перенапрягаться и впустую тратить магическую энергию, Оур, — Лилу шаловливо улыбнулась, протянула руку и помогла Оуру подняться на ноги. — Понимаешь, призыв демона похож на рыбалку. Нам в мире демонов видно, кого призывает маг и сколько энергии тратит. Демоны смотрят, думают, будет ли от этого мага какой-нибудь толк, и решают, клевать или нет. Прошло уже больше года. Лилу вспомнила, как Оур призывал ее, и хихикнула. — Ты, Оур, призывал суккуба, но влил столько энергии, словно хотел высшего демона, поэтому все насторожились и никто не захотел поддаваться. Но… мне твоя янтарная энергия показалась какой-то родной, — Лилу положила руки на щеки Оура и посмотрела ему точно в глаза. — Предав ученика и продав душу демонам, Радикс Фулмен… стала суккубом в мире демонов. Это можно назвать и случайностью, и закономерным исходом. Раз выбрала в свои ученики Оура, очень похожего на нее типом магической энергии, а позже и Лилу приманило к Оуру сходство их энергий. — Но… Несмотря на все это, я не Раз. У меня есть большая часть ее воспоминаний, но я это я. Я — Лилушана, твой фамилиар. — ...Ясно, — коротко ответил Оур. Он уже не тянул за собой груз смерти Раз. И тем не менее ощутил, что в груди его словно что-то подтаяло. — Оно и ясно, Раз была мудрой, спокойной, взрослой женщиной. Ты на нее ничем не похожа. — М! Ах ты! Ты не замечал, как она из кожи вон лезла! На глазах ученика хорохорилась, но знаешь, как сильно в душе трепетала?! — Так, прекрати осквернять мои воспоминания, — бросил в ответ Оур, и на лице его появилась на редкость светлая улыбка. Затем он молча повернулся к неприкаянно смотревшей на них Спине и подошел к ней. Оур крепко сжал кулак и от души стукнул ее по макушке. — Идемте домой, Лилу, Спина. — Ладно. — ...Есть. Спина держалась за голову обеими руками и обливалась слезами, но все равно радостно кивнула.

— Софи!.. А? Как только Оур вернулся в лабиринт, Спину увидела Мари, широко улыбнулась и начала бежать к ней. Однако на полпути девочка остановилась и взглянула на ученицу Оура подозрительным взглядом. Возможно, она как-то почувствовала, что та уже не человек. Лилу шагнула вперед, чтобы попытаться объяснить ей, но... — Это правда Софи?.. — недоверчиво спросила Мари. — У нее титьки больше стали. Спина примерзла к земле с почти отчетливым звуком. — О… о чем это ты? Я ничуть не изменилась… — Вре-ешь, они гораздо больше, чем раньше! Оур невольно окинул бюст Спины взглядом, однако просторное платье помешало ему оценить размеры ее выпуклостей. — З… значит, они немного выросли, пока меня не было. Что в этом странного?.. — Это неправда. Они у тебя за тот год ничуть не изменились. И теперь точно не стали бы. — ...Значит, она воспользовалась тем, что превратилась в слизняка? — А, ну да, слизняки ведь любую форму принимают. Пока Мари упрямствовала, Оур и Лилу с понимающим видом кивнули друг другу. Спина от таких слов победила оцепенение, и на лице ее появилась гримаса гнева. — А! Это ты, Софи, — Мари радостно улыбнулась при виде физиономии Спины. — Сколько еще! Ты! Собираешься меня терзать, Мари-и-и-и?! В ту же секунду Спина обратилась слизняком и устремила к Мари подобные стрелам щупальца. Девочка весело засмеялась и легко увернулась от них. По всей видимости, ее в Спине удивил лишь увеличившийся размер груди, а превращение в слизняка она не сочла чем-то ненормальным. — Оур, — обратилась Лилу к магу, с улыбкой наблюдая за происходящим. — Ты знаешь, Раз была счастлива до самой последней секунды. — ...Ясно. Ее слова мало что значили для Оура, ведь прошло уже семьдесят лет. Память о жизни вместе с Раз поблекла и превратилась в далекие, но дорогие ему воспоминания. — ...Я добьюсь своего. — Э? — Лилу толком не расслышала шепота Оура и переспросила. — А ты поможешь. — ...Ага! — Лилу кивнула, и на губах ее распустилась улыбка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Эпилог

— Ладно, это все хорошо… — Оур схватил улыбавшуюся Лилу за макушку. — Но как ты умудрилась отвесить мне пощечину? — Э-э-э, понимаешь, я не собиралась тебе вредить, вот ее и не засчитало… — Будто я такому оправданию поверю! Ты сумела отключить часть договора?! Либо подействовало то, что она целиком заменила свое тело, либо сработали ожившие человеческие воспоминания, но во всяком случае контракт, который связывал Лилу, значительно ослаб. — Вот уж не думал, что его можно вот так обойти… Я переделаю все условия. Разберусь, насколько они ослабли, затем наложу проклятье заново. — П-погоди, Оур! Я же не стану тебя предавать. Я не такая, как другие демоны, верь мне. — Да, я верю, — ответил Оур, и Лилу сразу просияла, однако маг продолжил, и суккуб быстро сник. — Но здесь дело в другом. Я могу тебе верить, но мир слишком легко предает. Мое доверие не гарантирует ничего. Я сейчас же распишу, что надо проверить, а ты разберись, что из этого сломалось. С этими словами Оур развернул длиннющий свиток. — Сколько проверок ты собрался написать?.. — обронила Лилу, увидев, как край свитка коснулся пола. — Думаю, около тысячи. Немало, так что не медли. — Тысячи?! Вопль Лилу эхом отразился от стен лабиринта.

— Наверное, воспоминания о предыдущей жизни вернулись ко мне благодаря твоей энергии, Оур, — обронила Лилу, отвечая на условия, которые Оур тем временем все еще писал. — В смысле? — уточнил Оур, не сбавляя темп работы. — Ну смотри, Оур, ты же играл с моим телом с помощью магии? — Да. Суккубы не достигают оргазма во время близости с людьми. Однако сразу после того, как Лилу пришла в этот мир, Оур лично изменил ее так, чтобы она обрела человеческие чувства и смогла достигать вершин блаженства. — А я прямо пользуюсь твоей энергией. Энергия различается по цветам, которые придают ей люди. Когда энергия извлекается из земли и воздуха, а затем фильтруется, она практически бесцветна, но магу необходимо окрасить ее в свой цвет прежде чем использовать. В этом смысле энергия похожа на еду, которую нужно переварить, чтобы она принесла пользу. То же касается и получения энергии от других людей. Однако цвета Лилу и Оура практически совпадают, поэтому она могла пользоваться энергией мага практически без какой-либо обработки. — Спина осушила меня, и все, кроме головы, я создала заново из твоей энергии… Другими словами, теперь моя энергия точно того же цвета, что и твоя. На кончиках пальцев Лилу появился янтарный огонек, подлетел к Оуру и вошел в его грудь. Не встретив никакого сопротивления, он впитался в тело мага. — Понятно… значит, так ты получила мои воспоминания? — Скорее всего. — Весьма занятный феномен, но обладатели одноцветной энергии практически не встречаются. Провести опыт не получится. — Это точно. Да и не факт, что оно к лучшему, — с тоской отозвалась Лилу, и Оур прекратил писать. — Я не Радикс. И может, теперь уже и не Лилушана. Лилу обхватила колени и продолжила: — По крайней мере я теперь во всем не похожа на себя до призыва, и тело создала заново. Даже цвет моей энергии пусть немного, но все-таки изменился. Изменилась не только энергия. Мышление Лилу значительно приблизилось к людскому, но тело осталось далеко не человеческим. — Сожалеешь? Если бы Лилу не повстречала Оура и не зашла бы так далеко, наверное, она так и осталась бы обычным демоном... — Нет. Однако Лилу уверенно замотала головой. Демон не способен полюбить человека. А если чувства, которые она испытывала к Оуру, и есть любовь, она не смогла бы их испытать, будучи демоном. — Знаешь… — неуверенно начала Лилу, глядя на Оура исподлобья. — Я, конечно, суккуб, и такого у нас в принципе нет, но… Оур не понимал, к чему она клонит, и молча смотрел на колебавшуюся Лилу. — Это тело еще ни разу не… И тогда Оур, наконец, понял, куда дует ветер. — Хорошо. Может, Оур и болван, но не настолько, чтобы отказать Лилу просто потому, что работа еще осталась. — А! П-погоди! Мне нужно приготовиться! Приходи, когда позову! — выпалила Лилу и сбежала из комнаты, когда Оур уже собрался отправиться из кабинета в спальню. Оур задумался над тем, как именно она собралась готовиться, но покорно ждал. “Прости. Я готова. Заходи ко мне”. Мысленная весточка достигла его, когда Оур уже начал подозревать, что Лилу просто нашла повод увильнуть от работы. — Что она задумала?.. Когда Лилу все-таки позвала Оура после долгой паузы, в его голове возник раздраженный вопрос, но пропал в ту же секунду, как он открыл дверь в ее комнату. — Как… тебе? — смущенно спросила Лилу, в которой за прошедшее время изменилось решительно все. Она стала где-то на голову ниже и гораздо моложе на вид. Черные волосы и золотистые глаза не изменились, однако черты лица стали более невинными. Вместо привычной одежды черных и темно-синих оттенков, подчеркивавшей ее соблазнительность, Лилу надела очаровательное кружевное белье бледно-розовых тонов. Рога, крылья и хвост она скрыла, поэтому на первый взгляд не отличалась от человеческой девушки. И по какой-то удивительной причине, когда внешность Лилу приблизилась к человеческой, она утратила всякое сходство с Раз. А может, тень Раз на ее лице с самого начала лишь померещилась Оуру. Тем не менее, перевоплощение Лилу убедительно показало, что она не Раз, а кто-то другой. — Неплохо. Оур обнял Лилу и повалил на кровать. — М-м… Лилу закрыла глаза, и он несколько раз поцеловал ее. Они медленно поворачивали головы, и их губы прижимались друг к другу все плотнее. Жадно вкусив ее губы, Оур обхватил затылок Лилу и проник в ее рот языком. Та приоткрыла рот, обняла спину Оура и впустила его. Языки страстно сплелись, смешались две слюны. Они раззадоривали друг друга кончиками языков, ласкали вращательными движениями, иногда игриво захватывали губы и вылизывали как могли. — А!.. — пискнула Лилу, когда Оур почуял, что пора, и потянулся рукой к ее груди. Холмы ее тоже изменились, став более пологими, как раз умещающимися в ладони Оура. И каждый раз, когда крепкие пальцы Оура сжимали их, по телу Лилу растекался сладкий зуд. Она хотела еще ласк, и мужская рука, словно разгадав ее желание, проникла под одежду и начала вкушать ее мягкую плоть напрямую. Руки его — большие, грубые, бесцеремонные — всем отличались от ловких ладоней Лилу. Но сейчас они казались ей невыносимо приятными. Лилу сцепила пальцы со второй ладонью, лежавшей у нее на щеке. Оур сжал ее в ответ, а затем ухватился пальцами за чувствительное место. — Ах-х! — простонала Лилу и выгнулась, словно по ее телу прошел электрический ток. — Ах, не-ет!.. Суккуб изумилась тому, насколько сильные ощущения испытала просто потому, что ей сжали грудь. Но виной тому были не магия, не препараты и не гипноз. Прикосновения любимого мужчины принесли ей столько блаженства, что она слегка кончила. — Почему “нет”? — с легкой издевкой, но бесконечно нежно отозвался Оур. Она не успела даже хоть как-то воспротивиться, а он уже снял с нее лифчик и оставил почти голой. — !.. Лилу впервые ощутила стыд. Мало того, что обычно она постоянно расхаживала в по сути нижнем белье, ей доводилось бывать с десятками и сотнями мужчин. И тем не менее, сейчас ей было невыносимо стыдно от того, что он смотрит на ее наготу. — Не закрывайся. Оур схватил ее руку, которой она пыталась прикрыть грудь, и насильно отвел в сторону, затем поцеловал вершины ее холмов. — А-а-а-ах! — не сдержалась Лилу, и испустила звонкий возглас. Может, теперь ее грудь не шла ни в какое сравнение с той, что была раньше, но вершинки ее отвердели до боли. — А-а, м-м, ай-й. Оур ласкал их губами, чуть покусывал и облизывал языком, и каждый раз похотливые стоны сами по себе покидали ее горло. — Как же прекрасно ты стонешь, — произнес Оур измученным голосом. Лилу подумала, что тот чем-то недоволен, посмотрела на него и оцепенела. Оур возбудился так, что на его мантии появился бугорок. Может, сам он считал это позорным, однако грудь Лилу переполнилась счастьем при мысли о том, что из-за нее Оур потерял голову и настолько возбудился. — Я войду. — Угу. Сгорая от нетерпения, он сорвал с нее оставшееся белье и обнажил лоно. И сразу же вонзил твердый стержень. — !.. — Лицо Лилу исказилось от боли. — Ты что… — Оур заметил ее выражение уже после того, как инстинктивно дошел до самых ее глубин. — Э-хе-хе. Раз уж я научилась сама переписывать свое тело… Он вышел из нее, провел пальцами и увидел на них кровь. Похоже, она воссоздала человеческое тело со всей тщательностью. Оур знал Лилу уже долго и мог отличить настоящую боль от наигранной. Поэтому он мог с уверенностью сказать, что Лилу воспроизвела человеческую девственность во всех подробностях, вплоть до боли. — Зачем ты так… — Разве ты не понимаешь? — Лилу проникновенно заглянула в глаза Оура. — Глупая. Сразу бы сказала, — ответил Оур после протяжного вздоха. — Угу, прости, — извинилась Лилу. Оур осторожно гладил ее тело. Он не ласкал ее, а водил рукой нежно, словно пытаясь утешить раненого ребенка. — М… Ладонь расчесала ее волосы, погладила щеку, прошла по шее. После ключицы она достигла еще не до конца сформировавшейся груди, затем гладкого живота и тонкой талии. Она продолжила путешествовать до самых ступней, изучая все тело Лилу. Затем пошла обратно, достигла плеча, пошла от него по руке и в конце концов сжала ладонь. Разумеется, их лица вновь сблизились и еще раз сплелись в поцелуе. Однако этот, в отличие от предыдущего, получился не бурным и страстным, а мягким и игривым. — Кажется, мне нравится, когда ты ласкаешь меня, Оур, — вплела Лилу слова в промежуток между громкими звуками поцелуя. — Суккубы так не говорят. — Ага, — ответила Лилу и хихикнула. Наверное, нет больше таких суккубов, которым бы ласки нравились больше секса. — Думаю, уже можно. — Ладно. Оур кивнул и начал неспешно двигаться. — М… фх… Порой Лилу все-таки морщилась от боли, но голос ее становился все слаще и слаще. Хотя телом она изрядно помолодела, однако влажные глаза, неотрывно смотревшие на Оура, полнились достойным суккуба очарованием. — Ничего себе, Оур. Ты еще больше, чем обычно… — Это ты стала меньше, глупая. Но когда Лилу раскрывала рот, ее уста покинули привычно неуместные выражения. Что бы Оур ни говорил в ответ, он чувствовал облегчение, понимая, что перед ним все та же Лилу. — Э-хе-хе. Наполни меня изнутри, мой господин, — вдруг раздалась заискивающая просьба, и ее вагина с силой сжала его достоинство. — Ладно, как пожелаешь… я кончаю. Оур оправдался перед собой тем, что в любом случае не собирался ограничиваться одним разом, и излил себя в нее. — А-а-а-а-а-а-а! — простонала Лилу, принимая дозу. Судя по тому, как она вдруг вцепилась в Оура и забилась в судорогах, в то же самое мгновение она кончила. — Ты в порядке? Ее реакция смутила Оура. До сих пор ему ни разу не удавалось довести Лилу до оргазма, просто безудержно кончив. Однако теперь он видел ее открытый рот и влажные глаза, которые трудно принять за простую имитацию блаженства. К тому же сейчас их отношения никакой имитации не предполагали. — Да… мой господин, твое семя настолько аппетитное, что я кончила… Лилу вспомнила недавние ощущения и вновь вздрогнула от легкого оргазма. Оур глядел на нее и вдруг кое-что заметил. — Ты что, стала больше? Совсем недавно грудь ее вырисовывала лишь плавные линии, но теперь увеличилась до того, что отбрасывала тень. И кажется, Лилу немного подросла. — Да… я продолжаю перекраивать себя твоей спермой, мой господин. Дай мне еще, и я… — Лилу обхватила голову Оура руками и поднесла к ней лицо. — Стану еще ближе к девушке, которую ты хочешь. Лилу смотрела точно в его глаза и почти касалась его губ своими. — Я люблю тебя, Оур. Сделаешь ли ты меня своей? Мир покачнулся. Быть может, Лилу на такое и не рассчитывала, но никогда еще ее привороты не работали так эффективно. — Буду продолжать, пока держат ноги. — Хорошо. Оур поцеловал счастливо кивавшую девушку и сразу же проник языком в ее рот. Она подросла не только снаружи. Длинный язык Лилу тут же обхватил язык Оура, а вагина уже не просто сжимала его изо всех сил, а окутывала ощущением мягкости. Суккубы умеют превращаться в идеалов своих партнеров. Однако на деле считывать образ идеала — совсем не то же, что обращаться им. Лилу считывала образ внутри Оура и превращалась за счет энергии, которую тот вливал в нее. — Ха-а-а-а!.. Когда Оур обнял ее и излился, обвившиеся вокруг его спины ноги стали еще длиннее. — А!, А-а-а, да, вот так, продолжай! Семя приземлялось на спину Лилу, упиравшейся руками в стену, тут же впитывалось в кожу и становилось женственными округлостями. — Ах! Оур! Оур!.. Каждый раз, когда она танцевала верхом на Оуре, ее грудь становилась чуть больше. Оур держался за ее холмы и испытывал ни с чем не сравнимое чувство того, что пальцы его постепенно тонут в них. — Это последняя порция. Кончаю!.. — А! А! А-а-а-а-а-а-а! Напоследок Оур пригвоздил Лилу в кровати, пристроился между широко раскрытыми ногами, вонзился и кончил. Уже неизвестно в который раз изливавшееся семя хлынуло из органов девушки. — А-а-а-а-а!.. Кончив в то же самое мгновение, Лилу свернулась на постели, напряглась… И в комнате раздался сухой звук расправляемой кожи. — ...Э? Тут же обернувшись, Лилу увидела крылья. — Я стала такой же? И выросшие на спине крылья, и рога на голове, и длина волос, и размер груди — Лилу приняла ровно тот же самый облик, что и раньше. — Ты же сказала, что станешь девушкой, которую я хочу, — устало бросил Оур, глядя как Лилу недоверчиво оценивает локон своих волос. — Ясно, — Лилу сразу расплылась в сияющей улыбке и крепко обняла Оура. — Но тебе ведь не хватит одной меня, да? Вновь обратившись собой, Лилу, пусть даже невольно, сделала с Оуром ровно то же самое, что ранее с Зайтлидом. Если бы Оур того захотел, он мог бы сделать из Лилу “воплощение Юнис”, изменив даже ее душу. — Ну, это да. Но Оур так не поступил. А значит, он в самом деле собирался вернуть настоящую Юнис. — Мы обязательно спасем ее. Я тоже помогу. — Да… — темный владыка чуть ухмыльнулся, глядя на сжимающего кулачки фамилиара. — Я рассчитываю на тебя.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Дополнительный шаг

— Так это… пещера “Страха”? — послышался тонкий, словно звон колокольчика голос Шаль. — Да, определенно она, — подтвердила Викия, сверяясь с картой. — Верю, — удовлетворенно кивнула Надя. — Она достойна быть логовом древнейшего дракона. — Да уж, без необходимости сюда соваться не хочется… — не без раздражения пробормотала Фаро. Они миновали множество крутых гор и добрались до той, что уходила под самые небеса. Громадная пещера расположилась прямо на ее склоне. Надя, Шаль, Викия и Фаро. Оур приказал их отряду отправиться в пещеру, где живет дракон по имени Метус. — Да ладно, ты боишься? — спросила Надя не столько язвительно, сколько на самом деле удивленно. Пускай им лишь раз приходилось оказываться в одной команде, Надя более-менее представляла себе характер Фаро. У нее сложилось впечатление, что девушка-хоббит ничуть не испугалась бы пещеры и радостно зашла бы внутрь, поэтому теперь Надя недоумевала. — Я, как разбойник, специализируюсь на подземельях и хорошо знаю только искусственные ловушки. Сразу скажу, не ждите, что из меня выйдет хороший боец авангарда, — не слишком уверенно ответила Фаро, свела брови и покосилась на свисающий с пояса кинжал. Как нетрудно догадаться по невысокому росту девушки-хоббита, воевать у нее получается не слишком хорошо. — Хозяйка горы, к которой мы идем в гости — истинный дракон. Более того, она считается древнейшей из живущих драконов, — сухо объявила Викия поникшей Фаро. — Я слышала, обители существ, обладающих такой магической силой, превращаются в подземелья сами по себе. Не думай, что тут просто пещера. — Сами по себе? Что-то я о таком не слышала, — недоверчиво переспросила Фаро, но Викия не стала отвечать. Она и сама лишь слышала об этом от других и никогда не была в подобных местах. — Не бойся, — Шаль мягко улыбнулась, пытаясь успокоить Фаро. — Господин Оур сам решал, кто пойдет сюда. Поэтому среди нас не может быть лишних или недостающих. Я уверена, твоя помощь нам обязательно потребуется. — И то верно. Слова Шаль убедили не только Фаро, но и Надю, и Викию. Пускай каждая из них относилась к Оуру по-своему, все они верили в его тщательность во всем, что касается приготовлений. — Оправдаем же его ожидания, и будем работать вместе. Надя вытянула руку, и остальные сложили на нее ладони. — Ради… — Члена господина Оура! — испортила Шаль воодушевляющий момент.

— ...Какая здесь плотная злоба, — пробормотала Фаро, поднимая зажженный потрескивающий факел. — Да, она на уровне лабиринта Оура. Викия посмотрела на огонек, который зажгла на пальцах, и помрачнела. Рассеянная в воздухе злоба ядовита для обычных людей, но питает все магическое. Поскольку ко “всему магическому” относится и собственно магия, в присутствии густой злобы заклинания становятся гораздо сильнее, чем обычно. — Нужно быть осторожнее, — напряженно проговорила Шаль. Нельзя сказать, что усиление магии это однозначно хорошо. Мощная энергия, вливающаяся в заклинания против воли мага, в равной степени повышает и вероятность сбоя. — Да чего вы, нечего бояться. С нами снаряжение, которое дал господин Оур. Надя выставила перед собой щит и меч, полученные от Оура. Конечно, ими все не ограничивалась — Оур приложил руку ко всей их броне, посохам и даже оберегам. Чем глубже лабиринт, тем более редкие руды попадаются в процессе его расширения. Вся она попадала к двергам на переработку, а затем Оур зачаровывал новое снаряжение, в результате чего оно получалось на удивление легким и в то же время крепким и острым. — Мне это, правда, не особо поможет, — тихо буркнула Фаро, шагавшая сбоку от Нади. Ей тоже достались новые нагрудник и кинжал, но она не думала, что от них будет польза. — Так, погодите-ка. Но вдруг рассеянный взгляд девушки-хоббита резко стал пронзительным и устремился вглубь прохода. Фаро подобрала с земли камешек, бросила вперед, и тот сильно взорвался, едва коснувшись земли. — Ого. Так вот что значит “превращается в подземелье”? Никто ничего не подстраивал. По чистой случайности злоба собралась в том месте особенно плотным, взрывоопасным сгустком. И тем не менее, получилась самая настоящая ловушка. — Как ты ее разглядела? — спросила Викия с вытаращенными от неожиданного взрыва глазами. — Вот как. Мне его дал Оур, сказал с ним можно энергию видеть. Фаро подняла рукой металлический амулет в виде глаза. — Что? Но там не было никакой энергии. От рождения Викия обладала “магическим глазом”, способным видеть магическую энергию, а амулет Фаро всего лишь воспроизводил ту же способность с помощью магических технологий. Хотя, чары на амулете все-таки нельзя назвать “той же” способностью. Викия могла на глаз определить не только наличие энергии, но и цвет, и форму, и тип заклинания, и даже характер заклинателя. Однако силы амулета хватало лишь на то, чтобы обнаруживать энергию. — Была же. Вон, там точно то же самое. — ...А! Фаро указала пальцем, Викия присмотрелась и увидела в проходе тончайшие энергетические нити. Даже Викии приходилось изо всех сил напрягать магический глаз, чтобы их разглядеть. — Раз их видно, они не особо отличаются от магических ловушек. Фаро села на корточки и начала насвистывать под нос какую-то песенку. Прошло всего несколько секунд, и натянутые в проходе нити развеялись. — Что? Как ты смогла обезвредить магическую ловушку голыми руками? Ладно бы она обезвредила ее через срабатывание, как первую, но Викия не понимала, как Фаро заставила энергию исчезнуть, совершенно не прибегая к магии. — Будь ловушка искусственной, я бы так не смогла, но это просто естественное скопление энергии, и ее можно разогнать, подвигав камни. — Ого, как все просто, — восторженно заметила Надя, не понимавшая, как все на самом деле сложно. Викия схватила за голову, словно та разболелась. — Вот и славно. Видишь, господин Оур не ошибся, выбрав тебя. Шаль, наверное, единственная из них понимала Викию, однако сейчас она куда больше обрадовалась тому, что Фаро заметно оживилась. Альвийка положила руку на отсутствующую грудь и с облегчением вздохнула. Кстати, Шаль в самом деле могла похвастаться на редкость плоской грудью. Впечатляло хотя бы то, что объемами ее превосходила даже Фаро, казавшаяся на первый взгляд ребенком. Однако стоило Викии отвлечься на бесцеремонные мысли, как улыбавшиеся губы Шаль тут же поджались. — П-прости. Ничего, Оуру нравятся даже мал… — Что-то приближается! — звонко перебила ее Шаль, и девушки тут же встали по своим местам. Надя и Фаро заняли позиции спереди, Шаль и Викия приготовились поддерживать их из тыла. Через секунду из тьмы пещеры выплыло существо. — ...Какой огромный. Первой взгляд подняла Надя, за ней остальные. Огромная пасть с похожими на ножи клыками. Длинная шипастая шея. Тело, покрытое крепкими, точно щиты, чешуйками. Лапы с похожими на обсидиан когтями и длинный гибкий хвост. — Вот так внезапно дракон?! — Нет, это драконид. Обычный огненный дрейк. Фаро уже всполошилась, однако Викия покачала головой. Словно в ответ ей во рту огненного дрейка сверкнуло что-то красное, а затем на девушек обрушилось яростное пламя. — Гья-а-а! — завопила Фаро и мигом скользнула за укрытие. Скала, которую она выбрала, тут же раскалилась докрасна. От человека пламя бы мокрого места не оставило. Но когда Фаро уже начала прикидывать, как бежать от продолжавшего буйствовать дыхания, внутри потока сверкнула энергия. Сила дыхания быстро пошла на убыль, затем сквозь огонь пролетело какое-то светящееся копье и вонзилось дрейку в пасть. Через мгновение пламя погасло, зато мелькнула серебристая вспышка. Надя. Девушка ветром подбежала к врагу и сверкнула мечом. Не имевшие радужки глаза злобно уставились на Надю, а в следующее мгновение голова рухнула на землю. — Осторожно, кровь очень горячая. Надя смахнула с клинка кровь, убрала его в ножны и бросила взгляд на Фаро. Кровь хлестала из перерубленной шеи дрейка, падала на пол и начинала дымить. Видимо, обвариться в ней можно словно в кипящем масле. — Как ты выжила? — от удивления Фаро не сдержалась и спросила в лоб. — Это я защитную оболочку создала, — Шаль гордо выпятила грудь. — Прятаться в одиночку опасно, больше так не делай, — предупредила Викия, вновь вешая за спину посох длиной с ее саму. — ...Вы что, все дико мощные? — Нет, это заслуга меча. Надя похлопала меч на поясе, затем достала крупный нож и воткнула его в обескровленную шею дрейка. За время их разговорила ярко-красная чешуя вся выцвела и стала тускло-бурой. Пусть она и крепче стали, сейчас это не играло никакой роли. Они даже опадали сами по себе, стоило вставить нож между шкурой и мясом. — Угу, меча. Вы все, конечно, даете. Фаро не знала, испытывать восторг или удручение. Она прислонила факел к стене и отправилась помогать Наде. Слова “создала защитную оболочку” могут показаться очевидными, но Фаро знала, что такие барьеры работают в обе стороны. Другими словами, пока действует защита, протеже не может атаковать. Хоть ей и показалось, что Надя напала сквозь защиту, на деле Шаль отключила оболочку ровно в то самое мгновение, когда Викия запустила ледяное копье. Надя тоже бросилась в бой не абы когда. Чуть раньше — ее бы спалило дыхание, чуть позже — копье бы успело растаять. Фаро никогда еще не видела авантюристов, которые столько путешествовали вместе, что теперь могли так ловко выступать, совершенно не обмениваясь словами. — Когда-нибудь ела мясо дрейка? — спросила Надя, ловко разделывая плоть. Шаль же заталкивала мясо в мешок. Видимо, тот тоже был зачарованным, поскольку иначе в него такой груз ни за что бы не влез. К тому же потом Шаль без труда подняла его щуплыми ручками. — Нет, никогда. Оно вкусное? — Очень. Во многом похоже на куриное, но вкус гораздо гуще. Как кусаешь, сок из него прямо вытекает. Фаро даже сглотнула, услышав, как Надя расписывает прелести мяса. — Правда, готовить его долго, так что мне оно не особо нравится, — тихо добавила Викия, тоже укладывавшая мясо в мешок. — Это ведь огненный дрейк. Его тело устойчиво к огню… так что и варить, и жарить его надо три дня подряд. — Три дня! — Не отвлек… ого. Фаро вытаращила от изумления глаза, однако сразу за этим еще сильнее изумилась Викия, попытавшаяся было напомнить о работе. Даже увлеченная разговором, девушка-хоббит работала руками, словно ими управляла какая-то магия, и без труда вспорола живот дрейка. — А, только внутренности не трогай, в них все еще остался огонь. — Ужас-то какой. Фаро коснулась пальцем темно-красных органов, освещенных дрожащим светом факела, и ощутила, что они чем-то полны. — Вот тут, да? Она вырезала кишки и сделала из них шнуры, которыми обвязала оба огненных пузыря. Как только Фаро вырезала их из тела, полупрозрачные мешочки, внутри которых виднелось пламя, поднялись в воздух. Наверное, горевший внутри огонь даже тяжелую плоть делал невесомой. — Что ты… — Надя смотрела, как Фаро держит железы за тянущиеся от них кишки, словно два воздушных шарика, и не знала что сказать. — Я их как следует перевязала, не волнуйся.

— Ну ты тоже даешь, — ошарашенно обронила Викия.

— Там яма, осторожно. — Поняла. Секундочку. После предупреждения Фаро Викия остановилась, достала из кармана листок и отметила на нем ловушку. Кроме того, она достала мелок и нарисовала на полу крест. — Разве нам нужна карта? Составление карты — важная часть похода в подземелье. Бывает даже такое, что авантюристы берут с собой специалиста-картографа. — Ты же наверняка помнишь маршрут? Однако опытные искатели приключений, вроде Викии и ее подруг, вполне могут держать карту и в голове. Более того, если рисовать на плоском листке карту подземелья с бесконечными лестницами и этажами, можно запутаться еще сильнее. — Это приказ Оура… хотя, скорее, просьба, — ответила Викия с неоднозначным видом, убирая листок и перо в карман. — Он попросил нарисовать как можно более точную карту и принести ему. — Хм-м. Интересно, зачем? — Нравятся они ему, — Викия удрученно покачала головой. — Он говорил мне, что любит рисовать карты. — Ого. Подумать только, у него еще и увлечения какие-то есть… А, там тоже ловушка, не наступите, — заметила Фаро на ходу, и Викия еле успела затормозить. — Я про это не знала. — Я тоже в первый раз слышу. — Э? — удивилась Викия словам подруг. — Такое чувство, будто Викия только делает вид, что сопротивляется господину Оуру, а на самом деле стала к нему ближе всех. — На словах возмущается, но тело-то не обманешь. — Т-только вот без этого, пожалуйста, — возразила Викия словам Шаль, но таким слабым тоном, словно та не особо ошиблась. — Тут это самое, понимаете... мы оба маги, так что нам всегда есть о чем поговорить. — Я вообще-то тоже маг, — ответила Шаль и уставилась на Викию пристальным взглядом. Та отвернулась, чтобы избежать дополнительных расспросов. И тут… — Секунду. Разве этого камня раньше не было? — Викия указала на неприметный сталагмит, образовавшийся благодаря воде, капавшей со сталактита. — Не пытайся сменить тему! В естественных пещерах и сталактитов, и сталагмитов встречалось столько, что смотреть на них быстро надоедало. — Нет... кажется, я его тоже видела. Однако затем и Фаро вытаращила глаза и всмотрелась в сталагмит. Вершина находилась точно на уровне ее глаз, поэтому она его вспомнила. — Эй, разве это не метка Викии? — раздался голос Нади, прошедшей немного дальше. Перед ней на полу красовался тот самый крест, которым Викия пометила яму. — Не может быть, — Шаль покачала головой. — Я совсем не почувствовала телепортации. Может, я так увлеклась разговором с Викией, что проморгала? — Забудь уже про наш разговор. — Хорошо. Как следует расспрошу уже когда вернемся. — Не говори так, сглазишь. Когда суеверные авантюристы отправляются на задание и встают на грань жизни и смерти, они очень не любят рассуждать о том, что будет потом. Кроме того, дисциплина советует думать только о том, что необходимо сделать сейчас. — Впрочем, я тоже не ощутила, что нас переместило, — заметила Надя. — Как и я, — поддакнула Фаро. — Но мы вроде бы нигде не сворачивали и шли только прямо. Викия тоже кивнула, соглашаясь со словами Шаль. Чаще всего бесконечный коридор означает, что во всем виновата телепортация. Однако она сопровождается характерным чувством отрыва от земли. Как бы аккуратно их не перемещало, кто-то бы все равно заметил. — Давайте проверим. Викия зачитала короткое заклинание, создала рядом с посохом огненный шарик и выстрелила им вперед. — Оп, — Надя поймала щитом шарик, через какое-то время прилетевший сзади. — Ясно. Это не столько телепортация, сколько искривление пространства. — Нам вернуться и искать другой проход? — Нет, этот правильный. Если злоба здесь настолько плотная, что искажает пространство, мы наверняка уже совсем близко от цели. — Как тогда пойдем? — Если тут искривлено пространство, вряд ли мы сможем пройти прямо и не попасться. — Я думаю, должен быть тайный проход. Где-то… вот здесь, — Викия сверилась с картой и указала на стену по правую руку. — Ясненько. Вот это моя стихия! Фаро сняла с посоха палочку длиной с ладонь и прокрутила в руке. Палочка удлинилась и стала раза в три длиннее самой Фаро. — Это еще что? — Десятифутовый посох +3! Десятифутовый посох, как следует из названия, представляет собой шест примерно трехметровой длины. Всевозможные разбойники обожали пользоваться ими для того, чтобы обезвреживать ловушки издалека. Правда, эти посохи стали настолько повсеместными, что появилось немало ловушек, срабатывающих с трехметровым смещением или же накрывающих значительную площадь. По этой причине о посохах практически забыли. — А что дают “+3”? — уточнила Шаль. Авантюристы часто прибавляют “плюсы” к названиям особенно качественных или усиленных магией вещей, однако она никогда не слышала о плюсах в названии десятифутового посоха. — Длину! — уверенно воскликнула Фаро. — Так это, получается, просто тринадцатифутовый посох… — со вздохом отозвалась Викия. — Ну, я пошла. Фаро вновь зашагала вперед, по пути постукивая посохом по стенам. Троица переглянулась и пошла следом. — И что ты так надеешься понять? — спросила Надя. — Помолчите, — резко бросила Фаро. Через какое-то время она остновилась. — ...Здесь. Слышите? Звук другой, — Фаро постучала сначала по стене, затем по полу. — ...Вроде бы да, немного другой. — Прости, не слышу разницы. — И что с того? Шаль, Викия и Надя ответили каждая по-своему. — То с того, что по ту сторону есть пещера. В искусственном подземелье тут была бы потайная дверь, но здесь ее не будет, а значит… — Придется ломать? Надя взглянула на свой меч, затем приставила руку к подбородку. Одноручный меч плохо приспособлен для сноса каменных стен. Конечно, он не сломается благодаря заклинаниям Оура, но лезвие погнуться может. И этого по возможности стоит избежать. — А, может, воспользуемся ими? — сказала Фаро, доставая гланды огненного дрейка. — Ну да, почему бы и нет. Фаро сложила гланды у стены и прижала камнем, чтобы не улетели. Когда девушки отошли на достаточное расстояние, Викия выпустила в них тот же огненный шарик, что и раньше. Стоило ему коснуться гланд, как раздался оглушительный грохот и вырвалось пламя. Хотя оно и не достигло Викии, порыв горячего воздуха подпалил ее челку. — А, и я это все время с собой таскала?.. — ошарашенно обронила Фаро. — Прости, ты что-то сказала? Я немного оглохла, — переспросила Надя, прикладывая ладонь к уху. — Б-бегите! — едва успела сказать Шаль, и уже в следующее мгновение из открывшейся в стене дыры хлынули драконы. Вернее, хоть они и назывались драконами, но не имели ни рук, ни ног, и потому походили скорее на змей. Внешность этих так называемых вирмов не обманывала — они в самом деле не отличались значительной силой. По опасности они сильно уступали тому же самому огненному дрейку, который попался девушкам раньше. Вот только вирмов было на порядки больше. Через дыру пролезла не какая-нибудь пара дюжин — они закупорили собой весь проход. — Приди, щит! — Шаль тут же создала барьер и остановила живую волну. — Гх-х, у-у… Однако сразу послышались неприятные звуки, а в светящейся оболочке появились трещины. Вытянутую руку Шаль рассекло, потекла кровь. — Викия, на помощь! — Сейчас! Как только барьер разбился, Викия сотворила ледяную стену. — Бежим! — скомандовала Надя, и четверка бросилась наутек. Они слышали, как за спиной трескается лед. — Бежать это ладно, но что дальше?! Их отряд несся по бесконечному коридору, и не смог бы сбежать, как бы ни старался. Вирмы сильно мешали друг другу и не могли двигаться быстро, но загородили проход плотной стеной, оббежать которую невозможно. Со временем они настигли бы девушек. — ...Сюда! Надя схватила Фаро в охапку и с силой ударила ногой по полу. Пошли трещины, и скоро опора под ногами пропала. — Замедленное падение! — Каменная стена! Послышались заклинания Шаль и Викии. Падение замедлилось, а над головой появилась каменная крышка, закрывшая яму. — В… вот напугала… — обронила Фаро, мягко опускаясь все ниже. — Ты не подумала, что под ямой могут быть колья или кипящая лава? Безусловно, у них не было время останавливаться и проверять, но просто брать и прыгать в яму все равно чересчур безрассудно. Фаро казалось, что эта глупость вполне могла стоить им всем жизни. — Не подумала, — непринужденно ответила Надя. — У Нади в такие моменты часто везение просыпается, — Викия мрачно приставила руку ко лбу. — Мы довольно глубоко провалились… — пробормотала Шаль, глядя себе под ноги. Может, падали они медленно, но летели уже довольно долго. — Кажется, нам повезло… — улыбнулась Надя, почуяв злобу настолько плотную, что она ощущалась уже безо всякой магии. — Значит, осталось мое выступление? Фаро облизала губы. Ей предстояло совершить несомненно величайший подвиг в своей жизни. — Ну, если там чего, мы поможем. Иди со спокойной душой. — Желаю удачи! Надя и Шаль поддержали Фаро веселыми голосами, но… — Поможем, говоришь… — Викия свела брови. — Если что, просто грохнем ящерку и все, подумаешь, — лениво бросила Надя. — Это ты подумаешь, безмозглая! — вспыхнула Викия, не сдержавшись. — Наш враг — чистокровный дракон. Не драконид, не какой-нибудь дальний родственник, а истинный дракон. Нам с таким не совладать. — Она такая сильная? Мне истинные драконы не попадались, я судить не могу. — И мне не попадались. — Зато в сказках о них столько говорится. И огненные дрейки, и вирмы — лишь сородичи драконов, называемые драконидами. С самими истинными драконами ныне живущие люди знакомы лишь по сказкам. Даже первоклассный отряд авантюристов Викии ни разу не встречался с драконами. — Ну… думаю, сильная. Мы ведь зовем ее, чтобы победить короля героев, а он сильнее Юнис. — Сильнее Юнис… — напряженно пробормотала Надя. Они родились в одном и том же краю, обе выбрали путь меча и потому нередко сходились в бою. Викия понимала, что Наде наверняка запали в душу как слова о том, что противник сильнее Юнис, так и недавняя смерть подруги.

— О, пол показался, — сказала Фаро, и весь отряд приготовится к приземлению.

Стоило девушкам коснуться земли, как у них волосы дыбом встали. Дракон, дремавший на горе сокровищ в конце прохода, оказался куда меньше, чем они ожидали. Можно сказать, она недалеко ушла от огненного дрейка. Но девушки инстинктивно поняли, что перед ними — воплощенная погибель. Бывалые авантюристы ни секунды не сомневались, что если она проснется, им всем конец. Викия прониклась тем, насколько глупым был их разговор. Шаль не выдержала и обессиленно села на землю. Надя стиснула зубы, сжала кулаки и упрямо глядела вперед. Никому не хватало храбрости подать голос и спросить “сможешь?” Фаро сглотнула, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Затем кивнула и медленно сняла кожаные ботинки. Стопы хоббитов очень мягкие, поэтому ходят они бесшумнее кошек. А противник впереди был не из тех, против которого ботинки бы спасли. Пока Фаро снимала ботинки, они звякнули металлом, и девушка чуть не подскочила к потолку. Она сразу бросила взгляд на Метус и с облегчением заметила, что та спит все так же беспробудно. Оставшись босиком, Фаро медленно, шаг за шагом, поплыла вперед. Когда она вошла в зал дракона из коридора под ямой, у нее чуть сердце из горла не выскочило. Выдох Метус смахивал волосы со лба. Фаро застыла, закрыла глаза, дождалась, пока выдох кончится, и лишь тогда сделала шаг. Тогда Метус вдохнула. Легкое тело Фаро чуть не оторвало от земли. — !.. — беззвучно воскликнула Надя, увидев, как девушка-хоббит заскользила вперед. Ветер притянул Фаро к самой пасти дракона, вдох прекратился за мгновение до того, как разбойница стукнулась бы о нос. Остановившись, Фаро тут же отошла от лица. Когда ей удалось покинуть область поражения, соратницы дружно выдохнули. Метус спала на сокровищах, будто на перине. Фаро задумалась над тем, которое бы прихватить с собой. Монеты слишком мелкие — Метус могла бы не заметить пропажи. Слишком большую вещь будет сложно нести, к тому же Метус вполне могла почуять, как ее берут, и проснуться. Впрочем, времени думать не было. В любое мгновение драконица могла проснуться и сожрать гостью. Фаро просочилась через щель между передними лапами и осторожно коснулась короны рядом с грудью Метус. Мерное дыхание Метус вдруг прервалось. Фаро думала, что сейчас и у нее сердце остановится, но вместо этого оно заработало еще усерднее. — ...Гф-ф, — пробормотала Метус нечто невнятное и вновь засопела. Фаро подстегнула чуть было не отнявшиеся ноги и вернулась к Наде и остальным. Викия сразу же очертила вокруг них магическую диаграмму. Сверкнула голубая энергия, и девушки вмиг оказались у входа в подземелье. — Я… думала, мне крышка… Лишь снаружи Фаро смогла выдохнуть. — Я тоже, — поддакнула Надя, которой тоже было невыносимо следить за происходящим. Шаль согласно закивала. — Идемте, мы не можем тут оставаться, — поторопила Викия переводивших дух подружек. Обратный путь предстояло проделать без телепортации, чтобы Метус смогла отыскать дорогу по запаху. — Ничего страшного, — продолжила Викия, глядя на напрягшуюся Фаро. — Если чего, Надя ее убьет. — Прости уже меня, я не хотела, — Надя опустила голову.

Раздался сдержанный смех.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Спасибо, что купили книгу. Благодарю всех, кто поддерживал меня со времен веб-версии. Те из вас, кто читал еще и первый том, вы просто боги какие-то. Спасибо вам. Тех, кто читал только второй том, я тоже благодарю. Мне было бы очень приятно, если бы вы прочитали и первый. Те, кто прочитал третий, а теперь вернулись почитать второй, вы для пока пока пришельцы из будущего. Надеюсь, третий том все-таки выйдет! Те, кто наплевал на предупреждение из первого тома и снова начал читать с послесловия… ты опять за свое? Итак, благодаря вашей поддержке второй том смог увидеть свет. Из-за количества страниц в первом томе мне, как ни прискорбно, не удалось написать много нового, однако во втором томе с нуля было написано около сотни страниц. Помимо того, что в произведении появилось много новых фансервисных сцен, я также описал “закулисы” важнейшей сцены тома. Выражаю благодарность редактору, иллюстратору Синдзё Арата-сенсею, пиксельному художнику tocoda-сенсею, Роберту, Эндрю, всегда поддерживающей меня жене, милой, но особо ничего не сделавшей дочурке, и всем тем, кто прочитал том. Спасибо, что прочитали!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Потерянный пролог

Это отклоненная издателем версия пролога второго тома.

От нее отказались по следующим причинам:

- Слишком много скучных объяснений.

- Плохо знакомит читателя с персонажами.

- Никому не интересно, что стало с душой Кэт.

***

В том краю не было ничего живого.

Сухая, потрескавшаяся земля тянулась до самого горизонта, и глаз не мог отыскать на ней ни единой травинки. Если в нем что и было кроме пустошей, то разве что безжизненные скалы и пустыни. Ни о каких реках, озерах и уж тем более морях речь не шла. К тому же небо постоянно скрывали свинцовые тучи, не пропускавшие лучей.

Безжизненная земля, ничего не рождавшая, ничего не питавшая.

В миру тот край зовут преисподней или миром демонов.

В никогда не менявшемся небе появился разлом. Затем из него выплыла девушка.

Ее черные волосы резко контрастировали с белизной кожи. Прекрасное, словно произведение искусства, тело взывало к низменным мужским чувствам. Наконец, крылья летучей мыши, похожий на хлыст хвост и козлиные рога намекали, что она не человек.

Ее звали Лилушана. Как суккуба обычно звали Лилу.

— Уф…

Просочившись через щель, Лилу расправила крылья и выдохнула. Давненько ей не доводилось возвращаться домой. Демоны часто приходят в мир людей, откликаясь на призывы магов, но, как правило, надолго не задерживаются. Лилу же провела там больше года — крайне редкий случай.

Она полетела к себе домой. Правда, будучи не слишком высокопоставленным демоном, жила она скорее не в доме, а в хижине.

— Э-эй!

Лилу приставила к своему жилищу руку и влила энергию. Хижина быстро увеличилась в размерах и превратилась в каменный особняк. В этом мире сухой земли и камня энергия мира людей служила универсальным ресурсом.

Хозяин Лилу, Оур, платил ей по меркам демонов подобного уровня невероятно щедро. Даже превратив хижину в небольшой особняк, она не растратила все свои запасы, но увеличивать жилище и дальше ей не хотелось.

— Хм-м… — протянула Лилу, входя в свою комнату, которую ненароком оформила практически так же, как свои покои из лабиринта.

В мире демонов сознание превалирует над бытием. Чтобы что-то в нем создать, не нужны подробные схемы и планы, однако в результате обязательно отразится сознание создателя.

В очередной раз убедившись, что комната в лабиринте нравилась ей куда больше, чем она ожидала, Лилу немного смутилась, хоть рядом никого и не было.

— Разберусь быстренько с делами, и сразу обратно… — пробормотала Лилу в пустоту, вытащила камень размером с ладонь и подняла перед собой. Вернее, не просто камень, а человеческую душу.

Бесплодная земля мира демонов ничего не порождает.

Как же тогда рождаются сами демоны? Ответ был прямо перед ее глазами.

Лилу влила энергию в камень примерно так же, как в землянку. Душа быстро померкла и превратилась в уголек.

Теперь, когда она настолько успокоилась, ее вряд ли поглотит какой-нибудь демон. Лилу чувствовала лишь слабое биение в глубине камня. Открыв окно, она что было сил метнула камень. Со временем он напитается рассеянной в воздухе злобой и станет новым демоном.

Проводив камень взглядом, Лилу расправила крылья и сама вылетела наружу. Она устремилась к небесной расщелине, а по пути бросила последний взгляд на свое жилище.

В свое время она мечтала именно о таком особняке. Энергию на его возведение пришлось бы копить много сотен лет.

Однако сейчас дом не вызывал у нее чувств.

— Я вернулась.

— О, с возвращением! — поприветствовала Юнис выползавшую из диаграммы Лилу.

Миниатюрная Юнис едва доходила Лилу до плеч. Характерная для южанок смуглая кожа будто отражала ее неуемную жизненную энергию. Очаровательное, богатое на эмоции лицо и стройное тело радовали глаз иначе, нежели Лилу.

— Обошлось?

Держать открытым разлом в мир демонов — затея крайне опасная, но иначе Лилу не смогла бы вернуться обратно. Юнис же стояла здесь, чтобы пресекать попытки других демонов просочиться в мир людей.

— Ага. Сильные не проходили, остальных я прогнала, — жизнерадостно ответила Юнис, взваливая меч на плечо.

Несмотря на свой рост, Юнис — прирожденный герой, и по силе ей нет равных во всем лабиринте. Она ничуть не устала, отбиваясь от демонов, бесконечно проникавших через небольшую щель.

— Ну прости уж, — раздался зычный голос, и закружилось пламя.

Огонь взвился спиралью и принял человеческие очертания. Правда, в конечном счете из него вышел далекий от человека демон с покрытой шерстью нижней половиной тела и мощным четырехруким торсом. Этого рогатого демона звали Логаном.

— Ну, от нечего делать открывать дыры твоего размера и правда не стоит.

Лилу ходила в мир демонов затем, чтобы избавиться от души, которую забрал Логан.

При этом Логан — демон куда более сильный, чем Лилу. Даже Юнис не смогла бы сдержать продолжительное нашествие демонов через разлом такого размера.

— И все-таки, ты уверен? Души не на каждом шагу попадаются.

Среди высокоуровневых демонов много заносчивых, которые видят в людях и младших демонах лишь еду. Логана можно назвать относительно приятным в общении на фоне большинства его собратьев.

— Я решил, что женскими душами буду питаться, только если они принадлежали маленьким девочкам.

...Если забыть о том, что он прожженный педофил.

— Ну, я тогда пойду доложусь господину.

— Ага, он наверняка у себя в комнате.

Поскольку Логан уже не первый день вел себя как неисправимый извращенец, Лилу пропустила его слова мимо ушей и отправилась к Оуру.

— Я дома!

— ...Все-таки вернулась?

Она резко открыла дверь, и пронзительный взгляд янтарных глаз устремился к ней. В комнате сидел господин Лилу и повелитель подземелья: темный владыка Айн Соф Оур.

На вид он казался молодым мужчиной немного за 20 лет, но на самом деле он лишь омолаживал свое старое 80-летнее тело магией. Хоть этот коварный мужчина и называл себя темным владыкой, Лилу видела в нем лишь немного вредного господина.

Такого, который в ответ на ее бесцеремонный визит ограничится раздраженным “а постучать?”

— А что?

— Ничего…

Однако Оур ответил на редкость расплывчато, и Лилу недоуменно склонила голову.

Демоны устроены так, что не могут пойти против контракта.

Но это касается лишь материального мира людей. В мире демонов их не связывает ничего. Отправившись домой, Лилу могла махнуть рукой на исполнение договора.

И тем не менее, она вернулась обратно.

Конечно, отчасти ее вернуло сюда щедрое жалование, но Оуру ее шаг все равно показался необычным.

Причем Лилу уже не первый раз вела себя не как обычный демон. Юнис, конечно, говорила, что “Лилу любит тебя”, но тот не считал, что суккуб способен влюбиться в человека.

Пока Оур предавался раздумьям, по настежь открытой двери дважды постучали.

— Учитель, мы готовы.

В комнате появилась Спина, ученица Оура, болезненно бледная девушка с черными как ночь глазами. И выражением лица, и телом она напоминала искусно выточенную куклу.

— А, Спина. Ты все сделала за меня? Спасибо.

— Ты… — Оур кое-что заметил. — В последнее время совсем перестала жаловаться.

— М? А-а. Ну, может быть.

А ведь когда Лилу только стала фамилиаром Оура, она постоянно обо всем ворчала.

— Я уже привыкла, — с улыбкой проговорила она. Оур подумал, что она ненормальная.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Потерянная сцена

(От автора)

Еще одна потерянная сцена.

Она должна была войти в “Перерыв. Награждаем любовниц” — новую главу, написанную специально для второго тома, но ее отклонили по следующим причинам:

- Слишком длинная

Да, всего по одной. Девушек стало слишком много. Даже оставшиеся в книге 19 страниц чуть не сломили меня, однако с вырезанной частью их стало бы еще на 13 больше.

***

— Что же, учитель, позвольте я вас почищу, — заявила Спина, пристраиваясь между ног Оура сразу после окончания секса с Ном.

Она разогнала всех прочих девушек настырностью, не терпящей никакого сопротивления, сжала ладонью погруженный в воду член и без промедления приблизила к нему лицо. Длинные черные волосы улеглись на поверхность воды, словно лепестки цветка, и достоинство Оура по корень погрузилась в иную теплоту.

— А я тогда сюда, — сказала Лилу, взяла Оура за руку и заключила ее меж спелых плодов.

Размера пышных холмов суккуба вполне хватало, чтобы полностью обхватить руку, и маг наслаждался тем, как ее вымазанная мылом плоть скользит вдоль него.

— Оу-ур, — весело протянула Юнис, приблизилась к его голове и в мгновение ока полностью завладела его зрением.

После пары сочных, громких поцелуев в губы она обхватила голову Оура руками и проникла в его рот языком.

— А-а, ах ты шалун… — чуть смущенно ответила она, ощутив, что ее гладят по ягодицам.

Подавив желание вслух удивиться словам Юнис, практически ежедневно уединявшейся с Оуром, маг еще раз запечатал ее губы.

— Пха! — раздался вдруг голос, и из-под воды появилась голова чуть не задохнувшейся Спины.

Ее болезненно бледные щеки порозовели как никогда, а вымокшие волосы соблазнительно липли к лицу.

— Не мучай себя, сделай переры…

— Подводное дыхание.

Оур уже собирался было встать, но тут голову Спины окутало серебристо-голубое свечение.

— Что это?..

— Магия, позволяющая дышать под водой. Уж такой мелочи ученицу обучить бы стоило, — пояснила Викия, презрительно фыркая. Однако судя по ней, она не столько жаловалась, сколько скрывала смущение.

— Большое спасибо. Вот тебе награда, — Спина вдруг схватила Викию за щеки и припала к ее губам.

— ?!

Викия задергала и руками, и ногами, но с запечатанным ртом не могла оказать никакого сопротивления.

— Ч-чем ты меня напоила?! — воскликнула она, откашливая.

— Афродизиак, — непринужденно ответила Спина, вытирая рот рукой. — Давай ублажать учителя вместе.

— Нет, я… бргл!

Спина не стала внимать возражениям и и решительно погрузила голову Викии под воду, затем погрузилась и сама.

— В таком случае, я возьму на себя омовение тела моего повелителя.

От такого развития событий в бане воцарилась тишина, но ее прервала Оливия, которая как ни в чем не бывало прижалась к груди Оура намыленным телом.

— Хм, тогда я, пожалуй, помогу, — Элен с улыбкой присоединилась к Оливии, затем огляделась по сторонам и поманила рукой Надю. — Могу я… рассчитывать на твою поддержку, воин?

— Можешь. Ради господина Оура я буду стараться, не жалея себя.

Что они задумали — догадаться нетрудно. Три самые грудастые женщины из окружения Оура обступили его тело со всех сторон и мыли его тело пышными бюстами.

— Ох как вам весело. А ну пустите, я с вами.

Вскоре к ним присоединилась Лилу. Вчетвером они тщательно омыли тело Оура, а в качестве завершающего штриха побросали мыло и прижались к его голове.

Нечеловечески бледная, почти прозрачная кожа суккуба.

Мягкая кожа бывшей королевы, тратившей на уход за собой огромные состояния.

Здоровая загорелая кожа южанки.

Темно-коричневая кожа темной альвийки.

Восемь огромных фруктов четырех соблазнительных оттенков окружили Оура со всех сторон и направили к его голове упорно торчащие вершины.

— В… вот она, несправедливость! — выдавила Шаль и угрюмо свесила голову.

Она, в отличие от них, обладала совершенно плоской грудью.

— Господин Оур, вы не любите маленькую грудь? — с болью в голосе спросила Присцилла, еще одна плоская девочка.

— Э, вы что, серьезно? — переполошилась Юнис и опустила взгляд на свое тело.

И на свою, опять же, плоскую грудь.

— Не бойтесь! — величественно объявила Мари, расставив ноги на ширину плеч. — Господин Оур любит и большие, и маленькие!

— О-о… — не сдержалась Шаль.

Самоуверенная девочка показалась ей похожа на богиню, которой она когда-то служила. Шаль опомнилась уже после того, как пала ниц перед Мари.

К ней тут же присоединилась Присцилла, видимо, решив, что так принято по этикету. Конечно же, Юнис в порыве страсти последовала их примеру.

В результате получилась композиция из горделиво стоявшей маленький девочки и трех бедных на грудь девушек, лежавших у ее ног, но Оур к счастью или не к счастью ее так не увидел из-за окружавших его округлостей.

— А вот мне тяжело сказать, есть у меня или нет… — хоть Фаро и была не против присоединиться, но лишь провела рукой по своему телу.

Грудь девушки-хоббита не отличалась значительным рельефом, но безусловно обладала им.

Фаро решила посмотреть по сторонам в поисках сестер по несчастью, и вдруг заметила чуть поодаль знакомое лицо русой девушки-простушки, на которую наткнулась на третьем ярусе.

— Ой. Ты же…

— Снова здравствуй.

Теперь, когда Фаро узнала истинную природу Оура, она понимала и причину нервного поведения Мио во время первой встречи.

— ...Впечатляет, — проговорила Фаро, поднимая взгляд.

Мио недоуменно склонила голову. В тот раз из-за одежды Фаро не смогла ее толком разглядеть, но оказалось, что неприметная внешность Мио соседствует с весьма внушительными объемами.

— Вы не хотите пойти к Оуру? — спросила Фаро, обращаясь как к Мио, так и к неприкаянно стоявшей по соседству с ней Патрисии.

— Влиться в те ряды немного сложновато.

— Нет, я вас понимаю, но…

Сама Фаро не принимала участия из-за слов Лилу о том, что она и без того надолго завладела нераздельным вниманием Оура, но ей было жаль девушек, которым мешала только робость.

— Давайте.

Фаро взяла их за руки и повела к Оуру.

Отыскав меж огромных грудей руки мага, девушка-хоббит передала им Мио и Патрисию.

Поначалу Оур смутился — он не понимал, куда вдруг потащили его руки. По размеру ладоней он быстро догадался, что их тянет Фаро. Однако затем его руки ощутили женские груди такого размера, что хоббиту они явно не принадлежали. Увидеть же обладательниц груди мешали бюсты Лилу и Элен, полностью перегородившие обзор.

“Ничего, хорошее испытание”, — подумал Оур и схватился за груди, к которым прижали его ладони. Он нежно ласкал их и в то же время водил руками, изучая формы.

Судя по ощущениям, в левую ладонь попал фрукт чуть более крупный. В коже обеих грудей ощущалась молодость, но правая казалась более гладкой.

Сведя пальцы, Оур опустил руки, проходя по животам, бедрам и задницам. В ответ на щекотку тела несколько раз вздрогнули, но девушки не застонали и сохранили интригу.

— Слева Мио, справа Патрисия?

— Правильно! — раздался голос Лилу.

Преграда перед глазами пропала, и Оур тут же притянул новоприбывших к себе.

— Забавное получилось испытание, но мне все-таки хочется видеть, что именно я щупаю.

Обвив руки вокруг плечей Мио и Патрисии, Оур вцепился в груди девушек. Он вовсю наслаждался тем, как мягкая плоть меняет форму под давлением его пальцев.

— Эй!

Вдруг из-под воды показалась голова Викии, а ее рука вцепилась в член Оура. Все это время они на пару со Спиной делали магу подводный минет. Вынырнула Викия вся красная — видимо, забыла, что помимо дыхания надо позаботиться и о перегреве.

— Сколько можно?.. Дай мне уже.

...А может, афродизиак все-таки подействовал, поскольку редко когда Викия требовала близости с Оуром так прямо.

— Спина, ты не против? — на всякий случай уточнил Оур.

— Нет, — коротко ответила Спина и вновь скрылась под водой.

Кажется, Викия, как ни странно, пришлась ей по душе.

— М…

Нетерпеливо обняв Оура, Викия оседлала его и сама пригласила стержень в свои глубины. По ощущениям Оур догадался, что сразу после этого место их слияния начала вылизывать Спина.

Наслаждаясь влагалищем Викии, жарким даже по сравнению с водой, Оур не забывал играть с грудью Мио и Патрисии. Они по очереди сплетались с магом языками в то время как Спина вовсе не отрывала языка от члена Оура, доставляя тому неописуемое наслаждение.

— А-а. А-а…

Через какое-то время Викия без сил упала на грудь Оура. Двигать бедрами под водой — занятие крайне изнуряющее. Среди людей, посвятивших жизнь изучению магии, мало физически крепких людей, но Викия даже по их меркам не отличалась выносливостью.

— Что же, меняемся.

Без труда подняв легкое тело волшебницы, Спина перебросила его через голову. Викия даже не стала сопротивляться, описала в воздухе дугу и шумно расплескала воду.

— Прости, Викия, но учитель уже обучил меня магии, укрепляющей тело, — не меняясь в лице добавила Спина.

— Так ты на нее обиду затаила?.. — Оур вздохнул и приложил ладонь ко лбу.

— Что же, учитель… могу я рассчитывать на вашу любовь?

С этими словами Спина повернулась к Оуру спиной, уперлась руками в борт и нагнулась.

Оуру показалось, что хотя действия ее остались механическими, обычно она так себя не вела.

— Ты не думаешь, что ведешь себя пошло?

Хотя, если вспомнить, что Спина напоила Викию афродизиаком через поцелуй, наверняка она и сама его выпила.

— Мне ужасно стыдно, — с каменным лицом ответила Спина, все так же выставляя напоказ задницу.

— Что-то не верится! — не сдержалась Фаро.

Впрочем, и Оур, и Лилу с Юнис понимали, что Спина сказала чистую правду.

— Итак… как же поступить?

Оур поднялся и приставил восставший член к ее телу.

— У меня ведь сегодня еще полно дел… — нарочито громко пробормотал Оур и медленно провел членом по ее щели.

Оур намеренно не говорил, что ему делать, и ждал ответа Спины.

Спина поджала губы, и взгляд ее стал поистине смертоносным. Наблюдавшие за ней Фаро и Ном сразу отвели взгляды. В следующее мгновение из глаз Спины брызнули слезы.

— Умоляю, учитель… сжальтесь.

Видимо, ей стало стыдно буквально до слез. Хотя она излучала достаточно угрозы, чтобы защищать себя от взглядов любопытной разбойницы и бесстрашной торговки, умоляя Оура, она казалась бесконечно хрупкой и слабой. И ладно бы Спина обладала актерским мастерством, но Оур знал, что на такое она не способна.

— Тебя, как обычно, не поймешь, — усмехнулся Оур, взялся руками за ее бедра и вошел в самые глубины.

— А-а! — заголосила Спина и выгнулась так резко, что подпрыгнули волосы. Уже этого ей хватило, чтобы кончить.

— Поможет кто?

— Я! Я!

Только Оур успел спросить, как в воздух взметнулась маленькая ручка.

— Что ты за… хья!

Мари присосалась к груди Спины словно младенец, и ведьма застонала.

— Добейте ее, сестры! — громко приказала Мари, и вокруг мигом нарисовались безгрудые.

Шаль и Присцилла, словно того и ждавшие, приблизились к Оуру с боков и принялись тереться о него телами. Юнис тем временем стала с противоположной от Мари стороны Спины. На фоне болезненно бледной кожи Спины здоровый загар Юнис выделялся особенно отчетливо.

— П-прекрати! — едва Спина ощутила на своей шее язык, как тут же отвернулась. — Я отказываюсь целовать людей кроме учителя.

— Значит, меня она за человека не считает?.. — обронила Викия, поднимаясь из воды с насквозь промокшими волосами.

— Зато хоть меня считает, — с улыбкой проговорила Юнис. Ее пальцы скрылись с глаз.

— Хья! — воскликнула Спина словно от боли, и резко выгнулась.

Пальцы Юнис ласкали и достоинство Оура, и разбухший клитор Спины.

— О. Помнишь еще?

— Еще бы, такое попробуй забудь…

Движения Юнис в точности повторяли те, которые ей пришлось испытать на своей шкуре во время их первой встречи. Она ласкала Спину так же, как Лилу ласкала ее. Поэтому она знала, что слишком сильные ласки вызывают не наслаждение, а боль, и водила пальцами как можно нежнее и мягче.

— Ты сжимаешь меня. Тебе настолько нравятся пальцы Юнис? — издевательским тоном поинтересовался Оур.

— Конечно же, я не… хау-у!

Юнис игриво улыбнулась.

— Ты такая милая, Спина.

— Прекра… а! Фха-а-а!

Не прекращая работать пальцами, Юнис слегка поцеловала сосок Спины, увидела ее реакцию и отчасти поняла, что чувствовал Оур, когда издевался над ней.

Юнис ласкала, щипала, лизала и массажировала тело Спины, подстраиваясь под движения Оура — иногда мелкие, иногда глубокие. Пальцы прекрасно ощущали движения члена Оура сквозь тонкую кожу Спины, и Юнис казалось, будто он занимается любовью и с ней тоже.

— Нет!..

Маска невозмутимости спала, и Спина спрятала лицо в ладонях. Из-за этого ей пришлось нагнуть голову еще ниже, а задницу задрать еще выше.

— Какая похотливая поза.

Оур сжал ее ягодицы руками и вонзился так резко, словно пытался ударить.

— А! А-а!

Спина испытывала один легкий оргазм за другим, и постепенно ее голос угасал. Оур смотрел на ее бледную, выгнувшуюся полумесяцем спину, и вдруг ему пришла мысль. Он занес одну ладонь и…

— Вот. Кончай, — опустившаяся ладонь звучно шлепнула Спину по белой заднице. — Ты ведь кончаешь от порки?

— А-а-а-а-а-а…

Забывая обо всем на свете, Спина извергла из себя струю, с силой кончила и крепко сжала мышцами копье Оура.

— Оур… — Юнис что-то прошептала ему, поглядывая на Спину.

— Уверена?

— Более-менее.

Оур хмыкнул, затем обратился к Спине:

— Может, ты и моя ученица, но кончать от шлепков по заднице это уже за гранью. Тебя нужно наказать.

Спина вздрогнула и замерла в ужасе.

— Повернись.

Так и не покинув ее глубин, Оур с помощью Юнис перевернул Спину. От этих движений та вновь кончила, еще раз разочаровавшись в похотливости своего тела.

— Убери руки.

По своей воле она бы не согласилась. Она не хотела показывать свое лицо никому. Но пойти против приказов учителя не могла. Спина медленно убрала от лица руки. В раскосых глазах драгоценными камнями стояли крупные слезы. Обычно холодное, словно вырезанное из льда лица заливала густая краска.

— Вот твое наказание.

Спина резко зажмурилась, но тут же открыла глаза. Он не разрешал ей закрывать глаза. Она трепетала от мысли о том, как же ее накажут, и тут Оур приблизил к ней лицо.

Она не сразу поняла, что произошло. Вдруг одна ладонь Оура оказалась у нее на затылке, вторая на подбородке. Затем лицо чуть повернулось и коснулось ее.

“Он поцеловал меня”, — поняла, наконец, Спина, и кончила еще сильнее. Ее плоть так вцепилась в член Оура, словно хотела оторвать. В ответ тот излил жаркое семя в ее глубины.

Сколько продлилась пауза — она не знала. Может, прошли мгновения, может, целая вечность, но в конце концов Спина очнулась от того, что кто-то давил на ее тело.

— Ты меня так задушишь, — с трудом выдавил из себя Оур.

Лишь тогда Спина заметила, что держала за него руками и ногами, и все еще не отпускала его губ.

— Все-таки я тебя не понимаю.

Оур усмехнулся и слизнул слезинку из глаза Спины. Та едва не потеряла сознание от такого жеста.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Престарелый маг и юная ведьма с голубыми волосами

(От переводчика)

Автор написал к первой арке Хадзимекаты огромное, ОГРОМНОЕ количество побочек и рассказов (в один только 3 том их вошло чуть ли не 10). Большинство из них я собираюсь перевести после окончания 3 тома (во многом потому, что они опираются на законченный сюжет арки), но конкретно этот рассказ можно привести и сейчас, так что для него сделаю исключение.

Действие происходит между 1 и 2 томами.

***

— Э-э… так?

Белый слон взял черную ладью.

— Вроде я… победила? — спросила Викия, сомневаясь в своих словах.

— Да. Здесь мат в четыре хода. Партия за тобой.

Даже после слов Оура она не прониклась ощущением победы.

Да, она полностью согласилась с его заключением, но все равно не могла поверить, что одолела Оура в шахматы.

— Ты точно не поддавался?

— С чего бы я так поступил? Ты одержала настоящую победу, — немного раздраженно ответил Оур, начавший собирать фигуры.

Наконец, Викия начала пропитываться ощущением победы.

— Я не думала, что выиграю, — искренне прошептала она.

— Что в этом странного? Это ведь настольная игра. Мы сражались один на один, равным количеством фигур, видя ходы друг друга. Обмануть противника в шахматах непросто. В таких условиях ты сильнее меня. Поэтому я и сказал тебе сыграть со мной, — объяснил Оур.

Когда он приказал Викии сыграть с ним в шахматы, она подумала, что тот вновь что-то задумал, поэтому такой исход удивил ее дважды.

— Если ты все еще не веришь мне… Хорошо. Я согласен дать тебе одну награду.

— Награду?

Викия морально приготовилась к тому, что маг наверняка опять предложит ей что-то отвратительное.

Она уже принадлежала ему и телом, и душой. Она не отказала бы ни одной его просьбе, да и не особо горела желанием отказывать. Более того, наедине с Викией Оур вел себя вежливо, и она, если говорить честно, отвращения не испытывала.

Тем не менее, Викии все равно хватило бы упрямости отыграть обиду, если “награда” оказалась бы именно такой.

— Проси что угодно. Естественно, я не соглашусь вручить тебе свою голову на блюдце, но если тебе хочется чего-либо еще… например, чтобы я снял проклятие и выпустил тебя на поверхность, то почему бы и нет?

Слова Оура заставили Викию вздрогнуть.

— Правда?..

— Но, конечно, в таком случае я сотру твои воспоминания о лабиринте.

Неожиданное предложение спутало все мысли в голове Викии.

Она смотрела на него, даже не зная, говорит ли он правду. Оур в ответ глядел на нее привычно серьезным взглядом.

— Тебе не обязательно отвечать прямо сейчас. Можешь думать, сколько захочешь, — пояснил Оур, словно прочитав ее мысли.

— Эх-х…

Викия и сама не помнила, как добралась до своей комнаты, легла на кровать и уткнулась носом в подушку.

В голове все так же крутились слова Оура.

Она думала над тем, правду ли сказал маг.

Стал бы он просто так отпускать Викию после того, как овладел ей с помощью в высшей степени хитроумного плана? Быть может, это какая-то ловушка?

...Но хладнокровие и рассудительность Викии убеждали ее в обратном.

Викия уже сказала Оуру свое настоящее имя, он даже поставил на ее тело печать. Ее тело, душа и дух по сути принадлежали ему. Да, он оставил ей волю, но и ее мог бы при желании отобрать.

Если Оур чего-то хотел от Викии, он мог бы просто приказать ей и не утруждать себя уловками.

Так почему же?

Неужели его словам можно верить, неужто он действительно отпустит ее?

“Нет, не может быть”, — говорила она себе и вновь возвращалась в начало цикла. Снова и снова.

— Что случилось? — услышала она звонкий голосок, подняла голову, и увидела свое отражение в ясных голубых глазах.

Очаровательные черты лица портила печать беспокойства. К ней зашла Шаль — некогда спутница, ныне коллега.

“Кстати, что будет с ними, если меня освободят?”

Когда в ее голове появилась эта мысль, Викия изумилась тому, что не подумала об этом раньше.

А ведь когда их только поймали, она только и думала о том, как спасти подруг.

— Шаль… возможно, нас отпустят.

— Э? — большие глаза Шаль заморгали.

— Он сказал, я могу вернуться на поверхность, если захочу.

Если подумать о словах Оура, говорил ли он о том, что отпустит и Шаль с Надей?

Викия не слишком хорошо подумала, прежде чем оповестить Шаль, и та тут же облилась слезами.

— Т-так… так я ему… больше… н-не… не нужна?! Н… неужели?! — заревела, всхлипывая, Шаль, а капли в глазах росли каждую секунду.

— Э? Нет, я вовсе не об этом. Я ведь сказала, если захочу, — Викия такого не ожидала и сразу же поспешила ее успокоить.

— Н-но… — однако Шаль продолжала плакать. — Если господин Оур сказал, что я могу уйти, значит, я ему не нужна!

Викия обомлела так, словно по ней ударили молотом.

Ее шокировало словами, а еще больше — осознанием того, что ее шокировало.

— Шаль, ты… хочешь быть нужной Оуру?

— Конечно… же! — ответила та, вытирая слезы рукавом.

— ...Не волнуйся, — продолжила Викия, похлопывая Шаль по голове. — Он сказал только мне, так что тебя наверняка не отпустит.

— На… деюсь…

Хоть Шаль и продолжала всхлипывать, но отчасти все же смогла успокоиться.

Викия улыбнулась и кивнула ей, но от сомнений в душе так и не избавилась.

Если он искренне отпускал ее на свободу, стало быть, она ему больше не нужна?

Викия не хотела с таким мириться.

Шаль сорвала покровы с искренних мыслей, которые она так тщательно держала при себе.

Конечно, Викия не стала терять самообладание, но на душе у нее заметно помрачнело.

— Викия, ты… уйдешь? — спросила Шаль, вытирая оставшиеся слезинки.

— Шаль… — отозвалась Викия, уклоняясь от ответа. — Помоги мне подумать?

Шаль недоуменно наклонила голову.

— Я решила, — заявила Викия, когда спустя несколько дней пришла к Оуру.

— И что? — безразлично спросил Оур.

И тогда Викия продемонстрировала ему…

— ...Что это такое?

Она поставила на стол доску, похожую на шахматную.

Вот только клеток на ней было больше, и они не различались по цветам.

То есть, она просто разбила доску на множество квадратов.

— Разновидность шахмат… придуманная мной, — ответила Викия, доставая из мешочка деревянные фигуры и расставляя их.

Они, как и доска, тоже не различались по цветам, зато имели направление, которые и указывали, кому принадлежала фигура.

— У нее, в отличие от обычных шахмат, больше фигур… к тому же взятую фигуру можно использовать как свою.

— О как.

Возможно, в Оуре пробудился интерес, поскольку он придвинулся к столу, взял одну из фигур и рассмотрел ее получше.

— Мое желание — чтобы ты сыграл со мной три партии, — закончила Викия, расставив фигуры. — За каждую победу ты освободишь одну из нас.

— Тебе не нужно со мной играть. Попроси освободить вас троих, и я соглашусь.

— Ты принимаешь вызов или нет? — настойчиво повторила Викия, пропуская слова Оура мимо ушей.

Взгляд голубых глаз пронзал мага подобно стреле.

— ...Хорошо, — согласился Оур после раздумий. — Объясни все правила. Я согласен сыграть.

Можно сказать, Викия потерпела сокрушительное поражение.

Поскольку она только что придумала правила и мало изучила игру, никаких проверенных временем тактик у нее не было. Они оба пытались нащупать победу, размещали взятые фигуры где душа пожелает и творили настоящий хаос.

Однако Оур быстро освоился с сутью игры, в которой необходимо промывать мозги вражеским войскам, телепортировать их в тыл противника и устраивать неожиданные атаки.

К тому же игра предлагала куда больше доступных ходов по сравнению с шахматами. И чем больше у Оура оказывалось вариантов, тем сильнее он играл. Викия знала, что если сама она старается думать вглубь, то Оур — вширь.

— Итак, я проиграла три раза.

— Да. Не спорю…

Викия сдала партию и подняла руки. Оур кивнул, словно не до конца веря в случившееся.

— Что такое? — Викия увидела его смятение и хитро улыбнулась.

— Ничего…

Оур не понимал, чего пыталась добиться Викия.

Но она знала, что он не до того глуп, чтобы попытаться спросить ее в лоб.

“Я тебя просто испытывала”, — мысленно прошептала Викия. — “Однажды до тебя дойдет, что я всего лишь решила поиздеваться над тобой, но пока думай и страдай”.

Викия игриво показала язычок морщившемуся магу, с трудом подавила смешок и покинула комнату.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Kak-stat-temnym-vladykoj/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)